Выбор редакции

О пакете "антитеррористических законов"

молот

Совет Федерации одобрил пакет антитеррористических законов, разработанных главами профильных комитетов двух палат парламента: председателем думского комитета по безопасности Ириной Яровой и сенатором, главой комитета Совфеда по обороне и безопасности Виктором Озеровым.

Поправки предлагается внести в Уголовный и Уголовно-процессуальный кодексы, а также в 10 отдельных законов. Ими вводится новый состав преступления — международный террористический акт. Кроме того поправками снижается порог уголовной ответственности за терроризм с 16 до 14 лет. Также снижен возраст ответственности за такие преступления, как участие в массовых беспорядках, организация незаконного вооруженного формирования. Вводится уголовное наказания за несообщение о преступлении террористической направленности, ограничения, касающиеся миссионерской деятельности.

В «антитеррористическом пакете» содержатся поправки, усиливающие наказание за преступления экстремистской направленности. Законопроектом существенно повышаются штрафы и сроки лишения свободы. Так, за финансирование экстремистской деятельности (282.3 УК, срок лишения свободы по которой сейчас составляет до трех лет без нижнего порога наказания) законопроектом предлагается ввести нижний порог — от трех лет, а верхний порог поднять до восьми.

Операторов связи обязывают хранить информацию о фактах передачи и доставки данных в течение трех лет.

Резонансный пакет был принят Госдумой в минувшую пятницу. Поправки должны вступить в силу с 1 июля 2018 года.


Комментарии экспертов

Константин Душенов:

Обсуждаемый «пакет Яровой» – только один из шагов в правильном и верном направлении. Я его приветствую. Та же 282 статья УК - хорошая и нужная, её ни в коем случае убирать не надо. Причём я всегда так думал. И когда находился под следствием, и когда по этой статье сидел, и сейчас, считал и считаю, что 282-ая статья, также как и 280-ая – ещё одна статья, которая находится в антиэкстремистском пакете – нужны и убирать их ни в коем случае нельзя. Нужно их правильно использовать. Как раз происходит коррекция правоприменения этих статей. Они вводились в УК на рубеже девяностых и двухтысячных усилиями разного рода кривозащитников, русофобов, либералов и прочих мерзавцев.

Делалось это для того, чтобы задушить русское сопротивление либеральной оккупации России. Но любой правовой инструмент сам по себе не хорош и не плох. Всё зависит от того, как его применять. Нож в руках убийцы - зло, тот же самый нож в руках хирурга спасает людям жизнь. Вот сейчас жизнь берёт своё. Правовая система разворачивается к более правильному применению статей. И 282-ая статья - уже не русская статья, потому что по ней сидят, в том числе, и за оскорбление религиозных чувств, и за другие преступления, направленные против тех патриотических изменений в нашей жизни, которые так раздражают сегодня и Запад, и русофобов.

Кстати, трижды ужесточали эти статьи либералы. А поправки Яровой не являются каким-то особым ужесточением по сравнению с тем, что было раньше. И жёсткие формулировки содержатся не в самой 282-й статье. Они касаются статьи 282.1, где говорится о создании экстремистских группировок. Это совсем другая область противоправных деяний. И вся паника, которая генерируется в либеральном лагере, связана с тем, что оружие, которое они ковали для того, чтобы бороться с русским патриотизмом, обернулось против них самих. Как говорится, за что боролись, на то и напоролись. И либералы этим страшно недовольны. Вот он первоисточник всех стенаний об «ужасном пакете» Яровой.

Любое государство имеет в своде законов политические статьи, которые обеспечивают стабильность системы. Не стоит этого стыдливо замалчивать. Скажем, у Сталина была знаменитая 58-ая, тяжёлая статья, в ней 11 подпунктов, по которым значительное количество людей было репрессировано. Это был инструмент, с помощью которого сталинское государство охраняло красную империю, решало проблемы, которые другим способом в те тяжёлые, жестокие, героические времена решить было невозможно. Потом убрали эту статью. При Брежневе было две политических статьи, например, за клевету на советский государственный строй. И демократическая Россия создала свои инструменты для преследования противников либерального режима.

Нужен инструмент в случае, если мы отринем либеральное наследие и в России утвердится патриотический курс, который последние несколько лет всё сильнее и сильнее о себе заявляет? Нужен. Государство, которое будет опираться на русские, традиционные патриотические ценности должно иметь инструмент, с помощью которого может репрессировать своих политических противников. Поэтому нужно, чтобы эти статьи из УК просто правильно применялись. А их правоприменение зависит и от указаний начальства, и от общество считает допустимым и недопустимым, правильным и неправильным. Так что стоит внимательно к этому вопросу подходить. Мы уходим в отрицание, шашкой рубим- «долой!», потому что над нами довлеют страхи из недавнего прошлого, когда эти инструменты были дубиной против нас. Однако надо трезво анализировать ситуацию и поддерживать те решения, которые идут на пользу России.
Ещё рыдают и стонут, что наступает полицейское государство: якобы теперь никому ничего нельзя будет по телефону. И операторы связи вынуждены будут дополнительную аппаратуру закупать. Все эти «жирные коты», «бедные» и «несчастные» миллионеры и миллиардеры поднимают вой о подорожании мобильной связи. Надо чтобы государство заставило их немного тряхнуть туго набитой мошной. И тогда для нас с вами ничего не изменится, а они немножечко меньше чёрной икры будут кушать на завтрак.

И сделано это совсем не для того, чтобы теракты предупреждать. Цель иная – упростить правоохранительным органам расследование преступлений террористической направленности. Сейчас чтобы получить запись телефонных разговоров, следствию нужно идти в суд, там получать разрешение на прослушку. Прослушку заказывать у соответствующих специальных подразделений. Это достаточно длительная процедура. И назад ничего прослушать не могут. А теперь следствие будет посылать запрос соответствующему провайдеру, который обязан будет информацию выдать.

Ещё, кстати говоря, есть один аспект, связанный с религиозным содержанием пакета закона. Уже заверещали о наступлении на свободу вероисповедания. Все сектанты, все, кто не имеет корней в России, всякие протестанты-пятидесятники, хабадники, отметились по поводу ужесточения некоторых правил религиозно-миссионерской деятельности. А я бы ещё дальше пошёл и принял бы закон, раз и навсегда запрещающий любое финансирование религиозных организаций из-за рубежа. И сразу стало бы ясно, кто для России традиционен, кто может существовать за счёт внутренней поддержки российских граждан, а кто сидит на подсосе у своих забугорных спонсоров.

Дмитрий Аграновский:

Пакет Яровой абсолютно ничего не изменит в плане борьбы с преступностью, в плане увеличения нашей безопасности. Чиновники среднего и высшего уровня считают, что показать свою значимость можно только путём закручивания гаек. По их мнению, у начальства сейчас запрос на ужесточение законодательства, и если ты предложишь какое-то смягчение, то прослывёшь либералом во всех смыслах этого слова. При этом, как правило, статьи наподобие 282-й работают против не совсем сдержанных на язык патриотов. Недаром ту же 282-ую статью называют «русской статьёй». Хотя промониторив, например, блоги «Эха Москвы», вы легко найдёте там большое количество материалов, которые под эту статью попадают.

Несколько лет назад я обращался в Генеральную прокуратуру с просьбой привлечь к ответственности Альфреда Коха за статью «Нечто восьмимартовское». На мой взгляд, состав преступления там был стопроцентный, но мне отказали в возбуждении дела. Я знаю ещё целый ряд дел, когда либералов не привлекают за очень серьёзные высказывания. В то же время люди из патриотического лагеря привлекаются за высказывания, которые к УК притянуты за уши, на основании сомнительных экспертиз, проведённых непрофессионалами.

Поэтому всякое ужесточение просто приводит к усилению репрессий совсем не в том сегменте, в котором хотелось бы, и безопасности не добавляет. На безопасность работают - увеличение технического оснащения спецслужб, повышение квалификации их сотрудников. Но это же сложный путь. Гораздо проще «подкрутить» пару законов. Ну и что, что тарифы на сотовую связь повысятся. Что такое для депутата при его зарплате повышение тарифов? Тем более, в этом плане они все на государственном обеспечении. А проблемы простых людей – разве кто-то за последние двадцать пять лет о простых людях думал?

Очень интересно наблюдать за эволюцией бывших «яблочников», которые становятся самыми радикальными охранителями и консерваторами – это и Яровая, и Милонов, и Мизулина. Среди нынешних реакционеров нет ни коммунистов, ни читателей газеты «Завтра», в основном это люди, которым, вероятно, нужно доказывать свою лояльность. Поэтому они и стремятся, говоря языком братьев Стругацких, быть ортодоксальнее ортодокса. То есть, если начальству не нравятся учёные, они объявляют врагом науку. Если какой-нибудь пранкер Вован куда-то дозвонился, то необходимо запретить сотовую связь как таковую. Реакция идёт именно на таком уровне.

Как адвокату мне явно прибавится работы, потому что всякое закручивание гаек сопровождается дополнительным привлечением граждан к уголовной ответственности. Но я за количеством дел не гонюсь. Как ни странно, я - сторонник смягчения законодательства. Наказание должно быть не столько жёстким, сколько неотвратимым, а с неотвратимостью наказания у нас очень и очень большие проблемы. Мы постоянно видим, как люди, реально совершившие преступление, уходят от ответственности только потому, что являются носителями либеральных взглядов. Вы, например, можете совершить два раза подряд тяжкое преступление и получить условно. А протестуя на концерте Макаревича, не причинив никому никакого вреда, вы можете получить три года лишения свободы. К сожалению, законодательная практика носит ярко выраженный избирательный характер. Государство – орудие классовых интересов, право – это выраженная на бумаге воля господствующего класса. И не бывает одинакового права для всех. Поэтому для нацбола Олега Миронова право одно, а для так называемого художника Павленского или Альфреда Коха – другое. Повторюсь, что безопасности ни вам, ни мне это не прибавит. Вот мы уже открыли сообщение с Турцией, скоро туда поедут наши туристы. Совершенно очевидно, что нельзя их туда пускать, что они станут жертвами терактов - не надо быть семи пядей во лбу, чтобы это предсказать. Тем не менее, есть политическая целесообразность, которой никакие законы не препятствуют.

Так что я отношусь к этому пакету исключительно негативно. И надеюсь, что Владимир Путин наложит на него вето. Такие разговоры есть, и Дмитрий Песков высказывался в этом направлении. Все эти законы – имитация бурной деятельности и попытка сколотить политический капитал.

Источник

НОВОСТИ ПО ТЕМЕ