Выбор редакции

Да здравствует российский суд

Петр Павленский разочарован во французской фемиде

Акционист в московском суде в июне прошлого года. Сфотографировать его во французском суде невозможно. Фото Максима Змеева (Reuters).


А вы знаете, что Петр Павленский во французском СИЗО уже десять дней как голодает? Нет? Вот и я не знал. И ни один российский правозащитник почему-то не бьет в набат, во всяком случае, громко, как обычно. На весь мир.

Узник совести прямо молит о помощи — передал маляву на волю, она попала в хорошие руки — Марату Гельману. «Письмо Петра Павленского товарищу, просил предать гласности, — написал в своем Фейсбуке сочувствующий попавшему в передрягу товарищу известный галерист. И порадовал других сочувствующих: — Хорошая новость одна: банк не подал иск об ущербе».

Вот что значит цивилизация. Европа.

ФСБ, у которой акционист спалил дверь, почти миллион рублей запросила. Одно слово: сатрапы. Ничего святого. И полученные деньги наверняка попилили.

Но тогда почему же художник, этот Леонардо да Винчи нашей эпохи, не понятый на родине, голодает?

Честно говоря, причина меня озадачила. И, конечно, не только меня, но и упомянутых выше правозащитников, которые молчат, как Павленский, зашивший себе рот в знак протеста против кровавого путинского режима.

Поэтому приходится говорить (в смысле, писать) мне. Точнее, самому узнику совести. Я лишь предаю гласности, как он и просил. Хоть и не меня, но все же. Искупаюсь в лучах славы гения.


Сегодня десятый день сухой голодовки.

Я никогда не думал, что мне придется с этим столкнуться, но закрытые кабинетные суды — это неприемлемо. Ведь эти суды принимают решение о лишении человека свободы. Для большинства это решение оказывается судьбоносным.

В моей жизни было порядка полусотни судебных заседаний, но ни одно из них не было закрытым. Даже суды по психиатрии были открытыми в части оглашения приговора. Так что здесь ситуация оказывается чудовищно дикой, и ты сам понимаешь, что с этим необходимо бороться.






Вот объясните, я его правильно понял — это он Францию дикой назвал? А Россия, значит, цивилизованная — так получается? У нас, оказывается, можно заявить о голодовке при всех, в зале суда, а не только перед тюремщиками, которых ничем не удивишь. То есть, стать героем нашего времени, о тебе будут писать и говорить лидеры общественного мнения, и не только у нас, но даже во Франции.

А сама Франция такую возможность исключает. Что больно ранит душу акциониста и заставляет его писать в своих малявах всякую чушь. А неокрепшие умы в России читают и начинают сомневаться кровавости путинского режима и задумываться, настолько ли он кровав, как им рассказывают. Может, макроновский еще кровавее. И вообще, нет правды на земле.

Ну, брат Павленский, теперь понятно, почему до твоей сухой голодовки нет дела ни одному честному правозащитнику.

Терпи, предатель. И радуйся, что банк тебе пока счет не выставил.

Еще выставит.




ВЫБОР РЕДАКЦИИ