Выбор редакции

Интервью президента Асада газете “Frankfurter Allgemeine Zeitung”

Полный текст на английском языке

Дамаск – САНА
Президент Башшар Аль-Асад дал интервью немецкой газете “Frankfurter Allgemeine Zeitung”.
Интервьюер: Господин Президент, как Вы оцениваете ситуацию в стране? Сирийская армия потеряла контроль над значительной частью Сирии, другими словами, есть области, которые не контролируются центральной властью. Как Вы смотрите на эту ситуацию?
Президент: Ваш вопрос требует расставить вещи по своим местам: это не обычная война между двумя армиями, чтобы можно было говорить, что мы теряли контроль над отдельными районами или устанавливали контроль над другими. Мы – не армия против армии, а армия против бандформирований. Что касается Сирийской армии, то не было ни одного случая, когда наши Вооруженные силы планировали войти в конкретный район, но им это не удавалось. Однако армия не должна присутствовать в каждом уголке Сирии, это не ее задача. Проблема состоит не в том, чтобы контролировать тот или иной район. У нас нет сомнений, что мы способны ликвидировать террористов. Проблема состоит в том, что террористы приносят большие разрушения стране. Во всяком случае, мы заплатили очень высокую цену. Самым серьезный вызов нас ожидает после окончания кризиса.
Интервьюер: Из Вашего недавнего интервью телеканалу “Аль-Манар” было понятно, что Вы готовите народ к затяжной битве. Вы так считаете?
Президент: Нет, не только телеканалу “Аль-Манар”, а с первых дней кризиса, когда меня спрашивали, когда закончится кризис, я отвечал, что он может длиться долго из-за иностранного вмешательства. Любой внутренний кризис может пойти по двум направлениям: либо он будет окончательно разрешен, либо перерастет в гражданскую войну. С Сирией не получилось ни то, ни другое. Причина этого – наличие иностранного фактора, который стремится затянуть кризис как в политическом, так и в военном плане. Теперь я могу утверждать, что был прав.
Интервьюер: Господин Президент, как вы предполагаете восстановить масштабные разрушения, которые были нанесены Сирии?
Президент: Таким же образом, как вы в Германии преодолели разруху после Второй мировой войны, так же, как и многие другие народы, которые прошли войны. Пока наш народ жив, он сможем восстановить страну. Так же, как мы делали это раньше, мы сделаем это снова, учитывая уроки прошлого.
Возможно, вы имеете в виду финансирование. Мы в течение очень долгого времени были самодостаточной страной. Конечно, мы должны производить больше, чем раньше, и это требует времени. Однако мы будем делать это, мобилизовав нашу волю и силы и опираясь на взаимодействие. Несомненно, что дружественные Сирии страны как в прошлом, так и сейчас предлагают руку помощи, вплоть до кредитов. В конце концов, мы восстановим нашу страну. Однако более трудной задачей является душевное восстановление тех, кто пострадал от кризиса. Будет нелегко устранить социальные последствия кризиса, особенно экстремизм. Я считаю, что настоящее восстановление – это перестройка сознания, мировоззрения и ценностей. Камень дорог, но человек ценнее. Вызов заключается в том, чтобы восстановить и людей, и камни.
Интервьюер: Господин Президент, в рамках кризиса некоторые районы стали либо более самостоятельными, либо более опираться на внешнюю поддержку. Как Вы думаете, может ли это привести к изменению существующих границ?
Президент: Вы имеете в виду Сирию или регион в целом?
Интервьюер: Регион вообще - через 100 лет после соглашения Сайкса-Пико.
Президент: Через 100 лет после соглашения Сайкса-Пико Вы говорите о перекрое карты региона, в том числе, Сирии. По аналогии с архитектурой, Сирия является так называемым “замковым” камнем. Как в древних архитектурных арках: если этот камень удалить, арка рухнет. Если мы применим это сравнение к региону или миру, то получится, что любое изменение в нем границ негативно повлияет на другие очень отдаленные регионы. Это будет иметь эффект домино, который невозможно будет контролировать. Данный процесс может запустить одна из сверхдержав, но никто - в том числе, и эта сверхдержава, не сможет остановить его. Тем более, что сегодня на Ближнем Востоке существуют новые социальные границы, которых не было во времена Сайкса-Пико. Эти новые конфессиональные, этнические и политические границы гораздо осложняют ситуацию. Никто не может предугадать, что произойдет на Ближнем Востоке при попытке перекроить его карту. Вероятнее всего, регион станет ареной многочисленных войн, которые выйдут за его пределы и распространятся от Атлантического до Тихого океана, и никто не сможет их остановить.
Интервьюер: Господин Президент, на Ваш взгляд, как будет выглядеть регион в будущем?
Президент: Если исключить сценарии раздробления региона, о чем Вы только что спросили, то я считаю, что сценарий будет совершенно другим, абсолютно позитивным. Но это будет зависеть от того, как мы будем действовать как государство и общество. Этот сценарий включает в себя следующие аспекты: первый - восстановление безопасности и стабильности; второй - процесс восстановления. Однако главной и важнейшей задачей является противостояние террору, поскольку в нашем ближневосточном социуме наблюдается сдвиг в сторону экстремизму, особенно в религиозной сфере.
Вопрос заключается в следующем: сможем ли повернуть эти общества в их естественное русло, как это было в прошлом? Может ли наше богатое различиями общество по-прежнему существовать, как единый целостный организм? В связи с этим позвольте мне уточнить некоторые термины. Для определения нашего общества часто используются термины “терпимость” и “сосуществование”. Тем не менее, более точное и подходящее определение для нашего общества - это гармония и взаимопроникновение.
Важнейшим вызовом являются реформы. Вопрос состоит в том, какова наилучшая политическая система, которая сплотит наше общество: президентская, полупрезидентская или парламентская? Каким должен быть подходящий для Сирии закон о политических партиях? У вас в Германии, например, есть христианско-демократическая партия, а в Сирии религиозные партии категорически недопустимы, ни христианские, ни мусульманские, потому что для нас религия - это проповедь, а не политическая практика. Суть в том, как можно принять друг друга, иначе у нас никогда не будет демократии, даже при самых совершенных Конституции и законах.
Продолжение по ссылке

НОВОСТИ ПО ТЕМЕ