Выбор редакции

«В письмах он подписывался «Брат Го»: как Говорухина вспоминают его казанские друзья

Сегодня подтвердились слухи о смерти знаменитого российского режиссера Станислава Говорухина, умершего на 83-м году жизни в подмосковном санатории. Его жизнь стала эпохой не только для отечественной культуры, но и, в частности, для Казани, с которой была связана юность и первая любовь Станислава Сергеевича. О человеке, создавшем и великие киношедевры, и татарское документальное кино, дружившем с двумя Владимирами — Высоцким и Путиным, — вспоминают в разговоре с «БИЗНЕС Online» люди, близко его знавшие.

Сегодня подтвердились слухи о смерти знаменитого российского режиссера Станислава Говорухина, умершего на 83-м году жизни в подмосковном санатории

Еще вчера новости о смерти Станислава Говорухина казались фейковыми, и СМИ, поверившие Telegram-каналам, тут же прикусили язык. Жена кинорежиссера, Галина Борисовна, в коротких разговорах с журналистами уверяла, что «Станислав Сергеевич прекрасно себя чувствует, но ни с кем разговаривать не хочет». «Слава богу, — выдохнула страна, — значит, он жив и будет жить еще долго». Но 82-летний Говорухин прожил только до следующего утра. Сегодня о его смерти заявили уже официально.

Это произошло на заседании Госдумы, где спикер Вячеслав Володин просто и скупо предложил депутатам почтить память своего коллеги (как-никак режиссер отработал в Думе 25 лет и до последнего занимал пост главы комитета по культуре). «В 10:37 в санатории „Барвиха“ после тяжелой и продолжительной болезни скончался, ушел из жизни Станислав Сергеевич Говорухин, — заявил Володин и добавил. — Он боролся до конца с болезнью, но она его победила».

Судя по всему, в последние дни он был очень слаб, с трудом разговаривал, но «еще мог пожать руку», как свидетельствовали близкие. Накануне нового 2018 года ему удалили легкое, которое он основательно прокурил за свою долгую кинематографическую жизнь. Но причиной смерти стало все-таки не это. Ему стало плохо с сердцем, когда он участвовал в фестивале «Кинотавр» в Сочи. Уже в Москве Станислав Сергеевич обратился в больницу и даже вроде бы пошел на поправку. В связи с этим его перевели для реабилитации в подмосковный санаторий «Барвиха», но болезнь неожиданно вернулась.

Кинорежиссер умер 14 июня, когда православная церковь, прихожанином которой он был, вспоминает Иоанна Кронштадтского — последнего своего святого, который накануне революции пытался быть опорой престола. Известно, что отношения Говорухина с властью складывались порой очень драматично, но с Владимиром Путиным его связывала не только работа в ОНФ, но и искренняя дружба. Возможно, поэтому телеграмма от Путина с соболезнованиями родным Станислава Сергеевича пришла практически мгновенно. По обыкновению, соболезнования озвучил и Дмитрий Песков. «Как и вся страна, Путин считает его гениальным режиссером, очень активным и уважаемым общественным деятелем, россиянином, который всегда очень активно участвует в жизни своей страны, — прокомментировал президентский пресс-секретарь. — Он всегда имел свою собственную точку зрения относительно того, как должны обстоять дела в нашей стране, отстаивал эту точку зрения и работал для ее воплощения в жизнь. Вы знаете, что Путина и Говорухина объединяли очень тесные, дружеские отношения, Путин относился к нему с большим уважением».

Юность Станислава Говорухина неразрывно связана с Казанью, где в пятидесятые он учился в знаменитом «ленинском» университете (ныне КФУ – прим. ред.) на геофаке. Позднее, приезжая в Казань уже прославленным всесоюзным мэтром, он с удовольствием вспоминал те далекие годы, когда на улице Баумана его волновали голоса татарских красавиц, когда недалеко от белокаменного Кремля прятались в садах старые деревянные домики, а за университетскими партами сидели будущие романтики-шестидесятники, у которых «все было еще впереди, все было еще возможно». Сын репрессированного донского казака, погибшего, предположительно, в 1938 году, Говорухин любил и понимал эту многонациональную «цветущую сложность» России – как раз так, как понимают ее казаки, которых еще Лев Толстой считал наиболее близким к татарам народом. Верность вечному синему небу и степи, выстеленной в изголовье, всегда роднили казачество с другими «номадическими народами России. Однако Станислав Сергеевич отказывался считать это основанием для некоей „россиянской нации“ — хотя бы потому, что само слово „россиянин“, связанное с риторикой ельцинского времени, было для него ненавистным. Вместо этого он всех радушно записывал в „русские“. „В понятии „русский“ никогда не было и намека на национальность: татары, чуваши, тунгусы, чеченцы – все они русский народ», – заявлял он, будучи уже депутатом Госдумы. Понятно, что себя он именно таким русским и чувствовал – в нем жила эта древняя, певучая кровь многих народов, создавших нашу страну из пестрого ожерелья огромных евразийских пространств.

Сломанная отцовская судьба предопределила то, что Станислав Сергеевич родился в 1936 году в городе Березники на территории нынешнего Пермского края. Отсюда начинается кочевой маршрут его долгой и непредсказуемой жизни, для которой Казань стала лишь стартовой ступенькой в будущее. Зато этот город позволил ему вынырнуть из сибирско-уральского небытия, на которое советская политика «расказачивания» обрекла его семью. Желание выучиться на геолога Говорухину подсказало само время: тогда все грезили экспедициями и походами, ночевками в тесных палатках у тлеющего костра и шумными открытиями, сделанными в пути как бы невзначай. О первом образовании сына позаботилась мать Прасковья Афанасьевна Глазкова. Будущий режиссер учился примерно, но, говорят, часто пропадал в горах: увлекшись альпинизмом, он облазил не только Урал, но поднимался даже на Тянь-Шань и Эльбрус. Именно поэтому впоследствии он так близко сойдется с Владимиром Высоцким, пришедшим в современную поэзию в качестве «барда альпинистов» с его «Песней о друге» и «Скалолазкой».

Однако, окончив в 1958 году геологический факультет Казанского государственного университета, геологом Говорухин так и не стал. Его хватило лишь на год: поработав в Средне-Волжском геологоразведочном управлении, он возвращается в Казань и до 1961-го трудится здесь редактором и ассистентом режиссёра на городской студии телевидения. Этот двухлетний опыт и позволил ему раз и навсегда определиться с профессией. Вскоре Станислав Сергеевич уезжает в Москву и поступает во ВГИК – кстати, по квоте, выделяемой для национальных республик. К чести Говорухина, квоту он оправдал целиком и полностью, получив на руки красный диплом Всесоюзного государственного института кинематографии (мастерская Якова Сегеля). Начинается его блестящая режиссерская биография.

В 1961 году Говорухин первый раз женился. Как вспоминала сокурсница Станислава Сергеевича Ирина Донская, по нему страдала не одна студентка университета, но он выбрал актрису Качаловского театра Юнону Кареву. Возможно, это тоже сыграло свою роль в его последующей карьере. Но, разумеется, никакого расчета в браке альпиниста и актрисы не было. Просто Говорухин наконец-то встретил одну из тех татарских красавиц, чьи голоса завораживали его еще с юности. Нетипичное для татарской среды имя «Юнона» придумал для Каревой ее отец, архитектор по профессии, которому нравилась древнеримская богиня, считавшаяся покровительницей женщин и брачных союзов.

Имя оказалось счастливым: Карева не просто ввела своего мужа в «священный храм театра», но и родила ему сына Сергея – памятного многим в Казани режиссера и писателя, посвятившего свою короткую бурную жизнь поездкам по горячим точкам 1990-х годов и фронтовой кинодокументалистике. Сама Юнона Карева отслужила в Качаловском театре ровно 37 лет (с 1955 по 1992 годы) и ушла отсюда лишь тогда, когда с ней по непонятным причинам не продлили контракт. Самая ее знаменитая роль в кино связана с картиной мужа «Место встречи изменить нельзя», где она сыграла роль Галины Желтовской жены Ивана Груздева (в исполнении Сергея Юрского). При этом она, без всякого сомнения, успела создать собственную актерскую школу, к которой принадлежала и Чулпан Хаматова. Именно Карева в свое время настояла на том, чтобы Хаматова отправилась учиться в Москву.

Юнона Карева умерла в 2013 году, через два года после смерти своего сына Сергея Станиславовича, безвозвратно надорвавшего свое здоровье в фронтовых командировках и ранениях и очень рано настигнутого инсультом. Тем не менее, Сергей успел продолжить род Говорухиных, подарив своим родителям внуков Станислава и Василия, а также внучку Варвару.

Вторую свою супругу Галину Борисовну Говорухин-старший нашел на Одесской киностудии, к которой он был приписан вплоть до 1987 года. К тому времени его знал уже весь Советский Союз. В Одессе Станислав Сергеевич снял и те два фильма, которые вместили в себя всю короткую биографию Владимира Высоцкого  — «Вертикаль» и «Место встречи...». В «Вертикали» Высоцкий впервые предстал перед советским зрителем в амплуа брутального героя с гитарой и легендарной хрипотцой в голосе, а не в образе чудаковатого и нелепого тракториста Андрея Пчёлка, близкого скорее к персонажам Савелия Крамарова. Заслуга Говорухина в том, что он разглядел в невысоком и не очень ладно скроенном барде героическое начало и ввел его полузапрещенную поэзию в пространство советского фильма. Спустя годы другой, смертельно усталый и неправдоподобно знаменитый Высоцкий вернется в говорухинское киноискусство в качестве Глеба Жеглова. Фильм выйдет на экраны всего за год до смерти Владимира Семеновича.     

Дружба с Высоцким войдет в биографию Говорухина настолько заметной красной нитью, что ему припомнят ее тогда, когда Станислав Сергеевич станет доверенным лицом Владимира Путина и возглавит его избирательный штаб на президентских выборах 2012 года. «Высоцкий подал бы вам руку, будь он жив?» — спросят его в эфире радио «Комсомольская правда». Говорухин поморщится, но ответит:  «Знаете, вопрос оскорбительный, но я не оскорблюсь. Потому что я знал Володю Высоцкого лучше, чем тот, кто задаёт этот вопрос. Уже больше тридцати лет прошло, как его нет на свете. Но мысленно я все эти годы с ним советуюсь. И я не думаю, чтобы он пошёл за теми, кто хочет для России беды и развала. Уверен: Володя Высоцкий мой выбор сегодня поддержал бы».

Отдадим должное: в своем политическом выборе Говорухин действительно здорово отличался от многих представителей московской богемы, пресмыкавшихся в 1990-е перед Борисом Ельциным и аплодировавших расстрелу Белого дома. В это время Станислав Сергеевич снимает свою «Великую криминальную революцию» и «Ворошиловского стрелка», в которых выносит немилосердный приговор ельцинской эпохе. И даже его дружба с Путиным началась далеко не сразу: потребовалось без малого 11 лет путинского времени, чтобы Станислав Сергеевич протянул руку российскому президенту, разглядев в нем не просто «преемника Ельцина», но наследника российской государственности как таковой.

Теперь Говорухина нет с нами, но он там, куда год за годом уходили его друзья и родные: и друг Высоцкий, и первая жена Юнона, и сын Сергей. Вероятно, это «место встречи» тоже изменить нельзя. Зато людям, которые встречаются здесь, больше не суждены разлуки.

Каким запомнился знаменитый кинорежиссер своим соотечественникам и землякам, «БИЗНЕС Online» поинтересовался у людей, знавших лично Станислава Говорухина:

Ирина Донская  сокурсница Говорухина по университету:

— Я уже догадываюсь, по какому поводу вы звоните. Очень горькая новость. Мы познакомились со Станиславом Говорухиным в университете. Я училась на филологическом факультете, он – на геологическом. А близко мы стали общаться, когда стали сотрудничать с нашей замечательной университетской газетой «Ленинец». Редактором тогда был Женя Горчинский, выпускник КГУ, очень эрудированный и интересный, нестандартный  человек. И у нас там образовалась своя компания. Говорухин, полный остроумия, писал различные фельетоны, я была членом вузовского комитета комсомола, поэтому у меня были другие темы, о комсомольской жизни. И третьим нашим другом был Николай Беляев, поэт. Он, к сожалению, тоже скончался, в позапрошлом году. Нашу троицу называли ГоБелДон, по первым буквам фамилий. Когда он писал мне письма, то подписывался «Брат Го», а я подписывалась «Брат Дон». Я из этой троицы сейчас одна осталась. Мы, как и все студенты, ходили в различные туристические походы, в том числе и в марийские леса. Но у Говорухина основные интересы были не здесь, для него главным был альпинизм. И Тянь Шань он преодолевал, а про Эльбрус и говорить нечего. Когда он возвращался оттуда, он был полон впечатлений, всегда был веселым, бодрым. Он всегда захаживал в наш комитет комсомола, рассказывал о своих приключениях и впечатлениях, с неизменными остротами, с остроумием. В дальнейшем, после окончания университета,  наша дружба на протяжении всех последующих лет продолжалась. Говорухин уехал по распределению  в Горький, но мы вели переписку. Потом он вернулся в Казань и работал на телевидении. Одной из самых главных черт характера Говорухина я бы назвала его большой интерес к жизни. При том, что у него было достаточно сложное детство, его отец был репрессирован. Родился он где-то в Зауралье, а потом переехал к нам в Тетюши, учился там в школе, и только затем его семья переехала в Казань. Когда он стал учиться в университете, перед ним открылся большой мир и он проявлял очень большой интерес ко всему. В те годы у него самым большим увлечением стало кино, итальянский неореализм. Я думаю, что то, что он потом стал кинорежиссером, у него началось именно с этого громадного интереса к итальянскому кино. Он как-то очень быстро и глубоко стал разбираться в этих фильмах Федерико Феллини и других. Хотя перед этим никакого образования в этой области не имел.

Его смерть – очень большая потеря для всех, кто его знал и конечно для нашего кино. Равных ему по проникновению в жизнь, по естественности передачи характеров и образов, я никого не вижу.

Геннадий Карюк  советский и российский кинооператор и кинорежиссер:

— Он отличался твердостью слова, вот как он сказал, так оно и будет. Был прекрасным художником. Для любой картины, которую он снимал, он всегда строил такой маршрут, чтобы группа побывала на новом месте. Устраивал ужины и приглашал всю съемочную группу, угощал всякими деликатесами, хорошим пивом, хорошей водочкой. Двери его дома всегда были открыты для всех. Я вам скажу, что это честнейший человек был. Юмористом был, душой компании. И самое главное — был очень талантливым. Для меня это удар. Недавно я потерял Киру Муратову, сейчас Славу Говорухина... Это большая утрата.

Вадим Кешнер  народный артист Татарской АССР, заслуженный артист РСФСР, народный артист России:

— Мы познакомились со Славой Говорухиным в 1957 году, в нашем театре. Я уже не помню, кто нас представил. Потом появилась Юнона Карева – будущая первая жена Говорухина, потом мы стали дружить все вместе. В 17 комнате театрального общежития на Кави Наджми в Казани мы все вместе встречали 1959 год. Говорухин был человеком с огромным чувством юмора и он нам каждому написал на стене такие аншлаги, плакаты, и в каждом по четыре строчки. Мне было написано следующее: «Старка водки лучше, конечно, да здравствует Вадик Кешнер!» После этого посвящения мы дружили вплоть до сегодняшнего дня всю жизнь. В последнее время мы встречались очень редко, но когда я был в Москве, мы всегда виделись. И всегда встречались, когда Слава был в Казани. У меня на стене висит подаренная им одна из первых его картин, написанных маслом. А ведь он впервые взял кисти в руки, когда ему исполнилось 59 лет! Потом он дарил мне альбомы с его картинами.

Почему они поженились с Юноной Каревой, что их привлекало друг в друге? Конечно же, любовь! Потому что Славка мог жениться только по любви. В нем же самом привлекало сочетание силы и доброты, он был мужик до мозга костей, очень мужественный, и в то же время нежный внутри при такой суровой внешности. Он был очень чистоплотен. Я имею в виде не только порядочность, но и любовь к чистоте. У него дома всегда как вылизано все, все очень чисто. Но и сам он был очень честен. То, что он делал на политическом Олимпе, это тоже все следствие его убеждений, а не желание пристроиться. Я убежден в этом на 100%, потому что Славку знаю очень хорошо. Мы всю жизнь так друг друга и звали – Славка и Вадька...

Когда он снял фильм «Так жить нельзя», я, помню, сидел в кинотеатре и думал – боже, как же он осмелился это сказать! Но были и смешные эпизоды. В 1962 году мы вместе отдыхали на Волге, в нашем лагере. Издавали газету «Эх, отдохнем!», столько веселья было! У меня сегодня такое горе, а я вспоминаю его со светлой улыбкой. Там был такой эпизод, что меня во время этого отдыха даже судили. Я очень люблю воблу и когда я украдкой съел воблу в своей палатке, меня засекли и устроили суд, обвинителем на котором был Говорухин. А я, вспомнив выступления Григория Димитрова, начал их самих обвинять. Правда, при этом, кажется, пересолил... Помню, как мы ездили с ним за водкой в Шелангу, на другой берег, как долго разговаривали. Как ездили на рыбалку и как потом устраивали на весь наш лагерь пир, в котором и на первое, и на втрое были рыбные блюда. Так что только доброе, только светлое в воспоминаниях о нем.

Мы пронесли нашу дружбу через всю жизнь. Он мне всегда помогал. Вот сейчас, в конце июня моя внучка отправится на каникулы в Артек, а это ей устроил мой друг Слава. Представляете – находясь в больнице и умирая, он устроил мою дочку в Артек!

У меня сегодня ощущение невосполнимой человеческой потери, я уже не говорю о творческой. Это отдельная статья. Потому что он был необыкновенно щедр с друзьями.

Юрий Гвоздь  кинооператор:

— Не все знают, но Говорухин – родоначальник телевизионного кино у нас в Татарстане. В 1959 году у нас в Казани на Шамиля Усманова официально открылась телестудия и центром этой телестудии, одним из подразделений, была киногруппа. В свое время ее даже называли «Татарский Голливуд». В киногруппе были кинооператоры, проявка и все прочее. Раньше ведь не было видео и все телевидение держалось, в общем-то, на кинопленке.

У нас была небольшая комната, где все кинооператоры сидели, а Говорухин после геофака КГУ пришел к нам редактором киногруппы. Я-то был молодым, 18-летним, работал ассистентом оператора. Только-только начался 1967 год и вдруг старшие ребята говорят – вот Станислав, Стас к нам пришел. У нас был оператор Толя Кальюрант, эстонец, им всем лет под 30 было. Они с ним в шахматы поиграли, а потом поспорили – кто в коридоре, упираясь спиной в одну его стену, и ногами – в другую, поднимется выше. Кальюрант был высоким и крепким мужиком, но он грохнулся, а Станислав дошел до конца, до потолка. Я это сам видел.

Я, общаясь с ним, отметил для себя, что у Говорухина всегда были свои принципы, которых он придерживался. Я с ним раз 6-7 в разных ситуациях встречался, и в Казани, и в Москве и всегда отмечал, что это очень принципиальный мужик в каких-то позициях. Во времена Ельцина, например, мы все под обаянием этой «ельцинской демократии» и всего подобного. Мы как то в Москве с ребятами сидели, выпивали, и он говорил примерно так – «Бардак в стране. Все равно в любом деле четкость должна быть, порядок». Хотя все, кто сидел вокруг, с ним не соглашались.

И еще я отметил, что он всегда очень хорошо относился к Казани. Ведь это был город его юности. Поэтому он с казанцами всегда встречался без всякого гонора, хотя был уже маститым режиссером.

Еще одно наблюдение касается женщин, которые работали в нашей киногруппе – проявщицы, монтажницы. Даже после того, как он от нас уехал в Москву, я всегда удивлялся, как часто эти женщины о нем вспоминали. Причем женщины-то были разных типов, но все с одинаковой теплотой говорили о нем, называли Славой. Это я к тому, что у него хорошая мужская харизма была. Он вроде с виду был не слащавый такой, которые обычно женщинам нравятся, но что-то в нем притягательное было. Чувствовалось, что все эти женщины были в него влюблены. Может быть это мелочь, но она очень много о Говорухине говорит. То есть он в этой киногруппе с одной стороны был душой кампании, а с другой – был мозговым центром. Согласитесь, что такой тип, как «душа компании» почти всегда бывает таким разгильдяем, но к Говорухину это не относилось. Он мог быть и очень теплым с людьми, и очень требовательным. В нем эти два качества удивительно сочетались.

Максим Беляев  заместитель председателя Верховного суда РТ:

— Говорухин – великий российский режиссер. В 2015 году мне посчастливилось встретиться с ним в Москве. У нас оказались общие знакомые, они и устроили эту встречу у него в офисе. Он как раз закончил работу над фильмом „Конец прекрасной эпохи“ по произведениям Сергея Довлатова, рассказывал мне про этот фильм. У меня же первые воспоминания о Говорухине были связаны с другим его фильмом. Я когда купил свой первый видеомагнитофон, а вместе с ним и первую видеокассету, на которой был записан фильм Говорухина „Место встречи изменить нельзя“, ставший одним из любимых моих фильмов. В связи с эти мы разговорились. Мне было очень интересно, какую банду он взял за прообраз „Черной кошки“ в этом фильме.

Дело в том, что у меня есть книга «Бандитская Казань» и там есть моя глава про казанскую банду Кормакова. На мой взгляд, эта банда была очень похожа на «Черную кошку». Члены этой банды так же собирались за большим столом, в частном доме, такие же налеты совершали. У Говорухина в фильме главарь по кличке Горбатый, а в Казани был Косой, косоглазый. Столько было сходных признаков у этих двух банд, что я спросил у Говорухина — не по этой ли банде вы сняли фильм? Он ведь все-таки в Казани прожил какое-то время, может быть что-то слышал?

Но он ответил, что нет. Послевоенных банд было много, какую то отдельную он не брал в качестве прообраза. Просто воспользовался тем сценарием, что написали братья Вайнеры. История, которую они написали, непосредственно ни с Казанью, ни с Москвой не связана, это собирательный образ.

В разговоре Говорухин держался на дистанции, я бы не сказал, что он очень открытый человек. Но показал себя достаточно начитанным, интеллектуальным, талантливым мастером, с котором можно было интересно поговорить на любую тему. Мы обсудили с ним фильм «Место встречи изменить нельзя» и я подарил ему книгу «Бандитская Казань». В тексте этой книги он дважды упоминается. Я ему на это указал, он улыбнулся и, как я понял, Казань у него вызывает все-таки теплые воспоминания.

Я вам сейчас прочитаю главу «Охота на волков» в этой книге, где говорится о Говорухине: «...Много лет спустя работу по ликвидации одной из послевоенных банд увековечил в своем киносериале „Место встречи изменить нельзя“ режиссер Станислав Говорухин». А вот другая цитата: «Именно в это время в одном из уютных двориков старой Казани проходит свои уличные университеты обычный советский мальчик – Слава Говорухин. Местная шпана уважает этого пацана в перешитой военной форме за справедливость и умение постоять за себя». Этот фрагмент Говорухину очень понравилось. Он мне сказал: «Так и было»...

Это была приятная встреча, а сегодня такое трагическое событие. Для меня это и есть конец прекрасной эпохи, эпохи говорухинского кино.

НОВОСТИ ПО ТЕМЕ