Выбор редакции

Почему Франция не может оставить Африку в покое?


- «Без Африки у Франции не будет истории в XXI веке», - Франсуа Миттеран, 1957 год.
- «Без Африки Франция скатится на уровень стран третьего мира», - Жак Ширак, 2008 год.
- «Франция, наряду с Европой, хотела бы больше участвовать в судьбе Африки», - Франсуа Олланд, 2013 год.
- «Я из поколения, которое не говорит африканцам, что делать», - Эммануэль Макрон, 2017 год.


Большая белая надежда Франции - Эммануэль Макрон - недавно продавал себя в Африке. Он расточал шутки и улыбки. Но под упаковкой «юношеской невинности» скрывалось «старческое слабоумие». Независимо от возраста этого человека, попытка Франции руководить Африкой – это очень глупая история. А Макрон – это ещё одна глупая маска Франции. Эту маску привезли на общественный форум в Буркина-Фасо, когда возник вопрос о причинах введения французской армии в Африку. Именно такой вопрос задала Макрону одна девушка. А он истерично заявил местной аудитории, что они должны приветствовать французских солдат на африканских улицах.

Проблема оказалась в том, что как раз накануне этого форума, кто-то из местных жителей, вместо приветствия, бросил ручную гранату во французских солдат. А на следующий день собрался митинг против неоколониализма. Милитаризация африканской политики Франции напоминает открытую оккупацию. Но разве раньше было иначе? С тех пор как Франция начала колонизировать Африку в XIX веке, она постоянно верила, что её должны приветствовать. Ведь её долгая война с Африкой была организована для распространения «цивилизации». Но ни для кого не было секретом, что французская армия руководствовалась мерзким расизмом и диким капитализмом.

С 1830 года до Первой мировой войны Франция медленно, но верно, завоевала большую часть западной и центральной Африки. Двигаясь на восток от Дакара и на юг от Алжира, французские военные захватили около 40% континента. Однако, пока Франция терроризировала Африку, на Париж обрушилось возмездие со стороны Берлина. Проснулась тевтонская сила, и, по иронии судьбы, начала делать во Франции то, что Франция делала в Африке. В серии войн и оккупаций (1871, 1914 и 1940 гг.) Германия беспощадно сокрушила Францию, которая занимала высокое место в мире. И к 1960 году, Франция потеряла большую часть своих колоний в Африке. Назрела революция. Или контрреволюция.

5-ая республика не скрывала провала буржуазной Франции. 1968 год сделал очевидным этот провал, поставив её перед необходимостью выбора дальнейшего пути. Она могла бы последовать примеру Африки и попытаться освободиться от культуры, экономики и политики империализма. Или попытаться восстановить империализм и заново завоевать Африку. Франция выбрала последнее. А затем началась гонка к пропасти. Влиятельная Коммунистическая партия (а затем и Социалистическая партия) Франции была задавлена. То же сделали и с Жан-Полем Сартром. Буржуазная посредственность стала нормой. И к третьему тысячелетию такие политики как Николя Саркози и философы как Бернар-Анри Леви смогли вернуть Францию в лапы НАТО (де Голль освободил Францию от НАТО в 1966 году) и в неприкрытый империализм.

Франция перестала быть европейской силой и стала европейским фарсом. Германский неолиберализм доминировал в новом европейском веке. И Франция ничего не могла сделать, кроме преклонения перед Берлином и его демонической религией: жёсткой экономией – т.е. дешёвой рабочей силой. Однако, оставалось одно место, где Франция могла продолжать действовать как «Франция» - Африка. Французское «стремление восстановить власть» имело один козырь в рукаве – армию в Африке. Когда Франция отступала с африканского континента в 1950-60-х, она оставила свои военные базы, которые продолжали обеспечивать влияние на Африку. Как пишет сайт Stratfor: «После получения «независимости», 12 африканских стран подписали секретные договоры национальной безопасности с Францией. Договоры, которые никогда не были обнародованы, позволили Франции сохранить «физическое присутствие» в этих странах, в обмен на «защиту их национального суверенитета»…»

Мы можем угадать страны, которые подписали мерзкие сделки с Францией: Марокко, Сенегал, Мавритания, Мали, Буркина-Фасо, Нигер, Тунис, Чад, Кот-д'Ивуар, Центральноафриканская Республика, Габон и Джибути. Но, по сообщениям посвящённых лиц, есть ещё несколько таких стран: Руанда, Бурунди и Заир (Демократическая Республика Конго). В любом случае, картина абсолютно ясна – даже покинув Африку, Франция удерживала её в своих сетях. Что это были за сделки на самом деле? В 2007 году New York Times написала, что «с 1962 по 1995 год Франция 19 раз проводила военные интервенции в Африке». А в 2016 году Stratfor насчитал 42 французских интервенции с 1968 по 2013 год.

1995 год имеет важное значение, потому что в 1994 году Франция проиграла США стратегическую битву за Руанду (в этой битве убиты миллионы хуту и тутси, и ещё миллионы погибли во время продолжения битвы в Конго). После этого ключевого поражения, французское влияние в Африке резко ослабло, и не только из-за армии США, но и из-за экономической мощи Китая. В 1990-х произошли коренные перемены. Франция потеряла и Европу и Африку. Она стала второсортной страной. Однако, у ней оставался последний козырь – военные базы и договоры в Африке. Палец Франции всё ещё находился на курке. Срочно нужна была контрреволюция. И она началась во время «арабской весны».

В 2010 году начались протесты в Тунисе, и Франция предложила военную помощь своему туземному агенту – Бен Али. А когда французская попытка подавить стремление Африки к независимости провалилась, Франция напала на Ливию в 2011 году и Мали в 2013 году. В 2014 году Newsweek написал, что «Франция медленно восстанавливает старую империю в Африке». А в 2015 году Business Insider сообщил, что «французские военные находятся по всей Африке». Тысячи французских солдат разбросаны по центральной Африке. Но они воюют для спасения Франции, а не Африки.

Жалкая попытка восстановить буржуазную Францию (даже бурбонскую Францию, потому что это также вредно для всей Европы) привела к французской милитаризации не только Африки, но и Франции. В 2015 году, после терактов в Париже, французская армия начала оккупировать французские улицы. А в 2017 году Макрон провёл свою инаугурацию в военном стиле. В неконкурентоспособной (в буржуазном смысле) французской экономике, есть только один конкурентоспособный элемент – армия. Она оккупирует оба берега франкоязычного Средиземноморья. И Макрон пользуется влиятельной поддержкой, потому что снижает налоги и стоимость рабочей силы для буржуазии, и предоставляет армии свободу действий в Африке и Франции.

Макрон заявляет, что не говорит африканцам, что делать. Но французское государство - другое дело. Оно установило особые отношения между Францией и Африкой. И не хочет отказываться от иллюзий величия. В последние годы оно однозначно сказало, что делать с Ливией и Мали. И сегодня оно говорит, что делать африканским военным.

Для Макрона «джихадисты» и «торговцы людьми» - это история. Но неоколониализм – это реальность. А вернее, французская попытка восстановить неоколониализм – реальная история. Французская армия – это когти французского государства. И поскольку буржуазная Франция угасает и скатывается в историческую дыру памяти, эти когти вонзаются во всё, что могут, в отчаянном желании отсрочить неизбежное. Африка – это материал будущего. А Франция, несмотря на все её жалкие попытки – всего лишь отработанный мусор. Народ Буркина-Фасо имеет право бороться против французской военной оккупации. Он знает больше инфантильного президента Франции. И его ручные гранаты важнее приветствий.


Источник: Why Can’t France Leave Africa Alone?, Aidan O'Brien, counterpunch.org, December 19, 2017.