Выбор редакции

Артём Самарский, Исламисты бяки — а что дальше?

В связи с интернациональными взрывами в Бостоне общественность вновь задалась вопросом — есть ли у терроризма лицо?

Ко всем, кто на него отвечает утвердительно, у меня ещё несколько вопросов: а есть ли лицо у идиотизма? А у некомпетентности? А у коррупции — лицо есть?

Протодьякон Андрей Кураев ВНЕЗАПНО заявил, что у терроризма лицо одно — ислам. Кураев и его мюриды радостно проигнорировали и крестоносца Андерса Брейвика, и взрыв в парке Centennial Olympic в 1996 году, и «христианских воинов» Hutaree, которые в тех же США поймали при подготовке подрывов полицейских, и множество весёлых индуистов, и басков, и IRA и многих других неудачников с суицидально-маниакальными наклонностями.

Ах, вы говорите, статистика. Мол, большинство терактов совершают исламисты. Статистика, это да, статистика — штука очень полезная. А вот скажите мне, что вы с этой статистикой собираетесь делать? Может быть, вы с помощью этой статистики собираетесь какие-нибудь решения принимать?

Может быть, человека, заговорившего по-арабски на самолёте, нужно сразу с этого самолёта вниз скидывать? Может быть, при виде пакистанца нужно на другую сторону улицы переходить?

А вот знаете, по статистике подавляющее большинство руководителей — мужчины. Может быть, запретить женщинам занимать высокие посты? А вот знаете, множество успешных бизнесменов — евреи. Может быть, это всё результат сионистского заговора? А вот знаете, говорят, что блондинки паркуются плохо. Может быть, права им не выдавать?

Давайте я вам историю расскажу коротенькую. После взрывов в Бостоне девушка в бизнес-классе на внутреннем американском рейсе позвала стюардессу, и, косясь на мужчину в традиционном арабском костюме, попросила пересадить его на другое место или снять с самолёта. Сняли с самолёта. Женщину. А на её место пересел другой пассажир, только для того, чтобы сгладить впечатление от «гостеприимства». Потому что дискриминация — это плохо.

В московском хостеле, где я однажды останавливался, работает пакистанец. Милейший человек, улыбчивый. Рассказывал множество интересных вещей. Не террорист.

К чему я всё это. Статистика — прекрасная штука. Для профессиональных нужд. Уверен, что все нормально работающие спецслужбы держат под наблюдением все более-менее радикальные исламские общества. Если бы наши держали — они бы братьев Царнаевых сами заранее сдали бы ФБР после поездки Тамерлана на родину.

Но это — вопрос к спецслужбам, а не к миллионам обычных мусульман. Потому что поиски «лица терроризма» на самом деле не приводят ни к чему кроме бытовой дискриминации. Об этом вам расскажут американцы российского происхождения, которых сейчас не отличают от чеченцев, и которые из кожи вон лезут, чтобы откреститься от психов, к которым не имеют никакого отношения. И миллионы мусульман, которые к ним тоже отношения не имеют.

Вам не нравится этническая преступность? Вопросы к правоохранительной системе. Вам не нравятся теракты? Вопросы к спецслужбам. Вам не нравится быдло, сидящее на велфере? Вопросы к государственной политике в социальной сфере.

Вам не нравятся дикари? Не уподобляйтесь им.

Оригинал