Выбор редакции

Похождения бравого солдата Чурчина на службе в Народной Армии Югославии



Занимательные воспоминания югославского танкиста, который в 80-х еще застал в действующей армии Т-34.

Похождения бравого солдата Чурчина на службе в Народной Армии Югославии

К концу 80-х прошлого века Югославская Народная Армия представляла собой значительную силу не только на Балканах, но и в Европе. На службе в ЮНА состоял миллионный контингент. По своей мощи она была "четвертой армией в Европе", как говорили югославские военные. Даже странно, что, имея такую армию, Милошевич не смог сохранить единство Югославии в ходе войн 90-х годов.Мой сербский друг Раде Чурчин (подробнее о нём здесь: https://io-bender.livejournal.com/1948.html) согласился поделиться в моём блоге воспоминаниями о своей службе в армии социалистической Югославии.

Шёл четвёртый год со смерти товарища Тито. Я служил срочную службу в танковой части в боснийском городке Брчко. Городишко был маленький, тьма кофеен, и женщин в 10 раз больше, чем мужчин. И, хотя Брчко это самый север Боснии прямо на границе с Хорватией, и кругом одни боснийцы - мусульмане, солдат там любило не только женское население. Выйдешь, бывало, в город в увольнительную: всякий встречный-поперечный тебя зазывает в кафану и иной раз так пивом накачает, что ты уже и не знаешь, как обратно в часть мимо дежурного через КПП проскользнуть, чтобы не получить нарядов вне очереди. На что уж я пиво не очень уважаю, так и меня как то раз напоили в стельку. Вваливаюсь я на КПП, и дежурный, собака, говорит мне, что моя увольнительная давно уже истекла, и что он сейчас этот ужасный факт в журнальчике своём зафиксирует. Только это я собрался разнести ему горку с калашниковыми, которая в караульном помещении стояла, но он вовремя догадался заглянуть мне в глаза, всё сразу понял, и быстро взял свои слова назад.

Так вот, я и говорю, женщин в округе было немеряно, а я к тому же ещё и подготовился. Люблю во всём научный подход. Добыл я книгу "Путь к женскому сердцу", и тщательно её проштудировал. С такой теоретической базой все девушки в Брчко были мои. Сербу иначе нельзя. Серб обязан за свою жизнь иметь не менее двухсот женщин. Иначе это не мужчина. Вам доводилось в Белграде на Калемегдане видеть статую голого мужика на столбе "Памятник победителю" в честь победы Антанты над болгарскими и германскими войсками в I-ю Мировую? Она сначала должна была стоять в центре города на площади Теразие, но всякие чувствительные барышни потребовали, чтобы эти мужские достоинства убрали с глаз куда подальше. А чего там убирать? По мне это не "Памятник победителю", а "Позор серба". Потому, что у серба не может быть такого маленького члена.

Готовлюсь я раз идти в увольнение в город. Наглаживаюсь, подшиваюсь, и тут влетает в роту солдат из нашего взвода мой друг Иосип Хольцингер, красивый парень с крутыми бицепсами и не менее крутой татуировкой тигра на одном из этих самых бицепсов. Жуткий бабник. Вижу, его всего трясёт от возбуждения.
- Раде! - кричит мне Хольцингер на всю роту, - Там тебя на КПП ждут ПЯТЬ девушек! Все красавицы! Слушай, будь другом, познакомь!
Пошёл я на КПП. За мною вся рота увязалась вместе с офицерами. Вижу, стоит за КПП девушка, с которой я в прошлое увольнение познакомился, и с ней ещё четыре подруги. Да, это был рекорд! Вечер я провёл со своей девушкой, а её подругам пообещал познакомить их с Хольцингером. Он вообще был классный парень и замечательный друг. Мы с ним после армии в Белграде вместе за девушками ухаживали. Он их в один момент покорял своим новеньким мотоциклом Кavasaki 1000 RX.



Само собой, в армии я не только девушками занимался. Приходилось и солдатскую лямку тянуть. Я, наверное, последний во всём мире, кто учился воевать на знаменитом танке Т-34. Вы не забывайте, это было в 1983 году. В Армии Югославии тогда было не меньше тысячи таких машин. И последняя война, где воевали на тридцатьчетвёрках, это война в Югославии 1991 года. Я освоил на этом танке три специальности: пулемётчика, заряжающего и наводчика. Ничего не скажу, Т -34 машина мощная. По канавам, ямам, склонам оврагов, холмам летает легко и плавно. Но стрелять может только из неподвижного положения. Ещё, когда садишься на место пулемётчика рядом с водителем, тебе за шиворот всё время сверху жидкость капает - очень неприятно. Но я всё равно был рад, когда меня перевели из заряжающих в пулемётчики. Потому, что заряжающему легко может руки оторвать, если наводчик нажмёт спусковой механизм до того, как заряжающий вставит снаряд . У нас наводчик всегда, прежде чем выстрелить, по три раза переспрашивал заряжающего, всё ли готово?



Я вообще не хотел бы в случае войны воевать на танке. У танкиста жизнь очень короткая. По крайней мере во II Мировую танк с момента начала боя жил 5 минут. А выбираться из подбитой 34-ки это, я вам скажу, задачка! Устроили нам тренировки по эвакуации из танка. И был в нашем экипаже рослый и толстый хорват. Через верхний люк он ещё в танк пролезал, а вот когда попробовал протиснуться в маленький донный люк, с полминуты слышалось пыхтенье и кряхтенье, а потом он заголосил словами Винни-Пуха: "Спасите, помогите! Не могу ни назад, ни вперёд!"
Хорошо, что я в армии прошёл месячные курсы водителя грузовика. Уж лучше воевать на грузовике и где-нибудь в тылу. Так шансов выжить значительно больше.

У нас в части был собран весь югославский интернационал. Сербы, боснийцы, хорваты, македонцы, словенцы. Особенно мне не нравились албанцы. По первому времени они сильно меня донимали. Стоишь в очереди в столовой, а тебе кто-то сзади подзатыльник отвешивает. Обернёшься - видишь, что стоят албанцы, ухмыляются, а кто это сделал не знаешь. Только отвернёшься - новый подзатыльник. А то ночью в тебя спящего кто-то ботинком запустит, или зимой в спину снежком.
Но я опять разобрался с этим делом с помощью моего любимого научного метода. Взял в библиотеке книгу по рукопашной борьбе, выяснил куда и как нужно бить, чтобы наверняка свалить противника. Стал повсюду ходить настороже, и, наконец заметил, кто из албанцев мне подзатыльник дал. Набросился я на этого Харадиная, хотя он здоровый был кабан, и неплохо его отделал. Тогда от меня отвязались.Беда с этими албанцами! Дикий народ. С гор спустились. Был у нас один - никак не желал показать, что знает сербский. Ну да ничего! Через полгода заговорил, будто на родном языке. А другой албанский придурок на занятиях по метанию боевой гранаты, уронил её рядом с собой, и если бы я его не толкнул в другой конец траншеи, отправился бы домой в цинковом гробу.



В 1985 году после того, как я увольнялся из армии, казалось, что и армия то не очень нужна. Угроза глобальной войны практически исчезла. Но стоило руководству Югославии расслабиться, как стали обостряться национальные противоречия. Об этих вечных противоречиях между народами Югославии написано в блоге моего друга И.О. Бендера . https://io-bender.livejournal.com/14011.html В Хорватию и Косово стало ввозиться оружие из-за границы. Во многих республиках к власти пришли националисты: Франьо Туджман в Хорватии, Слободан Милошевич в Сербии, Алия Изетбегович в БиГ . Тогдашним президентом Югославии был хорват Степан Месич, который в 1991 году после отделения Хорватии от Югославии сказал: "Я сделал свое дело - Югославии больше нет".

https://io-bender.livejournal.com/20669.html - цинк

НОВОСТИ ПО ТЕМЕ