Источник
Делай, что должен, и будь, что будет - LiveJournal.com
Выбор редакции
17 апреля, 10:01

Скоро в России полыхнет?

  • 0

Эту фразу сегодня чаще пишут без вопросительного знака. И смысловое ударение переносят с последнего слова на первое. Есть ли к этому основания? Недавно мои бывшие работодатели, состоящие на службе, не скажу где, скинули мне данные последнего замера ВЦИОМ в комплектации «Для служебного пользования». Ну, не совсем последнего, оно февралем датировано, но не суть.Ребята поделились со мной полной версией документа, направляемого на самый верх (Правительство, АП, силовые министерства, аппарат ГД), взамен попросив высказать мнение об обоснованности выводов исследования, потому что их ощущения от реальности сильно расходятся с теми выкладками, которые делают придворные социологи. По понятным причинам публиковать документ я не могу, да в этом и нет никакой нужды. Те статистические выжимки, которые дает ВЦИОМ у себя на сайте в целом отражают реальные результаты замеров.Манипуляции традиционно применяются только при фабрикации рейтинга главкрысы, но тут уж никуда не денешься – он должен быть натянут на глобус любой ценой, иначе заказчик будет в гневе и денег не даст. Поэтому у Левады по этому пункту всегда наблюдается заметное расхождение с данными мониторинга ВЦИОМ. Впрочем, обращать внимание на это не стоит, в РФ рейтинг царя никакого отношения к реальности не имеет, это всего лишь символ веры, и не более того.Исследование от замера отличается тем, что исследователь пытается объяснить цифры, а не просто их зафиксировать. Что же показалось моим знакомым из высоких кабинетов подозрительным? Вциомщики уверяют заказчика, что сейчас в стране наблюдается спад протестных настроений, причем спад по всем основным критериям. Мои контактеры рады бы в это уверовать и успокоиться, но они же не дураки. Объективных причин для умиротворения широких масс нет, наоборот, их положение последовательно ухудшается путем откровенно антисоциальной политики Кремля. Разжовывать не буду, все и так в курсе. Снижение протестных настроений на этом фоне выглядит необъяснимым. В реальности власть видит фактически народное восстание в Ингушетии, вызывающее тихий ужас и бюрократический ступор по всей вертикали. В Архангельске, опять же, неспокойно. Да, события там начались после февральского замера, но в этом и есть смысл прикладной социологии, чтобы выявить напряжение в обществе до того, как полыхнет и ОМОН окажется отп…жен стульями.Второй момент. Интернет все больше воспринимается в верхах, как угроза №1. Там уже давно поняли, что бороться с отдельным Навальным или особо борзыми «экстремистами» бессмысленно. У всей карательной системы уже третий год не получается заставить моего тезку удалить фильм про Димона. И решение суда есть, и дела уголовные по факту неисполнения возбуждены, а все равно ничего не выходит. Про эпический обсер с блокировкой Telegram вообще молчу. Так что курс на создание Чебурнета, отрезанного от мира, тотально фильтруемого пакетами Яровой и жестко модерируемого Роскомцензурой, является обоснованным и непоколебимым. Это, разумеется, радикализует интернет-сообщество по отношению к власти и она демонстрирует не просто недовольство, а лютую ненависть к Кремлю, которая становится главным трендом политизированного сегмента Рунета. Как при этом могут снижаться протестные настроения?В общем, недоумение получателей успокоительного социологического исследования понятно. Однако ВЦИОМ на самом деле отнесся к делу добросовестно и формально с его выводами не поспоришь. При этом ребята в высоких кабинетах субъективно тоже правы, у них есть большие поводы для беспокойства. Сейчас я все это растолкую без всякой околонаучной зауми.Как можно понимать цифру в 20% россиян, готовых присоединиться к акциям протеста? С одной стороны, только представишь 25 миллионов голодных и агрессивных обывателей, готовых выйти на майдан, так рука непроизвольно тянется к телефону, чтоб скорее забронировать рейс бизнес-джета по маршруту Москва – тихая гавань, пока майдауны не заблокировали дороги, ведущие к аэропортам. С другой стороны, в августе прошлого года этот социальный индикатор дошел до рекордной отметки в 23%. Акции протеста имели место, как согласованные, так и не очень; как в столицах, так и в самых глухих ебенях. Ну и где были эти 30 миллионов, готовых протестовать? Героически отсиделись на диванах. Выступления против пенсионной реформы выглядели откровенно жалкими.Так что, да, опираясь на факты, придворные социологи констатируют: предпосылок для массовых протестов нет, население пассивно-лояльно власти. Собственно, в данном случае важнее всего то, что и нелояльная часть быдла столь же пассивна. Недовольство может быть сколь угодно великим, но, если нет мотива к действию, недовольный холоп ни малейшей угрозы барину не представляет.Однако не все так безоблачно. Если анализировать протестный индикатор не в полугодовом (где он реально спадает), а в годовом масштабе, то в феврале 2018 г. о готовности поддержать протесты заявили лишь 8% опрошенных. Рост показателя в 2,5 раза за 12 месяцев, как минимум, должен заставить почесать репу. Как я неоднократно отмечал, социальный взрыв проходит три последовательных  стадии:НЕДОВОЛЬСТВО – ОТЧУЖДЕНИЕ – ПРОТЕСТПервые две стадии могут протекать совершенно латентно, то есть не иметь никаких видимых проявлений. Вроде как тишь-благодать и тотальный одобрямс, диктатор получает на выборах свои 90% голосов, а через несколько месяцев – херак, и толпы на улицах безумно радуются свержению своего еще вчера обожаемого вождя. Буквально на днях в Судане именно так и получилось. Двумя неделями ранее в Алжире военные из-за массовых протестов вынуждены были сместить диктатора Бутефлика Абдель Азиза, который правил с 1999 г. (ага, аналогии так и напрашиваются), неизменно побеждая на президентских выборах в первом туре (74%, 85%, 90% и 81% голосов в 1999 г., 2004 г., 2009 г. и 2014 г. соответственно).Вообще последние годы в мире обозначился явный тренд на крах авторитарных режимов. Если раньше на смену одному диктатору под демократическими лозунгами приходил другой, то сегодня мы наблюдаем именно демократические революции. Под занавес 2017 г. наступил конец 37-летнего правления Роберта Мугабе в Зимбабве, в Демократической Республике Конго наследственный царек Жозеф Кабилла (до этого правил его папа) отказался уходить с поста президента по окончании срока полномочий. Два года протестов оппозиции и внешнего санкционного давления привели к тому, что в декабре 2018 г. в стране прошли выборы и власть таки поменялась. В апреле того же года в результате массовых волнений пал клептократический режим в Армении. В январе 2019 г. впала в кому нарко-нефтяная диктатура Мадуро в Венесуэле. Весной этого года рухнули автократии в Алжире и Судане. Список далеко не полный.Везде в описанных случаях, пожалуй, кроме Конго, можно было наблюдать так называемый тригерный переход, когда общество от состояния пассивного спокойствия к бурному негодованию переключалось практически мгновенно. Все логично: недовольство накопилось, переросло в отчуждение, после чего малейший повод приводит к совершенно неожиданному всплеску протеста. В Тунисе, откуда стартовала в 2010 г. Арабская весна, таким поводом стало самоубийство путем самосожжения безработного, которого оскорбила женщина-полицейский. При чем тут всенародно любимый вождь Зин аль-Абидин Бен Али, который всего за 14 месяцев до начала восстания в пятый раз триумфально победил на выборах, набрав свыше 90% голосов? Смею заметить: за 24 года правления Бен Али душевой доход в Тунисе реально вырос в 10 раз, колоссальный прогресс наблюдался не только в экономике, но и в сфере образования, здравоохранения. Ненависть к правителю вспыхнула, казалось бы, на пустом месте, но ему припомнили все – и коррупцию, и миллиардные состояния членов семейного клана президента, и его супругу, которая рулила государством за спиной мужа.Для путинского режима все просто прекрасно, если не заглядывать в будущее дальше, чем на полгода-год. В ближайшие месяцы точно ничего страшного не случится. Можно поднимать пенсионный возраст хоть до 80 лет. Или вводить уголовное наказание за несанкционированный доступ к сети Интернет (заявку следует подавать в ФСБ за 5 дней с указанием сайтов, которые пользователь намерен посетить), а участие в запрещенных митингах приравнять к терроризму (хм, собственно, это и так уже делается – банковские счета смутьянам теперь станут блокировать по той же схеме, что и террористам). Однако ничто не способно спасти его от краха, ведь никаким закручиванием гаек невозможно остановить рост недовольства, неизбежно перетекающего в отчуждение. После того, как отчуждение достигнет критических показателей, открытый протест становится неизбежным и фатальным для Кремля.Снова сделаю отсылку к своим ранее высказанным соображениям. Протест протесту рознь. Протест бывает двух типов – конструктивный и деструктивный. Конструктивный протест, выраженный даже в самых радикальных формах, не опасен для власти. Конструктивный протест выражает требования к правительству сделать то-то или не делать того-то. Это форма диалога между обществом и властью. Протесты желтых жилетов во Франции, хоть и напоминали антуражем майдан, были сугубо конструктивными. Власть прислушалась и во многом пошла на уступки массам. Протест не исчерпал себя полностью, но в значительной степени утих.Деструктивный протест, пусть даже выраженный в подчеркнуто законной форме, направлен уже не на диалог с властью, а на ее смену, когда люди испытывают к ней ОТЧУЖДЕНИЕ, то есть не видят смысла вести с ней диалог. Протестное голосование в сентябре 2018 г, когда в восьми регионах электорат сказал твердое «нет» ставленникам власти на губернаторских выборах – типичный пример деструктивного протеста. В четырех регионах удалось бухгалтерской магией превратить поражение в победу, но в других результаты едрисни оказались настолько жалкими, что пришлось либо признать поражение, либо аннулировать результаты голосования. На исход президентских выборов на Украине решающее влияние оказал массовый деструктивный протест, особенно на востоке сраны.Для РФ дело усугубляется тем, что конструктивный протест в принципе невозможен. Власть считает, что идти на уступки требованиям снизу – значит проявлять слабость. Население это вполне осознает. Именно поэтому недовольство не рождает протест ("Мы же не хотим, как во Франции" (с)), что добросовестно зафиксировали исследования ВЦИОМ. Более того, рост недовольства конвертируется не в гражданскую активность, а в депрессивную апатию, что как раз и приводит к снижению протестных настроений на фоне лавинообразного нарастания поводов к бунту. Тактически это выгодно кремляди, но даже в среднесрочной перспективе может иметь крайне неприятные, если не сказать, фатальные, последствия. Дело в том, что конструктивный протест, во-первых, является отличным клапаном для сброса социального напряжения; во-вторых, не позволяет недовольству перерастать в отчуждение. Если же власть с маниакальным упорством перекрывает возможность самовыражения в конструктивном протесте, то пассивное недовольство перетекает в пассивное же отчуждение, а из отчуждения возникает ярко выраженный деструктивный и агрессивный протест, выход которого на поверхность подобной блокирующей «терапией» только приближается.Резюмирую: закручивание гаек дает хороший эффект. Но краткосрочный. Это как прием сильных обезболивающих при гангрене. Лечить болезнь ими невозможно, хотя неприятные симптомы сбивает хорошо. Но некроз тканей этим не остановить. И что потом?Тут позволю себе перейти от широких абстракций к узкой конкретике, чтобы показать на живом примере, почему именно сейчас никакого бурления в Раше нет и быть не может. Более того, объясню, почему даже начало масштабных бурлений само по себе не может снести правящий режим. Ключевое понятие для понимания сути заключено в слове «организация».Какую организационную структуру имеет власть? Бюрократическая вертикаль власти – это сугубо формальная структура. Она как бы есть, но сама по себе совершенно недееспособна. Внутри бюрократического монстра не возникает никаких стимулов к работе, нет внутри этой махины и действенных механизмов реализации принятых решений. Единственный продукт, который производит бюрократия – имитация бурной деятельности, которая нужна исключительно для того, чтобы потреблять ресурсы, выделяемые на ее функционирование. Реальная организационная структура власти – мафия. Только в том случае, если бюрократия срастается с мафией, она способна очень эффективно решать конкретные задачи. В интересах мафии, разумеется.Я не буду сейчас обосновывать тезис о том, что в Кремле сидят питерские бандиты, которые доят целую страну. Кремль – это вообще далекая планета, о которой массам рассказывает телевизор. Давайте рассмотрим более жизненный случай, в котором мафиозная власть непосредственно соприкасается с населением, и где имеет место прямой конфликт интересов. Пока я отдыхал в путинском концлагере, у меня в ЖЖ публиковалось письмо обманутых дольщиков ЖК «Белые Росы» из Котельников. Кому лень читать многабукафф, кратко излагаю суть.Жили-были криминальный авторитет Серега Левин (из люберецкой братвы), мэр города (в то время заместитель мэра) Котельники Ира Польникова и скромный банкир Сережа Бессонов. Сначала они были сами по себе, а потом создали ОПГ с целью кидалова лохов на деньги с последующим распиздингом и офшорингом. Есть в Рассиюшке ОПГ и покруче мастью, они газом барыжат, госкорпорации доят или хотя бы бюджет осваивают. А котельничевская чиновничье-бандитская ОПГ была относительно мелкой, ей достались в кормление только лохи. Но лохи в Раше, прямо скажем, небогаты, живут от получки до получки, с них и взять-то нечего. Поэтому придумали наши кореша такую схему: пускай лохи берут в банках кредиты и несут в контору «Рога и Копыта», то бишь в ООО «Стройкомфорт», которая денежки отмоет и в тропических офшорах заныкает. Не будет у лохов ни квартир, ни денег, а братва таким образом одним хапком себе безбедную старость в уютных виллах у теплого моря обеспечит. И кинули они таким образом на деньги аж 900 буратин, которые им заемные миллионы несли в надежде стать обладателями бетонной ячейки в многоэтажных человейниках.Попутно братва провернула махинацию с двойными продажами через привлечение банковских кредитов с последующим банкротством заемщика. Но это так, приятный бонус к основному навару, который обеспечили наивные россиянские буратины. Сам по себе криминал такую схему провернуть не может, ибо кто ж даст левой ООО-шке с подставным директором-бомжом разрешение на строительство? Но если в деле глава города, то с этим все в ажуре, мэрия дает понять широкой общественности, что застройщик надежный и кристально честный. Мониторинг со стороны контролирующих органов осуществляется настолько «эффективно», что они начинают бить тревогу только тогда, когда на счетах застройщика красуются нули, а всякие работы на стройках замирают. По площадке только бродят кинутые на зарплату таджики-строители, тщетно разыскивающие «насяльника». Но это еще далеко не конец истории. Нужно еще узаконить воровство и вывести из-под уголовной ответственности мошенников, которые не желают завершать свою бандитскую карьеру даже такой удачной аферой. Наоборот, получив бесценный опыт, они готовы кидать лохов больше, чаще и глубже. Поэтому, хоть факт кидалова дольщиков стал совершенно очевиден, мэрша Польникова изображала бурную деятельность по имитации завершения строительства, годами не признавая стройку проблемной. Когда же она таковой была признана через суд, в который обратились дольщики, настала пора отработать правоохранительным органам (сами понимаете, эти ребята всегда в теме и в доле, если речь о миллиардах).У мусоров лихо получается только школоту на навальных митингах прессовать, да дела за лайки и репосты шить. А тут у них случился приступ слепоты и вообще твоя моя не понимай. Ну, не могут они найти директора фирмы-прокладки «Стройкомфорт», через которую денежки вкладчиков перекочевали в оффшорные банки. Не смогли найти, о чем официально известили заявителей: мол, обнаружить гражданина Бессонова, подозреваемого во многих нехороших делах, нет никакой возможности. А на нет, как говорится, и суда нет. Суда не будет, даже если они когда-нибудь упомянутого мафиози Бессонова обнаружат, поскольку срок давности по преступлению о мошеннических действиях группы лиц, составляющий шесть лет, уже истек. Так что официально к бандитам никаких претензий нет и быть не может.Кстати Сережа Бессонов ни от кого и не скрывался. Он, благополучно завершив масштабное кидалово лохов в Котельниках, работал на должности вице-президента в банке «Российский кредит». Полагаю, никого не удивит, что этот банк лопнул, денежки тю-тю и искать их надо в офшорах, но никто не ищет. После краха «Российского кредита» наш герой перешел на аналогичный пост в «Юниаструм банк». Будете смеяться, но и этот банк приказал долго жить, будучи в 2017 г. поглощенным банком «Восточный». Теперь бывший владелец «Юниаструма» Артем Аветисян обвиняется в выводе активов кредитного учреждения перед поглощением под видом фиктивных сделок. Вы удивлены? Успокойтесь, обвиняют его в Великобритании, дело рассматривается Арбитражным судом Лондона.По последней информации Бессонов пытается пристроиться зампредом правления в банк «Невский». Его кандидатуру должен согласовать Центробанк. Ну, такого ценного кадра согласуют без вопросов - свой пацан в доску, век воли не видать, блябуду!  Уверен, когда в Питере лопнет «Невский банк», Бессонова никакая ФСБ с со Следственным комитетом «не найдут». Кто ж станет искать своего кормильца-поильца и денег давальца? На то и нужна мусорская крыша, чтоб обеспечить достойным людям возможность спокойно трудиться на благо правящей братвы.К чему я это рассказываю? К тому, чтобы показать истинную систему организации власти в Раше, которая носит чисто криминальный характер не только в верхах, но по всей пирамиде. И в случае краха государственности в РФ произойдет примерно то же самое, что в Венесуэле – недееспособное государство отомрет за ненадобностью, а правящий режим окуклится в виде чисто бандитских структур – вооруженных наркокартелей, в которые быстро мутирует армия, бандформирования коллективос, приходящие на смену полиции, которая тихо разбегается по домам, поскольку зарплату полицаям не платят, а воевать с населением во имя спасения Мадуро они не желают. Государства в Венесуэле уже нет, но мафия, как говорится, бессмертна. Она никуда не делась, просто сбросила с себя бремя государственных забот и стала защищать исключительно свои интересы. Внешняя политика Венесуэлы съежилась до вопросов взаимоотношений с турецкой и русской наркомафиями, обеспечивающими кокаиновый транзит в Европу, да сношениями с кубинскими силовиками, которые в обмен поставок нефти занимаются организацией силового блока чавистко-мадуровской братвы.В РФ государство давно уже недееспособно и готов рассыпаться от малейшей встряски, но правящий класс при этом имеет довольно эффективную систему организации в форме преступных сообществ, между которыми выстроены отношения по принципу вассалитета. Поэтому  и котельническая ОПГ, не смотря на потерю такого ценного кадра, как Ира Польникова (арестована в мае 2018 г. по делам, не связанным с ООО «Стройкомфорт») успешно защищает свои интересы. А вот у быдла, которое называть обществом, честно говоря, язык не поворачивается, никакой организации нет. Посмотрите, что происходит в Венесуэле: мадуристы ничего не контролируют и ни на что не влияют, население настроено по отношению к правящему режиму настроено крайне враждебно. Есть даже некий центр противостояния с криминальной дикатурой в виде мятежного парламента и самопровозглашенного президента Гуайдо, обладающего очень серьезной внешней поддержкой и даже финансами, переданными под его контроль властями США. Но никаких организационных структур так называемая оппозиция не имеет и создать их уже в течение трех месяцев не в состоянии. Общество там оказалось неспособным ни к какой самоорганизации.Та же фигня происходит и в Раше. Правящий криминальный режим на организационном уровне уделывает население как матерый гопник-пэтэушник ботана-задрота. Вот, казалось бы, что терять дольщикам «Белых рос», которых уже кинули, и долгие годы власть не проявляет ни малейших усилий чтобы достроить дома, брошенные застройщиком в 90-процентной готовности. Мля, ну вас же целая толпа – больше 900 человек! С членами семей – под три тысячи. А еще в Котельниках та же незавидная судьба постигла дольщиков ЖК «Котельнические высотки» и ЖК «Белая дача». Всего же в Московской области зафиксировано 123 долгостроя – это десятки тысяч ограбленных терпил! Да при минимальной организованности можно заставить власть по-быстрому «закрыть вопрос», потому что мафия предпочитает обстряпывать свои делишки в тишине, излишнее внимание к ее махинациям ее страшит больше всего на свете.Знаю, в меня сейчас полетят тапки: мол, легко тебе издалека учить холопов самоорганизации, да тут на одиночный пикет выйдешь – срок можно схлопотать, а у нас дети, кредиты, жить, опять же негде, все что мы можем - это умолять власть проявить снисхождение, давить на жалость. Как говорил по этому поводу один министр иностранных дел, «дебилыбля!». На жалости вы даже с помощью главного телеканала Ебанатория много ли бонусов получили?Я знаю десяток способов совершенно беспалевного пассивного протеста, который бывает потрясающе эффективен. Например, чем вам не нравится тактика оккупаев? Несколько сотен человек собираются на станции метро и полностью блокируют входы/выходы, причем для этого не надо стоять с плакатиками, не надо скандировать лозунги, достаточно просто туда-сюда ездить по эскалаторам. Через полчаса создастся гигантская пробка. Приедут менты, потребуют разойтись. Надо подчиниться их требованиям, дружно сесть в вагоны и поехать на следующую станцию, где повторить безобразие. Как донести до властей, что все это прекратится, только если ЖК «Белые росы», «Котельнические высотки» и «Белая дача» начнут достраивать – вопрос чисто технический. Это даже не надо озвучивать предварительно, сообщить можно постфактум, когда акция «Оккупай метро» прогремит на всю страну.Как власть может помешать такому протесту? Только закрыв метрополитен, причем по всей Москве! И более ничего, поскольку у акции нет ни организаторов, ни руководителей, ни даже… участников. Есть только пассажиры, которые не могут выйти со станции. А люди на входе не могут войти на станцию, потому что толпа не может выйти с перрона. Кого тут хватать за нарушение правил проведения митингов? Координировать акцию можно посредством пока еще не забаненного Telegram.Все элементарно просто, безопасно и эффективно, как лом, против которого у властей нет приема. Но даже доведенная до крайнего отчаяния часть населения (обманутые дольщики, кинутые вкладчики и прочие жертвы лохотронов) не способны на самоорганизацию хотя бы там, где дело касается их шкурных интересов. Где уж от них ждать солидарности с другими протестными группами, социальной ответственности и политической зрелости? Это не про русских холопов вообще. Поэтому  путинский режим в Раше продержится дольше, чем мог бы, будь эта территория населена нормальными людьми, а не опущенными терпилами. Так что ребята в Кремле могут пока расслабиться – повезло им с лохторатом. ВЦИОМ мой вывод подтверждает.

Выбор редакции
13 апреля, 16:11

Тюмень: антитеррористический цирк

  • 0

Личку засыпали вопросами: «Шо там у вас в Тюмени, с кем воюет ИГ?» Да откуда я знаю, меня там давно нет. Не буду же я вполне себе гламурный вечер тратить на то, чтобы ковыряться в информационных помоях Ебанатория? Но с утра заглянул-таки в новостную ленту Яндекса. Минут пять мне хватило для того, чтобы оценить всю глубину маразма, в которой нынче живет Раша.ПЕРВОЕ. Никакой борьбы с терроризмом, разумеется, не было. Имело место масштабное шоу для идиотов: десятки машин с мигалками, несущиеся по ночному городу, кварталы, оцепленные войсками, бронетранспортеры на улицах, тысячи терминаторов в касках и бронежилетах, снующие туда-сюда, эвакуированные аж до утра жители домов, которым не повезло оказаться в зоне проведения КТО, вырубленное электроснабжение и заглушенная сотовая связь, стрельба, взрывы, пожар…И все это ради двух якобы игиловцев, трупы которых обнаружены на месте уничтоженного силовиками дома? Ребята, а то, что они члены ИГ (кстати, уже трижды разгромленного, как докладывал царь Вольдемарка) вам сами покойники сказали?  Или рядом с обгоревшими трупами нашли целенькие удостоверения членов бандподполья за подписью эмира?То, что массам показали по зомбоящику, называется войсковой операцией. Советский Союз имел большой опыт борьбы с разветвленным бандподпольем на Западной Украине и в Прибалтике. Войсковые операции проводились против крупных (от нескольких десятков до нескольких сотен) бандформирований преимущественно в «зеленке». Войсковые операции в населенных пунктах считались крайне нежелательными по нескольким причинам, но достаточно даже одной: фактор внезапности в этом случае использовать весьма затруднительно, и противник может, не принимая боя, просто раствориться, утечь, залечь на дно, и операция превращается в банальную облаву с маловразумительным результатом.Но если бы в 1949 г. начальник боевого участка МГБ получил указание обезвредить двух боевиков ОУН, он бы послал дежурную опергруппу из 5 человек. И если через два часа старший опер доложит ему, что противник оказал вооруженное сопротивление, вследствие чего был уничтожен вместе с домом, в котором скрывался, начальник придет в бешенство. Потому что боевиков надо брать тихо и живыми, выбивать из них информацию, при удачном раскладе вербовать, внедрять в бандподполье и с их помощью ликвидировать его. Именно так в кратчайшие сроки повстанческое движение в Галиции было нейтрализовано, хотя отдельные «моджахеды» ныкались по лесам 15 лет.В РФ сегодня нет никакого повстанческого движения, тем более, массового. Поэтому единственный эффективный способ борьбы с маргинальным «террористическим» подпольем – агентурная работа. Но тут есть проблема – агентурная работа не видна, и ее результаты общественности предъявить невозможно, поскольку результат может быть только один – отсутствие терактов. По факту за весь 2018 г. в РФ совершен ОДИН террористический акт – самоподрыв архангельского анархиста Жлобицкого на вахте в ФСБ, единственной жертвой которого стал сам 17-летний террорист. Ну, то есть нет в Раше никакого терроризма. Террористическая активность нулевая.С одной стороны, это как бы хорошо. Но для ФСБ и прочей кремлевской мрази – хуже некуда. Ведь если нет в стране террористов, то как тогда можно оправдывать засекреченность четверти федерального бюджета, распил миллиардов на законах Яровой, закручивание гаек, борьбу с Telegram и посадки школьников за репосты необходимостью борьбы с терроризмом? Нелогично выходит. Опять же, население, если его периодически не шокировать терактами и не зомбировать антитеррористической пропагандой, начинает обращать внимание на ухудшающуюся экономическую ситуацию и антисоциальную политику кремлядей. И не только обращать внимание, но еще и проявлять недовольство. Вот это – реальная угроза для кремлевской мафии, а не какие-то там шахиды.Так что главная цель тюменского цирка – вовсе не ликвидация двух потенциальных джихадистов, а постановка масштабного шоу для дебилов. Дебилы должны забыть обо всем на свете и проникнуться священным трепетом перед великой мощью империи, чей карающий меч с треском и искрами опустился на головы тех, кто посмел в мыслях своих посягнуть на стабильность и священные устои путинского паханата. Стадо вполне себе верит этому спектаклю, так что цель достигнута. Никто не спросит: почему борьба с терроризмом имеет итогом больше человеческих жертв, чем убивают сами террористы? Потому что задавший такой вопрос сам становится террористом и получает вполне неиллюзорный срок в вонючем путинском концлагере. Террорист Жлобицкий был одиночкой и убил себя сам. Доблестные чекисты, шьющие дела за репосты, увлеченные крышеванием бизнеса и обслуживанием интересов мафии, эту угрозу благополучно прохлопали ушами. Зато теперь они с энтузиазмом прессуют журналистов, осмелившихся высказать свое мнение по поводу этого события. Ну, не суки, а?ВТОРОЕ. Были ли сами террористы в Тюмени? Для телевизионной постановки они не нужны вообще. Но трупы, скорее, всего реальные. Принадлежат они каким-нибудь мигрантам из Киргизии, коих в городе тьма. Их в Раше можно убивать безнаказанно. Уверен, сейчас в коменты прибежит высраться сотня троллей, которые начнут вопить: ты чо, бля, оправдываешь террорюг? Мало тебе дали сроку, да всех чЮрок надо мочить и т.д.Но я задам всего лишь один вопрос: с чего вы взяли что убитые гебней люди (они же люди, или как?) являются террористами? Если вы, выгуливая собачку, случайно окажетесь рядом с местом проведения КТО и вас убьет шальным осколком, будьте уверены – по зомбоящику объявят, что ликвидировано не двое, а трое террористов и что никто из мирных жителей не пострадал. Потому что за пострадавших мирных жителей могут и спросить, а за террористов – нет. Вот только как-то некрасиво получается: выходит, что серийного убийцу можно посадить, лишь доказав в суде его вину, а, чтобы убить человека, не совершившего никаких преступлений (или пока не совершившего), достаточно просто объявить по телевизору, что он имел террористические намерения. Ну и до кучи – упечь на нары на срок от пяти до семи тех блогеров, кто усомниться в целесообразности такого подхода.Так вот, что я могу сказать о жертвах борьбы с терроризмом (такое определение будет наиболее точным). Убивают их не всегда. Иногда арестовывают, судят и впаивают срока. Я, поскольку сам «террорист», именно с такими и сидел. У некоторых даже уголовное дело полистал. Все они сели по одной и той же схеме: ФСБ создает липовую террористическую группировку (гуглите Дело Сети) и пытается вербовать в нее лохов, разводя их в мечетях и прочих своих филиалах. Если кто не в курсе, то ВСЕ официальные мечети находятся под контролем гебни, а среди мусульманского актива, если не половина, то треть является стукачами. Неподконтрольные молельные дома они беспощадно уничтожают.Когда лохов набирается достаточное количество, лавочку прикрывают, «моджахедов» принимают тепленькими в шесть утра в постелях, при обыске у них находят пару патронов (ну, что опера принесли с собой – то и находят) и религиозную литературу, которую эксперты в 100% случаев объявляют экстремистской. Ну, там же содержатся высказывания, пропагандирующие исключительность ислама по отношению к прочим религиям?  Вот, стало быть это и есть экстремизм. Потом арестованных пытают и выбивают из них признательные показания о членстве в организацию, признанной террористической.Кстати, никто из вас не задумывался, почему именно в РФ признана террористической политическая организация Хизб ут-Тахрир аль Ислами, хотя терактов за ней не числится, и Европа с США ее в число террористических никогда не включали? Верховный Суд РФ так же не усмотрел собственно террористической угрозы в этой группировке, а обосновал ее запрет тем, что от нее исходит «воинствующая исламистская пропаганда, сочетаемая с нетерпимостью к другим религиям; активная вербовка сторонников, целенаправленная работа по внесению раскола в общество (прежде всего пропагандистская)». Да, это радикальная политическая группировка фундаменталистов (а любой религиозный фундаментализм отвратителен), да, ее деятельность запрещена во многих странах, но терроризм тут, действительно, не при чем. В Германии ее деятельность запрещена, например, лишь потому, что хизбутовцы не признают государство Израиль. Объясняю «любовь» гебни к «Хизбе»: по уставу Хизб ут-Тахрир ее члены не могут скрывать свое участие в ней. Уже одно это, кстати, показывает, что конспиративную террористическую сеть на ее базе выстраивать, мягко говоря, глупо. Зато представьте, какой подарок следователю. Спрашивает он подозреваемого: «Ты состоишь членом организации Хизб ут-Тахрир аль Ислами?». А тот и отвечает: «Да, состою». Ведь ему же прокомпостировали мозг, что отречься от Хизб ут-Тахрир – значит отречься от Аллаха. Ну, все, подозреваемый становится обвиняемым, дело раскрыто, «террористическая» организация разгромлена. Мусора получат медальки и звезды на погоны. За 15 лет уже не одно поколение идиотов транзитом через Хизб ут-Тахрир отправилось топтать зону. А вот там уже они реально пропитываются радикальной фундаменталистской идеологией и ненавистью к гяурам.  Если/когда в Раше при крахе путинизма начнется кровавый шухер, они с удовольствием воспользуются возможностью, чтобы отомстить. Только мстить они будут вам, тупым обывателям, верующим в мифический терроризм и ненавидящим по команде зомбоящика «вонючих муслимов». Ничто не провоцирует появление террористов лучше, чем борьба с терроризмом.Но эта имитация полезной деятельности со стороны гебни все же требует каких-то усилий: надо реально имитировать террористическую группировку, кого-то в нее вербовать, собирать/фабриковать улики, оформлять многотомные уголовные дела, судить людей. В процессе всего этого онанизма часто становятся достоянием гласности очень неприятные для гестаповцев факты пыток подозреваемых и даже свидетелей. Зачем весь этот геморрой? Ведь гораздо проще убить двух гастеров, спалить дом, объявить, что они, дескать, игиловцы, оказавшие вооруженное сопротивление. Заодно и по Кисель-ТВ устрашающее шоу обывателю можно показать. Сами же киллеры в погонах любят создавать себе моральное алиби: мол, эти чЮрки, хоть взрывать ничего и не собирались, все равно плохие парни, наркотой торговали. Мы, дескать, сделали доброе дело, очистив общество от этих отбросов. Причем часто это действительно так и есть, убивают негодяев. Но сами каратели в любом случае совершают убийство двух и более лиц общественно опасным способом, что квалифицируется Уголовным Кодексом, как особо тяжкое преступление. Конечно, в нормальной стране общество бы потребовало от правоохранительных органов представить доказательство вины убитых людей. В любом случае было бы проведено публичное расследование по факту непрофессиональных действий силовиков, не способных элементарно взять подозреваемых живыми. Но в Раше нет правоохранительных органов, остались лишь кровавые каратели. Дело засекретят, и все о нем через неделю забудут. И общества нет, вместо него опущенное быдло. Поэтому никто не задаст властям неприятных вопросов. Я, как видите, тоже их не задаю, а всего лишь констатирую: самая опасная террористическая организация в Раше – это ФСБ, и жертвой ее может стать любой из вас. Теперь забудьте все, что я сказал, и живите дальше, как ни в чем ни бывало.P.S. Вы можете спросить: почему автор исключает версию о том, что уничтожены были, хоть и потенциальные, но все же настоящие террористы? Я ничего не исключаю, только для подобного рода суждений нужны основания. Их нет. И, сдается мне, не будет.

13 апреля, 12:02

Чем умный отличается от идиота?

  • 0

Начало здесь. Чем мыслящие люди отличаются от дебилов? Вовсе не способностью связно излагать мысли. Дебилы как раз бывают очень красноречивы и убедительны. Однако излагать и мыслить – явления совершенно разного порядка. Процесс мышления – выстраивание системы аргументов и их проверка на прочность. А изложение неаргументированного мнения (видения, представления) есть дебильная демагогия, и она опирается не на аргументы, а на стереотипы, догмы, клише, штампы и «общеизвестные истины, не нуждающиеся в обосновании».Вот, скажем, один типичный украинский туземец заявляет: «Основным достижением Украины является реальная политическая конкуренция, сменяемость власти, относительная свобода СМИ. В этих условиях экономика может расти за счет постепенного развития частного сектора, поскольку именно реальная сменяемость власти и конкуренция будет способствовать установлению каких-никаких, но все же правил, что в перспективе приведет к инвестициям и росту того самого среднего класса».Предложения строятся правильно. Есть даже ощущение логичности изложения, поскольку он пытается увязать гипотетическое наступление следствия (экономика и средний класс могут расти) с какой-то причиной (сменяемость власти, политическая конкуренция). Но ведь смысл в этих словах отсутствует напрочь. Это лишь безумный набор слов. Самое смешное, что оспорить их невозможно, потому что оспорить можно только аргументы, а они здесь отсутствуют. Это просто мантра в стиле «Все у нас будет хорошо, надо только ждать и верить, верить и ждать».Между тем, если попытаться осмысленно обсуждать будущее Украины, то следует рассуждать модельно, то есть в системе причинно-следственных связей, формулировать доводы и искать подтверждения их разумности (истинности) в реальности. И тут наш дорогой туземец, как говорят в интернетах, сосет с причмоком. Разве может политическая надстройка формировать средний класс? Нет, как трава растет из земли, так и все общественные классы формируются экономическим базисом. А политическая надстройка определяет лишь условия их существования. Это так же, как трава вымахивает на метр, если ее регулярно поливает дождик и греет солнце. Но семена, насыпанные на голый бетон, можно заливать водой и непрерывно жарить ультрафиолетом, однако они даже не прорастут.Проверим истинность данного утверждения практикой. За последние полвека десятки стран пережили антидиктаторские революции или проводили радикальные политические реформы демократической направленности. Где они стали причиной или хотя бы условием роста благосостояния общества? Где вследствие политических реформ появился и умножился среднйкласс, благодаря которому в обществе укореняется реальная демократия, а не только лишь демократические ритуалы? Если подыскать пример, близкий Украине, то это будет, например, Демократическая Республика Конго в Африке. Раньше страна называлась Заир. Я, конечно, понимаю, что укро-вате такое сравненин не польстит, но объективно сегодняшнюю Украину можно сравнивать только с африканскими странами, причем именно отсталыми африканскими странами.Итак, экономика Заира имеет рентный базис. Страна обладает крупнейшими в мире запасами кобальта, германия, тантала, алмазов, малахита; крупнейшими в Африке запасами урана, вольфрама, меди, цинка, олова. Существенны запасы бериллия, лития, ниобия, имеются значительные месторождения нефти, угля, руд железа, марганца, золота, серебра, бокситов. Особенное значение имели запасы меди, доходы от экспорта которой в эпоху высоких цен на нее в 1965-1974 гг. выросли в шесть раз. На экономическом базисе рентной экономики неизбежно расцветает… нет, разумеется, не средний класс, а авторитарная диктатура. Так и в Заире в 1965 г. утвердился у власти диктатор Мобуту. Далее кризис экономического базиса, причиной которого послужили падение сырьевых цен в 70-е, вызывает кризис политический и в 1997 г. в стране происходит демократическая революция, к власти прорывается оппозиция, из эмиграции возвращаются демократические народные вожди. Мобуту сбегает из страны и вскоре умирает в изгнании.С тех пор прошло больше 20 лет. Демократия вроде как укрепляется, проводятся всякие федеративные реформы, дающие широкие права регионам, правительство прислушивается к рекомендациям МВФ и нанимает иностранных советников. Нынешние вожди правят уже не 30 лет, а уходят почти в срок в результате выборов, на которых неизменно побеждает оппозиция. Вот только за истекшие 22 постреволюционных года никакого среднего класса в Конго не появилось. И экономика хоть и растет (иногда), но не развивается, она как была рентной по своей структуре, так ею и осталась. Именно поэтому в стране нет ни среднего класса, ни демократии, а демократически избранные президенты ведут себя, как типичные авторитарные диктаторы и даже передают власть по наследству (но с помощью выборов, конечно). Мы видим тут типичную охлократию, как, например, в Мадагаскаре, где граждане в декабре прошлого года избрали президента из числа 36 кандидатов.Кстати, дебилы не понимают разницы между ростом экономики и ее развитием. Рост может быть просто феноменальным, как, например, в Раше, когда нефтяные котировки при Путине подпрыгнули с $18 до $110 за бочку (на пике аж до 140). Развития нет, а рост – налицо. Развитие – характеристика качественная. Когда в стране появляются отрасли, которых ранее не было, когда структура ВВП меняется от ренты к производству добавленной стоимости труда – вот это и есть развитие. Если растет собственная тяжелая индустрия, скажем, металлургия, возникают условия для развития обрабатывающих производств с более высокой степенью передела, например, судостроение. Судостроение помимо того, что выступает драйвером традиционных секторов (транспорт, энергетика, двигателестроение) формирует спрос на хайтек. Ведь современные морские суда обладают высокой степенью автоматизации управления, что позволяет сократить экипаж в 3-4 раза и тем самым радикально снизить эксплуатационные издержки. А вот рост экономики – это когда металлургический комбинат выплавил за год в два раза больше алюминия и продал его за рубеж. Формально ВВП при этом увеличивается, но никаких качественных изменений в структуре национального хозяйства не происходит, секторальный рост не становится драйвером для остальной экономики, не возникает эффекта мультипликатора. Данная ситуация типична для стран третьего мира, чьи экономики отличаются секторальным дисбаллансом (относительно процветают только сектора, связанные с экспортом, но в случае кризисных явлений на внешнем рынке, следует их обвал). К Украине это относится в полной мере, ее экономика имеет типично периферийный характер.Так что, коли экономика развивается, а не просто растет, хлеб получают, помимо докеров, шахтеров, металлургов, работников ТЭЦ, еще и «постиндустриальные» работники в сфере IT (программирование, проектирование электронных систем управления, спутниковая навигация и т.д.). Если традиционный массовый индустриальный пролетариат имеет твердый доход, это создает долговременный и постоянно растущий платежеспособный спрос, благодаря чему расцветает жилищное строительство, частный бизнес в сфере услуг, прежде всего, торговля. Растет спрос на получение специальных знаний, люди учатся не для галочки, как сейчас, а именно с целью улучшить свою позицию на рынке труда. Вот все это постепенно и приводит к формированию среднего класса. Этому способствует исключительно РАЗВИТИЕ ЭКОНОМИЧЕСКОГО БАЗИСА, а вовсе не политические реформы.Средний класс вполне успешно формируется и без всякой демократии, выборов и прочей свободы мнений в тырнетах. Да, он поначалу носит маргинальный характер, но, наконец, перерастает сам себя, выходит на улицы и требует демократических реформ, как это имело место в Южной Корее в конце 80-х-начале 90-х. В Чили средний класс вполне себе оформился на волне даже не очень сильного экономического роста и еще менее явно выраженного развития в годы диктатуры Пиночета. Сегодня диктаторский однопартийный режим в Сингапуре при наследственном правлении династии Ли (нынешний премьер Ли Сянь Лун – старший сын знаменитого реформатора Ли Куан Ю) вынужден идти на демократические уступки обществу, поскольку богатым и независимым от государства сингапурцам становится некомфортно жить хоть и в гламурной, но все же тоталитарной стране.В Испании, где фашистский диктатор Франко с конца 50-х годов осуществлял модернизацию экономики (не лично, конечно, он для этого пригласил либеральных мальчиков и обеспечил им политическую крышу), в течении 15 лет на фоне роста благосостояния населения появился средний класс, благодаря которому во второй половине 70-х начался быстрый процесс демократизации Испании. Про Грецию и Португалию, где правили фашистские хунты, можно сказать примерно то же самое.Закономерность железная: сначала развивается экономический базис, а когда он достигает определенного уровня, происходит реформа политической надстройки и демократизация общественных отношений. Иногда демократический переход ярко выражен, чаще всего имеет очень плавную траекторию, но сути это не меняет. И в «старых» демократиях последовательность именно такая. США богатели, пока в них процветало рабовладение. Большей части населения (женщинам) избирательные права были гарантированы только в 1920 г., неграм разрешили ходить в одни туалеты с белыми и учиться в общих школах только в конце 60-х. Всеобщее избирательное право в Великобритании было установлено только в 1918 г., во Франции – только в 1945 г. (и то не полностью, граждане Франции, проживающие в Алжире, включенном в состав метрополии, стали пользоваться избирательным правом только в 1958 г.). Но все это дебилы совершенно не в силах понять, ведь чтобы понять, нужно рассуждать, а не просто потреблять информационный поток. Они не способны анализировать информацию, они ее могут только ретранслировать. Укро-дебилы не считают нужным думать над сказанным мною, поскольку уже нашли в комментах пару реплик других придурков, которые утверждают: мол, все херня, Польша сначала провела демократические реформы, а потом разбогатела. Дескать, не слушайте кацапа Кунгурова, веруйте в евроинтеграцию и все у вас будет хорошо, как в Румынии и Болгарии.Дурачки, я же вам все подробно разжевал на примере Польши: Восточную Европу Запад просто взял на буксир. Если ЕС и США возьмут на буксир Украину, там тоже все станет зашибись уже лет через 10-15. Ну, разумеется, не так, как в Польше, но примерно на уровне Болгарии, где сельское хозяйство оказалось убито, энергетика и промышленность пришли в упадок, а четверть населения уехала батрачить в богатые страны. Но зато оставшиеся за счет финансовой подпитки от остарбайтеров и туризма живут довольно неплохо по украинским меркам. Прямо скажем, болгары богато живут по сравнению с вами. Развития у них нет, но рост благосостояния происходит.Во всех странах Восточной Европы реформы проводились внешним актором при условии частичного, порой очень значительного отказа от государственного суверенитета и передачи контроля над экономическими активами нерезидентам. То есть если вы, украинцы, хотите сохранить государственный суверенитет, то вам польский путь не подходит. Если вы на все готовые, как болгары, лишь бы пустили в ЕС, то будьте готовы принести в дар сакральному иностранному инвестору национальную экономику. Да, экономика оживет, запыхтит и запузырится. Но в числе ее бенефициаров вы будете стоять лишь на второй ступеньке, как наемные работники. Много ли сегодня в Чехии, Словакии, Болгарии, Эстонии, Румынии крупных экономических активов, контролируемых государством или резидентами этих стран? Да, для конкретного обывателя без разницы, кто будет его эксплуатировать – местный олигарх или закордонный концерн, кто больше платит – тот и молодец. Но для экономики в целом и общества имеет значение, кто контролирует активы. Второй очень важный момент: периферизация восточно-европейских экономик обеспечивает им неплохие темпы экономического роста, что обеспечивается ростом «материнской» экономики ЕС, но в ущерб развитию. Поясняю: тактически быстрый рост экономики имеет высокую конверсию в благосостояние, но стратегически ограничивает уровень благосостояния именно рамками экономического роста. Периферийная страна не способна богатеть за счет качественного развития своей экономики, там принципиально не возникает для этого условий. Сегодня развитие чешского авиапрома, например, невозможно. Он лишь деградирует, проходя через череду банкротств, теряя рабочие места. Так же стоит отметить, что кризис гораздо болезненнее ощущается периферийными экономиками, на который центр как бы сбрасывает основную тяжесть невзгод. Европа с 80-х годов не знала масштабных кризисов (при этом локальные вроде греческого происходят довольно часто), но, если он случится, для Восточной Европы это будет крайне болезненный удар.Рост производства на авиазаводе может быть довольно быстрым, если Аirbus, Boeing или Embraer заключат с чешской Aircraft Industries контракты на производство отдельных узлов и агрегатов. Но основную маржу при продаже авиалайнера получает конечный производитель авиатехники, а вовсе не сторонний подрядчик. В одной только Чехии несколько авиазаводов, которые готовы ради выживания выполнять подряды с минимальной прибылью или отдаться забесплатно в собственность западных авиаконцернов, став их структурным подразделением. Но выпускать самолеты и продавать их на европейском или мировом рынке чешские авиастроители (как и все восточно-европейские) не способны. Уж, простите, но рынок занят, и чтобы на него зайти, надо кого-то оттуда выбить. При этом чисто рыночные механизмы не работают.Как ни парадоксально, но Aircraft Industries ожила только когда его купили русские (УГМК), угробившие свой авиапром и нуждавшиеся в замене стремительно выходящего из строя самолетного парка. Компания, производящая шутчно пару самолетов в год, получила хороший заказ от Минобороны РФ и произвел порядка 60 весьма неплохих L-410 (поздняя модификация получила наименование L-420), которых в годы социализма было выпущено серийно более 1100 единиц, и это была не единственная модель, которую производило предприятие. Но, как вы понимаете, сегодня перспектива работы на восточном рынке для Aircraft Industries закрыта вследствие политики конфронтации с внешним миром, которую проводит путинский режим.Я этот пример привел с одной целью: показать, что экономическая целесообразность лежит в основе разумной политики, а идеологический курс на евроинтеграцию дает лишь тактический выигрыш, но лишает перспективы многие отрасли промышленности восточно-европейских стран, превращая их в придаток западных корпораций. Да, уровень доходов чехов и поляков вырос по сравнению с годами социализма, но он никогда не окажется таким же высоким, как в странах «старой» Европы. Он всегда будет в 2-4 раза ниже, чем у белых людей. Еще раз повторяю: максимальный рост благосостояния дает качественное развитие экономики, а не количественный рост. Запад взял Восточную Европу на буксир, обеспечивая рост экономик бывших стран соцлагеря, но при этом возможность развития была там надежно заблокирована на системном уровне. Синица в руках оказалось для чехов предпочтительнее журавля в небе. Это их выбор. Но стать Финляндией или Швецией Чехия, несмотря на формально сравнимый с ними экономический потенциал, в нынешней парадигме никогда не сможет просто потому, что чехи не контролируют свою экономику, они есть периферийная часть экономики ЕС. Они обречены быть вечно вторыми, прислугой, бедными родственниками, белыми неграми (добавьте любой эпитет по вкусу).Не утверждаю, что утрата государственной, национальной, экономической субъектности хорошо или плохо. Тем более, не пытаюсь рассуждать, насколько целесообразнее было бы для украинцев вернуться в смердящий «русский мир». Я не даю оценок, а всего лишь констатирую факт: утрата субъектности (не полная, конечно) – есть цена выбора восточно-европейской модели существования. Украинцы не имеют собственного опыта национального генезиса, они всю дорогу были чьим-то придатком – Польши, России, Румынии, Австро-Венгрии, Османской империи. Поэтому идея стать придатком ЕС кажется им разумной и даже очень желанной, иногда приобретая характер маниакальной одержимости. Собственный суверенитет украинцы ценят не больше, чем те же чехи, которые сегодня очень органично вошли в роль обслуживающего персонала немецких концернов, контролирующих значительную часть их экономики. Но тут есть одно непреодолимое НО…Оно заключается в том, что Европе Украина ни в каком качестве не нужна. Даже в качестве буфера путинскому Мордору. Европейцы не видят в бесноватом Воване никакой угрозы для себя, поскольку фюрер ватного мира слаб и зависим от благосклонности Запада. Потому ЕС не будет брать вас на буксир и обеспечивать вам экономический рост даже взамен отказа от развития. Зачем Европе ваш «Антонов»? Не важно, насколько хорошие он может делать транспортники. Важно то, что, если армии НАТО закажут вам пару сотен летающих «Бандер» (Ан-178), тысячи рабочих в ЕС окажутся без работы. Поэтому максимум, что вам светит – ликвидировать свой авиапром, как цельный комплекс, и включаться в производственные цепочки Евросоюза, конкурируя по цене с чехами и поляками. Ваш «Мотор Сич» никогда не сможет соперничать с SAFRAN или Rolls-Royce не потому, что он делает плохие моторы, а потому, что ЕС ни при каких обстоятельствах не допустит конкуренции с вашей стороны на внутриевропейском рынке. Чешские авиапроизводители это уже поняли на своей шкуре.Да, евроинтеграция даст возможность «Мотор Сич» стать подрядчиком французских моторостроителей и поставлять им, например, лопатки турбин на грани себестоимости. Но серийно выпускать авиадвигатели предприятие не будет уже никогда, если не найдет рынок сбыта где-нибудь в Африке или Латинской Америке, а он там мал и конкурировать придется с англичанами и американцами. Европейцы же благодаря этой самой интеграции, получат преимущественный доступ на ваш внутренний рынок. Украинские авиакомпании уже и сегодня в основном пользуют импортные самолеты, а будут пользовать исключительно импортные. Внутренний рынок не способен обеспечить украинский авиапром заказами, достаточными даже для существования, не то что для развития.Если ваш авиапром вообще вымрет, Европе ни тепло, ни холодно. Так же как ей не стало хуже от того, что мощный авиакомплекс Чехии приказал долго жить. Украина не нужна Европе, даже как страна ЕС второго сорта, и в качестве третьесортной окраины тоже. Ваша готовность пожертвовать ради включения в европейскую периферию своим развитием, Брюссель нисколько не вдохновила.Вот тут мы и подходим к ключевому тезису всего моего многабукафф. РФ в самом недалеком будущем столкнется с фатальным для нее кризисом (собственно, он уже в необратимой фазе, ждем лишь развязки) и окажется перед исторической развилкой: демократия или развитие. Украина уже в очередной раз встала перед этим выбором в 2014 г. и выбрала демократию, пожертвовав развитием. Пять лет – колоссальный срок для страны, совершающей мобилизационный рывок. Чем вы можете похвастаться? Получение безвиза для страны, 90% населения которой не может позволить себе зарубежные вояжи, не дает абсолютно ничего в экономическом смысле. Хотя, скорее всего, утечка трудовых ресурсов активизируется. Для тех, кто утек – это благо. Но для национальной экономики потеря рабочих рук всегда минус. А больше украинцам хвалиться нечем совершенно.Советская Россия за первые пять лет своей истории пережила развал государственности и систем управления, поражение в Первой мировой войне, гражданскую войну и интервенцию, утрату значительных территорий на западе и оккупацию части страны на востоке (Дальний Восток японцы покинули только в 1922 г.), крах экономики, голод и эмидемии, крестьянские восстания военный коммунизм, финансовый коллапс, переход к НЭПу и выход на быстрые темпы восстановительного роста. В целом довоенные экономические показатели были достигнуты к 1925 г.Те результаты, которые Советский Союз получил за годы первой пятилетки 1928-1932 гг. как-то даже сравнивать неприлично с итогами постмайданных пяти лет для Украины. За пять послевоенных лет СССР не только в целом восстановил уровень довоенного промышленного производства, но с нуля создал атомную промышленность и успешно строил ракетно-космическую индустрию. Да, уровень благосостояния населения оставался очень низким, но благосостояние – это не цель и даже не критерий развития, а его неизбежное следствие. Быстро расти уровень жизни населения стал в 60-е годы.Франкисты, начав реформы, обеспечили полтора десятилетия бурного роста экономики Испании в среднем на 6,6% в год. Корейцы в ходе первой пятилетки при диктатуре Пак Чон Хи построили экспортоориентированную легкую промышленность и начали создавать тяжелую индустрию, которая совершенно отсутствовала в стране. За первые годы реформ Сяопина в Китае после провального «большого скачка» была проделана титаническая работа. Китай не только вышел на лидирующие темпы экономического роста в мире, но одновременно подтягивал и стандарты потребления, которые к середине 80-х уже заметно превышали средние показатели для стран третьего мира. Угроза голода ушла.Да, экономические реформы в Китае шли гораздо тяжелее, чем в Польше, имели меньшую конверсию в благосостояние, и даже сегодня, спустя 40 лет после старта преобразований, зарплата среднего китайца почти в полтора раза ниже, чем у поляка. Но и стартовые условия очень сильно отличались не в пользу азиатов. Однако здесь мы наблюдаем не просто количественный рост показателей, а именно качественное развитие экономики. Китай осуществлял мобилизационный рывок с опорой на внутренние силы и целью имел именно развитие. Поэтому потенциально страна, сохранившая политический и экономический суверенитет, имеет шансы обойти Восточную Европу по уровню благосостояния, а то и потягаться с Западной. То, что Китай расцвел благодаря западному инвестору – миф. В самые удачные годы иностранный вклад в общем объеме инвестиций не превышал 15%.Весь исторический опыт мировой цивилизации последних 300 лет показывает, что суверенное развитие в режиме мобилизационного рывка невозможно при демократической политической системе. Украина же, опустившаяся до уровня бедных африканских стран, может преодолеть отрыв от богатых африканских стран только в режиме мобилизации, раз уж Европа ее не спешит облагодетельствовать так же, как США спасли Европу своим планом Маршала после войны. Соответственно, выбор в пользу демократии и евроинтеграции означает отказ от суверенного развития, а без качественного развития невозможно создать экономический базис для построения устойчивой политической надстройки в демократическом формате. Механизм этого феномена я предельно доступно для среднего обывателя изложил здесь.С этих позиций я могу позволить себе дать прогноз для Украины на ближайшие годы. (Продолжение следует)

Выбор редакции
09 апреля, 13:08

Почему Украина не Европа

  • 0

Начало здесь. Давайте вернемся к теории демократии. Почему Украина, даже если абсолютно скопирует политическую модель и законодательную базу Швейцарии или Дании, не добьется ни малейшего прогресса – ни культурного, ни, тем более, экономического? Почему в Европе демократия не препятствует развитию и росту благосостояния масс? Почему там элиты эффективно осуществляют свою управленческую функцию, а украинский политикум только набивает свой карман, яростно разворовывая все, до чего только дотянется? Объясняю на пальцах, хоть и понимаю, что 90% аудитории в принципе не способны осознать эти элементарные истины. Как говорилось выше, реальная демократия (то есть власть большинства)  возможна только в обществе самодостаточных собственников. В богатых странах верхний слой общества (элита, правящий класс, господствующая верхушка) обширен, и он тесно примыкает к еще более обширному среднему классу, который в экономическом плане совершенно самодостаточен. Ну, грубо давайте определим соотношение так: 10% - верхушка;60% - средний класс;30% - низы, чье благосостояние сильно зависит от бюджетных дотаций и прочего вэлфера. В этой ситуации интересы элиты, которая модерирует демократию (а демократия, напомню, всегда жестко модерируема, иначе она деградирует в охлократию), плотно смыкаются с интересами среднего класса, который численно доминирует в обществе. Второй важный аспект: манипулировать миллионами самодостаточных собственников раз в 100 тяжелее, чем помыкать нищими голодными толпами, которым пообещай сладкую морковку – и они сразу на все согласные и готовы порвать тех, проявляет скептицизм. То есть процесс модерации в богатом обществе строится на несколько иных принципах. Элита уже не разводит массы, как последних лохов, самыми примитивными приемами, она стремится к достижению общественного консенсуса, который строится на основе взаимных уступок и обязательств. Потому что средний класс, если поймет, что его на..ывают, проявляет политическую волю и… О, тут исторический материал европейской цивилизации очень богат и поучителен. В общем, элите совсем не хочется быть секвестированной. И даже просто недовольство среднего класса, проявляемое в формате Движения желтых жилетов, сильно бьет по положению верхов. Поэтому консенсус, и еще раз консенсус! В конце концов элита – это часть общества, она не может существовать вне связи с ним и вопреки его интересам. У нее нет «запасного аэродрома». В бедных странах расклад совершенно иной. Во-первых, средний класс там отсутствует вообще или он очень незначителен, то есть нет критической массы самодостаточных собственников. Во-вторых, подавляющая часть населения люмпенизирована. Наконец, элита численно ничтожна, а уровень ее благосостояния имеет космический отрыв от средних для страны показателей. Для Украины примерный расклад будет выглядеть примерно так: 2% - верхушка (сверхбогатые);10% - средний класс (насчет 10% я, конечно, польстил, но пускай);88% - низы, значительная часть которых существует на грани физического выживания и не способна к воспроизводству, то есть может обеспечить себя, а вот детей – уже нет. Если в богатом обществе элита ведет диалог со средним классом, от которого она зависит не только политически, но и экономически (ведь середняк – это и потребитель и работник, то есть источник благосостояния верхов), то в реалиях Украины средний класс – это некий придаток к верхушке, обслуживающий персонал элиты, не обладающий самодостаточностью. Разве самодостаточен чиновник, присосавшийся к бюджетной кормушке или коммерсант, оседлавший экспортно-импортные потоки? А это и есть ваш средний класс. Так что ни о каком консенсусе между элитой и средним классом речи быть не может. Нет субъекта общественного договора, как такового. Соответственно, если средний класс не обладает политической субъектностью (а он нифига ею не обладает), политическая коммуникация в украинских реалиях ведется между 2% элиты и 85% люмпенизированной массы, то есть попросту с толпой. И тут еще важно обратить внимание на то, что благосостояние верхушки почти НИКАК НЕ СВЯЗАНО С НИЗАМИ. Основной доход украинского правящего класса имеет рентное происхождение, будь то рента казенная, финансовая, сырьевая, земельная, металлургическая или криминальная (взятки, откаты, контрабанда), а население воспринимается в целом, как нахлебник, требующий перераспределения рентных доходов в свою пользу. То есть, в отличие от богатых стран, на Украине интересы господствующего класса и основной массы населения практически не имеют точек соприкосновения. Более того, они антагонистичны, потому что богатые тем богаче, чем беднее бедные, ибо раз…банная в хлам украинская экономика столь малопродуктивна, что не только для развития, но даже для поддержания штанов генерируемых ею доходов катастрофически не хватает. Вдобавок еще и внешние долги приходится выплачивать, что еще более усугубляет жопу и совершенно обнуляет фонды развития. Из вышесказанного следует крайне неприятный для всякого укро-патриота вывод: у Украины нет национального правящего класса. Тот, что есть, готов при малейшем шухере сдриснуть в свои европейские поместья, где он, кстати, прекрасно соседствует с мафиозной элиткой РФ. Но сдристывать – это пока погодит. Ведь сначала надо вволю наоссать, чтоб детями и внукам хватило. А дабы сосать было сподручнее, следует обеспечить политическое прикрытие, что прекрасно решается с помощью демократического инструментария. Вас, баранов, регулярно разводят, обещая, что вот эта, самая новая и пипец какая социально ответственная и патриотическая власть, состоящая из свежих наодеколоненных лиц с честными глазами – уж точно все разрулит и обустроит, обвенчает вас с Европой, победит Мордор, слезет с газовой иглы и т. д. Ну, а если свежая власть окажется не такой хорошей, как ожидается, так у нас же демократия, поэтому всегда можно сменить ее на еще более лучшую. Как пелось в одном суперхите 80-х, «эта музыка будет вечной, если я заменю батарейки…». Акцентирую внимание, что, когда я говорю о национальном правящем классе, то имею в виду социальную группу, контролирующую ключевые экономические активы (включая государственные), и распределяющую национальный доход, а вовсе не о клоунах, которые корчат из себя политиков и госдеятелей. То, что у Украины нет национального правящего класса, с очевидностью вытекает из того, что национальная экономика слишком малопродуктивна, чтоб быть определяющим фактором, а экономические интересы представителей господствующей верхушки завязаны в первую очередь на заграницу. Есть предельно четкий индикатор «патриотичности» элиты – вывоз капитала из страны. Украина тут в мировых лидерах – верхи тащат из хаты, все, что только возможно. По зомбоящику вам сколько угодно будут промывать мозги патриотизмом и вселять уверенность в стремительный расцвет Украины, который начнется буквально со следующей недели, но статистика вывоза капитала четко показывает, что крысы с корабля бегут. Я не привожу пруфов. Просто забейте в Гугле запрос «отток капитала из Украины» и пробегитесь глазами по заголовкам в результатах выдачи. Читать не обязательно, не всякий поймет расклады по внешнеторговому балансу, вывозу прибыли частным сектором, резидентами и нерезидентами и прочую заумь. Все что надо осознать: по одной трубе в бассейн втекает Х литов воды, по другой вытекает Y литров. Величина Y всегда заметно превышает Х, то есть объективно Украина беднеет, а те страны, куда выводятся капиталы, богатеют. Вопросы относительно патриотизма вашей верхушки еще есть? Исходя из описанного самым широким мазком экономическго базиса, совершенно очевидным становится то, что в бедной стране с деградирующим хозяйством, демократическая надстройка «как в Европе» ПРИНЦИПИАЛЬНО НЕРЕАЛИЗУЕМА. Можно до мелочей скопировать политические институты цивилизованных западных стран, но они не будут работать на Украине именно потому, что социальная структура общества у вас не 10/60/30, а 2/10/88 (см. расклад выше). Ваша элита и низы имеют объективно антагонистические интересы, консенсус между ними недостижим, да и верхи в нем не заинтересованы. А раз так, то демократическая надстройка становится инструментом элиты, направленным на подавление низов. Это настолько очевидная логика, что умным ее объяснять нет нужды, а дебилам – все равно бесполезно. Так происходит не только на Украине, но и во всех бедных странах. Более того, демократия предоставляет настолько эффективные прикладные инструменты порабощения населения, что их очень охотно применяют самые бесчеловечные авторитарные диктатуры.  В той же Раше к ритуалу выборов относятся со всей серьезностью, хотя в этом фашистском концлагере демократии нет даже в зачатке. Но ведь проводят же для рабов выборы коменданта лагеря, и рабы с энтузиазмом в этой процедуре участвуют. И даже свято веруют, что делают разумный выбор, потому что другой комендант был бы хуже этого. Я рад, что среди украинцев все же есть люди, которые понимают эти азы реальной демократии, но даже они в 99% случаев не могут осознать всю реальность целиком, то есть от стада безнадежных дебилов в своем развитии ушли недалеко. Они не в силах вырваться из убогой парадигмы сознания, что самая несовершенная демократия ЛУЧШЕ диктатуры и рабства, что это в любом случае шаг вперед и т. д. Ребята, ваши умствования столь же беспредельно глупы, как рассуждения безмозглой блондинки о том, что вечернее платье от кутюр лучше телогрейки и валенок. Все зависит от ситуации. Если блондинка застряла посреди таежной дороги в метель при -30 градусах за бортом, и на ней только вечернее платье, то она сдохнет через полчаса после того, как заглохнет мотор, а валенки и телогрейка могут спасти ей жизнь. Точно так же демократия и диктатура – всего лишь инструменты, которые не плохие и не хорошие. Они могут быть эффективными и неэффективными, с их помощью можно отстаивать интересы большинства населения или подавлять их в интересах меньшинства. В одной ситуации более целесообразно одно, в другой – иное. Точно так же, как одному и тому же человеку на светском приеме нужен гламурный наряд, а в зимнем лесу – валенки и тулуп. Всякое общество в зависимости от конкретных исторических условий совершает дрейф от диктатуры (например, в период войны и системного экономического кризиса) до демократии. Признак зрелой социальной системы – это способность быстро перестраивать модель управления сообразно необходимости без ее демонтажа. В Великобритании во Время второй мировой войны с демократией и всякими свободами было как-то не очень. Ни свободы слова, ни свободы предпринимательства, ни свободы перемещений. Даже право на жизнь жестокое государство у граждан отняло и заставляло их умирать в бою ради своих интересов. Но парламент при этом не расстреливался из танков, на трон не усаживался диктатор с безграничными полномочиями, правовая система государства не обнулялась, промышленность тотально не национализировалась, пресса не запрещалась (хотя цензура была довольно жесткой). Общество было настолько зрело, что осознанно подчинялось диктатуре и мирилось с ущемлением своих прав. После войны военный диктатор Чечилль без всякого пиетета перед его недавними заслугами был на демократических выборах буквально вышвырнут из правительства. Кстати, ошибкой консерваторов стало то, что они предвыборную кампанию вели в тоталитарном стиле, педалируя культ личности вождя-победителя. Эта стилистика только оттолкнула британцев. Но разве общество после этого начало дрейф от тоталитаризма к демократии? Как бы ни так! Сменивший военного вождя мирный реформатор социалист Клемент Эттли настолько закрутил гайки, что его вполне обоснованно называли большевистским диктатором. Но общество и это усиление тоталитаризма осознанно приняло. Дело в том, что модернизацию расшатанной войной экономики можно было осуществить исключительно тоталитарными методами. И Эттли, официально провозгласившего строительство социализма (!), терпели не потому, что он был диктатором, а лишь потому, что он был ЭФФЕКТИВНЫМ диктатором. Нормализация экономической ситуации была осуществлена кабинетом Клемента Эттли блестяще. В качестве «спасибо» его избиратели «прокатили» на очередных выборах. Мавр сделал свое дело, и давай, до свидания. Следующий кабинет сформировали консерваторы, которые быстро перевели экономику с мобилизационных рельс на рыночные, осуществили частичную приватизацию того, что национализировал большевик Эттли (тот, кстати, чуть не огосударствил всю банковскую систему Великобритании), свернули систему государственного планирования и вообще многое «вернули взад» под аплодисменты элиты, которая настрадалась за годы войны и «большевизма» лейбористов. Это, конечно, имело результатом нарастание кризисных явлений и спровоцировало в дальнейшем новое полевение электората… В общем качели диктатура-либерализм продолжают болтаться на Островах по сию пору, правда с очень небольшой амплитудой, что обусловлено успешным характером социальной эволюции. Но когда эволюционный цикл войдет в фазу кризиса, в британском обществе неминуемо восторжествуют тоталитарные тенденции. Преимущество английской системы управления в том, что она, повторюсь, способна органично сочетать в себе демократический и диктаторский инструментарий. А длительное сохранение преемственности власти воспитало элиту, способную эффективно пользоваться столь различными методами управления. Про управленческий уровень украинского господствующего класса, выпестованного в недрах КПСС-ной номенклатуры и коррупционно-криминальных сообществах, я скромно умолчу. Это совершенно частный вопрос. Давайте рассмотрим политическую конструкцию Украины на модельном уровне, не вдаваясь в детали. Исходя из социальной структуры украинского общества (2/10/88) условная 2-процентная верхушка модерирует демократию. В чьих интересах она использует этот инструментарий осуществления политического господства? Ее интересы не совпадают с интересами низов (88%), а малочисленный средний класс экономически неукоренен, политически не структурирован, идейно незрел и социально разобщен. То есть фактически, средний класс, который должен играть роль фундамента демократии, как общественный субъект, не существует, электоральным фактором не является и роль противовеса малочисленной, но ресурсообеспеченной элите, не выполняет. В итоге демократический инструментарий становится средством реализации интересов верхов и механизмом подавления низов. Это совершенно естественно и единственно возможно для любых бедных стран, имеющих схожую с украинской модель экономики (рентную) и структуру общества, характеризующуюся сильным уровнем социального расслоения. Кстати, социологи на своем жаргоне называют ее «двугорбой». Кривая, описывающая распределение доходов населения, имеет вид двух сопряженных синусоид: очень узкий и высокий пик – доходы элиты, а протяженный и очень пологий холм – доходы остальной массы. Там же, где должен быть средний класс – провал. Поэтому да, в какой-нибудь Дании или Норвегии демократия очень эффективна и способствует социальному прогрессу, несмотря на то, что верхи льют крокодиловы слезы по поводу отживаемых у них 80-90% прибыли в общественные фонды. Прогрессивная шкала налогообложения – это жесть! И на Украине демократия тоже суперэффективно работает, но лишь в интересах правящего класса. Это факт – у них все в шоколаде. У вас, остальных баранов, почему-то все, мягко говоря, не очень. Возникает резонный вопрос: а зачем верхам при таком раскладе вообще заигрывать с низами? Не лучше ли осуществлять господство в формате автократической деспотии, как в РФ или Туркмении? Нет, это лучше для верхов далеко не всегда. И дело даже не в том, что украинцы якобы «генетически» большие европейцы, чем кацапы и туркмены. Все опять упирается в экономический базис. В РФ и Туркмении основной национальный доход в условиях постсоветской деградации индустрии генерирует сырьевая труба. Этот сектор в силу технологической специфики носит монополистический характер и потому оказывается быстро сконцентрирован в руках одного клана, который приобретает могущество, превосходящее возможности всех остальных внутриэлитных группировок. В РФ центр доминирования, подмявший под себя экспортно-сырьевой сектор, один (Кремль), субъект господства один (питерская мафия), и Кремлю нет нужды что-то с кем-то согласовывать, урегулировать и гармонизировать. В этих условиях совершенно естественно возникает жесткая автократическая диктатура, которая не ищет консенсуса или даже компромисса, а навязывает свою волю обществу до тех пор, пока не встречает сопротивление, превышающее силу давления. Схожий расклад в Таджикистане, Узбекистане, Азербайджане, Казахстане, хотя везде есть свои особенности. На Украине же экономический базис хоть и носит все тот же преимущественно рентный характер, более диверсифицирован. Есть газотранспортная рента, есть металлургическая, есть угольная, есть портовая инфраструктура, которая обеспечивает маржу от экспортно-импортного трафика и т.д. И все это контролируют различные кланы элитариев. Каждый из них недостаточно силен, чтобы уничтожить конкурентов и поглотить их активы. Поэтому правящий класс в целом, несмотря на острые внутренние противоречия, заинтересован в сохранении равновесия. Внутриэлитный консенсус основан на том, чтобы не допускать монополизации могущества каким-либо субъектом, потому что это угрожает исчезновению всех прочих. Именно поэтому, когда донецкая мафиозная группировка (в политике ее представлял петрушка Янукович) попыталась заявить претензию на монопольное господство (ну, если питерская мафия держит всю Рашу, почему нам нельзя то же провернуть с Украиной?), остальные властные группы а ее общими усилиями очень жестко «приземлили». Донецкие нарушили негласное табу – попытались привлечь для внутриукраинских разборок внешнюю силу – путинскую мафию. Этого им, конечно, не простили. Демократический процесс есть способ согласования интересов внутри правящего класса. В украинской элите несколько центров силы, и они нуждаются в консенсусе. Это им нужна демократия, которую они довольно умело модерируют в нужном для себя русле. Да, многие дебилы до сих пор свято уверены, что против Овоща восстал свободолюбивый украинский народ, уставший от коррупции, бедности и несправедливости. Ну, с дебилов что взять? Сегодня коррупции и несправедливости на Украине ничуть не меньше, бедность только выросла, ко всему этому добавилась война, которую правящий режим не способен завершить ни победой, ни приемлемым миром, потускнели и наивные евроинтеграционные мечты. Где, мля, народное восстание, куда подевалось украинское свободолюбие? В том-то и дело, что любое народное восстание, тем более, успешное, в принципе возможно лишь в ситуации раскола верхов. В 2013 г. такой раскол произошел в результате крена режима Януковича в сторону авторитаризма. Демократическая революция гидности этот перекос ликвидировала. Хэппи энд. Героям – слава! Павшим – памятник и пафосные речи на очередную годовщину. Сегодня верхи успешно разрешают свои конфликты в рамках демократической политической модели. Президент – ставленник одного клана, Верховную Раду вскладчину контролируют другие. Силовики ходят под кем-то другим. В итоге серьезные пацаны кулуарно разруливают все вопросы, реализуя совместно принятые решения через подконтрольные им рычаги управления. Пацаны в профите. Что получили низы? Ну, разве что иллюзию собственной значимости. Вот такая она, имитационная демократия. Никакой иной на Украине не будет до тех пор, пока… (Продолжение следует).

Выбор редакции
07 апреля, 12:06

Все, что надо знать об украинских выборах

  • 0

Заглянул в ленту Фейсбука. Чуть не каждый пятый пост о выборах на Украине. Хм, такое ощущение, что у меня там френдов теперь больше, чем в Мордоре. Почитал, проникся, делюсь впечатлениями. Текст получился большой, пришлось на две части разделить. Самый сок – во второй части, где я дам нечто похожее на прогноз. Сначала небольшой дисклеймер. Мои украинские братья по разуму (или небратья, как они сами себя сейчас называют) зачастую весьма чувствительны, и я их тонкой душевной организации наношу порой большой ущерб своей циничной писаниной. Некоторые даже настолько близко к сердцу принимают мои доводы, что, будучи не в силах их оспорить, пытаются оправдать свою беспомощность тем, что я, дескать, Ымперец, лютый враг Украины, сталинизд и криптоколорад. Типа, раз так, то оспаривать мои аргументы нет нужды, ибо москаль не может быть прав априори, и точка.Ребята, мне глубоко пофиг на вашу попаболь по поводу того, что кацап препарирует украинскую историческую мифологию или политикум (прикольное словечко, мне нравится) и находит в нем дерьмо. При этом сами вы свято убеждены, что он весь состоит из дерьма, однако право копаться в нем имеют только обладатели пластикового паспорта. Дескать, когда Кунгуров дрючит вату и Пуйлостан – это гуд, лайк и репост, а вот ридну нэньку, не трожь, мы тут сами разберемся. Так никто ж не против, вилы вам в руки и барабан на шею, разбирайтесь. Но если вы мне всю личку завалили вопросами, что я думаю по поводу ваших выборов, то мне волей-неволей пришлось о них подумать. А раз я подумал, то не пропадать же надуманным мыслям? Как гуманист, предупреждаю: если вы есть наивные демократические эльфы, верующие в европейский выбор, дружбу с НАТО и счастливое будущее под сенью гордо реющего державного прапора, то не читайте дальше. А если прочитали – ни в коем случае не размышляйте над прочитанном и постарайтесь сразу забыть. У меня ничего святого нет, излишней политкорректностью я не обременен. Поэтому что вижу – то и пишу, безжалостно, без всякой деликатности.А вижу я чудовищный демократический инфантилизм. Вот как в Раше инфантилизм патерналистско-имперский, так у вас – евро-демократический. В итоге что по ту сторону поребрика, что по эту, я наблюдаю стада инфантилов, только немного разного окраса. Тем инфантильным дегенератам я объясняю, что их ватная империя во главе с плешивым недонаполеончиком спеклась, как кусок дерьма на сковородке, и выглядит не страшно, а позорно-жалко. А вам я сейчас расскажу, что такое современная демократия, и с чем ее едят.Вы думаете, главный смысл демократии в том, что народ большинством голосов чего-то там выбирает, голосует за свое будущее и т. д.? Не-е-е, если вы искренне в это веруете, то могу только посочувствовать вашему слабоумию. Самое худшее, что можно сделать – это поставить свою жизнь в зависимость от воли большинства. Эдгар Алан По блестяще высказался по этому поводу: «Мнение большинства — всегда ошибочно, ибо большинство людей — идиоты». Признайтесь, вам этот афоризм очень нравится, вы внутренне с ним согласны, потому что считаете себя выше этого самого большинства идиотов. Однако именно вы это большинство и составляете.К счастью, демократическая политическая система устроена так, что большинство почти никогда ни на что не влияет, и даже на самых честных-расчестных выборах побеждает кандидат, поддержанный меньшинством избирателей. Ну, это чистая арифметика. Есть 10 сосискателей народной любви, из которых 9 набирают в среднем по 9% голосов, а десятый – целых 19%. В итоге побеждает тот, кого поддержала лишь пятая часть общества, то есть совершеннейшее меньшинство. Большинство же ВСЕГДА обречено на поражение. И чем свободнее выборы, тем большая часть избирателей проигрывает.Но главное даже не в этом. Суть в том, что попасть на политическую арену и поучаствовать в выборном забеге может лишь тот, кто прошел жесткий многоуровневый кастинг. Истинные избиратели – это то самое жюри, которое определяет, кто может быть допущен к соревнованиям, а кто – нет. Вы выбираете не того, кого пожелаете, а того, кого вам предложили на выбор. Это аксиома демократии. И слава богу, что это так, иначе идиоты, то есть, большинство, такого наворотят…Работоспособная демократия в самых демократических странах – это всего лишь механизм легитимации выбора элиты (правящего класса), и не более того. Уверен, вы сейчас попытаетесь яростно возразить мне, что настоящие выборы всегда проходят на альтернативной основе, их результат непредсказуем и зависит от симпатий этого самого большинства. Опять вынужден вас разочаровать. Конкурентный характер выборы носят исключительно потому, что правящий класс неоднороден, в нем есть конкурирующие группировки, борющиеся за доминирование. Именно поэтому они решают свой спор цивилизованно в ходе избирательной кампании, выставляя на доску публичной политики своих игроков. Как вы понимаете, существует еще контур непубличной политики, но его мы сейчас касаться не будем, ограничившись описанием демократического шоу для идиотов.Итак, подлинными субъектами политической борьбы являются группировки элитариев, соответственно победу одерживает не избиратель, и даже не «победивший» кандидат, а та самая группировка, чьим вассалом он является. Кем же в данном раскладе является избиратель? Он – объект манипулирования, как и положено быть классическому лоху. Демократия – спорт элитариев, в котором побеждает тот, кто разведет большее число лохов. Если элитарии являются джентльменами и строго придерживаются писанных (избирательное право) и неписанных (политические традиции) правил, то и выборы проходят честно, чинно и благородно. Но к Украине это, как вы понимаете, не относится. Уровень культурки у вашей элитки, да и у масс в целом, таков, что избирательный марафон больше напоминают шумные разборки девочек в провинциальном борделе, не поделивших чаевые клиента. Но этот местечковый антураж с душком нисколько не меняет сути представительской демократии, как модерируемого процесса. Модераторы – это своего рода пастухи, которые ведут стадо баранов-избирателей в нужном направлении, периодически споря между собой, какой маршрут оптимальнее. И вы в этом раскладе – те самые бараны, которым внушают, что именно они выбирают путь в светлое завтра. Модерируется процесс главным образом с помощью медиа. Соответственно та команда элитариев, что имеет больший медийный ресурс, обладает преимуществом в продвижении своего вассала в руководящее (скажем, президентское) кресло. Медийный ресурс есть экономический актив, то есть в конечном итоге исход выборов решают деньги. Я ни коем случае не утверждаю, что побеждает тот, у кого больше денег. Нет, побеждает тот, кто их ЭФФЕКТИВНЕЕ использует.Какая роль в этом раскладе отводится кандидатам, то есть лицами, претендующими на власть? Вот тут все уже не так однозначно. В качестве кандидатов могут выступать как лично представители правящего класса, так и их наемные петрушки. Причем чем более совершенна в стране демократическая система и отточена избирательная практика, тем выше роль петрушек, единственная задача которых – нравиться идиотам-избирателям. Профессиональные избирательные технологи и имиджмейкеры вышколят кандидата до идеального блеска, накреативят ему лозунги и меседжи, отшлифованные на фокус-группах, поставят ему речь, мимику и жесты, вылепят позитивный информационный бэкграунд. Задача кандидата – отыграть роль. Совсем не с бухты барахты Ги Дебор охарактеризовал современное общество, как общество спектакля.Вы, конечно, уверены, что победивший на выборах публичный политик получает в руки рычаги власти. Это в подавляющем большинстве случаев совершенно не так.  Власть при демократии носит распределенный характер. Чем более развита демократическая система, тем более рассредоточенной эта власть становится, тем более сложной и многоступенчатой является система принятия решений, тем более громоздка процедура согласований. Всякий инженер знает, что такое защита от дурака. Вот это самое – оно и есть. Даже если вдруг на трон пролезет петрушка, который возомнит себя рукой бога, он не сможет принять ни одного дурацкого решения – все они завязнут в процедурах согласования, в которых главную роль будут играть… Верно, те самые пастухи, которые модерируют и избирательный процесс, и поствыборную политику. Реальная политика большей частью делается непублично. Но это, полагаю, подспудно понимают даже идиоты.Исходя из вышесказанного особой разницы в том, победит на президентских выборах кандидат А, или кандидат Б, при демократии нет. Иногда настолько нет, что в самых передовых демократических обществах с самыми сильными демократическими традициями президентов даже не выбирают. Скажем, в Швейцарии должность федерального президента сроком на год по очереди исполняют депутаты парламента. В некоторых странах вообще должности президента нет (Швеция, Великобритания) или она носит чисто номинальный характер. Ну, кто из вас назовет фамилию президента ФРГ или Италии? Ой, вы не знали, что в Германии есть должность федерального президента? Ну, как бы есть, но по телевизору показывают лишь Ангелу Меркель, которая возглавляет правительство. И, кстати, население Германии федерального президента не выбирает, это прерогатива бундестага.Современная представительская (парламентская, буржуазная, называйте, как угодно) демократия – всего лишь ширма, за которой конкурирующие группировки внутри правящего класса согласуют свои интересы. Значит ли это, что демос (народ) при демократии – пустое место? Нет, здесь все не так однозначно. Конечно, тактически власть (элита, господствующий класс) способны манипулятивными средствами добиваться согласия со своими решениями, идущими вразрез с интересами общества. Ведь демократия зиждется не на физическом насилии верхов над низами, а, прежде всего, на манипуляции. Но стратегически верхи ВЫНУЖДЕНЫ следовать интересам социума в демократическом обществе. Но подчеркиваю – именно в демократическом обществе, а не в том, где принято регулярно менять на выборах президента и иметь 5-7 партийных фракций в парламенте. Вот, собственно, мы и переходим к Украине.Стадо инфантильных украинских дебилов свято уверено, что у них демократия, потому что они получили на выборах 31 марта бюллетень в виде рулона туалетной бумаги, где были вписаны десятки фамилий, и имели полную свободу в выборе, напротив какого имени чиркнуть галочку. Нет, ребята, демократия у вас – это не политическая реальность, а всего лишь карго-культ, иллюзия, галюцинация, фантом, миф. Что угодно, но не реальность. У вас демократии не может быть по нескольким фундаментальным причинам. Но не буду перечислять их все, приведу только одну, самую главную и практически непреодолимую.Попробуйте назвать десяток стран, которые вы считаете образцом для подражания (эталоном, идеалом). Уверен, вы назовете Германию, Францию, Канаду, Швейцарию, США, Великобританию, Бельгию, Швецию, Норвегию, Италию. Какие бы страны вы не назвали, у них У ВСЕХ будет один признак, которого нет на Украине – это богатые страны. Ну, если оперировать более строгими формулировками, передовые в экономическом отношении страны, с развитыми институтами социального государства и гражданского общества, устойчивой правовой системой, высоким индексом развития человеческого потенциала. Существует даже индекс демократии, составляемый экспертами британского журнала The Economist. Он, конечно, формируется по чисто формальным признакам, но и тут в ТОП-10 среди европейских стран затесалась лишь Новая Зеландия, которая, впрочем, всегда была частью западного мира и принадлежала к европейской культуре.Украина же – нищее, жутко коррумпированное и отсталое по всем параметрам государство. В бедной стране демократия невозможна в принципе. Чем Украина в этом смысле отличается от Ботсваны или Мадагаскара? В этих африканских бантустанах тоже выборы проводятся регулярно, свободно и на альтернативной основе. Иногда даже майданы случаются, когда какой-нибудь бяка-президент пытается узурпировать власть или, как у вас выражаются, продлить каденцию. Но этого, знаете ли, недостаточно для счастья и процветания. Не хватает этого самого, как его… благосостояния. Причем его так катастрофически не хватает, что население даже готово отказаться ради него от демократии, которую на хлеб не намажешь.Наивные украинские туземцы, собственно, тоже хотят именно благосостояния, которое они наблюдают в демократических странах, а сама демократия им видится волшебным ритуалом, следуя которому, можно добиться желаемого. Налицо характерная для идиотов для большинства абсолютная неспособность устанавливать причинно-следственные связи между явлениями. Вы действительно полагаете, что приверженность демократии и правильным европейским ценностям приводит к высокому уровню благосостояния? Ну, тогда назовите мне хоть одну страну на планете Земля, которая сначала стала демократической, а после разбогатела. Что, затрудняетесь? Немудрено, потому что на самом деле все происходит строго наоборот: сначала страна становится богатой, а потом уже демократизируется. Почему именно так, я разжевывал ватникам-кацапам в 10 предыдущих постах.Но самое печальное даже не в этом, а в том, что если бедная страна принимает карго-культ демократии раньше, чем она разбогатела, то шансы разбогатеть у нее стремятся к нулю. Поскольку психика среднего украинца, верующего в демократию и евроинтеграцию слишком оторвана от реальности, чтобы адекватно воспринимать ее, я объясню это на образном примере. Представьте себе, что в вашей деревне купил земельный участок и отстроил шикарный коттедж крутой чувак, который ездит на тачке премиум-класса в сопровождении топ-модели, носит брендовую одежду и дорогущие часы, каждые полгода меняет айфон, шикует в пафосных ресторанах и постит в Инстаграмме селфи с курортов Ибицы и Канар. Ну, а чо, может себе позволить, ведь он удаленно работает программистом в Microsoft.И вот вы, чтобы быть таким же крутым, как и он, покупаете себе на последние гроши бэушный айфон и пиджачок от Армани в секонд-хэнде, выпрашиваете у мамы деньги и приобретаете подержанный лимузин, берете кредит и обшиваете свою хату-мазанку сайдингом, с помошью фотошопа мастырите коллажи на тему «Я в Лас-Вегасе», «Куршавель в этом сезоне уже не тот», «Был в Нице – отстой, больше не поеду» и постите все это у себя в Фейсбуке. Наконец, ангажируете шалаву в службе эскорт-услуг и посещаете самый дорогой ресторан города, чтоб выпить там стакан минералки и сделать селфи. Вопрос: если вы будете вести себя, как успешный программист, вас возьмут работать в Microsoft? Ответ, полагаю, очевиден. Вот точно так же имитация украинскими дикарями политических обычаев белых людей (речь о демократии) не делает их равными белым людям, не дает уважения, силы и благосостояния.Что же следует делать, чтоб попасть на работу в Microsoft? Надо не имитировать образ жизни программиста, а лет пять, питаясь сухарями, по 12 часов в день грызть гранит науки, изнурять себя всяким матанализом, инглишем и языками программирования. Потом еще лет 10 въябывать с утра до ночи, совершенствуя свои навыки, набираясь опыта и нарабатывая авторитет в профессиональной среде. То есть, если начнете в понедельник, то лет через 15 уже можете подавать резюме в Microsoft. Не факт, что фартанет, но шанс есть. Если устроитеcь в Apple или IBM, тоже неплохо. Сможете позволить себе и коттедж, и Канары.Точно так же, чтобы лет через 30 иметь шанс войти в ЕС в качестве хотя бы второсортного члена (типа нынешних Литвы или Болгарии), нужно все это время вкалывать до седьмого пота и кровавых мозолей. Сначала нужно создать экономический базис для демократии, и только потом демократизироваться. Потому что демократия возможна только в обществе самодостаточных собственников. Так еще с античных полисов повелось. А в толпе агрессивных нищедранцев возможна только охлократия, которую вы наблюдаете вокруг себя и которую имеете наглость считать демократией. Ну, будет у вас президент-клоун, который умеет устроить шоу на стадионе, предварительно пописяв в баночку. Но ВВП на душу населения, который сейчас на Украине ниже, чем в Папуа-Новой Гвинее, от этого каким образом вырастет? А запредельная коррупция с чего вдруг исчезнет?Кстати, о коррупции. Я человек мрачный и неулыбчивый, но давеча ржал, как в цирке, посмотрев один ролик Навального, в котором тот с феерически наивным недоумением хлопает глазками: мол, как так, мы украинским правоохранителям предоставили собранное ФБК досье на российских олигархов, которые вывели наворованное и легализовали капиталы на Украине, а реакция – нулевая. Нет, смешного тут, конечно, мало, но растерянность такого маститого специалиста по коррупции изрядно доставляет. Я уже давно предельно доступным языком объяснил, почему коррупция процветает в бедных странах и почему ее почти нет в странах богатых. Искоренить ее можно только путем изменения экономического базиса, а вовсе не громкими разоблачениями и созданиями всяких там антикоррупционных бюро (чем эта эпопея закончилась на Украине, вы, мои дорогие запоребриковые братья/небратья, сами знаете). К Украине описанная мной модель относится ровно в той же степени, что и к РФ, потому что экономический парадигма в этих странах совершенно идентична. Соответственно, и условия для процветания коррупции там создаются одинаковые.Так вот, я уже предвижу многоголосый рев свидомых евро-ватников, пытающихся доказать мне, что демократия вовсе не мешает экономическому развитию Украины, которая вот-вот станет восточно-европейским экономическим тигром и покажет такие темпы экономического роста, что китайцы обзавидуются. Вынужден вас разочаровать: как ни прискорбно, но практика, которая есть единственный критерий истины, показывает, что отсталые страны либо могут бурно развиваться без демократии, как Китай, Сингапур, Тайвань и Южная Корея, либо иметь демократию (ее имитацию, если точнее), жертвуя возможностью развития. Примеров тому масса: на постсоветском пространстве – Молдавия, Украина, Грузия, Киргизия. Более детально ситуация рассмотрена мною здесь.Я сейчас не провоцирую дискуссию. Мне вообще глубоко фиолетово, согласны вы с моими словами, или нет. Я всего лишь констатирую факт, который наглядно иллюстрирует весьма убедительный график, отображающий подушевой ВВП по ППС. Реальности безразлично, осознаете вы ее, или нет. Она от этого не меняется. Как видим, все почти 30 постсоветских лет Украина только беднела, хотя «демократии» в ней с каждым годом становилось все больше и больше. Причем показатели ВВП просели не только в абсолютном выражении по сравнению с советскими годами, но и еще более внушительно снизились относительно, что демонстрирует неуклонно возрастающий отрыв от среднемировых значений.Да, Польше (зеленый график), первой вырвавшейся из соцлагеря, удалось одновременно и богатеть, и демократию крепить, но в данном случае это не совсем заслуга поляков. Феномен польского экономического чуда я разъяснил здесь. Для тех, кому лень читать, кратко резюмирую: если страна находится под внешним управлением, как, например, Германия и Япония в послевоенные годы, или Польша в конце 80-х, и внешний экономический субъект накачивает ее инвестициями, одновременно, открывая для нее рынки и интегрируя в существующие глобальные производственные цепочки, то успешные экономические реформы и демократизация могут идти нога в ногу.Но может ли Киев рассчитывать на План Маршалла для Украины или хотя бы План Бальцеровича (пожалуй, более справедливо его именовать планом Сороса-Сакса)? Очевидно, что нет, об этом даже говорить глупо. Хотя значительная часть населения Украины имеет сознание безмозглой блондинки, ожидающей, что вот буквально с минуты на минуту к ее калитке подкатит европейский принц на белом лимузине с букетом алых роз и увезет ее в светлое постиндустриальное будущее. Да, в частном случае путь к счастью через койку возможен. Но для такой большой и слабо цивилизованной страны, как Украина возлагать надежды на бескорыстную любовь Европы – это полнейший кретинизм. Вам пяти лет бесплодных эротических фантазий на тему евроинтеграции мало? Ну, мечтайте дальше, чо…Насчет евроинтеграции, разумеется, ничего против не имею. Я и сам вовсю евроинтегрируюсь частным порядком. Но это как в случае с трудоустройством в Microsoft, описанным выше. Украине надо пипец какие усилия приложить, чтобы встроиться в европейский рынок. Европе нах не нужен постсовковый балласт в виде руинированной экономики и нескольких десятков миллионов неадекватных дикарей. В эпоху роботизации индустрии даже дешевая рабочая сила перестает быть сколь-нибудь привлекательным фактором. Так вот, в условиях охлократии (имитационной демократии) почему-то концентрации усилий общества для реализации экономического рывка не получается. С этим гораздо эффективнее справляются тоталитарные (не путать с авторитарными типа путинского или януковичевского) режимы вроде китайского. В Китае рост экономики и благосостояния масс есть, а вот демократией там даже не пахнет. Обратных примеров нема. (Продолжение).

Выбор редакции
04 апреля, 18:01

Какое будущее есть у России?

  • 0

Недавно в интервью телеканалу «Сталинград» я посетовал на то, что русские боятся говорить о будущем, потому что ничего хорошего в этом будущем им не светит. И вскоре – фигак! – меня приглашают поучаствовать в онлайн-оффлайн народном съезде по формированию будущего российского общества «Образ будущего и пути его достижения», который проходил 30-31 марта в Омске. Привожу текст своего выступления с комментарием.Известный афоризм гласит: история ничему не учит, а лишь наказывает за невыученные уроки. Проектируя будущее, люди чаще апеллируют к своим мечтам, чем к историческому опыту предшественников. И вновь оказываются наказанными… У социальной системы есть базис, и есть общественно-политическая надстройка. Когда мы говорим о будущем, обычно описываем именно надстройку: какие прогрессивные люди будут у власти, какие они введут разумные законы и справедливые принципы взаимоотношений в обществе. Нам, конечно хочется видеть в этом будущем свободу, демократию и прочие приятности. Между тем все это находится в полной зависимости от экономического базиса. Свобода и демократия – понятия экономические.Хотите заглянуть в будущее – присмотритесь к сегодняшнему состоянию экономики и тенденциям в ее развитии. Исторические параллели в данном случае так и напрашиваются. Нынешнее состояние экономического базиса России можно охарактеризовать словами «прогрессирующая деградация».Историческое «завтра» в России наступит после краха путинизма, который оставит после себя выжженную пустыню. Может быть, не такую безнадежную, как режим Мадуро в Венесуэле, но близко к тому. Реален ли быстрый переход от путинского авторитаризма к развитой, эффективной демократии? Нет, это принципиально невозможно. Демократия, как мы ее сегодня понимаем (парламентаризм, правовое государство, развитое гражданское общество и местное самоуправление) невозможно построить в бедной стране. Разве голодным люмпенам нужна демократия? Им нужен кусок хлеба, поэтому они совершенно демократически поддержат самых оголтелых фашистов, которые пообещает наполнить им миску. Для демократии нужен тот самый экономический базис. Настоящая демократия возможна только в обществе самодостаточных собственников. Так повелось еще со времени античных афинских полисов.Вы можете возразить: Украина, Грузия, Молдавия, Киргизия, в конце концов. Там реализован механизм сменяемости власти, укоренилась многопартийность, проходят свободные выборы на альтернативной основе, процветает плюрализм в СМИ, нет политических репрессий. Все это так, но демократии там тоже нет. Строго говоря состояние политических систем этих стран именуется не демократическим, а транзитным. Оно характеризуется крайней нестабильностью. Укоренятся ли там демократические институты – это пока вопрос.По существу в данном случае речь нужно вести не о демократии, а об охлократии, власти толпы, которая выбирает себе в вожди популистов, дающих самые сладкие обещания. Голодная толпа голосует даже не сердцем, а желудком. Посмотрите на сегодняшнюю Украину, и вы получите наглядную иллюстрацию сказанному. Проблема охлократии в том, что она в принципе не способна решать задачи развития. Если же говорить об отсталых, архаичных обществах, а Украина и РФ этой характеристике в полной мере соответствуют, то задачи развития решаются мобилизационным рывком, в рамках привычной для нас стратегии догоняющего развития. Новорожденная демократия не способна обеспечить мобилизационный рывок, хотя бы потому, что не гарантирует преемственности курса при смене кабинета (в условиях политического кризиса меняться он может с калейдоскопической быстротой), а в современных условиях концентрация усилий общества для преодоления экономической отсталости потребуется в течении примерно 20-30 лет. Каким образом можно с помощью демократического инструментария убедить массы затянуть пояса на треть или даже половину своей жизни? А затянуть их придется очень туго, поскольку мобилизационный рывок всегда осуществляется за счет перераспределения общественного дохода из фондов потребления в фонды развития. Но массы всегда голосуют за тех, кто обещает им счастье здесь и сейчас, а не за тех, кто обещает достойную жизнь их внукам. Поэтому отсталые общества не способны решать задачи развития в условиях демократической политической модели при сохранении государственного суверенитета.Давайте найдем исторические примеры, подтверждающие эту умозрительную концепцию. Италия после Первой мировой войны. Укрепление демократических тенденций совпадает с глубоким экономическим кризисом, который и порождает фашизм. Приходят к власти фашисты – Италия испытывает экономический взлет, причем она довольно динамично развивается даже в 30-е годы, когда мир погружается в пучину страшного экономического кризиса. Этой тенденции избегают только тоталитарные диктатуры – нацистская Германия, Япония, СССР. Советская Россия в этот момент совершает самый стремительный рывок за всю свою многовековую историю. В условиях относительно либерального НЭПа форсированное развитие оказалось невозможным, Если в период 1921-1926 г. наблюдался бурный рост экономики, который носил строго восстановительный характер, то в последующие годы народное хозяйство находилось в явном кризисе, особенно остро проявившемся в сельском хозяйстве, базирующемся на средневековых технологиях. Подлинную  экономическую и культурную революцию смог осуществить лишь жестокий до крайности сталинский режим.В недавней истории мы наблюдаем ту же самую картину. Сингапур из дикой и нищей деревни становится одним из богатейших государств мира под руководством жестокого правителя Ли Куан Ю в условиях однопартийной диктатуры. Даже в сегодняшнем Сингапуре демократией не пахнет. Но в ближайшие годы мы будем наблюдать транзит от диктатуры к демократии. Этот процесс идет сейчас на Тайване, который сделал экономический рывок под руководством фашистской хунты. Наиболее яркий пример – Южная Корея, которая совершила самый впечатляющий взлет в период 1962-1997 гг. под управлением кровавого диктатора генерала Пак Чон Хи и его последователей. Как только бы создан экономический базис для перехода к демократии, корейское общество быстро демократизировалось и сегодня его развитию нисколько не мешают ни свободные выборы, ни политический плюрализм, ни крепкие институты гражданского общество. А в годы первых корейских пятилеток спецслужбы убивали активистов, призывающих к забастовкам, попытка организации профсоюза приравнивалась к госизмене.Китай идет по тому же пути. Сегодня там у власти однопартийная тоталитарная диктатура. Но по мере роста китайской экономики и благосостояния народа все сильнее проявляются тенденции к демократизации общественной и политической жизни. Полагаю, что Китай в течении 20 лет (Сингапур значительно быстрее) совершат дрейф в сторону либерализации политической системы, там появится сильное гражданское общество и свободный бесцензурный Интернет.Приведенные примеры показывают неизбежность следующей исторической вилки для России: либо она пойдет по пути демократизации, отказавшись от развития (это путь Украины, Грузии, Молдавии, Мадагаскара), либо по пути развития ее направит жестокая, но эффективная диктатура. Однако на 2-3 десятилетия придется пожертвовать демократией.Есть ли альтернатива этой дихотомии? Да. Есть, но для такой большой страны, как Россия, она нереальна. Привожу конкретные исторические примеры. В послевоенное время экономика Западной Германии стремительно росла, и параллельно укреплялись демократические традиции (во времена Веймарской республики такого не наблюдалось, немцев тогда швыряло из кризиса в кризис). Польша в конце 80-х годов предприняла решительные экономические реформы и лидировала по темпам экономического роста. Параллельно в стране формировались демократические традиции. В данном случае следует учесть внешний фактор. Германии, как государства в начале реформ Эрхарда еще не существовало, они начались в оккупационной зоне (Бизонии) и осуществлялись в рамках плана Маршала, то есть имел место колоссальный приток ресурсов извне. Схожую картину мы наблюдаем в Польше в конце 80-х: во время осуществления реформ Бальцеровича страна находилась фактически под внешним управлением, финансировали либеральные реформы внешние инвесторы. Это стало возможным благодаря тому, что Польша первая из стран соцлагеря открылась Западу. Так что да, если Россия будет оккупирована и оккупанты окажутся заинтересованы в развитии подконтрольной им территории, то можно повторить западногерманское чудо. Но вероятность этого я оцениваю, как нулевую. Потому резюмирую нашу ближайшую историческую развилку: демократия без развития или развитие без демократии.Утешить могу только в одном: если развитие окажется успешным, демократизация общества  возможна, и даже неизбежна, поскольку эффективный эволюционный генезис социальной системы в формате тоталитарной диктатуры так же невозможен, как мобилизационный рывок в условиях охлократии. Тоталитарная модель управления лишь создает условия для эволюционного развития общества, после чего должна уступить место демократическим институтам, причем основанным не на принципах представительской, и тем более, копной (прямой) демократии. Будущее за демократией всеобщей, когда общество не станет нуждаться в посредниках для осуществления обратной связи с управляющим субъектом, то есть с властью.P. S. Хоть лозунг съезда и был обозначен, как Образ будущего и пути его достижения, об этом самом будущем говорилось мало и почти исключительно в контексте того, что в эту светлую будущность следует взять из «прекрасного» прошлого. Да, как я и говорил, грядущее жутко пугает всех, кто пытается в него заглянуть. Естественная психологическая защита – найти некий надежный фундамент в прошлом, идеализировать его, и на этой основе пытаться рисовать желаемую картину завтряшнего дня. Выглядят эти попытки весьма жалко, но я не стану стебаться над неадекватами, призывающими строить православный рейх или восстанавливать Советский Союз.Собственно, в мировой истории новое в половине случаев делалось именно под лозунгами возвращения к утраченному старому идеалу. Невозможность его достижения сразу становилась очевидной и заставляла общество искать совершенно новые пути развития (старые лозунги при этом иногда сохраняли). Даже слово «революция» лишь в XIX веке стало обозначать резкий переход к новому состоянию, до этого оно веками имело иной смысл: возвращение старого доброго порядка.Однако методологический изъян налицо: участники омского съезда не выходили за рамки деклараций о том, что они ЖЕЛАЮТ видеть в будущем, в то время как любой разумный проект должен описывать путь к желаемому от ВОЗМОЖНОГО (к идеальному от реального). Я же попытался обозначить именно коридор возможностей, который открывается после краха путинизма (разумеется, в том случае, если путинизм не похоронит под собой окончательно Россию, как исторический субъект, что более чем вероятно). Этот коридор возможностей я обозначил, формулой «Демократия без развития или развитие без демократии». Точнее, это даже не коридор, а развилка, потому что никакого среднего пути тут нет и быть не может (исключения мной описаны выше). Хотите увидеть демократию без развития, поезжайте на Мадагаскар, Украину или Грузию. В общем-то в этих государствах вполне комфортно жить, если вы богаты. Однако разбогатеть там вы вряд ли сможете, стагнирующая социальная система минимизирует возможности к этому. Широкие возможности самореализации есть в Китае или Сингапуре, где происходит бурное развитие. Да вот беда – демократией там даже не пахнет.И только те страны, что ранее реализовали прорывные проекты развития и вышли на путь успешной социальной эволюции (Европа, Северная Америка, Австралия, Япония) могут совмещать пусть и не рекордные, но уверенные темпы роста экономики и благосостояния масс с гуманной, комфортной политической системой (парламентская демократия, идеологический плюрализм, свободные СМИ, местное самоуправление, сильный третий сектор). Именно это сочетание и дает то, что мы именуем высоким качеством жизни.Но за это высокое качество жизни надо платить. Какова историческая цена за право быть передовым обществом, я выразил предельно четко – лет 20 надо оттрубить в трудовом тоталитарном концлагере и при этом все эти годы системно (проектно) трансформировать «гулаг» в демократию, не допуская закоснения и вырождения системы управления (эта деградация убила советский проект). Задача нелегкая, но как показывает исторический опыт, выполнимая. Вот только мало кто хочет пока осознавать эту реальность, предпочитая строить розовые замки в облаках.

Выбор редакции
28 марта, 14:13

Как выглядит реальный постиндустриализм?

  • 0

В предыдущем посте я, сам того не желая, вызвал нехилую детонацию фекальных отложений в сознании укро-ватников. У каждого второго свидомита, оказывается есть бабушка (почему-то, пилять, именно бабушка, а не дедушка), которая единственная выжила из пяти детей и все-все унучеку рассказала, как проклятый Сталин и жидо-комиссары руками своих кацапских холопов геноцидили швабодолюбивых украинцев, которые, дескать, пачками на улицах падали и помирали.Спорить с дебилами бессмысленно. Никто не видел бородатого мужика в белом балахоне, сидящего на облаке и управляющего миром, но миллионы дебилов не только веруют, что он есть, но даже готовы убивать верующих в то, что этот мужик не бородатый, а лысый и в оранжевом балахоне. Но в отличие от мужика в облаках, умирающих от голода украинцев увидеть было можно. Более того, учитывая, что якобы умирали они в 1933 г, должно сохраниться громадное количество фотодокументов. Но их нет. Снимков голодающих и трупов умерших от голода в Поволжье в 1921 г. масса. Это при том, что вряд ли хоть у одного русского крестьянина имелся фотоаппарат. А вот через 10 лет, когда уже широко были распространены пленочные компактные камеры умещающиеся на ладони, никто не зафиксировал уголодоморенных украинцев.Да, если вы наберете в посковике запрос «голодомор украина фото» в выдаче окажутся миллионы изображений, но ни одно из них не будет иметь отношения к описываемому событию. В 90% случаев пропагандоны голодомора иллюстрируют свои высеры образами жертв поволжского голода. Их нисколько не смущает, что большинство из этих снимков очень известны, сделаны сотрудниками миссии Нансена, а кое-где в кадре присутствует даже сам верховный комиссар Лиги Наций Фритьоф Нансен, умерший в 1930 г. Доходит до того, что одни дебилы-пропагандоны составляют для других дебилов-пропагандонов инструкции, какие фейки не стоит использовать в пропаганде, потому что они уже спалились. Поэтому в ход идут более редкие снимки, например, голодающих в годы Великой депрессии американских фермеров или фото периода Второй мировой войны. Покажите мне хоть один верифицированный снимок жертв голодомора! Анонимных фейков, в том числе новодельных, масса. А вот верифицированных снимков – ни единого. Свидомиты, когда их к стенке припрешь, начинают блеять о том, что якобы в СССР всякого, кто осмелился снимать трупы на улицах украинских сел и городов, на месте расстреливали заградотряды НКВД. Но ведь в стране в то время работала масса иностранных журналистов. Им никто не мог запретить что-либо снимать, и расстрелять их тоже невозможно. Так же в Совдепии находилось много иностранных дипломатов, которые активно путешествовали (особенно активно это делали разведчики под дипломатическим прикрытием) и очень много фотографировали. Ну и?…Я еще четыре года назад просил свидомитов предоставить верифицированные фотосвидетельства голодомора. Так и не дождался. Появятся таковые – готов продолжить тему. А пока оставляю укро-вату страдать от лютойг голодоморной попаболи. Сегодня у меня в программе порка либеральных ватников. Есть у их карго-культа масса составляющих, например, вера в невидимую руку рынка или волшебные свойства демократии. Об этом я уже так много писал, что даже нет смысла давать ссылки на какие-то отдельные посты. Еще же либеральные ватники веруют во сферический в вакууме постиндустриализм.Недавно питерский блогер hueviebin1, он же Паша Гладков, отметился феерическим постом Засуньте себе эти заводы куда поглубже, где он нагородил космической по своим масштабам хуеты. Я раньше думал, что на 100% ни в чем ошибаться нельзя. Теперь знаю, что можно. Вообще-то hueviebin1 один из лучших авторов умирающего ЖЖ и один из немногих, кого я читаю, как говорится, от корки до корки. Но это не отменяет железного правила: никогда не пиши о том, в чем нихера не смыслишь. Тут же случай просто клинический. Гладков не только ничего не смыслит в экономике, выходящей за пределы ведения домашнего хозяйства и личного потребления, но он, как носитель либерального мировоззрения, смотрит на мир сквозь розовые очки глубоко ущербной либерально-экономической мифологии.Вот, например, он эффективность экономики, как всякий либерал-фундаменталист, отождествляет с рентабельностью и иллюстрирует это таким примером: мол, при совке тупые коммуняки уголь добывали в арктическом Шпицбергене, имея у себя Кузбасс и Донбасс, в результате чего на рубль прибыли имели червонец убытка. А как наступил рынок – так концессия «Арктикугля» в 90-е и загнулась по причине нерентабельности. Хм, странно, что помимо тупых коммуняк уголь на Шпицбергене добывали еще и американцы (мля, где Шпиц и где Америка!), которые уж точно в убыток себе ничего делать не станут, а еще англичане и шведы с норвежцами. Кстати, норвежцы, большие фанаты зеленой энергетики (98% электрогенерации на «чистых» источниках), до сих пор рубают уголек на заполярном архипелаге, и не жалуются на убыточность.Что касается советских шахт, то они были при совке рентабельными, несмотря на высокую стоимость оплаты труда шахтеров. Наступил «рынок» – случился писдес. ФГУП «Арктикуголь» до сих пор ведет добычу (порядка 120 тыс. т в год), но получает одни убытки – 600 млн. руб. за 2017 г., которые покрываются за счет бюджетных дотаций (за 2007 г. они составили 764 млн. руб.). Нда-а, но у Паши претензии именно к давно почившему совку, а не к нынешним «эффективным» манагерам, которые ударными темпами просирают его налоги прямо в данную минуту.Вопрос об эффективности советской индустрии оставим за кадром. Это была очень эффективная система, во многом передовая для IV техноуклада. Другое дело, что она очень эффективно производила горы никому не нужного оружия, что вкупе с другими причинами делало неэффективной экономическую систему в целом, а это в конечном итоге и похоронило совок. Но при этом назвать советскую промышленность отсталой у меня язык не поворачивается. Боюсь порвать шаблон антисоветской либерастне, но Советский Союз даже в предсмертные 80-е годы экспортировал станки и автомобили в… ФРГ, а цветные телевизоры и фотоаппараты поточно шли в Турцию, где они вполне себе успешно конкурировали на свободном рынке с японской супертехникой в нижнем ценовом сегменте.Собственно, оспорю лишь ключевой тезис hueviebin1, что заводы при постиндустриализме нах не нужны, поскольку он выразил заблуждение, характерное для всей либеральной ваты. Между тем даже энциклопедическое определение трактует постиндустриальное общество, как общество, в экономике которого преобладает инновационный сектор экономики; где большая доля населения занята в сфере услуг, а не в промышленности. Речь идет о балансе на рынке труда, но там даже намека нет на то, что промышленное производство в постиндустриальную эру снижается, и заводы не нужны.Давайте допустим, что во всем мире победил постиндустриализм и мир пребывает в апогее VI-го технологическоо уклада, который пока только формируется. Значит ли это, что старая чугуноделательная промышленность с чадящими трубами, которые так ненавидит Паша Гладков, не нужна? Вовсе нет, она никуда не денется. Более того, та же металлургия растет и будет расти внутри этого пресловутого постиндустриализма, потому что спрос на чугун продолжит увеличиваться, возможно даже взрывообразно.Есть такое понятие, как металлический фонд – суммарный объем металла, находящегося в хозяйственном обороте (сюда включается в том числе вторичные ресурсы, то есть лом). В Китае в 2005 г. металлфонд составил 2,3 млрд т., в то время как еще в 1990 г. он был почти в четыре раза меньше – 680 млн. т. Сейчас он еще более вырос, но свежие данные надо искать в китайской статистике, что для меня затруднительно. Кто-то скажет, что, мол, Китай далек от постиндустриализма, а растет металлический фонд потому, что в Азию белые люди выводят грязные производства из уютной беловоротничковой Европки.Во-первых, уже лет 30, как не выводят. Во-вторых, в самой Европе черная металлургия вполне себе живет и местами даже процветает. В самом богатом европейском оффшоре – Люксембурге – до середины 90-х годов черная металлургия была основой промышленного потенциала. И хоть 20 лет назад последняя домна была потушена, высококачественную сталь из вторичного ресурса там варят до сих пор. В Германии Рур, конечно, потерял былое значение, по мере глобализации немецкая сталь утрачивает конкурентоспособность. Однако даже в этом случае европейцам не приходит в голову выносить производство в ЮВА. Наоборот, они перешли на дешевое импортное сырье, которое завозят порой аж из Африки и Австралии, но производство стали и металлообработку они сохранили. И с рентабельностью у них все ОК, благодаря тому, что в рамках полного производственного цикла отдельные убыточные звенья компенсируются прибыльностью других, что в конечном итоге выводит производство в плюс.Я сейчас совсем удивительную вещь скажу. Чем более «постиндустриальна» экономика, тем более она нуждается в старомодном чугуне, презираемом нашими нежными креаклами. В США на 2000 г. металлофонд превысил 4 млрд т., то есть был на душу населения на порядок выше, чем в китайской «кузнице мира». Почему так? Ну, дык небоскребы, в которых обитают «постиндустриальные» дизайнеры и программисты, проектирующие айфоны, из чего построены? Из стали, облицованной стеклом. А дороги, по которым они на своих электрокарах мчат в офис, разве можно построить без стали? Мосты и эстакады – та самая сталь, в основании дорожного полотна – железобетон. Да и в самом электрокаре 90% веса приходится на железо.Значит ли это, что постиндустриализм – миф, его на самом деле нет? Неверно, постиндустриализм вполне себе уверенно побеждает, и его торжество неизбежно так же, как приход коммунизма. Но постиндустриализм не означает того, что экономика избавляется от индустриального балласта. Нет, именно там, где есть мощная индустриальная база, постиндустриальный уклад и побеждает, опираясь на нее, развивая и наращивая индустриальное производство. Объяснение элементарно просто.Разве переход от аграрного уклада к индустриальному упразднил сельское хозяйство? Люди перестали есть хлеб и морковку? Они спалили все деревни и переселились в города? Нет, спрос на продовольствие только вырос. Именно в рамках индустриального общества произошло взрывное развитие агротехнологий и колоссальный рост выпуска сельхозпродукции. Точно так же с наступлением эры нефти не закрылись угольные шахты. Наоборот, добыча угля стабильно росла. Более того, настоящий бум угледобычи случился именно в XXI веке, когда розовые эльфы уже радостно поздравляли друг друга с наступлением постиндустриализма и торжеством «зеленой» энергетики.Каков же тогда критерий, согласно которому можно определить, наступил постиндустриализм, или еще нет? Тут все предельно ясно. При феодализме производительным классом было крестьянство, которое создавало львиную часть прибавочного продукта. В индустриальном укладе крестьянство, как класс, исчезло полностью, превратившись либо в наемных рабочих агропредприятий, либо в мелкую буржуазию (фермеров), производящих товарную продукцию и вступающих с потребителем в товарно-денежные отношения на свободном рынке. Крестьянин же, напомню, товарную продукцию практически не производил, а вел натуральное хозяйство с целью самообеспечения. Прибавочный продукт, который шел на рынок, изымался у него феодалом. Покупательная способность крестьянина вследствие натурального типа его хозяйства была близка к нулю. Кстати, в СССР в период индустриализации крестьянство, как средневековый анахронизм, так же исчезло, превратившись в наемных рабочих (совхозы) или кооператоров (колхозы).Второй ключевой признак победы индустриализма – переток основной части населения из деревни в город. Как же так, – удивится наивный читатель, – спрос на продукты в индустриальную эру растет, а производитель жратвы уходит в город, превращаясь в чистого едока? Совершенно верно. Это объясняется тем, что в сельхозпроизводстве утверждаются индустриальные методы хозяйствования, вследствие чего производительность труда возрастает на два порядка, и ныне в развитых странах 3 селянина кормят 97 горожан, и гораздо сытнее и изысканнее, чем 500 лет назад, когда в городе обитал каждый десятый. Что касается условий быта, то грань между городом и селом в развитых странах исчезла. Поселок при агропредприятии ничем не отличается от коттеджного жилого комплекса в пригороде мегаполиса, где обитают «постиндустриальные» дизайнеры, программисты и прочий средний класс.В индустриальную эру главный производительный класс – пролетариат. Сейчас он стремительно исчезает, так же, как в свое время исчезло крестьянство. На смену ему в крупносерийном производстве приходят роботы, а там, где производится штучный товар – 3D-принтеры. Обслуживают же производство ныне не рабочие, а инженеры. Да, кстати, мне до сих пор в личку тоннами пишут марксистско-левацкие эльфы, что-то блеющие про неизбежность пролетарской революции. Ку-ку, ребята! Какой пролетариат? Сегодня крестьянские восстания разве возможны? Нет, по причине полного отсутствия крестьян (Африку не имею в виду, там первобытные племена еще встречаются). Вот точно так же и пролетарских революций не будет, поскольку пролетариат в современном обществе есть исчезающая натура. Отождествлять пролетария с работниками физического труда в сфере услуг или офисным планктоном так же корректно, как сравнивать крепостного холопа с современным фермером.Постиндустриализм – это реальность, и о его пришествии свидетельствуют изменения в общественном устройстве, производственных и общественных отношениях. Как я писал выше, пролетариат исчезает, как класс, а капиталист, как класс, в значительной степени растворяется в обществе. Капитал, как средства производства оттесняется на второй план интеллектуальным капиталом, который никакими копирайтами и лицензиями невозможно сконцентрировать в руках касты избранных. Ведь интеллектуальный капитал – это информация, которую в условиях информационного общества практически невозможно локализовать, засекретить, приватизировать и запретить пользоваться, она принадлежит всему социуму. Эксплуатируй этот капитал, куй свое счастье!А вот для ватноголовых русских либерастов и прочего совково-путирастического быдла у меня плохие новости: ребята, вам голожопым туниядцам, высасывающим последние капли из нефтяной сиськи, в постиндустриальном мире ничего не светит. Просто потому, что у вас нет индустрии, формирующей базис постиндустриального общества. Вы благополучно просрали старую совковую промышленность, но и не создали новую энергоэффективную, роботизированную и интеллектуалоемкую. Так что да, для выживших после краха Путирашки останется только сфера услуг – будете полы мыть в гостиницах для белых туристов, желающих посетить экзотические окраины мира. Ну, и сопутствующие панельные услуги оказывать.  А, чо, ништяк, и экология будет хорошей, ибо никаких чадящих труб. Голимый постиндустриализм!

Выбор редакции
23 марта, 06:10

Ватники и голодомор

  • 0

В среде фрондирующих креаклов общим местом стало противопоставление себя ватникам: мол мы – мыслящие, прогрессивные люди, могущие анализировать реальность и делать верные выводы; они – рабы, с засранным пропагандой мозгом, способные лишь слепо принимать навязываемые им шаблоны – холопское верноподданничество, победобесие, агрессивную ксенофобию, маразмо-патриотизм и прочее православие головного мозга. Ах, как это было бы чудесно…Но, к сожалению, ватничество есть явление тотальное и всепоглощающее, в чем я постоянно убеждаюсь, и чему давно уже не удивляюсь. То, что различные сорта ваты антагонистичны по отношению друг к другу, не меняет их сути. Это как белые и черные фигуры на шахматной доске – цвет разный, но на их сущность это ни малейшего влияния не оказывает. Если говорить о вате, то ее можно грубо разделить на вату провалстную (запутинскую), вату совковую (ситуационно она может быть, как запутинской, так и анти-) и вату либеральную. По внешнему антуражу их вполне можно отличить, но суть у нее остается неизменной вне зависимости от окраса и уровня самомнения.Так, например, совковая вата неистово надрачивает на сакрального Сталина. Это в большей степени является иррациональным религиозным культом, чем политическим маркером. Складывается стойкое ощущение, что сталинисты ожидают второго пришествия своего божества. Я даже немного потроллил их в своей книжке «Если бы я был Сталиным» (см. серию одноименных постов в ЖЖ). Книжка-то была вовсе не про Сталина, и не про прекрасное прошлое, а про унылое настоящее. Ну, всего лишь материал лингвистически адаптирован для совковой ваты. Но ватники же восприняли ее совершенно буквально, записали меня в сталинисты и даже стали зазывать на свои ритуальные шабаши.При этом либеральная вата зачислила меня в категорию упоротых сралинистов, мечтающих превратить весь мир в ГУЛАГ. Ненависть либеральной ваты к Сталину носит столь же иррационально-мистический характер. Причем к ненависти примешивается еще и страх. По сути получается, что и совки и либервата веруют в призрак Сталина (ну, или сталинизма), только одни с трепетным нетерпением, а другие с нескрываемым ужасом ждут его второго пришествия. Именно это придает их отношению к объекту веры столь яростный эмоциональный окрас. Что касается прокремлевской ваты, то им в каком-то смысле проще. Для них Путин – это Сталин сегодня. Боятся же они, что Хозяин их покинет и они осиротеют. Теперь подумайте, с какой из этих ватных категорий можно вести адекватный диалог о феномене сталинизма? Кому из них интересен сталинизм в экономическом разрезе? Кто готов беспристрастно анализировать на системном уровне сталинскую модель управления? Нет, совки желают получить лишь порцию апологетического восхищения своим божеством, либерасты готовы участвовать в пятиминутке ненависти, посвященной усатому дьяволу. Анализ явления не нужен ни тем, ни другим. Для меня обе субстанции – и сталинодрочеры и сталинофобы есть ватная категория. Точно так же между упоротыми путинистами и фанатичными хомячками Навального нет никакой разницы – и те, и другие агрессивно нетерпимы к малейшей критике в адрес своего кумира. Для меня спор о том, чья паства лучше, столь же бессмысленен, как выбор между белым и черным расизмом, которые являются абсолютно зеркальным отражением друг друга.О, я знаю, даже не дочитав до этого абзаца, десяток троллей уже высрались в комментариях на тему «Ага, у Кунгурова все ватники и пи…расы, он один Дартаньян, весь в белом». Ну, они почти правы с точки зрения диалектической логики. Поясню на наглядном примере. Вот, скажем, безжалостным бичевателем либерального ватничества является Аркадий Бабченко (он же starshinazapasa). При этом в самом Бабченко можно найти много ватного – и его романтическое вышиватничество (укро-ватничество), и агрессивный антисоветизм, как рудимент либерального ватника. Но все же он не является ватником, потому что осознает свое ватничество и пытается его в себе преодолеть. Грань между ватником и свободным человеком именно в этом – В ОСОЗНАНИИ себя. Непонятно? Ну, давайте объясню еще проще.Вы, наверное, слышали такое выражение – восстание рабов. Ну, там Спартак, Евно, Клеон… Между тем само словосочетание совершенно абсурдно. Раб не может восстать против рабства. Против рабства может восстать только свободный человек. Раб, ОСОСЗНАВШИЙ свою сущность и стремящийся ее преодолеть, ровно в тот момент перестает быть рабом, когда срывает с себя ошейник и отказывается повиноваться хозяину. Он остается столь же слабым, голым, нищим и голодным, необразованным, как и секунду назад, он не приобретает этим актом гражданских прав и с точки зрения общества остается рабом. Меняется лишь его внутренняя СУЩНОСТЬ.Вот так же и с ватничеством – это сущностная характеристика, а не антуражная. Ватником индивид перестает быть в тот момент, когда он говорит себе «Я – ватник, но я более не хочу им быть». Свободный человек – не есть сумма неких нравственных, интеллектуальных и экономических достижений. Это – направление движения. Голожопый раб, только потянувшийся к своему ошейнику, чтоб его сорвать, более свободен, чем богатый патриций, льстящий презираемому им владыке, дабы сохранить свое место у подножия трона. Это чисто диалектическая логика. Так что Кунгуров и Бабченко не являются ватниками, не смотря на наличие в них массы ватного, имперского, совкового и прочего шлака. Просто потому, что они осознают и преодолевают в себе ватность, полностью от которой невозможно будет избавиться и за целую жизнь. Это создает почву для взаимопонимания между нами, как свободными людьми. Опять надо сделать лирическое отступление. Чем свободный человек отличается от ватника? Свобода и несвобода – это состояние сознания, а вовсе не перечень гарантированных государством прав. Ватник всегда стремится присоединиться к «правильной» точке зрения, которую исповедует большинство. Путирасту нужна одна единственно верная установка, спущенная свыше. Рафинированный либерал визгливо требует подать ему всестороннее освещение вопроса, чтоб он примерял к себе пяток альтернативных мнений и выбрал то, которое ему больше нравится, то есть соответствует его набору стереотипов. В итоге и путираст, и либераст остановятся на одной единственной точке зрения, причем даже не своей личной, а в одном случае – навязанной пропагандой, в другом – сформированной средой, окружением.Свободный же человек, пафосно выражаясь, стремится к познанию сути вещей, а не к тому, чтобы присоединиться к мнению большинства или коллекционированию множества версий. На кувшин можно посмотреть из одного положения, а можно совершить 3D-экскурсию вокруг него. Даст ли это представление о его содержимом? Вот так же и компиляция «альтернативных точек зрения» нисколько не способствует пониманию сути.Что такое понимание? Хм, это, опять же, не сумма знаний, не владение методологией. Это – процесс, причем бесконечный. Дабы не утопать в абстракциях, приведу конкретный пример. Когда-то давно я написал цикл постов о Голодоморе. Есть толстые псевдонаучные тома «историков», посвященные этому вопросу. В них мало информации (процентов 80 – мусор) и совершенно нет понимания. Можно прочитать их все, можно написать диссертацию на их основе, получить научное звание и ходить по ток-шоу, надувать щеки, изображая эксперта. И нифига при этом не понимать.Есть толстые сборники документов, посвященных коллективизации. В них уже достаточно информации, значительная часть из которой может быть признана достоверной. Но сама информация совершенно абстрактна, и не дает понимания при ее накоплении. И вот что мы сегодня имеем: вышиватники оперируют убогими бандеровскими мифами, возведенными в ранг фактов, и делают вывод: Сталин – кровавый маньяк, который решил уморить голодом свободолюбивый украинский народ, чтоб убить в нем мечту о собственной государственности. В результате, дескать, было уничтожено девять миллионов украинцев.Им оппонируют кацапские ватные совки, доказывая, что умерло всего полтора миллиона человек, и не только на Украине, но и в РСФСР, и в Казахстане (тогда – Казахской АССР в составе Российской Федерации), следовательно, голод 1932-1933 гг. нельзя считать направленным именно против украинцев, это, дескать, следствие вредительства и перегибов на местах при проведении коллективизации. Кто же из них прав? Никто! Кто ближе всего к пониманию? Никто! И те, и другие принимают факт массового мора крестьян от голода на веру, и лишь пытаются придумать удобные для себя объяснения ему. Совковая вата несет бред о якобы неурожае 1932 г., укро-вата яростно верещит о том, что клятые москали выметали из крестьянских амбаров все зерно подчистую, обрекая последних на гибель от голода. И даже «где-то посредине» полярных точек зрения истину искать совершенно бессмысленно.Где же суть? Ну, кто прочитал мою голодоморную серию, тот, возможно, догадывается. Действительно, для понимания сути совершенно неважно, какая сверхсмертность имела место быть в 1932-1933 гг., – умерла тысяча человек или 10 миллионов. И даже географическая локализация (зона пшеничного клина) хоть и дает некую пищу для размышлений, ничего принципиально не объясняет. Суть надо искать в причинах, по которым умирали люди, а не спорить о количестве трупов. Поскольку вскрытие трупов не производилось и свидетельства о смерти в селах не выдавались, опираться приходится лишь на дошедшие до нас свидетельства очевидцев и описание симптоматики летальных исходов, оставленные медиками. Они, стоит отметить, тогда тоже не могли определить причину массовых смертей, списывая ее на эпидемию септической ангины (алиментарно-токсической алейкии, как этот вид микотоксикоза назвали позже). Природу заболевания в те годы не понимали. Современный медицинский справочник сухо сообщает: «Вначале болезнь называли септической ангиной по основному симптому — наличию некротической ангины с явлениями общей интоксикации, напоминающей сепсис. Позднее было установлено, что это название не отражает патогенетической картины заболевания. Наиболее ранним и характерным признаком заболевания является резкое нарушение функции кроветворения (прекращение миелоидного кроветворения, угнетение гемопоэза), приводящее к алейкии с агранулоцитозом, анемии и тромбоцитопении, которая сопровождается геморрагическим диатезом. Нарушение функции кроветворения обусловлено глубоким поражением миелоидной и лимфоидной тканей, дегенеративными и некротическими изменениями костного мозга» (по ссылке довольно обширная статья, но полностью понятна она только медикам и биологам).Итак, свидомитский фольклор, мемуары переживших «голокост», сводки Наркомздрава и документы НКВД фиксируют массовые случаи предсмертного опухания. Обыватель в таких случаях говорит «пухли от голода», что дает хороший базис для бандеровской голодоморной мифологии. Один нюанс: при длительном голодании возникает дистрофия. Смотрите фото узников нацистских концлагерей, и вы получите полное представление о том, что такое истощение. Да, в некоторых случаях при нарушении работы внутренних органов происходит вздутие живота (гуглите, что такое квашиоркор), но конечности у истощенных голодом людей в любом случае начинают напоминать обтянутые кожей кости. Однако свидетели украинского «голодомора» массово фиксируют отекание именно конечностей, чего не отмечалось ни при одном голоде за всю историю человечества.Уже одного этого достаточно, чтобы сделать вывод, что сверхсмертность вызвана не голодом, а отравлением. Данный вывод подтверждается тем, что умирали от микотоксикоза и горожане, употреблявшие в пищу хлеб, приготовленный из зерна, которое они получали от родственников из деревни или купили на рынке. Вывод: зерно было отравлено. Найдете источник отравления – поймете причину «голодомора».Нет, это вовсе не проклятые москали приказывали травить зерно, после чего насильно скармливали его украинцам с целью убить в них мечту о государственности. Отравили зерно сами крестьяне вследствие неправильного хранения. Начало 30-х годов было годами форсированной коллективизации, стартовавшей в 1929 г. Ей яростно противились кулаки, поэтому в 1930 г. имело место тотальное раскулачивание и высылка «контрреволюционного элемента» в удаленные районы. Коллективизация проводилась не от хорошей жизни, а вынужденно, вследствие полного провала политики НЭПа. Крестьянство отказывалось сдавать зерно по госрасценкам, потому что на рынке хлеб можно было продать гораздо дороже по справедливой рыночной цене. Фактически надлежит вести речь о массовом уклонении от уплаты налога, который крестьянство платило натурой.Как отобрать хлеб у крестьян в крестьянской стране? Это принципиально невозможно. Как сейчас говорят, администрировать сбор налога не представляется возможным, поскольку у каждого двора был свой надел, размер которого менялся каждый год, в каждой семье было разное количество едоков, урожай никогда не был стабильным. Учета населения не велось, сказать, сколько в конкретной деревне дворов, то есть хозяйственных единиц, было принципиально невозможно. Тем более нереально было применить дифференцированную налоговую ставку к кулацким, середняцким и бедняцким хозяйствам. Бедняки часто вообще не вели собственного хозяйства, батрача в страду за еду на кулаков, а по окончании сельхозработ уходили на отхожий промысел. С них в принципе взять нечего. Кулаки же просто дробили свои хозяйства, женя сыновей в 15 лет. И вместо одного кулацкого хозяйства, получалось пять середняцких. При царе подати брали с общины, связанной круговой порукой, и на общину же налагали прочие повиности. При советской власти община, как пережиток феодализма, ушла в прошлое, все крестьяне стали свободными гражданами, требующими индивидуального подхода, в том числе и фискального, что было абсолютно нереализуемо.А вот с колхоза, как экономического субъекта, налог натурой взять можно. Засеянную площадь легко измерить. Биологическая урожайность вычисляется каждый год для каждой местности и культуры государственными органами. Соответственно, на каждый колхоз исходя из этих данных разверстывался план хлебосдачи – 20-30% от собранного урожая. Остальное распределялись между колхозниками пропорционально вкладу каждого в общий результат, который измерялся в трудоднях. Так же натуральный налог колхозники платили и с приусадебного хозяйства.Итак, в 1930 г. сломали хребет кулачеству, которое сопротивлялось коллективизации и саботировало хлебосдачу. В 1931 г. план хлебосдачи был повышен. Но хитрые крестьяне, естественно, с холодком работали на колхозном поле, воспринимая это, как известную им барщину. Более того, колхозное зерно просто разворовывали. В итоге колхозы план не выполнили. Власти поступили логично и адекватно: раз колхоз не сдал хлеб согласно плану, недостачу изъяли из личных амбаров колхозников. Ну, и за счет раскулачивания дела малость поправили, потому что у кулаков изымалось все имущество.В следующем 1932 г. крестьяне поступили хитрее – имел место повсеместный саботаж хлебоуборочных работ и повальное воровство. Но мужики, наученные горьким опытом, оставили пустыми не только колхозный овин, но и личные амбары. Осенью явились хлебозаготовители – в полях необмолоченный хлеб в скирдах. Пошли по дворам – в амбарах пусто. Взять нечего! Какими средствами заставить саботажников выполнять повинность перед государством? Ну, особо неблагонадежных, конечно, судили за саботаж, благо статья такая в УК имелась. Но проблему это не решало. Остальные-то хлеб все равно сдавать отказывались, утверждая, что самим жрать нечего. Ну, отобрали у них все до зернышка, включая семенной фонд, плановые показатели все равно остались не достигнутыми.Крестьяне же убранное зерно и то, что намолотили зимой из заскирдованного, просто попрятали, зарыв мешки в землю. Потом по мере необходимости откапывали, употребляли в пищу и приторговывали им. Вот от этого и умирали, а вовсе не от голода. Дело в том, что если хранить зерно ненадлежащим образом, то есть в условиях высокой влажности, оно быстро поражается очень токсичными видами грибов (Fusarium sporotrichiella, v. Sporotrichioides, v. Poae и др.). Причем при употреблении зараженного зерна в пищу симптомы отравления проявляются не сразу, по мере накопления токсинов в организме происходит поражение внутренних органов и центральной нервной системы, часто носившие уже необратимый характер. Именно отравление токсинами и приводило к тому самому опуханию конечностей.Что сделала власть, выяснив причину массового мора (природу ее установили занчительно позже по мере развития микробиологии)? Совершенно верно: советская власть с присущей ей решительностью и жестокостью принялась изымать у укрывателей зараженное зерно. Иногда его даже показательно сжигали на глазах крестьян (отравленное спорами грибка зерно не годилось даже в пищу скоту – он тоже дох). Вот этот насильственный отъем зерна весной 1933 г. бандеровские сказочники помнят. Это факт. Но о причинах такой «звирячой жорстокости стлинськых кацапив» нынешние свидомиты совершенно искренне заблуждаются. Фактически «бильшовицьки каратели» спасали их непутевых предков от смерти – отбирали отравленное зерно и взамен выдавали зерновую ссуду из государственных фондов или закупленное за границей (впервые в истории страна осуществила импортные закупки зерна).Да, кое-где весной 1933 г. случился и настоящий голод. Но причины носили все тот же характер – грубое нарушение технологий хранения зерна. Зарытое в землю и оставленное на полях заскирдованное (необмолоченное зерно) спровоцировали взрывной рост популяции полевых мышей, которые при избыке корма и тепла (зерновая масса выделяет тепло, «горит», как говорят селяне), продолжили плодиться даже зимой, что случается лишь в исключительных условиях. Притопали крестьяне на поле за зерном – а в скирдах шевелящаяся серая мышиная масса. Выкопали мешок с припрятанным урожаем, а там уже лишь мышиный помет. Прибавим к этому феноменально высокие (до 20-25%) потери биологического урожая вследствие саботажа уборочных работ, когда зерно просто осыпалось с колоса. Вот и голод. Но прямая причина его вовсе не в том, что Сталин вдруг решил уголодоморить колхозных рабов (какой же рабовладелец уничтожает свой главный экономический актив?), а в фатальной ошибке самих крестьян, ответивших на рост налоговой нагрузки саботажем, массовыми хищениями и укрывательством зерна, которое хранилось в ненадлежащих условиях. Напомню, что мор охватил и города, куда попадало зараженное зерно через рыночную торговлю или в качестве «подгона» от деревенских родственников. Ведь в городах из-за кризиса хлебозаготовок, носившего хронический характер с 1927 г., хлеб распределялся по карточкам и ценился высоко.Резюмирую. Умственные рабы, то есть укро-ватники, либеральные ватники и ватники совкового типа в принципе не способны понять суть такого масштабного и совершенно уникального для мировой истории явления, как голодомор 1932-1933 гг. Чтобы понять эту самую суть, надо не сказки канадских голодоморщиков изучать и не концепты сталинских апологетов конспектировать. Даже ковыряние в архивах не добавит понимания, потому что современники и очевидцы не знали причины массового мора, они лишь фиксировали факты, не пытаясь их анализировать. Понимание доступно лишь тем, кто способен обратиться к микологии, истории агротехнологий, экономике доиндустриальной деревни и социальной психологии. На стыке этих дисциплин возможно провести системный анализ рассматриваемого исторического явления. Но где люди, способные мыслить вне ватных категорий?Они, конечно, есть, но это настолько редкое явление, что даже и поговорить на равных не с кем о том же голодоморе, потому что не всякого мыслящего человека эта тема интересует. Вот, емтать, реально ощущаю себя тем самым Дартаньяном в окружении ватных пи…сов. Поверьте, это нисколько не радует, скорее ужасает. Но я уже привык. Процентов 90 из прочитавших этот пост, как и все предыдущие, конечно, ничего не поняли, и даже не пытались понять.  Они лишь испытали лютую попаболь и сейчас компенсируют свои комплексы, высирая в комментах длинные портянки, объясняя себе подобным ватникам, какой же аффтар тупой. Скучно…

Выбор редакции
19 марта, 17:20

Можно ли заставить русских вкалывать за еду?

  • 0

Начало здесь. Как я констатировал ранее, надежды на западного инвестора, который придет и обустроит Россию, совершенно беспочвенны. Но даже в этом случае национальный доход на долгие годы в будет в приоритетном порядке перераспределяться в фонды развития, а фонды потребления весьма длительное время будут оставаться крайне скудными. В послевоенной ФРГ, реализующей реформы Эрхарда, и имеющей колоссальную подпитку в рамках плана Маршалла, уровень жизни оставался крайне низким, в чем-то даже уступая показателям Восточной Германии. Бурно расти он начал только в 60-х годах, когда массированные инвестиции создали солидный экономический базис. Да, путинизм к моменту своего краха оставит в РФ пепелище и совершенно нищее население. Можно ли у него будет еще что-то отобрать, и, главное, как? Ведь оно же не захочет терпеть еще лет 20 всяческие лишения и сметет всякую власть, которая начнет повышать налоги и поборы во имя строительства светлого завтра. Да, демократическую власть в условиях свободных выборов, когда ушлые популисты начнут предлагать счастье здесь и сейчас, ту власть, что станет призывать затянуть пояса, снесет безусловно. Поэтому демократии и неспособны осуществить реализацию масштабных проектов развития в формате мобилизационного рывка, в отличие от тоталитарных диктатур. С точки зрения макроэкономики для совершения мобилизационного рывка в рамках стратегии догоняющего развития необходимо: 1) сконцентрировать ресурсы в фондах развития, урезав до минимума потребительские фонды; 2) увеличить эксплуатацию труда и перераспределить трудовые ресурсы в сферу производства, то есть попросту принудительно заставить людей много работать там, где надо, а не там, где им хочется. Это называется внеэкономическим принуждением к труду. Впрочем, нельзя говорить о том, что внеэкономические методы применяет только тоталитарная диктатура, они и сегодня в РФ не просто широко применяются, а даже носят доминирующий характер. Просто тоталитаризм принуждает гораздо эффективнее, и делает это в интересах всего общества, а не только в интересах правящей группировки, как это происходит сегодня в авторитарной РФ. Диктатура задачу ограничения потребительских фондов решает самым элементарным образом. Вот, скажем, в условиях постпутинской России достаточно будет опустить раз в 10 курс национальной валюты. В условиях тотальной импортозависимости это обрушит потребление на такое дно, которое вы, ребята, даже и представить сегодня не в силах. Херачить у станка за пайку хлеба станет для большинства вполне себе желанной перспективой. В итоге создается сразу несколько условий для успешного роста: 1.Стоимость труда обрушивается до африканского уровня, что повышает привлекательность рынка труда для внешнего инвестора. Правда, качество труда русских холопов не сильно превосходит африканский уровень, но это дело поправимое, о чем я писал ранее. 2. Снижается относительная себестоимость отечественной продукции, что повышает ее экспортный потенциал. 3. Возникает колоссальный стимул для реального, а не фейкового импортозамещения. Конечно, нищее население не создает платежеспособного спроса, но это проблема только для рынка, где, если нет спроса, то ничего и не возникнет. Тоталитаризм же эту проблему решает с другого конца: сначала создает предложение, а потом увеличивает платежеспособность населения. Собственно, советская индустриализация примерно в такой последовательности и происходила: у крестьян (80% населения) практически бесплатно отбирали зерно, оставляя крохи только на прокорм, продавали на внешнем рынке за валюту, на нее покупали станки, строили металлургические комбинаты, электростанции, станкостроительные и тракторные заводы. После осуществляется коллективизация, и происходит массированная механизация аграрного сектора. Нормы эксплуатации деревни еще увеличивается, но благодаря механизации опережающими темпами растет производительность труда, что существенно поднимает номинальный доход колхозников. На втором этапе индустриализации строятся тысячи предприятий легкой промышленности, которые производят уже непосредственно потребительские товары. И только после этого сталинское правительство отказывается от экспорта продовольствия и поднимает закупочные цены на сельхозпродукцию выше мирового уровня. С точки зрения либеральных экономистов-фундаменталистов это безумие, но таким образом создается тот самый платежеспособный спрос, который и удовлетворяет легкая промышленность. Номинальные доход колхозников находит выражение в росте потребления. Да, сегодня нам кажется непонятной эйфория мужика, который за год накопил денег на яловые сапоги. Но стоит учитывать, что рост имел относительный характер. Поколения предков этого мужика носили лапти, а о сапогах даже мечтать не смели. И крыши они крыли соломой, а не листовым железом, и избы свои топили по-черному, потому что печь позволить себе не могли. Теперь же эти блага стали им доступными, что являлось большим прогрессом. А еще довольно внушительный объем благ крестьяне получали из общественных фондов – здравоохранение, образование, доступ к масскульту. Кстати, не стоит думать, что бремя индустриализации несли лишь крестьяне, обреченные фактически на рабский труд. Рабочие тоже вынуждены были «скинуться на Магнитку». Номинально зарплаты росли, однако в принудительном порядке часть их изымалась путем подписки на облигации госзаймов, ставших существенным источником финансирования инвестиций в основной капитал. Часть доходов съедала инфляция. Так были построены предприятия группы А (производство средств производства), не способные насытить потребительский рынок. Когда впоследствии строились предприятия легкой промышленности, государство продолжало высасывать у рабочих их номинально растущие доходы как с помощью упомянутых выше финансовых инструментов, так и путем снижения расценок за работу (при Сталине доминировала сдельная оплата труда) при одновременном увеличении плановых показателей. То есть норма эксплуатации труда в промышленности тоже заметно выросла, что компенсировалось существенным ростом производительности труда благодаря интенсивной модернизации основных фондов. 4. Диспаритет валют практически полностью исключает возможность утечки капиталов, что было бичом еще царской России. Вывоз капитала из империи почти всегда заметно превышал ввоз, что вкупе с малоэмиссионным типом финансовой системы приводило к страшному финансовому голоду. Это в свою очередь ставило экономику в зависимость не только от импорта технологий, но и от импорта капиталов, что создавало замкнутый круг, препятствующий развитию промышленности. При этом возникал еще и хронический дефицит бюджета, который покрывался за счет займов, что приводило к политической зависимости самодержавной власти от кредиторов. Это, кстати, типичная черта авторитарных режимов, которой не имеют режимы тоталитарные. Для России же эта финансово мотивированная политическая зависимость оказалась фатальной: она вынуждена была влезть в Первую мировую войну на стороне своих кредиторов (60% долга контролировали парижские банкиры) против Германии - основного торгового партнера. Говорить о следовании национальным интересам в этом случае как-то даже неуместно. Напомню, что разница при сходстве внешнего антуража диктатур в следующем: авторитарный режим видит главную задачу в сохранении власти правителя; тоталитарный режим заточен под выполнение масштабной задачи, будь то осуществление военного реванша (гитлеровская Германия), строительство индустриального общества (сталинский СССР, современный Китай, Южная Корея) или построение теократической утопии (современный Иран, ИГИЛ, талибский Афганистан). Я привел лишь один механизм концентрации ресурсов из множества, но вы видите, какой немалый потенциал он имеет. Другой – монополия внешней торговли. Огосударствлять всю внешнюю торговлю, как это было сделано в Советской России еще в эпоху военного коммунизма, сегодня смысла нет совершенно. Достаточно сделать рубль неконвертируемым, а все внешние транзакции осуществлять через Госбанк. Скажем, хочет «Ростсельмаш» продать в Пакистан свои комбайны. Да ради бога! Пусть покупатель перечисляет деньги не на расчетный счет продавца в оффшорном банке, а на его валютный счет в Госбанке. В любой момент времени «Ростсельмаш» может получить эту сумму, но исключительно в рублях по обменному курсу государства за вычетом экспортной пошлины. Либо он имеет права не платить налогов, а закупить на всю сумму в долларах прецизионные станки в Японии. Он дает платежное поручение Госбанку и тот тут же перечисляет всю сумму поставщику, даже не беря плату за транзакцию. Но если «Ростсельмаш» хочет купить за $20 млн виллу на Лазурном берегу для увеселительных «командировок» топ-менеджеров, то госбанк сухо сообщает, что подобная покупка не относится к категории экономически обоснованных и является покупкой предметов роскоши, что, согласно действующему законодательству не запрещено, однако облагается налогом в 200%. Поскольку необходимых средств ($20 млн + $40 млн налог) на валютном счете предприятия нет, предприятию предложено пополнить его путем интенсификации экспортных продаж. Про возможность обналички валюты я предлагаю вообще забыть. Вы возмущены и готовы проклясть тоталитарный кунгуровский режим потому, что из-за этого «простой человек» теперь не сможет погреть пузо на турецком пляже? Во-первых, «простой человек» лет 15 не сможет этого сделать по причине того, что обменный курс будет раз в 10 ниже нынешнего и соответственно, зарубежный туризм станет практически недоступен подавляющему большинству. Во-вторых, если вы 10 лет копили на отпуск и решили разок шикануть в стиле «алл энклюзив», то ноу проблем – берите пластиковую карту и отрывайтесь в рамках своих финансовых возможностей. Зачем вам бежать в обменник за кэшем? Китайцы активно путешествуют по миру. Но в тоталитарном Китае в обменнике вы можете только сдать доллары и получить юани. Обратная операция не осуществляется. Вторая причина, по которой будущая модель власти самым естественным образом трансформируется в тоталитарную диктатуру. Только тоталитарная диктатура способна эффективно удовлетворить главное требование масс, которое они выдвинут в ходе кризиса, уничтожившего путинизм (да, вероятнее всего, кризис возникнет, как следствие обрушения нынешнего фашистского режима в РФ, и проснувшиеся низы начнут выдвигать требования уже новой власти, но это ничего не меняет). Нет, ширнармассы никогда не выдвигают никаких разумных требований типа «Даешь скорейшую моедрнизацию промышленности группы А, являющуюся основой национальной индустрии!» И даже свободу и демократию они не особо стремятся получить. Они жаждут главным образом социальной СПРАВЕДЛИВОСТИ в самом широком смысле этого слова. Справедливо, если все социальные слои в равной степени несут тяготы переходного периода (весьма длительного, стоит отметить). Практически невозможно заставить низы вкалывать за миску баланды у станка, если при этом верхи продолжат шиковать, как при старом режиме. Это совершенно деморализует и демотивирует. Согласитесь, что поднять уровень благосостояния масс в ходе реализации мобилизационного рывка совершенно невозможно, наоборот, они за счет снижения потребления и будут этот рывок финансировать. Зато отобрать честно наворованное у паразитов не только можно, но и совершенно необходимо. Тоталитарный режим это делает быстро и решительно, не заморачиваясь всякого рода юридической казуистикой. Когда все бедны – это плохо, но с точки зрения масс, справедливо. Абсолютное равенство в потреблении, разумеется, недостижимо и не нужно, потому что это лишает человека стимула к наращиванию трудовых усилий – какой смысл работать больше, если потреблять ты будешь одинаковый объем благ с лентяем и тунеядцем? Но если разница в доходах 10% самых бедных и 10% самых богатых (коэффициент Джини RP10) будет иметь 4-6-кратную разницу, то это будет восприниматься обществом, как воплощение принципов социальной справедливости, что создаст новую парадигму легитимности правящего режима. Всякая власть держится лишь до тех пор, пока имеет социальную базу, пока население считает ее легитимной, то есть признает ее право на господство. Это возможно всего в двух случаях: если массы воспринимают власть, как справедливую, или как эффективную. Справедливой власти население прощает неэффективность. Скажем, на Кубе коммунистический режим совершенно неэффективен, однако он не допускает вопиющего неравенства, обеспечивая всех граждан примерно одинаковым пакетом социальных благ. Путинская власть никогда не была справедливой, но воспринималась, как эффективная. Массы готовы мириться с тем, что кто-то баснословно богатеет, становясь миллиардером в течение нескольких лет, если доходы нижних слоев общества стабильно растут на 5-10% в год, что имело место быть в первые 15 лет путинизма. Если же несправедливая власть перестает быть эффективной, то ей тут же начинают кидать предъявы насчет ее коррумпированности и требовать раскулачить жирных котов. Кремлядь действительно была удивлена, когда весной 2017 г. сотни тысяч человек вышли на антикоррупционные митинги. Ведь коррупция процветала все годы путинизма и даже не считала нужной себя как-то маскироваться, все всё отлично знали, но разве что на кухнях да в бложиках охали. А тут вдруг на площади высыпали – с чего бы это? Так проявил себя процесс разрушения легитимности правящего режима. Да, инерция социальных процессов очень велика, но сам принцип тут проявился четко: так называемый креативный класс не любил, но терпел путинщину со всей ее гнилью, пока худо-бедно экономика дышала и даже росла, а креаклы, помимо правящей мафии, являлись бенефициарами этого роста. То есть власть хоть какую-то эффективность демонстрировала. Теперь же, когда их доходы пошатнулись, они власть люто возненавидели, но пока опасаются открыто переть на рожон, будучи уверенными, что режим еще способен эффективно давить протест. Как только последние иллюзии относительно этой карательной эффективности власти развеются, путинизм рассыплется, как карточный домик. Впрочем, скорее всего, режим рухнет не из-за протестов майданщиков, а впадет в кому по причине прогрессирующей дисфункции, собственная неэффективность его же и убьет. Спасать его никто не станет, потому что он всегда был несправедливым. Легитимность путинизма, как я уже не раз отмечал, базируется на общественном консенсусе, суть которого сводится к тому, что правящий класс утилизирует рентный капитал, перераспределяя его в интересах масс. Ну, и себя не забывает, конечно, беря за услуги администратора процесса жирный процент. Однако маржинальность ренты стремительно падает, что фатально подрывает экономический базис общества. Общественный консенсус будет разрушен не потому, что массы прозреют или станут наращивать требования к власти, а просто потому, что рентная экономика является крайне непродуктивной, а ее ресурсы носят конечный характер. Кризис, в условиях которого РФ существует уже пять лет, потому и называется системным, что в рамках существующей системы не может быть разрешен. Максимум, что возможно – оттягивать крах системы, но он все равно неминуем. Если кто-то не понимает этого умишком, то уж копчиком чует непременно. Любой системный кризис приводит к разрушению существующей системы и чаще всего является причиной рождения новой. Новая социальная система должна строиться на ином экономическом базисе (рентный себя полностью исчерпает), который придется выстраивать не то чтобы с нуля, но близко к тому. Именно это и потребует мобилизации трудовых усилий общества. Соответственно, принципиально иной будет система управления, заточенная на решение созидательной, а не утилизационной задачи. Иную основу получит и общественный консенсус. Сегодня среднестатистический индивид рассуждает так: я готов напрягаться исключительно ради собственных интересов, работать ради абстрактного общего блага я категорически не буду, потому что бенефициарами этого «общего блага» являются исключительно представители правящей мафии. Новая парадигма развития потребует колоссальных усилий именно в интересах абстрактного общего блага. С материальными стимулами дело будет обстоять очень туго. Потребуются стимулы моральные. Большевики этот стимул дали. Всякий работяга был абсолютно уверен, что именно он, как член общества, является бенефициаром будущего счастья, капиталисты и помещики не вернутся и не отберут у него ДнепроГЭС и московский метрополитен, школы и дворцы культуры. Имущий класс, ранее присваивающий часть его труда (прибавочную стоимость), был полностью уничтожен. На этом и базировался общественный консенсус: мы, члены общества, вкалываем наизнос, но все, что мы создаем, является нашим, общим, никто не может это присвоить себе персонально. Разумеется, сегодня не идет речи о физическом уничтожении имущих классов, да их, собственно, и нет. Нынешний правящий класс не имеет экономических признаков, это в чистом виде мафия. Вот я и подвел вас к сути проблемы. Кто будет контролировать систему управления постпутинской России, если страна сохранится, конечно (эта вероятность пока сохраняется)? Допустим, власть возьмет буржуазия, ныне существующая в совершенно зачаточном состоянии. Всякий правящий класс действует прежде всего в собственных интересах. Интерес у буржуазии один – прибыль. Это совершенно естественно ведет к материально сегрегации общества. Способны ли десятки миллионов выкладываться в мобилизационном рывке ради неких общественных интересов, если одновременно тысячи или пусть даже сотни элитариев будут ставить рекорды в личном обогащении? Это в принципе невозможно. Может ли буржуазия стать настолько сознательной, чтобы временно пожертвовать частным интересом во имя общего блага хотя бы временно? Гипотетически может, но в этом случае она перестанет быть буржуазией, следовательно, это невозможно так же, как волк не может временно стать вегетарианцем. Из этого следует неизбежные выводы: 1.Новый правящий класс не должен быть связан с собственностью – это, и только это позволит соблюсти баланс интересов между низами и верхами. Под верхами будем понимать ту самую зачаточную буржуазию, потому что нынешняя номенклатурно-криминальная верхушка неизбежно будет в ходе острой фазы кризиса зачищена полностью. 2. Новый правящий класс исчерпает свою историческую миссию осуществлением мобилизационного рывка. Следовательно, в самой системе управления должен быть заложен механизм ее трансформации по мере перехода на общества к эволюционным формам развития. Иначе повторится история с СССР, который в кратчайшие сроки проделал путь от сверхдержавы к помойке истории. 3. Стимулы для мобилизации будут носить исключительно внутренний характер. Никакого внешнего врага, никакой «осажденной крепости» и «цивилизационной борьбы» с Западом! Смещение акцентов в этом направлении колоссально затруднит выполнение главной задачи форсированного развития. Концентрировать ресурсы и прожигать половину из них на танчики и ракеты в высшей степени непродуктивно. Опять же, печальный пример совка перед глазами: ВПК наштамповал ядреных бонбочек, которыми трижды можно было уничтожить все живое на планете, но обеспечить население колбасой и джинсами экономика оказалась не в состоянии. В итоге СССР пал не под ударами НАТО, а в результате полного внутреннего банкротства. 4. Внеэкономическое принуждение к труду становится основным экономическим стимулом на долгие годы. Звучит это страшно, но на самом деле для большинства населения ничего принципиально не поменяется. Сегодня по грубым прикидкам 60% населения вынуждены работать исключительно для того, чтобы выжить, а не для наращивания уровня потребления. По мере деградации экономики потребляют низы все меньше (на 5-10% в год), а работать вынуждены все больше. Вот это и есть внеэкономическое принуждение к труду в чистом виде. 5. Новый правящий класс будет иметь, если можно так выразиться, временный характер и совершенно неестественную структуру. Поэтому политические инструменты осуществления господства будут неестественными. Проще говоря, правящий класс станет навязывать свою волю обществу, реагируя на всякие попытки сопротивление насилием.Если правящий класс обрастет собственностью, опираясь на которую можно господствовать более гуманно, то превратится либо в буржуазию, либо в мафию (см п.1), что не позволит ему выполнить свое единственное предназначение (см. п. 2). Исходя из этих пяти пунктов (их, конечно, можно значительно дополнить и расширить), мы видим, что конструкция власти будет иметь ФОРМУ классической тоталитарной диктатуры в духе Сталина или Пак Чон Хи. Если Россия, как политическая общность сохранится, тоталитаризм в переходный период будет для нее совершенно естественным. Ну, а что касается СОДЕРЖАНИЯ, то есть целей диктатуры, то тут от моих заумных рассуждений ничего не зависит. Тоталитарная диктатура есть самодостаточный политический субъект, который лепит себя сам и навязывает обществу те ценности и правила игры, которые формулирует, исходя из задач, диктуемых логикой выживания. Я лишь выразил надежду, что диктатура окажется рациональной и осознающей свою временность. Вообще любая тоталитарная диктатура носит временный характер, поскольку общество принципиально не способно существовать в режиме мобилизационного рывка постоянно. Но если правящий режим этого не понимает и не предпринимает усилий к трансформации, а любая диктатура может трансформироваться только в сторону демократии, он убивает и общество, и себя. Хотите увидеть, как это происходит – наблюдайте за Ираном. Обратный пример – Китай, который движется в сторону демократизации (чуть раньше демократические трансформации произошли в Южной Корее и Тайване, сейчас происходят в Сингапуре). Будет китайская демократизация носить ползучий или бурный характер, я не стану гадать, но тенденция, полагаю, уже определилась достаточно явно. Экономический базис для трансформации политической надстройки у Китая имеется. Что происходит, если общество демократизируется, не построив соответствующего экономического базиса? Да, это возможно, но вместо демократии устанавливается охлократия. Нагляднейший пример – Украина, где власть крайне слаба и принципиально неспособна к ни к концентрации ресурсов, ни к реализации долгосрочных проектов развития.

Выбор редакции
14 марта, 14:10

Арбайт, рус-иван, арбайт!

  • 0

Начало здесь. Главный фактор, препятствующий проведению модернизации в РФ – это вовсе не путлеровский фашизм, как многие наивно полагают. Фашизм как таковой не обязательно деструктивен, если иметь в виду задачи развития. И дело даже не в характере русского фашизма, который имеет весьма специфический, чисто африканский характер криминального фашизма. Не устаю напоминать, что путинизм – всего лишь проекция коллективного бессознательного россианской биомассы. Путинизм рухнет, даже если с ним никто не будет бороться, это совершенно неизбежно. Но коллективное подсознательное никуда не денется!Когда я говорю, что русские холопы не умеют и не хотят работать, мне всякого рода дебилы яростно возражают: мол, все неправда, я ебошу, как папа Карло, на трех работах, и многие так делают. Вообще, русские работают 1978 часов в год – это в полтора раза больше, чем хваленые немцы. Проблема, дескать, не в нежелании работать, а в низком уровне оплаты труда, что лишает работника стимула и бьет по уровню потребления.Нет, подобный аргумент не выдерживает ни малейшей критики. Дело, во-первых, в характере занятости. Из 70 миллионов работающих россианцев лишь порядка 15 миллионов занимаются производством товаров и услуг потребительского характера, остальные носят погоны, заняты на госслужбе, в бюджетной сфере, или занимаются вопросами распределения. Идеальная работа для среднестатистического русского не связана с производительным трудом. Мечта всей жизни – устроиться на госслужбу и перекладывать бумажки за твердый оклад. Для более амбициозных и рисковых – корпоративный сектор, где можно перекладывать бумажки за втрое больший оклад.Для тех, кому не фартануло в жизни, то есть нет солидных родственников или друзей детства, которые помогут устроиться в офис «Газпрома», остается частный сектор – торговля, сфера услуг, рынок биржевых спекуляций и т. д. Кто сказал, что торгаш на рынке, рекламный агент или риэлтор мало работают? Эти товарищи очень дофига работают и иногда нефигово получают, но они заняты в сфере распределения, а не производства материальных благ. Для совсем уж безнадежных лузеров есть возможность прозябать в бюджетных учреждениях, где очень низкие ставки и очень много совершенно бессмысленного онанизма. Зато стабильность и полная безответственность! То есть продуктивность россианской экономики крайне низкая – один работник производит слишком мало благ вне зависимости от времени, проводимого на работе, так с чего он будет много потреблять?Помню, пять лет назад в одном из очень бедных регионов РФ мне надо было найти бригаду сезонных работников на два месяца. Дали объявление на местном ТВ, радио и популярных пабликах. Думал, никаких проблем не возникнет: при средней зарплате в 15-17 тыс. руб. сдельная оплата от 30 тысяч, то есть больше $900 по тогдашнему курсу (стахановцы зарабатывали в 2-3 раза больше), будет очень даже хорошим стимулом. Работа руками на свежем воздухе, не требующая специальных навыков, свободный рабочий график, возможность самому выбирать себе напарника или работать бригадой – идеальный вариант для желающих подработать на каникулах студентиков. Из минусов – работа связана с разъездами (кормовые и проездные оплачиваются отдельно) и полная ответственность за результаты труда. То есть если накосячил и заказчик работу не принимает, то ты не только ничего не получишь, но еще и должен останешься за испорченные комплектующие.Последнее условие потенциальных работников приводило в неописуемый ужас. Для них сама мысль о том, что они, и только они отвечают за качество своей работы (нет над ними никакого начальника и контролера) была просто за гранью их понимания. Поэтому рекрутировать там не удалось вообще никого, пришлось нескольких рабочих завозить из другого региона и давать им в подчинение местных гастеров. При этом масса местных пыталась продать свои услуги за твердый прайс, но на безответственные должности. Одна девка, принесшая на собеседование аж два диплома о высшем образовании, клялась, что готова работать за 11 тысяч, но только в офисе. Многие мужики предлагали услуги водителя со своим транспортом за твердую тысячу в день + бензин. Однако выйти из машины и поработать руками – нет, спасибо, этим пусть чурки занимаются. И когда после всего этого я слышу возгласы о том, что русский народ трудолюбив, мне хочется плюнуть в рожу тому, кто эту ересь несет.Во-вторых, и это самое главное – производительность труда в РФ раза в 3-4 ниже, чем в цивилизованных странах. Это в среднем, причем в сопоставимых технологических условиях. Проблема не в плохом техническом оснащении, а в отвратительной организации труда. Меня, когда я одно время был начальником цеха на полиграфическом производстве, просто выбешивало, что при ненормированном рабочем дне (иногда до 12-14 часов) примерно 60% времени работники простаивали, ожидая работу (с утра ее вообще не было, но приходить на службу следовало к 9 утра, за опоздание штрафовали). Начальство же было непреклонно: мол, в контракте прописано, что рабочий день с 9:00 – вот и приходите к этому времени, у нас планерка в 9:15, на ней все обязаны присутствовать. С большим трудом мне удалось добиться права провести реформы. Я сократил штат производственников с 9 до 6 человек, ввел сдельный принцип оплаты труда, уполовинил рабочий день до пяти (!) часов, причем начинался он в 13:00 в результате чего отпала нужда в обеденном перерыве, рабочую неделю укоротил до четырех дней.Итог: брак упал практически до нуля. Это произошло благодаря сквозному контролю, когда качество проверял работник, выполняющий следующую технологическую операцию, а не главный инженер, который просто физически не мог одновременно контролировать всех. Проблема подмены отпускников, опозданий и запоев (чисто русский трабл) совершенно утратила актуальность. Всякий с радостью готов был сделать работу за себя и за того парня, потому что оплата стала полностью сдельной. Общая производительность труда выросла ровно в 3,5 раза при сокращении производственных издержек и стремительном росте квалификации работников (они охотно освоили смежные специальности, чтоб подменять друг друга). Этот колоссальный экономический эффект был достигнут без всяких инвестиций и технологической модернизации просто за счет разумной организации труда.Вы думаете мне за это премию выписали и благодарность объявили? Хер-то там, меня уволили! Причина была очень серьезной: моя реформа сделала абсолютно ненужной руководящий состав предприятия. Если система работает сама (я запретил супервайзерам даже нос совать в цех), то зачем нужен директор с его ежедневными планерками в 9:15 (на которые никто теперь не ходит, потому что рабочий день с 13:00), комендант, начальник отдела контроля (контролером для каждого стал смежный работник), главный технолог, начальник организационно-кадровой службы и даже сметчик-кассир, который получает ведомости, расписывает КТУ и начисляет зряплату?К слову, при моей системе каждый знал, сколько он получит за каждую технологическую операцию, а фиксировался объем работы в открытой ведомости, которая висела на стене, где каждый расписывался за каждый этап (в случае брака – спрос с того, чья подпись стоит). В общем, начальство пришло в ужас и меня тут же выперли с формулировкой «нарушение условий трудового соглашения». И это, замечу, в частной фирме, работающей в рыночных условиях, где начальство, а, тем более, владельцы, теоретически должны быть заинтересованы в повышении рентабельности предприятия. Но русский (совковый) менталитет, судя по всему, абсолютно несовместим ни со здравым смыслом, ни с рыночной экономикой. И Путин тут совершенно не при делах (описанный мной случай имел место еще при Ельцине). Что творится в госсекторе, я даже думать не хочу – этот ужас моя тонкая душевная организация не в состоянии вынести. Столь длинное лирическое отступление мне понадобилось для того, чтобы показать: истинно русский человек работает плохо, даже если работает очень много. Он традиционно воспринимает любую работу, как барщину, панически боится личной ответственности, люто ненавидит и травит «выскочек, которым больше всех надо». Если кто-то руководствуется иными принципами, так это наверняка какой-нибудь русофоб-либераст-нацпредатель, который уже замутил успешный стартап, но к которому еще не пришли упыри из ФСБ за данью.Можно ли русских дикарей заставить эффективно работать? Мой личный небольшой управленческий опыт показывает, что можно. Но для этого надо поставить их в условия, когда он ВЫНУЖДЕН будет работать хорошо и разумно (пример см. выше). Если оставить ему малейшую возможность выбора – нормальный русский человек гарантированно выберет безответственность, патернализм, этатизм, лизоблюдство и стадность (это называется «вписаться в коллектив») и прилагающуюся к этому комплекту бедность. Бедность не угнетает русского холопа, его угнетает, когда сосед-трудяга живет богаче его. Русский коллективизм – это вещь более страшная, чем ядерная война.  Поясню на следующем примере.Любой современный менеджер среднего звена знает, что такое ИБД. Это есть фундаментальный принцип русской производственной культуры. Аббревиатура расшифровывается, как «имитация бурной деятельности». В 90% случаев успех карьеры зависит именно от того, насколько работник освоил искусство ИБД. Начальство просто млеет от картины, когда все работники летают, как мухи, кричат, что-то паяют, винтят, внедряют, переформатируют, пишут бодрые отчеты, проводят презентации и планерки. Результат – ну, хрен его знает, есть ли он вообще и насколько связан со всей этой суетой. Но босс желает в любой момент времени получить доказательства, что «работа кипит» и представить благолепную картинку вышестоящим боссам. Иногда в процесс ИБД включаются не только отдельные эффективные манагеры, но весь коллектив целиком. Порой коллектив включает десятки тысяч работников, он перетирает в пыль охулиарды денег, мегатонны ценных материалов, амортизирует дорогущие станки, сжигают зря миллионы киловатт-часов электроэнергии, но единственный продукт, который этот коллектив производит – ИБД. Почти 30 лет «Роскосмос» тужится, пытаясь исторгнуть из своего чрева «неимеющуюаналогов» ракету-носитель «Ангара». Но ее нет. Так называемые «испытания ракеты» 2014 г. – это бросковые испытания, когда фактически испытывается стартовый стол на способность запустить ракету-носитель, роль которой играет массогабаритный макет. Стартовые двигатели включаются лишь на несколько секунд, чтобы макет не рухнл на пусковую установку. Да, гипотетически лет через 10 проект можно довести до стадии полноценных испытаний и запустить к Марсу желтую «Ладу-Калину» с манекеном самого знаменитого автогонщика на ней, слушающего на репите хит ныне позабытых поющих трусов из нулевых Такого как Путин (рекомендую кликнуть по ссылке, песня – просто огонь!). Но это будет лишь продолжение ИБД, потому что никакого смысла в продолжении работ по этому проекту давно нет. Во-первых, промышленность Раши не способна серийно производить технику подобной сложности. Во-вторых, Space X уже давно сделал производство «Ангары» экономически бесперспективным.Теперь представьте, что какой-нибудь инженер «Роскосмоса» возьмет, да публично скажет то, что и так знают все от главбатутчика Димки Рогозина до фрезеровщика дяди Васи на омском заводе «Полет»: что работа над «Ангарой» – это голимая показуха и тупое освоение бюджета (уже освоили порядка $2 млрд). Такого правдоруба свора коллег порвет в клочья и живьем закопает, а по ТВ развернется мощная поцреотическая истерия о необходимости наращивания финансирования космических программ во имя величия рейха. И в этой позорной ИБД бдут с энтузиазмом участвовают все – от 30-летних эффективных офисных космических манагеров с наманикюренными ногтями до 80-летних советских конструкторов-старперов, от фрезеровщика дяди Васи до штатных попов-освятителей. В этом и есть суть русского коллективизма – топтать любого, кто осмеливается петь не в унисон. Именно поэтому смена фашистского путинского режима на какой-нибудь «хороший» и либеральные экономические реформы не дадут никакого эффекта, все увязнет в болоте варварской коллективистской ментальности, основанной на круговой поруке и философии ИБД. Единственный реальный выход я вижу в осуществлении жесточайшей тоталитарной диктатуры, которая будет прививать цивилизацию совершенно варварскими методами. Это вообще очень в русских традициях: Петр I был дикарем, очарованным цивилизацией, которую он начал насаждать в России абсолютно варварскими приемами. Ну, это в конце концов сработало, хотя, говорят, численность населения уменьшилась в годы правления бесноватого царя примерно на четверть. Сталинизм тоже нес России приобщение к материальным достижениям и культурным ценностям современной индустриальной цивилизации. Да, путем превращения страны в один большой ГУЛАГ, с 10-летними сроками за три подобранных на колхозном поле колоска и расстрелами за «вредительство». Но это издержки варварского метода достижения цели. Если же говорить об эффекте, то он был достигнут в кратчайшие сроки. Признаю, что, процесс оказался не завершен, цивилизация не пустила корни в русском сознании, убогая варварская ментальность снова восторжествовала на обломках советской культуры. Но будем считать это, как говорится, «бросковыми испытаниями». Учтя опыт предшественников-цивилизаторов, можно попытаться совершить еще одну попытку.Итак, тоталитаризм должен заставить людей работать. Не отбывать барщину за миску похлебки, а именно работать. Для этого необходимо поставить их в условия, когда выбора просто нет – либо ты работаешь по тем правилам, которые тебе навязаны (см. выше описание моего эксперимента) либо сдохни от голода, потому что возможность процветать за счет ИБД будет исключена на системном уровне. Чубайс, конечно, ворюга и конченая мразь, но, когда он говорил о том, что 20-30 миллионов не впишутся в рынок и это есть гуд, потому что рынку балласт не нужен – тут он рассуждал чертовски рационально. Я тоже не вижу никакого смысла бороться, например, с алкоголизмом среди русских холопов. Это экономически нецелесообразно. Я за то, чтобы их собирать в концлагерях, где будут стоять цистерны с бесплатным спиртом. Хочешь выйти – дунь в тестер, ворота откроются, если ты трезв. Либо бухай до смерти. С наркоманами можно примерно так же поступать. Балласт в 20-30 миллионов будет ликвидирован за несколько лет без всякого насилия. Это обойдется гораздо дешевле, чем лечить этих дегенератов и содержать детей-имбецилов, которых те успевают наплодить.Что касается, «Роскосмоса» и ему подобных богаделен, то реформировать их – совершенно дохлый номер. Только тотальное и беспощадное уничтожение. Кто-то хочет делать ракеты? Добро пожаловать в КБ. Вот тебе финансирование, вот перечень заданий. Выполнил – получи миллион долларов премии, жирное госфинансирование и более сложное задание. Не справился – не обессудь, дружок, теперь будешь искупать вину в шарашке. Напомню, что при Сталине добрая половина конструкторов работала в тюремных спецучреждениях. Да, метод был варварским и малоэффективным, но он же сработал! В цивилизованном обществе рулит конкуренция и частная инициатива. Но вы же прекрасно понимаете, что эти понятия совершенно несовместимы с «Роскосмосом», «Ростехом» и прочими россиянскими суперджет-шарашками. Поэтому сначала надо воспитать поколение инженеров, заточенных на творческую работу и ответственность, а не ИБД, а потом уже можно отпустить их в рынок – пущай конкурируют между собой.Разумеется, мой посыл о внедрении «шарашечного» метода в высокотехнологичной индустрии не стоит воспринимать буквально, я лишь образно передал суть. Кто-то скажет, что при такой системе из страны сдриснут все специалисты. Нет, это невозможно. Утечка мозгов, конечно будет иметь место, это надо учитывать, как издержки тоталитаризма. Но суть в том, что свалить может только состоявшийся специалист, а не любой студент, закончивший МАИ или Бауманку, выучивший инглиш и дофига возомнивший о себе. Сейчас у него нет самой возможности состояться, даже самых талантливых и работоспособных, затягивает болото ИБД в госмонстрах, где ставка инженера - 25 тыс. руб. Но чо-то к Илону Маску молодые специалисты массово не бегут, несмотря на то, что там зарплаты в 20-30 раз выше. А что они имеют в своем портфолио? В том-то и дело, что нет у них ни уникальных знаний, ни производственного опыта, ни прорывных идей.Тоталитаризм создаст конвейер, который позволит молодым талантам рискнуть и чего-то добиться. Да, многие после этого свалят за железный занавес при первой же возможности. Но ради чего свалят? Для любого изобретателя, инноватора важны всего две вещи – творческая реализация и материальное вознаграждение. Тоталитарный режим вполне способен дать им и возможности для творчества и обеспечить соответствующий уровень доходов, пусть даже за счет основной массы, живущей в нищете. Причем преимущество тоталитаризма в том, что он создает настоящий конвейер по выращиванию талантов. Скажем, в СССР была создана эффективная массовая, конвейерная система подготовки спортсменов. Олимпийские звезды с завидной регулярностью сбегали из коммунистического рая на Запад. С имиджевой точки зрения это было, наверное, неприятно, но советские спортсмены уверенно побеждали на олимпиадах, не смотря на эту утечку.Потому что конвейер штамповал хорошо мотивированных атлетов несмотря на крайне низкий уровень материальных стимулов, которые мог предложить совок. Более того, рискну предположить, что эта звездная утечка даже имела позитивный эффект – на пьедестале освобождалось место для «молодой шпаны», которая готова была конкурировать за него с полной отдачей сил.  Теперь давайте сравним с сегодняшним днем. Футбольные клубы выписывают иностранных звезд и лучших тренеров, платят скакунам по газону фантастические гонорары. И чо, где медали, блеать? Если чем и знамениты игроки в ногамяч, так это загулами в кабаках и пьяными гонками на суперкарах.Поэтому заявляю, как практик: правильно выстроенная «конвейерная» система выращивания и эксплуатации интеллектуального капитала уверенно бьет прорывы гениев-одиночек, даже если те находят инвестора в условиях свободного рынка. Собственно, сам рынок тут выступает всего лишь в качестве механизма естественного отбора. Тоталитарный режим использует другой, нерыночный, но не менее эффективный механизм отбора.Тут следует учитывать еще один важный момент: помимо гения и рынка нужны еще ресурсы. Свободный рынок концентрирует ресурсы, используя регуляторный механизм спроса/предложения. Этот принцип великолепно работает в потребительском сегменте. Но когда речь идет о вопросах созидания мира будущего – вот тут, извините, ребята, рынок не работает. Полвека космонавтика, мощнейший двигатель прогресса, была уделом государства. Только государство могло сконцентрировать необходимые ресурсы для футуристических проектов, только государство содержало тысячи ботанов, мечтающих об освоении Марса и прочих отвлеченных вещах. Да, после того, как космос вошел в повседневную жизнь цивилизованного человечества, когда возникла многомиллиардная космическая индустрия, частный бизнес стал уверенно перехватывать инициативу у неповоротливого государства. Но там, где государство ничего не создало, и перехватывать оказалось нечего.Так что реализовать масштабные задачи развития, формирующие экономику завтрашнего дня, может и должно именно государство, а государство тоталитарное имеет колоссальное преимущество – оно способно очень эффективно концентрировать ресурсы и усилия в ключевых точках. Надеюсь, пример Китая, включившегося в космическую гонку позднее всех, и уже лидирующего по валовым показателям количества пусков будет вполне убедительным. Впрочем, не только по валовым, по отдельным направлениям, например, в исследовании невидимой стороны Луны беспилотниками китайцы сегодня лидируют.Задача гипотетического постпутинского тоталитарного режима заключается как раз в том, чтобы сконцентрировать в своих руках громадные ресурсы и эффективно их вложить в проекты опережающего развития. Строго говоря, опережающее развитие – это конечный этап реализации стратегии догоняющего развития, которая позволяет аутсайдеру вырваться в лидеры. Само название говорит за себя – догоняющему, чтобы поравняться с лидером, приходится прилагать гораздо больше усилий, чем последнему. Если перевести это утверждение на экономический язык, то общество, реализующее догоняющую стратегию, вынуждено форсировать фонды развития. Сделать это можно исключительно за счет фондов потребления.Как я констатировал ранее, надежды на западного инвестора, который придет и обустроит Россию, совершенно беспочвенны. Но даже в этом случае национальный доход на долгие годы в будет в приоритетном порядке перераспределяться в фонды развития, а не потребления. В послевоенной ФРГ, реализующей реформы Эрхарда и имеющей колоссальную подпитку в рамках плана Маршалла, уровень жизни оставался крайне низким, в чем-то даже уступая показателям Восточной Германии. Бурно расти он начал только в 60-х годах, когда массированные инвестиции создали солидный экономический базис. (Продолжение).

Выбор редакции
12 марта, 16:11

Почему Россия не Корея?

  • 0

Начало здесь. Главным инвестором в Южную Корею при диктаторе Паке стала Япония, но она одна, конечно, не могла вытянуть страну из ямы. Режим Пак Чон Хи приложил немало усилий для того, чтобы выбить деньги из американцев. Им, стоит отметить, процветающая Корея была без надобности, она им требовалась исключительно как форпост антикоммунизма. Да, они в значительной степени содержали Корею, около половины госбюджета страны составляли безвозмездные вливания США, но это не было и не могло стать причиной ее процветания. Чтобы это стало понятно, приведу такую аналогию: Сегодня Кремль практически полностью содержит Лугандонию. Если сравнить расходы бюджета РФ на одну душу туземного населения, они значительно превосходят дотации американского бюджета на одного корейца. Могут ли подачки Кремля превратить Луганду в зону процветания и прогресса? Процветает в этом криминальном бантустане только кучка мафиози, контролирующих контрабанду и финансовые потоки из РФ.Ровно так же обстояли дела и в Республике Корея, которая занимала почетное третье в рейтинге американских содержантов после Израиля и Южного Вьетнама (последнему это, кстати, тоже совершенно не помогло). В среднем за 30 лет, начиная с 1946 г. США оказывали Корее помощь в размере $400 млн ежегодно, причем наиболее интенсивно как раз в годы правления Ли Сын Мана, которого считали своим в доску. Потом они, осознав, что, как говорится, не в коня корм, финансовый краник слегка прикрутили.Но лишних денег, конечно, не бывает. Бывший коммунист Пак Чон Хи продолжил продавать американцам за кэш антикоммунизм, как и Ли, но деньги эти уже не воровал. И хотел получать больше. Но что голозадая Корея могла предложить взамен? К счастью для Сеула США ввязались во вьетнамскую войну, и генерал-диктатор развернул торговлю… пушечным мясом. Теперь мало кто помнит, что во Вьетнаме, как и в ходе корейской войны помимо американского контингента с коммунистами сражались вояки из самых экзотических стран. Скажем, в Корею своих военных послал даже карликовый Люксембург. Во Вьетнаме на стороне южан отметились австралийцы и новозеландцы. Но самый крупный воинский контингент в составе двух дивизий и одной бригады прибыл из Южной Кореи.Корейцы зарекомендовали себя, как отличные солдаты – выносливые, неприхотливые, стойкие в бою и беспредельно жестокие. Вьетнамцы считают, что южнокрейцы убили 41 тысячу коммунистических военных. При этом потери экспедиционного корпуса составили всего 3800 человек, что говорит в пользу их профессионализма. Всего через Вьетнам в порядке ротации прошло более 300 тысяч южнокорейских военнослужащих. КНДР на помощь северянам отправила всего лишь одну эскадрилью и плохо оснащенные подразделения ПВО.Очевидно, что участие во вьетнамской войне нафиг не нужно было Корее, это делалось исключительно ради денег. Всякие антивоенные протесты тоталитарный режим давил на корню с образцовым фашистским гуманизмом. Безсудные расправы над инакомыслящими и пытки являлись повседневной практикой КЦРУ – Корейского центрального разведуправления. Так или иначе, но американцы не только увеличили финансовую помощь дружественному режиму, но и стали делиться технологиями, прежде всего военными, поскольку ценность Южной Кореи видели исключительно в качестве военного союзника, боевые качества которого высоко оценили во Вьетнаме.Но все же основной вклад в дело модернизации страны принадлежит внутренним усилиям. Тоталитарная Северная Корея провозгласила государственную идеологию чучхе, что дословно можно перевести как «сам себе хозяин». Тоталитарный диктатор Южной Кореи в пику Ким Ир Сену сформулировали доктрину «чучхесон», в переводе на русский означающей то же самое.В том, что южнокорейский режим начал косплеить советский тоталитаризм, нет ничего удивительного (тем более это нельзя объяснить тем, что генерал Пак в молодости был коммунистом), просто, если вам нужно в кратчайшие сроки попасть из точки А (отсталое, нищее аграрное общество) в току Б (развитое индустриальное урбанизированное общество с высоким уровнем жизни), то логичным будет взять линейку и соединить их на чертеже прямой линией. Эта прямая линия будет состоять из мобилизации экспортных возможностей аграрной экономики с целью получения ресурсов для индустриализации, форсированного развития тяжелой индустрии и инфраструктурных проектов, государственного планирования, привлечения иностранных кредитов, создания тепличных условий для инвесторов.В СССР все точно так и делалось. Из деревни выжали все соки, чтобы продать за валюту зерно, создали даже специальный отдел в НКВД, который занимался поиском кладов, которые состоятельные люди попрятали во время революции и гражданской войны. Сегодня упоротые либерасты пренебрежительно плюются: мол, сталинская индустриализация – это миф. Индустрию русским дикарям построили немцы и американцы. Действительно, список заводов, спроектированных и построенных под ключ зарубежными компаниями, состоит из сотен наименований. Но счет только крупных предприятий, ежегодно вводимых в строй, шел на тысячи. В валовом объеме инвестиций первой пятилетки иностранцам принадлежит не более 4% (в основном они инвестировали в концессии), потом эта цифра снижается, падая до нуля.Да, соглашусь, что без иностранных технологий столь быстрый взлет советской промышленности был принципиально невозможен. Однако речь стоит вести не о том, что добрые капиталисты пришли и все построили русским, а о ПОКУПКЕ у них технологий и интеллектуальных услуг. Только один факт: в 1930 г. между советским «Амторгом» и американской компанией Albert Kahn, Inc был заключен контракт, согласно которому фирма Кана становилась главным подрядчиком советского правительства по промышленному строительству и получала пакет заказов на строительство промышленных предприятий стоимостью $2 млрд, что даже по нынешним меркам является астрономической суммой, эквивалентной $250 млрд в нынешних ценах (пять олимпийских бюджетов!). И это только одна из десятков крупных западных компаний, что работали в СССР. Да, впоследствии сотрудничество было свернуто, и фирма «Канн», вероятно, заработала значительно меньше оговоренной суммы, но все же она успела спроектировать строительство более 500 предприятий, включая тракторные (танковые) заводы в Сталинграде, Челябинске, Харькове; автомобильные заводы в Москве и Горьком.Действительно важным было то, что Советский Союз купил на Западе технологии, предельные для IV-го техноуклада, связанные с электрогенерацией, двигателестроением, радиотехникой и т. д. И дело тут вовсе не в желании капиталистов помочь большевикам, а в банальной жажде наживы. Большую роль сыграло то, что первые советские пятилетки пришлись на годы Великой депрессии, и для многих западных фирм контракты с СССР означали возможность выжить, за них реально дрались. Но оплатили это сами русские! Поэтому утверждение о том, что сталинская индустриализация была осуществлена за счет внутренних ресурсов, абсолютно бесспорно. Именно каторжный труд советских рабов (если называть вещи своими именами, то именно так) был источником тех ресурсов, которые пошли на закупку заводов на Западе.Ровно та же ситуация ив Корее. Разница в том, что если в СССР сначала строили тяжелую индустрию, а потом на этой базе создавали легкую промышленность, то в Корее начали именно с легкой, в чем и помогли японцы. Однако это объясняется следующим образом. СССР на начальном этапе черпал ресурсы для индустриализации, выжимая соки из деревни и торгуя сырьем, в первую очередь нефтью. В Корее же сельское хозяйство было настолько малопродуктивно, что не могло обеспечить миской риса даже собственное население, повсеместно было распространено употребление в пищу суррогатов – трава, водросли, кора деревьев. Никаких источников сырья, которое можно продать, в стране тоже не было абсолютно. Поэтому ставка была сделана на максимальное использование ЕДИНСТВЕННОГО ресурса Кореи – дешевой рабочей силы.Японцы построили швейные фабрики и комбинаты по производству примитивного ширпотреба – резиновой обуви, мягких игрушек, париков, посуды и т. п., а корейцы вкалывали на них по 14 часов в сутки, имея пару выходных дней в году. Я нисколько не преувеличиваю, корейцы и сегодня понятия не имеют, что такое отпуск, а нынешние 4 выходных дня в месяц – это громадное достижение по сравнению с 90-ми, когда они отдыхали всего два дня в месяц. Несмотря на то, что формально в 2004 г. в стране введена 5-дневная 40-часовая рабочая неделя, сила традиции настолько велика, что повсеместно работники «добровольно» отказываются от своих прав и продолжают «жить на рабочем месте». Это, кстати, привело к демографическому кризису, потому что слишком большая занятость на работе не оставляет корейцам времени на создание семьи и рождение детей. Не шучу, именно эта причина и является главной. Так же этот трудоголизм является основной причиной самоубийств, по числу которых на душу населения очень богатая, стабильная и образованная Корея занимает первое место в мире. Но это – сегодня. В 60-70-е годы в Корее был просто Освенцим без всяких преувеличений. Люди в буквальном смысле слова дохли, как кони, от работы. Причем в первое десятилетие реформ генерала Пака несмотря на значительный, в среднем 8-10% экономический рост, уровень доходов населения был фактически заморожен. И это логично, ведь если оперировать экономическими понятиями, национальный доход перераспределялся в фонды развития, потребительские фонды искусственно ограничивались. Причем надо отдать должное диктатору, он не позволял и олигархам шиковать.Тут надо пояснить корейскую специфику. Формально государство не отбирало у экономических агентов деньги в один котел, чтобы тратить их на проекты развития, как это имело место в СССР, где государство распоряжалось абсолютно всем. Наоборот, в Корее был установлен минимальный уровень налогов, что привлекало внешних инвесторов. Денег в бюджете государства было ничтожно мало, потому что с масс, живущих той самой миской риса в год, вообще нечего было брать, а бизнес являлся в то время скорее потребителем ресурсов, чем их источником. Фактически же государство распоряжалось бюджетом частных компаний так же, как казенными средствами. Напомню, что экономика страны была гипермонополизирована и оформлена в виде чеболей, которые в 80-е годы давали около 70% ВВП (сегодня порядка 45%). Чеболи же, контролируемые отдельными семьями, были настолько тесно связаны с государством, что грань между ними была совершенно размыта. Однако догмы классического марксизма, постулирующего, что государство есть служанка крупного капитала, в корейских реалиях показали свою полнейшую несостоятельность. Именно крупный капитал был служанкой государства, и никак иначе!Генерал Пак лично вызывал владельцев чеболей к себе в кабинет и раздавал им указания, какие предприятия открывать. Решения корейского госплана по объемам и ассортименту продукции, объемам капвложений корейские капиталисты могли обсуждать только в одном направлении – как перевыполнить плановые показатели. Высказывать сомнения в мудрости диктатора было чревато как для нищего студента, так и для любого магната. Пак Чон Хи создал лично ему подконтрольное Корейское центральное разведывательное управление (КЦРУ), которое любого недовольного пускало врасход без суда и следствия.Кстати, еще одна параллель между сталинским СССР и диктатурой Пака просто бросается в глаза: генерал-диктатор создал практику тотального стукачества: все доносили на всех. Спецслужбы имели папку компромата буквально на каждого гражданина. Причем в отношении простолюдина донос был достаточным основанием для того, чтобы тот навсегда сгинул в пыточных подвалах КЦРУ. Генерала Пака давно нет, но созданная им система всеобщего стукачества сохранилась, причем сами корейцы считают это большим благом. Ну, в каком-то смысле они права. В Южной Корее преступность, как таковая, отсутствует, обычная кража считается чем-то из ряда вон выходящим. Какой смысл воровать, если тебя тут же сдаст твой же подельник, скупщик краденого или член твоей семьи? Это же обстоятельство заставляет граждан с трепетом относиться к законам и не допускать самой мысли о возможности их нарушить.В отношении олигархов физическое устранение было, конечно, лишним, они прекрасно понимали, что в один миг могут лишиться всего, и судьбу не искушали, боясь вызвать гнев диктатора. О том, насколько Пак Чон Хи был крут нравом, говорит такой случай: однажды он пришел в ярость, когда на правительственном приеме увидел бриллианты на женах некоторых владельцев чеболей. Генерал Пак считал, что тратить деньги на роскошь равноценно воровству. Вся прибыль чеболей должна реинвестироваться в основной капитал, и точка! Больше подобной наглости рулевые корейского бизнеса себе не позволяли. О том, чтобы публично демонстрировать уровень своего достатка (дворцы, лимузины, загулы в ресторанах), даже речи не шло. И впахивали олигархи те же 14 часов в сутки 365 дней в году, как и их бесправные рабы на заводах и фабриках.Бесправные рабы – это вовсе не фигура речи. Вся страна была превращена в ГУЛАГ. Обычной практикой было, например, принудительное переселение целой деревни в город и «приписка» крестьян к какому-нибудь заводу. Сталинизм тут просто отдыхает. Никакой системы социальных гарантий не существовало. Например, пенсионная система появилась в Корее только в 1988 г., однако в 2002 г. лишь 6,5% граждан старше 65 лет получали государственную пенсию, а 20% не получали вообще никакой. В годы диктатуры же корейцы вообще не знали такого слова, как «пенсия», обязанность кормить стариков была возложена на детей. Впрочем, до старости корейцы в те годы доживали нечасто. Рассчитывать на пособие по инвалидности, скажем, вследствие производственной травмы корейский рабочий мог лишь с 1995 г. Вот такой парадокс: уровень жизни в Южной Корее на уровне западно-европейских стран, а институты соцзащиты до сих пор в зачаточном состоянии. Это наследие тоталитарной диктатуры. Генерал Пак прилагал немало усилий, чтобы уничтожать в зародыше какое-либо профсоюзы (они были запрещены), правозащитное и протестное движение, для чего и насаждалась практика всеобщего доносительства. Все логично: чем больше благ выбьют себе рабочие, тем жирнее будут фонды потребления, но оскудеют фонды развития. Вот именно в этом и заключается эффективность тоталитарного режима – он способен концентрировать колоссальные ресурсы в фондах развития и ограничивать фонды потребления совершенно драконовскими методами. При демократии и авторитарных олигархических режимах у государства отсутствуют инструменты для подобной сверхконцентрации. Лишь тоталитарный режим может заставить «жить на работе» не только работяг, но и олигархов.Благодаря тоталитаризму Южная Корея получила еще один важный источник развития – иностранные кредиты. Отмечу, что в 60-е годы практика житья вдолг не была так распространена, как сегодня (кредитная «масленица» началась лишь в 90-е годы), однако Корее кредиторы с большим удовольствием давали взаймы, потому что, во-первых, более дисциплинированного плательщика, чем корейцы, не было за всю историю человечества. Во-первых, система государственного планирования практически исключала риск неокупаемости инвестиций. Ведь если генерал Пак приказал олигарху Чану строить завод промышленных кондиционеров, то одновременно он разверстал строительному магнату Чонгу обязанность покупать 100% выпущенных заводом продукции. Поэтому если фирма взяла кредит, она гарантированно будет его обслуживать.При малейшем намеке на попытку нарушить график выплат или потуги «рекструктуризировать» долг к кредитору приходили серьезные ребята из КЦРУ и вежливо объясняли, что не стоит расстраивать диктатора. Наконец, платежеспособность частных чеболей гарантировало государство. Государство было нищим, но ни один международный банкир не сомневался, что стоит только генералу Паку бровью повести, и за самого безнадежного банкрота добровольно заплатят долг другие предприятия, формально никак с ним не связанные. Концлагерный принцип круговой поруки и коллективной ответственности действовал не только для низов общества, но и для верхов.Эксперты по всем вопросам, которых миллионы расплодились в энторнетах, с апломбом великих знатоков скажут, что успех корейской модернизации заключался не только в том, что США накачали режим Пака деньгами (выше показано, что это совершенно не соответствует действительности), но и открыли свой, а в широком смысле слова, мировой рынок для сбыта корейской продукции. Это еще один глупый штамп. Дело в том, что на первом этапе индустриализации Южная Корея производила самый элементарный ширпотреб, для которого в принципе невозможно «открыть/закрыть рынок», как например для производителей стали или авиатехники. Вы можете себе представить принятие в Америке закона о повышении ввозных пошлин для производителей корейских тапочек или кубиков из бамбука с целью защиты местного производителя? Примитивный корейский ширпотреб в 60-70-х годах буквально захлестнул весь мир благодаря своей дешевизне примерно так же, как в 90-е это имело место быть с китайскими товарами.Но наращивание и экспорт ТНП за счет каторжного труда корейской рабсилы – это был лишь первый, и далеко не самый сложный этап модернизации. Его целью было генерация денежного потока для инвестиций в тяжелую индустрию. Тут же ситуация выглядела на первый взгляд совершенно безнадежной. Южная Корея – фактически остров, имеющая вместо сухопутной границы линию фронта с КНДР (война формально не прекращена до сих пор, действует лишь перемирие). Будучи отрезанной от остального мира, страна должна создать свой торговый флот, чтобы развивать внешнюю торговлю. Соответственно, закладываются крупные верфи. Верфям нужна сталь. Значит, корейский госплан обязывает какой-нибудь чеболь строить крупный металлургический комбинат. Для всего этого нужно очень много энергии, но в Корее нет ни нефти, ни крупных рек. Не беда, партия и правительство повелевают немедленно приступить к строительству атомных электростанций. Чтобы обеспечить все эти мегастройки, создаются нефтеперерабатывающие комплексы, химические комбинаты, цементные заводы, сеть прекрасных дорог.Все это происходит одновременно, и, что самое удивительное, на абсолютно пустом месте! Ну, какое судостроение могло быть в стране, где раньше не делали ничего сложнее рыбацких лодок? Я уж молчу про атомную промышленность. Но если генерал-диктатор приказал, то ослушаться никто не смел. И корейцы построили самые крупные в мире верфи (ныне корейцы спускают на воду 35% мирового флота по тоннажу) металлургические комбинаты и нефтеперерабатывающие заводы. Банкиры, поверив в Корею, с удовольствием расширяли кредитные линии. Иностранные инвесторы, оценив фантастическую дисциплинированность и баснословную дешевизну местной рабсилы, готовы были рискнуть, имея в виду высокую рентабельность своих вложений. Но для реализации столь масштабных проектов нужны были квалифицированные кадры, тут мало будет лишь рабской покорности бывших крестьян.Все было предусмотрено заранее, в Корее в кратчайшие сроки был сформирован настоящий культ образования (позднее эту практику полностью скопировал сингапурский диктатор Ли Куан Ю), причем дело тут не только в усилиях пропаганды. При диктатуре Пака образование, во-первых, стало фактически единственной возможностью подняться с социального дна, во-вторых, оно стало реально доступным. Для поступления в университет достаточно было сдать вступительные экзамены. С коррупцией в сфере образования карательные органы боролись с показной жестокостью. Так же государство фактически ликвидировало элитное образование для богатых и даже… боролось с практикой репетиторства.И бедные, и богатые вынуждены были пользоваться одной государственной школой, которая таким образом вынуждена была «подтянуться». Количество студентов в течение нескольких лет выросло в 10 раз, государство реализовало программу обучения корейцев в иностранных вузах (при этом количество «невозвращенцев» было близко к нулю). Фашистский диктатор Пак один в один повторял шаги большевистской диктатуры, которая так же начала массированную подготовку специалистов почти за 10 лет до старта программы индустриализации. Сегодня Республика Корея занимает 1-3 места (по версиям различных экспертных организаций) в мировом рейтинге стран с самым высоким уровнем образования.Тоталитарные режимы, что правые, что левые, действуют единообразно не потому что их роднит кровавость и жестокость, а просто потому, что тоталитаризм – это мобилизационный инструмент, который стремится действовать в русле экономической целесообразности, которая политически совершенно бесцветна. Тоталитарная диктатура неизменно возникает там, где нужно заставить людей много и почти бесплатно работать. В следующий раз я закончу обзор корейского экономического чуда и постараюсь показать механизм проектной трансформации диктатуры в демократию. Это действительно сложный и интересный вопрос, который оказался за рамками общественных наук в РФ: почему одни тоталитарные диктатуры приводят свои страны к катастрофе, а другие возносят их на вершину социальной иерархии? Я, если честно, вообще не уверен, что в Раше есть общественные науки. Если их не было при совке, то откуда им появиться в РФ? На наших глазах произошла гигантская по масштабу метамарфоза – деструкция тоталитарной и во многом очень успешной империи с последующим инволюционным пике практически для всех осколков СССР. Но где хоть один ученый, который хот бы попытался проанализировать на системном уровне это явление? С официозными «учеными» все ясно, они обслуживают текущие запросы правящего режима. Но независимые исследователи, пытающиеся разрабатывать эту тему, демонстрируют разве что полнейшую убогость мысли, не в силах выйти за пределы примитивного поцреотического пропагандонства. Пока же коснусь заявленной темы: возможно ли трансформация РФ или Украины в цивилизованную жизнеспособную страну по южно-корейскому пути? К сожалению, корейская концепция модернизации не может быть положен в основу проекта развития восточных славян. Главная причина – для того, чтобы повторить корейское чудо, надлежит быть азиатом. Ни русские, ни украинцы (а они были и остаются ментально русскими, как бы яростно не пытались это отрицать), ни предельно дисциплинированные и искренне любящие орднунг шведы с немцами, даже близко не способны к такой концентрации трудовых усилий, каковую демонстрируют корейцы (в меньшей степени – японцы, китайцы, вьетнамцы). У русских в принципе отсутствует та культура коллективного труда, основанная на отказе от личной воли и стремлении подчиниться воле большинства, раствориться в серой массе. Причина вовсе не в многовековом влиянии конфуцианства, а в совершенно прозаичном базисном факторе, в том самом бытие, которое определяет сознание.Когда я слышу унылый бред славянофилов и прочих слабоумных толкователей «загадочной русской души» о якобы коллективистской природе крестьянского характера, будто бы сформированного тысячелетним опытом общинного земледелия, мне смешно. Ребята, вы вообще понимаете, о чем трендите? Дело не в том, что оседлая сельскохозяйственная община в том виде, в каком мы ее понимаем – явление довольно позднее, сложившееся в России лишь в XVII столетии. Возделывание таких злаков, как пшеница или рожь развивают в крестьянине как раз хуторянский индивидуализм, а в климатических условиях Северо-Востока Европы провоцируют еще и непреодолимую тягу к рассеянию, желанию как можно сильнее оттолкнуться от коллектива и максимально дистанцироваться от него в буквальном, географическом смысле слова.Именно поэтому доминирующим типом поселения для русского пахаря на протяжении веков была деревня-однодворка (привычнее нам будет называть ее словом «хутор»), а основным методом хозяйствования – полукочевое земледелие, дающее максимальный эффект при подсечно-огневом типе земледелия. Если уж говорить об исторических корнях слабой способности русских к социальной самоорганизации и низкой культуре общественных отношений, то причину логичнее видеть именно в этом, а вовсе не в пресловутом крепостном праве, которое как раз хоть какую-то культуру социального взаимодействия, пусть и убогую, земледельцу прививало. Проблема в том, что на протяжении веков русский земледелец в большей степени был вынужден общаться с природой, нежели с социумом. Примерно то же самое я могу сказать о якобы феноменальном трудолюбии великорусского пахаря. Да, экстремальные климатические условия, в которых он обитал, выработали у него способность к кратковременной концентрации трудовых усилий, но путать это с трудолюбием все же не стоит. Именно каторжность труда в напряженные периоды сельскохозяйственного сезона (посевная и жатва) мало способствовала пробуждению любви к труду. Русский скорее любит праздность, чем каторгу. И уж что дается потомкам гордых скифов категорически тяжело, так это систематический труд (это я и по себе знаю). Я вовсе не пытаюсь сейчас ритуально русофобствовать, всего лишь констатирую факт: русские – популяция, не культивирующая труд, как первейшую добродетель в силу как раз господствовавшего веками традиционного уклада их жизни. При этом я столь же бесстрастно признаю, что потомки кочевых цивилизаций имеют совсем уж низкую трудовую культуру. Собственно, сами кочевые цивилизации давно исчезли именно потому, что обладали слишком малопродуктивным хозяйством, что делало их неконкурентоспособными, рудиментарно сохранившись только в форме ближневосточных нефтяных эмиратов, которые окончательно выродятся с закатом углеводородной эпохи. У этих товарищей труд, тем более, труд физический – есть позор и признак лузерства. Но здесь мы имеем дело с совершенно случайным феноменом, когда рыночная конъюнктура, делающая рентабельной рентную экономику, удачно наложилась на соответствующий менталитет племен,  населивших беднейшие на поверхности земли, что скрывают в недрах богатые запасы черной жижи. Но вернемся к Корее. Дальний Восток и Юго-Восточная Азия – ареал риса. Рис обладает феноменальной энергетической продуктивностью, давая максимальный выход калорий с единицы площади, позволяя прокормиться буквально с клочка земли. Этим объясняется высокая плотность населения (разумеется, по меркам аграрной цивилизации) на востоке Азии, что способствовало более глубокой социализации аборигенов. При этом культивирование риса требовало колоссальных трудозатрат и напряженного, кропотливого монотонного труда. Обрабатывать землю мотыгой и втыкать вручную каждый росток – это вам не на лошади сохой пахать гарь, да пригоршнями семена раскидвать. И, самое главное, рисовая плантация представляет собой сложнейшее гидротехническое сооружение, состоящее из десятков, сотен или даже тысяч подтопленных полей, разделенных дамбами и соединенных разветвленной системой протоков, часто в условиях замысловатого горного ландшафта (см фото вверху). Создание и поддержание в работоспособном состоянии такой сложнейшей системы требовало, во-первых, согласованного труда сотен людей, во-вторых, беспрекословного подчинения руководителям, управляющих жизнью большой общиныи организующих ее труд. Вот отсюда и выросли феноменальный восточный коллективизм и  предрасположенность к системам управления тоталитарного типа.В комментариях к прошлому посту некоторые пользователи ехидничали: мол, скажи, аффтар, насколько реально сегодня заставить корейцев вкалывать 14 часов в день у станка за миску риса? Отвечаю: вкалывать у станка за миску риса у них теперь нет необходимости, промышленные роботы успешно заменяют людей на производстве, и Корея является одним из мировых лидеров в деле роботизации. Но заставлять вкалывать 14 часов в офисе их не надо, они делают это совершенно добровольно и с абсолютно непонятным нам, людям иной культуры, энтузиазмом.Констатирую, что повторить путь Южной Кореи ни Россия, ни Украина не смогут никогда, люди не те. По той же причине не смогут они реализовать и сценарий чучхейской социалистической автаркии по леалам КНДР. Однако очень многое из успешного корейского опыта с неменьшим успехом может быть реализовано и на диких просторах Северной Евразии. Одно непременное условие: для этого потребуется жесткая фашистская диктатура. (Продолжение следует)

Выбор редакции
09 марта, 16:01

Фашизм, как путь к процветанию

  • 0

При слове «фашизм» у ватного дурачья накаляются духовные скрепы, а ротик непроизвольно начинает конвульсировать, изрыгая лозунги в духе «дидываивали» «можем повторить!» и «смерть бандеровским псам!». То, что в Раше давно выстроен расово правильный фашизм, их, конечно, не смущает. Но я сейчас не собираюсь заниматься ни пропагандой фашизма, ни борьбой с ним. Давайте проведем элементарный системный анализ тоталитарных режимов на предмет их актуальности для постпутинской РФ.Поскольку обыватель совершенно не видит разницы между авторитаризмом и тоталитаризмом, начну с разъяснения ключевой разницы. Авторитарные режимы ставят своей задачей консервацию власти одного лица (семьи, клана) узурпировавшего власть, при необходимости жертвуя ради этого всем остальным. Венесуэла дает нам наглядный пример того, в какую цену обществу обходится приверженность авторитарной диктатуре. Тоталитаризм же основан не на всевластии конкретного лица, а на господстве идеи (политической доктрины), на реализацию которой затачивается система управления. Внешне тоталитарные и авторитарные режимы выглядят совершенно одинаково, в обоих случаях государство стремится контролировать все сферы жизни общества, душит инакомыслие, не допускает существования оппозиции и подавляет общественный протест.Более того, очень часто тоталитарным режимам свойственна автократия, то есть неограниченный контроль над системой управления со стороны одного лица и культ фигуры вождя, а в авторитарных режимах пропаганда провозглашает свершение великих социальных преобразований, что вообще не позволяет квалифицировать различие между авторитарными, автократическими и тоталитарными режимами по внешним признакам. Различие в данном случае носит сущностный, содержательный характер и проявляется исключительно в практике госстроительства и экономической стратегии. Тоталитарный режим, если предельно концентрировать суть, выполняет задачу развития. Диктаторы меняются, как в Иране, ИГИЛ или КНДР, но примат идеи (госидеологии, религиозной доктрины, экономической концепции) над властью диктатора сохраняется. В Китае же после смерти Мао, диктатуру осуществляет не конкретное обожествляемое лицо, а коллектив старейшин ЦК КПК. Персонально глава КНР выполняет, скорее, представительские функции, чем диктаторские полномочия, но тоталитарный характер режима от этого не меняется.Успешно ли тоталитарная идея реализуется, или нет – это уже другой вопрос. Сама задача может быть сформулирована верно, но исполнена отвратительно. Бывает и наоборот – исполнители блестяще справились с задачей, которая изначально была поставлена неадекватно, и общество от этого нисколько не выигрывает. Опять же, адекватность задачи и успешность ее реализации совершенно по-разному оцениваются в различные исторические периоды. Скажем, в Польше сегодня чуть ли не боготворят Лешека Бальцеровича, отца доктрины «шоковой терапии», в то время как 25 лет назад не было в стране фигуры, которую проклинали бы более неистово.Что касается нынешнего совершенно фашистского по форме режима в Раше, то при всей его автократичности тоталитарным он и близко не является. Он вообще принципиально не ставит перед собой никаких задач развития, как бы ни тужилась пропаганда, придумывая пафосные лозунги про модернизацию, удвоение ВВП, энергетическую сверхдержаву, освоение луны и расширяющийся русский мир. Власть решает, и довольно успешно, только одну задачу – адаптацию территории для дерибана сворой путинских дружков (в более широком смысле – мафией, как господствующим общественным классом).Тоталитаризм сам по себе не плох и не хорош, это всего лишь инструмент, который может быть эффективно (или бездарно) использован, как во благо, так и во вред. Гитлеровский тоталитарный режим был суперэффективным, иначе ему бы не удалось убить десятки миллионов людей, которые этому отчаянно сопротивлялись. Режим Пол Пота в Кампучии являлся гораздо более кровожадным, но технологически отсталым и организационно неэффективным, поэтому его жертвами стали всего лишь миллиона полтора человек. Но давайте рассмотрим обратные примеры, когда тоталитарные режимы ставили перед собой прогрессивные задачи развития и успешно достигали поставленной цели. Отличной иллюстрацию дает нам Южная Корея. Предысторией будет японская колонизация Корейского полуострова, которая длилась с 1910 г. по 1945 г. Кстати, колониализм – вполне себе эффективная форма цивилизационного генезиса. Там в папуасиях, где белые люди господствовали дольше и плотнее, сегодня сложились более-менее эффективные социальные системы, культурно и экономически интегрированные в мировое сообщество. А вот там, куда они не дотянулись или откуда их успешно турнули, царит первобытный мрак и дикость. Эфиопия – единственная африканская территория, имевшая собственнуюочень древнюю государственность и никогда не бывшая колонией, если не считать краткого периода итальянской оккупации 1935-1941 гг. Чем эта вторая по величине населения африканская страна известна миру? Разве что тем, что тамошние дети от голода мрут, как мухи.Японцы в свое время сыграли большую роль в модернизации Кореи. Именно благодаря колонизаторам в северной части полуострова появилась довольно развитая по азиатским меркам промышленность. На момент аннексии в Корее насчитывался 151 завод, а к концу колониального периода – 7 142. Не смотря на откровенно дискриминационную политику японцев по отношению к местному населению, колониальный период характеризуется невиданными ранее темпами экономического роста. Колонизаторы создали систему начального образования, привили местным современные понятия о гигиене, создали систему здравоохранения, открыли университет, ликвидировали средневековую архаику, упразднили монархию, разработали основы законодательства и ввели местное самоуправление, инициировали издание корейских газет. В результате продолжительность жизни аборигенов поднялась практически вдвое с 23 до 43 лет, значительно изменился образ и вырос уровень жизни, возникла национальная литература, кинематограф.Аграрный юг оказался гораздо менее индустриализован, там появились в основном лишь предприятия пищевой и легкой промышленности. В ходе Второй мировой войны Северная Корея была занята Красной Армией, юг полуострова перешел под контроль США согласно ранее достигнутым договоренностям между союзниками. Именно это стало причиной появления двух Корей. В 1950 г. северяне (КНДР) напали на юг (Республика Корея) с целью его поглощения. Учитывая подавляющее превосходство северокорейской армии (у южан фактически отсутствовала бронетехника и авиация), колоссальный ресурсный разрыв между соперниками и содействие коммунистическому режиму Ким Ир Сена со стороны СССР и Китая, поражение южан скоро стало свершившимся фактом. Через месяц после начала боевых действий северяне контролировали свыше 90% территории полуострова за исключением так называемого Пусанского периметра.Фактически решение о вторжении в Южную Корею принял Сталин. Весьма показательно, что к концу 1949 г. советские военные советники покинули КНДР, дабы избежать обвинений в содействии агрессору, но после начала боевых действий снова вернулись в страну под видом военных корреспондентов ТАСС. Это был третий масштабный случай использования «ихтамнетов» после испанской гражданской и японо-китайских войн.После того как ООН санкционировала военную помощь Южной Корее, на пусанском плацдарме высадились американские войска и их союзники. Вскоре южане при содействии сил ООН перешли в наступление и ситуация отзеркалилась – войска КНДР были разгромлены, их столица пала. В этот момент в войну встрял Китай. Советский Союз ограничился посылкой летчиков-«ихтамнетов» и увеличением числа военных советников-«журналистов».В итоге самая кровавая бойня после окончания Второй мировой войны закончилась практически ничем, став самой бессмысленной: линия фронта стабилизировалась в районе старой границы по 38-й параллели. Но юг Кореи, и без того достаточно отсталый, по которому дважды прокатилась волна боев, был превращен буквально в пепелище. Север тоже сильно пострадал от бомбардировок, но его промышленный потенциал был в значительной степени сохранен и довольно быстро восстановлен. Югу же просто нечего было восстанавливать – там не было не только промышленности, но и рабочих, инженеров, учебных заведений. Про научные кадры как-то даже и говорить смешно.Говорить, что в Корейской войне столкнулись силы тоталитарного зла и демократия, совершенно не приходится. Дело в том, что на юге никакой демократией даже не пахло, у власти находился кровавый режим авторитарного диктатора Ли Сын Мана. Кстати, ватники сегодня отрицают фашистский характер диктатуры в РФ, мотивируя это тем, что в стране власть избирается, в то время как диктатура устанавливается в результате силового захвата власти. Это в корне неверно. Ли Сын Ман трижды побеждал на выборах, причем первый раз совершенно честно. Точно так же и Ельцин первые выборы еще в РСФСР триумфально выиграл без каких-либо фальсификаций. Однако с первых же дней у власти Ли развернул тотальный террор, начав без всяких заморочек просто расстреливать своих конкурентов, оппонентов и просто критиков. Для этого достаточно было всего лишь объявить неугодное лицо сторонником коммунистов.  Точно так же в нынешней Раше для расправы с недовольными достаточно объявить их террористами, экстремистами и оскорбителями чувств верующих. Естественно, диктатор опирался исключительно на лично преданных ему лиц, из которых формировался руководящий состав органов власти. Карательные органы возглавлял друг Ли Ким Чанг Рёнг, которому было позволено проводить внесудебные расправы над противниками режима. Надо сказать, использована эта возможность была на полную катушку. Так в ходе крестьянского восстания на острове Чеджудо каратели Ренга вырезали не менее 10 тысяч местных жителей, абсолютное большинство которых было некомбатантами. Убивали спецслужбы не только политических противников. По заказу президента Ли Ким Чанг Ренг осуществил убийство даже главы правительства Южной Кореи Кима Гу, который годом ранее противостоял ему в ходе президентских выборов. Думаю, никого не удивит, что еще дважды при таких подходах Ли Сын Ман с триумфом побеждал на «выборах». Правда для этого пришлось переписать избирательное законодательство. Дело в том, что до этого глава страны избирался Национальной Ассамблеей. Но, шансы на то, что депутаты изберут кровавого палача и наглого коррупционера президентом повторно, были равны нулю. Поэтому Ким возжелал провести всенародные выборы себя на трон. Парламент отказал ему в этом праве. Диктатор провел массовые аресты оппозиционных депутатов и повторно внес на рассмотрение Ассамблеи поправки. В этот раз большинство проголосовало «за». Это я к тому, что формальные демократические процедуры никоим образом не мешают приходу к власти кровавых диктаторов.Кстати, традиции убивать своих бывших соперников по избирательной гонке Ли не изменил. В 1956 г. он в третий раз победил на общенародных выборах в первом туре, набрав 70% голосов. Однако его спарринг-партнер Чо Бон Ам неожиданно для всех получил 30% благодаря протестному голосованию по схеме «кто угодно, только не Ли». Через три года накануне следующих выборов Чо Бон Ам был обвинен в госизмене и казнен. Кстати, по закону Ли не мог баллотироваться на четвертый срок (третий, если иметь в виду всенародные выборы). Не беда, законодательство в очередной раз шлифанули, отменив это ограничение.В 1960 г. 84-летний диктатор в четвертый раз побеждает на выборах, набрав в этот раз 100% голосов избирателей. Оппонировать ему должен был «молодой» 65-летний либерал Чо Бён Ок, но он, знаете ли, немножко умер за месяц до дня голосования. Так что Ман баллотировался в гордом одиночестве и у избирателя был выбор: выбирать либо Ли, либо Ли, потому что графу «против всех» давно уже отменили, а участие в выборах стало не правом, а обязанностью граждан. Ничего не напоминает? Чтобы аналогия была совсем уж явной, отмечу, что корейская диванная «оппозиция» призывала не к бойкоту выборов, а к порче бюллетеней. Дебильные розовые эльфы в РФ уже лет 10 практикуют этот онанизм. В Корее эта стратегия продемонстрировала свою полнейшую бесперспективность: свыше 11% бюллетеней в 1960 г. оказались испорченными. И что с того? Да никто даже внимания не обратил на эти мелочи.«Оппозиция» решила отыграться на выборах вице-президента, но они были грубо сфальсифицированы, в результате чего пост получил ставленник Ли. Казалось бы, эка мелочь! Но быдло схавало 100% голосов за старого маразматика Мана на выборах 15 марта 1960 г, а вот 79% голосов его протеже Ли Ги Буну через три недели не простило. На улицы вывалили массы, полиция разбежалась, армия после нескольких кровавых стычек побоялась стрелять в народ. Протестанты буквально затопили Сеул. Казавшийся незыблемым путинский авторитарный режим обрушился в течение нескольких дней. Ли Сын Ман понял, что это конец, спешно написал заявление об отставке и сбежал на американском самолете в США, где скончался в возрасте 90 лет.Ура, демократическая апрельская революция победила! Но период демократической республики продлился в Корее на пару месяцев дольше февральской республика в России в 1917 г. 16 мая со Второй республикой в Корее покончил военный переворот под руководством генерал-майора Пак Чон Хи. Массы, надо сказать, с энтузиазмом поддержали новую революцию и военную хунту, которая объявила в стране… Перестройку. Был даже создан Верховный совет национальной перестройки – высший орган власти в стране, стоящий над правительством.По внешнему антуражу фашистский режим Пак Чон Хи мало отличался от 13-летней диктатуры Ли Сын Мана – точно так же диктатор физически устранял своих противников. Формальный лидер страны, глава совета по перестройке, начальник генштаба генерал Чан Доён был арестован через два месяца после военного переворота, его сменил неформальный лидер путчистов Пак Чон Хи.  После совет был распущен, а генерал Пак выставил свою кандидатуру на президентских выборах, которые и выиграл. Выборы, как видим, продолжают использоваться для легитимации правящего режима, который точно так же, как и предыдущая диктатура, подавлял всякую оппозицию, осуществлял охоту на ведьм, топил в крови народные бунты. Смешно, но в деле защиты личной власти Пак Чон Хи зеркально повторял действия Ли Сын Мана. Конституция запрещает одному лицу занимать пост президента боле двух раз? Не беда, Конституция переписывается, ограничение снимается, генерал идет на третий срок. Парламент проявляет строптивость? Он распускается росчерком пера диктатора. Диссиденты поднимают голову? К стенке их! Народ выходит на улицы протестовать? Ой, непорядок! В стране отменяется Конституция, вводится военное положение, и отныне кто собирается больше трех или нарушает комендантский час – тех можно пускать в расход на месте, как предателей и пособников врага.  Но…Но новый фашистский режим являлся уже тоталитарным, то есть имел более масштабную цель, чем удержание власти очередным царьком. Да и сам диктатор был уже вторичен. На первое место вышел масштабный план модернизации страны. Вводится чисто советская практика государственного планирования, осуществлявшаяся в период 1962-1997 гг., в ходе которых стахановскими методами строился капитализм. Под мудрым руководством партии и правительства в стране возникают чеболи – крупные монополистические корпорации, аналоги японских дзайбацу. Широко известные сегодня в мире Samsung, LG Group, Hyundai, Daewoo – те самые чеболи.Ситуация при старте реформ на первый взгляд была просто безнадежной: Южная Корея – одна из беднейших стран мира с душевым доходом $72 в год. Промышленности в аграрной стране практически нет. То, что осталось от колонизаторов, перемолото в ходе гражданской войны. Гораздо хуже то, что не было квалифицированных рабочих, инженерных и научных кадров, системы их подготовки. Страна не обладала вообще никакими природными богатствами. В отличие от КНДР на Юге не оказалось ни рудных месторождений, ни запасов угля, кроме очень малых по объему и плохих по качеству, негодных для промышленности (именно поэтому японцы развивали промбазу на севере полуострова). Кстати, КНДР в тот момент бурно развивалась благодаря своей индустрии и массированной поддержке СССР и Китая, уровень жизни северокорейцев был заметно выше, чем на Юге.В среде диваных интернет-экспертов сильно заблуждение, что корейское экономическое чудо было оплачено Америкой, чьей марионеткой являлась Южная Корея. Это бред. Действительно, Корея получала финансовую помощь от США все годы правления Ли Сын Мана, который был «их сукиным сыном». Но эти деньги шли на финансирование дефицита бюджета, а вовсе не на программы развития, которых просто не существовало. Разумеется, значительная, возможно даже большая часть американских подачек разворовывалась коррумпированной шайкой дружков президента Ли, но американцы закрывали на это глаза, поскольку свои обязательства перед Вашингтоном диктатор выполнял – решительно боролся с коммунизмом внутри страны, поддерживал в дееспособном состоянии армию (собственно на нее американцы помощь и выделяли) и стоял на страже американских интересов на линии разграничения по 38-й параллели. Большего от него никто не ждал, не требовал и денег на улучшение жизни масс не давал.Главным внешним инвестором корейских реформ благодаря усилиям генерала Пака стала Япония, которая к тому времени уже восстала из пепла. Это было довольно смелым и рискованным шагом диктатора. Дело в том, что в корейском обществе процветала ярая японофобия. Кто же любит своих бывших колонизаторов и угнетателей, с которыми воевали всего лишь 20 лет тому назад? Думаю, тут сыграло роль то, что Пак Чон Хи во время войны был в каком-то смысле коллаборационистом: сначала закончил военную академию в континентальной японской колонии Мачжоу-Го, а потом, как лучший выпускник, получил право обучаться в японской императорской военной академии. Окончив ее в числе лучших он, приняв японское имя Масао Такаги, служил офицером в марионеточной армии Мачжоу-Го до самого разгрома Квантунской армии в 1945 г.Любопытно, что после войны он стал коммунистом, был разоблачен и приговорен к смерти, но помилован лично Ли Сын Маном по ходатайству военного руководства. Пак Чон Хи раскаялся, сдал своих товарищей по коммунистическому подполью и, доказав свою преданность делу борьбы с красными, сумел даже дослужиться до генеральских звезд.Так или иначе, но Пак Чон Хи дал зеленый свет японским инвесторам, жестоко подавив антияпонские протесты в стране. Вот почему для внешних инвесторов тоталитарный режим оказался предпочтительнее травоядной и недееспособной демократии периода Второй республики. Японцы пришли на корейское пепелище со своими технологиями и деньгами. Корея же не могла дать им ничего кроме дешевой, но совершенно неквалифицированной рабочей силы. Как выяснилось, квалификация приобретается довольно быстро, если есть главное – МОТИВАЦИЯ К ТРУДУ. Корейцы же оказались феноменально мотивированными, способными вкалывать буквально за миску риса и фанатично стремиться к профессиональному совершенствованию. В этом смысле нынешняя РФ ни в какие подметки не годится Корее, о чем я напишу отдельный пост. (Продолжение следует).