• Теги
    • избранные теги
    • Люди194
      • Показать ещё
      Страны / Регионы206
      • Показать ещё
      Разное386
      • Показать ещё
      Компании76
      • Показать ещё
      Формат18
      Сферы6
      Международные организации23
      • Показать ещё
      Издания7
      • Показать ещё
      Показатели3
Александр Зиновьев
23 февраля, 00:05

Три жизни Игоря Шафаревича

Нас окружает «вселенная Шафаревича». Даже слово «скрепы» заимствовано, видимо, из его работы. И стремление операторов современной официальной антирусофобии скрыть свои истоки постыдно.19 февраля в Москве скончался академик Игорь Ростиславович Шафаревич – выдающийся математик, смелый общественный деятель – диссидент, друг Солженицына и Льва Гумилева, автор прогремевшей на весь мир работы «Русофобия», посвященной русскому национальному сознанию и его врагам, один из главных идеологов русского пути, уводящего от «двух дорог к одному обрыву» – коммунистической и либеральной.Запуганное «малым народом» Отечество практически не оказало ему посмертных почестей, хотя обильно пользуется плодами его трудов. Скажем, термин «русофобия» вышел на уровень международного дипломатического словаря – покойный Виталий Чуркин неоднократно обличал с трибуны Совбеза «чудовищную русофобию, граничащую с человеконенавистничеством», воцарившуюся в Киеве.Но – пусть и со всеми издержками пророка в своем отечестве – Игорь Ростиславович прожил долгую счастливую жизнь.В стране, где мужчины его народа не доживают до 65, а самые общественно активные – и до 40, он прожил долгих 93 года. В это без малого столетие уместились на самом деле не одна, а несколько жизней.Первая – жизнь одного из ведущих не только в России, но и в мире математиков.В 17 лет окончен вуз, в 19 – кандидат, в 23 – доктор, в 35 – членкор, множество решенных сложнейших задач, выстроенных математических систем, признаний, званий и премий. И только звания академика пришлось дожидаться на удивление долго – до 68 лет.Но тому причиной была вторая жизнь Шафаревича – жизнь диссидента.С 1955 года Шафаревич подписывает письма, участвует в самиздате, поддерживает Солженицына в самые трудные минуты. Он один из тех русских телят, которые бодаются с советским дубом.Шафаревич пишет убийственное в своей гуманитарной фундированности и аналитической точности исследование «Социализм как явление мировой истории».Он находит истоки социализма не у Маркса, не у Кампанеллы и Мелье, а в империи инков и древних восточных деспотиях, таких как Третья династия Ура в Шумере, построенная на строжайшем учете и контроле трудовых ресурсов и государственном распределении продуктов.В конечном счете, умозаключает Шафаревич, все основные идеи социализма сводятся к фундаментальной воле к смерти, периодически овладевающей не только отдельными людьми, но и целыми обществами. Социалистическая уравнительность, ненависть к семье, обобществление и тоталитарный контроль – все это формы нежизни, овладевающей жизнью и порабощающей ее.Социализм – рационально декорированная воля к нежизни.Тут можно было бы поспорить, указав на то, что в России именно крах социализма и привел к торжеству нежизни, к пиру либеральных вурдалаков. На что Шафаревич резонно отвечал, что большинство этих вурдалаков были преподавателями марксистско-ленинской экономики, комсомольскими работниками и так далее.При этом устремленный к прогрессу через частную инициативу либерализм и устремленный к прогрессу же через тоталитарную сверхорганизацию коммунизм – это лишь «две дороги к одному обрыву», как назвал мыслитель одну из самых известных своих работ. И тот, и другой вид прогрессизма сущностно едины, противопоставляя себя жизни, свободе, вере, органическому началу в человеке и обществе.Это был удивительный парадокс Шафаревича – будучи математиком, представителем одной из наиболее абстрактных и идеалистичных форм человеческой мысли, он на деле был, пожалуй, самым крупным представителем философии жизни в ХХ веке: антиманихейское начало, гнушение «гнушением плотью» проведено у него очень последовательно.Он – защитник всего органичного, природного, того, что рождается, развивается и умирает, а не того, что висит на жизни сковывающими путами.Такими путами он всегда считал коммунизм (хотя антисоветчиком, болезненно выискивающим и систематизирующим мелкие придирки к советской власти, никогда не был). Шафаревич метил в коммунизм, чтобы попасть именно в него, а не в Россию.Именно это привело к его третьей жизни.Как русский диссидент он хотел бы быть тем же, чем были (или, по крайней мере, считались) Вацлав Гавел для чехов, Валенса и Михник для поляков, то есть бороться с системой во имя интересов своего народа, своей нации, а не каких-то чужих.И на этом пути он открывает для себя, что подавляющее большинство диссидентского движения борется с советским не ради русского. Мало того, эта диссидентская тусовка, по сути, навешивает на русский народ, главную жертву коммунистического эксперимента, все грехи коммунизма, чтобы заодно с коммунизмом грохнуть и «Россию-суку».Александр Зиновьев, сам ставший из диссидента неокоммунистом, несколько лукавил, когда говорил, что «целили в коммунизм, а попали в Россию». Они попали в Россию, потому что в нее и целили.Из осознания этого факта и рождается «Русофобия» – трактат-предупреждение.Шафаревич показал в нем с удивительной научной точностью, скорее даже зоологически-вивисекторской, нежели математической, ту идеологию, которая будет править сатанинский бал на наших просторах с начала перестройки и не утихомирилась в полной мере и до сих пор.«Русофобия» начинается со спора о философии русской истории: «Русофобия – это взгляд, согласно которому русские – это народ рабов, всегда преклонявшихся перед жестокостью и пресмыкающихся перед сильной властью, ненавидевших все чужое и враждебных культуре, а Россия – вечный рассадник деспотизма и тоталитаризма, опасный для остального мира».Другими словами, во имя торжества демократии, свободы и общечеловеческих ценностей русских надо извести под корень, поскольку именно природа русского народа является главным препятствием на пути к царству добра, а коммунизм если в чем и виноват, то лишь в том, что имел неосторожность упасть на русскую рабскую почву, где немедленно стал уродством.Шафаревич с какой-то, повторюсь, вивсекторской точностью собрал и квалифицировал наиболее выдающиеся высказывания и фигуры этого русофобского дискурса прямо по методу «О частях животных», так что с тех пор ни Шендеровичу, ни Новодворской, ни Латыниной, ни их эпигонам абсолютно ничего нового прибавить не удалось.Абсолютно любой русофобский текст в современной российской журналистике составлен из штампов, уже зафиксированных в работе Шафаревича: «Россией привнесено в мир больше зла, чем какой-нибудь другой страной»; «византийские и татарские недоделки»; «Смрад мессианского «избранничества», многовековая гордыня «русской идеи»; «Страна, которая в течение веков пучится и расползается, как кислое тесто»; «То, что русским в этой стране сквернее всех – это логично и справедливо»...И как резюме всего – единственный доступный для русских путь к счастью и свободе – оккупация, не чья-нибудь, а американская, «мозговой трест генерала Макартура», как выражается цитируемый Шафаревичем Александр Янов.Возможно, другой автор остановился бы на констатации русофобского феномена, привел бы несколько возражений по существу да процитировал бы лакея Смердякова, мол, «весьма умная нация победила бы весьма глупую-с» – когда еще все это было сказано, смердяковщина, ничего нового.Но Шафаревич был человеком с другим складом ума.Увидев симптом, манифест проблемы, его мозг начинал работать, пока не достигал определенного теоретического понимания. А мозг этот был весьма богатым и изощренным.Он владел английским, французским и немецким, был всегда в курсе новейшей литературы и интересовался передовыми, но не «модными» в дурном смысле слова новейшими западными теориями. Круг его интересов – Арнольд Тойнби, Конрад Лоренц, Карл Ясперс и Карл Виттфогель. Шафаревич имел первоклассную подготовку гуманитария, сразу выдававшую, что он родом из Житомира.Про Житомир надо сделать маленькое отступление – этот южнорусский город, на Волыни, сейчас превратившийся в символ глубочайшего украинского провинциализма и ассоциирующийся разве что с чертой оседлости, когда-то был интеллектуальной столицей Юго-Западной Руси.Здесь вырос тончайший из знатоков античной истории, никем ни до, ни после не превзойденный – Михаил Иванович Ростовцев, здесь же родился человек, построивший русским лестницу в Небо – Сергей Павлович Королев.Игорь Ростиславович был человеком того же высочайшего житомирского уровня, частью разрушенной на его глазах вселенной. Гражданская война, погромы, украинизация – и вот уже русским там делать было нечего, они перебрались в столицу, где столкнулись на одних площадях коммуналок с нерусскими из того же Житомира, клерками Наркомзема, Наркомтяжпрома и Наркомвнудела, «упромысливавшими» русских мужиков коллективизацией (вид подконвойных раскулаченных одним из первых заставил маленького Игоря задавать вопросы).И вот человек гуманитарного уровня Ростовцева и Тойнби начал поиск объяснений. И нашел их в социологической модели Огюстена Кошена – французского историка, еще молодым павшего на полях Первой мировой и оставившего небольшое по объему, но очень яркое интеллектуальное наследие, касающееся интерпретации происхождения и развития Великой французской революции.Как аристократ-монархист Кошен, разумеется, продолжал традицию Ипполита Тэна, трактовавшего революцию как заговор и разгул жестокости и злодейства, подорвавшего органическое развитие Франции.Однако там, где Тэн мастерским пером литератора живописал зверства, Кошен с дотошностью инженера проделал скучную работу, посвященную установлению того, какими именно путями сформировавшаяся в литературных салонах «нация философов» захватила власть во Франции, проведя сотни «стряпчих» в палату третьего сословия Генеральных штатов – а ведь именно эти люди довели Францию до Большого террора.Среди историко-политтехнологических штудий Кошена есть и произведение более легкомысленное – «Философы», в котором в весьма издевательской манере описана та самая банда просветителей-энциклопедистов, захват которой салонного и литературного господства над Францией и предопределил неизбежность политического захвата ее революционерами.Кошен вспоминает здесь знаменитую комедию Аристофана «Птицы», в которой по совету грека-авантюриста птицы строят город между небом и землей и перекрывают олимпийским богам доступ к жертвоприношениям, после чего боги начинают пухнуть с голодухи и вынуждены идти к птицам на поклон.Вот этой вот конструкции – малому городу, «городку», «местечку» – и уподобляет Кошен «республику философов». Она перекрыла каналы коммуникаций между властью и народом, навязала себя обществу как посредника и фактически монополизировала социальный контроль.Слов «малый народ» в этом своем произведении Кошен не употребляет, говоря о «малом граде», «городке». А о «малом народе» говорит в другой работе, посвященной защите памяти Тэна, утверждая, что негоже приписывать всему французскому народу преступления «малого народа» революционеров, бесчинствовавшего в столице и бывшего меньшинством в провинциях.Я специально так длинно останавливаюсь на генеалогии теории Шафаревича, чтобы показать простую вещь.Лгут те, кто утверждает, что это антисемитская теория, которая приписывает «малому народу евреев» бесчинства против большого народа – русских. Кошен и Шафаревич не вкладывают в это понятие никакого этнического смысла, который во Франции и не имел места.Лгут и те, кто бросился обличать Шафаревича в плагиате – из теоретического материала Кошена, никак не систематизированного, он построил стройную концепцию «малого народа» как меньшинства, навязывающего себя большинству в качестве элиты и социального посредника.Шафаревич сумел показать малый народ как всеобщее историческое явление – тут и кальвинистские секты, стоявшие за английской революцией, и секта философов, стоявшая за французской, и «левые гегельянцы» в Германии с их беспощадной германофобией и франкофилией, и русские нигилисты, среди которых никаких евреев не было (Шафаревич приводит пикантный факт: когда в 1881 году темные обыватели на основании еврейского происхождения одной из цареубийц – Гесси Гельфман – устроили еврейские погромы, ЦК «Народной воли» в прокламации одобрил их как выступление трудящихся против эксплуататоров).Сущность этого «малого народа» – в рассмотрении себя как избранных, как гигантов, в ногах у которых должны валяться ничтожные простые смертные, как ордена, призванного владеть и править. В ХХ веке эту миссию «малого народа» взяла на себя «российская», «советская» (меньше всего к ней применимо слово «русская») интеллигенция.Весь «антисемитизм» Шафаревича, которым его позднее десятилетиями третировала либеральная критика, состоял в том, что он констатировал: социальная механика «малого народа» в ХХ веке приводилась в действие прежде всего этнической энергией еврейского национализма.В первой половине ХХ века евреи ради разрушения черты оседлости и создания своего мира шли в революцию, во второй половине ради своего воссоединения с Израилем шли в диссидентщину. Но и в том, и в другом случае еврейский национальный порыв обретал формы характерной для «малого народа» ожесточенной ненависти к большому.Подборка цитат, сделанная Шафаревичем из Бабеля, Багрицкого, многих других светочей местечково-революционной культуры, стала классической и кочует из книги в книгу. Пример Шафаревича явно подвиг Александра Солженицына на его фундаментальный труд «Двести лет вместе» (по сути – «Архипелаг ГУЛАГ» – 2: и по размаху, и по методу, и по общественному значению).Понятно, что Шафаревичу достались мегаваттные разряды ненависти, вплоть до того, что американская Национальная академия наук в 1992 году потребовала от него добровольно самоотчислиться, чтобы не марать ее своим антисемитизмом (к чести нашей РАН, так прогнуть ее на предмет Шафаревича не посмели ни коммунисты, ни либералы).Но, если вдуматься, концепция Шафаревича не возводит на еврейский народ обвинение в русофобии, а снимает его. Да, Шафаревич приводит ярчайшие примеры иудейской ксенофобии с ветхозаветных и талмудических времен. Да, он приводит ярчайшие примеры еврейской революционной и интеллигентской русофобии в ХХ веке. Но из его концепции следует, что до начала ХХ века евреи спокойно себе жили без русофобии, никакой генетической ненависти к русским у них не было.В концепции Шафаревича энергия освобожденного из гетто еврейства столкнулась с социальными формами революционного «малого народа» и заполнила в нем практически все свободные места.Яков Алтаузен не потому предлагал в своих стихах Минина расплавить, что евреи якобы испокон веков ненавидят русских, а потому, что ненавидящая русских социальная форма была заполнена такими Алтаузенами. Но не только, конечно – там же имелись красный недоскоморох Ефим Придворов, который Демьян Бедный, или историк-марксист Михаил Покровский, оба чистейшие русаки, вклад которых в формирование советского русофобского дискурса был огромен.Разница между еврейской и нееврейской частями «малого народа» была в одном – когда советская власть, перестав в нем нуждаться, начала его разборку и утилизацию, с русской частью «малого народа» удалось покончить сравнительно легко, так как ее конструкция была чисто социальной (так же легко покончили во Франции с якобинцами).А вот с еврейской частью вышло иначе – имея самостоятельный источник энергии, самостоятельные системы связей, по динамике и интенсивности далеко превосходящие и энергию ослабленного русского народа, и энергию социальной виртуальной советской власти, «малый народ» выжил, обрел новые ориентиры и цели – выезд из СССР, либерализация СССР по образцу стран, где диаспорам живется хорошо, самосохранение внутри советской системы.Произошло окончательное самоотождествление этнической и социальной составляющей, выразившееся в приводимой Шафаревичем чеканной формуле Надежды Мандельштам: «Всякий настоящий интеллигент всегда немного еврей».В этот момент и «застукал» малый народ автор «Русофобии» со своей безжалостной вивисекцией. Поплатился за это сполна.Нельзя сказать, что Шафаревич сам не провоцировал агрессию малого народа – наряду с суховатыми теоретическими выкладками и выписками в «Русофобии» немало убийственных публицистических пассажей, задевающих за живое.Он умел пройтись и по личностям. Например, в примечаниях он дает убийственные характеристики двум кумирам интеллигентствующей диссиденции – Василию Гроссману и Александру Галичу с их регулярными русофобскими эскападами, типа высмеиваемого русского передовика производства:«Галичу (Гинзбургу) куда лучше должен был бы быть знаком тип пробивного, умеющего втереться в моду драматурга и сценариста (совсем не обязательно такого уж коренного русака), получившего премию за сценарий фильма о чекистах и приобретающего славу песенками с диссидентским душком. Но почему-то этот образ его не привлекает».Понятно, что такого литераторы и тусовка не прощают.Обструкция приобрела такой масштаб, что сегодня, к примеру, официальные пропагандистские рупоры как воды в рот набрали – откликнулись на смерть мыслителя в основном «диссидентские» с патриотической или, как ни странно, с либеральной стороны издания (по большей части с антипатией, но такая антипатия лучше молчания).Все это особенно показательно, если учесть, что современный «путинский» мир, каким мы его знаем на 19 февраля 2017-го, в значительной степени выдуман, сформулирован, сконструирован именно Шафаревичем.К нему восходят логика и приемы антирусофобской пропаганды, нацеленной на Запад. К нему же – стилистика «они о нас», заточенная против русофобствующей оппозиции. Полемические конструкции, выстроенные Шафаревичем, можно обнаружить не только у патриотических публицистов, но и у Дмитрия Киселева и даже Владимира Соловьева, а многие тезисы Шафаревича давно перекочевали без ссылок в речи патриарха и президента.Сама политическая философия Шафаревича – «третий путь», уводящий от «двух дорог к одному обрыву» – коммунистической и либеральной, почвенничество, традиционализм, критика западного пути к демократии, подчеркивание необходимости органичных политических, экономических, нравственных форм, характерных именно для русской цивилизации, лежит сегодня в основе нашего «официоза», по крайней мере как он представляет себя сочувствующим на Западе, протягивая руку то трампистской Америке, то лепеновской Франции.Даже слово «скрепы» заимствовано, видимо, из работы «Русофобия» десять лет спустя».Путинская Россия живет под влиянием мощной идеологической «солженицынской» доминанты, но для Солженицына не было, пожалуй, большего интеллектуального авторитета, чем Шафаревич, и именно это предопределило солженицынскую идеологию последних десятилетий.Нас окружает «вселенная Шафаревича». И стремление операторов современной официальной антирусофобии скрыть свои истоки, на мой взгляд, довольно постыдно.Но соответствие, конечно, не полное.Для Шафаревича всегда и во всем на первом месте стоял русский народ. Для него это была та естественная органическая общность, та система солидарности, сохранение которой гарантировало продолжение человеческой жизни и в индивидуальном и в родовом качестве.Все свои работы Шафаревич писал прежде всего в интересах русской нации, заботясь о том, чтобы в сложном многонациональном концерте, раздирающем СССР и Россию, интересы русских не пострадали.Если он в полной мере и не преуспел, то уж точно создал точку сборки, создал тот антирусофобский дискурс, ту систему идейной поддержки русских национальных интересов, без которых нам в эти страшные годы было бы гораздо тяжелей.Было и еще одно существенное отличие Шафаревича – уже от значительной части окружавшего его патриотического сообщества: неоопричников, неосталинистов, неоимперцев.Побудительным мотивом написания «Русофобии» было решительное отрицание мнения, что сталинский тоталитаризм является естественным продуктом русской истории, а не революционным насилием над нею, что Сталин – это продолжение Ивана Грозного, Петра и вечной русской тяги к хозяйскому кнуту, что для русской души свобода невозможна.Шафаревич категорически отрицал этот русофобский дискурс и не без недоумения относился к ситуации, когда его во многом единомышленники фактически приняли основные тезисы русофобской историософии, только с обратным знаком, заявив, что да – русскому человеку свобода не нужна, великий Хозяин наш вечный исторический архетип, от Грозного до Сталина, а неоопричнина – наш политический идеал.Важно не забыть сегодня, что мысль Шафаревича в общем и целом этому восторгу перед злом противоположна.Для него русская история была нормальным органическим историческим развитием, насильственно прерванным экспериментом по внедрению инфернальной социалистической воли к смерти. И личной задачей Шафаревича было вернуть Россию на пути жизни.Шафаревич был всегда очень близок не только лично, но и идейно со Львом Гумилевым, антиманихейство и теория антисистемы которого так близки к жизнеутверждению и теории «малого народа» Шафаревича.Но вот гумилевского евразийства, уничтожительного для русских, Шафаревич, кажется, никогда не разделял. Его заботило сохранение именно русского народа, он заботился о выживании и укреплении оригинальной русской цивилизации.И в этом смысле наследие Шафаревича является, пожалуй, наиболее светлым и безупречным из всего, что оставила нам русская мысль второй половины ХХ века.Егор Холмогоров[link]

22 февраля, 14:20

Интеллектуальный некролог академику Шафаревичу. Метил в коммунизм - закрывал грудью Россию.

Написал большой интеллектуальный некролог академику Шафаревичу, с подробным разбором основных мотивов его философии и интеллектуального генезиса и смысла трактата "Русофобия".Очень почитайте.http://vz.ru/columns/2017/2/21/858839.htmlШафаревич метил в коммунизм, чтобы попасть именно в него, а не в Россию.Именно это привело к его третьей жизни. Как русский диссидент он хотел бы быть для своего народа тем же чем были (или, по крайней мере, считались) Вацлав Гавел для чехов, Валеса и Михник для поляков, то есть бороться с системой во имя интересов своего народа, своей нации, а не каких-то чужих. И на этом пути он открывает для себя, что подавляющее большинство диссидентского движения борется с советским не ради русского. Мало того, эта диссидентская тусовка, по сути, навешивает на русский народ, главную жертву коммунистического эксперимента, все грехи коммунизма, чтобы заодно с коммунизмом грохнуть и «Россию-суку».Александр Зиновьев, сам ставший из диссидента неокоммунистом несколько лукавил, когда говорил, что «целили в коммунизм, а попали в Россию». Они попали в Россию потому что в неё и целили.Из осознания этого факта и рождается «Русофобия» – трактат-предупреждение. Шафаревич показал в нем с удивительной научной точностью, скорее даже зоологически-вивисекторской, нежели математической, ту идеологию, которая будет править сатанинский бал на наших просторах с начала перестройки и не утихомирилась в полной мере и до сих пор.«Русофобия» начинается со спора о философии русской истории: «Русофобия - это взгляд, согласно которому русские — это народ рабов, всегда преклонявшихся перед жестокостью и пресмыкающихся перед сильной властью, ненавидевших всё чужое и враждебных культуре, а Россия — вечный рассадник деспотизма и тоталитаризма, опасный для остального мира».Другими словами, во имя торжества демократии, свободы и общечеловеческих ценностей русских надо извести под корень, поскольку именно природа русского народа является главным препятствием на пути к царству добра, а коммунизм если в чем и виноват, то лишь в том, что имел неосторожность упасть на русскую рабскую почву, где немедленно стал уродством.Шафаревич с какой-то вивсекторской, повторюсь, точностью, собрал и квалифицировал наиболее выдающиеся высказывания и фигуры этого русофобского дискурса прямо по методу «О частях животных», так что с тех пор ни Шендеровичу, ни Новодворской, ни Латыниной, ни их эпигонам абсолютно ничего нового прибавить не удалось.Любой (повторюсь - любой) русофобский текст в современной российской журналистике составлен из штампов уже зафиксированных в работе Шафаревича: «Россией привнесено в мир больше зла, чем какой-нибудь другой страной»; «византийские и татарские недоделки»; «Смрад мессианского «избранничества», многовековая гордыня «русской идеи»; «Страна, которая в течение веков пучится и расползается как кислое тесто»; «То, что русским в этой стране сквернее всех – это логично и справедливо»… И как резюме всего – единственный доступный для русских путь к счастью и свободе – оккупация, не чья-нибудь, а американская, «мозговой трест генерала Макартура», - как выражается цитируемый Шафаревичем Александр Янов.Возможно другой автор остановился бы на констатации русофобского феномена, привел бы несколько возражений по существу, да процитировал бы лакея Смердякова, мол «весьма умная нация победила бы весьма глупую-с», - когда всё это было еще сказано, смердяковщина, ничего нового.Но Шафаревич был человеком с другим складом ума. Увидев симптом, манифест проблемы, его мозг начинал работать, пока не достигал определенного теоретического понимания. А мозг этот был весьма богатым и изощренным. Он владел английским, французским и немецким, был всегда в курсе новейшей литературы и интересовался передовыми, но не «модными» в дурном смысле слова новейшими западными теориями. Круг его интересов – Арнольд Тойнби, Конрад Лоренц, Карл Ясперс и Карл Виттфогель. Шафаревич имел превоклассную подготовку гуманитария, сразу выдававшую, что он родом из Житомира.

21 февраля, 15:40

Колонки: Егор Холмогоров: Три жизни Игоря Шафаревича

Нас окружает «вселенная Шафаревича». Даже слово «скрепы» заимствовано, видимо, из его работы. И стремление операторов современной официальной антирусофобии скрыть свои истоки постыдно. 19 февраля в Москве скончался академик Игорь Ростиславович Шафаревич – выдающийся математик, смелый общественный деятель – диссидент, друг Солженицына и Льва Гумилева, автор прогремевшей на весь мир работы «Русофобия», посвященной русскому национальному сознанию и его врагам, один из главных идеологов русского пути, уводящего от «двух дорог к одному обрыву» – коммунистической и либеральной. Запуганное «малым народом» Отечество практически не оказало ему посмертных почестей, хотя обильно пользуется плодами его трудов. Скажем, термин «русофобия» вышел на уровень международного дипломатического словаря – покойный Виталий Чуркин неоднократно обличал с трибуны Совбеза «чудовищную русофобию, граничащую с человеконенавистничеством», воцарившуюся в Киеве. Но – пусть и со всеми издержками пророка в своем отечестве – Игорь Ростиславович прожил долгую счастливую жизнь. В стране, где мужчины его народа не доживают до 65, а самые общественно активные – и до 40, он прожил долгих 93 года. В это без малого столетие уместились на самом деле не одна, а несколько жизней. Первая – жизнь одного из ведущих не только в России, но и в мире математиков. В 17 лет окончен вуз, в 19 – кандидат, в 23 – доктор, в 35 – членкор, множество решенных сложнейших задач, выстроенных математических систем, признаний, званий и премий. И только звания академика пришлось дожидаться на удивление долго – до 68 лет. Но тому причиной была вторая жизнь Шафаревича – жизнь диссидента. С 1955 года Шафаревич подписывает письма, участвует в самиздате, поддерживает Солженицына в самые трудные минуты. Он один из тех русских телят, которые бодаются с советским дубом. Шафаревич пишет убийственное в своей гуманитарной фундированности и аналитической точности исследование «Социализм как явление мировой истории». Он находит истоки социализма не у Маркса, не у Кампанеллы и Мелье, а в империи инков и древних восточных деспотиях, таких как Третья династия Ура в Шумере, построенная на строжайшем учете и контроле трудовых ресурсов и государственном распределении продуктов. Нас окружает «вселенная Шафаревича» (фото: owpdb.mfo.de) В конечном счете, умозаключает Шафаревич, все основные идеи социализма сводятся к фундаментальной воле к смерти, периодически овладевающей не только отдельными людьми, но и целыми обществами. Социалистическая уравнительность, ненависть к семье, обобществление и тоталитарный контроль – все это формы нежизни, овладевающей жизнью и порабощающей ее. Социализм – рационально декорированная воля к нежизни. Тут можно было бы поспорить, указав на то, что в России именно крах социализма и привел к торжеству нежизни, к пиру либеральных вурдалаков. На что Шафаревич резонно отвечал, что большинство этих вурдалаков были преподавателями марксистско-ленинской экономики, комсомольскими работниками и так далее. При этом устремленный к прогрессу через частную инициативу либерализм и устремленный к прогрессу же через тоталитарную сверхорганизацию коммунизм – это лишь «две дороги к одному обрыву», как назвал мыслитель одну из самых известных своих работ. И тот, и другой вид прогрессизма сущностно едины, противопоставляя себя жизни, свободе, вере, органическому началу в человеке и обществе. Это был удивительный парадокс Шафаревича – будучи математиком, представителем одной из наиболее абстрактных и идеалистичных форм человеческой мысли, он на деле был, пожалуй, самым крупным представителем философии жизни в ХХ веке: антиманихейское начало, гнушение «гнушением плотью» проведено у него очень последовательно. Он – защитник всего органичного, природного, того, что рождается, развивается и умирает, а не того, что висит на жизни сковывающими путами. Такими путами он всегда считал коммунизм (хотя антисоветчиком, болезненно выискивающим и систематизирующим мелкие придирки к советской власти, никогда не был). Шафаревич метил в коммунизм, чтобы попасть именно в него, а не в Россию. Именно это привело к его третьей жизни. Как русский диссидент он хотел бы быть тем же, чем были (или, по крайней мере, считались) Вацлав Гавел для чехов, Валенса и Михник для поляков, то есть бороться с системой во имя интересов своего народа, своей нации, а не каких-то чужих. И на этом пути он открывает для себя, что подавляющее большинство диссидентского движения борется с советским не ради русского. Мало того, эта диссидентская тусовка, по сути, навешивает на русский народ, главную жертву коммунистического эксперимента, все грехи коммунизма, чтобы заодно с коммунизмом грохнуть и «Россию-суку». Александр Зиновьев, сам ставший из диссидента неокоммунистом, несколько лукавил, когда говорил, что «целили в коммунизм, а попали в Россию». Они попали в Россию, потому что в нее и целили. Из осознания этого факта и рождается «Русофобия» – трактат-предупреждение. Шафаревич показал в нем с удивительной научной точностью, скорее даже зоологически-вивисекторской, нежели математической, ту идеологию, которая будет править сатанинский бал на наших просторах с начала перестройки и не утихомирилась в полной мере и до сих пор. «Русофобия» начинается со спора о философии русской истории: «Русофобия – это взгляд, согласно которому русские – это народ рабов, всегда преклонявшихся перед жестокостью и пресмыкающихся перед сильной властью, ненавидевших все чужое и враждебных культуре, а Россия – вечный рассадник деспотизма и тоталитаризма, опасный для остального мира». Другими словами, во имя торжества демократии, свободы и общечеловеческих ценностей русских надо извести под корень, поскольку именно природа русского народа является главным препятствием на пути к царству добра, а коммунизм если в чем и виноват, то лишь в том, что имел неосторожность упасть на русскую рабскую почву, где немедленно стал уродством. Шафаревич с какой-то, повторюсь, вивсекторской точностью собрал и квалифицировал наиболее выдающиеся высказывания и фигуры этого русофобского дискурса прямо по методу «О частях животных», так что с тех пор ни Шендеровичу, ни Новодворской, ни Латыниной, ни их эпигонам абсолютно ничего нового прибавить не удалось. Абсолютно любой русофобский текст в современной российской журналистике составлен из штампов, уже зафиксированных в работе Шафаревича: «Россией привнесено в мир больше зла, чем какой-нибудь другой страной»; «византийские и татарские недоделки»; «Смрад мессианского «избранничества», многовековая гордыня «русской идеи»; «Страна, которая в течение веков пучится и расползается, как кислое тесто»; «То, что русским в этой стране сквернее всех – это логично и справедливо»... И как резюме всего – единственный доступный для русских путь к счастью и свободе – оккупация, не чья-нибудь, а американская, «мозговой трест генерала Макартура», как выражается цитируемый Шафаревичем Александр Янов. Возможно, другой автор остановился бы на констатации русофобского феномена, привел бы несколько возражений по существу да процитировал бы лакея Смердякова, мол, «весьма умная нация победила бы весьма глупую-с» – когда еще все это было сказано, смердяковщина, ничего нового. Но Шафаревич был человеком с другим складом ума. Увидев симптом, манифест проблемы, его мозг начинал работать, пока не достигал определенного теоретического понимания. А мозг этот был весьма богатым и изощренным. Он владел английским, французским и немецким, был всегда в курсе новейшей литературы и интересовался передовыми, но не «модными» в дурном смысле слова новейшими западными теориями. Круг его интересов – Арнольд Тойнби, Конрад Лоренц, Карл Ясперс и Карл Виттфогель. Шафаревич имел первоклассную подготовку гуманитария, сразу выдававшую, что он родом из Житомира. Про Житомир надо сделать маленькое отступление – этот южнорусский город, на Волыни, сейчас превратившийся в символ глубочайшего украинского провинциализма и ассоциирующийся разве что с чертой оседлости, когда-то был интеллектуальной столицей Юго-Западной Руси. Здесь вырос тончайший из знатоков античной истории, никем ни до, ни после не превзойденный – Михаил Иванович Ростовцев, здесь же родился человек, построивший русским лестницу в Небо – Сергей Павлович Королев. Игорь Ростиславович был человеком того же высочайшего житомирского уровня, частью разрушенной на его глазах вселенной. Гражданская война, погромы, украинизация – и вот уже русским там делать было нечего, они перебрались в столицу, где столкнулись на одних площадях коммуналок с нерусскими из того же Житомира, клерками Наркомзема, Наркомтяжпрома и Наркомвнудела, «упромысливавшими» русских мужиков коллективизацией (вид подконвойных раскулаченных одним из первых заставил маленького Игоря задавать вопросы). И вот человек гуманитарного уровня Ростовцева и Тойнби начал поиск объяснений. И нашел их в социологической модели Огюстена Кошена – французского историка, еще молодым павшего на полях Первой мировой и оставившего небольшое по объему, но очень яркое интеллектуальное наследие, касающееся интерпретации происхождения и развития Великой французской революции. Как аристократ-монархист Кошен, разумеется, продолжал традицию Ипполита Тэна, трактовавшего революцию как заговор и разгул жестокости и злодейства, подорвавшего органическое развитие Франции. Однако там, где Тэн мастерским пером литератора живописал зверства, Кошен с дотошностью инженера проделал скучную работу, посвященную установлению того, какими именно путями сформировавшаяся в литературных салонах «нация философов» захватила власть во Франции, проведя сотни «стряпчих» в палату третьего сословия Генеральных штатов – а ведь именно эти люди довели Францию до Большого террора. Среди историко-политтехнологических штудий Кошена есть и произведение более легкомысленное – «Философы», в котором в весьма издевательской манере описана та самая банда просветителей-энциклопедистов, захват которой салонного и литературного господства над Францией и предопределил неизбежность политического захвата ее революционерами. Кошен вспоминает здесь знаменитую комедию Аристофана «Птицы», в которой по совету грека-авантюриста птицы строят город между небом и землей и перекрывают олимпийским богам доступ к жертвоприношениям, после чего боги начинают пухнуть с голодухи и вынуждены идти к птицам на поклон. Вот этой вот конструкции – малому городу, «городку», «местечку» – и уподобляет Кошен «республику философов». Она перекрыла каналы коммуникаций между властью и народом, навязала себя обществу как посредника и фактически монополизировала социальный контроль. Слов «малый народ» в этом своем произведении Кошен не употребляет, говоря о «малом граде», «городке». А о «малом народе» говорит в другой работе, посвященной защите памяти Тэна, утверждая, что негоже приписывать всему французскому народу преступления «малого народа» революционеров, бесчинствовавшего в столице и бывшего меньшинством в провинциях. Я специально так длинно останавливаюсь на генеалогии теории Шафаревича, чтобы показать простую вещь. Лгут те, кто утверждает, что это антисемитская теория, которая приписывает «малому народу евреев» бесчинства против большого народа – русских. Кошен и Шафаревич не вкладывают в это понятие никакого этнического смысла, который во Франции и не имел места. Лгут и те, кто бросился обличать Шафаревича в плагиате – из теоретического материала Кошена, никак не систематизированного, он построил стройную концепцию «малого народа» как меньшинства, навязывающего себя большинству в качестве элиты и социального посредника. Шафаревич сумел показать малый народ как всеобщее историческое явление – тут и кальвинистские секты, стоявшие за английской революцией, и секта философов, стоявшая за французской, и «левые гегельянцы» в Германии с их беспощадной германофобией и франкофилией, и русские нигилисты, среди которых никаких евреев не было (Шафаревич приводит пикантный факт: когда в 1881 году темные обыватели на основании еврейского происхождения одной из цареубийц – Гесси Гельфман – устроили еврейские погромы, ЦК «Народной воли» в прокламации одобрил их как выступление трудящихся против эксплуататоров). Сущность этого «малого народа» – в рассмотрении себя как избранных, как гигантов, в ногах у которых должны валяться ничтожные простые смертные, как ордена, призванного владеть и править. В ХХ веке эту миссию «малого народа» взяла на себя «российская», «советская» (меньше всего к ней применимо слово «русская») интеллигенция. Весь «антисемитизм» Шафаревича, которым его позднее десятилетиями третировала либеральная критика, состоял в том, что он констатировал: социальная механика «малого народа» в ХХ веке приводилась в действие прежде всего этнической энергией еврейского национализма. В первой половине ХХ века евреи ради разрушения черты оседлости и создания своего мира шли в революцию, во второй половине ради своего воссоединения с Израилем шли в диссидентщину. Но и в том, и в другом случае еврейский национальный порыв обретал формы характерной для «малого народа» ожесточенной ненависти к большому. Подборка цитат, сделанная Шафаревичем из Бабеля, Багрицкого, многих других светочей местечково-революционной культуры, стала классической и кочует из книги в книгу. Пример Шафаревича явно подвиг Александра Солженицына на его фундаментальный труд «Двести лет вместе» (по сути – «Архипелаг ГУЛАГ» – 2: и по размаху, и по методу, и по общественному значению). Понятно, что Шафаревичу достались мегаваттные разряды ненависти, вплоть до того, что американская Национальная академия наук в 1992 году потребовала от него добровольно самоотчислиться, чтобы не марать ее своим антисемитизмом (к чести нашей РАН, так прогнуть ее на предмет Шафаревича не посмели ни коммунисты, ни либералы). Но, если вдуматься, концепция Шафаревича не возводит на еврейский народ обвинение в русофобии, а снимает его. Да, Шафаревич приводит ярчайшие примеры иудейской ксенофобии с ветхозаветных и талмудических времен. Да, он приводит ярчайшие примеры еврейской революционной и интеллигентской русофобии в ХХ веке. Но из его концепции следует, что до начала ХХ века евреи спокойно себе жили без русофобии, никакой генетической ненависти к русским у них не было. В концепции Шафаревича энергия освобожденного из гетто еврейства столкнулась с социальными формами революционного «малого народа» и заполнила в нем практически все свободные места. Яков Алтаузен не потому предлагал в своих стихах Минина расплавить, что евреи якобы испокон веков ненавидят русских, а потому, что ненавидящая русских социальная форма была заполнена такими Алтаузенами. Но не только, конечно – там же имелись красный недоскоморох Ефим Придворов, который Демьян Бедный, или историк-марксист Михаил Покровский, оба чистейшие русаки, вклад которых в формирование советского русофобского дискурса был огромен. Разница между еврейской и нееврейской частями «малого народа» была в одном – когда советская власть, перестав в нем нуждаться, начала его разборку и утилизацию, с русской частью «малого народа» удалось покончить сравнительно легко, так как ее конструкция была чисто социальной (так же легко покончили во Франции с якобинцами). А вот с еврейской частью вышло иначе – имея самостоятельный источник энергии, самостоятельные системы связей, по динамике и интенсивности далеко превосходящие и энергию ослабленного русского народа, и энергию социальной виртуальной советской власти, «малый народ» выжил, обрел новые ориентиры и цели – выезд из СССР, либерализация СССР по образцу стран, где диаспорам живется хорошо, самосохранение внутри советской системы. Произошло окончательное самоотождествление этнической и социальной составляющей, выразившееся в приводимой Шафаревичем чеканной формуле Надежды Мандельштам: «Всякий настоящий интеллигент всегда немного еврей». В этот момент и «застукал» малый народ автор «Русофобии» со своей безжалостной вивисекцией. Поплатился за это сполна. Нельзя сказать, что Шафаревич сам не провоцировал агрессию малого народа – наряду с суховатыми теоретическими выкладками и выписками в «Русофобии» немало убийственных публицистических пассажей, задевающих за живое. Он умел пройтись и по личностям. Например, в примечаниях он дает убийственные характеристики двум кумирам интеллигентствующей диссиденции – Василию Гроссману и Александру Галичу с их регулярными русофобскими эскападами, типа высмеиваемого русского передовика производства: «Галичу (Гинзбургу) куда лучше должен был бы быть знаком тип пробивного, умеющего втереться в моду драматурга и сценариста (совсем не обязательно такого уж коренного русака), получившего премию за сценарий фильма о чекистах и приобретающего славу песенками с диссидентским душком. Но почему-то этот образ его не привлекает». Понятно, что такого литераторы и тусовка не прощают. Обструкция приобрела такой масштаб, что сегодня, к примеру, официальные пропагандистские рупоры как воды в рот набрали – откликнулись на смерть мыслителя в основном «диссидентские» с патриотической или, как ни странно, с либеральной стороны издания (по большей части с антипатией, но такая антипатия лучше молчания). Все это особенно показательно, если учесть, что современный «путинский» мир, каким мы его знаем на 19 февраля 2017-го, в значительной степени выдуман, сформулирован, сконструирован именно Шафаревичем. К нему восходят логика и приемы антирусофобской пропаганды, нацеленной на Запад. К нему же – стилистика «они о нас», заточенная против русофобствующей оппозиции. Полемические конструкции, выстроенные Шафаревичем, можно обнаружить не только у патриотических публицистов, но и у Дмитрия Киселева и даже Владимира Соловьева, а многие тезисы Шафаревича давно перекочевали без ссылок в речи патриарха и президента. Сама политическая философия Шафаревича – «третий путь», уводящий от «двух дорог к одному обрыву» – коммунистической и либеральной, почвенничество, традиционализм, критика западного пути к демократии, подчеркивание необходимости органичных политических, экономических, нравственных форм, характерных именно для русской цивилизации, лежит сегодня в основе нашего «официоза», по крайней мере как он представляет себя сочувствующим на Западе, протягивая руку то трампистской Америке, то лепеновской Франции. Даже слово «скрепы» заимствовано, видимо, из работы «Русофобия» десять лет спустя». Путинская Россия живет под влиянием мощной идеологической «солженицынской» доминанты, но для Солженицына не было, пожалуй, большего интеллектуального авторитета, чем Шафаревич, и именно это предопределило солженицынскую идеологию последних десятилетий. Нас окружает «вселенная Шафаревича». И стремление операторов современной официальной антирусофобии скрыть свои истоки, на мой взгляд, довольно постыдно. Но соответствие, конечно, не полное. Для Шафаревича всегда и во всем на первом месте стоял русский народ. Для него это была та естественная органическая общность, та система солидарности, сохранение которой гарантировало продолжение человеческой жизни и в индивидуальном и в родовом качестве. Все свои работы Шафаревич писал прежде всего в интересах русской нации, заботясь о том, чтобы в сложном многонациональном концерте, раздирающем СССР и Россию, интересы русских не пострадали. Если он в полной мере и не преуспел, то уж точно создал точку сборки, создал тот антирусофобский дискурс, ту систему идейной поддержки русских национальных интересов, без которых нам в эти страшные годы было бы гораздо тяжелей. Было и еще одно существенное отличие Шафаревича – уже от значительной части окружавшего его патриотического сообщества: неоопричников, неосталинистов, неоимперцев. Побудительным мотивом написания «Русофобии» было решительное отрицание мнения, что сталинский тоталитаризм является естественным продуктом русской истории, а не революционным насилием над нею, что Сталин – это продолжение Ивана Грозного, Петра и вечной русской тяги к хозяйскому кнуту, что для русской души свобода невозможна. Шафаревич категорически отрицал этот русофобский дискурс и не без недоумения относился к ситуации, когда его во многом единомышленники фактически приняли основные тезисы русофобской историософии, только с обратным знаком, заявив, что да – русскому человеку свобода не нужна, великий Хозяин наш вечный исторический архетип, от Грозного до Сталина, а неоопричнина – наш политический идеал. Важно не забыть сегодня, что мысль Шафаревича в общем и целом этому восторгу перед злом противоположна. Для него русская история была нормальным органическим историческим развитием, насильственно прерванным экспериментом по внедрению инфернальной социалистической воли к смерти. И личной задачей Шафаревича было вернуть Россию на пути жизни. Шафаревич был всегда очень близок не только лично, но и идейно со Львом Гумилевым, антиманихейство и теория антисистемы которого так близки к жизнеутверждению и теории «малого народа» Шафаревича. Но вот гумилевского евразийства, уничтожительного для русских, Шафаревич, кажется, никогда не разделял. Его заботило сохранение именно русского народа, он заботился о выживании и укреплении оригинальной русской цивилизации. И в этом смысле наследие Шафаревича является, пожалуй, наиболее светлым и безупречным из всего, что оставила нам русская мысль второй половины ХХ века. Теги:  некролог, ученые, академики

Выбор редакции
16 февраля, 08:00

Презентация ЖЗЛ об А.А.Зиновьеве в честь 75-летия воссоздания философского факультета в МГУ

Философский факультет МГУ 17 февраля, в 11.00 час. состоится торжественная презентация первой биографии АЛЕКСАНДРА ЗИНОВЬЕВА в дни празднования 75-летия воссоздания философского факультета в структуре Московского [...]

03 февраля, 15:09

Леонид Гозман: «Границы свободы никогда толком не известны»

Расшифровка встречи-диалога с президентом фонда «Перспектива» Леонидом Гозманом из цикла «Хроники пикирующей империи»: «Свобода, которую мы выбираем»

30 января, 11:03

В Южно-Сахалинске начато строительство будущего мини-завода СПГ

Южно-Сахалинск. ООО "Производственно-строительная компания (ПСК) "Сахалин" в Южно-Сахалинске начало обустройство площадки под строительство мини-завода СПГ. Об этом рассказал главный инженер компании Александр Зиновьев. По его словам, ...

30 января, 10:24

В Южно-Сахалинске начато строительство будущего мини-завода СПГ‍

Южно-Сахалинск. ООО "Производственно-строительная компания (ПСК) "Сахалин" в Южно-Сахалинске начало обустройство площадки под строительство мини-завода СПГ. Об этом рассказал главный инженер компании Александр Зиновьев. По словам ...

Выбор редакции
27 января, 16:45

Сергей Марков: Осторожно, «катастройка»

Газета «Культура», 27.01.2017 Сергей МАРКОВ, политолог Тридцать лет назад, 27 января 1987 года, состоялся Пленум ЦК КПСС, на котором Горбачев резко раскритиковал брежневский период, назвал [...]

27 января, 16:33

«Автоспеццентр» увеличил оборот в 2016 году на 12,5%

Автодилер «Автоспеццентр» (АСЦ) сообщил о результатах работы в 2016 году. АСЦ реализовал 40 396 новых автомобилей, что на 11% выше показателя 2015 года. Почти на 11% выросло количество проданных автомобилей с пробегом, до 9 352 шт. «Общий оборот группы компаний с учетом продаж и сервисного обслуживания автомобилей достиг 68,9 млрд. руб., что на 12,5% больше показателя аналогичного периода 2015 года»,— говорится в сообщении АСЦ.Потребители адаптировались к общему повышению уровня цен на автомобили, и компания ожидает стабилизации рынка по итогам 2017 года, сообщил заместитель председателя правления ГК АСЦ Александр Зиновьев. «Возможен рост общего объема продаж на авторынке на 5-7%, первые положительные тенденции ожидаются во втором полугодии»,— полагает господин Зиновьев. В портфеле АСЦ 28 дилерских центров автомобильных марок Infiniti, Nissan, BMW, Mini, Volkswagen, Audi, Porsche, Skoda, Citroen, Peugeot, Hyundai, KIA, Mazda, Datsun. По итогам первого полугодия 2016 года АСЦ был пятым в России автодилером…

27 января, 15:16

Валерий Газзаев: защита права каждого народа на собственную символику и есть проявление истинного патриотизма

На пленарном заседании Государственной Думы 27 января от фракции "СПРАВЕДЛИВАЯ РОССИЯ" с десятиминутным заявлением по актуальным социально-экономическим, политическим и иным вопросам выступил Валерий Газзаев: – Уважаемый Александр Дмитриевич (Жуков, Первый заместитель Председателя ГД – Прим. ред.), уважаемые депутаты! Своё выступление я хочу начать с небольшого исторического экскурса. Возможно, это всего лишь красивая легенда, но, на мой взгляд, она очень точно иллюстрирует тему моего выступления. Ещё во II веке до нашей эры будущий победитель Ганнибала знаменитый римский полководец Сципион остановил отступление своего легиона, воткнув на поле боя копьё с символом римской провинции Кампанья. Именно в этом городе родилось большинство солдат его воинской части. И хотя силы противника намного превосходили кампанийцев, они собрались вокруг своего командира и защищали герб родного города, в течение 10 часов отбиваля яростные атаки, пока не пришла помощь. В среду я внёс на ваше рассмотрение законопроект, предусматривающий уголовную ответственность за надругательство над официальными символами субъектов Российской Федерации, для того, чтобы не путать два совершенно разных понятия – патриотизм и национализм. На прошлой неделе в этом зале звучали упрёки в адрес малых народов за развал СССР. Абсолютно согласен с Председателем нашего парламента Вячеславом Викторовичем (Володиным – Прим. ред.), который отреагировал на эти спекуляции словами: "Россия – страна многонациональная". От себя добавлю: многообразие различных культур, обычаев, традиций – наша сила. Уважение к этому национальному богатству, защита права каждого народа на собственную символику и есть, на мой взгляд, проявление истинного патриотизма. Хочу напомнить слова нашего Президента, сказанные на праздновании 20-летия российской Конституции: "Широкое применение государственной символики, особенно в учебных заведениях, способствует воспитанию истинного патриотизма. Поднятие государственного флага и прослушивание гимна возвращает не столько к самим символам, сколько к патриотическим чувствам, которые являются мировоззренческой основной для каждого гражданина". Могу вам сказать, во время профессиональной деятельности мне посчастливилось не раз испытать такие чувства. Я начал с примера из античных времён, однако нам хорошо известны и примеры отечественной истории. Во время Великой Отечественной войны советские солдаты, рискуя жизнью, спасали знамя своей воинской части. Знамя Победы открывало парад на Красной площади в 1945 году, а к подножью Мавзолея летели знаки и символы фашистского государства, идеология которого как раз и была построена на философии расового и национального превосходства. На мой взгляд, одной из главных причин развала нашей с вами общей Родины, Советского Союза, было проявление крайнего национализма. Это были спекуляции на национальных чувствах, породившие вооружённые конфликты в Нагорном Карабахе, Абхазии, Приднестровье, Чечне и Южной Осетии. В Советском Союзе проблемы межнациональных отношений решались достаточно успешно, а когда они были созданы искусственно, извне, при полном попустительстве руководства страны, Союза просто не стало. Как сказал известный русский публицист Александр Зиновьев: "Целились в коммунизм, а попали в Россию". Межнациональные распри развалили СССР, развалили единую Югославию, а сегодня у всех перед глазами ещё один красноречивый и тяжкий пример – это Украина. Там тоже решили поделить людей на правильных и неправильных, на малый народ и народ главенствующий. Под видом декоммунизации проводится сознательная русофобская политика. Что в результате мы видим: развал страны, идёт необъявленная гражданская война, и ежедневно гибнут ни в чём не повинные люди. Есть и обратный пример – Молдавия. Ещё недавно казалось, что эта страна утратит свой государственный суверенитет, но молдавский народ проголосовал за нового президента, за восстановление добрососедских отношений с Россией. Наша страна – многонациональное государство: 85 субъектов Федерации, 130 народностей, вся её история, её гордость и слава. Это история собирания земель и мирного существования разнообразных наций, культур, языков, и национальные символы каждого народа должны в равной степени защищаться нашим российским законодательством. Нельзя воспитать истинного патриота лишь на правильных и красивых фразах общего характера, а вот на любви к матери, к улице, на которой родился, к родным и близким, к символам твоей малой Родины можно и нужно. Каждый гражданин должен быть уверен: флаг и герб твоей республики, твоего региона и города находится под защитой государства и за попыткой надругаться над ним следует неотвратимое, жёсткое наказание. Практика применения подобных юридических мер не является чем-то из ряда вон выходящих. В зарубежных странах с давними традициями федерализма уголовный закон защищает и региональные символы субъектов Федерации. Такие нормы действуют в Германии, Австрии, Швейцарии, Аргентине, подлежат охране символы автономных регионов в Португалии. За оскорбление флага или герба Германии или одной из её земель установлена уголовная ответственность, где максимальный размер наказания три года лишения свободы. Такое же наказание предусматривает Уголовный кодекс Швейцарии за осквернение или уничтожение швейцарского флага или герба либо герба, или флага входящего в её состав кантона. Наше законодательство защищает флаг и герб Российской Федерации, охраняет честь и историческое достоинство нашей общей Родины, воплощенные в государственных символах. В то же время аналогичные символы субъектов Федерации практически лишены государственной поддержки, когда современные вандалы цинично на телевизионные камеры издеваются над флагом того или иного российского региона, рвут его на части, топчут, сжигают, используют в собственных пропагандистских целях. Максимум, чего им можно опасаться – обвинения в мелком хулиганстве или в нарушении общественного порядка и пожарной безопасности. Согласитесь, в этом есть явная недоработка законодателей. Многие субъекты Российской Федерации установили в своём законодательстве об административных правонарушениях ответственность за надругательство над официальными символами региона: нанесение оскорбительных, циничных надписей, срывание, уничтожение или использование герба (флага) способом, который по существу означает глумление и издевательство. В то же время понятно, что этих мер явно недостаточно. На мой взгляд, только Уголовный кодекс является надёжной гарантией и надлежащей защитой от посягательства на святые для каждого гражданина символы его малой родины. Кроме того, только на федеральном уровне возможно пресечь подобные действия, если они совершаются на территории другого субъекта Российской Федерации. Честно признаюсь, трактовка этих варварских поступков, как хулиганство, мне кажется неверной. Допускаю, что часть из них совершаются людьми, которые не слишком интеллектуально развиты и не понимают отвратительного смысла своих поступков. Однако даже в этом случае практически всегда за ними стоят силы, прекрасно разбирающиеся в политической конъюнктуре. Их цель – разжигание национальной розни, спекуляция на самых низменных инстинктах и, в итоге, покушение на целостность нашей многонациональной родины. Русский мыслитель Николай Бердяев писал: "Россия есть великий Восток-Запад, и она есть целый огромный мир". Философ говорил о миссии России быть сильной, самостоятельной страной, которая отстаивает правду и справедливость, стремится привести гармонию и дух партнёрства в отношения между государствами, между людьми разных традиций и культур. В заключение своего выступления хочу ещё раз процитировать слова нашего Президента: "Если мы посмотрим историю, взглянем не так уж далеко от сегодняшнего дня, то мы убедимся в том, что, когда мы были едины, мы всегда добивались ярких побед, а когда были разобщены, то сталкивались с трагедиями, с распадом, с бедами и страданиями миллионов наших граждан, с преступными амбициями и общенациональной бедой. Поэтому так важно осознать себя единым народом, несмотря на всё наше многообразие". Наверное, лучше и точнее сказать очень сложно. Проект федерального закона "О внесении изменений в статью 329 Уголовного кодекса Российской Федерации" (в части установления ответственности за надругательство над гербом или флагом субъекта Российской Федерации) устанавливает уголовно-правовую охрану региональной символики наравне с ответственностью за надругательство над общенациональными символами России. Еще раз хочу подчеркнуть, что предлагаемые мною меры не запретительного, а охранительного характера. Это логично и справедливо. Я считаю, что кем бы ни были провокаторы, допускающие подобные действия, какие бы силы не стояли за ними, они должны знать, что совершают уголовное преступление и будут отвечать за это по всей строгости закона. Спасибо большое за ваше внимание.

12 января, 20:05

Фундаментальное правило господствующих групп

Сергей Переслегин объясняет, почему режим Ельцина-Путина обречен в его нынешнем виде:«Для того чтобы в России появились классы западного или, как сказал бы Александр Зиновьев, западоидного типа, будь то феодалы или буржуазия, господствующие группы в России должны были начать отчуждать, выражаясь для простоты и сокращения времени марксистским языком, отчуждать у населения не только прибавочный продукт, но и часть необходимого продукта. В связи с этим одной из главных задач русской власти всегда было ограничение экономических аппетитов господствующих групп. В этом плане власть всегда вела себя очень жестко, и не потому, что любила народ, власть к народу всегда относилась наплевательски, и народ ей платил тем же. Но и власть, и народ имели один общий интерес: не позволить олигархизацию власти и не дать возможность господствующим группам слишком сильно вторгаться в сферу необходимого продукта.Всего два раза в истории русская власть нарушила это фундаментальное правило русских господствующих групп. Первый раз — после александровских реформ, и все закончилось 1905–1917 годами, когда система себя скорректировала. Второй раз — с конца 80-х годов и до нашего времени. Верхушка, которую мы имеем сейчас, сформировалась на основе нарушения этого правила русской власти, по которому верх — центроверх государства — не должен эксплуатировать население, не должен грабить вместе с господствующими группами, а должен ограничивать их в этом плане.То есть первая характеристика элиты (в нормальном состоянии русской истории, будь то советской или российской) — это довольно бедные группы, у которых есть некий лимит на эксплуатацию населения. Второй аспект, который обусловливал развитие господствующих групп в России, — это автосубъектный характер власти: власть выступает как единственный субъект и не позволяет никакую иную субъектность. Поэтому у нас никогда не было системной элиты. Как только элита пыталась оформиться в некую систему, власть ее подсекала. Так было при Иване IV, так было и позже».С 2005 года мы наблюдаем ситуацию, когда режим увеличивает свои усилия по грабежу населения, которое оказалось на контролируемой им территории, выжимая из него все, что можно и экономя на нем везде, где только можно.

24 декабря 2016, 07:20

«Рядом со мной стоял Собчак и аплодировал, но я не понимал, чему тут аплодировать»

Задача нашего общества в том, чтобы извлечь правильные уроки из произошедшего и, главное, не позволить примитивизировать дискуссию о советском прошлом — к такому выводу пришли участники заседания Зиновьевского клуба, на которое были приглашены участники съезда народных депутатов России, голосовавшие против ратификации Беловежских соглашений. Об основных тезисах выступавших — в материале «БИЗНЕС Online».

Выбор редакции
23 декабря 2016, 23:54

Рекомендации для творческих работников: как чего нибудь не натворить.

Некоторые наивные люди думают, что на творческой работе самое главное – творить. Нет более опасного заблуждения! Не вздумайте! Ещё натворите чего нибудь!На творческой работе самое главное – правильно выстроить свою карьеру. А для этого надо обязательно занять творческую должность. Ибо какое творчество без соответствующей должности? Без должности за творчество можно и в психушку угодить.Вот для желающих утвердиться на творческой должности и при этом не угодить в психушку я и публикую эти рекомендации.Вначале рекомендации от известного литератора:Как стать литератором?По наводке: zlobny_troll."У Симонова я познакомился с человеком, имя которого не помню. И не знаю, кто он был по профессии. Помню только, что от Симонова мы вышли вместе, зашли в какую-то забегаловку и основательно напились. Он пролистал повесть, но определённое впечатление себе составил. Он сказал, что самое криминальное в повести - то, что она внешне имеет форму оправдания подлости, и это разоблачает её сильнее, чем если бы это была откровенная сатира. Он отметил также мою способность "смеяться без улыбки и рыдать со смехом". Этот человек дал мне совет, как стать писателем. "Чтобы стать писателем, - говорил он, - надо влезть в писательскую среду и начать крутиться в ней. Встречаться с писателями, лучше всего - с влиятельными. Делать вид, что ты восторгаешься их сочинениями. Написать что-нибудь серенькое и безобидное, но актуальное. О войне, конечно, было бы подходящим. О героизме. Показать написанное этим влиятельным писателям, выслушать их советы, учесть замечания. Кто-нибудь из них не устоит и порекомендует напечатать в каком-либо сборнике или заштатном журнале. Напечатав первый рассказик, благодари маститых покровителей. Подари оттиск рассказика с восторгами и благодарностями. Строчи второй рассказик и проталкивай тем же путем. Теперь рассказик можешь сделать получше, если, конечно, в состоянии. Чтобы было видно, что ты - растущий талант. Через несколько лет сочини повестушку. Дай ее на обсуждение в толстый журнал. Ну и покровителям, конечно. Терпеливо жди, когда решат напечатать. Самое главное - не обнаруживай, что у тебя есть способности. Лучше, если их вообще нет. Если способности есть, но маленькие, считай, что повезло. Большим писателем стать можешь. Напечатав повестушку, приложи усилия к тому, чтобы появилась хорошая рецензия. Не жалей денег на подарки и угощения. Кто-нибудь из покровителей клюнет и непременно произведёт тебя в ранг подающих надежды. После рецензии добивайся вступления в Союз писателей. Лезь во все дыры. Участвуй в комиссиях. Холуйствуй перед всеми. Лижи задницу всем, кто может быть полезен. Добивайся авансов и всяческих благ. Чем больше урвёшь, тем больше тебя ценить будут. Утвердившись, пиши толстый роман. Если ты все предыдущие советы выполнишь, роман автоматически получится именно такой, какой нужен для успеха в качестве выдающегося советского писателя."Исповедь отщепенца/Александр Зиновьев. - М.: Вагриус, 2005.-554 с.-ил.-(Мой 20 век)Op.cit Cтр. 227-228..Всё это созвучно с моей давней статьёй. Поэтому решил повторить её до кучи и для систематизации темы:.Правила поведения для соискателя учёной степени.Правило первое: соискатель не должен быть гордым. Соискатель должен кланяться и благодарить. Кланяться и благодарить... Кланяться и благодарить... (И устно, и в письменных работах).Правило второе: У соискателя нет своих идей. У него могут быть только идеи своего научного руководителя!Правило третье: У соискателя нет и не может быть своих интересов в науке. У него должен быть один интерес: отстаивать везде и всегда интересы своего научного руководителя!Правило четвёртое: У соискателя нет никакого научного авторитета. Его задача – самоотверженно защищать авторитет своего научного руководителя всегда и везде! (Даже если тот по пьяни скажет, что дважды два = пять, надо будет найти в его фразе глубокий философский смысл. Для чего в качестве примера рекомендуется использовать "Чёрный квадрат" Малевича.).Правило пятое: Соискатель всегда глупее своего научного руководителя. Он всегда и везде должен со смекалкой и инициативой вести себя так, чтобы ни у кого не возникло даже мысли об обратном!Правило шестое: У соискателя нет и не должно быть других целей в жизни, кроме одной: под руководством своего научного руководителя самому стать научным руководителем. Чтобы обучить правилам соискателя как можно больше других соискателей.Господа соискатели! Соблюдайте эти правила неукоснительно! Пишите диссертации и ну её нахер, эту науку. И ваша научная карьера да не прервётся никогда!.Как видите во всякой творческой работе много общего. Хотя есть и своя специфика.Дерзайте!

14 декабря 2016, 14:03

ЛАМБАДА (1989ГОД)

Повторяю пост за 10.08.2013 (Потому что нравится)Предлагаю запустить запись и смотреть мои воспоминания  именно под эту музыку.Редко какая музыка так заполняет собой всё временное пространство и окружающую действительность, как это сделал именно этот ролик и именно эта запись в 1989г--безусловно это была музыка года, она даже подавила  собой звучащий в том же году из всех окон ЛАСКОВЫЙ МАЙ и ЮРУ ШАТУНОВА. Да --группа КАОМА и ЛАМБАДА совершенно чётко ассоциируются с 1989г у миллионов и даже наверное МИЛЛИАРДОВ людей, но с чем она ассоциируется??? Я не могу рассказать от имени всех, могу только рассказывать от себя. Ну во первых я последний год служил в СОВЕТСКОЙ АРМИИ (301 ИАП под Хабаровском --техник самолёта--старший лейтенант)Самолёта и аэродрома мои были приблизительно такие (специально в инете искал похожие, сам я никогда не любил фоткаться:-)))В конце 88г было страшное землетрясение в СПИТАКЕ и по приказу Д.Т. Язова (так помнится) ребятам армянам дали отпуск, чтоб они поехали и помогли родным. В полку было много армян и у многих погибли родные и близкие.Мне тогда тоже дали отпуск (я женился за пол года до того, и инженер эскадрильи Валерий Михайлович Лукьянов (он был родом из Тирасполя, умер несколько лет назад и похоронен там где служил--под Хабаровском, хотя наш полк расформировали ещё в 94г) выпросил мне отпуск под Новый 89г для свидания с женой--это счастье. Билетов не было и я на перекладных летел через Свердловск, где и застрял на сутки. Солдаты армяне давали мне лежать на полу без очереди (я всё-таки был уже старлеем и в форме) так сильно был забит именно солдатами армянами Свердловский аэропорт Кольцово. Улетел через сутки. Продолжался Нагорно--Карабахский конфликтГотовились и проходили выборы на СЪЕЗД НАРОДНЫХ ДЕПУТАТОВ СССР, у нас  конкурировали 2 кандидата --командующий округом генерал - полковник Виктор Иванович Новожилов и сотрудник института этнографии, коренная нанайка Евдокия Александровна Гаер, помню, как я 5 км шёл, как сменился с боевого дежурства, чтоб проголосовать за неё, о чём не жалею,хоть она и поддержала потом Ельцина, но она искренний и доверчивый человек, она как-то стремилась улучшить положение коренного населения края и остальных жителей тоже (например генерал к нам в часть не приехал, а она приехала и ответила на все вопросы). И ещё интересный факт, это были единственные абсолютно честные выборы, что признают буквально все, но наши оба кандидата были от КПСС.Евдокия Александровна ГаерПотом я помню её на трибуне съезда (затаив дыхание слушал весь Дальний Восток) и в Межрегиональной Группе (какие были надежды, и как их грубо растоптал Ельцин).В это же время проходил вывод войск из АфганистанаА в полку были ребята, которые там воевали и даже в эскадрилье. Рассказывали всякое, и в том числе нелицеприятное про Громова. Никто тогда не знал, как Россия предаст НАДЖИБУЛЛУ.За несколько дней до Съезда случились Тбилисские события (пресловутые лопатки), потом мы сдавали самолёты в ремонт в ВОЗДВИЖЕНКЕ и в Уссурийской гостинице пили водку с майором, начальником ПДС именно того ПДС полка, ФИО майора память не удержала, но факт, что их вывели из Афгана, сразу в Нагорный Карабах и не кормили 2 дня, а потом без оружия выпустили на толпу я запомнил, естественно произошёл срыв, который грузины будут ещё долго смаковать.Интересно, что в эскадрилье был и лейтенант из Тбилиси--Коля ТомилинПотом как известно Горбатого понесло в Китай (я помню, что в это время Дежурные силы были увеличены чуть ли не вдвое и вместо 4-х на боевом дежурстве стояло 8 самолётов). И как раз в это время там были события на площади Тяньаньмэнь‎. Горбатого (как я сейчас понимаю) срочно выпроводили, чтоб толпу не баламутил и Дэн Сяопин навёл там порядок (причём действовали там куда как резче, чем в Тбилиси).Жертвы разгона демонстрации на площади Тяньаньмэнь‎В конце мая начался 1 Съезд Народных депутатов, помнится сам Горбатый с самодовольной физиономией и конечно академик Сахаров, также конечно Ельцин и наша Евдокия Александровна.Если присмотреться, видно, что над Сахаровым уже витала смерть. А жаль. Поживи он ещё лет 5, скорее всего он переосмыслил бы свою жизнь, как её переосмыслили писатели Владимир Максимов и Александр Зиновьев (и ваш покорный слуга)Да про Собчачью личность забыли:-)))А вот и он АНТИХРИСТ ДЕМОКРАТИИВ это время нас (именно с 3 на 4 июня) послали в командировку в Уссурийск, сдавать самолёты в ремонт и Улу-Телякская трагедия, когда взорвался газ при встречном движении поездов Адлер --Новосибирск и Новосибирск Адлер, произошла именно тогда когда мы сами ехали в поезде на Уссурийск. Там народ сильно стал переживать (люди были совершенно другие, чем сейчас), никто не знал где это и проводница вдруг по нашим разговорам поняла, что 2 из нашей команды (я из Уфы, а АО-шник--ст. л-т Саша Чернов из Миньяра) как раз оттуда. Многие подходили и спрашивали где это (ох и велика наша страна).http://www.topauthor.ru/Ulu_-_Telyak__Samaya_strashnaya_tragediya_Rossii__Kak_ono_bilo__2295.htmlПотом выяснилось, что жена моего друга (фельдшер) с начала и до конца работала с обожжёнными (фото из интернета, своих тогда никто не делал). Рассказывают, что часть на вертолётах с места взрыва перевозили прямо в Уфу и садили чуть ли не на проспекте Октября (но я это узнал уже после демобилизации)Потом летом как сейчас в Амурской области, всё время шли дожди и у меня дальневосточные ротаны стали плавать в сенях. Всё лето пришлось ходить в сапогах. Зато хоть и стояли мы постоянно на боевом дежурстве, супостат (амеры) летал из-за этих-же дождей мало и в общем-то у нас было относительно спокойно. Апофеозом стал день, когда разлилась соседняя речушка и солдаты ловили рыбу руками прямо на Взлётной полосе:-)))Вот он ротан (агрессор и оккупант озёр и рек), но тогда его в Европе ещё не было (а в моих сенях был:-))) Интересно, что у нас в аэродромных зонах были проточные озерки, так он там кишел. Солдатики --узбеки его ловили на удочку (а он жрёт что угодно) и варили уху.Потом --осенью я демобилизовался (уже видно, что грядут большие изменения и глобальное сокращение армии, но что грядёт полный разгром всего и вся я конечно не знал и не думал). Несколько месяцев я просидел дома (надо было ремонт делать и вообще дела как-то сразу нашлись) а 14 декабря я вышел на работу в тот же ц.4 своего родного завода из которого ушёл в Армию и именно в этот день умер академик Сахаров.Похороны А.Д. СахароваВ 1989г на наши экраны вышла первая мыльная опера, нет -БОГАТЫЕ ЕЩЁ НЕ ПЛАКАЛИ, ПРОСТО МАРИЯ слезу не выжимала, ТРОПИКАНКА попой не вертела, но скромница РАБЫНЯ ИЗАУРА уже появилась.Потом самые страшные события в нашей истории шли именно под такое мыло. Нам бы понять, что скромница бывает не только как на верхней фотографии, но и такой...или такойили вотИ вся их демократия именно такая, как редиска, но опыт --сын ошибок трудных...И весь год, все события (которых на самом деле было намного больше) прошёл под Ламбаду. Я не припомню такой плотности событий больше никогда в своей жизни. Нет, самое страшное (развал СССР, потеря сбережений, расстрел Дома Советов, миллионы беженцев, полная неустроенность 90-х, потеря Армии (любой военный скажет, что от Армии в 90-е оставалась одна оболочка), промышленности и работы миллионами людей, хронические невыплаты заработной платы, девальвация совести и нравственности и скатывание многих на звериный уровень сознания) было впереди. Но потом это шло как-то постепенно, не сливаясь и не накатывая одно на другое. А в 89г всё это было сразу и одновременно. Нельзя повернуть время вспять, но можно не делать ошибок которые делали и можно выстроить будущую страну ещё лучше прежней, (пока можно, но скоро может оказаться, что время упущено и развал и разложение НЕОБРАТИМЫ)http://hsdk.ucoz.ru/news/zabroshennyj_aehrodrom_vozle_posjolka_kalinka/2011-12-23-31(по ссылке --так выглядит сегодня аэродром моей части, правда последнее время там иногда стала базироваться лёгкая авиация, может до конца не угробят???)ХОЧЕТСЯ ЧТОБ ЧАСЫ ПОШЛИ и начали отсчитывать НОВОЕ ВРЕМЯ...

11 декабря 2016, 18:20

Более трех часов в Новокузнецке длилась презентация книги Павла Фокина «Александр Зиновьев. Прометей отвергнутый»

Новокузнецк400.Рф, 9.12.2016 9 декабря 2016 года в актовом зале ЦГБ им. Н. В. Гоголя прошла встреча с Павлом Евгеньевичем Фокиным, кандидатом филологических наук, историком литературы, научным [...]

Выбор редакции
11 декабря 2016, 17:39

Новый фильм Андрея Караулова «Россия Владимира Путина» об Александре Зиновьеве

Момент Истины, 2016   История жизни одного из самых ярких критиков советской системы – Александра Зиновьева в новом фильме Андрея Караулова «Россия Владимира Путина». Журналист [...]

09 декабря 2016, 10:13

Россия Владимира Путина, фильм 7-8

Владимир Полеванов, сменивший Чубайса на посту главы Госкомимущества, должен был сесть в тюрьму. Такие требования выставили американцы. Черномырдин с Чубайсом заводили на него 11 уголовных дел. Однако все они рассыпались. Владимир Полеванов расскажет, как остановил приватизацию оборонных предприятий и морских портов и почему этим фактом были страшно недовольны американцы. Как оплачивалось западом диссидентское движение. История жизни одного из самых ярких критиков советской системы– Александра Зиновьева.

06 декабря 2016, 13:39

В Варшаве прошла презентация биографии Александра Зиновьева

РИА Новости, 5.12.2016 г. Презентация книг Павла Фокина «Александр Зиновьев. Прометей отвергнутый» и Ольги Зиновьевой «Выход есть!», организованная Зиновьевским клубом МИА «Россия сегодня», прошла в понедельник в Российском [...]

03 декабря 2016, 15:11

«Александр Зиновьев» едет в Варшаву

Молодая Гвардия 5 декабря в 17 часов в Российском центре науки и культуры в Варшаве состоится презентация книги Павла Фокина «Александр Зиновьев: Прометей отвергнутый». Кроме того, вдова выдающегося логика, социолога, [...]

Выбор редакции
03 декабря 2016, 14:38

220 научных диссертаций, в которых цитируются работы Александра Зиновьева

. Социальные преобразования в СССР и постсоветской России в философском исследовании А. А. Зиновьев Сонгаль, Мария Анатольевна, 09.00.11 — Минск, 2016 . Жанр социологического романа [...]

03 октября 2015, 11:01

"Запад против России. Взгляд философа" - интервью Зиновьева "Ле Фигаро" - 1999 г

Оригинал взят у aldanov в "Запад против России. Взгляд философа" - интервью Зиновьева "Ле Фигаро" - 1999 год. Часть 1.Очень интересное, и  очень актуальное интервью, которое НГ перепечатала в 2014.А, Зиновьев оказался пророком благодаря способности проникать в суть вещей.http://www.ng.ru/ideas/2014-08-14/4_zinoviev.htmlАлександр Зиновьев: «Евросоюз – это оружие уничтожения национальных суверенитетов». Фото с сайта www.zinoviev.ru Предлагаем вниманию читателей текст интервью с выдающимся философом Александром ЗИНОВЬЕВЫМ, которое тот дал перед своим возвращением из Германии в Россию. Его беседа с журналистом Виктором ЛУПАНОМ состоялась в Берлине и была опубликована французской газетой Le Figaro 24 июля 1999 года. Однако русскому читателю это интервью известно мало. Между тем спустя более чем десятилетие с момента публикации стали особенно очевидны и точность данных Зиновьевым оценок, и их пророческий характер. Многие мысли, высказанные Александром Зиновьевым, представляют огромный интерес для русскоязычных читателей на всем постсоветском пространстве– С какими чувствами вы возвращаетесь на Родину после столь длительной ссылки?– С чувством, что когда-то покинул сильную, уважаемую, даже внушающую страх державу, а вернувшись, обнаружил побежденную страну, всю в руинах. В отличие от других, я бы никогда не покинул СССР, если бы у меня был хоть какой-то выбор. Эмиграция стала для меня настоящим наказанием.– Тем не менее вас приняли здесь (в Германии. – Прим. пер.) с распростертыми объятиями!– Это правда... Но, несмотря на триумфальный прием и мировой успех моих книг, я всегда чувствовал себя здесь чужим.– После краха коммунизма основным предметом ваших исследований стала западная система. Почему?– Потому что произошло то, что я предсказывал: падение коммунизма превратилось в развал России.– Выходит, борьба с коммунизмом прикрывала желание уничтожить Россию?– Совершенно верно. Я это говорю, потому что в свое время был невольным соучастником этого для меня постыдного действа. Российскую катастрофу хотели и запрограммировали здесь, на Западе. Я читал документы, участвовал в исследованиях, которые под видом идеологической борьбы на самом деле готовили гибель России. И это стало для меня настолько невыносимым, что я не смог больше находиться в лагере тех, кто уничтожает мой народ и мою страну. Запад мне не чужой, но я рассматриваю его как вражескую державу.– Вы стали патриотом?– Патриотизм меня не касается. Я получил интернациональное воспитание и остаюсь ему верным. Я даже не могу сказать, люблю или нет русских и Россию. Однако я принадлежу этому народу и этой стране. Я являюсь их частью. Нынешние страдания моего народа так ужасны, что я не могу спокойно наблюдать за ними издалека. Грубость глобализации выявляет недопустимые вещи.– Тем не менее сегодня многие бывшие советские диссиденты отзываются о своей прежней Родине как о стране прав человека и демократии. И теперь, когда эта точка зрения стала общепринятой на Западе, вы ее пытаетесь опровергнуть. Нет ли здесь противоречия?– Во время холодной войны демократия была оружием в борьбе против коммунистического тоталитаризма. Сегодня мы понимаем, что эпоха холодной войны была кульминационным моментом в истории Запада. В это время на Западе было все: беспрецедентный рост благосостояния, подлинная свобода, невероятный социальный прогресс, колоссальные научные и технические открытия! Но в то же время Запад незаметно менялся. Начатая в то время робкая интеграция развитых стран была, по сути, предтечей интернационализации экономики и глобализации власти, свидетелями чего мы сегодня являемся.Интеграция может служить росту общего благосостояния и иметь положительные последствия, если, например, она удовлетворяет легитимное стремление братских народов к объединению. Однако та интеграция, о которой идет речь, была с самого начала продумана как вертикальная структура, жестко контролируемая наднациональной властью. И без успешного проведения российской, против Советов, контрреволюции Запад не смог бы приступить к глобализации.– Значит, роль Горбачева не была положительной?– Я смотрю на вещи немного под другим углом. Вопреки устоявшемуся мнению советский коммунизм развалился не в силу внутренних причин. Его развал, безусловно, самая великая победа в истории Запада. Неслыханная победа, которая, я повторюсь, делает возможным установление планетарной власти. Конец коммунизма также ознаменовал конец демократии. Сегодняшняя эпоха не просто посткоммунистическая, она еще и постдемократическая! Сегодня мы являемся свидетелями установления демократического тоталитаризма, или, если хотите, тоталитарной демократии.– Не звучит ли все это несколько абсурдно?– Ничуть. Для демократии нужен плюрализм, а плюрализм предполагает наличие по крайней мере двух более или менее равных сил, которые борются между собой и вместе с тем влияют друг на друга. Во время холодной войны была мировая демократия, глобальный плюрализм, внутри которого сосуществовали две противоборствующие системы: капиталистическая и коммунистическая. А также неясная, но все же структура тех стран, которые нельзя было отнести к первым двум группам. Советский тоталитаризм был восприимчив к критике, идущей с Запада.В свою очередь, Запад находился под влиянием СССР, в особенности через собственные коммунистические партии. Сегодня мы живем в мире, где господствует одна-единственная сила, одна идеология и одна проглобализационная партия. Все это вместе взятое начало формироваться еще во время холодной войны, когда постепенно, в самых различных видах появились суперструктуры: коммерческие, банковские, политические и информационные организации. Несмотря на разные сферы деятельности, эти силы объединяла их транснациональная сущность.С развалом коммунизма они стали управлять миром. Таким образом, западные страны оказались в господствующем положении, но вместе с тем они находятся и в подчиненном положении, так как постепенно теряют свой суверенитет в пользу того, что я называю сверхобществом. Планетарное сверхобщество состоит из коммерческих и некоммерческих организаций, влияние которых выходит далеко за пределы отдельных государств. Как и другие страны, страны Запада подчинены контролю этих наднациональных структур. И это притом, что суверенитет государств тоже был неотъемлемой частью плюрализма, а значит, и демократии в планетарном масштабе.Нынешняя господствующая сверхвласть подавляет суверенные государства. Европейская интеграция, разворачиваемая у нас на глазах, тоже ведет к исчезновению плюрализма внутри этого нового конгломерата в пользу наднациональной власти.– Но не кажется ли вам, что Франция или Германия продолжают оставаться демократическими государствами?– Страны Запада познали настоящую демократию во время холодной войны. Политические партии имели подлинные идеологические различия и разные политические программы. Органы прессы тоже сильно отличались друг от друга. Все это оказывало влияние на жизнь простых людей, способствовало росту их благосостояния. Теперь этому пришел конец. Демократичный и процветающий капитализм с социально ориентированным законодательством и гарантиями занятости был во многом обязан существованию страха перед коммунизмом. После падения коммунизма в странах Восточной Европы на Западе началась массированная атака на социальные права граждан. Сегодня социалисты, находящиеся у власти в большинстве стран Европы, ведут политику демонтажа системы социальной защиты, политику, уничтожающую все социалистическое, что имелось в странах капитализма.На Западе нет больше политической силы, способной защитить простых граждан. Существование политических партий – чистая формальность. С каждым днем между ними все меньше и меньше будет различий. Война на Балканах была какой угодно, но только не демократической. Тем не менее ее вели социалисты, которые исторически были против подобного рода авантюр. Экологисты, тоже находящиеся у власти в некоторых странах, приветствовали экологическую катастрофу, вызванную бомбардировками НАТО. Они даже осмелились утверждать, что бомбы, содержащие обедненный уран, не представляют опасности для окружающей среды, хотя при их зарядке солдаты надевают специальные защитные комбинезоны.Так что демократия постепенно исчезает из общественной организации стран Запада. Повсюду распространяется тоталитаризм, потому что наднациональная структура навязывает государствам свои собственные законы. Эта недемократичная надстройка отдает приказы, дает санкции, организовывает эмбарго, сбрасывает бомбы, морит голодом. Даже Клинтон ей подчиняется. Финансовый тоталитаризм подчинил себе политическую власть. Холодному финансовому тоталитаризму чужды эмоции и чувство жалости. По сравнению с финансовой диктатурой, диктатуру политическую можно считать вполне человечной. Внутри самых жестоких диктатур было возможно хоть какое-то сопротивление. Против банков восставать невозможно.– А что насчет революции?– Демократический тоталитаризм и финансовая диктатура исключают возможность общественной революции.– Почему?– Потому что они совмещают грубую всемогущую военную силу с финансовым удушением планетарного масштаба. Все революционные перевороты получали когда-то поддержку извне. Отныне это невозможно, так как больше нет и не будет суверенных государств. Более того, на самой низкой общественной ступени класс рабочих заменен классом безработных. А чего хотят безработные? Работу. Поэтому они находятся в менее выгодном положении, нежели класс рабочих в прошлом.– У всех тоталитарных систем была своя идеология. Какая идеология у этого нового общества, которое вы называете постдемократическим?– Наиболее влиятельные западные теоретики и политики считают, что мы вошли в постидеологическую эпоху. Это потому, что под словом «идеология» они подразумевают коммунизм, фашизм, нацизм и т.п. На самом деле идеология, сверхидеология западного мира, развивавшаяся в течение последних 50 лет, намного сильнее коммунизма или национал-социализма. Западного гражданина гораздо больше оболванивают, нежели когда-то обычного советского человека посредством коммунистической пропаганды. В области идеологии главное – не идеи, а механизмы их распространения. Мощь западных СМИ, например, несравненно выше, чем сильнейшие средства пропаганды Ватикана во времена его наивысшего могущества.И это не все; кино, литература, философия – все рычаги влияния и средства распространения культуры в самом широком смысле слова работают в этом направлении. При малейшем импульсе все, работающие в этой сфере, реагируют с такой согласованностью, что невольно возникают мысли о приказах, исходящих из единого источника власти. Достаточно было принять решение заклеймить генерала Караджича, или президента Милошевича, или еще кого-нибудь другого, чтобы против них заработала вся планетарная пропагандистская машина. В итоге, вместо того чтобы осуждать политиков и генералов НАТО за нарушение ими всех существующих законов, подавляющее большинство западных граждан убеждено, что война против Сербии была нужной и справедливой.Западная идеология комбинирует и смешивает идеи исходя из своих потребностей. Одна из таких идей – западные ценности и образ жизни являются наилучшими в мире! Хотя для большинства людей на планете эти ценности имеют гибельные последствия. Попробуйте-ка убедить американцев в том, что эти ценности погубят Россию. У вас ничего не выйдет. Они и дальше будут утверждать тезис об универсальности западных ценностей, следуя, таким образом, одному из основополагающих принципов идеологического догматизма.Теоретики, политики и СМИ Запада абсолютно уверены, что их система – самая лучшая. Именно поэтому они без всяких сомнений и со спокойной совестью навязывают ее во всем мире. Западный человек, носитель этих наивысших ценностей, является, таким образом, новым сверхчеловеком. На термин наложен табу, но все сводится именно к этому. Конечно, данное явление необходимо изучать научно. Однако, смею заметить, в некоторых областях социологии и истории стало крайне тяжело проводить научные исследования. Ученый, который вдруг воспылает желанием изучить механизмы демократического тоталитаризма, столкнется с неимоверными трудностями. Из него сделают изгоя. С другой стороны, те, чьи исследования обслуживают господствующую идеологию, утопают в грантах, а издательские дома и СМИ борются за право сотрудничать с этими авторами. Я это испытал на собственной шкуре, когда преподавал и работал исследователем в зарубежных университетах.

24 августа 2012, 00:00

Дети зрелых отцов подвержены повышенному числу мутаций, считают ученые

Позднее зачатие детей крайне негативно сказывается на здоровье потомства – так, повышение возраста отца на один год сопровождается появлением в среднем двух вредных мутаций в геноме их потомков, заявляют ученые в статье, опубликованной в журнале Nature.читать далее

09 августа 2012, 01:24

Памяти Алесандра Зиновьева

Александр Зиновьев признан выдающимся ученым в области теории знаков и теории индукции, входит в тройку сильнейших логиков мира, доктор философии, профессор логики, автор более 40 книг, среди которых знамениты «Зияющие высоты». Александр Зиновьев произносит свой финальный монолог, содержанием которого стало то, что философ считает нужным и возможным оставить в назидание и в пользование потомкам. Это как бы последняя лекция, адресованная неизвестному поколению на пределе собственной жизни. Смотрите также: http://zinoviev.info/wps   http://vk.com/alexander_zinoviev