Источник
Александр Проханов, писатель и журналист - LiveJournal.com
Выбор редакции
19 июля, 14:35

Александр Проханов // "Завтра", №28, 18 июля 2018 года

  • 0

Будущее грядет из прошлогоВ настоящем, как в огромной стене, образовался пролом. В него ломится будущее. Настоящее трепещет, оно в панике, оно пытается замуровать пролом, занавесить его кисеёй. Футбол, встреча с Трампом, пенсионная реформа, изнурительные телевизионные ток-шоу — это кисея, которой настоящее занавешивается от будущего. А оно, угрюмое, стальное, сверкающее, прорезает эти непрочные плевры. Вспарывает своей огнедышащей цифрой настоящее.Цифровая реальность как проявление электронного разума, как высшая форма рациональных представлений о мире захватывает одну за другой все сферы нынешнего бытия. Без неё невозможно управление полем боя, невозможно управление крупными корпорациями, управление капиталами и рынками, без неё невозможно управление обществом, на которое накидывается незримая цифровая удавка. Цифра управляет школой, семьёй, отдельной человеческой особью, разлагая эту особь на сердце, почки, мозг, печень. И вновь собирая в цифру. У человека, принятого в цифросферу, шесть ног, как у жука из произведений Кафки. Гимн цифросферы — "мы рождены, чтоб Кафку сделать былью".Цифросфере не нужно человечество во всей его полноте. Цифросфера создаёт бросовое, дефективное человечество, которое подлежит истреблению. Отключённое от цифросферы, оно ещё некоторое время будет следить за футбольными матчами "Франция—Хорватия", бороться за права сексуальных меньшинств, наблюдать за таянием льдов в Антарктиде. Но оно никому не нужно, оно лишнее, оно — бремя. Земля превращается в сплошную Африку с обречённым, исчезающим населением.Однако этот взгляд на будущее не достоверен. Он основан на убеждении, что цифра всемогуща, что цифра победила слово, что в начале всего была цифра, и цифра была у Бога, и цифрой был Бог.Бог не был цифрой. Бог был и остаётся словом. Человечество не забыло времена, когда "солнце останавливали словом, словом разрушали города".Чем теснее становится слову в окружении атакующей цифры, чем плотнее сжимается стальное кольцо цифросферы на горле, в котором клокочет слово, тем сильнее будет отпор. Мы увидим бунт слова, революцию слова, реванш слова. Та часть мироздания, которая никогда не подчинится цифре, спрессуется в плотный сгусток, как уран в бомбе. И возникнет цепная реакция взрыва. Цифра живёт в машине, слово живёт в мифе.Мы находимся накануне мифологической эры. Когда древние мифы воскреснут, своей огненной плазмой хлынут в стальные структуры цифровой реальности и расплавят их. Человечество тоскует по мифам. Исламский мир первым отказался подчиняться цифре, но его забросали крылатыми ракетами. И он уходит в катакомбы, в подполье, где затаился со своей ненавистью и жаждой реванша.Россия — страна мифов. Русскую историю от языческих времён до большевизма и до нашего загадочного времени невозможно понять без мифа. Мифы о русском чуде, о русской мечте, о пасхальном смысле русской истории, о священной Победе, лежащие в основании русской священной истории, освоение этих мифов есть огромная задача сегодняшней русской культуры. Навстречу Силиконовой долине, университету в Бёркли с его теорией управляемого хаоса, могучему шествию банков, о котором с таким восторгом говорит Герман Греф, мы выставим Ослябю и Пересвета с длинными деревянными копьями, оснащёнными кованой отточенной сталью. На конце их копий сверкают ослепительные искры божьи. И удар такого копья, нанесённый из мифологического прошлого в цифровое будущее, создаст фантастический мир, который будет принадлежать не горстке банкиров, не шестиногим оцифрованным людям, а всему лучезарному человечеству."Мы рождены, чтоб сказку сделать былью".

Выбор редакции
19 июля, 14:33

Беседа Александра Проханова с Дмитрием Артюховым // "Завтра", №28, 18 июля 2018 года

  • 0

Ямальский проектБеседа главного редактора "Завтра" Александра Проханова с врио губернатора Ямало-Ненецкого автономного округа Дмитрием Артюховым.[Александр Проханов:]— Дмитрий Андреевич, сейчас одно из самых распространённых слов — «рывок». О «рывке», его необходимости, говорит президент страны Владимир Владимирович Путин. Но мне кажется, мало кто понимает, что это за «рывок». Люди живут своей обычной жизнью: работа, домашние хлопоты, досужие разговоры, информационные спамы... И вот я приехал на Ямал и почувствовал, что нахожусь в атмосфере «рывка». Завод по сжижению газа «Ямал СПГ» в Сабетте, где я побывал, — это, конечно, рывок, мощнейший скачок по всем параметрам: экономическим, психологическим, инфраструктурным.Но для меня самым интересным «рывком» являетесь вы. Вы — человек-«рывок». Появление на нашей политической арене такого молодого, яркого, интенсивного человека, как вы, меняет атмосферу исполнительной власти на местах. Поэтому ваше назначение важно не только для вас.Встречаясь с вашим замечательным предшественником, Дмитрием Николаевичем Кобылкиным, я в его лице увидел мощного русского пассионария, заряженного на творчество, на победу, на преодоление всех сложностей. И вот у него появился достойный преемник в вашем лице. А как вы пережили этот свой «рывок»? Ваши ощущения после назначения на эту должность…[Дмитрий Артюхов:]— Главное чувство — это ответственность перед ямальцами. От решений главы региона и его команды зависит, то, как будет выглядеть наш округ через десять, двадцать, тридцать лет… При этом нельзя забывать о текущих, плановых задачах: инфраструктурных проектах, строительстве жилья и социальных объектов, развитии экономики, науки, медицины и других сфер. Всё это требует своевременного и конструктивного подхода. Мне посчастливилось работать в команде Дмитрия Николаевича Кобылкина с первых дней. Действительно, это человек необычайной внутренней энергии. И все, кто был рядом с ним, заряжались ей.История «рывка» Ямала начинается ещё с тех времён, когда здесь в один момент стали появляться целые города. Их поднимали всей страной: Новый Уренгой, Ноябрьск, Надым, Муравленко, Губкинский, — эти названия звучали повсеместно. Люди произносили их с гордостью. Совершались производственные подвиги. Возводились месторождения-гиганты, которые до сих пор остаются бюджетообразующимии, созидают промышленность, являясь фундаментом развития страны.Ямал — моя родная земля, я здесь вырос, прожил большую часть жизни. Именно поэтому, ситуация в регионе для меня хорошо знакома. То же самое могу сказать о нашей команде. Это профессионалы, находящиеся на своём месте. Команда молодых, к слову сказать. Ямал — это территория, которая всегда была открыта для молодёжи. В округе каждый может показать свои способности и раскрыть свой потенциал. Один из наглядных примеров — выдающиеся первооткрыватели, геологи и строители. Они реализовали себя на Крайнем Севере и вошли в его историю. Сегодня у молодых людей ещё больше возможностей. Наш регион всегда был энергичным, и философия «рывка» вообще была свойственна этому месту, начиная с подвигов 70-х — 80-х гг. прошлого века до сегодняшнего дня.Один из примеров так называемого рывка - уникальный завод «Ямал СПГ» в Сабетте, построенный на краю земли, далеко за полярным кругом. Глава государства Владимир Владимирович Путин на открытии производства в декабре 2017 года отметил, что многие не верили в успех этого проекта. Но округ справился и доказал свою перспективность на многие годы вперёд.Впереди у нас ещё более амбициозные проекты: строительство новых заводов по сжижению природного газа, развитие сети железных дорог, создание современной инфраструктуры. Это рывок к новым возможностям, источник энергии роста благосостояния региона и его жителей…[Александр Проханов:]— Вы сказали о грядущих планах и проектах. По-видимому, вам придётся их вместе со всей страной реализовывать. Как я понимаю, вы вместе с вашим предшественником в каком-то смысле стоите у истоков создания этих проектов. Ведь это действительно один из новых проектов современной России, государства Российского. Советский Союз был страной проектов. Советские руководители мыслили категориями проектов, больших проектов, огромных масс. Советский Союз рождался как огромный красный проект. После крушения этого проекта у нас не было государства, и в этом смысле у нас не было народа, потому что нас расчленили, разбросали, мы вынуждены были заново рождаться. И мы это сделали. И поначалу, когда кончились «проклятые 90-е», мы тоже не могли мыслить проектами, а мыслили лишь сегодняшним днём, поскольку всё время происходили то теракты, то войны, то чудовищные экономические афёры. И Владимир Владимирович попросту был лишён возможности мыслить проектами, потому что он должен был каждый день отбиваться от тысячи напастей, решать тысячи задач.Но вот мы прошли такие стадии нашего нового развития, что оказались способны запустить два проекта. Один — великий южный проект, связанный с возвращением Крыма. Севастопольская база, контроль над Чёрным морем, выход в Средиземное море, наши базы в Сирии, оперативный простор во всех океанах вплоть до Антарктики.Второй проект — это Север, Арктика. Вы живёте в атмосфере великих русских проектов. Ямальский, Северный арктический проект включает в себя мощную оборонную составляющую и освоение огромной линии Севморпути, а это новые рынки и многое другое. И Ямал — «замковый камень» данного проекта. А как могут быть реализованы эти инфраструктурные проекты?[Дмитрий Артюхов:]— Неслучайно ещё великий Ломоносов говорил, что Россия обращена фасадом к Арктике. Конечно, в XXI веке мы к этому уже очень близко подошли. И будущее, несомненно, во многом — в арктических проектах. Это уже понимают все. Неслучайно к Арктике приковано большое внимание, порой даже тех стран, которые находятся в тысячах километров от неё. Мы видим, какое внимание уделяет ей Азия: создаются профильные центры в Китае, Сингапуре — в странах, которые абсолютно не ассоциируются у нас с Крайним Севером. И действительно за Арктикой будущее, а важные проекты сейчас сконцентрированы у нас, на Ямале. Я уже говорил о запуске завода «Ямал СПГ», совсем скоро заработают вторая и третья очереди этого предприятия. Президент поставил важную задачу — кратно увеличить объёмы перевозок по Северному морскому пути до 80 млн тонн в год к 2025-му. Чтобы решить задачу в обозначенные сроки, предстоит многое сделать. Арктическая инфраструктура будет развиваться ударными темпами и не без помощи железных дорог. На повестке стратегический проект — Северный широтный ход. Полярная транспортная магистраль по маршруту Обская — Салехард — Надым — Новый Уренгой — Коротчаево соединит Северную и Свердловскую железные дороги в единый «каркас». В результате наши центры добычи сблизятся с портами Балтийского моря. С точки зрения экономики это прорывной проект — новые рабочие места и заказы для множества российских предприятий. Ещё одна важная цель — построить железную дорогу до арктического порта Сабетта. Он уже успешно функционирует для отгрузки сжиженного природного газа. А в ближайшее время должен стать универсальным транспортным пунктом и самым крупным восточным портом на протяжении всего Северного морского пути. Геологоразведка ещё несколько лет назад доказала, что моря арктического бассейна содержат огромные запасы нефти и газа, а также другие полезные ископаемые. Чтобы к ним подступиться, нужна современная инфраструктура. В этой ситуации Ямал — крепкий плацдарм, то место, откуда начнётся освоение этих территорий.[Александр Проханов:]— То есть вы — «спецназ». Ямал — это «спецназ», что захватил данный плацдарм и поведёт наступление на дно Ледовитого океана.[Дмитрий Артюхов:]— Можно и так сказать. Но скорее — мы те, кто знает, что нужно делать, те у кого есть необходимые технологии и знания в данной сфере.[Александр Проханов:]— Встретимся с вами на дне Ледовитого океана, постараемся в скафандрах узнать друг друга.Я вспоминаю своё советское увлечение этой экспансией — освоением Севера. Я видел, как частями собирается Сургут, как собираются Нефтеюганск и Нижневартовск: модули, из которых строили города, привезли на сухогрузах, сгрузили на берег и там монтировали.Но меня всегда интересует внутренняя энергетика происходящего, структура, синхронизация подвозок, смекалка, подбор коллективов. Там есть ещё нечто, что даёт возможность эти суперпроекты реализовывать. И на базе таких суперпроектов не только осваиваются углеводородные богатства, не только создаются оборонные пояса, а рождается для русских людей ещё нечто, что важно, что всегда было главным свойством русского народа: молодечество, удальство, стремление к историческому творчеству, понимание себя не как отдельно взятого человека, а как часть огромной национальной артели. То есть философия общего дела. И ещё чувство какой-то вечной неутолённости. Потому что русский человек — неутолённый человек, ему всегда мало. Ему мало этого звёздного неба — он хочет все звёзды, ему мало своей околицы — он идёт за три моря, «туда, не знаю куда». И вот он дошёл до Ямала, дойдёт до Полярной звезды и дальше двинется. Мне кажется, что в Арктическом проекте мы будем вырабатывать это качество русской пассионарности. И это, может быть, — один из важнейших ресурсов, которые мы будем добывать здесь, в этих широтах, и транслировать на всю Россию — чтобы залечить наши раны.[Дмитрий Артюхов:]— Я с вами полностью согласен. Энергия Арктики — это её люди. А задачи, которые перед ними стоят, формируют тот самый, крепкий, северный характер. И дело не только в мегапроектах. В каждом населённом пункте Ямала, посёлке или городе, сосредоточены наша история, культура, традиции. Сегодня здесь живут дети и внуки тех первопроходцев, которые приехали в округ ещё в советское время. Наши люди прекрасно помнят, каким был регион в начале своего становления. Когда не было ни дорог, ни комфортного жилья. Работать приходилось без перерыва, невзирая на пятидесятиградусные морозы и пронизывающий ветер. В то время были открыты знаменитые месторождения, давшие жизнь проектам, реализуемым сейчас. И, конечно, именно тогда появились герои освоения Севера, люди на которых мы равняемся и сейчас.Причастность к чему-то великому, необъятному, всегда воодушевляла жителей нашей страны. Это и освоение космоса, и освоение северных земель. Прямо сейчас идёт вторая волна полномасштабного освоения Арктики. Эта та неповторимая атмосфера, которая поможет выявить пассионариев. Личностей способных изменить мир вокруг себя.[Александр Проханов:]— Меня всегда коробила фраза «новые русские». Как русские могут быть «новыми»? Это одёжка, что ли, или сапоги? Потом, когда эти «новые русские» появились, подумалось: «Боже мой, неужели это русские?» И выражение «новые русские» стало синонимом беспринципности, стяжательства, безумных пьянок. Эта новая русская буржуазия сейчас сгинула. Она целое десятилетие присутствовала как эмблема «русских»: здесь набраться долларов, евро, в Европе их пропить, прогулять, набезобразничать.А мне кажется, что Ямал — «кузница» настоящих новых русских. Это те новые русские, которые придут оживить и воскресить извечно русских. Поэтому я хочу понять ямальскую мечту. Это несколько, может, поэтическая метафора, но о чём мечтает ямальский человек, кроме достатка, кроме своего становления, самоутверждения? Конечно, ямальский человек мечтает о чудесном, о волшебном, по-прежнему мечтает о Беловодье, по-прежнему думает, что он приехал в Обскую или Тазовскую губу добывать газ, нефть. Но думаю, он ещё и надеется где-то там, за 4-й буровой, найти райскую землю.[Дмитрий Артюхов:]— Да, сюда всегда приезжали самые открытые, готовые к подвигам люди. Неслучайно у нас есть памятник романтикам 70-х годов. Люди приезжали, конечно, не за материальными благами. Хотя, на первый взгляд, кажется, что это — главное. Нет, люди ехали в сложные условия, в абсолютно необжитые края, за мечтой. Шли за тем, чтобы быть причастными к великим стройкам, развитию Западной Сибири, чтобы добыть первые кубометры газа, первую тонну нефти. Действительно самые лучшие человеческие качества выявлялись Севером. Ямальская мечта — в созидании: в созидании жизни вокруг себя. Здесь за какие-то десятилетия с нуля построены целые города. Они комфортны, есть все условия для жизни, рождаются дети. У нас замечательная демография, мы прирастаем. Ямальцы не боятся создавать большие семьи. У нас много семей, где трое-четверо детей. Это самый лучший показатель того, что эта территория, несмотря на всю её суровость, комфортна и привлекательна для жизни. Радует ситуация с коренными малочисленными народами, которые здесь живут веками. Они тоже численно прирастают. И увеличивается число тех, кто ведёт традиционный образ жизни. Я считаю, что одно из главных наших достижений — гармоничное сочетание промышленного освоения и сохранение традиционного уклада. Далеко не везде в России удаётся достичь таких результатов. Есть места, где коренные народы постепенно ассимилируются, оставаясь лишь на страницах энциклопедий. Сегодня в нашем субъекте мирно соседствуют ненцы, селькупы и северные ханты. По данным всероссийской переписи, на территории автономного округа живут больше сорока тысяч представителей КМНС.[Александр Проханов:]— Мы были на стойбище. Абсолютно счастливые люди, они были заняты своими делами: готовили, пасли оленей, дети играли. И у меня было ощущение, что от них исходит свет доброты и уверенности внутренней…[Дмитрий Артюхов:]— Абсолютно точно. Это счастливые и в тоже время великие люди. Мы ими гордимся и называем истинными хранителями тундры. Потому что они, как никто другой, понимают, насколько она хрупка. Из-за недостатка тепла все биологические и физические процессы в Заполярье замедлены. В следствие чего нарушенные ландшафты очень долго восстанавливаются. На то, чтобы появился новый моховой покров, потребуются десятки лет.Именно поэтому здесь очень многое зависит от работы исполнительной и законодательной власти. Ямал даёт стране огромные энергетические ресурсы. А полученные доходы позволяют решать самые разные проблемы во всех уголках нашей большой страны. Это ответственная миссия. Но нельзя забывать об экологическом балансе — об этом не раз говорил глава государства Владимир Путин, с этим полностью согласны члены правительства ЯНАО и руководители нефтегазовых компаний, работающих на территории округа. У нас разработан целый комплекс мер, направленных на экологическую безопасность. Это ежедневная совместная работа учёных, экологов и профильных специалистов.[Александр Проханов:]— Меня поразило во всех ямальцах, которых я встретил в своём странствии, что все они — государственники. Конечно, они мыслят своей семьёй, домом, кошельком, мыслят своим предприятием, корпорацией. Но все они — государственники: и рабочие, и монтажники, и директора, и губернатор. Все мыслят категориями державы. Это настоящие державники. В этом тоже есть мечта. Люди не могут быть довольными и счастливыми отдельно в своей семье, своим двором. Они счастливы, когда вся держава счастлива, а, может быть, и весь мир. Вот ещё одна составляющая ямальского миросознания.[Дмитрий Артюхов:]— Тут действительно есть это ощущение. И, общаясь с любым из ямальцев, юным или уже взрослым, опытным, ты испытываешь ощущение того, что причастен к великим государственным делам. Когда ты добываешь кубометры газа, когда создаёшь новые заводы, строишь дороги... Ямал — это отличное место для международной интеграции. Это место сочетания Запада с Востоком на территории России. Сабетта, проекты СПГ, которые успешно реализуются, — в них участвуют французские и китайские партнёры. И всё это во главе с российской командой действует четко и слаженно. Это уникальный мировой опыт. Огромный завод был построен в сложнейших условиях точно в соответствии с графиком и в рамках заданного бюджета. В личной беседе иностранные партнёры признавались, что они с такой задачей не справились бы. А у нас всё было сделано, как изначально планировалось. То, что Ямал является площадкой интеграции и успешной экономической кооперации, это тоже наша особая миссия, которая будет десятилетиями выполняться. У нас впереди очень много проектов, и они уже сейчас (это очевидно) будут совместными. Будут создаваться предприятия как с западными партнёрами, так и с восточными. Интерес к ним испытывают все ключевые игроки.[Александр Проханов:]— Вы имеете в виду проекты по освоению шельфа?[Дмитрий Артюхов:]— Шельф, заводы сжижения газа. Интерес проявляют японские, корейские, китайские партёры; у нас есть совместные предприятия с представителями индийского бизнеса, арабские партнёры тоже с большим интересом смотрят в сторону Ямала. Регион, который когда-то считали краем земли, сейчас становится территорией кооперации разных культур, разных стран. И, самое главное, под руководством российских компаний это делается эффективно, качественно. Партнёры остаются довольными и получают то, что хотели. Территория развивается, развивается благодаря этому и страна.[Александр Проханов:]— А как вы управлялись с «монстрами», которые здесь хозяйничают, — с суперкорпорациями? Как вы находите общий язык с Роснефтью, Газпромом, РЖД, Министерством обороны? Ведь это же серьёзные «группировки», и с ними лучше не ссориться. Мне кажется, что для вас это проблема тончайшей внутринациональной дипломатии.[Дмитрий Артюхов:]— Всё-таки это — органы государственной власти. За годы работы нам удалось выстроить конструктивный диалог с крупнейшими компаниями. Причём руководители многих из них начинали свою деятельность здесь, на Ямале, или в близких нам, соседних регионах: Новом Уренгое, Ноябрьске, Сургуте. Здесь жили их семьи, росли их дети. Поэтому долго говорить о том, как относиться к этой территории, с ними не пришлось — они и сами прекрасно понимали, что нужно помогать. На деле мы всегда привлекаем руководство компаний к совместной разработке инфраструктурных и социальных проектов. Благодаря механизму государственно-частного партнёрства строятся спортивные комплексы, больницы, культурные центры, детские сады и школы. Это пример успешной кооперации и в то же время планирования стратегии региона на 15—20 лет вперёд. Вы же понимаете, что для нефтегазовых компаний необходимо решать всё новые и новые задачи, и все они реализуются силами их коллективов. Если глава семейства работает в компании, то жена, например, работает врачом. Их дети ходят в детские сады, школы. Все понимают: для того, чтобы качественно развивать, в том числе нефтегазовые проекты, территория и живущие на ней люди должны чувствовать себя хорошо. Уже всем понятно, что будущее в XXI веке за качеством, за человеческой инициативой, за инновационностью людей. И эти качества проявляются там, где есть определённый уровень жизни. Конечно, ещё многое предстоит сделать. К сожалению, Север осваивался с отставанием социальной инфраструктуры. Главной задачей было производство. Сначала строились заводы, а потом думали, где жить людям, которые на этих заводах, на промыслах, работают. Я уже не говорю про школы, детские сады. Очень важно сохранить те темпы, которыми Ямал развивается последние 10 лет. Меняются и преображаются наши города, населённые пункты. Меняется и мировоззрение людей. Уходит понятие «Большая земля» — место, куда так стремительно хотели уехать жители Севера, заработав деньги. Так часто называли Тюмень, Екатеринбург, различные города центральной России. Сегодня «Большая земля» — это наш Ямал, регион, где происходят события мирового значения.[Александр Проханов:]— Мне кажется, что с 90-х годов крупные компании, особенно частные, заимели скверную репутацию в народе. Да и теперь эта репутация не блестяща. У нашего народа, особенно советской части, предубеждение к частному бизнесу как таковому и предубеждение к вновь возникшим частным, да и отчасти к государственным, компаниям. Это предубеждение надо преодолеть. Частные компании, например, «Новатэк», сделали блестящую работу, построив этот завод. Я не вникал в их финансовые проблемы, но вижу, что это абсолютно созидательное ядро. И надо подумать о восстановлении репутации крупных компаний в глазах народа, потому что мы должны вернуться к солидарному обществу, которое живёт ощущением общего дела. В Сабетте на заводе в цеху вывешена целая программа о создании солидарной среды рабочих. Такая же программа должна быть во всей России. И в этом смысле, мне кажется, Ямал мог бы об этом говорить с полным правом.[Дмитрий Артюхов:]— У нас очень хорошие, действительно созидательные планы у компаний, которые здесь работают. И всё больше и больше внимания уделяется не только производственным показателям, но и вопросам, связанным с командой, которая работает в организациях, и качеством их жизни. В современном вахтовом посёлке есть всё необходимое: современный спортзал, бассейн, магазины, созданы все условия для работы и отдыха. Совместно с Газпромом были реализованы проекты по развитию социальной инфраструктуры: построены жилые дома, детские сады, школы. У нас в Тюмени, куда наши ветераны переезжают по программам переселения появились целые ямальские микрорайоны. Мы с Вами посетили в посёлке Харп рыборазводный завод, который строился совместно с компанией «Новатэк». Это один из лучших примеров того, как компания соучаствует в вопросах экологии. К сожалению, за последние годы в силу неограниченного браконьерского лова популяция сиговых в естественной среде существенно сократилась. В этом году производственникам совместно с наукой удалось довести технологию воспроизводства до совершенства. И сейчас на предприятии начинается системный, постоянный выпуск мальков. Здесь же формируется маточное стадо муксуна, насчитывающее 16 тысяч производителей. Примеров взаимовыгодного сотрудничества действительно много. Есть успешные проекты с «Газпром нефтью» и компанией «Роснефть».Всё это рождает именно ту северную созидательную атмосферу, которой мы очень дорожим и которую стараемся поддерживать.[Александр Проханов:]— Спасибо, Дмитрий Андреевич, за откровенный разговор. Я убеждён, что у вас всё получится. Конечно, у вас будут огромные трудности, напряжение. Это сейчас вы такой молодой, но Ямал поможет вам «состариться» за это время. У вас всё есть, и никаких вам советов не нужно. Но всё-таки вот мой совет: найдите среди творческой интеллигенции молодого писателя, с новыми мозгами, с новым сознанием. Пригласите его сюда и пусть он создаст книгу. Пусть напишет роман, в котором будет этот характер, эти схватки, где будет средствами большого художника и мыслителя сформирована ямальская мечта.[Дмитрий Артюхов:]— Спасибо, Александр Андреевич, обязательно подумаю…

Выбор редакции
13 июля, 13:10

Александр Проханов // "Завтра", №27, 11 июля 2018 года

  • 0

Имперский холмСегодня Россия живёт тяжело. Слышится ропот, у людей недовольство, уныние. Иные ожесточаются, у других опускаются руки. Россия сегодня проходит сквозь игольное ушко своей великой истории. В чём черпать силы? На что уповать? Где путеводная звезда? В чём божественная русская мечта, помогавшая народу превозмогать великие беды, одолевать тьму, продолжать своё победное шествие в бесконечном русском времени?Изборск — крохотный городок на подступах к Пскову. Среди деревянных домиков — каменная огромная крепость. Башни, бойницы, которые смотрят на окрестные поля и дороги. Сюда из Прибалтики на Русь из века в век двигался враг, катились нашествия: Ливонский орден, шведские отряды, польский Стефан Баторий, Литва, немецкие фашисты. Они натыкались на Изборскую крепость, завязывалась схватка. Изборский гарнизон отбивался, расстреливал врага из бойниц на дальних и ближних подступах, сдерживал неприятеля двое-трое суток, давая возможность Пскову приготовиться к нашествию.Среди башен Изборской крепости есть одна, чьи бойницы смотрят не вовне, а внутрь. Когда враг вламывался в крепость, остатки русского гарнизона, подхватывая раненых, запирались в этой башне, вели свой последний смертный бой, расстреливали из бойниц врага, заполонившего внутренность крепости. И эту башню брали, убивали остатки воинов, двигались дальше, к Пскову. А там врага встречала свежая русская рать. Эта башня — памятник русской жертвенности, стоицизму, которыми во все века сберегалось государство Российское. К этой башне, как к иконе, надо подходить и прикладываться, вспоминая бессмертных героев.Псковская земля — светящаяся, лучезарная. Здесь светятся и благоухают ручьи, цветы, камни. Кажется, что над Псковщиной реют невидимые чудные духи. И душа откликается светлой любовью и обожанием. Псковщина — та земля, где русская история с языческих древних времён до нынешних дней прикоснулась своими устами, поцеловала псковскую землю, оставила здесь своё немеркнущее дыхание.Здесь радениями нынешних псковичей насыпан холм. Сюда, к древнему погребению, где покоятся кости павших русских ратников, мы снесли огромные валуны, собрав их на окрестных полях. Розовые, зелёные, золотистые — они похожи на метеориты, упавшие с неба. На вершине этой каменной горы, этой русской Голгофы, мы воздвигли огромное распятие из сибирской лиственницы и снесли в этот холм земли из всех священных мест, из всех пяти российских держав, российских империй, сменявших одна другую. Мысль была в том, что это землеприношение, эти всыпанные в холм горсти земли соединят рассечённое русское время, восстановят световод, по которому река русской истории льётся из прошлого в будущее. Этот могучий поток оросит сегодня государство Российское, наполнит людские души могуществом. Холм замышлялся нами как чудодейственный реактор, откуда энергия польётся в народ, помогая преодолевать уныние, подвигая народ на богатырские свершения. И мы отправились в странствие по псковской земле, добывая земли из всех священных мест, как добывают драгоценные клады, и всыпали земли в наш рукотворный холм.Труворово городище. Отсюда открывается вид на озёра, реки, ручьи, на туманные леса, летящих птиц, вьющиеся дороги, по которым ступает безвестный путник. Сюда в языческие времена причалил свой чёлн князь Трувор, брат Рюрика. Здесь он поставил свой терем, здесь омыл своё лицо в водах гремящих ключей, бьющих из горы. Сюда и по сей день стекаются паломники, чтобы испить эту студёную горную воду. Здесь стоит величественный каменный крест, именуемый в народе Труворовым. И отсюда, из-под этого креста, от ручьёв, от Труворова городища, мы взяли землю и всыпали её в каменный холм.В маленьком селении Выбуты на берегу реки Великой мы смотрели, как сверкает на перекатах вода. Здесь, по этим водам, юная княгиня Ольга, работая перевозчицей, гоняла свой чёлн с одного берега на другой. И однажды посадила в лодку князя Игоря, который стал её мужем. Княгиню Ольгу нарекли равноапостольной, потому что она задолго до князя Владимира приняла православие и исходила, проповедуя христианство, все псковские пределы.Тут же, неподалёку, в маленькой деревеньке Будник, родился, по преданию, князь Владимир, будущий креститель Руси. Отсюда, из Будника, начал он свой путь к Киеву и дальше, к Херсонесу, где получил святое крещение и привнёс мистический свет православия в русскую историю от древности до нынешних дней.Чёрный огромный камень, перегородивший ручей, как гласит предание, является Вифлеемской звездой, прилетевшей из Вифлеема на Псковщину и упавшей в Буднике. Оттого и родился здесь будущий креститель Руси. И отсюда мы взяли землю и всыпали в наш священный холм.На берегу Чудского озера, где состоялась Ледовая сеча и князь Александр Невский разгромил ливонцев, пустив их под лёд, стоит дивная церковь. Отец Никандр рассказал нам, как однажды в годовщину Ледового побоища в безлюдном храме вдруг сами собой вспыхнули все лампады. Александру Невскому во время битвы помогала сама Богородица. И ангелы своими мечами рубили лёд под копытами ливонской конницы, толкали их в ледяную прорубь.Здесь же, на кромке Чудского озера, расположились пограничники, ибо сегодня это край русской земли. Там, за озером, — Эстония. Протяни руку — и тронешь натовский танк. Кинь сучком в небо — и попадёшь в натовский бомбардировщик. Здесь на границе государства Российского по-прежнему слышен звон мечей той Ледовой сечи, витает дух Александра Невского. И отсюда мы взяли землю и всыпали в холм.Кончилась Киевско-Новгородская Русь, и её сменило Московское царство. И оно, это великое царство, отметило себя на псковских стенах и пажитях. На гдовской дороге стоит изумительный Спасо-Елеазаровский монастырь. Ещё недавно захламлённый, превращённый в руину, с проседающим, готовым обвалиться храмом, теперь монастырь превратился в дивную обитель с райским цветниками, прудами, в которых отражаются белоснежные стены и золотые кресты. Здесь подвизался изумительный старец Филофей, создатель величественной теории "Москва — Третий Рим". Отсюда он писал письма великим князьям Ивану Третьему, Василию Третьему, наставлял их в том, что смысл государства — не в стяжании казны, не в расширении своих пределов, не в создании могучего войска, а в сбережении дарованного русским православия, мечты о Царствии небесном, о красоте и святости людских отношений, где справедливым и божественным является отношение человека к человеку, государя и подданного, природы и всего рода людского. Это возвышенная теория, по которой Русское царство является предтечей Царствия небесного, теория, по которой царство Российское наделяется мессианским смыслом, внушающим русским государям, что их дело свято. И отсюда мы взяли землю и принесли в наш холм.Романовская империя одарила Псковщину своими победами, петровским бастионами, которые она воздвигала в ожидании нашествия шведов.Здесь, в селе Михайловском, у Святогорского монастыря, на берегу Сороти, жил Пушкин, солнечный гений, в котором открылась вся бездонная русская красота, удальство, возвышенное обожание мира. Ты стоишь на крыльце михайловской усадьбы и думаешь, что по этим ступенькам взбегал молодой Пушкин, запахивал полу тулупа, падая в лёгкие санки, и мчался в солнечной пурге по этим холмам и далям, восхитительный и ликующий. Идёшь по липовой аллее Анны Керн, где половина деревьев уже исчезла, а оставшиеся, сгорбленные, с чёрными дуплами, доживают последние годы, и чуется, что здесь, среди цветущих лип, Пушкин обнимал свою возлюбленную, целовал её румяные уста. Приехав сюда, в Михайловское, тебе покажется, что ты приехал к себе домой. Здесь всё родное, знакомое. "Здесь русский дух, здесь Русью пахнет". Здесь золотой петушок и великий Пётр, Евгений Онегин, стреляющий из пистолета в Ленского, здесь Медный всадник, Пугачёв, ведущий своё крестьянское воинство по оренбургской степи. Пушкин всемирен — говорил о нём Достоевский. Будучи русским поэтом, он сделал русскую мечту мировой мечтой. Одарил своей красотой, своей русской надеждой, русской сказкой всё остальное человечество. Недаром в 1937 году по велению Сталина пушкинские стихи читали на пограничных заставах, в гарнизонах, в заводских цехах. Перед войной Пушкин стал самым популярным советским поэтом, вдыхал в народную жизнь неодолимую веру, свет.Здесь же, на Псковщине, на печальной станции Дно завершилась Романовская империя. Преданный своими генералами, царедворцами, государь написал своё отречение, и отсюда, со Псковщины, он начал свой путь в расстрельный Ипатьевский дом. И из села Михайловского, со станции Дно, мы взяли земли и снесли их в свой каменный холм.Красное государство неоднократно прикоснулось ко Псковщине своими огненными перстами. На берегу реки Черёхи, покрытые травяным дёрном, по сей день сохранились бугры и рытвины в том месте, где стояла орудийная батарея красного артиллерийского расчёта. Отсюда 23 февраля 1918 года красные артиллеристы выпустили снаряд по немецкому бронепоезду, который наступал на Псков. И кайзеровский бронепоезд повернул вспять, пустился в бегство, сопровождаемый пальбой артиллеристов. Этот день стал днём рождения Красной Армии, советским военным праздником, который сегодня празднуется нами как День защитника Отечества. На Псковщине в очередной раз свершилось чудо: малая горстка воинов отогнала могущественного врага.В псковских лесах, у исчезнувшей деревеньки Чернушки, следов которой теперь и не найдёшь среди березняков и осинников, одиноко высится памятник Александру Матросову. Его бронзовая вознесённая высоко голова словно смотрит на нас из небес. Здесь был дот фашистских пулемётчиков, остановивших атаку советских войск. Сюда, к этому месту, бежал Александр Матросов, накрыл своей грудью гнездо вражеского пулемёта. Отсюда его душа вознеслась к небесам. Теперь его лик смотрит на нас из-под белой тучи. Герои великой войны, где добро одержало победу над злом, свет остановил нашествие тьмы, где духи рая остановили чёрные духи ада, все эти герои, кто сражался и погиб за Отечество, будут наречены святыми. И сейчас, когда смотришь на бронзовое лицо солдата, вознесённое ввысь, кажется, что вокруг него золотится и светится нимб.Новое время, когда рождалось нынешнее государство Российское, отмечено на Псковщине подвигом 6‑й воздушно-десантной роты, которая отсюда, с берегов Черёхи, из расположения Псковской воздушно-десантной дивизии, отправилась на чеченскую войну и там легла костьми вся, останавливая наступление превосходящего врага. Казалось бы, девяностые годы — время великого неверия и уныния, разгул низменных страстей, погоня за золотым тельцом. Но и в это время живущие в душе русского человека таинственные вечные коды подвигли солдат и офицеров героической роты на подвиг во имя государства Российского. Этот подвиг запечатлён в удивительном памятнике, созданном воображением десантников. Огромный раскрывшийся парашют, накрывающий своим куполом пламя горящих свечей. И на куполе — росписи всех погибших десантников, снятые с архивных документов. Да разве этот парашютный купол, погибшие русские воины отличаются чем-либо от той Изборской башни, где принимал свой последний смертный бой древний русский гарнизон?Сменяются поколения, сменяются правители, сменяется оружие — не меняются живущие в душе русского человека коды, которые говорят ему: русское государство свято, русское государство — твой дом; здесь, в России, родились и похоронены твои предки, здесь будешь похоронен и ты, здесь родятся твои потомки, которые, как и ты, будут читать Пушкина, поклоняться храмам, строить города, превозмогая все напасти и трудности, заслоняя собой свою любимую Родину. Мы взяли землю у купола и из расположения Псковской воздушно-десантной дивизии, которая и сегодня незыблемо стоит на западных рубежах Отчизны. Россия сберегается великими трудами, воинскими подвигами, монашескими молитвами.Здесь, на Псковщине в наше недавнее время подвизались два дивных старца, снискавшие себе известность великих молитвенников за Россию. Старец Иоанн Крестьянкин до последних дней жил в крохотной келье в Псково-Печерском монастыре, и здесь же, в псковских пещерах, он похоронен в подземной церкви. К нему при жизни стекались все страждущие и обременённые, и он утешал их. К нему приезжал президент Путин, и они целый час о чём-то говорили в крохотной келье. Теперь архимандрит Иоанн Крестьянкин молится за Россию, как молится за неё и его друг, отец Николай Гурьянов, долгие годы живший среди Псковского озера на острове Залит.Псковское озеро — великолепное и загадочное. Каждый день у него свой цвет, свой лик, своё дыхание. Оно то голубое, то розовое, то нежно-зелёное, то гневно-чёрное. По преданию, лихие люди выкрали в Спасо-Елеазаровском монастыре чудотворную икону, везли её в лодке через озеро. Но налетела буря, похитители погибли, а икона ушла на озёрное дно. И теперь оттуда она посылает свои волшебные светы.На острове на могиле Николая Гурьянова — целомудренные белые лилии. В крохотной келье трудно повернуться человеку. В малой избушке, где обитал нищенствующий старец, висит его икона, его бедная ряса. И сюда из самых дальних концов Руси стекаются люди. Старец Николай утешит всякого, научит и образумит. И отсюда, с острова, мы взяли горсть земли и снесли её в холм.И когда земля из всех пяти империй, из всех пяти русских держав, сменявших друг друга: Киевско-Новгородской, Московской, Романовской, Красной (сталинской) и нынешней, пятой империи, — была всыпана в холм, владыка Евсевий, архиепископ Псковский и Великолукский, освятил этот холм и воздвигнутый на нём крест. На освящение сошлись и съехались тысячи людей: из Пскова, из деревень, из районных городков. Окружили холм своим многолюдьем, слушали песнопения, гром салюта, речи государственных мужей. Казалось, все земли, что были вброшены в холм, ожили, засверкали, засветились, словно топливо, вброшенное в реактор. Холм задышал, засиял, стал прозрачным, как стекло, из него полились потоки могучих энергий. И люди, собравшиеся вокруг холма, посветлели лицами, обнимали друг друга, ликовали, славили Родину.И случилось чудо: летавший в поднебесье аист вдруг спустился на холм и сел на распятье. А потом слетел в народ, расхаживал среди людей. И люди касались вещей птицы, дивились на её появление, говорили, что холм — чудотворный. Этот холм, собранный из метеоритов, укреплённый священной землёй, увенчанный огромным крестом, и есть образ русской мечты. Русская мечта — это храм на холме. Русские люди насыпали этот холм всей своей огромной историей, своими бедами, страданиями, победами, чудесами и верованиями.Насыпали холм и поставили на нём храм, чтобы тот своими крестами касался небес, черпал из небес волшебные энергии силы и красоты. Озарял этим светом небесным наши семьи, наши полки, наши пограничные заставы, наши заводы и университеты. Русская, российская мечта, — она о благом государстве, благом обществе, блаженной праведной жизни, в которой нет насилия и зла, а одна красота и служение. Российская мечта складывается из мечтаний всех народов, населяющих нашу державу. В каждой русской губернии, в каждой земле мы найдём подтверждение этой русской мечте. И оттуда, от псковского холма, я начинаю странствие по нашей необъятной России. И где бы ни ступала моя нога: во льдах Ямала, или в священных рощах Марий Эл, или на архангелогородском космодроме в Плесецке, или на удивительных полях и пашнях Белгородчины, — везде я вижу образ русской мечты, нашего русского чуда.

Выбор редакции
10 июля, 15:35

Александр Проханов // "Завтра", №27, 11 июля 2018 года

  • 0

Завет ГаничеваУшёл от нас Валерий Николаевич Ганичев, один из последних русских советских писателей, мыслителей, ревнителей нашего русского дела. Когда-то он был одним из многих, был окружён такими соратниками как Вадим Кожинов, Михаил Лобанов, Валентин Распутин, Василий Белов. Всё это могучее русское многолюдье наполняло нашу жизнь верой, терпением, служением русской красоте, русскому слову. Теперь не стало и Валерия Николаевича. Он уходил величественно. Он не покидал своего поста председателя Союза писателей России, превозмогая хворь, превозмогая боль, превозмогая потери. Он продолжал вести Союз писателей в очень тяжёлые, сложные годы, когда кругом бесновалась русофобия, когда русские писатели отодвигались всё дальше и дальше от центра общественной жизни, когда Союз писателей демонизировался, становился объектом насмешек и враждебных вылазок.Валерий Николаевич Ганичев совершил очень важное для русского союза деяние: когда рухнула и исчезла советская идеология, носителем которой он был, он не бросил Союз на растерзание историческим бурям. Он понял, что государственной идеологией новой России является лучезарное православие, и он приблизил Союз писателей к православной церкви, был близким патриарху человеком, участвовал в создании и проведении Всемирных русских соборов.Его личными усилиями, его рвением, его радениями был канонизирован наш великий российский полководец Фёдор Ушаков, и икона Ушакова всегда украшала кабинет Валерия Николаевича Ганичева.Он, уходя, не оставил после себя пустыню, а нашёл достойных преемников, которые взяли на себя ответственность за руководство Союзом писателей. Это и Николай Иванов, и Сергей Шаргунов. Прощаясь с Валерием Николаевичем Ганичевым, мы смотрим на них, стоящих в поминальном карауле у его гроба, надеясь, что они подхватят и понесут дальше дело великой русской словесности, исполняя вечный завет, который звучит так: «Делай всё, чтобы свеча не погасла».

Выбор редакции
06 июля, 00:44

Александр Проханов // "Завтра", №26, 4 июля 2018 года

  • 0

Земля священных рощВсе народы — мечтатели. У каждого народа есть своя заповедная, своя сокровенная мечта. Она, эта мечта, объединяет нравы, обычаи, культуру, язык, ведёт народ от поколения к поколению, из века в век, а иной раз — от тысячелетия к тысячелетию. Эта мечта живёт среди мечтаний других народов, и иногда может показаться, что эти мечтания соперничают, что среди них возникает распря. Но это лишь на первый взгляд. По мере того, как мечта одного народа становится всё возвышенней, всё небесней, она начинает соприкасаться с мечтами других народов на том же возвышенном, небесном уровне, и там эти мечтания сближаются, а иногда совпадают.Русская, российская мечта состоит из мечтаний множества народов, населяющих нашу державу. И эти мечтания, как цветы, которые собираются в великолепный букет. Мудрый, просвещённый правитель собирает эти мечтания, эти божественные цветы, складывая их так, чтобы из них получился букет, а не сухой заскорузлый веник.Жизнь водила меня по континентам, странам, я искал мечту среди разных народов, пытаясь найти её воплощение. Теперь, побывав на Ямале среди льдов и ледоколов, одухотворённый ямальской мечтой, я оказался среди марийцев, удивительного народа, который, работая на ультрасовременных заводах, участвуя в российской политической жизни, с дипломами профессоров и с погонами боевых генералов, этот народ несколько раз в году уходит в священные рощи и там, среди священных деревьев, возносит свои мольбы к солнцу, к воде, к матери-земле, поклоняется травам, цветам, птицам, обожествляя природу, обожествляя мироздание, обожествляя весь космос.Марийский машиностроительный завод — не просто градообразующее предприятие в центре Йошкар-Олы. Это государствообразующий завод. Из таких заводов состоит государство Российское. Работа этого завода есть вклад марийцев в общероссийское оборонное дело. Завод выпускает могучие самоходные установки, прикрывающие с воздуха сухопутные войска. Ракеты этих комплексов сбивают небесного противника на расстоянии сотен километров.Директор завода Борис Иванович Ефремов — человек народный, деревенский, весь в непрерывных великих хлопотах по сбережению и развитию предприятия. Отправляет на полигоны партии готовой тяжеловесной продукции, переводит управление грандиозного оборонного производства на цифровой лад, осваивая эту загадочную цифровую реальность. Компьютеры управляют заводом. Компьютеры следят за мировым рынком, где конкурируют боевые системы различных стран. Компьютеры вслед за изделиями завода отправляются в Сирию, и там в боевых условиях отслеживают точность и надёжность систем. Директор — технократ, оборонщик. Вклад завода, вклад Марийской республики в обороноспособность России неоценим.Марийцы — народ-государственник. Сюда в военные годы с запада перекочевали десятки предприятий. Здесь великий Вавилов в 1943 году ставил свои уникальные физические опыты. Отсюда на фронт уходили солдаты и возвращались с Золотыми звёздами героев на груди. И уже сегодня несколько марийцев носят звание Героев России. И так удивительно было слышать от генерального директора Бориса Ивановича Ефремова, когда он увлечённо рассказывал о своих директорских хлопотах, откровенные признания: если дело кажется безнадёжным, он просит высшие силы, просит духов, населяющих небо, просит cолнце и радугу помочь заводу. И те, как утверждает директор, помогают.Тысячеголовое козье стадо в России — редкость. Коза — скотина домашняя. А тут, в Марий-Эл, огромные белоснежные козьи стада, бредущие среди бескрайних изумрудных полей. Пастух, как кудесник, что-то пропоёт, промурлычет, и козы идут за ним послушно и преданно всем своим белым рогатым скопищем. Агрохолдинг, занимающийся разведением коз, продающий козье молоко, творящий из козьего молока простокваши, йогурты, сыры, — явление уникальное и славное по всей России. Руководитель этого процветающего холдинга Владимир Тарасович Кожанов объясняет, почему занялся столь редким для России делом — разведением коз. Да потому, говорит он, что козье молоко целебно. Им отпаивают безнадёжно больных, оно возвращает старцам молодость, а немощным — силы. Козье молоко идёт на изготовление детского питания, потому что здесь, в этих лугах и полях, на этих козьих фермах, в козье молоко не попадает ни генетических добавок, ни химикатов.Я дегустировал сыры. Вкус — великолепный и у лёгких, прозрачных сыров, и у сухих, тяжёлых, и у сыров с плесенью, на манер камамберов. Поля, среди которых стоят животноводческие фермы и раскинулись козьи пастбища, окружены рощами. Тёмно-зелёные, они похожи на острова, спустившиеся с неба в зелень полей. Конечно, основные заботы хозяина — в том, как бы успешней сбыть товар в Йошкар-Оле или в Москве, а то и за границей, как увеличить пастбища, как справиться с налогами и самодурством чиновников. Но, несмотря на все очевидные хозяйственные и экономические заботы, мне кажется, что в основании всех этих хлопот, в основании этого удивительного увлечения лежит всё та же марийская особенность: поклонение природе, её чистоте, её целительным силам, её волшебному могуществу, побеждающему хвори и смерть.И я искал эту марийскую тайну, эту сокровенную марийскую мечту, посещая замечательные театры — украшение Йошкар-Олы. И в недавно возведённом Марийском государственном театре оперы и балета, сияющем ониксом и мраморами, беседуя с министром культуры, художественным руководителем театра Константином Анатольевичем Ивановым, я вдруг почувствовал дыхание этой марийской тайны. Константин Иванов, солист балета, пятнадцать лет танцевал первые партии в Большом театре в Москве. Его усилиями возведён этот восхитительный, похожий на храм, театр. И он признался, что, создавая великолепные спектакли: такие, как "Юнона и Авось", "Иисус Христос — суперзвезда", "Маугли", он мечтает поставить здесь "Весну священную" Стравинского, ибо эта священная весна, эта священная музыка, эти священные обряды — не где-то в прошлом, а здесь, рядом, в марийских священных рощах, в марийских песнопениях, в живых марийских мифах и сказках, в марийских танцах и в изумительных марийских костюмах: белоснежных, шитых алым шёлком, с бусами и монистами, в которых найдешь ещё серебряные деньги стародавних царских времён.Эта марийская культура, не тронутая цивилизацией, устоявшая перед натиском городов и заводов, обитает здесь, рядом, и готова питать, поить из своих деревянных ковшей творчество художников, музыкантов, поэтов.В художественной галерее, куда меня привёл Константин Анатольевич Иванов, среди добротных реалистических картин я вдруг увидел созданные совсем недавно картины, которые сами художники называют этнофутуризмом. На этих картинах, писанных яркими красками, создаются метафоры, магические символы, среди которых летают священные птицы, растут священные деревья, восходят и заходят солнца и луны, горят домашние очаги, благоухают караваи хлеба, сияют, как красные ягоды, вышивки на домотканых холстах. Это не наивное народное искусство, не стилизации под клеёнчатый коврик. Это работа современных философов, знакомых с мировым искусством и вносящих в это искусство неповторимое мировоззрение марийского народа, выраженное в удивительных символах и орнаментах.И вот я увидел, наконец, священную марийскую рощу, этот заповедный лес. Сюда на моление из далёких городов и соседних сёл стекаются люди. Оставляют свои машины в стороне, в полях и идут пешком в белоснежных одеждах, подпоясанные алыми кушаками. Женщины — в платках и долгополых юбках. Мужчины — в рубахах, косоворотках. Серьёзные, вдохновенные вступают в рощу, как вступают в храм. И не узнаешь среди этих людей, кто простой крестьянин, кто боевой генерал, кто прокурор, а кто прославленный художник или писатель. Все равны. Все торжественны, все в белоснежных одеждах. В рощах горят костры, и над ними в огромных кипящих котлах варится жертвенное гусиное мясо. Гусь, утка — священные для марийцев птицы.Под дивной высокой берёзой, сияющей, как серебро, уходящей своим чудесным стволом в поднебесье, установлен длиннющий деревянный стол, и на него все приходящие кладут свои дары. Кто караваи, кто пироги, кто блины. Горят тонкие церковные свечи. Жрецы, волхвы (их здесь называют, "карты") в белых войлочных колпаках выслушивают прихожан, вызнают об их просьбах, заботах, об их хворях, о дурных делах и поступках, которые им суждено было совершить. Подхожу и я. Не исповедоваться. Я из другой, православной, веры, у меня свой духовник. Но карт в белом колпаке смотрит на меня своими спокойными, глубокими глазами, и мне кажется, он угадывает мои чаяния.Начинается молебен. Несколько картов, обратив лица к берёзе, собрав за своей спиной явившееся на молебен многолюдье, читают на марийском языке молитвы, просят мать-природу, просят солнце и небо послать людям благо, мир и здоровье, семьям, достаток, благоденствие. Просят избавить людей от злых помыслов, от недугов, соединить их в братское сообщество, живущее среди природы гармоничной возвышенной жизнью, нашедшее свой покой, свой смысл в гармонии со всем мирозданием — с каждым цветком и с каждой звездой, с каждым древесным стволом и с каждой поющей птицей.Один карт сменяет другого, одно молитвенное песнопение, то глухое, рокочущее, то возвышенное, певучее, сменяет другое. И я чувствую, как меняется вокруг меня окрестный мир. И кажется, на это молитвенное песнопение слетелись птицы со всего леса и поют, щебечут — вторят молитвам.На десятой — на двадцатой минуте молебна я вдруг чувствую, как начинает благоухать окружающий меня лес, как пахнет горячей сосновой и еловой хвоей. Как благоухает берёза, словно её распарили, и она превратилась в огромный щедрый веник поднебесной бани, где из людей вытапливаются и уходят прочь все их недуги, все их порчи, все их дурные мысли, и люди светлеют лицами. У некоторых на глазах — счастливые слёзы.Я спрашивал у верующих, что они чувствовали. И все они на разные лады говорили, что они испытывали счастье. Счастье это было в полноте, в возвышенных чувствах, в любви, которой они соединялись друг с другом, со своими умершими предками, со своими пока не родившимися потомками, со священными лесами, с птичьими голосами. И мне казалось, что здесь, в священной роще, я понял сокровенный смысл марийской мечты. Она, мечта — в гармонии, в соединении распавшегося, расчленённого мира в единый благоухающий лес.И по сей день в глазах моих движутся эти белоснежные вереницы, похожие на праведников, что изображаются на русских иконах и фресках. До сих пор я вижу священную берёзу и марийских волхвов, славящих мироздание.С главой республики Александром Александровичем Евстифеевым мы говорили о марийской мечте. И он, опытный политик, хозяйственник, укрощавший в своё время безумные суверенитеты, готовые расслоить и распылить в прах молодое государство Российское, он, как и все главы регионов, мучительно переживающий экономический спад, хозяйственные неудачи и неурядицы, он полагает, что вклад этой небольшой приволжской республики с немногочисленным древним народом в общерусское дело, в общерусскую вековечную мечту, этот вклад — неповторимое марийское мировоззрение, это драгоценное состояние души, которое в эпоху агрессивной цифросферы, в эпоху рационализма и жестокосердия, привносит в человеческую жизнь божественную, разлитую в природе благодать. И его мысль — посадить в Москве священную рощу. Ведь есть же в Москве множество православных храмов, есть и кирхи, и костёлы, и баптистские молельные дома, и мечети, и синагоги. Так почему бы этой уникальной, восхитительной марийской религии, являющейся религией официально признанной, не подвергающейся гонениям, не утесняемой, не иметь в Москве свой лесной молитвенный храм?Марийская интеллигенция, как и всякая другая, со своими внутренними раздорами, присущим интеллигенции недовольством, эта интеллигенция, перед которой я явился со своими духовными поисками, была едина в одном: все они — хранители марийского языка, марийской неповторимости, марийского духовного чуда; оберегают это чудо — кто в книжном деле и писательстве, кто в живописной мастерской или на театральной сцене. И в общении с ними я понял и утвердился в том, что марийская мечта в своих высочайших проявлениях сливается с русской мечтой, с ненецкой мечтой, с татарской мечтой. Это мечта о целостности и гармонии мира, о целостности, могуществе и красоте нашей многонациональной России, о мире между нашими народами. О мире в городах и семьях. И эта марийская мечта не уносится марийцами в свои священные рощи, а стремится в мир, в многолюдье, в нашу грохочущую реальность, желая сделать её лучше, добрее, возвышенней.Пишу это, а сам слышу, как поют в священной роще птицы, вижу, как солнце сверкает в листве священной берёзы, как горит свеча в руках у молящегося волхва.

Выбор редакции
06 июля, 00:41

Александр Проханов // "Завтра", №26, 4 июля 2018 года

  • 0

Властитель и мыслительВ каких отношениях сегодня российская власть и интеллигенция? Либеральная интеллигенция ненавидит власть, ненавидит президента Путина. И в своей ненависти доходит до того, что, подобно Юлии Латыниной, призывает американцев напасть на Россию. Либералы называют власть кровавой, аморальной, беззастенчивой. При этом фрондирующие либеральные режиссёры охотно берут у властей деньги для своих театров и прихотей. Радиостанция "Эхо Москвы", самая лютая русофобка и ненавистница государства Российского, с удовольствием получает деньги от Газпрома, а тот, являясь государствообразующей компанией, охотно даёт ей деньги. Государство щедро оплачивает своих врагов внутри страны, при этом вяло и бездарно огрызается на их нападки.Патриотическая интеллигенция, неорганизованная и разрозненная, пережив катастрофу девяностых, все эти годы поддерживала власть, поддерживала Путина, ликуя на военных парадах в Москве, участвуя вместе с народом в шествиях Бессмертного полка, восхищаясь своим президентом, который соединил Крым с Россией. Власть сдержанно относится к патриотической интеллигенции, возбуждает уголовные дела и судит русских патриотов за их радение России, за резкое неприятие русофобов.Как строятся отношения государства и интеллигенции на всём протяжении русской истории? Россия развивается рывками, толчками. Среди тишины, застоя и размеренного существования вдруг появляется властитель‑преобразователь, озарённый пониманием русской беды, русского чуда, русской Победы. В нём зреют замыслы великих свершений. Он собирает вокруг себя единомышленников и соратников, всех умников, духовидцев и сподвижников, и этой объединённой когортой совершает чудесное русское преобразование.При этом другая часть интеллигенции противится преобразованиям, видит во властителе врага, аспида и антихриста. И эту часть фрондирующей интеллигенции власть устраняет, подавляет, а иногда кидает на плаху. Владимир Святой, величайший преобразователь Руси, одаривший её православием, создал уникальную империю с божественной Киевской и Новгородской Софией, с дивными иконами, с "Русской Правдой", с чудесными городами и крепостями. Окружённый верной дружиной, православными философами и мистиками, он превратил Древнюю Русь в восхитительную страну городов. Но при этом громил и казнил язычников, сжигал языческие капища и вырубал языческие рощи, а восставших волхвов нещадно казнил, сплавляя по Шексне и Волге плоты, на которых умирали в мучениях посаженные на кол волхвы.Московское царство с его великими правителями, князьями Василием Третьим, Иваном Третьим, Иваном Васильевичем Грозным. Они объединили Русь, покорили Орду. Их окружали дивные художники, иконописцы, такие как Рублёв, несравненные архитекторы Барма и Постник, воздвигшие посреди Москвы храм Василия Блаженного. В их славное время жил великий православный философ старец Филофей, провозгласивший теорию "Москва — Третий Рим". И этот союз власти и интеллигенции, их симфоническое единство сотворило невиданное по красоте и размерам Московское царство. Но в то же самое время противники самодержавной власти корчились на дыбах, роняли головы на плахе, бежали, как князь Курбский, в Литву, насылая на Москву её лютых врагов.Патриарх Никон и царь Алексей Михайлович Романов, окружив себя многомудрыми просветителями, толкователями священных текстов, стали исправлять священные книги, мечтая о вселенском православии, о торжестве христианства, о втором пришествии Христа, которое должно было, по замыслу Никона, случиться здесь, под Москвой, в Новом Иерусалиме. Но при этом нещадно гнали своих врагов — ­старообрядцев. Учиняли погромы в старообрядческих общинах и в деревнях. Посылали стрельцов на Соловки, и те топили в море непокорных монахов, жгли драгоценные старообрядческие рукописи.Великий царь Пётр, окружив себя единомышленниками, "птенцами гнезда Петрова", создал новую российскую цивилизацию, построил Петербург, учредил Академию, положил начало "золотому веку" российской культуры, где царили Ломоносов, Державин, божественный Пушкин, несравненные композиторы "Могучей кучки", создавали свои пророческие романы Толстой и Достоевский. При этом Романовы кидали в тюрьму Радищева, четвертовали бунтарей Стеньку Разина и Пугачёва, вешали в Петропавловской крепости декабристов, а Чаадаева, которого Пушкин называл Брутом и Периклесом, заточили в чулан, из которого тот писал свои унылые письма.Сталин затеял грандиозные преобразования, решив превратить русских в космический богоподобный народ. Окружил себя когортой великих мыслителей, политиков, художников, писателей, которые создали стиль "Сталин", воздвигли города, уставленные дворцами и храмами. Подвигли скульптора Мухину на создание неповторимых "Рабочего и колхозницы", которые и сегодня, как два серебряных ангела, сияют над Москвой. Художникам, архитекторам, музыкантам выпало огромное счастье работать на победоносное грандиозное государство, открывавшее художнику неограниченные возможности творчества.Но как Сталин и его "орден меченосцев" обошёлся с оппозиционными политическими интеллигентами, недовольными поэтами, писателями, неугодными ему архитекторами? Одних замуровывали в безвестность. Других отправляли в лагеря ГУЛАГа. Третьих просто казнили и расстреливали. И кровь казнённых художников и поэтов проступала из-­под пьедесталов сталинских монументов и памятников.Однако власть преобразователя, окружённого сподвижниками и творцами, постепенно выдыхалась, дряхлела, на смену огненным правителям приходили теплохладные, немощные и скучающие. И порыв преобразования кончался, его сменял унылый, долгий застой. Исчезали пассионарные художники и писатели.Но медленно из праха восставали гонимые и отвергнутые, начинали шевелиться кости убиенных. И фрондирующая, не согласная с властью интеллигенция постепенно просыпалась, избавлялась от страхов, наполнялась силами. И если среди них появлялся правитель, ставящий своей целью разрушить достижения предшественника, то эта интеллигенция, окрепнув, нападала на власть, изгрызала её и очень часто валила. И тогда рушилось государство, наступала чёрная яма истории, из которой слышались ликующие вопли разрушителей. Мы были тому свидетелями, когда вокруг Горбачёва, вокруг Ельцина объединились все ненавистники советского строя, все антисталинисты, все, кто отвергал и опровергал имперскую Россию. Интеллигенция в своих писаниях, мюзиклах, выступлениях по радио и телевидению за четыре года перестройки изгрызла все ценности, из которых состояла идеология и духовная жизнь советского государства. И государство рухнуло. Десять лет после девяносто первого года Россия жила во мгле. У неё не было своего государства, а значит — не было народа, он был рассеян и разбросан по чужим углам. А интеллигенция: экономисты, советники, публицисты, писатели, окружавшие Ельцина, — десять лет занимались тотальным разрушением заводов, музеев, библиотек, научных и художественных школ, уничтожая репутации советских мыслителей и писателей.Это яростное разрушение и свирепое отрицание стало сходить на нет, отступило, когда к власти пришёл Владимир Путин. Путин — создатель нового государства Российского. Ему принадлежит новый проект "Россия", который он осуществлял в согласии и в союзе с патриотическими писателями, художниками и режиссёрами, монахами и военными интеллектуалами. Он проделал огромную работу, прекратив сепаратизм, восстановив оборонные способности государства, положив начало таким великим проектам, как русский проект "Арктика" на севере государства и южный проект — севастопольский, крымский, средиземноморский.Но вот уже несколько лет, как внутреннее развитие России остановилось. Долгожданный рывок откладывается. Россия переживает застой. И этот застой проецируется в круги современной интеллигенции. Патриотическая интеллигенция, мечтая о России как о стране справедливости, ожидая от государства устранения разъедающих страну недугов и язв, начинает роптать. Теряет веру и надежду, отдаляется от Путина, переполняется унынием и ядовитым скептицизмом.Либеральная интеллигенция, напротив, оживает, набирает силы, складывается в мощный пучок энергии, стремясь прожечь этим пучком кремлёвские стены и спалить укрывшегося за ними правителя. Либералы мечтают о реванше, мечтают о второй перестройке, мечтают об устранении Путина. Мы видим, как оживают тени и призраки девяностых годов. Юмашев становится советником президента. Наина Ельцина вмешивается в идеологию. Наталья Солженицына учит нас тому, как обустроить Россию. Пенсионная реформа, задуманная Кудриным, есть торжество либеральной экономической идеи, которая затолкала Россию в экономический тупик, лишила её денег, предназначенных для развития и модернизации, направила эти деньги в казначейства чужих, враждебных цивилизаций.И сегодняшний интеллигент­-патриот переживает мучительное время. Он стоит перед великим искушением отвернуться от нынешнего государства, слиться с теми, кто готов подрубить и срезать кремлёвские башни. Но это было бы величайшим неотмолимым грехом, обернулось бы презрением потомков к патриотическому интеллигенту-расстриге.

Выбор редакции
29 июня, 11:55

Александр Проханов (теле-эфир) // "Россия 1", 28 июня 2018 года

  • 0

смотреть с 1:39:48АЛЕКСАНДР ПРОХАНОВ в программе ВЕЧЕР с Владимиром Соловьёвым

Выбор редакции
28 июня, 13:26

Александр Проханов // "Завтра", №25, 27 июня 2018 года

  • 0

Одухотворённый ЯмалРусские люди — это очарованные странники. Они очарованы великой родиной и великой мечтой: не только земной, но и небесной. Стремятся за линию горизонта, на край света. Туда, где, по их представлению, — благодать, жизнь без зла, без насилия, райские кущи. И такой землей для русского человека был Север, загадочный, таинственный, влекущий своим полярным сиянием, своей неугасимой Полярной звездой. И они шли на Север — в надежде оказаться там, где среди льдов вдруг откроется цветущий земной рай. И дошли туда, где их ждало чудо.И вот я на Ямале — среди неоглядных разливов, среди льдов, среди пронизывающих ветров, на кромке Ледовитого океана. И вот оно, ямальское чудо — завод по сжижению природного газа, СПГ. Грандиозный красавец полярных сияний. Этот завод в разобранном виде везли сюда по Северному морскому пути из Китая. Там его создавали — и по частям, по модулям грузили на колоссальные сухогрузы, и те в сопровождении ледоколов медленно пробирались через полярные широты. Причаливали к приготовленным пирсам, драгоценный груз переносили на гигантские многоколёсные платформы и тихо, осторожно, чтобы не продавить мерзлоту, везли на стройплощадки. Потом эти модули, похожие на пучки огромных стальных лучей, сгружались, ставились на мерзлоту, собирались, свинчивались, состыковывались, — и так возник чудесный завод. А рядом с ним — великолепный, прекрасный, точный, похожий на кристалл вахтовый город. По такой же технологии будут собираться на Луне лунные поселения, доставляемые сверхтяжёлой ракетой. Дмитрий Анатольевич Фомин, хозяин всей этой стройки, принимавший самые первые модули, рассказал, как созидалось это чудо. Чудо, казавшееся невероятным для этих ледяных пространств, где зимой температура 50 градусов ниже ноля, а ветры с океана могут свалить с ног человека. В сражении с мерзлотой и с запасом прочности не только на весну, но и на климатические изменения, когда всё вокруг начнёт таять, сдвинется — и тысячетонные конструкции могут уйти в землю, в воду, в тундру. Каждый момент воздвижения завода требовал своего, пусть самого маленького, но открытия. Небольшого, но откровения. Здесь по-особому погружались в мерзлоту особые сваи, по-особому из особого бетона отливались огромные резервуары, куда стекал сжиженный газ, дожидаясь разгрузки. Здесь по-особому осваивают месторождения, по-особому ведут бурение, запуская под землю целый пучок, целый куст расходящихся скважин. И человек своей железной рукой осторожно шарит в подземелье, нащупывая могучие карманы с газом. Этот газ подаётся на завод, очищается, из него выделяются сопутствующие ему смеси, концентрат, конденсат. Он проходит через гигантскую криогенную установку, через реактор, где превращается в жидкость, и откуда потом насосами подаётся в колоссальные цистерны и хранится там до прихода танкеров. И эти танкеры уже движутся к Ямалу с востока и запада по Северному морскому пути. Одни уже проходят Берингов пролив у Аляски, другие — только что отчаливают от Испании, куда они перекачали запасы газа и движутся к порту, где океан ещё весь во льдах, где, поджидая караваны газовозов, темнеют в отдалении ледоколы, дизельные и атомные.Этот завод — национальное богатство. Но не меньшим, а то и большим богатством является коллектив, обеспечивший создание этого газового гиганта. Этих людей искали по всей России, отбирали, проводили тесты на их знания, умения, на их нравственные качества. Двадцатитысячный коллектив работающего и продолжающего строиться предприятия — люди великого трудолюбия, великой удали и даже молодечества. Люди колоссальной дисциплины и артельной коллективистской этики.Игорь Олегович Часнык, руководящий производством, рассказывал, что создание здесь, среди этих полярных сияний, невыносимой мерзлоты и мороза, такого коллектива — огромный социальный труд, которого нам так не хватает в обычной жизни. На Севере один человек — ничто. Он погибнет, исчезнет. Выжить здесь можно только вместе, в братстве, помогая друг другу, принося самого себя в жертву за други своя.Вахтовый посёлок — чёткий, кристаллический, красивый, где нет ничего лишнего, являющий собой фабрику для жилья. Здесь тепло, есть вода, электричество, комфорт, даже спортивные сооружения. Этот посёлок на 20, а то и на 40 дней принимает упрямых, дееспособных людей, истосковавшихся по настоящему делу, по крепким заработкам, по артельному коллективному труду, которым всегда была славна Россия. Наша Арктика сегодня — поражающая своими углеводородными богатствами, открывающая русским людям сквозь льды Северный морской путь, куда спускаются один за другим атомные ледоколы. Эта кромка Ледовитого океана является и рубежом обороны, где ставятся сверхмощные и сверхдальние радиолокационные станции, способные обнаружить противника по ту сторону полюса. Арктика сегодня является фабрикой нового русского человека. Не того "нового русского", который явился после крушения Советского Союза и испугал весь мир своим безумием, расточительством, чванством и никчёмностью. А того нового русского человека, который является вечным русским человеком, исконным русским человеком, открывателем, создателем, героем, тружеником и великим удальцом, ибо он совершает здесь, в полярных широтах, огромное, важное, богатое русское дело. И эти люди, отработав здесь свои вахты, вернутся в Центральную Россию, обветренные арктическими ветрами, готовые к великим делам. Лучшие строители, лучшие управленцы, лучшие политики.Генеральный директор завода Евгений Анатольевич Кот с упоением творца и большого хозяина рассказывал мне про абсолютно новую отрасль экономики, когда на смену дорогостоящим газопроводам приходят газовозы, везущие сжиженный газ к местам потребления. Как странно здесь выглядят утверждения некоторых экономистов и промышленных стратегов, с презрением говорящих о газовой и нефтяной "игле", на которую якобы села Россия. Пусть другие страны попробуют сесть на такую "иглу", создать арктическую углеводородную цивилизацию. Она — результат великих технологий, великой науки, связанных с землёй, с людьми, с металлом, с химией. Это вершина экономики, способной освоить эти месторождения, не потерять при этом ни капли нефти, ни кубометра газа, обеспечив сохранность и чистоту окружающей среды, способной отыскать мировые рынки, где была бы употреблена эта нефть и этот газ. Выиграть схватку за эти рынки с другими нефтегазовыми державами. Первая линия завода работает вовсю, на полную мощность. Собирается у меня на глазах вторая могучая линия. Ещё немного — и через неё тоже пойдёт газ к пирсам. Уже монтируется третья линия, под которую делают расчёты финансисты, считая выручку, которую даст эта третья линия. Но это ещё не всё. В программе — и четвёртая линия завода. Причем эту линию не привезут из Китая, с чужих заводов и верфей, — она будет создаваться здесь, в России. Уже разработаны технологии, найдены соответствующие производства, распределяются заказы, нагружая рабочие места и давая дополнительную жизнь всей современной российской индустрии. Здесь наглядно видишь, как выполняются майские указы президента, хотя на Ямале мало говорят о политике.А ещё — развитие цифровой экономики, создание цифросферы, без которой невозможно было бы управлять этим огромным производством: от глубокой тундры, где стоят буровые, до огромного, денно и нощно функционирующего завода, с его сложнейшими технологическими процессами, до океанского порта с множеством пирсов и обслуживающих их ледоколов. Только вездесущая цифра, только компьютерная сеть способны синхронизировать это огромное производство. О каком ветхом жилье можно говорить в Сабетте, если по своему качеству, по наукоёмкости, по комфорту, по эффективности этот город напоминает лунное поселение? Вот — ничего нет. Но вот всё возникло — словно одним ударом, одним чудесным мановением жезла! Порт Сабетта, о котором ещё недавно мало кто знал, сегодня стал одним из самых восхитительных, самых важных мест России.Губернатор Ямало-Ненецкого автономного округа 30-летний Дмитрий Андреевич Артюхов, должно быть — самый молодой из глав регионов России. Мы говорим: необходим рывок, рывок в будущее. Вот он, этот рывок. Губернатор — человек-рывок. Когда совсем недавно его предшественник и наставник, Дмитрий Николаевич Кобылкин, человек огромного опыта, потрясающего темперамента и настоящей северной закалки, ушёл в Москву, чтобы занять пост министра природных ресурсов и экологии всей России, здесь его сменил Артюхов. Подвижный, умный, страстный, темпераментный, владеющий английским языком, поработавший в Сингапуре и познавший тайны современного западного управления, правила мировых рынков, он — плоть от плоти этих северных мест. Не чужак, не "карьерный" губернатор. Он — преемник в самом высоком и прекрасном смысле этого слова. Он работал рядом с Кобылкиным, усвоил его философию, воспринял его стратегическую доктрину. И теперь, исполненный сил, на волне арктического ренессанса, продолжает его стратегический проект "Арктики XXI века".Этот проект грандиозен. Он включает в себя продление железной дороги: той, что ведёт через Северный Урал от Воркуты, от уральских экономических районов на Восток, к Салехарду, к Оби, не достигая порта Сабетты всего на пару сотен километров, — продление этого пути к комплексу "Ямал СПГ", чтобы сюда быстро и надёжно доставлялись грузы из могучего Урала, со всей европейской части России. И вторая железная дорога, которая подходит к Оби с востока, соединяя Лабытнанги с северной Сибирью: Надымом, Новым Уренгоем и дальше, до Игарки на Енисее. И мост через Обь, который должен соединить Лабытнанги и Салехард, одновременно будет железнодорожным мостом, создающим этот "полярный Транссиб", Северный широтный ход, соединённый железными нитями рельсов с портом Сабетта и растворяющийся в необъятных просторах Северного морского пути. В этом — будущее Ямала. В этом — его новая стратегическая роль в развитии России. В этом — осуществление старинных, давнишних, задуманных ещё в дореволюционные времена и частично осуществлённых в сталинскую эпоху стратегических замыслов по освоению и развитию Русской Арктики. Этот проект уже осуществляется. Проведены все расчеты, одобрен проект моста через Обь, найдены инвесторы. Реализации этого проекта будет посвящена вся дальнейшая деятельность молодого губернатора. Он продвигает этот проект, стремится убедить Центр в его стратегической необходимости. Я провёл вместе с Дмитрием Артюховым несколько дней: в машинах, вертолётах, на строительной площадке Сабетты, в чумах ненецких стойбищ, среди оленьих стад, среди интеллигенции Салехарда… Мы говорили с ним о мечте, о великой русской мечте и о том, как эта мечта проявляется здесь, на Ямале, о ямальской мечте.Конечно, это — мечта благоустроить свой дом, свой очаг, свою землю. И нынешнему поколению русских людей, живущих на Ямале, уготована вечная русская миссия осваивать эту планетарную неудобицу, осваивать эти тундры и льды, вводить их в обиход не только русской цивилизации, но и всего человечества. Конечно, это — мечта о добром достатке, о прочном домашнем очаге, о том, чтобы работа приносила не только честный заработок, но и глубокое внутреннее утоление. Ибо русский человек соскучился по настоящей работе, он соскучился по большим проектам. И сегодня Россия реализует два таких грандиозных проекта. Один — южный, крымско-средиземноморский. А второй — здесь, на Ямале и в Арктике, огромный северный проект, проект Полярной звезды. И эта Полярная звезда, её северный мистический свет влекут к себе русского человека, влекут своей тайной, своей красотой, своей мечтой, своей великой надеждой на идеальное, справедливое божественное бытие. Ибо эта надежда и эта мечта помогали русским людям преодолевать самые страшные чёрные ямы русской истории. Помогали на месте погибающего государства создавать новое — сильнее и краше прежнего. Помогали выигрывать самые кромешные на земле войны, в том числе — и последнюю, Великую Отечественную. Помогали одолевать уныние, печаль, страшные напасти, которые падали на голову русского человека, которые могли озлобить его, настроить раз и навсегда против своего государства, сделать вечно недовольным и бунтующим "протестантом". Люди Ямала — это великие государственники. Чем бы они ни занимались: строили дорогу, бурили мерзлоту или отправляли караваны по Северному морскому пути, — они понимают, что делают великое, вечное государственное русское дело. Отсюда, с Ямала, эта государственная энергия, это государственное проектирование, несомненно, распространятся и на всю остальную Россию. Губернатор Артюхов увлечён своим новым делом, увлечён своим творчеством. Он хотел бы, чтобы здесь, на Ямале, появился свой летописец, свой художник и писатель, который смог бы написать свою восхитительную летопись о нынешней ямальской действительности, где родились и продолжают рождаться герои нового времени, где в сполохах полярного сияния, в огнях новых промышленных центров и городов бушуют невиданные раньше конфликты, где таятся и уже выходят на свет новые потрясающие сюжеты. Когда появится здесь такой молодой, озарённый творчеством писатель, он непременно напишет свой роман о ямальской мечте, о мечте Полярной звезды.Природа Ямала — грандиозная, необъятная. Когда весной разливается Обь, то кажется, что эта вода, которая идёт от горизонта до горизонта, — настоящий океан, в котором отражается тусклое полярное солнце. Летишь на вертолёте над тундрой — и внизу нет следов ни одной дороги, ни единого человеческого селения. Колоссальная пустыня, уходящая за горизонт. Стоишь на берегу летнего океана — в это время в России цветут луга, благоухает разноцветье, летают бабочки, стрекозы, крестьяне выходят на свои сенокосы. А здесь — льды: синие, коричневые, вплоть до самой кромки горизонта. Порой с вертолёта видны странные круглые озера, словно прочерченные циркулем. Это заполненные водой кратеры, которые образуются от выбросов подземных газов. И вспоминаешь строки Шекспира: "Земля, как и вода, рождает газы. И это были пузыри земли". Газ, десятилетиями скапливаясь в глубинах вечной мерзлоты, находит выход наверх и вырывается на поверхность, разбрасывая вокруг тундровую землю. Такие выбросы очень опасны для обитателей тундры. Их источники могут быть настолько сильны, что если такой прорыв произойдёт по соседству с оленьим стадом, то погибнут и люди, и олени. Это — часть мощной планетарной энергии, показывающей, что сфера жизни на самом деле является очень хрупкой, уязвимой и тонкой. Единичный вездеход, проехавший по тундре, оставляет рану, которая не зарастает в течение десятилетий. Так и проходит по тундре этот мучительный чёрный рубец. Нашествие людей, пришлых охотников и рыболовов на горную речку, где нерестится сиг, выбивает всю эту рыбу, уничтожает её нерестилища. И рыбы, которой прежде кишели северные реки и Обь, становится всё меньше и меньше, иные виды почти исчезли.В Арктике, одна страшнее другой, громоздятся свалки от побывавших здесь когда-то геологических экспедиций или пограничных застав: горы ржавого металла, бочки от топлива, обрывки кабелей… Вся эта колоссальная, скопившаяся чуть ли не за полвека, помойка превращает драгоценные хрупкие заповедные места в Арктике в места погубленные, неживые и отвратительные. И потому сегодняшнее освоение наших полярных пространств ведётся не теми подрывными и кромешными способами, которые бытовали здесь ещё несколько десятилетий назад. В Арктике прибираются, Арктику чистят. Металлический мусор с береговой кромки свозится в одно место и оттуда баржами отправляется в Мурманск на переплавку. Сегодня арктическим поселениям, в том числе — и в Сабетте, строго-настрого запрещено устраивать какие-либо свалки или помойки. Все отходы грузятся и вывозятся в места их складирования далеко от тундры. Все работающие здесь компании: нефтяные, газовые, железнодорожные, — обязаны отчислять и отчисляют специальные деньги в региональный бюджет для восстановления природы. Экология на Ямале — не пустое слово. Завод СПГ Сабетты как своё продолжение, на деньги компании "Новатэк", построил рыбовоспроизводящий завод, даже более изысканный и совершенный, чем само главное производство. Здесь выращивают мальков ценных сиговых пород и выпускают их в реки. Цивилизация, наносящая огромный вред природе, если она стоит на службе экологического сознания, экологической этики, — способна и вернуть природе утраченные силы. Но рядом с этими арктическими стройками, дорогами, мостами, тысячелетиями живут исконные северные народы: ненцы, ханты, селькупы. Они находятся под особой опекой, под особым, тонким и чутким, покровительством местной власти. Заместитель губернатора Александр Викторович Мажаров сопутствовал мне в моих путешествиях по тундре. Его глазами видел я жизнь ненцев, этого удивительного народа, насчитывающего несколько десятков тысяч человек, — кочующего по тундре и умеющего вписаться в долгие полярные ночи и белые летние негасимые солнечные дни. В лютые страшные морозы, от которых лопается сталь, конструкции, и жаркое горячее солнце лета. Их поверья, их быт, их привычки завораживают, открывают бездонную глубину и гармонию, в которой живёт с природой здешний человек, и благодаря этой гармонии выживает. Чум — не просто "машина для жилья", как понимает функцию своего обиталища сегодняшний цивилизованный человек. Чум — это место, где рождается ребёнок, где заключаются браки, где присутствует божество, которое покровительствует семье и роду. В чуме священно всё: и жерди, из которых он сложен, и оленьи шкуры для зимы, и берёста для лета, и очаг, лежаки и занавески, и православная икона в углу, и дивной красоты языческий орнамент на рукодельной одежде. Олень здесь — священное животное. Он греет, кормит, переносит местного человека на огромные расстояния. Стойбище — это мобильное поселение, которое уходит от морозов и бескормицы, перемещается с одного пастбища на другое. У селькупа, ненца или ханта — космическое мышление, ибо они двигаются вслед за солнцем. А солнце здесь или поднимается в зенит, уже не заходя за горизонт в течение летних месяцев, или уходит куда-то далеко во тьму кромешную, долго-долго не появляясь над землёй. И жизнь тогда идёт среди сполохов северных сияний и мерцаний звёзд. Но в чумах стоят телевизионные антенны, слышен несмолкаемый стук дизельного генератора, электричество которого даёт людям тепло и свет. В каждом стойбище есть рация, по которой можно в любой момент вызвать вертолёт с врачом, отправить в больницу пострадавшего, а в родильный дом — роженицу. Ненцы не являются исчезающим, умирающим народом. Напротив, они увеличивают свою численность. И среди них — множество интеллигенции. Ненцы оканчивают университет в Петербурге и приезжают на Ямал, становятся учителями, врачами, главами округов, посёлков, работают в областной администрации и в бизнес-структурах. Но ядро народа не хочет сливаться с цивилизацией, как не хочет подчиняться стальным железнодорожным путям или вертолётным площадкам сама мать-природа. Ненцы, как многие другие наши народы, — это колоссальное достояние сегодняшней державной России. Каждый из них, пусть самый маленький, держит над собой свод местного космоса, не даёт ему упасть и разрушиться. Он вносит в наше рациональное сознание полузабытые или совсем забытые представления о природе, о духах неба, воды и ветра, представление о жизни, которая присутствует везде: в человеке, в олене, в камне. И это сознание коренным образом отличается от современного экологического сознания. Это — нечто большее, это сознание мы вправе назвать благоговением перед жизнью. И чем дальше мы будем углубляться в цифровую реальность, в цифросферу, тем драгоценнее будет для нас это сознание: как драгоценен плод, который не знает, что такое семя, как драгоценен звук, который рождён из шума ветра или плеска воды. Россия, имперская, державная, состоящая из множества народов, культур и верований, — тем и восхитительна, что включает в себя множество красок, множество направлений, множество самых разных духовных форм, делающих её такой неповторимой и бесконечной. И на Ямале, как нигде, чувствуешь эту красоту, эту бесконечность. Ибо русская мечта — это и ненецкая мечта, и мечта ханта, и мечта селькупа, это мечта благополучия о благе своего народа и рода людского, о божественной справедливости, соединяющей человека и оленя, атомный ледокол и хрупкую рыбу в горной реке. Это мечта о божественной гармонии, о божественной симфонии.На окраинах Салехарда, на краю реки, стоит деревянная крепость, острог, огороженный частоколом, а внутри него — храм, собранный из сосновых венцов, с горницами, с кузницей, — своеобразное поселение, созданное любовью и фантазией местных краеведов в память о первопроходцах, о тех казаках, которые когда-то, в поисках легендарного Беловодья, пришли сюда, в неведомые земли, и поставили здесь православный крест. И сегодняшние ямальские казаки — всё те же мудрые, энергичные, мирные русские люди, которые отслужили в армии, на пограничных заставах, на великих заводах и стройках, а теперь здесь, на Ямале, собрались в своё казачье братство, поблескивают серебряными и золотыми погонами, поют свои залихватские казачьи песни, обучают молодёжь, одевая своих сыновей в камуфляж, раздавая им шашки. Тут, среди этих золотистых срубов, хорошо поговорить за чашкой наливки о русском удальстве, о русском очарованном страннике, который очарован своей великой и загадочной родиной. Очарован русскими небесами, очарован долговечной русской мечтой. "Любо, братцы, любо…" — поётся в казацкой песне. "Любо — Ямал!" — вторит этой песне душа.

Выбор редакции
20 июня, 14:52

Александр Проханов // "Завтра", №24, 20 июня 2018 года

  • 0

Футбол. Лунное человечествоНе стану говорить о триумфальном открытии чемпионата мира по футболу, о блестящей победе нашей сборной над саудитами. Не стану говорить о прекрасном дизайне, который сопровождал открытие чемпионата. Не стану ликовать по поводу того, что врагам России не удалось сорвать чемпионат и превратить Россию в чёрную дыру, устроить бойкот государства Российского. Пусть другие художники, репортёры, бытописатели расскажут о ликующей Москве, о весёлом Вавилоне, в который превратились московские улицы. О толпах подгулявших болельщиков, которые при встрече не кидались друг на друга с кулаками, а братались, обнимались, превращая Москву в город любви и братства. Не мне описывать тонкости футбольной игры, соперничество команд, неуловимую новизну, которая усложнила и украсила тактику футбола, выдвинула в первые ряды новых игроков, блистательных футбольных звёзд. Пусть другие оценят коммерческую составляющую этого действа, доходы пивных магнатов, прибыли рекламных агентств. Пусть оценят политический эффект, который был виден уже на первом матче, где присутствовал Путин, и его лицо было по-настоящему счастливым. Всё это сделают за меня футбольные гурманы, скептические политологи, многомудрые политтехнологи.Хочу поделиться тем эмоциональным взрывом, который я испытал при первом ударе мяча. И моя эмоция была крохотной частью тех громадных эмоций, которые охватили тысячи, сотни тысяч, миллионы и миллиарды людей, наблюдавших футбол с трибун или по глобальным телевизионным сетям и интернету. Я чувствовал, как с первой секунды стал накаляться воздух, он сгущался, возносился ввысь, под кровлю крытого стадиона. Как началась огнедышащая реакция, таинственная химия, в которую каждый игрок, каждый зритель, каждый тренер и каждый арбитр впрыскивали свой огонь, и крытый стадион в Лужниках превратился в бурлящий котёл, из которого пар не вылетал, а собирался в таинственные сгустки. Их улавливали, складировали на неведомых кладовых. Деревянные ложки, которые раздали русским болельщикам, трещали без умолку, из них сыпались искры. Соломенные шляпы на головах мексиканцев поднимались, потому что под ними волосы вставали дыбом. Мяч, летящий к воротам, оставлял в воздухе светящуюся борозду, которая не гасла и после того, как мяч оказывался на другой половине поля.Когда закончился матч, и толпы болельщиков, распевая песни, размахивая флагами, знамёнами, шарфами, двинулись со стадиона в центр Москвы, чтобы там продолжить ночную гульбу, когда район Лужников опустел, стадион всё ещё продолжал гудеть. В нём гуляли потоки загадочной могучей энергии, собранной во время матча. Это энергия неистовых эмоций, энергия психических взрывов, это психическая энергия, которая ещё плохо изучена, и ей не найдено места в иерархии других энергий: статической или кинетической, гравитационной или магнитной, электрической, тепловой или ядерной.Психическая энергия есть энергия исторического процесса. Мировая история есть процесс накопления и расходования психической энергии. Эта энергия реализовывалась в великих переселениях, в победах, в строительстве пирамид и дворцов, в создании и распаде империй. Этими энергиями знаменуются эпохи великого художественного творчества и эпохи мрачной чёрной мизантропии.К началу футбольного чемпионата в России было построено одиннадцать стадионов — одиннадцать грандиозных реакторов, которые разместились в различных местах России. Эти стадионы стали не просто аренами, не просто великолепными зрелищными центрами, не просто местом, где собрались тысячи людей, которым уютно, весело и безопасно. Это нечто большее. Я выскажу предположение, что к созданию этих стадионов-реакторов имели отношение не только архитекторы, спортивные теоретики, офицеры безопасности и видные политики. К созданию этих сооружений были причастны закрытые научные центры, засекреченные коллективы учёных, основатели новых отраслей знаний, основоположники новой — психической — энергетики, которая начинает соперничать с энергетикой углеводородной и ядерной.Мы ничего не слышали об этих закрытых научных центрах. Обсасывали дурные политические новости, скабрёзные сенсации, судебные разбирательства, протестные митинги и демонстрации, курьёзные выходки художников. Эта сорная информация заслонила от нас грандиозное открытие нашего времени. Чемпионат мира по футболу приоткрыл завесу над этой тайной и позволяет по-новому взглянуть на историю человечества.Возможно, первым реактором, построенным людьми, которые стремились схватить, скопить эту психическую энергию и направить её в развитие, этим первым реактором была Вавилонская башня. Её изображение на картине Брейгеля, её воспроизведение в башне Татлина даёт понять, что это была грандиозная, устремлённая ввысь спираль, подобная фазотрону или коллайдеру. Этот великолепный реактор, к сожалению, был неверно рассчитан, он взорвался при запуске и опалил огнём всю Северную Африку, превратив её в пустыню Сахара.Древний Рим был страной, которая научилась добывать эту психическую энергию. Если вы окажетесь возле римского Колизея и станете обходить его, вы почувствуете, что эти развалины — остатки реактора: системы охлаждения с потаёнными трубами, протоками, по которым двигалась раскалённая магма, с каменными мешками, где она скапливалась. Добытая в Колизее энергия питала римские легионы, которые вели войну с галлами, сражались на севере Европы с кельтами и бриттами. Эта энергия питала великих римских юристов, создавших римское право, питала римских ваятелей и поэтов. Вся история Рима — это история Колизея, добывавшего для Рима эту великую энергию.Освальд Шпенглер, мрачный германский философ, написавший книгу о закате Европы, сетовал на то, что европейская цивилизация тонет в сумерках, что вместо утончённых философских построений, изысканной великой литературы европейцы увлеклись стадионами, ристалищами, огромными зрелищами и экспозициями, собиравшими миллионы людей. И он считал это признаком деградации и упадка. Но он ошибался. Он не понял, что эта увлечённость европейского человечества грандиозными представлениями есть накопление психической энергии, которая потом проявилась в двух мировых войнах, в войнах, где эта энергия привела к поражению одних и к великой Победе других, привела к созданию нового мира.Советский спорт никогда не был просто развлечением. Он всегда был формой мобилизации, был грандиозной сталинской фабрикой по производству энергии. Перед началом войны Сталиным были возведены два энергетических гиганта: это Пушкин, ставший в 1937 году самым популярным советским поэтом, разбудившим в народе громадные энергии творчества. И спорт, которым занимались в каждом гарнизоне, на каждой пограничной заставе, в каждом университете, в каждой деревне, в каждом московском дворе."Эй, вратарь, готовься к бою, —Часовым ты поставлен у ворот!Ты представь, что за тобоюПолоса пограничная идёт!"Так в этой популярной песне открывался смысл сталинского спорта. Это свидетельствовало о том, что в сталинской цивилизации помимо Келдыша, Курчатова, Королёва был ещё один великий открыватель, создатель энергетики Победы. Этим открывателем был сам Иосиф Сталин.Сочинская олимпиада, с её великолепием, с грандиозными финансовыми затратами, — вызывала нарекания. Находились печальные жалобщики и глумливые скептики, утверждавшие, что лучше бы эти деньги потратить на помощь пенсионерам. Сочинская олимпиада, спортивные сооружения в Сочи были грандиозным реактором, скопившим колоссальные психические энергии. Сразу по завершении эта энергия привела к возвращению Крыма. Крымское чудо есть прямое следствие сочинской олимпиады. Она вдохнула новые силы в одряхлевшие сосуды русской жизни.Где находятся эти секретные центры, которые создают реакторы нового типа? В Курчатовском институте, или в Даниловом монастыре, или в Сарове? Попробуем отнестись к этим суждениям серьёзно, отставив кружку пива, отложив калькулятор, считающий семейный бюджет. Выключим радиоприёмник, в котором звучат глумливые голоса либералов, или телевизионные каналы, где хохочут над умирающим полубезумным актёром.Завершится чемпионат мира по футболу, отгрохочут репортажи, отсверкают наградные кубки, разъедутся команды, удовлетворённые болельщики и фанаты разбредутся по своим мировым углам. И в одну из ночей, когда честной люд спит, вдруг тихо загудит земля, озарится ночное небо, одиннадцать летающих тарелок — грандиозных космических кораблей с запасом колоссальных энергий —оторвутся от земли и всей великолепной эскадрильей взмоют в космос. Опустятся на Луну, образуют грандиозное лунное поселение, где каждая чаша, каждый купол будет соединён с соседним. В этом лунном поселении будут обсерватории, навигационные станции, заводы по переработке лунного грунта, будут оранжереи с лунными лесами, в которых будут бродить лунные олени и медведи, летать лунные райские птицы. Там начнут свою работу уникальные учёные, бесподобные художники. Сложится великолепное гармоничное общество, в котором не будет праздных, унылых, злых, ненавидящих, а только те, кто соединён друг с другом любовью, братством. Они будут лучшими людьми, кого Земля отправит для служения мирозданию. Там они будут спасать погибшие звёзды, латать чёрные дыры, нести во Вселенную великую русскую мечту.

Выбор редакции
18 июня, 13:43

Лев Данилкин (видео)

  • 0

Лев Данилкин на книжном фестивале «Красная площадь» о романе «Господин Гексоген», 1 июня 2018 года

Выбор редакции
18 июня, 13:27

Александр Проханов (видео)

  • 0

Александр Проханов представляет свою новую книгу «Паола Боа. Цифра»// Московский Дом Книги, Литературное кафе, 6 июня 2018 года

Выбор редакции
18 июня, 13:18

Александр Проханов (интервью) // «KrasnodarMedia.su», 17 июня 2018 года

  • 0

Александр Проханов: Корень кубанского казачества был подрезан во многом в советское времяОб историческом процессе и судьбе России — в интервью с председателем «Изборского клуба»«Попытки кубанских казаков возродить свои исторический уклад носят пока декоративный характер… Казаки остаются со своими нагайками, плётками и ворчанием». Так считает Александр Проханов, русский философ, писатель, председатель «Изборского клуба». О скрытых смыслах исторического процесса и о судьбах российских регионов мы поговорили с Александром Андреевичем. Он рассказал о духовном и стратегическом значении Дальнего Востока, поделился «мрачной гипотезой» относительно исхода русского населения с дальних рубежей страны. Отдельной темой беседы стала проблема регионального сепаратизма, сообщает корр. ИА KrasnodarMedia (Москва).— Вы не раз говорили об идее оснащения человека собственной землёй, о «крестьянском пращуре» в каждом человеке. Сегодня в этом смысле Кубань, Краснодарский край сильно преобразуется — на смену традиционному мелкому крестьянству приходят крупные агрохолдинги, люди говорят, что такой конкуренции им не выдержать, они остаются без заработка. Это край казаков, и не думаете ли вы, что вместе с уходом традиционного крестьянства будут обрублены исторические национальные корни Кубани, Краснодара, этот край станет культурно другим?— Корень кубанского казачества был подрезан во многом в советское время. Когда была рубка в гражданской войне белого и красного казачества. Победили красные казаки, но победив, они потеряли свои курени. Они же не ожидали, что возникнут колхозы, и они в каком-то казачьем смысле тоже проиграли. И как теперь казаки не пытаются возродить свой уклад, всё это носит декоративный характер.Коня у них не будет. Нагайка будет, лампасы будут, георгиевские кресты, полученные неизвестно в какой войне, фуражки, чубы, всё это у них будет. Но курень, оружие в доме, общинное самоуправление — этого нет, и не будет.Кроме того, они напоролись на этот чудовищный экономический феномен, когда туда пришли богачи, латифундисты, им наплевать на курени, они собрали все реально казачьи земли, обрабатывать их можно современной техникой и малым количеством людей. Поэтому эти казаки остаются со своими нагайками, плётками и ворчанием. Там зреет крупное недовольство...Они тогда боролись против богачей, против мироедов. А сейчас всё то, что тогда назревало и мучило казачество, оно мгновенно реализовалось в этих латифундиях, которые охраняются криминальными армиями. Это огромное уродство.— С того момента, как не стало СССР, численность населения на Дальнем Востоке скоратилась на 20%. Это, как мне кажется, по самым позитивным данным. Какое значение и последствия для России может иметь непрекращающийся исход людей из регионов Дальнего Востока?— Вопрос социально-экономический, геополитический. Как только последний житель Дальнего Востока уедет, улетит последним самолетом, я думаю, начнут прибывать корабли, самолёты, «моржи» с китайцами, японцами северными корейцами. И Дальний Восток перестанет говорить на русском языке. Между прочим, это не значит, что регион перестанет быть русским. Есть примеры того, как территории, из которых уходит титульная нация, остаются под юрисдикцией имперского правительства. Но этого не произойдёт, это не более чем моя мрачная гипотеза.Я думаю, отток населения с Дальнего Востока стабилизируется. Для этого правительством принимаются меры, туда закачиваются немалые деньги, развитие Дальнего Востока предопределено. Инвестиции европейские, китайские, японские начнут поступать. Сама Россия, потеряв, или теряя рынки на западе и ощущая запад как стратегическую угрозу, переориентируется на восток — к Уралу, за Урал, вплоть до океана. Так произошло во время войны, когда запад был откровенно враждебен к нам, и мы перенесли за Урал огромное количество заводов. Так возник великий Новосибирск, так возник Красноярск, так возник Комсомольск-на-Амуре. Это всё преодолимо.Я думаю о другом. О том, что Дальний Восток для России для Советского Союза всегда играл двоякую роль — и экономическую (ресурсы), и военно-стратегическую (оборонный рубеж), и цивилизационную, потому что выходил своими флангами на другие восточные цивилизации. Но ещё он был землёй, которая в сознании русских мечтателей, русских первопроходцев казалась восхитительной тайной, заоблачной грёзой, землёй обетованной. И на восток шли и отчаянные головорезы типа Ермака Тимофеича, и утончённые исследователи из генштаба типа Владимира Арсеньева, и наши великие первопроходцы советские, сталинские.И Дальний Восток породил особую категорию русских людей. Дальний Восток нам важен как некая фабрика русского характера. С 91-го года русская душа обмелела, народ-победитель измельчал, превратился в народ-карлик, мы сдались, мы утратили волю к победе, мы предали победу, откатились в своих притязаниях далеко назад.И сейчас медленно-медленно, неуклонно возвращаемся. Стадию карликов мы пережили, сейчас начинаем мужать. И Дальний Восток в этом отношении — это место, которое должно порождать в русских людях новый прилив пассионарности.— В последнее время о Дальнем Востоке много говорят на всех уровнях власти. Не ощущаете ли вы, что развитие Дальнего Востока стало чем-то вроде современной национальной идеи?— Национальная идея — это вещь таинственная, загадочная. Кто-то нам предложил футбол сделать национальной идеей, кто-то — патриотизм, кто-то — рождение четырёх детей в одной семье. Нет, национальная идея — это что-то более возвышенное, глубокое и таинственное.Национальная идея, или русская мечта — это таинственный образ грядущего, который определяет весь вектор национального развития. Он заставляет двигаться народ, переживать чёрные периоды русской истории, одолевать страшные невзгоды, страшное отчаяние, крушение нашего великого государства. Вот эта таинственная мечта, звезда пленительного счастья, ведёт наш народ через все испытания к грядущему.Русская мечта — это идея о совершенном, идеальном, божественном устройстве земной жизни, это, по существу, мечта о земном рае. Мечта о таком устройстве, где человек человеку даже не брат, а ангел, где человек к человеку относится, как к величайшей ценности, где нет насилия, где царит справедливость, любовь, милосердие, красота.Об этом говорят и русский народные сказки, и старец Филофей, создатель теории «Москва — третий Рим», об этом говорили Толстой и Достоевский, об этом говорит русский космизм, весь серебряный век, великие большевики-революционеры, об этом мечтает и сегодняшний русский народ. Поэтому Дальний Восток — это не национальная мечта. Национальная мечта может быть реализована на Дальнем Востоке. Может быть, там эта мечта более явственна, ближе к людям. Потому что Дальний Восток по-прежнему остаётся манящим, светящимся. Это страна великих океанов, перепутий, воззрений. Поэтому за этой великой мечтой о справедливом бытие люди идут на восток так же, как они идут в Арктику, в другие регионы России.Дальний Восток способствует реализации этой мечты. Ведь она не даётся просто в руки, её добывают, люди идут за мечтой на восток, не просто преодолевая пространства, муссонные дожди, угрозу вторжения, они преодолевают гравитацию наших грехов, печалей, нашего несовершенства, нашей постоянной заботы о трудах, земле. Мы всё время смотрим в землю, роем то окопы, то котлованы, а на Дальний Восток мы идём, чтобы взглянуть вдаль, в небеса, в туманные океаны. В этом смысле это та земля, на которой русская мечта становится очевидней, ближе и восхитительней.— Что вы думаете о проекте «дальневосточный гектар»?— Думаю, что идея хорошая, но может захлебнуться, как всегда, в бюрократии. Нарежут там этот гектар где-нибудь в семистах километрах от центра, Уссурийска или Хабаровска, в тайге, куда и троп-то нет. Сама по себе идея оснащения человека собственной землёй — восхитительна. Конечно, это привязывает человека. Это столыпинская идея. Но как бы она не оказалась блефом.Конечно, этот гектар должен сопровождаться субсидиями, созданием земельных банков. Гектар должен вручаться человеку уже почти готовым для обработки и применения. И сам человек должен пройти тестирование, это должен быть благородный человек, хозяйственный, чтобы это не был пропойца, фигляр. И если этот «дальневосточный гектар» будет оснащён таким образом, и будет нацелен на создание, если угодно, нового человека, или преображения старого человека в нового, это будет замечательно. Конечно, в каждом живёт его земельный предок, крестьянский пращур, и разбудить эти коды — дело святое и священное. Хотя, трудится на Дальнем Востоке на земле очень трудно. Чем там заниматься, рисом? Я повторю, в голом виде эту идею даже не стоит рассматривать. Она должна сопровождаться множеством пояснений и социально-экономических мероприятий.— Поговорим о России в целом. Существует ли на ваш взгляд проблема регионального сепаратизма? Актуальна ли эта проблема?— Эта проблема существует всегда. Региональный сепаратизм особенно остро проявился после 91-го года, когда пала централизованная власть, когда пришедшие на смену коммунистам демократы провозгласили идею федерализации, мечтали превратить Россию в конфедерацию, союз независимых территорий, субъектов. И тогда оставшаяся после Советского Союза Россия едва не распалась. Её пришлось сколачивать. В том числе и пушками, и установками залпового огня в Чечне. Пришлось подавлять суверенитеты не только в Якутии и Татарстане, но и на Урале, в Сибири, на Дальнем Востоке. Такая угроза существует, и она связана не только с территориями как таковыми, но и с тем, что на этих территориях создаётся своя буржуазия, свой класс собственников, который тяготится контролем центра, диктатурой центра и хотел бы иметь гораздо больше свободы эксплуатировать недра, пользоваться всем богатством региона.Я думаю, что эта проблема до конца не решена. Сам по себе в чистом виде централизм хорош, но мы же видим как централизм Советского Союза, централизм Романовской империи рухнули под напором региональных тенденций. Ну, конечно, Кавказ, национальные субъекты — тоже предмет национальной политики. Кто мы? Если новая империя, то, как будет осуществляться эта имперская политика? Старыми традиционными способами, или новыми, когда имперская идея будет трансформирована в создании симфонии народов, пространств, языков. Это вопрос философии и мощной, небывалой для России практики.— Раз уж у нас зашёл разговор о проблеме восприятия центральной вертикали власти отдалёнными регионами, провинциями, спрошу о Якутии. Как им сохранить своё национальное и при этом органично, «симфонично», отождествлять себя с далёкой Москвой?— А как сохранить национальную идентичность русским? Потому что самое сложное в сегодняшней национальной политике — это сохранение национальной идентичности русских. Русские эту идентичность почти утратили. Что нас соединяет? Язык? Хорошо, но кроме языка народы соединяются общей мечтой, единым порывом в грядущее, единым воспоминанием об общем прошлом.Русские перестали петь свои национальные песни. А ведь национальная русская музыка, песня, русский романс — это особая метафизическая субстанция, через которую народ соединяется со своим бесконечным, беспредельным, со своими истоками, корнями, предками. Через музыку движется историческое время неразрывное. А когда она прекращает звучать, разрывается историческое время. Русские начинают питаться Голливудом, рэпом.Самое главное, чтобы русские не утратили свою идентичность. Русское национальное сознание — это сознание державное. Оно требует больших пространств, заселённых разными народами. Это огромная комбинация усилий — военных, экономических, геостратегических, культурных, религиозных.Поэтому русские должны обрести свою идентичность в этом имперском самосознании. А империя — это особое сочетание всего того обилия, в котором мы пребываем. Поэтому имперская политика направлена не на подавление, а на цветение всех национальных красот, национальных сил. И надо вписывать якутскую мечту в рождающуюся русскую мечту. Не подавлять якутов, не русифицировать их, а сделать так, чтобы они, создавая и возрождая своё национальное, вписывались в русское, которые тоже создают и возрождают своё национальное. Это элемент общего и повсеместного взростания.— А чем, на ваш взгляд, является Еврейская автономная область в этом «соцветии» народов? И каким вы видите развитие еврейской культуры в синтезе с другими народами России?— Надо понять, что такое еврейская культура. Это Храмовая гора, или это еврейское мессианство, выраженное в библейских пророках? Еврейская культура, идея или мечта — это глобальная, космическая мечта, связанная с тем, что евреи созданы господом, чтобы они соединили вокруг себя все остальные народы и повели их к свету, красоте, божественному. Биробиджан, конечно же, не стал Иерусалимом. Еврейская республика создавалась Иосифом Сталиным, когда рассматривался вопрос создания мощного концентрированного еврейского государства. Но в конце концов выбор Сталина пал на Палестину, и он вместе с американцами и англичанами создал там послевоенное еврейское государство.А ЕАО — это русская земля с некоторой декорацией еврейства. Еврейская культура — это экономика, банковская система. Евреи присутствуют в науке, в искусстве, они создают особый тип новой цивилизации цифры, цифровую реальность. Вот еврейская культура, а ей не пахнет там, в Биробиджане.— Существует известная геополитическая проблема Курильских островов. Как нам развить этот регион?— Освоение ведётся, мы спохватились слишком поздно, нас к этому японцы подтолкнули. Они показывают свою способность жить в океанах и творить чудеса. Поэтому мы очнулись и начали заниматься эти потихонечку. Туда вкладываются деньги. Правда, власть там, губернаторы, вороватые бывают. Но там строятся заводы, аэродромы, туда перебазируются военные подразделения, полки. Ведь оттуда всё убрали в своё время, там не было ни пирсов, ни ремонтных заводов, ни гарнизонов, всё было брошено. Сейчас всё это туда возвращается потихоньку. Всё у нас связано ещё, конечно, с нехваткой людей. Курилы — это несметные богатства даров моря, божественной красоты места. Придёт туда цивилизация русская.— Какой вы видите Россию через 50 лет? И какой она должна быть, на ваш взгляд, к этому времени?— Я думаю, что Россия находится на пороге огромной динамики. Мы застоялись. Россия совершила огромные шаги по восстановлению своей государственности, национального самосознания. В чём она остановилась? Она остановилась в развитии. Это пагубно, потому что во время остановки все полюса, центры вступили в конфликты. Они могут снести и власть, и Кремль, и Путина, и саму Россию. Эти конфликты можно подавлять с помощью национальной гвардии, например, или с помощью каких-то денег, которые можно кидать сословиям, кастам, регионам, которые чем-то недовольны. Но этого абсолютно недостаточно, тем более, что денег не осталось в стране.Поэтому конфликтность может быть снята развитием. Вот эта динамика, о которой я говорю, она всё равно произойдёт. Но либо она произойдёт сама по себе, стихийно, приобретёт характер свободных разрушительных сил, либо эта динамика будет проводиться стратегами, людьми знающими законы развития. И вот это то развитие, с помощью которого Россия будет переведена с одного цивилизационного уровня на другой. С технократического, на уровень цифровой реальности, о которой сейчас все говорят. Это развитие должно происходить без отрыва от русской мечты. Впереди у России должна быть мечта о создании идеального бытия, общества справедливости.Мы живём в очень несправедливом государстве с огромным количеством диспропорций, неравенства, это нас губит. Поэтому, повторяю, Россия будущего — это Россия, которая метнётся вперёд, в развитие, она усвоит все самые современные технологические новации.— «Изборский клуб» можно сравнить со славянофилами, когда дискуссионный клуб «Валдай» больше напоминает западников. Согласны ли вы с этим? Или у вас своё особое восприятие этих двух интеллектуальных объединений?— «Валдайский клуб» был создан для того, чтобы приглашать в Россию представителей мировых элит, западных, в основном. В последнее время есть там и китайцы, и индусы. А в основном это европейцы, американцы, симпатизирующие России. В каком-то смысле, это управляемая часть западной элиты, которая не является антагонистической. И через эту элиту можно воздействовать на западное общество. Венец «Валдайского клуба» — это выступление Путина каждый раз. Во время всей дискуссии там выступают крупнейшие деятели — премьеры, министры. И они предлагают залу, состоящему из западных экспертов, сведения, суждения и модели, которые потом вбрасываются в западное общество. Вот для чего «Валдайский клуб». Это транслятор российского официального сознания в сознание других сообществ, стран. «Валдай» не занимается выработкой моделейА «Изборский клуб» — это сообщество интеллектуалов-патриотов, очень разных, с разной судьбой прихода в клуб, которые выстраивают новую идеологию государства российского. Эта идеология касается всего — обороны, религии, экономики альтернативной той, которую предложил Кудрин. То есть, две совершенно разные задачи у наших клубов. У нас есть и русские патриоты, есть и мусульманские мистики, поэтому клуб наш относительно славянофильский, он имперский.— Спасибо за беседу.