• Теги
    • избранные теги
    • Люди238
      • Показать ещё
      Страны / Регионы217
      • Показать ещё
      Разное182
      • Показать ещё
      Формат10
      Издания6
      Компании69
      • Показать ещё
      Международные организации12
      • Показать ещё
      Показатели3
Александр Руцкой
17 сентября, 18:17

Vlad Shurygin // "Facebook", №37, 16 сентября 2017 года

* * *Александр Андреевич Проханов...Меня часто спрашивают, какой он? Что он за человек? И много лет это вопрос ставит меня в тупик. Как ответить на него? Кто он? Для меня это человек, который изменил мою жизнь. Изменил круто и навсегда. Человек, настолько необычный и не укладывающийся ни в какие клише и рамки, что, когда всего через три месяца работы рядом с ним, мне пришлось выбирать судьбу – я оставил всё, и пошёл за ним.Хотя, если быть точным, то не я выбирал, а он выбрал меня, пригласив работать в создаваемую им зимой девяносто первого газету «День». И я до сих пор не знаю, по каким, одному ему известным критериям он это сделал. Что такое разглядел во мне?С тех пор прошло уже двадцать шесть лет, и ни одной секунды я не жалел о сделанном тогда им выборе. Точнее – все эти годы я бесконечно благодарен ему за этот его выбор.Писать о Проханове сложно.Есть даже огромный роман, где скрупулезно день за днём, факт за фактом разобрана до винтика вся его жизнь. Обстоятельный и талантливый роман-исследование, но закрыв его последнюю страницу, я вдруг понял, что так и не увидел в нём того Проханова, которого вижу каждый день. Это был рассказ слепца самым тщательным образом изучившего до миллиметра на ощупь Сикстинскую капеллу…Проханов невыразим словами. Любое его описание, любой рассказ о нём будет неполным потому, что уходя в детали, в суть, он тут же эту суть будет утрачивать. Так, срезая цветущую ветвь для изучения её жизни, мгновенно отбираешь у неё жизнь.И только на языке образов, ускользающих метафор можно попытаться описать его.Проханов - ронин.Ронин - самурай, потерявший господина, «блуждающая волна», странник. И потеряв своего господина, оставшись после его смерти в живых, ронин терял репутацию. Отныне его ничто не связывало с миром. Его путь это путь уносимого ветром листа.Проханов - ронин Красной Империи СССР.И с её смертью его больше ничего не связывает с миром, а точнее - ничего не ОБЯЗЫВАЕТ никому.Но странным образом, приняв судьбу ронина, он стал Последним Солдатом Империи.И в этой своей судьбе приобрёл Непоколебимость Духа последнего солдата.Нет более изысканного зрелища, чем наблюдать за телепоединками – современными вариантами старинных рыцарских ристалищ и гладиаторских боёв с его участием. На них Проханов просто в куски рвёт противников, испепеляет своей энергетикой, изламывает как солому и превращает в бессильных карликов. Кумиры публики и маститые политики, фехтовальщики слова и мастера полемики – перед Прохановым они все съёживаются и усыхают как листва перед пламенем.…Я никогда не встречал людей настолько безразлично относящихся к собственной репутации. Проханова ничуть не волновало, когда сразу после августа 1991 года, когда газета открыто выступила против Ельцина и его банды, телефоны редакции буквально разрывались от проклятий «патриотов России», клеймивших нас за то, что мы посмели выступить против «символа русского возрождения» САМОГО Бориса Николаевича Ельцина. Ему было это безразлично и «газета союза писателей СССР» вышла с подзаголовком «Газета духовной оппозиции». Как не задевали его проклятия после интервью с Березовским, Ходорковским или после беседы с Чубайсом.Помню, как перед публикацией интервью с Чубайсом я не выдержал и спросил его, не боится ли он, что мы как газета потеряем репутацию у наших читателей после такого интервью?- Надо либо работать на репутацию и тогда бегать к батюшкам за благословлениями на каждый чих, либо жечь репутации и делать то, что тебе интересно и что ты считаешь важным и правильным. Нет ничего более бессмысленного, чем репутация… - ответил Проханов.Это не дословная цитата, но почти дословная…Проханов бесконечен.В нём запечатан иссушающий зной Анголы и сводящая с ума духота никарагуанской сельвы, кампучийские рисовые поля и снега афганского Саланга, руины Грозного и радиоактивный жар Чернобыля, подземные ходы Газы и грозные башни Изборска.И драма сегодняшней России в том, что она не способна вместить всего Проханова, как современные «токомаки» не могут удержать термоядерную плазму.Поэтому Власть с таким опасением и страхом приближается к нему. Не имея возможности разделить его энергию, сепарировать его, усмирить и заключить в свои реакторы, она лишь пользуется его взрывной мощью, направляя её на врагов России, испепеляя их.Проханов это ядерное оружие в великой войне Проектов и Смыслов, которая вот уже второе столетие идёт в России. Западнический, либеральный проект беспощадно сражается с Русским имперским проектом, русской вселенной. И в этой войне сила Проханова описывается в цифрах мегатонн…Но у Проханова есть ещё целая вселенная – литература. И в её мирах герои Проханова бредут, сжимая цевьё «калаша» сквозь дрожащие миражи Регистана, переплывают на мокоро через Окаванго, сражаются в болотах Риа Коко с «контрас», пикируют на дворец Дудаева. И в каждом из них кусочек души самого Проханова, поэтому, подобный бодисатве, он живёт одновременно в сотне миров и воплощений.А ещё он живой человек. Мудрец, друг, рыцарь.…Я не знаю другого такого человека, который столь спокойно и мудро принимал удары Судьбы и предательство друзей. Я помню, как осенью девяносто первого демонстративно вышел из редколлегии его друг, которого он очень любил, и который потом в своих статьях злословил и отрекался от дружбы, я помню обещание другого друга Проханова Александра Руцкого «дать срок» тому, кто написал «Слово к народу». Срок Проханову, автору этого взорвавшего общество текста. Меня тогда поразило, как спокойно, стоически он отнёсся к этим известиям, словно яд предательства никак не зацепил его сердце. Потом я привык к этому его стоицизму, и стал учиться ему, открыв удивительный закон Духа – обида делает сильного слабым. Спокойствие сердца – даёт силу.Спустя годы один из предавших, пряча глаза, пришёл просить прощения и возможность публиковаться, а другой превратился в политического карлика и растворился в безвестности.И это тоже не вызвало в Проханове никаких эмоций, словно ещё двадцать лет назад он знал о том, как закончится их история.Я был рядом с Прохановым в Чечне, Сербии и Приднестровье.Я был с ним на судах и на митингах.Проханов встретил меня на пороге больницы в октябре 1993 года, когда я был выписан после ранения. Приехал, несмотря на то, что сам тогда был в розыске и скрывался. Санкцию на его арест отменили только в ноябре...Он бывает неправ, бывает вспыльчив и импульсивен, бывает прельщён и очарован, но он не бывает мелок, лжив и непорядочен.К булату, из которого он выкован грязь не липнет…

16 сентября, 13:08

Друг и враг первого президента

Сегодня исполняется 70 лет Александру Руцкому: первому и последнему вице-президенту России. Руцкой - человек, чья противоречивая политическая биография стала отражением российской политики 1990-х, которые президент Владимир Путин впоследствии назовет "лихими".

28 августа, 10:00

Антон Морозов: "Это позор для Москвы, что Новгородская земля находится в таком запустении"

Беседа кандидата в губернаторы Новгородской области от партии ЛДПР, депутата Государственной думы Антона Морозова с публицистом и блогером Николаем Подосокорским. 23 августа 2017 г.- Насколько я знаю, Вы родились в Москве, окончили МГУ, затем Российскую академию государственной службы при Президенте РФ. Как Ваши жизнь и деятельность оказались связанными с Великим Новгородом и Новгородской областью? - Я начал свою политическую деятельность с личного знакомства с Владимиром Вольфовичем Жириновским. Тогда я был небольшим предпринимателем в Москве – у нас с ребятами была фирма по волоконно-оптической связи, и мы занимались поставками оборудования и материалов для строительства и эксплуатации ВОЛС. В те времена это было востребовано, но я случайно познакомился с Жириновским, а он пригласил меня поработать в своей партии ЛДПР. Мне было интересно попробовать себя в политике, и в 2002 году я начал работать у него в секретариате в Государственной Думе. Потом возникла потребность укреплять регионы, и у В.В. Жириновского появилась идея отправлять аппаратчиков из Москвы в те регионы, где были проблемы с партийным строительством.- То есть он еще до Путина стал отправлять молодых аппаратчиков в регионы!?- Наверное. Таким образом, я стал первым москвичом, которого отправили в регион. В Новгородской области у нас была слабая парторганизация, ей никак не могли подобрать нормального руководителя, поэтому отправили меня. И вот в мае 2006 года я сюда приехал, возглавил региональное отделение ЛДПР, подготовил его к участию в очередных выборах депутатов Новгородской областной Думы. Тогда ЛДПР впервые получила представительство в областной думе – один мандат. Я стал депутатом, уже выведя партийную работу на качественно иной уровень. Я был активным депутатом, постоянно выступал с предложениями, критиковал власть, ну и старался влиять на то, чтобы чиновники эффективно выполняли свои функции в интересах наших избирателей.С тех пор я прикипел к Новгороду, полюбил этот город и теперь считаю Великий Новгород своей малой родиной, потому что пять лет я отработал депутатом областной думы и теперь уже всерьёз намерен реализовать качественный рывок в развитии региона. Соответственно ещё в 2011 году я рассчитывал стать депутатом Государственной Думы – была такая предварительная договоренность, - но не срослось. Мне было предложено поработать на дипломатической должности в постпредстве России при ООН, и я по окончании своих депутатских полномочий, уже в январе 2012 года уехал в Нью-Йорк…- Об этом мы обязательно поговорим, а пока спрошу о другом. В период большой зачистки региона федеральными структурами, в 2007 году, Вы были депутатом Новгородской областной думы. Не могли бы Вы сейчас вспомнить то время? Как так случилось, что ситуация в области при губернаторе Михаиле Прусаке зашла столь далеко? Валерий Трофимов, занимавший в девяностые годы должность первого вице-губернатора области, в беседе со мной в августе 2016 года, заявил, что "криминальная система живёт и здравствует в Новгородской области до сих пор". Согласны ли Вы с этим утверждением или полагаете, что тогда силовикам, действительно, удалось побороть организованную преступность и восстановить порядок?- Знаете, я когда приехал в регион в 2006 году, губернатором ещё был Прусак Михаил Михайлович – мы с ним в принципе нормально общались и взаимодействовали. То есть я почувствовал, что это человек, который не просто считает себя новгородцем, но и последовательно отстаивает всё новгородское. В этом смысле он был очень мотивированный. Но он начинал в девяностые, когда криминальная система ещё была сросшейся с властью. И, видимо, не смог избежать взаимодействия с новгородскими криминальными авторитетами. Я так понимаю, в те годы избежать этого было просто невозможно. Во всех регионах сложилась система, в которой институты государственной власти были по сути разрушены, деморализованы, а госслужащие получали нищенские зарплаты. И, в общем-то, по всей стране криминальный мир в чем-то подменял деятельность государственных органов.Поэтому, видимо, получилось так, что сам он не мог окончательно порвать с этими т.н. «отцами города» - Колей «Бесом» и Тельманом Мхитаряном – и пришлось проводить эту зачистку. Другой вопрос – к чему эта зачистка привела? То есть если тогда, по бандитским понятиям, бизнес в Новгороде облагался какой-то данью, кроме того, сюда не пускали кого-то со стороны (считалось, что новгородцы имеют безусловный приоритет в отношении приезжих), то в результате этой зачистки возникла другая крайность, - по сути всех новгородцев, с их бизнесом, убрали с рынка, заполонили рынок сетевые магазины, много предприятий было скуплено и разорено людьми, приехавшими из других регионов.Иначе говоря, результаты этой зачистки не вполне однозначные. Да, криминал убрали, но при этом получилось так, что был нанесен очень серьезный ущерб именно новгородцам – люди потеряли контроль за собственным городом, территорией. Получилось как в той сказке, где лису пустили в дом, а она потом зайчика выгнала. Так же произошло потом и с губернатором Митиным – ему поверили в том, что он может прекратить этот криминальный беспредел в регионе, и как-то люди за ним пошли. Мы тоже, я помню, будучи депутатами областной думы, голосовали за него – его кандидатура была представлена президентом, а окончательное решение принимала областная дума. Тогда общественное мнение было настроено на то, чтобы навести порядок именно в плане декриминализации. И на Митина возлагались большие надежды. Но в итоге получилось, как я говорил, что город и область забрали чужаки, и эта тенденция, к сожалению, продолжается и даже усиливается по сей день.- Как Вы оцениваете итоги почти десятилетнего губернаторства Сергея Митина? Какое у Вас сложилось впечатление о нем как о человеке и руководителе?- Первое время была надежда, что человек с федеральными связями, большим послужным списком, довольно опытный управленец придаст серьезный импульс развитию города и области. И вначале я с ним взаимодействовал по каким-то проектам, выдвигал идеи по развитию сельского хозяйства, по созданию системы централизованного сбыта сельхозпродукции и доставки всего новгородского на рынки Москвы и Санкт-Петербурга. Но у него, как Вы, наверное, знаете, характер такой довольно вспыльчивый, резкий, авторитарный. Он всегда считал, что любое мнение, которое не его, является неправильным. Поэтому ему невозможно было ничего доказать, с ним невозможно было о чем-то подискутировать. И в итоге, он начал на меня давить, как на своего сотрудника, т.е. сотрудника администрации области. И я ему дал понять, что я не являюсь его подчиненным, а представляю парламентскую партию и волю своих избирателей. Но тщетно, увы.- То есть он воспринимал областных депутатов как своих подчиненных?- Да, он воспринимал депутатов не как народных избранников и носителей народной воли, а как своих подчиненных, «помощников» - он так и говорил, что «депутаты должны ему помогать». Но все-таки в общепринятом понимании и в моем понимании депутаты – это представители народа, и, наоборот, наша задача – доводить до исполнительной власти претензии, чаяния, пожелания избирателей, с которыми мы общаемся и которые нас выбирали, и, собственно говоря, ставить задачи перед исполнительной властью. И в этом смысле у меня с Сергеем Митиным были диаметрально разные представления о взаимодействии депутатов и губернатора. Поэтому через какое-то время он начал на меня кричать и чуть ли не ногами топать, когда я доводил до него объективную информацию, полученную, так сказать, с полей. В итоге мы с ним разошлись. Он меня исключил из своего консультативного совета и перестал со мной общаться, а я ушел в глухую оппозицию и на заседаниях областной думы, на публичных мероприятиях, на встречах часто критиковал его самого и его команду за недостаточную работу с федеральным центром по привлечению инвестиций, участию в федеральных программах по социально-экономическому развитию области, рост государственного долга области и т.д.- А в целом, вот эти девять, почти десять лет, с августа 2007 по февраль 2017 года, когда Митин возглавлял область, - это, на Ваш взгляд, потерянное время для Новгородчины?- Ну, я бы так не сказал, что совсем уж потерянное время…- Что-то позитивное было за это время сделано?- Все-таки какие-то точечные проекты были реализованы. Та же птицефабрика в Крестцах – довольно крупный инвестиционный проект, за счет реализации которого региональные показатели в сфере сельского хозяйства в целом улучшились. Но опять же это было реализовано половинчато: да, были достигнуты большие объемы производства мяса птицы, но при этом корма закупались на стороне, отходы производства (птичий помёт) разбрасывались просто по местным полям, вместо того, чтобы перерабатывать их в удобрения и продавать. То есть было и остается много вопросов к этому проекту, и даже прокуратура часто интересовалась его экологической составляющей. Иными словами, начинания вроде бы были хорошие, но они не были доведены до конца, и, насколько я понимаю, не было политической воли доводить их до конца.Пресловутый третий мост в Деревяницах, который был построен, - сам по себе он нужен, поскольку разгружает и Колмовский мост, и мост Александра Невского, - но при этом до сих пор этот газопровод высокого давления не перенесен, из-за чего движение по мосту вынуждены иногда перекрывать. Я обращался с запросом в «Газпром» о том, когда же, наконец, они перенесут этот газопровод - мне ответили, что это будет сделано в конце 2018 года. Но никаких внятных гарантий до сих пор нет.То есть проекты были большие и амбициозные, но они так и остались незавершенными. Чего стоила авантюра с «Силантом», когда здесь планировали выпускать специализированную сельхозтехнику, - тоже сперва начали, потом бросили, а денег в это много было вбухано… Это похоже на такие эксперименты, когда человек за что-то хватается, но потом не доводит до конца. Конечно, такое экспериментаторство в итоге не идет на пользу новгородцам и области. Я же считаю, что нужно проводить ответственную управленческую политику, и уж если за что-то взялся (будь то какая-то стройка или производство), то нужно доводить это до логического конца.- Сейчас Вы являетесь депутатом Госдумы, а в последние годы деятельность этого органа связана, главным образом, с различными запретами относительно общественной активности, подавлением гражданских свобод и всевозможными ужесточениями законодательства. У Вас как у депутата есть какие-то личные «разрешительные» инициативы, направленные на либерализацию политической и экономической ситуации в России? Или быть депутатом сегодня значит только запрещать и подавлять?- Да, я с коллегами внес законопроект о том, чтобы освободить граждан от обязанностей постоянно обслуживать счетчики электроэнергии, воды, газа. Сейчас у нас эта обязанность лежит на потребителе, а мы полагаем, что это должны делать ресурсоснабжающие организации, потому что на этом рынке кормится куча посреднических, иногда недобросовестных фирм, которые зачастую устанавливают совершенно непонятные и высокие расценки на замену и проверку счетчиков. И ладно еще водные счетчики – для них можно вызвать специалиста на дом, а вот бывает где-то в сельской местности или малых городах (в Малой Вишере мне как раз на это жаловались) для того, чтобы проверить газовый счетчик, нужно сначала вызвать специалиста из газовой службы, чтобы он этот счетчик демонтировал, потом взять этот счетчик и отвезти его в Новгород, в специализированную лабораторию, сдать на проверку, потом через неделю его оттуда забрать, привезти обратно, снова вызвать специалиста из газовой службы, чтобы он этот счетчик установил… То есть это занимает почти месяц, и на это время люди лишаются газа, а во многих домах на газу и готовят, и им отапливают, и горячая вода зависит от наличия газа. Это совершенно абсурдная ситуация, поэтому мы этот закон проталкиваем, но, к сожалению, идет он тяжело.Второй законопроект касается бесплатного подключения ко всем ресурсам. И это, мы считаем, так же необходимо делать за счет ресурсоснабжающих организаций. Например, поселок Любытино был относительно недавно газифицирован, и газ заведен был практически по всем улицам, но, чтобы к нему подключиться, людям приходится выкладывать зачастую совершенно неподъемные деньги. Так, в Любытино цена подключения доходит до 250 тысяч рублей – чисто за то, чтобы оформить проектную документацию и протянуть трубу до точки раздачи. Мне совершенно непонятно, почему за это должны платить люди. Люди должны платить строго по тарифу – за столько-то потребленных кубометров газа. У нас и малые предприниматели жалуются, что хотят организовать какой-то бизнес, но все упирается в то, что за подключение к электросетям нужно заплатить чуть ли не миллион. Вот эти административные барьеры, связанные с законодательством, очень сильно мешают и гражданам, и предпринимательству, поэтому мы стараемся все это облегчить для граждан и предпринимателей.- Это Вы говорите о чисто бытовом плане, сфере ЖКХ, а если перейти в политическую плоскость, то как Вы, например, относитесь к т.н. «муниципальному фильтру?- Я был докладчиком на обсуждении инициативы фракции ЛДПР по отмене муниципального фильтра для партий, представленных в региональном парламенте. То есть понятно, что какой-то фильтр нужен, чтобы как-то ограничить число участников губернаторских выборов. Если вообще фильтр снять, то получится, что все городские сумасшедшие пойдут участвовать в выборах. Раньше был сбор подписей и избирательный залог, а теперь ввели этот фильтр. Логика фильтра в чем? В том, что человек прежде, чем быть зарегистрированным в качестве кандидата, показывает, что у него есть хоть какая-то поддержка со стороны граждан. Политические партии, которые представлены в парламенте, уже доказали, что у них эта поддержка избирателей есть, поэтому будет логично освободить их кандидатов от этого фильтра. Эти разговоры в Москве уже ходят, и я думаю, что, так или иначе, фильтр в его нынешнем виде будет смягчен или отменен.- Уже и Сергей Кириенко обмолвился, что в следующем году муниципальный фильтр может быть подкорректирован. А что Вы думаете об отмене прямых выборов мэра Великого Новгорода?- Наша принципиальная позиция в том, что все главы муниципалитетов и городских округов должны избираться напрямую, потому что это выгодно всем гражданам, кто чувствует ответственность за происходящее и хочет иметь возможность самому избирать своего главу. Это выгодно самим главам, потому что они получают после всенародного избрания на весь срок своих полномочий мандат доверия, в рамках которого они могут планировать свою деятельность. Потому что в ином случае, если мэра назначили, то его могут и в любой момент снять, а избранного главу не так просто снять.Сегодня на областной думе как раз рассматривался законопроект нашей фракции по поводу возвращения прямых выборов мэра города Великого Новгорода – 11 голосов «за» он набрал, 14 было «против», 2 - воздержались. Поэтому чуть-чуть не хватило голосов для того, чтобы вернуть прямые выборы.- В 2012-2016 годах Вы были советником по науке и технике в постоянном Представительстве России при ООН. Что для Вас значил этот статус? Чем Вы занимались в США?- Организация Объединенных Наций построена по парламентскому принципу, там делегации различных стран – это все равно, что фракции в парламенте. То есть дипломаты, как и депутаты, имеют право вносить на рассмотрение соответствующих органов ООН (Совбез, Генассамблея и ЭКОСОС) проекты резолюций и прочих документов, которые в дальнейшем обсуждаются представителями различных стран, дорабатываются и принимаются. Хотя резолюции Генассамблеи ООН, например, по которым я работал, носят необязательный характер, но при этом все-таки большинство стран старается им следовать. Они же определяют основные направления развития, в том числе в сфере науки и техники, чем я собственно и занимался. Плюс в поле моего внимания были развитие информационно-коммуникационных технологий, информационное общество, управление Интернетом, цифровая экономика и все, что с ней связано, передача технологий, ооновская концепция устойчивого развития, которая предполагает сбалансированное развитие экономической, социальной сферы и охраны окружающей среды и т.д..На этой работе я почерпнул много методик, которые применяются в отношении развивающихся стран, именно в плане их технологического подъема. И я полагаю, что хоть Россия и не является развивающейся страной по ооновской классификации, тем не менее, у нас ко многим территориям, в том числе и к Новгородской области, можно применить ооновские методики в сфере развития. Поэтому я планирую тот опыт, который я получил за эти четыре года, и те связи, личные знакомства со специалистами, которые я приобрел, направить на развитие Новгородской области.- А что Вы можете сказать о развитии российской науки сегодня? Наверное, Вы следите за судьбой Российской академии наук, которая сейчас переживает не лучшие времена. Государственное финансирование вузов и научных институтов в последние годы сокращается. Есть ли у Вас понимание того, чтó государство может и должно сделать для поддержки российских ученых и научных коллективов? - Я много общался с представителями академий наук в США, в том числе с Академией наук штата Нью-Йорк. У них построена система, в которой академия наук не является распорядителем бюджетных средств. То есть академия наук вырабатывает некие научные проекты, оценивает их перспективность, оценивает, возможно, их прикладное значение и интерес для различных корпораций, которые занимаются внедрением соответствующих технологий и научных разработок уже у себя на производстве. И после этого они привлекают различного рода инвестиции для финансирования соответствующих научных разработок.Мне кажется, что это верный путь, поскольку тут все-таки идет всесторонняя оценка перспектив того или иного научного труда. Во-первых, оценивается научная ценность того или иного труда заслуженными деятелями и членами академии наук, а во-вторых, оценивается возможность коммерциализации научных исследований со стороны заинтересованных корпораций. Это позволяет избежать ненужных трат и более эффективно использовать средства, а самое главное – привлечь в науку средства помимо бюджетных фондов. Поэтому я сторонник того, чтобы убрать из нашей академии наук администрирование бюджетных средств в научном процессе, и сделать этот процесс более прозрачным, эффективным и всесторонним.- А в целом нынешний объем государственного финансирования науки в России Вы считаете достаточным? - Я думаю, всё нужно сравнивать с результатами. Возможно, финансирование и недостаточное, но, понимаете, если вкладывать в то, что не дает нужного выхлопа, то невозможно и оценить – достаточно выделенных средств или недостаточно. То есть надо смотреть на результаты, а результаты нашей науки явно недостаточные! Но мне кажется, что дело не только в бюджетном финансировании, а дело в том, что не очень верно расставляются приоритеты, и многие не представляют ценности в прикладном смысле.- Вернемся к Новгородской области. Одна из главных проблем нашего субъекта федерации – демографическая. С 1990 года население региона сократилось на 140 тысяч человек, и сейчас составляет не многим более 612 тысяч. Иначе говоря, область вымирает. Как Вы считаете, можно ли переломить этот негативный тренд в обозримой перспективе? - Тут две важные составляющие того, что нужно сделать. Первое – увеличить доходы населения, особенно молодежи. И второе – совершить рывок в повышении качества среды обитания. Я единственный кандидат на должность губернатора, кто обещает поднять доходы населения до уровня Санкт-Петербурга и Москвы за первую пятилетку – это единственный способ остановить отток молодежи из нашего региона. Многие обвиняют меня в популизме – что, дескать, это невозможно сделать. Но я считаю, что если никто из остальных кандидатов не берет на себя таких обязательств, то это означает только одно – они не собираются всерьез заниматься экономикой.- Но Вы можете рассказать, за счет чего это будет сделано?- Я планирую применять ооновскую модель развития для развивающихся стран. Как она реализуется - за счет существующих механизмов передачи технологий. Во-первых, модернизируются старые предприятия, просчитываются бизнес-планы, и в эти бизнес-планы закладываются уже зарплаты работников и специалистов на уровне Санкт-Петербурга. И в эти модернизированные предприятия, под соответствующие бизнес-планы уже привлекаются инвестиции (бюджетные, частные и иностранные). То же самое касается новых предприятий. То есть область покрывается сеткой перспективных бизнес-проектов новых и модернизированных предприятий, которые тоже основаны на современных технологиях и ориентированы на выпуск конкурентоспособной продукции.У нас же сейчас проблема в том, что наше производство, по большей части, неконкурентоспособно, потому что использует старые технологии. Тогда как можно относительно новые технологии брать бесплатно или выкупать самые современные технологии у разработчиков с использованием ооновских методик и механизмов передачи технологий, и на их основе по новым предприятиям уже просчитывать бизнес-планы, которые обеспечат выпуск продукции с высокой добавленной стоимостью и задействуют высококвалифицированных специалистов с высоким уровнем оплаты.Соответственно когда мы покрываем сеткой эти бизнес-проекты, они оказываются связанными друг с другом – они привязаны к территории, к инфраструктуре, все в них просчитывается специальным мозговым центром при администрации области. И под эти бизнес-проекты уже привлекаются и бюджетные средства, и средства частных инвесторов - у нас на самом деле очень много людей, которые ищут, куда вложить деньги. Зачастую деньги утекают за рубеж только потому, что люди не видят, куда их вложить. А если это будет действующая система при администрации области, то тогда уже будут определенные гарантии со стороны губернатора, и будет больший интерес со стороны инвесторов. И, в том числе, государственно-частное партнерство - тоже довольно эффективный механизм.Если постепенно эта сетка будет наполняться инвестициями, то за пять лет это будет создавать пласт высокооплачиваемых работников. Соответственно будут наполняться и местные бюджеты за счет налога на доходы физических лиц – и тогда можно будет поднимать зарплаты и в бюджетной сфере (в здравоохранении, образовании и т.д.). То есть это такой нормальный план, и он вполне реализуем. За счет повышения зарплаты мы сможем остановить отток молодежи, потому что молодежи можно обещать много всего – и социальные лифты, и кадровые резервы, и проч., - но пока вы реально не поднимете зарплату, Вы никак не остановите отток молодежи, никак! Одним патриотизмом сыт не будешь.Ну и второе – качество среды обитания – оно тоже завязано на доходы населения, потому что бюджетные ассигнования на поддержание качества среды определяются тоже налоговой системой.- Если Вас изберут губернатором Новгородской области, то каковы будут Ваши первые шаги на этом посту?- Первые шаги – это формирование управленческой команды на основе новгородских кадров. То есть у меня будет 90% кадров из жителей Новгородской области. Я против т.н. заезжих менеджеров и «варягов». Хотя меня самого некоторые ошибочно называют «варягом», но я отдал лучшие годы Новгороду и считаю Новгород своей малой родиной. Далее мы ликвидируем правительство области и вернемся к более компактной и управляемой схеме администрации области. Повысим функционал комитетов, уберем курирование отдельных направлений заместителями губернатора. Заместителей у главы региона будет всего трое – это будут представители различных политических партий. Мы сформируем коалиционное правительство – это тоже немаловажно. Такая схема реализуется нашим губернатором Островским в Смоленской области. Это люди независимые напрямую от губернатора, но при этом работающие в одной команде и соответственно имеющие собственное мнение и возможность конструктивно критиковать.- А если подходящих профессионалов не окажется в каждой партии? Или они будут исключительно представительские функции выполнять?- Да, я думаю, что заместителям губернатора достаточно преимущественно представительских функций. Мы повысим роль и ответственность руководителей департаментов или комитетов, потому что они должны отвечать непосредственно за свой участок работы. А сейчас получается, что все замкнуто на курирующих замов, которые зачастую просто не успевают серьёзно заниматься той или иной проблематикой.- Понятно. А другие шаги? - Еще очень важный момент – мы искореним цензуру в СМИ, потому что люди устали от лжи.- Вы сами сталкиваетесь с цензурой?- Конечно, я сталкиваюсь с тем, что меня, как оппозиционного депутата, почти не пускают ни на страницы областных газет, ни на областное телевидение, потому что чиновники боятся критики. Соответственно нам нужно искоренить цензуру. У нас есть такая посредническая структура – называется ОГАУ «АИК»…- Этот холдинг почти монополист на рынке новгородских СМИ.- Да, и он контролирует областное телевидение, областную газету «Новгородские ведомости» и все районные газеты, которые выпускаются за бюджетные средства. Я не против последнего, так как понимаю, что сейчас СМИ надо поддерживать из бюджета, но я считаю, что деньги налогоплательщиков должны идти на то, чтобы осуществлялось объективное информирование людей о работе органов власти. И эта открытость или транспарентность – очень важна для восстановления доверия граждан к власти.Поэтому первое, что я сделаю, это ликвидирую эту посредническую структуру, и мы будем финансировать СМИ напрямую из бюджета, без всяких сопутствующих требований по наполнению информационных материалов. Это нужно сделать, чтобы люди, наконец, узнали правду, и чтобы чиновники, в том числе и высшее должностное лицо области, могли увидеть объективную картину - как внизу, на уровне районов, муниципалитетов оценивают деятельность областной власти. То есть нужна обратная связь! На этом ведь Митин и погорел, поскольку те, кто его окружали, постоянно его как бы релаксировали, - мол всё в области хорошо – рост прироста, мы на хороших местах… А люди, когда сравнивали информацию, которую они получают из официальных СМИ, со своей реальной жизнью, понимали, что их обманывают. В итоге сейчас низкий интерес не только к деятельности власти, но и вообще к деятельности всех политиков и к выборам в целом.- А вообще, как Вам видится, при нынешнем врио губернатора Новгородской области Андрее Никитине положение СМИ в Новгородской области, по сравнению с тем, что было при Митине, ухудшилось, улучшилось или осталось на прежнем уровне?- Мне трудно судить – он всего полгода пока у власти…- Но Вы лично заметили какие-то перемены? Вас больше стали приглашать в местные СМИ или меньше? Или все осталось, как и было? - Сейчас меня не приглашают на мероприятия. Вот вчера был день государственного флага – они знают, что я в регионе, депутат, избранный в Госдуму от Новгородской области, - меня даже не позвали на это официальное мероприятие. Меня не зовут ни на какие телепередачи – вот только на дебаты, потому что они по закону положены. Не интересуются моей депутатской деятельностью, хотя мне есть что рассказать. И не только Никитину, а всем избирателям, телезрителям и радиослушателям. То есть СМИ получают финансирование на освещение деятельности государственных органов власти, и я как представитель федерального органа власти эфира и печатной площади почти не получаю.- То есть региональная система СМИ остается той же самой и при смене губернатора?- Мне кажется, ситуация даже усугубляется, потому что все больше и больше таких вот победных реляций, что мы привезли то, нам надо финансировать это, к нам приехал такой-то, и он нам пообещал… и т.д. С другой стороны, это можно понять – сейчас предвыборный период, и они используют этот информационный ресурс для набора собственных очков. Но вообще эта система врио, система передачи власти в регионе за счет досрочной отставки губернатора и назначения врио – сурковская система – она, конечно, довольно несправедлива, потому что создает очень сильную фору для кандидата, который назначен врио и участвует в выборах. Потому что, помимо тех ресурсов, которые доступны нам, он использует информационный ресурс, который доступен уже избранному губернатору, хотя он еще не избран.Было бы справедливо, если бы в Москве решили, что, допустим, Митин не идет на третий срок, и сказали: «Всё, Сергей Герасимович, дорабатывай до конца своих полномочий, до 10 сентября. Мы в регион присылаем другого человека, который выдвигается от партии большинства и идет на выборы наравне с остальными кандидатами». Вот тогда это была бы более справедливая система, и она давала бы возможность людям, действительно, сделать выбор из числа специалистов-управленцев, а не руководствоваться тем, что этого человека прислал Путин, поэтому надо за него голосовать. Вообще я считаю, что назначенцы из Москвы должны нарабатывать собственные очки, и за счет личной харизмы и деятельности укреплять авторитет федеральной власти – власти президента, а не наоборот, за счет его авторитета усаживаться в кресло губернатора.- Последний вопрос в рамках сегодняшней беседы связан с неожиданной кандидатурой, которую Вы предложили в сенаторы от Новгородской области. Я имею в виду первого и пока единственного вице-президента России Александра Руцкого. Наверное, Вам этот вопрос уже неоднократно задавали, но я тоже его задам. Итак, почему именно Руцкой? Зачем здесь Руцкой? Или это просто громкое имя для привлечения дополнительного внимания?- Вы знаете, я очень серьезно готовлюсь к работе губернатором. Я понимаю, что помимо того, что мне нужно сформировать мощную команду управленцев здесь на местах, на уровне области, районов, на уровне мозгового центра, который объединит различных экспертов, мы на первом этапе будем очень зависеть от федерального центра. Я, честно говоря, считаю, что это позор для Москвы, что Великий Новгород - родина российской государственности, откуда собственно и взялась наша нация, находится в таком запустении, и сюда постоянно присылают назначенцев, которые не могут справиться с ситуацией и пытаются устроить какие-то эксперименты.Тем не менее, поначалу мы будем сильно зависеть от Москвы, и потому в столице нам нужен сильный лоббист, который сможет зайти в любой кабинет, открыть любую дверь и обеспечить продвижение интересов Новгородской области, выделение финансовых ресурсов, согласование тех проектов развития, которые мы будем реализовывать и в экономике, и в медицине, и в образовании, и в дорожном строительстве. Я думаю, что Александр Владимирович Руцкой - это знаковая фигура, которая известна всей стране, и он может стать эффективным представителем региона в Москве. Тем более он очень энергичен, у него много идей, большой жизненный опыт.Он был губернатором Курской области, и может посоветовать, как развивать сельское хозяйство, как выстраивать отношения с правоохранительными органами, бизнес-элитами, иностранными инвесторами – он через всё это прошел. Во всяком случае, если сравнить с другими кандидатурами – такими как Митин Сергей Герасимович или Бобрышев Юрий Иванович – понятно, что они хотят эту должность в Совете Федерации получить как некое вознаграждение за служение родине.- Ну, Митин об этом так прямо и заявил, что сенаторство стало бы для него «неплохим подспорьем». - Да, «неплохое подспорье» - это у них считается такое достойное завершение трудового пути. Но я не заинтересован в бездеятельных пенсионерах в Совете Федерации. Мне нужно, чтобы сенатор от региона не просто там сидел и щеки надувал, а эффективно продвигал интересы области. И я уверен, что Руцкой с этой обязанностью справится значительно лучше, чем Митин и, тем более, Бобрышев, которого в Москве никто не знает.- Но я почему об этом спрашиваю - вот Вы говорите о сильных лоббистских возможностях Александра Руцкого, а ведь в 2000 году у него возник серьезный конфликт с федеральной властью, в результате которого его фактически не допустили до очередных выборов главы региона, и потом также не допускали до различных выборов (парламентских, губернаторских). То есть получается, что на 17 лет он оказался фактически выброшен из большой политики? Или это не так?- Да я бы не сказал, что прям выброшен. Он просто слишком амбициозен, слишком неудобен для многих, особенно для молодых чиновников из Администрации президента, которые отвечают за внутреннюю политику. Я думаю, что он для них просто как старший товарищ – это все равно, что папу взять на работу. Вот если бы у вас папа был в подчиненных – вам было бы комфортно с ним работать? Наверное, нет. Точно так же и им не очень комфортно, потому что они для них человек, который уже на броневике стоял, когда они ещё под стол пешком ходили. Но это все нисколько не снижает его авторитет, наоборот, они его побаиваются и при этом уважают. Просто работать с ним напрямую тяжело, а если он будет ходить по кабинетам в качестве представителя нашего региона, то со всем, чего он потребует, они скорее согласятся, чем откажут. Я в этом уверен.Вы также можете подписаться на мои страницы:- в фейсбуке: https://www.facebook.com/podosokorskiy- в твиттере: https://twitter.com/podosokorsky- в контакте: http://vk.com/podosokorskiy- в инстаграм: https://www.instagram.com/podosokorsky/- в телеграм: http://telegram.me/podosokorsky- в одноклассниках: https://ok.ru/podosokorsky

24 июня, 10:20

Колонки: Евгений Крутиков: Молчание волков

Четверть века назад Россия стояла перед угрозой распада, а целый народ перед угрозой уничтожения. Избежать и того, и другого удалось лишь благодаря шантажу в адрес президента РФ. Многое из этой истории прозвучит в печати впервые. Ровно 25 лет назад в Сочи в гостиничном комплексе «Дагомыс» были подписаны так называемые Сочинские (они же – неправильно - Дагомысские) соглашения между тогдашним руководством России, Грузии, Южной Осетии и Северной Осетии, остановившие разрушительную войну и создавшие прецедент ввода смешанных миротворческих вооруженных сил в зоны конфликтов на постсоветском пространстве. Этот же текст лег в основу стратегии «замораживания» войн на неопределенный период, до сих пор вызывающей много споров. Договор предусматривал, во-первых (и в главных), прекращение огня и начало вывода войск из зоны конфликта. Во-вторых, ввод в Южную Осетию четырехсторонних миротворческих сил (Северная Осетия выступала как самостоятельный субъект права, хотя и является частью РФ). При этом создавалась Смешанная контрольная комиссия (СКК), которая должна была следить за режимом прекращения огня и решать бытовые вопросы на линии соприкосновения. Наконец, стороны обязывались начать переговоры по экономическому восстановлению региона. Впоследствии грузинская сторона саботировала этот пункт, сочтя его «выплатой репараций». Со своей стороны Россия обязалась вывести из города Цхинвал и его окрестностей вертолетный и инженерно-саперный полки, дислоцированные там с советского времени и находившиеся под российской юрисдикцией (в отличие от ситуации на Украине, подразделения Закавказского военного округа местным правительствам не присягали). Таким образом, это было техническое соглашение о прекращении боевых действий и относительной нормализации обстановки. Из текста сознательно были изъяты любые намеки на политическое или какое-либо иное обсуждение сути конфликта – статуса бывшей Юго-Осетинской АО, которая к тому времени уже провела референдум о независимости (99% проголосовали «за») и провозгласила Республику Южная Осетия (РЮО). И этот режим продержался (с рядом оговорок) до войны 2008 года, когда российская сторона заявила о его де факто прекращении в связи с грузинской агрессией, но Тбилиси официально денонсировал Сочинские соглашения только в сентябре, когда война уже была проиграна. При этом встречи представителей СКК на границе продолжаются до сих пор. Путь к Сочинским соглашениям – классический шпионский триллер, который еще ждет своего Ле Карре или Юлиана Семенова. До сих пор в этой истории слишком много фигур умолчания – некоторые ключевые события не принято обсуждать вслух. Теперь, спустя четверть века мы попробуем это «молчание волков» обойти. Один патрон – один доллар Югоосетинская делегация на входе в отель "Дагомыс". Премьер Олег Тезиев, министр обороны Валерий Хубулов и 1 замглавы парламента Алан Чочиев. (фото: из личного архива) К весне 1992 года правящая в Грузии верхушка (Эдуард Шеварднадзе, Джаба Иоселиани, Тенгиз Китовани, Тенгиз Сигуа) смогла резко нарастить военный потенциал за счет техники бывшего советского ЗакВО, которая либо передавалась грузинским властям по квотам соглашения о разделе Советской армии (к примеру, это более 200 танков), либо покупалась по коррупционным схемам, в которых были замешаны и некоторые старшие офицеры округа, в основном – не русские по национальности. Русские, напротив, жестко сопротивлялись, что привело к вооруженному столкновению вокруг гарнизона Горийского учебного танкового полка. Пришедшие за «проплаченным» оружием грузинские «неформалы» получили отпор, но погиб ребенок одного из русских офицеров, игравший в песочнице перед штабом. После этого танковый полк день утюжил Гори, не щадя никого, кто в камуфляже и говорит по-грузински. К маю грузинская группировка на подступах к Цхинвалу превратилась в армию, в разы превосходившую и по численности, и по вооружению местных ополченцев, с трудом сведенных в Национальную гвардию и ОМОН под относительно единым командованием. В мае начался фронтальный штурм города, который вполне мог закончиться падением столицы РЮО, если бы не массовый героизм защитников. Достаточно вспомнить, что в районе села Прис – одной из доминирующих над Цхинвалом высот – грузинская бронетехника шла в атаку в так называемом пехотном строю, то есть, сплошной стеной металла. Прис был оставлен с тяжелыми потерями, что могло стать началом конца для города. Но активное сопротивление продолжалось, а грузинская армия оказалась неспособна развить успех. Тбилиси приходилось целиком нанимать экипажи танков из числа военнослужащих ЗакВо (в основном выходцев из Средней Азии), поскольку своих обученных кадров не было. Завести двигатель для какого-нибудь уголовника из «Мхедриони» или тбилисского интеллигента из «неформального» общества «Илии праведного» было сродни магии. Но численного и огневого преимущества никто не отменял. При этом никакого централизованного снабжения из России Южная Осетия не получала. Официальная Москва вообще игнорировала происходящее, Борису Ельцину было как-то не до того, а в окружении первого президента, особенно, в профильных подразделениях по межнациональным отношениям доминировали лица со странными взглядами и «непрофильным» прошлым. Наибольшим авторитетом в этой области в окружении Ельцина пользовался Эмиль Паин, в 1992 году – советник Внешнеполитической ассоциации, то есть, по сути, сотрудник Эдуарда Шеварднадзе. Его главным научным трудом к тому времени была монография «Этно-социальные факторы в развитии сельских населенных пунктов», изданная в 1983 году. В какой момент и за какие заслуги он стал главным аналитиком Кремля по национальной политике, до сих пор не понятно. Но именно за подписью Паина и его ближайшего помощника Аркадия Попова в очень влиятельной на тот момент «Независимой газете» вышла объемная статья с прямолинейным заголовком даже не в брежневской, а в сталинской стилистике: «Морально неоправданно, юридически сомнительно, политически неэффективно». Это – о югоосетинском референдуме. По всем законам жанра такая публикация воспринималась как руководство к действию и «мнение верхов». Впоследствии Паин стал замначальника Аналитического управления АП, постоянным членом Президентского совета, упраздненного в 2000 году, и, в конце концов, советником президента России. С уходом Ельцина его политическая карьера в стране, слава Богу, завершилась, но во многом он и его Центр этнополитических и региональных исследований (ЦЭПРИ) лично ответственны за трагическое развитие событий в Южной Осетии, Пригородной районе Северной Осетии и, в конце концов, в Чечне. Единственным крупным московским политиком, резко высказывавшимся против грузинской агрессии в РЮО в наиболее сложный с военной точки зрения период, был вице-президент Александр Руцкой, даже пообещавший бомбить Тбилиси. Но его никто всерьез не воспринимал, а потому не боялся. Нечто похожее случилось в Чечне, когда Руцкой по собственной инициативе отправился на переговоры с Джохаром Дудаевым («как летчик с летчиком»). Чеченцы просто заблокировали его самолет в аэропорту Ханкала, впервые демонстративно унизив высшего государственного чиновника РФ. Достучаться до правительства было крайне сложно. Лишь однажды премьер-министру и – одновременно – командующему Национальной гвардией Олегу Тезиеву и автору этих строк (тогда – помощнику Тезиева) удалось пройти на закрытое заседание Верховного совета РФ, чтобы представить югоосетинскую точку зрения. Сказались мое старое знакомство с тогдашним министром иностранных дел Андреем Козыревым, который, как и министр обороны Павел Грачев, присутствовали на заседании, и помощь одного из североосетинских депутатов. Но эффект был минимальным, поскольку Козырев считал происходящее «внутренним делом Грузии», а Грачев в личном разговоре после окончания заседания лишь странно шутил и отмахивался фразами типа «Да знаю я, мля, где вы оружие берете». В переводе с грачевского на русский это означало «делайте что хотите, а меня не втягивайте». Общий язык тогда удавалось находить только с некоторыми старшими офицерами российской армии, объединенными крайней неприязнью ко многим процессам, происходившим на постсоветском пространстве еще со времен Горбачева. Но, учитывая четко выраженную позицию министра обороны («делайте, мля, что хотите»), ни о каких централизованных или тем более официальных поставках оружия защитникам Цхинвала не могло идти и речи. Несколько единиц бронетехники удалось приобрести за наличные в Казахстане. Патрон 5,45 стоил один доллар, что стало для меня ежедневной мантрой, с которой начинался и заканчивался рабочий день. Деньги образовывались в результате сложных схем, по итогам которых не обогатился никто. Но многие разорились. Осетинский как красно-коричневый Поиск сценария для остановки кровопролития, который мог бы стать приемлемым для Москвы, начался несколько раньше, чем обстановка вокруг Цхинвала стала критической. Информационная блокада не давала возможности привлечь внимание российской общественности к происходившему. Для детей и юношества стоит уточнить, что «мобильные телефоны» тогда представляли собой черные чемоданчики килограмм пять-семь весом, а при разговоре в мозгу начинал щелкать «бешеный калькулятор» - минута разговора в Москве стоила что-то около 10 долларов. Но связь с находившемся в блокаде городом была не только экономической, но и технической проблемой. В кабинете автора этих строк в Рыбном переулке (сейчас там комплекс зданий Администрации президента) стояло пять правительственных телефонов знаменитых систем АТС-1, АТС-2 и правительственной междугородней связи, которыми заодно пользовались и абхазы (им было суждено пережить нечто подобное уже через год). А в бункере здания парламента в Цхинвале оборудовали специальное помещение, где стоял «Иридий» - единственная система связи с внешним миром. В Москве либералы тогда доминировали практически тотально, а к Южной Осетии они были настроены враждебно. Решающим стал тот факт, что югоосетинские депутаты еще Съезда народных депутатов СССР вместе с Виктором Алкснисом, Юрием Блохиным и Георгием Комаровым стали соучредителями депутатской группы «Союз», выступавшей за сохранение СССР. В результате к национально-освободительному движению Южной Осетии приклеился ярлык «красно-коричневых», как впоследствии и к приднестровцам. Это при том, что власть в Цхинвале чуть ли не 1989 года фактически находилась в руках Народного фронта «Адамон Ныхас» - неформального объединения местной интеллигенции и молодежи некомунистической ориентации во главе с преподавателем истории Аланом Чочиевым – неформальным лидером патриотического движения и по сути одним из основных создателей Южной Осетии. Даже для того, чтобы просто войти в Белый дом, нужно, чтобы кто-то пропуск заказал. Но люди типа Чубайса (на него выход был) просто отмахивались. Мол, вы боретесь против демократической Грузии за восстановление империи, не о чем с вами разговаривать, изыди, Сатана. В такой обстановке единственной территорией, на которой могла быть придумана некая концепция перемирия, стала Северная Осетия. Она же была единственным инструментом влияния на Москву. После публикации текста Паина и Попова усилиями большой группы людей из Москвы и Владикавказа был подготовлен некий документ, в котором впервые были сформулированы те принципы, которые потом легли в основу Сочинских соглашений. Он был опубликован в Москве в той же «Независимой газете» за подписями Евгения Крутикова и Алана Касаева, но, повторюсь, в его написании участвовало гораздо больше людей. Впоследствии принцип прекращения боевых действий при выведении политических причин конфликта за рамки текущих переговоров назовут «замораживанием конфликта». Но единственной на тот момент ясной целью было прекращение огня, потому что ситуация грозила перерасти в физическое уничтожение народа Южной Осетии, и по развалинам Цхинвала бродили бы сытые волки и переселенные туда из Самузаркано мегрелы. Собственно говоря, на этом идейная и политическая подготовка соглашения закончилась. У ельцинской Москвы не было внятных политических стимулов вмешиваться в войну, особенно с учетом благоволения Запада к Эдуарду Шеварднадзе и относительно слабых позиций внутри страны самого Бориса Ельцина. Это при том, что дипломатических отношений между Россией и Грузией тогда не существовало, а Грузия не была членом ООН, то есть, признанным субъектом международного права. Только что-то очень опасное для властей России могло подтолкнуть Кремль к вмешательству даже при наличии огромного количества рычагов давления на Тбилиси. Северная Осетия сильно страдала от последствий войны за перевалом. В республику хлынул поток беженцев-осетин, причем, не столько из самой Южной Осетии, сколько из внутренних районов Грузии. Многие из них говорили только по-грузински, уже давно восприняли некоторые особенности национального характера грузин, и это сильно нервировало консервативное североосетинское общество. Республика несла огромные финансовые потери, а местами общественное мнение было настроено резко против властей. В правящей тогда верхушке лишь немногие открыто поддерживали защитников Цхинвала. Особо выделялся Солтанбек (Сергей) Таболов, бывший секретарь рескома партии, после 1991 года – директор республиканского Института гуманитарных исследований. При его личном участии были организованы поставки медикаментов в блокированный город на вертолетах и создан неформальный канал общения с руководством «Адамон Ныхас». Нельзя не упомянуть и о его жене Ирине – основателе и бессменном директоре местного информационного агентства «Иринформ» (от слова Ирыстон – Осетия), пытавшегося прорвать информационную блокаду вокруг событий на Юге. Именно под давлением Таболова Верховный Совет Северной Осетии принял сенсационное постановление о признании независимости РЮО. Сейчас это выглядит странным, но в начале 90-х политический вес субъектов федерации был несравнимо выше. По сути, прифронтовая Северная Осетия стала принимать внешнеполитические решения. Трагическая гибель Серея Таболова в автомобильной катастрофе впоследствии стала страшным ударом для всех патриотических сил в Осетии, резко ослабив их позиции. Автор этих строк был последним, кто видел его в Москве. Он выезжал из нашего московского офиса правительства РЮО в аэропорт Внуково, я вызвал ему машину и проводил до дверей. Спустя несколько часов на выезде из Беслана в сторону Владикавказа в его автомобиль при странных обстоятельствах врезался грузовик. Кровь на дороге Ситуация в Северной Осетии была накалена до предела. Трагическое разрешение войны в РЮО могло привести к неконтролируемой волне беженцев и началу партизанской войны, что окончательно дестабилизировало бы ситуацию на российском Северном Кавказе – и без того неспокойном. Жуткая бойня, которую теперь вежливо именуют «событиями в Пригородном районе», случится уже к осени, но Москва получала в основном умиротворяющие реляции, искажавшие ситуацию в критично важном для всей страны регионе. 20 мая на объездной дороге из Цхинвала в Россию (грузины тогда контролировали 10 километров единственной стратегической трассы, и расположенные там грузинские села, ощетинившие бетонными баррикадами и ДОТами, приходилось полдня объезжать через три перевала) грузинская диверсионная группа расстреляла из пулеметов колонну безоружных беженцев. Это трагедия перевернула сознание всех участников конфликта и стала одним из наиболее страшных преступлений против мирного населения той войны. Кровь текла рекой в прямом смысле слова. «Зарский расстрел» наглядно продемонстрировал, что надежды на мир нет и что идет война на уничтожение, напоминавшая геноцид уже куда больше, чем массовое уничтожение осетинских горных деревень летом 1991 года (111 населенных пунктов было просто стерто, иногда физически – грузинские МТЛБУ и трактора сносили дома ковшами). Автор этих строк проехал перед засадой на Заре буквально за пару часов до этого, но грузин явно не интересовали четыре человека в «уазике» с оружием. Им нужны были неприкрытые автобусы с женщинами и детьми. В 4-летнего мальчика попало семь крупнокалиберных пуль, в дыры на его теле можно было засунуть кулак. Мирные переговоры на грузинских условиях стали невозможны. Спустя пять дней Цхинвал подвергся крупнейшему за время войны ракетно-минометному обстрелу, погибло семь мирных жителей. А 6 июня грузинская армия вновь атаковала Присские высоты и, с большими потерями выбив оттуда подразделение ОМОНа Южной Осетии, получила возможность в упор расстреливать город с господствующих позиций. Получилось Сараево, из которого выхода нет. Но общественное мнение взорвалось 9 июня – менее чем за две недели до подписания Сочинских соглашений. В период вывода советских войск из ГДР немецкая сторона обязалась создать для выводимых сил новые гарнизоны и жилые городки уже на территории СССР. Один из таких микрорайонов на окраине Владикавказе был построен фирмой «Филипп Хольцман», за что и получил соответствующую кличку. Впоследствии там квартировал 239-й отдельный разведывательный батальон, известный по боям второй кампании в Чечне и в Южной Осетии 2008 года. А в начале июня 1992-го беженцы из РЮО, доведенные до отчаяния «Зарским расстрелом» и подготовкой к штурму Цхинвала, организовали там митинг, требуя вмешаться. Одновременно на восьмом километре трассы Владикавказ-Беслан выходцами из Южной Осетии были захвачены армейские склады с большим количеством оружия и боеприпасов. Под контроль югоосетинского ополчения перешел целый железнодорожный эшелон с двадцатью двумя 152-мм самоходками 2С3 «Акация», которые направлялись на плановый ремонт. Их завели и отправили в сторону Рокского тоннеля. В подвале в Цхинвале. (фото: из личного архива) Ситуация вышла из-под контроля руководства Северной Осетии и грозила перерасти в вооруженный захват власти в ключевом для Москвы субъекте федерации на Северном Кавказе. Операцией по «угону» гаубиц руководил премьер-министр РЮО Олег Тезиев, а участвовали многие представили минобороны республики. Причем, офицеры ВС России из североосетинских гарнизонов открыто сочувствовали цхинвальцам и никакого сопротивления не оказывали. А то и помогали. То же касалось и простых людей, которые грозили захватить военные городки, если армия будет сопротивляться передачи вооружения Южной Осетии. Уже в Дагомысе вице-президент Александр Руцкой рассказывал Алану Чочиеву, занимавшему тогда пост 1-го заместителя главы ВС Южной Осетии: «Ельцин ударил кулаком по столу – это недопустимо, чтобы конфликт перешел в Россию, и в Осетии появились антиармейские настроения». Северная Осетия заслужено считалась форпостом РФ на Северном Кавказе и даже отчасти паразитировала на этом статусе. Происходившие грозило обрушить иерархию власти в России в целом, а в 1992 году она и так была не слишком крепка. В панике североосетинское руководство попыталось арестовать Тезиева, но главе республики Ахсарбеку Галазову доходчиво объяснили, что произойдет, если непопулярное правительство СО попытается применить силу. А командующий внутренними войсками МВД РФ генерал Саввин в телефонном разговоре с автором этих строк заверил: «Ничего страшного, все будет хорошо». Россия в шаге от распада К 11 июня ситуация в Северной Осетии действительно стала стабилизироваться. САУ дошли до Южной Осетии и стали в ряд на возвышенной позиции. Снарядов хватало только на пару залпов, но грузинское командование этого не знало, и сам факт наличия 22-х гаубиц сдерживал многие горячие головы в Тбилиси аж до 2004 года. Но для руководства Северной Осетии и Москвы это бесследно не прошло. Дальнейшие события разворачивались уже в телеграфном темпе и в духе триллера. Президент Северной Осетии (тогда она, кстати, все еще называлась Советской Социалистической Автономной Республикой, и была последним субъектом РФ с такой титулатурой) позвонил Ельцину в Москву и заявил: «Борис Николаевич, обстановка так складывается, что я буду вынужден в нарушение Конституции РСФСР по воле народа, высказанной на Первом Всеосетинском съезде, объявить единую Осетию и совместными силами бороться с Грузией. Вы понимаете, что это может стать началом войны России с Грузией. Я не хочу этого, но дальше удерживать ситуацию руководство республики не может. Я прошу Вашего совета и личного участия в разрешении югоосетинской проблемы». «Передай народу, что я готов лично принять участие в решении проблемы Южной Осетии. Я выезжаю в Штаты и обещаю тебе, что по возвращении оттуда я немедленно займусь этим. Удержи до этого ситуацию», - ответил Ельцин. 22 июня, не получив никакой реальной поддержки, Галазов вновь позвонил Ельцину, уже вернувшемуся из Вашингтона. На этот раз оснований для тревоги у него было значительно больше, а тон на порядок жестче. «Борис Николаевич, то, о чем я Вам говорил до Вашей поездки в Штаты, народ может сделать без меня. Все наши слова, заявления, обращения никто уже всерьез не принимает (курсив мой – Е.К.). Южная Осетия может сегодня-завтра пасть, а народ будет истреблен. Я не могу позволить этого, поэтому вынужден пойти на крайние меры». В подкрепление этих слов Северная Осетия в одностороннем порядке перекрыла движение в сторону Тбилиси по Военно-грузинской дороге и закрыла государственную границу. Ельцину фактически был поставлен ультиматум о выходе Северной Осетии из состава России и принятии ей ряда самостоятельных внешнеполитических и военных решений. Возможно, это уберегло страну от катастрофы. Ельцин звонит в Тбилиси и в ультимативной форме назначает Шеварднадзе встречу 24 июня в Сочи. Для более наглядного подтверждения этого требования Россия, вопреки мнению министра иностранных дел Андрея Козырева, приостанавливает процедуру дипломатического признания Грузии на неофициальном и внеочередном заседании Совета безопасности ООН. Тбилиси впадает в ступор и пару часов думает, что же теперь делать. В самый разгар событий небольшая группа звиадистов (сторонников бывшего президента Грузии Звиада Гамсахурдия) захватывает тбилисский телецентр. Шеварднадзе лично присутствует при его штурме частями национальной гвардии, сохранившими ему верность, после чего выходит к митингующим на проспекте Руставели людям и спрашивает толпу: «Ехать ли мне на встречу с Ельциным?». «Ки, батоно!» («Да, господин!») – скандирует толпа. С этим «мандатом народа» Шеварднадзе вылетает в Сочи, и уже там с интересом обнаруживает, что превратился в гонимое национальное меньшинство. Москва по факту настояла на участии в переговорах не только руководства Южной Осетии (Торез Кулумбеков, Алан Чочиев и Олег Тезиев), которых иначе как «сепаратистами» и «террористами» в Тбилиси не называли, но и руководства Северной Осетии (Ахсарбек Галазов и Сергей Хетагуров). Хуже того, миротворческие силы теперь формируются на четырехсторонней основе, как будто Северная Осетия не часть РФ и самостоятельная сторона конфликта (кстати, поток добровольцев оттуда в Южную Осетию был довольно хилым ручейком, но честь и хвала этим людям). А командующим миротворческими силами становится Сергей Шойгу – тогда руководитель даже не министерства, а Государственного комитета по чрезвычайным ситуациям. А что – чрезвычайная же ситуация. Называется «война на уничтожение». Из Сочи Шеварднадзе улетел в Стамбул на встречу с представителями НАТО, не заезжая в Тбилиси. Больше всего его волновало российское вето на вступление Грузии в ООН, и на пресс-конференции в аэропорту он произнес примерно следующее: «Российская позиция была конструктивной, с Ельциным мы договорились до конца месяца установить дипломатические отношения, а также о снятии всяких блокад в отношении Грузии». Имелось в виду установление дипотношений между Москвой и Тбилиси, снятие вето в ООН и открытие Северной Осетией Военно-грузинской дороги. В Грузии начинался голод, вызванный гражданской войной со звиадистами, и снабжение из России через единственную открытую трассу становилось критичным. Вместо послесловия Память избирательна. Она оставляет мелкие смешные детали, вытесняя критично важный негатив. Можно, например, вспомнить историю о том, как долго не могли подобрать грузному «человеку с нестандартной фигурой» Чочиеву подходящий костюм. Сперва он вообще отказывался от любого костюма, кроме привычного для него спортивного. Или о том, как английская журналистка (кстати, переговоры в Сочи готовились в спешке и прошли очень быстро, так что прессы там было мало) спрашивала, указывая на Олега Тезиева: «Wow, is it Sean Connery like James Bond?». За эти четверть века выросло целое поколение, которые не имеет даже элементарных знаний о том, как это было и что это было. Не то чтобы 2008 год затмил начало 90-х, просто длительное время события тех лет замалчивались. И даже живые их свидетели предпочитают помалкивать или отделываются банальностями. Отсюда и современные комментарии об «ошибочности» Дагомысских соглашений. «Ошибочности» из-за того, что в них большими светящимися буквами не была прописана независимость РЮО. Современные максималисты (а в те годы – младшие школьники) просто не представляют, каким чудовищным трудом и напряжением воли удалось остановить кровопролитие, грозившее перерасти в уничтожение целого народа. И нужно особо подчеркнуть, что ребята, сидевшие на передовом крае в окопах и в простреливаемом со всех окрестных высот городе, сделали для установления мира в десятки раз больше, чем разведка и дипломатия. Без их личного и массового героизма все остальное было бы бессмысленным. В любом случае, применять схемы 2008 года к обстоятельствам 1992 года неразумно. Просто многие не помнят, не хотят помнить или не знают, как обстояли дела в те странные годы, что за люди были вокруг, как выглядело оружие, а как – деньги. Весной этого года в Цхинвале молодые ребята, узнав меня, полезли делать селфи и спрашивали, как это было. Пришлось рассказать, что патрон стоит доллар. То, что об этом можно рассказать осетинам в осетинском Цхинвале, - одна из сторон счастья. Теги:  Грузия, Борис Ельцин, Южная Осетия, непризнанные государства, Абхазия, история России, Северная Осетия, грузино-осетинский конфликт, Эдуард Шеварнадзе

23 июня, 23:51

Осетинский конфликт: 25 лет пути к миру

Оригинал взят у ogneev в Осетинский конфликт: 25 лет пути к мируВ эти дни Южная Осетия отмечает четверть века окончания первой войны. Первой, но не последней.24 июня 1992 года — дата, которую вряд ли многие вспомнят в России. Этот год был первым годом после распада Советского Союза, год "шоковой терапии", когда большинство россиян были озабочены вопросом выживания. Вряд ли много кому было дело до того, что происходило на окраинах "империи". Между тем там было почти то же самое, только еще более отягощенное внезапно вспыхнувшей межнациональной враждой и войной.Жители Южной Осетии, ныне признанного Россией государства, несомненно, лучше помнят этот день. Ибо в тот день в Сочи президент России Ельцин и его грузинский коллега Шеварднадзе подписали Соглашение о принципах урегулирования грузино-осетинского конфликта.Сегодня, спустя 25 лет, мы вновь и вновь вынуждены возвращаться к тем событиям, анализировать их, пытаться понять, почему это произошло. В конце 1980-х в Советском Союзе начинались процессы, доселе неизвестные советскому человеку и просто невозможные в стране, в которой культивировались интернационализм и дружба народов. Перестройка разбудила не только стремление к гласности и демократизации, но и национальное самосознание различных этнических групп считавшегося единым советского народа, обострила, казалось, давно решенные и ушедшие в историю межнациональные вопросы.Конец 80-х ознаменовался помимо прочего стремлением малых народов к повышению своего статуса в рамках все того же Союза. Распад СССР еще больше обострил эти противоречия, сделав неизбежными столкновения, в том числе — вооруженные. Оружия от Союза на местах осталось много, а вот умения вести политическую деятельность так, чтобы минимизировать риск его применения, новоявленным государствам явно не хватало.Поскольку границы союзных республик были проведены во многом искусственно и далеко не всегда совпадали с границами исторического расселения народов, многие республики, имеющие в своем составе автономии, населенные не моноэтничным и моноязычным населением, были обречены на внутренние конфликты.Одной из таких взрывоопасных республик стала Грузия, в составе которой находились две автономные республики и одна автономная область — Юго-Осетинская. Надо сказать, что в Грузии отношение к малым народам, населявшим ее (абхазам и осетинам), всегда было достаточно высокомерным. Даже в советское время осуществлялась политика насильственной грузинизации абхазов и осетин, их языки вытеснялись из общественного пространства, а их самих переписывали под грузинскими фамилиями. Однако, несмотря на это, оба народа сумели сохранить свою идентичность, что весьма раздражало Грузию, желающую во что бы то ни стало ассимилировать их или выдавить из страны. Недаром Грузию за подобную политику еще в конце 80-х академик Андрей Сахаров окрестил "малой империей".И если автономия для абхазов, которых в Абхазской АССР проживало почти сто тысяч человек, еще была вопросом дискуссионным, то об автономии осетин, которых в ЮОАО до войны жило около 65 тысяч, никто и не заикался. Новые власти независимой Грузии одним из первых дел пытались стереть даже упоминание об автономии Южной Осетии. Само словосочетание "Южная Осетия" не употреблялось, вместо этого говорили "Цхинвальский регион" или "Самачабло" — по фамилии грузинских князей, некогда владевших этой территорией. Осетины признавались чужими в Грузии, им фактически предлагалось "огрузиниться" либо покинуть страну.История сохранила бравурные заявления первого президента независимой Грузии Звиада Гамсахурдии. Вот что он говорил, выступая на митингах националистов. Только представьте себе, это говорил не какой-то маргинал, а президент страны:"Я приведу двухсоттысячную армию. Ни одного осетина не будет на земле Самачабло. Я требую, чтобы спустили советские флаги!""Скоро я буду в Цхинвали с 10 тысячами моих соколов, и посмотрим, какую встречу им устроит общественность Цхинвали. Мы им свернём шею, тем более что таких слабых противников, как осетины, нетрудно будет обуздать. Пол-Грузии будет с нами, и там будет видно, кто кого победит, чья кровь больше прольётся".Но как это все начиналось?Одним из камней преткновения, из которых потом выросло противостояние в Грузии, как и в Молдове (и, спустя почти 25 лет, на Украине), стал "языковой вопрос".В августе 1989 года Верховный Совет Грузинской ССР объявил грузинский язык официальным языком республики. В ответ Совет народных депутатов Юго-Осетинской автономной области объявил официальным языком региона осетинский. Созданное еще в ноябре 1988 года осетинское общественное движение "Адæмон Ныхас" ("Слово народа") обратилось к Совету министров, Верховному Совету СССР и ЦК КПСС с протестом против этого решения и с требованием рассмотреть вопрос об объединении Северной и Южной Осетии.10 ноября 1989 года Совет народных депутатов Юго-Осетинской автономной области постановил преобразовать ЮОАО в автономную республику в составе Грузинской ССР. В ответ 16 ноября Президиум Верховного Совета Грузинской ССР признал это решение незаконным.23 ноября грузинские националисты попытались провести в Цхинвали митинг, для участия в котором из разных районов Грузии на автобусах прибыло около пятидесяти тысяч человек во главе с тогдашним председателем Верховного Совета Грузии Звиадом Гамсахурдией и первым секретарем ЦК Компартии Грузии Гиви Гумбаридзе. Эта акция вошла в историю как "Поход на Цхинвали".Гамсахурдия с самого начала своей политической карьеры поставил все на националистическую карту, в основе которой было стремление не только отделиться от Союза, но и подавить самоопределение других народов, живущих на территории ГССР, в первую очередь — абхазов и осетин. Он уже тогда открыто выступал с лозунгом "Грузия для грузин, осетины — вон из Грузии".Еще в апреле 1989 года Гамсахурдия стал одним из организаторов знаменитого многодневного антисоветского митинга в Тбилиси, в ходе разгона которого советскими войсками погибли 19 человек. На том митинге уже явно звучали антиабхазские и антиосетинские речи.28 октября 1990 года состоялись выборы в Верховный Совет ГССР, националистический блок Звиада Гамсахурдии "Круглый стол" одержал победу, получив 56% мест. Голосование в Южной Осетии было бойкотировано.14 ноября сам Гамсахурдия избран председателем ВС ГССР. Тогда же был провозглашен курс на строительство независимого от СССР и унитарного государства без автономий.23 ноября колонна националистов была остановлена у въезда в Цхинвали, начались вооруженные столкновения, продлившиеся несколько суток, в ходе которых погибли как минимум шесть человек, 27 получили огнестрельные ранения и 140 было госпитализировано. В итоге все завершилось блокадой Цхинвали, уйдя из которого, боевики засели в грузинских селах, через которые проходили все дороги в город, терроризируя проезжающих по ним осетин. Среди боевиков уже тогда отметились члены организации "Белый легион", осуществлявшей впоследствии диверсионно-террористическую деятельность в Абхазии. По данным осетинской стороны, за три месяца "блокады" было убито несколько десятков осетин, сотни были избиты.А вот как Гамсахурдия оправдывал свой не совсем удачный поход:"Да, этот поход организован мной. Мы хотели убедить осетин смириться. Осетины испугались, и это вполне логично, так как они — преступники… Осетины — необразованные, дикие люди. Умелые люди могут легко управлять ими".Впрочем, это было только начало…Весной 1990 года Верховный Совет Грузинской ССР денонсировал Союзный договор и все юридические акты, принятые после установления в Грузии советской власти. Одновременно с этим Совет народных депутатов Южной Осетии принял постановления о действии Конституции СССР и законов СССР на территории ЮОАО.20 сентября Совет народных депутатов ЮОАО провозглашает создание Юго-Осетинской Советской Демократической Республики (с 28 ноября — Юго-Осетинская Советская Республика), принимает Декларацию о национальном суверенитете и обращается к советскому правительству с требованием о признании самостоятельности республики. В ноябре чрезвычайная сессия Совета народных депутатов Южной Осетии заявила о том, что Южная Осетия должна стать самостоятельным субъектом подписания Союзного договора.9 декабря состоялись выборы в Верховный Совет Юго-Осетинской Советской Республики, предсказуемо бойкотированные грузинским населением региона. На следующий день Верховный Совет Грузии принял решение об аннулировании результатов этих выборов и об упразднении осетинской автономии, территория которой была распределена между соседними районами.11 декабря в Цхинвали произошло столкновение, в котором погибли три человека, в результате грузинские власти ввели в Цхинвали и Джавском районе чрезвычайное положение.В ночь с 5 на 6 января 1991 года Гамсахурдия предпринял новую атаку на Южную Осетию: в Цхинвали были направлены грузинская милиция и созданная Тбилиси национальная гвардия, попытавшиеся установить контроль над городом, при этом дислоцированный в регионе полк внутренних войск СССР заранее снял посты на въезде в Цхинвали, беспрепятственно пропустив грузинских боевиков.7 января президент СССР Михаил Горбачёв издал указ, осудивший и декларацию о суверенитете Южной Осетии, и действия Верховного Совета Грузии и потребовавший вывести из региона все вооружённые формирования, кроме частей МВД СССР. Политика тогдашнего союзного руководства была уже явно оторвана от реальности, но пыталась влиять на ситуацию на местах.Требование Горбачева, предсказуемо, не было выполнено. Верховный Совет Грузии постановил, что указ является грубым вмешательством во внутренние дела республики.Отчаявшись сломить сопротивление Цхинвали силовым путем, власти Грузии попытались взять республику измором. Еще с середины декабря в Цхинвали из-за блокады практически перестало поступать продовольствие. 1 февраля было отключено энергоснабжение, была перекрыта жизненно важная для республики Транскавказская автомагистраль, что привело к многочисленным жертвам от холода и голода.17 марта 1991 года на контролируемой властями Южной Осетии территории республики состоялся проигнорированный Тбилиси всесоюзный референдум о сохранении СССР, на котором более 70 процентов принявших участие в голосовании высказались за сохранение Союза. Это стало юридическим казусом, позволившим после провозглашения независимости Грузии 9 апреля заявить об окончательном размежевании с Грузией.Весь 1991-й и первую половину 1992 года продолжались эпизодические вооружённые столкновения, сопровождаемые потоком беженцев на север. Этот период отмечен многочисленными случаями насилия над мирными жителями республики со стороны участников грузинских формирований. Среди самых известных инцидентов — убийство в Ередви 18 марта 1991-го, когда грузинские вооружённые формирования после пыток заживо похоронили 12 осетин. Или Зарская трагедия 20 мая 1992 года, когда на дороге через село Зар грузинскими боевиками была остановлена колонна беженцев, в которой находились преимущественно старики, женщины и дети, и расстреляна в упор из автоматов. В результате нападения погибло 36 человек.Все это время не прекращались обстрелы Цхинвали, в городе действовали диверсионные группы, ситуация была близка к гуманитарной катастрофе.В этих условиях, сразу вскоре после Беловежских соглашений, официально оформивших распад Союза, Верховный Совет РЮО принимает Декларацию о независимости республики.19 января 1992 года состоялся референдум по вопросу о государственной независимости и воссоединении с Россией, на котором большинство участвовавших в референдуме поддержало это предложение. Однако без защиты союзного центра Южная Осетия осталась один на один с грузинским национализмом, уже почувствовавшим вкус крови.Масла в огонь подлила вспыхнувшая сразу после обретения независимости гражданская война в Грузии. Хаос в Тбилиси и свержение Звиада Гамсахурдии не принесли покоя республике. Новое грузинское руководство во главе с бывшим министром иностранных дел СССР Эдуардом Шеварднадзе и руководителями вооруженных формирований Тенгизом Китовани и Джабой Иоселиани начало весной 1992-го новый военный поход против мятежной республики.25 апреля территорию Южной Осетии по приказу командования покинул полк оперативного назначения внутренних войск МВД России, сформированный на базе Цхинвальского отдельного батальона ВВ МВД СССР, началась полноценная война, в которую сразу же включились добровольцы Конфедерации горских народов Кавказа.К середине июня грузинские отряды вплотную подошли к Цхинвали, что создало реальную угрозу захвата города. Возможно, именно этим все и закончилось бы, если бы не вмешалась Москва. Вице-президент России Александр Руцкой отдал приказ о нанесении авиационных ударов по грузинской группировке, обстреливавшей Цхинвали, и позвонил Эдуарду Шеварднадзе, пригрозив бомбардировкой Тбилиси. В результате грузинская сторона была вынуждена прекратить боевые действия.Интересно, что по похожему сценарию развивались чуть позже события в Приднестровье, где только вмешательство 14-й армии во главе с генералом Лебедем, в том числе артудары по молдавским военным объектам, помогло усадить Кишинев за стол переговоров.24 июня Борис Ельцин и Эдуард Шеварднадзе при участии представителей Северной и Южной Осетии подписали Сочинское соглашение о прекращении огня. 14 июля в зону конфликта были введены миротворческие силы в составе трёх батальонов — российского, грузинского и североосетинского. Была создана Смешанная контрольная комиссия (СКК), в Цхинвали была размещена миссия наблюдателей от ОБСЕ.Тут я хотел бы провести некую аналогию с Минскими соглашениями по Донбассу, которые за два года так и не принесли долгожданного перемирия, несмотря на регулярные встречи и заседания представителей сторон в белорусской столице.Но это уже — забегая далеко вперед. А у Осетии впереди были многочисленные обострения, отсутствие желания грузинской стороны искать компромисс для окончательного урегулирования, что в итоге привело к событиям августа 2008-го.Если же не забегать далеко, стоит напомнить, что спустя чуть больше полутора месяцев после подписания Сочинских соглашений, когда казалось, что войне в Закавказье положен окончательный конец, грузинские войска во главе с подписавшим соглашение о перемирии Шеварднадзе вторглись в Абхазию, из которой сам Шеварднадзе спустя год с трудом унес ноги. Но это, как говорится, уже другая история…Чему нас учат итоги той, первой осетинской войны?Во-первых, хочется подчеркнуть одно слово в данном словосочетании, а именно ПЕРВОЙ. Та война 1991—1992 гг. была только первой. Потом был ряд обострений, особенно серьезно возобновившихся в 2004 году, после прихода к власти в Грузии Михаила Саакашвили. Закончилось все, предсказуемо, новой войной 2008-го. А значит, уроки первой войны не были усвоены, раз понадобилась вторая.Но закончилось ли все окончательно?Казалось бы, да. Южная Осетия — признанное Россией государство, любой потенциальный агрессор понимает, что новые попытки "вернуть" республику закончатся повторением августа 2008-го, только не факт, что в этот раз российские войска остановятся там, где они остановились в прошлый раз, и не пойдут добивать агрессора в его собственном логове.Тактика, принятая в 2008 году, до сих пор вызывает спор, до сих пор в российском обществе нет единого мнения по поводу того, не стоило ли тогда дойти до самого Тбилиси. Те, кто считает, что все было правильно, указывают: мол, бесноватый грузинский "фюрер" в итоге получил "черную метку" от собственного народа и был вынужден бежать из Грузии, начав гастролировать со своими антироссийскими номерами в других странах постсоветского пространства, это стало востребовано.Те, кто считают, что нужно было силой свергать режим, указывают на то, что нынешние власти Грузии, несмотря на то, что ведут себя более лояльно к Москве, не оставили своих притязаний на Южную Осетию и Абхазию. А это значит, что рано или поздно им на смену придет очередной Саакашвили.Такова особенность грузинской политики. Грузия живет в парадигме: Звиад — Эдуард. Суть ее в том, что президент-ультра-националист затевает кровавую войну, получает по рогам и уходит (не важно, в ходе гражданской войны или демократических выборов), а на смену ему приходит условный "президент мира", который и с мятежными бывшими автономиями вроде как готов разговаривать, и с Москвой дружить. Правда, политика его отличается попыткой сидеть на двух стульях, что в итоге приводит к его вынужденному уходу или свержению. А на смену ему приходит… президент-ультра-националист. И опять по второму кругу.Нынешние грузинские власти, безусловно, ближе к России, в отличие от неадекватного Саакашвили, как Шеварднадзе был более договороспособным, чем Гамсахурдия. Однако на практике мы видим, что восстановление отношений все эти годы шло маленькими шажочками и в итоге уперлось в непреодолимую стену абхазского и юго-осетинского вопросов. Да, у нас кое-как возобновилась торговля, возобновилось пассажирское сообщение, контакты между людьми и общественностью. Но на уровне политики… даже дипотношений до сих пор нет. А виной тому все та же непреодолимая стена: Россия признает Абхазию и Южную Осетию независимыми государствами, Грузия заявляет, что о полноценном восстановлении отношений не может быть и речи до тех пор, пока Россия это признание не отзовет.И ведь ежу понятно, что Россия этого не сделает, а политики в Тбилиси, полагаю, все же поумнее ежей. И что делать? Замкнутый круг. Лично я в обозримой перспективе выхода из этой ситуации не вижу. Просто потому, что для России отозвать признание — это серьезнейшее геополитическое поражение и падение авторитета в мире, это почти так же невозможно, как "вернуть" Украине Крым. А для Грузии возврат Абхазии и Южной Осетии — это нечто сродни национальной идее, ведь только с ними в границах ГССР Грузия может считаться полноценным государством, без них их не то чтобы в НАТО не возьмут, без них, в случае признания их потери, вопрос о выходе или автономии могут поставить другие области, многие из которых окончательно воссоединились с Тбилиси уже в составе Российской империи. И это будет началом конца так и не состоявшейся новейшей грузинской государственности.Увы, решения этого вопроса в нынешней парадигме просто не существует, а это значит, что даже несмотря на защиту Россией, над Абхазией и Южной Осетией будет висеть дамоклов меч притязаний со стороны соседей. И даже условная "пророссийскость" властей в Тбилиси не гарантирует стопроцентной безопасности.Примерно аналогичная обстановка с Приднестровьем. Там на днях отмечали 25-летие Бендерской трагедии — кульминации войны, развязка которой также наступила в июне того страшного для многих жителей бывшего СССР 1992 года — первого года победившего хаоса.Нынешний президент Молдовы, впрочем, считается, пожалуй, самым "пророссийским" на всем постсоветском пространстве, возможно, за всю новейшую историю (не считая Батьки Лукашенко, который почти всю эту новейшую историю правит Белоруссией). Однако его полномочия урезаны настолько, что он не в состоянии принимать каких-либо судьбоносных решений. Более того, на него, судя по всему, оказывается совершенно беспрецедентное давление со стороны антироссийски настроенных элит Молдовы, контролирующих парламент и правительство. И вот уже Игорь Додон вынужденно (вынужденно ли?) заявляет о солидарности с правительством и парламентом по вопросу приднестровского урегулирования и поддерживает новый виток блокады региона, устроенный Кишиневом и Киевом путем установки на украинско-приднестровской границе молдавских таможенных пунктов.И все та же риторика спустя 25 лет. Те же разговоры о безальтернативности восстановления территориальной целостности. И все тот же дамоклов меч в руках у сторонников решения вопроса любыми методами, в том числе силовыми, гарантией от применения которого выступают исключительно российские военные.А главное — никаких уроков, извлеченных из событий двадцатипятилетней давности. Вообще ноль. А ведь эти уроки сегодня крайне важны. Помнить их необходимо в первую очередь тем, кто сегодня считает, что сможет решить проблему Донбасса по рецепту Гамсахурдии-Шеварнадзе.Я не зря тут несколько раз приводил аналогии с Донбассом. Тот же корень проблемы (языковой геноцид, навязывание чуждой идеологии и ценностей, кризис общественного сознания и фактический распад страны в результате политического катаклизма), та же попытка силой украинизировать (грузинизировать) тех, кто этого не хочет, помощь и поддержка России, без которых все закончилось бы кровавой бойней и натуральным геноцидом.И снова попытки договариваться, несмотря на явное нежелание Киева (Тбилиси) даже рассматривать оппонентов в качестве стороны конфликта (в Грузии тоже немало пропагандистов, на полном серьезе считающих, что в Южной Осетии и Абхазии в 1992—1993-м они воевали с российской армией, и термин "российская агрессия" появился задолго до 2014 года). И снова "Минск", который до боли напоминает пресловутые заседания СКК, всегда заканчивавшиеся ничем из-за невозможности выработать решения, устраивающие обе стороны. И снова этот "совместный" формат является несерьезной, но единственной альтернативой полномасштабной войне. И снова война, которая, несмотря на "замороженность", продолжается постоянными обстрелами и стычками на линии разграничения, гибелью военнослужащих и мирных жителей, разрушением домов и инфраструктуры.Сколько раз в период с 1992 года в Южной Осетии нарушалось перемирие? Сколько раз стреляли? Сколько было убито людей? Не напоминает то, что происходит сегодня на линии разграничения в Донбассе?Вопрос лишь в том, когда на Украине появится местный Саакашвили, который решит разом попытаться разрубить этот гордиев узел? И весь ужас ситуации в том, что таких в Киеве уже предостаточно во власти: Аваков, Турчинов, Парубий — вся т.н. партия войны и не только. Сегодня на Украине любой политик за войну, ибо тот, кто против войны — предатель. Сегодня они в очередной раз предлагают переформатировать "АТО", превратив ее в "войсковую операцию". Не думаю, что это несет что-то хорошее жителям Донбасса…А ведь всего этого могло бы не быть, если бы все постсоветские республики, большинство из которых получили с обретением независимости одни и те же проблемы, учились на чужих ошибках. Хотя бы и на той же Южной Осетии, которая даже после подписания мирных соглашений 16 лет жила на пороховой бочке, и бочка эта в итоге взорвалась, как и положено по закону жанра. И заплатила за это слишком высокую для малого народа цену.РЕН-ТВ

23 июня, 23:51

Осетинский конфликт: 25 лет пути к миру

Оригинал взят у ogneev в Осетинский конфликт: 25 лет пути к мируВ эти дни Южная Осетия отмечает четверть века окончания первой войны. Первой, но не последней.24 июня 1992 года — дата, которую вряд ли многие вспомнят в России. Этот год был первым годом после распада Советского Союза, год "шоковой терапии", когда большинство россиян были озабочены вопросом выживания. Вряд ли много кому было дело до того, что происходило на окраинах "империи". Между тем там было почти то же самое, только еще более отягощенное внезапно вспыхнувшей межнациональной враждой и войной.Жители Южной Осетии, ныне признанного Россией государства, несомненно, лучше помнят этот день. Ибо в тот день в Сочи президент России Ельцин и его грузинский коллега Шеварднадзе подписали Соглашение о принципах урегулирования грузино-осетинского конфликта.Сегодня, спустя 25 лет, мы вновь и вновь вынуждены возвращаться к тем событиям, анализировать их, пытаться понять, почему это произошло. В конце 1980-х в Советском Союзе начинались процессы, доселе неизвестные советскому человеку и просто невозможные в стране, в которой культивировались интернационализм и дружба народов. Перестройка разбудила не только стремление к гласности и демократизации, но и национальное самосознание различных этнических групп считавшегося единым советского народа, обострила, казалось, давно решенные и ушедшие в историю межнациональные вопросы.Конец 80-х ознаменовался помимо прочего стремлением малых народов к повышению своего статуса в рамках все того же Союза. Распад СССР еще больше обострил эти противоречия, сделав неизбежными столкновения, в том числе — вооруженные. Оружия от Союза на местах осталось много, а вот умения вести политическую деятельность так, чтобы минимизировать риск его применения, новоявленным государствам явно не хватало.Поскольку границы союзных республик были проведены во многом искусственно и далеко не всегда совпадали с границами исторического расселения народов, многие республики, имеющие в своем составе автономии, населенные не моноэтничным и моноязычным населением, были обречены на внутренние конфликты.Одной из таких взрывоопасных республик стала Грузия, в составе которой находились две автономные республики и одна автономная область — Юго-Осетинская. Надо сказать, что в Грузии отношение к малым народам, населявшим ее (абхазам и осетинам), всегда было достаточно высокомерным. Даже в советское время осуществлялась политика насильственной грузинизации абхазов и осетин, их языки вытеснялись из общественного пространства, а их самих переписывали под грузинскими фамилиями. Однако, несмотря на это, оба народа сумели сохранить свою идентичность, что весьма раздражало Грузию, желающую во что бы то ни стало ассимилировать их или выдавить из страны. Недаром Грузию за подобную политику еще в конце 80-х академик Андрей Сахаров окрестил "малой империей".И если автономия для абхазов, которых в Абхазской АССР проживало почти сто тысяч человек, еще была вопросом дискуссионным, то об автономии осетин, которых в ЮОАО до войны жило около 65 тысяч, никто и не заикался. Новые власти независимой Грузии одним из первых дел пытались стереть даже упоминание об автономии Южной Осетии. Само словосочетание "Южная Осетия" не употреблялось, вместо этого говорили "Цхинвальский регион" или "Самачабло" — по фамилии грузинских князей, некогда владевших этой территорией. Осетины признавались чужими в Грузии, им фактически предлагалось "огрузиниться" либо покинуть страну.История сохранила бравурные заявления первого президента независимой Грузии Звиада Гамсахурдии. Вот что он говорил, выступая на митингах националистов. Только представьте себе, это говорил не какой-то маргинал, а президент страны:"Я приведу двухсоттысячную армию. Ни одного осетина не будет на земле Самачабло. Я требую, чтобы спустили советские флаги!""Скоро я буду в Цхинвали с 10 тысячами моих соколов, и посмотрим, какую встречу им устроит общественность Цхинвали. Мы им свернём шею, тем более что таких слабых противников, как осетины, нетрудно будет обуздать. Пол-Грузии будет с нами, и там будет видно, кто кого победит, чья кровь больше прольётся".Но как это все начиналось?Одним из камней преткновения, из которых потом выросло противостояние в Грузии, как и в Молдове (и, спустя почти 25 лет, на Украине), стал "языковой вопрос".В августе 1989 года Верховный Совет Грузинской ССР объявил грузинский язык официальным языком республики. В ответ Совет народных депутатов Юго-Осетинской автономной области объявил официальным языком региона осетинский. Созданное еще в ноябре 1988 года осетинское общественное движение "Адæмон Ныхас" ("Слово народа") обратилось к Совету министров, Верховному Совету СССР и ЦК КПСС с протестом против этого решения и с требованием рассмотреть вопрос об объединении Северной и Южной Осетии.10 ноября 1989 года Совет народных депутатов Юго-Осетинской автономной области постановил преобразовать ЮОАО в автономную республику в составе Грузинской ССР. В ответ 16 ноября Президиум Верховного Совета Грузинской ССР признал это решение незаконным.23 ноября грузинские националисты попытались провести в Цхинвали митинг, для участия в котором из разных районов Грузии на автобусах прибыло около пятидесяти тысяч человек во главе с тогдашним председателем Верховного Совета Грузии Звиадом Гамсахурдией и первым секретарем ЦК Компартии Грузии Гиви Гумбаридзе. Эта акция вошла в историю как "Поход на Цхинвали".Гамсахурдия с самого начала своей политической карьеры поставил все на националистическую карту, в основе которой было стремление не только отделиться от Союза, но и подавить самоопределение других народов, живущих на территории ГССР, в первую очередь — абхазов и осетин. Он уже тогда открыто выступал с лозунгом "Грузия для грузин, осетины — вон из Грузии".Еще в апреле 1989 года Гамсахурдия стал одним из организаторов знаменитого многодневного антисоветского митинга в Тбилиси, в ходе разгона которого советскими войсками погибли 19 человек. На том митинге уже явно звучали антиабхазские и антиосетинские речи.28 октября 1990 года состоялись выборы в Верховный Совет ГССР, националистический блок Звиада Гамсахурдии "Круглый стол" одержал победу, получив 56% мест. Голосование в Южной Осетии было бойкотировано.14 ноября сам Гамсахурдия избран председателем ВС ГССР. Тогда же был провозглашен курс на строительство независимого от СССР и унитарного государства без автономий.23 ноября колонна националистов была остановлена у въезда в Цхинвали, начались вооруженные столкновения, продлившиеся несколько суток, в ходе которых погибли как минимум шесть человек, 27 получили огнестрельные ранения и 140 было госпитализировано. В итоге все завершилось блокадой Цхинвали, уйдя из которого, боевики засели в грузинских селах, через которые проходили все дороги в город, терроризируя проезжающих по ним осетин. Среди боевиков уже тогда отметились члены организации "Белый легион", осуществлявшей впоследствии диверсионно-террористическую деятельность в Абхазии. По данным осетинской стороны, за три месяца "блокады" было убито несколько десятков осетин, сотни были избиты.А вот как Гамсахурдия оправдывал свой не совсем удачный поход:"Да, этот поход организован мной. Мы хотели убедить осетин смириться. Осетины испугались, и это вполне логично, так как они — преступники… Осетины — необразованные, дикие люди. Умелые люди могут легко управлять ими".Впрочем, это было только начало…Весной 1990 года Верховный Совет Грузинской ССР денонсировал Союзный договор и все юридические акты, принятые после установления в Грузии советской власти. Одновременно с этим Совет народных депутатов Южной Осетии принял постановления о действии Конституции СССР и законов СССР на территории ЮОАО.20 сентября Совет народных депутатов ЮОАО провозглашает создание Юго-Осетинской Советской Демократической Республики (с 28 ноября — Юго-Осетинская Советская Республика), принимает Декларацию о национальном суверенитете и обращается к советскому правительству с требованием о признании самостоятельности республики. В ноябре чрезвычайная сессия Совета народных депутатов Южной Осетии заявила о том, что Южная Осетия должна стать самостоятельным субъектом подписания Союзного договора.9 декабря состоялись выборы в Верховный Совет Юго-Осетинской Советской Республики, предсказуемо бойкотированные грузинским населением региона. На следующий день Верховный Совет Грузии принял решение об аннулировании результатов этих выборов и об упразднении осетинской автономии, территория которой была распределена между соседними районами.11 декабря в Цхинвали произошло столкновение, в котором погибли три человека, в результате грузинские власти ввели в Цхинвали и Джавском районе чрезвычайное положение.В ночь с 5 на 6 января 1991 года Гамсахурдия предпринял новую атаку на Южную Осетию: в Цхинвали были направлены грузинская милиция и созданная Тбилиси национальная гвардия, попытавшиеся установить контроль над городом, при этом дислоцированный в регионе полк внутренних войск СССР заранее снял посты на въезде в Цхинвали, беспрепятственно пропустив грузинских боевиков.7 января президент СССР Михаил Горбачёв издал указ, осудивший и декларацию о суверенитете Южной Осетии, и действия Верховного Совета Грузии и потребовавший вывести из региона все вооружённые формирования, кроме частей МВД СССР. Политика тогдашнего союзного руководства была уже явно оторвана от реальности, но пыталась влиять на ситуацию на местах.Требование Горбачева, предсказуемо, не было выполнено. Верховный Совет Грузии постановил, что указ является грубым вмешательством во внутренние дела республики.Отчаявшись сломить сопротивление Цхинвали силовым путем, власти Грузии попытались взять республику измором. Еще с середины декабря в Цхинвали из-за блокады практически перестало поступать продовольствие. 1 февраля было отключено энергоснабжение, была перекрыта жизненно важная для республики Транскавказская автомагистраль, что привело к многочисленным жертвам от холода и голода.17 марта 1991 года на контролируемой властями Южной Осетии территории республики состоялся проигнорированный Тбилиси всесоюзный референдум о сохранении СССР, на котором более 70 процентов принявших участие в голосовании высказались за сохранение Союза. Это стало юридическим казусом, позволившим после провозглашения независимости Грузии 9 апреля заявить об окончательном размежевании с Грузией.Весь 1991-й и первую половину 1992 года продолжались эпизодические вооружённые столкновения, сопровождаемые потоком беженцев на север. Этот период отмечен многочисленными случаями насилия над мирными жителями республики со стороны участников грузинских формирований. Среди самых известных инцидентов — убийство в Ередви 18 марта 1991-го, когда грузинские вооружённые формирования после пыток заживо похоронили 12 осетин. Или Зарская трагедия 20 мая 1992 года, когда на дороге через село Зар грузинскими боевиками была остановлена колонна беженцев, в которой находились преимущественно старики, женщины и дети, и расстреляна в упор из автоматов. В результате нападения погибло 36 человек.Все это время не прекращались обстрелы Цхинвали, в городе действовали диверсионные группы, ситуация была близка к гуманитарной катастрофе.В этих условиях, сразу вскоре после Беловежских соглашений, официально оформивших распад Союза, Верховный Совет РЮО принимает Декларацию о независимости республики.19 января 1992 года состоялся референдум по вопросу о государственной независимости и воссоединении с Россией, на котором большинство участвовавших в референдуме поддержало это предложение. Однако без защиты союзного центра Южная Осетия осталась один на один с грузинским национализмом, уже почувствовавшим вкус крови.Масла в огонь подлила вспыхнувшая сразу после обретения независимости гражданская война в Грузии. Хаос в Тбилиси и свержение Звиада Гамсахурдии не принесли покоя республике. Новое грузинское руководство во главе с бывшим министром иностранных дел СССР Эдуардом Шеварднадзе и руководителями вооруженных формирований Тенгизом Китовани и Джабой Иоселиани начало весной 1992-го новый военный поход против мятежной республики.25 апреля территорию Южной Осетии по приказу командования покинул полк оперативного назначения внутренних войск МВД России, сформированный на базе Цхинвальского отдельного батальона ВВ МВД СССР, началась полноценная война, в которую сразу же включились добровольцы Конфедерации горских народов Кавказа.К середине июня грузинские отряды вплотную подошли к Цхинвали, что создало реальную угрозу захвата города. Возможно, именно этим все и закончилось бы, если бы не вмешалась Москва. Вице-президент России Александр Руцкой отдал приказ о нанесении авиационных ударов по грузинской группировке, обстреливавшей Цхинвали, и позвонил Эдуарду Шеварднадзе, пригрозив бомбардировкой Тбилиси. В результате грузинская сторона была вынуждена прекратить боевые действия.Интересно, что по похожему сценарию развивались чуть позже события в Приднестровье, где только вмешательство 14-й армии во главе с генералом Лебедем, в том числе артудары по молдавским военным объектам, помогло усадить Кишинев за стол переговоров.24 июня Борис Ельцин и Эдуард Шеварднадзе при участии представителей Северной и Южной Осетии подписали Сочинское соглашение о прекращении огня. 14 июля в зону конфликта были введены миротворческие силы в составе трёх батальонов — российского, грузинского и североосетинского. Была создана Смешанная контрольная комиссия (СКК), в Цхинвали была размещена миссия наблюдателей от ОБСЕ.Тут я хотел бы провести некую аналогию с Минскими соглашениями по Донбассу, которые за два года так и не принесли долгожданного перемирия, несмотря на регулярные встречи и заседания представителей сторон в белорусской столице.Но это уже — забегая далеко вперед. А у Осетии впереди были многочисленные обострения, отсутствие желания грузинской стороны искать компромисс для окончательного урегулирования, что в итоге привело к событиям августа 2008-го.Если же не забегать далеко, стоит напомнить, что спустя чуть больше полутора месяцев после подписания Сочинских соглашений, когда казалось, что войне в Закавказье положен окончательный конец, грузинские войска во главе с подписавшим соглашение о перемирии Шеварднадзе вторглись в Абхазию, из которой сам Шеварднадзе спустя год с трудом унес ноги. Но это, как говорится, уже другая история…Чему нас учат итоги той, первой осетинской войны?Во-первых, хочется подчеркнуть одно слово в данном словосочетании, а именно ПЕРВОЙ. Та война 1991—1992 гг. была только первой. Потом был ряд обострений, особенно серьезно возобновившихся в 2004 году, после прихода к власти в Грузии Михаила Саакашвили. Закончилось все, предсказуемо, новой войной 2008-го. А значит, уроки первой войны не были усвоены, раз понадобилась вторая.Но закончилось ли все окончательно?Казалось бы, да. Южная Осетия — признанное Россией государство, любой потенциальный агрессор понимает, что новые попытки "вернуть" республику закончатся повторением августа 2008-го, только не факт, что в этот раз российские войска остановятся там, где они остановились в прошлый раз, и не пойдут добивать агрессора в его собственном логове.Тактика, принятая в 2008 году, до сих пор вызывает спор, до сих пор в российском обществе нет единого мнения по поводу того, не стоило ли тогда дойти до самого Тбилиси. Те, кто считает, что все было правильно, указывают: мол, бесноватый грузинский "фюрер" в итоге получил "черную метку" от собственного народа и был вынужден бежать из Грузии, начав гастролировать со своими антироссийскими номерами в других странах постсоветского пространства, это стало востребовано.Те, кто считают, что нужно было силой свергать режим, указывают на то, что нынешние власти Грузии, несмотря на то, что ведут себя более лояльно к Москве, не оставили своих притязаний на Южную Осетию и Абхазию. А это значит, что рано или поздно им на смену придет очередной Саакашвили.Такова особенность грузинской политики. Грузия живет в парадигме: Звиад — Эдуард. Суть ее в том, что президент-ультра-националист затевает кровавую войну, получает по рогам и уходит (не важно, в ходе гражданской войны или демократических выборов), а на смену ему приходит условный "президент мира", который и с мятежными бывшими автономиями вроде как готов разговаривать, и с Москвой дружить. Правда, политика его отличается попыткой сидеть на двух стульях, что в итоге приводит к его вынужденному уходу или свержению. А на смену ему приходит… президент-ультра-националист. И опять по второму кругу.Нынешние грузинские власти, безусловно, ближе к России, в отличие от неадекватного Саакашвили, как Шеварднадзе был более договороспособным, чем Гамсахурдия. Однако на практике мы видим, что восстановление отношений все эти годы шло маленькими шажочками и в итоге уперлось в непреодолимую стену абхазского и юго-осетинского вопросов. Да, у нас кое-как возобновилась торговля, возобновилось пассажирское сообщение, контакты между людьми и общественностью. Но на уровне политики… даже дипотношений до сих пор нет. А виной тому все та же непреодолимая стена: Россия признает Абхазию и Южную Осетию независимыми государствами, Грузия заявляет, что о полноценном восстановлении отношений не может быть и речи до тех пор, пока Россия это признание не отзовет.И ведь ежу понятно, что Россия этого не сделает, а политики в Тбилиси, полагаю, все же поумнее ежей. И что делать? Замкнутый круг. Лично я в обозримой перспективе выхода из этой ситуации не вижу. Просто потому, что для России отозвать признание — это серьезнейшее геополитическое поражение и падение авторитета в мире, это почти так же невозможно, как "вернуть" Украине Крым. А для Грузии возврат Абхазии и Южной Осетии — это нечто сродни национальной идее, ведь только с ними в границах ГССР Грузия может считаться полноценным государством, без них их не то чтобы в НАТО не возьмут, без них, в случае признания их потери, вопрос о выходе или автономии могут поставить другие области, многие из которых окончательно воссоединились с Тбилиси уже в составе Российской империи. И это будет началом конца так и не состоявшейся новейшей грузинской государственности.Увы, решения этого вопроса в нынешней парадигме просто не существует, а это значит, что даже несмотря на защиту Россией, над Абхазией и Южной Осетией будет висеть дамоклов меч притязаний со стороны соседей. И даже условная "пророссийскость" властей в Тбилиси не гарантирует стопроцентной безопасности.Примерно аналогичная обстановка с Приднестровьем. Там на днях отмечали 25-летие Бендерской трагедии — кульминации войны, развязка которой также наступила в июне того страшного для многих жителей бывшего СССР 1992 года — первого года победившего хаоса.Нынешний президент Молдовы, впрочем, считается, пожалуй, самым "пророссийским" на всем постсоветском пространстве, возможно, за всю новейшую историю (не считая Батьки Лукашенко, который почти всю эту новейшую историю правит Белоруссией). Однако его полномочия урезаны настолько, что он не в состоянии принимать каких-либо судьбоносных решений. Более того, на него, судя по всему, оказывается совершенно беспрецедентное давление со стороны антироссийски настроенных элит Молдовы, контролирующих парламент и правительство. И вот уже Игорь Додон вынужденно (вынужденно ли?) заявляет о солидарности с правительством и парламентом по вопросу приднестровского урегулирования и поддерживает новый виток блокады региона, устроенный Кишиневом и Киевом путем установки на украинско-приднестровской границе молдавских таможенных пунктов.И все та же риторика спустя 25 лет. Те же разговоры о безальтернативности восстановления территориальной целостности. И все тот же дамоклов меч в руках у сторонников решения вопроса любыми методами, в том числе силовыми, гарантией от применения которого выступают исключительно российские военные.А главное — никаких уроков, извлеченных из событий двадцатипятилетней давности. Вообще ноль. А ведь эти уроки сегодня крайне важны. Помнить их необходимо в первую очередь тем, кто сегодня считает, что сможет решить проблему Донбасса по рецепту Гамсахурдии-Шеварнадзе.Я не зря тут несколько раз приводил аналогии с Донбассом. Тот же корень проблемы (языковой геноцид, навязывание чуждой идеологии и ценностей, кризис общественного сознания и фактический распад страны в результате политического катаклизма), та же попытка силой украинизировать (грузинизировать) тех, кто этого не хочет, помощь и поддержка России, без которых все закончилось бы кровавой бойней и натуральным геноцидом.И снова попытки договариваться, несмотря на явное нежелание Киева (Тбилиси) даже рассматривать оппонентов в качестве стороны конфликта (в Грузии тоже немало пропагандистов, на полном серьезе считающих, что в Южной Осетии и Абхазии в 1992—1993-м они воевали с российской армией, и термин "российская агрессия" появился задолго до 2014 года). И снова "Минск", который до боли напоминает пресловутые заседания СКК, всегда заканчивавшиеся ничем из-за невозможности выработать решения, устраивающие обе стороны. И снова этот "совместный" формат является несерьезной, но единственной альтернативой полномасштабной войне. И снова война, которая, несмотря на "замороженность", продолжается постоянными обстрелами и стычками на линии разграничения, гибелью военнослужащих и мирных жителей, разрушением домов и инфраструктуры.Сколько раз в период с 1992 года в Южной Осетии нарушалось перемирие? Сколько раз стреляли? Сколько было убито людей? Не напоминает то, что происходит сегодня на линии разграничения в Донбассе?Вопрос лишь в том, когда на Украине появится местный Саакашвили, который решит разом попытаться разрубить этот гордиев узел? И весь ужас ситуации в том, что таких в Киеве уже предостаточно во власти: Аваков, Турчинов, Парубий — вся т.н. партия войны и не только. Сегодня на Украине любой политик за войну, ибо тот, кто против войны — предатель. Сегодня они в очередной раз предлагают переформатировать "АТО", превратив ее в "войсковую операцию". Не думаю, что это несет что-то хорошее жителям Донбасса…А ведь всего этого могло бы не быть, если бы все постсоветские республики, большинство из которых получили с обретением независимости одни и те же проблемы, учились на чужих ошибках. Хотя бы и на той же Южной Осетии, которая даже после подписания мирных соглашений 16 лет жила на пороховой бочке, и бочка эта в итоге взорвалась, как и положено по закону жанра. И заплатила за это слишком высокую для малого народа цену.РЕН-ТВ

20 июня, 21:21

Без заголовка

Теперь Путину наверняка придется умерить свои мечты о новом превращении России в сверхдержаву. Когда затонула лодка «Курск», губернатор Курской области Александр Руцкой сказал, что Россия «потеряла не подводную лодку — она потеряла национальную идею». Перед Владимиром Путиным стоит тяжелейшая задача: сохранить надежду не только для страны, но и для себя самого. Статья опубликована в октябре 2000 года.Загадочный властитель России

12 июня, 12:12

«У нас жалуются, что плохо живем, а Ельцин-центр содержат на миллиарды!»

12 июня в нашей стране День России. До 2002 года это был День принятия Декларации о государственном суверенитете РФ. Как минимум 40% россиян сейчас называют 12 июня Днем независимости России... Вопрос: «А что празднуем-то?»

22 мая, 16:59

Революции, как правило, ставят в центр внимания принципы вертикальной мобильности

  • 0

Учредительное собрание имело потенциальную легитимность, но с ней конкурировали вполне реальные Советы, которые тоже стали претендовать на легитимность по праву того, что они представляют многомиллионные массы, а Временное правительство – непонятно кого. Государственная система, основанная на демократическом фундаменте Учредительного собрания, в дальнейшем тоже могла, как и Советская, эволюционировать к авторитаризму под давлением многочисленных социальных проблем и конфликтов

22 мая, 09:26

Самолет, запросивший аварийную посадку, приземлился в Хабаровске

Самолет Airbus A330-300 авиакомпании "Аэрофлот", запросивший аварийную посадку, сел в штатном режиме в аэропорту вылета. Пострадавших в результате авиапроисшествия нет. На борту самолета находились 286 пассажиров.

21 мая, 22:22

«Живя в России, стыдно летать на самолетах, произведенных не у нас!»

Вице-премьер РФ Дмитрий Рогозин заявил, что начинаются работы по воссозданию перспективных комплексов дальней и военно-транспортной авиации, а также по среднему военно-транспортному самолету. Вопрос: «Поднимем наш авиапром?»

17 мая, 13:08

Кем работают бывшие губернаторы – на воле и в тюрьме

Sobesednik.ru выяснил, куда трудоустраиваются экс-губернаторы после того, как их фамилии исчезают с дверей кабинетов

06 мая, 10:01

Рядом с президентом. Отрывки из книги Наины Ельциной «Личная жизнь»

Почему Ельцин поехал к танкам у Белого дома без бронежилета, кто писал обращение к народу в августе 1991 и как Ельцин познакомился с Гайдаром

14 апреля, 23:18

Александр Руцкой: Альфа-банк ведет себя как свинья

Сайт Царьград ТВ: http://tsargrad.tv/ Подписывайтесь: https://www.youtube.com/tsargradtv Facebook — https://www.facebook.com/tsargradtv ВКонтакте — https://vk.com/tsargradtv Twitter — https://twitter.com/tsargradtv Одноклассники — http://www.ok.ru/tsargradtv

14 апреля, 23:17

Александр Руцкой: Нам необходимо осознать, что мы - русские

Сайт Царьград ТВ: http://tsargrad.tv/ Подписывайтесь: https://www.youtube.com/tsargradtv Facebook — https://www.facebook.com/tsargradtv ВКонтакте — https://vk.com/tsargradtv Twitter — https://twitter.com/tsargradtv Одноклассники — http://www.ok.ru/tsargradtv

14 апреля, 23:16

Александр Руцкой: ООН не играет серьезной роли в современном мире

Сайт Царьград ТВ: http://tsargrad.tv/ Подписывайтесь: https://www.youtube.com/tsargradtv Facebook — https://www.facebook.com/tsargradtv ВКонтакте — https://vk.com/tsargradtv Twitter — https://twitter.com/tsargradtv Одноклассники — http://www.ok.ru/tsargradtv

14 апреля, 23:08

Александр Руцкой: Уважение может быть только к сильному

Сайт Царьград ТВ: http://tsargrad.tv/ Подписывайтесь: https://www.youtube.com/tsargradtv Facebook — https://www.facebook.com/tsargradtv ВКонтакте — https://vk.com/tsargradtv Twitter — https://twitter.com/tsargradtv Одноклассники — http://www.ok.ru/tsargradtv

07 апреля, 19:38

Вслед за Питером атаке ваххабитов подвергся Стокгольм

Террористы повторили сценарий, который использовали в Ницце, Берлине и Лондоне

06 апреля, 13:23

Путин и его окружение оказались в положении позднего Ельцина, — эксперт

Кремлевских политтехнологов сбивает с толку один непонятный парадокс, который не позволяет точно понять реальную картину в российском социуме. С одной стороны, социология показывает неизменный рейтинг Путина в районе 81-86% поддержки. А с другой – однозначный […]

22 марта, 00:04

Есть ли жизнь после отставки? Чем занимаются бывшие губернаторы

Сейчас идёт суд над экс-губернатором Сахалина Хорошавиным. Но в большинстве своём бывшие главы регионов не испытывают проблем.