Источник
25 мая, 03:30

Европа глазами карикатуристов

  • 0

В Афинах прошла выставка карикатуристов Великобритании и Греции «Sweet Europe» ("Сладкая Европа"), на которой были представлены 150 карикатур более 57 авторов.

Выбор редакции
25 мая, 00:30

Затулин: ситуация с упрощением получения гражданства РФ кажется безвыходной

  • 0

Ряд депутатов Госдумы намерен упростить предоставление гражданства трем категориям граждан – носителям русского языка, детям, один из родителей или усыновителей которого является гражданином РФ, и политэмигрантам − но правовое управление администрации президента РФ против, заявил заместитель председателя Комитета Госдумы по делам СНГ, евразийской интеграции и связям с соотечественниками Константин Затулин.    "Наши соотечественники сегодня, к сожалению, стоят в длинных очередях, когда дело касается получения вида на жительство, а тем более гражданства Российской Федерации. И это после 2014 года, после кризиса, связанного с огромным потоком беженцев, политэмигрантов, людей, спасающих свою жизнь и жизни своих детей на территории России", — сказал на пресс-конференции, посвященной законодательным инициативам, Затулин.    Забота о носителях русского языка   Как рассказал Николай Затулин, за пределами России находятся до 30 миллионов человек, которых можно считать частью русского народа, отрезанного от исторической родины в результате событий начала ХХ века и распада Советского Союза. Президент России Владимир Путин в послании к Федеральному собранию 12 декабря 2012 года предложил предоставлять гражданство России в упрощенном порядке тем, кто родился в бывшей Российской империи или СССР, хочет жить в России, знает русский язык и намерен отказаться от своего нынешнего гражданства. Так появился термин "носитель русского языка".   "К сожалению, позже в Госдуме были приняты решения, которые фактически заблокировали эту инициативу президента. Речь идет о предоставлении справки о выходе из иностранного гражданства, которая должна выдаваться по прежнему месту гражданства и проживания. Но никто из государств не заключал с Россией соответствующих договоров и никто их не выдает", — отметил Константин Затулин, пояснив, что активнее других препятствует этой работе Украина.   По словам депутата, за все время действия пункта о носителях русского языка — с 2014 года по начало 2017-го — гражданство на этом основании получили всего три с половиной тысячи человек. 63% из них — это граждане Таджикистана.   "Почему гражданам Таджикистана оказана такая преференция? По одной простой причине — единственная страна, с которой у нас есть действующее неоспариваемое самими странами соглашение о двойном гражданстве − это Таджикистан. И соответственно им не нужно представлять эту справку, потому что не нужно выходить из гражданства Таджикистана. Во всех остальных случаях государственные органы РФ требуют эту справку, а предоставить ее граждане разных стран не в состоянии", — возмущается Затулин.    В чем же суть законодательной инициативы? Во-первых, Константин Затулин предложил вернуться к предложению Владимира Путина, который говорил об упрощении получения гражданства лицами, которые родились на территории РСФСР, СССР или Российской империи, а не проживали в России, как это указано сейчас в законе о гражданстве и что доказать гораздо сложнее. Во-вторых, Затулин предложил снять оговорку, которую внесли депутаты предыдущего созыва, где при упрощенном получении гражданства речь идет только о тех лицах, кто имеет отношение к РСФСР, СССР и Российской империи, но только в границах современной России. И, в-третьих, он предложил вычеркнуть из закона о гражданстве норму о необходимости предоставления той самой справки от иностранного государства о выходе из гражданства.    "Получается, мы делаем посредниками иностранные государства, а некоторые из них откровенно враждебно настроены против России. И речь  не только об Украине. В той же Прибалтике никто не выдает такую справку. Более того, когда требуют справку о выходе из гражданства, в ответ (например, в Латвии) требуют справку от России, что та даст гражданство. И эту справку у нас тоже никто не собирается выдавать, потому что никто не хочет давать наперед такой документ, потому что человек не обязательно получит гражданство. А в Канаде вообще нет процедуры выхода из гражданства – там можно иметь сколько угодно гражданств, но отказаться от канадского просто нельзя", — сказал Константин Затулин.   Законодательная инициатива была подана Константином Затулиным в Государственную Думу 30 декабря 2016 года, однако там отрицательно отнеслись к его поправкам и пока неясно, когда законопроект будет рассмотрен в первом чтении.   О детях и политэмигрантах   Чуть позже, 17 февраля этого года, Константин Затулин внес законопроект, снимающий ограничения в отношении приема в гражданство РФ ребенка, один из родителей либо усыновителей которого является гражданином РФ или приобретает гражданство России.   "В соответствии с нашими законами, аналогов которым нет нигде в мире, от родителей ребенка, родившегося в смешанном браке, требуется не только заявление о гражданстве ребенка, направленное родителем-гражданином РФ, но и согласие родителя-иностранца. Это в том случае, если семья живет за пределами России. Вот и получается – в одном случае у нас придумали посредника в лице чужого государства, которое должно выдавать справку, в другом – посредником стал иностранец, который дает свое согласие или нет. И очень часто не дает, что является причиной огромных переживаний, трагедий, криминальных историй, краж ребенка, попыток его вывезти. Особенно если семья распалась", — пояснил депутат.   А 12 апреля Затулин внес законопроект о политическом убежище, поскольку в этом плане ничего не менялось с 1997 года. "Прежде всего, мы бы хотели избавиться от нормы, в соответствии с которой политическое убежище не может предоставляться гражданам тех стран, с которыми у нас безвизовое сообщение", — сказал депутат, отметив, что наиболее остро этот вопрос касается Украины. Хотя есть такие же трудности и с другими странами мира, с которыми у России действует безвизовый режим, но при этом там проживают лица, которые подпадают под статус политэмигранта и желают его получить в РФ. В итоге эти люди, как сказал депутат, вынуждены переезжать в Россию по программе добровольного переселения соотечественников. Но и она в данный момент пробуксовывает из-за кризиса.   "Есть еще одна деталь в положении о праве на политическое убежище – в законе записано, что этим правом в России не могут пользоваться граждане стран с устойчивыми демократическими традициями. Ежегодно список таких стран президенту должен предоставлять МИД России. Я интересовался — ни разу МИД такую работу не выполнял. Кроме того, у нас, как вы знаете, проживает гражданин Сноуден, который бежал из страны с устойчивым демократическим институтом, что не мешает проводить там политические репрессии, преследовать за инакомыслие и так далее", — пояснил Затулин.   По его данным, постоянный статус политического беженца в России получили всего от 600 до 800 человек. У остальных он временный. Константин Затулин призвал депутатов Госдумы внести эти поправки, но снова натолкнулся на непонимание многих коллег и чиновников из государственного правового управления президента РФ.    "Комитет по государственному строительству и законодательству, который является профильным, до сих пор не высказался по существу этого законопроекта, в немалой степени потому, что государственное правовое управление президента России, которое дает отзывы на законопроекты, отрицательно относится к принятию этого закона", — сообщил Затулин.   Но он все-таки надеется на то, что сумеет за время своего депутатского срока добиться принятия законопроектов.   "Ситуация кажется безвыходной, но я так не считаю. У меня еще как минимум четыре с лишним года полномочий в Госдуме, и я совершенно точно говорю — до конца срока я, как и мои коллеги, будем добиваться решения этих вопросов. Должно быть стыдно тем людям, которые сидят в высоких кабинетах, не выходят ни на пресс-конференции, ни на общественные слушания в Общественную палату, не предъявляют своих позиций, а топят эти законопроекты в тиши своих кабинетов, используя свои властные полномочия", — заключил Константин Затулин.  

Выбор редакции
25 мая, 00:30

Стратегия для «страны-системы». Реальный суверенитет vs. экономика зависимости

  • 0

После «крымского поворота» российской истории основные персонажи так называемой «несистемной оппозиции» стали не то чтобы крайне непопулярны, а радикально неинтересны. Историю в этот момент делала власть, сконцентрировав в одной точке преимущества стабильности и энергетику трансформации. Тот факт, что спустя три года либеральная фронда играет первым номером, возвращает себе инициативу в формировании повестки дня, не является вызовом власти президента, но является вызовом его лидерству. Под лидерством я имею в виду не статическое состояние (политический облик президента Путина, его авторитет вполне устойчивы; в некотором смысле, они уже историческая данность), а динамический эффект – способность давать обществу осмысленную перспективу, вести за собой. Иными словами – быть в средоточии исторического процесса, где один успешный «ответ» влечет новый «вызов», и инициатива принадлежит тому, кто берется (не обязательно успешно, но убедительно) разрешить ключевые противоречия своего времени. Одно из таких противоречий сегодня – это противоречие между демонстрируемым уровнем военно-политического суверенитета страны и моделью зависимого развития в экономической сфере. Подчеркну, речь в данном случае не о желаемом уровне экономического развития (понятно, что все мы хотим быть «богатыми и здоровыми»), а именно о его модели. Модель зависимого развития – это, коротко говоря, модель тесной интеграции развивающихся стран в миросистему на условиях стран-лидеров.[1] В разные эпохи эти условия могут несколько варьировать. Применительно к реалиям финансовой глобализации конца XX – началаXXIвв. они были сформулированы в принципах так называемого «вашингтонского консенсуса». Жесткая денежно-кредитная политика, либерализация внешней торговли и финансовых рынков, свободный обменный курс национальной валюты, приватизация как панацея и дерегулирование экономики – эти и подобные им правила, сформулированные Джоном Вильямсоном в 1990 г. в статье «Что понимает Вашингтон под политикой реформ», составили макроэкономический кодекс неолиберала применительно к развивающимся рынкам. «Десять заповедей» «вашингтонского консенсуса» – это краткий конспект того, что нужно от нас глобальному капиталу. Надо сказать, что даже в условиях жесткого санкционного давления финансово-экономический блок правительства приложил все усилия к тому, чтобы эти заповеди соблюдать, что делает нас свидетелями (и, к несчастью, объектом) интересного эксперимента: как хранить верность «вашингтонскому консенсусу» на фоне объявления бессрочной экономической войны со стороны Вашингтона? Так или иначе, противоречие между геополитическим суверенитетом и экономикой зависимости может разрешиться двояким образом: либо через приведение экономической модели в соответствие с геополитическим статусом либо, напротив, через претворение «экономики зависимости» в «политику зависимости». На мой взгляд, сегодня это главный параметр политико-идеологического размежевания в правящем слое, не совпадающий с критерием «лояльность» – «оппозиционность». Понятно, что носителем второго сценария в наиболее явном виде выступает все та же «несистемная оппозиция», но в этом вопросе к ней примыкает значительная и влиятельная часть российской правящей элиты, которая считает «экономику зависимости» безальтернативной, а игры в суверенитет – зашедшими слишком далеко. Возможно, «политику зависимости» она предпочтет выстраивать по сценарию мягкой, а не обвальной десуверенизации, но сам выбор – равнять «геополитику» по «экономике», а не наоборот, – для нее очевиден. Учитывая компромиссный характер сложившегося в России политического режима, в нем заложено явное стремление уклониться от этого выбора. Политический ресурс президента может оказаться для этого вполне достаточным. Он позволяет выиграть выборы и, возможно, даже обеспечить стабильность на протяжении еще одного срока. Но вопрос в том, чтобы накопившиеся противоречия не разорвали систему по его окончании. И еще – чтобы у общества, как и у самого президента, не было ощущения, что они вместе «отбывают» этот последний срок. Для этого общество и власть должны быть связаны ощущением миссии, соответствующей текущему историческому моменту. Как и все главные вещи, эта миссия лежит на поверхности: сделать суверенизацию России необратимой. То есть комплексной –подкрепленной на экономическом, социальном, технологическом уровне. Одно из обстоятельств, мешающих выбору в пользу стратегии комплексного суверенитета, – уверенность в том, что она не может означать ничего иного, кроме построения экономики осажденной крепости. Эта уверенность – ложная, но глубоко укорененная. В этом плане она сродни убеждению, что единственная реальная антикоррупционная альтернатива – «сталинские репрессии». Основной вопрос экономики Альтернативой узкоспециализированной «экономике зависимости» является не полностью автаркическая, а, по выражению Якова Миркина «универсальная экономика», или экономика полного цикла, обеспечивающая себя большей частью номенклатуры товаров конечного потребления и услуг. Это не закрытость от внешних обменов, но преобладание внутренних обменов над внешними – абсолютно естественное для крупных стран. Примечательно, что год назад на заседании Экономического совета, анонсировав конкуренцию экономических стратегий, президент одновременно призвал к деидеологизации экономической дискуссии. И вполне справедливо: мы сполна испили чашу экономического догматизма как в социалистическом, так и в либерально-рыночном наполнении. Но экономическая политика, как и любая другая, подразумевает выбор не только средств для достижения целей, но и самих целей. Сегодня основной мировоззренческий вопрос экономической политики и соответственно идеологический нерв дискуссий в этой сфере – это не вопрос баланса между государственным и частным сектором, планом и рынком, «количественным смягчением» и «сжатием». Это вопрос выбора между «разомкнутой экономикой», структура которой производна от ее специализации в мировой торговле (и которая, как следствие, фрагментирована – «порталы» глобального мира в каждой отдельно взятой стране перемежаются с зонами отсталости), и экономикой «страны-системы» (если использовать термин Эдварда Люттвака), ориентированной на сопряженное развитие внутренних социальных групп, отраслей, территорий. На этот осевой выбор накладываются другие альтернативы в социально-экономической сфере, и их можно вполне наглядно проследить на примере уже упомянутых конкурирующих стратегий. К сожалению, это сравнение обречено быть довольно условным: в отличие от «Стратегии роста», подготовленной Столыпинским институтом и представленной недавно на Ялтинском экономическом форуме, программа Центра стратегических разработок остается закрытым документом. Тем не менее, дозированные утечки позволяют судить о его направленности. Прежде всего, стоит отметить наличие определенного набора тем и позиций в общем знаменателе обеих стратегий. Это вопросы судебной реформы и правопорядка, снижение административного давления на бизнес, приоритет развития инфраструктуры, усилия по «цифровизации» экономики и администрирования. Судя по недавнему интервью Алексея Кудрина, в этот общий знаменатель попадает даже умеренное смягчение денежно-кредитной политики. Тем более показательны имеющиеся на этом фоне разногласия. Принципиальный характер им придает уже упомянутый подспудный выбор между «разомкнутой экономикой» и экономикой «страны-системы». Например, для «экономики полного цикла» принципиален емкий внутренний рынок. Соответственно, «Стратегия роста» выводит в приоритет генерацию качественных рабочих мест и опережающий рост доходов, а также предлагает политику социального выравнивания (прогрессивный НДФЛ). Алексей Кудрин и системные либералы, напротив, традиционно выступают за экономику «дешевого труда» (в том числе, за счет масштабного импорта рабочей силы) и против прогрессивного налогообложения. «Стратегия роста» рекомендует на первых этапах модернизации «умеренно-жесткую протекционистскую политику» в духе «толкового тарифа» Витте и Менделеева (высокие пошлины на потребительские товары, низкие – на импорт средств производства). Алексей Кудрин считает, что «мы должны поддерживать и расширять наше участие во всех основных соглашениях» (по контексту, очевидно, имеются в виду соглашения в рамках ВТО), поскольку заинтересованы в наращивании несырьевого экспорта. Кстати, аргумент «от экспорта» в данном случае довольно условный: если мы будем, например, вводить заградительные барьеры для продукции Boeing иAirbus, это вряд ли сильно обеспокоит потенциальных покупателей Сухой-Superjet или МС-21, поскольку ни США, ни страны ЕС к их числу явно не относятся. Иными словами, обеспечение доступа на внешние рынки возможно на основе двусторонних соглашений и привилегированных партнерств, а не универсальных обязательств по открытию собственных рынков. Авторы «Стратегии роста» говорят о необходимости «налоговой мотивации перехода в российскую юрисдикцию», каковой может стать «оффшорный коэффициент по налогу на прибыль и налогу на имущество». Алексей Кудрин не раз высказывался против даже ограниченных мер по деофшоризации, равно как и против мер «мягкого» валютного регулирования в кризисных условиях. Примечательно и другое отличие. Один из принципиальных тезисов «Стратегии роста» – восстановление экономики «простых вещей» (т.е. производства широкого спектра потребительских товаров, которые сегодня импортируются) и повышенное внимание к базовым «среднетехнологичным» отраслям промышленности (АПК, переработка полезных ископаемых, транспорт, строительство). Риторика Алексея Кудрина сочится «инновациями» и хайтеком. Конечно, устремленность ЦСР в технологическое будущее можно только приветствовать. Но вот имеет ли смысл «инноватизация» в отрыве от комплексной промышленной политики? В европейских дискуссиях о технологической политике в этой связи возник хороший термин – «высокотехнологическая близорукость». Это склонность к недооценке базовых отраслей в угоду той или иной «инновационной моде». Сегодня инновационная мода задается в дискуссиях о «новой промышленной революции», под которой понимается, главным образом, нарастающий процесс «цифровизации» материального производства и сферы услуг. Главный политический акцент программы ЦСР, насколько мы можем судить по сделанным заявлениям, – своего рода призыв к государству со стороны прогрессивной общественности: меняться, чтобы «не проспать» технологический рывок. Главное практическое следствие – опережающие вложения в «человеческий капитал». Тезис о приоритетности образования и здравоохранения трудно не поддержать, но он имеет мало смысла вне контекста создания критической массы высокопроизводительных рабочих мест. Даже нынешний мало кого вдохновляющий образовательный контур страны в целом избыточен по отношению к существующему рынку труда. Кстати, это одна из причин абсурдности безупречно гуманистического лозунга: «давайте отнимем заказ у военной промышленности и вложим деньги в образование». На практике это означает: сократить один из немногих наукоемких секторов обрабатывающей промышленности, чтобы произвести еще больше дипломированных офис-менеджеров и сторожей, профессиональных безработных и эмигрантов. Не будут ли опережающие вложения в человеческий капитал вне контекста масштабной программы создания рабочих мест (о каковой в исполнении ЦСР пока ничего не известно) – способом еще активнее «истекать в мир мозгами» (по выражению Александра Аузана)? Аналогичный вопрос уместен и в отношении самой концепции «новой промышленной революции». Не станет ли она в прочтении ЦСР очередным флагом старой доброй деиндустриализации, каким стала в свое время концепция «постиндустриального общества» в исполнении отечественных либералов? Например, может обнаружиться, что мы в очередной раз «навсегда отстали»: раз у нас слабо внедряются промышленные роботы (а сейчас это, к сожалению, так), то давайте, наконец, покончим с «ржавым поясом» отечественной тяжелой индустрии и сосредоточимся на «индустрии впечатлений» и в целом сфере услуг (как предлагалось в свое время в либеральной «Стратегии-2020»). Путь в будущее лежит через внутренний рынок Сказанное ни в коей мере не отменяет значения тех тектонических сдвигов, которые происходят в сфере производственных технологий и которые повлекут серьезные геоэкономические сдвиги. И то, и другое для нас – серьезный вызов. Только на него нельзя ответить под лозунгом «еще больше вашингтонского консенсуса». Тем более что трансформации, о которых идет речь, имеют прямо противоположный вектор. Как отмечает один из авторов концепции «Индустрия 4.0.» Питер Марш, «экономическая модель, в которой американцы и европейцы покупают китайские товары на деньги, занятые у всего мира, теперь догорает на глазах у всей планеты». Ему вторят аналитики Boston Consulting Group: «глобальное производство будет все чаще становиться региональным... все большее число товаров, потребляемых в Азии, Европе и Америках, будет сделано вблизи дома». Это происходит под влиянием целого ряда геоэкономических и технологических факторов. Главный из геоэкономических факторов – растущее беспокойство Запада по поводу конкуренции со стороны Китая как многопрофильной промышленной державы. В числе технологических факторов: · 3D-печать, которая благоприятствует кастомизации (производству под запрос) и позволяет избавиться от длинных логистических цепочек; · роботизация, которая позволяет по-новому взглянуть на сравнительные трудовые издержки в развитых и развивающихся странах; · удешевление производственных технологий в ряде отраслей, которое делает их окупаемыми не только в больших или гигантских, но и в малых и средних сериях. Все это программирует ключевой стратегический эффект промышленной революции: производство становится ближе к потреблению. Ближе – буквально: географически, геоэкономически. Но это значит, что Индустрия 4.0. будет развиваться прежде всего там, где есть тот самый емкий и разнообразный внутренний рынок, на развитии которого сфокусирована «Стратегия роста» и которым нарочито пренебрегают системные либералы. С этой точки зрения восстановление экономики «простых вещей» и развитие базовых отраслей (как фактора занятости и общей производственной культуры) стали бы гораздо большим вкладом в наше технологическое будущее, чем бег по кругу «глобальных технологических цепочек». В России действительно есть истории экономического и технологического успеха, связанные с той стратегией, к которой отсылает известная фраза Кудина – участие в глобальных технологических цепочках на вторых ролях. Хорошо, если эти истории будут тиражироваться и масштабироваться. Но они не смогут стать основной формулой общенационального экономического успеха. С одной стороны, Россия слишком большая, чтобы целиком уместиться в прокрустово ложе нишевых индустрий категории B2B (поставки комплектующих и услуг для производителей в других странах). С другой стороны, она достаточно большая, чтобы позволить себе что-то большее. И главное, в рамках нового экономико-технологического уклада глобализация (по крайней мере, в ее прежней модели) становится все более провинциальной идеей. А общемировые тенденции, к которым любят апеллировать идеологи экономики зависимости, сегодня благоприятны как раз для построения в России многопрофильной и самообеспечивающей экономики. Это новый протекционизм в исполнении крупных держав, новая промышленная революция как фактор решоринга. Это возрастающий акцент на производстве уникальной продукции (в которой мы традиционно сильнее, чем в «конвеерных технологиях»). Все это создает историческое окно возможностей для того, чтобы сделать выбор в пользу стратегии комплексного суверенитета. Пространством, где совершается сегодня этот выбор, является не внешняя политика, а экономическая идеология следующего президентского срока.   Статья опубликована в журнале «Эксперт» (№21, 2017) [1]Термин «зависимое развитие» ассоциируется с работами 1950-х гг. аргентинца Рауля Пребиша, но школа мысли, разрабатывающая эту проблему, имеет более глубокую родословную (Фридрих Лист, немецкая историческая школа) и более чем актуальное продолжение («мир-системный» анализ Валлерстайна, работы Эрика Райнерта, Ха-Джун Чанга и др.).

Выбор редакции
25 мая, 00:30

Великий и могучий русский язык в таджикских реалиях

  • 0

В Таджикистане русский язык не имеет статуса государственного, но он остается средством межнационального общения. Несмотря на это, число граждан, им владеющих, в республике с каждым днем уменьшается, а в отдаленных селениях его вообще не знают. А ведь русский язык является рабочим языком для наших мигрантов, работающих в странах СНГ, а значит, его роль в современных реалиях трудно переоценить, при этом его место в языковом пространстве современного Таджикистана катастрофически снижается.   Русский язык по-прежнему является родным языком для части населения, особенно той, что живет в крупных городах: Душанбе, Худжанде. По данным последней переписи населения (сентябрь 2010 года), для 3 тысяч 182 человек из 6 миллионов 373 834 таджиков (имеются в виду таджики по национальности, а не граждане РТ. - Ред.) он являлся вторым родным языком.   В крупных центрах у жителей осталось понимание того, что для доступа к качественному образованию и получению высококвалифицированной профессии нужно знать русский. Об этом говорит хотя бы тот факт, что две имеющиеся в столице российские школы - №6 и №14 – переполнены и попасть туда очень сложно.   Что мы проглядели?   С момента провозглашения Таджикистана независимой республикой вопросы изучения русского языка были отодвинуты на второй план, и плоды этого невнимания стали очевидны только в последние годы, когда подросло новое поколение, не владеющее русским языком, а представители прежних поколений состарились или вовсе перешли в мир иной. Кроме того, в период независимости многие русскоязычные жители покинули страну.   Согласно данным последней переписи населения, русских по национальности в Таджикистане - 34 838 человек, тогда как еще в 1989 году их численность составляла 388 тысяч 481 человек. Также данные последней переписи населения свидетельствуют о том, что из более чем 6 миллионов таджиков свободно владели русским языком лишь два миллиона, а точнее - 1 963 857 человек.   В настоящее время в республике функционируют 29 общеобразовательных учреждений с русским языком обучения, где учатся 17 тысяч 332 учащихся (из них девочек - 6 530). Также в республике функционирует 149 общеобразовательных учреждений, где обучение осуществляется на разных языках. В них параллельно действуют таджикские и русские классы (126 школ); таджикские, русские и узбекские классы (16 школ); таджикские, русские и киргизские классы (1 школа); таджикские, русские и английские классы (6 школ). В этих учреждениях в русских классах обучаются 70 206 детей (из них девочек - 26 784).   К слову,  в прошлом году по республике на русском языке издавалось 17 наименований журналов  и 21 газета, а единственным русским театром в республике является драматический театр имени Маяковского, труппу которого после сноса здания «Маяковки» переселили из центра на окраину столицы - в здание кинотеатра «Таджикистан».     В стране все острее ощущается необходимость в хорошем знании русского языка. И связано это как с трудовой миграцией, так и с происходящим в мире процессом глобализации.   Говорите правильно   Мы посетили одну из общеобразовательных школ (№12) на окраине столицы, в которой все предметы ведутся на таджикском языке. Напросившись на посещение урока русского языка, были приятно удивлены как уровнем преподавания и квалификацией учителя с 26-летним стажем Гулистон Азизбековой, так и заинтересованностью самих учеников в изучении языка.   Для детей русский не является ни родным, ни даже вторым языком, поскольку большинство из них дома общаются только на таджикском. И, тем не менее, их владение языком внушает оптимизм. На вопрос, зачем им нужен русский, ученица 4-го класса ответила, что, когда она вырастет, ей «понадобится поехать в Россию на заработки, и, поскольку русские не говорят по-таджикски, нужно знать русский».   - Несмотря на то, что преподавание русского языка в школах внедрено с первого класса, этого мало. Ну, хорошо, провели мы 2-3 раза в неделю урок по русскому языку, а дальше что? Где детям его использовать? Друг с другом, в семье они общаются на родном языке – и это понятно, а каких-либо языковых кружков в городе нет. Мы, в свою очередь, занимаемся только тем, что улучшаем методику преподавания. А необходимо систематизировать работу в целом, - говорит директор школы Джамоллидин Курбанов.    Нехватка учебников - острая   Урок русского языка в этой школе начинается с речевой разминки: дети наизусть произносят скороговорки, - затем проверка домашнего задания, объяснение новой темы с элементами анализа.   Занимаются школьники по новым учебникам, пожертвованным представительством Россотрудничества в Таджикистане. К слову, данная российская организация оказывает существенную поддержку в вопросах обеспечения учебниками, учебно-методическими пособиями и художественной литературой многих образовательных учреждений Таджикистана. Так, за прошедший год Россотрудничество передало более чем 50 школам, школам-интернатам и вузам страны свыше 5 тысяч книг. Но этого, по мнению руководителя представительства Михаила Вождаева, недостаточно…   - В Таджикистане наблюдается острая нехватка учебников и учебных пособий на русском языке, а также литературы нового поколения для обучения языку. Мы, в свою очередь, стараемся покрыть существующий дефицит, но сталкиваемся с некоторыми сложностями. В частности, транспортировка учебников крайне дорогая, поскольку получаем мы их преимущественно самолётом, а значит, доставка обходится практически по цене самих книг, - отметил он.    По данным Министерства образования и науки РТ, на сегодняшний день для обеспечения учебниками учащихся общеобразовательных учреждений республики с русским языком обучения необходимо издать 152 наименования учебников. Министерство запланировало переиздание 65 наименований необходимых учебников, разработанных российскими авторами для учащихся РФ. Согласно взаимному соглашению российская сторона должна предоставить электронный вариант этих учебников. Оставшиеся 87 наименований учебников будут переведены с действующих версий таджикских учебников и изданы необходимым тиражом.   По последним подсчетам, для издания учебников и обеспечения ими всех общеобразовательных учреждений страны с русским языком обучения необходимо 26 миллионов 600 тысяч сомони…   Учитель – всему голова   Существенную роль в постепенном исчезновении русского языка из коммуникативно-языкового пространства республики играет нехватка молодых специалистов. Причем школы нуждаются не только в русоведах, но и в преподавателях по всем остальным предметам, могущих вести уроки на русском языке.   Ежегодно филологические факультеты вузов страны выпускают сотни специалистов, но из них лишь единицы становятся учителями. Причины понятны: низкие зарплаты, отсутствие социальных льгот, а уж ехать в регионы, где отсутствуют элементарные жилищные условия, желающих днем с огнем не сыскать.    Согласно Порядку исчисления заработной платы работников сферы образования Таджикистана, все преподаватели общеобразовательных учреждений в начальных классах за 1 ставку получают от 490 до 779 сомони (20 часов в неделю), в старших классах - от 420 до 716 сомони (18 часов в неделю). Разница в заработной плате зависит от образования и категории, которую имеет учитель. Дополнительно учителям выплачивается 20% от суммы зарплаты за проверку тетрадей и 15% от ставки за классное руководство.   Согласно учебному плану общеобразовательных учреждений РТ на 2015–2020 годы русский язык в таджикских классах изучают с 2-го по 5-й класс по 3 часа в неделю, с 6-го по 9-й класс по два часа, с 10-го по 11-й класс по 3 часа в неделю. Таджикский язык изучается по 10 часов в неделю в 1-м классе, по 8 часов - во 2-м классе, и с 5-го по 11-й класс количество часов колеблется от 2 до 5 часов в неделю.   - Это задача профильных министерств, которые должны заинтересовывать выпускников в работе, поднимать престиж профессии преподавателя. И приглашение учителей из России кардинально проблемы не решит, - подчеркивает руководитель Россотрудничества Михаил Вождаев. - С финансовой точки зрения намного дешевле подготовить и заинтересовать своих выпускников, чем привезти учителей из России и создать им все необходимые условия для работы и проживания.   Тем не менее, сегодня под личным патронажем председателя Совета Федерации Федерального собрания РФ Валентины Матвиенко активно разрабатывается пилотный проект, предусматривающий привлечение 30 учителей из России к преподаванию в школах Таджикистана.   Михаил Вождаев также отмечает, что на сегодняшний день республика все еще имеет хороших специалистов-русистов старшего поколения, в том числе и носителей языка, способных многому научить подрастающее поколение. Но современные реалии диктуют новые условия: те учебники и методики, к которым они привыкли, устарели, а новый учебно-методический материал требует адаптации. Здесь никак не обойтись без курсов повышения квалификации для преподавателей школ и вузов, и должны они проводиться чаще, чем раз в пять лет.   Здесь стоит отметить, при поддержке Россотрудничества и центров «Русский мир» в республике регулярно проводятся курсы повышения квалификации для преподавателей-русистов, но, видимо, этого недостаточно.   Напомним, что в начале нынешнего года по указанию президента РТ Эмомали Рахмона Министерство образования начало работу по вопросу увеличения количества часов, отведенных на изучение русского и английского языков в школах.

Выбор редакции
24 мая, 23:03

Бинали Йылдырым: Турция продолжит идти плечом к плечу с братским Азербайджаном

  • 0

Премьер-министр Турции Бинали Йылдырым в среду направил поздравительное письмо Президенту Азербайджана Ильхаму Алиеву по случаю Дня Республики

Выбор редакции
24 мая, 23:03

"Мугам саягы" и "Дервиш" - триумф азербайджанской музыки в самом сердце Европы

  • 0

Во многих городах Европы с успехом проходят концерты председателя Союза композиторов Азербайджана (СКА), народной артистки, кавалера ордена "Шараф", профессора Фирангиз Ализаде

Выбор редакции
24 мая, 23:03

Президент Турции призвал страны НАТО направлять не менее 2% ВВП на оборонные расходы

  • 0

Президент Турции Тайип Эрдоган призвал страны НАТО проявлять больше солидарности и направлять на нужды обороны как минимум два процента от ВВП

Выбор редакции
24 мая, 23:03

Глава полиции Манчестера подтвердил, что теракт был организован группой лиц

  • 0

Глава полиции Манчестера Иан Хопкинс подтвердил, что теракт в концертном комплексе "Манчестер Арена", "несомненно, организовала преступная сеть"

Выбор редакции
24 мая, 23:03

Вывод немецких ВВС с базы Инджирлик не является проблемой - Эрдоган

  • 0

Возможный вывод ВВС Германии с авиабазы Инджирлик на юге Турции не представляет проблемы для Анкары

Выбор редакции
24 мая, 23:02

В столице Индонезии у автобусной станции прогремел взрыв

  • 0

Взрыв произошел у автобусной станции на востоке Джакарты, по меньшей мере один человек погиб

Выбор редакции
24 мая, 23:02

В Баку прошел концерт, посвященный юбилею Муслима Магомаева (ФОТО)

  • 0

На концерте прозвучали любимые миллионами слушателей песни из репертуара Муслима Магомаева

Выбор редакции
24 мая, 23:02

Тысячи человек в Бразилиа вышли на акцию протеста с требованием отставки Темера

  • 0

Акция протеста, участники которой требуют отставки президента Бразилии Мишела Темера, началась в столице республики Бразилиа