Antofagasta
Выбор редакции
19 марта, 14:37

Основные фондовые индексы Европы снижаются

Европейские рынки ослабли в понедельник утром, в то время как инвесторы настраивались на торговую неделю, в рамках которой Федеральная резервная система может повысить процентные ставки. Общеевропейский Stoxx 600 снизился на 0,7 процента во время утренних сделок, причем почти все сектора и крупные биржи были на отрицательной территории. Акции сектора технологий возглавили убытки, снизившись более чем на 2 процента на фоне новостей от британской технической фирмы Micro Focus. Компания заявила, что ее генеральный директор был уволен из-за текущих проблем с недавней покупкой активов Hewlett Packard Enterprise. Micro Focus также сократила свой годовой прогноз доходов на 2018 год, что привело к обвалу акций более чем на 55 процентов. Акции сектора базовых ресурсов также торговались с понижением на 1,6% на фоне повышенных опасений в связи с торговой войной. Эта тема, вероятно, станет топом повестки дня на двухдневной встрече «Большой двадцатки», которая начнется в Аргентине позднее в понедельник, и любой признак эскалации напряженности между Вашингтоном и Пекином, вероятно, заставит инвесторов в Азии все больше нервничать. Акции Anglo American, Rio Tinto и Antofagasta упали на 2,5 процента. Глядя на отдельные акции, французский торговый центр Klepierre заявил в понедельник, что он сделал предложение о покупке британского конкурента Hammerson, сообщает Reuters. Британская фирма отклонила предложение, отправив акции более чем на 23 процента выше в понедельник утром. Тем временем, акции Barclays выросли более чем на 4,5 процента после того, как Sherbone приобрела права голоса на 5,16 процента выпущенного акционерного капитала британского банка. Ожидается, что в среду центральный банк США повысит процентные ставки до 1,75 процента против 1,5 процента. ФРС также может сигнализировать о том, что в течение оставшейся части года может реализовать еще три повышения ставок. Помимо этого, в Европе участники переговоров из Великобритании и ЕС соберутся в Брюсселе на переговорах по Брекзиту перед саммитом ЕС в конце недели. На текущий момент: Индекс Цена Изменение, пункты Изменения в % FTSE 7072.69 -91.45 -1.28% DAX 12277.75 -111.83 -0.90% CAC 5244.77 -37.98 -0.72% Информационно-аналитический отдел TeleTradeИсточник: FxTeam

Выбор редакции
13 марта, 19:50

Antofagasta: red mettle

With costs set to fall and a strong balance sheet, the miner is well-positioned for a rebound

Выбор редакции
Выбор редакции
13 марта, 14:35

Годовая прибыль Antofagasta выросла более чем в четыре раза

Чилийская горнодобывающая компания Antofagasta, акции которой торгуются на фондовой бирже Лондона, зафиксировала более чем четырехкратное повышение годовой прибыли благодаря общему улучшению конъюнктуры рынка меди и программе снижения издержек. Так, по итогам прошлого года, чистая прибыль компании подскочила с $158 млн до $750,6 млн, а EBITDA повысилась на 59% г/г с $1,63 млрд до $2,59 млрд. Компания ожидает, что объем добычи меди в 2018 году достигнет 705-740 тыс. тонн, тогда как производство золота окажется в диапазоне 190-210 тыс. унций. Antofagasta также объявила, что выплатит финальные дивиденды в размере 40,6 цента на акцию, таким образом, величина совокупной выплаты за год составит 50,9 цента на бумагу.

Выбор редакции
13 марта, 14:29

Годовая прибыль Antofagasta выросла более чем в четыре раза

Чилийская горнодобывающая компания Antofagasta, акции которой торгуются на фондовой бирже Лондона, зафиксировала более чем четырехкратное повышение годовой прибыли благодаря общему улучшению конъюнктуры рынка меди и программе снижения издержек. Так, по итогам прошлого года, чистая прибыль компании подскочила с $158 млн до $750,6 млн, а EBITDA повысилась на 59% г/г с $1,63 млрд до $2,59 млрд. Компания ожидает, что объем добычи меди в 2018 году достигнет 705-740 тыс. тонн, тогда как производство золота окажется в диапазоне 190-210 тыс. унций. Antofagasta также объявила, что выплатит финальные дивиденды в размере 40,6 цента на акцию, таким образом, величина совокупной выплаты за год составит 50,9 цента на бумагу.

Выбор редакции
Выбор редакции
Выбор редакции
13 марта, 10:03

Antofagasta gains 2.3% after 2017 earnings report

This is a Real-time headline. These are breaking news, delivered the minute it happens, delivered ticker-tape style. Visit www.marketwatch.com or the quote page for more information about this breaking news.

14 февраля, 21:18

Formula E Drives Electric Mobility Innovation #Sport4Climate

Formula E created excitement around electric mobility in Chile as racers from all over the world gathered for the 2018 Antofagasta Minerals Santiago E-Prix. But it wasn't all about racing - Formula E is taking huge strides in advancing new technologies through competition and the E-Prix highlights the incredible potential of sustainable transportation to advance climate action. "We need to embrace the solutions and new technologies that will drive our future" - Max Edkins, Acting Manager & Climate Change Expert, Connect4Climate, World Bank Group "Through sport you can capture the imagination of the fans and introduce messages - like the ones of sustainability and new technology." - Alejandro Agag, CEO of Formula E Holdings "With the Smart Cities program and the Formula E Championship we want to show that cities and their leaders have feasible solutions towards sustainable transportation." - Jean Todt, FIA President

23 января, 14:42

Основные фондовые индексы Европы начали день с роста

Европейские рынки продемонстрировали солидный прирост во вторник утром, под влиянием новостей о том, что законодатели достигли соглашения, которое позволит правительственным органам США вернуться к работе. Сводный европейский индекс STOXX 600 вырос на 0,3 процента в утренних сделках, причем почти все сектора торгуются в плюсе. Среди европейских бирж, индекс DAX Германии стал лидером, поднявшись на 0,8 процента Акции в Европе получили сильную поддержку во вторник, на фоне высоких результатов, наблюдаемых на рынках Азиатско-Тихоокеанского региона и США. В понедельник,индексы США Dow, S & P 500 и Nasdaq достигли рекордных максимумов после того, как появились новости о том, что Сенат США заключил сделку с целью прекращения закрытия правительства. Членам Сената удалось обеспечить временную договоренность о том, чтобы правительство США открылось до 8 февраля. Возвращаясь в Европу, производитель компьютерных аксессуаров Logitech вырос на 5,7 процента после того, как в третьем квартале его продажи выросли до 812 миллионов долларов, подскочив на 22 процента по сравнению с тем же периодом прошлого года. Акции также выросли после того, как компания повысила прогноз на весь год. Бюджетная авиакомпания easyJet сообщила, что общая прибыль в первом квартале выросла на 14,4 процента, достигнув 1,14 млрд. фунтов стерлингов (1,59 млрд. долл. США), что позволило поднять цену акций до 5,6 процентов в утренней торговле. В то время, как розничные торговцы сталкиваются с ростом популярности Amazon и электронной торговли, французская компания Carrefour объявила о своем плане трансформации до 2022 года, в котором она намерена активизировать свои инвестиции в цифровый системы, открыв в 2000 году 2 000 магазинов в следующий 5 лет и став более заметной в Китае. Акции выросли более чем на 6 процентов. Ритейлер Ocado упал на дно европейского индекса, снизившись на 5 процентов и отступив от максимумов понедельника, когда британский интернет-магазин закрылся с ростом более 27 процентов. Базовые ресурсы были наихудшим сектором, со снижением на 1,3 процента из-за падения цен на металлы. Как следствие, многие горнодобывающие компании на лондонской бирже упали, а Anglo American, Antofagasta и Glencore потеряли более 2 процентов. Топ-менеджеры и политические лидеры собираются на швейцарском горном курорте Давос, где проходит ежегодная конференция Всемирного экономического форума. В ходе сегодняшней сессии ожидается, что ряд ведущих фигур выступят с заявлениями, в том числе премьер-министр Индии Нарендра Моди. На текущий момент: FTSE 7722.31 6.87 0.09% DAX 13531.17 67.48 0.50% CAC 5537.70 -4.29 -0.08% Информационно-аналитический отдел TeleTradeИсточник: FxTeam

29 декабря 2017, 11:30

FTSE 100 ends 2017 at new record high as global markets celebrate $9tn year - business live

All the day’s economic and financial news, as investors count their profits on the final trading day of 2017Latest: FTSE 100 closes at new highMSCI World Index has gained $9 trillion this yearAsian markets have posted best year since 2009European markets post best year since 20132017’s top business stories: Ryanair crisis, hackers and a giant rabbit 1.44pm GMT The FTSE 100 surged by around £141bn during 2017, according to the London stock exchange.The FTSE 250 index, which contains medium-sized companies, gained around £52bn as it rattled to fresh record highs. 1.32pm GMT Shares have been a pretty decent investment this year - giving a rather better return than your local bank.Richard Stone, chief executive of The Share Centre (a retail stockbroker) says there are reasons why shares could keep rising in 2018.“For the second year in a row the FTSE100 has ended the year at an all-time high. Personal investors will have been relieved this year by a respite from the high volatility seen in the last couple of years. The level of volatility this year has though been remarkably low by historical standards and this has perhaps meant fewer trading opportunities for those investors who trade more actively.Market commentators have expressed concerns about valuation levels for some time indicating a correction may be on the horizon. However, the market appears to be shrugging off any such concerns and continuing to go from strength to strength. Higher global growth forecasts, a continuation of relatively relaxed monetary policy and a loosening of fiscal policy specifically in the United States are all helping support equities. A personal investor who put money into a FTSE 100 tracker fund at the start of this year will have seen a return of nearly 8% with a dividend payout (yield) of over 3% on top of that. Continue reading...

Выбор редакции
29 декабря 2017, 09:05

Британский FTSE 100 идет против течения

В четверг, 28 декабря, большинство ключевых фондовых индексов Европы продемонстрировали отрицательную динамику на фоне отсутствия явных факторов роста и в условиях низкого объема торгов в предпоследнюю торговую сессию этого года. Тем не менее, британскому индексу FTSE 100 удалось закрыться в небольшом плюсе и даже достичь нового исторического максимума за счет продвижения бумаг компаний сектора коммодитиз, произошедшего на фоне продолжающегося роста цен на сырьевые активы. По итогам сессии французский CAC 40 ослаб на 0,55%, а британский FTSE 100 повысился на 0,03% до нового рекордного максимума в 7622,88 пункта, тем временем, немецкий DAX скатился на 0,69%. При этом региональный индикатор STXE 600 уменьшился на 0,26% до отметки в 389,54 пункта. Как уже отмечалось выше, фаворитами торгов стали акции горнодобывающих компаний. В частности, котировки Anglo American, Antofagasta и Rio Tinto подтянулись на 0,9%, 0,8% и 1,5% соответственно.

Выбор редакции
13 декабря 2017, 03:33

ХОЗЯЕВА МЕДНЫХ ГОР (19)

Продолжение. Ссылки на предыдущее здесь.Железная рука прогресса…Начну, пожалуй, так. Ровно в 4 часа утра 14 февраля 1879 года 500 чилийских солдат, высадившись в Антофагасте, экономическом центре боливийской Атакамы, спокойно заняли город, прогнав крошечный, всего 40 не лучших солдатиков, гарнизон, а заодно и боливийских чиновников, подняв над всеми общественными зданиями флаги Чили. Хотя нет, стоп. Давайте не забегать вперед, на целых восемь лет, а потому вернемся назад, в 1871-й, чтобы понять, что, как и почему…На всякий случай, напомню. Если смотреть в корень, смысл долгого и тяжкого конфликта чилийских консерваторов и либералов заключался в том, что старые аристократы, цари и богигигантских поместий Центральной долины, так или иначе ладя со «старыми» либералами (крупными оптовиками, которым они сбывали свое зерно), цеплялись за «блаженную стабильность», обеспеченную Конституцией 1833 года.Взлетевшие на разработке руд «нувориши» и «парвеню» севера в их видение мира не укладывались, допускать их, пусть сколько угодно богатых, к власти они не хотели, а те, что называется, перли буром. Естественно, оформляя бур цветами свободы, равенства, братства. Отсюда все «революции» и все «гражданочки», а равно и все красивые лозунги, летевшие в доверчивые массы, падкие на сладкие словеса, потоком льющиеся из уст ораторов воссозданного в 1868-м «Клуба реформ» и Радикальной партии, рубаху на груди рвавшей «за народ».«Долой покровительство аристократам и налоговое неравенство! Даешь протекционизм, централизацию, всеобщее избирательное право!», и многое другое из разряда «чтобы никто не ушел обиженным». И т. н. «народ», дура такая, слушал образованных людей, приходя к выводу, что вот они, его подлинные вожди и заступники. И лилась кровь. Всякие разночинцы и плебс умирали за интересы горнопромышленников, крестьяне, как правило, гибли за старых патриархальных господ, а купоны, естественно, стригли серьезные люди.Старая, так сказать, «меритократическая» схема, придуманная Диего Порталесом, в рамках которой высшая власть, представленная всемогущим и лично безупречным президентом, контролировала личные и групповые амбиции бизнеса и политиканов, «новых политиков» не устраивала категорически. На этом, как мы уже знаем, споткнулись Chuncho и Chancho, а президент Перес, спокойный, неконфликтный человек, своего видения не имевший, создав коалицию из «не своих» людей, в дела особо не лез, вполне удовлетворившись десятью годами безмятежной власти, и Конгресс резвился невозбранно.В начале 1871 года либералы в Конгрессе сумели, наконец, выбить одну из опор «Конституции Порталеса»: вторичное избрание одного и того же лица на два срока подряд было запрещено. Сделано это было красиво, при полном непротивлении уходящего президента, которого это уже не касалось, и с согласия большинства консерваторов, которые сами хотели бы поучаствовать в выборах, не выжидая бесконечные десять лет. А лиха беда – начало.Не очень яркие фигуры президентов Федерико Эррасурис Саньярту (1871-1876) и Франсиско Анибал Пинто (1876-1881), выдвинутых, как фигуры согласия, как и сеньор Перес, предпочитали своего мнения не иметь и в сложные верхушечные политические комбинации не вмешиваться, благодушно утверждая составы постоянно менявшихся кабинетов, и когда в 1873-м консерваторы, войдя в зону турбулентности, временно вышли из правительства, чтобы разобраться со своими делами, либералы, оставшись в одиночестве, поспешили подрезать поджилки нелюбимой Конституции по самому возможному максимуму.Новые поправки, лучась безбрежным демократизмом, на самом деле, если вникнуть в суть, были сурово рациональны. Скажем, сокращение срока полномочий сенаторов в полтора раза (с 9 до 6 лет), равно как и прямая, а не косвенная, как раньше, система их выборов, давали возможность быстро обновить «старый» сенат. Отныне без «выборщиков». То есть, без людей, куда менее, нежели «народ», падких на трескучую демагогию «собраний и ассоциаций», обретших обрели полную свободу.Или вот: резкое упрощение получения чилийского гражданства. Казалось бы, шаг навстречу тому же «народу», - а на поверку еще один козырь либералам, потому что понаехавшие шли работать не на плантации, где своих inquilinos хватало, а на заводы, фабрики и рудники, - тем самым, пополняя электоральную базу «новых людей», своих кормильцев.А уж насчет ограничения права президента использовать чрезвычайные полномочия, и объяснять излишне: если раньше глава государства, решив, что политиканы заигрываются, мог распустить Конгресс, то отныне этот инструмент у него отняли, подсластив пилюлю запретом на импичмент «во всех случаях, кроме грубого нарушения закона или измены Отечеству».В общем, время брало свое. Идеалы, завещанные Порталесом, отступали под давлением интересов, тем паче, что интересы ведь тоже меняются. Если «старая» аристократия дорожила традиционными, патриархальными ценностями, то молодое поколение «королей зерна» уже не видело ничего «низменного» в бизнесе и не имело ничего против продуктивного сотрудничества с «королями руд», разумеется, на долевой основе, против чего те нисколько не возражали.В итоге, консерваторы разряда purisimo медленно, но неуклонно теряли влияние, а либералы, во всех их цветах и оттенках, наступали, используя все возможности для развития успеха. Скажем, в 1878-м, когда скончался старый, уже казавшийся бессмертным архиепископ, правительство, вопреки закону и обычаю, предложило Риму кандидатуру своего, либерального падре. А после отказа и выдвижения Папой другого иерарха, словно выдернутого из XVII века, консерваторы, поддержав его, в глазах общества оказались врагам прогресса и потеряли немало политических очков.Иначе, впрочем, и быть не могло. Эпоха не предполагала иного. Его Величество Капитал понемногу покорял Чили, слывшую «кусочком Европы в Америке», и старое уходило, уступая место новому. Не без огрехов, конечно, - капитализм, и в Европе-то дикий, здесь просто рвал заживо, сводя «низы плебса» на уровень животных, с эмигрантами прибывали крамольные идеи, возникали первые ячейки, первые кружки, первые рабочие газеты…Но этим умели справляться, - и в 1878-м при полном одобрении властей возникло уж-жасно левое «Общество Франсиско Бильбао», членами которого были рабочие, а основателями «представители прогрессивной интеллигенции, ориентировавшие трудящихся на обретение прав не путем разрушения, но через получение образования в вечерних школах».Так что, все это общему оптимизму не мешало, - в отличие от мирового экономического кризиса второй половины 70-х годов, первого в истории человечества по-настоящему страшного бедствия такого рода, подмявшего всё, что шевелится, кроме разве глубинных районов Амазонии, Сахары, Черной Африки и, вероятно, Гималаев…Кристалл преткновенияКризис ударил по Чили, живущей за счет экспорта, страшно. Резко упали цены на «царицу-медь» и серебро, соответственно, рухнула добыча, шахты и заводы начали закрываться, и по стране покатилась безработица с неизбежно сопутствующими ей проблемами. В сочетании с давно  наметившимся, а теперь грянувшим падением спроса на чилийское зерно (у Штатов появилось свое, калифорнийское), ситуация для привыкшей процветать страны сложилась тяжелая, даже пугающая. Правительству были нужны деньги, много, срочно, и летом 1878 года правительство президента Пинто приняло решение о займе.Но не у Сити (заветы Порталеса помнили и старались соблюдать), а у своих банкиров, тесно связанных с правительством, которые, как ни странно, стояли на ногах очень хорошо (филиалы чилийских банков были даже в Европе, этот факт важен, но почему, объясню ниже). И банкиры не отказали, взамен получив право выпускать «банковские билеты», обязательные к приему наряду с государственной валютой. А чуть позже, когда банки заигрались в эмиссию, Конгресс сделал кредиторам одолжение, разрешив произвольно устанавливать курс. После чего, понятно, виток за витком покатилась инфляция.Но вот ведь какая штука. В медной отрасли – полный провал, в серебряной – еще хуже, о сельском хозяйстве и речи нет, а банки, тем не менее, кредитуют. И более того, экспорт растет, деньги в страну поступают. Почему? А потому что селитра. Она в то время считалась лучшим из удобрений, и кризис ни на спрос, ни на цену не влиял: спрос рос, а цены повышались. Так что, правительству было чем заинтересовать банкиров. Однако тут имелась серьезная сложность…Дело в том, что залежи селитры, единственной в тот момент надежды Чили, были не свои. То есть, свои, но не совсем. Разрабатывали-то их чилийцы, но не дома (в Чили месторождения были скудны и немногочисленны), а в Боливии, в прибрежной (тогда Боливия имела выход к морю) провинции Антофагаста и севернее, в Тарапаке, самой южной провинции Перу.Этот вопрос висел в воздухе давно, порождал ненужные конфликты, и с ним работали. В 1866-м, после долгих переговоров, вроде договорились и провели границу с Боливией по 24-й параллели, поладив на том, что от 23-й до 25-й все плюшки от добычи гуано, селитры и прочего - пополам, а на боливийских таможнях будут бдить чилийские контролеры.После чего в соседскую зону селитры, организовать добычу которой у властей Боливии не было средств, двинулись чилийские деньги и предприниматели, быстро став большинством в основных городах боливийской части Атакамы, и большинством весьма активным: очень скоро они создали «политическое землячество» La Patria и добились муниципальной автономии.В 1874-м старый договор уточнили. Граница осталась прежней, а чилийцам (за «вклад в развитие приморских территорий») предоставили право льготной добычи гуано и селитры 23 и 24 параллелями, причем Боливия обязалась не повышать налоги с чилийцев выше существовавших на тот момент. По сути, справедливо, но со временем в Ла-Пасе, державшем страну в куда меньшем порядке, чем в Чили, и всегда сидевшем в дефиците, стали полагать, что как-то все это неправильно и надо бы условия договора подрихтовать, - а это уже было чревато всякими обострениями.Та же селитра осложняла отношения и с Перу. Там пограничных проблем не имели, все решили еще при испанцах, но месторождения Тарапаки, поскольку Лима, как и Ла-Пас, денег хронически не имела, разрабатывали те же чилийцы, платившие обусловленный налог, но растущий спрос на селитру порождал соблазны и нежелание делиться кровным. В связи с чем, с 1873 по 1875 в Лиме штамповали законы, сперва аккуратные, но чем дальше, тем все более жесткие, в итоге объявив селитру государственной монополией.В соответствии с новыми правилами, отрасль перестраивалась. Все уже накопленные частниками, своими и зарубежными, запасы предписывалось сдать, и оборудование oficines (предприятий по добыче) тоже. Конечно, недаром, взамен выдавались особые «селитряные боны», предполагающие компенсацию, но всем было ясно, что это просто красивый пипифакс, потому что Перу фактически было банкротом, и какого-то просвета в этом грустном факте не предвиделось.Против лома нет приема. Уложив в саквояжи бессмысленные, хотя и очень красивые перуанские бумажки, злые и обиженные чилийские промышленники начали перебираться в боливийскую Атакаму, где создали концерн La Compañía de Salitres y Ferrocarril de Antofagasta («Чилийская селитряная и железнодорожная компания Антофагасты»), сокращенно CSFA.Однако проблемы шли по пятам. Власти Боливии, сидящей в еще более глубокой яме, вдохновленные примером, в феврале 1878 увеличили пошлины для «иностранцев, извлекающих неправомерно большую прибыль в ущерб национальному бюджету». А когда концерн, сославшись на договор 1874 года, отказался платить, боливийский президент Иларио Даса заявил, что вся селитра CSFA, а также ее инфраструктура, будут конфискованы и проданы с торгов.И это было ошибкой. Большой ошибкой. Если совсем точно, то очень большой ошибкой. Потому вокруг селитры и железных дорог крутились не просто деньги, но очень, очень большие деньги, а когда вокруг чего-то крутятся очень, очень большие деньги, прежде чем влезать в вопрос, следует очень, очень крепко подумать. Тем более, если ты всего лишь Боливия.Рука, качающая колыбельПожалуй, внесу уточнения. Вокруг селитры крутились не очень, очень большие деньги, как было сказано, а деньги громадные, и долю (естественно, не откаты, а законно, как акционеры CSFA) с них имели практически все сколько-нибудь влиятельные политики Сантьяго. Настолько влиятельные, что при всей нелюбви к подробностям, не могу не назвать хотя бы некоторых.Военный министр сеньор Сааведра (тот самый, начавший покорение мапуче). Министр иностранных дел сеньор Санта-Мария (впоследствии президент). Министр внутренних дел сеньор Варгас. Министр юстиции сеньор Унееус. Министр финансов сеньор Сегерс. Начальник Генштаба генерал Сото. Крупный бизнесмен и политик сеньор Бальмаседа (еще один будущий президент), и это всего лишь малая часть длиннющего списка.Уже достаточно, правда? И все эти солидные люди стояли за спинами ходоков, с 1873 года, и чем дальше, тем упорнее, обивавших пороги высоких кабинетов в Сантьяго, требуя «обуздать перуанцев», то есть, захватить Тарапаку и, как минимум, заставить Лиму отказаться от монополии. И другие солидные люди, тоже пайщики, все громче грохотали с трибуны Конгресса, бросая в зал и (через прессу) в народ лозунги типа «Атакама наша!», подразумевая весь «берег селитры», кому бы он ни принадлежал.Но был и еще один аспект. По итогам десятилетий независимости, Чили считалась таким себе «филиалом Англии». Даже внешне: никакой привычной latinos веселой расхлябанности, никакого панибратства, никакого Hasta mañana, то есть, «отложим до завтра». Минимум эмоций. Сухая, деловитая, с оттенком ханжества викторианская чопорность. Прагматизм, настойчивость, упорство, - короче, ordnung und ordnung, - за что чилийцев частенько называли еще и «пруссаками Нового Света».Почему так получилось, не наша тема. Поиску ответа посвящен не один десяток книг, а для нас важно, что Сантьяго был связан с Лондоном особыми, весьма крепкими узами. И не только из-за кредитов, хотя Королевство исстари было главным кредитором. И не только из-за торговли, хотя Королевство было основным экспортером и импортером. Значительно больше.В ряду государств, порожденных Англией и ставших ее кормушкой, Чили занимала особое место. Сочтя в свое время по каким-то своим причинам целесообразным согласиться с «доктриной Порталеса», - если помните, любой бизнес при условии долевого участия с чилийцами, люди с Альбиона стали частью чилийского истеблишмента, и притом, органичной частью. От наличия огромной, влиятельной английской диаспоры, тесно связанной и с Островом, и с местной аристократией, до экономики, где уже было сложно понять, где кончаются интересы чилийских компаний (банков) и начинаются интересы британских. А в рамках этих интересов (во всех отраслях), селитра в данный момент  стояла на первом месте.Для полного колорита, пожалуй , осталось сообщить, что 42% акций CSFA контролировал богатейший чилийский банкир Артуро Эдвардс, представлявший интересы, в частности, своей ливерпульских родни. Еще 34% акций владел британский трест "Anthony Gibbs and Sons", а управляющим компанией (чилийская доля - 1,2 миллиона фунтов, английская – миллион их же) служил м-р Герберт Хикс, один из самых известных менеджеров Англии. И это даже не поминая чилийских, англо-чилийских и чилийско-английских банков, крепко-накрепко повязанных с Сити и подкармливавших правительство Пинто.Ничего удивительного, что Сантьяго не собирался отступать, чего бы это ни стоило, и в том, что Сити, и стало быть, Англия, в обострявшемся конфликте были однозначно на стороне Сантьяго, тоже ничего странного. Разумеется, свой интерес у англичан был и в Перу, и в Боливии, но там не было такой тесной, вплоть до семейных контактов связки, там власти, не сумев стать партнерами, стали попрошайками, а главное, Сантьяго долги платил, Лима же и Ла-Пас, трепыхаясь в перманентном кризисе,  давно уже ни за что не платили.Хуже того, оказавшись главными держателями перуанских «ваучеров», британцы очень хорошо понимали, что Лима, обещающая рассчитаться по долгам с доходов от реквизированной селитры, слова если и сдержит, то очень не скоро, поскольку у Перу не было средств для организации монопольного производства, - так что, позиция Лондона была определена задолго до, и высказана совершенно однозначно.«Эта монополия, конечно, выгодна перуанскому правительству, но при этом наносит очевидный ущерб нашим интересам, связанным с селитрой. Мои попытки объяснить м-ру Прадо положение дел столкнулись с непониманием», - писал в это время в отчете Форин-офис посол Королевства в Перу, и лондонский Economist, рупор Сити, подводил итог: «Мы всегда считали, что монополия, осуществляемая местным правительством, является гибельной политикой. Теперь мы с огорчением отмечаем, что гибель весьма вероятна...»Но все-таки «перуанский» вопрос как-то обсуждался. Люди из Лимы неоднократно подтверждали, что так или иначе, не завтра, так через год или два, по «ваучерам» расплатятся, если совсем уж приткнет, льготами и концессиями, так что в этом направлении не особо нагнетали. А вот инициатива Боливии, президент которой поставил вопрос ребром: или повышение налогов, или полная конфискация, была расценена как шантаж и грабеж.Тут компромисс не просматривался никак, и крупнейшие СМИ Чили, - либеральная El Mercurio, консервативная La Prensa и радикальная El Ferrocarril, никогда не соглашавшиеся решительно ни в чем, но обильно субсидируемые Джиббсами, - рубили «патриотические» тексты сплеча, как под копирку, разъясняя обществу, что иначе никак. И как отмечал британский посол в Сантьяго, докладывая шефам обстановку, «Общие настроения таковы, что Чили непременно постарается овладеть Антофагастой и всем побережьем. Это вполне определенно. Все мои собеседники уверены, что непопулярность президента Дасы и его правительства, незавидное состояние госказны и страны в целом да¬ют возможность приступить к аннексии».Дипломаты и ихтамнетыВ общем, картина ясна. 8 ноября 1878 года чилийский посланник в Ла-Пасе вручил боливийскому президенту короткую и жесткую ноту: если закон о повышении налогов на иностранцев не будет отменен, а закон о конфискациях вступит в силу, Чили сочтет себя вправе денонсировать договор 1874 года о границах, а следовательно, будет реанимирована проблема принадлежности района Антофагасты, и ответственность за возможные последствия ляжет исключительно на власти Боливии.Некоторое время дипломаты без всякого задора препирались. В Ла-Пасе стояли на том, что территория – их, и распоряжаться на ней их суверенное право, что, в общем, соответствовало истине. Чилийцы, вытащив из архивов старые протоколы и карты, парировали: дескать, во-первых, договор есть договор, а во-вторых, в 1866-м и 1874-м они уступили, в сущности, свою землю, но в обмен на компенсацию, то есть, льготы на 25 лет, и если уж возвращаться к вопросу, то не раньше 1899 года. Что тоже соответствовало истине.Но все это шевеление осуществлялось уже сугубо ради соблюдения приличий. Лавина стронулась, и не могла не стронуться. «У нас в конгрессе есть несколько влиятельных друзей, акционеров нашей компании, - докладывал в январе 1879 года в Лондон представитель Джиббсов, - и если бы правительство не выполнило своих обещаний о немедленных действиях в разрешении этого вопроса, то на него было бы оказано сильнейшее давление. И несомненно, что правительство было бы вынуждено действовать более энергично. Однако правительство и без давления целиком на стороне добра и правды. Таким образом, что-то изменится только в том случае, если м-р Даса отменит свое безумное решение. Мое мнение таково, что этого не случится…»Этого и не случилось. В том же январе боливийские власти начали прикрывать чилийский бизнес в Атакаме. В начале февраля было официально сообщено о скором секвестре имущества CSFA. А 14 февраля, - в день первого аукциона, - ровно в четыре часа утра 500 чилийских солдат, высадившись в Антофагасте, столице боливийской Атакамы, спокойно заняли город, прогнав крошечный гарнизон, а заодно и боливийских чиновников, подняв над общественными зданиями флаги Чили.В ответ на спешный запрос Ла-Паса, - дескать, мы тут серьезно озабочены, что происходит? –  незамедлительно последовал ответ. Дословно: “Lamentablemente, el Gobierno de la República de Chile no cuenta con información completa sobre los eventos en Antofagasta. En cuanto a las tropas chilenas en el territorio de la República de Bolivia, según nuestros datos, no están allí” («К сожалению, правительство Республики Чили не располагает полной информацией о событиях в Антофагасте. Что касается чилийских военнослужащих  на территории Республики Боливия, по нашим данным, их там нет»).Несколько дней руководство Боливии осмысливало сие сообщение, сравнивая с рапортами с мест, а 1 марта, когда президент Даса, устав выглядеть идиотом, с согласия парламента официально объявил незнайкам войну, чилийский Конгресс поставил общественность в известность о «чудовищной, жестокой, нарушающей все принципы добрососедства и ничем не спровоцированной агрессии, угрожающей чести, достоинству, территориальной целостности и самому существованию нашей страны».Однако войну «руководствуясь нормами международного права и миролюбивыми мотивами», Сантьяго объявлять не стал, выразив надежду на то, что боливийские партнеры одумаются. Так что, зона оккупации продолжалась в режиме “no están allí”, и уже к 23 марта чилийский флаг реял над центром провинции, Каламой, а также портами Кобиха и Токопилья, - то есть, над всей боливийской Атакамой аж до границы Перу, после чего наступило затишье.Но вот что пикантно: еще утром 13 февраля, за сутки до событий в Антофагасте, лондонский Комитет держателей чилийских ценных бумаг объявил о готовности отложить на пять лет получение дивидендов, «для помощи дружественной Чили в развитии важных экономических проектов». Без малейшего намека на политику, но, повторяю, за сутки до. Бывают же такие совпадения…Продолжение следует.

01 декабря 2017, 17:21

Codelco: политика опаснее для рынка сырья, чем Китай

Политическая неопределенность в развитых странах представляет большую угрозу для рынков промышленных товаров, чем любое дестабилизирующее замедление роста в Китае, считает крупнейший в мире производитель меди.

01 декабря 2017, 17:21

Codelco: политика опаснее для рынка сырья, чем Китай

Политическая неопределенность в развитых странах представляет большую угрозу для рынков промышленных товаров, чем любое дестабилизирующее замедление роста в Китае, считает крупнейший в мире производитель меди.

25 октября 2017, 17:00

Нефть торгуется вблизи максимальных значений октября

Несмотря на публикацию нейтральной макроэкономической статистики в Великобритании, где темпы роста экономики в 3К17 совпали с ожиданиями рынка, британский индекс FTSE100 снижается вслед за акциями металлургических компаний. Поводом для снижения акций металлургических компаний на 1,5% в среднем стали слабые квартальные результаты компаний Antofagasta и Fresnillo за минувший квартал. Финансовые результаты американских компаний, которые во вторник раскрыли свои финрезультаты, оказались однозначными. На сегодняшний день отчиталось лишь 119 компаний, чьи акции включены в расчет индекса S&P500. Сегодня более 60 американских компаний также отчитаются, тем самым продолжив сезон корпоративной отчётности в США. На сырьевом рынке сегодня наблюдается разнонаправленная динамика котировок. Цены на промышленные металлы сегодня снижались на опасениях, что китайские власти в скором времени предпримут меры для охлаждения локального рынка недвижимости.

Выбор редакции
25 октября 2017, 14:14

Drugmaker Glaxo drags down FTSE 100

The pharmaceutical giant's shares slide 5.9% as the benchmark index tumbles 1%.

Выбор редакции