• Теги
    • избранные теги
    • Люди769
      • Показать ещё
      Страны / Регионы1557
      • Показать ещё
      • Показать ещё
      Международные организации163
      • Показать ещё
      • Показать ещё
      • Показать ещё
      • Показать ещё
Али Хаменеи
Али Хаменеи
Великий аятолла Сейед Али Хосейни́ Хаменеи ( 17 июля 1939, Мешхед) — иранский религиозный и государственный деятель, второй Высший руководитель (глава государства) Ирана с 1989 года по настоящее время, президент Ирана (1981—1989), один из ближайших соратников лидера Исламской револю ...

Великий аятолла Сейед Али Хосейни́ Хаменеи ( 17 июля 1939, Мешхед) — иранский религиозный и государственный деятель, второй Высший руководитель (глава государства) Ирана с 1989 года по настоящее время, президент Ирана (1981—1989), один из ближайших соратников лидера Исламской революции Рухоллы Хомейни.


Развернуть описание Свернуть описание
04 декабря, 17:22

Iran Vows 'Firm Response' Unless Obama Stops Sanctions Renewal

DUBAI (Reuters) - Iranian President Hassan Rouhani demanded on Sunday that Barack Obama block an extension of sanctions passed by the U.S. Congress, saying Tehran would otherwise “firmly respond”. In a speech to parliament, Rouhani denounced legislation passed by the U.S. Congress to extend the Iran Sanctions Act (ISA) for 10 years as a violation of Tehran’s nuclear deal with six major powers. The deal curbs Tehran’s nuclear program in return for the lifting of international financial sanctions. “America’s president is obliged to exercise his authority by preventing its approval and particularly its implementation ... and if this gross violation is carried out we will firmly respond,” Rouhani said in the speech, carried live by state television. President Obama is expected to sign the legislation into law, the White House said on Friday. The U.S. Congress move was a blow to Rouhani, a pragmatist who engineered the diplomatic opening to the West that led to the nuclear deal. U.S. officials have said the ISA renewal would not infringe the nuclear agreement. U.S. lawmakers have also said the ISA extension would make it easier for sanctions to be quickly reimposed if Iran contravened the nuclear deal. On Sunday, 264 lawmakers in Iran’s 290-seat parliament issued a statement calling on the government to implement counter measures, including relaunching nuclear enrichment halted under the atomic deal, the official news agency IRNA reported. The diplomatic thaw between Washington and Tehran over the past two years looks in jeopardy with U.S. President-elect Donald Trump taking office next month. He said during his election campaign that he would scrap the nuclear agreement. Last month, Iran’s Supreme Leader Ayatollah Ali Khamenei warned that the extension would be viewed in Tehran as a breach of the nuclear accord and threatened retaliation. Khamenei and his hardline loyalists have criticized the deal and blamed Rouhani for his government’s failure to deliver swift improvements in living standards since sanctions were lifted in January. -- This feed and its contents are the property of The Huffington Post, and use is subject to our terms. It may be used for personal consumption, but may not be distributed on a website.

02 декабря, 22:03

Iran Furious After Obama Said To Extend Iran Sanctions; Oil Jumps To 2016 Highs

A furious Iran threatened to retaliate early Friday against a U.S. Senate vote to extend the Iran Sanctions Act (ISA) for 10 years, saying it violated last year's deal with six major powers that curbed its nuclear program.  The ISA was first adopted in 1996 to punish investments in Iran's energy industry and deter its alleged pursuit of nuclear weapons; it was due to expire on Dec. 31. Lawmakers said the extension would make it easier for sanctions to be reimposed if Iran violated the nuclear settlement. The extension was passed unanimously on Thursday. While US officials said the ISA's renewal would not infringe on Obama's landmark nuclear agreement (which may or may not be voided by Trump), and under which Iran agreed to limit its sensitive atomic activity in return for the lifting of international financial sanctions that harmed its oil-based economy, senior Iranian officials took odds with that view. Iran's nuclear energy chief, Ali Akbar Salehi, who played a central role in reaching the nuclear deal, described the extension as a "clear violation" if implemented. "We are closely monitoring developments," state TV quoted Salehi as saying. "If they implement the ISA, Iran will take action accordingly." Iran's most powerful authority, the Supreme Leader Ayatollah Ali Khamenei, warned in November that an extension of U.S. sanction would be viewed in Tehran as a violation of the nuclear accord. "Iran has shown its commitment to its international agreements, but we are also prepared for any possible scenario. We are ready to firmly protect the nation's rights under any circumstances," Foreign Ministry spokesman Bahram Ghasemi said in comments reported by state news agency IRNA. The Senate's vote will have political consequences as well: the U.S. Senate vote was a blow to the more moderate and pragmatic Iranian President Hassan Rouhani, who engineered the diplomatic opening to the West that led to the nuclear deal, and may embolden his hardline rivals ahead of presidential election next year. Khamenei and his hardline loyalists, drawn from among Shi'ite Muslim clerics and Revolutionary Guards, have criticized the deal and blamed Rouhani for its failure to deliver swift improvements in living standards since the lifting of international sanctions in January. It was not immediately clear what form any eventual retaliation for the U.S. Senate vote might take. Influential Friday prayer leaders, appointed by Khamenei, strongly denounced the ISA extension and called on the government to take action, according to IRNA. According to Reuters, Iranian lawmaker Akbar Ranjbarzadeh said Iran's parliament would convene on Sunday to discuss a bill obliging the government to "immediately halt implementation of the nuclear deal" if Obama approves the ISA, the Students News Agency ISNA reported. Another lawmaker quoted by the semi-official Tasnim news agency said Iran's parliament planned to discuss a bill that would prevent the government purchasing "American products". * * * Until today, the White House had not pushed for an extension of the sanctions act, but had not raised serious objections. Congressional aides, cited by Reuters, said they expected President Barack Obama to sign the extension. However, moments ago, the White House did opine, and according to a Reuters headline, Obama is expected to extend the Iran sactions, in effect not only jeopardizing his own Nuclear treaty... WHITE HOUSE SAYS EXPECTS OBAMA TO SIGN BILL EXTENDING IRAN SANCTIONS But potentially opening the way for the reimposition of oil sanctions on Iran. While it is unlikely that sanctions could return while Obama is still president, after the Trump inauguration it's a different matter entirely, as explained earlier this month in "Will Trump Send The Price Of Oil Soaring" by eliminating as much as 1 million in Iranian output from the world market. To be sure, crude oil was certainly excited on the news, jumping to the highest price since July 2015.

02 декабря, 09:56

США продлили санкции против Ирана на 10 лет

Сенат США одобрил продление закона о санкциях против Ирана на 10 лет.

02 декабря, 07:30

СМИ: Путин сыграл ключевую роль в решении ОПЕК по сокращению нефтедобычи

Глава российского государства Владимир Путин сыграл решающую роль в том, что региональные соперники Иран и Саудовская Аравия сумели достигнуть договоренности в рамках общего соглашения ОПЕК о снижении добычи нефти. Именно президент РФ выступил в качестве посредника между этим двумя странами, которые не могли прийти к компромиссу о цене на «чёрное золото», передаёт сайт «Комсомольской правды» со ссылкой на зарубежные информационные агентства. Отмечается, что российский лидер обсуждал возможность такого соглашения с принцем Саудовской Аравии ещё в сентябре на саммите G20, который проходил в Китае. После этой беседы президент РФ пришёл к выводу, что Саудовская Аравия будет готова взять на себя «львиную долю» общего сокращения нефтедобычи, если это не будет выглядеть «слишком большой уступкой» Ирану. 28 ноября Путин и президент Ирана Хасан Роухани провели телефонный разговор. Позже Аятолла Хаменеи, принимая окончательное решение по позиции Тегерана, подчеркнул, что Иран не должен уступать политическому давлению и соглашаться в Вене на какие-либо сокращения добычи. 30 ноября, саудовцы согласились сократить производство в большей степени, в то время как Ирану было позволено незначительно увеличить объёмы. «Мы были тверды, — прокомментировал итоговое соглашение министр нефти Ирана Биджан Зангане. — Телефонный разговор между Роухани и Путиным сыграл главную роль». По словам министра, после звонка Россия поддержала это изменение квот. Как подчеркивают журналисты агентства Reuters, вся эта ситуация подтверждает многократно возросший за последние годы авторитет России на Ближнем Востоке. Ранее «Свободная пресса» сообщала, что накануне цена на нефть резко пошла вверх на фоне итогов встречи нефтедобывающих стран, которая проходила 30 ноября в Вене.

02 декабря, 07:12

Reuters : Решающая роль в сделке ОПЕК была у Путина

Всё началось со встречи Путина с саудовским принцем Мохаммадом в сентябре в кулуарах саммита G20 в Китае. Они договорились о сотрудничестве в борьбе с перенасыщением мировых рынков нефти, в результате которого цены на чёрное золото снизились более чем вдвое с 2014 года, ударив по доходам двух стран. Нефть подорожала на 10 процентов на этой неделе, превысив $53 за баррель. Финансовые проблемы сделали сделку возможной, несмотря на серьёзные политические разногласия между Россией и Саудовской Аравией относительно гражданской войны в Сирии.

01 декабря, 22:22

Senate votes unanimously to extend Iran sanctions

The Senate voted unanimously Thursday to extend sanctions on Iran for 10 years as President-elect Donald Trump faces calls not to immediately scrap a nuclear pact with Iran that he labeled "disastrous" on the campaign trail.The House-passed measure would renew the Iran Sanctions Act, first enacted in 1996 and set to expire at the end of the year. The White House has suggested the extension is unnecessary, saying the president already has authority to re-impose sanctions on Iran, but it has not explicitly threatened a veto.The Sanctions Act imposes penalties on Iran’s energy sector and other industries, but gives the president authority to waive those sanctions — and Obama has done so under the terms of the Iran nuclear deal. Supporters of the extension say keeping the law on the books would send a signal to Iran that the United States can quickly re-instate the sanctions if the Islamic Republic violates the nuclear pact.“If the sanctions architecture has expired, then we have no sanctions which we can snap back,” Sen. Robert Menendez (D-N.J.), a senior member of the Foreign Relations Committee, said on the Senate floor ahead of the vote. With the law’s extension, “The Iranians will know the consequences of any breach.”Added Sen. Richard Blumenthal (D-Conn.): “We can ill afford to allow sanctions that deter and impede Iran’s development of conventional weapons of mass destruction to expire.”Critics of the extended sanctions are concerned Iran might view them as a provocation — and the country’s supreme leader has already said as much. On Iranian state television, Ayatollah Ali Khamenei said that “if this sanction is implemented, this is definitely a violation of the agreement, without any doubt,” as CNN reported last week.In a conference call with reporters, Sen. Chris Coons (D-Del.), a member of the Foreign Relations Committee, said he thinks the extension will lead to some “aggressive posturing by the hard-liners in Iran” but that it won’t cause the country to walk away from the nuclear deal.The sanctions vote comes as Congress and the incoming Trump administration are weighing their options for dealing with Iran, which has continued to test ballistic missiles.On Capitol Hill, lawmakers are considering putting in place stricter sanctions to curb Iran’s provocative military actions and support groups the U.S. has designated as terrorist organizations. Such sanctions would not be aimed directly at Iran’s nuclear program — so lawmakers say they would not violate the nuclear pact, which seeks to stop Iran from obtaining a nuclear weapon in return for sanctions relief.Meanwhile, the incoming Trump administration faces calls not to entirely scrap the nuclear deal on Day One, as POLITICO has previously reported. Senate Foreign Relations Chairman Bob Corker (R-Tenn.), for instance, said the United States has already given up much of its leverage by allowing Iran to access billions of dollars in frozen assets. “I think the beginning point is for us to cause them to strictly adhere [to the deal],” Corker, a candidate to be Trump’s secretary of state, said on MSNBC last month. “And I think that what we have to remember is, we have to keep the Europeans and others with us in this process.”On Wednesday, White House press secretary Josh Earnest said Obama had not yet decided whether to sign the extended sanctions.“We’ll take a look at what bill is passed and determine whether or not the president will sign it,” Earnest said. “But for those in Congress who are interested in making sure the administration has sufficient authority, I can confirm that we do, and I can confirm that we have not been shy about using it.”

01 декабря, 21:04

Reuters: сделка ОПЕК стала возможной благодаря вмешательству Путина

Президент России Владимир Путин сыграл решающую роль в достижении соглашения ОПЕК, выступив посредником между Ираном и Саудовской Аравией, сообщает Reuters со ссылкой на источник. По данным агенства, все началось со встречи Путина с саудовским принцем Мухаммадом ибн Салманом в сентябре в кулуарах саммита G20 в Китае. Тогда оба политика договорились быть заодно, чтобы спасти мировой рынок нефти от перенасыщения. В сентябре на неформальной встрече в ходе Энергетического форума в Алжире ОПЕК пришла к мнению о необходимости сократить добычу нефти впервые после финансового кризиса 2008 года. Но отдельные страны требовали особых условий, и ради завершения сделки в Вене 30 ноября требовалось немало дипломатических усилий. Переговоры внутри картеля неоднократно терпели неудачу из-за споров между фактическим лидером Саудовской Аравией и третьим по величине производителем ОПЕК - Ираном. Тегеран убежден, что ОПЕК не должна мешать ему восстанавливать свои резервы после стольких лет нахождения под санкциями. Но практически накануне решающей встречи Эр-Рияд стал противиться сделке, угрожая нарастить производство, если Иран не пойдет на сокращение. Тогда, сообщает агенство, президент Путин провел телефонный разговор с президентом Ирана Хасаном Роухани, который положительно повлиял на позицию страны. Как сообщается, Роухани вместе с министром нефти Бижаном Намдаром Зангане отправились к духовному лидеру Ирана аятолле Али Хаменеи. "Зангане тщательно объяснил свою стратегию и получил одобрение лидера. Кроме того, было решено, что политическое лоббирование имеет важное значение, особенно с господином Путиным, которое лидер также одобрил", - рассказал источник. В итоге саудиты согласились сократить производство, воприняв это, по словам министра энергетики Саудовской Аравии Халида аль-Фалиха, как "большой удар". Ирану же было позволено лишь ограничить добычу. После встречи ОПЕК Зангане старался избегать давать комментарии, которые могли бы быть истолкованы, как победа Ирана над Саудовской Аравией.(https://www.gazeta.ru/bus...)

01 декабря, 21:04

Reuters: сделка ОПЕК стала возможной благодаря вмешательству Путина

Президент России Владимир Путин сыграл решающую роль в достижении соглашения ОПЕК, выступив посредником между Ираном и Саудовской Аравией, сообщает Reuters со ссылкой на источник. По данным агенства, все началось со встречи Путина с саудовским принцем Мухаммадом ибн Салманом в сентябре в кулуарах саммита G20 в Китае. Тогда оба политика договорились быть заодно, чтобы спасти мировой рынок нефти от перенасыщения. В сентябре на неформальной встрече в ходе Энергетического форума в Алжире ОПЕК пришла к мнению о необходимости сократить добычу нефти впервые после финансового кризиса 2008 года. Но отдельные страны требовали особых условий, и ради завершения сделки в Вене 30 ноября требовалось немало дипломатических усилий. Переговоры внутри картеля неоднократно терпели неудачу из-за споров между фактическим лидером Саудовской Аравией и третьим по величине производителем ОПЕК - Ираном. Тегеран убежден, что ОПЕК не должна мешать ему восстанавливать свои резервы после стольких лет нахождения под санкциями. Но практически накануне решающей встречи Эр-Рияд стал противиться сделке, угрожая нарастить производство, если Иран не пойдет на сокращение. Тогда, сообщает агенство, президент Путин провел телефонный разговор с президентом Ирана Хасаном Роухани, который положительно повлиял на позицию страны. Как сообщается, Роухани вместе с министром нефти Бижаном Намдаром Зангане отправились к духовному лидеру Ирана аятолле Али Хаменеи. "Зангане тщательно объяснил свою стратегию и получил одобрение лидера. Кроме того, было решено, что политическое лоббирование имеет важное значение, особенно с господином Путиным, которое лидер также одобрил", - рассказал источник. В итоге саудиты согласились сократить производство, воприняв это, по словам министра энергетики Саудовской Аравии Халида аль-Фалиха, как "большой удар". Ирану же было позволено лишь ограничить добычу. После встречи ОПЕК Зангане старался избегать давать комментарии, которые могли бы быть истолкованы, как победа Ирана над Саудовской Аравией.(https://www.gazeta.ru/bus...)

01 декабря, 20:08

Reuters сообщил о «решающей» роли Путина в сделке ОПЕК

Президент России Владимир Путин сыграл решающую роль в заключении ОПЕК сделки по сокращению добычи нефти. Об этом Reuters сообщили источники в самом картеле и странах, в него не выходящих....

30 ноября, 04:38

Can Hassan Rouhani Win Re-Election?

Henry Johnson Security, Middle East Rouhani's approach to foreign affairs, his basic faith in the power of diplomacy to resolve bitter conflicts, has been discredited. Before the U.S. elections, when Trump’s chances at ascending to the Oval Office seemed, to most liberal voters at least, a distant possibility, Iranian hardliners lined up with many of the world’s other autocrats to cheer him on. This wasn’t just a display of schadenfreude. In Iran, few hardliners, and certainly not the country’s supreme leader, have ever said a nice thing about any U.S. politician. At the heart of their enthusiasm for Trump is the knowledge that however he changes U.S. policy toward Iran as president, it’ll significantly complicate Hassan Rouhani’s hopes of winning a re-election in May. Rouhani has led a charge to fill the country’s elective institutions with a diverse coalition of moderates that generally share his centrist values on privatization and diplomatic engagement. In elections last February, he helped oust prominent hardliners from their long-held seats in the parliament and Assembly of Experts, a clerical oversight body. Supreme Leader Ali Khamenei, moreover, has a personal stake in the May elections, given his interest in isolating Hashemi Rafsanjani, a longtime rival who has orchestrated Rouhani’s rise, from the locus of executive power. As one former reformist official told Reuters in July, “Hardliners want a president who is closer to their camp and gets his directions from Khamenei's allies.” Amid this maneuvering, Trump’s electoral victory has all but sealed the legacy, if not the fate, of Rouhani’s landmark policy: the nuclear deal. Trump has promised to either renegotiate or alternately dismantle it – not that the distinction matters much. Rouhani said the day after Trump’s win that there would be “no possibility” of changing the deal. Short of a credible U.S. threat of war, it’s difficult to imagine why Rouhani would accept less favorable terms. At a minimum, Trump would have to make the trying case for why world powers should renege on their prior commitments and reimpose an international sanctions regime. Read full article

29 ноября, 15:50

Иран рассматривает варианты создание военно-морских баз в Сирии и Йемене

Ирану нужны базы за рубежом, и это может стать возможным на побережье Йемена или Сирии, или базы могут быть созданы на островах или «плавающих островах» в Персидском заливеКак сообщает портал «opex360.com» в материале «L’Iran envisage d’installer des bases navales en Syrie et au Yémen», 27 ноября 2016 года по случаю Дня ВМС Ирана в иранское газете «Шаргх» была опубликована статья начальника Генерального штаба вооруженных сил (армии) Ирана генерала Мохаммада Хоссейна Бакери, в которой автор говорит о том, что Ирану нужны базы за рубежом, и это может стать возможным на побережье Йемена или Сирии, или базы могут быть созданы на островах или «плавающих островах» в Персидском заливе. По его словам, такие приобретения могут полезнее ядерного оружия, сообщает блог bmpd.Начальник Генерального штаба иранской армии генерал Мохаммад Хоссейн Бакери (с) IRNAВ подтверждение своих слов генерал Бакери отметил, что в условиях, когда две трети мирового населения живут на побережье, а мировая экономика зависит от морских путей, Иран должен принять меры, хотя ему для этого потребуется время.Это первый случай, когда иранский военный озвучивает идею создания военно-морских баз на территории других стран. Ресурс напоминает, что Иран является ближайшим союзником Башара Асада, а также йеменских хуситов, которые воюют против коалиции во главе с Саудовской Аравией.Слова Бакери были подвергнут критике Салехом аль Самадом, который является главой политического совета хуситов. По его словам, «ни пяди земли Йемена, на суше или на море, не будет отдано иностранному государству, кем оно ни было, врагом или союзником».В июле 2011 года аятолла Али Хаменеи утверждал, что морское пространство открывает большие стратегические возможности для различных стран и народов, так как предоставляемые возможности и интересы принадлежат всем странам мира. Он также добавил, что военно-морские силы армии и Корпуса стражей Исламской революции были символом авторитета иранской нации в ход защиты интересов своей страны в Персидском заливе и Оманском (Аравийском) море. Эту точку зрения он снова подтвердил на приеме командующих военно-морскими силами Ирана. По его словам, «ВМС должны быть сильными и иметь возможности, достойные Исламской распублики».

29 ноября, 10:35

Турция отрекается от Украины

Очень похоже, что после провалившейся попытки государственного переворота в Анкаре, турецкий президент Реджеп Эрдоган принял окончательное решение развернуть «государственные оглобли» на север, в сторону Москвы. Что, в общем-то, выглядит абсолютно логично. Американские «партнёры», чьи уши довольно явственно торчали из-за спин летних путчистов, не просто занялись внутренними разборками, но грозятся вообще свернуть внешнеполитический вектор «в трубочку». Евросоюз же, во-первых, на самостоятельного игрока не тянет, так что нет никакого смысла о чём-то с ним серьёзно договариваться. А, во-вторых, слишком уж разное у закалённых турок и изнеженных европейцев представление о так называемых общечеловеческих ценностях.

27 ноября, 00:40

After Warning US With "Retaliation" Iran Plans Russian Fighter Jet Purchase, Naval Bases In Syria, Yemen

As tensions once again grow between Iran and the US, with both countries unsure if Donald Trump will extend Barack Obama's landmark "nuclear deal" which in January 2016 lifted Iran's sanctions (imposed previously by the same Obama regime) and allowed Iran to export three times as much crude oil as the country did one year ago, Iran has fallen back to the same diplomacy that marked the darker periods of diplomacy between Tehran and Washington. As a result, earlier this week Iran explicitly warned the Trump administration, that extending U.S. sanctions on Iran for 10 years would breach the Iranian nuclear agreement, with Iran's Supreme Leader Ayatollah Khamenei warning that Tehran would retaliate if the sanctions are approved. The U.S. House of Representatives re-authorized last week the Iran Sanctions Act, or ISA, for 10 years. The law was first adopted in 1996 to punish investments in Iran's energy industry and deter Iran's pursuit of nuclear weapons. The Iran measure will expire at the end of 2016 if it is not renewed. The House bill must still be passed by the Senate and signed by President Barack Obama to become law. Iran and world powers concluded the nuclear agreement, also known as JCPOA, last year. It imposed curbs on Iran's nuclear program in return for easing sanctions that have badly hurt its economy. "The current U.S. government has breached the nuclear deal in many occasions," Khamenei said, addressing a gathering of members of the Revolutionary Guards, according to his website. "The latest is extension of sanctions for 10 years, that if it happens, would surely be against JCPOA, and the Islamic Republic would definitely react to it." As a reminder courtesy of Reuters, the U.S. lawmakers passed the bill one week after Republican Donald Trump was elected U.S. president. Republicans in Congress unanimously opposed the agreement, along with about two dozen Democrats, and Trump has also criticized it. So what can Iran do to retaliate against the US? The simplest thing is what many of the other nations in the region have already done: continue their ongoing political, economic and military pivot toward Russia. And sure enough, according to Reuters, earlier today Iran's Defense Minister said that the country plans to purchase Russian Sukhoi Su-30 fighter planes to modernise its air force. More troubling to the US, the Iranian minister also threatened that Tehran might again allow Russia to use an Iranian air base for its operations in Syria. Iranian Defence Minister Hossein Dehghan delivers a speech as he attends the 5th Moscow Conference on International Security "The purchase of this fighter is on the agenda of the Defence Ministry," Defence Minister Hossein Dehghan told reporters, according to the Tasneem news agency, without saying how many planes Iran is negotiating to buy. "However, any purchase of the military planes from Russia should include receiving technology and joint investment, he underlined, saying Russia accepted it in the negotiations," Tasneem reported. The gambit is clear: should the US revert to a regime of sanctions with Iran, Tehran will immediate pledge allegiance to Putin, extending a new "axis" in the middle east that begins in Moscow and stretches to Syria, and in recent weeks, Turkey, Egypt and now Iran. There was more. As the semi-official Tasnim news agency also reported on Saturday, Iran’s chief of staff of the armed forces said that Tehran may be interested in setting up naval bases in both Syria and Yemen. The report by Tasnim, close to military, quoted Gen. Mohammad Hossein Bagheri as saying, “Maybe, at some point we will need bases on the shores of Yemen and Syria.” He said “Having naval bases in remote distances is not less than nuclear power. It is ten times more important and creates deterrence.” Gen. Bagheri added that setting up naval platforms off the shores of those countries requires “infrastructures there first.” He said Iran is also able to set up permanent platforms for military purposes in the Persian Gulf and roving ones in other places. As cited by AP, Bagheri did not elaborate but said “When two thirds of the world’s population lives near shores and the world economy depends on the sea, we have to take measures. Though there is a need for the time for these (steps).” Unlike the previous "threat" that Iran may purchase Russian military equipment. this is the first time that an Iranian military official has spoken of setting up naval bases in another country in the region. No Middle Eastern country is known to have a formal naval base in another Mideast country, perhaps because alliances in the region tend to be painfully fickle and countries that until recently were allies quickly become foes.  More from AP: Iran regularly sends its warships to the Gulf of Aden to fight piracy. It also conducts occasional naval maneuvers in the Persian Gulf and the Sea of Oman. Iran’s warships regularly visit seaports of friendly countries, including a recent visit to the South African port of Durban.    Iran’s Supreme Leader have repeatedly supported increasing the power of the country’s navy, last year describing the sea as the scene of “powerful confrontation with enemies”. saying the future of power is based on powerful presence in the seas. The country has dozens of warships and light and Kilo-class submarines. It has hundreds of speed boats too, four of which harassed a U.S. warship earlier this year.   Iran is currently helping the Shiite Houthi rebels in Yemen and the Syrian government in their fights against the extremist Islamic State group. The good news for Obama is that the outgoing president is no longer relevant: it will be Trump's task to difuse the situation, which is somewhat paradoxical. On the one hand, the President-elect is hoping to restore relations with the Kremlin; on the other he is planning to burn the biggest bridge with Iran, one which will unelash a new era of Russian-Iranian cooperation, and an aggressive Iranian military expansion in the region, one which may bring Israel back out of geopolitical hibernation. Ultimately it will be up to Trump's Secretary of State - whether Romney or Giuliani - to figure out a solution to this dilemma without risking further national interest losses in either Eastern Europe or the Middle East.

25 ноября, 10:29

В США могут похоронить ядерное соглашение с Ираном ещё до вступления Трампа в должность

В адрес уходящей администрации президента Барака Обамы подобной политкорректности  руководитель ИРИ не проявляет. Глава Ирана указывает на нарушения нынешним правительством Соединённых Штатов условий Совместного всеобъемлющего плана действий (СВПД) по выполнению ядерного соглашения между Тегераном и шестью державами. Назвав такой подход к выполнению СВПД «заблуждением», аятолла Хаменеи напомнил, что и сегодня США продолжают нарушать заключённое соглашение, в том числе планируя расширить существующие санкции на 10-летний период. «США должны быть осведомлены о том, что Исламская Республика Иран не будет стоять сложа руки», - предупредил Хаменеи.

24 ноября, 14:02

В США могут похоронить ядерное соглашение с Ираном ещё до вступления Трампа в должность

В Тегеране не торопятся делать выводы о предстоящей иранской политике избранного президента Дональда Трампа. Выступая 23 ноября перед командованием сил народного ополчения «Басидж», лидер Исламской Республики аятолла Али Хаменеи вновь заявил: «В настоящее время мы не можем высказывать какие-либо суждения о новой администрации, которая должна прийти к власти в США». В адрес уходящей администрации президента Барака Обамы...

24 ноября, 10:11

Иран готов разорвать ядерное соглашение из-за продления санкций США. Против этого договора выступает и избранный президент Дональд Трамп

Верховный лидер Ирана аятолла Али Хаменеи в среду заявил, что продление санкций США в отношении Тегерана еще на 10 лет станет нарушением соглашения по иранской ядерной программе, на что последует незамедлительная реакция. Палата представителей конгресса США на прошлой неделе подавляющим большинством голосов (419 из 435) одобрила продление на 10 лет закона об этих санкциях. Акт позволяет президенту вводить ограничения для компаний, которые инвестируют в иранский энергетический сектор, его действие истекает 31 декабря. Санкции по ядерной программе Ирана были сняты 16 января после того, как МАГАТЭ подтвердило выполнение Тегераном обязательств в рамках соглашения с шестеркой , достигнутого в июле 2015 г. в Вене. Подробнее читайте на нашем сайте www.oilru.com

24 ноября, 05:56

Иран пригрозил США ответными мерами на продление санкций

Верховный лидер Ирана аятолла Али Хаменеи заявил, что продление санкций США еще на десять лет станет нарушением соглашения по иранской ядерной программе, в этом случае Тегеран предпримет ответные меры. «Действующее правительство США многократно нарушало соглашение по ядерной программе. Последним случаем стало продление санкций на десять лет. Если это произойдет, это будет против Совместного всеобъемлющего плана действий, Иран определенно предпримет ответные меры», – заявил Хаменеи.

24 ноября, 00:33

Иран готов разорвать ядерное соглашение из-за продления санкций США

Верховный лидер Ирана аятолла Али Хаменеи в среду заявил, что продление санкций США в отношении Тегерана еще на 10 лет станет нарушением соглашения по иранской ядерной программе, на что последует незамедлительная реакция. Палата представителей конгресса США на прошлой неделе подавляющим большинством голосов (419 из 435) одобрила продление на 10 лет закона об этих санкциях. Акт позволяет президенту вводить ограничения для компаний, которые инвестируют в иранский энергетический сектор, его действие истекает 31 декабря. Санкции по ядерной программе Ирана были сняты 16 января после того, как МАГАТЭ подтвердило выполнение Тегераном обязательств в рамках соглашения с «шестеркой», достигнутого в июле 2015 г. в Вене.

24 ноября, 00:33

Иран нашел повод

Верховный лидер Ирана аятолла Али Хаменеи в среду заявил, что продление санкций США в отношении Тегерана еще на 10 лет станет нарушением соглашения по иранской ядерной программе, на что последует незамедлительная реакция. Палата представителей конгресса США на прошлой неделе подавляющим большинством голосов (419 из 435) одобрила продление на 10 лет закона об этих санкциях. Акт позволяет президенту вводить ограничения для компаний, которые инвестируют в иранский энергетический сектор, его действие истекает 31 декабря. Санкции по ядерной программе Ирана были сняты 16 января после того, как МАГАТЭ подтвердило выполнение Тегераном обязательств в рамках соглашения с «шестеркой», достигнутого в июле 2015 г. в Вене.

Выбор редакции
23 ноября, 18:48

Iran's Khamenei Threatens Response If U.S. Extends Sanctions

Iranian Supreme Leader Ayatollah Ali Khamenei threatened an unspecified response if the U.S. extends sanctions for another 10 years, days after the House of Representatives voted in favor of an extension.

17 января, 13:05

Иран освобождается от санкций

Президент Ирана Хасан Роухани назвал снятие экономических и финансовых санкций ООН «золотой страницей» в истории страны. Роухани благодарит аятоллу Хаменеи, в то время как ООН, МАГАТЭ и страны «шестерки» приписывают лавры себе. Пока Иран и его партнеры, включая Россию, подсчитывают гипотетические барыши от открытия страны миру, минфин США напоминает, что санкционное ярмо с Ирана вовсе не снято. Снятие экономических и финансовых санкций с Ирана будет способствовать росту экономики страны, «настало время для новых усилий по улучшению экономики и качества жизни населения», заявил в воскресенье иранский президент Хасан Роухани, выступая перед меджлисом – парламентом исламской республики. Об отмене санкций в отношении Ирана было объявлено накануне поздно вечером в Вене с началом реализации ядерного соглашения, заключенного в июле 2015 года Тегераном и шестью мировыми державами (пять постоянных членов Совбеза ООН, включая Россию, плюс Германия). Накануне страны МАГАТЭ получили финальный доклад экспертов агентства по иранской ядерной программе, предшествующий официальному началу ее реализации. Евросоюз и США подтвердили снятие с Ирана экономических и финансовых санкций, связанных с его ядерной программой. Иран «выполняет свои обязательства по демонтажу большей части своей ядерной программы», и посему США и Евросоюз «немедленно снимают санкции, связанные с ядерной сферой», цитирует Wall Street Journal заявление госсекретаря США Джона Керри. «Так как Иран выполнил все свои обязательства, сегодня международные и односторонние санкции с Ирана, касающиеся его ядерной программы, снимаются в соответствии с Совместным всеобъемлющим планом действий (СВПД)», – в свою очередь торжественно объявила глава европейской дипломатии Федерика Могерини, зачитав совместное заявление с министром иностранных дел Ирана Мохаммедом Джавадом Зарифом. 25 лет мониторинга «мирного атома» Директор Международного агентства по ядерной энергии Юкия Амано с удовлетворением подвел черту предшествующей более чем 15-летней работе. «Мы прошли долгий путь с тех пор, как в 2003 году МАГАТЭ впервые начало работу по иранской ядерной проблеме. Для того чтобы прийти к нынешней точке, был проделан большой труд. Реализация этого (нового) соглашения потребует аналогичных усилий», – цитирует главу МАГАТЭ Wall Street Journal. Представители агентства уже в воскресенье вылетят в Тегеран на встречу с Роухани и другими высокопоставленными представителями Ирана, чтобы начать обсуждение мониторинга ядерной сделки. «Договор предусматривает проведение очень строгих проверок, которые, однако, в течение последующих 25 лет будут постепенно ослаблены или сокращены», – поясняет в комментарии Deutsche Welle эксперт по вопросам безопасности и контроля над вооружениями берлинского Фонда науки и политики (SWP) Оливер Майер. В числе прочего некоторые из атомных объектов Ирана планируется при участии международных экспертов преобразовать в исследовательские центры. Речь идет о подземной лаборатории в Фордо (где находится завод по обогащению урана) и ядерном реакторе в Араке. Спасибо рахбару за «золотую страницу» «Переговоры по ядерной тематике удались благодаря участию великого рахбара (верховного лидера Ирана аятоллы Али Хаменеи – прим. ВЗГЛЯД), при поддержке народа и всей политической системы страны, их успех можно назвать одной из золотых страниц в истории страны», – объявил президент Роухани, обращаясь к парламентариям. Страна должна в полной мере использовать возможности, открывающиеся с отменой санкций, цитирует ТАСС иранского президента. Напомним, в числе прочего снимаются ограничения на действие системы SWIFT в Иране, на покупку нефти и газа у этой страны, и, что крайне важно для российско-иранских экономических связей, сняты ограничения на поставки туда оборудования для нефте- и газодобычи. Как напоминает РИА «Новости», Россия и Иран рассматривают реализацию проектов на сумму до 40 млрд долларов, в ближайшее время по ним уже могут быть подписаны контракты. Москва и Тегеран рассмотрят возможность создания совместного российско-иранского банка, который будет кредитовать эти проекты. Снятие санкционного ярма уже приносит свои плоды – Роухани говорит об уже достигнутом сокращении инфляции (с 40% до 13,7%). В бюджете страны заложен расчет на рост экономики в 8%, что потребует ежегодно привлекать иностранные инвестиции в размере от 30 до 50 млрд долларов. Иран рассчитывает ежедневно экспортировать до 2,25 млн баррелей нефти. Показательно, что уже в субботу, в преддверии снятия санкций представители крупнейших нефтяных компаний Shell и Total прибыли в Тегеран для участия в переговорах с представителями Национальной нефтяной компании Ирана. При этом Роухани не мог не констатировать, что цена на черное золото на мировом рынке «упала ниже 30 долларов за баррель, сократившись на 75%». Поэтому, делает вывод иранский президент, страна не может «более ориентироваться только на этот источник доходов». Необходимо «раз и навсегда» сократить зависимость иранской экономики от продажи нефти. В частности, власти страны планируют, что к 2020 году туристический поток в страну возрастет до 20 млн человек. Очевидны и политические подвижки. Еще до обнародования сообщения МАГАТЭ в субботу состоялись отдельные переговоры верховного представителя ЕС по иностранным делам Федерики Могерини и главы МИД Ирана Мохаммада Джавада Зарифа, увенчавшиеся упомянутым выше совместным заявлением, а также встреча Могерини, Зарифа и Керри. Анонсируя отмену санкций, Зариф заявил в субботу, что «сегодняшний день станет хорошим и памятным для Ирана, региона и мира». По словам Зарифа, «реализация Совместного всеобъемлющего плана действий приведет к укреплению мира в регионе», кроме того «сделка продемонстрировала всему миру, что существующие проблемы необходимо решать с помощью дипломатии». Спасибо Обаме за аэробусы Пока же Ирану дают понять всю выгоду полюбовного соглашения с Западом. В день переговоров президент США Барак Обама отменил 10-летний запрет на экспорт гражданских самолетов в Иран (в связи с действовавшими экономическими санкциями в последние десять лет особенно пострадал гражданский авиапарк Ирана, многие самолеты не летают из-за отсутствия запчастей). Показательно, что первым контрактом, подписанным Тегераном после судьбоносного решения по санкциям, стало заключенное в субботу соглашение с компанией Airbus на покупку 114 самолетов для иранской авиакомпании Iran Air, занимающейся международным воздушным сообщением. Как известно, Airbus – не американская, а европейская компания, но мнение Вашингтона, очевидно, оказалось решающим. По новому контракту первые аэробусы прибудут в Иран уже до 20 марта, сообщает агентство dpa со ссылкой на министра дорог и городского транспорта республики Аббаса Ахунди.  В целом Иран планирует закупить до 400 новых самолетов в ближайшие десять лет. Торжествовать рано Впрочем, следует отметить, что США пока отменили только «второстепенные санкции» против Ирана, которые касались зарубежных филиалов американских компаний и иностранных фирм. Эти «второстепенные санкции» были оговорены в одном из приложений СВПД. «Первостепенные санкции, вводящие запрет на деловые контакты с Исламской Республикой физических и юридических лиц США, пока останутся в силе. Внутреннее эмбарго США на торговлю с Ираном продолжает действовать», – поясняется в заявлении пресс-службы минфина Соединенных Штатов. США продолжат вводить санкции против Ирана, не касающиеся ядерной сделки с ним, заявил в воскресенье американский министр финансов Джейкоб Лью. СВПД предусматривает поэтапную отмену санкций, пояснил в интервью Deutsche Welle немецкий эксперт Оливер Майер. «В день, когда документ вступает в силу, перестают действовать торговые и финансовые санкции против Ирана. Полностью отменяются только штрафные меры, введенные ООН в связи с ядерной программой Тегерана. Что же касается санкций Евросоюза и США, то они лишь приостанавливают свое действие, – объясняет германский эксперт. – Самое позднее через восемь лет должен наступить день, когда наконец отменится действие всех санкций». Окончательное снятие может наступить и раньше, если МАГАТЭ представит развернутое заключение, подтверждающее, что иранская ядерная программа служит исключительно мирным целям. При этом СВПД не предусматривает новые санкции против Ирана, если тот нарушит договоренности, поясняет DW Майер. В этом случае снова вступят в силу действовавшие ранее санкции, и для их введения не потребуется нового официального постановления. Взаимное помилование Демонстрируя стремление к диалогу, влекущему за собой очевидные экономические выгоды, Тегеран сигнализирует о готовности смягчить внутреннюю политику. Накануне иранский суд освободил четырех заключенных с двойным гражданством. «На основе положений Высшего совета национальной безопасности в интересах всего политического порядка страны четверо иранских заключенных были освобождены в субботу в рамках обмена заключенными, имеющими двойное гражданство», – говорится в заявлении суда. Все освобожденные имеют американское и иранское гражданство. Среди освобожденных – корреспондент газеты Washington Post Джейсон Резаян, арестованный в июле 2014 года в Иране. Сообщалось, что власти Ирана обвинили журналиста в шпионаже. Власти Ирана также освободили христианского священника иранского происхождения – протестантского пастора Саида Абедини, приговоренного к трем годам тюремного заключения за подрыв национальной безопасности; бывшего американского морского пехотинца Амира Хекмати, осужденного на 10 лет за сотрудничество с «врагами» ИРИ; бизнесмена Сиамака Намази, арестованного в прошлом году после достижения соглашения по ядерной программе. Как сообщает New York Times, также был освобожден американский гражданин Мэтью Треветик, некоторое время назад «прибывший в Тегеран для изучения языка» и арестованный иранскими властями, «о чем не было заявлено публично», в том числе о местонахождении американца не знала его семья. По сведениям New York Times, Треветик первым из освобожденных покинул страну – еще в субботу. «Иран предпринял значительные шаги, в самой возможности которых сомневались многие – действительно, очень многие», – эмоционально прокомментировал добрую волю Тегерана госсекретарь США Керри, выступая в штаб-квартире МАГАТЭ. В свою очередь США собираются освободить из тюрем или прекратить уголовное преследование в отношении нескольких граждан Ирана. По данным телеканала CNN, освобожденные Вашингтоном иранцы отбывали наказание или проходили под следствием за нарушение режима санкций в отношении Тегерана. Как сообщает New York Times, речь идет о семерых иранцах, фамилии еще 14 граждан исламской республики были из списка лиц, объявленных США в международный розыск. Заметим, что в Госдепе при этом добавили, что освобождение заключенных не имеет отношения к имплементации сделки с Ираном. Решение администрации Обамы произвести этот обмен заключенными уже вызвало резкую критику со стороны кандидатов в президенты от Республиканской партии, отмечает New York Times. Фаворит республиканских симпатий миллиардер Дональд Трамп и сенатор от Флориды Марко Рубио осудили обмен как признак слабости Белого дома; оба кандидата не преминули напомнить, что в случае избрания президентом они разорвут ядерное соглашение с Тегераном. «Обнадеживающий сигнал» или сохраняющаяся угроза Помимо республиканских кандидатов в президенты США, скепсис в отношении очередного соглашения с Ираном высказал Израиль. Премьер-министр Биньямин Нетаньяху вновь предостерег об угрозе, исходящей, по его мнению, от исламской республики. «Тегеран будет и впредь дестабилизировать Ближний Восток и распространять терроризм по всему миру. Он не отказался от стремления заполучить ядерное оружие», – цитирует израильского лидера Deutsche Welle. Нетаньяху призвал мировые державы внимательно следить за Ираном и реагировать на каждое допущенное Тегераном нарушение. Но в целом в мире очередной шаг в разрешении иранской атомной проблемы был встречен с оптимизмом. Генеральный секретарь ООН Пан Ги Мун назвал выполнение договора по атомной программе Ирана «обнадеживающим и мощным сигналом». «Россия сыграла ключевую роль в создании условий для начала выполнения СВПД. В результате тесного взаимодействия между Государственной корпорацией по атомной энергии «Росатом» и Организацией по атомной энергии Ирана за пределы территории Исламской Республики вывезен весь предусмотренный СВПД объем обогащенного урана», – напомнил российский МИД в официальном обращении. С огромным интересом к снятию санкций отнеслись в Берлине. Как передает Deutsche Welle, глава МИД ФРГ Франк-Вальтер Штайнмайер назвал случившееся «историческим успехом дипломатии», а министр экономики в правительстве Ангелы Меркель Зигмар Габриэль назвал отмену западных санкций против Ирана хорошей основой для возобновления германо-иранских экономических и финансовых отношений. «В условиях, когда перед всем ближневосточным регионом стоят огромные по своим масштабам вызовы и в нем царит сильная напряженность, я высказываю надежду, что тот дух сотрудничества, которым отмечены инициативы, увенчавшиеся заключением договора, найдет свое продолжение и в отношении других региональных проблем», – заявил глава МИД Франции Лоран Фабиус, подчеркнувший, что именно Париж внес весомый вклад в переговоры «шестерки». Укрепить «исторически дружественные» отношения с Ираном пообещал министр иностранных дел Японии Фумио Кисида, а МИД Южной Кореи выразил надежду, что пример Ирана «станет основой дальнейших совместных действий мирового сообщества» для ядерного разоружения на Корейском полуострове. Изменения баланса в регионе Главный редактор журнала «Проблемы национальной стратегии», политолог Аждар Куртов отметил в интервью газете ВЗГЛЯД, что опасения растущего влияния Ирана, которые озвучивают политики некоторых стран, являются не более чем намерениями части государств сохранить статус-кво и оставить за Ираном статус государства-изгоя, наделенного чертами некоего регионального зла. «Но из этого ничего не выйдет, – уверен эксперт. – Иран – страна с богатейшей историей и культурой, его государственность насчитывает больше двух с половиной тысяч лет». Иранцы, конечно же, имеют право на повышение своего статуса в решении региональных проблем. «Ну а как иначе? Страна, имеющая население в несколько десятков миллионов человек, имеющая огромные достижения в культуре, внесшая вклад не только в ближневосточную, но и в мировую цивилизацию, – отмечает Куртов. – Поэтому опасения, которые сейчас высказываются в адрес Ирана, чрезвычайно политизированы. Они основаны на том, что Иран вынашивает агрессивные планы в отношении своих соседей и Израиля. Но все эти обвинения являются надуманными». По его мнению, «опыт последних десятилетий показывает, что если у кого и есть планы экспансии, то не у Ирана, а у радикального суннитского ислама». «Иран после снятия санкций будет заинтересован в наращивании своего регионального влияния, но это произойдет благодаря тому, что у него есть для этого объективные основания. Он будет наращивать свою торговлю углеводородами, исправит диспропорции в своем хозяйстве, которые сложились в результате работы в режиме жесткой экономии, и станет участником решений важнейших вопросов в регионе. По крайней мере, он будет стараться. Но ведь эта задача стоит перед многими государствами, и отсюда отнюдь не возникает некая агрессивность Ирана. У этой страны есть региональные интересы, они состоят в том, чтобы создавать в окружающих государствах благоприятную обстановку и не допускать появления там антииранских политических сил. Никакой резкой подвижки в балансе сил я не вижу. Что касается этих изменений к российским интересам, то снятие санкций может привести к тому, что Иран сможет еще более активно участвовать в урегулировании сирийского конфликта. А здесь позиции Ирана и России во многом совпадают. Тегеран и Москва заинтересованы в том, чтобы прекратить кровопролитие в Сирии и чтобы фазу гражданской войны сменила фаза восстановления», – подытожил эксперт. Долгая дорога к сделке Напомним, 14 июля прошлого года Иран и «шестерка» международных посредников достигли исторического соглашения после 10 лет переговоров. Иран взял на себя обязательства избавиться от 98% обогащенного урана и не обогащать уран свыше 3,67% на протяжении 15 лет. При этом договоренности предусматривают, что санкции будут быстро введены вновь, если Иран нарушит условия сделки. 17 октября руководство Ирана уведомило МАГАТЭ о начале применения дополнительного протокола к соглашению, предоставив агентству больший доступ к своим данным по ядерной деятельности. На следующий день президент США Барак Обама поручил начать процесс отмены санкций против Ирана. На фоне подготовки к отмене санкций российское руководство предприняло шаги по углублению сотрудничества с Ираном. Эксперты отмечали, что когда Иран начнет экспорт нефти, у него появятся деньги на строительство объектов инфраструктуры и закупку импорта, после чего он станет еще более важным торговым партнером, а американские и европейские компании будут стремиться застолбить рынки в Иране, особенно энергетический. В то же время в конце декабря появились сообщения о готовящихся санкциях в отношении компаний и лиц, причастных к иранской программе создания баллистических ракет. Наблюдатели связывали эти процессы с внутриполитической ситуацией в Вашингтоне – часть сил пытается таким образом укрепить свои позиции. Одновременно сообщалось о морском инциденте: американские военные пожаловались на то, что иранские ракеты в ходе учебных пусков пролетели в относительной близости от американского авианосца. На этой неделе произошел еще один инцидент, грозивший осложнить отношения между Тегераном и Вашингтоном: власти исламской республики задержали недалеко от острова Фарси в Персидском заливе два катера с 10 моряками ВМС США. Их заподозрили в шпионаже: на острове, по некоторым данным, находится база Корпуса стражей Исламской революции, а катера этого проекта способны высаживать десант на необорудованное побережье. Однако инцидент обошелся без последствий: на следующий день моряков отпустили, а командующий иранскими ВС заявил, что это должно послужить Вашингтону уроком. Теги:  США, Иран, санкции, МАГАТЭ, атомная энергетика, ядерные технологии, Россия и Иран Закладки:

11 ноября 2015, 04:02

Иран остановил демонтаж центрифуг для обогащения урана

В Иране приостановили начатый демонтаж центрифуг для обогащения урана. Об этом сообщил Али Шамхани, секретарь Высшего совета национальной безопасности страны.

06 февраля 2014, 14:46

Россия, Иран и США: геополитическая игра

Одним из главных событий Всемирного экономического форума в Давосе стало выступление иранского президента Хасана Рухани, состоявшееся 23 января. Оно подтвердило стремление иранских властей к нормализации отношений с Западом. Запланированный ход вещей не нарушил даже скандал вокруг неучастия иранской делегации в международной конференции по Сирии «Женева-2»: 21 января генсек ООН Пан Ги Мун отозвал ранее выданное Ирану приглашение. Несмотря на это, иранские власти сохранили самообладание: по возвращении из Давоса президент Рухани заявил, что его участие в работе форума затмевает «Женеву-2».Рухани меняет курсОттепель в отношениях Ирана с Западом стала возможной после смены власти в стране в августе 2013 г.: победу на них одержал прагматично настроенный Хасан Рухани. Поддержку ему оказали ветераны иранской политики: бывшие президенты Али Акбар Рафсанджани и Мохаммад Хатами, стоявшие во главе правительства в 1989 – 2005 гг. и проводившие умеренный политический курс. Аятолла Али Хаменеи, которому принадлежит высшая власть в стране, дал согласие на возвращение в большую политику некоторых видных государственных деятелей того периода. Помимо поста президента, они заняли ряд других ключевых должностей: первого вице-президента, секретаря высшего совета национальной безопасности, глав МИДа и министерства нефти.С воинственной риторикой прежнего президента Махмуда Ахмадинежада было покончено. Рухани изначально не скрывал своего стремления нормализовать отношения с Западом и провести переговоры о снятии с Ирана экономических санкций. Очевидно, что такой подход требует от Тегерана уступок по ключевому вопросу – иранской ядерной программе. Несмотря на проявления недовольства в среде иранских консерваторов, Рухани удалось заручиться поддержкой Хаменеи, заговорившего о «героической гибкости» иранской дипломатии. Получается, что линия Рухани отражает общую точку зрения многих влиятельных кругов в политике, к мнению которых Хаменеи решил прислушаться.Но какие причины заставили высшего руководителя Ирана сменить внешнеполитический курс?Нефть, газ и геополитикаВо-первых, на иранских политиков повлияло действие экономических санкций. После прихода к власти президента Ахмадинежада в августе 2005 г. экономические санкции стали планомерно ужесточаться как по линии Совбеза ООН, так и со стороны США и ЕС. Наиболее болезненным стал запрет ЕС на импорт иранской нефти, установленный в марте 2012 г. Объёмы иранской нефтедобычи, достигнув пика в июле 2005 г. – октябре 2006 г. (4,1 млн. барр./день), в 2011 г. упали до 2,5 млн. барр./день, а за первые 9 месяцев 2013 г. составили лишь 1,1 млн. барр./день. При этом цены на нефть с октября 2006 г. по сентябрь 2013 г. выросли с 58 до 111 долл./барр., что, по-видимому, усиливало стремление иранской политической элиты выйти из-под действия санкций.Потеря рынка ЕС стала далеко не единственной проблемой для иранской нефтяной отрасли. Большие сложности возникли с получением страховых услуг и осуществлением танкерных грузоперевозок: иностранные компании опасаются попасть под действие западных санкций. Более того, в декабре 2011 г. конгресс США одобрил введение жёстких мер против иностранных банков за финансовое взаимодействие с иранским центральным банком. Президент США получил право освобождать иностранные банки от действия этих мер только в том случае, если они в течение 6 месяцев сокращают объёмы финансового взаимодействия с центробанком Ирана как минимум на 18 %, причём эта процедура подлежит повторению каждые 6 месяцев (т.е. сокращение должно быть постоянным). Как следствие, Иран стал терять позиции и на азиатских нефтяных рынках: его поставки в Японию, Индию, Южную Корею, Турцию сократились примерно на 40 %, в Китай – на четверть.Власти Ирана открыто выражают стремление восстановить свои позиции на мировом нефтяном рынке. Так, 4 декабря министр нефти Ирана Бижан Зангане заявил, что Иран нарастит объём своей нефтедобычи до 4 млн. барр./день, даже если цены на нефть упадут до 20 долл./барр. Такой значительный рост нефтедобычи невозможен без нормализации отношений с Западом.Во-вторых, Иран стремится стать крупным игроком на мировом газовом рынке. По данным “BP”, в Иране находится 18 % мировых запасов природного газа, но доля страны в мировой добыче составляет лишь 5 %, а доля в мировом экспорте – менее 1 %. В ноябре 2013 г. национальная газовая компания Ирана вынуждена была объявить о банкротстве. В условиях международного давления потенциал Ирана в качестве «газовой державы» не имеет шансов на реализацию. Эта проблема имеет два основных измерения: неучастие Ирана в конкуренции проектов магистральных газопроводов (таких, как «Южный поток» и «Набукко») и незначительные объёмы производства СПГ.Возросшие амбиции Ирана на мировом рынке природного газа заявляются открыто. В декабре 2013 г. генеральный директор национальной компании Ирана по экспорту газа Али Реза Камели определил главной целью рост доли Ирана на мировом газовом рынке до 16 %, причём экспорт газа планируется осуществлять не только трубопроводным транспортом (как сейчас), но и виде СПГ. По данным “TheWallStreetJournal”, иранские власти рассчитывают на то, что ежегодно будут получать до 130 млрд. долл. от торговли газом: в таком случае, объём газовой отрасли превзойдёт объём нефтяной.В-третьих, амбициозные планы Тегерана в нефтяной и газовой сфере требуют значительных капиталовложений. В Давосе президент Рухани заявил, что целью Ирана является получение 110 млрд. долл. инвестиций в нефтегазовую отрасль, 75 млрд. долл. – в нефтехимический комплекс и 32 млрд. долл. – в другие отрасли экономики. У Ирана нет столь значительных финансовых ресурсов: объём его золотовалютных резервов оценивается менее чем в 100 млрд. долл. Приток иностранных инвестиций – непременное условие реализации заявленных целей. Тегерану также необходимо сотрудничество в технологической сфере – особенно при налаживании производства и экспорта СПГ, а также при разработке крупнейшего в мире газового месторождения «Северное/Южный Парс», расположенного на иранском и катарском шельфе.В-четвёртых, в последние годы изменилась военно-политическая обстановка в регионе. После прихода к власти Барака Обамы США вывели свои войска из Ирака. На 2014 г. намечен вывод международных сил из Афганистана. С одной стороны, в новых условиях Иран может испытывать меньше беспокойства по поводу окружения своих границ американскими войсками. Но, с другой стороны, у США высвобождаются руки для проведения военной операции против Ирана в нужный им момент: например, в 2007 – 2008 гг. желание провести такую операцию было сильным, но войны в Ираке и Афганистане отнимали слишком много сил. Иными словами, в Иране стало менее острым ощущение непосредственной военной угрозы, но в скором времени военная угроза может стать ещё значительнее, чем была в конце 2000-х гг. С точки зрения иранского руководства, возникшим «временным окном» следует воспользоваться.Это «окно возможностей» имеет и другое измерение. Нежелание президента Обамы ввязываться в новую войну на Ближнем и Среднем Востоке очевидно и уже привело к значительному охлаждению американо-израильских отношений. Руководство Израиля не исключает нанесения военного удара по иранским ядерным объектам: перед выборами президента США в 2012 г. эта возможность была козырем премьера Биньямина Нетаньяху в отношениях с Бараком Обамой. После переизбрания Обамы этот сценарий стал менее вероятным: Вашингтон настаивает на том, что операция должна быть согласована и может произойти лишь в крайнем случае. Смягчением своей внешнеполитической линии Иран стремится усилить противоречия между США и Израилем.Прагматики и консерваторыПомимо этих причин, на смену внешнеполитического курса Ирана оказала влияние логика внутриполитических процессов. Политическая система Ирана нестандартна. Должность рахбара (верховного руководителя) является пожизненной, но президенты периодически сменяются на конкурентных выборах. Таким образом, система сочетает в себе как преемственность и управляемость, так и гибкость, демократичность. Именно благодаря последним свойствам «арабская весна» не стала потрясением для иранских властей.Одной из главных функций рахбара является поддержание определённого внутриполитического баланса. Это достигается путём чередования у власти различных политических групп: условных «прагматиков» и «консерваторов». Однако в 2009 г. президентские выборы в Иране сопровождались скандалом: прагматик, бывший премьер Мир-Хосейн Мусави не признал их результат – победу консерватора Махмуда Ахмадинежада. Произошедшие беспорядки поставили под вопрос сохранение консенсуса политической элиты по вопросу о распределении власти в стране.Выборам 2013 г. предшествовали «арабская весна», усиление международного давления и нарастание экономических сложностей. Поэтому аятолла Хаменеи был заинтересован в том, чтобы выборы дали возможность населению и ведущим политикам «выпустить пар» недовольства. Эта задача была успешно решена: прагматики вновь были допущены к власти.Ирано-американская оттепельНовый внешнеполитический курс Рухани имеет три взаимоувязанных составляющих: символические шаги, укрепление взаимодействия с США и достижение официальных договорённостей.Символические шаги Рухани следуют один за другим. Это и инаугурационная речь, и выступление на заседании Генассамблеи ООН, и интервью ведущим западным телеканалам и изданиям, и даже публикация программной статьи в американском издании “WashingtonPost”. В этот же ряд вписываются недавнее выступление в Давосе и интервью, которое иранский президент дал известному политологу Фариду Закарии для телеканала CNN. В этих выступлениях демонстрируется готовность к диалогу, поиску взаимовыгодных решений, а острые моменты (такие, как ситуация в Сирии и отношения с Израилем) по возможности не акцентируются.От слов власти Ирана быстро перешли к установлению прямых контактов с США. Через месяц после смены власти в Иране, в сентябре 2013 г. произошли сразу три важных контакта. Вначале президенты Ирана и США обменялись письмами: Рухани ответил на поздравление Обамы с победой на выборах. Вскоре между главами Ирана и США состоялся первый после 1979 г. телефонный разговор: его центральной темой стала иранская ядерная программа. Через несколько дней состоялись личные переговоры между главой МИД Ирана Джавадом Зарифом и госсекретарём США Джоном Керри. На фоне этих событий президент Рухани выступил с очередной символической инициативой: установить авиасообщение между Ираном и США.Главным результатом всех этих действий стало достижение конкретных договорённостей по иранской ядерной программе: это произошло 24 ноября 2013 г. на встрече министров иностранных дел Ирана и «шестёрки» стран-посредников (пять постоянных членов Совбеза ООН плюс Германия), проходившей в Женеве. Соглашение вступило в силу 20 января 2014 г.Иран обязался полностью заморозить свою ядерную программу сроком на шесть месяцев. Половина обогащённого до 20 % иранского урана должна быть переработана в топливные стержни, а другая половина – обеднена до 5 %. В свою очередь, США и ЕС не будут вводить новые санкции. Определённые послабления в режиме действующих санкций уже действуют. В частности, Тегеран вновь получил возможность свободно торговать нефтью с третьими странами: санкции перестали действовать в отношении танкерной транспортировки нефти и страхования грузоперевозок. Но отмена санкций станет возможной лишь после достижения окончательного соглашения, которое планируется разработать в ближайшие полгода.Последствия для РоссииИрано-американская оттепель может оказать серьёзное влияние на мировой энергетический рынок, региональную обстановку и объём российских внешнеполитических возможностей. По своему значению для России это влияние может быть положительным либо неоднозначным.1)  Положительные последствияИз числа положительных последствий наиболее очевидным является сохранение мира в регионе. В случае военных ударов США по Ирану мог бы возникнуть наплыв беженцев в Закавказье, что резко ухудшило бы гуманитарную обстановку вблизи российских границ и могло бы дестабилизировать политическую обстановку в Азербайджане. Политические потрясения в Азербайджане могли бы привести к возобновлению военного противостояния с Арменией – союзной России страной. В этом смысле примирение Ирана и Запада означает сохранение политической стабильности и мира в Закавказье.Не менее важен тот факт, что успешное создание ядерного оружия в Иране не только нанесло бы очередной удар по режиму нераспространения, но и могло бы повлечь за собой цепную реакцию в регионе. В этих условиях предотвратить появление атомной бомбы у Саудовской Аравии было бы сложной задачей. А ядерный статус Эр-Рияда и начало региональной атомной гонки не отвечает интересам ни России, ни Запада.Другим положительным последствием является демонстрация того факта, что даже наиболее острые внешнеполитические противоречия можно разрешить дипломатическим путём. Со времени окончания «холодной войны» наблюдается снижение порога применения силы со стороны США и других западных стран в отношении суверенных государств (Югославии, Ирака, Ливии и др.). Параллельно происходит снижение реальной политической роли Совбеза ООН. Нападения на суверенные государства могут осуществляться в наши дни под самыми разными предлогами, в т.ч. откровенно надуманными. Это «порочный круг»: прогрессирующее снижение порога применения силы приводит к новым военно-политическим эксцессам. На этом фоне мирное разрешение ситуации вокруг Ирана и сирийского кризиса станут положительными примерами для тех западных политиков, которые в последние два десятилетия всё больше склоняются к решению проблем военными средствами.Ещё одним положительным последствием для России может стать возобновление военно-технического сотрудничества с Ираном. Принятая в июне 2010 г. резолюция Совбеза ООН № 1929 запрещает поставки в Иран основных видов обычных вооружений (танков, боевых самолётов, военных кораблей и др.), а Россия в одностороннем порядке расширила этот перечень за счёт зенитных ракетных систем С-300. По данным СИПРИ, доля иранского импорта на мировом рынке вооружений сократилась с 1,9 % в 1992 – 2002 гг. до 1,1 % в 2003 – 2007 гг., а в 2008 – 2012 гг. упала до незначительных показателей (0,3 %). При этом на долю России приходилось в 1992 – 2012 гг. более половины иранского импорта вооружений (52 %). Начиная с 2008 г., объём российских поставок в Иран упал до минимальных значений. Возможный пересмотр эмбарго Совбеза ООН на поставки вооружений окажется выгодным прежде всего для России.2)  Неоднозначные последствияРешение иранской ядерной проблемы может привести к возвращению прежних позиций Ирана на мировом нефтяном рынке и его появлению в качестве одного из ключевых игроков на мировом газовом рынке.Увеличение предложения нефти на мировых рынках создаст предпосылки для снижения цен на «чёрное золото». Но, по-видимому, эта проблема будет урегулирована в рамках ОПЕК: наращивание нефтедобычи в Иране должно вызвать её сокращение в Саудовской Аравии и других странах ОПЕК. Эти страны уже получили дополнительные доходы от снижения объёмов иранского нефтеэкспорта. В новых политических условиях будет проще договориться с Ираном, позволив ему выйти на объёмы добычи середины 2000-х гг., чем способствовать падению цен. На газовом рынке изменения могут быть намного более значительными. Примирение Ирана и США откроет для Тегерана возможность участвовать в конкуренции проектов магистральных газопроводов. Вплоть до настоящего времени неучастие в них Ирана было козырем российской дипломатии и во многом предопределило неудачу проекта «Набукко». Также это препятствовало выходу центральноазиатского газа на европейские рынки, кроме как через территорию России: транзит через территорию Ирана был исключён, а нерешённость правового статуса Каспийского моря закрывала и этот перспективный маршрут.С учётом скорого выхода Ирана на мировой газовый рынок, России необходимо как можно быстрее начать строительство «Южного потока». Руководство ЕС уже почувствовало себя более уверенно: в начале декабря 2013 г., вскоре после достижения Женевских соглашений по Ирану, Еврокомиссия обвинила «Газпром» в нарушении европейского законодательства – положений третьего энергопакета ЕС. На этом основании Брюссель потребовал пересмотреть межправительственные соглашения по строительству «Южного потока». Для России это тревожный сигнал: с дальнейшим улучшением ситуации вокруг Ирана возможно нарастание давления ЕС на российских поставщиков.Что касается выхода Ирана на рынки СПГ, то в краткосрочной и среднесрочной перспективе это не повлечёт за собой серьёзных последствий для России. Практически весь российский СПГ экспортируется в Японию, обеспечивающей более чем треть мирового спроса на этот ресурс. После аварии на АЭС «Фукусима-1» работа атомной отрасли Японии приостановлена, что стимулирует сохранение высокого спроса на СПГ.По-настоящему важным последствием ирано-американской оттепели станет то, что Россия в ходе взаимодействия с США больше не сможет «разменивать» уступки по Ирану на смягчение американской позиции в таких вопросах, как ПРО, расширение НАТО и политика США на постсоветском пространстве. Как и ситуация в Афганистане, события вокруг Ирана усиливали на рубеже 2000-х – 2010-х гг. переговорные позиции России в отношениях с США. Теперь этих возможностей не будет.Сложности для РуханиНеобходимой предпосылкой для наступления всех этих последствий является достижение окончательных договорённостей между Ираном и странами Запада. Но такое развитие событий не является предопределённым. На пути к этому у Ирана может возникнуть немало сложностей, которые могут обратить вспять весь переговорный процесс.У США, обративших внимание на ослабление иранских переговорных позиций, может возникнуть желание «выкрутить руки» Тегерану. В Вашингтоне понимают, что у президента Рухани ограниченные внешнеполитические ресурсы и неустойчивое внутриполитическое положение. При этом он в большей степени заинтересован в успехе переговоров, чем западные страны. Это открывает дорогу для усиления американского давления на Рухани. Например, это может найти отражение в «увязке» сирийской проблематики с иранской ядерной программой. Требование США отказаться от поддержки законных властей Сирии может стать для Ирана камнем преткновения на переговорах.В свою очередь, усиление американского давления на Рухани может вызвать ответную реакцию в среде иранских консерваторов, занимающих важное положение в силовых структурах и армии. Противоречия между Рухани и влиятельным Корпусом стражей исламской революции (КСИР) уже вышли в публичную плоскость. Так, командующий КСИР Мохаммад Али Джафари 10 декабря 2013 г. заявил, что правительственные структуры страны заражены влиянием Запада. В случае, если президент Рухани пойдёт на значительные уступки в Сирии, противодействие в среде консерваторов может вызвать изменение позиции аятоллы Хаменеи и свёртывание курса на сближение с Западом.Ещё одной сложностью является незаинтересованность ближайших партнёров США в регионе – Израиля и Саудовской Аравии – в нормализации ситуации вокруг Ирана. Обе страны не заинтересованы в том, чтобы Иран стал выходить из слабого, изолированного положения, в котором находится сейчас. Премьер Израиля Биньямин Нетаньяху не доверяет мотивам властей Ирана и считает, что усовершенствованные технологии дадут Тегерану возможность обогатить уран с 3,5 % до 90 % за несколько недель. Руководство Саудовской Аравии поддерживает вооружённую оппозицию в Сирии, опасается роста политической активности шиитского населения на западном побережье Персидского залива (по бахрейнскому сценарию) и получает преимущества от действия санкций против Ирана в экономической и военно-политической сфере. Наконец, для Ирана сохраняется проблема военно-политических гарантий. Администрация Обамы не готова воевать с Ираном, но что делать после 2016 г.? Полностью свернув свою ядерную программу, Иран может оказаться уязвимым в случае возобновления прямого военного давления в духе политики Дж. Буша-младшего. Вряд ли администрация Обамы может дать Ирану какие-либо гарантии на этот счёт. Поэтому непременным условием Тегерана при достижении окончательных договорённостей должна стать отмена всех ограничений на поставку вооружений, принятых Совбезом ООН с 2006 по 2010 гг. Западные страны тоже могут столкнуться со значительными сложностями. Главной из них является вопрос: насколько можно доверять намерениям Ирана? Не использует ли Рухани благоприятную возможность для того, чтобы ввести западные страны в заблуждение и затянуть время? Не успеет ли Иран испытать атомную бомбу до того, как станет мишенью для военного удара США и Израиля? На данный момент возникает ощущение, что у руководства США растёт доверие к президенту Ирана. Об этом свидетельствует достижение Женевских договорённостей. Но это отношение может измениться в том случае, если добросовестное исполнение Ираном этих договорённостей будет поставлено под сомнение.ВыводыСмена внешнеполитического курса Ирана вызвана комплексом причин, в первую очередь связанных с действием экономических санкций. Аятолла Хаменеи – высший руководитель Ирана – поддерживает налаживание отношений с Западом, несмотря на признаки недовольства в консервативных кругах страны. От громких деклараций руководство Ирана быстро перешло к прямому взаимодействию с США и подписанию предварительных соглашений. Помимо положительных последствий, это может означать для России появление сильного конкурента на мировом газовом рынке и ослабление переговорной позиции в отношениях с США по ключевым вопросам (ПРО, расширение НАТО и политика США на постсоветском пространстве). Улучшение ирано-американских отношений в ближайшей перспективе продолжится, хотя нельзя исключать возникновения значительных сложностей внешне- и внутриполитического происхождения.Центр научной политической мысли и идеологии 

11 ноября 2013, 15:57

Верховный лидер Ирана оказался главой влиятельной финансовой империи

Верховный лидер Ирана аятолла Али Хаменеи руководит деловым конгломератом, владеющим долями почти во всех сферах экономики страны, передает Reuters со ссылкой на собственное расследование. По данным агентства, этой организацией является так называемый Штаб исполнения поручений имама, сокращенно Setad. На основе оценок Минфина США, данных Тегеранской биржи и заявлений руководства Setad, имущество организации оценивается аналитиками примерно в 95 млрд долл. Эксперты Reuters отмечают, что фактов личного обогащения А.Хаменеи за счет Setad выявить не удалось, однако руководство такой организацией позволяет верховному лидеру в "ручном режиме" управлять экономикой страны. Сообщается, что основной путь расширения этой империи - судебные процессы по лишению недвижимого имущества, в частности, религиозных меньшинств Ирана в пользу Setad. Штаб исполнения поручений имама был создан в 1989г. после специального распоряжения предшественника А.Хаменеи на посту верховного лидера Ирана Рухоллы Хомейни. Первоначальной задачей организации было управление покинутым и конфискованным после революции 1979г. недвижимым имуществом. Аятолла А.Хаменеи является высшим руководителем Ирана с 1989г., до этого с 1981г. он занимал пост президента Ирана. А.Хаменеи считается одним из ближайших соратников основателя Исламской Республики Иран Рухоллы Хомейни.

15 января 2013, 22:51

Верховный аятолла Ирана ввел запрет на ядерное оружие

Религиозный указ Верховного лидера Ирана о запрещении ядерного оружия является обязательным для иранского правительства. Об этом сообщило во вторник, 15 января, министерство иностранных дел, предполагая, что указ должен закончить дискуссия по поводу того, что Тегеран занимается разработками атомного оружия. Представитель министерства Рамин Мехманпараст заявил, что Запад должен понять значение для всего Ирана указа аятоллы Али Хаменеи. "Нет ничего выше, чем фетва, изданная самим Верховным лидером, она определяет основу для нашей деятельности в области ядерных технологий", - отметил дипломат. "Когда высшая юридическая инстанция и власть, осуществляющая руководство всей страной издает фетву, мы все обязаны неукоснительно ее соблюдать", - добавил он. Комментарии Мехманпараста прозвучали за день до начала нового раунда переговоров в Тегеране с представителями Международное агентство по атомной энергии. Речь на них вновь пойдет о спорной ядерной программой Исламской республики. Вашингтон и его союзники обвиняют Иран в использовании своей гражданской ядерной программы в качестве прикрытия для разработки ядерного оружия. Иран отвергает эти обвинения, заявляя, что его программа носит мирный характер и направлена на производство электроэнергии и производства радиоизотопов для лечения больных раком. Аятолла Хаменеи, который принимает окончательное решение по всем государственным делам в Иране, заявил в прошлом году, что Тегеран не стремится обладать ядерным оружием. Он назвал обладание таким оружием "грехом", а также "бесполезным, вредным и опасным". (http://www.mignews.com/ne...)

22 августа 2012, 12:36

C.Е. Кургинян "Аналитика судьбы. Россия и агония модерна"

В газете "Завтра" опубликована статья С.Е. Кургиняна "Аналитика судьбы. Россия и агония модерна" ( http://www.zavtra.ru/content/view/analitika-sudbyi/ ). СЕРГЕЙ КУРГИНЯН АНАЛИТИКА СУДЬБЫ Россия и агония модерна   Всем ясно, что мир катится к Третьей мировой войне. Всем ясно, что Россия накрывается «медным тазом». Что должен делать аналитик? И нужен ли в этой ситуации аналитик? Что именно неясно? Что в Сирии руками американцев сотворяется страшная пакость? Что они втащили в Сирию 6 тысяч головорезов из Аль-Каиды? Может быть, неясно и теперь, что американцы не могут без войны? Что, изуродовав Ливию, они готовятся теперь изуродовать всю Африку, а потом и весь мир? Что у них там творятся свои разборки – вот уже Конгресс решил разбираться с Федеральной резервной системой! С хорошей жизни подобного не решишь! Что еще неясно? Что духовный лидер Ирана Хаменеи призвал Иран готовиться к концу света? И одновременно провел совещание с представителями всех родов войск? Неясно, чьи корабли входят в Средиземное море? Как втягиваются в ближневосточную воронку одна страна за другой? Как рушится Европа? Стоп. Когда это все начиналось, нужны были тонкие аналитические инструменты. Но сейчас-то это все на поверхности. И что нужно? Направить тонкие инструменты внутрь этой реальности? Выявить ее тонкие неочевидные черты? Зачем? Для того чтобы кого-то развлечь? Тонкие черты реальности нужно выявлять для того, чтобы политический герой мог встретиться с реальностью и воздействовать на нее, спасая мир от гибели. Это настоящая задача – аналитика. Отказ от нее в пользу любой другой задачи – это превращение самого себя в развлекателя, аналитического шута. Не буду я этим заниматься! Я лучше скажу правду в лицо политическим героям. Поставлю перед их лицом настоящее зеркало. Таковым является не analytics с детализациями. Теперь разговаривать можно только на языке аналитики судьбы. А раз так, на этом языке и будем разговаривать. И жестко оговорим, что главная проблема состоит не в том, что нельзя выявить тонкую структуру реальности. И даже не в том, что нельзя на эту реальность воздействовать, нащупав ее особые точки. Все это можно. Но в одном случае: если политические герои не уклоняются от встречи с реальностью. А они от этой встречи тщательно уклоняются, как по всему миру, так и у нас в России. Они с этой реальностью даже соприкоснуться боятся. И в этом суть. Беседую с крупнейшими экспертами в Израиле. Во время беседы все уклоняются от признания очевидного – американцы видят в радикальном исламизме стратегического партнера, меняют тип глобальной власти и так далее. За чашкой кофе эксперты добавляют к тому, что я говорю, такие детали, что пот прошибает. Спрашиваю: «А что ж вы дурака валяете?» Отвечают: «Очень страшно это признать». Но ведь то же самое и в Иране, и в Индии, и в Европе, а уж у нас… Страх правит бал – страх соприкоснуться с реальностью. А ведь надо не просто соприкоснуться. «Соприкоснуться» – это когда реальность проходит мимо тебя и чуть-чуть тебя задевает, так сказать, по касательной. Такой тип взаимодействия с реальностью характерен для эпох расслабленного полусна. Или – инерционного существования, при котором есть гарантии того, что следующий день будет напоминать предыдущий. Сейчас же таких гарантий нет. Или точнее, есть гарантия того, что так не будет. Реальность достаточно отчетливо – не шепотом уже, но пока еще без надрывного крика – говорит нам всем: «Соприкоснуться со мной вам не удастся. Я на вас, родненькие мои, вскоре по-настоящему навалюсь. Так сказать, по полной программе». Мы все это слышим и в каком-то смысле даже понимаем. Что, Путин этого не слышит? Еще как слышит. Или совсем не понимает послания, исходящего от реальности? Да все он понимает. По-своему, конечно, но понимает. Кстати, об этом самом «по-своему». Я всегда мечтал, что образуется каким-то таким волшебным образом пауза месяца этак на четыре, а лучше бы на полгода. И что ниспослана мне эта пауза будет раньше, чем я окажусь в маразме. И вот, коль скоро возникнет такая пауза, а я еще буду ничего себе, то мне удастся написать «Историю менталитетов». Не очерки, не эссе, а настоящую историю. Зачем написать? Для того, чтобы убедительно доказать, что люди делятся не на глупых и умных, а на разных. Что люди думают совсем по-разному. А то ведь мы негодуем: «Да как же он не понимает, что если уже случились сначала событие А, а потом событие Б, то вскоре, согласно закону такому-то, последует событие В». Извините – это для вас есть некое А и некое Б, некий закон и В как следствие этого закона. Но для того, на кого вы негодуете, А – это вовсе не А, Б – это вовсе не Б. А законы ваши есть ничто иное как «клеветнические измышления». И даже когда случится В – тот, на кого вы негодуете, не заахает: «Вот ведь как справедливо говорил такой-то…» Нет, тот, на кого вы негодуете, скажет совершенно иначе. Сообразно своему способу думать. Вы вот считаете, что он дурак и вообще не думает, а вы – умный. Но если вы умный, то вы должны понять, что он очень даже думает. И подобно тому, как вы, думая, используете определенные алгоритмы, определенный язык, так и он тоже думает, но использует другие алгоритмы, другой язык. И это не расхождение в нюансах, это разные ментальные миры, понимаете? У вас и у того, на кого вы негодуете, эти миры разнятся не количественно, а качественно. Это абсолютно разные миры. Непонимание этого обстоятельства проистекает из материалистической посылки, согласно которой бытие определяет сознание. А поскольку бытие у нас, в каком-то смысле, общее (все мы живем в мире с такой-то гравитацией, таким-то составом атмосферы и так далее), то и сознание у нас, в каком-то смысле, тоже общее. И эта наша общность сознания гарантирует нашу способность понимать друг друга в ходе общения. Спросят: «А вы считаете, что способность понимать друг друга вообще отсутствует?» Отвечаю: ничего подобного я не считаю. Считаю же я, что мы в принципе можем понимать друг друга, но по-настоящему воспользуемся этой возможностью только тогда, когда воспримем другого как совершенно своеобразную мыслящую систему и начнем постигать эту систему, уважать ее и так далее. Вот тогда человечество получит шанс на некатастрофическое развитие в XXI столетии. А иначе Хаменеи будет говорить о пришествии Махди, а его противники – о плюрализме, правах человека et cetera. И в этом случае не будет ни развития, ни человечества. Кстати, все, кто говорят, что человечество сумеет сохраниться, если прекратит развиваться – мягко говоря, лукавят. Человечество – как велосипедист. Может не упасть только до тех пор, пока крутит педали. В настоящий момент оно педали крутить перестает. И потому падает. Вот, в сущности, и весь смысл того, что происходит у нас на глазах. Потому-то для одних Махди, для других – ювенальная юстиция. Общий знаменатель исчезает у нас на глазах. Порой мы вспоминаем, что он совсем исчезнуть не может. Это как толчок, который будит спящего. Мы вдруг каким-то чудом начинаем воспринимать другого, как именно другого. И думаем: «Надо же, каким же сложным должен быть этот самый общий знаменатель для того, чтобы мы, такие разные, могли вместе что-то зачем-то делать». Тут мы начинаем понимать – повторяю, вдруг, случайно и ненадолго, – что общий знаменатель должен быть очень сложным. И потому он пока не найден вполне закономерным образом. Но раз он должен быть, хоть и очень сложным, то его в принципе можно найти. Все это мы понимаем на короткий миг пробуждения. Потом мы опять засыпаем. И во сне забываем о том, что общий знаменатель может быть только очень сложным. Во сне мы видим себя одинаковыми и делаем из этого серию сокрушительных выводов: раз мы такие одинаковые, то общий знаменатель должен быть простым, раз он должен быть простым, то нахождение его – дело плевое и быстрое, раз дело плевое и быстрое, а мы общий знаменатель не нашли, то его просто нет. Мы ищем черного кота в темной комнате и не находим его потому, что его просто нет! Сделав сокрушительный вывод о том, что общего знаменателя просто нет, мы перестаем хотеть жить. Чем в большей степени мы перестаем хотеть жить, тем в большей степени мы хотим уничтожить себя и все вокруг. Убедившись, что позитивного консенсуса нет («раз мы одинаковые, он должен быть простой, раз он должен быть простым, то нет труда его найти, а раз мы его при этом не находим, то его нет»), мы быстро находим негативный консенсус, консенсус взаимной ликвидации. И с ликованием начинаем сосуществовать в рамках этого консенсуса, то бишь уничтожать друг друга. Это нам только кажется, что мы – иранцы, израильтяне, русские, американцы, индийцы, китайцы и так далее – боремся за жизнь, за место под солнцем. И потому конфликтуем. А на самом деле мы не конфликтуем вовсе, мы радостно в едином порыве уничтожаем себя и все человечество. Мы ликуем оттого, что обрели, наконец, то, что искали больше всего – общий знаменатель в виде воли к смерти. Обо всем этом я думаю ночами, когда вдруг просыпаюсь от какого-нибудь скверного предчувствия. Которое потому и скверное, что через короткий промежуток времени превращается в скверную же реальность. «Да ниспослана мне будет пауза, – думаю я тогда, –да напишу я историю менталитетов, да прочтут ее люди, да научатся и так далее». Но обо всем этом я думаю ночью, и то не всегда. А только в моменты, когда я просыпаюсь от острого понимания той или иной надвигающейся пакости. А потом приходит утро. И реальность наваливается на меня всей своей многопудовой тушей. Именно наваливается, а не прикасается с тем, чтобы пройти мимо. И я начинаю с ней бороться. Иногда – даже небезуспешно. Но, чем успешнее очередной раунд этой борьбы, тем яснее понимание, что паузы не будет, что назавтра она опять навалится на меня с утроенной силой, и так далее. Понимая все это, я понимаю и другое. Что эта самая реальность пока что подобным многопудовым образом наваливается отнюдь не на каждого, что многим удается от этого ускользнуть. И я начинаю видеть, как они ускальзывают. Я просто вижу это. Причем не в коротких ночных «инсайтах», а почти постоянно. Я начинаю различать стили ускользания от реальности. Вот этот от нее отпрыгивает, а этот уворачивается, как гениальный матадор. А этот – бежит в укрытие, а этот – работает в стиле самых изящных восточных единоборств, не карате даже, а какого-нибудь ушу. И я вдруг понимаю, что ускользание от реальности – это тоже своего рода консенсус. Что ускользание от реальности продиктовано остаточным желанием жить. Я вижу этот остаток в глазах Путина и Обамы, Нетаньяху и Ахмадинежада. Я вижу, как с каждым виртуозным ускользанием от реальности уровень желания жить чуть-чуть понижается в каждом из ускользающих виртуозов. Я вижу, что этот уровень понижается почти синхронно. И что когда он понизится до нуля сразу у всех, то триумф воли к смерти, наконец, свершится. И я понимаю, что это произойдет достаточно скоро. Потому что со смертью может бороться только полноценная жизнь. И не просто полноценная, а совсем полноценная. В этом смысле ускользание есть то, о чем говорил, герой Достоевского: «Это уже не жизнь, господа, а начало смерти». Мы находимся уже не в начале смерти, а в ее третьей четверти. Завершив же четвертую четверть, человеческие особи, так старательно делающие вид, что они наслаждаются потреблением, перестанут врать самим себе по поводу того, что хотят жить, и начнут делать то, чего им, наконец, захочется больше всего на свете. Начнут умирать. Коллективно и радостно. Посылая ракеты, кидая глубинные бомбы, взрывая ядерные, химические и бактериологические заряды. Когда уходит дух жизни и дух истории, приходит дух смерти, дух небытия. Называть это пришествие вторым пришествием духа жизни – значит делать глубочайшую метафизическую ошибку. То, что Хаменеи кажется пришествием Махди, является действительно пришествием, но иным. Это пришествие не духа жизни, а его антагониста. Дух жизни так не приходит. Откуда же это исчерпание духа жизни? Оно связано с исчерпанием определенной модели развития и всего того, что эту модель питало. Вместе с нарастанием исчерпания нарастает и нежелание жить. Оно уже нарастало сходным, но не таким страшным образом в начале XX века. И обернулось Первой мировой войной, особо ужасной по причине своего вопиющего бессмыслия. Убежден, что это бы и кончилось полным уничтожением человечества, если бы не коммунизм. Полноценный коммунизм и впрямь является другой моделью развития. То есть историческим проектом – живым словом, творящим живую жизнь. Не доосуществившись в этом качестве (Эрих Фромм назвал такое недоосуществление «гуляш-коммунизмом»), коммунизм начал умирать. В чем ему ликующе помогал западный либерализм, утверждавший, что обладает своей уникальной и единственно верной моделью развития («модерном»). Затем стал умирать модерн. Оказалось, что новой модели развития нет вообще, а старая загибается на глазах. Начались бегства от реальности (ускользания эти самые), дополняемые танатическими судорогами. Увлекшись этим, человечество изредка оглядывалось на Россию. Которая и впрямь является единственным держателем альтернативных моделей глобального развития. Но видя, с какой страстью нынешние герои русского политического романа «Преступление и наказание» прячутся от своего Я («вы и убили-с») и распухающего внутри него суицидального комплекса – мир стал догадываться, что Россия не собирается ни зачинать, ни рожать новое слово, в чем, в сущности, и есть ее историческое предназначение. Догадка эта крепнет с годами. И чем больше она крепнет, тем больше мир ненавидит Россию. Да, Россию вообще, но в особенности героев указанного мною выше политического романа, пытающихся сочетать несочетаемое. То бишь сохранить Россию как державу, дающую им статус, и отказаться от того, что является неотменяемым участием России в мировом разделении особого труда, труда по предъявлению смыслов. Такое сочетание несочетаемого делает героев русского политического романа особыми виртуозами в том ремесле, которое сейчас так востребовано на элитных – политических и иных – рынках. Ремеслом этим является ускользание от реальности. Герои обижаются: «Они ускользают, а нам нельзя?» Им отвечают: «Но мы-то ускользаем сообразно своей историософии, а вы куда лезете?» Так и живём. Герои ускользают от реальности, превращаясь уже в супервиртуозов. Чем виртуознее они это делают, тем больше мир их ненавидит. А герои недоумевают: «За что?» Но Бог с ними, с «героями». Поговорим о судьбе России. И признаем, что у сегодняшней России нет ничего, позволяющего ей продолжить историческое бытие в XXI веке, коль скоро это бытие будет продвижением от трех четвертей смерти к семи восьмым или восьми девятым. Да Россия и не хочет жить, медленно переползая от семи восьмых к восьми девятым. Она уж лучше быстро пробежит дорогу к десяти десятым. И либо сама завалится в небытие, восторженно освобождаясь от остатков воли к жизни и радостно обретая полноту воли к смерти («программа-минимум»), либо завалит с собой в небытие все человечество («программа-максимум»). Впрочем, без России мир просто будет вяло двигаться от семи восьмых смерти к восьми девятым. И даже если спасётся в момент гибели России, что маловероятно, он чуть медленнее, но таки дотопает до десяти десятых. Спросят: «Как это у России ничего нет? И ресурсы есть, и территория. И мало ли еще что». Отвечаю: Россия выходила живой из сложнейших исторических переплетов только за счет альтернативной модели развития. Если факты для вас еще имеют значение, то вы не можете не признать, что это именно так. Признав же это, признайте и другое. Что теряя потенциал альтернативности в том, что касается всемирно-исторического развития (да-да, именно всемирно-исторического развития, а не какого-то там особого пути:«весь взвод идет не в ногу, один господин прапорщик в ногу»), Россия теряла все. Я мог бы привести даже математическую кривую. Вот волна роста способности России к развитию на собственных и всемирно-исторически значимых основаниях. Вот волна спада способности России к развитию на собственных и всемирно-исторически значимых основаниях. А вот явно порожденная этой волной волна территориального, промышленного, культурного и иного умаления России («цикл свертывания» России). Существует беспощадная корреляция между одним и другим. В математике почти все корреляции носят характер размытый, статистический. В данном случае, речь идет о корреляции, при которой множество точек прямо ложится на одну линию. И что? Горбачев, декоммунизируя СССР, что делал? Он насильственно побуждал Россию отказаться от собственной – альтернативной и всемирно-исторически значимой – модели развития. То есть он по воле своих иноземных опекунов обеспечивал свертывание России. Говоря о том, что горбачевская декоммунизация, она же «перестройка», была насилием, я отвечаю за свои слова. Речь шла о неслыханном насилии – информационном, психологическом и метафизическом. Одновременно и согласованно эти методы еще никогда не применялись в истории. Россия начала сворачиваться и умирать. Остыли заводы, перестала рожать земля, началось массовое вымирание населения. Почему? Потому что исчезла необходимая России живая вода, она же воля к альтернативному всемирно-исторически значимому развитию. А вне этой воли искусственно Россию побудить к жизни нельзя. Что значит сотворить чудо? Это значит начать новую волну, волну роста новой и исторически преемственной альтернативности. И не абы какой, а всемирно-исторически значимой, дающей шанс на новый тип развития всему человечеству. Без этой волны Россия не начнет разворачиваться. Она умеет разворачиваться только так. А не разворачиваясь, она продолжит сворачиваться. В чем была политика Ельцина? В том, чтобы свести к нулю способность России к самостоятельному альтернативному всемирно-исторически значимому развитию. К чему привела эта политика? К еще большему сворачиванию России. Что сделал Путин? Он начал механически препятствовать сворачиванию – в Чечне и не только. Ему удалось побудить Россию сворачиваться медленнее, но разворачиваться она не стала все по той же причине. Россия не будет разворачиваться иначе как в условиях обретения нового и одновременно ей знакомого бытия – бытия подлинно мессианского. В чем же содержание мессианства, если вычесть из этого содержания всю исторически обусловленную конкретику? Ясно в чем. В том, о чем я говорю. Мессианство – это способность вести за собой человечество вперед, то есть предлагать человечеству свою всемирно-исторически значимую альтернативную модель развития. Масштаб и скорость развертывания России легко измерить количественно. Для этого есть как простейшие показатели (территория, население, промышленный потенциал), так и показатели чуть более сложные (геополитические позиции, авторитет в мире, духовный подъём народа, степень консолидации общества и т.д.). Так же легко измерить и показатели, характеризующие свёртывание России. Ибо это те же показатели, но со знаком минус. Гораздо труднее измерить то, от чего зависит и свёртывание, и развёртывание России. Так вот, можно показать, что чем интенсивнее мессианский накал, тем быстрее и мощнее идёт развёртывание. А чем интенсивнее антимессианский накал (что это такое, можете понять, посмотрев хотя бы выступления Сванидзе и Пивоварова), тем быстрее идёт свёртывание России. По степени антимессианского накала можете судить о том, насколько врагу надо нас свернуть до конца. Уверяю вас, когда Ципко начинает проклинать мессианство – это заказ. И чем надрывнее – тем заказ серьёзнее. Да что там Ципко! Совокупный антимессианский накал можно измерить количественно. В определённых интегральных единицах. Чем истошнее, дружнее, чаще и повсеместнее орут о «европейском выборе России» (сын Ходорковского, сам Ходорковский, Белковский и прочая, прочая) – тем серьёзнее и строже заказ на сворачивание России. Я не шучу. Это действительно можно измерять количественно. Градус мессианского накала предлагаю называть «Темес» (температура мессианства). Градус антимессианского накала – «Атемес» (температура антимессианства). Чем выше Темес, тем быстрее развёртывание России, чем выше Атемес, тем быстрее свёртывание России. Корреляция между указанными величинами фактически линейная и достаточно жёсткая. А значит, любой политический курс в России следует измерять в Темесах и Атемесах. В этом, а не в словах о благосостоянии и «программах 2020». Мне справедливо возразят, что если завтра кремлевским пропагандистам прикажут «темесить», то есть повышать температуру мессианской риторики, то всех стошнит. Но Темес это же накал реального мессианства, а не симулякров, пиара и суррогатов. Где есть Павловский, там нет Темеса, а где есть Темес, там нет Павловского. Мне столь же справедливо укажут, что одним «темесом» сыт не будешь. Нужна программа ГОЭЛРО, и её воплощение. Согласен. Но никакие ГОЭЛРО в России не реализуются механически. Утром Темес – вечером ГОЭЛРО. Это, во-первых. И, во-вторых, там, где «Атемес», там никакого ГОЭЛРО не будет никогда. Там будет только новый горбачевизм. Механически в России развёртывание обеспечить нельзя. В непонимании этого – трагедия нынешнего патриотического прагматизма. Механически в России можно только сдержать свертывание. Да и то… Сколь бы механическим ни было сдерживание свертывания для самих прагматиков, оно в народе сразу же порождает и некую позитивную органику, она же – воспоминание о своем всемирно-историческом величии. А в чем такое величие измеряется? В градусе мессианского накала, в чем еще! Начал Путин в 2000 году сдерживать свертывание самым что ни на есть механическим образом, и начались воспоминания о былом накале. Подчёркиваю, о былом! Нового накала не произошло. Но воспоминание о былом накале возникло. А где воспоминание о былом накале, там и… Пиар на тему о советском гимне? Согласен. Но для кого-то пиар, а для кого-то… воспоминание… Со всеми вытекающими последствиями. Медведев начал душить это воспоминание? Начал! Чем занялся печально знаменитый Совет Федотова? Лихорадочной эскалацией десоветизации: «Душить, душить скорее воспоминание! А ну как оно проснётся!» Я не хочу сказать, что мы из этого выбрались. Но впадали мы в это тогда по чисто перестроечному лекалу («десоветизация» как аналог «денацификации» – и понеслось). Так ведь? А что такое модернизация «по Юргенсу», о которой при Медведеве стали говорить столь же бессмысленно и яростно, как и в эпоху первой перестройки? С одной стороны, это как бы развитие, а с другой стороны – сведение к нулю всего, что связано с Темесом, то есть с выдвигаемой нами альтернативной всемирно-исторической моделью развития. А значит это коварное наращивание Атемеса. Коварное, потому что осуществляется под желанным для всех соусом развития. Развитие? КАКОЕ развитие? Ежу понятно, что модернизация – отказ от самой возможности каких-либо альтернативных моделей развития. Мол, не бывает каких-либо альтернатив. Модель одна, одна, одна! И стоило три раза прокричать «одна», как она навернулась под фанфары. Все стали ускользать от понимания, что она навернулась, и вопить, что сие есть всего лишь кризис. Кризис? Кризис – это когда у вас температура повышается, и вы выздоравливаете. А при онкологии температура не повышается, да и при СПИДе тоже. Кризис? Что сделали за 4 года? Больной пухнет от водянки под названием «дензнаки». Западная сладкая жизнь не только теряет сладость! Ведь вряд ли можно назвать сладкой, например, испанскую ситуацию! Как-никак 50-процентная безработица среди молодежи. Но и это бы еще полбеды! Намного хуже то, что западная жизнь начинает приобретать черты антижизни, расчеловечивания. Чего стоит одна только ювенальная юстиция. А ведь к ней все дело не сводится. Нет, не кризис все это, господа, а также товарищи. Ох, не кризис – это агония модерна. А вы что делаете? Вы ускользаете, вы не хотите видеть корчи больного, не хотите слышать его предсмертные крики и восклицаете: «Модернизация!» А еще, вдобавок, и действуете-то вы вопреки всему мировому опыту модернизации. Что сие показывает? Что вы не модернизируете страну, а ускользаете – каждый на свой манер – от несомненного факта сворачивания России. И вы не хотите понять, что источником этого сворачивания является сама ваша модернизация. Нежелание понять очевидное – это и есть ускользание, так ведь? К 2011 году доускользались, докувыркались со своим Атемесом до перестройки-2 с её карнавальными действами на Болотной и Сахарова. Ведь сами устроители назвали это карнавалом! А что такое карнавал? Это дозволенные антисистемные оргиастические выплески, жёстко регулируемые церковью как системой – по сигналу системы начинаются, по сигналу кончаются. И только если оргия регулируется – она не разрушает систему сразу же. Но если система перестаёт регулировать «это», тогда о-го-го. Ведь корни-то «этого» каковы? Откуда все тянется? Из глубокой древности, глубочайшей. Где карнавал, там и сатурналии, где сатурналии – там Баал. Дорожка эта тянется известно куда – к последним безднам, к древнейшим культам сладостного поклонения смерти и тьме. Этот темный характер новых политических карнавалов очевиден каждому, кто не хочет ускользать от понимания очевидного. Но ведь все ускользают. Закройте глаза и вы увидите этот танец коллективного ускользания. Вы увидите даже то, в какой пластике ускользают от понимания разные герои нашего политического романа. Итак, и модернизация, и стабилизация – это формы ускользания от того единственного, что может обеспечить развертывание России, а все, что не обеспечивает развертывание, обеспечивает ее свертывание, в том или ином темпе. Сейчас наращивание Атемеса произошло в связи с вхождением в ВТО. Еще большее наращивание произойдет с принятием ювенальной юстиции. Любое принуждение России заниматься чем-либо, кроме как альтернативным всемирно-исторически значимым развитием, – обеспечивает ее свертывание. Понимаете? Так было всегда. Но теперь, в условиях агонии классической западной модели развития, это все приобретает очевидный и абсолютно терминальный характер. Воистину, классики были правы, говоря о слабом звене в мировой цепи. А что такое слабое звено? Это звено, в котором негативные процессы приобретают колоссальное ускорение. Свертывание России, связанное с отсутствием миссии, дополняется свертыванием, связанным с коллапсом Запада, то есть того, что этой миссии противостояло и считало этой миссией себя. Семь восьмых дороги к смерти пройдено. Будем и дальше идти тем же путем? Или одумаемся? Хочу быть правильно понят. От того, что Россия уйдет из ВТО или откажется от ювенальной юстиции, она не начнет развертываться, она просто не будет так быстро свертываться. Развертываться она начнет только когда обретет миссию. Человечество будет жить в XXI веке только в случае, если Россия ее обретет, то есть заявит миру свой новый альтернативный проект всемирно-исторического развития. И покажет, что этот проект реализуем. Чем быстрее Россия начнет это делать, тем больше шансов на жизнь есть и у нее, и у человечества. Спросят: «А это вообще возможно?» Клятвенно заверяю, что возможно это и только это. Мы можем и должны поднять реальную мессианскую температуру (Темес) и подавить Атемес. Тому есть реальные прецеденты. Потеряв Землю Обетованную, еврейский народ, униженный и рассеянный, тысячелетиями повторял: «До встречи в Иерусалиме». Встреча произошла. Кому-то это нравится, кому-то нет, но она ведь произошла. Не будем обсуждать качество этой встречи, обстоятельства, ее обеспечившие, и так далее. И только признаем, что она произошла. Тем самым признаем, что воля творит чудеса, и что новые исторические проекты, то есть воплощенные в жизнь тексты, возможны. Признав это, вспомним самих себя другими – гордыми людьми, обладавшими своей всемирно-исторически значимой моделью развития. Вспомнив же это, скажем: «До встречи в СССР!»

06 августа 2012, 17:12

Верховный лидер Ирана аятолла Али Хаменеи: «Война начнется в течении ближайших недель»

Это слишком серьезный прогноз, чтобы не обращать на него внимание!