Источник
история в фотографиях - LiveJournal.com
Выбор редакции
20 июля, 12:09

Исторические фотографии Саудии

  • 0

Исторические фотографии  СаудииДети Короля Абдул Азиза в Каире (1365г.Х., что соотвествует 1946г. по х.л.). Справа налево: принц Талал бин Абдулазиз, принц Мутааб бин Абдулазиз, принц Наваф бин Абдулазиз.Король Сауд в конце 1383г.Х. (1963г. по х.л.).Король Абдулазиз с некоторыми из своих сыновей во дворце Марбуа.1. Король Сауд2. принц Мушал3. Король Фахд4. принц Мутааб5. принц Мушари6. принц Турки7. принц Наиф8. Король Салман9. принц Самир10. принц Абд Илях11. принц Машхур12. принц Абдуррахман13. принц Талал14. принц Бадр15. принц Наваф16. принц Фаваз17. принц Маджид18. принц Мамдух19.принц Саттам20. Фуад Хамза21. Мухаммад бин ДагайсарПринцесса Алиса  и её супруг во время посещения Королевства  в 1356г.Х. (1938г. по х.л. )Рынок аль-Хамис в Хуфуфе (1355г.Х., что соотвествует 1937г. по х.л.).Дом принцессы Нуры бинт Абдуррахман, сестры Короля Абдулазиза, да помилует Аллах их обоих (1354г.Х., что соотвествует 1935г. по х.л.).Школа Тазкария в г.Эр-Рияд, которые было первым официальным образовательным учреждениемКороль Абдулазиз приветствует председателя АРАМКО Флойда Олигер (1362г.Х., что соотвествует 1942г. по х.л.).Король Халид бин Абдулазиз во время официального визита в Великобританию (1399г.Х., что соотвествует 1979г. по х.л.).Мечеть аль-Кут, дворец Ибрахим в Хуфуфе (1367г.Х, что соотвествует 1948г. по х.л.).Король Абдулазиз и шейх Мубарак ас-Сабах (1328г.Х., что соотвествует 1910г. по х.л.).Верхний ряд справа налево: принц Сауд бин Абдуррахман ас-Сауд, принц Турки бин Абдулазиз ал-Сауд, принц Абдаллах бин Абдуррахман ал-Сауд, принц Саад бин Абдуррахман ал-Сауд.Нижний ряд справа налево: принц Мухммад бин Абдуррахман ал-Сауд, Эмир Мухаммад ас-Сабах, Король Абдулазиз ал-Сауд.Округ Катиф, 1367г.Х., что соотвествует 1948г. по х.л.Король Абдулазиз изучает политические коммюнике во дворце Шабра в округе Катиф(1354г.Х., что соотвествует 1934г. по х.л.).Проход, отстроенный по приказу Короля Абдулазиза в Запретной Мечети (1345г.Х., что соотвествует 1926г. по х.л.).Король Абдулазиз среди некоторых из его сыновей (1355г.Х., что соотвествует 1935г.по х.л.).  Справа налево: принц Мутааб, принц Наваф, принц Талал, принц Мушал.Источник Фонд исследований и архивов им.Короля Абдулазиза:http://saudianews.ru/?p=18217https://saudi-arabia-ru.livejournal.com/2742602.htmlhttps://twitter.com/darahfoundation?lang=ar

Выбор редакции
20 июля, 11:46

Храм Успения Пресвятой Богородицы в станице Гродековской Уссурийского казачьего Войска.

  • 0

От этой церкви ничего не осталось, а фундамент закатан под асфальт на центральной площади в Пограничном. Самое интересное то, что сегодня ни в частных архивах, ни в государственных, ни в местном краеведческом музее не сохранилось даже фотографии этого Храма. Возможно, где-то они есть, но пока не найдены. А ведь он был построен именно как Войсковой Храм. Копаясь в РГИА (Санкт-Петербург), я неожиданно нашел схему-эскиз. Кроме неё ничего больше нет, но даже она дает понятие о величественности и красоте Церкви. Сам Храм был уничтожен большевиками в 30-е годы.Интересны выдержки из моей переписки с работником РГИА ДВ Горчаковым Алексеем и бывшим директором местного краеведческого архива Светланой Камуро.Привожу их полностью.Алексей:Нашел клировую ведомость Гродековской Успенской церкви за 1921 г. и в ней указано, что построена она в 1913 г. на средства Петербургского купца Григория Ляпина. Здание и колокольня каменные. Престолов три: главный - в честь Успения божьей матери, второй - в честь Евсевия епископа Самосатского и третий - в честь Григория Богослова.Светлана:Добрый вечер, Сергей! В свое время территорию с остатками фундамента мы регистрировали (я была депутатом), чтобы когда-нибудь можно было возвести церковь на том месте. Название церкви в Гродековском - Успенская.В ст. Гродековской сразу же после основания казаки построили дощатую, без печного отопления церковь. Но сразу приступили к сбору пожертвований на строительство капитального храма. За несколько лет собрали 10 000 руб. В 1911 г. от московского купца поступило 40 000 руб. Уже в июне этого же года состоялась закладка храма, на которой присутствовали архиепископ Евгений, наказной атаман генерал-майор Чернышов, секретарь Духовной консистории Поляновский и другие почетные лица. Храм вместимостью 900 человек был сооружен очень быстро. В стенах храма были выставлены 12 мраморных досок с именами уссурийских казаков, погибших в боях, и казаков, награжденных знаками отличия военного ордена. К сожалению, ни великолепие храма, ни историко-патриотическая значимость не спасли его от варварского разрушения в советское атеистическое время. С.П.Искреннее надеюсь, что рано или поздно найдутся еще материалы и информации станет больше.Кроме того, имеется любопытный документ из РГИА ДВ, в котором идет речь о подготовке к церемонии освящения Храма.И выдержка из Епархиальных Ведомостей короткой строкой об этом событии (правда, читается с трудом)

Выбор редакции
Выбор редакции
19 июля, 20:38

В пятницу у гаража.

  • 0

Лето 1976.Вот те раз.

19 июля, 19:54

Зиба Ганиева - первая азербайджанская женщина - снайпер

  • 0

Есть на свете женщины, которых Всевышний, словно решив создать идеальное творение, одарил всем – умом, красотой, отвагой. Они наделены мужеством, которое и не снилось многим мужчинам, но как-то умудряются при этом в любых обстоятельствах оставаться истинными женщинами – милосердными, добрыми и сказочно красивыми. Одной из таких редких женщин была Зиба Ганиева. Необыкновенно красивая 17-летняя девушка во время Великой Отечественной войны в списках своего полка значилась сразу в трех ипостасях: снайпер, разведчик и радистка. Обладая при этом внешность голливудской актрисы. Зиба Ганиева. Весна 1942 (окрашенное фото)Родилась Зиба в 1923 г. в Шемахе. Отец ее был азербайджанцем, мать – узбечкой. В 14 лет девушка стала сиротой при живых родителях: в 1937 г. мать Зибы была репрессирована, а отец, Паша Ганиев, вынужденно отказался от своей дочери, чтобы спасти ей жизнь. В том же году Зиба уехала в Ташкент, где поступила учиться на хореографическое отделение Узбекской филармонии. В 1940 г. Зиба переехала в Москву и поступила в ГИТИС на актерский факультет. Но началась война и разрушила все ее планы. В первые дни войны, как и сотни тысяч других московских студентов, Зиба обратилась в военкомат с просьбой отправить ее на фронт. Через несколько дней ее заявление приняли, и девушка стала курсантом стрелковых курсов, после окончания которых в октябре 1941 г. уже принимала участие в боях за Москву.В дивизии она стала радисткой и разведчицей. В тревожную холодную зиму 1941 г. она 16 раз ходила во вражеский тыл, откуда передавала по рации и приносила важные сведения о противнике. Отважная девушка всегда была впереди идущих в разведку или сражение бойцов, вызывая их восхищение смелостью и находчивостью. Зиба Ганиева слева. 1942 годВ условиях боевой обстановки Зиба Ганиева овладела снайперским мастерством. Из воспоминаний ее боевой подруги В.Галаниной: «Весной 1942 г., когда завершилось наступление нашей дивизии, мы с Зибой решили основательно потренироваться в снайперской «охоте», пользуясь временным затишьем. В нескольких десятках метров от наших позиций копошились гитлеровские солдаты, укреплявшие окопы. Они вели себя уверенно и нагло, даже не допуская возможности быть пораженными нашими пулями. Мы выбрали позицию и определили цель. Залп произвели одновременно – и два фашиста упали замертво». В составе 3-й Московской Коммунистической стрелковой дивизии Зиба Ганиева участвовала в знаменитом параде на Красной площади 7 ноября 1941 г. Сражалась на Ленинградском и Северо-Западном фронтах. В январе 1942 г. на базе 3-й Московской Коммунистической стрелковой дивизии была сформирована 130-я стрелковая дивизия (второе формирование). Зиба Ганиева, снайпер-разведчик 151-го отдельного мотострелкового разведывательного батальона этой дивизии, действуя в районе сел Черное, Ожесцы, Лунево и Дягилево Ленинградской области с 12 апреля по 23 мая 1942 г. уничтожила 20 немцев, в том числе двух офицеров.Слухи о подвигах отважной комсомолки разлетелись по всему СССР. Во всех центральных и местных газетах были помещены ее фото с рассказами о ее подвигах. А когда немецкие войска рвались к богатствам Кавказа и бакинской нефти, она обратилась с призывом к матерям, сестрам и подругам встать на защиту своей великой Родины. В 1942 г. журнал «Работница» в №19-20 опубликовал ее обращение: «Враги посягают на наш чудесный, величественный Кавказ. Женщины гор: казачки, чеченки, кабардино-балкарки, азербайджанки, грузинки, армянки – все, кто живет под небом Кавказа и Закавказья, помогайте своим мужьям и братьям, поднявшимся на разбойничьи полчища врага! Нефтью, хлопком, плодами цветущих садов – всем, что творят руки человека, труженика и труженицы, можно бить врага! Защитим, отстоим от проклятых варваров завоевания Великой Октябрьской социалистической революции: свободу, достоинство, честь! Не отдадим врагу наших жилищ, наших детей! Смерть врагам! Неминуемая смерть от нашего острого, закаленного оружия!» Особо отличилась Зиба Ганиева 23 мая 1942 г. в бою за село Большое Врагово Молвотицкого района Ленинградской области. Имея задачу вести снайперский огонь по гарнизону села Большое Врагово, Зиба выдвинулась на высоту восточнее села. Когда в результате атаки танкового взвода враг начал отступать из села, она организовала группу из девяти бойцов для ведения снайперского огня по отступающему противнику. Сама выдвинулась вперед и застрелила шестерых немцев.В это время в самом селе уже вела бой группа советских бойцов. К Ганиевой прибыл связной от них с просьбой оказать поддержку. Получив еще шестерых бойцов, Ганиева повела группу на помощь. По дороге в село они были обстреляны автоматчиком, засевшим в развалинах здания. Не растерявшись, Зиба вместе с одним из бойцов обошла позицию автоматчика с тыла и расстреляла его из автомата. Зиба Ганиева. Весна 1942 (окрашенное фото)В это время начался сильный минометный обстрел и Ганиева была ранена в бок осколком. Вскоре враг был выбит из села. После перевязки Зиба прибыла на доклад к командиру полка. За мужество и героизм, проявленные в этом бою, приказом №0869 по войскам Северо-Западного фронта от 16 июля 1942 г., снайпер-разведчик Зиба Ганиева была награждена орденом Боевого Красного Знамени. Для лечения Зибу отправили в московский госпиталь, где за ней ухаживала Мария Федоровна Шверник, жена Николая Михайловича Шверника, будущего Председателя Президиума Верховного Совета СССР (в последние годы правления Сталина – в 1946-1953 гг.). Она буквально спасла жизнь Зибы, потому что девушка умирала от заражения крови. Целых одиннадцать месяцев Мария Федоровна не отходила от ее постели, а когда та поднялась на ноги, то со слезами на глазах сказала: «Все нормальные женщины носят ребенка девять месяцев, я же тебя вынашивала одиннадцать». После выписки из госпиталя Шверники приняли азербайджанскую девушку в свою семью, официально ее удочерив.Зиба Ганиева среди детей одного из детских садовЗатем Зиба Ганиева вернулась в строй. После второго ранения около двух лет провела в госпитале, была демобилизована и в боевых действиях больше не участвовала. За годы Великой Отечественной войны Зиба Ганиева уничтожила 129 оккупантов, за личные подвиги и мужество была удостоена множества государственных наград, в том числе ордена Красной Звезды, медали «За оборону Москвы», Отечественной войны 1-й степени (в 1985 г., в честь 40-летней годовщины Победы). Она заслуживала и высокого звания Героя Советского Союза, но, очевидно, из-за того, что ее мать была репрессирована, наградной лист так и остался незаполненным. После Победы, в 1945 г. Зиба Ганиева сыграла роль персидской шахини в фильме узбекского режиссера-однофамильца Наби Ганиева «Тахир и Зухра». Кадр из фильма «Тахир и Зухра» , 1945 годЗатем вышла замуж за известного азербайджанского дипломата Тофика Кадырова, который был временным поверенным посольства СССР в Турции. Занималась историей, стала кандидатом филологических наук, доктором востоковедения, профессором и при этом оставалась удивительно скромным человеком. В 1955-1956 гг. была заведующей кафедрой языка и литературы Бакинской высшей партийной школы. С 1956 г. являлась научным сотрудником в Институте востоковедения Академии наук СССР. Скончалась Зиба Ганиева в 2010 г. в Москве.О.БУЛАНОВА

Выбор редакции
19 июля, 18:39

Из танкистов в ревизионисты

  • 0

Из танкистов -  в военную разведку, а потом в сотрудники МИ-6. А так красиво всё начиналось...Российские читатели смогли ознакомиться с рядом книг писателя Резуна. О том, как Советский Союз готовился напасть на Германию, а в печах ГРУ чекисты живьём сжигали предателей в 70-е годы. Мифы и сказания Резуна ставятся на порядок выше официальных архивов МО. Бывший танкист Резун стал одним из ведущих псевдоисториков мира по теме Второй Мировой и истории советских спецслужб. Случайно ли? Или этому предшествовало предательство?Виктор Суворов Виктор Суворов (настоящее имя — Владимир Богданович Резун) когда-то был сотрудником легальной резидентуры ГРУ СССР в Женеве. В 1978 году попросил убежища в Великобритании, где живет и по сей день. На фото: Владимир Резун, 1969 гОн перешел на сторону британской разведки. По версии самого Резуна, он пошёл на контакт с британской разведкой из-за того, что его хотели сделать «козлом отпущения» за крупный провал в работе советской женевской резидентуры. На фото: последний снимок Резуна в погонах, сделанный в здании ЦК КПСС, Москва, Старая площадь, 6-й подъезд, 1971 гСотрудник МИ-6 и псевдоисторик  Виктор Суворов-Резун, наши дни, Бристоль. Англия.Источник

Выбор редакции
19 июля, 17:40

Из национальных героев в убийцу и коллаборанта

  • 0

Это великолепная статья, написанная американской журналисткой Сильвией Фоти о потрясении, которое она испытала, когда узнала, что ее дедушка – национальный герой Литвы Йонас Норейка оказался не героем, а нацистским коллаборантом и убийцей евреев. Статья была на днях опубликована в американском издании «Salon” и это ее русский перевод.«Мой дедушка не был борцом с нацизмом – он был безжалостным коллаборантом. Обещание у смертного одра привело меня к обнаружению его соучастия в Холокосте – и что это значило не только для моей семьи.Сильвия Фоти, 14 июля 2018Восемнадцать лет назад моя умирающая мать попросила меня продолжить работу над книгой о ее отце Йонасе Норейка, знаменитом литовском герое Второй мировой войны, который боролся с коммунистами. Моя мать, бывшая оперная певица, посвятила себя этой миссии и даже защитила кандидатскую диссертацию по литературе, чтобы улучшить свои писательские способности. Как журналист, я согласилась. Я не имела понятия, что это приведет меня к личному кризису, отрицанию Холокоста и сокрытию фактов литовским правительством.Я выросла в районе Чикаго, в котором проживает самое большое количество литовцев вне Литвы и слышала, что мой дед умер от рук КГБ как мученик за свободу Литвы, когда ему было всего 37 лет. Как гласят семейные предания, он возглавлял восстание против коммунистов и отбил у них нашу страну, которую тут же захватили немцы. Он был главой местной администрации на северо-востоке страны во время немецкой оккупации. По семейным воспоминаниям, он боролся с нацистами и за это был отправлен в концлагерь. Из лагеря он бежал и вернулся в Вильнюс, чтобы начать новое восстание против коммунистов, его схватили, доставили в тюрьму КГБ и подвергли пыткам. Я слышала, что он был адвокатом, который возглавил защиту на процессе против 11 повстанцев, его признали виновным и казнили. Его боевой псевдоним был Генерал Шторм. Все это выглядело романтично.Это была книга, которую я начала писать. Моя мама собрала массу материалов, которые включали 3 тысячи страниц уголовного дела, 77 писем к моей бабушке, сказка написанная для моей мамы из концлагеря Штутхоф, письма от членов семьи о его детстве, и сотни статей и вырезок из газет и журналов. Через несколько месяцев после начала проекта я посетила свою умирающую бабушку, которая жила в нескольких кварталах. Она попросила меня не писать книгу о ее муже. «Пусть история уляжется», - она прошептала. Я была поражена. «Но я обещала маме», - я сказала. Она повернулась к стене. Я не восприняла ее просьбу серьезно. Я думала, что она просто хочет сделать мне послабление, так как знала насколько обязывающим этот проект был для моей материВ октябре 2000 года, после смерти моей бабушки, мой брат Рэй и я привезли кремированные останки моей матери и бабушки в Литву для погребения – как они завещали. Мы были удивлены излиянием расположения оказанным нам на их похоронах в Вильнюсском соборе, и были особенно изумлены когда президент Ландсбергис появился со своей женой, чтобы выразить уважение к вдове, дочери и внукам Генерала Шторма. Многие спрашивали на похоронах: «Что с книгой о твоем дедушке?». Я отвечала: «Я обещала и закончу ее». Они хлопали меня по спине, пожимали мне руки и целовали меня в щеки. «Ты такая хорошая дочь. Нашей стране нужны герои».Перед тем, как процессия тронулась на кладбище, Викторас Асменскас, коллега моего деда, который участвовал в восстании против коммунистов и был с ним в тюрьме КГБ, отвел нас к Библиотеке Академии наук в двух кварталах от собора. Это там, где наш дед был днем юристом, а ночью руководителем сопротивления. Когда мы подошли, он повернулся к Рэю и ко мне и сказал: «Вы оба как мои дети. Я любил вашего дедушку». Мы положили венок, который он принес для нас, к бронзовому лику нашего деда и прочли надпись на доске:«В этом здании с 1945-46 работал известный организатор сопротивления, лидер Национального совета Литвы и организатор Вооруженных сил Литвы Йонас Норейка Генерал Шторм. Расстрелян 26 февраля 1947».Из Вильнюса, мы с Рэем в качестве почетных гостей поехали в Суконаи, городе на севере, где родился мой дед, посмотреть на названную в честь него школу. Нам показали скромное здание из белого кирпича и элементами дуба. Директор школы – полный мужчина с взъерошенными седыми волосами, с энтузиазмом схватил наши руки, говоря как он рад, что мы приехали на церемонию в память о нашем деде. Он слышал, что я пишу книгу. Я спросила, как решили назвать школу в честь деда? Он ответил, что это решили на заседании совета округа. «Мы хотели выбрать новое имя, вместо русского, которое у нас было. И имя вашего деда всплыло сразу». Тогда он отвел меня и Рэя в сторону, чтобы другие не могли слышать: «Вначале я имел много огорчений, когда мы выбрали его имя. Его обвиняли в том, что он убивал евреев».Рэй и я были ошеломлены. Обвиняли в убийстве евреев? Я оглядела комнату, посмотрела на учителей и директора. Кто эти люди? Кто была моя мать? Моя бабушка? Кто я? Моя разум был в смятении: должно быть это ошибка. Директор потряс мою руку: «Я получаю больше поддержки, чем когда-либо за выбор имени вашего деда. Все это в прошлом».Пребывая в растерянности, я не могла дождаться окончания церемонии, чтобы задать вопросы. Мы сели на заднее сидение вместе с Асменкасом, коллегой моего деда, в то время уже 88-летнего с седыми волосами. Он вручил мне копию книги, которую он написал о нашем деде под названием «Генерал Шторм», на обложке которой было фото моей бабушки притягивавшей моего дедушку к себе за галстук. Она была напечатана литовским Музеем геноцида, посвященным литовцам, пострадавшим во время Второй мировой войны, многие из которых погибли в Сибири. Музей был создан в 1992, вскоре после независимости Литвы, в ответ на Холокост, чтобы показать что литовские националисты страдали под коммунистами также, как евреи под нацистами. Музей критиковали за неправильное применение слова геноцид, и в начале этого года он сменил название на Музей оккупации и борьбы за свободу. Раньше в здании музея размещалась тюрьма КГБ, где в 1947 погиб мой дед, и на его серой мраморной стене написано его имя вместе со многими другими.«Вы слышали когда-либо слухи о том, что он убивал евреев», - я спросила? Асменкас уставился на меня своими голубыми глазами. «Нацисты назначили его главой округи в 1941. Он сомневался принимать ли пост, но думал, что на этой должности сможет больше помочь нашей стране. У него были хорошие отношения со всеми и он принял это назначение». Я знала, что мой дед был главой округа, учитывая высоту его политической карьеры, но я никогда не могла подумать, что он мог быть коллаборантом нацистов.Вернувшись в Чикаго я продолжила работу над материалами моей мамы о моем деде. Я не могла допустить, что эти обвинение могут быть правдой, но вдруг обнаружила 32-страничный буклет с названием «Держите выше головы, литовцы!». В нем я обнаружила призывы против евреев: «В Клайпеде немцы уничтожают литовцев, а в Великой Литве – евреи скупают все фермы на аукционе. Раз и навсегда: мы не будем ничего покупать у евреев!». Это написал мой дедушка. У меня дрожали руки: я не хотела иметь дедушку, который был автором этой брошюры.Я серьезно решила бросить этот проект, даже если это означало нарушение обещания, которое я дала своей матери. Прошли годы пока я не стала готовой психологически продолжить расследование, собравшись с духом для ужасающей возможности узнать, что мой дед действительно участвовал в убийстве евреев.В 2013 я провела несколько недель в Литве. Я наняла гида по Холокосту Симона Довидавичуса, директора Дома Сугихары – музея посвященного Чиуне Сугихаре, который помог 6 тысячам евреев бежать в Японию во время Второй мировой. Мы стали парой расследующей жизнь моего деда. Я показала ему все памятники моему деду; он показал мне ямы, где были захоронены евреи из-за моего деда. Я дала ему книгу изданную Музеем геноцида утверждавшую, что мой дедушка герой; он дал мне книги о Холокосте утверждавшие, что мой дед был злодеем.Довидавичус был первым, кто предположил, что мой дед провел первоначальную «акцию» во время войны еще перед тем как пришли немцы. Она совпала с нападением нацистов на СССР 22 июня 1941, в тот день Литва начала восстание с немцами против Советов. Это стало началом Холокоста, в котором 95 процентов из 200 тысяч литовских евреев были уничтожены – самый высокий процент в Европе. В настоящий момент в Литве проживают около 3 тысяч евреев.В течение трех недель 2 тысячи евреев были убиты в Плунже – половина населения города. Там мой дед возглавил восстание. Это было еще до Ванзейской конференции на которой нацисты решили сделать массовые убийства государственной политикой. Еще более ужасающим было то, что Довидавичус утверждал, что мой дед, как офицер в чине капитана учил своих литовских солдат как эффективно убивать евреев: как их собирать, проводить через лес, заставлять копать себе могилы и закапывать их в ямах после расстрела. Мой дед был большим учителем.Я возобновила расследование. Я нашла Дамионаса Риаукиа, коллегу моего деда во время пятидневного восстания. В 1941 ему было 17 лет. «Мой дедушка имел какое-то отношение к убийству евреев?». «Его здесь не было», - ответил он. «Он к этому не касался. Это были немцы». В этот момент я заподозрила, что что-то пытаются скрыть, но мне нужны были доказательства.Почти в конце моей поездки, моя тетя Алдона Будрите Бузиене, чья мать была сестрой моей бабушки, рассказала, как будучи 10-летней она сидела с моей мамой в 1941 в Плунже. Она поведала мне эту историю когда мы с ней в ее квартире в Клайпеде ели приготовленный ею обед из курицы и риса. Вскоре после восстания, мой дед перевез свою семью в дом в центре города, который внезапно «освободился». Они жили в нем до переезда в Шауляй, где мой дед стал главой округа. «Что ты имеешь ввиду «внезапно освободился»?», - я спросила. Она ответила, что «евреи исчезли, так что дом был свободен. Многие литовцы переезжали в новые свободные дома».Сделав глубокий вдох, я спросила: «Ты имеешь ввиду, что дома освободились потому, что евреев убили?». Она кивнула, в огорчении. «Что с убийством евреев?», - я спросила. «Кто приказал их убить?».«Я не верю, что это была инициатива твоего деда. Он был слишком хороший для этого».После паузы, я спросила, «Но, если он там жил, и руководил восстанием, разве не он отдавал приказы?»В первый раз тетя Алдона начала собирать и сопоставлять события, как это делала я во время моей поездки. Она покачала головой и заплакала. «Я не могу в это поверить. Может у него не было выбора. Он должен был выполнять приказы. Я не знаю, что думать. Я предполагаю, что это возможно». Она выглядела сконфуженной пытаясь осознать, что ее дядя Йонас участвовал в убийстве евреев.Оказалось, что тот дом, стоял напротив отдела полиции – квадратное здание на главном перекрестке города. В этом здании размещался командный центр нацистов. Дом также стоял недалеко от синагоги, где евреев собрали перед тем, как отвести в лес и расстрелять. Может поэтому моя бабушка просила меня не писать эту книгу?К концу поездки я поняла, что мой дедушка санкционировал убийство 2 тысяч евреев в Плунже, 5 тысяч 500 евреев в Шауляе и 7 тысяч в Телсяе. Вернувшись в Чикаго, в ярости и волнении, я продолжила работать над книгой. Два месяца назад, мой проект привел меня к Гранту Гочину, еврею с литовскими корнями, который живет сейчас в Калифорнии. В течении многих лет он расследовал историю своей семьи. Его кузина Соня Белер, выжила в Холокосте и рассказала, что вооруженные литовцы преградили путь 6 тысячам евреев из ее местечка, которые за три дня до прихода немцев хотели бежать в Советский Союз. Она видела как рекрутировали парней из восьмого класса местной школы, чтобы они помогали убивать евреев. Вооруженные литовцы грабили еврейские дома, до смерти избивали евреев, издевались, насиловали и убивали девочек. Они подожгли у раввина бороду, прикладывали горячий утюг к его телу и застрелили его на глазах у общины. Соня смогла сбежать от верной смерти.Она прошла гетто, которое было создано по приказу моего деда, позднее она выжила в Дахау. Гочин нашел более 100 своих родственников убитых в литовском Холокосте. Наше независимое расследование показало, что мой дед убил родственников Гочина. Мы решили объединить усилия.В то время как на протяжении двух десятилетий я занималась исключительно своим дедом, Гочин начал движение в Литве за раскрытие множества людей, которых Музей геноцида объявил героями и которые участвовали в Холокосте. Три года назад он начал кампанию за то, чтобы убрать мемориальную доску со здания библиотеки Академии наук. Несмотря на широкое отражение в прессе и петицию подписанную 19 известными литовскими политиками, писателями и историками, правительство отказалось убрать доску. В этом месяце Гочин представил 69-страничный доклад по моему деду, обвинив правительство в сокрытии фактов Холокоста. Я пытаюсь помогать Гочину предоставив мои собственные исследования о своем деде.Перед лицом огромного сопротивления литовского правительства, усилия по признанию его роли в Холокосте будут долгими и сложными. Души 200 тысяч евреев погребенных в литовской земле требуют такой расплаты».Статью выложил Эдуард Долинский

19 июля, 17:38

По местам военных снимков. Ленобласть.

  • 0

Финский пулеметно-пушечный дот, река Свирь, район п.Вознесенье.Фото ноябрь 2014.Фото 1943 г.Автор современного снимка - следопыт Вадим из Петрозаводска.

Выбор редакции
19 июля, 17:37

История в цвете

  • 0

Художник Ольга Ширнина, известная в сети под ником Klimbim, раскрашивает старые черно-белые снимки. Кропотливое превращение черно-белых фотографий в цветные для Ольги не просто любимое занятие, но своего рода способ взглянуть на историю иначе.​  А. П. Чехов, последнее фото, 1904 г. Потемкин Пантелей Семенович, командир орудия 1 батареи 872 Гаубичного Артиллерийского полка, 32 ГАКОКБр, 1926 г. р., русский, участие в боевых действиях с 1944 г. I Белорусский фронт Геббельс Физкультпарад. Вожатая пионерской колонны 1938 год. Георгий Константинович Жуков, 1939 источник

Выбор редакции
19 июля, 16:21

Маяковскому — 125!

  • 0

Советская азбука Маяковского 1919 года считается самой дорогой и редкой из современных русских азбук. Хотя печаталась немалым тиражом — но значительная его часть уходила на фронт, а там было не до сохранения библиографических раритетов. Роман Якобсон вспоминал: ""Советскую азбуку" мы с Маяковским делали вместе... Существовала такая гимназическая забава — похабные азбуки, и некоторые из этих стихов их слегка напоминают. Эти азбуки были рукописными или даже продавались из-под полы. Ассоциация была явной, и поэтому за эту азбуку на него страшно нападали. Одна машинистка из хорошей семьи, которую он просил переписать это в каком-то учреждении, отказалась со слезами на глазах переписывать такие гадости, как:Вильсон важнее прочей птицы.Воткнуть перо бы в ягодицы…Сам Маяковский рассказывал об "Азбуке" так: "Это очень интересная страница из истории нашей революционной поэзии. Она была написана, кажется, в 19-м или 20-м году к одной из годовщин — «помощь Красной Армии». Она была написана как пародия на старую, была такая порнографическая азбука. Не в этом дело. Она была написана для армейского употребления. Там были такие остроты, которые для салонов не очень годятся, но которые для окопов шли очень хорошо...Эту книгу, написавши, я принес печатать в Центропечать. Там сидела не вычищенная еще машинистка одна, которая с большой злобой мне сказала: «Лучше я потеряю всякую работу, но эту гадость я переписывать не буду». Вот с этого начинается. Дальше, никто не хотел эту книжку печатать. Типографии не было. Я нашел одну пустующую типографию тогдашнего Строгановского училища, сам перевел на камень. Рабочих не было, кто бы мог пустить в ход машину. Мне самому приходилось пускать ее в ход. Не было никого, кто бы принял уже напечатанные листы. У меня были приятели, с которыми я это сделал. Нужно было покрасить, не хватало краски, мы от руки три — пять тысяч раскрашивали и дальше весь этот груз на собственной спине разносили. Это по-настоящему ручная работа в пору самого зловещего окружения Советского Союза. Свою работу эта книжка сделала. И вот года три тому назад я был в Ленинграде, и мне вдруг дают такие сведения: у вас какая-то книжка конфискована. Я думаю — какая это? Оказалось — «Азбука». В чем же дело? А в том, что на этой книжке написано «Азбука» и её какой-то чиновник взял и отправил в детские дома Ленинграда. Учительница берет и читает: «Воткнуть перо бы в ягодицы», и ругаетcя, какие Маяковский для детей скверные азбуки пишет. Вот это показывает, как неправильно применяются стихотворения, написанные не на ту аудиторию, на которую они распространяются, и падают тяжестью обвинений на автора. А на самом деле автор здесь ни ухом, ни рылом в этом не виноват и сделал своей книжкой в определённое время очень и очень полезное и нужное дело."Сейчас пролистывание этой азбуки даёт возможность понять, как видели и воспринимали мир красноармейцы той эпохи.Тут и непосредственные враги, вожди белогвардейцев — Деникин, Колчак, Юденич, Шкуро... И политики — Керенский, Милюков, меньшевики, эсеры, покойный царь Николай. И дела международные — Антанта и Япония, Вильсон, Лига Наций, и даже правый футурист д'Аннунцио с его "республикой Фиуме".

Выбор редакции
Выбор редакции
19 июля, 12:46

Старейшие фотографии Суздаля, около 1870 г.

  • 0

В Сети уже давно известен «Альбом фотографических видов памятников древнерусского искусства» Михаила Настюкова, изданный в 1873 году по заказу Академии художеств. В него включены снимки Владимира и Суздаля, которые являются для обоих городов старейшими из числа опубликованных.Недавно выяснилось, что сами съёмки делались значительно ранее 1873 г., скорее всего, не позднее 1870 г.Кроме того, оказалось, что опубликована лишь часть альбома. Целиком он хранится в петербургском "Эрмитаже". Увы, это уважаемое заведение пока не расщедрилось, чтобы выложить все уникальные фотографии Настюкова в Сеть, но показало их на выставки во Владимире. Кому-то из посетителей удалось переснять, но не факт, что теперь мы увидели суздальские работы Настюкова полностью.Попробуем собрать всё, что есть, в одном посте.Колокольня Спасо-Евфимиевского монастрыря и памятник князя Пожарского:Святые врата Преподобенского Ризположенского монастыря:Увы, этот снимок в нормальном виде пока найти не удалось. Вдруг кто из читателей встречал?Собор Рождества Пресвятой Богородицы:Собор Рождества Пресвятой Богородицы (с другой стороны):Собор Рождества Пресвятой Богородицы (деталь стен):Собор Рождества Пресвятой Богородицы:Покровский женский монастырь:Внутренности памятника князя Пожарского:Собор и колокольня Спасо-Евфимиевского монастрыря:Спасо-Евфимиевский монастырь:Панорама города:Преподобенский женский монастырьРынок перед Ризоположенским монастырём:Борисоглебская церковь в с. Кидекше близ Суздаля:См. также Старейшие фотоальбомы с видами городов Российской империи