Выбор редакции
17 апреля, 08:04

«Qatar Petroleum» получила права на разведку пяти блоков на шельфе Аргентины

По сообщению «Qatar Petroleum», нефтекомпанией эмирата были получены права на ведение поисково-разведочных работ на 5 морских блоках в Северной Аргентине и в бассейне Западных Фолклендских островов. В пресс-релизе «Qatar Petroleum»: ««Qatar Petroleum» получила права на разведку пяти блоков на шельфе Северной Аргентины и в бассейне Западных Фолклендских островов (Malvinas West) в Аргентине. Победившие заявки были […]

16 апреля, 08:00

Военная интервенция в Венесуэлу под флагом американских спецслужб

США продолжают готовить военную интервенцию в Венесуэлу. Основная роль в этом процессе отведена американским спецслужбам....

15 апреля, 16:49

Как левые в Латинской Америке сопротивляются наступлению правых из США.

Правое наступление в Латинской Америке вынуждает левых разрабатывать «контрплан» в соответствии с идеями Марти. Левые силы объединяются для противодействия правому наступлению, которое поддерживается и финансируется США, желающих дестабилизировать регион и дискредитировать прогрессивные правительства и избранных лидеров. Политические лидеры, интеллектуалы и представители социальных движений понимают неблагоприятные тенденции последних лет и стремятся добиться побед прогрессивных кандидатов.Победа Андреса Мануэля Лопеса Обрадора в Мексике – положительный признак. «Шторм прибыл и закрыл окно, открытое в конце 90-х. Теперь главный вопрос, который встал перед левыми бразильцами: как снова открыть это окно», - написал недавно член Партии трудящихся Бразилии и профессор по международным отношениям в Федеральном Университете Вальтер Помар. В своей статье о ближайших перспективах своей страны он написал, что левым нужны сильные кандидаты на выборах, чтобы бросить вызов правым, но этого недостаточно, поскольку стратегическая «польза» от законодателей и лидеров правительства растёт и падает в зависимости от политических перспектив и уровня организации общества. Поэтому левые должны также восстанавливать разрушенные связи с рабочим классом.«Проблема возможных левых заключается в том, что необходимо создавать альтернативы капитализму в экономической сфере, где господствует полная дерегуляция, за исключением случаев, когда государство используется для ликвидации прогрессивных движений. Но прежде всего, необходимо создавать альтернативы в культурной сфере, бросая вызов капиталистической гегемонии в культуре и СМИ, чтобы воспитывать людей, а не граждан-потребителей, обманутых ложными надеждами среднего класса», - написал политолог Кату Арконада. А эссеист, журналист, социолог, профессор и политолог Олмедо Белуче написал: «Без национализации нашей банковской и финансовой системы, без государственного контроля внешней торговли и без национализации крупной промышленности – т.е. без реальных социалистических мер – латиноамериканские правительства оказываются во власти буржуазии, империализма и экономического саботажа, что неоднократно демонстрировала нам Венесуэла».Это противоречие, по его мнению, объясняет ограниченность левых и трудности, с которыми они сталкиваются при наступлении правых сил, поддерживаемых американским империализмом. И к этому добавляется реформистская позиция лидеров, которые соглашаются с властью буржуазных институтов. Большинство аналитиков согласны, что прогрессивное движение на континенте переживает кризис, но ещё не умерло. Хотя некоторые популярные правительства отстранены от власти на выборах (в Аргентине) или с помощью полулегальных судебных махинаций (в Бразилии), прогрессивная эра перемен не рухнула: Боливия и Венесуэла продолжают двигаться по пути Никарагуа и Кубы. «Два проекта, наряду с Никарагуа и Кубой, которые предлагают долгосрочный выход за рамки капиталистических отношений, крепко стоят на ногах, доказывая, что стратегическая битва нашего времени защищает эти процессы». Это было ясно показано на 24-ом ежегодном Форуме Сан-Пауло в Гаване.На этом форуме региональных политических сил были внесены предложения по развитию, основанному на идее, что правительственные позиции, завоеванные левыми, должны укрепить их законную гегемонию и власть народа. Люди, наделённые политическим сознанием, всегда являются лучшим противоядием возвращению правых в Америку.Стратегические предложения левых:- Систематически и творчески распространять экономические, социальные и политические достижения народных правительств, которые по тем или иным причинам потерпели неудачу.- Усиливать конструктивные и спокойные обсуждения исторических, политических и идеологических ограничений каждого процесса.- Искать более эффективные механизмы для организации, просвещения и политического участия социальной базы, которая стремится к пост-неолиберальным переменам.- Восстанавливать связи между правящими политическими партиями и народными движениями националистического и патриотического направления, занимая благоприятную позицию в отношении государственной защиты демократии.- Организация согласия между различными сегментами общества, которые разделяют, или могут разделять народные требования, интересы и революционные или прогрессивные идеи.- Поддержка пуэрториканской борьбы за независимость, так как она является символом антиколониальной борьбы.- Поддержка активного участия народа и национального большинства в политических процессах во всех странах.- Поддержка освободительной борьбы и антикапиталистических идей в общественных движениях.- Помощь процессу интеграции, который Марти называл Нашей Америкой.- Поддержка на международном уровне всех действий, которые направлены на ослабление гегемонии и господства США в наших странах.Источник: How The Left In Latin America Is Resisting The Right Wing-US Offensive, Yisell Rodríguez Milán, En.granma.cu, popularresistance.org, September 19, 2018.

Выбор редакции
14 апреля, 14:29

Растут надои от аргентинской "Мертвой коровы"

Аргентина начала экспорт сланцевой нефтиКак сообщает Platts со ссылкой на министерство энергетики Аргентины, государственная компания YPF в 2019 году уже отгрузила на экспорт первую партию легкой сланцевой нефти с Vaca Muerta и готовит вторую.С мая 2018 года страна прекратила импорт нефти, полагаясь на собственную растущую добычу.По оценкам энергетического ведомства Аргентины, Vaca Muerta, одна из крупнейших в мире сланцевых формаций, позволит удвоить добычу нефти в стране до 1 млн. баррелей в сутки в 2023 году с 500 000 баррелей в сутки сейчас. Поскольку внутренний спрос составляет порядка 500 000, это означает, что около половины будет доступно для экспорта.Видео о Vaca Muerta (можно включить перевод субтитров).https://www.youtube.com/watch?v=p6MRv3dNFt8

01 апреля, 16:40

«За конкистадоров ответите!»

  • 0

Президент Мексики Андрес Мануэль Лопес Обрадор потребовал от Испании извинений за преступления, совершенные 500 лет назад в ходе испанского завоевания Америки.    Фото Daniel Becerril – Reuters    Недавний визит короля Испании в Латинскую Америку привлек внимание несколькими скандальными эпизодами. То не тот трап в аэропорту Буэнос-Айреса к королевскому самолету подали; то король был смущен претензиями президента Мексики Андреса Мануэля Лопеса Обрадора. В общем, прием был оказан августейшей паре явно не королевский. Скандал был предотвращен, только благодаря выдержке монарха.    Фото от noticiasdenavarra.com          С другой стороны – по закону бумеранга – испанский король почувствовал, чем было аутодафе в Испании и Португалии в Средние века, испытав на себе «аутодафе политическое» от лидера того народа, предков которого испанские конкистадоры чуть ли не извели под корень, когда завоевывали американские земли. Во всяком случае, ни государства инков, ни государства ацтеков с тех пор более не существовало.Вот как пишут о тех временах в работе «Американский Геноцид. Часть 1: Эпоха Колумба»: «Колонизация Америки происходила путём выселения из родных мест и истребления коренного населения Америки. 3 августа 1492 года Христофор Колумб отплыл на трёх судах на Запад в поисках Индии. Через 70 дней плавания он достиг нескольких островов нового, неизвестного континента.12 октября 1492 года Колумб, со своим экипажем в 90 человек, высадился на одном из Багамских островов. В этот же день произошёл первый контакт с местными жителями острова. Христофор Колумб ступает на американскую землю.    Картина от chrisotphercolumbus.wordpress.com      В своём личном дневнике Христофор Колумб оставляет запись с первыми впечатлениями: “Эти люди ни в чём не испытывали нужды. Они заботились о своих растениях, были искусными рыбаками, каноистами и пловцами. Они строили привлекательные жилища и держали их в чистоте. Эстетически они выражали себя в дереве. У них было свободное время, чтобы заниматься игрой в мяч, танцами и музыкой. Они жили в мире и дружбе. …Эти люди добродушны. Их можно обратить в нашу Святую Веру. Из них получатся хорошие и искусные слуги”.Колумб не раз описывал в бортовом журнале красоту островов и их дружелюбных, счастливых, мирных жителей, а через два дня после прибытия, 14 октября того же года, в журнале была сделана запись:“50 солдат достаточно для того, чтобы покорить их всех и заставить делать всё, что мы хотим. Местные жители разрешают нам ходить, где мы хотим, и отдают нам всё, что мы у них просим”».То есть, уже через пару дней пребывания среди «дружелюбных, счастливых, мирных жителей» европейский норов Колумба привел его к выводу: «50 солдат достаточно для того, чтобы покорить их всех и заставить делать всё, что мы хотим».И «покоряли», и «заставляли»… Колониализм европейский – у них в крови. Покоряли тех, кто слабее. Вывозили к себе и золото из Америки, и алмазы из Индии. Вся Европа веками жила за чужой счет – то воровством чужих богатств, то «кредитной экономикой», отбирая будущее у потомков.     Рис. от history-doc.ru     И не зря произошло то, что шокировало многих евросчастливцев, когда президент Мексики потребовал от короля Испании извинений за геноцид индейцев и грабеж их ценностей, начавшиеся 500 лет назад! Газета «El Pais» в материале «España rechaza con firmeza la exigencia de México de pedir perdón por los abusos de la conquista» («Испания решительно отвергает требование Мексики принести извинения за злоупотребления в ходе завоеваний»), в частности, пишет о том, что «в Мадриде решительно отвергли аргументацию Лопеса Обрадора, заявив, что “прибытие испанцев в регион 500 лет назад” нельзя оценивать по нынешним нормам».А дело в том, что президент Мексики Лопес Обрадор потребовал от испанского короля Филипе VI публичных извинений, «как единственное возможное решение для достижения полного примирения в преддверии 500-й годовщины падения столицы империи ацтеков Теночтитлана под ударами испанских конкистадоров». Президент также заявил, что направил аналогичное послание Папе римскому Франциску, поскольку испанцам в их завоеваниях активно помогал Ватикан, католическая церковь.Как отмечает «El Pais», Мексика хочет извинений за преступления, совершенные в то время. Речь идет о преступлениях против коренного населения. По словам Лопеса Обрадора, сейчас они известны как «нарушения прав человека», в том числе «убийства» и «подчинение народов». «Это было вторжение, было совершено множество несправедливостей», — указал президент Мексики. И вся эта аргументация отметается фразой: «“прибытие испанцев в регион 500 лет назад” нельзя оценивать по нынешним нормам». Колонизаторам не пристало извиняться за свои преступления. Даже спустя пять веков. Занавес…Но не только мексиканцы готовились «тепло встретить» короля той страны, что нанесла огромный ущерб и принесла много горя латиноамериканским предкам. Визит августейших особ в Аргентину с самого начала не заладился – король Испании и его супруга королева битый час не могли выйти из самолета в аэропорту Буэнос-Айреса.Королевская чета прибыла в Аргентину с государственным визитом. Но возникла проблема: нельзя было спуститься с самолета, поскольку поданный трап не доставал до уровня двери лайнера. Даже рассматривался вариант перенаправить королевский самолет в другой аэропорт аргентинской столицы – пусть, мол, покружит над городом. В конце концов, час искали и, наконец, нашли другой трап, который используется для самолета президента Аргентины.       Такую короткую лестницу подали для Филипе VI.    Фото от img5tv.cdnvideo    Издание «Vanguardia» добавляет к этой скандальной ситуации ещё один штрих – самолет испанский с высокопоставленными гостями на борту прилетел в Буэнос-Айрес около 9 часов вечера, но после приземления еще 15 минут лайнер ожидал свободного места для парковки в столичном аэропорту «Хорхе Ньюбери».Вот так начинался этот визит, который, по словам местной прессы, должен был «показать интенсивность двусторонних отношений и намерение продолжать их углублять». …В этой истории есть один скрытый от глаз момент – если конфуз в Аргентине можно ещё объяснить нерасторопностью и халатностью аэродромных работников (хотя все это выглядит, как демонстрация неуважения к гостям), то демарш президента Мексики случайностью не назовешь. И, возможно, за ним кроется сильнейшее раздражение мексиканских правящих кругов тем, что у них происходит в отношениях с «бледнолицыми».Приказ Трампа строить стену на границе США с Мексикой – вызов Лопесу Обрадору. И, похоже, его резкий выпад против Испании – это некая «разминка» для замера общественного резонанса, чтобы понимать, насколько может быть прочна позиция Мехико в развивающемся конфликте с Вашингтоном. А там уже копится критическая масса недовольства.NAFTA («Североамериканское соглашение о свободной торговле») между Канадой, США и Мексикой уже разрушено. Вместо него заключено новое USMCA («The United States – Mexico – Canada Agreement»), весьма выгодное США и не совсем удовлетворяющее Канаду и Мексику. Сверх того Трамп настаивает на более высоких пошлинах в торговле с соседями. А теперь и стену возводить стал.Вот и получается, что демарш Лопеса Обрадора в адрес Испании и Ватикана – это проверка и своих сил, и реакции мексиканцев перед надвигающимся обострением с северным соседом – США; это – некий, как говорят в спорте, «товарищеский матч» для тестирования, насколько подготовлена команда перед решающими «официальными соревнованиями».Во всяком случае, волю к победе мексиканцы уже продемонстрировали.

16 марта, 01:26

Приливы и отливы в движении латиноамериканских левых. Причины подъема и слабости левых

Причины подъема и слабости левых «Розового прилива»Формально «Розовый прилив» представлен левыми правительствами, которые пришли к власти в 2000-е. В них входили как новые партии и коалиции, так и обновленные традиционные партии. Они не были радикальными и тем более антикапиталистическими, но, тем не менее, стремились в значительной степени реформировать господствующую неолиберальную ортодоксию.Возникновение «Розового прилива» следует понимать в контексте неолиберального поворота, пришедшего на смену импортозамещающей индустриализации. Если импортозамещающая индустриализация заложила основы для подъема классических левых, то ее закат, вызванный экономической либерализацией, заложил основу для появления современных левых. Помимо описанных выше политических проблем, индустриализация, проводимая государством по централизованному плану, упёрлась в ряд экономических противоречий. Столкнувшись с неустранимым торговым и бюджетным дефицитом, государственные чиновники выбрали путь рыночных реформ, которые и спровоцировали социальные и политические конфликты, обернувшиеся через пару десятков лет подъемом «Розового прилива». Неолиберализм привел к беспрецедентному уровню социальной неустроенности и нестабильности. Массовая маргинализация и народное сопротивление подняли политическую волну, которая обеспечила левым победу на выборах. Вместе с тем, неолиберальный поворот связал руки «Розовому приливу», закрепив социально-экономическую отсталость, что в конечном итоге помешало проведению более радикальных преобразований и лишило его лидеров дальнейших побед на выборах.Ключевые неолиберальные преобразованияВероятно, главная черта латиноамериканского поворота к неолиберализму — это открытие местной экономики для глобального рынка. Местные производители оказались в условиях международной конкуренции, в которой выжили лишь самые эффективные отрасли. Это привело не столько к общей деиндустриализации, сколько к высокой фрагментированности и несбалансированности производственного сектора. Некоторые отрасли, утратив защиту тарифных барьеров и кредитных льгот, просто перестали существовать. В иных случаях старые промышленные комплексы распались, и лишь отдельные отрасли, повысившие производительность в эпоху импортозамещающей индустриализации, остались на плаву. По мере того как дробился и приватизировался государственный сектор, инвесторы выбирали перспективные заводы, модернизировали их для обеспечения конкурентоспособности и даже расширяли. Оба явления — полное уничтожение некоторых отраслей и фрагментация индустриальных комплексов на отдельные предприятия — истощили силы рабочего класса.Либерализация торговли, утрата государственной поддержки и приватизация сразу же привели к резкому росту уровня безработицы и частичной занятости. По мере того как предприятия закрывались или их работа «рационализировалась», сотни тысяч работников оставались без работы в одночасье. Статистика устрашает. Самые ощутимые сокращения наблюдались в Аргентине, которая раньше могла похвастаться практически стопроцентной занятостью населения. Согласно официальной статистике, безработица за первые пять лет с начала 1990-х выросла в два раза с 6 до 12%. К 2000 г. она достигла 15%, а после финансового кризиса и девальвации — почти 20%. В Боливии с проведением структурных реформ и либерализации безработица выросла в 2001 г. до 9% , с 3% десятью годами ранее. За тот же период число безработных в Эквадоре выросло в два раза, достигнув к концу 1990-х 14%. И речь идет не о краткосрочных кризисах. Средний уровень безработицы составлял порядка 15% с середины 1990-х до середины нулевых в Аргентине и порядка 10% в Эквадоре.Официальная статистика Венесуэлы также поражает. С начала рыночных реформ уровень безработицы ни разу не опускался ниже 7,5%, достигнув 15% к концу 1990-х. В среднем этот показатель на протяжении полутора десятка лет составлял 12%, вплоть до утверждения чавизма. С приходом к власти правительств «Розового прилива» многим удалось снова найти работу. Но уровень безработицы говорит о глубине кризиса: в 2015 году в Аргентине, когда киршнеризм проиграл выборы, и до заключительной катастрофы в Венесуэле в обеих странах уровень безработицы составлял 8%. Что ещё хуже, сокращение безработицы происходило в основном за счет теневого сектора.Повседневная жизнь рабочего класса была еще более суровой, чем может показаться по приведенным цифрам. Огромная масса людей потеряла средства к существованию, но еще большая часть оказалась вынуждена искать их в теневом секторе экономики, который стремительно разрастался. В Аргентине свыше двух пятых трудоспособного населения работали неофициально в качестве неучтенных работников в растущих как грибы микропредприятиях или в качестве неквалифицированных «внештатников» в мелких магазинах и предприятиях сферы услуг. За десять лет киршнеризма государству не удалось справиться с теневой занятостью, уровень которой составлял 37% в 2015 году, когда неоперонисты проиграли выборы. В Боливии накануне победы Моралеса в 2005 году 70% экономически активного населения трудилось в теневом секторе. И здесь побороть этот феномен не удалось. В 2014 году (последний год, за который доступна статистика) почти три пятых трудоспособного населения все еще было занято на неофициальной работе.Реформы Корреа в Эквадоре вообще никак не повлияли на теневую экономику: неофициальная занятость и на момент его инаугурации, и на момент ухода с поста составляла 57%. В целом это же верно и для Венесуэлы. После структурных реформ конца 1980-х теневая занятость выросла с одной трети до половины трудоспособного населения к моменту прихода Чавеса к власти. Показатель продолжал повышаться, когда экономическая верхушка парализовала нефтепромышленность. После того как боливарианское правительство взяло нефтяную отрасль под свой контроль, реформами удалось несколько сократить теневой сектор, но незначительно, с максимальных 58% до чуть менее 50% к 2014 году. В целом подавляющее большинство трудящихся в странах «Розового прилива» с проведением рыночных реформ оказалось в нерегламентированных и негарантированных трудовых отношениях; в этих условиях продолжает работать почти половина трудящихся.Устойчивая безработица и растущая зависимость от теневого сектора экономики разрушили рычаги влияния рабочего класса. В условиях конкуренции за официальные стабильные рабочие места, число которых постоянно уменьшалось, большинству трудящихся оставалось довольствоваться неофициальным и нестабильным заработком. В сложившейся ситуации они не могли воспользоваться своей позицией в цепи производства, чтобы изменить ситуацию. Избыток квалифицированных сотрудников не позволял требовать улучшений условий труда даже в процветающих секторах промышленности. Иначе говоря, когда призывы к солидарности и общие организационные усилия ничем не увенчались, возможность коллективного выступления против новых суровых условий исчезла. Бастовать в таких условиях было самоубийством. В итоге реальность, обусловленная либерализацией, лишила рабочих практически всех возможностей использовать свое положение на рынке труда, чтобы требовать уступок как коллективно, так и в индивидуальном порядке.Уход капитала в отрасли, которые относительно защищены от трудовых выступлений, отражается в уровне инвестиций в новое оборудование. По сравнению с периодом импортозамещающей индустриализации его снижение очень значительно. В Эквадоре и Боливии, где и раньше индустриализация шла слабо, инвестиции в оборудование и технологии остались на низком уровне. В Аргентине экономическая верхушка выделяла еще более незначительные средства на новое оборудование, хотя приватизация отражалась в статистике как номинальный рост валовых вложений в основные фонды. И пусть было потрачено много средств на модернизацию здоровых отраслей, реальное накопление капитала планомерно снижалось с середины 1970-х и на протяжении 1990-х. Валовое накопление капитала достигло максимума в 31% в 1976 году; к 1990-му оно упало до 14%. Показатель несколько улучшился, но не превышал 20% валового продукта до 2006 г. В Венесуэле в неолиберальной период также наблюдалось резкое снижение инвестиций в машиностроение. С середины 1970-х по начало 1980-х государство следило, чтобы инвестиции в новые технологии и оборудование составляли 13% от ВВП, однако после структурных реформ во второй половине 1980-х капитальные вложения в годовом измерении сократились почти вдвое.Естественно, с оттоком инвестиций доля промышленной продукции в валовом производстве по всему региону сократилась. В странах «Розового прилива» падение было очень резким. Промышленное производство в Аргентине, которое в лучшие годы достигало более трети ВВП, упало за двадцать лет до четверти — и так и не оправилось. Что существенно, за цифрой 25% скрывается резкая поляризация нескольких развитых, высокоэффективных отраслей с одной стороны — и неустойчивого множества мелких разрозненных фирм на грани закрытия с другой[Kosacoff, 1993]. В Венесуэле доля промышленной продукции достигала 22% до рыночных реформ; с избранием Чавеса показатель упал до 17% и продолжает падать.<...>С тех пор в большинстве стран «Розового прилива» рабочее протестное движение еще больше сократилось. По сути, рабочий класс даже при левых правительствах оставался без средств систематического давления и не мог восстановить организационные ресурсы, необходимые для наращивания объединяющего потенциала и готовности к борьбе. Только в Аргентине благодаря заметному экономическому подъему, вызванному девальвацией 2002 г. и ее умеренно-протекционистскими последствиями, наблюдался подъем рабочего протеста. В 2007-м профсоюзы, окрепшие за пять лет левых у власти, организовали более тысячи акций[17]. Эта цифра может ввести в заблуждение, так как хотя при Киршнерах государственная гарантия коллективных договоров усилила способность профсоюзов к объединению, забастовки устраивались в целях стабилизации зарплат[18].Тем не менее, неолиберальная реструктуризация, лишившая рабочих возможности осуществлять позиционное давление, не смогла свести на нет подрывной потенциал угнетенных. По мере маргинализации труда народные массы выработали иные эффективные организационные ресурсы для мощной дестабилизации. Неолиберальные кризисы и нестабильность толкали растущий неофициальный сектор и уязвимые слои населения на борьбу, поскольку возможности сопротивления промышленного пролетариата иссякли. Рост протестного движения привел к возникновению мощных движений, которые, не имея структурной власти, пользовались иными формами давления.5. Неолиберальный кризис и ремобилизация низовНеолиберальная перестройка промышленности и социального обеспечения привела к социальной маргинализации, которая способствовала ремобилизации народных масс против верхов. Однако экономическая деградация и социальная маргинализация не могли напрямую подстегнуть организацию и мобилизацию левых. Действительно, народным массам потребовалось более пятнадцати лет, чтобы восстановить свое реальное влияние. Возвращение революционной мобилизации угнетенных потребовало длительной подготовки новой инфраструктуры для политической мобилизации. Парадоксальным образом сила новых классов основывалась не на структурных рычагах влияния в экономике, а на уничтожении этих рычагов. На угрозу маргинализации массы ответили серией протестных циклов, в ходе которых была создана, расширена и скоординирована новая форма эффективной организации. Эта объединяющая сила оказалась достаточной, чтобы сместить неолиберальные правительства и заменить их на партии «Розового прилива». Но в отсутствие структурного основания народное движение было обречено на истощение организационных ресурсов, а это рождало опасность сворачивания реформ государственной верхушкой.Циклы протеста и организационный подъемСоциальное опустошение, произведённое рыночными реформами, толкало население на протесты, связанные с уровнем жизни. Исключённые из производственного процесса, отрезанные от государственной поддержки и социального обеспечения, широкие слои рабочих и бедноты повели независимые кампании борьбы за материальные блага, большей частью не связанные с работой и производством. Бывшие клиенты и избиратели патронов, представлявших правительства модернизаторов, будучи отвергнуты неолиберализмом и вынуждены ютиться по краям официального рынка труда, создавали новые организации или перестраивали старые, чтобы оказывать давление на власть. Они требовали доступа к базовым социальным услугам, коммунальных субсидий, строительства инфраструктуры, доступного жилья, требовали свободы без опаски заниматься полулегальной деятельностью или же просто социального пособия. Без позиционных рычагов влияния такие требования опирались на подрывную деятельность, на причинение ущерба через прямое действие, что, в свою очередь, требовало укрепления существующих уз солидарности.<...>В Венесуэле процесс шел несколько иначе. Поначалу протестное движение в бедных районах и полулегальные объединения подготовили почву для первого избрания Чавеса в 1998-м. Затем во время Боливарианской революции антинеолиберальные протестные организации вывели объединительный ресурс на новый уровень, мобилизовавшись на защиту радикализующегося правительства от нападок верхов общества.От независимой борьбы к популистскому клиентелизмуНесмотря на успешное внедрение левых во власть, массовые движения очень скоро оказались зависимы от государства и утратили свою подрывную силу. Можно назвать три причины такого исхода. Во-первых, движения неминуемо стали выдыхаться из-за необходимости постоянной и затратной мобилизации. Во-вторых, требования пособий и перераспределения бюджета, которые питали подъем, были частично выполнены новыми правительствами в виде новых программ социального обеспечения; подобные программы распределялись через структуры движения. В-третьих, мобилизация в той степени, в которой она имела место, вскоре сместила фокус с боевого протеста, нацеленного на свержение неолиберализма, в сторону волнений, инициированных сверху и используемых для защиты правительств «Розового прилива». Вместе эти три фактора ослабляли и демобилизовали массовое протестное движение, лишали его независимости. У активистских организаций не только наступил спад мобилизационных способностей; подчинение интересам «своих» правительств и включение в партийные структуры означало, что они стали зависеть от государственных, а не собственных ресурсов, завоеванных в борьбе не только за благополучие своих участников, но и за выживание как организации.Находясь в маргинализованном положении, народные организации соглашались на такие условия. Отрезанные рыночными реформами от экономических институтов, важных для верхов, они оказались в подчиненном положении по отношению к левым властям и их посредникам. Не имея возможности развернуть структурное давление, они поставили свое движение на службу правительствам «Розового прилива». Эти правительства не просто манипулировали своими сторонниками. Они были зависимы от социальной базы народных организаций, и потому старались максимально удовлетворить их требования; поражение на этом фронте означало бы поражение на выборах. Современные левые Латинской Америки, таким образом, оказались втянуты в цикл клиентелизма, который позволял сохранять статус-кво, но не давал двигаться дальше. Правительства придали народным организациям официальный характер и через них стали распределять сырьевую ренту среди своих сторонников, тем самым обеспечивая уровень организации, необходимый для голосования на выборах и отражения политических угроз. В обмен массы получали гарантию существования организаций, которые создавались не только для защиты правительств «Розового прилива», но и для облегчения материального положения своих членов. Разумеется, имея слабые социальные позиции и находясь в подчиненном положении, бывшие активисты не могли выступать с более радикальными требованиями. «Розовый прилив» увяз в неолиберальной модели развития, хотя и создал улучшенную систему распределения благ. Боливарианская революция в Венесуэле и подъем неоперонистского популизма в Аргентине лучше всего иллюстрируют трансформацию мощных восстаний в зависимые клиентелы, а также то, что такое превращение усугубило изначальную социально-экономическую неустойчивость «Розового прилива».Венесуэла: от цунами к ручейку<...>На рубеже веков начался процесс глубокой трансформации, подстегиваемый повторяющимися попытками социальной верхушки сместить Чавеса, за которыми последовала мобилизация, защищающая его правление и радикализующая на каждом шагу ход реформ[Cicciariello-Maher, 2013]. После неудачной попытки государственного поворота в 1992 году Чавес сказал два знаменитых слова — «пока что», — показав, что его успех — дело времени; через шесть лет его только что не усадили в президентское кресло. Все те же работники неформального сектора, восставшие в 1989-м и поддержавшие приход Чавеса к власти, теперь требовали выполнения неопределенных обещаний побороть бедность и коррупцию, ради чего они голосовали. Чавес набрал 56% голосов, при этом ни AD, ни COPEI не выдвигали своих кандидатов, так как чувствовали массовую враждебность к принципам Пунтофихо.Взяв краткий «отпуск», использованный оппозицией для реорганизации, социальные верхи, которым не на шутку угрожала новая конституция, перешли в наступление. После победы Чавеса на следующих выборах с 60% голосов при поддержке не слишком стройного Движения за пятую республику его оппоненты спровоцировали уличные беспорядки с жертвами, за которыми в апреле 2002 г. последовал государственный переворот. Верхи использовали техническое и бюрократическое превосходство для проведения длительного и разорительного локаута стратегически важной нефтяной промышленности в конце того же года, и, учитывая прежние неудачи своей непарламентской тактики, запустили в 2004 г. кампанию за проведение референдума, чтобы сместить Чавеса на законных основаниях.Каждый шаг все больше активизировал сторонников Чавеса, подталкивая их к организации и мобилизации, которые в свою очередь обеспечивали им все большее влияние на боливарианскую социальную политику. В ответ на государственный переворот сторонники Чавеса, задействовав районные структуры, подтянулись в столицу, встретили путчистов массовым протестом и содействовали возвращению Чавеса к власти с помощью верных ему военных. Успех чавистов способствовал еще большему вовлечению народных масс в политическую жизнь; во время забастовки работодателей в 2003—2004-х годах они ответили мобилизацией на рабочих местах, в особенности в нефтяной промышленности, где благодаря находчивости и самоуправлению рабочим удалось запустить производство. Правда, прежде чем это произошло, экономической верхушке удалось снизить объем производства на 8% и опрокинуть положительные подвижки в снижении уровня бедности. На этот раз действия рабочих-боливарианцев в борьбе против экономической верхушки привели к формированию новой трудовой конфедерации — Национального союза трудящихся Венесуэлы (UNT), который фактически вытеснил корпоративистскую Конфедерацию трудящихся Венесуэлы (CTV), занявшую во время локаута сторону работодателей. UNT требовал радикальных реформ — введения рабочего контроля и совместного управления на производстве, а также оформленного трудоустройства для непостоянно занятых[Ellner, 2018].Последний раз народная сила явила себя в 2004 году, когда чависты организовали мобилизацию в защиту боливарианского режима и разгромили правых, объявивших кампанию за отзыв президента, обеспечив на 2 млн. человек больше голосов по сравнению с президентскими выборами 2000 г.Из сказанного можно сделать однозначный вывод: политическое выживание Чавеса зависело от консолидации организационной силы его сторонников и выполнения их требований. В том же году Чавес объявил, что его революция будет по сути социалистической. Боливарианский «социализм XXI века» держался на двух столпах: универсальном соцобеспечении и перестройке институтов политического участия. Чавес ускорил перераспределение нефтяных доходов, которые на протяжении пяти лет неуклонно росли, так как локаут был преодолен и мировые цены на сырье поднялись. Социальные расходы на душу населения в этот период увеличились в два раза. С такими вливаниями твердой валюты боливарианский режим принял ряд социальных программ, так называемых misiones, которые вводили всеобщее бесплатное медицинское обслуживание, бесплатное среднее, средне-специальное и высшее образование для всех возрастов и массовое распределение льготных продуктов питания.Cоциальное обеспечение, выведенное за пределы рыночной логики, естественным образом поддерживало верность народа правительству. На таком основании боливарианский режим воссоздал корпоративистскую модель: средства от нефтяной торговли оплачивали непосредственную связь государства с неофициально занятыми представителями рабочего класса. Для вливания своего расширенного клиентелизма в систему органов управления Чавес создал две важные объединяющие структуры: Единую социалистическую партию Венесуэлы (ЕСПВ) и коммунальные советы. Обе структуры представляли собой гибридные организационные модели: они совмещали горизонтальные механизмы участия на низшем уровне и принятие решений на высшем уровне, партийным руководством и государством[Ellner, 2014].Этот боливарианский социалистический проект был чреват серьезной опасностью. Во-первых, зависимость от нефти ставила народное благосостояние в зависимость от капризов мирового сырьевого рынка. Поэтому, когда цены на нефть стали падать, особенно заметно в 2009 и 2015 гг., вместе с ними стали падать и социальные расходы. Экономический и социальный кризис, вызванный сокращением дохода от нефтепродажи, испытывал городскую бедноту на верность боливарианской системе. Эту верность подрывала бюрократизация партийных институтов и институтов местного самоуправления, которая способствовала коррупции и укреплению консервативного электората. Хотя ЕСПВ и коммунальные советы выросли из низовой политической активности, в конечном итоге власти и новая верхушка направляли их деятельность решениями сверху.В условиях ухудшающейся экономической ситуации и отчуждающей вертикальной централизации, которые сказывались на рядовых чавистах, новый режим пришел к массовому крушению иллюзий и отказу от лояльности еще до внезапной смерти Чавеса и разочаровании в его политически неловком преемнике Николасе Мадуро. После обвала экономики в 2015 году, который, как и следовало ожидать, более всего ударил по работникам неформального сектора и их семьям, чавизм не смог ни проявить политической инициативы, чтобы перейти к радикально новой модели развития, ни мотивировать своих сторонников встать на защиту режима от усиливающихся атак с правого фланга.Рецессия, вызванная обвалом цен на нефть, резко обострилась в 2014 году. В 2015 году добыча упала почти на 6%, а в следующие два года этот показатель продолжил снижаться. Инфляция в 2015 г. выросла с 60 до 120%, а затем шагнула в область пятизначных цифр. Острый дефицит, установленный потолок потребительских цен, множественность валютных курсов — все вместе привело к возникновению безжалостного черного рынка товаров и долларов, что нанесло мощный удар по уровню жизни бедного населения. Оппозиция использовала кризис, чтобы перейти в наступление, начав с ожесточенных уличных демонстраций. Кульминацией событий стала победа правых на выборах в конгресс в декабре 2015 г.: большинство голосов получил блок «Круглый стол демократического единства» (MUD). С тех пор страна с экономикой в состоянии свободного падения и беспрецедентным уровнем бедности находится в патовой ситуации, которая ещё более усугубляет кризис. Заручившись поддержкой судебной системы для блокировки оппозиционной кампании по отзыву президента, Мадуро организовал Конституционную ассамблею, на которую смогла опереться ЕСПВ, несмотря на снижение поддержки. Чтобы удержаться у власти в условиях тотального коллапса, президент использовал новые электоральные правила, неспособность правой оппозиции преодолеть разногласия по ключевым вопросам и деморализованность чавистов (левой оппозиции).Аргентина: перонистский гигант возвращается на глиняных ногахСлучай Аргентины во многом пересекается с опытом Венесуэлы. Если в Венесуэле «Каракасо» обнажил затяжной кризис неолиберализма и традиционной партийной системы, то в Аргентине народное движение набирало обороты в 1990-е и достигло кульминации в декабре 2001 г., разразившись народным восстанием и политическим коллапсом. В то же время опыт «Розового прилива» в Аргентине существенно отличался от венесуэльского; прежде всего отличие заключалось в том, что старая партийная система не была полностью уничтожена, так как новые реформаторы представляли обновленный перонизм — главное явление послевоенной аргентинской политики. Соответственно левому движению пришлось приложить ещё больше усилий, чтобы добиться серьёзных уступок. Новый режим, в свою очередь, не пересматривал основания своей политической платформы и не менял представительные органы государства.Как и в Венесуэле, причиной взрыва народного гнева против правящего класса в Аргентине стали трудности, вызванные рыночными реформами. Свободная торговля, отказ от регулирования и приватизационная политика ортодоксального перониста Карлоса Менема довели бедность, неформальную занятость и безработицу до беспрецедентного уровня. При импортозамещающей индустриализации Аргентина ближе всех стран региона подошла к стопроцентной занятости. К концу 1990-х половина населения находилась за чертой бедности, безработица достигла 20%, и более половины трудящихся работали неофициально. Особенно пострадали рабочие в таких отраслях, как строительство и промышленность: более половины работников этих сфер на момент коллапса не были трудоустроены.Начиная с конца 1990-х, масса рабочих и их семей, оставшись без работы или будучи вынуждены искать работу безо всяких гарантий в теневом секторе, инициировали серию восстаний, которые набирали масштаб и, в конце концов, привели к блокаде столицы в конце 2001 г.Меры «строгой экономии» были поддержаны обеими ведущими партиями — перонистами и Гражданским радикальным союзом (ГРС) с целью получить кредиты МВФ для поддержания долларового паритета местной валюты; в результате на улицы вышли даже средние слои Буэнос-Айреса и других крупных городов. Когда в декабре 2001 г. правящий альянс во главе с ГРС вновь привлек к руководству архитектора рыночных реформ 1990-х и заморозил банковские счета, чтобы избежать панического изъятия средств, столица взорвалась, охваченная страхом грядущей девальвации. Восстание, в ходе которого десятки человек погибли и сотни получили ранения, вынудило президента от ГРС бежать; в течение недели три временных президента сменяли друг друга.<...>Дефолт и мощная девальвация, осуществленные временным правительством, дали столь необходимый толчок экспорту и создали новый источник ресурсов для социальных программ. Когда в 2003 г. цена на сою и другие базовые продукты начала расти, новое правительство подняло налоги на экспорт и направило вырученные средства в казну. За год с момента избрания Киршнера мировая цена на сою выросла в два раза; в 2007 г., когда цена снова поползла вверх, он повысил налог со скромных 13,5%, установленных временным правительством (при Менеме он падал до ничтожных 3,5%), до 35%. Именно в этот период социальные расходы на душу населения выросли на 50%. Поскольку число рабочих мест неуклонно росло — безработица к 2006 году сократилась вдвое — значительная часть социальных средств стала выделяться на новую программу выплат малоимущим семьям на каждого ребенка (Asignación Universal por Hijo, AUH), учрежденную в конце 2009 г. К 2013 г. 2 млн. бедных семей, то есть примерно треть всех домохозяйств, получала самые высокие пособия в Латинской Америке [Salvia, Vera, 2013].Быстрый возврат к росту и расширению социальных программ имел важные политические последствия. Во-первых, партия и государственные институты трансформировались лишь частично. Если антиперонистские либеральные партии потерпели крах, то перонистская Хустисиалистская партия перестроилась. В условиях роста благосостояния неопопулисты получили доминирующее положение среди последователей перонизма. Обеспечив социальную стабильность и укрепив режим, жена Киршнера, Кристина Фернандес, победила на выборах, вторых за 2011 г., с разгромным преимуществом. Хотя традиционные фракции перонизма были ослаблены восстанием и мобилизацией 2001–2002 гг., экономический рост и стабилизация способствовали восстановлению центров власти перонистов старой гвардии. Они смогли открыть новый фронт против электорального перевеса киршнеристов, а также их новых патронажных систем.К 2015 г. перонисты сформировали мощный блок местных каудильо и бюрократов, набрав более пятой части голосов. Старая либеральная оппозиция, напротив, потеряла какую бы то ни было возможность конкурировать за власть: и если несколько новых радикальных лидеров удерживали региональную власть, то на государственном уровне кандидаты едва преодолели 10%-ный барьер как в отборочном голосовании, так и на выборах. Кандидаты выступали от своего лица, партия отходила на второй план или вступала в сделки с новой оппозицией.Во-вторых, социальные фонды, распределявшие пособия адресно и под определенные условия, не только способствовали демобилизации большей части пикетерос, но и поощряли вступление в киршнеристскую популистскую коалицию. Новый клиентелизм оказался выгоден широким слоям неформально занятых; он поглощал организации безработных, лишая их независимости и воинственности. И хотя незначительная часть движения пикетерос пыталась поддерживать инициативу, большая его часть видоизменилась и оказалась интегрирована в патронажные сети киршнеристов. Это не только лишило пикетерос возможности автономно проводить протестные акции в своих интересах, но также задушило их мобилизационные силы. Средства, направляемые этим группам, уже не укрепляли их организационный ресурс, а укрепляли посреднические структуры в социальном обеспечении. Однако в отличие от боливарианского процесса, киршнеризму не удалось создать новые структуры народного участия и государственного посредничества. В результате сторонники неоперонизма оказались слабо связаны с ним самим и с государством; народный организационный потенциал резко упал. Если венесуэльская рыночная верхушка в оппозиции вплоть до 2015 г. терпела ряд тяжелых поражений, то в Аргентине прорыночные силы смогли реорганизоваться, не встречая сопротивления со стороны массовых движений.<...>Подобное развитие событий нанесло серьезный удар по диффузной и демобилизованной киршнеристской коалиции. Когда в 2013-14 гг. обозначились экономические трудности, Киршнеры не были готовы дать отпор наступлению оппозиции. После пика конца 2012 г. на протяжении всего 2014 г. цены на сою стремительно падали, существенно сокращая государственные доходы. Доля средств, выделяемых на социальные программы, снизилась более чем на одну десятую, и впервые с начала правления Киршнеров подушные социальные отчисления сократились. Рос бюджетный дефицит в условиях многомиллиардных долларовых выплат на погашение внешнего долга, что существенно подорвало позиции песо. И хотя правительство Кристины Фернандес увеличило размер пособий и минимальной зарплаты, растущая инфляция съедала эту разницу. На фоне сокращения ВВП в 2014, а затем и в 2016 году, и стремительно растущих потребительских цен Макри с легкостью обошел преемника Фернандес во втором туре на выборах 2015 г. Показательно, что кандидат от киршнеристов повысил явку на коалиции на полмиллиона голосов, а антипопулистам удалось удвоить число своих голосов до 12 млн. с лишним!На примере Венесуэлы и Аргентины видно, в чём заключалась изначальная слабость левых «Розового прилива». Если политика импортозамещающей индустриализации придала силы рабочему движению, поставив его участников в положение, где они были незаменимы для реализации интересов верхов, то неолиберальная модель накопления, унаследованная правительствами «Розового прилива», рассеяла силу рабочего класса. Послевоенная индустриализация взрастила тех, кто мог бросить вызов буржуазному режиму, если не похоронить его; рыночные же реформы породили мятежные массы без средств борьбы против самих основ господства верхов. Ограничения помешали новому движению осуществить глубинную перестройку экономической модели, ответственной за маргинализацию его участников. К счастью, неолиберализм не только уничтожил рычаги влияния рабочих, но и распылил возможности бизнеса, так что слабость низов относительно верхов всё же не была абсолютной.Фрагментация верхов в эпоху после импортозамещающей индустриализации и дезорганизация местной промышленно-торговой верхушки усилиями левых правительств возымели совокупный эффект. Он проявляется в невозможности навязать странам «Розового прилива» цельную и безжалостную ортодоксально-рыночную программу. Либералы, отнявшие власть у руководителей «Розового прилива», большей частью не сумели дать обратный ход социальной политике своих предшественников. В Аргентине Макри не решился отозвать государственную поддержку коллективных договоров или главную программу соцобеспечения киршнеристов (AUH). И одно лишь заявление о соглашении с МВФ запустило массовую ремобилизацию объединяющих ресурсов рабочих и бедноты. В Венесуэле расшатывание социальной программы происходит в правление последователей самого Чавеса. Тот факт, что правые неспособны вернуть власть даже в ужасающих социальных условиях, говорит о неспособности оппозиции предложить единую программу, которая бы обеспечила минимальные условия существования пост-боливарианского режима.Главный вывод состоит в том, что, опираясь в основном на городскую неофициально занятую бедноту, левые «Розового прилива» остались без того типа власти, который необходим для реализации радикальных программ. Подобное бессилие создало порочный круг. Лучшее, что могли сделать правительства «Розового прилива» для удовлетворения интересов своих сторонников, оказавшись не в состоянии сломать неолиберальную модель, — это направить средства от внешней торговли бедным массам. Такой подход сформировал порочный круг между политической выгодой сырьевого экспорта и новыми формами клиентелизма. Вместо того, чтобы разрабатывать стратегию реализации радикальных программ свободы и равенства с опорой на структурно влиятельную социальную силу, «Розовый прилив» был вынужден обменивать мобилизованную поддержку на патронаж. Такая подмена лишила левых социальной базы. Договор рухнул, как только закончилось экспортное благоденствие. Структурная слабость подорвала режимы «Розового прилива в большей степени», чем саботаж верхов общества.Рене Рохасhttp://scepsis.net/library/id_3876.html - цинк (полностью здесь)

16 марта, 00:55

Приливы и отливы в движении латиноамериканских левых. "Розовый прилив" и его отступление

Развернутый материал о структурных причинах кризиса левых правительств Южной Америки, которые были использованы США при реализации стратегии "правого поворота" с целью отыграть утерянные в "нулевые" позиции.Как верно отмечает автор, основной проблемой было не то, что павшие левые правительства были слишком левыми и социалистическими, а скорее наоборот, они были недостаточно социалистическими, регулярно шли на компромисс с правящими классами, а их реформы оставались фрагментарными и незавершенными.Приливы и отливы в движении латиноамериканских левых«Розовый прилив», который многими рассматривался как одно из самых перспективных течений в глобальном левом движении последних десятилетий, сегодня идет на спад. Чтобы понять причину его упадка, в настоящей статье рассматриваются подъем и успехи этого течения в сравнении с подъемом классического левого движения{I} в регионе, возникшего по следам Кубинской революции. И если свершения классического левого движения были обусловлены структурным влиянием промышленных рабочих, то «Розовый прилив» опирался на движения рабочих неформального сектора и жителей неформальных поселений.Он опирался на социальную структуру, которая уже была изменена двадцатью годами деиндустриализации и промышленной фрагментации. Это имело два принципиально важных последствия: во-первых, новоизбранные правительства получили гораздо меньше рычагов влияния на правящие классы, чем их предшественники, а во-вторых, они склонялись к клиентелизму, иерархичной модели правления, что, как оказалось, ограничило их возможности. В конечном итоге «Розовый прилив» был уничтожен теми, чьи интересы должен был представлять, в то время как классическое левое движение потерпело поражение от верхов{II}, которые оно пыталось сместить.Начало нового тысячелетия в Латинской Америке было отмечено волной народных восстаний, в результате которой к власти пришло несколько левых правительств. Этот феномен получил название «Розового прилива», и, хотя политику этих правительств нельзя назвать в полной мере «красной», они получили горячую поддержку радикалов, среди которых были в том числе и наши ведущие мыслители. Ноам Хомский, например, хвалил достижения новых реформаторов в области демократии, укрепления суверенитета и общественного благосостояния[1]. Способность этих стран сглаживать худшие проявления неолиберализма, поддерживать общественный сектор экономики и сопротивляться давлению США выгодно выделялась на фоне предшествующих «потерянных десятилетий» рыночного фундаментализма и социальной изоляции. В мировом контексте «Розовый прилив» резко отличается от масштабных неолиберальных тенденций капитализма и удручающих последствий «Арабской весны» на Ближнем Востоке.Тем не менее, «Розовый прилив» спадает, и это не такой отлив, который скоро обязательно сменится приливом, как в природе. Спад левого движения в латиноамериканском регионе означает долгосрочное отступление реформаторских правительств. В 1999 г. к власти пришел Уго Чавес, маргинальный популист-националист{III}, затем, в 2002 г., на пост президента Бразилии был избран Лула, бессменный глава Партии трудящихся. В 2003 г. главой Аргентины стал Нестор Киршнер, спустя полтора года Боливию возглавил Эво Моралес, а еще через полтора главой Эквадора стал Рафаэль Корреа. Последовала длинная череда удач на перевыборах и выборах преемников. Однако после ряда значительных поражений в 2015 г. удача стала отворачиваться от левых. Выборы 2015 г. положили конец реформистскому перонизму{IV}. За ними последовал «конституционный переворот» в Бразилии, который лишил власти Дилму Русеф. В Эквадоре рушится коалиция Рафаэля Корреа, так как его кандидат-реформатор едва обеспечил себе победу. И хотя Моралес по-прежнему крепко держится у власти, когда уйдет Мадуро, с ним сгинет все, что еще остается от достижений Боливарианской революции, и цикл закончится[2].Как оценивать «Розовый прилив»? Каковы истинные показатели достижений и неудач? Что подорвало перспективы его развития и обратило подъем вспять? Примечательно, что и друзья, и враги говорят об ошибках политиков и их партий, которых можно было избежать. Правые зарубежные аналитики делят латиноамериканских реформаторов на хороших и плохих, утверждая (и это не удивительно), что неудачи «Розового прилива» проистекают из его первородного греха — популизма. Это объясняют тем, что сырьевая рента обеспечила массовую лояльность, но она же разрушила стабильные республиканские институты, необратимо поляризовала политическое и гражданское общество и привела к неизбежной финансовой катастрофе. Левые же, прежде всего радикальные, упрекают лидеров «Розового прилива» не столько за демагогию, сколько за покорность верхам общества и соглашательство с ними. В этом случае реформаторов бранят за нерешительность. И действительно, даже те стратегии, которые консерваторы клеймили как неправильные, не выходили за рамки дозволенного крупным бизнесом, стремящимся восстановить неолиберальную легитимность [Webber, Carr, 2012].Направленная с разных сторон критика имеет на удивление много общего. И левые, и правые в оценке «Розового прилива» ищут волюнтаристских объяснений. И те, и другие концентрируют внимание на отдельных решениях реформаторов, седлая любимого конька революционных социалистов, утверждающих, что революционные возможности постоянно тратятся попусту из-за отсутствия «правильного» руководства[3].Вместе с тем такие критики игнорируют или замалчивают структуру возможностей, в которой действуют реформаторские силы. А без этого анализ тактики функционеров и активистов всегда будет в лучшем случае неполным. Сколько бы мы ни симпатизировали программам реформаторов, нам нужно понимать, как возможности выбора были ограничены самими условиями правления. Оценивать результаты деятельности латиноамериканских левых необходимо в контексте структурных условий современности.Структурный подход, корректирующий волюнтаристскую оценку «Розового прилива», требует от нас сместить центр внимания с воли реформаторов на их способность проводить в жизнь перемены. В конце концов, как мы можем осмысленно оценить готовность левых правительств идти против власти верхов, не очертив прежде границы достижимого? Интернациональному левому движению, как сторонникам, так и критикам «Розового прилива», необходимо провести анализ возможностей с тем, чтобы взвешенно отнестись к достижениям и недостаткам «левого поворота» в Латинской Америке начала XXI века.Что еще важнее, из анализа «Розового прилива» в нужном контексте смогут извлечь важный урок новые народные движения, оформляющиеся в настоящий момент в регионе. Без понимания структурных условий невозможно разработать стратегию для устранения ошибок левого подъема, который казался столь перспективным. Для этого в настоящей работе мы предлагаем сравнить «Розовый прилив» с классическим послевоенным левым движением в регионе.1. Что произошло и что могло бы произойтиВоодушевление и надежды, вызванные к жизни «Розовым приливом», прямо пропорциональны глубокому пессимизму, охватившему радикалов и социалистов после 20 лет поражений и капитуляции. Масштабность левого отступления затерла память о головокружительных достижениях народных масс предыдущей эпохи. Между тем, в конце 1950-х новая волна радикальных движений, рабочих выступлений и партий позволила левым прийти к власти или добиться серьезных уступок со стороны правящего класса. Во многих отношениях именно это радикальное левое движение внесло социализм в повестку дня региона, как в смысле демократически спланированного развития экономики, так и в смысле реального народного правления. Знакомство с тем, что лежало в основе успеха левых до наступления неолиберальной эпохи, позволит нам лучше понять, каким образом изменившийся контекст в начале 2000-х ограничил «Розовый прилив» и способствовал его упадку.Классическое левое движение в Латинской АмерикеПик предыдущего подъема радикального движения в Латинской Америке пришелся на десятилетие с середины 1960-х до середины 1970-х[4]. Хотя для этого левого цикла главным образом был характерен политический активизм рабочих и вообще городских низов, точкой отсчета для него стала Кубинская революция 1959 г., а финальным аккордом — подавление батрацко-крестьянских восстаний в Центральной Америке. И хотя классическое левое движение Латинской Америки не повторяло характерной динамики и особенностей Кубинской революции, именно победа кубинских революционеров проложила дорогу новому радикальному движению.Прежде всего это движение порвало с ориентацией на «народный фронт», которую защищали коммунистические партии, находившихся под влиянием Москвы, и которая предполагала союз с капиталистами, нацеленными на модернизацию. Главной характерной чертой нового левого движения стал решительный отказ подчинять организации рабочих и требования рабочего класса нуждам «буржуазно-демократической» стадии развития. Вместо этого движение начало решительную классовую борьбу, стремясь добиться серьезного влияния на правящий класс, а не подчиняться ему.Ориентируясь на радикальные меры, реализованные кубинцами, новое поколение левых приняло программу по расширению и углублению структурных преобразований, начатых буржуазными модернизаторами. Такая программа предусматривала масштабную земельную реформу, полную национализацию ключевых сфер производства и отказ от товарно-денежного подхода в сфере социального обеспечения. Кроме того, классические левые предлагали провести глубокую демократизацию политики и экономики.Конечно, столь радикальная повестка порой вызывала трения между силами, стоящими во главе активистских движений и их представителями в правительстве, что можно увидеть на примере дебатов, которые привели к краху правительства «Народного единства» Сальвадора Альенде в Чили. Тем не менее, классические левые были согласны между собой в том, что государственная власть должна служить рычагом, позволяющим претворять в жизнь их политику преобразований. В послевоенный период эта повестка воплощалась двояко: через рабочие выступления в растущем промышленном секторе Южной Америки и, спустя десятилетие, через восстания в сельскохозяйственных районах Центральной Америки.Впервые левые ярко заявили о себе во время выступлений рабочих в Южном конусе. И хотя рабочие социалистические партии пришли к власти только в Чили с избранием Альенде в 1970 году, рабочее движение существенно влияло на политику и других стран. В Бразилии на фоне растущей агитации среди сельских масс за землю рабочие профсоюзы, взяв на себя инициативу, смогли разрубить корпоративистские{V} путы «Нового государства»{VI} и заставить правительство Гуларта в 1960-х провести реформы в своих интересах. В то же время активисты рабочего движения Аргентины становились все сильнее и в союзе с радикализующимися перонистами возглавили сопротивление, которое многократно принуждало военных уступать. Аналогичное давление вынудило националистическое правительство военных в Перу двигаться в прогрессивном направлении. В итоге к началу 70-х годов большинство стран Латинской Америки столкнулось с угрозой масштабного восстания рабочего класса, что наложило свой отпечаток на государственную и социальную политику.Когда рабочее движение Южной Америки было вынуждено отступить, радикальные настроения в регионе не выветрились. Хотя городские рабочие движения в наиболее индустриально развитых странах оказались взяты под контроль, Центральную Америку подобно землетрясению всколыхнули восстания. Когда массовые движения с требованиями демократии и базовых социальных прав для крестьян и работников плантаций натолкнулись на сопротивление олигархов-землевладельцев, в организованных сельских общинах возникли народные армии, а восстание охватило Никарагуа, Сальвадор и, в меньшей степени, Гватемалу[5]. Вскоре, однако, революционный импульс сельских и массовых движений был истрачен. Организованная США военная интервенция и жестокая блокада поставили на колени Сандинистскую революцию, а восстание в двух других странах было ослаблено за счет патового расклада сил и переговорного процесса.Таким образом, левое движение Латинской Америки после Кубинской революции основывалось на мобилизации рабочего класса и других народных слоев. Оно стремилось отстранить от власти правящий класс и встать на путь социализма и радикальной демократии. Ввиду этого забавно, что за классическими левыми закрепилась репутация движения с узкими, исключительно классовыми требованиями и культурными приоритетами. Несомненно, левые повысили уровень благосостояния и улучшили условия жизни всех низших слоев. Однако влияние классических левых далеко не ограничивалось улучшением экономических условий для трудящихся масс. Никакая другая политическая сила в регионе за всю историю не сделала столько для всесторонней демократизации политической и социальной жизни, как левые в послевоенный период. Классические левые не только подняли трудящиеся массы на столь высокий уровень, что с ними стали считаться на национальной политической арене, но и сделали очень многое для расового и гендерного равенства, благодаря огромному размаху своих реформистских программ. Поистине, демократизацией Латинской Америки мы обязаны этому поколению радикалов.«Розовый прилив»Упадок левого движения в Латинской Америке не мог длиться вечно. Оно вновь заявило о себе после ударов, нанесенных авторитарными режимами и управляемой демократизацией. На рубеже тысячелетий левые перешли от обороны к наступлению на неолиберализм, и оно в очередной раз пошатнуло власть верхов. Народные силы стали наращивать протестное движение, которое, начавшись с отдельных эпизодов, обратилось в организованный подъем. Новая мобилизация масс свидетельствовала о растущем народном сопротивлении рыночным реформам, и благодаря его силе правительства «Розового прилива» пришли к власти в Венесуэле, Аргентине, Боливии и Эквадоре. Здесь их усилия в социальной сфере были направлены на устранение самых тяжелых последствий 20-летней экономической либерализации.Можно выделить две основные черты «Розового прилива». Во-первых, он опирался на массовую мобилизацию населения, которая стала заметна во второй половине 1990-х. Структурные реформы и меры жесткой экономии выталкивали все больше людей в неофициальную экономику; трудящиеся потеряли свои связи с системными партиями. В ответ на рост нестабильности, материальной уязвимости, на самоустранение партий, некогда представлявших интересы масс перед государством, «выключенные» слои населения начали протест, который приобретал все более воинственный характер. Протест нарастал волнами по мере того, как традиционные политические институты теряли способность защищать массовые интересы, а уровень жизни падал. Эта отличительная черта (рост мобилизации на фоне политической дезинтеграции) сыграла ключевую роль в успехе «Розового прилива». Поэтому данный сравнительный анализ касается случаев, где она проявилась наиболее ярко, то есть главным образом Венесуэлы, Аргентины и Боливии[6]. В большинстве случаев протестная волна росла пропорционально ослаблению неолиберального статус-кво. Уго Чавес, потерпевший поражение в восстании 1992 г., взял реванш у традиционных партий на волне народного недовольства в 1998 г., став президентом Венесуэлы. В течение нескольких лет удавалось за счет мобилизации периодически подавлять контрреволюционные вылазки, с каждым разом укрепляя власть чавистов и углубляя прогрессивную программу. В Аргентине локальные протесты нетрудоустроенных рабочих усилились в конце 1990-х, и с наступлением экономического коллапса восставшие осадили столицу. В ситуации, когда властям перекрыли кислород, в торговле и на улицах царил хаос, народную поддержку получил перонизм нового образца во главе с Нестором Киршнером, который опирался на активистское движение пикетерос{VII}.В Боливии традиционная партийная система строилась вокруг партии «Националистическое революционное движение», которое пришло к власти в результате событий 1952 г. С ростом мобилизации народных организаций эта система начала распадаться. Относительно новая левая партия «Движение к социализму» (MAS) во главе с Эво Моралесом возглавила протестное движение, которое становилось все мощнее с каждым этапом мобилизации. Борьба против ключевых пунктов экономической либерализации, борьба, которую вели индейские общины, мелкие производители коки, организации жителей неформальных поселений фактически вылилась в восстания в 2003 и 2005 гг., сместив два правительства подряд, в результате чего Моралес смог победить на президентских выборах.Вторая отличительная черта «Розового прилива» заключалась в курсе на повышение благосостояния слоев, мобилизация которых привела их к власти. Программу реформаторов этого движения в данной области лучше всего описывает понятие «второй интеграции» (то есть первой была интеграция в корпоративистских государствах, например, перонистской Аргентине и варгасовской Бразилии. — «Скепсис») Сильвы и Росси[7]. Комплекс многообразных мер принёс обнищавшим трудящимся слоям населения немедленное и значительное облегчение. Реформаторы не только повысили заработную плату за счет повышения минимальной ставки и применения иных механизмов воздействия, но и смогли справиться с самыми тяжелыми последствиями неолиберализма, направив средства на реализацию социальных программ. Они субсидировали сферу базовых услуг, таких как транспорт и жилищно-коммунальное хозяйство, направили огромные средства на выплату пособий наиболее уязвимым группам: безработным, малообеспеченным, матерям без официальной занятости.Некоторые политические меры были более масштабными. Дальше Лулы с его прославленными выплатами для борьбы с бедностью (“fome zero”, «нет голоду»), пошли Киршнеры в Аргентине, восстановив в производственном секторе практику заключения коллективных договоров, что обеспечило рост зарплаты все большей части рабочего класса, и гарантировав выплаты матерям, отдающим детей в школу. С самыми амбициозными реформами выступило боливарианское правительство. Уго Чавес, который к тому времени уже направил больше ресурсов на развитие жилищного сектора и местной инфраструктуры, чем любой его соратник по движению, создал “misiones”, «боливарианские миссии» — координируемые на местах программы, которые обеспечили венесуэльцев бесплатным медицинским обслуживанием, образованием и другими благами.Согласно Сильве и Росси, социальные программы «Розового прилива» вдохнули жизнь в политическую культуру, которая успела деградировать за десятилетия неолиберализма[Silva, Rossi, 2018, p. 8]. Зачастую это происходило путем включения в обновленные и перестроенные партии новых угнетенных групп. В Аргентине киршнеристы заключили альянс с безработными пикетерос и сумели договориться с промышленными профсоюзами страны. В «Движение к социализму» Боливии влились обитатели трущоб, шахтеры из копанок, крестьяне, а также низовые организации жителей. И снова Боливарианская революция пошла дальше и глубже: после экспериментов по установлению упорядоченных связей с активистскими группировками она остановилась на создании местных советов, которые должны были выступать ключевым механизмом взаимодействия организованных жителей трущоб с государственными институтами. Таким образом, реформаторы «Розового прилива» создали ряд новых политических институтов для реализации народных интересов, что способствовало реальному росту их политического веса.Отступление «Розового прилива»«Розовый прилив» принес безусловно прогрессивные результаты. Как мы показали, одним из его столпов являлось значительное увеличение расходов на социальные программы. Особенно заметны в этом отношении Венесуэла и Эквадор, где Чавес и Корреа незамедлительно приняли меры, чтобы направить национальные доходы на социальное обеспечение. Неоперонисты, сперва остановив урезание социальных расходов, затем за пять лет повысили расходы с 7% (в разгар кризиса) до почти 10% ВВП[8]. С тех пор в социальные программы периодически делались ощутимые вливания, поэтому на момент ухода Кристины Фернандес де Киршнер с президентского поста уровень расходов на социальную сферу в Аргентине был одним из самых высоких в регионе, уступая в этом отношении лишь Чили.К моменту утверждения боливарианского режима в 2006 году расходы на социальную сферу достигали одной восьмой ВВП на фоне бума в нефтедобывающем секторе. Правительству MAS в Боливии потребовалось несколько больше времени, чтобы исправить социальную ситуацию в стране, однако к 2009 г. Моралес смог вывести социальные расходы на прежний уровень. Затем в результате народных выступлений его правительство вновь повысило социальные расходы до одной восьмой ВВП (рис. 1).Рис. 1. Государственные социальные расходы, % ВВП. Источник: данные AMECO.Увеличение расходов на социальную сферу существенно сказалось на бедности и неравенстве в регионе. За счет увеличенных выплат самым уязвимым слоям населения социальные программы существенно снизили уровень бедности. В период неолиберального правления в большинстве латиноамериканских стран число низвергнутых в полную нищету сильно выросло или не сократилось, но государствам «Розового прилива» за десятилетие удалось существенно сократить долю тех, кто вынужден выживать на три доллара в день и меньше. Самые серьезные улучшения оказались прямым следствием того, что реформаторы ориентировались на социальную сферу — это особенно заметно на примере Эквадора и Аргентины. Достижения Венесуэлы носили менее регулярный характер.В 2002–2003 годах, после некоторого успеха, уровень бедности снова подскочил: причиной стала местная блокада нефтедобычи, организованная отстраненной от власти реваншистски настроенной социальной верхушкой. Ответные меры принесли более ощутимый результат: как только мобилизовавшиеся массы преодолели нефтяной локаут и отбили атаку на правительство Чавеса, боливарианский режим утвердился и принял всесторонние программы, о которых говорилось выше. В результате он добился таких беспрецедентных результатов в борьбе с бедностью, что даже Всемирный банк вынужден был нехотя признать их эффективность (рис. 2)..Рис. 2. Население с доходом 3 и менее долларов в день. Источник: данные AMECO.То, чего Аргентина добивалась свыше 12 лет — снижение уровня бедности на 20% — боливарианцы, невзирая на постоянное контрреволюционное сопротивление, осуществили за четыре года! К сожалению, нынешний экономический коллапс в Венесуэле свел эти достижения на нет. И все же политика перераспределения ресурсов в пользу социальной сферы, которую левые сделали приоритетом, существенно уменьшила неравенство. Согласно коэффициенту Джини{VIII}, страны «Розового прилива» во главе с Венесуэлой и Аргентиной стали лидерами по равенству в регионе[9]. Даже Боливия, которая в 2000 г. занимала одну строчку с Бразилией в списке стран с самым высоким показателем неравенства, снизила соответствующий коэффициент с 0,6 до 0,47 за пятилетнее правление Моралеса, чего удавалось добиться лишь немногим.Однако, несмотря на все достижения, «Розовый прилив» переживает спад. Если классические левые были разбиты правящими классами, то их преемники проигрывают на выборах, лишившись поддержки большинства своих сторонников. За исключением Моралеса и MAS в Боливии, все остальные правительства «Розового прилива» потерпели поражение на выборах. Неоперонист Даниэль Сиоли проиграл кандидату от неолибералов, подновленному центристу правого крыла: если в ноябре 2015 г. Сиоли едва набрал чуть больше, чем общее число голосов своей партии, то победивший его Макри получил на 4 млн голосов больше, чем набрала оппозиция в 2011 году. Очевидно, правым удалось привлечь голоса обычного электората реформаторов.В Эквадоре коалиция Рафаэля Корреа выиграла на прошлогодних выборах с минимальным перевесом, а затем необратимо распалась. Самый печальный результат — поражение чавизма. Хотя последователь Чавеса, Мадуро, выиграл выборы и вышел на второй срок, невозможно не заметить, что боливарианский режим переживает стадию глубокого кризиса. Доведенная до отчаяния инфляцией, дефицитом, голодом и коррупцией городская беднота Венесуэлы, которая ранее не раз мобилизовалась на защиту Чавеса, теперь, вновь отброшенная в нищету, оказалась сломлена. Все чаще правительству приходится ограничивать участие низов и переписывать правила, чтобы оставаться у власти.В 2015 году оппозиция одержала сокрушительную победу на парламентских выборах. В том году официальная Социалистическая партия Венесуэлы, переписав конституцию Чавеса, обставила расколовшуюся оппозицию. Выборы, возможно, и были честными, а подсчет голосов точным, однако явка оказалась чудовищно низкой. Мадуро получил на 2 млн голосов меньше, чем Чавес в 2012 году, а это говорит о том, что призыв оппозиции бойкотировать выборы был услышан разочаровавшимися и потерявшими надежду боливарианцами. Может, другим правительствам и удалось избежать венесуэльской катастрофы, но они определенно продолжают терять прежних сторонников.Что важнее всего, «Розовый прилив» растратил свой преобразовательный потенциал. Цель расширения социальных программ не была достигнута из-за непреодолимости строгих налогово-бюджетных барьеров. Реформаторские правительства, ограниченные теми же источниками дохода, что и их неолиберальные предшественники и соперники по региону, не смогли поддерживать рост благосостояния граждан. В Аргентине, например, где в последние годы заметно росли социальные расходы, проигрывающий кандидат-киршнерист принадлежит к консервативному крылу неоперонизма и во время кампании признал неизбежность мер «строгой экономии».Главная причина неспособности деятелей «Розового прилива» придерживаться реформаторского курса объясняется тем, что они упрямо полагались на доходы, которые поступали в бюджет от продажи сырья (рис. 3 и 4). Как и их неолиберальные предшественники, левые правительства продолжали зависеть от экспорта природных ресурсов, а потому были заложниками мировых колебаний цен на сырье. Когда мировые цены на сырье скакнули после «дешевых» 1990-х, Венесуэла стала еще более зависима от нефти. К 2013 г. нефть приносила более четырех пятых экспортного дохода, а на момент прихода Чавеса к власти этот показатель составлял лишь 50%[Rojas, 2017, p. 74]. Когда Киршнеры победили на выборах, в Аргентине только начинался затяжной рост цен на сою и ее производные, которым политики воспользовались. Если до прихода к власти Нестора соя приносила менее четверти дохода бюджета, то к концу президентства Кристины этот показатель почти дошел до 40%.Рис. 3. Ведущие экспортные продукты Аргентины (% от общего объема). Источник: Экономическая комиссия ООН по странам Латинской Америки и Карибского бассейна, статистика и показатели (CEPALSTAT).В результате резкого падения мировых цен на сырье неизбежно сократился объем услуг и товаров, получаемых городской беднотой. Находившиеся у власти левые пытались лишь выжать побольше из существующих в стране производственных и коммерческих мощностей, вместо того, чтобы развивать новые, альтернативные и более надежные источники для поддержки своих сторонников. Говоря словами одного сторонника чавизма, «правительство должно придумать, как провести экономическую революцию, чтобы нам опять было что есть!»[Casey, Neuman, 2018]. Таким образом, бедный городской электорат отказался поддерживать «Розовый прилив» за его неспособность преодолеть барьеры неолиберальной экономики. Если классические левые были повержены верхами за то, что пошли слишком далеко, то правительства «Розового прилива» наказаны теми, кто привел их к власти, за то, что пошли недостаточно далеко.Рис. 4. Ведущие экспортные продукты Венесуэлы (% от общего объема). Источник: Экономическая комиссия ООН по странам Латинской Америки и Карибского бассейна, статистика и показатели (CEPALSTAT).Чем объясняется неспособность преодолеть унаследованные от прежнего режима экономические модели и социальную политику и найти устойчивые и качественно высшие схемы социального обеспечения? Почему «Розовой прилив» оказался неспособен расширить демократическое участие и выйти за пределы иерархически организованного неокорпоративизма, который воспроизвел формы подчинения клиентелы? Иными словами, что помешало «Розовому приливу» завершить начатые реформы и перейти к экономической революции, которой требовали их сторонники? Одно из объяснений, по мнению радикальных критиков, — ограниченность возможностей режимов в силу их зависимости от интересов верхов. Но такое объяснение не учитывает сложную динамику действующих сил. Политики «Розового прилива» прекрасно понимали, что находятся у власти благодаря активной народной поддержке. Они понимали, что их политическое выживание зависит в первую очередь от удовлетворения интересов сторонников. И вот ключевой вопрос: если они прежде всего имели обязательства перед городской беднотой, то почему не решились на более глубокие экономические преобразования, которые бы позволили им порвать с моделью клиентелы в социальной политике и ступить на путь устойчивой социальной и политической интеграции, на путь правления без участия верхов общества?Правительствам «Розового прилива» не удалось провести полную реструктуризацию вовсе не из-за приоритета обязательств перед деловыми кругами. Скорее, им не удалось углубить реформы, которые позволили бы им оставаться у власти, потому что они понимали, что не могут ступить на более сложный путь — и оказались правы в оценке своих сил. Не имея сил развивать реформаторский курс, они были вынуждены сделать выбор в пользу быстрых в реализации мер, приносящих скорый результат, не идя на лобовое столкновение с местными правящими классами. Они предпочли выигрывать выборы с помощью ресурсов, доступных при сохранении экономического статус-кво. Такой подход решительно отличается от стратегических дилемм классических левых. Как правило, те находились в условиях, когда у власти стояла враждебная политическая верхушка, но все же боролись против нее и, действуя извне и снизу, вынуждали правительства немедленно приступить к коренным преобразованиям. Классические левые бескомпромиссно продавливали радикальные меры, даже если для этого приходилось жертвовать симпатиями избирателей — основным приоритетом реформистских правительств, действующих с оглядкой на верхи, — и в конечном итоге самой демократией. Уникальный случай Чили, где рабочий класс привел свои партии к власти, также связан с логикой неослабевающего давления, требовавшего углубления реформ еще до избрания Альенде. Главное отличие состоит в том, что нынешние левые у власти делают то, что им кажется возможным для получения голосов, а прежние левые использовали все доступные рычаги не только ради места во власти, а ради более глубоких преобразований.Рене Рохасhttp://scepsis.net/library/id_3876.html - цинк (по ссылке библиография и полная версия статьи)

14 марта, 15:00

Затмение в Венесуэле: преступление против человечества

Аргентинский социолог и писатель Атилио Борон о войне, которую США ведут против Венесуэлы. Перевод в блоге colonelcassad.Затмение в Венесуэле: преступление против человечестваНесколько дней назад мы уже говорили, что фиаско, положившее конец операции «гуманитарная помощь», усилит агрессивность Белого дома за счет нападений и диверсий, которые, как планировалось, наносят наибольший возможный ущерб населению и, таким образом, наносят правительству. что, по мнению экспертов из ЦРУ и Госдепартамента, вызовет массовое народное восстание против правительства Николаса Мадуро. (См. «Трамп: бессилие и ярость» https://www.pagina12.com.ar/179699-trump-la-impotencia-y-la-furia).Некоторые критики пытались опровергнуть наш анализ, утверждая, что те, кто препятствовал прибытию «гуманитарной помощи» и уничтожил ее, были сторонниками Чавеса. Но теперь, с необъяснимой задержкой, сама «Нью-Йорк Таймс» подтвердила то, что те из нас, кто был тогда в Венесуэле, уже давно знали: что нападение на эту предполагаемую помощь - которая не была таковой, а являлась ресурсом для будущих нападений или вспышек насилия - было работой наемников, нанятых оппозицией, которая таким образом стремилась уничтожить доказательства их лжи и их замыслов. Следует отметить, что, как это происходило во многих других случаях, эти наемные люмпены возвеличивается "системной" прессой, как если бы они были добродетельными борцами за свободу, щедро финансируемыми деньгами американских налогоплательщиков при вопиющем соучастии колумбийского нарко-правительства. Короче говоря, аналогичная инициатива, которую ЦРУ организовало в Бенгази для содействия нападению на Каддафи в Ливии в 2011 году. Нью-йоркская газета публикует эти новости в своих английских и испанских изданиях, и с ними можно ознакомиться в https://www.nytimes.com/ru/2019/03/10/venezuela-help-released/?action=click&clickSource=inicio&contentPlacement=2&module=toppers®ion=rank&pgtype=Homepage )Многочисленные сообщения и заметки, появившиеся в последние дни, подтверждают, что отключение электричества было именно результатом компьютерной атаки, работой хакеров высокого уровня технической сложности. Не имеет смысла приводить более подробные сведения по этому вопросу, но достаточно сказать, что статья журнала Forbes, не замеченного в симпатиях к чавистам, в то же время говорит, что наиболее вероятной причиной отключения электроэнергии в Венесуэле были ошибки и недостатки в обслуживании сети плотин. Нельзя исключать, что произошедшее было частью операции правительства Соединенных Штатов, учитывая явную воинственность Белого дома против Боливарианской Республики Венесуэла и растущее значение, которое кибервойна приобрела в политических и военных кругах Вашингтона. , По словам автора записки, Калев Летару,превентивный кибер-удар призван ослабить противоборствующее государство и обеспечить подготовку к обычному вторжению, а порожденный хаос и анархия могут привести к свержению иностранного правительства без того, чтобы последнее могло обвинить агрессора. В этой статье она говорит очень осторожно, несмотря на то, что не исключает, что «в случае Венесуэлы идея о том, что правительство, подобное правительству Соединенных Штатов, могло бы дистанционно вмешиваться в их электрическую сеть, вполне реалистична» (https://www.forbes.com/sites/kalevleetaru/2019/03/09/could-venezuelas-power-outage-really-be-a-cyber-attack/#3e026e0b607c )Фактически атака была направлена ​​на компьютеризированный мозг всей венесуэльской энергосистемы. По словам одного эксперта из этой страны, "Эль-Гури" является крупнейшей гидроэлектростанций ​​в Южной Америке после Итайпу (у Венесуэлы есть еще одна крупная плотина, та, что в Макагуа, также пострадавшая от нападения) и четвертой в мире. Она в значительной степени управляется благодаря роботизированным системам открывания/закрывания ворот регулирующих поток воды, которая питают турбины, вырабатывающие электричество. Сложные протоколы безопасности системы, разработанные совместно венесуэльской государственной компанией с двумя другими частными европейскими компаниями, были выведены из строя масштабным сетевым наступлением «миллионов запросов в секунду», которым удалось проникнуть в системы безопасности огромной плотины. Это не любительская задача и не то, что Гуайдо и его деревенские друзья могли сделать из Венесуэлы. Это кибервойна, война пятого поколения, целью которой является физическое уничтожение территории нации и самой нации, окончательное банкротство национального самосознания и превращение ее среды обитания в пустоши, которые будут частично восстановлены крупными транснациональными корпорациями, которые захватывают страну с единственной целью разграбления ее природных ресурсов.Паранойя, антиамериканская одержимость? Ничего подобного. Преступление против человечества; чистый и жесткий терроризм, тщательно спланированный и совершенный Вашингтоном. В подобных случаях следствие всегда пытается установить мотивы преступления, его характер и последствия, используемые инструменты («орудие убийства») и соответствующие доказательства. Давай посмотрим. Мотивы Вашингтона? Они прозрачны как вода. Эти цели озвучивают Трамп, Болтон, Помпео, Абрамс, Блонд! И для них нет ничего лучше, чем создать неописуемый хаос, который затрагивает всю социальную жизнь, потому что в современном мире, от обеспечения водой и освещением, до доступа в Интернет, телефонии, топлива, оплаты с помощью кредитных карт, использования лифтов, работы метро, ​​практически все зависит от электроэнергии.Помпео признался в своем печально известном твите 7 марта в 8:19 вечера: «Нет еды, нет лекарств, сейчас нет электричества, далее: Мадуро нет". Другими словами, преступник выразил свои намерения. Причина четко установлена.Орудие убийства? Кибервойна, военное применение информационных технологий, которое не требует развертывания персонала на агрессивной территории. Вы можете сражаться в этой войне пятого поколения из бункеров, спрятанных в пустыне Невады, откуда управляются дроны, сеющие смерть и разрушения по всему миру. Или из специальных приютов, где десятки тысяч хакеров мониторят и контролируют все, в том числе личные счета правителей дружественных Вашингтону. Вспомните дело Ангелы Меркель в начале этого года.Стопроцентные доказательства? Пока нет, но есть много правительств и организаций, которые, в свою очередь, следят за тем, что делает и замалчивает Белый дом. И рано или поздно появятся доказательства, к удивлению хваленых империалистов, которые думают, что они неуязвимы. Но в отсутствие доказательств существуют обоснованные предположения о том, что там проживает преступная группировка, ответственная за нападение на Венесуэлу, пока «демократическая оппозиция» этой страны полностью подчиняется замешанному молчанию гегемонистских СМИ и дискредитированных хранителей демократии и ценностей республики, сгруппированных в тошнотворном "Картеле Лима"Электрический саботаж - улучшенная версия проектов дестабилизации и государственных переворотов, которые всегда применялось правительством США. Возьмите случай с планом, разработанным, чтобы покончить с левым в Сальвадоре в 1980-х. Согласно показаниям, представленным в сенате Робертом Уайтом, бывшим послом США в этой стране, "мне объяснили из Майами .... что для того, чтобы восстановить страну, сначала ее нужно было полностью разрушить: экономика должна была быть уничтожена, безработица должна была быть огромной, с правительством нужно было покончить, и нужно было назначить «хорошего» офицера для осуществления "Полной уборки".Они убивают триста, четыреста или пятьсот тысяч человек. ... Кто эти сумасшедшие люди и как они действуют? ... Наиболее важными являются шесть (предпринимателей), очень богатых ... Они осуществляют заговор, они постоянно организуют встречи и дают указания ". (См. Оливер Стоун и Питер Кузник, Неофициальная история Соединенных Штатов (Буэнос-Айрес: El Athenaeum, Книжная ярмарка, 2015, стр. 630.)Правительство Соединенных Штатов от имени имперской буржуазии стремится сделать именно то же самое, но используя все более извращенное оружие, дабы если это возможно, разрушить экономику и уничтожить венесуэльское общество, а затем перестроить их для своей исключительной выгоды, как они это делали в Ираке, в Ливии, как они пытались сделать в Сирии и Ливане. И в XX веке и в настоящее время - все эти Гуайдо, Борхесы, Лопесы, Мачадо, Ледезмы, вся эта оппозиция, в непростительном и незабываемом проявлении позора приветствует терроризм, который Вашингтон использует против вашего собственного народа.Сможет ли империя одержать победу в своем желании не только положить конец правительству Мадуро, но и сделать то же самое с венесуэльской нацией, родиной Боливара, Миранды, Заморы и Чавеса? Я не верю в это. Есть значительный факт, который оправдывает мой обнадеживающий ответ: в пылу жестокой атаки, массивной и постоянной, не было зафиксировано массированных грабажей, больших массовых беспорядков, и народ Венесуэлы не выкинул белый флаг в знак признания своей капитуляции. Даже в восточных кварталах Каракаса есть напряженное спокойствие, но не более того. Пока что пропаганда хаоса и насилия не удалась, и это хорошая новость. И важный урок, который говорит о силе тех смелых людей, которые поют гимн Венесуэлы и которые не склонятся перед преступным нападением США.Атилио Боронhttps://insurgente.org/atilio-boron-el-apagon-en-venezuela-un-crimen-de-lesa-humanidad/

14 марта, 13:25

Затмение в Венесуэле: преступление против человечества

Аргентинский социолог и писатель Атилио Борон о войне, которую США ведут против Венесуэлы.Затмение в Венесуэле: преступление против человечестваНесколько дней назад мы уже говорили, что фиаско, положившее конец операции «гуманитарная помощь», усилит агрессивность Белого дома за счет нападений и диверсий, которые, как планировалось, наносят наибольший возможный ущерб населению и, таким образом, наносят правительству. что, по мнению экспертов из ЦРУ и Госдепартамента, вызовет массовое народное восстание против правительства Николаса Мадуро. (См. «Трамп: бессилие и ярость»  https://www.pagina12.com.ar/179699-trump-la-impotencia-y-la-furia).Некоторые критики пытались опровергнуть наш анализ, утверждая, что те, кто препятствовал прибытию «гуманитарной помощи» и уничтожил ее, были сторонниками Чавеса. Но теперь, с необъяснимой задержкой, сама «Нью-Йорк Таймс» подтвердила то, что те из нас, кто был тогда в Венесуэле, уже давно знали: что нападение на эту предполагаемую помощь - которая не была таковой, а являлась ресурсом для будущих нападений или вспышек насилия - было работой наемников, нанятых оппозицией, которая таким образом стремилась уничтожить доказательства их лжи и их замыслов. Следует отметить, что, как это происходило во многих других случаях, эти наемные люмпены возвеличивается "системной" прессой, как если бы они были добродетельными борцами за свободу, щедро финансируемыми деньгами американских налогоплательщиков при вопиющем соучастии колумбийского нарко-правительства. Короче говоря, аналогичная инициатива, которую ЦРУ организовало в Бенгази для содействия нападению на Каддафи в Ливии в 2011 году. Нью-йоркская газета публикует эти новости в своих английских и испанских изданиях, и с ними можно ознакомиться вhttps://www.nytimes.com/ru/2019/03/10/venezuela-help-released/?action=click&clickSource=inicio&contentPlacement=2&module=toppers®ion=rank&pgtype=Homepage )Многочисленные сообщения и заметки, появившиеся в последние дни, подтверждают, что отключение электричества было именно результатом компьютерной атаки, работой хакеров высокого уровня технической сложности. Не имеет смысла приводить более подробные сведения по этому вопросу, но достаточно сказать, что статья журнала Forbes, не замеченного в симпатиях к чавистам, в то же время говорит, что наиболее вероятной причиной отключения электроэнергии в Венесуэле были ошибки и недостатки в обслуживании сети плотин. Нельзя исключать, что произошедшее было частью операции правительства Соединенных Штатов, учитывая явную воинственность Белого дома против Боливарианской Республики Венесуэла и растущее значение, которое кибервойна приобрела в политических и военных кругах Вашингтона. , По словам автора записки, Калев Летару,превентивный кибер-удар призван ослабить противоборствующее государство и обеспечить подготовку к обычному вторжению, а порожденный хаос и анархия могут привести к свержению иностранного правительства без того, чтобы последнее могло обвинить агрессора. В этой статье она говорит очень осторожно, несмотря на то, что не исключает, что «в случае Венесуэлы идея о том, что правительство, подобное правительству Соединенных Штатов, могло бы дистанционно вмешиваться в их электрическую сеть, вполне реалистична» (https://www.forbes.com/sites/kalevleetaru/2019/03/09/could-venezuelas-power-outage-really-be-a-cyber-attack/#3e026e0b607c )Фактически атака была направлена ​​на компьютеризированный мозг всей венесуэльской энергосистемы. По словам одного эксперта из этой страны, "Эль-Гури" является крупнейшей  гидроэлектростанций  ​​в Южной Америке после Итайпу (у Венесуэлы есть еще одна крупная плотина, та, что в Макагуа, также пострадавшая от нападения) и четвертой в мире. Она в значительной степени управляется благодаря роботизированным системам открывания/закрывания ворот регулирующих поток воды, которая питают турбины, вырабатывающие электричество. Сложные протоколы безопасности системы, разработанные совместно венесуэльской государственной компанией с двумя другими частными европейскими компаниями, были выведены из строя масштабным сетевым наступлением «миллионов запросов в секунду», которым удалось проникнуть в системы безопасности огромной плотины. Это не любительская задача и не то, что Гуайдо и его деревенские друзья могли сделать из Венесуэлы. Это кибервойна, война пятого поколения, целью которой является физическое уничтожение территории нации и самой нации, окончательное банкротство национального самосознания и превращение ее среды обитания в пустоши, которые будут частично восстановлены крупными транснациональными корпорациями, которые захватывают страну с единственной целью разграбления ее природных ресурсов.Паранойя, антиамериканская одержимость? Ничего подобного. Преступление против человечества; чистый и жесткий терроризм, тщательно спланированный и совершенный Вашингтоном. В подобных случаях следствие всегда пытается установить мотивы преступления, его характер и последствия, используемые инструменты («орудие убийства») и соответствующие доказательства. Давай посмотрим. Мотивы Вашингтона? Они прозрачны как вода.  Эти цели озвучивают Трамп, Болтон, Помпео, Абрамс, Блонд! И для них нет ничего лучше, чем создать неописуемый хаос, который затрагивает всю социальную жизнь, потому что в современном мире, от обеспечения водой и освещением, до доступа в Интернет, телефонии, топлива, оплаты с помощью кредитных карт, использования лифтов, работы метро, ​​практически все зависит от электроэнергии.Помпео признался в своем печально известном твите 7 марта в 8:19 вечера: «Нет еды, нет лекарств, сейчас нет электричества, далее: Мадуро нет". Другими словами, преступник выразил свои намерения. Причина четко установлена.Орудие убийства? Кибервойна, военное применение информационных технологий, которое не требует развертывания персонала на агрессивной территории. Вы можете сражаться в этой войне пятого поколения из бункеров, спрятанных в пустыне Невады, откуда управляются дроны, сеющие смерть и разрушения по всему миру. Или из специальных приютов, где десятки тысяч хакеров мониторят и контролируют все, в том числе личные счета правителей дружественных Вашингтону. Вспомните дело Ангелы Меркель в начале этого года.Стопроцентные доказательства? Пока нет, но есть много правительств и организаций, которые, в свою очередь, следят за тем, что делает и замалчивает Белый дом. И рано или поздно появятся доказательства, к удивлению хваленых империалистов, которые думают, что они неуязвимы. Но в отсутствие доказательств существуют обоснованные предположения о том, что там проживает преступная группировка, ответственная за нападение на Венесуэлу, пока «демократическая оппозиция» этой страны полностью подчиняется замешанному молчанию гегемонистских СМИ и дискредитированных хранителей демократии и ценностей республики, сгруппированных в тошнотворном "Картеле Лима"Электрический саботаж - улучшенная версия проектов дестабилизации и государственных переворотов, которые всегда применялось правительством США. Возьмите случай с планом, разработанным, чтобы покончить с левым в Сальвадоре в 1980-х. Согласно показаниям, представленным в сенате Робертом Уайтом, бывшим послом США в этой стране, "мне объяснили из Майами .... что для того, чтобы восстановить страну, сначала ее нужно было полностью разрушить: экономика должна была быть уничтожена, безработица должна была быть огромной, с правительством нужно было покончить, и нужно было назначить «хорошего» офицера для осуществления "Полной уборки".Они убивают триста, четыреста или пятьсот тысяч человек. ... Кто эти сумасшедшие люди и как они действуют? ... Наиболее важными являются шесть (предпринимателей), очень богатых ... Они осуществляют заговор, они постоянно организуют встречи и дают указания ". (См. Оливер Стоун и Питер Кузник, Неофициальная история Соединенных Штатов (Буэнос-Айрес: El Athenaeum, Книжная ярмарка, 2015, стр. 630.)Правительство Соединенных Штатов от имени имперской буржуазии стремится сделать именно то же самое, но используя все более извращенное оружие, дабы если это возможно, разрушить экономику и уничтожить венесуэльское общество, а затем перестроить их для своей исключительной выгоды, как они это делали в Ираке, в Ливии, как они пытались сделать в Сирии и Ливане. И в XX веке и в настоящее время - все эти Гуайдо, Борхесы, Лопесы, Мачадо, Ледезмы, вся эта оппозиция, в непростительном и незабываемом проявлении позора приветствует терроризм, который Вашингтон использует против вашего собственного народа.Сможет ли империя одержать победу в своем желании не только положить конец правительству Мадуро, но и сделать то же самое с венесуэльской нацией, родиной Боливара, Миранды, Заморы и Чавеса? Я не верю в это. Есть значительный факт, который оправдывает мой обнадеживающий ответ: в пылу жестокой атаки, массивной и постоянной, не было зафиксировано массированных грабажей, больших массовых беспорядков, и народ Венесуэлы не выкинул белый флаг в знак признания своей капитуляции. Даже в восточных кварталах Каракаса есть напряженное спокойствие, но не более того. Пока что пропаганда хаоса и насилия не удалась, и это хорошая новость. И важный урок, который говорит о силе тех смелых людей, которые поют гимн Венесуэлы и которые не склонятся перед преступным нападением США.Атилио Боронhttps://insurgente.org/atilio-boron-el-apagon-en-venezuela-un-crimen-de-lesa-humanidad/ - цинк

14 марта, 10:05

Газпром и Роснефть могут принять участие в разработке крупнейшего сланцевого месторождения

12 марта министр энергетики Аргентины Густаво Лопетеги сделал заявление, касающееся планов разработки нефтегазового месторождения Vaca Muerta. Сланцевое месторождение Вака-Муэрта открыто в 2011 году компанией ... Читайте оригинал статьи Газпром и Роснефть могут принять участие в разработке крупнейшего сланцевого месторождения на Геоэнергетика.

Выбор редакции
08 марта, 06:54

Неолибералы защищают финансовую элиту и наносят ущерб бедным.

Мексика выбрала нового президента - Андреса Мануэля Лопеса Обрадора. Он заменил Энрике Пенья Ньето, чьё правительство погрязло в коррупции. Бывшие правительственные чиновники уже попросили Верховный суд оградить их от судебных разбирательств за коррупцию. Элита защищается. В этих условиях Лопес Обрадор не сможет избавиться от коррупции в Мексике. Сорняки коррупции произрастают на почве капитализма, орошаемые огромной прибылью, жадностью и откатами по правительственным контрактам. Лопес Обрадор стал президентом, так как считается левым, но у него мало возможностей проводить левую политику. Мексиканская экономика практически слилась с экономикой США из-за географии и торговых соглашений. Более 80% мексиканского экспорта отправляется северному соседу, а финансовый сектор Мексики почти полностью контролируется северными банками.Лопес Обрадор уже сталкивался с жёстким давлением северных банков, душащих Мексику. Сразу после выборов в конце октября Лопес Обрадор отменил проект по строительству нового аэропорта в Мехико. Новый аэропорт стоимостью 13,4 млрд. долларов назван слишком дорогим (совсем недавно в Стамбуле открылся более крупный новый аэропорт, который стоил менее 2 млрд. долларов). Песо упал, мексиканский фондовый рынок упал, рейтинговые агентства понизили статус Мексики, а международные инвесторы проявляют недовольство. В начале ноября законодатели из партии Лопеса Обрадора предложили законы для ограничения банковских сборов. После этого рухнул мексиканский фондовый рынок. Банки ясно показали Лопесу Обрадору, что он не имеет права соваться в их дела.Лопес Обрадор поспешил назначить министром финансов Карлоса Урзуа, отругал законодателей и продемонстрировал покорность банкам. Узруа – экономист, который долгое время сотрудничал с Всемирными банком и другими глобальными финансовыми учреждениями. В наши дни трудно найти экономиста, который бы не сотрудничал с Всемирным банком и МВФ. Профессиональные экономисты очень тесно связаны с глобальными финансовыми учреждениями, которые продвигают самую худшую государственную политику – неолиберализм. Эта политика отдаёт предпочтение транснациональным корпорациям, а не рабочим, стремится управлять инфляцией в ущерб жизненным условиям большинства людей. Финансы – это религия, а деньги – это бог. Лопес Обрадор и Урзуа не в состоянии изменить это положение.В ноябре МВФ отправил своих сотрудников в Мексику. Они установили для Лопеса Обрадора рамки возможных действий. Они, конечно, много заявляли о неравенстве и бедности, но это была обычная показуха. МВФ никогда не предлагает политику, которая бы решала проблемы бедности и неравенства. МВФ однозначно предупредил Лопеса Обрадора о том, чтобы он не тратил деньги на поддержку инфраструктуры, которая приносит пользу мексиканскому народу. Мексика экспортирует нефть, но её экономические возможности ограничены недостаточным развитием нефтеперерабатывающей промышленности. Лопес Обрадор хотел поддержать эту промышленность, увеличив финансирование государственной нефтяной компании Pemex. Но МВФ заявил: «дальнейшее улучшение финансового положения Pemex является необходимым условием для новых инвестиций в перерабатывающую промышленность», указав, что Лопес Обрадор должен провести сокращения в Pemex и смириться с импортом нефтепродуктов. У МВФ есть рычаги давления на правительство Мексики – негативные рейтинги, которые сокращают международные инвестиции.Сотрудники МВФ, которые отправляются в такие страны как Мексика, составляют практически одинаковые доклады и рекомендации. Несколько лет назад один старший экономист МВФ признался мне, что когда он прибыл в одну центрально-азиатскую страну, он ничего не знал о ней, ничего не видел, когда находился в этой стране, и не интересовался реальной экономической ситуацией в этой стране. Его задача была проста – сидеть в кабинете с кондиционером, выслушивать формалистские доклады нервных чиновников Министерства финансов, и составлять доклад по старому шаблону МВФ с требованием провести сокращение социальных расходов, приватизировать всё, что можно, и дать свободу банкам. В этих условиях просто невозможен творческий подход к экономической политике. МВФ прямо указывает правительствам, что они должны делать. И мексиканское правительство должно выполнять эти указания. Любое неподчинение указаниям МВФ приводит к бегству иностранных инвесторов. Таким образом можно задушить любую страну.Последние два десятилетия МВФ сталкивается с трудностями при выдвижении указаний латиноамериканским странам. С 2002 по 2007 год в большинстве стран этого региона были левые правительства, чья экономическая деятельность способствовала росту экспортных цен на нефть и другое сырьё. Даже консервативный президент Мексики Фелипе Кальдерон (2006-2012) должен был учитывать мощное движение Боливарианства. В 2011 году Кальдерон защищал интеграцию Латинской Америки в Сообществе латиноамериканских и карибских стран, что было очень странно, так как Мексика зависит от США. Мировой финансовый кризис 2007 года сильно ударил по Латинской Америке. Кальдерон заявил в Давосе, что Латинская Америка останется в стороне от кризиса. Но это было не так, Мексика столкнулась с безработицей из-за падения экономики её основного торгового партнёра – США. По данным доклада МВФ, в 2008 году Латинская Америка лишилась 40% своего богатства. Государственные финансы и инвестиции сократились. Инфляция привела к росту бедности и социальной нестабильности.Почему латиноамериканские страны столкнулись кризисом 2007 года? Это произошло не из-за левых правительств и их политики. Это произошло из-за коллапса излишне раздутой финансовой системы, и в частности из-за ипотечного кризиса в США. Глубокая интеграция в финансовую систему США и слабая независимость от экономики северного соседа привели к ухудшению латиноамериканской экономики. В 2002 году более 80% частной задолженности в Аргентине находилось в долларах, в то время как на экспорт была ориентирована только четверть аргентинской экономики. Эта зависимость от доллара привела к печальному исходу. Экономические проблемы привели к политическим переменам. Левые правительства ослабли, несмотря на попытки смягчить кризис. Одни левые правительства, например в Аргентине и Бразилии, проиграли выборы, а другие, например в Венесуэле и Никарагуа, столкнулись с социальными потрясениями. Именно в этих условиях МВФ усилил своё давление на Латинскую Америку.После двух десятилетий относительного отсутствия МВФ вернулся в Аргентину, указывая на проблему больших долгов в иностранной валюте, о которой говорилось ещё в 2001 году. Но власть Уолл-Стрит и Лондонского Сити мешает любому нормальному решению этой проблемы. Намного проще сокращать скудные доходы обычных людей. В 1994 году Мексика столкнулась финансовым кризисом, когда песо рухнул, а международный капитал покинул страну. Правительство не пыталось контролировать капитал и защищать песо от валютных спекулянтов. Тот кризис распространился по всей Южной Америке. Никто не мог противостоять доллару и спекулянтам. Сапатисты субкоманданте Маркоса выступили из лесов Чьяпаса на защиту брошенных и обездоленных людей, которые не виновны в кризисе, но на которых легла основная тяжесть его последствий. В этой системе МВФ – инструмент грабежа простых аргентинцев и мексиканцев в интересах глобальной финансовой элиты.Источник: How Neoliberal Economists Wreak Havoc On The Global Poor While Protecting The Financial Elite, Vijay Prashad, Independent Institute, popularresistance.org, November 16, 2018.

Выбор редакции
15 февраля, 11:17

Аргентина намерена заплатить Боливии самолетом за превышение контракта по газу

По сообщению аргентинского министерства финансов, в состав которого входит министерство энергетики Аргентины, между Аргентиной и Боливией подписаны изменения в контракт на поставку газа, позволяющие Буэнос-Айресу сэкономить $460 млн на протяжении 2-х лет – нынешнего года и следующего. Между нефтегазовой госкомпанией Боливии YPFB и аргентинской госкорпорацией по энергетической интеграции IEASA подписано приложение к действующему до 2026 […]

Выбор редакции
12 февраля, 12:12

Китайская угроза в Неукене

О китайской станции наблюдения за спутниками в Аргентине и китайской политике в регионе, которая столь не нравится США.Американские военные предупреждают об угрозе со стороны китайской космической станции в АргентинеМинистерство обороны США все больше беспокоится о том, что военные Китая могут следить за спутниками США и союзников с новой наземной станции, расположенной в пустынях Патагонии.В заявлении перед Конгрессом США 7 февраля адмирал Крейг Фаллер предупредил законодателей об ускоренной экспансии Китая в Латинской Америке. Китай не только поддерживает автократические режимы в Венесуэле, на Кубе и в Никарагуа и использует практику хищнического кредитования, но также инвестирует средства в такую ключевую инфраструктуру, как наблюдение за космическими аппаратами дальнего космоса в Аргентине, сказал Фаллер законодателям.Военные и разведывательные органы США с самого начала следят за развитием этого объекта с растущей тревогой. За последние несколько лет выросла мощная 16-этажная антенна из удаленного комплекса в 200 гектаров в провинции Неукен. Но, по словам экспертов, станция, которая окружена 8-футовым забором из колючей проволоки, работает без особого контроля со стороны аргентинских властей. По сообщениям, наземная станция начала работу в апреле 2018 года. Китай настаивал на том, что цель объекта – мирное исследование космоса и наблюдение. Говорят, например, что в январе он сыграл решающую роль в посадке Китайского космического корабля на темной стороне луны.Брайан Виден, эксперт по космической политике и безопасности, отметил, что Соединенные Штаты используют антенны, как в Патагонии, по всему миру.«Для меня нет никаких конкретных доказательств, кроме того, что происходит в Китае, которые бы говорили, что это низко».Но военные США обеспокоены тем, что радар может использоваться для другой цели: для сбора информации о положении и активности военных спутников США.«Пекин мог бы нарушить условия своего соглашения с Аргентиной только о ведении гражданской деятельности. Он может контролировать космическую деятельность США, союзников и партнеров», - сказал Фаллер, который до недавнего времени служил в Пентагоне главным военным помощником бывшего министра обороны Джеймса Мэттиса. Как у Китая, так и у России есть несколько способов вывести из строя невоенные и военные спутники США и союзников, которые предоставляют очень важные навигационные, коммуникационные и командно-контрольные услуги по всему миру, согласно докладу NASIC ВВС США. В Китае есть военные подразделения, которые уже начали обучение противоспутниковым ракетам, подобным тем, которые использовались в испытании 2007 года для уничтожения китайского метеорологического спутника. Они создали более 3000 единиц обломков, которые все еще находятся на орбите Земли, и угрожают находящимся поблизости космическим объектам.Согласно сообщению, в дополнение к противоспутниковым ракетам обе страны могут блокировать спутники. Например, те, которые управляют беспилотными военными самолетами США. Бортовые лазеры могут также использоваться для временного или постоянного слепого изображения спутников и других датчиков. Кибератаки на ключевую инфраструктуру, такую как наземные космические станции, также опасны.Разведывательное сообщество США также считает, что космические возможности Китая и России представляют опасность для вооруженных сил США, даже несмотря на то, что обе страны настаивают на международных соглашениях о нераспространении оружия в космосе.В дополнение к боевой ракете, предназначенной для спутников на низкой околоземной орбите, Китай, вероятно, намерен использовать дополнительное оружие, способное уничтожить спутники вплоть до «геосинхронной» орбиты Земли, заявил директор Национальной разведки Дэн Коутс 29 января в Комитете Сената по разведке.«Предложения Китая и России по международным соглашениям о нераспространении оружия в космосе не затрагивает множества вопросов, связанных с [противоспутниковым] оружием, которое они разрабатывают. Благодаря этому они используют возможности космической войны, настаивая на том, что космос должен быть без оружия », - сказал Коутс, согласно его письменным показаниям.Эксперты отметили, что утверждение Пекина о мирных целях не может быть принято за чистую монету, поскольку китайское национальное космическое агентство тесно связано с Народно-освободительной армией.Фрэнк Роуз, который занимал пост помощника госсекретаря США по контролю над вооружениями с 2014 по 2017 год и в настоящее время является старшим сотрудником Института Брукингса, сказал, что географическое расположение новой станции дает Китаю важный космический обзор в южном и западном полушариях.«Это вопрос определенных орбит. Есть причина, почему у США спутниковые станции слежения по всему миру - это дает глобальный обзор», - сказала Роуз. «Вы не сможете получить такого обзора из Китая».Эван Эллис, профессор в Институте стратегических исследований Военного колледжа США, сказал, что основной целью наземной станции может быть мирное исследование. Общая форма и размер тарелки «соответствуют тому, что говорят китайцы», - сказал он, отметив, что это местонахождение «имеет определенный смысл». Ученым нужны объекты, расположенные со всех сторон Земли, для космические наблюдения.Эллис сказал, что персонал, работающий на объекте – это либо действующие, либо бывшие китайские военные, но это «отнюдь не низко», учитывая, насколько тесно армия связана с китайской космической программой.Тем не менее, Эллис отметил, что этот объект также может быть использован для сбора других типов данных, в частности, о различных секретных коммерческих и военных спутниках.Он также обеспокоен тем, что правительство Аргентины «на самом деле не имеет физического доступа» к этому комплексу, отметив, что он находится в шести часах езды от ближайшего правительственного здания.Роуз высоко оценил администрацию Трампа за то, что она сосредоточила свое внимание на космосе, включая план по восстановлению космического командования США, но сказал, что есть одна «зияющая дыра» в их подходе – отсутствие дипломатических контактов с Китаем в этом вопросе. Администрация Обамы в 2016 году вела переговоры по космической безопасности с Китаем, один в Вашингтоне и один в Пекине, сказал он, отметив участие Государственного департамента и Министерства обороны. Но администрация Трампа не продолжила эти переговоры.«Я воздам должное администрации, она сосредоточена на угрозе нашим космическим системам», - сказал Роуз. «Однако это не просто военное решение проблемы - да, мы должны защищать наши системы в космическом пространстве, да, мы должны быть готовы ответить на атаки, но мы должны подумать и о дипломатии».http://perevodika.ru/articles/1204970.html - цинк1. Как не трудно догадаться, стоит цель раздуть негативный фон вокруг китайского влияния в Аргентине и китайского объекта, который может представлять потенциальную угрозу находясь по сути в сфере влияния США, в стране, где усилиями США был приведен к власти проамериканский президент https://inosmi.ru/politic/20160324/235844747.html, который уже ограничил ряд взаимодействий с Китаем, начатых при Кристине Киршнер, что является частью стратегии "правого поворота" в Южной Америке https://colonelcassad.livejournal.com/2748653.html2. Также решается задача по обвинению Китая и России в развязывании гонки космических вооружений, хотя именно США постоянно муссируют тему размещения ударного оружия в космосе. Тут как с ДРСМД - важно переложить ответственность на оппонентов, на случай, если решения о начале полноценной гонки вооружений в космосе и его милитаризации будет принято.3. Если нельзя верить китайскому космическому агентству потому, что оно связано с НОАК, то получается нельзя верить НАСА, потому что оно связано с Пентагоном. 4. Разумеется, когда США сами развернули кучу таких станций по всему миру, это забота о "глобальном обзоре", а не тоже самое. в чем обвиняют Китай, которой посмел открыть одну (!) станцию в Южной Америке.5. Самое прелестное, что вся аргументация на этот счет начинается словами "говорят", "вероятно", "возможно", "может".Как результат - станцию попытаются либо закрыть, либо обеспечить постоянный проверочный контроль со стороны аргентинский властей, который позволит США опосредованно быть в курсе того, чем занимаются китайцы в Патагонии.Стоит отметить, что еще летом прошлого года были озвучены планы развертывания американских военных баз в Аргентине https://colonelcassad.livejournal.com/4333682.html, а также истерику в британской прессе (опять же летом-осенью прошлого года), где Китай обвиняли в создании "неправильного" радара в Аргентине, поставках оружия Аргентине и скрытых планах подтолкнуть Аргентину к новой войне за Фолклендские острова с Британией для чего собственно оружие в Аргентину и поставляется. Можно предположить, что весной-летом 2018 года было принято стратегическое решение по Китаю, после чего и началась реализация политики давления, куда входит не только публичная санкционно-дипломатическая часть, но и действия по линии информационных и киберопераций, вроде стратегии "Пяти глаз" против китайской корпорации "Huawei". https://colonelcassad.livejournal.com/4706692.html

Выбор редакции
10 февраля, 12:06

Сланцевая Аргентина: рост добычи и экспорт СПГ

Аргентина, благодаря бурному росту в 2018 году добычи сланцевого газа на формации Vaca Muerta, готовится экспортировать СПГФевраль 2019, в аргентинском порту Баия Бланка FSRU - регазафикационный терминал для приема импортного СПГ был заменен на плавучую установку FLNG для производства СПГ на экспорт, который планируют начать к концу второго квартала 2019.ИсточникИтоги 2018 года по добыче вкратце:Провинция Неукен (сланцевая формация Vaca Muerta)- общая добыча нефти в провинции выросла на 12,7% за год, составив в среднем 116 739 баррелей в сутки в 2018 году, в декабре добыча достигала 130 833 баррелей в сутки.- Добыча газа в провинции достигла 10-летнего максимума в 2018 году, увеличившись за год на 10% до 66,6 млн. кубометров в день.- Буровые работы выросли на 11% до 348 скважин в 2018 году против 314 скважин в 2017 году.По данным Национального энергетического секретариата, общая добыча нефти в Аргентине за год выросла на 2,1% до 498 271 баррелей в сутки, а газа за тот же период выросла на 5,3% до 128,8 млн. кубометров в сутки.Подробнее на Platts

28 января, 17:45

Представители интеллигенции осудили попытку госпереворота в Венесуэле. Página12, Аргентина

Аргентинская «Пахина12» публикует открытое письмо 70 представителей интеллигенции, в котором говорится, что, признав Хуана Гуайдо...

25 января, 08:52

Что получит Дональд Трамп в результате революции в Венесуэле

Заявление президента США Дональда Трампа о признании президентом Венесуэлы не законно избранного Николаса Мадуро, а оппозиционера Хуана Гуайдо уже раскололо международное сообщество на тех, кто за, и тех, кто против. Однако этим решением хозяин Белого дома преследует не только геополитические цели.м...

22 января, 14:53

Каракас в огне. Кто стоит за госпереворотом в Венесуэле

Вступление вновь в должность главы государства Николоса Мадуро повлекло за собой негативные последствия. Жители протестует, активно пользуясь поддержкой иностранных государства и ряда частей армии. Перед кабинетом министров стоит не простая задача. Одновременно оно пытается усмирить вооруженное восс...

Выбор редакции
08 декабря 2018, 18:59

О секрете говядины из Аргентины

Недавно я публиковал мировой рейтинг потребления мяса населением. В лидерах по потребление мяса и конкретно говядины оказалась Аргентина - одна не из самых богатых стран мира, между прочим.Так в чем секрет аргентинского чуда и нужно ли нам стремиться к тому же?Ответ на это вопрос можно частично найти в документальном фильме "А Journey to the Fumigated Towns", где рассказывается о специфике сельхозпроизводства Аргентины.Вы прочли 15% текста. Полностью можно дочитать на Дзен.

Выбор редакции
01 декабря 2018, 11:48

Продажа доли Росатома в турецкой АЭС «Аккую» может проходить частями - Лихачев

Продажа принадлежащего Росатому 49%-ного пакета в турецкой АЭС «Аккую» может проходить частями, госкорпорация не ставит перед собой задачу единовременной продажи всего пакета. Об этом глава Росатома Алексей Лихачев сказал журналистам по итогам первого дня саммита G20 в Аргентине.«Мы не ставим перед собой задачу продать все 49%...

06 февраля 2018, 04:22

Кровавый понедельник. Первый Flash crash за 7 лет!

Всепоглощающая паническая атака на рынке, переходящая в режим свободного падения! Дату 5 февраля 2018 на американских торгах по праву можно назвать кровавым понедельником. Это массированные, сильнейшие, всецело драматические и беспорядочные продажи по всему спектру рынка.С 6 марта 2009 после установления дьявольского минимума в 666 пунктов было 2320 торговых дней за которых на пике индекс S&P 500 вырос в 4.31 раза. За все это посткризисное восстановление и зарождение «100 летнего пузыря» было только два дня (!), когда продажи были сопоставимыми или чуть больше с сегодняшними. Тот самый легендарный день 6 мая 2010 и 8 августа 2011. Все! Только два дня за 2320 торговых сессий! А по закрытию дня только 1 день – 8 августа 2011. Не слабо так?5 февраля S&P 500 грохнулся на 4.1%, а DJI на 4.7%, однако с учетом постторговой сессии падение достигало почти 6%. Это значит, что зафиксирован рекорд в 405 торговых дней без 6% коррекции. Теперь и он история!Вот статистика рекордных 30 дней, когда S&P500 падал с внутридневным разлетом в % с учетом постторгов.Да, это было мощно. За последние 2 часа торгов объемы были наибольшие за много лет, волатильность пошла в небо. За эти пару часов быстрая кумулятивная волатильность (по минутному таймфрейму) была сопоставима со последними двумя неделями декабря 2017 (почти 70 часов торгов), т.е. рост почти в 30 раз!!От максимума января 2018 коррекция (по внутридневному минимуму) по S&P 500 составила уже 8,2% (или почти 10% с учетом постторгов).Это сильнейшее коррекционное движение с февраля 2016 от локальных максимумов.Вообще за весь период новой нормальности (от марта 2009) было три устойчивых коррекционных периода больше 10%с мая 2010 по октябрь 2010с августа 2011 по ноябрь 2011с августа 2015 по февраль 2016 (в две фазы)Обычно коррекции до локального дна (по внутридневному минимуму) составляли около 15%, а наибольшая просадка была под 22% к 5 октябрю 2011 от июльского максимума 2011.Это все актуально в контексте бычьего рынка. А именно 15% (реже 20% коррекция), повышенная эмоциональность в среднем 4 месяца и V-образное восстановление обычно в темпах 75% от падения (от момента начала восстановления). Т.е., например, если падали на 15% за 3 недели, то компенсируют эти потери где-то за месяц. По историческим меркам это очень быстрое восстановление и классифицируется, как v-образное.Но как я уже говорил речь может идти не просто о коррекции в рамках бычьего тренда.По совокупности факторов текущее ралли является мощнейшим за всю историю торгов.По каким факторам?Общей производительности с учетом инфляции (совокупный рост, скорректированный на инфляцию)Скорости ростаКоличеству непрерывных обновлений хаевРекордно низкой волатильностиСерии безоткатных (безкоррекционных) движений (те количество торговых дней без коррекций на указанную величину)Бычьему сентименту/настроению участников торгов, как по опросам, так и по ставкам на рынке (балансу путов и коллов)Отклонению стоимости рынка от фундаментальных показателей корпоративного и макроэкономического характера.По степени вовлечения участников торгов в игру на повышениеПо абсолютному (в денежном выражении) и относительному (к денежной массе, ВВП и т.д) масштабу пузыря.Рынок вырос в 4.3 раза с марта 2009 и более, чем в два раза, когда были отключены обратные связи чуть менее, чем полностью (с ноября 2012). Скорость роста (5.5 лет) сопоставима с пузырем 1929 и 2000 годов, хотя там в процентном отношении рост был несколько больше, но в текущем ралли было установлено много других рекордов, которые не были тогда.Пузырь доткомов характеризовался экстремальной волатильностью и мощными коррекционными движениями, которые достигали 30% и выше (особенно в азиатский кризис 1998). Здесь же все наоборот. Рекордно низкая волатильность и суперрекорды по продолжительности экспоненциального роста затмили все то, что было в истории. А все это в свою очередь привело к запредельному бычьему сентименту. Самому мощному за всю историю.Когда любой провал выкупался в автоматическом режиме и так практически без остановки 5.5 лет (за исключением коррекции осени 2015), когда рынок рос всегда и в любых обстоятельствах, чтобы не происходило, то это создавало определенные устоявшиеся паттерны, шаблоны поведения и ожидания. Что подкреплялось бесчисленными "всевдоаналитическими" исследованиями о том, что рынок будет расти всегда, прибыли огромны, а экономика еще никогда не было настолько хороша, как сейчас. Срывало башню даже тем, кто продолжительное время сохранял рассудок, что приводило к импульсивному, в некотором смысле паническому желанию купить на хаях в отрыве от фундаментальной стоимости и банального здравомыслия.Было создано целое поколение трейдеров, которые никогда в своей жизни не видели падения. Все происходило до дури предсказуемо и примитивно. Втарил по любым ценам, закрыл терминал, открыл и продал с прибылью. Легкие и глупые деньги. Такого не было никогда. Такое безрассудство приводило к нарушению вероятностных весов, чувства меры и баланса и провоцировало на избыточный риск. Если рынок всегда растет с нулевой волатильностью, то почему бы не загрузиться на все плечи?Раньше я говорил, что ритейл (домохозяйки, студенты и условные чистильщики обуви) практически не вовлечены в рынок. Это так, хотя определенная повышенная активность в 2017 появилась. Это ралли преимущественно Центробанков, мега корпораций, банков, первичных дилеров, олигархов, крупных пенсионных, страховых и хэдж фондов. Так на чем будет рынок падать, если в рынке нет пушечного мяса, об которое всегда закрывали позиции? Если нет ритейла, то крыть будет об следующий уровень – хэдж фонды и небольшие инвестбанки, которые и выступят в роли мяса первого уровня, потом возьмутся за кого-то более крупного. Суть неизменная, сменились лишь роли и градация участников.Когда все плотненько так утрамбовались с расчетом на нулевую волу и бесконечный рост, то разумеется такие движения приводят к массированному разрыву пуканов, маржин коллам и банкротствам. Но боль еще не столь значительная. Уровни рынка где-то около ноябрьских, т.е. высокие, хотя и утилизировали весь шорт сквиз декабря-января. Вот когда обнулят годовой рост и там еще сделают процентов 15% вниз для ловцов дна, то вот тогда да - боль. А пока лишь разминка ))Также для падения не нужны ни причины, ни триггер. Сам факт сильнейшего роста за 100 лет является главной причиной, а триггером может выступить все что угодно, вплоть до эффекта бабочки. Если реализуется худший сценарий (слом 9 летнего бычьего тренда и 5.5 летнего безумного пузыря), то падение может достигать 50% и более, а растянуться это может на несколько лет. Т.е. упали в два раза за 9-12 месяцев и несколько лет на дне пролежали.Собственно, все это я свожу к тому, что существует очень высокая вероятность, что это не будет традиционная коррекция на бычьем рынке на 15-20% с новым восхождением через 3-5 месяцев. Это может быть 35% или даже 50% и более обвал на много месяцев или лет.Что касается остальных рынков, то все крупные развитые рынки перешли к сильнейшей за 7 лет коррекции. Речь идет о коррекции в 8-10% от январских максимумов (Германия и Япония прежде всего). Учитывая, какой рост был до этого, падение не такое сильное – уровни в среднем ноября 2017.Развивающиеся рынки несколько устойчивее. За исключением Аргентины и ЮАР (там падение как у развитых), пока в пределах 5-6% от максимумов (Китай, Индия, Бразилия, Мексика, Турция). Но это еще не отыграли американское падение. Впереди планеты всей в роли "тихой гавани" является Россия, которая почему-то всегда имеет склонность превращаться тихую говень (в плане догоняющей динамики падения с явным перегоном). Изменение к прошлой недели – ноль %, тогда как как мир показывает сильнейший обвал за 9 лет! Стоил ли напоминать о масштабах среднесрочной драмы на российском рынке?! Никаких покупок! Если уж заворачиваются в ад рынки, где все было заточено для поддержания капитализации любой ценой, то что уж говорить о России, где даже менеджменту плевать на акционерную стоимость? Интересные времена нас ждут. Очевидно, что первыми на утилизацию пойдут все эти истории роста. За день или несколько дней без проблем могут на 10-15 или даже 20% сходить вниз.Хотя у нас нет ничего подобного с пузырем на рынке таким, какой он есть в развитых странах (за исключением разве что Татнефти и Сбербанка с некоторыми металлургами), но не было еще ни единого примера, чтобы Россия могла поддерживать устойчивость на траектории глобального коллапса. Не расти в момент ралли на глобальных рынках? Да, но держаться, когда падают все остальные? Нет!Но вообще, конечно, весьма доставляет наблюдать, как рвутся счета и шаблоны у воодушевленных алчных дебилов, готовых покупать по любым ценам. Криптовалютчиков это также касается ))На японской сессии фьюч на S&P500 уже почти 8% падения за 24 часа! Прелестно! Сколько стоп торгов будет в России?Для истории:

30 ноября 2015, 11:33

Политическое танго: куда поведёт Аргентину Маурисио Макри?

Аргентина, как и остальные латиноамериканские государства, освободилась от зависимости от Испании (соседняя Бразилия от Португалии) в результате вторжения войск Наполеона на Иберийский полуостров. Испанцы практически сами отвоевали свою независимость, однако потеряли свои колонии в Центральной и Южной Америке (кроме Карибских островов и Филиппин) и лишились статуса великой державы.С конца ХIХ века в Аргентину стали прибывать многочисленные иммигранты как из Испании и Италии, так и из Германии и Восточной Европы. Относительно грамотная, квалифицированная рабочая рука дала толчок быстрому экономическому развитию страны. В начале ХХ века Аргентина занимала седьмое место в мире по экономическому развитию. В Европе это процветающее государство считалось «раем на земле».Первый экономический кризис случился в конце 20-х, а в 1930 году он превратился в политический. Либеральное реформистское правительство было свержено. Компании США, помещичье-торговая и финансовая олигархия, крупный промышленный капитал, правонационалистические военные круги, правые радикалы объединились против него. С другой стороны, сильная тогда Аргентинская коммунистическая партия обвиняла президента Иригойена в «фашизации» страны. В конце концов, 6 сентября 1930 года генерал Урибуру совершил военный переворот, арестовал его и отправил в ссылку. Он стал временным президентом с диктаторскими полномочиями. Диктатор сразу отменил конституционные гарантии, распустил конгресс, ввёл осадное положение. Развернул репрессии. Создал «специальный отдел» для борьбы с «коммунистической опасностью».Генерал Урибуру открыто симпатизировал Муссолини. Он опирался прежде всего на правонационалистическое офицерство и на националистически настроенные круги крупной и мелкой буржуазии. Официально объявил, что старается обеспечить порядок и классовый мир. Принимал жёсткие протекционистские таможенные меры, защищая местный крупный капитал и стараясь ликвидировать бюджетный дефицит. Однако не затрагивал непосредственным образом интересов иностранного капитала. С другой стороны, попытался потеснить аграрно-экспортную олигархию, которая по традиции была ориентирована на британский рынок. Для этого быстро развивал торгово-экономические отношения с США. Но Вашингтон тогда сам проводил жёсткую протекционистскую таможенную политику. Кроме того, северные американцы не нуждались в аргентинской аграрной продукции. Поэтому это начинание генерала не имело успеха.Постепенно недовольство охватило широкие круги от олигархии до левых сил. Число последователей Урибуру стало сокращаться, и он был вынужден восстановить атрибуты конституционного режима. В ноябре 1931 года состоялись всеобщие выборы. На них победил кандидат новой Национально-демократической партии генерал Агустин Хусто, за которым стояли консервативные силы. Он тоже был активным участником недавнего переворота. Он сдал пост 20 февраля 1932 года и через два месяца умер. Аграрно-экспортная олигархия сумела вытолкнуть вперёд своих представителей и сформировать правительство, которое ограничило демократические свободы и преследовало левых.Постепенно для страны создавалась благоприятная экономическая конъюнктура, и с середины 30-х до начала 50-х годов ХХ века страна накопила значительные валютные резервы. К 1948 году промышленное производство увеличилось на 65% по сравнению с довоенным уровнем. Четвёртую часть промышленной продукции и экспорта Латинской Америки создавала Аргентина. Наступили классовые перемены. Разорённые крестьяне вливались в пролетариат, и к этому времени количество занятых в обрабатывающей промышленности удвоилось по сравнению с 1935 годом и превысило миллион. Правительство, которое выражало интересы буржуазно-землевладельческой олигархии, всё больше стесняло свою социальную базу. Когда она стала совсем узкой, наступила потребность быстрых политических перемен.В сентябре 1943 года должны были состояться президентские выборы, на которых левые партии – радикалы, социалисты и коммунисты – хотели выступить в коалиции Демократический альянс. Однако их опередили военные. Тайная «Группа Объединённых Офицеров» во главе с молодым полковником Хуаном Доминго Пероном осуществила переворот. Хотя на президентском посту сменялись генералы, он оставался самой популярной фигурой, последовательно занимая посты министра труда и социального обеспечения, министра обороны и вице-президента. Его противники сумели на время удалить его с высших постов и даже арестовать. Однако 17 октября 1945 года рабочие вышли на улицы Буэнос-Айреса и потребовали его освобождения. Эта дата является символом для аргентинцев – её считают началом перонистского движения. Генерал Перон был выбран президентом 4 июня 1946 года, ровно через три года после военного переворота.Перон назвал свою идеологическую доктрину «хустисиализмом» (справедливость). Он постарался объединить широкие слои населения: от рабочих до представителей крупной буржуазии. Объявил преодоление зависимости и отсталости национальной целью. Перон хотел построить надклассовое государство и общество социальной справедливости. Хустисиализм был определён в качестве чисто аргентинского пути развития, отличного и от капитализма, и от коммунизма. Перрон критиковал империализм и олигархию, защищал обездоленных. В действительности защищал интересы предпринимателей. Превратил профсоюзы в лояльные им и власти организации. Симпатизировал фашизму и корпоративизму.В 1952 году Перон был переизбран на второй срок. Он оставался на президентском посту до переворота 1955 года, который закончился его бегством в Парагвай. На смену ему пришли генералы, которые защищали интересы консервативных сил и «привязали» Аргентину к США. Перонистская партия была запрещена, все её руководители были арестованы.Самой популярной фигурой среди перонистов была супруга генерала Ева Перон. Она возглавила женскую перонистскую организацию и основала свой фонд, который занимался сбором средств в помощь аргентинским рабочим. Она сосредоточила в нём серьёзные финансы, которые шли на строительство жилья и домов отдыха. Её речи чрезвычайно увеличивали популярность президентской четы. Когда Ева Перон скончалась от рака в июле 1952 года в возрасте 33 лет, был объявлен месячный национальный траур.Из Парагвая генерал Перон переехал в Испанию, откуда триумфальным образом вернулся в 1973 году, а в сентябре уже получил 62% на президентских выборах и вновь занял верховный государственный пост в возрасте 78 лет. Его новая супруга, 43-летняя Мария Эстела Мартинес де Перон, стала вице-президентом. И потом президентом. Когда генерал Перон скончался, она оставалась на президентском посту до марта 1976 года, когда военная хунта устроила переворот. Президентом стал командующий сухопутными войсками генерал Хорхе Рафаэль Видела. Хунта пала в декабре 1983 года, когда президентом стал лидер Радикального гражданского союза Рауль Альфонсин. Основной причиной падения власти военных стало позорное поражение в Фолклендской войне.Альфонсина на президентском посту сменил перонист – аргентинец сирийского происхождения Карлос Менем. В октябре 1999 года президентом был выбран кандидат от оппозиции Фернандо де ла Руа. В декабре 2001 года в результате «голодных бунтов» он был вынужден подать в отставку. Тогда за две недели в Аргентине сменились три президента. В январе 2002 года выборы в конгрессе выиграл перонист Эдуардо Дуальде. Он подготовил почву для прихода к власти семьи Киршнер, которая правила страной в последние двенадцать лет, от имени Хустисиалистской партии. Сначала президентом был выбран уже покойный Нестор Киршнер, потом дважды его супруга Кристина Фернандес де Киршнер. Однако на последних парламентских выборах она не смогла обеспечить себе квалифицированное большинство, чтобы оставаться на президентском посту без ограничений после перемен в конституции, которые собиралась совершить. И сдала пост президента. Победитель во втором раунде президентских выборов Маурисио Макри уже во время предвыборной кампании делал острые антироссийские и антикитайские заявления. Он грозился пересмотреть все торговые договора и не углублять зависимость страны от двух евразийских гигантов, в которую, по его мнению, её втянули перонисты.На фото: Маурисио МакриОднако, по мнению бывшего российского посла в Аргентине Яна Бурляя, Макри не в состоянии радикальным образом разорвать российско-аргентинские связи, не подорвав таким образов свои позиции, потому что экономики двух государств взаимно дополняют друг друга и торговля приносит пользу обоим странам. Бывший посол считает, что не стоит драматизировать результаты президентских выборов на фоне общей тенденции в Латинской Америке. Он также указывает на нараставшую усталость аргентинцев от правления перонистов в Аргентине – стране со старыми демократическими традициями. По его мнению, прихода к власти Маурисио Макри можно было ожидать на фоне социально-экономических проблем, которые появились в последние годы.Новый президент дал много популистских обещаний, которые вряд ли сможет выполнить. Макри выиграл минимальным числом голосов, а в Аргентине это означает, что не он сможет править без содействия перонистов, перешедших в оппозицию. Кстати, такую поддержку ему уже обещал его главный соперник – перонист Даниэль Сциоли. Здесь стоит уточнить, что пока Макри был мэром Буэнос-Айреса, Сциоли занимал пост губернатора одноимённой провинции. Так что оба оппонента слишком хорошо знали друг друга. И особых сюрпризов во время кампании не было.Маурисио Макри собирается радикальным образом пересмотреть прежде всего внешнюю политику страны. Он вменяет супружеской президентской паре Киршнер, которая правила страной 12 лет, вину за изоляцию Буэнос-Айреса от традиционных партнёров, прежде всего США и ЕС. И тут, конечно, имеет основания для критики: Аргентина, по конституции, является «католической страной – неразрывной частью западной цивилизации». Это самая «белая» страна в Латинской Америке, наряду с Уругваем. Кроме испанцев и итальянцев, на аргентинской территории проживают потомки восточноевропейцев (прежде всего поляков и болгар), подданных Российской империи (прежде всего евреев, украинцев и русских), армян, арабов, турок.Последние, хоть и сохранили исламскую религию, давно вписались в аргентинское общество и никаким образом не напоминают о своих родственных связях с сегодняшними гражданами ИГИЛ и их последователями в остальных арабских государствах и Турции.Поэтому призыв Маурисио Макри «вернуть Аргентину в мир», то есть в Западный мир, встретил поддержку у чуть большей половины населения. Макри ориентирован прежде всего на Республиканскую партию США. По своим установкам и политическому поведению он сильно напоминает кандидата в президенты США кубинского происхождения Марко Рубио, несмотря на разницу в возрасте. И тот и другой увлекаются спортом. Маурисио Макри даже был президентом очень популярного футбольного клуба «Бока Хуниорс», который под его руководством дважды выиграл Межконтинентальный кубок. Оба выходцы из богатейших семьей, оба в молодости становились объектом посягательств со стороны организованных преступных групп (в 1991 году, во времени правления президента-перониста Карлоса Менема, Маурисио Макри был похищен на 12 дней «бандой комиссаров», в которой состояли высшие полицейские, и за его свободу семья заплатила 6 000 000 долларов); оба потеряли часть своего состояния в результате деятельности леворадикальных руководителей своих стран: семья Марко Рубио потеряла всю недвижимость на Острове Свободы после победы Кубинской революции, семья Макри продолжает терпеть убытки в торговле «Шевроле» (а это основа их семейного бизнесса) в результате экономической политики леворадикальных перонистов – уже покойного Нестора и Кристины Киршнер. И если основная внешнеполитическая цель Рубио – не допустить улучшения отношений между Вашингтоном и Гаваной и задушить Кубинскую революцию, то для Макри – это крепко привязать Буэнос-Айрес к Вашингтону, не допустить крена в сторону БРИКС. Вместо этого Макри видит будущую ориентацию Аргентины в сторону Тихоокеанского альянса под эгидой США. Он будет противостоять леворадикальному латиноамериканскому блоку АЛБА и дистанцироваться от левоцентристских правительств в соседних странах. Макри признаёт, что семья Киршнер сделала многое в сфере социального обеспечения и преодоления бедности и нищеты, однако подчёркивает, что давно пришла пора индивидуальному развитию и сотрудничеству с передовыми экономиками мира вместо догоняющих.Маурисио Макри сделал эти заявления на фоне резкого ухудшения экономического положения в стране в последние год-полтора, дефицита инвестиций в аргентинскую экономику и нарастания проблем с левоцентристскими и леворадикальными соседями. Он обвинил Нестора и Кристину Киршнер в проведении сугубо односторонней внешней политики, только по направлению «Юг – Юг» (хотя, как известно, основные члены БРИКС и партнёры Буэнос-Айреса находятся на севере, в том числе и соседняя Бразилия). Его предшественница на президентском посту на самом деле сознательно изолировалась от участия в крупных международных форумах, чтобы избежать нажима со стороны крупных западных стран. Кристина Киршнер предпочитала искать поддержку в Москве и Пекине. Аргентина наращивала экспорт сельскохозяйственной продукции в Россию, облегчая задачу свести на нет негативные последствия западных санкций и российских контрсанкций. У неё сложились тёплые личные отношения с президентом Российской Федерации. Поэтому, если Маурисио Макри на самом деле свернёт аргентино-российские и аргентино-китайские договоры в сфере электроэнергетики и транспорта, то прекращение экспорта в Россию продуктов питания вряд ли возможно. Тем более что этого не было даже во времена военной хунты. Аргентинские генералы, которых, вместе с другими латиноамериканскими коллегами-диктаторами называли «гориллами», воздерживались от репрессий в отношении аргентинских коммунистов, чтобы не портить отношения с СССР. И сейчас, если проамериканская группировка, выигравшая выборы, попытается остановить экспорт, то будет иметь проблемы с сельскохозяйственными производителями и профсоюзами. Кстати, по традиции, самые удачные аргентинские предприниматели в сфере сельского хозяйства – потомки выходцев из Российской империи еврейского происхождения. Они попали в Аргентину в начале ХХ века и очень быстро стали самой преуспевающей силой в стране. И если новый президент затронет их интересы, вряд ли будет долго находиться на своем посту. Тогда Аргентина вернётся к началу века, когда президенты менялись один за другим. В конце концов, на 12 лет к власти пришли Киршнеры. Перонисты приходят к власти обычно тогда, когда страна находится в кризисе и нуждается в стабилизации. Поэтому Маурисио Макри не сможет многое изменить. Он понял свою зависимость от воли еврейской общины и назначил министром окружающей среды раввина Сергио Бергмана. Таким образом новый президент хочет привлечь средства своих еврейских поданных, которые охотно помогают жертвам военной диктатуры, организованной преступности и неофашистов.Георгий Коларов

14 июня 2015, 16:23

14 июня 1928 года родился Эрнесто Че Гевара

Эрнесто Гевара родился 14 июня 1928 года в аргентинском городе Росарио, в семье архитектора ирландского происхождения Эрнесто Гевара Линч (1900—1987). По матери — доньи Селии де ла Серна ла Льоса (1908—1965) Че Гевара имел испанские корни. Вопреки распространённому мнению, предпоследний вице-король Перу Хосе де ла Серна не был ему родственником. Селия унаследовала плантацию херба-матэ (парагвайский чай) в провинции Мисионес. Улучшив положение рабочих — в частности, начав выплачивать им зарплату деньгами, — отец Че вызвал недовольство окрестных плантаторов, и семья была вынуждена переселиться в Росарио, в то время — второй по размеру город Аргентины, открыв там фабрику по переработке чая иерба-матэ. В этом городе родился Че. Из-за мирового экономического кризиса семья через некоторое время вернулась в Мисионес на плантацию. Помимо Эрнесто, которого в детстве звали Тэтэ (в переводе «поросёнок»), в семье было ещё четверо детей: Селия (стала архитектором), Роберто (адвокат), Анна-Мария (архитектор), Хуан Мартин (проектировщик). Все дети получили высшее образование.[5] В Че Гевара все было неправильно. Вместо аристократического звучного имени Эрнесто Гевара де ла Серна - краткий, почти безликий псевдоним Че, даже смысла-то особого не имеющий. Просто междометие - ну, эй. Аргентинцы повторяют его через слово. А вот поди ж ты - прижился, запомнился, стал известен миру. Вместо щегольского наряда и напомаженных волос - помятая куртка, стоптанные башмаки, растрепанная шевелюра. Коренной аргентинец, а танго от вальса не мог отличить. И тем не менее именно он, а не кто-то из франтоватых сверстников пленил сердце Чинчины, дочери одного из богатейших помещиков Кордовы. Так и приходил на званые вечера в ее дом - лохматый, в потрепанной одежде, ужасая снобов-гостей. И все равно был для нее лучше всех. До поры, конечно. В конце концов проза жизни взяла свое: Чинчине хотелось спокойной, обеспеченной, комфортной жизни - нормальной жизни, одним словом. А вот для нормальной-то жизни Эрнесто как раз и не годился. Тогда, в юные годы, им владела мечта - спасти мир. Любой ценой. Вот, наверное, в чем секрет. Вот почему изнеженный, болезненный мальчик из родовитой семьи оказался революционером. А ведь в роду его матери - последний вице-король Перу, брат отца - адмирал - был аргентинским послом на Кубе, когда там партизанил его племянник. Его отец, тоже Эрнесто, говорил: "В жилах моего сына текла кровь ирландских мятежников, испанских завоевателей и аргентинских патриотов"... Революционер. В расхожем представлении - угрюмый немногословный субъект, чуждый радостям жизни. А он жил жадно, с удовольствием: взахлеб читал, любил живопись, сам рисовал акварелью, увлекался шахматами (даже совершив революцию, продолжал участвовать в любительских шахматных турнирах, а жену в шутку предупреждал: "пошел на свидание"), играл в футбол и регби, занимался планеризмом, гонял плоты по Амазонке, обожал велоспорт. Даже в газетах имя Гевары появилось в первый раз не в связи с революционными событиями, а когда он совершил на мопеде турне в четыре тысячи километров, исколесив всю Южную Америку. Потом на пару с другом, Альберто Гранадосом, Эрнесто путешествовал на дряхлом мотоцикле. Когда загнанный мотоцикл испустил дух, молодые люди продолжили путь пешком. О приключениях в Колумбии Гранадос вспоминал: "Мы прибыли в Летисию не только до предела измотанные, но и без сентаво в кармане. Наш непрезентабельный вид вызвал естественные подозрения у полиции, и вскоре мы очутились за решеткой. Нас выручила слава аргентинского футбола. Когда начальник полиции, страстный болельщик, узнал, что мы аргентинцы, он предложил нам свободу в обмен на согласие стать тренерами местной футбольной команды, которой предстояло участвовать в районном чемпионате. И когда наша команда выиграла, благодарные фанатики кожаного мяча купили нам билеты на самолет, который благополучно доставил нас в Боготу". Болезненный. 2 мая 1930 года (Тэтэ - так Эрнесто звали в детстве - было всего два года) у него случился первый приступ астмы. Врачи посоветовали сменить климат - семья, продав свою плантацию, перебралась в Кордову. Болезнь не отпускала Эрнесто всю жизнь. Даже в школу первые два года он не мог ходить - маме пришлось заниматься с ним дома. К слову сказать, с матерью Эрнесто повезло. Селия де ла Сер-на-и-де ла Льоса была женщиной незаурядной: владела несколькими языками, стала одной из первых в стране феминисток и едва ли не первой среди аргентинских женщин автолюбительницей, была невероятно начитанна. В доме была огромная библиотека, мальчик пристрастился к чтению. Обожал поэзию, сохранил эту страсть до самой смерти - в рюкзаке, найденном в Боливии после гибели Че, вместе с "Боливийским дневником" лежала тетрадь с его любимыми стихами. Человек, который всю жизнь не мог усидеть на месте. С детства. В одиннадцать лет Тэтэ вместе с младшим братом сбежал из дома. Их нашли только через несколько дней в восьмистах километрах от Росарио. В юности, уже будучи студентом медицинского факультета, Гевара завербовался на грузовое судно: семья нуждалась в деньгах. Потом - по собственному выбору - стажировался в лепрозории. Однажды судьба забросила Гевару и Гранадоса в Перу, к развалинам древнего индейского города Мачу-Пикчу, где последний император инков дал бой испанским конкистадорам. Альберто сказал Че: "Знаешь, старик, давай останемся здесь. Я женюсь на индианке из знатного инкского рода, провозглашу себя императором и стану правителем Перу, а тебя назначу премьер-министром, и мы вместе осуществим социальную революцию". Че ответил: "Ты сумасшедший, революцию без стрельбы не делают!" Окончив университет и получив диплом врача-хирурга, Эрнесто Гевара и не подумал остепениться. Можно было бы начать размеренную жизнь - профессия врача в Аргентине всегда была доходным делом, - но он... покидает родину. И оказывается в Гватемале в самый драматический для этой страны момент. В результате первых свободных выборов к власти в республике пришло правительство умеренно-реформаторского толка. В июне 1954 года президент Дуайт Эйзенхауэр организовал военную интервенцию против Гватемалы. Именно тогда Гевара утверждается в мысли: революцию без стрельбы не делают. Из всех рецептов избавления от социального неравенства Эрнесто избирает марксизм, но не рационально-догматический, а романтически-идеализированный. После Гватемалы Эрнесто оказался в Мехико, работал книготорговцем, уличным фотографом, врачом. И вот тут его жизнь круто изменилась - он познакомился с братьями Кастро. После неудачного штурма казармы "Монкада" 26 июля 1953 Кастро эмигрировали в Мексику. Здесь они разрабатывали план свержения диктатуры Фульхенсио Батисты. В тренировочном лагере под Мехико Эрнесто изучал военное дело. Полиция арестовала будущего повстанца. Единственным документом, найденным у Че, оказалась неизвестно как попавшая в карман справка о посещений курсов... русского языка. Выбравшись из тюрьмы, Че едва не опоздал на борт "Гранмы". Среди примерно ста повстанцев Эрнесто был единственным иностранцем. После недельного плавания яхта пришвартовалась у юго-восточной оконечности Кубы, но в момент высадки десант встретила засада. Часть повстанцев была убита, кого-то взяли в плен, Че ранили. Оставшиеся укрылись в лесистых горах Сьерра-Маэстры и начали 25-месячную борьбу. Все это время родители Эрнесто почти не получали от него вестей. И вдруг - радость. Около полуночи 31 декабря 1958 года (на следующий день на Кубе победила революция) в дверь их дома в Буэнос-Айресе постучали. Открыв дверь, отец Эрнесто не увидел никого, зато на пороге лежал конверт. Весточка от сына! "Дорогие старики! Самочувствие отличное. Израсходовал две, осталось пять. Однако уповайте, чтобы бог был аргентинцем. Крепко обнимаю вас всех, Тэтэ". Гевара часто повторял, что у него, как у кошки, семь жизней. Слова "израсходовал две, осталось пять" означали, что Эрнесто был дважды ранен. Кто принес письмо, семья Гевары так никогда и не узнала. А через неделю, когда Гавана уже была в руках повстанцев, с Кубы прибыл самолет за семьей Че. Через несколько дней после победы Че посетил Сальвадор Альенде. Будущий президент Чили оказался в Гаване проездом. Об этой встрече Альенде рассказывал: "В большом помещении, приспособленном под спальню, где всюду виднелись книги, на походной раскладушке лежал голый по пояс человек в зелено-оливковых штанах, с пронзительным взглядом и ингалятором в руке. Жестом он просил меня подождать, пока справится с сильным приступом астмы. В течение нескольких минут я наблюдал за ним и видел лихорадочный блеск его глаз. Передо мной лежал, скошенный жестоким недугом, один из великих борцов Америки. Он без рисовки мне сказал, что на всем протяжении повстанческой войны астма не давала ему покоя". Но повстанческая война закончилась. Наступили будни. Че - министр промышленности, руководитель комиссии по планированию, главный банкир. Его размашистая подпись из двух букв появляется на денежных купюрах. Он изучает высшую математику, пишет работу о теории и практике революции, в которой излагает теорию "партизанского очага": горстка революционеров, в основном из слоев образованной молодежи, уходит в горы, начинает вооруженную борьбу, привлекает на свою сторону крестьян, создает повстанческую армию и свергает антинародный режим. Кубинская революция нуждалась в международном признании, и Че возглавляет важные дипломатические миссии. В августе 1961 года он участвовал в межамериканском экономическом совещании на модном уругвайском курорте Пунта-дель-Эсте. Там была озвучена предложенная президентом Джоном Кеннеди программа "Союз ради прогресса". Куба в блокаде, правители латиноамериканских стран в обмен на экономическую помощь разрывают отношения с "островом Свободы". Советскому посольству в Уругвае из Москвы предписали оказать содействие миссии Че. После окончания его лекции в Монтевидео на слушателей обрушилась полиция. Грянул выстрел, и на мостовую упал сраженный пулей профессор. Профессора убивать не собирались - пуля предназначалась Че. Че первым из выдающихся деятелей кубинской революции приехал в Москву. Сохранились фотографии. Упакованный в шапку-ушанку Че на трибуне Мавзолея 7 ноября. Он искренне симпатизировал нашей стране и, может быть, поэтому был обеспокоен инициативой Хрущева "запустить американцам в штаны ежа", разместив на Кубе советские ракеты. Министр промышленности, банкир, дипломат... А в душе Че всегда оставался революционером - безоглядно верил в эффект "партизанского очага", в то, что Сьерра-Маэстру можно повторить в других странах "третьего мира". Восемь месяцев воевал он в Конго ради спасения режима преемника Лумумбы. Используя Танзанию как тыловую базу, Че возглавил отряд из чернокожих кубинцев. Найти общий язык с конголезцами ему не удалось: они стреляли из автоматов с закрытыми глазами. Поражение в Конго излечило Че от иллюзий о "революционном потенциале Африки". Оставалась "беременная революцией" Латинская Америка, ее слабейшее звено - обездоленная, отрезанная от внешнего мира Боливия, пережившая за недолгую историю независимости около двухсот путчей. Че торопится: США стремительно берут реванш за победу кубинской революции. В 1964 году в Бразилии на двадцать с лишним лет воцарился военный режим. А как говорил Никсон, "по тому пути, по которому пойдет Бразилия, пойдет весь континент". Континент явно дрейфовал вправо. Еще через год президент Линдон Джонсон организовал интервенцию против Доминиканской Республики. Созданием нового "партизанского очага" Че Гевара надеялся отвлечь внимание США от Кубы. В марте 1965 года Че Гевара вернулся на Кубу после трехмесячного отсутствия. И с тех пор... больше на публике не появлялся. Журналисты терялись в догадках: арестован? болен? бежал? убит? В апреле мать Эрнесто получила письмо. Сын сообщал, что собирается уйти от государственной деятельности и поселиться где-то в глуши. Вскоре после исчезновения Че Фидель в узком кругу оглашает его письмо: "Я официально отказываюсь от своего поста в руководстве партии, от своего поста министра, от звания команданте, от моего кубинского гражданства. Официально меня ничто больше не связывает с Кубой, кроме лишь связей другого рода, от которых нельзя отказаться так, как я отказываюсь от своих постов". Вот фрагменты письма, которое он оставил "дорогим старикам", своим родителям: "...Я вновь чувствую своими пятками ребра Росинанта, снова, облачившись в доспехи, я пускаюсь в путь. ...Многие назовут меня искателем приключений, и это так. Но только я искатель приключений особого рода, из той породы, что рискуют своей шкурой, дабы доказать свою правоту. Может быть, я пытаюсь сделать это в последний раз. Я не ищу такого конца, но он возможен... И если так случится, примите мое последнее объятие. Я любил Вас крепко, только не умел выразить свою любовь. Я слишком прямолинеен в своих действиях и думаю, что иногда меня не понимали. К тому же было нелегко меня понять, но на этот раз - верьте мне. Итак, решимость, которую я совершенствовал с увлечением артиста, заставит действовать хилые ноги и уставшие легкие. Я добьюсь своего. Вспоминайте иногда этого скромного кондотьера XX века... Крепко обнимает Вас Ваш блудный и неисправимый сын Эрнесто" А вот письмо детям: "Дорогие Ильдита, Алеидита, Камило, Селия и Эрнесто! Если когда-нибудь вы прочтете это письмо, значит, меня не будет среди вас. Вы мало что вспомните обо мне, а малыши не вспомнят ничего. Ваш отец был человеком, который действовал согласно своим взглядам и, несомненно, жил согласно своим убеждениям. Растите хорошими революционерами. Учитесь много, чтобы овладеть техникой, которая позволяет властвовать над природой. Помните, что самое главное - это революция и каждый из нас в отдельности ничего не значит. И главное, будьте всегда способными самым глубоким образом почувствовать любую несправедливость, совершаемую где бы то ни было в мире. Это самая прекрасная черта революционера. До свидания, детки, я надеюсь еще вас увидеть. Папа шлет вам большущий поцелуй и крепко обнимает вас". Надежда не сбылась. Он их больше не увидел. Эти письма были последней весточкой. Через полтора года после исчезновения Че окажется в Боливии во главе разноплеменного отряда из сорока человек: примерно с такой же "команды" начиналась герилья на Кубе. Но второй Сьерра-Маэстре состояться было не суждено. Крестьяне-индейцы ко всем белым - а уж к иностранцам тем более - относились как к чужакам. Вопреки ожиданиям не оказала помощи местная компартия, неизменно выполнявшая идеологический заказ Москвы. А Москве не нужна была еще одна совершаемая в нарушение кремлевских святцев (без участия гегемона-пролетариата) революция. Все одиннадцать месяцев пребывания Че в Боливии его деморализованный отряд преследовали неудачи. Петляя, повстанцы тщетно пытались уйти от натренированных американцами рейнджеров. Президент Джонсон дал добро на операцию "Синтия" - ликвидацию Че и его отряда. За сутки до развязки "Нью-Йорк тайме" опубликовала корреспонденцию под заголовком "Последний бой Че". 8 октября 1967 года Че попал в западню в ущелье Эль-Юро на юго-востоке Боливии. Истощенный, он еле двигался, давно не было лекарства от астмы, его трясла малярия, мучили желудочные боли. Че оказался в одиночестве, его карабин был разбит, сам он ранен. Легендарный партизан попал в плен. В близлежащем селе его заперли в хибару, именуемую школой. На появление высоких военных чинов Че никак не отреагировал. Его последний разговор - с молодой учительницей Хулией Кортес. На классной доске было написано мелом по-испански: "Я уже умею читать". Че сказал, улыбаясь: "Слово "читать" написано с ударением. Это ошибка!" 9 октября примерно в 13.30 унтер-офицер Ма-рио Теран из автоматической винтовки М-2 застрелил Че. В доказательство, что ненавистный Че погиб, его тело выставили на всеобщее обозрение. Индейцам Че напоминал Христа, и они, как амулеты, срезали пряди его волос. По указанию боливийского военного руководства и резидентуры ЦРУ с лица Че сняли восковую маску, отрубили кисти рук для идентификации отпечатков пальцев. Позже доброхот переправит на Кубу заспиртованные кисти рук Че и они станут предметом поклонения. Только почти через три десятилетия убийцы Че раскрыли правду о месте его захоронения. 11 октября тела Че и шестерых его соратников погребли в братской могиле, сровняли ее с землей и залили асфальтом на взлетно-посадочной полосе аэродрома в окрестностях поселка Валье-гранде. Позже, когда останки павших партизан доставят в Гавану, скелет с биркой "Е-2" опознают как останки Че. Торжественные похороны Че состоялись в канун открытия V съезда Компартии Кубы. Был объявлен недельный траур. Обелиски, мемориальные доски, плакаты с девизом Че: "Всегда до победы!" Сотни тысяч кубинцев прошли в молчании мимо семи контейнеров из полированного дерева. Партизан похоронили в трехстах километрах к востоку от Гаваны, в центре провинции Лас-Вильяс городе Санта-Клара, где Че одержал свою самую блистательную победу. А 17 октября 1997 года останки Че перевезли в мавзолей, устроенный в основании памятника, воздвигнутого к двадцатой годовщине его гибели. Среди многочисленных участников траурной церемонии - вдова французского президента Франсуа Миттерана, земляк Че прославленный форвард Диего Марадона. Отданы высшие военные почести, у места захоронения Фидель Кастро зажег вечный огонь. Кажется, поставлена точка в судьбе человека-легенды. ...Эрнесто Че Гевары нет в живых уже больше сорока лет. Его великие современники - Джон Кеннеди и Никита Хрущев, Шарль де Голль и Мао Цзэдун - заняли свои места в учебниках всемирной истории, а Че - по-прежнему кумир. Время Че продолжается. http://x3m-slider.org.ua/blog/content/ernesto-che-gevara-ernesto-che-gevara-biografiya

20 мая 2015, 19:03

В долгу перед миром: какие страны объявляли дефолт до Украины

19 мая правительство Украины получило разрешение от парламента на возможное введение моратория по выплатам внешних долгов на сумму около $20 млрд. Украина ведет напряженные переговоры с группой частных держателей евробондов о реструктуризации задолженности и тем самым решила надавить на кредиторов, чтобы они были сговорчивее. Россия не участвует в переговорах, но тоже может пострадать: она держит облигации на $3 млрд, выпущенные еще при Викторе Януковиче. «По сути дела это дефолт», — констатировал сегодня министр финансов России Антон Силуанов. 20 июня Украина должна выплатить России купон на $75 млн, и этот платеж может подпасть под мораторий. Президент России Владимир Путин был удивлен решению Украины о возможном моратории на выплаты. «Странное какое-то заявление. Объявлять фактически о предстоящем дефолте [...] уровень ответственности, профессионализма, конечно, судя по всему, невысокий», — заявил Путин в среду. Но Украина далеко не первая страна, которая прибегает к подобной «странной» тактике (см. фотогалерею РБК). Логика односторонних деклараций о приостановке выплат проста — принудить кредиторов к более выгодным для страны-должника условиям обслуживания долга, поскольку в противном случае они рискуют не получить никаких денег.

23 апреля 2015, 18:26

Деглобализация. Аргентина-Россия: АЭС, ГЭС и вопрос британских оккупантов

Деглобализация. Аргентина-Россия: АЭС, ГЭС и вопрос британских оккупантовВ Москве состоялись переговоры Владимира Путина со своей аргентинской коллегой Кристиной Фернандес де Киршнердалее ..

08 января 2015, 01:03

Семена ГМО вырываются на свободул

Думаю всем, кто интересуется проблемой навязывания России ГМО-растений интересно будет почитать о том, какими методами происходит внедрение этих "прогрессивных сельскохозяйственных технологий" и к каким последствиям в самом недалеком будущем приводит. Ниже - глава из книги Уильяма Энгдаля "Семена разрушения" о победной поступи "Монсанто" в Аргентине. (с сокращениями) Аргентина становится первой подопытной свинкой К концу 1980–х годов в мире окрепла сеть убежденных и получивших образование в области генетики молекулярных биологов. Гигантский рокфеллеровский ГМО–проект стартовал в избранном для этого месте — Аргентине, где Дэвид Рокфеллер и рокфеллеровский «Чейз Манхэттен Бэнк» поддерживали тесные связи с только что избранным президентом Карлосом Менемом. Пахотные земли и население Аргентины стали первым крупным испытательным полигоном, первыми подопытными свинками, на которых испытывались зерновые культуры ГМО. За каких–то восемь лет площадь пахотных земель по всему миру, засеянная зерновыми культурами ГМО, выросла до 167 миллионов акров в 2004 году, почти в 40 раз. Это составило внушительные 25% от всей площади пахотных земель в мире, что дает основания думать, что зерновые культуры ГМО уже встали на путь к полному доминированию в мировом производстве зерновых, по крайней мере, основных сельскохозяйственных культур. Свыше двух третей этих площадей, или 106 миллионов акров, были засеяны ведущим в мире производителем ГМО — США. Этот факт, как утверждали сторонники ГМО–проекта, доказывал, что у американского правительства и у потребителей, так же как и у фермеров, была высокая степень уверенности в том, что зерновые культуры ГМО имеют существенные преимущества перед обычными зерновыми культурами. Это окажется жестоким обманом. К 2004 году Аргентина стала второй после Соединенных Штатов по размеру пахотных земель, отданных под зерновые культуры ГМО (34 миллиона акров). Среди стран с намного меньшими, но быстро расширяющимися площадями ГМО–культур была Бразилия, которая в начале 2005 года аннулировала Закон, запрещавший возделывание генномодифицированных зерновых культур, аргументируя свое решение тем, что зерновые культуры ГМО уже распространились столь широко, что нет никакой возможности управлять этим распространением. Канада, Южная Африка и Китай — все они к тому времени имели значительные программы перехода на ГМО. Но ни одна страна не подверглась столь радикальному преобразованию (и на столь ранней стадии) фундаментальной структуры своих земельных владений, как Аргентина. История возделывания ГМО и история Аргентинской соевой революции стали социологическим примером систематической потери национальной продовольственной самодостаточности во имя «прогресса». Земельная революция Рокфеллера в Аргентине К середине 1990-х годов правительство Менема приступило к перестройке традиционного производительного сельского хозяйства Аргентины на культивирование монокультуры с прицелом на глобальный экспорт. Сценарий был снова написан в Нью-Йорке и Вашингтоне иностранными кругами, состоящими прежде всего из партнеров Дэвида Рокфеллера.Менем утверждал, что преобразование производства пищевых продуктов в индустриальное культивирование генномодифицированной сои было необходимо для страны, чтобы обслуживать ее раздувающийся внешний долг. Это была ложь, но она содействовала преобразованию аргентинского сельского хозяйства к большому удовольствию североамериканских инвесторов, таких как Дэвид Рокфеллер, «Монсанто» и «Карпы Инк.».Вслед за почти двумя десятилетиями экономических потрясений (растущие внешние долги, вынужденная приватизация и демонтаж национальных протекционистских барьеров) дорогостоящая аргентинская сельскохозяйственная экономика теперь стала целью самого радикального преобразования из них всех.В 1991 году, за несколько лет до того, как полевые испытания были одобрены и начаты в Соединенных Штатах, Аргентина стала секретной экспериментальной лабораторией для выращивания генетически спроектированных зерновых культур. Население должно было стать подопытными морскими свинками для этого проекта. Правительство Менема создало псевдонаучную Консультативную комиссию по биотехнологии, чтобы наблюдать за предоставлением лицензий для больше чем 569 полевых испытаний ГМО-кукурузы. подсолнечника, хлопка, пшеницы и особенно сои. (9)Ни по инициативе правительства Менема, ни по инициативе Комиссии не проводилось никаких общественных дебатов по неприятному вопросу о том, являются ли эти зерновые культуры ГМО-безопасными.Комиссия встречалась в тайне и никогда не делала свои находки публичными. Она действовала просто как рекламный агент для иностранных транснациональных корпораций. Это не было удивительно, поскольку члены самой Комиссии были выходцами из «Монсанто», «Сингенты», «Доу АгроСайенсис» и других ГМО-гигантов. В 1996 году корпорация «Монсанто» из Сант-Луи, штат Миссури, была самым крупным в мире производителем генетически манипулированных запатентованных семян соевых бобов — своей устойчивой к гербициду «Раундап» сои или РР (аббревиатура кальки «Раундап Реди»).В 1995 году «Монсанто» вводила устойчивую к гербициду «Раундап» сою (РР), которая содержала копию гена из почвенной бактерии Agrobacterium sp. strain CP4, вставленный с помощью «генной пушки» в ее геном. Это позволяло трансгенному или ГМО-растению выживать при опылении неизбирательным гербицидом глифосатом. Активный компонент в «Раундап» — глифосат — уничтожал обычную сою. Любые обычные сорта сои, высеянные рядом с устойчивой к гербициду «Раундап» соей (РР) от «Монсанто», были бы неизбежно затронуты переносимыми ветром частицами гербицида. (10) Что оказалось весьма удобным и очень помогло дальнейшему распространению раз внедренных зерновых культур «Монсанто».Генетическая модификация в монсантовских устойчивых к гербициду «Раундап» соевых бобах включала введение внутрь сои бактериальной версии энзима, который давал ГМО-сое защиту от гербицида «Раундап», разработанного все той же «Монсанто». Сам «Раундап» был тем самым гербицидом, который американское правительство использовало для уничтожения посевов коки в Колумбии. «Раундап» мог, таким образом, распыляться и на защищенную сою, и на любые сорняки, убивая сорняки и оставляя сою. Как правило, помимо гербицидных химикатов, ГМО-соя требовала значительно больше химикатов на гектар, чтобы контролировать рост сорняков. (11)С 1970-х годов соя, благодаря большим компаниям агробизнеса, стала основным источником фуражных кормов во всем мире. «Монсанто» в 1996 году получила от президента Менема разрешение продавать свои семена ГМОсои по всей Аргентине. Одновременно с этими широкомасштабными продажами ультра дешевых даже в долларах ГМО-семян сои «Монсанто» и (обязательно!) необходимого гербицида «Раундап» от той же «Монсанто» всему аргентинскому сельскому хозяйству аргентинские сельскохозяйственные угодья скупались крупными иностранными компаниями, такими как «Каргил» (крупнейшая в мире зерновая торговая компания), международными инвестиционными фондами, такими как «Квантуй Фонд» Джорджа Сороса, иностранными страховыми компаниями и корпоративными кругами, такими как «Сиборд Корпорэйшн». Это была чрезвычайно выгодная операция для зарубежных инвесторов, для которых ГМО-семена «Монсанто», в конечном счете, легли в основу новой гигантской соевой индустрии агробизнеса. Земли Аргентины были обречены на превращение в обширное индустриальное подразделение для производства семян. Для зарубежных инвесторов прелесть схемы состояла в том, что по сравнению с традиционным сельским хозяйством производство ГМО-сои не нуждалось в большом количестве работников.В реальности, вследствие экономического кризиса миллионы акров основных сельскохозяйственных угодий были куплены банками с молотка. Как правило, единственными покупателями с долларами, готовыми вкладывать капитал, были иностранные корпорации или частные инвесторы. Маленьким крестьянским фермам предлагали копейки за их землю. Иногда, если они не желали продавать землю, их вынуждали отказываться от своих прав собственности, натравливая на них местные банды или государственную полицию. Десятки тысяч фермеров были вынуждены бросить свои земли, потому что наводнение рынка дешевым импортом продовольствия, согласно реформам свободного рынкапо правилам МВФ, приводило их к банкротству.К тому же поля, засеянные генномодифицированными устойчивыми к гербициду «Раундап» сои и обрабатываемые специальным гербицидом «Раундап», не требовали обычного вспахивания. Чтобы добиться максимальной рентабельности, спонсоры соевой ГМО-революции создали огромные пространства земель в канзасском стиле, где крупное механизированное оборудование могло работать круглосуточно, часто с дистанционным управлением при помощи спутниковой навигации, без единого фермера хотя бы для того, чтобы вести трактор. ГМО-соя от «Монсанто» продавалась аргентинским фермерам как сверх экологическая из-за использования технологии «нулевой обработки почвы». В действительности все это было совсем не безвредно для окружающей среды.ГМО-соя и гербицид «Раундап» засеивались и распылялись способом, названным «стерневой посев», впервые примененным в США с целью экономить время и деньги. (12) Доступный только большим богатым фермерам «стерневой посев» требовал чудовищных специальных машин, которые автоматически вставляли семена генномодифицированной сои в высверленную в несколько сантиметров глубиной лунку и затем придавливали ее сверху землей. С этой машиной «стерневого посева» человек в одиночку мог засеивать тысячи акров. Остатки предыдущего урожая просто оставляли гнить в поле, что приводило к большому разнообразию вредителей и сорняков рядом с ростками ГМО-сои. Это в свою очередь открывало «Монсанто» широкий рынок для продажи своего запатентованного глифосата или гербицида «Раундап» наряду с необходимыми при этом устойчивыми к гербициду «Раундап» запатентованными семенами сои. После нескольких лет таких посевов сорняки начали демонстрировать специальную устойчивость к глифосату, требуя все более сильных доз этого или других гербицидов. (13)В отличие от такой практики, традиционные трех гектарные персиковые или лимонные рощи требовали для обработки 70-80 сельскохозяйственных рабочих. В 1996 году, после решения «Монсанто» лицензировать генетически сконструированные РР соевые бобы. Аргентина пройдет через революцию, которую ее сторонники приветствовали как «вторую Зеленую революцию». В действительности, это была трансформация некогда производительной национальной и основанной на фермерстве системы сельского хозяйства в неофеодальное государство под властью горстки богатых землевладельцев-латифундистов.Правительство Менема гарантировало широкое распространение семян ГМО-сои. Аргентинские фермеры имели страшные экономические проблемы после многолетней гиперинфляции. «Монсанто» не растерялась и расширила на нуждающихся в ссудах фермеров «кредит» для покупки у «Монсанто» ГМО-смян и гербицида «Раундап», единственного гербицида, эффективного для РРсои. «Монсанто» также сделала для фермеров начальный переход к ГМО-сое более заманчивым, предлагая предоставлять им необходимые машины для «стерневого посева» и обучение.«Накорми бобами, Аргентина...»Результаты соевой ГМО-революции в Аргентине были внушительны в единственном отношении. Менее чем за одно десятилетие была полностью преобразована национальная экономика сельского хозяйства.В 1970-х годах, перед кризисом задолженности, соя не играла большой роли; в национальной экономике сельского хозяйства насчитывалось только 9500 гектаров плантаций сои. В те годы типичная семейная ферма производила множество овощей, зерна, домашней птицы и, возможно, держала несколько коров для молока, сыра и мяса. К 2000 году после четырех лет внедрения сои от «Монсанто» и методов массового производства более чем 10 миллионов гектаров было засеяно ГМО-соей. К 2004 году посевы расширилась до более чем 14 миллионов гектаров. Большие объединения агробизнеса, чтобы создать больше земли для культивирования сои, обходились с вырубкой лесов так же, как с традиционными землями, занятыми коренным населением.Аргентинское сельскохозяйственное разнообразие с ее полями зерновых и ее обширными пастбищами для рогатого скота быстро превращалось в монокультуру таким же образом, как в 1880-х было захвачено и разрушено хлопком египетское сельское хозяйство.Больше столетия аргентинские фермерские земли, особенно легендарные пампасы, были заполнены широкими колосящимися полями среди зеленых пастбищ, по которым бродили стада рогатого скота. Фермеры меняли наделы между зерновыми культурами и выпасами, чтобы сохранить качество почвы. С введением монокультуры сои. почвы, лишенные своих жизненно важных питательных веществ, потребовали больше, чем когда-либо, химических удобрений, а не меньше, как обещала «Монсанто». Большие мясные и молочные стада, которые в течение многих десятилетий свободно паслись по полям Аргентины, теперь были втиснуты в многочисленные тесные откормочные загоны американского стиля, чтобы уступить место для более прибыльной сои. Посевные поля традиционных хлебных злаков, чечевицы, гороха и зеленых бобов почти исчезли. Ведущий аргентинский агроэколог и специалист по вопросу о воздействии ГМО-сои Уолтер Пенге предсказал: «Если мы останемся на этом пути еще хотя бы 50 лет, земля вообще ничего не будет производить». (14)К 2004 году 48 % всей пахотной земли в стране были отведены под соевые бобы, и 90-97 % из них были засеяны устойчивой к гербициду «Раундап» ГМО-соей (РР). Аргентина стала самой большой в мире неподконтрольной экспериментальной лабораторией для ГМО. (15)Между 1988 и 2003 годами количество аргентинских молочных ферм уменьшилось вполовину. Впервые молоко пришлось импортировать из Уругвая по ценам, намного выше, чем внутренние. Поскольку механизированная монокультура сои вынудила сотни тысяч рабочих рук покинуть землю, бедность и недоедание стремительно росли.В более спокойную эпоху 1970-х, до нашествия нью-йоркских банков. Аргентина обладала одним из самых высоких уровней жизни в Латинской Америке. Процент населения, официально находившегося ниже черты бедности, составлял в 1970 году 5 %. К 1998 году эта цифра возросла до 30 % от общего числа населения. А к 2002 году — до 51 %. Недоедание, ранее неслыханное в Аргентине, становилось проблемой. Количество недоедающих повысилось к 2003 году до уровней, оцененных между 11 и 17 % от общего числа населения в 37 миллионов. (16) В разгар тяжелого национального экономического кризиса, бывшего результатом невыполнения долговых обязательств государства, аргентинцы обнаружили, что они больше не в состоянии положиться на маленькие земельные участки, чтобы выжить. Земли были заняты массовыми посевами ГМО-сои и уже недоступны для обычных зерновых культур.При поддержке зарубежных инвесторов и гигантов агробизнеса, подобных «Монсанто» и «Каргил», крупные аргентинские землевладельцы систематически захватывали землю у беспомощных крестьян, чаще всего с помощью государства. По закону, крестьяне имели право на те земли, которые они неоспоримо обрабатывали в течение 20 лет или больше. Это традиционное право было растоптано в угоду интересам агробизнеса. В обширной области Сантьяго-дель-Эстеро на севере крупные феодальные землевладельцы начали операцию массовой вырубки лесов, чтобы освободить место для ГМО-сои.Крестьянским коммунам внезапно сказали, что их земля им уже не принадлежит. Как правило, если они отказывались уехать добровольно, то вооруженные группы угоняли их скот, сжигали их засеянные поля и угрожали им еще большим насилием. Соблазн огромных прибылей от экспорта ГМО-сои был движущей силой жесткого переворота в традиционном сельском хозяйстве по всей стране.Поскольку фермерские семьи лишались прав и сгонялись со своих земель, они переселялись в новые трущобы на окраинах больших городов, склоняясь к социальным беспорядкам, преступлениям и самоубийствам, в то время как среди этой невозможной скученности распространялись эпидемии. За несколько лет подобным образом более чем 200 тысяч крестьян и мелких фермеров потеряли свои земли и уступили дорогу крупным плантаторам агробизнеса.(17)«Монсанто» хитростью Взяв пример с испанских конкистадоров XVI столетия, воины «Монсанто» завоевывали земли с помощью лжи и обмана. Поскольку национальный Закон о семенах Аргентины не защищал патент «Монсанто» на ее глифосатоустойчивые генетически модифицированные семена сои, компания не могла требовать лицензионные отчисления на законных основаниях, если аргентинские фермеры снова использовали семена выращенной сои для посева в следующий сезон. Действительно, для аргентинских фермеров было не только традиционно, но и законно самостоятельно повторно высеивать семена из полученного урожая.Однако, именно сбор таких лицензионных отчислений, или «технологический лицензионный сбор», лежал в основе маркетинговой схемы «Монсанто». Фермеры в США и в другом месте должны были обязательно подписывать юридический договор с компанией, соглашаясь не использовать повторно отложенные для посева семена, а платить каждый год новые лицензионные отчисления «Монсанто» — система, которую можно рассматривать как новую форму крепостничества.Чтобы обойти отказ националистического аргентинского Конгресса принять новый закон, предоставивший бы «Монсанто» право взимать лицензионные отчисления вместо наложенных судом серьезных штрафов, компания придумала другую уловку.Фермерам сначала продавались семена, необходимые, чтобы распространить соевую революцию в Аргентине. На этой ранней стадии «Монсанто» преднамеренно отказалась от своего «технологического лицензионного сбора», поощряя самое широкое и быстрое распространение своих ГМО-семян по всему государству и, в частности, распространение запатентованного глифосатного гербицида «Раундап» параллельно с этим. Коварная маркетинговая стратегия, стоящая за продажами глифосато-устойчивых семян, была в том, что фермеры были вынуждены покупать у «Монсанто» специально подобранные гербициды.Площадь сельскохозяйственных угодий, засеянных ГМО-соей, возросла в 14 раз, в то время как контрабанда устойчивых к гербициду «Раундап» семян сои компании «Монсанто» перекинулась через пампасы в Бразилию. Парагвай, Боливию и Уругвай. «Монсанто» ничего не делала, чтобы остановить это незаконное распространение своих семян. (18) Партнер «Монсанто» корпорация «Каргил» сама обвинялась в незаконной контрабанде из Аргентины семян ГМО-сои, тайно смешанных собычными семенами, в Бразилию.Забавно, что в Бразилии ввезенные контрабандой аргентинские семена ГМО-сои назвали семенами «Марадона», в честь известного аргентинского футболиста, которого позже будут лечитьот кокаиновой зависимости.Наконец, в 1999 году, спустя три года после введения своей ГМО-сои. «Монсанто» формально потребовала от фермеров «расширенные лицензионные отчисления» на семена, несмотря на то. что аргентинский закон этого не разрешал. Правительство Менема не собиралось протестовать против этих наглых притязаний «Монсанто». в то время как фермеры проигнорировали их в целом. Но готовилась почва для следующего юридического шага. «Монсанто» утверждала, что лицензионные отчисления были необходимы для того, чтобы возвратить ее инвестиции в «научные исследования» семян ГМО. Она начала осторожную пиар-кампанию, разработанную так, чтобы нарисовать себя жертвой злоупотреблений фермеров и «воровства».В начале 2004 года компания наращивала свое давление на аргентинское правительство. «Монсанто» объявила, что, если Аргентина откажется признать «технологический лицензионный сбор», это приведет к пошлинам по некоторым позициям импорта из США или ЕС, где патенты «Монсанто» были признаны. — мера, которая нанесет сокрушительный удар по рынкам аргентинского экспорта агробизнеса. Кроме того, после хорошо освещенной в СМИ угрозы «Монсанто» совсем прекратить продавать ГМО-сою в Аргентину, и объявления, что более чем 85 % семян были незаконно повторно высеяны фермерами, что было заклеймено как «черный рынок», министр сельского хозяйства Мигель Кампос объявил, что правительство и «Монсанто» пришли к соглашению.Должен был быть создан и управляться Министерством сельского хозяйства Технологический компенсационный фонд. Фермеры были обязаны вносить лицензионный сбор или налог почти до 1 % от продаж ГМО-сои на зерновые элеваторы или экспортерам, таким как «Каргил». Налог должен был взиматься на участке обработки, не оставляя фермерам другого выбора, кроме как заплатить, если они хотят обработать свой урожай. Затем этот налог выплачивался «Монсанто» и другим поставщикам ГМО-семян самим правительством. (19) Несмотря на яростные протесты фермеров. Технологический компенсационный фонд начал функционировать в конце 2004 года.К началу 2005 года бразильское правительство президента Луиса Игнасио Лула да Сильва добавило свои пять копеек и провело закон, впервые сделав высаживание ГМО-семян в Бразилии законным, утверждая, что использование этих семян распространилось столь широко, что уже не поддается никакому контролю. Барьеры быстрому распространению ГМО в Латинской Америке пали. К 2006 году вместе с Соединенными Штатами, где ГМО-соя от «Монсанто» доминировала, Аргентина и Бразилия обеспечивали более чем 81 % мирового производства сои, таким образом гарантируя, что фактически каждое животное в мире питалось кормовой соевой мукой из генетически спроектированной сои. Это также подразумевает, что каждый гамбургер в «Макдональдсе», смешанный с соевой мукой, будет генетически спроектирован, как и большинство полуфабрикатов, осознает это потребитель или нет. (20)Соевые бобы для людей Поскольку соевая ГМО-революция разрушила традиционное сельскохозяйственное производство, обычные аргентинцы оказались перед разительными переменами в своей повседневной пище. Кроме того, широко распространившаяся, основанная на сое монокультура сделала население очень уязвимым во время национальной экономической депрессии, которая поразила Аргентину в 2002 году. Ранее, в трудные времена, фермеры и даже обычные городские жители могли выращивать свои собственные зерновые культуры, чтобы выжить. Такая возможность пропала при преобразовании сельского хозяйства Аргентины в индустриальное сельское хозяйство.В результате голод распространился но всей стране, поскольку экономический кризис углублялся. Боясь продовольственных бунтов, национальное правительство с помощью «Монсанто» и гигантских транснациональных потребителей сои, таких как «Каргил», «Неетле» и «Крафт Фудс», ответило распределением бесплатной еды голодающим. Они распределяли блюда, приготовленные из сои. создавая вторичный повод для более широкого внутреннего потребления урожая.Была запущена национальная кампания, убеждавшая аргентинцев заменить здоровую диету из свежих овощей, мяса, молока, яиц и других продуктов... соей. «Дюпон Агри Сайенсис» создал новую организацию С названием, которое ассоциируется со здоровым образом жизни. «Протеины для жизни», чтобы стимулировать рост потребления сои людьми, хотя соя изначально выращивалась как корм для животных. В рамках этой кампании «Дюпон» выделяла продовольствие, усиленное соей, тысячам бедняков Буэнос-Айреса. Это был первый случай, когда население непосредственно потребляло сою в таких больших количествах. Аргентинцы теперь стали подопытными свинками в новом эксперименте. (21)Правительственная и частная пропаганда рекламировали большую пользу соевой диеты для здоровья вместо молочных продуктов или мяса. Но кампания была основана на лжи. Она удобно опустила тот факт, что диета, основанная на сое, является непригодной для долгосрочного потребления человеком, и что исследования установили, что младенцы, питавшиеся соевым молоком, имели гораздо более высокие уровни аллергий, чем питавшиеся грудным или даже коровьим молоком. Она не говорила аргентинцам, что сырые и обработанные соевые бобы содержат ряд токсичных веществ, которые, когда соя потребляется как основной элемент диеты, вредят здоровью и связаны с раком. Она молчала о том. что соя содержит ингибитор трипсин, который шведские исследования связали с раком желудка. (22)В сельской местности воздействие массовой монокультуры сои было ужасающим. Традиционные сельские коммуны неподалеку от огромных плантаций сои были серьезно повреждены воздушным распылением гербицидов «Раундап» «Монсанто». В Лома Сенес крестьяне, выращивающие смешанные овощи для своего собственного потребления, обнаружили, что распыление уничтожило все их посадки, поскольку «Раундап» убивает все растения, кроме специально генномодифицированных «устойчивых к гербициду» бобов «Монсанто».Исследование, проведенное в 2003 году, показало, что это распыление разрушало не только растительные поездки соседних крестьянских хозяйств. Их цыплята дохли, а другие животные, особенно лошади, были неблагоприятно затронуты. Люди испытывали сильную тошноту, диарею, рвоту и повреждения кожи от гербицида. Были сообщения о родившихся около соевых полей ГМО животных с серьезными уродствами, деформированных бананах и картофеле, озера внезапно заполнялись мертвой рыбой. Сельские семьи сообщали, что у их детей появлялись гротескные пятна на телах после распыления на соседних соевых полях.Дополнительный урон был нанесен ценным лесным угодьям, которые вырубались, чтобы освободить место для массового культивирования сои, особенно в области Чако около Парагвая и области Юнгас. Потеря лесов вызвала к жизни взрывной рост заболеваний среди местных жителей, включая лейшманиоз, вызываемый паразитом, переносимым москитами, лечение которого очень дорогостоящее и оставляет серьезные шрамы и другие уродства. В Энтре Риос к 2003 году было вырублено более чем 1.2 миллиона акров леса, и только тогда правительство наконец выпустило указ, запрещающий дальнейшую вырубку.Чтобы убедить осторожных аргентинских фермеров использовать генномодифицированные семена сои, в 1996 году компания широко разрекламировала чудо-урожаи, утверждая, что ее ГМО-соя была генетически модифицирована, чтобы быть устойчивой к гербициду «Раундап».Компания уверяла фермеров, что по этой причине для ГМО-сои им понадобится гораздо меньшее количество гербицидов и химических удобрений в сравнении с выращиванием традиционной. Поскольку «Раундап» убивает фактически все, что растет, кроме сои «Монсанто», нет необходимости в других гербицидах — утверждала пиар-кампания «Монсанто». Громко разрекламированы были ожидаемые более высокие урожаи и более низкие издержки, с целью заманивания отчаявшихся фермеров мечтами о лучшей экономической ситуации. Не удивительно, что отклик был чрезвычайно положителен.Обещания оказались ложными. В среднем, зерновые культуры устойчивой к гербициду «Раундап» сои дали на 5-15 % более низкие урожаи, чем традиционная соя. Также фермеры обнаружили новые вредные сорняки, которые нуждались в распылении, в три раза большем, чем прежде, что тоже было далеко от обещаний снижения количества гербицидов. Статистика Министерства сельского хозяйства Соединенных Штатов с 1997 года показала, что расширенные посадки устойчивой к гербициду «Раундап» ГМО-сои привели к 72-хпроцентному увеличению использования глифосата. (23)Согласно сообщению организации «Сеть действий против пестицидов», ученые оценили, что генетически спроектированные растения, устойчивые к гербицидам, фактически утраивают использование агрохимикатов. Фермеры, зная, что их урожай может перетерпеть или сопротивляться гербицидам, будут иметь тенденцию использовать гербициды более свободно. И «Монсанто» не сделала строгих независимых исследований, подтверждающих отрицательные эффекты на здоровье рогатого скота (уж не говоря о людях), питающегося сырой соей «Монсанто», насыщенной гербицидами «Раундап». Возросшее использование химикатов привело к затратам большим, чем в случае с обычными семенами. (24)Но к тому времени, когда фермеры это поняли, было слишком поздно. К 2004 году ГМО-соя распространилась по всей стране, и все семена зависели от «Раундап». Более изящную схему порабощения человека было трудно себе вообразить.Все же Аргентина не была единственной целевой страной для проекта генномодифицированных сельскохозяйственных зерновых культур. Аргентинский случай был всего лишь первым шагом в глобальном плане, который разрабатывался десятилетиями и был абсолютно отвратительным и безобразным по своему размаху. Из книги У.Ф. Энгдаля „Семена разрушения”. 

10 ноября 2014, 21:29

Масштаб девальвация рубля и хронология критических ошибок ЦБ РФ

Масштаб девальвации рубля за последние 3-4 месяца чудовищен. От начала июля падение рубля более 36% по закрытию дня пятницы. Среди стран, ВВП которых выше 50 млрд долл (в совокупности образуют более 98% мирового ВВП) не ни одной страны с аналогичной девальвационной динамикой. Валюта Украины за это время упала на 23%, в Бразилии падение на 16%. По отношению к ноябрю 2013 девальвация рубля свыше 43% - примерно также, как в Аргентине (без учета черного рынка). Большее падение нац.валюты за год только на Украине (77%). За 2 года (к ноябрю 2012) список стран с наибольшей девальвацией: Сирия (138%), Иран (100%), Белоруссия (93%), Аргентина и Украина по 78%, Венесуэла и Россия по 48-50%, Япония (44%). Более подробный список изменения доллара США к валютам выбранных стран в % по состоянию на 7 ноября 2014. Список отсортирован по размеру экономики (от большей к меньшей)  Динамика курсов валют:  По остальным странам: Проблема не столько в девальвации, сколько в масштабах и форме этой девальвации. Определенное ослабление рубля выгодно, т.к. сдерживает импорт и помогает компенсировать выпадающие нефтегазовые доходы (рублевые) после снижения цен на товарных рынках. Т.е. меры, улучшающие сальдо торгового баланса. Что касается балансировки гос.бюджета (чтобы не было дефицита) при среднегодовых ценах на нефть в 87-90 долларов более, чем достаточен курса рубля на уровне 37 (среднегодовой курс). Девальвация нац.валюты должна быть в границах, позволяющих контрагентам адаптироваться под изменяющие условия рынка. Условия, когда: 1. Компании с валютными долгами имеют возможность сбалансировать собственные валютные позиции так, чтобы эффект от девальвации не отражался негативно на финансовой устойчивости бизнеса. 2. Компании имеют внятные ориентиры изменения предельных границ колебания валютного рынка, чтобы закладывать определенные параметры инвестиционной активности и контроля издержек. По анализу исторического опыта стремительных девальваций нац.валюты в крупных странах мною замечено, что масштабные и неожиданные девальвации подрывают инвестиционную активность бизнеса, что обуславливается в росте неопределенности и неспособности контролировать и оценивать издержки ведения бизнеса. Любая форма неопределенности сдерживает инвестиционную активность, а чрезмерные колебания процентных ставок и курса валют особенно подрывают устойчивость. В 9 из 10 случаев при масштабной девальвации компании сокращают, либо вовсе откладывают инвестиционные проекты (в странах с неразвитой внутренней промышленностью). Т.е. сокращение инвестиции идет по направлению, как удорожания импортных комплектующих и оборудования, так и из-за неопределенности. Невнятной курсовой политики и неспособности оценить параметры будущего спроса. Исключением могут быть страны с изначальное экспортной ориентацией. Но в случае с Россией это не так, т.к. экспорт у нас сырьевой, и величина экспорта зависит от внешних условий, а не внутренних. Т.е. перспективы импортозамещения не столь очевидны на фоне удорожания кредитных ресурсов, отсутствии длинных денег  и волатильности курса валют. 3. Темпы девальвации должны быть такими, чтобы не вовлекать спекулянтов в целенаправленную игру против нац.валюты и не повышать ажиотажный спрос. Либо медленная девальвация в рыночных условиях (в среднем не более 8-10% в год), либо одномоментная и быстрая по типу Казахстана, Белоруссии, Венесуэлы, когда контрагентам задаются вполне внятные ориентиры и ожидания. Однако, как принято у нашего ЦБ в последний год, политика настолько бездарная, что приводит к существенным диспропорциями и дисбалансам в финансовой системе. В первую очередь – это вовлечение спекулянтов в игру, что подрывает финансовую устойчивость системы. Чем масштабнее девальвация, то тем шире спектр вовлеченных участников. Если на начальном этапе это штатный набор проф.участников, то в дальнейшем этот процесс затрагивает бизнес и под конец население. Что особенно опасно? Если население будет конвертировать свои рублевые депозиты в иностранную валюту, то это может похоронить банковскую систему, т.к. создаст кассовые разрывы в банковских балансах. Обычно одномоментное изъятие всего 3% депозитов из банковской системы вызывает значительный дефицит ликвидности, а 5% может подорвать устойчивость банков. 7-10% считаются критическими. У населения более 14 трлн рублевых депозитов. В начале года наблюдалась очень опасная тенденция сокращения депозитов населения (впервые с 2009). К сентябрю восстановили потери, но бездарные и безответственные действия ЦБ РФ могут привести к неконтролируемому хаосу на рынке и потери доверия к валюте и банковской системе. Еще замечена такая особенность. В странах с ограниченной номенклатурой товаров длительного пользования собственного производства сверх.мощная девальвация обычно приводит не к ожидаемому снижению импорта, а как раз наоборот – стремительному всплеску спроса на импортные товары. Люди в зависимости от доступности средств (по мере своей возможности) покупают машины, мебель, технику, одежду и прочие товары, ожидая роста цен из-за переоценки товаров после падения нац.валюты и из-за общего снижения доверия к валюте. Покупают, опасаясь, что завтра просто не успеют. Как раз гиперинфляционные ожидания. В этом аспекте импорт может показать метаморфозы и даже вырасти, но краткосрочно, т.к. у людей нет денег для финансирования импорта. Учитывая, что ЦБ своими корявыми действиями вносит неопределенность на рынке, плюс повысил стоимость заимствования, то эффект девальвации, вероятно, не скажется положительно (в достаточной мере) на отечественном производстве, т.к. попросту нет необходимых условий под развитие отечественного производства. Для расширения производства нужны инвестиции, а как их производить, когда на траектории снижения рентабельности бизнеса растет стоимость обслуживания долга при существенных проблемах в рефинансировании долга и это на фоне общей неопределенности и негативной конъюнктуре? Уже много раз говорил, что для импортозамещения недостаточно одной лишь идеи, а необходимы длинные и дешевые деньги (на срок от 5 лет по ставкам ниже инфляции). Стоит отметить, что почти все действия и решения ЦБ в последний год отличаются запоздалыми, половинчатыми мерами и откровенной неадекватностью в принятии решений. Вот хронология. 1. Например, в июле стало известно, что США и ЕС перекрыли каналы средне и долгосрочного заимствования для банков и компаний. Зная, что неизбежно возникнет дефицит валюты (из-за необходимости погашать долги),  руководство ЦБ вплоть до октября не делало ничего, чтобы создать условия по насыщению рынка валютой. Годичные своп линии и расширенные РЕПО были внедрены буквально неделю назад, когда должны быть на рынке, по крайней мере, с августа. Какого черта руководство ЦБ проспало три месяца? Дождались проблем и паники и начали предпринимать меры тогда, когда пожар во всю полыхает. Только 16 сентября начали шевелиться.  Внедрение своп линий на короткий срок по высоким ставкам без консультаций с участниками рынка, что привело к предсказуемому эффекту. Инструмент не пошел.. 16 октября ввели валютное РЕПО на неделю и 28 дней с лимитами в 1.5 и 2 млрд долл.  Вновь по слишком высоким ставкам. Эффекта никого не было. ЦБ исправился только в начале ноября. Годичные РЕПО с лимитом в 10 млрд за каждый аукцион с общим лимитом в 50 млрд и по приемлемым ставкам. Все правильно, но поздно. 2. Валютный коридор и интервенции. Любому проф.участнику на рынке понятно, что когда ЦБ по заранее известным правилам выставляет офферы в рынок, то рынок рано или поздно начнет играть против ЦБ, особенно в текущей ситуации. Интервенции, если и должны быть, то внезапными, резкими и полностью неожиданными для участников торгов, чтобы не возникал соблазн подлезть под офферы ЦБ. Потребовалось не менее 3 месяцев после спекулятивных атак на ЦБ и рубль, чтобы ЦБ наконец-то отменил валютных коридор и регламентирующие интервенции (сегодня) . Правильно, но поздно. Ущерб России, который нанесли Набиуллинна и Юдаева составил минимум 30 млрд долларов бессмысленных и беспощадных интервенций в октябре, которые лишь усилили панику и спекулятивные атаки.  Исправились только сегодня. Величина ущерба и ошибок совершенно неприемлемы. 3. Общая неадекватность ЦБ заставляет крупнейших российских экспортеров удерживать валютную выручку. Это, прежде всего нефтегазовые компании. Зная, что рефинансироваться будет сложно, конъектура не улучшится в ближайшие год-два, а ЦБ РФ непредсказуемый, то компании, которые имеют возможность - запасаются валютой сверх.меры . Т.е. сверх своей потребности. Это создает хронический дефицит валюты в системе. Более того, скорость обращения валюты падает и недоверие возрастает. Это провоцирует кассовые разрывы и валютные дыры в банковских и корпоративных балансах. У одних избыток, у других чудовищный недостаток, а система в общем становится несбалансированной с значительными диспропорциями. Причиной такого хода развития событий является действия ЦБ и только ЦБ. В России в принципе достаточно валюты, даже при закрытых рынках капитала. Но валюта не циркулирует в системе в полной мере из-за кризиса доверия. Лимиты закрывают даже свои участники, при этом каждый старается запастить валютой по полной программе. 4. Осознавая еще в марте, что на рубль будет предпринята масштабная спекулятивная атака, в том числе со стороны иностранных счетов (в первую очередь провокации США), то вновь ничего не было сделано для выстраивания эффективной линии обороны с целью защиты от спекулятивных атак. По рынку деривативов. Самый эффективный и давно проверенный способ. Временное повышение ГО на фьючерсном рынке вплоть до 50% или даже 100% от стоимости базового контракта, чтобы сбить маржинальные позиции с рынка. В нормальной ситуации ГО колеблется от 4 до 6%, сейчас около 12% По спотовому рынку. Введение временных ограничений (в первую очередь для банков) на непокрытые валютные позиции:  Без хэджирования валютного риска Без обеспечения исполнения торговых контрактов Без обеспечения долговыми позициями (необходимости погашать долг) Без обеспечения инвестиционными контрактами Без обеспечения потребностями клиентов. Без обеспечения финансирования конкретных проектов Валютные ограничения  для блокировки спекулятивной игры наиболее сложный механизм, т.к. сложно создать понятные правила функционирования, которые можно эффективно контролировать. Сложно сепарировать спекулятивное наращивание позиций от обычного приращения. Здесь необходимы различные инструменты и механизмы тонкой настройки рынка. Но интервенции, даже внезапные не дадут эффекта, если весь рынок будет играть против ЦБ, а провоцировать игры «у кого больше денег» глупо и бессмысленно. Т.е. контроль за спекулятивными операциями в нынешних условиях крайне необходим, чтобы беспощадно карать любые структуры, подрывающие устойчивость системы. Спекулянты – они как акулы. Если чувствуют кровь, то раздерут в клочья. Это их работа. ЦБ РФ стал кровопусканьем заниматься в последнее время, показывая свои слабость, некомпетентность и не способность адекватно и быстро оценивать ситуацию. Т.е. условия под рост инфляции и неконтролируемый обвал рубля создал ЦБ. В полной мере, здесь нет никаких сомнений. Спекулянты лишь функционируют в той среде, в какой позволено функционировать.  Задачей ЦБ является контроль над условиями среды. Вот расплата, которую все несут после назначения дилетантов в финансовой сфере (Юдаева и Набиуллина), т.е. людей, не имеющих достаточного опыта функционирования в финансовой среде и управления денежными потоками. Я изначально с очень большим недоверием воспринимал назначение Нибиуллины, т.к. считал ее, как теоретика, а не практика. Т.е. следовать по инструкциям из книжек и методичек она может, а адекватным и быстрым решениям в условиях хаоса не приспособлена. Нет достаточной квалификации работы в условиях финансовой нестабильности, где нужны нестандартные решения, которых нет в книжках. Одно дело делать абстрактные макроэкономические прогнозы в МЭР, другое дело управлять ЦБ, где решения необходимо принимать за несколько секунд. Получается, что Набиуллина похожа на студентку, которая панически бегает по этажам ЦБ, спрашивая у коллег, что делать и как быть. Учится по ходу движения. По крайней мере, это следует из хронологии принятия решений, которые запоздалые, половинчатые и далеко не всегда адекватны рыночным реалиям. При этом цена учебы Набиулинны слишком высока для экономики и финансовой системы. Как минимум прямой ущерб на 30 млрд от бездарных интервенций в октябре получен. Что касается фундаментальной обоснованности курса рубля. То при текущих ценах на нефть, структуры платежного и валютного баланса, сбалансированный курс около 37-38. Все, что выше – вызвано шоком, паникой и спекулятивными атаками. Т.е. 37-38 – это уровень, где окажется рубль при ценах на нефть в 85-90 после балансировки валютных долгов и устранения дефицита валюты и ликвидности. Но обо всем этом в отдельных статьях. 

02 октября 2014, 00:10

Речь Президента Аргентины Кристины Фернандеc

Оригинал взят у sajjadi Мои дорогие друзья, На фарси есть такая пословица: «Солнце не вечно будет закрыто облаками». Это значит, что все время скрывать правду невозможно и, раньше или позже, ложь и обман исчезнут, и всюду воссияет свет истины. Годами западные и сионистские СМИ обвиняли Иран во взрыве, произошедшем в здании Еврейского культурного центра в Буэнос-Айресе в 1994 году. Теперь вы видите, как на это смотрит Президент Аргентины Кристина Фернандеc– и как Запад собрал все силы, чтобы представить Иран в качестве страны-террориста. А сегодня, когда Президент пострадавшей страны сказала свое веское слово – все они молчат. Здесь приведен фрагмент речи Президента Аргентины Кристины Фернандеc в ООН. Она говорила в прямом эфире, и большая часть новостных агентств внезапно прервала трансляцию на этом месте: -- «Год назад мы собрались здесь, и вы говорили, что Башар Асад – террорист, а оппозиционеры – это революционеры. Сегодня же мы собрались тут, чтобы уничтожить тех же самых «революционеров», потому что вдруг оказалось, что они-то и есть террористы! -- «Хезболла» некогда входила в список террористических организаций. Но позднее выяснилось, что она является крупной политической партией. Вы обвиняете Иран в подготовке взрыва в Еврейском культурном центре в Буэнос-Айресе. Но теперь наше расследование доказало, что Иран никак не был к этому причастен. После терактов 11 сентября вы объявили войну против терроризма Аль-Каиды. И под этим предлогом отправились в Ирак и Афганистан, где творили, что хотели. До сих пор обе эти страны глубоко страдают от терроризма и жалуются на свои невзгоды. -- Было ясно, что идут бомбардировки Газы и начатая Израилем война ужасна, множество палестинцев убито. Но несмотря на все это, вас волновали лишь несколько ракет, взорвавшихся в Израиле и не нанесших практически никакого вреда. -- Сегодня мы собрались здесь, чтобы подписать международную резолюцию, осуждающую ИГИЛ, чтобы объявить ему войну. Но все мы знаем, что ИГИЛ поддерживает множество крупных, известных стран – все они вам известны – и дружит с множеством членов ООН». 

22 августа 2014, 02:12

Стиглиц: Аргентина стала жертвой фонда-стервятника

Курс валюты национальной валюты Аргентины продолжает стремительно обесцениваться. Курс песо по отношению к доллару США снизился на 3,2% до рекордно низкого уровня 14 песо за доллар.

01 августа 2014, 20:48

Аргентина не плачет по дефолту

Президент Аргентины Кристина Фернандес де Киршнер выступила со специальным обращением к нации по ситуации с экономическим положением в стране. На этой неделе истек срок выплаты Буэнос-Айреса по госдолгу. Платеж заморозил американский судья. Президент Аргентины подчеркнула: Буэнос-Айрес готов к переговорам, но не пойдет на поводу у Соединенных Штатов.

21 июля 2014, 07:58

Китай и Аргентина заключили мультимиллиардные сделки

Аргентина и Китай заключили в ходе официального визита в Буэнос-Айрес председателя КНР Си Цзиньпина сразу 19 соглашений на общую сумму $7,5 млрд.  Фернандес де Киршнер и Си ЦзиньпинПрезидент Аргентины Кристина Фернандес де Киршнер и Си Цзиньпин провели встречу в ходе которой и были подписаны соответствующие соглашения. Прежде всего стоит отметить соглашения о строительстве в провинции Санта-Крус двух крупнейших гидроэлектростанций "Нестор Киршнер" и "Хорхе Сеперник". Общая мощностью должна составить 1740 МВт, а сам проект оценивается в $4,7 млрд. Еще одно крупное соглашение касается модернизации самой масштабной в Аргентине сети железнодорожных грузовых перевозок "Бельграно Каргас". Договоренность должна позволить восстановить 1,5 тыс. км железнодорожных путей, закупить новые локомотивы и вагоны, а также отремонтировать старые. Страны также подписали соглашение о всеобъемлющем стратегическом партнерстве и дальнейшем налаживании двусторонних экономических связей. Председатель КНР Си Цзиньпин выразил уверенность в том, что подписанные договора будут способствовать экономическому развитию Аргентины. Стоит также отметить, что главы государств подписали соглашение о валютных свопах на сумму $11 млрд, то есть двухсторонняя торговля будет осуществляться в национальных валютах, что будет способствовать стабильности курсов валют. Напомню, что взаимоотношения КНР и Аргентины развиваются достаточно давно и вполне успешно. Так, Китай является вторым после Бразилии торговым партнером Аргентины, а товарооборот составляет $14,8 млрд. Китай является крупнейшим потребителем сельскохозяйственной продукции Аргентины, а также третьим по объему источником инвестиций для этой южноамериканской страны. Аргентина на грани банкротства Напомним, что экономика Аргентины находится в крайне тяжелом состоянии, к тому же над страной вновь нависла угроза дефолта. Случилось это после того, как американские хедж-фонды выиграли судебное дело, согласно которому страна должна сначала выплатить им полную стоимость облигаций, по которым в 2000-х Аргентина объявила дефолт. Тогда ряд хедж-фондов не согласились на реструктуризацию, а теперь Американский суд постановил, что пока страна не расплатится с фондами, она не сможет выполнять свои обязательства по остальным облигациям. На этом фоне финансовые сливания Китая в экономику Аргентины выглядят буквально как спасательный круг. Политика Аргентина находится в тяжелом экономическом положенииГлавы государств выразили свою точку зрения по поводу крушения лайнера малайзийских авиалиний на территории Украины. Китай и Аргентина призывают объективно расследовать авиакатастрофу. Напомним, самолет летел из Амстердама в Куала-Лумпур. По словам Киршнер, необходимо провести скорое и объективное расследование, чтобы установить, что же произошло на самом деле. Си Цзиньпин в свою очередь заявил, что опечален произошедшим и считает необходимым как можно быстрее провести справедливое и объективное расследование с тем, чтобы выявить факты и правду об аварии.

06 июля 2014, 16:00

Путин решил плотно обосноваться «на заднем дворе» США

Как пишет L’Humanité, Владимир Путин разворачивает интенсивную экономическую и политическую деятельность в Латинской Америке, «бывшем заднем дворе» Вашингтона. Описывая предстоящее турне российского президента, французское издание подчеркивает: налаживание связей между странами БРИКС приведет к тому, что судьба мира теперь будет решаться не только в США и Брюсселе.  После того как Россия подписала стратегические соглашения с Китаем и некоторыми другими азиатскими странами, Москва продолжает укреплять сотрудничество со странами БРИКС и при этом разворачивает интенсивную экономическую и политическую деятельность в направлении Южной Америки. «Путин решил обосноваться на заднем дворе янки», - пишет L’Humanité. И это, отмечает автор статьи, вряд ли обрадует западных лидеров. Москва объявила о списании Кубе 90% долга и инвестировании оставшихся 10% долга в Кубу. Правительство России передало Думе законопроект, согласно которому Гаване простят 31,7 из 35,2 миллиардов долларов. На следующей неделе Владимир Путин начнет турне по латиноамериканским странам. Прежде всего он посетит Кубу. Второй остановкой президента России будет Буэнос-Айрес.Главной темой переговоров с президентом Аргентины Кристиной Киршнер станет экономическое и военное сотрудничество. Путин в начале недели заявлял, что рассчитывает «подробно обсудить весь комплекс актуальных вопросов двусторонней и международной повестки дня, наметить совместные взаимовыгодные проекты в энергетике, в том числе в сфере мирного атома, машиностроении, военно-техническом сотрудничестве», напоминает издание. Третий этап - Рио-де-Жанейро. Путин будет присутствовать на финале чемпионата мира по футболу и также примет участие в церемонии передачи прав на проведение следующего чемпионата. Четвертая остановка – Форталеза на северо-востоке Бразилии, где 15 июля пройдет шестой саммит стран БРИКС. После этой встречи будет объявлено о создании Банка развития, главной целью которого будет финансирование совместных проектов. Стартовый капитал составит 50 миллиардов долларов, а антикризисный фонд – 100 миллиардов долларов. Некоторые источники утверждают, что в БРИКС могут принять Аргентину, пишет L’Humanité. Теперь будущее мира решают не только США и ЕС, пишет французское издание. Россия, Китай, Индия, ЮАР, Бразилия и другие развивающиеся страны занимают все более важное место в мире, заключает французское издание. rt.com 

23 марта 2014, 13:58

Батька одобряет!

 Президент Белоруссии Александр Лукашенко сегодня фактически признал вхождение Крыма и Севастополя в состав России и открыто поддержал это вступление, назвав его свершившимся фактом. "Де-факто Крым стал частью России. Ситуация развивается де-факто. И мы будем с РФ. "Что будет де-юре — это будет потом", Спасибо Батька, мы в тебе и не сомневались! http://www.voicesevas.ru/2014/03/blog-post_2215.html - цинк PS. Собственно, уже сейчас потихоньку тянется волна фактических признаний крымских событий. Заявления в нашу пользу делали лидеры Армении, Аргентины, Белоруссии. В конечном итоге, ситуация действительно развивается де-факто, так как де-юре прежнего мироустройства, сейчас распадается вместе с самим мироустройством. Полагаю, что официально вхождение Крыма в состав РФ в ближайшие 2-3 года признает так или иначе порядка 20-30 стран. 

06 февраля 2014, 12:55

Валютное танго

Как-то так получалось, что этот журнал уделял не так много внимания событиям в Аргентине. Это незаслуженное упущение стоит срочно восполнить, тем более что события последних дней там интересны и поучительны. То, что аргентинская валюта стремительно дешевеет, как и валюты других развивающихся стран, известно. То, что правительство страны пытается удержать свою валюту на плаву, вполне логично. То, что оно приукрашивает свои статистические данные и информацию о своих валютных резервах, удивления не вызывает. Все довольно обыденно.  И посреди всего этого разгула демократии с севера вдруг раздается глас рыцаря на белом коне, утверждающего, что все в Аргентине не так хорошо, как рисуют власти, и эти сообщения о валютных резервах страны вызывают сомнения в «честности» правительства и вообще это все «очень, очень плохая идея», поскольку подрывает доверие. Упрек вполне справедливый, если бы не одно «но». В качестве критика Аргентины выступил банк JPMorgan. Нет особых сомнений, что этот банк с его богатейшим опытом и совершенно-таки незапятнанной кристальной репутацией прекрасно знает, о чем говорит. Дальше события начали развиваться довольно быстро. Не успела эта критика прозвучать, как Аргентина приняла закон об ограничении до 30% доли составляющей в иностранных валютах в балансах банков. Ограничение на объемы валютных фьючерсов составило 10%. Однако в силу это решение вступает не немедленно, как можно было бы ожидать, а с 30 апреля 2014 года. Вероятно, власти страны оценивают свое положение с валютой несколько иначе, чем это видится с севера JPMorgan-у. И тут, наверняка по совершенно случайному совпадению, в столице Аргентины Буэнос-Айресе на складе компании Iron Mountain, штаб-квартира которой располагается в Бостоне, случился сильный пожар. Его причины пока неизвестны, но известно, что в его результате погибли девять пожарных, семь человек пострадало, а двое пропали без вести. Потребовались часы, чтобы в здании, вроде как оборудованном многочисленными противопожарными датчиками и совершенными системами пожаротушения, которые способны обнаружить и потушить огонь, не повредив важные документы, поставить разбушевавшееся пламя под контроль. Погибла масса документов, включая архивы банковской системы страны… В общем, все (или почти все) пропало… Могу ошибаться, но произошедшее напоминает историю с одним некогда известным российским банком, перевозившим на грузовике свои архивы. Машина загорелась, и все архивы естественно сгорели дотла. Ничегошеньки не осталось. Пожар, на мой взгляд, мог быть выгоден как правительству, так и банкирам, ведь теперь можно заново писать историю практически с чистого листа, и кто оказался в большем выигрыше в его результате, судить довольно сложно. Что-то подсказывает мне, что в дальнейшем мы еще увидим не одно подобное совпадение, причем в отличие от Аргентины они будут происходить уже в промышленно-развитых странах. Да, кстати. Не все так плохо в Аргентине, как может казаться на первый взгляд. Вот, например, фондовый индекс MERVAL практически неуклонно растет с 2011 года. И в этом он вполне схож с американскими фондовыми индексами. И если не обращать внимания на продолжающееся обесценивание местной или мировой резервной валюты, то все хорошо. И в отдельной стране, и в мире в целом. Главное, чтобы бумажные индексы росли, не так ли? А валюта, ну, что валюта… Сколько потребуется, столько и напечатают. Что в Аргентине, что в США. 

05 февраля 2014, 09:15

Хроники лопающихся пузырей

Эпоха Бернанке закончилась и конец достаточно трагический – пузыри надули, а что делать не знаем ) По сути все, чем занимался ФедРезерв последние 2 года – это раллировали до абсурда все, что только возможно. При этом ретировался Бернанке как то тихо, без публичных почестей, делая вид, что ему безумно стыдно за то, что произошло. Вполне возможно... Почти не осталось людей, которые воспринимали бы текущую обстановку, как нормальную и стабильную. Как изменились фондовые рынки за последнее время? С момента начала QE3 в сентябре 2012 сильно вырос далеко не только американский рынок +22.8% к 4 февраля 2014. Ниже изменения рынков, пересчитанные в доллары для корректности сопоставления.  Среди высококапитализированных: Япония + 21.6% в долларах, Еврозона +23.9%, Швейцария +30.2%, а наиболее масштабное падение у Бразилии (-32.4%), Турции (-25.8%), Индонезии (-17.9%), России (-11.9%) В таблице красным цветом развивающие страны и изменение фондовых индексов от текущего значения к выбранной дате в %. Сортировка по сентябрю 2012.  Две дополнительные даты: июль 2011 – как момент сильной раскорреляции активов и август 2010 – время перед объявлением намерений на QE2. Собственно, вполне отчетливо видна закономерность, что наиболее масштабный вывод средств происходил из развивающихся рынков, а направляли ликвидность в четыре валютные зоны – доллар, евро, иена, фунт, что находило отражение в весьма безрассудной росте рынков. Интересно, что в $ бразильский рынок за 2 года почти в два раза завернулся.  А вот начало 2014 года стало самым слабым с 2008 года, где упали почти все рынки. 2014 год, чем то напоминает события 6 летней давности, в особенности тем, насколько демонстративно перед этим рынки игнорировали зловещие сигналы из реального мира и обновляли максимумы до самой последней возможности. Если в нац.валюте считать, то худший старт в Японии (-14%) и Бразилии (-9%).  Из 39 выбранных стран 30 в минус. В следующей таблице текущее значение рынков к 20 летнему максимуму, 5 летнему (посткризисному), к макс.значению за год, к минимуму кризиса и мин.за год.  Фондовые рынки 12 стран переписали исторические максимумы в период новой реальности (с 2009 года). Из крупных это США, Германия. Сейчас на хаях Аргентина, но в долларах индекс падает ) Рынки 7 стран находятся в пределах 5% от годовых минимумов. Ближе всего к минимумам Сингапур и Чили. Снижение индекс более, чем на 10% от годовых максимумов в 10 странах. Наибольшее снижение в Турции, Перу, Украине. Максимальное восстановление от кризисного дна в Аргентине, Индонезии, Турции, Дании и России. От 5 летних максимумов обвал более, чем на 15% в 13 странах. Хуже всех в Греции, Украине, Китае. 9 рынков в настоящий момент ниже более, чем в два раза от докризисных максимумов, в том числе Португалия, Ирландия, Италия. Рынок Греции в 5 раз ниже пиков, Украины почти в 4 раза, Китай в 3 раза. США, Германия, Англия, Норвегия, Швеция, Дания, Южная Африка менее, чем в 7% от исторического максимума 

24 января 2014, 07:08

Аргентинский песо рухнул на 13% за два дня

Аргентинский песо опустился до минимума за 12 лет, после того как Центральный банк страны принял решение сократить интервенции на фоне сокращения золотовалютных резервов до семилетних минимумов.  Только за последние два дня курс песо упал почти на 13% до отметки 7,85 за доллар. Вот таким образом рынок отреагировал на отказ монетарных властей от привычной политики - продажи долларов для регулировки курса местной валюты. Президент страны Кристина Фернандес де Киршнер, которая 6 мая прошлого года заявила, что правительство не будет девальвировать песо, теперь вынуждена отказаться от своих слов. Ее главной целью на данный момент является сохранение золотовалютных резервов, истощившихся на 31% до $29,4 млрд на фоне инфляции в 28%. Курс песо потерял 25% - максимальное падение из всех мировых валют, отслеживаемых Bloomberg.

29 августа 2013, 13:17

Тысячи аргентинцев протестуют против разработки месторождений сланцевого газа американской компанией

В аргентинской провинции Неукен акции протеста против разработки месторождений сланцевого газа американским энергетическим гигантом Chevron переросли в столкновения с полицией. Демонстранты собрались около здания местного конгресса с требованиями отменить сделку, так как она создает угрозу окружающей среде. Полиция была вынуждена применить слезоточивый газ для разгона протестующих. Подписывайтесь на RT Russian - http://www.youtube.com/subscription_center?add_user=rtrussian RT на русском - http://russian.rt.com/ Vkontakte - http://vk.com/rt_russian Facebook - http://www.facebook.com/RTRussian Twitter - http://twitter.com/RT_russian Livejournal - http://rt-russian.livejournal.com/

07 июня 2013, 11:40

Серые волки и коричневые рейхи

Андрей Фурсов. Тайная история послевоенного мира. Статья представляет собой обзор точек зрения ряда исследователей. В случае, когда автор обзора выска­зывает свою точку зрения, это специально оговаривается.Авторы «Серого волка» сходу огорошивают читателя (разу­меется, не очень подготовленного), причем не один раз. Во-первых, они уверенно утверждают: «...в конце Второй мировой войны Адольф Гит­лер, величайший злодей в истории, сбежал из Германии и остаток жиз­ни провел в Аргентине; его замести­тель по партии рейхсляйтер Мартин Борман и Генрих "гестапо"-Мюллер, ключевая фигура в разработке плана "окончательного решения еврейского вопроса", также избежали наказания и присоединились к нему в Аргенти­не. Не менее вопиющий факт: Амери­ка и Британия способствовали побегу сотен бывших нацистов, таких, как ученый-ракетчик Вернер фон Браун и садист-эсэсовец Клаус Барбье, из­вестный как Лионский Мясник. В по­слевоенные годы оба они работали на правительственные службы США, остальным же просто позволили из­бежать судебного преследования и поселиться в разных отдаленных уголках планеты» (P. XIX).Во-вторых, авторы фиксируют тот факт, что, несмотря на все разговоры о том, что Гитлер покончил жизнь са­моубийством, однозначных (в юри­дическом смысле) доказательств нет. ДНК-экспертиза фрагмента «черепа Гитлера» показала, что он принадле­жал женщине 30—40 лет (но не Еве Браун). Уже доказано, что «труп Евы Браун» не имеет никакого отношения к Еве Браун; «фото еще не сожженно­го "трупа" Гитлера с пулевой раной на лбу широко распространялось после войны. Ныне считается, что это ско­рее всего повар из бункера, отдаленно напоминающий Адольфа Гитлера. Это было одно из, по крайней мере шести, тел "Гитлера", переданных советским представителям, причем ни одно из них не имело следов огня»ДНК-тест скелета Бормана, обнару­женного близ рейхс­тага, показал (об этом сообщили офи­циальные власти), что он принадлежит кому-то из его стар­ших родственников; а «кости Мюллера», эксгумированные в 1963 году, принад­лежат вообще трем разным людям. В то же время есть нема­ло свидетельств лиц, видевших фюрера и Еву Браун после вой­ны. Но похоже, это мало кого интересу­ет — как и тот факт, на который указыва­ют авторы: «В ФБР во времена директора Джона Эдгара Гувера хранились данные о каждом случае появления Гитлера вплоть до 1960-х годов» (P. XXIV).А вот свидетельств о том, что он вовсе не собирался кончать жизнь самоубийством и готовился к бегству, хватает. Например, Леон Дегрель после окончания войны рассказывал, что посещал Гитлера за день до того, как в Берлин вошли русские, и фю­рер активно готовился к побегу. Леон Дегрель — человек весьма информи­рованный. Несмотря на звание всего лишь штандартенфюрера СС, этот бельгиец был последним, 12-м ры­царем внутреннего (руководящего) круга СС («Орден Черного Солнца») и «по совместительству» возглав­лял партию рексистов. Незадолго до своей смерти (1975) Отто Скорцени именно Дегрелю и капитану I ранга ВМС Италии «черному князю» Вале-рио Боргезе делегировал свои пол­номочия по руководству тайными структурами «неви­димого рейха»2.Оба эти пер­сонажа не только колоритны, но и (особенно Боргезе) хорошо иллюстри­руют смычку меж­ду послевоенным фашизмом и анг­ло-американскими элитами, а потому об этих личностях, сде­лав небольшое от­ступление, надо ска­зать несколько слов. Дегрель после вой­ны неоднократно говорил, что, вторг­нувшись в СССР, вер­махт, вопреки ожи­даниям, столкнулся не с азиатами, а с са­мыми настоящими арийцами. Рассказы­вают, что в кабинете Дегреля после войны висели карти­ны, изображающие немца и русско­го — двух блондинов с голубыми гла­зами, сошедшимися в смертельной схватке. Дегрель выражал сожаление, что два «братских северных народа» уничтожали друг друга — не в первый раз, добавлю я, и вина за это лежит на не вполне «северных» по генетике и даже по внешности руководителях Третьего рейха и подталкивавших их к агрессии против СССР англосак­сах — которым после окончания вой­ны служил Дегрель.«Черный князь» Юнио Валерио Боргезе — значительно более злове­щий персонаж, одна из важнейших фигур в фашистской системе Ита­лии. В 1945 году американский раз­ведчик Дж. Энглтон спас Боргезе как минимум от тюрьмы, и организатор морского спецназа (Х МАБ) Италии Муссолини, офицерский состав ко­торого практически полностью был представлен выходцами из знатных итальянских семей, начал верно слу­жить США и возглавлявшимся аме­риканцами наднациональным струк­турам мирового управления3. Сам Боргезе — представитель одного из знатнейших итальянских родов, тес­но связанного с аристократическими фамилиями Паллавичини, Колонна, Орсини, профашистскими элемен­тами Ватикана и военно-религиоз­ным Мальтийским орденом. Именно Боргезе играл активную роль в «на­товском бюро убийц» — официально созданной в 1956 году структуре «Гла-дио» («Gladio» — «Меч»), специализи­ровавшейся на политических убий­ствах и инкогнито направлявшей деятельность правых и левых (вклю­чая «Красные бригады») террористов. После неудавшейся попытки правого переворота в Италии в 1970 году Бор-гезе бежал в Испанию, где установил тесный контакт со Скорцени. Таким образом, выстраивается линия: Ален Даллес (ЦРУ, США) — Боргезе (Ита­лия, НАТО, европейские католическая и финансовые корпорации) — Чет­вертый рейх, то есть нацисты. Имен­но младший Даллес играл одну из главных ролей во включении бывших нацистов в американские и натовские разведывательные структуры. Но вер­немся к «самоубийству» фюрера.Со временем стало выявляться, что показания «свидетелей» самоубийст­ва Гитлера мало чего стоят. Опираясь на свои исследования, а также рабо­ты Е. М. Ржевской, А. Иоахимстиллера, В. Мазера, В. А. Брюханов писал: «По­нятно, что Гитлер имел совершенно законное право побеспокоиться о своей жизни и здоровье чуть больше, чем это делали непосредственные руководители государств антигитле­ровской коалиции вместе со всеми их многочисленными советниками и профессиональными убийцами, столь трогательно заботившимися о Гитле­ре вплоть до самого конца войны!Гитлер и побеспокоился — об этом свидетельствовал известный персо­наж, прославившийся своими запу­танными и противоречивыми при­знаниями и показаниями, зубной техник Фриц Эхтман.В мае — июне 1945 года он "опоз­нал" "труп Гитлера" по якобы изготов­ленным им самим зубным протезам, которых он на самом деле не мог из­готавливать — они были сделаны и установлены за несколько лет до его появления в окружении Гитлера.Затем к лету 1947 года Эхтману уже основательно надоело сидеть в совет­ской тюрьме, и он начал осторожно, но очень прозрачно намекать на то, что еще в январе 1945 года получил четкое задание на изготовление дубликатов искусственных зубов Гитлера для по­следующей их установки его двойнику.Но политическая конъюнктура складывалась так, что никто в этих от­кровениях Эхтмана тогда не нуждался, и пришлось ему посидеть еще немало лет, а потом, позднее, возник спрос на совсем другие его показания — и уж он постарался не подкачать, сно­ва доказывая, что в 1945 году опознал труп подлинного Гитлера, а потом вновь стал сеять в этом сомнения! Что сделаешь, если жизнь прирож­денных или воспитанных лжесвиде­телей обычно далека от безмятежно­сти, покоя и комфорта и, главное, от последовательности!..»4.Зададимся вопросом: если Гитлер действительно уцелел, то могли ли об этом не знать лидеры держав — чле­нов антигитлеровской коалиции? Не могли. Кстати, они никогда не утверж­дали, что у них есть доказательства смерти «Алоизыча». Сталин в Потс­даме (17 июля 1945 года) настаивал, что Гитлеру удалось скрыться; Жуков (6 августа 1945 года): «Опознанного трупа Гитлера мы не нашли»; Эйзен­хауэр (12 октября 1945 года): «Есть все основания утверждать, что Гитлер мертв, но нет ни малейшего прямого доказательства этого факта».В-третьих, С. Данстен и Дж. Уильямс подчеркивают (и убедительно доказывают этот тезис содержанием своей книги), что «побег Гитлера из Берлина. на удивление хорошо задо­кументирован» (P. 249).Думаю, если предположить, что мировые лидеры знали, что Гитлер жив (они ни разу не позволили себе прямо сказать, что он мертв), и при этом не предприняли мер к его поим­ке, значит, речь должна идти о молча­ливом согласии или просто о сговоре, или, если угодно, о договоренности. Гитлеру могли позволить уйти в будто бы небытие — в обмен на что-то, на какие-то козыри, которые фюрер вы­ложил на стол.1«Козыри» эти были представле­ны как «кнутом», так и «пряником». «Кнут» — угроза подвергнуть бомбар­дировке новым оружием восточное побережье США, и есть сведения, что демонстрация была проведена (аме­риканские власти представили ее как взрыв снаряда, или снарядов, непо­далеку от Нью-Йорка). Но «пряники» были значительно мощнее. Речь идет о трех вещах.Первое: часть награбленных бо­гатств. Американцы захватили только «золото рейха» (около 20 процентов общих «запасов»), которым профи­нансировали план Маршалла, но не нашли «золото партии», которым ве­дал обергруппенфюрер СС Франц Шварц, и «золото СС». Ограбление Европы было одной из составляющих гитлеровской политики в частности и Второй мировой войны вообще. Впрочем, по некоторым сведениям, военно-морская (sic!) разведка Герма­нии еще в 1931 году составила спи­сок крупнейших государственных и частных коллекций произведений искусств, антиквариата и нумизмати­ки в Европе. После оккупации нужно было только подгонять грузовики по означенным адресам. «История Второй мировой войны, — пишет А. Мосякин, — это не только вполне изученная картина военных дейст­вий, но и еще не вспаханная целина бесконечных перемещений, насиль­ственных изъятий и гибели культур­ного и исторического наследия целых народов. Под грохот пушек творился вселенский "круговорот сокровищ". Эшелонами из одних мест в другие вывозились произведения искусства, ценности дворцов, музеев, церквей и библиотек, частные и государствен­ные архивы, имущество граждан. Сна­чала народы большинства европей­ских стран ограбили гитлеровцы и их приспешники, а потом награбленное ими "прихватизировали" победите­ли. И здесь надо отчетливо понимать, что за этим стояло не примитивное воровство (хотя и оно имело место), а нечто гораздо большее. Еще Гитлер хотел использовать награбленные им ценности как инструмент в будущих мирных переговорах. Об этом пи­шет в своих мемуарах Альберт Шпе-ер, о том же есть документы в архиве Г. Штайна». В данном контексте важ­но, что Гитлер изначально собирался использовать награбленное в качест­ве «гирьки» на весах мирных перего­воров. А грабили немцы системати­чески и в огромных масштабах. Этим занимался Оперативный штаб под руководством рейхсляйтера Альфре­да Розенберга (Einsatzstab Reichsleiter Rosenberg fur die Besetzen Gebiete — ERR). Не говоря уже о том, что наци­сты опустошили центральные банки всех захваченных стран.Второе, и это очень важно, «козы­рем» мог быть убойный компромат на мировую верхушку, нарытый немец­кой разведкой и агентурой влияния в 1920-х — первой половине 1940-х годов.Третье — часть технических до­стижений рейха (патенты, техноло­гии), который по ряду направлений обогнал СССР и США на десятилетия. По мнению К. П. Хидрика, одним из объектов технического отступного, переданного Борманом американ­цам, могли быть уран и взрыватели для атомных бомб, сброшенных в августе 1945-го на Хиросиму и На­гасаки. В истории с Манхэттенским проектом есть одна загадка: амери­канцам еще в начале 1945 года ката­строфически не хватало урана, и они никак не могли произвести хорошие взрыватели — а в августе они уже сбрасывали атомные бомбы на япон­ские города. В работе «Критическая масса: как нацистская Германия от­дала обогащенный уран для созда­ния американской атомной бомбы» К. П. Хидрик пишет, что бомба «Little boy», сброшенная на Хиросиму, со­держала 64,15 килограмма обога­щенного урана — это практически все, что было произведено с сере­дины 1944 года в США (в Оук Ридж, Теннеси), для второй бомбы урана не было — но бомба появилась.Загадка разрешается, если пред­положить, что уран и взрыватели были переданы американцам в об­мен на отказ от преследования по­сле войны. Есть ли свидетельства в пользу такого предположения? Це­лый ряд исследователей, включая К. П. Хидрика (его работа основана на документах Национального ар­хива США), Дж. Фаррелла, Дж. Мар-рса, Х. Стивенса и других считают, что есть. Главную роль в истории с передачей урана играла подводная лодка U-234. Она отплыла из Киля в марте 1945 года. На борту находи­лись изобретатель взрывателя для атомной бомбы доктор Хайнц Шли-ке, два японских офицера — полков­ник ВВС Гэндзо Сёси и капитан ВМС Хидео Томокага, — а также 240 мет­рических тонн груза, включая два разобранных истребителя МЕ-262, взрыватели и десять позолочен­ных цилиндров с 560 килограмма­ми окиси урана (этого хватило бы для восьми бомб типа той, что была сброшена на Хиросиму; у самих аме­риканцев едва хватило на одну).Использование позолоченных цилиндров свидетельствует о том, что речь идет о высокообогащенном уране-235: золото — эффективная защита от радиации. Члены коман­ды посмеивались над японцами, под руководством которых вносили груз, замаркированный «U-235», полагая, что те перепутали номер подвод­ной лодки (U-234). Но путаницы не было: маркировка «U-235» означала уран, который предназначался для японцев и их бомбы. Однако 14 мая 1945 года U-234 получила из Берли­на приказ (реально его в это время мог отдать только Борман) сдаться американцам; узнав о сдаче, японцы покончили жизнь самоубийством и были похоронены в море. Когда аме­риканцы официально предъявили захваченный груз морскому ведом­ству, в нем отсутствовали оба истре­бителя и 70 тонн груза.Уран-235 — далеко не единствен­ный научно-технический «объект» для обмена, который могли предло­жить нацисты; были и другие, не го­воря уже о «ненаучно-технических» (в том числе сведения о том, где спрятаны бесценные предметы ис­кусства).Размен части активов, техники и компромата на жизнь и послевоенное функционирование верхушки рейха в заранее созданных структурах, ра­зумеется, аморален, но политически мог выглядеть весьма целесообраз­но в глазах всех участников сделки, особенно если учесть интерес аме­риканцев к использованию нацистов против СССР. Не надо забывать и тот факт, что Третий рейх был бруталь­ным экспериментом по созданию нового мирового порядка, в котором была заинтересована западная эли­та в целом (отработка управления большими массами оболваненного населения, двухконтурная система власти — партия и неоорден СС, жест­кий социальный контроль и т. д.), и одновременно бизнес-проектом этой элиты. Достаточно взглянуть на связи американских и немецких финанси­стов и промышленников, на «ИГ Фар-бениндустри». Если сделка, о которой идет речь, состоялась — а похоже, так оно и было, — журналисты и ученые всех стран, обслуживающие свои вер­хушки, должны были «убедительно доказывать», что Гитлер мертв, выпол­няя установку тех, кто знал правду и условия ее рождения. Если бы люди узнали, что победители Зла пошли с ним на сделку, разрешив тому, кого за­клеймили как «преступника № 1 всех времен и народов», жить спокойно и в комфорте, в то время как его бли­жайшее окружение (а по сути и его, заочно) судили в Нюрнберге, то об­нажившаяся правда вызвала бы гран­диозный скандал и оборвала бы мно­гие карьеры. Ведь сказал же как-то А. А. Громыко, что если бы мир узнал правду о реальности, то он взорвал­ся бы. Поэтому фюрер должен был считаться мертвым: «Следствие окон­чено, забудьте». И наука, а также жур­налистика — продажные или просто недалекие — работали на эту «забыв­чивость».Однако, как ни прячь, следы все­гда остаются — их нужно уметь най­ти. Как говорил герой романа «Вся королевская рать» губернатор Вилли Старк, «всегда что-то есть. Человек за­чат в грехе и рожден в мерзости, путь его — от пеленки зловонной до смер­дящего савана. Всегда что-то есть. Нужно только копнуть». Или: «Кто не слеп, тот видит», — говорил уже не ли­тературный, а реальный герой — Лав­рентий Берия.Вот как увидели бегство Гитлера С. Данстен и Дж. Уильямс, которые, используя воспоминания участни­ков и некоторые документы, прошли по следам фюрера. Далее по ссылке.Выскажу предположение: возмож­но, Гитлер действительно умер в 1962 году, но возможно и другое — оче­редной обрыв следа. Наконец, есть у меня сомнение и по поводу того, что в Латинской Америке жил Гитлер, а не двойник. Хотя сделка с мировой (пре­жде всего американской) верхушкой и могла быть заключена, Гитлер ни в коем случае не должен был верить янки. А потому скорее всего раньше или позже он должен был задейство­вать двойника. По логике, в Барилоче должен был постоянно проживать именно один из двойников, а Гитлер, сделав пластическую операцию, мог жить где-то еще, причем скорее всего не в Аргентине, Парагвае или на Маль­дивских островах, а в Европе — в Ав­стрии или Баварии: «Где умный чело­век прячет камешек? Среди камешков на морском берегу» (К. Г. Честертон), то есть там, где заведомо не будут ис­кать, тем более зная, что фюрер жи­вет в Барилоче. Ведь заявил же в 1943 году Карл Дениц: «Подводный флот Германии может гордиться тем, что участвовал в создании рая на земле, неприступной крепости для фюрера в одном из уголков земного шара».Что касается Бормана, Мюллера и Каммлера, то с доказательствами их смерти дело обстоит совсем плохо. Обенгруппенфюрер СС Ганс Каммлер, под контролем которого находились все важнейшие работы рейха по со­зданию сверхоружия, а также тяжелая дальняя транспортная авиация (не­сколько Ju-290 и два огромных Ju-390, «один из которых, согласно Агостону, 28 марта 1945 года совершил перелет в Японию через Северный полюс»8), просто исчез — вообще, исчез с кон­цами. Мюллер был признан погиб­шим (хотя Шелленберг в написанных под диктовку британцев мемуарах за­являет, что Мюллер и Борман «ушли» к русским — врал, естественно), род­ственники поставили надгробие над его могилой с надписью: «Дорогому папочке». Когда в 1963 году могилу вскрыли, в ней обнаружили скелеты сразу трех «папочек» — и ни один из них не был Мюллером.Единственное «свидетельство» смерти Бормана — сомнительные по­казания его дантиста, оказавшегося в советском плену. Симон Визенталь ему не поверил — и правильно сделал. Показательно, что когда в 1969 году израильская разведка стала подби­раться к монастырю доминиканцев Сан-Доминго (Галисия, Испания), там случился пожар, причем начался он аккурат с тех полок, где хранились за­писи о гостях монастыря за 1946 год.Еще одна интересная деталь. Сын Бормана Адольф в 1958 году стал ка­толическим священником, мисси-онерствовал в бельгийском Конго, был захвачен мятежниками и при­говорен к смерти. «С фронта сняли роту десантников, и в ночь перед казнью бельгийские парашютисты были сброшены на деревню. Мятеж­ников перебили, и Адольф Борман оказался освобожден»9. Командовал десантниками знаменитый Боб Де-нар, по признанию которого, ему и его отряду очень хорошо заплатили. Кто заплатил? Скорее всего Мартин Борман, тем более что в Конго тогда было немало наемников из бывших эсэсовцев (пройдет еще немного вре­мени, и противостоять им будут ку­бинцы во главе с Че Геварой, который после своей неудачной конголезской эпопеи эпатажно скажет: «Я ненавижу расизм и негров»).3Даже если бы С. Данстен и Дж. Уи-льямс не выложили огромный пласт информации и документальных сви­детельств, заставляющих поверить в их версию, смерть Гитлера и без этого казалась бы весьма сомнительной. Во-первых, Гитлер не был суицидальным психотипом. Во-вторых, не для того верхушка с 1943 года готовила пос­левоенный запасной аэродром в виде структур, кадров, активов, чтобы в 1945-м фюрер ушел из жизни, — так не бывает. Собственно, в послевоенной истории интересна не столько судь­ба Гитлера, сколько созданная Борма­ном, Мюллером и Каммлером глобаль­ная финансово-по­литическая сетевая структура «Четвер­тый рейх», которую нередко именуют «нацистским интер­националом», что на самом деле не одно итоже — частич­ное совпадение по принципу «кругов Эйлера»; как гово­рит нацист, один из персонажей романа О. Маркеева «Стран­ник. Тотальная вой­на»: «Рейх не исчез, он стал невидимым. И его война не про­играна. Она стала тотальной».То, как готови­лось создание этой структуры, исследует в своей работе «Четвертый рейх» весьма интересный аналитик Джим Маррс. Его работа вы­шла на несколько лет раньше «Серого волка», авторы которого использо­вали содержащуюся в ней информа­цию. Однако если их интересовало в ней только то, что может быть ис­пользовано в качестве иллюстрации к бегству Гитлера, то работа Маррса затрагивает целый ряд намного более важных проблем, чем судьба супругов Гитлер, а именно — наследие Гитлера: национал-социализм, «невидимый рейх». Во Второй мировой войне, счи­тает Маррс, потерпели поражение не­мцы, немецкая армия, но не нацисты, которые рассеялись по миру (вклю­чая США, где сотни бывших нацистов стали работать в военно-промышлен­ном комплексе — как например, Вер-нер фон Браун, который осуществил наиболее важные запуски американ­ских ракет именно 20 апреля — в день рождения фюрера), поддерживая, одна­ко, тесные связи друг с другом.Маррс подчерки­вает тот факт, что поражение нацизма не было зафикси­ровано юридиче­ски: Кейтель, а затем Йодль подписали ка­питуляцию от имени Верховного коман­дования вермахта, армии, но не от име­ни государства и партии, а союзники в эйфории победы не обратили на это внимание: «...в до­кументах о капи­туляции Германии не упоминается не­мецкое правитель­ство, руководство которым к тому времени по личному указанию Адольфа Гитлера, фюрера и рейхсканцлера, было передано гросс-адмиралу Карлу Деницу, заменившему его в качестве президента Германии в последнюю неделю войны. То есть немецкая армия капитулировала пе­ред армией союзников, поскольку акт подписан только военными; для союз­ников правительства Германии просто не существовало. Таким образом, юри­дическая ситуация в конце Второй ми­ровой войны оказалась практически противоположной той, что создалась после капитуляции Германии в Первой мировой войне. Союзники не остави­ли шансов заявить о том, что армия не капитулировала, но забыли упомянуть о правительстве Третьего рейха и, что более важно, о нацистской партии».Значительную часть своей рабо­ты Маррс посвящает теме «тайная история Третьего рейха», показы­вая, как США, американский капитал поднимали в 1930-е годы военно-экономическую мощь Третьего рей­ха. Особенно он подчеркивает роль Рокфеллеров и их доверенных лиц Даллесов, особенно Аллена, будущего директора ЦРУ. По сути, он говорит об американо-германском капитале, причем американский сегмент как минимум не менее виновен в раз­вязывании Второй мировой войны, чем немецкий. Англо-американцы — Сити и Уолл-стрит — вкладывали в немецкую экономику, «несмотря на все эксцессы нацистского режима, и этот сговор продолжал работать даже после того, как в сентябре 1939 года началась война» (P. XXVIII).Разумеется, историю пишут побе­дители — поэтому ни американцы, ни британцы не попали в число тех, кого замечательный советский пи­сатель, лауреат Сталинской премии Николай Шпанов верно назвал «заго­ворщиками» и «поджигателями». Это прекрасно понимал, например, Чер­чилль, который произнес: «История будет добра ко мне, ведь я сам буду ее писать». Старика Уинстона придется огорчить до невозможности: исто­рию пишет не только он, но и другие победители, в частности — русские; и нет ничего тайного, что не стало бы явным, в том числе и роль англо­саксов (британцев и американцев) в разжигании Второй мировой войны, в «наполнении сосуда до краев».Сегодня об этой роли писать тем более необходимо, что англосаксы (и их «пятая колонна» в РФ) все ши­ре развертывают пропагандистскую кампанию, цель которой — прирав­нять гитлеровский режим к сталин­скому и возложить на СССР такую же (если не больше) ответственность за развязывание Второй мировой вой­ны, как и на Третий рейх; ну и само собой — обгадить нашу победу и вы­толкнуть Россию из числа великих держав-победительниц. Вспомнить бы англосаксам поговорку: «Не бро­сай камни, если живешь в стеклянном доме» — ведь исследования послед­них десятилетий со стеклянной яс­ностью показывают активную роль США и Великобритании в разжига­нии мирового пожара, в приведении Гитлера к власти, в накачивании воен­ных мускулов Третьего рейха для уда­ра по СССР, в стравливании Германии и СССР, в провоцировании Японии. Но «британско-американская свас­тика», в прямом и переносном смыс­ле, — это отдельная тема, и мы к ней обязательно обратимся к «радости» наших бывших союзников, а сейчас вернемся к книге Маррса.После сражения на Курской дуге (июль — август 1943 года) стало ясно, что Третьему рейху не устоять. Одна­ко еще в марте 1943-го нацистское руководство в лице Бормана начало готовиться к «жизни после смерти», разрабатывая планы эвакуации вер­хушки рейха и награбленного богат­ства. Поразительный факт: уже вес­ной 1944 года в Европе вышла книга известного в то время корреспонден­та Курта Рейса «Нацисты уходят в под­полье». В ней детально описывались нацистские планы политического выживания (не говоря о физическом) в послевоенном мире.«Они (нацисты. — А Ф.), — писал Рейс, — обладают намного лучши­ми средствами перехода в подполье, чем какое-либо другое потенциаль­но подпольное движение в мировой истории. В их руках вся структура (machinery) хорошо организованного нацистского государства. И у них большой запас времени, чтобы при­готовить все как надо. Они много работали, но они ничего не делали в спешке, не оставили ничего на волю случая. Все было логически проду­мано и организовано до мельчай­шей детали. Гиммлер [с Борманом] спланировал все с исключительным хладнокровием. Он привлек к работе только высококвалифицированных экспертов — самых квалифициро­ванных в области подпольной рабо­ты Теперь, когда партия решила уйти в подполье, но все еще сохра­няет свою организацию, все, что она должна сделать, — это действовать в обратном порядке; то есть перевес­ти — или, более точно, — перевести в направлении противоположном тому, что делали раньше, аппарат го­сударства в партийный аппарат — не слишком трудная задача, поскольку оба аппарата организованы одинако­во» (P. 32).Согласно Рейсу, первые сомнения по поводу судьбы рейха возникли у его руководства еще до разгрома 6-й армии под Сталинградом. 7 нояб­ря 1942 года, всего лишь через два дня после высадки союзников в Северной Африке, в Мюнхене состоялась встре­ча Гиммлера и Бормана. Гиммлер ска­зал следующее: «Возможно, что Гер­мания потерпит военное поражение. Возможно даже, что ей придется ка­питулировать. Но никогда не должна капитулировать Национал-социали­стическая рабочая партия Германии. Именно над этим мы должны отныне работать». С этого момента начина­ется борьба между Гиммлером и Бор­маном за руководство созданием по­слевоенной глобальной нацистской сетевой структуры; в июле 1944-го она достигнет предельной остроты, но победит Борман, то есть не (нео) орденские, а партийные структуры рейха в союзе с финансистами.1В мае 1943 года несколько крупных немецких промышленников встрети­лись у Круппа в замке Хюгель близ Эс­сена. Было принято решение начать внешне дистанцироваться от нацист­ского режима — так будет легче рабо­тать после войны. «Развод» с самого начала был фиктивным, поскольку все делалось с согласия верхушки рейха, в частности Геринга. Впрочем, не Геринг и не Гиммлер занимались реальной подготовкой эвакуации ре­жима, а Мартин Борман.Маррс представляет следующую биографию Бормана: родился в 1900 году; воевал в артиллерии (Маррс, к сожалению, не упоминает, что, по некоторым сведениям, во время вой­ны Борман попал в плен, провел два года в Харькове, где, кстати, у его деда в XIX веке был «бизнес»). По возвра­щении в Германию Борман вступил во Фрайкор, отсидел в 1924-м году в тюрьме за убийство своего бывшего школьного учителя, которого Борман счел предателем; затем вступление в НСДАП и довольно быстрая карьера. После полета Гесса (май 1941 года) Борман, которого называли «Маки­авелли за письменным столом» (Ева Браун — более хлестко: «сексуаль­но озабоченная жаба»), становится «наци № 2», а в 1943-м обретает пол­ноту контроля и над партией, и над экономикой рейха, включая работы по сверхсекретным техническим проектам. При этом ему удалось вы­рвать экономику из рук Гиммлера: он убедил Гитлера запретить шефу СС отдавать приказы гауляйтерам по ли­нии СС.10 августа 1944 года — то есть сразу после разгрома армий группы «Центр» в Белоруссии и группы армии «Б» в Нормандии — Борман собрал ведущих промышленников и финансистов рейха, партийных чиновников в отеле «Мэзон руж» (он же Нацистская партия понимает, что после поражения Германии наиболее известных ее вождей обвинят как военных преступников. Однако в сотрудничестве с промышленниками она сможет устроить своих менее видных, но не менее важных членов на немецкие фабрики в качестве технических экспертов или сотрудников исследовательских и дизайнерских отделов» (P. 110—111).В рамках этого плана Борман при помощи СС, Дойче банка (ДБ), сталь­ной империи Франца Тиссена и, конечно же, «ИГ Фарбениндустри» создал 750 иностранных (по вывес­ке) корпораций, в том числе 233 — в Швеции, 214 — в Швейцарии, 112 — в Испании, 98 — в Аргентине, 58 — в Португалии и 35 — в Турции (см. P. 110—111 ).Участники совещания в «Мэзон Руж» понимали, что война проигра­на, но было решено: Германия будет держаться и продолжать войну ровно столько, сколько нужно для достиже­ния определенных целей, «которые обеспечат Германии экономическое возрождение после войны» (P. 86). И разумеется, создание «невидимого рейха». Иными словами, держаться до тех пор, пока не будут эвакуиро­ваны руководство рейха, золото и награбленные сокровища, архивы, технологии (патенты) и часть тех­ники.1Пол Мэннинг, написавший о Бор­мане книгу, отметил, что тот исполь­зовал все возможные средства, чтобы скрыть реальных собственников со­зданных им корпораций и их парт­неров: подставных лиц, опционные контракты (опционы на бирже), со­глашения о взаимной коммерческой деятельности, банковский индосса­мент (то есть передаточная надпись на обороте чека без указания лица, которому переуступается документ), депозиты условного депонирования, залоги, ссуды под обеспечение, права на первоочередной отказ, контракты по контролю и регулированию ис­полнения, сервисные договоры (на предоставление услуг), соглашения о патентах, картели, процедуры, связан­ные с подоходным налогом. При этом копии всех трансакций сохранялись. Позднее их отправили в архив Борма­на в Южную АмерикуБорман следовал стратегии пред­седателя «ИГ Фарбениндустри» Гер­мана Шмитца: названия различных компаний и корпораций постоян­но менялись, чтобы запутать вопрос с собственностью. Так, «IG Chemic» превратилась в «Societе Internationale pour participations Industrielles et Com-merciales SA», тогда как в Швейцарии эта организация была известна как «International Industrie und Handelsbe-teiligungen AG», или «Interhandel». Ру­ководителями компаний формально назначались граждане других стран. У самого Бормана был личный счет в Рейхсбанке на вымышленное имя «Макс Хелигер», на который он пере­водил значительную часть богатства рейха. С помощью своего главного спеца по экономике доктора Хельму-та фон Хуммеля Борман выводил эти средства из страны для их дальнейше­го использования.В 1941 году 171 американская кор­порация вложила 420 миллионов дол­ларов в немецкие компании. Когда на­чалась война, оперативники Бормана в нейтральных странах (Швейцария, Аргентина) просто скупили амери­канские акции, используя фонды иностранной валюты в отделениях ДБ и швейцарских банков в Буэнос-Айресе. Крупные бессрочные вклады были размещены в крупнейших бан­ках Нью-Йорка. В центре этой про­граммы «бегства капиталов» находил­ся конгломерат «ИГ Фарбениндустри» (ИГ Фарбен), который обеспечивал Третьему рейху немало технических прорывов и о котором нужно ска­зать особо, поскольку в ХХ веке у этой структуры нет аналогов — так же, как в XVIII веке не было аналогов у бри­танской Ост-Индской компании, а еще раньше — у Венеции. Причем если Венеция и Ост-Индская компа­ния — это один исторический ряд, то «ИГ Фарбен» — другой, альтернатив­ный и более того — бросивший вызов венецианско-британскому. ♦Источник.

01 марта 2013, 13:49

Слово адвоката может привести к дефолту Аргентины

Инвесторы считают, что Аргентина находится накануне дефолта. Их опасения привели к резкому росту доходности облигаций в четверг - сейчас стоимость заимствований находится на самом высоком уровне с ноября 2012 г. Фондовый рынок Аргентины рухнул.Вряд ли Аргентина предпочитает дефолт выплате $1,3 млрд, но слово не воробей К обвалу привели заявления адвокатов Аргентины, сделанные в среду в суде США по делу о выплате штрафа американским хедж-фондам, пишет The Wall Street Journal.В ноябре 2012 г. судья Окружного суда США обязал страну выплатить $1,3 млрд в пользу двух американских хедж-фондов: Elliott Associates и Aurelius Capital. В отличие от большинства кредиторов страны эти две финансовые организации не приняли участия в программе частичной реструктуризации (в форме обмена на новые гособлигации) в 2005 и 2010 гг., решив добиваться возврата своих денег через суды. На апелляции в среду один из адвокатов Аргентины заявил, что страна лучше еще раз объявит дефолт, чем удовлетворит требования "фондов-стервятников". Рынки отреагировали мгновенно.