Выбор редакции

Хасан Роухани не променяет Сирию на улыбку Запада

Иран с самых первых дней сирийского конфликта поддержал правящий режим Башара Асада. На протяжении трех лет гражданского противостояния в стране Исламская Республика опровергала обвинения в адрес Башара Асада, вместе с Россией обеспечивала его дипломатическое прикрытие на уровне ООН, а также предоставила Сирии экономическую помощь на общую сумму примерно в 13 миллиардов долларов.  Однако реакция Ирана на обвинения Башара Асада в использовании химического оружия многими считается недостаточно жесткой. При Махмуде Ахмадинежаде США явно не решились бы на такую авантюру из-за боязни быть втянутыми в пучину нового мирового конфликта с непредсказуемыми последствиями. На Западе полагали, что эпатажный Ахмадинежад не дожидаясь стягивания военных кораблей США и Англии к берегам Сирии мог первым ударить по Израилю и, конечно же, после этого последовала бы цепная реакция. Не зря в кругах спецслужб и военных США и Англии сложилось устойчивое мнение, что невозможно предугадать что именно «выкинет» Ахмадинежад в следующую минуту, поэтому на любой сценарий силового вмешательства в иранские дела, в конечном итоге, ставили жирный крест. США и их европейские союзники в лице Англии и Франции хотели сменить существующий в Иране режим еще до Ливии, даже заручились четырьмя санкционными резолюциями СБ ООН, но каждый раз их останавливала магическая фигура Ахмадинежада и невозможность просчитать вероятный исход событий. Противники ИРИ знали, как начать, но не могли увидеть конца такой операции… Поэтому они в конце концов махнули рукой и переключились на арабов -  Ливию, Египет и затем на Сирию. Но сейчас у руля Ирана Хасан Роухани, и главный вопрос, который волнует сегодня как врагов, так и друзей сирийского президента – что будет делать Исламская Республика в случае агрессии США и их союзников против Сирии. Сирия – главный союзник Ирана Союзные отношения между Ираном и Сирией берут свое начало с самого образования Исламской Республики. В войне 1980-1989 гг. с Ираком отец нынешнего Сирийского президента Башара Асада, Хафез Асад, поддержал ИРИ несмотря на то, что являлся лидером партии БААС, к которой принадлежал и иракский лидер Саддам Хусейн. Что касается Башара Асада, то он не только продолжил линию своего отца в отношениях с Тегераном, но и всерьез укрепил их. При его президентстве в 2007 году между Ираном и Сирией был заключен союзный договор, приравнивающий нападение на одного из его участников к агрессии в отношении обоих.  Годом ранее стороны заключили договор о сотрудничестве в военно-морской сфере, который был реализован лишь в 2011 году, когда иранские корабли вошли в сирийские порты. Более того, Асад даже перешел из алавитского направления шиизма к господствующему в Иране исна-ашаритскому, двунадесятническому, что еще более сблизило сирийского президента с его иранскими союзниками.   Иран инвестирует в значительную часть сирийской промышленности, а также поддерживает экономику страны финансовыми вливаниями – как безвозмездными, так и кредитами.  Экономические отношения между странами пролегают, прежде всего, в высокотехнологичных производствах – например, страны совместно выпускают автомобили «Шам», Дамаск закупает военную технику, оружие и др. Иран, наряду с Россией, является одним из основных поставщиков вооружений в эту арабскую республику. К примеру, в 2010 году Иран поставил Сирии радиолокационные системы, назначением которых являлось противостояние израильской авиации.    Неудивительно, что внешнеполитические линии стран на протяжении последних трех десятков лет также совпадали. Они сходились по отношению к Саддаму Хусейну, вместе помогали палестинскому сопротивлению и движению «Хезболлах» в Ливане, противостояли экспансии Израиля на палестинские территории. По сути, Сирия в настоящее время является единственным арабским государством, целиком и полностью поддерживающим Иран, являющимся его союзником. После прихода к власти правительства аль-Малики дружественные отношения с ИРИ стал поддерживать также и Ирак, однако американское влияние в данной стране не дает основания считать Багдад таким уж надежным партнером. Иранская политическая элита и химическая атака в Сирии Президент Ирана Хасан Роухани практически сразу же выступил с признанием и осуждением химической атаки в Сирии, что было расценено некоторыми как попытка его поворота в сторону Запада. Однако уже вскоре иранский президент в беседе с российским лидером Владимиром Путиным отметил недопустимость вторжения на территорию Сирийской арабской республики извне. Кроме того, господин Роухани выразил готовность всемерного сотрудничества с Россией по стабилизации положения в Сирии и недопущению указанного выше вторжения. А внешнеполитическое ведомство Исламской Республики спустя несколько дней после трагической химатаки в пригороде Дамаска Гута аш-Шаркия посчитало достаточно убедительными доказательства администрации Асада, указывающие на причастность к этой акции повстанцев.Солдаты правительственных войск обнаружили под Дамаском склады химического оружия. На контейнерах имелись пометки «Сделано в Саудовской Аравии». Военным пришлось вести бой с не собиравшимися уступать доказательства своей вины повстанцами. В итоге несколько солдат даже получили химические отравления. А позже бойцами сирийской армии был обнаружен и склад противоядий, произведенных катарско-немецкой фирмой. Все это попало в сюжет сирийского телеканала «Аль-Ихбария» и дало основание иранскому МИДу обвинить в химической атаке именно повстанцев. В этом можно усмотреть не столько даже верность Тегерана союзническому долгу, сколько элементарную объективность иранских дипломатов, делающих адекватные представленным фактам выводы. Уверенности в выводах Ирану добавляет и то, что у него еще в прошлом году имелась информация о наличии у боевиков сирийской оппозиции химического оружия. Иранцам было известно даже то, что у противников Асада имелся зарин, «всплывший» в недавних заявлениях американского госсекретаря Джона Керри. В 2012-м ИРИ официально уведомил об этом Соединенные Штаты. В первых числах сентября этот эпизод напомнил глава комиссии по безопасности меджлиса Ирана Алаэддин Боруджерди.  Но США тогда проигнорировали полученную информацию. Удивительным  в этой связи выглядит недавнее обвинение со стороны бывшего президента ИРИ Али Акбара Рафсанджани Башара Асада в применении химоружия. Кому-кому, а уж фигуре столь высокого ранга упомянутые факты должны быть известны. Не поддается логике такое поведение господина Рафсанджани, похоже, им все-таки двигали не соображения объективности, а какие-то иные мотивы. Тем не менее, вполне естественно, что некоторые представители иранской политической и военной элиты выразили и совершенно конкретное намерение защищать Сирию силой. Так, заместитель начальника штаба иранской армии Масуд Джазаери предостерег США от перехода в сирийском вопросе «красной черты» и пообещал в противном случае месть своего народа.  От «авантюр» американскую сторону предостерегли также официальный представитель иранского Министерства иностранных дел Марзийе Афхам и некоторые другие высшие должностные лица. Защитит ли Иран Сирию? Однако какие дальнейшие действия стоит ожидать от Тегерана в сирийском вопросе? Стоит ясно понимать, что Сирия для Ирана – не просто союзник, а наиболее приоритетное на данный момент направление внешней политики. Так советник духовного лидера Ирана по международным вопросам Али Акбар Велаяти отмечал, что, потеряв Сирию, Исламская Республика не сможет удержать и Тегеран, а ходжат-аль-ислам Мехди Таеб, образно говоря, назвал арабскую республику 33-й провинцией Ирана.  Потеря Сирии будет стоить Исламской Республике слишком много – это не только потеря союзника и его вооруженных сил в случае агрессии, но и усложнение контактов с ливанской Хезболлах», разгул терроризма и экстремизма в самом центре Ближнего Востока. После расправы с сирийскими шиитами радикальные салафиты из Джабат аль-Нусра и их союзники вряд ли остановятся перед агрессией в отношении «цитадели шиизма» - Ирана.  Излишне говорить и о том, что противники Исламской Республики, США и страны НАТО, также постараются воспользоваться дестабилизацией в борьбе против нее. В этих условиях в случае реализации Западом военного сценария в Сирии можно ожидать, что ИРИ во чтобы то ни стало будет защищать своего союзника. Речь не обязательно должна идти о вступлении Ирана в войну – существует множество других методов: поставка новейших вооружений и техники, укомплектованной добровольцами, работа по линии региональных сетей спецслужб и многое другое. Примечательно, что в экспертной среде озвучивалась версия о том, что знаменитое российское предложение по международному контролю над сирийским химическим оружием на самом деле – иранское. ИРИ не только разработала данный проект, но и убедила Башара Асада принять его. При этом сам Иран не выходил в реализации столь громкой инициативы на первый план. Причиной тому может являться уже укоренившееся недоверие по отношению к Исламской Республики со стороны Запада. В случае если бы международный контроль над химическим оружием сирийского правительства предложил Иран, США и их союзники, скорее всего, не приняли бы данный проект. Поэтому «пригодилась» Россия, с ее несравненно большим политическим, военным и экономическим весом, и намного лучшей «репутацией». Многих в Иране удивила и даже насторожила пассивная реакция Ирана на американские угрозы по Сирии. Новый президент Ирана намерен нормализовать отношения с Западом, похоже, бытует мнение, что именно из-за этого в сирийском вопросе он связан по рукам и ногам. Ряд политиков и экспертов считают, что Запад этим обстоятельством грубо злоупотребляет, действует по принципу «хочешь дружбы – молчи!» Но, взамен на молчание Ирана или более «взвешенной» его позиции, пока в действиях Запада ничего особенного не происходит. Тем не менее, что, все-таки, может Запад предложить Ирану взамен Сирии? Фактически, с самого избрания президентом ИРИ Хасана Роухани, ни американская администрация, ни правительства ее европейских союзников не сказали ничего конкретного относительно отмены экономических санкций по отношению к Тегерану и восстановления с ним здоровых дипломатических отношений. Возможно, президент Ирана действительно находится сейчас в нелегкой ситуации и ему придется сделать определенный выбор. Однако сможет ли Роухани, видный член религиозного эстеблишмента страны и человек, вне сомнения, служащий ее интересам, променять «улыбку» Запада на Сирию. Но есть и еще одно соображение – по итогам произошедших буквально на днях событий. Легкость, с которой Россия и США договорились по Сирии, вызывает множество вопросов – ранее такой договоренности не удавалось достичь на протяжении более, чем 2 лет. Имеет право на существование предположение о том, что идея о контроле над сирийским химическим оружием не только не принадлежит России, но и не является «иранским изобретением». Истинные ее архитекторы – дипломаты США. Соединенным Штатам изначально не нужен был силовой сценарий решения сирийского вопроса – особенно учитывая то, что первую скрипку в оппозиционном движении этой страны стали играть исламисты. Между тем, нетрудно проследить, кто более всего выиграет от лишения Сирии химического оружия… Израиль ранее больше всего в регионе опасался именно сирийской армии с ее химическими арсеналами, которые всегда могли быть применены, по крайней мере, в последний момент. Еврейское государство готово было раскошелиться на миллиарды долларов, предлагать самые различные уступки Дамаску, лишь бы столь опасная угроза была снята. Сейчас она будет ликвидирована без видимых затрат со стороны Иерусалима. В итоге это может развязать ему руки, лишить даже тех малых сдерживающих факторов, которые имелись ранее. За такую перемену на Ближнем Востоке Соединенные Штаты оказались готовы поделиться своей «победой» с Россией и даже Ираном – именно этим может объясняться внезапное «потепление» между Вашингтоном и Тегераном. Возможно, именно отсюда тянутся нити внезапного обмена письмами между Хасаном Роухани и Бараком Обамой и разговоры о возможной встрече иранского лидера с главой британской внешней политикой Уильямом Хейгом. Эта версия развития событий навевает лишь один вопрос – насколько Россия осведомлена о такой многоходовой комбинации американской дипломатии. Вторая половина сентября – время расставления точек над i Необходимо подчеркнуть, что военное столкновение с Соединенными Штатами и союзными им государствами Исламской Республике тоже невыгодно. Похоже, что пик сирийского кризиса в основном титаническими усилиями России (или не только России) миновал, но ситуация еще далека от своего разрешения. Однако Запад, и впрямь, может перейти «красную линию», за которой ему, возможно, будет не достичь с Тегераном не только взаимопонимания в вопросах ближневосточной политики и экономики, но и столь желаемого соглашения по ядерной программе. «Либерализм» и «уступчивость» Хасана Роухани наверняка имеет свои пределы, да и Лидер страны, Али Хаменеи, вряд ли позволит новой администрации поступиться национальными интересами. Предполагается, что именно эти вопросы обсуждались президентом Ирана и российским лидером Владимиром Путиным в ходе их встречи в Бишкеке – на саммите Шанхайской организации сотрудничества. Уже известно, что Путин поддержал иранскую позицию, как по сирийскому вопросу, так и по ядерной программе.  17 сентября открывается 68 сессия Генеральной Ассамблеи ООН, на 24 сентября запланировано выступление президента Ирана Хасана Роухани. Кроме того, господин Роухани выступит на заседании по ядерному разоружению и, скорее всего, в октябре на конференции «Женева 2».  Ожидается, что именно на этих площадках слова, высказанные иранским президентом, в значительной степени прояснят его реальную позицию и направление внешней политики Тегерана по основным вопросам внутренней политики и международной жизни. Если Запад в самое ближайшее время не определится со своей позицией по Ирану и не заметит явно умеренный курс Хасана Роухани (прежде всего, «молчание» ИРИ), то, учитывая актуальность сирийского кризиса не только для Исламской Республики, но и для всего мира, вполне возможно, что выступления нового иранского лидера станут знаковыми.   **************************** Подытожив вышесказанное можно констатировать, что сложившаяся на данный момент международная ситуация уже сейчас демонстрирует целый ряд новых перемен. Основные из них следующие: 1. США больше не обладают монополией на решение глобальных и даже локальных внешнеполитических проблем. Они уже  в одиночку совершенно неспособны : а) сформировать в собственной стране общественное мнение относительно реализации тех или иных планов; б) сформировать в своих интересах по тем или иным вопросам мировое общественное мнение; в) проталкивать  свои инициативы через СБ ООН и таким образом делать их легитимными; г) задействовать НАТО в своих планах, придав им международную окраску; д) активные действия США при решении многих вопросов, в которых заинтересованы они сами, в первую очередь, вызывают негативную реакцию, все больше антиамериканизма. Страны Европы, как это видно из недавних событий, не собираются поступаться своими национальными интересами в угоду США и, в лучшем случае, занимают нейтральную позицию. В худшем – выступают откровенно против. 2. Россия возвращается в большую политику как мощная политическая сила, как центр притяжения целого ряда государств. Это произошло, прежде всего, как следствие усталости этих государств от бесцеремонного и постоянного давления на них со стороны США и других государств Запада. В позиции РФ им видится, в первую очередь, твердая убежденность, справедливость, потенциал и транспарентность. Справедливость, сама по себе являющаяся огромной силой, к тому же помноженная на реальную силу, плюс внятная политика выводят Россию в лидеры мировой дипломатии. 3. Чтобы вернуться в большую политику, России, как оказалось, не надо делать что-то особенное, достаточно было иметь свою собственную четкую позицию и последовательно отстаивать ее через ООН, региональные структуры, партнеров и т. д. Именно такая позиция стала непреодолимой преградой на пути США и Запада в решении сирийской проблемы, почувствовавших серьезные изменения в мировой политике. 4. Решение сирийской проблемы стало крупнейшей победой Путина, возможно, крупнейшей за последнее десятилетие. Этим во многом могут быть нивелированы ошибки Дмитрия Медведева во внешнеполитической сфере, а Россия станет центром притяжения исламского мира, а также малых и средних государств Европы. Сейчас мы становимся свидетелями значительного роста международного авторитета России. 5. Достигнутые соглашения и отступление США от Сирии показывают, что финансовые вливания со стороны монархий Персидского залива и наличие сильной армии США в настоящее время не достаточны для решения локальных и региональных вопросов. США не зашли так далеко, в том числе и по причине того, что при первых ударах по Сирии образ международного киллера прилепился бы к США надолго, а армия США превратилась бы в наемную армию, выполняющую заказ на массовые убийства сирийского народа за деньги Саудовской Аравии и Катара. По-сути, США должны быть вечно благодарны России, что она спасла их от этой неприглядной участи. 6. В решении сирийского вопроса вторым победителем стал Иран, который, хотя и находился за занавесом, смог скоординировать свои действия с Россией и помочь РФ выдвинуться в качестве лидера в решении данной проблемы. Между тем, Тегеран заинтересован в этом решении не меньше Москвы. 7. Сложившееся положение может вывести российско-иранские отношения на новый качественный уровень. Углубленные отношения с Ираном могут дать новый импульс идее о евразийском сообществе, главной геополитической идее Путина. 8. Есть в сирийском урегулировании и еще один победитель - Израиль. Решение сирийского вопроса – пример ювелирной работы Тель-Авива и международного еврейского лобби за пределами Израиля. В целом, возможно, сирийский кризис стал предвестником наступления новой эры в мировой политике – эры кардинального пересмотра имевшихся ранее установок, принципов и методов, эры реального разрушения однополярного мира.