• Теги
    • избранные теги
    • Разное1781
      • Показать ещё
      Страны / Регионы1724
      • Показать ещё
      Формат36
      Компании610
      • Показать ещё
      Люди417
      • Показать ещё
      Международные организации65
      • Показать ещё
      Издания55
      • Показать ещё
      Показатели44
      • Показать ещё
      Сферы2
Выбор редакции
27 июня, 21:16

Автомобили Datsun отозваны в России из-за риска возгорания

Федеральное агентство по техническому регулированию и метрологии (Росстандарт) сообщает о том, что в России инициирована масштабная программа отзыва автомобилей Datsun. Datsun — это марка японских транспортных средств, производившихся с 1931 по 1986 год. С 1934 года является частью компании Nissan. Производство машин Datsun было возобновлено в 2013 году.

Выбор редакции
27 июня, 07:32

Shenyang notes

You don’t see many luxury goods shops, as the region has been deindustrializing since the 1990s.  There are modernist 1920s cement buildings scattered in some of the old central parts of the city, but nowhere is it attractive.  There is a nine-hour Chinese movie about the city falling on hard economic times, with its three […] The post Shenyang notes appeared first on Marginal REVOLUTION.

27 июня, 00:06

Листиком и травкой. Как растения веками помогали человечеству лечиться

Не химические и не влияют на весь организм в целом, помогают мягко и натурально — такие плюсы называют все, кто знает о фитотерапии. Такой вариант лечения имеет богатую историю и сохраняет свою популярность до сих пор.

Выбор редакции
27 июня, 00:00

Как выдающийся оперный певец Сергей Лемешев доводил девушек до массового психоза

40 лет назад ушел из жизни народный артист СССР, выдающийся оперный певец Сергей Лемешев. Его голос действовал на женщин магнетически: поклонниц у него было так много, что они даже получили прозвище – «лемешистки», а еще «сырихи» – так как дежурили в магазине «Сыр» возле его дома. Официально артист был женат пять раз, кроме того, ему приписывали большое количество романов. Однажды врач-психиатр заявил Лемешеву о том, что столь массовому психозу женщин можно дать медицинское объяснение…Артист, у которого было невероятное количество поклонниц Сергей Лемешев на сценеСергей Лемешев родился 27 июня (по новому стилю – 10 июля) 1902 г. в простой крестьянской семье, в селе Старое Князево Тверской губернии. Лемешеву очень повезло с неравнодушными людьми, принимавшими участие в его судьбе: директор школы Николай Квашнин обратил внимание на его вокальные данные и попросил свою жену, получившую консерваторское образование, обучить талантливого ребенка певческому мастерству.Знаменитый лирический тенор, солист Большого театра Сергей ЛемешевСергей Лемешев на сценеВ Твери Лемешев посещал курсы при музыкальной школе, откуда ему дали рекомендацию в Московскую консерваторию. На театральной сцене Лемешев впервые выступил в 1924 г., а в 1931 г. состоялся его дебют в Большом театре, солистом которого он был до 1965 г. В его исполнении и оперные арии, и народные песни, и старинные романсы пользовались невероятным успехом. А «визитной карточкой» Лемешева стала партия Владимира Ленского в «Евгении Онегине», которую за всю жизнь он исполнил около 500 раз.Знаменитый лирический тенор, солист Большого театра Сергей ЛемешевСергей Лемешев на сценеПосле выхода фильма «Музыкальная история» в 1940 г. число поклонниц артиста возросло. Успех Лемешева у женщин был настолько ошеломительным, что его стали называть «обреченным на любовь», а его фанаток – «лемешистками» и «сырихами». Они устраивали дежурства в магазине «Сыр» возле его дома, и когда он появлялся на улице, следовали за ним целой процессией, с патефоном в руках, из которого раздавались звуки его знаменитых арий.Артист с четвертой женой, певицей Ириной МасленниковойАртист с четвертой женой, Ириной Масленниковой, и дочерьюПервой любовью Лемешева была дочь директора школы Галина Квашнина, но ее родители были против их брака. (Галина до конца своих дней не могла забыть Лемешева). А вот его консерваторский куратор Иван Соколов дал согласие на брак с его дочерью Натальей, правда, этот союз просуществовал недолго. Второй женой артиста стала вдова офицера Алиса Багрин-Каменская. Вместе они прожили 11 лет, пока певец не увлекся актрисой Норой Полонской. Она познакомила его с Любовью Варзер, которая стала его третьей женой. И этот брак просуществовал недолго – женщина не могла смириться с постоянными изменами певца. В четвертый раз Лемешев женился на певице Ирине Масленниковой, родившей ему дочь Марию. А последней, пятой женой артиста стала певица Вера Кудрявцева. С ней он прожил больше 25 лет, до самой его смерти в 1977 г.Сергей Лемешев и его пятая жена Вера КудрявцеваНародный артист СССР Сергей ЛемешевЖенщины влюблялись в Лемешева с первого взгляда и готовы были идти за ним на край света, бросая свои семьи. Женам певца приходилось мириться с постоянным присутствием поклонниц в его жизни. Некоторые даже умудрялись с ними дружить. Самого Лемешева такое повышенное женское внимание утомляло, но ускользнуть от поклонниц ему никак не удавалось – высшей наградой для них была возможность проводить его от театра до автомобиля.Сергей Лемешев за фортепианоДочь Лемешева Мария вспоминала: «Они буквально теряли разум! Когда в Большом пел кто-то из тех, кого они считали конкурентом папы, эти женщины срывали спектакли, свистя и мяукая. А мою маму, оперную певицу Ирину Масленникову, они чуть не убили прямо на сцене, сбросив на нее с верхнего яруса два мешка медяков».Артист, у которого было невероятное количество поклонницНекоторые особенно впечатлительные барышни от восторга теряли сознание, а другие доказывали свою любовь кулаками: лемешистки нередко устраивали потасовки с поклонницами другого солиста Большого театра Ивана Козловского, доходило даже до судебных разбирательств. Говорят, столько поклонниц, как у Лемешева, не было ни у кого из артистов за всю историю театра.Сергей Лемешев на даче, 1940-е гг.Один знакомый врач-психиатр однажды сказал Лемешеву, что для «сырих» пора открывать специальное отделение в его клинике – они нуждались в госпитализации. При этом врач попытался дать квалифицированное объяснение их неадекватному поведению: по его мнению, это было вызвано необычным тембром голоса певца, воздействовавшим на слушательниц подобно гипнозу. «Тембр вашего голоса воздействует на них эротически. Такое уж вам феноменальное везение с женщинами», – сказал он певцу.Народный артист СССР Сергей Лемешев На склоне лет певец стал относиться к своим поклонницам более терпимо. Он говорил: «Я смотрю на них и думаю: Боже мой, как летит время! Вот эту я знаю 30 лет, а эту 20. И какие они уже все старые, и какой же я-то старый». Но однажды он пришел домой ошарашенный: «Сейчас на бульваре мне объяснилась в любви 17-летняя девочка. А ведь мне уже за семьдесят!». Жена только плечами пожала: «Ты обречен на любовь». (via)

26 июня, 18:57

Интересное на сайте "Насправди" 26 июня 2017 года

1. Я мстю и мстя моя страшнаПетр Порошенко понял почему Россия строит «Северный поток-2». Оказывается, чтобы отомстить за Стокгольсмкий арбитраж. И ничего, никто из советников ему не сказал: «пан президент, вы идиот». 2. Секрет ПорошенкоПродолжая тему Порошенко. В следующий раз ему не надо лететь в Вашингтон, чтобы на лужайке перед Белым Домом давать Украине пресс-конференцию. Все это есть у него и на Украине. Можно столько денег сэкономить… А еще можно давать такие пресс-конференции хоть каждый день. По моему ооочень убедительно получится. А еще можно восковую фигуру Трампа заказать и выступать на его фоне. 3. Роман Дмовский о возможности "незалежной" Украины"Какой мерзкой может быть украинская «независимая» элита, было предсказано еще в 1931 году Романом Дмовским. Как показало время, он не ошибся ни на йоту. 4. Божьи мельницыВетераны АТО уже так всех достали своей безнаказанной «правильностью» , что их теперь по тихому выбрасывают с этажей и поездов. И это тоже было предсказано уже давно. 5. Проиранская Турция - это нечто Да, это нечто. Более того, это нечто уже существует, хотя еще недавно сказавшему это грозило получить ведро помоев на голову (по себе знаю).

26 июня, 13:06

"Новая" Россия основана на гигантской лжи. Пора возвращаться к правде!

Давно хотел написать пост о том, что легло в основу разрушения СССР, но как-то всё времени не находилось. Однако новый виток лжи, которая выплеснулась на страницы СМИ (далеко не только либеральных) заставила меня написать этот пост.В нем я не буду подробно исследовать причины развала СССР, потому что это большая проблема и это вопрос не одного поста в ЖЖ. Но один момент я хочу обсудить. И сделать утверждение.Есть два основных посыла, которыми разрушали сознание советских людей.1. Потери СССР в Великой Отечественной войне намного больше противника и составляют 26,6 миллиона человек.2. Сталин вел долгие годы войну против своего народа и "репрессировал" (словечко-то какое, страшное и одновременно неопределенное) миллионы людей. Путин недавно снова повторил эту чушь.Давайте разберемся, откуда взялись эти цифры.По потерям в войне. Сталин после войны назвал цифру 7 миллионов человек. Потом Хрущев назвал цифру 20 миллионов человек. Потом, кто бы вы думали? Горбачев (!) в 1990 году назвал цифру 26,6 миллиона человек. Но.... Никто ни разу не опубликовал списков погибших. Обратите внимание, я пишу списков, а не общего числа, с которым действительно могут быть проблемы. Эти списки могут быть неполными. Но они же должны быть. Их не может не быть. Но не публикуют и их. Почему?Ответ у меня созрел только один - списки будут настолько меньше озвученных цифр, что их просто нельзя публиковать! Если разрыв списков с озвученной цифрой составляет 1,5 миллиона человек - это как-то можно объяснить. А если разрыв составляет 15 миллионов? Как это объяснить?Есть для власти, конечно, другой выход - зачислить в эти списки умерших естественной смеритью и вовсе не умиравших. В расчете на то, что ЕГЭ сделал свое дело и никто проверять не будет. Однако тут есть гигантский риск. За этот язык могут уже фактически поймать. Если люди проверят и обнаружат хотя бы сотню таких подлогов, то вся цифра потерь теперь уже не по логике, а по факту установленного вранья будет поставлена под сомнение.Вот поэтому за всё время после 20 съезда КПСС, где предатель и преступник Хрущев оболгал страну, народ и Сталина, а прошел после съезда уже 61 год (!), не составлено и не опубликовано никаких списков погибших в войне. Ни при социалистическом СССР, ни при "капиталистической" РФ.Борьба Хрущева против Сталина, в которой цифра потерь была еще одним аргументом "борьбы" с умершим (убитым) гигантом. Шакал, потеряв остатки рассудка от страха и ненависти, кусал мертвого льва любым способом. У него это были личные счеты и личные чувства. А дальше уже состоялось коллективное решение элиты, которую Сталин железной ркуой заставлял служить народу: Сталина продолжать в грязь втаптывать, хрущевские выпады оставить в силе.Брежнев лишь притушил антисталинскую агитацию, перевел ее в режим фигуры умолчания.Итак, цифра потерь СССР в Великой отечественной войне государством СССР (после 1956 года) и государством РФ тщательно скрывается. Точнее, даже не скрывается, а не рассчитается. Чтобы не было риска эксцесса исполнителя. Мало ли кто из тех, кто эту цифру получит в результате реального подсчета, вдруг осознает глубину обмана целого народа - и цифру опубликует...?А так - нет подсчета вообще, нет и соблаза его обнародования. А расчеты... Балансовые, забалансовые... Как посчитали, так и пересчитали. Это вопрос веры в порядочность считающих. А доверия к считающим, что в хрущевском окружении, что далее со всеми остановками - нет никакого. А списков - нет. 61 год нет. Почему? Да потому. Они постсталинской власти просто не нужны. Чтобы не сказать больше. Что они власти крайне опасны.Теперь давайте перейдем к цифре "политических репрессий". Я уже давно писал в посте "Почему я не верю в "политические репрессии", как в юридический и правовой вопрос", что само понятие "политических репрессий - юридически не определено. Это чистый произвол. Это фикция, которая отдает на усмотрение каждого отдельного исполнителя "реабилитации" ответ на то, был ли человек уголовником или неким "политическим". Произвол тут таков, что никаким большевикам и не снился.Любой следователь сам себе "режиссер". Что хочет и то и ворочает. По умолчанию уже все мало мальски адекватные люди (исследователи) смирились с цифрой приговоренных к расстрелу (осужденных) за период с 1921 по 1953 года - 799 455 человек.Число осужденных за контрреволюционныеи другие особо опасные государственные преступленияв 1921—1953 годы Годы Всего осужденных(чел.) В том числе высшая мера лагеря, колонии и тюрьмы ссылка и высылка прочие меры 1921 35 829 9 701 21 724 1 817 2 587 1922 6 003 1 962 2 656 166 1 219 1923 4 794 414 2 336 2 044 — 1924 12 425 2 550 4 151 5 724 — 1925 15 995 2 433 6 851 6 274 437 1926 17 804 990 7 547 8 571 696 1927 26 036 2 363 12 267 11 235 171 1928 33 757 869 16 211 15 640 1 037 1929 56 220 2 109 25 853 24 517 3 741 1930 208 069 20 201 114 443 58 816 14 609 1931 180 696 10 651 105 683 63 269 1 093 1932 141 919 2 728 73 946 36 017 29 228 1933 239 664 2 154 138 903 54 262 44 345 1934 78 999 2 056 59 451 5 994 11 498 1935 267 076 1 229 185 846 33 601 46 400 1936 274 670 1 118 219 418 23 719 30 415 1937 790 665 353 074 429 311 1 366 6 914 1938 554 258 328 618 205 509 16 842 3 289 1939 63 889 2 552 54 666 3 783 2 888 1940 71 806 1 649 65 727 2 142 2 288 1941 75 411 8 011 65 000 1 200 1 210 1942 124 406 23 278 88 809 7 070 5 249 1943 78 441 3 579 68 887 4 787 1 188 1944 75 109 3 029 70 610 649 821 1945 123 248 4 252 116 681 1 647 668 1946 123 294 2 896 117 943 1 498 957 1947 78 810 1 105 76 581 666 458 1948 73 269 — 72 552 419 298 1949 75 125 — 64 509 10 316 300 1950 60 641 475 54 466 5 225 475 1951 54 775 1 609 49 142 3 425 599 1952 28 800 1 612 25 824 773 591 1953 (1-е полугодие) 8 403 198 7 894 38 273 Итого 4 060 306 799 455 2 634 397 413 512 215 942 Таблица из работы В.Н.Земсков. О масштабах политических репрессий в СССР.То есть никаким уничтоженными миллионами и не пахнет. Однако и это еще не всё. Возникает самый существенный вопрос. Точнее ряд вопросов. Сколько в числе 799 455 тыс человек было реально расстрелянных? Сколько среди них было уголовоников? Сколько среди них было преступников против государства? Другими словами, сколько среди них было расстрелянных без вины? Тут Земсков ответа не дает. И это понятно. У него просто не было физической возможности эту цифру разложить на составляющие. Хорошо, что он вообще занимался этими вопросами. Мог бы и не заниматься. А вот почему этим вопросом не занималось и не занимается государство? Почему советский СССР под руководством Хрущева не дал раскладку этих 799 455 человек? Сколько там полицаев, сколько басмачей, сколько диверсантов, сколько военных преступников из стран Европы, воевавших с нами в 1941-1945 годах (да и японцев тоже). И так далее.Ответ у меня ровно тот же, что и по цифре потерь СССР в Великой Отечественной войне. Публикация списков расстрелянных и их уголовных дел камня на камне не оставит от чудовищной лжи антисоветчиков об "уничтоженных миллионах" в СССР.И заметьте. На этих абсолютно пустых, лживых цифрах сломали сверхдержаву. И эти абсолютно пустые и лживые цифры повторяют казалось бы серьезные государственные деятели всех уровней, включая президента РФ Путина.Пусть кто-то попробует опровергнуть мои слова и показать мне опубликованные государством списки с идентификационными данными и (касательно осужденных) уголовными делами.Отсюда вывод: переворот 1991 года осуществлен на лжи и нарушении законов СССР и международных законов, в частности Хельсинского акта 1975 года о нерушимости границ в Европе. На лжи созданы новые "государства" из республик СССР. На лжи существует Российская Федерация. А построенное на лжи никогда устойчивым не будет.В этом смысле слова лжеца СоЛЖЕницына "жить не по лжи" приобретают особо циничное значение. Лжет вся нынешняя элита. Лгала вся постсталинская элита. Ложь разъела добротное здание СССР, созданное Лениным и выстроеннное Сталиным. Ложь разъедает РФ. И обязательно сожрет ее целиком, если не перестать лгать.Надо возвращаться к правде, пока не поздно. Пока все народы СССР еще живы и способны после снятия пресса лжи продолжить свое развитие.До встречи в СССР!

24 июня, 07:33

Виктор Николаевич Леонов. Легендарный разведчик ВМФ СССР

Виктор Николаевич Леонов — участник Великой Отечественной войны, командир 181-го отдельного разведывательного отряда Северного флота и 140-го отряда особого назначения Тихоокеанского флота. Виктор Леонов является настоящей легендой советской морской разведки. За свои подвиги во время войны он дважды был представлен к званию Героя Советского Союза.

Выбор редакции
22 июня, 18:18

Из истории Московской милиции и полиции.

Оригинал взят у mrdou в Из истории Московской милиции и полиции.Женщина-регулировщица. 1937. Часовой-гренадер в Кремле. 1900-еКоманда полицейских велосипедистов. 1901Форма милиционерши. 1919 Выезд следственной группы на задание. 1928. портрет милиционера в новой форме. 1931. Проверка документов. 1932. Пост речной милиции у фабрики Парижская коммунна. 1933 Милиционер переводит детей через улицу. 1941 Первомайская демонстрация 1 мая 1934 Выход экспертов-криминалистов на место преступления. 1950-е.

22 июня, 17:21

Kissing The Specious Present Goodbye

Cross-posted with TomDispatch.com Forgive me for complaining, but recent decades have not been easy ones for my peeps. I am from birth a member of the WHAM tribe, that once proud, but now embattled conglomeration of white, heterosexual American males. We have long been ― there’s no denying it ― a privileged group.  When the blessings of American freedom get parceled out, WHAMs are accustomed to standing at the head of the line. Those not enjoying the trifecta of being white, heterosexual, and male get what’s left. Fair? No, but from time immemorial those have been the rules. Anyway, no real American would carp. After all, the whole idea of America derives from the conviction that some people (us) deserve more than others (all those who are not us). It’s God’s will ― so at least the great majority of Americans have believed since the Pilgrims set up shop just about 400 years ago. Lately, however, the rules have been changing in ways that many WHAMs find disconcerting. True, some of my brethren ― let’s call them one percenters ― have adapted to those changes and continue to do very well indeed.  Wherever corporate CEOs, hedge fund managers, investment bankers, tech gurus, university presidents, publishers, politicians, and generals congregate to pat each other on the back, you can count on WHAMs ― reciting bromides about the importance of diversity! ― being amply represented. Yet beneath this upper crust, a different picture emerges. Further down the socioeconomic ladder, being a WHAM carries with it disadvantages. The good, steady jobs once implicitly reserved for us ― lunch pail stuff, yes, but enough to keep food in the family larder ― are increasingly hard to come by.  As those jobs have disappeared, so too have the ancillary benefits they conferred, self-respect not least among them. Especially galling to some WHAMs is being exiled to the back of the cultural bus. When it comes to art, music, literature, and fashion, the doings of blacks, Hispanics, Asians, gays, and women generate buzz. By comparison, white heterosexual males seem bland, uncool, and passé, or worst of all simply boring. The Mandate of Heaven, which members of my tribe once took as theirs by right, has been cruelly withdrawn. History itself has betrayed us. All of which is nonsense, of course, except perhaps as a reason to reflect on whether history can help explain why, today, WHAMs have worked themselves into such a funk in Donald Trump’s America. Can history provide answers? Or has history itself become part of the problem?  Paging Professor Becker  “For all practical purposes history is, for us and for the time being, what we know it to be.” So remarked Carl Becker in 1931 at the annual meeting of the American Historical Association. Professor Becker, a towering figure among historians of his day, was president of the AHA that year. His message to his colleagues amounted to a warning of sorts: Don’t think you’re so smart. The study of the past may reveal truths, he allowed, but those truths are contingent, incomplete, and valid only “for the time being.” Put another way, historical perspectives conceived in what Becker termed “the specious present” have a sell-by date. Beyond their time, they become stale and outmoded, and so should be revised or discarded. This process of rejecting truths previously treated as authoritative is inexorable and essential.  Yet it also tends to be fiercely contentious. The present may be specious, but it confers real privileges, which a particular reading of the past can sustain or undermine. Becker believed it inevitable that “our now valid versions” of history “will in due course be relegated to the category of discarded myths.” It was no less inevitable that beneficiaries of the prevailing version of truth should fight to preserve it. Who exercises the authority to relegate? Who gets to decide when a historical truth no longer qualifies as true? Here, Becker insisted that “Mr. Everyman” plays a crucial role. For Becker, Mr. Everyman was Joe Doakes, John Q. Public, or the man in the street. He was “every normal person,” a phrase broad enough to include all manner of people. Yet nothing in Becker’s presentation suggested that he had the slightest interest in race, sexuality, or gender. His Mr. Everyman belonged to the tribe of WHAM.     In order to “live in a world of semblance more spacious and satisfying than is to be found within the narrow confines of the fleeting present moment,” Becker emphasized, Mr. Everyman needs a past larger than his own individual past.  An awareness of things said and done long ago provides him with an “artificial extension of memory” and a direction. Memories, whether directly or vicariously acquired, are “necessary to orient us in our little world of endeavor.”  Yet the specious present that we inhabit is inherently unstable and constantly in flux, which means that history itself must be pliable.  Crafting history necessarily becomes an exercise in “imaginative creation” in which all participate.  However unconsciously, Everyman adapts the past to serve his most pressing needs, thereby functioning as “his own historian.” Yet he does so in collaboration with others.  Since time immemorial, purveyors of the past ― the “ancient and honorable company of wise men of the tribe, of bards and story-tellers and minstrels, of soothsayers and priests, to whom in successive ages has been entrusted the keeping of the useful myths” ― have enabled him to “hold in memory... those things only which can be related with some reasonable degree of relevance” to his own experience and aspirations.  In Becker’s lifetime it had become incumbent upon members of the professoriate, successors to the bards and minstrels of yesteryear, “to enlarge and enrich the specious present common to us all to the end that ‘society’ (the tribe, the nation, or all mankind) may judge of what it is doing in the light of what it has done and what it hopes to do.” Yet Becker took pains to emphasize that professional historians disdained Mr. Everyman at their peril: “Berate him as we will for not reading our books, Mr. Everyman is stronger than we are, and sooner or later we must adapt our knowledge to his necessities.  Otherwise he will leave us to our own devices... The history that does work in the world, the history that influences the course of history, is living history... It is for this reason that the history of history is a record of the ‘new history’ that in every age rises to confound and supplant the old.” Becker stressed that the process of formulating new history to supplant the old is organic rather than contrived; it comes from the bottom up, not the top down.  “We, historians by profession, share in this necessary effort,” he concluded.  “But we do not impose our version of the human story on Mr. Everyman; in the end it is rather Mr. Everyman who imposes his version on us.” Donald Trump as Everyman’s Champion? Becker offered his reflections on “Everyman His Own Historian” in the midst of the Great Depression.  Perhaps because that economic crisis found so many Americans burdened with deprivation and uncertainty, he implicitly attributed to his everyman a unitary perspective, as if shared distress imbued members of the public with a common outlook.  That was not, in fact, the case in 1931 and is, if anything, even less so in our own day. Still, Becker’s construct retains considerable utility.  Today finds more than a few white heterosexual American males, our own equivalent of Mr. Everyman, in a state of high dudgeon.  From their perspective, the specious present has not panned out as it was supposed to.  As a consequence, they are pissed.  In November 2016, to make clear just how pissed they were, they elected Donald Trump as president of the United States. This was, to put it mildly, not supposed to happen.  For months prior to the election, the custodians of the past in its “now valid version” had judged the prospect all but inconceivable.  Yet WHAMs (with shocking support from other tribes) intervened to decide otherwise.  Rarely has a single event so thoroughly confounded history’s self-assigned proctors.  One can imagine the shade of Professor Becker whispering, “I warned you, didn’t I?” Those deeply invested in drawing a straight line from the specious present into the indefinite future blame Trump himself for having knocked history off its prescribed course. Remove Trump from the scene, they appear to believe, and all will once again be well. The urgent imperative of doing just that ― immediately, now, no later than this afternoon ― has produced what New York Times columnist Charles Blow aptly calls a “throbbing anxiety” among those who (like Blow himself) find “the relentless onslaught of awfulness erupting from this White House” intolerable. They will not rest until Trump is gone. This idée fixe, reinforced on a daily basis by ever more preposterous presidential antics, finds the nation trapped in a sort of bizarre do-loop.  The media’s obsession with Trump reinforces his obsession with the media and between them they simply crowd out all possibility of thoughtful reflection.  Their fetish is his and his theirs.  The result is a cycle of mutual contempt that only deepens the longer it persists. Both sides agree on one point only: that history began anew last November 8th, when (take your pick) America either took leave of its senses or chose greatness.  How the United States got to November 8th qualifies, at best, as an afterthought or curiosity.  It’s almost as if the years and decades that had preceded Trump’s election had all disappeared into some vast sinkhole. Where, then, are we to turn for counsel?  For my money, Charles Blow is no more reliable as a guide to the past or the future than is Donald Trump himself.  Much the same could be said of most other newspaper columnists, talking heads, and online commentators (contributors to TomDispatch notably excepted, of course).  As for politicians of either party, they have as a class long since forfeited any right to expect a respectful hearing. God knows Americans today do not lack for information or opinion.  On screens, over the airways, and in print, the voices competing for our attention create a relentless cacophony.  Yet the correlation between insight and noise is discouragingly low. What would Carl Becker make of our predicament?  He would, I think, see it as an opportunity to “enlarge and enrich the specious present” by recasting and reinvigorating history.  Yet doing so, he would insist, requires taking seriously the complaints that led our latter day Everyman to throw himself into the arms of Donald Trump in the first place.  Doing that implies a willingness to engage with ordinary Americans on a respectful basis. Unlike President Trump, I do not pretend to speak for Everyman or for his female counterpart.  Yet my sense is that many Americans have an inkling that history of late has played them for suckers.  This is notably true with respect to the post-Cold War era, in which the glories of openness, diversity, and neoliberal economics, of advanced technology and unparalleled U.S. military power all promised in combination to produce something like a new utopia in which Americans would indisputably enjoy a privileged status globally. In almost every respect, those expectations remain painfully unfulfilled.  The history that “served for the time being” and was endlessly reiterated during the presidencies of Bush 41, Clinton, Bush 43, and Obama no longer serves.  It has yielded a mess of pottage: grotesque inequality, worrisome insecurity, moral confusion, an epidemic of self-destructive behavior, endless wars, and basic institutions that work poorly if at all.  Nor is it just WHAMs who have suffered the consequences.  The history with which Americans are familiar cannot explain this outcome. Alas, little reason exists to expect Becker’s successors in the guild of professional historians to join with ordinary Americans in formulating an explanation.  Few academic historians today see Everyman as a worthy interlocutor.  Rather than berating him for not reading their books, they ignore him.  Their preference is to address one another. By and large, he returns the favor, endorsing the self-marginalization of the contemporary historical profession.  Contrast the influence wielded by prominent historians in Becker’s day ― during the first third of the twentieth century, they included, along with Becker, such formidables as Henry Adams, Charles and Mary Beard, Alfred Thayer Mahan, and Frederick Jackson Turner ― with the role played by historians today.  The issue here is not erudition, which today’s scholars possess in abundance, but impact.  On that score, the disparity between then and now is immense. In effect, professional historians have ceded the field to a new group of bards and minstrels.  So the bestselling “historian” in the United States today is Bill O’Reilly, whose books routinely sell more than a million copies each.  Were Donald Trump given to reading books, he would likely find O’Reilly’s both accessible and agreeable.  But O’Reilly is in the entertainment business.  He has neither any interest nor the genuine ability to create what Becker called “history that does work in the world.” Still, history itself works in mysterious ways known only to God or to Providence.  Only after the fact do its purposes become evident.  It may yet surprise us. Owing his election in large part to my fellow WHAMs, Donald Trump is now expected to repay that support by putting things right.  Yet as events make it apparent that Trump is no more able to run a government than Bill O’Reilly is able to write history, they may well decide that he is not their friend after all.  With that, their patience is likely to run short.  It is hardly implausible that Trump’s assigned role in history will be once and for all to ring down the curtain on our specious present, demonstrating definitively just how bankrupt all the triumphalist hokum of the past quarter-century ― the history that served “for the time being” ― has become. When that happens, when promises of American greatness restored prove empty, there will be hell to pay.  Joe Doakes, John Q. Public, and the man in the street will be even more pissed.  Should that moment arrive, historians would do well to listen seriously to what Everyman has to say. The author of several books, including most recently America’s War for the Greater Middle East: A Military History, Andrew Bacevich, a TomDispatch regular, is currently trying to decipher the history of the post-Cold War era. Follow TomDispatch on Twitter and join us on Facebook. Check out the newest Dispatch Book, John Dower’s The Violent American Century: War and Terror Since World War II, as well as John Feffer’s dystopian novel Splinterlands, Nick Turse’s Next Time They’ll Come to Count the Dead, and Tom Engelhardt’s Shadow Government: Surveillance, Secret Wars, and a Global Security State in a Single-Superpower World. -- This feed and its contents are the property of The Huffington Post, and use is subject to our terms. It may be used for personal consumption, but may not be distributed on a website.

Выбор редакции
Выбор редакции
21 июня, 20:26

Сырный трафик

Оригинал взят у proshakov в Сырный трафикСыр Грюйер , Швейцария - Кантон Фрибург, 1931

21 июня, 10:49

Главный аэропорт Казахстана отныне носит имя Назарбаева

Правительство Казахстана подписало постановление, согласно которому главный аэропорт столицы республики Астаны отныне будет носить имя президента страны Нурсултана Назарбаева. Как указано в документе, воздушная гавань теперь будет называться «Аэропорт Нурсултан Назарбаев», пишет РИА Новости. Справка «СП»: Международный аэропорт «Нурсултан Назарбаев», основанный в 1931 году на сегодняшний день является одним из современнейших аэропортов на Евразийском континенте. Ежесуточно в аэропорту осуществляется до 40 вылетов в регионы ближнего и дальнего зарубежья. Максимальная пропускная способность аэровокзала — 750 человек в час. Пропускная мощность терминала составляет порядка 600 тонн груза в сутки.

21 июня, 07:30

Снявшаяся обнаженной в фильме "Любовница" Бибигуль Суюншалина уехала на Кипр

Казахстанско-росссийская актриса Бибигуль Суюншалина отправилась загорать в теплые края. Артистка предпочла Кипр турецким пляжам, передает NUR.KZ Читайте также: Акбота Керимбекова: Мой первый муж был рэкетиром (фото) И еще одно фото в купальнике! А как проходит ваше лето? #средиземноеморе #кипр #северныйкипр #вкупальнике #лето Публикация от Bibigul Suyunshalina (@bibigul_aktan_s) Июн 17 2017 в 3:00 PDT Актриса охотно делится со своими поклонниками снимками, сделанными на пляже, вызывая восхищение у подписчиков. Однако, с кем она отправилась на Кипр, Суюншалина не спешит рассказывать.  И еще одно фото в купальнике! #моресолнце #средиземноеморе #кипр #северныйкипр Публикация от Bibigul Suyunshalina (@bibigul_aktan_s) Июн 20 2017 в 8:07 PDT Напомним, 12-го июня на кинофестивале "Silk Road" была презентована картина "Любовница", где Бибигуль Сюншалина и Серик Шарип сыграли роли любовников и снялись в откровенных сценах. Ссылка в профиле!! Смотрим и репостим С ХЭШТЕГОМ #фильмлюбовница ----------------------------------------------- Сегодня, 12 июня в рамках первого Международного фестиваля кинопоэзии "Silk Road" @silkroadfestival состоялась премьера поэтического фильма "Любовница". Это - первая экранизация одного из стихотворений философа, переводчика и поэта Шакарима Кудайбердиева, расстрелянного в 1931 г. Фестиваль "Silk Road" - некоммерческий проект. Его цель - популяризация поэзии среди молодежи, сохранение богатого поэтического наследия в новых видео формах. Фильм можно посмотреть в открытом доступе в интернете! #фильмлюбовница ----------------------------------------------- Публикация от Bibigul Suyunshalina (@bibigul_aktan_s) Июн 13 2017 в 2:32 PDT videoadv]

Выбор редакции
21 июня, 07:26

Аэропорт Астаны переименован в честь президента Назарбаева

Воздушная гавань столицы Казахстана получила новое название Международный аэропорт Нурсултан Назарбаев.

21 июня, 04:09

Гении: десять невероятных историй

Великий греческий математик Пифагор подарил науке теорему, которая в последствие стала основой геометрии. Однако не все его идеи выдержали испытание временем. Пифагор всячески поддерживал идею вегетарианства, и всё же одним из аспектов этой практики  был полный запрет бобовых культур. По легенде именно эти семена были причастны к смерти математика. Убегая от грабителей, он наткнулся на поле усеянное бобами и решил, что лучше умереть, чем ступить на него. После чего нападавшие догнали его и перерезали горло.

21 июня, 00:01

Мемория. Александр Твардовский

21 июня 1910 года родился поэт Александр Твардовский.   Личное дело Александр Трифонович Твардовский (1910 – 1971) родился в Смоленской губернии в семье крестьянина. Учился в сельской школе, еще в детстве начал сочинять стихи. С 1924 года Твардовский начал посылать заметки в редакции смоленских газет. Первая заметка, напечатанная в газете «Смоленская деревня» называлась «Как происходят перевыборы кооперативов». Он писал о комсомольских делах, о разных злоупотреблениях, которые допускали местные власти, что создавало ему в глазах сельских жителей ореол защитника. В 1925 году в газете «Смоленская деревня» появилось первое стихотворение Твардовского – «Новая изба». В восемнадцать лет Твардовский стал жить в Смоленске и работать в местных газетах. Часто ездил в качестве корреспондента в колхозы области. В городе он познакомился с Михаилом Исаковским, учился в Смоленском педагогическом институте. Летом 1929 года Твардовский осмелился послать свои стихи в журнал «Октябрь». Они получили хороший отзыв поэта Михаила Светлова и были напечатаны. В 1930 году отец Твардовского был раскулачен и выслан с семьей из родной деревни. Александр, живший в Смоленске, высылки избежал, но ему долго напоминали о его происхождении, называя «кулацким подголоском». Первая поэма Твардовского «Путь к социализму» была напечатана в 1931 году, на следующий год появилась вторая поэма «Вступление» и прозаическая повесть «Дневник председателя колхоза». В 1936 году Твардовский переехал в Москву и поступил в Московский институт философии, литературы и истории. Тогда же вышла в свет его поэма «Страна Муравия», о крестьянине Никите Моргунке, который ищет страну всеобщего счастья. Она принесла Твардовскому широкую известность. Во многом благодаря этому Твардовский смог добиться возвращения родных из ссылки. В последующие годы были напечатаны сборники «Стихи» (1937), «Дорога» (1938), «Сельская хроника» (1939), «Загорье» (1941). В 1939 году Твардовский окончил МИФЛИ и был призван на военную службу. Участвовал в польском походе РККА 1939 года, получил офицерское звание и стал корреспондентом военной газеты во время войны с Финляндией. На второй день Великой Отечественной войны Твардовский получил направление в штаб Юго-Западного фронта, чтобы работать во фронтовой газете «Красная Армия». Дважды в 1941 году под Киевом и в 1942 под Каневом Твардовский чудом выходил из окружения. С середины 1942 года работал в редакции газеты «Красноармейская правда» Западного (позднее 3-го Белорусского) фронта. За время войны им были написаны поэмы «Василий Теркин», «Дом у дороги», стихотворения «Рассказ танкиста», «Баллада о товарище», «Армейский сапожник», «Баллада об отречении», «Большое лето», «Возмездие». В послевоенные годы появилось еще несколько стихотворений о войне, в том числе знаменитые «Я убит подо Ржевом», «Перед войной, как будто в знак беды...», «В тот день, когда окончилась война» (1948), «Жестокая память», «В те дни за границей», «За озером». В 1947 году Твардовский выпустил книгу очерков и рассказов «Родина и чужбина». В 1950-е годы им была написана книга «За далью – даль», путевой дневник в стихотворной форме. Там среди описаний встреченных людей и авторских размышлений о судьбе народа появляется тема несправедливо осужденных в годы репрессий. Если «За далью – даль» в годы хрущевской оттепели удалось напечатать, то следующая поэма Твардовского «По праву памяти», написанная в 1966 – 1969 годах, была опубликована лишь в 1987. В 1950 – 1954 и 1958 – 1970 годах Александр Твардовский был главным редактором журнала «Новый мир». С 1970 года после кампании ожесточенной критики со стороны партийных органов Твардовский ушел с поста главного редактора, состав редакции был полностью сменен. Умер Александр Твардовский 18 декабря 1971 года. Чем знаменит Всенародно знаменитым Александра Твардовского сделала его поэма «Василий Теркин». Начало работы над ней относится еще ко времени финской войны. Первые главы поэмы под названием «Книга про бойца» были напечатаны в сентябре 1942 года в газете «Красноармейская правда». В том же году ранний вариант вышел отдельной книгой. Хотя в 1943 году Твардовский думал закончить поэму, многочисленные письма читателей заставили его продолжить работу. Завершена поэма была уже после окончания войны. «Василий Теркин» заслужил как народную любовь, так и официальное признание (в 1946 году ему была присуждена Сталинская премия первой степени). Однако поначалу цензурные органы не всегда были довольны стихами Твардовского, так как находили в «Василии Теркине» пессимизм и недостаточное внимание к роли партии. После войны Твардовский думал, что уже не вернется к своему герою. В статье «Ответ читателям "Василия Теркина"» он писал: «Книга, родившаяся в особой, неповторимой атмосфере военных лет, и что,  завершенная в этом своем особом  качестве,  книга  не  может  быть  продолжена  на  ином материале, требующем иного героя, иных мотивов». Однако через три года Твардовский решил вернуться к Василию Теркину, создав сатирико-публицистическую поэму «Теркин на том свете», где описывался советский бюрократический аппарат. Опубликовать ее не удавалось до 1963 года, когда она была напечатана в газете «Известия». Позднее поэма вновь оказалось под запретом. Номер «Известий» с текстом «Теркина на том свете» в некоторых семьях хранился много лет, также поэма распространялась в самиздате.   О чем надо знать   Александр Твардовский В первый раз Александр Твардовский возглавил журнал «Новый мир» в 1950 году, но через четыре года - после публикации ряда острых материалов В. Померанцева, Ф. Абрамова, М. Щеглова и М. Лифшица и попытки напечатать поэму «Теркин на том свете», он был снят с должности. Второй раз стал главным редактором уже после XX съезда КПСС. Тогда начался период в истории журнала, в котором Твардовский стал символом литературы эпохи оттепели. Историки литературы теперь говорят о «новомирской прозе» 60-х. Журнал вызывал уважение у одних читателей и раздражение у других, особенно часто – у идеологических работников КПСС и Главлита. В течение нескольких лет продолжалась ожесточенная полемика между «Новым миром» и журналом «Октябрь», который возглавлял Всеволод Кочетов. Благодаря Твардовскому, в «Новом мире» были напечатаны произведения Василя Быкова, Федора Абрамова, Бориса Можаева, Юрия Трифонова, Юрия Домбровского, Чингиса  Айтматова, Василия Белова, Сергея Залыгина, Фазиля Искандера, Василия Шукшина. В 1962 году была опубликована повесть «Один день Ивана Денисовича» никому неизвестного тогда рязанского учителя Александра Солженицына. Правда, для этого Твардовскому пришлось обратиться лично к Хрущеву. С каждым годом «Новый мир» и Твардовского все больше обвиняли в «очернительстве», «искажении истории», «критике колхозного строя». Становилось все труднее преодолевать цензурные препятствия. Завершилась история «Нового мира» эпохи Твардовского в 1970 году, когда он был снят с должности.   Прямая речь «По-разному благосклонно и по-разному с тревогой относились мои родители к тому, что я стал сочинять стихи. Отцу это было лестно, но из книг он знал, что писательство не сулит больших выгод, что писатели бывают и не знаменитые, безденежные, живущие на чердаках и голодающие. Мать, видя мою приверженность к таким необычным занятиям, чуяла в ней некую печальную предназначенность моей судьбы и жалела меня», - Александр Твардовский. «Это поистине редкая книга: какая свобода, какая чудесная удаль, какая меткость, точность во всем и какой необыкновенный народный солдатский язык — ни сучка ни задоринки, ни единого фальшивого, готового, т. е. литературно-пошлого слова!»,  - Иван Бунин о поэме «Василий Теркин».   Я убит подо Ржевом, В безымянном болоте, В пятой роте, На левом, При жестоком налете. Я не слышал разрыва И не видел той вспышки, - Точно в пропасть с обрыва - И ни дна, ни покрышки. И во всем этом мире До конца его дней - Ни петлички, Ни лычки С гимнастерки моей. Я - где корни слепые Ищут корма во тьме; Я - где с облаком пыли Ходит рожь на холме. Я - где крик петушиный На заре по росе; Я - где ваши машины Воздух рвут на шоссе. Где - травинку к травинке - Речка травы прядет, Там, куда на поминки Даже мать не придет. Александр Твардовский «Я убит подо Ржевом…» «Тов. Лесючевский (главный редактор издательства «Советский писатель» - прим.ред) говорит о том, что постановление ЦК КПСС небольшое по объему, имеет не меньшее значение, чем постановление 1946 года «О журналах „Звезда“ и „Ленинград“». В нем еще раз подтверждаются те идеи, которые были заложены в постановлении ЦК 1946 года. Оно дает ориентировку писателям в сложной предсъездовской обстановке. Коммунисты-писатели испытывают огромное удовлетворение тем, что ЦК прислушался к их сигналам и поддержал их. ЦК еще раз подчеркнул то большое доверие, которое оказывает партия писателям и их союзу, что ЦК целиком доверяет союзу дело идеологического руководства литературой. Осуждая выступление А. Твардовского и его заявление о том, что поэма «Теркин на том свете» – дорогое для него детище, он советует Твардовскому отнестись к этому детищу так, как у Гоголя Тарас Бульба отнесся к своему изменнику-сыну, т.е. убить его»? - из протокола заседания партийной группы Правления ССП СССР по рассмотрению решения Секретариата ЦК КПСС «Об ошибках журнала „Новый мир“». «Есть много способов убить поэта. Для Твардовского было избрано: отнять его детище - его страсть - его журнал. Мало было шестнадцатилетних унижений, смиренно сносимых этим богатырем, - только бы продержался журнал, только бы не прервалась литература, только бы печатались люди и читали люди! Мало! - и добавили жжение от разгона, от разгрома, от несправедливости. Это жжение прожгло его полгода, через полгода он уже был смертельно болен и только по привычной выносливости жил до сих пор - до последнего часа в сознании. В страдании. Третий день. Над гробом портрет, где покойному близ сорока, и желанно-горькими тяготами журнала еще не борожден лоб, и во все сиянье – та детски-озаренная доверчивость, которую пронес он черезо всю жизнь, и даже к обреченному она возвращалась к нему»? - Александр Солженицын «Поминальное слово о Твардовском».   8 фактов об Александре Твардовском Дед поэта был на военной службе в Польше, где получил прозвище «пан Твардовский». Оно перешло к его сыну, превратившись в фамилию. Первое стихотворение, обличающие детей, которые разоряют птичьи гнезда, Александр Твардовский пытался записать, «еще не зная всех букв алфавита». В тринадцать лет Александр Твардовский показал свои стихи молодому учителю. Тот сказал, что стихи не годятся с точки зрения современной литературы: в них понятно, про что речь, а сейчас надо писать так, чтобы стихи были абсолютно непонятны. Непонятные стихи мальчик писать не смог. Поэма «Путь к социализму» получила название одного из колхозов Смоленской области. Чтобы опубликовать поэму «За далью – даль» без цензурных изъятий, Твардовский подарил на день рождения Никите Хрущеву самые рискованные главы, где касался темы сталинских репрессий. В 1892 году писатель Петр Боборыкин опубликовал роман «Василий Теркин». Твардовский, выбирая имя для своего героя, о существовании романа не знал. Полюбившие «Василия Теркина» читатели, не дождавшись продолжения, сами стали сочинять стихи о его дальнейших приключениях. Твардовский вспоминал: «Вслед за Теркиным - курсантом военного училища появляются: Теркин - зенитчик ПВО; Теркин - демобилизованный, едущий на строительство Братской ГЭС; Теркин в электрокузнечном цехе; Теркин на целине; Теркин - милиционер... Появляются "сыновья" и "племянники" Теркина - годы идут, и даже возраст героя в соответствии с интересами молодых читателей претерпевает такого рода "поправки"». Памятники Твардовскому в Москве установлен на Страстном бульваре, рядом с редакцией «Нового мира». На памятнике в Смоленске изображены как сам Твардовский, так и его герой Василий Теркин. Еде один памятник Теркину поставлен в городе Орехово-Зуево.   Материалы об Александре Твардовском Александр Твардовский в проекте «Хронос» Произведения Твардовского в библиотеке Мошкова  Статья об Александре Твардовском в русской Википедии

20 июня, 19:01

Carla Fendi, fashion leader, dies aged 79

CARLA Fendi, one of the five Italian sisters who transformed their parents’ leather workshop into an international luxury fashion powerhouse, has died aged 79, the family said. Fendi, who died late on

20 июня, 10:30

Қазақстан Америкадан 8 100 есе артта қалып қойған

Қазақстан Америкадан қанша жыл артта қалды? Бұл сауалдарға АҚШ-та білім алып жатқан Атырау облысы әкімінің бұрынғы орынбасары Шыңғыс Мұқан жауап тапқандай деп хабарлайды baq.kz-ке сілтеме жасаған NUR.KZ. «Америка қалай? Қазақстан 50 жылға қалып қойған шығар?».  Осы сұрақ соңғы уақытта көп қойылып жүр. Дамудан қалғаны немесе озғаны жөнінде уақыт өлшемімен қалай дәлел келтіруге болады? Дегенмен, осы сауалдың жауабына жақындаған сияқтымын", - дейді автор. Тағы оқыңыздар: Дәурен Абаев атышулы америкалық журналистің сыни мақаласына қатысты пікір білдірді "АҚШ тәуелсіздігін 1776 жылы жариялаған. Біз 215 жылдан соң егемендік алыппыз. Суреттегі аспалы көпір – Бруклин бридж. Құрылысы 1869 жылы басталып, 1883 жылы аяқталған. Осы кезеңде Қазақстанда хандық билік жойылып, бас көтергеннің басы алынып, оның соңы 1868 жылы бүкіл қазақ жерінің Ресей империясы мемлекеттік меншігіне өтуімен аяқталады. Келесі сурет Эмпайр Стейт Билдингтің үстінде түсірілген. 102 қабатты ғимарат 1931 жылы ашылған. Бір жыл бір айда салынған. 1970 жылға дейін әлемдегі ең биік ғимарат болған. Қазір биіктігі жөнінен 34-орында. Ал бізде осы кезеңде халқымыздың жартысы ашаршылықтан қырылып қалды, көшіп-босып кетті. АҚШ жер көлемі бойынша 4-орында, Қазақстан 9-орында, адам саны бойынша 3-орында, біз 64-орындамыз. Американы екі мұхит толқынымен тербеп жатыр. Біздің мұхитқа шығар жолымыз жоқ. «Даму» деген көбіне экономикалық категория. Сондықтан Қазақстан пәленше жылға қалып қойды деп айту қиын. Жоғарыдағы саяси, тарихи, географиялық, демографиялық жағдайларды, одан бөлек басқа да субъективті-объективті жәйіттарды ескерсек, әлемдік ішкі жалпы өнім бойынша АҚШ экономикасы бізден 8100 есе озып кетіпті", - дейді Шыңғыс Мұқан.

Выбор редакции
19 июня, 23:37

Шляпки. Джоан Кроуфорд

Это цитата сообщения Bo4kaMeda Оригинальное сообщениеШляпки. Джоан Кроуфорд Bo4kaMeda 001. George Hurrell, Portrait of Joan Crawford in Grand Hotel directed by Edmund Goulding, 1932 002. Portrait of Joan Crawford in Love on the Run directed by W.S. Van Dyke, 1936 Джоан Кроуфорд (англ. Joan Crawford), настоящее имя — Люсиль Фэй Лесюр (англ. Lucille Fay LeSueur, 23 марта 1904 — 10 мая 1977) — американская актриса немого и звукового кино, в 1930-е годы по популярности соперничавшая с Марлен Дитрих и Гретой Гарбо. Лауреат премий «Оскар» и «Золотой глобус». 003. George Hurrell, Portrait of Joan Crawford in Letty Lynton directed by Clarence Brown, 1932 004. George Hurrell, Portrait of Joan Crawford in Letty Lynton directed by Clarence Brown, 1932 005. George Hurrell, Portrait of Joan Crawford in Letty Lynton directed by Clarence Brown, 1932 006. George Hurrell, Portrait of Joan Crawford in Our Blushing Brides directed by Harry Beaumont, 1930 007. George Hurrell, Portrait of Joan Crawford in Letty Lynton directed by Clarence Brown, 1932 008 009. George Hurrell, Portrait of Joan Crawford in Letty Lynton directed by Clarence Brown, 1932 010. George Hurrell, Portrait of Joan Crawford in Our Blushing Brides directed by Harry Beaumont, 1930 011. George Hurrell, Portrait of Joan Crawford in Possessed directed by Clarence Brown , 1931 012. Annex - Crawford, Joan (Bride Wore Red, The) 013. George Hurrell, Portrait of Joan Crawford in Sadie McKee directed by Clarence Brown, 1934 014. George Hurrell, Portrait of Joan Crawford in They all Kissed the Bride directed by Alexander Hall, 1942 015. Clarence Sinclair Bull, Portrait of Joan Crawford in The Unknow directed by Tod Browning, 1927 016. George Hurrell, Portrait of Joan Crawford in Today We Live directed by Howard Hawks, 1933 017. George Hurrell, Portrait of Joan Crawford, 1920's 018. George Hurrell, Portrait of Joan Crawford, 1930's 019. George Hurrell, 17 Portrait of Joan Crawford, 1930's 020. George Hurrell, Portrait of Joan Crawford, 1931 021 022. George Hurrell, Portrait of Joan Crawford, 1930's 023. George Hurrell, Portrait of Joan Crawford, 1930's 024. George Hurrell, Portrait of Joan Crawford, 1940's 025 026. Joan Crawford and costume designer Adrian for The women directed by George Cukor, 1939 027 028. Joan Crawford for Letty Lynton directed by Clarence Brown, 1932 029 030. Joan Crawford in Rain directed by Lewis Milestone, 1932 031. Joan Crawford in Rain directed by Lewis Milestone, 1932 032 033 034. Portrait of Joan Crawford for The Gorgeous Hussy directed by Clarence Brown, 1936 035. Portrait of Joan Crawford in A slave of fashion directed by Hobart Henley, 1925 036 037. Portrait of Joan Crawford, 1920's 038. Portrait of Joan Crawford, 1920's 039. Portrait of Joan Crawford, 1920's 040. Portrait of Joan Crawford, 1930's 041. Portrait of Joan Crawford, 1930's 042 043. Portrait of Joan Crawford, 1940 044 045. Portrait of Joan Crawford, 1940 046 047. Portrait of Joan Crawford, 1940's 048. Ruth Harriet Louise, Portrait of Joan Crawford, 1920's 049. Ruth Harriet Louise, Portrait of Joan Crawford, 1920's 050. Ruth Harriet Louise, Portrait of Joan Crawford, 1925 051 052 053 054 055 056 057 058 059 060 061 062 063 064 065 066 067 068 069 070 071 072 073 074 075 076 077 078 079 080 081 082 083 084 085 086 087. год 1937 088. год 1946 089. Clark Gable and Joan Crawford in Chained directed by Clarence Brown, 1934 090. Dorothy Sebastian, Joan Crawford and Anita Page for Our Dancing Daughters directed by Harry Beaumont, 1928 091 092. год 1931 093. год 1939 094 095 096 097 ru.wikipedia.org .

19 июня, 08:53

Безумству храбрых поём мы песню? К 80-летию первого перелёта через Северный полюс

Фраза, написанная Максимом Горьким, была довольно распространена в описываемое время. Время титанов. Хоть сегодня многие продолжают стонать о сталинском культе личности, тогда да, был культ личности, но простите, были и личности. Но безумны ли храбростью своею были те, кто совершил этот подвиг? Атака в стиле «любой ценой», как это выставляют сегодня некоторые организмы, или все-таки трезвый расчет и уверенность в своих силах?

16 февраля 2014, 08:01

Производство в СССР в 1931-1952 гг., добыча нефти

 Источник: Записка начальника ЦСУ СССР Старовского Кагановичу Л.М. от 5 января 1954 года. http://burckina-faso.livejournal.com/563146.html Таблицы в натуральных показателях в тексте Производство основных видов промышленной продукции в СССР и США в период с 1931 по 1952 год  http://burckina-faso.livejournal.com/564889.html - - - - - В начале 1930-х годов нефтяная промышленность оказалась заложницей необоснованных планов В первом номере журнала «Нефтяное хозяйство» за 1931 г. была напечатана обширная передовая статья председателя правления «Союзнефти» Георгия Ломова с лаконичным названием «Нефтяная промышленность перед расширенными заданиями». Из неё следовало, что Центральный Комитет ВКП(б) проставил перед отраслью невыполнимую задачу - всего за несколько лет совершить «большой рывок» и в завершающий год пятилетки выйти на рубеж годовой добычи нефти в 46 млн т. ... Первый Пятилетний план был принят XVI конференцией ВКП(б) в апреле 1929 г. и окончательно утверждён V Всесоюзным съездом Советов в мае того же года. В нём планировалось в 1932 г. выйти на рубеж годовой нефтедобычи в объёме 21,7 млн т[1]. Однако уже через три месяца, в августе 1929 г., постановление Совета народных комиссаров СССР обязало отрасль «довести к концу первой пятилетки добычу нефти до 26 млн т» ... Хотя в 1929 г. было добыто 13,7 млн т сырья (против 11,6 млн т в 1928 г)[3], экономика и население продолжали ощущать постоянный недостаток нефтепродуктов. ... На XVI съезде ВКП(б) (26 июня - 13 июля 1930 г.) были отмечены «тревожные факты недовыполнения качественных показателей хозяйственного плана»[6]. В то же время под лозунгом: «Пятилетку в четыре года!» - по инициативе И. В. Сталина было принято решение о пересмотре первоначально утверждённых планов по всем отраслям в сторону существенного увеличения. Это в значительной степени коснулось и нефтяной промышленности. Что касается годовых объёмов, то их планировалось довести с 11,6 млн т в 1928 г. до 40 млн т в 1932 г. ... Но и этот фантастический показатель годовой нефтедобычи - 40 млн т - оказался для советского партийно-политического руководства неокончательным. Через три месяца, 15 ноября 1930 г., ЦК ВКП(б) принимает Постановление «О положении в нефтяной промышленности», где «предлагает ВСНХ довести добычу нефти в 1933 г. до 45-46 млн т с тем, чтобы не менее 40-41 млн т было получено со старых и новых площадей Закавказья и Северного Кавказа»[11]. В целом следует отметить, что подобные, ничем не обоснованные изменения планов первой пятилетки осуществлялись в отрыве от реальных возможностей отрасли и в силу наличия множества объективных причин эти планы не могли быть реализованы даже наполовину. ... основные производственные показатели 1930 г., которые, несмотря на бравурное начало, свидетельствовали о непростом положении дел: «Добыча нефти в целом за год составила 17,2 млн т, что равно 99,8% программы и больше предыдущего года на 26,6%» ... В итоге за весь 1931 г. в СССР было добыто лишь 22 млн 392 тыс. т нефти - - - -  http://iv-g.livejournal.com/564653.html  http://iv-g.livejournal.com/310534.html В 1921 году нефтедобыча в Баку достигла своего наинизшего уровня в 2,4 млн. тонн. В 1940 году нефтедобыча в Азербайджане достигла 22,2 миллиона тонн, что составляло 71,5 % всей нефтедобычи в СССР. Нефтяники Баку в 1941 году достигли рекордного уровня нефтедобычи - 23,482 миллиона тонн. Уровень нефтедобычи падал, достигнув в 1945 году 11,5 млн. тонн. Только начиная с 1947 года нефтедобыча вновь стала расти. В 1964-1968 годах уровень нефтедобычи поднялся на стабильный уровень и составил около 21 миллиона тонн в год. С 1969 по 1985 год количество добываемой нефти стало снижаться из года в год, в результате чего, в течение пяти лет, нефтедобыча оставалась на отметке 13 миллионов тонн в год. Причинами падения уровня нефтедобычи в 60-х годах XX века были истощение нефтяных месторождений на суше и высокая себестоимость нефти, добываемой на море, а также обнаружение крупных залежей нефти в Западной Сибири, Казахстане и других регионах Советского Союза. Все эти факторы привели к уменьшению доли Азербайджана в общей нефтедобыче СССР (в 1950 - 39,1 %, к 1960 - 12 %, в 1970-1980 годах соответственно с 5,7 до 2,4 %). В результате этого Москва перестала уделять должное внимание нефтяной промышленности Азербайджана. http://www.window2baku.com/oil3.htm - - - - Азербайджан долго вышел на пик 1941 г. только в 20 веке. В 1946 была открыта бавлинская нефть, в 1948г. забила нефть Ромашкинского месторождения. Рост добычи в СССР обеспечила новая нефтегазоносная провинция Добыча нефти в СССР, млн.т. Источник: Записка начальника ЦСУ СССР Старовского Кагановичу Л.М. от 5 января 1954 года.  Среднее ежегодное увеличение в 1931-1941 гг. составило 4.7% Среднее ежегодное увеличение в 1931-1940 гг. составило 4.3% Увеличение добычи в 1931-1941 гг. составило 1.47 раза Увеличение добычи в 1931-1940 гг. составило 1.39 раза Указанный рост в современной России ни при каких обстоятельствах не повторить из-за: i/ низкой стартовой базы 1930-х гг. ii/ отсутствия сегодня неразведанных НГБ на суше

31 января 2013, 10:19

Москва 1931-ого глазами американца

Мы уже давали подборки снимков Брэнсона Де Ку по Одессе, Ленинграду, Ялте. Москву многие и так уже видели, но пусть будет для полноты.Оригинал взят у nikolas11 в Москва 1931-ого года в цвете! (обновлено 10.05.11 - добавлено 15 фотографий)Недавно в сети появились снимки из архива путешественника Брэнсона Де Ку (Branson DeCou), снятые им в Москве в 1931 году и позже раскрашенные анилиновыми красками. Снимки просто потрясающие!Очень атмосферные снимки Москвы, возвращающие нас во времена рассказов Ильфа и Петрова, первых успехов НЭПа и последних лет той старой купеческой Москвы, которая скоро будет уничтожена...Вид на Кремль от Большого Каменного МостаВид на Кремль с Большого Москворецкого мостаВид на Москворецкую улицу и Васильевский спуск от Большого Москворецкого мостаГрановитая палата. Красное крыльцоБлаговещенский собор Кремля и Красное крыльцоКолокольня «Иван Великий»Красная площадьГУМВоскресенские (Иверские) воротаПлощадь Свердлова (Театральная)Театральный проезд в сторону Лубянской площадиЦУМ2-й МХАТ (Центральный детский театр)ТОРГСИНУлица Кузнецкий МостОхотный рядСоветская площадьАгитация на Советской площадиСоветская площадь. Институт ЛенинаСтрастная площадьТверская заставаХрам Христа СпасителяХрам Христа Спасителя внутриНоводевичий монастырьПятницкая улица у церкви Параскевы ПятницыХрам Воскресения Христова в СокольникахЧасовня Целителя Пантелеймона АфонскогоЗдесь и ниже - Парк культуры и отдыха им. ГорькогоСухарева башняВладимирские ворота на Лубянской площадиДом культуры завода «Каучук»Дом культуры имени С. М. ЗуеваКлуб Русакова Союза КоммунальниковМоисеевская площадь. Вид на будущую Манежную площадь.Моисеевская площадь. «Ехали в трамвае Ильф и Петров» :)Где-то в старой Москве...Иностранные фотографы у МосТоргаИностранец и москвичиПродавец напитков«Лучшее обслуживание - рабочим»Демонстрация на КраснопруднойВозможно, в ТОРГСИНеОчереди на ПятницкойБиржевая площадь и Блюхеровский переулокСокольники. Зеленый театр.Предок Сильвестра Сталонне торгуется у Китайгородской стены :)«Союзпечать» у Китайгородской стеныСтоянка у Ленинградского вокзала.Извозчик на СтромынкеУсачевкаФабрика-кухня №1Вид с Воробьёвых горЦерковь Похвалы БогородицыПлощадь РеволюцииТретьяковская галереяХрам Покрова на РвуПлощадь РеволюцииКрасная площадьВид с колокольни ц.Николы СтрелецкогоХрам Христа СпасителяГУМТеатральная площадьУ Китайгородской стеныЦПКиО им.ГорькогоЦПКиОШвейцар «Националя»Все фотографии - кликабельны. Нажатие на любую фотографию перенесет вас на сайт «Фотографии старой Москвы», где вы сможете обсудить любую фотографию, поделиться ценными воспоминаниями, закачать на этот крупнейший ресурс старых фотографий Москвы свои архивные фотокарточки, ну или просто прекрасно провести время, изучая бескрайнюю историю нашей столицы.