Выбор редакции

Как Shell изменяла мир

Отец-основатель

В середине XIX века энергичный потомок голландских купцов-евреев Маркус Сэмюэл, покинув пределы родной Голландии, поселился в одном из беднейших кварталов Лондона. Он арендовал скромное помещение, и вскоре там появилась новая лавка, где шла бойкая продажа экзотических украшений и морских раковин, скупленных по дешевке у моряков в лондонских доках. Через некоторое время Сэмюэл сколотил неплохое состояние, и постепенно список колониальных товаров в его торговом ассортименте вырос до внушительных размеров. Когда в 1869 году 16-летний Маркус Сэмюэл-младший занял должность клерка в семейной фирме, он уже мог гордиться масштабами бизнеса: семья успешно занималась экспортно-импортными операциями, наладив тесные контакты с британскими торговыми домами, разбросанными по всей Восточной Азии.

В тот период мировой нефтяной рынок представлял собой арену острой конкурентной борьбы «монстров» – Рокфеллера, братьев Нобель и семьи барона Ротшильда. Нобели и Ротшильды, добывавшие бакинскую нефть, попытались было объединиться в борьбе против рокфеллеровской Standard Oil, но неудачно. Приступая ко второму раунду борьбы Ротшильды решили найти человека, которому можно было бы доверить сбыт бакинской нефти и керосина. Главными требованиями к кандидату было наличие организаторских способностей и … авантюризма (отважиться на борьбу со Standard Oil мог далеко не каждый).

За советом обратились лондонскому маклеру по фрахтованию судов, который, в свою очередь, обратился к своему давнему приятелю и клиенту Маркусу Сэмюэлу. Маркус к моменту этой судьбоносной встречи был уже вполне обеспеченным человеком, но предложение его заинтересовало. После тщательного изучения ситуации Сэмюэл пришел к выводу, что основным оружием в борьбе с Рокфеллером могут стать демпинговые цены и экспансия на традиционные рынки Standard Oil.

Батум — Бангкок, далее — везде

Итак, в 1890 году Маркус Сэмюэл отправился в Россию, где в его планы вмешался случай: на российских верфях Маркус увидел довольно примитивное нефтеналивное судно – прообраз нынешних танкеров. Решение пришло мгновенно: чтобы победить Рокфеллера, нужно строить усовершенствованные танкеры и добиваться их пропуска через Суэцкий канал. Надо отметить, что в то время Standard Oil перевозила свой керосин в жестяных бочках на парусниках, что существенно ограничивало объемы поставок, и к тому же судам приходилось идти в Атлантику вокруг мыса Доброй Надежды, поскольку Суэцкий канал, сокращающий путь на 4 тыс. миль, для «керосиновозов» был закрыт по соображениям безопасности.

Возвращался из России Сэмюэл кружным путем – он решил объехать все британские торговые дома в Азии, с которыми начинал работать еще его отец, чтобы заручиться их поддержкой и гарантиями участия в новом предприятии. Миссия удалась, и окрыленный Маркус по прибытии в Лондон заказал инженерам разработку нового, более совершенного танкера. Он вступил в переговоры с Ротшильдами для выработки соглашения о гарантированных поставках нефти и развил бурную лоббистскую деятельность, чтобы добиться разрешения на проход танкеров через Суэц. Кроме того, Маркус Сэмюэл отправил двух своих племянников в Восточную Азию – строить нефтяные резервуары и склады для хранения и продажи керосина.

После длительных переговоров в 1891 году Ротшильды подписали соглашение о гарантированных поставках Сэмюэлу бакинской нефти в течение десяти лет. В начале 1892 года Маркус получил официальное разрешение на проход своих танкеров через Суэцкий канал, и летом того же года от берегов Британии в Батум для загрузки керосином отправился первый танкер Murex, названный в честь морских ракушек, которыми торговал отец Сэмюэла. Кстати, этой традиции Маркус придерживался и в дальнейшем: все заказанные им танкеры назывались именами морских раковин – Conk, Clam, Elax, Kauri…

Осенью 1892 года Murex, разгружаясь по дороге, прибыл в конечный путь маршрута — Бангкок. Таким образом, на мировой рынок было единовременно выброшено огромное по тем временам количество более дешевого, чем у Standard Oil, керосина. Ошеломленные представители Standard Oil телеграфировали в нью-йоркскую штаб-квартиру о неизвестно откуда взявшемся конкуренте, который дерзко отбирает у монополиста рынки сбыта. Были приняты меры, но Маркуса Сэмюэла уже невозможно было остановить. Через год были построены еще 10 танкеров, а уже в начале ХХ века практически вся нефть, транспортировавшаяся через Суэц, являлась собственностью новой компании, названной в честь ракушки, принесшей Сэмюэлу деньги и славу — Shell.

Суматранские энтузиасты

В том же самое время, когда Маркус Сэмюэл осматривал нефтяные промыслы России, на другом конце земли – в голландской Ост-Индии — приступила к буровым работам созданная в Нидерландах компания Royal Dutch. Ее основал управляющий Восточно-Суматранской табачной компании Янс Зейклер, который во время инспекторской поездки по Суматре в 1880 году обратил внимание на многочисленные выходы маслянистой жидкости на поверхность. Своим запахом и горючими свойствами жидкость напоминала керосин, и Зейклер, забросив табачное дело, занялся нефтяным бизнесом.

Однако бывшему табаководу не слишком везло. Получив концессию, буровики Royal Dutch в течение пяти лет не могли найти нефть. Зейклер постоянно испытывал финансовые затруднения, а в 1890 году, едва успев разместить первый выпуск акций Royal Dutch, скончался в Сингапуре. После смерти Зейклера компанию возглавил Жан-Батист Август Кесслер, который оказался хорошим организатором и менее чем за год наладил поставку нефти на нефтеочистительный завод. Уже в апреле 1892 года Royal Dutch начала торговать собственным керосином под маркой Crown Oil.

Несмотря на производственные успехи, финансовое состояние Royal Dutch оставалось плачевным. Сказывались тяжелейшие условия работы на Суматре, дождливый тропический климат, значительные расходы на бурение в девственных джунглях, а также набеги пиратов. Тем не менее, после ряда кризисных лет Кесслеру удалось превратить Royal Dutch в прибыльную компанию, увеличив объемы добычи нефти более чем в шесть раз. Затем Кесслер задумался об организации собственной сбытовой сети в Восточной Азии. Он понимал, что не сможет выиграть в схватке с Shell, а потому добился от голландских властей протекционистского решения: танкерам Маркуса Сэмюэла запретили швартоваться в портах Ост-Индии.

Успехи Royal Dutch привлекли внимание конкурентов: Сэмюэл и Рокфеллер присматривались к упорным голландцам, приобретавшим все новые и новые концессии. Более того, оба конкурента обратились к акционерам Royal Dutch с предложением выкупить у них компанию, однако Кесслер уговорил правление отказаться от заманчивой сделки.

В 1900 году по дороге из Суматры в Нидерланды Август Кесслер умер. Правление Shell назначило временно исполняющим обязанности руководителя компании молодого и крайне энергичного голландца по имени Генри Детердинг. Вскоре он приобретет прозвище «нефтяной Наполеон», который неизбежно должен был встретиться с «нефтяным бароном» Маркусом Сэмюэлом.

Синекура для Сэмюэла

К началу ХХ века на мировом нефтяном рынке существовало три крупных компании – Standard Oil, Shell и Royal Dutch, причем последние находились в постоянном страхе поглощения со стороны Standard Oil. Сэмюэл и Детердинг понимали, что спасти их от поглощения может только объединение, но рассматривали будущий союз компаний по-разному. Сэмюэл говорил о равноправном стратегическом партнерстве, Детердинг – о полном объединении под флагом Royal Dutch.

В течение семи лет «нефтяные короли» вели переговоры, закончившиеся победой Детердинга – в 1907 году была создана группа Royal Dutch/Shell. При этом для Сэмюэла была создана почетная должность председателя Shell Transport & Trading и обеспечена возможность активного участия в различных проектах группы Royal Dutch/Shell, а также масштабной благотворительной деятельности.
Тем временем Детердинг твердой рукой вел Royal Dutch/Shell к вершинам нефтяного бизнеса. Компания динамично развивалась, расширяя географию деятельности и приобретая права на разработку месторождений в Румынии (1906), России (1910), Египте и Венесуэле (1913).

В 1910 году Детердинг попытался договориться со Standard Oil о разделе сфер влияния, однако в ответ получил предложение о покупке Royal Dutch/Shell за 100 млн долларов. Отказ от сделки развязал очередную «войну» между крупнейшими компаниями, и Детердинг решил бить неприятеля непосредственно в его стане: в 1912 году Royal Dutch/Shell вышла на внутренний рынок США.

Но наиболее интересная битва за нефть развернулась в США, а в России.

Революция и национализация

Скупать нефтяные компании в России Детердинг начал в 1910 году. После покупки небольшой грозненской компании, он поглотил Урало-Каспийскую нефтяную корпорацию, а в 1913 году под контроль Royal Dutsh/Shell перешли все российские предприятия, принадлежавшие Ротшильду. В том же году были приобретены акции крупнейшего русского предприятия по производству смазочных масел — «Шибаевских заводов». А в 1914 году Royal Dutsh/Shell стала второй по величине нефтяной корпорацией в России, уступая по объему добычи лишь Russian General Oil, объединявшей крупнейших русских нефтепромышленников и нефтяную компанию Hобелей.

Однако дальнейшее успешное и агрессивное продвижение Royal Dutsh/Shell в России было остановлено революцией и последующей национализацией нефтепромыслов, нефтеперерабатывающих и сбытовых мощностей. Кстати, национализацией бакинских промыслов руководил лично товарищ Сталин.

В первое время нефтяные магнаты не слишком беспокоились – они были абсолютно уверены в том, что большевики скоро уйдут с исторической сцены, в связи с чем Standard Oil и Royal Dutsh/Shell через подставные фирмы активно скупали акции у русских нефтепромышленников, оказавшихся в эмиграции. Тем не менее, Советская власть держалась крепко, и Детердинг решил «подорвать устои» — в 1920 году по его инициативе ведущие нефтяные компании мира подписали соглашение об отказе покупать нефть у большевиков. Это соглашение просуществовало недолго и ожидаемого разрушительного эффекта на советскую экономику не оказало.

Вскоре большевики начали контригру – в 1921 году Советское правительство предложило группе независимых американских промышленников концессию на добычу нефти на севере Сахалина. Условием было дипломатическое признание СССР со стороны США. «Проглотившие наживку» нефтяники давили на своих конгрессменов и заказывали статьи в солидных американских изданиях о необходимости признании Советской России. Говорить об едином антисоветском фронте западных нефтяников уже не приходилось.

От антисоветизма – к нацизму

Время от времени Детердинг распускал слухи о том, что заключил договор с правительством СССР и теперь будет единолично распоряжаться экспортом советской нефти. Акции Royal Dutsh/Shell на некоторое время взлетали в цене, и Детердинг, продавая и покупая, прибавлял к своему личному капиталу неплохие деньги.

Детердинг был ярым и открытым антисоветчиком, «заклятым врагом советской власти». Это позволяло советским спецслужбам обвинять магната в организации и финансировании подрывной деятельности в Грузии и Чечне. Однажды нарком иностранных дел СССР Георгий Чичерин на заседании Политбюро ЦК ВКП(б) прямо назвал сэра Генри заказчиком произошедшего в Грузии антисоветского восстания. ОГПУ докладывало политическому руководству, что по заказу Детердинга фальшивомонетчики печатают фальшивые советские червонцы для дестабилизации финансовой системы СССР.

Возможно именно неприязнь к коммунистическому режиму подтолкнуло главу Royal Dutsh/Shell к союзу с Гитлером. Став сторонником нацизма и создания англо-германского союза в качестве противовеса СССР, Детердинг начал переговоры с нацистским правительством о поставке Royal Dutsh/Shell нефти в кредит, что было равносильно созданию резерва на случай войны.

Закат «нефтяного короля»

В последние годы жизни Детердинг периодически стал заявлять о передаче компании в руки нацистов. Слухи об этом настолько напугали акционеров, среди которых, в частности, англиканская церковь и королевская семья Нидерландов, что один из них попросил правительство Великобритании принять соответствующие меры, так как «члены совета директоров Royal Dutsh/Shell страстно желают, чтобы компания не предпринимала ничего, что противоречило бы политике правительства Его Величества». Акционеры боялись, что сэр Генри может принять роковое решение единолично, не поставив в известность совет директоров.

Но 30-летнее авторитарное правление Детердинга, ставшее постоянным источником раздражения для британского правительства, уже подходило к концу. Поведение сэра Генри становилось все более сумасбродным, а решения все более непродуманными. После развода с русской эмигранткой Лидией Павловой Детердинг женился на своей секретарше, профашистски настроенной немке, и переехал в свое поместье в Германии. Оттуда он призывал европейские государства сотрудничать с нацистами, чтобы «остановить большевистские орды», и проводил встречи с представителями гитлеровской верхушки. В 1937 году голландский премьер-министр Хендрик Колийн, бывший сослуживец Детердинга по правлению Royal Dutsh/Shell, заявил, что «не может понять, как человек, который создал себе имя и капитал в Англии и который получил определенную помощь от этой страны, принявшей его, может вдруг эмигрировать в Германию и посвятить себя повышению благосостояния нацистов».

Детердинг умер в Германии в начале 1939 года. Нацисты не только устроили ему пышные похороны, но и попытались воспользоваться его смертью, чтобы получить контроль над группой Royal Dutsh/Shell. Это, конечно, было бы катастрофой для Великобритании. Борьбу за контроль над компанией немцы, естественно, проиграли, и Royal Dutsh/Shell всю войну исправно снабжала горючим антигитлеровскую коалицию.

Без косой черточки

Прошли годы и десятилетия. Компания продолжала изменять мир. В 1959 году компания совместно с Exxon открыла крупнейшее в Европе Гронингенское газовое месторождение на голландском побережье Северного моря (кстати, его разработка спровоцировала так называемую «голландскую болезнь», когда резкий приток сырьевых долларов привел Нидерланды к росту курса национальной валюты, снижению конкурентоспособности экономики и деградации всех отраслей, кроме добывающих). В 1971 году компания открыла гигантское месторождение нефти Брент в норвежском секторе Северного моря, давшее название популярному сорту легкой нефти.

В 90-х годах Royal Dutsh/Shell начала ряд крупных проектов по разведке и добыче в России (Сахалин-2), Канаде (нефтяные пески Атабаски) и Мексиканском заливе (На-Кика). В январе 2004 года Royal Dutsh/Shell заявила о пересмотре своих нефтегазовых запасов, признав завышение этих показателей в финансовой отчетности на 20%. Это вызвало огромный скандал – финансовое и отраслевое сообщество обвинило компанию в преднамеренном искажении информации, что привело к увольнению всего топ-менеджмента, а также к крупным штрафам.

Сегодня компанией руководит Бен ванн Берден, работа ведется более чем в 70 странах мира (наиболее крупные активы находятся в США, Нигерии, Великобритании, Омане и Малайзии), здесь трудятся около 92 тыс. человек.

Вплоть до 2001 года Royal Dutch/Shell была самой крупной нефтяной компанией мира. На вторую строчку рейтинга Royal Dutch/Shell переместилась только после слияния двух американских гигантов – Exxon и Mobil. В июле 2005 года Royal Dutch и Shell Transport & Trading, существовавшие в виде двух материнских компаний с двумя штаб-квартирами в Гааге и Лондоне и разделением акций в соотношении 60% у голландцев и 40% у британцев консолидировались окончательно, и Royal Dutch Shell «потеряла» в своем названии косую черточку. Главный офис остался в Нидерландах.

На долю компании приходится около 7% мировой добычи углеводородов (2,8 млн бнэ в сутки), запасы составляют около 12 млрд бнэ. Суточный объем продаж нефтепродуктов на 50 тыс. фирменных АЗС — 6,6 млн баррелей в сутки. Нефтеналивной флот Royal Dutch Shell является крупнейшим в мире и насчитывает более 80 танкеров и газовозов общей грузоподъемностью 10 млн тонн. Выручка Royal Dutch Shell в 2017 году составила 305 млрд долларов, чистая прибыль — 13 млрд долларов.

Григорий Волчек

НОВОСТИ ПО ТЕМЕ