Выбор редакции

Лавров: Международные проблемы страдают от того, что Россия и США не могут тесно координироваться

Сергей Лавров провел в Нью-Йорке "на полях" 72-й сессии Генеральной Ассамблеи ООН пресс-конференцию, текст которой публикует официальный сайт МИД РФ:


Фото пресс-службы МИД России

Вопрос: От лица Ассоциации корреспондентов ООН благодарю Вас за эту пресс-конференцию и возможность общаться с Вами в рамках Генеральной Ассамблеи ООН. 
Сергей Викторович, подавляющее большинство лидеров тех стран, которые уже выступили на Генеральной Ассамблее ООН, с беспокойством говорили о ядерной деятельности КНДР, в частности, Президент США Д.Трамп использовал ООН, чтобы угрожать этой стране. А теперь КНДР угрожает ответить. При этом, кажется, что ни лидер США, ни лидер Северной Кореи не готовы работать по предложенной Россией и Китаем «дорожной карте». Что в таком случае должно предпринять международное сообщество? Каким должен быть следующий шаг? Есть ли у России какое-нибудь новое предложение по урегулированию кризиса?
С.В.Лавров: Спасибо большое за добрые слова.
Насчет ядерной проблемы Корейского полуострова. Новых предложений у нас нет, потому что мы убеждены, что потенциал российско-китайской «дорожной карты», которая была распространена в июле этого года в ООН, далеко не исчерпан. Мы не слышим разумных аргументов в ответ на наши предложения все-таки приступить к работе над ней, а также не слышим объяснимых причин, по которым наши западные партнеры, в том числе США не могут этого сделать. Напомню, что «дорожная карта» во многом идет в русле тех самых четырех «нет», которые месяц назад  сформулировал Государственный секретарь США Р.Тиллерсон. Мы убеждены, что Совет Безопасности ООН должен активнее использовать эти позиции США.



Если говорить об обмене угрозами, то это, конечно же, плохо. Да, неприемлемо молча смотреть на ядерно-ракетные «авантюры» Северной Кореи, а также развязывать войну на Корейском полуострове. Если эти угрозы переводить на язык практических действий, то именно об этом идет речь. Поэтому надо «остудить» горячие головы и все-таки понять, что нужна пауза и какие-то контакты. Если есть желающие посредничать, я это активно бы приветствовал. Посредниками готовы были быть некоторые европейские нейтральные страны. Генеральный секретарь ООН А.Гутерреш говорил, что если СБ ООН обратится с такой просьбой, то он, конечно же, постарается ее выполнить. Поэтому нет недостатка в тех, кто готов бы был испытать все-таки не военный и санкционный варианты, а политический. Еще раз напомню то, о чем говорил вчера на заседании Генеральной Ассамблеи ООН: каждая резолюция СБ ООН без исключения помимо санкций содержит требования заниматься политическим процессом. Наши западные коллеги, отказываясь работать на этом направлении, не выполняют своих обязательств, которые на себя взяли во время согласования соответствующих резолюций СБ ООН. Мы с КНР будем продолжать добиваться разумного, а не эмоционального подхода. А то так все выглядит, как будто дети в детском саду стали драться друг с другом, и никто не может их остановить.
Вопрос: Вы, господин Министр и Представитель Российской Федерации при ООН В.А.Небензя заявили, что надеетесь сохранить Совместный всеобъемлющий план действий по урегулированию иранской ядерной программы (СВПД). Открыта ли Российская Федерация для переговоров о ракетах, правах человека и Сирии в рамках СВПД или других форматах? 
С.В.Лавров: Не только Россия сказала, что нужно спасать эту программу, а именно Совместный всеобъемлющий план действий по урегулированию иранской ядерной программы. Это сказали все европейские страны, которые участвовали в переговорах, а также подавляющее большинство стран-членов ООН. Эта программа имеет законченный вид, одобрена резолюцией СБ ООН и вскрывать ее равносильно тому, что перечеркнуть все достигнутое. Это все прекрасно понимают. Если есть какие-то озабоченности у США по отношению к Ирану, у кого-то еще к кому-то другому, то их надо решать в рамках тех форматов, которые для этого приспособлены. По Сирии есть целый переговорный процесс, по ракетам есть режим, который не запрещает иметь баллистические ракеты, по правам человека, соответственно, есть Совет по правам человека. Путать яблоки и апельсины, знаете, это, наверное, не очень правильно, тем более в таких сложнейших вопросах, как договоренность по иранской ядерной программе.
Вопрос: Не могли бы Вы рассказать о проблемах в отношениях США и России, связанных с усиленным вниманием к вопросам по Северной Корее, Ирану, Сирии и Украине. Как развиваются российско-американские отношения при Президенте США Д.Трампе?
С.В.Лавров: Вы свалили все в одну кучу – Корею, Иран, Сирию и Украину – и все, по Вашему мнению, проблемы российско-американских отношений. Мне как-то не очень нравится, что некоторые политики во всем назначают ответственной Россию: Россия и Китай должны решить северо-корейскую проблему, мы должны по Сирии сделать то-то и то-то... Нас назначают ответственными и за другие кризисы, вплоть до йеменского, к которому мы вообще никакого отношения не имеем.
Российско-американские отношения страдают не из-за того, что есть конфликты, а из-за того, что предыдущая администрация поступила по-мелочному мстительно, заложив эту мину замедленного действия под российско-американские отношения. Я не ожидал такого от лауреата Нобелевской премии мира. Но в этом, в общем-то, он проявил себя. Это до сих пор сказывается, а также и то, что раздувается кампания по поводу законности избрания Президента США Д.Трампа и то, что Российская Федерация обеспечила это избрание вмешательством во внутренние дела США, но ни одного факта нам не приводят. А вот тот факт, что сайт Демократической партии был взломан инсайдером, то есть членом штаба этой партии, он один раз был упомянут в МИД и потом пропал. Напомните об этом своим читателям, слушателям и зрителям. Уже скоро будет год как работают различные комиссии, слушания, прокуроры, никто никогда ни где не предъявил ни одного факта. Также никто нам не предъявил ни одного факта о том, что мы вмешивались в выборы во Франции, в Германии, а теперь и шведы начинают об этом говорить.
В Советском Союзе у нас был Генеральный прокурор А.Я.Вышинский, который, когда проводил судебные процессы (а занимали они день-два, не больше), говорил, что признание – царица доказательств. Современные американские деятели, которые раздувают эту кампанию, пошли дальше А.Я.Вышинского, для них не признание – царица доказательств, а обвинение – царица доказательств, то есть даже не требуется «выбивать» признание из подзащитного. Я по-другому назвать это не могу. Это все не нормально и препятствует здоровому развитию наших отношений. Мы никогда не просились в союзники друг к другу, но мы были союзниками и достаточно успешно воевали. А сейчас огромный потенциал наших двусторонних отношений просто простаивает вхолостую и даже сокращается из-за русофобской истерии. Международные проблемы страдают из-за того, что Россия и США не могут тесно координироваться по причинам от них независящим. Это тоже очень плохо. Например, по Сирии у нас есть т.н. диконфликтинг. Наверное, этого мало, когда идет борьба с террором, и мы уничтожаем террористические очаги в Ракке и Дейр-эз-Зоре, проходит фактическое разделение труда, но для того, чтобы эффективно добить террористов необходимо иметь не просто некий диконфликтинг, а координацию действий. А американским военным координация запрещена законом о бюджетных ассигнованиях Конгресса для Пентагона напрямую. Почему? Потому что такие законодатели, которым важно не решать конфликты в разных точках мира и не развивать выгодные для американского бизнеса отношения с Россией, а делать политические сигналы. Вот они его и сделали. До сих пор с ним живем.           
Вопрос: Вопрос о действиях России в Сирии. Вы придерживаетесь того подхода, что после победы над ИГИЛ все ополчения и силы должны покинуть Сирию. Есть ли у Вас какие-либо временные рамки? Ведёте ли Вы переговоры с Ираном на этот счёт? Останутся ли постоянно присутствующие силы в Сирии? Это называют «картой Лаврова». Вы можете рассказать нам, что это?
С.В.Лавров: Я никогда об этом не слышал (смех в зале).
Во-первых, сначала надо закончить борьбу с терроризмом. Однако необходимо думать и о том, как восстанавливать единство Сирийской Арабской Республики. Никакого раздела допускать нельзя. Иначе по всему Ближнему Востоку пойдёт цепная реакция. Наверное, это то, чего некоторые хотели бы добиться, те, кому выгодно постоянно поддерживать здесь хаос, неразбериху (причём хаос становится уже давно никем не контролируемым).
Концепция районов деэскалации изначально была объявлена как временная. Заявлено, что параллельно с зонами деэскалации мы хотим стимулировать процессы национального примирения, создания механизмов национального примирения между центральными властями и зонами деэскалации с тем, чтобы уже начинался национальный диалог, готовилась почва для политического процесса в дополнение к тому, что делается в Женеве.
В Женеве до недавнего времени были представлены известные сирийские политики (больше, кстати, неизвестных), те, которые живут за границей уже давным-давно. И то, что «процесс Астаны» свёл за одним столом переговоров правительство и те вооружённые отряды, которые противостоят сирийской правительственной армии «на земле» в Сирии, это, я считаю, колоссальный прорыв. Это, наверное, не менее важно, чем разговор с эмигрантами, которые хотят помочь урегулировать сирийские кризис. Это разговор глаза в глаза тех, кто до недавнего времени в руках с оружием противостоял друг другу.  Теперь же, с созданием зон деэскалации это противостояние прекратилось, они становятся (должны стать, по крайней мере) союзниками в борьбе с терроризмом.
Насчёт иностранного присутствия. Я уже говорил не раз: есть присутствие легитимное, которое осуществляется на основании приглашения официальных властей страны-члена Организации Объединённых Наций, и есть присутствие нелегитимное, каковым является присутствие ведомой американцами коалиции и сил спецназа целого ряда зарубежных стран, которых никто не приглашал в Сирийскую Арабскую Республику, но которые туда направлены для того, чтобы помогать действиям оппозиционеров.
Первым шагом, когда терроризм будет побеждён, я в этом уверен, необходимо убрать всех находящихся в Сирии нелегитимно.  А что касается тех, кто там приглашён на легитимной основе, то это будут решать, я думаю, руководители сирийского государства по итогам политического процесса.
Вопрос: То есть Вы не держите в уме конкретные сроки, когда это произойдёт?
С.В.Лавров: Знаете, у нас «тайм-фрейм» был в 2000 г., когда квартет по Ближнему Востоку принял «дорожную карту». Там было сказано: надо за год разрешить палестино-израильский конфликт. Прошло 17 лет... Поэтому лучше избегать каких-то искусственно придуманных сроков окончания того или иного процесса. Это сложнейший кризис, и переговоры займут немало времени.
Вопрос: Вопрос о кризисе в Персидском заливе. На Ваш взгляд, в какой степени эмбарго против Катара соответствует упомянутому в Вашем выступлении перед Генеральной Ассамблеей ООН принципу соблюдения суверенитета или нарушает его? Должен ли СБ ООН осудить или проигнорировать это эмбарго?
С.В.Лавров: Мы уже не раз обращались к этой проблеме вскоре после того, как четыре арабских страны обнародовали соответствующее решение.  Президент России В.В.Путин общался по телефону с большинством глав государств, которые втянуты в этот конфликт, включая Саудовскую Аравию, Катар, Египет. Я общался с министрами иностранных дел Саудовской Аравии, Катара, совсем недавно был в районе Персидского залива: посетил Объединённые Арабские Эмираты, Кувейт, Катар, Саудовскую Аравию и Иорданию. Во всех этих контактах, на всех этих встречах мы посылаем один очень простой сигнал: страны, которые внезапно стали предъявлять друг другу претензии, говорить о том, что нарушается договорённость 2014 г. (которая была между ними конфиденциально согласована, как я понимаю), должны всё-таки сесть за стол переговоров, отказаться от ультиматумов и искать взаимоприемлемые решения. Озабоченности должны быть рассмотрены, и необходимо найти путь их удовлетворения на взаимной основе. Я уверен, что это можно сделать.
Говоря о санкциях против Катара, интересен пример разного отношения к мирным гражданам Катара и Сирии. Как Вы знаете, Евросоюз и ряд стран ввели очень жёсткие санкции против Сирии, играющие далеко не последнюю роль в серьёзнейших гуманитарных проблемах, с которыми сейчас сталкивается Сирийская Арабская Республика. Мы не раз призывали тех, кто ввёл санкции – сейчас, грубо говоря, подрывающие усилия по доставке гуманитарной помощи, по налаживанию нормальной жизни для простых людей – должны быть сняты.
Возвращаясь к Катару, где-то две недели назад Президент Франции Э.Макрон призвал отменить санкции против Катара как минимум в той части, в какой они затрагивают  жизнь простых людей. Сколько длится этот конфликт? Три месяца, по-моему. А в Сирии – шесть лет. Вот я тоже призываю снять санкции против Сирии в той степени, в какой они затрагивают жизнь простых людей.
Вопрос: Здесь, в Нью-Йорке, во время дебатов на последней Генеральной Ассамблее ООН мы часто слышим от западных лидеров слово «прагматизм». Президент Франции Э.Макрон в интервью «CNN» назвал Россию «партнёром», Президент США Д.Трамп отметил совместную работу в СБ ООН по северокорейской проблеме. У Вас были переговоры с Министром иностранных дел Великобритании Б.Джонсоном, Генеральным секретарем НАТО Й.Столтенбергом. Вам не кажется, что нынешняя Генеральная Ассамблея является знаковой и на Западе наконец-то начинают понимать, что в отношениях с Россией достигли дна, и нужно возвращаться к нормальному сотрудничеству?
С.В.Лавров: Вы знаете, я бы не сказал, что это какая-то переломная Генеральная Ассамблея. Количество встреч – то же самое, что и за последние годы. По содержанию разговоров – тоже мало изменений. Потому что и в прошлом и позапрошлом годах, когда мы проводили двусторонние встречи с моими коллегами, все они говорили, что ситуация ненормальная и что нужно её исправлять. Может быть, Вы правы, сейчас просто это гораздо острее ощущается. Но так, чтобы я услышал заверения, что сейчас Запад прекратит играть в эти санкционные игры и перестанет игнорировать интересы нашего взаимовыгодного сотрудничества, я бы не сказал.
Я думаю, что это осознание придёт. Ведь мы никогда не уговаривали наших западных партнёров, чтобы с нас сняли санкции, а мы сделали что-то взамен – никогда. Я думаю, что жизнь сама заставляет отказываться от этой абсолютно тупиковой линии.
Вопрос: Как Вы знаете, вокруг мусульманской общины рохинджей в Ракхайнской национальной области Мьянмы развивается крупнейший гуманитарный кризис. Более полумиллиона людей нашли убежище в Бангладеш. Какова позиция Вашей страны?
С.В.Лавров: Я вчера встречался с Министром иностранных дел Бангладеш А.Х.М.Али, мы говорили об этом. Отмечаем, что власти Мьянмы в ответ на призывы стали учитывать мнение международного сообщества, необходимость обеспечивать гуманитарную составляющую своих действий, потому что никто не отрицает, что там были экстремистские нападения. Конечно, никто из мирных граждан, неповинных ни в каких деяниях, не должен страдать.
Отмечаем в позитиве, что сейчас власти Мьянмы уже работают над рекомендациями, которые были переданы по линии Международного комитета Красного Креста, Международного движения Красного Креста и Красного Полумесяца, и сотрудничают с независимой комиссией, возглавляемой «патриархом» мировой дипломатии К.Аннаном.
Мне кажется, что сейчас все уже поняли, что ситуацию надо переводить в русло политического диалога, так же, как и в любой другой стране, где возникают внутренние противоречия – будь то Венесуэла или какая-либо другая страна.
Вопрос: Китай и Россия выдвинули совместную инициативу по КНДР, однако США её отвергли. С учётом эскалации, особенно в последние дни, есть ли ещё какие-либо инициативы, которые бы могли помочь снизить напряжённость и усадить обе стороны за стол переговоров?
С.В.Лавров: (перевод с английского) Это слово в слово повторяет первый вопрос, думаю, я не должен повторять свой ответ на него. Это абсолютно одинаковый вопрос – мертва ли российско-китайская инициатива и что необходимо сделать вместо нее. Полагаю, я полностью на него ответил.


Продолжение - "
Лавров: Международные проблемы страдают от того, что Россия и США не могут тесно координироваться -2"

НОВОСТИ ПО ТЕМЕ
ВЫБОР РЕДАКЦИИ