Выбор редакции

Падение Пальмиры

Пока МИД РФ спорит с США о формате гуманитарного коридора для боевиков в Алеппо (разумеется с целью перегруппировки, перевооружения террористов и контрудара с новым энтузиазмом), ИГ провел успешную атаку на Пальмиру, фактически взяв регион.

С военной точки зрения ценность Пальмиры, находящиеся посреди пустыни, заключается в формировании наступательного плацдарма и укреплении оборонительных рубежей со сдвигом фронта войны к месту основной дислокации ИГ. Все это работает при условии, если есть намерения и возможности штурма Ракки и Дейр-эз-Зор. Если нет, то потеря Пальмиры имеет больше имиджевый характер, хотя и открывается теоретическую возможность для ИГ в развитии наступательного потенциала на Хомс и Дамаск.

Пальмира или точнее то, что от нее осталось больше представляет историческо-культурную ценность и не отличается какой-либо значимой военной, инженерной, транспортной инфраструктурой. Некое промежуточное звено к Дейр-эз-Зор, которое находится в 210 км по дороге M20 от Пальмиры. Основная инфраструктура сосредоточена в области 2x1 км. Какие-нибудь Химки в Московской области в 7 раз больше всей Пальмиры.

Учитывая, что оборонительные рубежи в Пальмире сформированы не были, то реальных целей и задач в развитии пальмирского наступательного импульса Россия и Сирия, по всей видимости, не имели. Что прямо подтверждает исключительная безответственность разведывательных служб, как Сирии, так и России, которые пропустили сосредоточение основных сил ИГ и формирование наступательных групп. Причем не каких-то там мобильных рот, а вполне уровня 2-3 армейских бригад с бронетехникой в несколько десятков единиц, по сведениям Минобороны РФ.

С оперативно-тактической точки зрения российско-сирийскому командованию было выгоднее развить успешный штурм Алеппо, что вынудило снимать все наиболее боеспособные группы со всех фронтов и с Пальмиры в том числе. Учитывая дефицит, как ресурсов, так и людей – это вполне естественный ход развития событий, т.к. Асад придерживался этой тактики все последние 5 лет. Любое мощное наступление автоматически приостанавливало боевые операции армии Сирии в локальных участках военных действий. Асад не мог по очевидным причинам успешно работать сразу на всех фронтах. Зная эту слабость, ИГ выработало классическую схему по атакам на линии снабжения, транспортные узлы, городскую инфраструктуру, чтобы тормозить наступление основных сил. В виду того, что защита, например, линии снабжения требовало переброски достаточных сил, тем самым разряжало основную группу и тормозило наступление. Схема классическая.

С Алеппо несколько иначе. В том регионе была сосредоточена основная ударная группа боевиков, с необходимым снабжением, вооружением и военно-полевой инфраструктурой. Деблокада Алеппо имеет стратегическое измерение, т.к. лишает (точнее сказать ограничивает) возможность боевиков выходить на прибрежные регионы Сирии, т.к они теряют основное место базирование многотысячной группировки. Теоретически, это могло переломить ход войны.

Разгром плацдарма террористов в Алеппо вполне определенно подрывает боевой дух боевиков, поэтому для нейтрализации негативного эффекта нужна громкая победа на другом участке. С медийно-пропагандисткой точки зрения, да и с военной.

  1. Боевики показывают своим спонсорам в Катаре, Саудовской Аравии, Турции и в США, что они еще могут выполнять поставленные задачи и руководство ИГ рано списывать со счетов.

  2. Они показывают своим сторонникам, что просто так не сдаются и готовы к отражению удара.

  3. Они спутывают карты и планы сирийско-российского командования и приглушают наступательный импульс Асада в Алеппо, т.к. для удержания Пальмиры наверняка снимут людей с других фронтов и не исключено, а весьма вероятно, что из Алеппо тоже.


Взятие Пальмиры абсолютно логично и естественно в рамках войны. То, что это допустили – 100% ошибка и вина России и Сирии. Во-первых, не укрепили оборонительные рубежи достаточным образом, а во-вторых, проспали внезапное наступление ударной группы ИГ, что является тотальным провалом разведки России и Сирии.

Причем метод отвлекающего удара для приглушения наступательного потенциала правительственных сил – это фирменный почерк ИГ и связанных с ними групп.
Пойдут ли боевики из Пальмиры на Хомс или даже в Дамаск – это отдельный вопрос, так и то, смогут ли они там закрепиться. Однако, пример Пальмиры показывает, что даже взятие стратегических рубежей абсолютно никак не гарантирует успешное их удержание – раз и продолжение успешного наступления – два.

В ходе войны вполне нормально, когда регион переходит «из рук в руки» так сказать. Но точно ненормально, когда попытка захвата региона нарывается на окрики из Вашингтона с возобновлением генератора «мирных планов», гуманитарных коридоров и «благотворительных пауз» для боевиков, которые всецело поддерживаются нашим высшим политическим руководством. В принципе, любое успешное наступление, будь это Иловайск, Дебальцево, Пальмира или Алеппо порождает «мирный план», которые усиливает позиции враждующей стороны, ослабляя позиции наступающей. Если бы Сталин, Жуков, Рокоссовский, Малиновский, Василевский после Сталинградской или Курской битвы стали «тискаться» с Гитлером, давая им возможность отдышаться, перегруппироваться и вооружиться, то не было бы никакого Берлина в мае 45, потому что давно бы не было СССР и нас.

Так войны не ведутся. Либо ты создаешь условия для капитуляции врага и только после этого политический диалог на правах и правилах победителя, либо ты не воюешь. Война без намерений победить хуже не бывает.

Пока мы получили, что тысячи убитых сирийцев и некоторое количество наших военных при взятии Пальмиры оказались бессмысленными, как и преждевременная бравада успехами на фронте в условиях невозможности этот фронт удержать. То, с каким надрывом наши СМИ пропагандировали взятие Пальмиры напоминает о том, что на войне любые преждевременные придыхания должны быть исключены до момента полной определенности, т.к. инициатива может оперативно переходить от одной стороны к другой и обратно. С медийной стороны мы конечно сели в лужу, особенно с этим концертом в Пальмире и оптимистических прогнозах, что «Пальмира наша» и планами восстановить древний облик так, как будто война давно закончилась.

Могло ли наступление ИГ быть при содействии США? Да, вполне. США отчетливо проявили недовольство успехами Сирии и России под Алеппо, поэтому взятие Пальмиры вполне вписывается в логику максимизации военного и информационного ущерба.
НОВОСТИ ПО ТЕМЕ
ВЫБОР РЕДАКЦИИ