• Теги
    • избранные теги
    • Люди622
      • Показать ещё
      Международные организации39
      • Показать ещё
      Страны / Регионы645
      • Показать ещё
      Разное709
      • Показать ещё
      Формат79
      Издания31
      • Показать ещё
      Компании222
      • Показать ещё
      Показатели7
      Сферы2
Андрей Кураев
27 июля, 10:28

Царская тема на Эхо

А.Соломин. Это программа «Персонально ваш», Ирина Баблоян, Алексей Соломин. Сегодня персонально ваш дьякон Андрей Кураев. Татьяна Москалькова, российский омбудсмен, который защищает права разных людей, сейчас заступилась за права женщин, знаете в каком вопросе? Она выступила за предоставление женщинам проходить срочную службу в армии. Сейчас, она считает, что у нас ущемлены девушки в этом, девчонки, как она говорит. Вы считаете это правильным или неправильным? А.Кураев― Те, кто выступает против службы женщин в армии, подпадают под закон, запрещающий пропаганду гомосексуализма. А.Соломин― Как шутку понимаю, но ведь, на самом деле, ничего общего. А.Кураев― Как это ничего общего? Вопрос: а почему вы ратуете за сохранение закрытых мужских, юношеских коллективов, иерархически подчиненных? Идеальная, я вам скажу, среда. А.Соломин― Подождите, а мужские монастыри в этом смысле?.. А.Кураев― К сожалению, не исключение. А.Соломин― Вы считаете, что это тоже пропагандирует гомосексуализм? А.Кураев― Ну, скажем так: такой образ жизни создает хорошие условия для распространения… А.Соломин― Хорошо, а если не шутить… А.Кураев― А если не шутить, то вопрос в том, что у нас как-то очень легко переходится грань между правом и обязательством. Если какая-нибудь девушка желает служить в армии, а какой-нибудь юноша желает участвовать в соревнованиях по синхронному плаванию, то почему надо запрещать это? Но обязывать это всех делать и то и другое вряд ли стоит. И.Баблоян― То есть, вы считаете, не за горами будет уже обязательная служба женщин в армии? А.Кураев― У нас есть блестящий пример Израиля. А.Соломин― И, кстати говоря, блестяще служат девушки. Совсем недавно видел на улицах Израиля девушек военных. Замечательно, прекрасно выглядят. Вы против этого? Против того, чтобы женщины наравне с мужчинами служили в армии? А.Кураев― Если они хотят, то пусть, а если это в порядке обязательства, то я буду против. А.Соломин― Вы только за мужской призыв. А.Кураев― Если он обязателен – да. Но лучше вообще без призыва.А.Соломин― А почему женщинам нельзя обязательно служить срочную службу, а мужчинам можно? А.Кураев― Что значит, нельзя? Я полагаю, что хотя бы у женщин должно быть право сказать нашей Родине – нет. А.Соломин― Почему нельзя делать обязательной службу в армии женщинам? Почему? А.Кураев― А зачем оно это им? И.Баблоян― Но сами хотят, слушайте… А.Кураев― Те, кто хочет… А.Соломин― Мы это уяснили, что те, кто хотят – пожалуйста, welcome, что хотите, то и делайте. Кстати говоря, это достаточно сильная, радикальная позиция для человека, который представляет церковь: что хотите, то и делайте. А почему, с вашей точки зрения, нельзя обязывать женщин служить в армии? А.Кураев― Потому что, вообще, я считаю, наше государство слишком вольготно расположилось на одной шестой части суши, в том числе, и в частных… А.Соломин― Ой, вот это как раз сейчас вы по тонкой грани ходите. Не собираетесь ли вы выступить за то, чтобы сократить ту часть суши, по которой будет ходить «российский сапог»? А.Кураев― Нет. Я за то, чтобы сократить ту часть жизни, по которой топчется наше государство своими сапогами. То есть я не о территориях, не о территориальных границах, а о пространстве частной жизни человека. А.Соломин― Получается, таким образом, что… мы же о правах говорим, да? А.Кураев― Важно еще вот что: современная армия в России – это последний шанс государства сбекренить мозги человеку, отформатировать его под свой формат, зарядить своей инъекцией ненависти к соседям. Зачем это женщине? А.Соломин― А вам противники такой мысли на это скажут, что армия закаляет, армия заставляет человека стать мужчиной. А.Кураев― У нас достаточно есть фитнес-клубов в стране, чтобы закалиться. А женщине становиться мужчиной, собственно, и ни к чему. А.Соломин― Психологически дисциплинирует, например. А.Кураев― Как только у молодых женщин появляется свой малыш – вот это лучше любого прапорщика дисциплинирует: ночные подъемы, понуждение к общению с любимым малышом по его режиму и зову и так далее. А.Соломин― Хорошо. Смотрите, мы о правах все-таки. Вы за такой образ действий, при котором женщина может отказаться от этой службы. Она захочет – служит, не захочет – не служит. В этом смысле у мужчины такого права нет. Он ущемлен в этом праве. Вот как вы к этому относитесь? А.Кураев― Я вновь говорю: идея тотального призыва мне не нравится. Я уже сказал несколько раз, повторюсь еще раз: я считаю, что государственный аппарат и государство своими претензиями и властью слишком расползлось и вольготно расположилось в нашей жизни. Надо бы его чуть-чуть потеснить. Обычная либеральная идея. А.Соломин― Кто будет защищать Родина, с вашей точки зрения? А.Кураев― Умный руководитель. А.Соломин― Умный руководитель не очень, мне кажется, сможет управлять армией несуществующих бойцов. А.Кураев― Вы знаете, у многих стран мира не существует армий с обязательным призывом, и, тем не менее, они как-то живут, умеют отстаивать свои интересы. Вообще, в 21-м веке армия, тем более, призывная, – это не самый лучший инструмент, для отстаивания своих интересов. И.Баблоян― А что самый лучший инструмент? А.Кураев― Качество жизни людей. Живите так, чтобы ваши соседи вам завидовали. А.Соломин― Это, мне кажется, очень такая, философская категория. А.Кураев― Поэтому какая-нибудь умная реновация Москвы – это лучше, чем создание двух новых дивизий. А.Соломин― Вот Израиль, смотрите, уровень жизни лучше, чем у его соседей; зарплата выше, чем у его соседей; застроен лучше, чем у его соседей. А.Кураев― Поэтому огромное количество их соседей желают жить у них внутри и всяческими правдами и неправдами проникают к ним. А.Соломин― Если у них не будут служить люди в армии, в том числе, кстати, женщины, то он не сможет себя защищать от этих людей, которые хотят поселиться у них. А.Кураев― Но, к счастью, не все страны и народы мира живут в условиях государства Израиль. А.Соломин― Но если вы представите себе ситуацию, при которой страна живет так, как вы говорите – лучше, чем их соседи, — то все соседи будут хотеть жить в этой стране или пользоваться благами этой страны. Это же обычная история… А.Кураев― Обычная история, но она решается отнюдь не только созданием дотов по периметру. А.Соломин― Например, чем еще? Вот вы сказали… Уровень жизни мы повысили, к нам хотят… А.Кураев― Умная миграционная политика: ждем к себе тех, кто нам нужен по таким-то и таким-то параметрам; контролируем алчность своих собственных предпринимателей – вот чего нет сейчас во Франции, Германии, между прочим, и Италии: нет контроля над алчностью их собственных капиталистов, которым нужны дешевые руки. Отсюда их проблемы. А.Соломин― Семен пишет нам, что желающие и сейчас служат. Поддерживаю здесь… А.Кураев― Но желающие служат не срочную службу… А.Соломин― Не срочную, совершенно верно. А.Кураев― Поэтому я опять же не понимаю, что значит, срочная служба для девушек, если призыв на них не распространяется. Тогда иначе это должно называться – контрактники. Вопрос в том, какие функции контракт может для них предусматривать. Неужто женщине хочется стать мотострелком или танкистом? И.Баблоян― Тут приводят пример, что хотят быть летчиками, но не могут, так как не берут в летные училища. А.Кураев― Вот это серьезный вопрос, да, здесь можно разрешить. Это же получение профессии, нормальной, хорошей, серьезной профессии. А.Соломин― Но военной. А.Кураев― Военной — пожалуйста. Но у нее и гражданское применение есть. А.Соломин― Гражданские летчики… по-моему, у нас было дело, когда командир…, во всяком случае, в составе… Был вопрос — допускать женщин… И.Баблоян― В летных училищах не разрешают женщинам. А.Соломин― Смотрите, все-таки если мы говорим о военных, для вас это нормально? Да, по своему желанию, но она берет в руки оружие, стреляет вместо того, чтобы воспитывать, как вы говорите детей, рожать детей, заниматься семейным очагом – для вас это нормальная ситуация? А.Кураев― Я не понимаю, почему здесь «вместо»? У нас что, нет нормальных военных семей военнослужащих? А.Соломин― Ну, это больший риск для жизни, правильно? Правильно. Хотя женщина должна беречь себя для других функций. А.Кураев― Все понятно. Поймите, я же не проповедник этой идеи, что давайте женщин в армию побольше брать, поэтому меня в этом убеждать не надо. Но устраивать, извините, срач по этому поводу тоже ни к чему – то, что делаете вы сейчас: из пальца высасываете аргументы, в которые вы сами не верите. А.Соломин― Я пытаюсь вашу позицию до конца… А.Кураев― У меня нет здесь позиции, потому что ерундовая новость, не стоящая столько эфирного времени. А.Соломин― Вы знаете, какую хочу еще интересную новость рассказать?.. И.Баблоян― Про Татарстан давай? Слышали, на прошлой неделе один свадебный журнал выпустил фотосессию: девушка в полуобнаженном виде – у нас где-то были фотографии распечатанные – устроили фотосессию в храме. Потом журнал извинился, сказали, что они не знали, что храм действующий. А.Соломин― Вы видели, может быть, в интернете? А.Кураев― Некоторые видел, не все. Тем более, говорят, что некоторые фотографии они удалили. То, что вы мне показываете, прекрасные фотографии. У меня к ним претензий нет. А что касается действующего храма, простите, должны быть какие-то признаки действующего храма. Если в храме растут деревья, нет пола и окон, как можно определить, действующий он или нет? Здесь вопрос, извините, кто больше оскорбляет религиозные чувства: местные жители, община и настоятель этого храма, который в таком состоянии храм содержит… Когда там местная гопота, извините, блюет и срет в этом храме, то это почему-то никого десятилетиями не волнует, а пришла туда прекрасная девушка – и сразу решили возбудиться. Поводом была публикация какой-то барышни в Фейсбуке, естественно, не из этого села, из соседнего города. Я уж не знаю, что тут – девичья конкуренция или что так возбудило ее. А.Соломин― Почему эти темы культивируются так легко, с вашей точки зрения? Появляется какое-то новое сообщение – и это на всю федеральную, понимаете, часть… А.Кураев― Ну, потому что опыт показал, что из пальца можно насосать реальную проблему. То, что станет реальной проблемой для людей. Потому что уже есть реальные сроки и реальные судимости по этой статье. Отмашку, чтобы этот обвал начался, дал наш патриарх Кирилл. То есть вместо того, чтобы сдерживать перерождение религиозных чувств в волну ненависти…, а это перерождение легко происходит в нашей алхимии, и, мне кажется, задача иерарха в том, чтобы сдерживать это, потому что научиться бить морду по любому поводу наши люди и так умеют. А, мне кажется, задача проповедника, пастыря, тем более, суперархипастыря, гиперинтенданта всея Руси состоит в том, чтобы сдерживать это перерождение, а не выступать катализатором этого процесса. А.Соломин― Может быть, он просто не знает, как его сдержать, он боится, что это перерастет… А.Кураев― Он сделал все от себя зависящее, чтобы это поддержать. Попыток сдерживать я у него не заметил, извините. А.Соломин― Как вы считаете, патриарх Кирилл так поступает, как вы говорите, поддерживает это движение, потому что ему так ему хочется, это склад его характера или он просто очень боится? А.Кураев― Это склад характера, конечно: властолюбие, желание, чтобы все стояли в позе зю и так далее. То есть он решает свои личные проблемы, которые, жестко и напрасно отождествляются им с общекорпоративными интересами. А.Соломин― Но не все же в этой корпорации – простите, что я так о Русской православной церкви – согласны с таким положением вещей, с такой моделью поведения. А.Кураев― Не все. Но их, что называется, задвигают. А.Соломин― Каким образом? А.Кураев― Очень просто. Начиная с моего увольнения из духовной академии и всякими угрозами пальчиками «Ты молчи…». И сейчас кто же из священников действующих посмеет вслух не согласиться с каким-то тезисом, озвученным патриархом и его окружением? Это уже практически невозможная вещь. А.Соломин― У вас есть еще примеры того, как священники страдали за то, что они не согласны с позицией патриарха? А.Кураев― Да, конечно, есть. А.Соломин― Можете сказать несколько, чтобы наши слушатели… А.Кураев― Ну, известен случай одного священника из Ленинградской области, который по украинской тематике с ним разошелся. Но не столько с патриархом, сколько с нашей светской властью. Вот он до сих пор запрещен в священнослужении. И.Баблоян― А где эти высказывания происходят? Это проповедь идет или как? А.Кураев― В личном блоге даже. И.Баблоян― Но невозможно же следить за каждым священнослужителем. А.Кураев― Слушайте, желающих следить за согражданами в нашей стране всегда было с избытком. А.Соломин― Но вы сейчас говорите о том, что церковь сейчас в каком-то очень, очень тяжелом положении находится. Если протестующих совсем немного – те, которые готовы открыто говорить и поплатиться за это, молчаливо протестующих мы не знаем сколько: много, мало…, вообще, есть ли какая-то оппозиция действующие системе… А.Кураев― Пока у церкви нет никакого тяжелого положения. Особенно ее руководители в шоколаде и в золоте, все у них хорошо. Ситуация, скажем, близится к тому — но еще не дошла, — что была в 18-19-м веках, когда поп – никто и звать его никак. Он даже проповедь в храме должен сначала в епархии согласовать и два экземпляра в письменном виде туда представить, и только после этого может ее зачитать. А отец благочинный подсчитывает по дням, не в пост ли ты зачал своего поповича. Мы до этого пока еще не дошли, но стремительно идем. Другое дело, что общество и страна все-таки другие. И поэтому, когда такие странные феодальные порядки станут очевидными для всех, я думаю, что это скажется даже не столько на количестве, сколько на качестве студентов и абитуриентов в семинарии. Семинарии не закроются, но вопрос в том, кто туда будет поступать. Качество ребят, поступающих в семинарии, потихонечку снижается. А.Соломин― Качество образования? А.Кураев― Нет-нет, я говорю о том, что снижается число людей, желающих получить семинарское образование после университета, уже получив высшее образование. А это все-таки наиболее интересные и яркие из современных священников. Они именно такой путь проходили в 80-е, 90-е годы. Меньше становится людей, у которых есть выбор. То есть их базовый школьный уровень и семейный культурный уровень позволяет им свободно выбрать: хороший университет или семинария даже после школы. Вот такие ребятки, они серьезно задумаются, а стоит ли отдавать себя столь циничной властной и алчной структуре… А.Соломин― Как мотивируете? А.Кураев― Мотивировать… Ну как?.. Не столь тщательно стерилизовать церковное пространство от разномыслия. Остановить насаждение культа патриаршей непогрешимости и нечеловеческого величия. По крайней мере, не отпугивать вот этим публично потрясаемым кляпом - мол, став священником, ты должен обо всем молчать. Вот из свежих заявлений совершенно феноменальное заявление пресс-секретаря патриарха отца Александра Волкова. 23-го числа в телеинтервью одному из телеканалов, — на экспорт, правда: Russia Today он сказал, — что «Нужно категорически избегать, чтобы священник, стоя на амвоне, в проповеди говорил: вот это произведение хорошее, а вот это плохое, на этот фильм ходить нельзя, а туда идите жечь кинотеатры. Церковь не может из своего сакрального, священного пространства храма оценивать явления культуры. Нужно не пытаться церкви неестественным образом вступить внутрь этого культурного пространства". И.Баблоян― Это про «Матильду» в очередной раз. А.Кураев― Да, общий контекст был таков. Но сказано это потрясающе. Во-первых, это супер-супер либеральная позиция: то есть молчите попы, ни во что не вмешивайтесь. Во-вторых, учитывая, что он все-таки явно не либерал и не либеральную позицию призван озвучивать, это именно попытка некий кляп на всякий церковный роток накинуть: молчите! А.Соломин― Но подождите, этот на тот роток, который постоянно норовит что-нибудь откусить или покуситься на что-то, в том числе. А.Кураев― А вот надо знать, как откусывать, чтобы не создавать проблемы святейшему шефу. И.Баблоян― Так, а как надо делать? А.Кураев― Очевидно, какие-то проблемки возникли. Дело в том, что это интервью вышло 23 числа. Не знаю, оно лишь вышло в этот день или было записано … Скорее, все оперативно делается. А утром 23-го числа была встреча патриарха с министром Мединским. И там, вполне возможно, обсуждалась тема «Матильды». Совершенно очевидно, что есть разноствование позиций Кремля и позиций, скажем, спикеров патриархии, которые до сей поры на эту тему говорили. Спикеры патриархии, включая митрополита Иллариона, резко против: показывать нельзя. Вплоть до заявления Чаплина, что конец света в России будет, если фильм покажут. А Кремль, по-моему, не считает нужным из-за этого ругаться, скажем так, с миром художников. Возможно, вот эта нежелательность для Кремля по этому поводу осенью, когда будет премьера – кстати, столетие революции – разжигать противостояние и давать еще один повод для недовольства властью. Потому что недовольство будет не Николаем Вторым, а нынешней властью: зачем запретили фильм? Я думаю, что эта позиция была донесена до святейшего и его пресс-секретаря. И отсюда в тот же день выступление Волкова. И.Баблоян― То есть они сдают назад. А.Кураев― Уже нет. Потому что уже вчера вечером было выступление Волкова на тему «Извиняюсь за свое выступление». И.Баблоян― Так я это и имею в виду, что они вроде как сдают назад. А.Кураев― Кто они? И.Баблоян― Волков, выступая от имени патриарха Кирилла с извинениями за слова, которые они сказали по поводу «Матильды». А.Кураев― Нет, с извинениями за свои слова, сказанные в защиту «Матильды». Я понимаю, что обычная тактика, когда пресс-секретарь в своем статусе и от имени своего руководителя озвучивает некую идею и затем смотрят реакцию. Если она оказывается нежелательной, тут же заявляется: «Нет-нет, это была чисто его позиция. Руководитель считает иначе». Так же и здесь произошло: Волков высказался неожиданно мягко. На него тут же набросились многие церковные сайты – и пришлось брать назад. Буквально вчера отец Александр Волков, глава пресс-службы принес в своем Фейсбуке извинение за свою интервью, которое дал в воскресенье. А.Соломин― Он сказал, что это не является официальной позицией РПЦ, принес извинение тем, кого ввел в заблуждение этим. А.Кураев― Совершенно верно, да. А.Соломин― Но, смотрите, за что он извинялся все-таки. Он сказал интервью RT, как вы упомянули, что фильм не является карикатурой и сознательным искажением образ святого человека. Казалось бы, за что тут извиняться, в смысле, что тут такого? При этом он заметил, что картина вызовет неоднозначную реакцию и не пройдет незамеченной, в том числе, и с негативной точки зрения. Тоже достаточно мягкая позиция тех людей, которые комментируют этот фильм со стороны православной церкви. «В связи с моим интервью RT должен еще раз подчеркнуть, что высказанное мнение было моим личным суждением и никак не связано с позицией Церкви и святейшего патриарха». Вы человек достаточно либеральный, и, с вашей точки зрения, насколько я понимаю, каждый может высказаться по поводу этого фильма то, что он хочет. Правильно? А.Кураев― Безусловно. А.Соломин― Но когда это превращается в общую кампанию, кампанейщину даже, я бы сказал, лицом которой стала Наталья Поклонская волей или неволей, это уже не выглядит как просто выражение мнения, это выглядит, как попытка сделать так, чтобы Учитель больше никогда не снимал фильмы или отказался от проката этого фильма. А.Кураев― То, что кампания есть, это несомненно. Да, патриаршии люди активно и с радостью в этом участвуют. Что касается интервью Волкова, то все-таки там меня больше не «Матильда» интересует, а общая его позиция, высказанная на тему того, что, дескать, нельзя в проповедях священнику давать оценку событиям в жизни культуры. Вот это очень странно. Потому что, во-первых, главный вопрос здесь: а что есть церковь? «Церковь не должна давать оценку». Простите, а что есть церковь? Что такое голос церкви? Ведь голос церкви – это далеко не только голос священника. Это может быть и голос думающего мирянина, который с христианских позиций пробует оценить то или иное культурно-политическое событие. Во-вторых, священник может не только в проповеди высказываться. Священник может высказывать свое отношение к текущим светским событиям не с амвона, а в других вариантах: в интервью массмедиа и в своем личном блоге, просто в беседах, лекциях. Почему это ему запрещать? В третьих, вопрос не в том, чтобы не говорили, а вопрос в качестве этих высказываний. Это нормально и естественно для верующего человека — соотносить со своими центральными убеждениями те информационные потоки, которые до него доходят и как-то их оценивать; не просто потреблять телекартинку, а пробовать сделать стоп-кадр и подумать: в качестве христианина как я могу к этому отнестись? И этой своей оценкой, опытом он может делиться с другими людьми. Почему нет? И еще вопрос. Вот если у священника есть какое-то, не важно, плюсовое или минусовое, отношение, скажем, к фильму или книге, и он об этом решил сказать пусть даже и в проповеди. Ну, решил, да. Но хватит ли у него ума, чтобы не делать дисциплинарных выводов из этой своей личной оценки? То есть не будет ли он хлестать церковными наказаниями, епитимьями своих прихожан или подчиненных, если она у него есть, если их позиция не совпадет с его? Насколько он сможет воздержаться от отождествления своей личной оценки с позицией всей церкви? А.Соломин― Но до этого были в РПЦ заявления, что никаких отлучений от причастия, скажем, не происходит – то, о чем говорила Поклонская. А.Кураев― Ну, слава Богу, если это так. Но настолько странные люди у нас в клире бывают, что возможно всё. А.Соломин― А решение об отлучении от причастия принимается на каком уровне? А.Кураев― На уровне священника. А.Соломин― То есть, на самом деле, просто головной офис, условно, РПЦ, может и не знать, что происходит? А.Кураев― Да, конечно. Поэтому чтобы сказать, что никого никогда не наказывают церковными мерами по этому поводу – для этого надо знать тайны всех исповедей. Их, конечно, никто и не может знать. Поэтому что может делать церковная власть? Призвать самих священников-духовников к осторожности. И.Баблоян― Извините, я приведу тут сравнение такое. Мне кажется, тут абсолютно идентичную ситуацию в школах с учителями, которые так же должны доносить до учеников какую-то свою, возможно, мысль о каком-то конкретном произведении, но не настаивать на такой же позиции ученика. А.Кураев― Да, и это тоже так. Дальше очень важный вопрос компетентности этих оценок. Любой человек имеет право давать какие-то советы по медицине и оздоровлению, но большинство этих советов вряд ли будут компетентны. А.Соломин― Человек, который доверяет своему священнику, он будет видеть в нем компетентного человека во всем. А.Кураев― Да, в этом есть сложность. Поэтому тут вкус, в конце концов, должен быть. И, наконец, еще один важный вопрос. Прежде чем разбрасывать свои оценки и наставления направо и налево, даже если ты компетентен, даже если ты разбираешься в теме, и у тебя есть соответствующее гуманитарное широкое образование – стоит задуматься вот над чем: а люди от тебя и подобных тебе, не устали ли? Надо просто трезво оценить пейзаж битвы. Может быть, мы и мне подобные настолько часто встреваем во все эти возможные дискуссии и сыплем оценками, что у людей уже аллергия. Поэтому даже внятно и хорошо обоснованное твое суждение на светскую тему будет изначально вызывать аллергическую реакцию. Вновь говорю, это не мой уровень, я могу просто обозначить: такая проблемка есть в отношениях церкви и общества. Соответственно, патриархия пусть уже думает, как эту усталость преодолеть. Но пока они намерены, скорее, дальше все это нагнетать. А.Соломин― Но вариант запрета высказываний по культурным вопросам вас не устраивает тоже, вам нужен другой путь какой-то? А.Кураев― Нет, не устраивает. А.Соломин― А что это может быть? Как можно эту усталость преодолеть? А.Кураев― Я говорю: воспитание вкуса, в том числе вкуса политического действия. Потому что это тоже отчасти политика – пасторская политика. Надо ощущать, когда уместно промолчать. Знаете, однажды один очень мудрый человек… ничего не сказал. Это должно быть дело и личного вкуса и некого высокого архипастырского разумения и профессионального образования священников: когда уместнее о чем-то промолчать, что-то обратить в шутку, где-то вести серьезную полемику. Опять же – чьими устами? Потому что далеко не все надо озвучивать устами священников или епископов. В конце концов, есть и христианская интеллигенция, которая тоже может в этих дискуссиях принять участие. А.Соломин― Как, с вашей точки зрения, можно с христианской позиции оценивать деяние человека задолго до того события, из-за которого его призвали святым? Я имею в виду Николай Второй. Он стал святым в результате того, что был расстрелян. Это же за то, что не отрекся от веры, за мученичество его вот это. С христианской точки зрения, как можно оценивать его поступки, будучи когда он был еще царем? А.Кураев― Христианская точка зрения не при чем. Здесь речь идет о политических капризах. Видите ли, когда происходила канонизация последнего русского царя (2000-й год), идея монархии не была популярна в российском обществе, и наши иерархи стеснялись откровенно демонстрировать свое желание восстановить под кальку всю конструкцию общественно-государственной жизни Российской империи предреволюционных лет. Сегодня этого стыдиться уже перестали. А тогда, поскольку как бы этого стыдились, постольку идея реабилитации самого принципа монархии была замаскирована под канонизацию последнего русского царя как страстотерпца. То есть официально его прославили за то, как он себя вел уже после своего царствования, то есть в последние полтора года своей жизни, уже под арестом. Здесь, действительно, претензий к нему с точки зрения христианской этики не может быть никаких. То есть даже вопрос о том, правильно он сделал, что отрекся или нет – этот вопрос можно дискутировать. Но то, что было потом — светло. У него были все основания озлобиться – он не озлобился. Мы не видим в его дневниках, в его письмах, воспоминаниях о нем этих лет, что в нем была хоть какая-то идея мести. Он принял это как волю Божию. Хорошо, это христианская реакция. Нормально. Но это, как официально было сказано, страстотерпец, не мученик. То есть очень аккуратно было тогда сказано официальными спикерами, что прославление царя Николая Второго не означает канонизацию Церковью самой идеи монархии, и тем паче не означает призыва к восстановлению монархии. Это не оценка его как царя, не оценка его царствования. Но сегодня все это уже не слышно. Сегодня, наоборот, считается: раз та арестантская его жизнь была святой, значит, святой нимб должен окружать всё, все 23 года его царствования. А сегодня и дальше пошли: уже и от колыбели. То есть он уже и тогда, до царствования был святым, почти монахом. Эта логика идеологической кампании, а не логика христианской мысли. Это логика идеологического каприза. А.Соломин― А вы согласны, вообще, с тем, что его сделали святым? Вот Сергей спрашивает: «Почему вообще Николай Второй сделан святым? Он пострадал за веру? Чем он святее пяти миллионов погибших в те годы в России?» А.Кураев― Именно в то время, когда готовилась канонизация, и в 2000-м году, и я и другие спикеры патриархии это объясняли так: вот кончается 20-й век, страшный для церкви, для русского народа – и как можно подвести ему некий итог? Можно составить мносоттысячный список мучеников. Но он будет так велик, что не поместится в голове и памяти. Можно поставить еще одну могилу неизвестному солдату. То есть канонизировать некого неизвестного мужика, грубо говоря, или казака. Взять какого-нибудь человека, а желательно, семью, которая была вырезана под корень, включая детишек – это уже заведомое преступление – и сказать: «Да, вот эта семья Ивановых – для нас не просто семья Ивановых; их трагедия – это капелька, в которой отразился океан всенародного горя. Вот поэтому мы их почитаем». Мог быть такой путь. Но он был бы слишком модернистский для церковного сознания. Поэтому, в принципе, имея в уме эту формулу, было сказано: «Ну хорошо, а давайте под символичными Ивановыми будем иметь в виду Романовых?» В этом смысле царь и его семья были прославлены как страстотерпцы, имея в виду, что это не только их личные биографии, подвиг и судьба, но это некая икона всей нашей общенациональной Голгофы. Да, такое было, тогда говорилось. Сейчас опять это все забыто. Опять все сведено даже не к человеку, а к его монархической функции. А.Соломин― То есть то, что он святой, противоречить этому нельзя, а за что он признан святым, об этом уже все забыли. А.Кураев― Он признан святым за то, что в тяжелых ситуациях смог сохранить человечность. Но есть отличие от семьи Ивановых. В принципе, и у Романовых и у Ивановых не было особого выбора. Убили бы, что называется по любому – спьяну ли или еще как, в порядке какого-то замысла коварного – это не так важно. Но, знаете, иногда нравственное величие человека определяется размером его потерь. У Пастернака была замечательное стихотворение.И великой эпохи След на каждом шагу B толчее, в суматохе, В метках шин на снегу, B ломке взглядов, симптомах Вековых перемен, B наших добрых знакомых, В тучах мачт и антенн, На фасадах, в костюмах, В простоте без прикрас, B разговорах и думах, Умиляющих нас. И в значеньи двояком Жизни, бедной на взгляд, Но великой под знаком Понесенных утрат.Конечно, никто в России не потерял так много, как потерял Николай Второй. Потому что никто так много не и имел. И вот при огромнейшей потере всего и вся сохранить человечность – это подвиг. А.Соломин― Я не знаю, слышали вы или нет, Алексей Венедиктов в своем телеграм-канале писал о том, что, кажется, становится понятна тема с Исаакиевским собором, передачей этого собора церкви. Есть такая мысль, что после того, как церковь признает идентичность останков и царских, которые уже захоронены в Петропавловке и тех – царевича Алексея и великой княжны Марии, — которые еще не захоронены нигде, чтобы поместить их как мощи в Исаакиевском соборе, который к тому времени уже будет под РПЦ. А.Кураев― Мне эта схема не кажется убедительной просто по той причине, что для церкви, если это все так – я имею в виду те же исходные пазлы, которые описал Венедиктов, — логично было бы сделать все в обратной последовательности: сначала признать мощи, а потом поплакаться и сказать: «Нам их положить некуда». И тогда именно с мощами в руках было бы легче в общественном сознании оправдать клерикализацию Исаакиевского собора, а не наоборот. Потому что пока в течение двух лет это выглядит как каприз. А.Соломин― Там же, насколько я понимаю, речь не столько о том, чтобы просто получить здание какое-то под мощи. Речь идет еще о том, во всяком случае, по версии, высказанной Венедиктовым, что владыка Тихон в этом заинтересован – в том, чтобы самому управлять Исаакиевским собором. А.Кураев― Да не думаю, что он в этом заинтересован. Просто я его знаю как человека. У него и так нет свободного времени и нет азарта власти. Уверяю вас, он человек сверхкоммуникативный, потому что слишком много разных чиновников, генералов хотят до него достучаться, имея в виду, что он что-то там перед первым лицом замолвит и так далее. И поэтому, что касается поиска каких-то финансов или рычагов влияния – это у него достаточно. А.Соломин― А зачем он тогда возглавил со стороны церкви… А.Кураев― Просто он глава патриаршего совента по культуре, каковым он до Исаакия был еще назначен… Патриарх просто признал реальность: да, действительно, у отца Тихона есть авторитет среди право-православной интеллигенции. Журнал «Русский дом» в 90-е годы он с Крутовым создавал. У него прекрасное издательство и так далее. Поэтому это было здравое и понятное решение патриарха. А потом это было уже отдельное поручение патриарха, и, я думаю, что скорей всего, устное. Мол, у питерско-мордовского духовенства уж совсем никак не получается общаться с прессой им горожанами по поводу Исаакия, так пусть тогда уж владыка Тихон этим займется. А.Соломин― Исаакий, с вашей точки зрения, все-таки перейдет к РПЦ в конечном итоге? А.Кураев― Не знаю. А.Соломин― Нет у вас представления? А.Кураев― Я говорю, в схеме, описанной Венедиктовым, да, появляется дополнительный элемент (мощи царя), но именно этот аргумент работает против его версии. Потому что два года демонстрировать некий каприз, не обосновывая его главным аргументом, это несколько странно. Кроме того, такой связкой патриархия и своих сторнриков распугивает. Ведь прежде всего она должна решить другую проблему: убедить саму церковь, что это подлинные мощи, вопреки своей собственной позиции, занятой еще в 90-е годы. А.Соломин― А вы думаете, что они еще не решили для себя этот вопрос? А.Кураев― Они-то, может быть, и решили, но еще не решили, как сохранить лицо именно перед ядерным электоратом нынешнего патриарха. Понимаете, дело в том, что именно те люди, которые были яростные монархисты, они были яростными критиками митрополита Кирилла в 90-е годы и в «нулевые», и для них это принципиальный тезис, что «жидомасоны во главе с Немцовым, главой правительственной комиссии по екатеринбургским останкам нам попробовали навязать какие-то ослиные кости вместо нашего царя-батюшки…». И патриархия тогда это поддержала и официально с этим согласилась. А.Соломин― С тем, что это «ослиные кости»? А.Кураев― Ну, что это «невесть что, вместо нашего царя-батюшки» — согласились, да. А.Соломин― Но очень осторожная позиция была. И, насколько я знаю Алексей II… А.Кураев― Он не-осторожно не приехал даже на отпевание – вот это была огромная ошибка. А.Соломин― И отпевали их не как царей… А.Кураев― Да. Потому что, какая разница, чьи косточки? Если звучат имена государя, его дочек и сына, почему эти имена не патриарх произносит? В общем, была крайне путаная и противоречивая позиция.

26 июля, 18:00

26.07.2017 18:00 : Женщины в России должны получить право проходить срочную службу в армии

Так сегодня сказала уполномоченый по правам человека в России Татьяна Москалькова. Полное равенство в вооруженных силах существует на сегодняшний день лишь в одной стране – Израиле, пишет «МК». Здесь женщины могут даже получать генеральские звания, служить на флоте и в авиации. Их наравне с мужчинами посылают в зоны вооруженных конфликтов. Обязательный призыв для девушек есть в Северной Корее, Китае, Перу, Малайзии, Эритреи, Тайване и Бенине. В России по контракту служат около 50 тысяч женщин. Из них у трех тысяч есть офицерские звания. Кстати, в министерстве обороны сказали, что каких-либо ущемлений прав женщин при поступлении на военную службу нет. Это подтверждает и глава Комитета солдатских матерей России Валентина Мельникова. Диакон Андрей Кураев выступает против обязательного призыва в армию для женщин – хотя бы у них должно быть право не отдавать долг Родине, — заметил священник. Мнения опрошенных «Эхом Москвы» на улицах Москвы людей разделились, но многие считают, что девушкам действительно нужно дать право служить. Невозможность пройти службу – не что иное, как дискриминация, считает психолог Анна. У запрета на службу в армии для женщин есть свои причины, уверена студентка Полина. Есть и те, кто относится к этому вопросу более консервативно. Женщины в армии служить не должны, считает молодая москвичка Ксения, работающая в сфере недвижимости. Ограничивать женщин в их желании служить не стоит, но это и вправду нарушает гендерные роли, уверен сотрудник МВД Игорь. Добавим, почти все опрошенные подчеркнули, что право служить стоит дать только тем девушкам, которые сами этого хотят. Обязательную воинскую повинность респонденты не поддерживают. В последние годы израильскую армию, где девушки служат наравне с юношами, сопровождали сразу несколько скандалов, связанных с сексуальными домогательствами и обвинениями в изнасиловании.

Выбор редакции
26 июля, 15:05

Персонально ваш : Андрей Кураев

Гости: Андрей Кураев Ведущие: Ирина Баблоян , Алексей Соломин Я за то, чтобы сократить ту часть жизни, по которой топчется наше государство своими сапогами…

Выбор редакции
15 июля, 10:21

Беседа на "Свободе"

Леонид Велехов: Здравствуйте, в эфире Свобода – радио, которое не только слышно, но и видно. В студии Леонид Велехов, и это новый выпуск программы "Культ личности", которую помимо нашего интернет-канала вы можете смотреть на телеканале "Настоящее время". Эта программа не про тиранов, она про настоящие личности, их судьбы, поступки, их взгляды на жизнь.Протодиакон, философ, богослов Андрей Кураев у меня сегодня в гостях.(Видеосюжет об Андрее Кураеве. Закадровый текст:Диакон Андрей Кураев – анфан террибль Русской православной церкви.В этом идиоматическом и обычно безакцентном словосочетании в нашем случае следует сделать акцент на слове "анфан". Ужасное, но все-таки дитя. И это главное. Кураев – не сектант, не раскольник, не православный Мартин Лютер, пусть даже в перспективе. Он плоть от плоти русской православной церкви, но вот именно такой – с маленькой буквы, нормальными словами, не складывающимися в эту неблагозвучную, рычаще-цыкающую аббревиатуру РПЦ.Он критик, иногда весьма жесткий, РПЦ: вспомним, как он сделал предметом широкой гласности гомосексуальный скандал в Казанской семинарии в 2013 году. И это стоило ему кафедры в Московской духовной академии, которой он как истинный пастырь и богослов очень дорожил.Но в целом его жизненный и духовный путь, особенно теперь, после 2013 года, идет не то чтобы совсем независимо от РПЦ, но как будто параллельно.Но в том-то и дело, что независимый путь и независимые рассуждения этого умного и образованного человека часто выглядят резким контрастом к деятельности РПЦ, образу мыслей и действий ее иерархов и вполне рядовых служителей. Те прокладывают свой путь на "геледвагенах" и "лендкрузерах", а отец Андрей Кураев – на мотороллере, наводящем на невольные ассоциации с евангельским осликом. Нет, он не хочет повторять в применении к православной церкви слова Мартина Лютера о церкви-блуднице, погрязшей в роскоши и разврате. Но уже наше собственное умственное сопоставление "геледвагена" и кураевского мотороллера наводит нас на предположение, что лютеровская сентенция применительно к РПЦ прозвучала бы вполне органично в кураевских устах.Отсутствие собственного мнения по важнейшим вопросам современной общественной жизни – и при этом претензия на большую роль в этой жизни, – заискивание перед светской властью, сосредоточенность на стажании материальных благ: все это в последние десятилетия сильно дискредитировало РПЦ, дав критикам повод называть ее еще одним департаментом администрации президента Путина. И, вместе с тем, то, что есть такие люди, как отец Андрей, – люди, пользующиеся, к слову, большим авторитетом среди мыслящих верующих, – вселяет надежду, что у русской православной церкви есть шанс на духовное возрождение и будущее). СтудияЛеонид Велехов: Тут мне хочется пойти ходом прямым, как палка, биографическим, потому что в нем самом заключен некий парадокс. Вы ведь из семьи не только не религиозной, но и такой, во всяком случае, по ее положению, абсолютно марксистско-атеистической. Ваш отец был референтом главного философа-марксиста Советского Союза, академика Федосеева, имя которого мы все помним по учебникам. И мама ваша тоже из научно-номенклатурной среды.Андрей Кураев: Должность отца, самая высокая в его карьере, называлась "ученый секретарь секции общественных наук Президиума Академии наук СССР". И при этом Федосеев просил его какие-то доклады ему готовить, помогать. А так его задача была – координация работы гуманитарных, общественных институтов Академии наук в области философии, социологии и психологии. То есть он курировал Институт США и Канады, ИНИОН, Институт философии.Леонид Велехов: А какая-то такая идейная трещинка, рефлексии в семье были? Потому что сейчас все, кого не спросишь, оказывается, были диссидентами, и в родительской семье царил диссидентский дух... А у вас как было в этом отношении?Андрей Кураев: Во-первых, из-за того, что отец работал в Президиуме Академии наук, дома все время была закрытая литература, то есть обзоры западной прессы, Тассовки, бюллетени АПН, закрытые записки для Политбюро, идущие из этих институтов. Поэтому у меня своеобразное отношение к этому периоду, своего рода личная обида на Политбюро.Леонид Велехов: Почему личная?Андрей Кураев: Потому что я знаю, что их хорошо, правильно и честно информировали. Ученые из Академии наук честно исполняли свой долг. Они честно говорили о том, что происходит в обществе, в мире, в стране.Леонид Велехов: Неужели прямо один к одному всё?!Андрей Кураев: Ну, не один к одному – это невозможно. Они же не пророки. Просто наши геронтократы уже не были в состоянии освоить этот массив информации и как-то реагировать. Конечно, отец тоже это видел. Высоцкий и Галич у нас дома всегда звучали. Долгие годы на самом видном месте стоял "Архипелаг ГУЛАГ", но он был обернут в суперобложку какой-то очень скучной книги по диалектическому материализму (автор – П. В. Копнин). И было понятно, что ни один гость никогда в руки не возьмет эту книгу. (Смех в студии.) Не говоря отцу я однажды все же открыл эту тайну, и книгу не-Копнина прочитал. Для меня это было потрясение. Разные враждебные голоса тоже дома звучали еще в 70-е годы. И тот круг общения, который был дома, – вел с отцом честные частные беседы. Нет, в нашем доме обаяния коммунистической идеологии не было.Леонид Велехов: То есть была адекватная картина и восприятие действительности?Андрей Кураев: Дело в том, что предыдущее перед этим место работы отца – Прага, журнал "Проблемы мира и социализма". Достаточно хорошо известно, что это и был тот мозговой штаб, откуда и вышла сама по себе идеология перестройки. Печенев, который был помощником Черненко…Леонид Велехов: И Лукин там работал. И Корякин там работал. Но, изучая вашу биографию, я заподозрил, что вы сами-то были, во всяком случае, без сколько-нибудь видимой трещинки и рефлексии до определенного возраста. Это когда я узнал, что вы в школе издавали… Что это было – газета или журнал, "Атеист"?Андрей Кураев: Стенгазета.Леонид Велехов: Казалось, не 20-е годы, какая потребность была в антирелигиозной пропаганде?Андрей Кураев: Никакая. В этой газете не было ничего антирелигиозного. Просто было желание рассказать анекдот, и все. В ту пору, так совпало, мне попали в руки две книги. Одна это Марк Твен, цикл смешных зарисовок на библейские темы – "Дневник Адама", "Дневник Евы". Мне показалось это забавным. А другая – альбом карикатур Жана Эффеля, бельгийского художника.Леонид Велехов: Конечно, "Сотворение мира", Адам и Ева!Андрей Кураев: Собственно, я их и совместил. Между прочим, я помню, в одном из выпусков была еще вырезка из журнала "Крокодил", актуальная, может быть, до сих пор. Там хипарь в джинсах стоит на коленях перед радиоприемником. И ему приписана реплика: "Отче наш, иже еси на Би-би-си".Леонид Велехов: Все-таки остроумные бывали люди!Андрей Кураев: Остроумные, да. (Смех в студии) В ту пору я сам не слушал религиозные передачи Би-би-си. С тем «отче наш», который там был, я познакомился уже только в 90-е годы. Замечательный человек.Леонид Велехов: Родзянко, наверное, да?Андрей Кураев: Родзянко. Но, может быть, даже вы не знаете, почему он прекратил свои беседы на радио.Леонид Велехов: Нет, не знаю.Андрей Кураев: Дело в том, что ему благодарные прихожане подарили машину. А он сказал: мне она не нужна, меня и старенькая вполне устраивает. А его сыну как раз 21 год исполнялся. По британским законам это совершеннолетие. И он подарил сыну машину, отдал ключи, даже ни разу не сев в машину. А парень поехал и разбился насмерть в первой же поездке. Когда полиция расследовала, обнаружили, что там были подрезаны тормозные колодки.Леонид Велехов: Вот какие прихожане оказались!Андрей Кураев: Нет-нет, судя по всему, это не прихожане. Машину-то честно подарили прихожане, а вмешались в нее еще какие-то товарищи. После этого отец Родзянко довольно быстро теряет жену и принимает монашество. Уехал в Америку из Британии. И там его избирают епископом. Но его прихожане не приняли, потому что он начал настаивать на том, что все-таки Бог, в которого мы верим, невидим. Поэтому в храме не должно быть иконы Бога-Отца, это запрещено и церковными канонами, и богословским здравым смыслом. Прихожане подняли хай, в итоге его прогнали. Но это оказалось во благо, потому что благодаря этому последние годы жизни он смог провести уже в новой России и здесь много людям рассказать о вере, об истории нашей страны. Это было замечательно!Леонид Велехов: Какая грандиозная история личная… Скажите, отец Андрей, а как, собственно, ваше-то произошло превращение, не знаю, как лучше сказать, из Савла в Павла или, если оперировать образами нашего любимого романа, из Ивана Бездомного в Ивана Николаевича Понырева? Был какой-то момент истины, что вас направил, наставил на ту дорогу, которой вы пошли, сменив жизненный путь светского человека на путь священнослужителя?Андрей Кураев: Знаете, бывает такое с перенасыщенными растворами, когда происходит мгновенная кристаллизация того, что копилось многие годы. Для меня, пожалуй, такими прорывными днями, которые, меня перевернули был февраль 1982 года . Я, третьекурсник философского факультет, стал читать "Братьев Карамазовых". И это настолько меня перепахало, что я даже не мог читать дома. Чтобы никто не отвлекал, я уходил в районную библиотеку, что была в соседнем доме. Это было не просто чтение. В легенде о Великом Инквизиторе как-то для меня сошлись все эти вопросы, "проклятые" вопросы русской религиозной философии, к тому времени уже в основных чертах мне знакомые. И они получили для меня ответы в тех искушениях, которые сатана и Великий Инквизитор предлагали Христу. И вот как-то очень пала на мне на душу характеристика Достоевского, которую он дает сатане: "Дух сверхчеловечески умный и злобный". Но Христос ведь смог его отвергнуть, и, значит, он тоже дух сверхчеловечески умный, но - добрый. Вот таким странным образом мой путь похож на путь Иванушки после встречи с Воландом: понимание того, что сатане все-таки должна быть альтернатива. Не может быть, чтобы только одна его сила была в мире.Леонид Велехов: Я вас слушаю и вспоминаю, как меня тоже, примерно в таком же возрасте, перепахали "Братья Карамазовы"… И так же я их читал, не отрываясь, только ночами – тоже для того, чтобы никто и ничто не отрывало и не отвлекало…Андрей Кураев: Я честно скажу, что я с той поры боюсь читать Достоевского.Леонид Велехов: Да?Андрей Кураев: Отчасти, потому что боюсь разочароваться.Леонид Велехов: Скажите, ваш уход в религию разрушил отцовскую карьеру?Андрей Кураев: Да. Уход мой в религию еще ему простили, а вот то, что я пошел в семинарию, а это был 1985 год, – уже нет...Леонид Велехов: А вы не чувствуете своей вины за это перед отцом?Андрей Кураев: Чувствую, чувствую, конечно. Я понимаю, что он принес жертву ради меня.Леонид Велехов: А он добровольно ее принес? Он был готов к этому?Андрей Кураев: Это все сложно, наверное. Во-первых, он мне об этом не говорил. Я потом, спустя годы, узнал, что, оказывается, когда я оформлял документы в семинарию, в это же самое время его документы в ЦК оформлялись на длительную командировку в Париж по линии ЮНЕСКО.И все это сорвалось.А для него это было важно, потому что французский был моим рабочим языком. Я же французскую спецшколу оканчивал. Но я тогда даже этого не узнал. Федосеев, когда услышал про эти мои виражи, звонил в Министерство обороны и требовал, чтобы они призвали меня в армию. На что там здраво ответили: "Вообще-то, он уже офицер, у него военная кафедра в университете была, он замполит. На фига нам такие замполиты?!" (Смех в студии). Но отцу пришлось уйти. Это не была катастрофа, он стал завсектором в ИНИОНе, Институте научной информации. Через пару лет перешел на работу в "Политиздат", завредакцией философской литературы. Но это уже был 1989 год, совсем глубокая перестройка. Это было парадоксально: я – студент Духовной академии, отец – редактор "Политиздата". И мы с ним обсуждаем, какие богословские книжки в "Политиздате" надо издать.Леонид Велехов: Боже мой! (Смех в студии.)Андрей Кураев: Да. Вышли Честертон, Льюис, другая философско-богословская классика...Леонид Велехов: Почему вы не стали священником? Почему остались дьяконом?Андрей Кураев: По документам я должен был стать священником. Благословение патриарха на это было. Была письменная резолюция. Все было оформлено, и уже даже был назначен день священнической хиротонии. Но какое-то появилось внутреннее ощущение, что надо остановиться. Я его не мог тогда внятно понять, но оно было очень сильное. При том, что я во многом рационалист, бывают в моей жизни какие-то мистические вещи. Вот было ощущение, что надо остановиться. Сейчас я понимаю, что, действительно, это дало мне возможность большей свободы, причем свободы от многих вещей. Например, свободы от прихожан, свободы от влюбленности в меня. Потому что я понимаю, что если бы я стал священником, вокруг меня образовалась бы секта, как вокруг отца Александр Меня. Любой яркий православный священник какую-то парасектантсткую организацию вокруг себя создает…Леонид Велехов: Их так немного, что конечно...Андрей Кураев: Поэтому я очень рад, что этого не произошло. У меня не было выбора, как у обычного священника, пожертвовать благополучием своей духовной семьи, прикипевших прихожан, если вдруг переведут в другой приход, накажут и прочее. Этой гирьки на моих весах нет.Леонид Велехов: Как все продумано! А у диакона разве не должен быть звучный голос типа баса-профундо, как был у знаменитого, одновременно и диакона, и солиста Большого театра, Максима Дормидонтовича Михайлова?Андрей Кураев: Да, это было бы хорошо, но нет, такого голоса у меня нет. Но я и не претендую, я же не служу в больших соборах на патриарших службах. Сейчас так получилось, что я служу в Ново-Спасском монастыре. И люди, включая регента, говорят, что вроде хорошо получается. Я сам этого не ожидал, в музыкальном смысле я полный неуч. Свой голос никогда не ставил, никогда не считал это важным даже именно в диаконском служении. Что есть, то есть – ну, простите, ну, потерпите.Леонид Велехов: Понятно. Просто так как в жизни вы говорите тихо, я не знаю, может быть, у вас очень большой диапазон и звучный голос…Андрей Кураев: У меня есть довольно большие внучки уже – восьми лет и пяти. Но дело в том, что в храме, куда мы все время ходим, для детишек построили отдельное помещение. Поэтому они меня на службе никогда не видели. А вот буквально недавно все-таки они пришли на основную службу. И оказалось, они меня не узнали. Со спины они не узнали, что это я.Леонид Велехов: Перевоплощение, значит, какое-то.Андрей Кураев: Ну, не знаю. Еще есть замечательная история в моей памяти. 90-е годы, приезжаю в Троице-Сергиеву лавру рано утром. Идет обычная будничная служба в Успенском соборе, и молоденький диакон произносит ектенью. После службы я к нему подхожу и говорю: "Слушай, ну что же ты так тихо говорил-то? Даже я, хоть и диакон уж сколько лет, не мог разобрать…". А он с такой университетской ехидностью говорит: "Отец Андрей, а у нас в лавре теперь новая мода. Мы на Бога больше не кричим". (Смех в студии.)Леонид Велехов: Отец Андрей, с 1991 по 1993 год вы были всем при патриархе Алексии...Андрей Кураев: Всем, кроме кошелька и отдела кадров.Леонид Велехов: И слава богу. Вы были его референтом, спичрайтером, пресс-атташе… Это был ваш звездный час? Потому что, помимо близости уникальной к патриарху, это и годы такие, как теперь любят говорить, судьбоносные…Андрей Кураев: Насчет звездного часа – не знаю. Но это была действительно жутко интересная и ответственная работа. Знаете, была радость созидания, радость сознания, когда что-то ты делаешь и видишь, как что-то от твоих усилий меняется. Поэтому, да, у меня добрые воспоминания о тех двух годах. Кроме того, я преодолел некоторые свои собственные комплексы. Дело в том, что по характеру я интроверт и домосед, нелюдим. Даже в студенческие годы я никуда не ездил – как все студенты, в Питер на белые ночи, или по "Золотому кольцу"… Я как тот самый ежик, который, как известно, птица ленивая, не пнешь, так и не полетит. Вот это мой характер до сих пор.Леонид Велехов: А октябрь 1993 вы в Патриархии застали?Андрей Кураев: Нет, я уже не был в этой должности. Но тогда, я помню, в критическую минуту я даже позвонил митрополиту Кириллу домой и говорю: "Владыка, если можно, я на вас выведу некоторых людей из Белого дома, с которыми у меня контакт есть, для того, чтобы как-то использовать их в начавшихся переговорах в Даниловском монастыре…"Леонид Велехов: А теперь о вашей громкой отставке. В декабре 2013 года было это, по-моему, накануне Нового, 2014-го, года вас уволили из Московской духовной академии за предание гласности гомосексуального скандала в Казанской семинарии… Или, что называется, по совокупности накопившегося в отношении вас недовольства вас уволили?Андрей Кураев: Официальная формулировка была "за эпатажные высказывания в блогосфере". Затем еще полгода не могли это юридически оформить. Потому что, надо отдать должное, отдел кадров академии строго сказал: "Простите, но в Трудовом кодексе РФ нет такой статьи – «уволить профессора за эпатажные высказывания в блогосфере»". Поэтому мне звонили: "Может, напишете по собственному желанию?" Я говорю: "У меня нет такого желания. Я люблю академию, с радостью буду там преподавать". Поэтому в итоге, уже летом, они объявили конкурс, о котором мне не сказали. И на этом основании уже официально оформили бумагу о расставании. «Не прошел по конкурсу». Я, может быть, и мог где-нибудь в судах это оспорить, но зачем? У меня нет привычки навязываться.Леонид Велехов: Тем не менее, наверное, для вас это был тяжелый удар?Андрей Кураев: Да, для меня академия до сих пор это очень дорогое место. Хотя бы по той причине, что я молодею, бывая в местах своей собственной молодости. Это касается и МГУ. Ну, ладно, все-таки однажды надо и «уйти со школьного двора». Надо взрослеть. Господи, если такова Твоя воля, я это принимаю. Что касается эпатажных высказываний в блогосфере… Вы знаете, это и тогда звучало очень смешно, и с каждым годом звучит все смешнее, потому что сколько с тех пор вполне официальных лиц гораздо более эпатажные суждения высказывали, - и ничего! Чего стоит только недавний призыв митрополита Илариона запретить супермаркетам работать по воскресеньям! Но тогда, насколько я понимаю – и мне мои инсайдеры из патриархии об этом говорили, – был гнев патриарха и его жесткое требование с топаньем ногами на ректора о моем увольнении конкретно за то, что я републиковал у себя в блоге письмо, которое я получил. У меня до сих пор ощущение, что это удивительный документ эпохи, документ человеческий. Писал пожилой человек, ленинградец, который прямо сказал, что он сам гомосексуалист. Там были такие человеческие подробности, что у меня рука не поднялась бросить это куда-то в мусор. Он писал: "Я не понимаю, почему патриарх Кирилл, умнейший человек, так резко осуждает нас, гомосексуалистов, притом что его же духовный учитель митрополит Никодим был в нашем кругу…"Леонид Велехов: Никодим Ротов.Андрей Кураев: Да. И вот эта одна фраза и возмутила патриарха. Мои инсайдеры мне рассказали, что патриарх планировал и уже запустил процесс канонизации Никодима Ротова, причисление его к лику святых. И эта публикация, конечно, срывала эти планы. Потому что дело не в самой публикации, а в том, что она напомнила о шлейфе слухов, который всегда был при жизни Никодима. Я бы и сам сказал, что это возмутительная клевета, если бы сам не слышал эти разговоры, еще будучи семинаристом в 80-е годы, причем не только в Лавре, но и всюду, в том числе и в Петербурге... Потому что Никодим, действительно, очень яркий, интереснейший человек. Соответственно, и слухов вокруг него тоже было много. Они не вполне угасли после его смерти. И вот они реанимировались благодаря этой публикации. И у патриарха это вызвало раздражение. Ну, это его характер. Он умный человек, но иногда делает крайне импульсивные поступки, не очень думая о последствиях, к чему это приведет. Затем иногда пробует что-то исправить, иногда – нет.Леонид Велехов: Но тогда и после вас обвиняли ваши недоброжелатели в гомофобии. Вы гомофоб?Андрей Кураев: Наверное – да, не буду отрицать. Честный ответ.Леонид Велехов: Я и хотел честного ответа.Андрей Кураев: Вот не нравится мне это дело.Леонид Велехов: Вы сериал "Молодой папа" смотрите?Андрей Кураев: Как его можно смотреть в настоящем времени? Всего лишь десять серий, которые, к сожалению, уже просмотрены.Леонид Велехов: К сожалению, просмотрены!Андрей Кураев: Да, потому что хотелось бы еще пятьдесят. Но не знаю – будут ли они.Леонид Велехов: Будут.Андрей Кураев: Очень надеюсь.Леонид Велехов: По-моему, на съемочной площадке идет работа. Как я понял по вашему "к сожалению", вам интересно это?Андрей Кураев: Да.Леонид Велехов: Чем он вам так интересен?Андрей Кураев: Ой, много чем – начиная от интерьеров, деталей облачений...Леонид Велехов: А по сути?Андрей Кураев: А по сути, вы знаете, на мой взгляд, это грандиозный миссионерский проект католический.Леонид Велехов: Согласен с вами совершенно.Андрей Кураев: Начинается вроде бы в антиклерикальной интонации, но… Просто я исхожу из того, что католики – умные люди. И они понимают, что в интонации телеканала "Союз" проповедовать – дело невозможное в современном западном мире. Рассказывать про ангелочков и святых владыченек, по полчаса повествовать, у кого из князей церкви сегодня именины – это немыслимо. Поэтому, я думаю, что это стилистика Грэма Грина, знаменитого католического писателя. Его роман "Сила и слава" поначалу кажется антиклерикальным памфлетом, а в конце оказывается все иначе. Иногда мне кажется, что и Дэн Браун пишет в такой же стилистике. Тоже вроде бы задиристо антиклерикально, но если человек вовлекается в полемику и начинает думать, искать самостоятельно источники указанных материалов, то придет к другим выводам. Также и здесь. Вот этот папа, вроде бы циник и почти атеист… Но он сомневается, он ищет. А это очень ценно для современного зрителя, который не принимает интонацию иерархического вещания. А здесь сам папа оказывается тоже ищущий человек. А дальше он начинает творить чудеса уже по должности. Это же главный католический догмат – папа по должности свят, то есть по его молитве на бензоколонке вдруг подыхает ужасная аббатиса в Африке. Что-то начинает сдвигаться с мертвой точки в жизни ватиканского голубого лобби. Беременеет ранее бесплодная женщина… А как он общается – потрясающая, гениальная сцена! – с премьер-министром Италии! Честно говоря, я тут же полез в интернет искать, что же это было? Какое там латинское словечко папа употребил? Non expedit : «неудобно, не подходит, неинтересно». Оказалось, что римские папы рубежа XIX–ХХ веков запрещали католикам идти на выборы, считая, что выборы в итальянский парламент нелегитимны. Потом было признано, что это была грандиозная ошибка Ватикана. Потому что тем самым они левым отдали контроль над политическим процессом. И только уже во времена Муссолини эти отношения нормализовались. Тем не менее одна короткая фраза папы, который имеет смысл: "Не благословляется идти на выборы" делает премьера-левака, его заложником, и тот начинает меняться.Лучшая сцена из увиденных мною в сериале - тронная речь папы к кардиналам. Собственно, это стиль и программа нынешного понтификата (нашего).Ну и, конечно, гениальная сцена беседы с московским патриархом, с которым ему в самом деле не о чем беседовать. Фраза «Московский патриарх скучнее, чем гольф по телевизору» достойна стать мемом. Кстати, ведь и встреча в Гаване это подтвердила. По официальной версии они беседовали о чем? - Ни о чем. О Сирии… Ну да, надо было раз в тысячу лет встречаться на Кубе, чтобы о Сирии поговорить.Леонид Велехов: Раз уж мы навели такие мостики смысловые между католической церковью и православной… Мартин Лютер назвал католическую церковь блудницей, погрязшей в роскоши и разврате. Вы осмелились бы как-то проецировать это на современную русскую православную церковь?Андрей Кураев: Один русский философ (Сергей Фудель) сказал о Лютере так: "Безумный, но честный бунт Лютера". С этим я совершенно согласен. Плюс к этому, уж простите, не могу удержаться, но одно из главных археологический открытий XXI века было сделано в Виттенберге, городе, где большую часть своей жизни Лютер провел. Археологи нашли туалет Лютера. А почему это важно? Дело в том, что хорошо известно, что у Лютера были большие проблемы с пищеварением. И поэтому он изрядную часть своей жизни провел в этом сортире. И именно там он написал свои знаменитые тезисы о Реформации. То есть буквально Реформация родилась на этом унитазе.Леонид Велехов: Ну и что?! Я, например, видел в домике Хемингуэя на Кубе его туалет. А так как он, как известно, страдал геморроем и всеми связанными с этим заболеваниями, у него там целая книжная полка. Он сидел там и читал.Андрей Кураев: Книжная полка в туалете – это святое!Леонид Велехов: Но вы как очень умный человек и опытный полемист все-таки перевели акцент моего вопроса с русской православной церкви на Мартина Лютера.Андрей Кураев: Будет ли Реформация Русской церкви? Мой ответ – нет! Реформации Русской церкви не будет. Мы опоздали. Я не знаю, хорошо это или плохо. Это безоценочно. Почему я считаю, что ее не будет? Потому что такие вещи, как Реформация, возможны только в условиях обществ тоталитарно-религиозных, закрытых, когда есть тесный союз церковной власти и государственной и когда невозможно диссидентство по мелочам. У нас сегодня общество достаточно открыто в смысле границ. Особенности путинской демократии, в отличие от брежневской поры: не нравится – чемодан, вокзал, и куда-нибудь. И это, конечно, в некоторой степени способствует стагнации атмосферы внутри страны. Это касается в том числе и религиозной жизни. Открыты возможности ухода из церкви. Не нравится – пожалуйста, просто живи вне церкви, тебя никто за это преследовать не будет. Ты можешь вести светский образ жизни как атеист, можешь уйти в какую-то другую православную юрисдикцию, к старообрядцам, в конце концов. Даже Путин к ним недавно поехал выразить уважение. Ты можешь уйти к католикам, можешь в протестанты... Поэтому внутри не создается взрывающего давления. Церковь в этом смысле может от себя отталкивать людей, которые будут определять стиль жизни следующего поколения, но все равно ее собственная основа останется. Поэтому я не могу встать в позу, столь свойственную многим диссидентам, что, ага, вот меня выгнали, и поэтому сейчас без меня все это скоро загнется.Леонид Велехов: Я понимаю, но скажите, по существу она нуждается в реформации?Андрей Кураев: В реформации нуждается каждый из нас, в том числе церковь. В реформации под светом Евангелия.Леонид Велехов: Отец Андрей, вчера я слушаю по "Эху Москвы" новость о пребывании патриарха Кирилл в Кирове. Перекрыли все движение. Кортеж из не то десяти, не то тринадцати автомобилей промчал по городу. Потом куда-то в область он полетел на вертолете. Сошел с этого вертолета, не обратил даже внимания на толпу верующих, поехал по программе дальше…Андрей Кураев: Сложность в том, что ни в одном из канонов церкви такое поведение не предписано. Совсем наоборот! Однажды я к тогда еще митрополиту Кириллу подошел, и говорю: "Владыка, вы знаете, я нашел канон, на основании которого вас надо лишить священного сана". Он заинтересовался даже: "Что за канон?"Леонид Велехов: Я думаю, заинтересуешься тут!Андрей Кураев: Это канон Маконского собора, 585-й год. Это Бургундия, Франция. И этот собор постановил, что "епископ да не держит около своего дома больших собак, чтобы не нарушать законов христианского гостеприимства".Леонид Велехов: Ух, ты!Андрей Кураев: Каноны – это мечта церкви о самой себе, в том числе пресловутые правила Трулльского собора, над которыми смеются последние годы. Это мечта церкви о себе. И там, как раз в эти канонах, записано: "доступность епископа". Там осуждается роскошество. Русские каноны, русская кормчая книга прямо говорит, «В церкви не принеси приноса от татий и властитель немилосерд, ни от корчемника, волхва, игрьца и злобника или томя челядь свою гладъмь и ранами» (Святительское поучение новопоставленному священнику (конец 13 века) // Русская Историческая библиотека. Т.6. Памятники древнерусского канонического права (11-15 века). Ч. 1. Спб, 1908, с. 107). То есть надо еще думать, от кого принять, а от кого и не принять на храм пожертвования. Если мы говорим о реформах, то, ваш пример с кортежем - это поведение, которое церковными же православными канонами осуждается, а не предписывается.Леонид Велехов: Но оно тотальное.Андрей Кураев: Да, поэтому эта реформа должна быть реформой поведения, самосознания, самопозиционирования. Но это не реформа уставных документов. Потому что даже в уставе Русской церкви такое не предписано. Нет в уставе Русской церкви, что патриарха охраняет пять колец охраны – ФСО, полиции, «волонтеров», иподиаконов и прочее и прочее.Леонид Велехов: А зачем, как вы думаете, самому патриарху это? Вы же говорите, что он умнейший человек...Андрей Кураев: А это вопрос плохого вкуса, простите. Вот, знаете, есть такой старый анекдот. Если у тебя в детстве не было велосипеда… Помните продолжение?Леонид Велехов: Нет, не помню, но предполагаю.Андрей Кураев: Если у тебя в детстве не было велосипеда, а сегодня у тебя есть "феррари", у тебя есть шале в Швейцарии, у тебя есть собственный банк на Кипре и так далее, то все равно это не отменяет того факта, что в детстве у тебя не было велосипеда. (Смех в студии.) Есть какие-то вещи, которые надо усваивать с детства. Вкус. Умение ограничивать свое собственное величие, умение не навязывать себя. Моя бабушка, у которой не было высшего образования, она в таких случаях говорила: "Культурки не хватает".Леонид Велехов: Вернемся к вашей персоне. Скажите мне честно – в РПЦ вы себя чувствуете чужим среди своих?Андрей Кураев: Нет, что вы! Если сидеть в интернете и читать только какие-то отзывы блогосферы про себя, то может создаться такое впечатление. Но когда я выхожу из дома, если не на скутере, а на метро передвигаюсь, то, как правило, три-четыре человека за одну поездку подходят и благодарят. Даже сегодня… Я к вам приехал из "Детского мира", внучат там выгуливал, и несколько человек подходили, улыбались, благодарили. Вот сейчас патриарх сослал меня в Ново-Спасский монастырь. Но, понимаете, тоже забавно… Во-первых, для изрядной части монахов я, скорее, оказался живым классиком. То есть они в 90-е годы по моим лекциям и книжкам находили путь к православию. И за это мне благодарны. И прихожане опять же… Может быть, бабушки меня и не знали, но услышали проповеди, которые я в этом монастыре уже произнес, и тоже подходят и благодарят. И в родном моем храме в Тропарево аналогичная ситуация и среди духовенства, и среди прихожан…Леонид Велехов: То есть все комфортно.Андрей Кураев: Да. Поэтому, нет, я себя изгоем не чувствую, не говоря уже о том, что опять же телефон, электронная почта полны звонками, словами, сообщениями не только от священников, но и от епископов. Другое дело, что как-то я поместил в своем блоге доброе упоминание об одном епископе, а через два часа он мне звонит: "Отец Андрей, умоляю, убери это упоминание!" (Смех в студии). Настолько вот в патриархии все жестко в отношении меня… Бедные люди, в странном мире себя замыкают. Я про патриархию.Леонид Велехов: Я не могу вас не спросить о вашем интересе к "Мастеру и Маргарите". Что вас побудило книжку целую написать, очень интересную, в чем-то я не согласен с вами, но это совершенно в данном случае неважно? Но вот ваш этот основной вопрос как-то для меня никогда не стоял в отношении "Мастера и Маргариты": "За Христа или против Христа?" Для меня как-то было всегда однозначно, что за Христа. Или это такой изыск богословия?Андрей Кураев: Нет. Во-первых, это поздняя любовь. Видите ли, мне в свое время стало очень стыдно в университете, когда я был студентом. Тогда все мои однокурсники уже прочитали эту книжку. А в мои школьные годы эта книга прошла мимо меня.Леонид Велехов: То есть вы прочли роман через много лет после его выхода?Андрей Кураев: Естественно. Он в 1969 году вышел, мне было шесть лет. В университете я его прочел позже многих своих сверстников. И я понял, что это стоящий текст, прекрасный. Я его полюбил. И эту книгу я вспоминал, когда в Иерусалиме был впервые, и с Елеонской горы глядел на город. Надвигалась гроза… "Тьма, пришедшая со Средиземного моря, накрыла ненавидимый прокуратором город"... Строчки сами собой вспомнились, в памяти всплыли! Булгаков там никогда не бывал, но настолько точно воспроизвел картину! Дальше. Встал вопрос: могу ли я, будучи уже христианином, по-прежнему любить эту книгу? Ну, а главное все-таки не это. Для миссионера, скажем так, всегда очень важно найти какое-то общее тематическое поле с людьми. Если я приду и начну им рассказывать какие-то чисто библейские сюжеты, жития святых, церковный календарь, это может быть интересно, мягко говоря, не для всех. А если я прихожу и говорю о том, что люди знают, что уже есть в их жизни, то я как бы говорю: "Вы знаете, я могу вам одолжить мои очки. И они могут вам дать какую-то дополнительную опцию, новый взгляд на те вещи, которые для вас дороги и значимы". В таком случае получается, что я им что-то дарю. Вот в этом мое отличие от современных миссионеров типа Энтео, которые приходят, чтобы запретить. Моя установка всегда была другая: я должен что-то людям подарить. Подарить что-то из своей эрудиции, из церковного опыта, при этом даже уже знакомую вещь - но чтобы она заиграла новыми красками. Вот "Мастер и Маргарита" прекрасно подходит для этого.Леонид Велехов: Я вас понял. Единственное, что меня в вашей книге огорчило, так это то, как вы низводите Маргариту.Андрей Кураев: Мариэтта Чудакова, матриарх булгаковедения, низводит ее еще хуже. Она считает, что Маргарита агент ГПУ.Леонид Велехов: Ну, как, собственно говоря, она то же самое считает, и для этого есть все основания, в отношении Елены Сергеевны...Андрей Кураев: Совершенно верно, да. Я от себя такого сказать не дерзаю. Я и так слишком много скандального на эту тему наговорил. Но, как видите, люди, которые посвятили всю свою жизнь Булгакову и его роману, порой тоже приходят к очень неожиданным выводам даже для самих себя. Потому что еще десять лет назад Мариэтта Омаровна вряд ли бы так сказала.Леонид Велехов: Что означают ваши слова о том, что России в XXI веке не будет? Или, может быть, вы их пересмотрели?Андрей Кураев: Не будет, если… Там было продолжение – при таких-то условиях. Скажем так, первое это, конечно, проблема миграционно-демографическая. Уже становится банальностью говорить о том, что к середине XXI века большинство граждан России будут исповедовать ислам. Это серьезная перемена. А штука вот в чем. Я скажу сейчас нечто очень нетолерантное.Леонид Велехов: Давайте.Андрей Кураев: Мне рассказывал это один священник в Белоруссии, православный, но с необычной судьбой. Он вырос в католическом селе и в католической семье и поэтому в подростковые годы ходил в костел. И ксендз говорил этой католической молодежи так: "Если мы с вами, католики, в какой-то общине, в коллективе, в селе, в меньшинстве, то мы должны требовать равноправия. Если мы на паритетных началах представлены в каком-то сообществе, мы должны добиваться преимущества. А если у нас есть преимущество, мы должны добиваться запрета всех остальных". Я боюсь, что это не просто какая-то иезуитская логика. Эта логика очень многих социально-идеологических групп, в том числе и мусульман в европейском мире. Когда они станут большинством, я убежден, они иначе заговорят. В исламе есть такие понятия, как земля война и земля мира. Земля мира – это там, где приняли ислам, а земля войны – это там, где его еще не приняли. Поэтому когда-то они скажут: это уже земля мира, то есть земля ислама. И здесь обязательно должны исполняться все наши предписания. Это весьма вероятно.Вторая возможность деградации России – это интеллектуальное обеднение: пресловутая утечка мозгов, деградация системы образования. Это тоже реальная угроза.

14 июля, 09:52

Новости дня

Протодиакон Андрей Кураев специально для НСН подготовил топ главных новостей четверга, 13 июля. Топ-1: Мощи святителя Николая доставили в Санкт-ПетербургАндрей Кураев: Мощи святителя Николая доставили в Санкт-Петербург. Рака пробудет в Северной столице до 28 июля. В Москве, за 1,5 месяца нахождения мощей в Храме Христа Спасителя, к ним приложилось более полутора миллиона человек. Здесь я бы хотел попросить людей, которые равнодушны к этой тематике, не осуждать тех, кто рад возможности прикоснуться к этим мощам. 1,8 млн человек, которые выстояли в очереди по 11-12 часов, это много. Нужно попробовать понять, почему для них это было так важно. Знаете, когда Бильбо идет за кольцом, важнее то, что происходит у самого Бильбо внутри, как он меняется, нежели какие-то внешние события. То, что люди готовы взять на себя необязательный груз – это замечательно. Альтернатива этому (хорошая альтернатива) – волонтерство. Поэтому если вы – волонтеры, и вместо того, чтобы стоять в очереди, провели время, помогая людям, у вас есть право сказать «Мой выбор лучше». А если просидели перед телевизором, ваш выбор однозначно хуже. Топ-2: Московский попрошайка случайно сжег свою пятикомнатную квартиру на АрбатеАндрей Кураев: Московский попрошайка случайно сжег свою пятикомнатную квартиру на Арбате. Бывший электрик Управления делами президента РФ, просящий милостыню, случайно поджег свое жилье. По данным столичных пожарных, мужчина освещал квартиру свечами, так как электричество ему отключили за неуплату. Предположительно, это и стало причиной возгорания.Знаете, что я хочу сказать? Очень советую таких людей брать на работу. Честный человек! Вот если бы я был электриком, и в моей квартире отключили бы свет, я бы подключился к какой-нибудь другой квартире. А этот человек воровать электричество не стал и жил при свечах. Его честность заслуживает того, чтобы ее отметить.Топ-3: В Якутске продлен арест иеромонаху Мелетию ТкаченкоАндрей Кураев: Верховный суд республики Саха Якутия принял решение о продлении ареста бывшему директору Якутской православной гимназии иеромонаху Мелетию Ткаченко. Это очень загадочная история. Мелетий Ткаченко в Якутске очень долго работал с детьми, создавал гимназию. Но весной запахло уголовным делом, потому, что мальчики рассказали кое-что своим родителям, а тем не понравилось, что этот человек делал с их детьми, и они обратились в правоохранительные органы. В марте было возбуждено уголовное дело. После этого Мелетий мгновенно исчезает и летит в Таиланд, но не лежать на пляже, а чтобы стать настоятелем храма Русской православной церкви в Паттайе. Причем, это патриарший приход, понимаете, прямого патриаршего подчинения. На мой взгляд это – прямое свидетельство «голубого» лобби в нашей патриархии. Чтобы так экстренно получить назначение в патриарший храм в таком месте нужны хорошие покровители и хорошие связи. Но, надо отдать должное якутским правоохранителям, они довели дело до суда. Так что эта новость с одной стороны очень печальная для нашей церковной жизни, с другой стороны она очень хорошо характеризует работу якутских правоохранителей. http://nsn.fm/top-5/kuraev-voskhitilsya-chestnostyu-poproshayki-spalivshego-kvartiru-na-arbate.html

Выбор редакции
13 июля, 15:08

Персонально ваш : Андрей Кураев

Гости: Андрей Кураев Ведущие: Андрей Позняков , Инесса Землер Гомосексуализм стал общенациональной идеологией в нашей стране в смысле убеждения в том, что вот именно ради борьбы с этим мировым злом мы должны сплотиться вокруг родной правящей партии…

Выбор редакции
12 июля, 18:14

Латышского автора мюзикла о нацистcком преступнике не пустили в Россию

Латышскому продюсеру Юрису Миллерсу, автору мюзикла о нацисте Герберте Цукурсе, не дали российскую визу, так как он внесен в список невъездных. «Вчера я получил известие, и теперь не знаю, что делать, - смеяться, плакать или гордиться. Посольство России отказалось выдать мне визу, потому что я включен в российский «черный список», - написал Миллерс в Facebook. Он предположил, что попал в список невъездных в ответ на недопуск в Латвию российского певца Иосифа Кобзона. «Если так, то я жертва европейских санкций против России. Где я могу подать заявление на получение компенсации, Марис Куцинскис? (премьер Латвии – прим. ВЗГЛЯД)», - пошутил продюсер. Он сообщил, что в ближайшее время планировал посетить в Красноярске свою двоюродную сестру, которая «в детстве была репрессирована в 1941 году и после каторги никогда больше не вернулась в Латвию». «О том, что она жива, я узнал только несколько месяцев назад. Если принять во внимание ее почтенный возраст - 86 лет - я могу только надеяться, что дипломаты проявят человечность и что решение России может быть изменено», - написал он. Миллерс – автор мюзикла о нацистском преступнике Герберте Цукурсе, причастном к цничтожению евреев в годы Второй мировой. После войны Цукурс бежал в Бразилию, где был ликвидирован в 1965 году – предположительно, агентами «Моссад». В анонсе мюзикла говорится о «легендарном полете, приключениях и трагической судьбе лиепайского авиатора». Кроме Кобзона в латвийский «черный список» внесены российские артисты Олег Газманов, Иван Охлобыстин, Михаил Пореченков, а также протодиакон Андрей Кураев, политолог Константин Симонов и многие другие россияне.

11 июля, 20:30

Мои два слова в защиту власти

Протодиакон Андрей Кураев назвал "смешными" претензии шести священников из Татарстана, которые ранее отказались молиться за патриарха Кирилла. Кураев отметил, что патриарх является приверженцем идеи о сближении и объединении религиозных взглядов."Я не поддерживаю поступок этих священников. Считаю, что он напрасный и богословски необоснованный, неоправданный. Патриарх Кирилл, действительно, экуменист. В этом нет вопросов и проблем. Вопрос только в том, в чем этот его экуменизм проявляется, насколько он, предположим, разрушителен для церкви или, наоборот, созидателен. Никто не знает настоящих верований нашего патриарха, насколько он верен тем взглядам, которые унаследовал от митрополита Никодима (Ротовa, был известен своими экуменическими взглядами, от имени Московского патриархата взаимодействовал в Ватикане - Inkazan) в 60-ые годы, в какой степени он их пересмотрел. Это непонятно. К сожалению, не всем его словам я могу верить. Часто что-то им говорилось и сейчас, и в прошлом для пиара. О подлинных взглядах я сказать не могу. Что касается священников, то у них тоже нет доступа к голове патриарха Кирилла. А то, что они приводят в качестве обвинения, это просто смешно", - сказал Кураев в беседе с порталом InKazan.Протодиакон также заметил, что решение об отстранении священников, отказавшихся поминать главу РПЦ в молитвах, было правильным. По его словам, вернуть к работе их можно, но только после того, как они изменят свои взгляда и принесут покаяние."Сейчас они, скорее, учиняют раскол", - подчеркнул Кураев. При этом он заметил, что устраивать травлю священнослужителей ни к чему, но необходимо повысить качество образования в Казанской семинарии.Ранее сообщалось, что пять священников Чистопольской епархии Татарстанской митрополии отказались упоминать патриарха Московского и всея Руси Кирилла, стало известно вчера из СМИ. священнослужители обвинили главу РПЦ в приверженности экуменизму - движению за сближение и объединение различных христианских вероучений, которое патриарх якобы продемонстрировал его во время встречи с папой Римским Франциском на Кубе 12 февраля 2016 годаhttps://newizv.ru/news/society/05-07-2017/kuraev-prokommentiroval-bunt-tatarstanskih-svyaschennikov-protiv-patriarha***Сенатор Елена Мизулина вела трансляцию Твиттер из очереди к мощам святого Николая Чудотворца, что вызвало шквал критики в соцсетях. Многие назвали ее поведение показным и советовали больше времени уделять работе. В беседе с НСН протодиакон Андрей Кураев сообщил, что в целом одобряет поступок Мизулиной. «Я совершенно ничего плохого в этом не нахожу. Наоборот, человек совершил довольно трудный поступок: 11 часов, всю ночь на ногах простоять, не размахивая своим удостоверением, не требуя VIP-льгот. Серьезный поступок ради веры, вряд ли ради пиара. Он слишком публичный человек и скорее безумно устала от журналистов. Полагаю, она просто хотела дать пример, который считает добрым» - заметил Кураев. Рассуждая о моде на публичность веры, собеседник НСН заметил, что это личное дело каждого человека.«Сам я никогда не любил фотографироваться на фоне достопримечательностей, и тем более религиозного характера. Но люди считают, что это в порядке вещей. Мизулина поместила пару фотографий в Твиттер? Я думаю, многие из тех, кто сейчас стоит в очереди, делают то же самое. Церковь никогда это не запрещала» - добавил протодиакон.http://monavista.ru/news/kuraev_cerkov_ne_zapreschaet_publikovat_foto_iz_ocheredi_k_moscham/

04 июля, 14:18

О балете

Протоиерей Всеволод Чаплин ответил протодиакону Андрею Кураеву на обвинения в пиаре. Ранее Кураев, комментируя НСН призыв Чаплина запретить показ фильма «Матильда» Алексея Учителя, назвал коллегу по церкви атеистом, пиарящимся за счёт картины. Как заявил НСН сам Чаплин, отец Андрей всегда стоит на стороне недругов церкви.«Я не удивляюсь реакции отца Андрея. Он защищает практически всё, что критикует большинство православных христиан (включая меня и госпожу Поклонскую), и отстаивает те позиции, которые большинство наших верующих с консервативной позицией считают неправильными. Вот такая у него манера. Он всегда стоит скорее на стороне эстетических недругов церкви. У меня есть достаточно много тем, по которым я выступаю, и которые являются менее конфликтами. Но против этого фильма выступает огромное количество верующих людей, собирают подписи. И отцу Андрею надо наконец-то понять, что дело не в пиаре. Дело в том, что так мыслит вся активная часть церкви», - подчеркнул Всеволод Чаплин в беседе с НСН.Ранее председатель Патриаршего совета по культуре отец Тихон Шевкунов, подчёркивал, что официальное руководство РПЦ критически настроено по отношению к «Матильде», однако не намерено выступать с идеей запрета картины. Однако как заявил НСН протоиерей Всеволод Чаплин, двойственную позицию занимает лишь небольшая часть духовенства.«Да, некоторые люди молчат, потому что боятся ссориться с некоторыми чиновниками, пролоббированными современным искусством. Некоторые занимают двойственную позицию, осуждая фильм, но говоря, что его можно показать. Мы же в своей стране живём, мы в ней должны быть хозяевами, а не элитная тусовка, вся эта «пена», люди, которые против народа мыслят и действуют. Что показывать, а что нет – должно решать большинство народа. Власть, если она действительна народная, а не предательская, должна слушать народ, а не псевдо-культурную тусовочку, которая протоптала дорогу в высокие кабинеты», - отметил Чаплин в интервью НСН.Сегодня в своём видеоблоге Чаплин призвал запретить ленту об отношениях будущего императора Николая II и балерины Матильды Кшесинской, ссылаясь на 63 правило Вселенского собора, по которому лживые повести о мучениках нужно «предавать огню». Отец Андрей Кураев в беседе с НСН подчеркнул, что данное правило касается лишь церкви, а не светского кинотеатра.Чаплин также возмущён тем, что «императрица, в абсолютной святости которой нет никаких сомнений, изображается в фильме словно ведьма, бегающая за Матильдой Кшесинской с ножом и колдующая на её крови»http://nsn.fm/society/chaplin-otvetil-kuraevu-na-obvineniya-po-povodu-matildy.htmlЧто касается магии, то как раз ее было в преизбытке в жизни последних Романовых задолго до Распутина. И маг Папюс, и буддист Бадмаев, и месье Филипп... Но в данном фильме этот эпизод снят в откровенно фантасмагоричном стиле и хотя бы по этой причине претендует на историчность и документальность не более, чем колдовство из "Обыкновенннго чуда".

03 июля, 15:37

Кураев заявил, что протоиерей Чаплин — атеист

Протодьякон Андрей Кураев прокомментировал видеообращение своего коллеги, протоиерея Всеволода Чаплина, сообщившего о тотальном истреблении Богом россиян за выход на экраны фильма «Матильда»

01 июля, 08:25

Рустам Батыр: «А был ли вообще указ об анафеме Арслана Садриева?»

В минувшее воскресенье мусульмане России вместе со всем исламским миром отмечали Ураза-байрам. Автор «БИЗНЕС Online» Рустам Батыр нашел любопытные акценты в праздничной речи российского муфтия Равиля Гайнутдина, которые касаются опального имам-хатыйба Сергиева Посада Арслана Садриева, и пытался разобраться в тонких политических моментах.

Выбор редакции
30 июня, 14:42

И о погоде

Протодиакон Андрей Кураев назвал обыгрывание в СМИ темы Всемирного потопа из Ветхого завета в разрезе погодных аномалий «привычной глупостью», передает НСН.«Такие сравнения верующие люди пропускают мимо ушей. Исправятся ли люди, услышав слова о потопе? Мои представления о человечестве более пессимистичны.А такие сравнения синоптиков можно назвать лишь их внутривидовой конкуренцией. Я не сторож этим синоптикам.Могу сказать только одно: новости спорта – это пять минут правды между блоком политических новостей и прогнозом погоды», — сказал он.https://www.gazeta.ru/social/news/2017/06/30/n_10245479.shtml

Выбор редакции
29 июня, 22:31

29.06.2017 22:31 : Епархия в Ханты-Мансийском автономном округе организовала сбор подписей за запрет фильма «Матильда»

Епархия в Ханты-Мансийском автономном округе организовала сбор подписей за запрет производства и проката фильма Алексея Учителя «Матильда». Об этом написал в Фейсбуке протодиакон Андрей Кураев. В письме говорится, что этот фильм сознательная антиисторическая подделка, направленная на дискредитацию Николая II и членов его семьи. Материалы фильма несут в себе оскорбления религиозных чувств верующих и унижение достоинства по отношению к религии. Данные о количестве собранных подписей должны поступить в Епархиальное управление до 1 сентября. В Ханты-Мансийской епархии от официальных комментариев отказываются, однако источники газеты «Коммерсантъ» подтвердили подлинность письма. Оно имеет гриф «Для внутреннего пользования» и его не благословляется передавать за пределы приходов.

Выбор редакции
29 июня, 21:40

Священник Андрей Кураев рассказал об инструкции Церкви по запрету фильма «Матильда»

Епархия Ханты-Мансийского автономного округа инициировала сбор подписей за запрет проката скандального фильма Алексея Учителя «Матильда»

Выбор редакции
29 июня, 20:31

29.06.2017 20:31 : Епархия в Ханты-Мансийском автономном округе организовала сбор подписей за запрет проката фильма «Матильда»

Епархия в Ханты-Мансийском автономном округе организовала сбор подписей за запрет производства и проката фильма Алексея Учителя «Матильда». Об этом написал в Фейсбуке протодиакон Андрей Кураев. В письме говорится, что этот фильм сознательная антиисторическая подделка, направленная на дискредитацию Николая II и членов его семьи. Материалы фильма несут в себе оскорбления религиозных чувств верующих и унижение достоинства по отношению к религии. Данные о количестве собранных подписей должны поступить в Епархиальное управление до 1 сентября. В Ханты-Мансийской епархии от официальных комментариев отказываются, однако источники газеты «Коммерсантъ» подтвердили подлинность письма. Оно имеет гриф «Для внутреннего пользования» и его не благословляется передавать за пределы приходов.

29 июня, 18:13

29.06.2017 18:13 : Митрополит Ханты-Мансийский и Сургутский благословил сбор подписей за запрет проката фильма «Матильда»

Митрополит Ханты-Мансийский и Сургутский Павел благословил сбор подписей за запрет проката и производства фильма Алексея Учителя «Матильда». В письме говорится о том, что картина является умышленной исторической подделкой, направленной на дискредитацию, глумление и клевету на образ императора Николая Второго. Протодиакон Андрей Кураев считает странной попытку епархии скрыть свою причастность к сбору подписей. Об этом в эфире радиостанции «Эхо Москвы». «То, что этот документ почему-то имеет гриф «для внутреннего пользования», вот это крайне странно. То есть они призывают людей к некому публичному действию, но при этом свое собственное подстрекательство хотят утаить, это неприлично», — сказал он. Представители Ханты-мансийской епархии выступают против фильма, не посмотрев его, обратил внимание Кураев. По мнению протодиакона, для преследования фильма нет оснований. Как пояснил «Эху» председатель комитета Госдумы по развитию гражданского общества, вопросам общественных и религиозных объединений Сергей Гаврилов, церковь имеет полное право писать такие обращения и собирать подписи. Он также отметил, что любой запрет на написание петиций и сбор подписей надо рассматривать как нарушение прав человека. Мнения прохожих на Арбате относительно инициативы Ханты-мансийской епархии РПЦ по сбору подписей о запрете фильма «Матильда» разошлись. Одни уверены, картина имеет право выйти на экраны, другие без сомнения поставили бы свою подпись против.

Выбор редакции
29 июня, 16:01

29.06.2017 16:01 : Митрополит Ханты-Мансийский и Сургутский Павел благословил сбор подписей за запрет прокатафильма «Матильда»

Митрополит Ханты-Мансийский и Сургутский Павел благословил сбор подписей за запрет проката и производства фильма Алексея Учителя «Матильда». В письме говорится о том, что картина является умышленной исторической подделкой, направленной на дискредитацию, глумление и клевету на образ императора Николая Второго. Диакон Андрей Кураев рассказал «Эху», что не видит причин для запрета фильма «Матильда». По его словам, странным кажется и само обращение Ханты-Мансийской епархии. Кураев также отметил, что попытка сделать все это тайно выглядит как минимум неприлично.

29 июня, 15:25

29.06.2017 15:25 : Протодиакон Кураев считает странной попытку епархии ХМАО скрыть свою причастность к сбору подписей против «Матильды»

Протодиакон Андрей Кураев опубликовал письмо Ханты-мансийской епархии РПЦ, в котором содержится призыв собрать в епархиях подписи за запрет производства и проката фильма «Матильда» режиссера Алексея Учителя. Это письмо было разослано благочинным и настоятелям приходов под грифом «для внутреннего пользования». А.Кураев считает странной попытку епархии скрыть свою причастность к сбору подписей, сказал он в эфире радиостанции «Эхо Москвы». «То, что этот документ почему-то имеет гриф «для внутреннего пользования», вот это крайне странно. То есть они призывают людей к некому публичному действию, но при этом свое собственное подстрекательство хотят утаить, это неприлично», — сказал он. Представители Ханты-мансийской епархии выступают против фильма, не посмотрев его, обратил внимание А.Кураев. По мнению протодиакона, для преследования фильма нет оснований. «Я, в отличие от подписантов этого письма, фильм смотрел. Надо сказать, ничего там возмутительного я не нашел», — подчеркнул он. Скан письма Ханты-мансийской епархии РПЦ был опубликован в «Фейсбуке» дьякона Андрея Кураева. В документе отмечается, что картина режиссера Алексея Учителя «Матильда» является «сознательной антиисторической подделкой», направленной на дискредитацию царя Николая II. По мнению авторов обращения, фильм оскорбляет чувства верующих и несет вред нравственному состоянию общества. Сбор подписей должен быть проведен в течение июня и июля 2017 года, говорится в письме. До первого сентября благочинным предписывается предоставить в Епархиальное управление информацию о количестве собранных подписей. Ранее депутат Госдумы Наталья Поклонская требовала запретить фильм «Матильда» и неоднократно обращалась в прокуратуру с просьбой проверить картину.