Источник
Блог Николая Подосокорского - LiveJournal.com
Выбор редакции
17 апреля, 19:53

"Каждый день для меня – это стыд перед Путиным". Последнее слово экс-главы Коми Торлопова

  • 0

69-летний экс-глава Коми и бывший сенатор Владимир Торлопов (возглавлял республику с 2002 по 2010 год), обвиняемый в создании преступного сообщества, выступил с последним словом на суде в Москве. Он извинился перед Владимиром Путиным и заявил, что 17 лет заключения, которое требует для него обвинение, станет для него "смертным приговором". Политик назвал себя "свадебным генералом" при преступном сообществе, на существовании которого настаивает следствие.В последнем слове Торлопов настаивает, что стал жертвой своего окружения. По его словам, после того, как он стал губернатором, он понял, что не имеет практического опыта в экономике, поэтому назначил своего знакомого бизнесмена Александра Зарубина (объявлен в международный розыск) подобрать ему заместителей и министров. По утверждению Торлопова, вскоре после этого он стал марионеткой в руках Зарубина. При этом предприниматель давал Торлопову деньги, который тот брал, потому что "боялся его обидеть". Цитаты из выступления Торлопова в суде весьма красноречивы:– Поначалу все шло хорошо, но, как говорится, благими намерениями вымощена дорога в ад. Со временем ко мне стала поступать информация о том, что рекомендованные Зарубиным люди используют государственную службу в своих интересах. Я пытался разобраться, но потом понял, что команда Александра Зарубина – это единая сплоченная группа, и получилось так, что я невольно, неосознанно способствовал созданию так называемой преступной группы, в которой мне было отведено место свадебного генерала.– В 2009 году я предпринял попытку исправить ситуацию, назначив своим заместителем отставного генерала ФСБ Пиюкова Николая Михайловича, за что Зарубин в резких тонах отчитал меня по телефону. И тут мне стало понятно, что одному генералу с командой Зарубина тоже не справиться.– В 2010 году главой Республики Коми стал один из рекомендантов Зарубина Гайзер Вячеслав Михайлович. Меня перестали посвящать в деятельность правительства, никто со мной ни о чем не советовался, не просил, но деньги по-прежнему Зарубин мне давал.– За все время, что я нахожусь в этой страшной для меня ситуации, каждый день для меня – это огромная боль и стыд, стыд перед президентом Российской Федерации Владимиром Владимировичем Путиным, который в свое время поверил мне, поддержал и поддерживал меня. А я, получается, в конечном итоге не оправдал его доверия. Я приношу глубочайшие извинения президенту нашей страны, извинения жителям республики за то, что не оправдал ваших надежд.Вы также можете подписаться на мои страницы:- в фейсбуке: https://www.facebook.com/podosokorskiy- в твиттере: https://twitter.com/podosokorsky- в контакте: http://vk.com/podosokorskiy- в инстаграм: https://www.instagram.com/podosokorsky/- в телеграм: http://telegram.me/podosokorsky- в одноклассниках: https://ok.ru/podosokorsky

Выбор редакции
17 апреля, 18:53

Разрушение пропаганды и управляемости. Валерий Соловей о симптомах политического кризиса в РФ

  • 0

Из выступления заведующего кафедрой рекламы и связей с общественностью МГИМО Валерия Соловья в Ельцин Центре. Текст подготовил Андрей Пермяков / DK. RU. Полностью его можно прочесть на сайте издания.То, что считают возрождением традиций Российской империи (то есть возвращение Крыма), как раз было окончательным сигналом того, что Россия из империи превратилась в республику. Если задать вопрос: «Хотите ли вы присоединения к России Украины, Белоруссии, Казахстана, Прибалтики?» 9 из 10, наверное, скажут: «Нет». И это будет подтверждаться любой социологией. По очень простой причине. Не осталось ни сил (потому что любая империя — это напряжение), ни, честно говоря, денег. Наверное, лучше все-таки тратить деньги на себя, чем помогать восстанавливать школы в Сирии? При всем уважении к Сирии.Россия — это республика, которая существует на уровне массовых ощущений исчерпанности ресурсов, но которая в сознании наших правителей все еще остается империей. Я бы ничего не имел против сознания правителей, если бы они не пытались восстановить величие за наш с вами счет. То, что мы сейчас переживаем, в значительной мере переплетено с международными и даже глобальными процессами. Высока вероятность глобального кризиса. Кризис системы международных отношений очевиден. Она рушится, и это происходило бы вне зависимости от Крыма. Мы переживаем кризис европейской и западной политики в целом: появляются новые партии, старые гибнут, приходят новые политики.С моей точки зрения, масштабный политический кризис в России неизбежен. В сущности, он уже начался. Как часто бывает, мы ощущаем какие-то симптомы в отдельности, но болезнь еще не диагностируется. Какие симптомы?1. Качественное изменение массового сознания.2. Разрушение пропаганды.3. Кризис персонального лидерства Путина.4. Кризис управляемости на всех уровнях и во всех секторах госслужбы и муниципального управления.5. Попытка транзита системы в турбулентной ситуации.Обратите внимание — я не сказал ни слова об экономике. Важны не экономические показатели сами по себе, а то, как мы их воспринимаем. Политические кризисы не возникают только в ситуации экономического упадка. Скажем, на Украине «оранжевая» революция произошла во время подъема. Митинги на Болотной в России в конце 2011 и начале 2012 гг. — это не следствие кризиса, тогда у нас был экономический рост. Более того, с точки зрения власти, самые безопасные люди — это нищие. Если вы живете в ситуации застойной бедности, то никогда не будете протестовать и выступать против власти. Любимая русская фраза: «Не жили хорошо, нечего и начинать». У нас таких не меньше трети населения. А те, кто в нулевые годы стал жить лучше, новый средний класс, в основном жители крупных городов, — потенциально самая взрывоопасная аудитория.Похоже, что для значительной части общества подходит предел терпения. Их настигает ощущение, что терпеть дальше бессмысленно. В этом отношении очень важным оказался 2018 г. — год слома массового сознания, его перехода в качественно новое состояние. И это подтверждается социологией. Раздражение начинает перерастать в неприятие и агрессию...Что служит отягчающей квалификацией? Принадлежность к «Единой России». Я вспоминаю, как это было в 1989 г. и особенно в 1990 г. при советской власти — за кого угодно, только против коммунистов. И сейчас начинают голосовать за кого угодно, только против «Единой России». Я бы сказал, что это еще очень безобидное политическое поведение. Оно же мирное! Никто морду не бьет, никто не призывает к погромам. Вы просто приходите и голосуете против.Бывает не очень мирное политическое поведение. В Архангельске несколько тысяч человек вышли на улицы, прошли через оцепление и устроили стихийный митинг. Хорошо им не попались чиновники. Кстати, в 90-е годы чиновники не боялись выходить и говорить.Таким образом мы увидели две новых возможности политического поведения:1. Конвенциональный протест. Мы идем и голосуем.2. Неконвенциональный. Мы не верим, что с помощью голосования, суда, жалоб и петиций можно что-то изменить. И выходим на улицы.Когда одно поведение перерастет в другое и перерастет ли вообще? Критическим образом это зависело и продолжает зависеть от Путина, потому что он главный посредник между бюрократией (назовем их элитами) и обществом, главный гарант эффективности бюрократии. Но что такое Путин для бюрократии и элит? Это человек, который контролирует электорат, общество. Если уровень его поддержки высокий, это означает, что общество не готово выступать. Как только уровень поддержки начинает снижаться — это опасный сигнал. Реально его поддержка сейчас — около 30%. Но этого уже недостаточно, чтобы контролировать общество в целом.Помимо вождя, есть свита, которая обеспечивает эффективность. С ней происходят еще более серьезные проблемы. Мы можем наблюдать их на локальном или региональном уровне. Многие вещи, которые, казалось бы, должны иметь позитивный эффект, оказываются разрушительными для системы. Вот Дагестан, где началась борьба с коррупцией. Замечательно! Прошел год: чиновников сняли по одному разу, второму, третьему. Оказалось, что там нельзя решить ни одного вопроса. Была плохая коррумпированная система, но если надо было решить вопросы землеотводов, канализации, вы знали к кому обратиться, а сейчас не к кому. Система не работает. Это очень похоже на то, что было при позднем Михаиле Горбачеве, когда была и гласность, и перестройка, и критика, и самокритика. В результате партийная бюрократия пришла к выводу: «А зачем нам все это?»А теперь смотрите, что происходит в современной России. У нас на региональном уровне репрессиями затронуто два процента чиновников. Это много или мало? По сравнению со сталинскими временами это сущее вегетарианство. Но в сталинские времена не было социальных сетей, не было такого быстрого обмена информацией и такой системы коммуникаций. И эффект от посадок этих двух процентов или заведения дел на них значительно выше, чем при Сталине.Мы видим, что решать вопросы все сложнее, не важно, какая это система — технократическая или коррумпированная. Но что еще важнее для нас с вами — мы же выступаем по отношению к власти как потребители ее услуг и просто как потребители информации. Вы слышите от чиновников: «Вас здесь не стояло», «Вас никто в Афганистан не посылал», «Вас никто не просил рожать», «Вы — шелупонь». Это в Архангельске вывело людей. Они жалуются в суды, а им кулаком в морду. Раньше это все компенсировалось возможностью экономического роста. Сейчас они почувствовали, что власть на них смотрит как на быдло, а власть эта — на самом деле оккупационная. Она им чужая, она не готова реализовать ни одного из базовых человеческих интересов. Она об этом говорит уже почти откровенно. Это вызывает очень сильное напряжение.Поинтересуйтесь историей, которая сейчас разворачивается вокруг размещения мусорных полигонов. Есть заключение, подготовленное не оппозиционерами, а Общероссийским народным фронтом, что они приведут к развитию раковых заболеваний, болезней органов дыхания, в десятки раз. И что? Кто-нибудь задумался над тем, чтобы от этого отказаться? Купить другие заводы с более совершенной технологией? Нет. На кону огромные деньги — миллиарды долларов. Мнение тех, кто будет жить рядом, в учет совершенно не берется. Как людям относиться к этому?В Российской Федерации была замечательная пропаганда, одна из самых эффективных в мире, пока она не стала наступать на собственные грабли. Включите телевизор — из восьми основных тем на каком месте окажется Россия? Хорошо, если на шестом. Кризис пропаганды в том, что она воспринимается как не имеющая никакого отношения к реальным проблемам людей в России. И поэтому все больше людей уходят в социальные сети. По своему влиянию они пока еще не сильнее пропаганды, но уже соизмеримы по масштабу и степени доверия. Власть видит это и делает вполне естественный вывод — если это альтернативная система информирования, то ее нужно взять под контроль. Все это начиналось год назад — закон об автономном рунете. Знаете, как его сейчас потребовали называть, какой будет оборот в пропаганде? Закон о надежном интернете!Год назад все говорили, что это невозможно. Нет, технически это возможно. К 2021 г. ценой колоссальных финансовых затрат и социальных потерь все будет готово. Правда, есть загвоздка. Люди, которые дали добро на такую ограничительную стратегию, сами не пользуются компьютерами и соцсетями, потому что считают это опасным. Им дают распечатки.. Поэтому я склонен полагать, что негативные последствия от попыток реализации [законопроекта] будут значительно превышать все плюсы и позитивные возможности, на которые они рассчитывают.И, наконец, транзит власти. Надо передать ее: обсасывают варианты, кандидатов. Изменения в конституцию, различные варианты, все это есть. В 2020 году предполагалось начать вносить изменения в конституцию, не знаю, как сейчас. Но есть опять же одна загвоздочка. Все это хорошо делать, когда вы находитесь на вершине власти, могущества и спокойствия. Когда у вас в стране превосходно идут экономические дела, тогда вы можете осуществлять любые политические конституционные реформы. Такие вещи нельзя делать в ситуации нарастающего кризиса. С моей точки зрения, ничего из задуманного реализовано не будет. А при попытке реализации будет вызывать очень острые и сильные реакции, непропорционально более значительные, чем они могли бы быть несколько лет тому назад.Вы также можете подписаться на мои страницы:- в фейсбуке: https://www.facebook.com/podosokorskiy- в твиттере: https://twitter.com/podosokorsky- в контакте: http://vk.com/podosokorskiy- в инстаграм: https://www.instagram.com/podosokorsky/- в телеграм: http://telegram.me/podosokorsky- в одноклассниках: https://ok.ru/podosokorsky

Выбор редакции
17 апреля, 18:04

"СМИ часто не могут соответствовать важной общественной заявке". Александр Амзин о медиапотреблении

  • 0

Александр Амзин, медиа-аналитик, бывший преподаватель кафедры новых медиа факультета журналистики МГУ и издатель делового портала The Bell рассказал порталу "Журналист" и медиаграмотности и состоянии современных СМИ."Многие медиа сейчас не рассказывают, как обстоят дела в мире, а просят испытать эмоции и рассказать о них. Мнения вышли на первый план. Аудитория все время пытается делегировать медиа выбор важных новостей. Например, появляются роботы, которые говорят: «Всем остальным это понравилось, а значит, и тебя может заинтересовать». Есть бесконечная лента, в которой новости идут одна за другой, вне зависимости от их значимости. Эта лента не говорит, что будет дальше и будет ли оно важнее. Несмотря на это, мы продолжаем ее обновлять в надежде на то, что станет интереснее. В этом плане медиапотребление схоже с поглощением пончиков — каждый последующий всегда кажется более вкусным.Из собственного пула знаменитостей состоит как «Дождь», так и «Россия 24». А когда к тебе обращается бренд или селебрити, нужно понимать, что объективной информации от них не будет. Любое СМИ торгует двумя продуктами — публикациями и уникальным взглядом-повесткой. Одно издание отличается от другого выбором материалов для первой полосы. Мы чаще прокручиваем ленту в моменты пониженного внимания. Например, когда стоим на светофоре и у нас есть 40 секунд. Это не квалифицированное потребление, а сосисочное. Оно заставляет учетную ставку ЦБ конкурировать с рэпером FACE. При этом ставка всегда проигрывает, хотя от нее больше зависит наша дальнейшая жизнь.В ленту попадает то, что должно всем понравиться. Нам скорее покажут три новости дня, чем 30 остальных, которые будут важны для нас. Причем мы-то не узнаем, что эти 30 новостей не показали. В этом и проблема. Для Цукерберга важно, чтобы мы хорошо проводили время, а общественным институтам нужно, чтобы в жизни мы принимали правильные решения. СМИ по разным причинам часто не могут соответствовать важной общественной заявке.Сейчас стираются форматы, а аудитория к этому не готова. Когда мы транслируем происшествие в медиа, пользователь не понимает, заметка перед ним или новость. Человек не хочет читать четыре абзаца новости на сайте издания после глагольного заголовка на Facebook, из которого все и так понятно. Большинство СМИ, которые дружат с платформами, используют рекламную модель. Отсюда конфликт между общественной миссией медиа и тем, как получить больше охват. Например, Газета. Ru выпустила больше 200 материалов и собрала 6 миллионов уникальных пользователей в день смерти Юлии Началовой.Что делать с аудиторией? Прививать медиаграмотность. Этому лучше обучать еще со школы, чтобы в дальнейшем люди понимали, где, к примеру, объективные сообщения, а где — язык вражды. Вовлекать в создание аналитического отчета о том, что привело в издание подписчиков — хорошая журналистская работа. Проводить постоянный reality check. Необходимо разделять аудиторию на реальную, ту, до которой мы можем дотянуться и толпу, которая то нахлынула, то ушла. Критично отнестись к старым форматам: любые заповеди, которые раньше работали и пришли к нам как наследство, сейчас просто не работают".Вы также можете подписаться на мои страницы:- в фейсбуке: https://www.facebook.com/podosokorskiy- в твиттере: https://twitter.com/podosokorsky- в контакте: http://vk.com/podosokorskiy- в инстаграм: https://www.instagram.com/podosokorsky/- в телеграм: http://telegram.me/podosokorsky- в одноклассниках: https://ok.ru/podosokorsky

Выбор редакции
17 апреля, 17:46

Общины сестер милосердия Российской империи в 1844–1917 гг.: Энциклопедический справочник (2019)

  • 0

Общины сестер милосердия Российской империи в 1844–1917 гг.: Энциклопедический справочник / Под общ. ред. свящ. А.В. Постернака. – М.: Изд-во ПСТГУ, 2019. – 608 с. + вкл. [48]. ISBN 978-5-7429-1154-8.Энциклопедический справочник включает подробную информацию об общинах сестер милосердия, существовавших в Российской империи в середине XIX – начале ХХ века, и является первым полным описанием истории среднего медицинского персонала того времени. Справочник предварен историографическим и источниковедческим обзорами, а также историческим очерком, в котором рассмотрены вопросы возникновения и поэтапного развития общин, проанализированы структура их управления и принципы финансового обеспечения, различные аспекты служения. Отдельно представлена деятельность общин в мирное время и в периоды военных действий, приведены сведения об их закрытии и судьбе сестер после революционных событий 1917 года. Издание будет полезно широкому кругу читателей, интересующихся историей России XIX – начала XX века, а также послужит информационной базой для исследователей, занимающихся проблемами социальной поддержки населения и благотворительности, историей Российского общества Красного Креста и женского медицинского образования.Вы также можете подписаться на мои страницы:- в фейсбуке: https://www.facebook.com/podosokorskiy- в твиттере: https://twitter.com/podosokorsky- в контакте: http://vk.com/podosokorskiy- в инстаграм: https://www.instagram.com/podosokorsky/- в телеграм: http://telegram.me/podosokorsky- в одноклассниках: https://ok.ru/podosokorsky

Выбор редакции
17 апреля, 17:34

К администратору телеграм-канала «Протестный МГУ» пришли с обыском

  • 0

В Москве сотрудники полиции пришли с обыском к администратору телеграм-канала «Протестный МГУ» Дмитрию Иванову. Об этом сообщает Znak. Силовики заявили, что следственные действия связаны с уголовным делом Алексея Климишина — участника «бессрочного протеста», которого подозревают хулиганстве из-за акции с фаейром у здания ФСБ на Лубянке. Иванов писал, что отказался открывать дверь до тех пор, пока не приедет адвокат. Но силовики, сообщает активист, «утверждают, что это срочно», и ломают замок. «Они все еще под дверью. ОВД-Инфо ищет адвоката, менты бьют руками и ногами в дверь и требуют открыть. Я сказал, что дождусь адвоката и обязательно открою, но они утверждают, что это срочно. Начали ломать замок. Один замок выломали. Адвокат Фомин Николай Иванович в пути. Боюсь только, дверь так долго не выдержит. Сломали. Телефон сейчас отберут, видимо», — вел трансляцию Иванов.Акция на Лубянке состоялась 13 октября. К зданию ФСБ пришли трое активистов, один из них зажег файер и крикнул: «Свободу политзаключенным!». По факту происшествия было возбуждено уголовное дело по пункту «б» части 1 статьи 213 УК РФ («Хулиганство по мотивам политической, идеологической, расовой, национальной или религиозной ненависти»). Дмитрия Иванова задерживали в начале марта около главного здания МГУ. Там он организовал сход в поддержку аспиранта мехмата МГУ Азата Мифтахова, который находится под арестом по делу о попытке поджога офиса «Единой России». К Мифтахову в СИЗО применялись пытки, что зафиксировали члены ОНК; правозащитный центр "Мемориал" признал его политзаключенным. Позднее Дмитрия Иванова оштрафовали на 15 тысяч рублей за нарушение правил проведения публичных мероприятий.Вы также можете подписаться на мои страницы:- в фейсбуке: https://www.facebook.com/podosokorskiy- в твиттере: https://twitter.com/podosokorsky- в контакте: http://vk.com/podosokorskiy- в инстаграм: https://www.instagram.com/podosokorsky/- в телеграм: http://telegram.me/podosokorsky- в одноклассниках: https://ok.ru/podosokorsky

Выбор редакции
16 апреля, 23:07

Кирилл Серебренников получил «Золотую маску» за балет «Нуреев»

  • 0

Постановка «Нуреев» Кирилла Серебренникова получила «Золотую маску» как лучший балетный спектакль, передает Znak. Награду получали режиссер, балетмейстер Юрий Посохов, исполнители главных ролей. «Мы все благодарны Большому театру, в котором возможно сделать такой огромный спектакль, спасибо за возможность», — приводит агентство слова Серебренникова. Он также поблагодарил самого героя постановки — Рудольфа Нуреева. «Он хотел, чтобы все было не скучно, а весело, у нас была веселая жизнь вокруг спектакля, она продолжается», — добавил режиссер.В балетной номинации за лучшую мужскую роль премию получил Вячеслав Лопатин («Нуреев»). Постановка принесла победу и балетмейстеру Юрию Посохову. За лучшую женскую роль «Золотую маску» получила Екатерина Крысанова за постановку Большого театра «Ромео и Джульетта». Награды за лучшую работу дирижера в балете и современном танце удостоился Павел Клиничев («Ромео и Джульетта»). В номинации «Лучший спектакль в современном танце» победил «Минус 16» Московского академического Музыкального театра им. К. С. Станиславского и Вл. И. Немировича-Данченко. 25-я церемония вручения премии «Золотая маска» прошла на Исторической сцене Большого театра в Москве.Вы также можете подписаться на мои страницы:- в фейсбуке: https://www.facebook.com/podosokorskiy- в твиттере: https://twitter.com/podosokorsky- в контакте: http://vk.com/podosokorskiy- в инстаграм: https://www.instagram.com/podosokorsky/- в телеграм: http://telegram.me/podosokorsky- в одноклассниках: https://ok.ru/podosokorsky

Выбор редакции
16 апреля, 18:05

Василий Гатов. Манипуляции медиа: аgenda-setting, культивация, фрейминг, прайминг

  • 0

Из статьи известного медиаэксперта Василия Гатова: Гатов В. Обреченные на контакт. Как медиа формируют горожан // Горожанин: что мы знаем о жителе большого города? - М.: Strelka Press, 2017.Средний объем медиапотребления, согласно исследованиям САRАТ Меdiа, за период с 1950 по 2010 год изменился радикально. Житель развитого мира в середине прошлого века потреблял медиа (в широком смысле) в среднем около 13 часов в неделю; в этом потреблении доминировала печатная пресса, второе место занимало радио, потреблявшееея преимущественно дома; performing arts, кино, музыка были третьим медиумом. В 2010 году средний горожанин потреблял 80—110 часов медиакоммуникаций в неделю. Треть его потребления занимает цифровое телевидение, 20% — интернет, 11% — компьютерные игры и их мобильные аналоги, около 8% — разные виды печатных СМИ. Всего количество учитываемых каналов коммуникаций возросло с 11 в 1950 году до 83 (!) в 2010-м — еще до момента активного развития социальных сетей и мобильных приложений-мессенджеров.Охват. разнообразие каналов и проницаемость городской медиасреды позволяют обеспечить более «жесткое» управление знаниями, реакциями и поведением, чем, скажем, в субурбанистической среде (деревне. сабурбии). Житель современного города не может избежать медиаконтакта (точнее, он должен предпринимать специальные усилия, чтобы его избегать). Чем больше разных каналов попадает в «медиадиету» человека, тем труднее ему различить манипуляции, управление его настроением и решениями. Технологии манипуляции общественным мнением с помощью массмедиа изучаются много лет - сначала как методы пропаганды, прежде всего советской и нацистской, а позднее, когда прямое информационное насилие и тоталитарная природа пропаганды были признаны неприемлемыми в демократиях, исследование сместилось на более мягкие методы манипуляции массовым сознанием. Объективно говоря, в плотной информационной среде городов эти «мягкие» манипуляции окружают нас повсюду — от инструкций по пользованию лифтами до рекламы. Однако наибольшую силу медиавоздействия получают. конечно же, через вещателъные СМИ.Agenda-setting (формирование повестки дня) как метод воздействия на массовое сознание через медиа был впервые описан в 1960-1970-х годах. В условиях, когда в СМИ невозможна цензура или прямая пропаганда, политическая сфера может оказывать влияние не на сам контент, а на его создателей — журналистов и редакторов (начиная от прямого подкупа или угроз и заканчивая более тонкими инструментами — такими, как «доступ к телу» мэра или президента, приглашения на закрытые правительственные или партийные мероприятия, включение в закрытые политические рассылки и think-tanks и т.п.). В результате, даже не имея возможности вмешательства, активно настроенная «власть» может добиться существенного позитивного изменения тона прессы по отношению к себе самой (или негативного — к своим противникам), а из информационной повестки дня исчезают темы, которые могли бы быть неприятны «друзьям журналистов».Процесс культивации основывается на том, что СМИ вынуждены не только информировать своих читателей и зрителей о событиях современной жизни, но и помещать их в определенный контекст. Этот контекст — в особенности для художественных фильмов, сериалов, актуальной литературы — является упрощенной и более контрастной, чем на самом деле, картиной окружающего мира. В американском телевидении 1960—1980-х годов, послужившем материалом для исследований, большинство преступников, например, это представители черной расы или других этнических меньшинств (соотношение 80/20 с белыми), тогда как в объективной реальности того времени белые совершали 70% преступлений.И наоборот. среди персонажей-полицейских доминируют белые (86%), образованные и культурные — хотя и весьма брутальные — американцы, при том что в американской полиции того времени расовое разнообразие было намного выше (всего 51% офицеров были белыми). Точно так же «художественная реальность» существенно уменьшала роль женщин в мире криминала и борьбы с ним: среди «борцов с преступностью» пропорция была 9:1 в пользу мужчин; при этом жертвами преступлений в сериалах и фильмах женщины оказывались в 62% случаев — против 31% в реальности.Замещение реальной картины мира сюрреалистично слвинутой реальностью телевидения четко обозначило и сдвиг в общественных приоритетах телезрителей: например, они демонстрировали значительно более расистские взгляды (полагая, что все чернокожие — преступники), были склонны отрицать факты полицейского произвола (потому что ассоциировали себя с белыми героями-правоохранитслями) и были противниками равноправия женщин, считая, что рост общественной активности женщин приведет к разгулу насилия в их отношении. Культивация упрощенной и более контрастной картины мира — традиционный прием пропаганды; для пропагандиста важно различение «свой-чужой», «союзник-враг», и он беззастенчиво им пользуется. Проникновение этой модели в художественное вещание (и, отчасти‚ в новости, авторы и ведущие которых зачастую были вынуждены прибегать к аналогиям с популярными сериалами, содействуя возникновению в сознании потребителей «цепочек воспоминаний») значительно тормозит общественное развитие, принятие концепций инклюзивности, равных прав женщин и меньшинств.Применительно к российским реалиям медиакультивация лучше всего видна в том, как горожане относятся к трудовым мигрантам, в особенности — к мусульманам. Все сериальное производство российских телеканалов, развлекательные программы и даже новости представляют мусульманские (среднеазиатское и кавказское) иммигрантские сообщества как внедрившиеся в «наш образ жизни» полудикие племена, многие члены которых плетут заговоры вместе с международным терроризмом, являются малокультурными, неспособными к адаптации и инклюзии. Эта культивация постоянно смыкается с изоляционистской и двуличной политикой властей, как городских, так и федеральных, для которых завоз трудовых мигрантов является единственным способом получить дешевую, послушную и управляемую рабочую силу.Фрейминг известен человечеству со времен первых религиозных нормативных текстов. Метод фрейминга основан на использовании противоречий между разными культурными шаблонами поведения или реакции на чужое поведение. Базовые поведенческие модели состоят из сложного сплава культурных практик, социального знания, морали, религиозных догм, архетипов и мистических верований. Обычный человек, как правило, плохо относится к нарушению привычных моделей другими и переживает когда ему самому приходится их нарушать. Помещение информационного события — через интерпретацию — в контекст поведенческого фрейма и является манипулятивным действием. Например конкретное нарушение норм общественной морали одним человеком подается СМИ как «неизбежное массовое нарушение этих принципов всеми, кто похож на этого нарушителя» (вспомним, папример, российский штамп начала 2000-х годов «преступник кавказской национальности» или недавний активный фрейминг телезрителей через поведение мигрантов в Европе. Под воздействием фрейминга в сознании потребителя активируется цепочка «неприятие-осуждение». основанная на принципиально ложном переносе смысла. Однако, будучи повторенным многократно. эффект фрейминга закрепляется и формирует «травмированный фрейм», содержащий ложный контент из недавней манипуляции.Прайминг также относится к «жестким» медиавоздействиям, обладающим быстрым, хотя и не очень стабильным эффектом. В отличие от фрейминга. прайминг использует не уже имеющиеся этические (или информационные) шаблоны закрепленные в сознании потребителя СМИ воспитанием и образованием, а проталкивает в сознание якобы имеющееся у человека знание, мнение, шаблонную реакцию на определенное событие или явление. Прайминг бывает естественными управляемым. Естественный прайминг — это участие СМИ в продвижении существующего у части общества отношения к чему-то или кому-то под видом «всеобщего». Типичный пример такого медиавоздействия из области городских медиа — продвижение идеи велосипедного движения в Москве как «востребованного всеми горожанами» (что является очевидным преувеличением). Постепенно, отталкиваясь от отдельных удачных локальных решений и ссылок на отдельных энтузиастов, городские медиа Москвы перестали конкретизировать, от кого исходит спрос на велодорожки, и просто объявили это желанием всех москвичей.Управляемый прайминг — это сознательная пропаганда, прикидывающаяся объективным сообщением информации, которая впоследствии будет использована для оправдания того или иного решения власти общественной поддержкой. Внедрение заведомо отсутствующих конструктов в массовое сознание, формирование у людей отношения к предмету, который никак не связан с их обычной жизненной практикой. —- основа основ коммунистической идеологии и пропаганды (вспомним крылатую строчку из стихотворения М. Светлова: «Он хату покинул, пошел воевать. чтоб землю в Гренаде крестьянам отдать»).Вы также можете подписаться на мои страницы:- в фейсбуке: https://www.facebook.com/podosokorskiy- в твиттере: https://twitter.com/podosokorsky- в контакте: http://vk.com/podosokorskiy- в инстаграм: https://www.instagram.com/podosokorsky/- в телеграм: http://telegram.me/podosokorsky- в одноклассниках: https://ok.ru/podosokorsky

Выбор редакции
16 апреля, 15:58

Варвара Караулова освобождена по УДО

  • 0

Варвару Караулову выпустили на свободу по УДО. В целом, я согласен с оценкой лингвиста Алексея Касьяна, который некоторое время назад так написал о ее деле: "Случай с Варварой Карауловой совершенно особый, и если бы наше правосудие и ФСБ отличались хоть сколько-нибудь гуманностью, то Варвара была бы уже на свободе. Когда читаешь про ее историю или говоришь с ее адвокатом (у нас с Варварой был один адвокат), то первая ассоциация с персонажем Баттерсом из Саус Парка: ребенок, которого подавляют властные и плотно опекающие его родители, и который готов в ответ взорваться каким-нибудь диким поступком... Сейчас Варвара давно пересмотрела свое мировоззрение и даже искренне воцерковилась. Ее тюремный духовник - Алексей Уминский, очень приличный... священник РПЦ".Показательно, что власть за последний год все же выпустила из тюрьмы, пусть и со скрипом, ряд известных заключенных от Олега Навального и полковника Владимира Квачкова до правозащитника Сергея Мохнаткина. Также, наконец-то, был снят домашний арест с Кирилла Серебренникова. Но до сих пор остаются в застенках многие другие политзаключенные, в частности, историк Юрий Дмитриев, правозащитник Оюб Титиев, активистка Анастасия Шевченко, аспирант Азат Мифтахов.Чтобы их освободили - нужно также постоянно привлекать внимание к их делам. Верно сказал адвокат и член СПЧ Генри Резник в недавней программе "Культурный шок": "Важный вопрос вот какой: вообще полезно ли вмешательство общества? Дело делу — рознь. Но общее правило, что все-таки вмешательство общества по большинству дел — позитивно. Потому что тогда, когда к делу привлекается внимание, тогда, когда оно становится резонансным, когда оно начинает обсуждаться, безусловно, конечно, к этому делу сами судьи, которые рассматривают, они подходят более тщательно, я бы сказал, и более осторожно..."Вы также можете подписаться на мои страницы:- в фейсбуке: https://www.facebook.com/podosokorskiy- в твиттере: https://twitter.com/podosokorsky- в контакте: http://vk.com/podosokorskiy- в инстаграм: https://www.instagram.com/podosokorsky/- в телеграм: http://telegram.me/podosokorsky- в одноклассниках: https://ok.ru/podosokorsky

Выбор редакции
16 апреля, 14:57

Ксения Кривошеина. "Золотые купола над Парижем" (2019)

  • 0

Кривошеина К. Золотые купола над Парижем. - М.: Эксмо, 2019. - 144 с. - (Серия: Православная библиотека). Купить книгу: https://book24.ru/product/zolotye-kupola-nad-parizhem-1936087/Эта книга - рассказанная впервые история зарождения и открытия в Париже православного Свято-Троицкого собора Корсунской епархии Русской Православной Церкви. Сегодня любуясь удивительной панорамой собора на фоне Эйфелевой башни открывают для себя православный мир не только туристы, но и парижане. Просторный светлый храм, особый перезвон колоколов, необычная архитектура - смесь традиции с современностью, объединившая в себе выставочные залы, аудитории, общеобразовательный центр для детей. И многое другое. Эта книга - не только история конкретного места, это свидетельство о православии в современном западном мире.Ксения Кривошеина о своей книге "Золотые купола над Парижем" для сайта Esxatos.Советские люди почти ничего не знали о православной жизни в Западной Европе, и уж тем более в Америке. С падением Советов, открылись границы, группами и в одиночку люди стали приезжать в Париж, Рим, Брюссель, Хельсинки…. Теперь православные паломники стали обычным явлением, они открывают для себя историю храмоздания России XIX и ХХ веков. До революции 1917 года Российская империя возвела православные соборы на Лазурном берегу, в Париже, на Атлантическом побережье в Биаррице, а также в Германии, Прибалтике, Финляндии, Италии и Швейцарии. Архитектурный стиль, внутреннее убранство и необычайной красоты росписи, похожи на храмы Спаса на Крови в Санкт-Петербурге, Морской собор в Кронштадте, Владимирский собор в Киеве.Самый величественный из всех построенных в Европе ­— русский православный собор св. Николая в Ницце (Корсунской епархии, МП). Над ним трудились прекрасные флорентийские мастера и знаменитые московские ювелиры, создавшие уникальный трехъярусный иконостас «в старинном русском стиле». Эти уникальные соборы стали достопримечательностью европейских городов.После революции, поток эмигрантов наводнил Европу. Среди беженцев было очень много верующих людей, которые не мыслили жизни без «своей» церкви. В католической Франции они могли посещать православные соборы в Париже и на Лазурном берегу, но многим хотелось основать маленькие общины, братства и для этих целей они стали обустраивать эмигрантские приходы. Люди брали в аренду гаражи, подсобные или нежилые помещения, сами делали ремонт, украшали стены иконами, собирали церковную утварь и приходы множились. Таких приходов в 20 годы прошлого века по всей Франции были десятки, в силу обстоятельств многие исчезли.Вот и русская православная церковь Трех Святителей Корсунской Епархии (МП) вплоть до 2016 года ютилась в храме, перестроенном в 1931 году из гаража. Уже в 2000 году храм с трудом мог вместить всех желающих помолиться. Возникла насущная необходимость в большом помещении.Недавно католической газетой La Croix была опубликована впечатляющая статистика: В конце XIX века во Франции насчитывалось 20 тысяч православных, в конце XX века — 200 тысяч, к 2017 православных уже около 500–700 тысяч. Этот прирост верующих произошел благодаря эмигрантам из Восточной Европы и России.В 2007 году Францию с государственным визитом посетил Патриарх Алексий II. Он встретился с президентом Франции Никола Саркози и попросил его содействовать в строительстве православного Собора в Париже. Президент встретил Патриарха с большим почетом и внимательно отнесся к просьбе. Но как говорится, скоро сказка сказывается, да не скоро дело делается - от замысла до воплощения храма в камне путь был длинным и не всегда усеян розами.Об этом не простом периоде, о том какие препятствия в достижении цели пришлось преодолеть Церкви и Русскому государству – рассказано в моей книге «Золотые купола над Парижем», (ЭКСМО, Москва, 2019г)«С самого начала было ясно, что в Париже не может быть копий соборов Московского кремля или Спаса на Нерли, не для этого созывали современных мастеров. Это прекрасно понимали и в Патриархии. Глава управления Московской патриархии по зарубежным учреждениям архиепископ Егорьевский Марк, который входил в состав жюри и курировал этот проект, объяснял: «Те, кто критикует проект за отход от традиций, забывают, что храм будет строиться не в Москве и не в Ярославле, а в Париже. В жюри конкурса входили представители французской общественности, для них важно, чтобы будущий духовный центр органично вписывался в ландшафт их столицы…»В мире очень мало примеров новой православной архитектуры. Католики в 60-е годы XX века стали возводить бетонный модерн, где только наличие креста на фасаде намекало на храм. Вот и сейчас было заманчиво придумать нечто «интересное», почти вызывающее. Фантазии архитекторов не было предела…»На финальном отрезке международного конкурса был принят проект знаменитого французского архитектора Жана-Мишеля Вильмотта, который стал воистину симбиозом русской традиции и современной архитектуры.«На протяжении всего строительства собора, настоятель Корсунской Епархии епископ Нестор, неоднократно рассказывал и широко освещал важность такого центра Православия в сердце Франции, где смогут регулярно проходить не только совместные литургии, но и духовно-культурные встречи. Будучи членом комиссии конкурса, по ходу всей «обкатки» проекта, выявлению эстетического и духовного кредо, владыка лично встречался и без устали консультировал архитекторов. Сразу после открытия по инициативе Корсунской епархии на двух этажах выставочного комплекса прошли выставки Леонида Успенского, Александра Серебрякова, Михаила Шемякина, из России были привезены коллекция вышитых икон, впервые были показаны произведения известных русских художников-нонконформистов 70-80-годов (среди которых Оскар Рабин, Владимир Немухин, Эрнст Неизвестный и другие)».Вы также можете подписаться на мои страницы:- в фейсбуке: https://www.facebook.com/podosokorskiy- в твиттере: https://twitter.com/podosokorsky- в контакте: http://vk.com/podosokorskiy- в инстаграм: https://www.instagram.com/podosokorsky/- в телеграм: http://telegram.me/podosokorsky- в одноклассниках: https://ok.ru/podosokorsky

Выбор редакции
16 апреля, 14:15

"Пакистан: за рамками стереотипов" (2019)

  • 0

Пакистан: за рамками стереотипов / Т.И. Борисов, С.А. Денисенцев‚ В.Б. Кашин, А.В. Лавров, Ю.Ю. Лямин, Р.Ш. Мамедов, Е.А. Пахомов, А.М. Рамм, П.В. Топычкапов, М.Ю. Шеповаленко; под ред. Т.И. Борисова, К.В. Макиепко. — М.: Центр анализа стратегий и технологий, 2019. — 208 с.Книга посвящена политике, экономике, вооруженным силам и оборонной промышленности Исламской Республики Пакистан. Рассматриваются основные направления внешнеполитической деятельности страны, ее сопиально-экономическое положение, достижения в сфере военного строительства, а также в производстве вооружений и военной техники. Издание предназначено для специалистов в области международных отношений, военно-технического сотрудничества, пакистановедов и широкого круга читателей. интересующихся современной геополитической обстановкой в Южной Азии.Вы также можете подписаться на мои страницы:- в фейсбуке: https://www.facebook.com/podosokorskiy- в твиттере: https://twitter.com/podosokorsky- в контакте: http://vk.com/podosokorskiy- в инстаграм: https://www.instagram.com/podosokorsky/- в телеграм: http://telegram.me/podosokorsky- в одноклассниках: https://ok.ru/podosokorsky

Выбор редакции
16 апреля, 13:54

Дмитрий Балашов: "Новгород Великий останется негаснущею святыней нашей великой старины"

  • 0

Дмитрий Михайлович Балашов (1927-2000) — русский советский писатель, филолог-русист и общественный деятель. В 1957 году стал аспирантом Института русской литературы (Пушкинский дом) АН СССР. Там он посещал семинары отдела древнерусской литературы, но по совету Д.С. Лихачева стал также посещать специальные семинары по фольклору. В 1961-1968 гг. работал в Институте литературы, истории и языка Карельского филиала АН в Петрозаводске. С 1983 года жил в Великом Новгороде. Почетный гражданин Новгорода. Главный труд Балашова-художника — цикл романов «Государи Московские», включающий в себя книги: «Младший сын» (1975), «Великий стол» (1979), «Бремя власти» (1981), «Симеон Гордый» (1983), «Ветер времени» (1987), «Отречение» (1989), «Похвала Сергию» (1992), «Святая Русь» (1991—97), «Воля и власть» (2000), «Юрий» (неоконченный). Цикл представляет собой уникальную историческую хронику-эпопею, охватывающую период русской истории с 1263 года (кончина князя Александра Невского) до 1425 года.Ниже размещен текст послесловия Дмитрия Балашова к переизданию 1990 года его первой повести "Господин Великий Новгород" (1967). Писатель Дмитрий Балашов в 2000 году. Фото: Дмитрий КоржовГорода, как люди, старея, уходят под землю. Прах разрушенных построек — «культурный слой» — покрывает древнюю почву, и город незримо растет, возвышаясь с каждым столетием над своим прошлым, засыпая подошвы старинных зданий, и те словно бы тонут в напластованьях веков. Деревянные мостовые Новгорода на пять-семь метров ушли в землю. В раскопках археологов они выглядят как высокие, в три человеческих роста, штабеля почерневших от старости бревен. Мостовые перестилали (настилали новые сверху старых) каждые двадцать лет. По этим мостовым да по нижним венцам сгоревших некогда и вновь выстроенных хором археологи определяют время, датируют потерянные пять-шесть столетий назад вещи: гребни, кресала, продолговатые кусочки бересты с процарапанными на них буквами древних писем, обрывки кожаной обуви, сточенные топоры, иногда продолговатые серебряные слитки — гривны, деньги древнего Новгорода.В Новгороде и теперь, — отвлекаясь от стандартных блоков современной застройки, от завода, воздвигнутого на Торговой стороне, рядом с Ярославовым дворищем, — можно ощутить историю, почти пройти по древним улицам (вернее — над ними, выше них), взглянуть на свидетелей великого прошлого — храмы и башни вечевой республики, на светящую в сумерках северного вечера текучую струю Волхова, представить крылатые лодьи на ясной воде, неусыпный шум торга, прикоснуться душою к векам минувшим, невянущий свет которых и доныне брезжит нам сквозь толщу прожитых событий и лет и будет еще долго светить, вызывая восторги и споры, пробуждая гордость и сожаления, ибо странным образом люди эти, которые жили, торговали, воевали и праздновали в суете ежедневных свершений, сумели, как оказалось потом, заработать себе право на величие в веках, право на бессмертие.В Новгороде впервые я побывал, когда еще и догадаться не мог, что когда-то стану писать об его историческом прошлом. Еще не были раскопаны хоромы горожан XII — XV веков, не были найдены берестяные грамоты — маленькие четырехугольные, коричневые от времени, кусочки древних писем, чудесно оживившие голоса далекого прошлого. Но царственно сиял на северном сиренево-сером небесном окоеме золотой купол Софии, и, лишенная колоколов, гордая звонница по-прежнему тяжело и гордо вздымалась над крепостными стенами Детинца. Много лет спустя, уже написавший первую повесть свою, я сидел в Новгороде, в комнате археологов, с трепетом прикасаясь к потемневшим от времени предметам быта древних горожан, разглядывал гребни и буквицы, вертел в руках костяную уховертку, удивляясь нарочитой мастерской небрежности безвестных резчиков, ощущая буквально кожею ладную уютность, умное изящество каждой содеянной ими вещи.И было то, чему мне трудно и поднесь подыскать название, и что я тогда, несколько наивно, называл для себя «крестьянским аристократизмом»: удобство, неотторжимое от красоты, основательность, высокое уважение к человеку, к личности, к гражданину, проглядывавшие буквально во всем, начиная от костяного двустороннего гребня до какого-нибудь долбленого вагана, ложки или туеска, тоже своеобразного шедевра, и уже душепонятно становилось, что «небрежность» мастера тут есть не небрежность как таковая, а «преодоленное мастерство», что этой-то вот живой, трепетной, человечной «неправильности» научиться, быть может, труднее всего.В начале века наш замечательный искусствовед Игорь Грабарь сказал вещие слова, — в ту пору прозвучавшие несколько нарочито, — что придет, мол, время, и иконы новогородского письма будут цениться наравне с античной скульптурой. Время это приходит, пришло. Во всяком случае, слова Грабаря ныне уже не кажутся запальчивым преувеличением ценителя-специалиста.Вклад Новгорода Великого в русскую культуру ни описать, ни оценить невозможно, — он безмерен, более того, он до сих пор еще и не осознан во всей полноте своей, потому что и на диво высокая культура северных крестьян-поморов, давших стране отнюдь не одного лишь Ломоносова, и сохраненный тем же севером эпос — это тоже наследие новогородской культуры. А настойчивые возвращения к истории новогородской республики наших мыслителей, художников, политиков и публицистов? Да, была и идеализация вечевого строя, были и упрощенные толкования «вольностей» новогородских; быть может, только наука наших дней в полной мере разобралась в непростой структуре вечевого строя (и тут нельзя не вспомнить работ выдающегося нашего ученого академика В.Л. Янина), но и при всех уточнениях, при всех новых истолкованиях исторического процесса, Новгород Великий останется негаснущею святыней нашей великой старины.Энергия действования, как и всякая энергия, возникает при разности потенциалов. Надобны напор, борьба, одоление и противоборство сил. Частые всплески мятежей, смена посадников, бои на Волховском мосту, возмущения горожан — до поры все это было знаком и показателем силы, а отнюдь не слабости, и Новгород Великий рос как на дрожжах, богатея, люднея, наливаясь силой, расширяя свою и без того немалую волость все дальше и дальше за Камень (за Урал), приобретая, распахивая, заселяя и застраивая земли русского севера. XIII век — время безусловного подъема новогородской республики. А трудная Раковорская битва (кстати, навсегда отбившая охоту у немецких рыцарей воевать с Новгородом) показала твердость вечевого строя, способного в грозный час организовать действенное сопротивление коварному, сильному и организованному противнику.Разумеется, нельзя забывать, что демократия Новгорода Великого (так же, как демократия Флоренции, Рима, Афин) была демократией далеко не для всех, что помимо полноправных граждан были зависимые и полузависимые жители, были холопы, что и в среде полноправных горожан существовало деление на вятших и меньших, подобное делению на патрициев и плебеев в Древнем Риме, что, наконец, и сам Новгород возник как союз трех племен, разных этнически (два славянских и одно чудское), что племенная рознь пережиточно продолжала сохраняться в розни городских концов Великого Новгорода и в конце концов эта рознь, усугубленная возникшими классовыми противоречиями, и погубила вечевой строй и самостоятельность новогородской республики…В XIII веке до всего этого было еще далеко. Еще почти столетие пройдет до реформы Онцифора Лукина (1350-1354 гг.), организовавшей коллективное боярское посадничество, покончившее вскоре с подлинной демократией низов; а до окончательной гибели Новгорода и его присоединения к Москве (1480 г.) еще и вовсе далеким-далеко, хотя в зачатке, в зародыше, все позднейшие роковые конфликты уже содержались в бурном бытии растущей новогородской республики уже и в славном XIII столетии.Новгород, как сказано, возник в виде союза трех племен: славен, образовавших Славенский конец на правой (Торговой) стороне Волхова (позже из него выделился в особый конец ремесленный пригород, получивший название Плотницкого конца); кривичей, образовавших Прусский или Людин конец — по-видимому, в возникновении этого конца принимали участие балтийские славяне, отступившие под натиском немцев, и, возможно, разделившие их судьбу пруссы (литовское племя, целиком уничтоженное немцами, на землях которого позже и возникла Пруссия, агрессивное немецкое королевство), третий, Неревский конец первоначально был чудским, и название его, по-видимому, происходит от имени реки Наровы, пограничной меж землями чуди новогородской и эстами. Между Людиным концом и Неревским позднее возникло Загородье — пригород, превратившийся в пятый городской конец. Сам факт этого союза племен убедительно доказан В. Л. Яниным.Исторический романист имеет некоторое право на гипотезы. Могу представить себе, что с легендарным Гостомыслом с юга, откатываясь после аварского погрома, пришли именно словене, на горьком опыте своем, в сражениях с обрами (аварами) и Византийской империей понявшие необходимость государственного единства, почему они и явились инициаторами возникшего союза. Те же, кто отступал из Прибалтики, также понимали, что племенная разобщенность — плохая защита от врага. Однако и те и другие уходили от насилия, стремясь сохранить идеалы племенной демократии. Вот, как мне кажется, определилась духовно-идеологическая основа позднейшей вечевой республики. И в бесконечных кончанских спорах своих, при всех прихотливых извивах исторической судьбы, Славна чаще опиралась на низовских (позднее владимирских) великих князей, Людин конец «тянул» к Литве, а неревляне упорнее всего и осваивали и защищали северные владения Великого Новгорода — населенное чудью Заволочье.Три опасности подстерегают подобные города-государства: рознь старых и новых граждан, приводящая к затяжным внутренним конфликтам; опасность возникновения личностной диктатуры; местническая узость, вызывающая споры главного города с его «пригородами» и препятствующая созданию общенационального государства. История античных полисов, городов-государств, явила нам достаточно вариантов всех этих трех роковых для демократии опасностей. Античная Греция так и не смогла объединиться в одно государство, а Римская республика, создав огромную империю, сама пала жертвой этого гигантского организма.Новгород, казалось бы, развивался счастливо, избежавши установления диктатуры, и мог, по-видимому, сложиться в особое русское государство, подобное Риму, с демократической формой правления. История, однако, пошла иначе. Потребовалось объединение всех сил огромной страны — и узкоместническая новогородская демократия не устояла. Начались ссоры с «пригородами» — Псковом и Вяткой, — добивавшимися отделения от «старшего брата», начались внутренние трения граждан. В конце концов выродившись в боярскую олигархию, новгородская республика пала под ударами объединенной Москвы. В своем втором романе («Марфа-посадница») я постарался показать этот трагический закат великого города. Политическая необходимость слияния русских земель в одно государство не должна, однако, закрыть от нас великой ценности демократической новогородской культуры и самого опыта древней русской демократии, опыта, имеющего самостоятельную и непреходящую историческую и учительную ценность.«Господин Великий Новгород» — мой первый литературный опыт. Теперь, по миновении двух десятков лет, мне, автору, трудно уже что-либо изменить или переделать в этой своей ранней работе. Надеюсь все же, что читатель ощутит в какой-то мере тот восторг перед Господином Великим Новым Городом, который заставил меня некогда написать эту повесть.Вы также можете подписаться на мои страницы:- в фейсбуке: https://www.facebook.com/podosokorskiy- в твиттере: https://twitter.com/podosokorsky- в контакте: http://vk.com/podosokorskiy- в инстаграм: https://www.instagram.com/podosokorsky/- в телеграм: http://telegram.me/podosokorsky- в одноклассниках: https://ok.ru/podosokorsky

Выбор редакции
16 апреля, 12:59

Зоя Богуславская о Ванге, Мессинге и Джуне

  • 0

Зоя Борисовна Богуславская (род. 1924) — советская и российская писательница, прозаик и эссеист, драматург, литературный критик, искусствовед. Автор крупных культурных проектов в России и за рубежом. Вдова поэта Андрея Вознесенского. В 1991 году по проекту Зои Богуславской была учреждена первая в России Независимая премия «Триумф» во всех видах искусства.Ниже размещен фрагмент из книги ее мемуаров "Предсказание" (М.: Центрполиграф, 2007). Ванга. Мессинг. ДжунаСудьбу мне взялась предсказывать Ванга. На дворе – 1967 год, Болгария – наша первая заграница. На пляжах толпы ярко и нагло обнаженных чехов, немцев, венгров, весело распивающих пиво, отбивающих рок на дискотеках. Это они, чехи, в следующий наш приезд будут в панике ждать у моря переправы домой – русские танки идут по Праге. Я любила Болгарию первой любовью: только что переведена моя проза – книга «Транзитом», шалею от прозрачности моря с роскошно обустроенными пляжами, старинными замками, архитектурой новых, словно парящих отелей на взморье. Сказительница, всемирно известная ясновидящая сидит напротив и бормочет о том, что со мной было, что будет… Мне, не верующей в Бога и таинства, а лишь в судьбу и предначертанность, это кажется особенно нелепым в полутемной нищей комнате села Петрич, что на границе с Грецией и Югославией, в 300 километрах от Софии. Слепая женщина гладит кусок сахара, который мне было велено всю ночь прятать под подушкой.Почти все, сказанное Вангой, исполнилось за минувшие сорок лет, кое-что еще не исчерпано. Сбылось и подчеркнутое на прощание: «Тебя перестанут преследовать, ты будешь счастлива в браке, тебя признают многие. И однажды ты пересечешь океан». Резковатый, низкий голос, глаз не видно, рыхлая, немолодая, сильно сутулящаяся женщина. Мне ее жаль, я не испытываю интереса к ее предсказаниям, только к ней самой. Для меня – в те годы невыездной, – пересечь океан было так же фантастично, как увидеть сны на санскрите.Встречу с Вангой мне устроил поэт Любомир Левчев, один из кумиров тогдашней болгарской молодежи, глава Союза писателей, а впоследствии министр культуры и фаворит знаменитой Людмилы Живковой – дочери президента. Сегодня, четыре десятилетия спустя, когда я пишу эти строки, на экране моего телевизора показывают скудные «полуофициальные» похороны всемогущего когда-то, а ныне свергнутого генсека Живкова. В 1967 году мы высмеяли любого, кто бы предсказал, что вождь болгарского народа, который еще в 1979-м получит высший советский орден из рук Л.И. Брежнева, после долгого домашнего ареста умрет в одиночестве и произойдет это через десять лет после смерти его любимой дочери Людмилы – политической звезды и первого болгарского идеолога западной ориентации, – которая покончила жизнь самоубийством.Накануне визита к Ванге Левчев предупреждает, что прибыть надо не позже семи утра – именно в это время прорицания ясновидящей особенно впечатляют. Мне немного стыдно затраченных им усилий. К Ванге меня влечет лишь острый интерес сочинителя ко всему необъяснимому, неординарному. В особенности к тем, не похожим на нас людям, чья жизнь отмечена роковым знаком неизбежной расплаты за талант. Как выживают эти особи с бременем их отдельности от себе подобных? До Ванги мне повезло узнать Вольфа Мессинга, впоследствии – Джуну Давиташвили. Я встречалась с ними с тайной целью «уличить» их в жульничестве – никогда не доверяла явлениям, которые наука не может объяснить. Но я ошибалась. Уже по дороге в Петрич от левчевского водителя я слышу самые фантастические истории о Ванге. Как с этим быть? Водитель молод, несентиментален, в его рассказах нет и тени умиления – сухость протокола.Сначала он говорит о Леониде Леонове (я уже была автором книги «Леонид Леонов», вышедшей в издательстве «Советский писатель». – З.Б.). Советского классика, осененного крылом горьковского благословения, безмерно чтили в Болгарии. Тяжеловесная вязь языка, мистика роковых переплетений сюжета (близкая Лескову и Достоевскому) не мешали восприятию его таланта, могучего, темного, почти всегда скрыто и непреклонно противостоящего коммунистической системе. Два постановления ЦК партии по пьесам Леонова подтверждали, что затаенная враждебность столь одиноко существовавшего на миру писателя была цензурой отчетливо уловлена. От шофера я узнала, что совсем недавно, именно для встречи с Леонидом Леоновым, он вез Вангу из Петрича в Софию. Пожелание классика повидаться с ясновидящей несколько обескуражило руководство Союза писателей, но отказать в просьбе Леонову, плохо чувствовавшему себя для длинной дороги, было бы верхом негостеприимства, – для почетного гостя Болгарии сделали исключение.Номерные знаки «мерседеса» позволяли гнать с любой скоростью, и водитель с прорицательницей мчался на пределе, боясь опоздать к семи утра.– Ты что ж, бандит, делаешь? А? – услышал он окрик невесть откуда вынырнувшего гаишника. С трудом притормозив, Гоша остановился. – А ну отдавай права!– Какие еще права? – окатил презрением водитель постового, кивая на особые номера. – Я опаздываю к важной персоне, уйди с дороги!Полицейский, игнорируя привилегию, обругал шофера непотребными словами. Слепая Ванга, казалось дремавшая на заднем сиденье, вдруг приоткрыла окно и веско произнесла:– Эй, служивый, зачем ты хочешь наказать этого бедолагу за пустую провинность, когда сам повинен в столь тяжком преступлении?Постовой затрясся, побледнел и, крестясь, попятился к кустам.– Ведьма, ведьма! – заорал он. – Убирайтесь!Реакция полицейского ошеломила шофера. После встречи с Леоновым он отвез Вангу обратно в Петрич, но, возвращаясь в Софию, решил отыскать полицейского. Его разбирало любопытство: какое такое преступление совершил этот гаишник и как могла знать об этом Ванга?! Он разыскал постового. После обильной выпивки тот рассказал о случившемся пять лет назад. Отслужив в армии, он офицером полиции вернулся домой. Там обнаружил в семейной постели жену и чужого мужчину. Сознание помутилось, он выхватил пистолет, убил жену и ранил любовника. Суд принял во внимание шоковое состояние офицера, непредумышленность убийства и смягчил наказание до пяти лет. Отсидев положенное, разжалованный офицер вернулся рядовым на тот же участок.– Что сейчас думают о Ванге? – поинтересовалась тогда у шофера.– О… у нее большая слава, ее изучают даже в Америке. Хотя официально Вангу не признали (через несколько лет Вангу признает государство, выделит ей дом и предоставит возможность официально принимать страждущих. – З.Б.). Вас везу тоже по договоренности – это значит вне вашей культурной программы.Помолчали.– Еще истории хотите? Или не верите? – предложил шофер.– Хочу верить.– Вот и совсем фантастический случай. Молодая немецкая пара отдыхала здесь на Солнечном Берегу. Их пятилетняя дочь копалась в песке и вдруг куда-то исчезла. К вечеру позвали полицию, прошерстили весь район – никаких следов не нашли, ребенок пропал. Кто-то подсказал обратиться к Ванге. Та попросила дать ей любую вещь ребенка. К вечеру она заявила: «Ищите ребенка в деревне…» – и назвала место в пятидесяти километрах оттуда. Это было абсолютно невероятно, но других надежд не было. Отчаявшиеся родители поехали вслед за полицией. Ребенок оказался там. Девочка забрела на насыпь, прибыл поезд. Он уже трогался, когда чьи-то руки подхватили ребенка, полагая, что он не успел влезть в вагон. На конечной станции ничейное дитя сняли с поезда, поселили в деревне до установления личности родителей. Прошла неделя – никаких успехов, девочка не понимала по-болгарски, – если б не Ванга, ребенок потерялся бы!– Как обнаружился дар Ванги?– Ванге было двенадцать, когда она, играя с подружками, попала в ураган. В селе Струмница лишь сутки спустя ее нашли засыпанную ветками, полубезумную. Она кричала от боли, глаза были забиты песком. Девочку спасли, но она ослепла. С этого дня подросток повела себя необъяснимо странно. Все чаще ее поведение стало вызывать тревогу у родителей. Потом Ванга повзрослела, и как-то незаметно за ней закрепилась репутация ведьмы.И вот что случилось однажды, – продолжил шофер, все более входя в азарт. – За Вангой послали полицейского, его начальник заявил, что ведьма мутит народ, ее место в тюрьме. Полицейский не церемонился, он схватил незрячую и поволок. «Ты еще успеешь меня арестовать, – вырываясь, закричала девушка, – лучше беги скорее домой, твой ребенок тонет в колодце». – «Давай шевелись». Парень терял терпение. «Запри меня, я же не убегу, – упиралась, молила арестованная, – не медли, беги же, иначе опоздаешь». Пригрозив, что все равно арестует ее, солдат пошел за подкреплением, а сам все же забежал домой. Семья причитала во весь голос, полчаса назад трехлетний мальчишка захлебнулся в колодце. Тогда полицейский направился к начальству. «Хоть как наказывайте, – рыдал он. – Я виновен в гибели собственного сына. Не пойду я за ней, не могу – и все». Так Ванга осталась на воле.…Слушая рассказы водителя, проникаясь все большим состраданием к Ванге, я мучилась сомнением: где миф, где правда? Жизнь преподала мне однажды жестокий урок. Случилось это в школьные годы и связано было с человеком, о котором сегодня написаны сотни статей и книг. Необыкновенный дар Вольфа Мессинга принадлежит истории, о нем знали Альберт Эйнштейн, Зигмунд Фрейд, Сталин, Гитлер и другие вершители судеб миллионов. Школьницей я вместе с родителями во время войны попала из Москвы в Сибирь. Томский университет продолжал оставаться центром культуры, несмотря на зависимость города от ситуации на фронте. В Сибирь эвакуировали Комитет по делам искусств, Ленинградский театральный институт, Московский станкостроительный имени И.В. Сталина, профессором которого был мой сорокалетний отец, и др.Моя мать, очень талантливый врач, отличавшаяся привлекательным обликом, с роскошными темно-русыми волосами и девичьей фигурой, была назначена завотделением госпиталя для особо тяжелораненых, тех, кто уже не мог вернуться в действующую армию. Обучившись на скоростных курсах грамоте медсестры, я дежурила по ночам через сутки в том госпитале – здесь, в этих палатах, я прошла жестокую школу «воспитания чувств», которую не преподают. Необратимость судеб, искалеченных войной, я узнала на ощупь – перевязывала, кормила с ложки. Но что было, быть может, самое важное для каждого из них – терпеливо выслушивала исповеди, разбирая душераздирающие коллизии, в которых каждый из них был невиновен, и судить было некого.Стоял 32-градусный мороз, хрустели ветки деревьев, когда, поддавшись на призывы афиш с громким именем Вольф Мессинг, появившихся в Томске, я пробиралась в местный Дворец культуры. Гастролеру приписывалась гениальная способность читать мысли, держа собеседника за руку и даже на расстоянии от него. Подобные сеансы, о чем гласила реклама на каждом стенде, он проводил по всему миру. Теперь глотатель чужих мыслей собирался проделать это с публикой в сибирском городе, обещая, что будет работать с любым, кто пожелает. Наша сплоченная компания из пяти старшеклассников подсуетилась и выведала, как протекает сам процесс мыслечтения. На сцене размещался президиум из самых уважаемых граждан города, туда поступали записки из зала от смельчаков, решившихся на эксперимент.Известные только сидящим на сцене, записки не отличались оригинальностью. Кто-то просил, чтобы Вольф Мессинг заставил парня покружиться в вальсе с девушкой или снять с нее бусы, вынуть спрятанные ключи или часы. Мессинг, находившийся в зале, не мог знать содержание записки, поступающей прямо в президиум. Держа за руку автора послания, он должен был следовать за ходом его мыслей. К нашему изумлению, Вольф Мессинг исполнял все приказы «медиумов» без малейших ошибок, вызывая умиление сидящих на сцене. Во мне же все протестовало. Как удается артисту, думала я, читать мысли, если он прибыл из Польши и по-русски ни бум-бум? Очевидно, кто-то на сцене переводит ему текст и подает специальные сигналы.Как разоблачить Мессинга на глазах у всех? И я придумала. Пусть я буду «медиумом». Поставим «чистый эксперимент». Мы пошлем в президиум некое задание, а когда Мессинг спустится со мной в зал, я продиктую ему совершенно другой текст. Тут-то он и будет посрамлен, когда станет делать не то, что мы отправили в президиум. Все одобрили мой план, и вперед! Признаюсь, у меня все же мелькнула мысль – а что, если Вольф Мессинг исполнит именно мои мысленные приказания, что, если он не окажется шарлатаном? Наша записка гласила: «Пусть господин Мессинг подойдет к девушке в середине четвертого ряда (то бишь ко мне), возьмет ее за руку и, следуя ее мысленному пожеланию, подведет к мужчине, сидящему на 10-м месте в первом ряду. Они должны обняться, после чего этот молодой человек исполнит на рояле «Лунную сонату» Бетховена». Замечу, что уже неделю мы были в глубокой ссоре с моим приятелем.Итак, Мессинг вытащил меня из ряда и волочил с неистовой силой вдоль прохода. Перепуганная своей дерзостью, на глазах многосотенной аудитории я пыталась мысленно сосредоточиться на вновь придуманном задании, чтобы не перепутать его с отосланным на сцену. И тут-то началось невообразимое! Члены президиума, осознав несоответствие происходящего в зале с заданием в записке, начали паниковать. Мужи города, недоуменно переглядываясь, вырывали друг у друга записку, решая, признаться ли им в провале вечера. Председатель медленно начала подниматься со своего места, готовясь остановить маэстро. А Мессинг нервничал, он продолжал волочить меня по проходу, выполняя мысленную команду. Снимал модную куртку с девчонки, которая стояла в проходе, нашел часы у пожилого инвалида. Конечно же ни моих объятий с приятелем, ни Бетховена в помине не было. В зале наступила кладбищенская тишина, в которой великий маэстро, обливаясь потом, делал свою непосильную работу. Через минуту не предвиденный нами скандал разразился с неистовой силой.Мне надолго запомнились влажные бисеринки на висках маэстро со всклокоченными волосами и громадной шишкой на лбу. Вот уже устроительница вышла из-за стола, готовая к извинениям перед публикой, к тому, что «король оказался голым». Жюри недоумевало, как же прежде удавалось Мессингу обманывать людей в других городах нашей страны и иностранцев? И тут мы не выдержали. Я вихрем ворвалась на сцену, наступил момент покаяния. За мной выскочили и все «наши». Не берусь описывать, что начало твориться вокруг. Под свист и улюлюканье зала мы выбежали на улицу, чтобы не разорвали на части, и, не чуя мороза, спрятались за скамьями в любимом городском парке. Как же мне было плохо! Около часу ночи пурга смела нас из-за укрытия и заставила разойтись по домам.Эпизод в Томске с Вольфом Мессингом врезался в память надолго, охладив самоуверенность советской школьницы, жившей со словами песни «мы все добудем, возьмем и откроем…». Начался период сократовского скепсиса – «Я знаю, что ничего не знаю». Если б я и моя школьная компания ведали, сколь фантастична была биография человека, которого мы чуть было не приняли за жулика! Неизменно виня себя за происшедшее в Томске, я старалась узнать побольше о Мессинге, и позор нашей нахальной вылазки открывался мне в полном объеме от тотальной нашей неосведомленности (увы, из-за полной закрытости в ту пору советского общества и, разумеется, засекреченности биографии великого гастролера). Впоследствии о его удивительной судьбе я узнала из книги Варлена Стронгина «Вольф Мессинг. Судьба пророка». Когда маэстро не стало, многие осознали, что этот неприятный, странный человек, которого все сторонились, был благороден и честен не только с другими, но и с самим собой.Вольф Мессинг отказался от почестей, которые ему предлагали во всем мире, он ушел из жизни без званий, не накопив богатства. Похоже, маэстро стеснялся своего дара. Было ли это чувство самосохранения или необъяснимая боязнь публичности? Либо он сознавал, что только незаметность может спасти его? В дневнике он запишет: «Я старался работать, как в те годы работали все. Свои личные сбережения я передал на строительство двух военных самолетов, которые я подарил боевым летчикам. Первый – в 1942 году, второй, все накопленное за два года, – в 1944-м». Превратности жизни Мессинг вынес с исключительным мужеством, но его ждал удар, которому он не смог противостоять, – смерть жены. Когда Мессинг похоронил ее, он уже не смог вернуться к нормальной жизни.Он тихо скончался в 1974 году, и единственный некролог о смерти гениально одаренного предсказателя появился в «Вечерней Москве». Свидетели похорон Вольфа Мессинга в ЦДРИ рассказали, что прощание с великим магом походило на тайную сходку. Никакого объявления о панихиде не было. Люди узнали, образовалась довольно большая толпа. Мессинга похоронили на Востряковском кладбище, рядом с женой, как он завещал. На его погребальном костюме не было ни орденов, ни медалей. «Я – также не оплачиваемый артист, – не раз говорил он, – единственное мое звание: я – Мессинг». В этом он оказался провидцем. Сейчас, по дороге к Ванге, я думала, что его имя оказалось выше, чем звание.Мне никогда не довелось больше увидеть маэстро. Так и остались непрощенными наш грех и глупая провокация. Впереди была встреча с женщиной, которой людская молва приписывала, как и Мессингу, провидение судьбы человека. Ее дар болгары называли ясновидением. Она «читала» не только мысли, но и предугадывала обстоятельства жизни, прошлые и будущие.…В селе Петрич, куда мы въехали на рассвете, я увидела толпу перед домом Ванги. Люди стояли впритык, ожидая ее появления. Шофер объяснил, что обычно в это время Ванга выходит на крыльцо и сама выбирает из толпы тех, кого примет.– Как выбирает? Она же незрячая.– Откуда мне знать? Сами увидите. Сейчас обязательно к ней кто-то бросится, станет умолять: «Со мной поговорите!» Извините, госпожа Богуславская, но нам тоже придется подождать. – Мы присаживаемся на ступеньки. – Сейчас кто-то из дома нас вызовет. Госпожа Бонева, наверное, уже здесь. (Дора Бонева, жена Левчева, одна из самых ярких художниц Болгарии, соглашалась мне переводить.)Пока ждем, водитель пытается развлечь меня.– В последний раз, когда я ждал здесь Вангу, чтобы везти ее к Леонову, – говорит он, – какая-то женщина, увидев ее на крыльце, запричитала: «У меня сестра умерла, ничего не успела сказать. Как жить? Что со мной будет? Я – нищая». А Ванга ей так спокойненько: «Не ходи ко мне. Все равно не приму. Твоя сестра два года болела, ты ни разу к ней не пришла. Она умерла в одиночестве, чужие люди были рядом. Теперь ты хочешь от меня узнать, куда она деньги спрятала? Не скажу. Уходи и не показывайся». Вот как она ведет себя! Другого просителя еще хуже отбрила: «Ты доносил на мать, на жену, избил ребенка, теперь хочешь отсудить комнату, да не знаешь, где бумаги».– А как Ванга показывает, с кем хочет встретиться?– Просто рукой: ты, ты и ты.Мы входим к Ванге в комнату вместе с Дорой Боневой уже около семи утра, сразу погружаясь в полутьму комнаты. Свет чуть брезжит сквозь закрытые занавески, все как-то нерадостно, тускло. Сама Ванга тоже не впечатляет. Бледное, одутловатое лицо, стертое расплывчатым выражением равнодушия и усталости, редкие с проседью волосы убраны в пучок под платком. Я протягиваю (обязательный для ее сеанса) кусок сахара, пролежавший ночь под моей подушкой, Ванга трет его, и вдруг сквозь безжизненные черты проступает осмысленное выражение.– У тебя и твоего мужа живы все родители, – сразу же начинает она. – Вам повезло, вы счастливая пара. – Сосредоточенно, углубленно она продолжает мять в ладонях мой сахар. – Но вот отец твоего мужа серьезно болен. Что-то у него с головой и с ногой. А мать переживет его на десять с лишним лет.Впоследствии в памяти стерся этот первый пассаж ясновидящей, острое любопытство требовало продолжения. Я была уверена, что наступит момент явных несоответствий ее прогнозов, «сахарная» информация слиняет под напором фактов. Однако Андрей Николаевич Вознесенский умер спустя полгода, в возрасте шестидесяти девяти лет, от инсульта, которому предшествовал острый тромбофлебит правой ноги.Антонина Сергеевна Вознесенская (в девичестве Пастушихина) умерла в возрасте семидесяти трех лет на глазах дочери, сестры Андрея Наташи, в собственной квартире, когда смотрела по телевизору творческий вечер дагестанского классика Расула Гамзатова, – 10 марта 1982-го.– Твоему сыну сейчас двенадцать лет. У него неважно со зрением, он носит очки, – продолжила Ванга.Я согласно кивнула, поразившись источнику подобных сведений у болгарской слепой в селе Петрич. Если предположить даже, что кто-то собирал информацию о нас с Вознесенским, то подобные подробности о Леониде? Это было исключено. Но в следующее мгновение Ванга поразила меня еще больше. Неожиданно ее лицо исказила мучительная гримаса.– Я ошиблась, – пробормотала, устремив бельма поверх моей головы, – твоему сыну не двенадцать, а тринадцать лет. Скажи ему, пусть всегда снимает очки, когда идет в воду.В ту же минуту я осознала, что Ванга права. Во время нашего двухнедельного пребывания в Болгарии прошел день рождения Леонида, мы звонили, поздравляли его с тринадцатилетием. Уточнение Ванги повергло меня в шок, показавшись абсолютно невероятным. Затем она занялась мной. Ее резковато-хриплый голос разбрасывал сведения, от которых меня начало трясти. Уже не в силах скрывать свое состояние, я вскочила, не умея скрыть охватившее меня волнение от противоестественности происходящего. Но вскоре, по мере ее откровений, мне все больше становилось невыносимо от того, что существо, наделенное столь исключительным и опасным даром, живет в безрадостных условиях нищеты, лишенное света и впечатлений. А мне ведь она сулила удивительное. «Ты будешь очень успешным человеком… однажды ты пересечешь океан…»И теперь, прежде чем продолжить рассказ о Ванге, – небольшое отступление в будущее. По следам ее пророчеств.Итак, в том 1968-м предсказания ясновидящей казались абсолютной фантастикой. В течение шести лет я считалась невыездной. Подписи в защиту Андрея Синявского и Юлия Даниэля – то, что не признала их «ошибкой», – отдавались долго. Чтобы разрешить мне поездку даже в дружественную Болгарию, где была издана моя книга, понадобились усилия многих людей, да и срок давности «преступлений» вроде бы истек. В этих обстоятельствах представить себе пересечение океана, то есть посещение США или Канады, было утопией. Поездки в эти страны разрешались в то время либо абсолютно благонадежным, либо под давлением Запада. Но в отношении меня все же сбылось предсказанное Вангой. Решающим оказалось приглашение посла Канады выступить в университетах страны. Господин Роберт Форд был в Москве дуайеном, то есть старейшим среди западных послов. Настойчивость г-на Форда в отношении меня (кроме врожденного чувства справедливости) объяснялась еще и тем, что он был поэтом.Он издал в Канаде небольшую книжечку стихов Андрея {Вознесенского}в своем переводе, в том числе поэму «Авось», которая легла в основу спектакля Ленкома «Юнона» и «Авось», и наблюдал ход событий, связанных с моей персоной. После бесконечных отказов наших высших инстанций при выяснении имени приглашенного визитера решающей стала совершенно неожиданная поддержка нашего тогдашнего посла в Канаде А. Н. Яковлева. Абсолютно незнакомый мне дипломат написал в «шифровках» (как я узнала много лет спустя), что «поездка писателя-женщины новых взглядов по университетам крайне целесообразна». Так я оказалась одна в Канаде, с ужасом осознавая, что я гость их правительства и моя программа – ни более ни менее как встреча со студентами в шести городах и университетах страны.Жизнь вроде бы начиналась заново. …Мы прощались с Вангой в полутьме прихожей. Я торопливо обняла слепую, понимая, как ждали ее люди перед домом. Внезапно слепая задержала мою руку. «У вас там, в Москве, рассказывают, есть печки, которые работают без дров, на электричестве? – вполне буднично сказала она. – Зимой я ужасно мерзну, пришли мне такую, – и уже на пороге, – привет передай вашему писателю Леонову. Он у меня был недавно».Я пообещала. Вскоре в Москву приехал наш друг Божидар Божилов, личность вполне незаурядная. Популярный болгарский поэт, еще более известный как автор десятков розыгрышей. К тому же редактор литературного журнала. Невероятную историю о том, как Божидар стрелял в меня и из каких побуждений, я еще поведаю. А здесь замечу, что Божилов стал посланником к Ванге – я отыскала самый мощный калорифер в только недавно открывшемся в ту пору отделе электроприборов нового ГУМа. Много месяцев спустя болгарин подтвердил, что свез Ванге «печку». «Я знала, что она надежная», – абсолютно не удивившись, сказала Ванга.Последней по времени – из троих «предсказателей» – была Джуна, чей дар врачевания связывали с необыкновенно высокой биоэнергетикой. Джуне приписывали многочисленные случаи излечения болезней, когда традиционная медицина сдавалась.В начале девяностых я нашла Джуну Давиташвили, чтобы исполнить просьбу моей дальней родственницы Нины. Ее трехлетняя дочь после перенесенного гриппа лишилась слуха. Мать девочки обращалась ко всем светилам «ухо-горла-носа», но никто не сумел добиться успеха. Друзья, прослышав о Джуне, уверяли, что сотворить чудо может только она, эта приезжая. Отыскать Джуну мне было не сложно – хотя ее телефон скрывался, мне сразу же дал его Зураб Церетели, хорошо знавший ее еще по Грузии. Джуна не отказала, приняла девочку. После курса лечения к ней вернулся слух, хотя и не полностью. С тех пор я не раз сидела с Джуной на ее тесной кухне, внимательно вглядываясь в лицо женщины с мгновенно вспыхивающим румянцем, искрящимися глазами, сорванным голосом курильщицы. У нее была завораживающе открытая улыбка, когда она протягивала сигарету к чужой зажигалке. Слухи об обаянии, доброте и бескорыстии новой звезды на небосклоне медицины распространились со скоростью радийных новостей. На этой кухне стол никогда не успевал опустошаться, всегда перегруженный овощами и фруктами. Молчаливые помощницы, быть может подруги, приносили к столу все новые закуски, а в конце посиделок – еще особый хлеб и пирожки к чаю. В любое время дня кипел чайник – кофе и заварка не переводились.Гостей у Джуны всегда бывало человек пять – минимальный набор. Время от времени вбегал темноволосый мальчуган лет шести, сын Джуны по имени Вахо, которого она то сердито отчитывала, выпихивая из кухни, то страстно прижимала к груди. В жилах Джуны текла бурная ассирийская кровь, помноженная на грузинские ментальность и привычки. Она была нерекламно щедра и хлебосольна. Первые годы ее московского пребывания быстро сделали ее крайне модной. «Я наделена сильной энергетикой, очень высоким биополем, – объясняла она, – через мои руки эти токи проникают к пораженным участкам тела и действуют на них сродни физиотерапии». Однако, добавляла она, действуют более избирательно и сильно. И чаще всего чудо случалось.Для меня было чудом (кроме медицинских успехов Джуны) и то, в какие рекордные сроки эта ассирийская женщина адаптировалась к московской жизни, как молниеносно развилась и самообразовалась. Уже через полгода из первозданной, застенчивой южанки она превратилась в элегантную, броской красоты и врожденной уверенности изящную женщину, с редкой дипломатией и элегантностью ведущую беседы с самыми высокопоставленными и разно идеологически направленными пациентами.Я наблюдала некоторые сеансы нетрадиционного врачевания Джуны, движения ее рук, почти безошибочную диагностику. Мы стали видеться довольно регулярно, что-то тянуло меня в этот дом, через который проходило так много страданий. Они уравнивали людей именитых и тех, кто добирался к ней на последние, отложенные на дорогу крохи. Большинство прошли круги ада и уповали на Джуну как последнюю надежду вернуться к нормальной жизни.На моих глазах известность Джуны разрослась неимоверно. А, как известно, испытание славой не каждому под силу. Постепенно вокруг ее имени возникал рекламный вихрь, преувеличивая поле ее реальных возможностей. Последней ступенью ее достижений была победа над официальной медициной. Джуна получила в свое распоряжение целое отделение в клинике, ей дали право доказать свою методику. В те годы серьезно корректировали ее судьбу влиятельные политические фигуры. Она лечила Э. А. Шеварднадзе в бытность его министром иностранных дел, его семью и семью Байбакова – министра экономики, чиновников из горкома КПСС и многих других, о которых не упоминала. Она выезжала на правительственные дачи, в резиденции послов, а некоторое время спустя – по вызову в другие государства.Бывал у Джуны и Андрей – она относилась к его поэзии с глубоким почтением. Ее всегда поражала разносторонность талантов, а в его поэзии – мгновенно рождающиеся метафоры. В какой-то момент они подружились. Оказалось, Джуна пишет стихи, некоторым поэтам уже их показывала, вскоре начала публиковаться. Затем столь же страстно увлеклась живописью. Удивительно, но это сочетание образа жизни, пристрастий, суеты (когда с утра до вечера уже не прекращалась тусовка) с профессией абсолютно не мешало ее преданности медицине. В Джуне уживались два существа, в одном – клубок эмоций, перехлестывающий логику, безрассудность страсти, чаще полностью исключавший выгоду, в другом – преданность людям, ответственность в использовании своего дара (она могла признаться, что не в силах помочь), способность полностью концентрироваться на больном. Когда она уединялась с пациентом, никто не имел права войти в кабинет, прервать ее общение. Этой, другой Джуне все прощалось, что бы она ни вытворяла. В последние годы особенно заметны стали быстрые, казалось безмотивные, смены настроений, забывчивость, бесконечные опоздания. Но поверх этого торжествовала неистовая жажда жизни, неуемное стремление выйти на более широкие просторы деятельности и признания.В какой-то момент, казалось, это самомнение превращается в манию. В разговорах упоминала, что ей дано разговаривать с Космосом, что к ней являются инопланетяне. Захлебываясь, она перечисляла свои успехи, называла влиятельных знакомых, которые ей безгранично верят. И вправду, ей легко стало доставаться то, чего раньше добивалась огромными усилиями, о чем прежде и мечтать не могла. После выездов Джуны за рубеж ее стали награждать иностранными орденами, принимать в члены каких-то зарубежных сообществ и медицинских нетрадиционных объединений. Я же ценила ее действительный, немифологический талант, ясно осознав амплитуду возможностей Джуны. Она легко могла вылечить многие воспалительные процессы, внутренние и внешние, справлялась с язвами, экземами, лишаями, разного рода невралгиями, бывали и случаи возвращения слуха пациентам с частичной глухотой или частичного с полной (как было с ребенком моей родственницы). По-прежнему Джуна никогда не бралась за лечение того, что было ей неподвластно, никогда не уговаривала и не обманывала больных ради выгоды или корысти.Но настало время, когда все растущая известность поменяла ее поведение и образ жизни. Нервная, обрывающая собеседника, необязательная, она растрачивала себя, не считаясь с собственными силами, расширяя круг пациентов, которым уже боялась отказать. Я наблюдала, как постепенно сглаживается граница между истинными привязанностями и деловыми интересами. Появилась зависимость и слабость к рекламе, ожидание передач на ТВ, газетных и журнальных публикаций. Я побывала на презентациях нескольких выставок ее картин, читала некоторые из многочисленных интервью. Кстати, в одном из них она неожиданно назвала мою повесть «Близкие», появившуюся в те дни в журнале. Больше, чем ее предпочтение, меня поразил сам факт, что она успела прочитать повесть, вышедшую неделю назад. Мы годами не виделись, ее имя все больше обрастало выдумками, сплетнями, но я помнила редкую доброту этой приезжей, ее самоотверженное желание броситься каждому на помощь. Джуна могла капризничать, подводить, гулять и увлекаться призрачными фантомами, но и тогда для больных, попадавших к ней, всегда находила время и слова для врачевания и утешения.Ахиллесовой пятой Джуны оставался ее сын Вахо. Их разговоры сами по себе были спектаклем. Для Джуны шестилетний ребенок (затем восьмилетний, девятилетний) был советчиком, младшим братишкой, взрослым мужчиной, с ним она обсуждала свои женские проблемы, сетовала на несправедливость чиновников, делилась сомнениями о новых знакомых, доказывала гениальность своей методики. Она не отказывала сыну ни в чем. Вахо участвовал в ее повседневной жизни с утра и до вечера. Предположить, что получится из этого ребенка, на которого обрушивался стихийный шквал ее любви, ураган взрослой информации, было нереально. И все же она умела быть твердой, когда Вахо хотел отлынить от учебы или пытался врать. За вранье она могла очень строго наказать сына. Совсем не выносила проявлений детской жестокости. Мальчик вырос способным, интеллигентным. Взрослый Вахо слыл человеком деловым, порядочным, сохранившим ту же степень близости с матерью, что и прежде.…В последние годы я совсем не вижу Джуну. Изредка читаю о ней в журнальных публикациях или газетах, но думаю, коли позвоню – отзовется, мы встретимся, и все меж нами сохранится на той ноте доверия, которая установилась много лет назад. А вот и сбылось. Как-то пробегаю сквозь вестибюль Центрального дома литераторов, где частенько выступаю, провожу вечера или представляю кого-либо, а мы с Андреем порой обедаем и регулярно забираем почту у дежурного администратора. До нас, переделкинцев, не всегда добираются курьеры, отосланные приглашения, переводы регулярно запаздывают. В последнее время на эту административную точку, где столь обязательные и интеллигентные женщины, обрушиваются также и адресованные нам в подарок книги, рисунки. На ступеньках, уже направляясь в гардероб, возникает предо мной нечто воздушное, нарядное, меня окутывает облако необыкновенных духов.– Джуна!– О, Зоя, это ты! Не может быть! Ты меня совсем забыла!– Да ты что! Это невозможно!Мы обнимаемся горячо и искренне, наша встреча поднимает в нас цепь воспоминаний.– Позвони мне, – уже убегая, кричит она. – Только обязательно. В ближайшие дни. Идет?– Непременно! – машу ей рукой. – Давно пора встретиться.Мне неизвестны ее новый телефон и адрес, но все это не имеет значения. Мы, конечно же снова увидимся, быть может, так же случайно и нечаянно.P. S. Вчера в самолете, читая газету, наткнулась на знакомые имя и фотографию. Как электрошоком полоснуло: «Погиб сын знаменитой Джуны – Вахо». В автомобильной катастрофе. Мне хочется кричать, как женщины всех времен: «За что?» Что будет теперь с Джуной? За что ей, врачевательнице, одинокому существу, для которого потеря сына равноценна уходу из собственной жизни, такое страшное наказание? Пытаюсь найти ее, дозвониться. Никто ничего не знает. Но, убеждена, когда-то пробьется сквозь неизвестность лучик ее дара и очарования, и мы снова увидим ее. Не может такая яркая сила жизни не победить отчаяние. Кто знает – впереди ее, быть может, ждет так много ярких впечатлений и неизведанных преодолений.Держись, Джуна!Вы также можете подписаться на мои страницы:- в фейсбуке: https://www.facebook.com/podosokorskiy- в твиттере: https://twitter.com/podosokorsky- в контакте: http://vk.com/podosokorskiy- в инстаграм: https://www.instagram.com/podosokorsky/- в телеграм: http://telegram.me/podosokorsky- в одноклассниках: https://ok.ru/podosokorsky