• Теги
    • избранные теги
    • Люди888
      • Показать ещё
      Страны / Регионы810
      • Показать ещё
      Разное933
      • Показать ещё
      Показатели240
      • Показать ещё
      Компании1003
      • Показать ещё
      Международные организации98
      • Показать ещё
      Издания133
      • Показать ещё
      Формат50
      Сферы4
21 февраля, 01:00

Trump Gets an Upgrade at National Security Advisor

By replacing Mike Flynn with H.R. McMaster, President Donald Trump added one of the most talented officers the U.S. Army has ever produced to his team.

20 февраля, 11:24

Откровения матёрого спекулянта, или Финансовый антимир

Принято считать, что те, кто занимаются бизнесом, мало задумываются о долговечности господствующей в мире социально-экономической модели. Мол, полное погружение в процесс делания денег не оставляет времени для философии. Однако это не совсем так. Бизнесменов, особенно тех, кто уже чего-то добился, начинает тянуть на «философию». При этом философия экономистов практикующих оказывается зачастую интереснее и глубже, чем кабинетные...

17 февраля, 00:48

The problem is not tight money, it's unstable money, by Scott Sumner

Here's Business Insider: Janet Yellen's warning about low rates causing a recession doesn't make sense Federal Reserve Chair Janet Yellen told Congress this week that the US central bank could cause a recession if it waited too long to raise interest rates. Wait, what? Isn't it the other way around? Yes, according to Yellen's testimony just a year earlier. In the past, Yellen and her most recent predecessor, Ben Bernanke, have emphasized that, because interest rates are still near zero and inflation has remained persistently below the Fed's 2% target, it is safer for policymakers to err on the side of leaving borrowing costs low for longer. People often assume that recessions are caused by tight money. It would be more accurate to say they are caused by unstable money. Money was not "tight" in any absolute sense during the 1980 and 1982 recessions, rather it was tight relative to the wildly expansionary monetary policy right before those two recessions. Yellen understands that the way to avoid recessions is a stable monetary policy. Business Insider doesn't understand that this means rate cuts are appropriate at certain times, and rate increases at other times. Early next year she may not be re-appointed as Fed chair. If so, she may end up being the most successful Fed chair in history (in terms of stable NGDP growth, not banking regulation). Just as valleys can be caused by mountains, recessions can be caused by overheated booms: (15 COMMENTS)

13 февраля, 06:48

The Rats Are Fleeing The Sinking Bond Ships

  Glen Hubbard, George Bush Jr.’s economic adviser, was a candidate to replace Alan Greenspan as Federal Reserve Chairman.  George Bush Jr. asked him if the economy sputtered, what would he do.  As he described the typical monetary policy tool of adjusting the overnight Federal Funds Rate, he said the net result would be to boost GDP by a half of a percent to percent.  I assume the same question was asked to Ben Bernanke.  Helicopter Ben didn’t disappoint and won the appointment.  As Chairman of the Federal Reserve, he got his chance and threw everything including the kitchen sink at stimulating the economy.  He lowered the Federal Funds rate down to zero and purchased trillions of bonds to expand the monetary base.  He unleashed the most excessively accommodative monetary policy in history which was continued by current Federal Reserve Chairman Janet Yellen.  Fast forward to today and we are on the cusp of a 3+% GDP, core inflation running above 2% and full employment.  However, there are some perilous costs associated with such accommodative monetary policy.  The cost that should be the most worrying is the unwinding of the ultra-low bond yields in the US and globally that has just begun.   Bond yields and market volatility are on the rise. This is the result of more normalized growth and inflation levels, less perceived global risks and hope for continued growth in the future. Fixed income investors have just begun to adjust to the idea of more normal yields in the bond market.  It may seem tempting to dip a toe into the bond market waters with this back-up in yields. But these are dangerous waters. Don’t lose a toe.  After 10 years of bond markets rallying the unwind is just beginning.   Normalized markets for longer dated government bonds places yields around 2% to 3% above the rate of inflation.  And with inflation running at 2% and moving higher, longer term bond yields should be greater than 5%, not the current 3%.  If bonds yields backed up to the longer term averages, market losses could be 40% or more for the longest maturity bonds.   The trillions in bond purchases that drove yields to all-time lows have abated and that’s bad news for bonds.  Banks have finished adding regulatory bond purchases and central banks have ended or are close to ending bond purchases for monetary policy purposes.  Government bond purchases made to limit rising currencies have now turned into sales to limit currency weakness.  And oil producing nations are no longer looking to put their surplus dollars from oil sales to work in the bond market.  They are now selling bonds to fund the holes in their fiscal budgets stemming from low oil prices.   The last big purchaser of bonds still remains some very large and leveraged hedge funds.  Hedge funds have been caught on the wrong side of the global bond trade and are now trying to avoid selling their positions.  Fear and greed had helped keep bond yields at these low levels for longer than most would have thought.  In fact, yields have been so low for so long, anyone betting on higher yields has been fired, put out of business, or probably has a laundry list of stress related health problems.   Whatever backup in yields we’ve seen, it’s just the first movement it what is sure to be an unharmonious symphony.  The bond market has spent years below more normal long-term yields while unprecedented accommodation was stuffed in the system. It is highly probable and reasonable to believe that the bond market needs to spend some time above the long run yield level.  That, by definition, is how an average is created.   Now that the fixed income market has begun to adjust, losses are piling up and will soon be reported to investors.  The size of these losses are sure to shock the investor community that has grown accustomed   to steady gains from fixed income.  In fact, when people open up their monthly account statements and see excessive losses from bonds yielding low single digits, the second movement in this symphony will begin.  Disappointed bond investors will soon put in sell requests and leveraged bond managers who were the last marginal buyer of bonds will have to turn into sellers.  Market yields will have to adjust higher and find a level that attracts the unlevered bond purchaser.  And that yield level appears to be much higher.   So what is an investor to do?  Many hedge funds are trying to hold off liquidating bond trades by offering fee rebates to limit redemptions.  This is always a leading indicator of more pain to come. Just like rats that leave a sinking ship before it goes under, redemptions are starting to line up at many bond hedge funds.  These hedge fund captains are offering cheese by reducing fees which is sure to entice the fat rats. After 10 years of easy money in the bond market, these fat rats are incapable of swimming and will choose the cheese.   I remember when the over leveraged Long Term Capital Management hedge fund first started to suffer losses in their bond portfolio.  They incorrectly believed that if needed, more investor capital would be available to stabilize losing trades.  My advice to investors is to take a lesson from history and don’t bet on this old proverbial dead cat bouncing.  When markets turn, it’s best to move back to cash and let the markets readjust.  After such a long period of low yields and limited volatility, this market symphony will have many movements and we are not even at intermission.     

12 февраля, 20:06

Tracking Federal Reserve Hubris

Via The Daily Bell   Booth says many books about the Fed’s actions following the financial crisis have been written to make Fed officials look as good as possible because they are often written by the principals themselves. A former Fed adviser in Dallas has criticized central bank economists for not understanding economics. Danielle DiMartino Booth was a financial journalist who warned about a real estate crash due to overly low interest rates. She was hired as an adviser to Richard Fisher, a former president of the Dallas Fed, who felt similarly when it came to rates. Over time she became his eyes and ears in examining Fed policy and criticizing it. Now she has written a book,"Fed Up: An Insider’s Take on Why the Federal Reserve Is Bad for America," that is just becoming available. More: Federal Reserve economists use theoretical models to form their monetary policy decisions, which she says led them to miss the forces that contributed to the financial crisis. After the crisis, she says the Fed implemented the wrong remedies to revive the economy.   “Global systemic risk has been exponentially amplified by the Fed’s actions,” Booth says. “Who will pay when this credit bubble bursts? The poor and middle class, not the elites.” For Ms. Booth, "slow-moving" Fed economists will inevitably miss what's really going on and substitute low interest rates for other solutions. Fed Chairwoman Janet Yellen and former Fed leader Ben Bernanke are two of the slow-moving acadmics that come in for criticism. The Wall Street Journal did a review that tied the book into a push "for more diversity at the central bank. ... A broader range of educational and professional backgrounds also would widen the central bank’s perspective." This seems to be missing the point of the book which is, as we understand it, that the problems of the Fed are primarily content based.  "Ms. Booth’s arguments echo those of her former boss, who led the Dallas Fed from 2005 to 2015, and frequently voted against the central bank’s aggressive stimulus efforts during and after the financial crisis." Fisher himself praised the book, saying it showed the benefits of having someone from the outside come in to highlight what had gone wrong. “All the books that have been written so far” about the financial crisis “have been written by the principals themselves.” Thus the writers make themselves and those around them look good. It true too. Best-selling books about the Fed often feature some top official or other galloping to the rescue. But in fact, as the book points out, the hubris and protected status of Fed bankers are part of what has gone wrong at the Fed. Fisher may not want to deal with it but the Fed is a truly useless organization. On every level it interferes with the economy without making it any better. In fact it cannot make it better. Humans dictate Fed market moves rather than the market, and thus Fed rates will always be man-made. When Fed rates are dictated by man rather than by markets, the result must inevitably be disastrous, sooner or later. It has largely fallen away from the current public debate, but the actual solution to the Fed's problems lie in getting rid of it, not fixing it. There is no way it can be fixed because the Fed constantly substitutes human judgments for market based ones. This approach cannot be made right. The Fed and other central banks hand over guidence to top bankers, many of whom populate London's City. Thus central banking is a control mechanism rather than a financial solution. Conclusion: If you really want to change the Fed, get rid of it.   More stories: ‘The World Needs Globalization, It Needs Trade’ Republicans Reeling in Fed? Trump’s Complications in Draining the Swamp

12 февраля, 19:00

Вэлфер и пособия в Америке урежут

Похоже кризис в США теперь уже полностью овладел экономикой и расправляется с ней неторопясь, в полной уверенности что ему никто и ничто не помешает. В прошлый четверг 10-го мая контролируемая республиканцами Палата Представителей проголосовала за урезание продуктовых пособий малоимущим, пенсионерам и неполным и многодетным семьям. Нужно сказать, что по разным оценкам в стране насчитывается до […]

Выбор редакции
12 февраля, 05:20

What Form Will The Great Confiscation Take - And How Can We Prepare?

Submitted by John Rubino via DollarCollapse.com, For what seems like decades, people have been warning that the next time some over-leveraged corner of the financial system implodes, bank and brokerage accounts will be either confiscated by desperate governments or lost during the resulting chaos. Here, from 2012, is a representative warning from gold mining eminence grise Jim Sinclair: My Dear Extended Family,   In bankruptcy of your bank, broker or fund, you can find your assets in the majority of cases are backing the liabilities of the entity in front of yourselves. This is why you must act to protect yourself.   No one in this financial world is going to do it for you, and few will have the courage to recommend you escape Street Name. You can wake up one day and find out that your investments are gone.   The insurance programs will function as long as the incidents of bankruptcy are isolated events.   In a systemic collapse the insurance funds are not capitalized to meet the potential obligations. The guarantor you are relying on will have to be bailed out.   For securities there are only three ways to hold them:   1. Street name.2. Direct registration.3. Certificate form.   Anyone advising you to stay with the Street Name option is a babbling idiot not interested at all in your welfare.   In street name the inferred ownership is the broker or bank, not you. In Direct Registrationand Certificate form, the distinct ownership is you.   In 99.9% of the cases of retirement accounts the answer is you are in Street Name.   How are your securities held? Do you even know? I dare you to ask!   Do you know what your broker’s capital ratio is? Find out as that number is the order of magnitude at which your broker is gambling on with primarily your money. I dare you to ask.   This time around those investors that are too lazy to consider protecting themselves will be demolished.   How would you like your gold shares at $3500 gold, outperforming gold, and one morning you wake up to having nothing anymore? You now are behind the back burner in a bankruptcy situation with any fiduciary.   The system and their minions will do everything to keep you trapped in Street Name. Articles will be published trying to put you back to sleep on this issue.   Wake up, please. The fact that this mass confiscation hasn’t yet happened doesn’t mean it won’t, says Jim Rickards, whose previous bestsellers Currency Wars and The Death of Money were already pretty apocalyptic. He believes that a coordinated closure/restructuring/confiscation of the banking/brokerage industry is imminent. Here’s an excerpt from a recent column: In that interim period between the crisis and the time the IMF can react, central banks will be paralyzed. They’re likely going to lock down the system.   When I say lock down, they’ll start with money market funds. I can’t think of a greater misnomer than the money market funds. People think that money market funds are money. They’re not money; they’re mutual funds regulated by the SEC. People think they can just call up their broker, sell to the money market fund and the money’s in my bank the next day.   That will not be true in this crisis because everyone will be doing the same thing. That is what happened in 2008 when Ben Bernanke and Hank Paulson went to the White House and said to the President that the system’s melting down and he must act.   That was such a shock then, that when it happens again they’re not going to give you your money. They’re going to lock it down. The problem is that when it is spreading you can’t just lock down part of the system.   If you lock down money market funds, people are just going to take their money out of the banks. Then you’re going to have to close the banks. Then people are going to sell their stocks, then you’re going to have to close the stock market. Every time you shut one path to liquidity, people are going to turn to another path.   It happened in part in 1914, 1931, 1933 and to gold in 1971. There’s no precedent for a total freeze but we’re getting closer to that point.   The question is, how do you protect yourself against that? There’s only so much you can do.   I don’t recommend running down and pulling all your money out of the bank. I would not have more than the insured amount, which in the U.S. is $250,000. You can spread it between your selected banks so that each is backed and insured up to the limit. Rickard’s solution is right out of the stacker playbook: In the world described, the dollar price of gold will approach the $10,000-level if not much higher. But when all of this begins to play out, you’re not going to be able to get gold.   Because of this, gold and silver need to be in physical form, in safe storage, and a non-bank. Putting it in a safety deposit box in a bank is troublesome because by the time you want it the most, that will be when the banks are going to be closed. Charles Hugh Smith offers some other possible responses: So what’s difficult to expropriate? It’s impossible to expropriate one’s skills, experience and social capital. These are intangible forms of capital and so they cannot be confiscated like gold, currency, land, etc.   Land and homes are difficult to expropriate for two reasons: private property is the backbone of capitalism and democracy, and the state confiscating private property would very likely spark a political insurrection that would diminish or threaten the power and wealth of the privileged Elites.   Secondly, it’s very costly for the state to maintain the productive output of real property it has confiscated. Guards must be posted, sabotage repaired, and the immense difficulties of coercing a rebellious populace to continue working what they once owned for the benefit of the state and its privileged Elites must be solved and paid for.   The state can expropriate farms, orchards and workshops for back taxes (or some similar extra-legal methodology), but how do you force people to work these properties productively?   As a general rule, whatever the super-wealthy own will be protected from expropriation. Private real property is the foundation of the Elites’ wealth, and while the land of debt-serfs may well be confiscated for back taxes (the wealthy will buy exemptions from rising taxes), those who own land and buildings free and clear constitute a political force to be reckoned with.   The state will also have difficulty confiscating assets that are outside its reach.This explains the popularity of owning assets in other nations, and the debate over cryptocurrencies: will states be able to confiscate all cryptocurrencies at will, or is that technically unfeasible?   The main takeaway is this: your skills, knowledge and social capital will emerge unscathed on the other side of the re-set wormhole. Land and real property you own free and clear (no debt) is likely to remain in your possession, as long as you can pay soaring taxes/junk fees during the crisis phase. Your financial assets held in centrally controlled institutions will not make it through unscathed; they are simply too easy for central authorities to expropriate. It’s easy, as the world’s zombie economies just keep shuffling along, to start assuming that the current system will endure forever. That would be wrong, and almost certainly the above warnings will someday seem prescient. All the more reason to forget about timing, and keep buying real assets.

12 февраля, 01:20

Donald Trump's Most Important Fed Appointment (Spoiler Alert: It's Not The Chair)

Submitted by Peter Conti-Brown via The Yale Journal on Regulation, Given the tumult of the opening weeks of the Trump Administration, the public is forgiven for not realizing that the Administration is woefully understaffed. But even in the flurry of personnel announcements from first the transition team and now the Administration, on the Federal Reserve—perhaps the most powerful of governmental agencies—we have had near radio silence. Of course, Fed Chair Janet Yellen is still at the helm and will be for another year. But two long-standing vacancies are available for the President immediately, and in them lies a key to understanding a fundamental relationship that should guide how we think about the Trump presidency and the very nature of financial and monetary system. While we have already heard from the President that wrestling magnate Linda McMahon has been nominated to lead the Small Business Administration and billionaire Wilbur Ross will lead the Department of Commerce, we have only some hints about whom might fill those important vacancies. Why the lack of movement on the Fed? Faced with similar vacancies, then President-elect Obama moved relatively quickly. Daniel Tarullo was announced in the first group of regulatory appointments, in December 2008. Granted, that was during a financial crisis: President-elect Obama may have felt early enthusiasm for filling those vacancies that President Obama didn’t share. Obama has kept vacancies at the Fed’s Board longer than in any other time in history, including when Democrats controlled the Senate. It’s possible that President Trump will treat Fed vacancies with a similar disregard. Possible, but I wouldn’t count on it. President Trump is likely to assert himself early in influencing the Fed, as is his right. But Fed defenders and critics should also take careful note: how he uses that authority will tell us much about whether the central bank will continue in its present form as a policy-making body steeped in traditions of expertise and independence, or whether it will become another arm for partisan and political warfare. As he has with the rest of his economic appointments, the President sits at a cross-roads with respect to the Fed given the inherent incompatibility of economic coalition members. With admitted reductionism, I’ll call these halves Bannonist, in honor of Trump’s chief political strategist Stephen Bannon; and Priebusian, for his chief of staff Reince Priebus. A Priebusian appointment is what one might have expected from a President Mitt Romney. Sure, a hypothetical Priebusian probably had a lot to say about the Bernanke and Yellen Fed during the last eight year, most of it negative. That Governor probably opposed the Fed’s monetary policies as too dovish and thought experiments with unconventional monetary policy too extreme. That would put the Priebusian in the mainstream of the Republican majority. But whatever those priors, a Priebusian Fed Governor is also an expert. He knows an awful lot about central banking, monetary policy, banking regulation, and the like. Perhaps he’s a political operator, perhaps not, but more likely he’s someone with undisputed credentials. If the President-elect appoints a Priebusian Governor, he sends a signal to the broader economy that while the election may mean a regime change coming at the Fed, the President is not going to dispute the central vitality of a central bank using its extraordinary powers consistent with its traditions of independence and expertise. A Bannonist appointment is entirely different. A Bannonist is likely to be an economic nationalist who wants to drain the swamp. Maybe he’s got some ties to Wall Street—Steve Bannon himself is a former employee of Goldman Sachs, of course—but the posture is hostility toward the technocracy and its many conceits. A Bannonist is likely to be fond of Fed conspiracy theories, which are ubiquitous in popular discussions of the Fed and will have real purchase among those who view all technocratic decision-making with hostility. And a Bannonist is also likely to have no obvious expertise on these matters. I don’t mean that a Bannonist is unlikely to have a PhD in economics, although that is almost certainly true. A PhD in economics isn’t (and shouldn’t be) a prerequisite to be a superb central banker. I mean that a Bannonist won’t have experience in central banking really at all. To be clear, there is merit to the argument that central bankers use their claims to independence and expertise as a mask for more ideological maneuvering. As I have written, how central bankers use the significant machinery of monetary policy to resolve uncertain questions necessarily reflects their ideologies and worldviews. They are political institutions embedded within the political system. This is why presidential elections matter so much to their governance, and rightly so. We can invoke Churchill in his celebration lament: democracy is a pretty terrible system for selecting these technocrats, except for everything else we’ve ever tried. The point is that a Bannonist rejection of expertise and independence as pure applesauce is a dramatic and destabilizing overreaction. If central bankers don’t look like aeronautical engineers plotting a satellite’s orbit, neither are they the same as a Karl Rove or David Axelrod trying to do what is best for the political prospects of their sponsors. The institutional innovation of central banking is the ability to protect citizens from their own worst short-term instincts by protecting the integrity of the currency against laments that money should flow more freely and easily. That experts disagree doesn’t mean they aren’t exercising expertise. Many Democrats will reflexively oppose a Priebusian candidate because she will be a Republican. I hope they don’t. Opposition may come after vetting—there are plenty of Priebusian candidates who, for a variety of reasons, shouldn’t be given the keys to that particular kingdom. But, as the saying goes, elections have consequences. The guide here should be Sen. Lindsey Graham’s approach to judicial nominations. Democrats to adopt the same approach for Fed appointments. It won’t be easy, of course, as the debates around the eminently qualified Supreme Court nominee Neil Gorsuch demonstrates: most Republicans haven’t followed this example when evaluating President Obama’s own highly qualified Fed appointments. But the Fed is more important than to waste opposition on mainstream candidates with the relevant expertise to accomplish their assigned tasks, assuming they survive a reasonable vetting. A Priebusian Fed Governor probably hasn’t cheered Democratic initiatives, but he has an undisputed expertise. If the appointment that President Trump announces qualifies in that way, then the work of congressional accountability, not congressional obstruction, should begin. If, on the other hand, the President appoints Bannonists to those open vacancies, it’s essentially a declaration of war against the idea of independent central banking, as tangled as that label can be. At that point, the hard-money types in the Republican coalition, Democrats virtually everywhere, and perhaps especially Fed insiders will be on notice: if they value the idea of expert decision-making in the central bank, then the stakes couldn’t be higher. As the dust settles on this first generation of President Trump’s cabinet appointments, we should not let these two seemingly obscure appointments go unnoticed. They will be among the most important the President will make.  

11 февраля, 05:00

The Unintended & Deadly Societal Consequences Of Quantitative Easing

Authored by Jesse Felder via TheFelderReport.com, “As I look back, it now seems that, with all the thought and work and good intentions, which we provided, we achieved absolutely nothing… nothing that I did, and very little that old Ben [Strong of the Federal Reserve] did, internationally produced any good effect – or indeed any effect at all except that we collected money from a lot of poor devils and gave it over to the four winds.”   -Montagu Norman, Governor of the Bank of England 1920-1944 Since the financial crisis nearly a decade ago, the Federal Reserve has printed trillions of dollars in an effort to create a “wealth effect” in the economy. Their theory goes that quantitative easing would make for rising prices of financial assets which should, in turn, make the wealthy feel more confident and thus spend more. By this process, a trickle-down effect would boost the economy. Last year, however, I started to note that, even if this theory were true, a number of developments could possibly derail this “wealth effect” and even put it into reverse. Those developments have continued into 2017. High-end home prices continue to slump. Bear market for home prices in Aspen and the Hamptons: https://t.co/wtCU3nIatv — Jesse Felder (@jessefelder) January 26, 2017 And luxury retailers are suffering at least as much as the major department stores. In fact, sales here have not been so poor since the “Great Recession.” Luxury retail via @SoberLook pic.twitter.com/GgBHzVhEED — Jesse Felder (@jessefelder) January 24, 2017 At the same time that these luxury markets are rapidly declining, the stock market is soaring to all time highs. This is probably all the evidence we need to understand that the wealth effect is a myth. Still, the BIS recently quantified the failure of quantitative easing to boost the economy even while noting its efficacy in boosting asset prices. BIS: 'QE Don't Work' https://t.co/Ec6EPHkEvw ht @tracyalloway pic.twitter.com/L0FsCShJiZ — Jesse Felder (@jessefelder) January 18, 2017 So the Fed has accomplished its goal of making the wealthy wealthier it just hasn’t trickled down to the rest of the economy as they had hoped. The end result is the Fed has only exacerbated the greatest wealth inequality in this country since the Great Depression. Ray Dalio: The world today 'rhymes' with the 1930's https://t.co/YojXHA7PtM — Jesse Felder (@jessefelder) January 23, 2017 The fact is rapidly growing wealth inequality, rather than boosting the confidence of the wealthy, has had the opposite effect, making them increasingly concerned about its societal ramifications. 'People attuned to societal levers understand that we are skating on really thin cultural ice right now.' https://t.co/yqTSeSJGpz — Jesse Felder (@jessefelder) January 23, 2017 And rightly so. While the rich have become richer in recent years, the average American has only become increasingly squeezed by inflation in things like rent and healthcare while their wages have remained relatively stagnant. Why the current economy feels like recession to so many: https://t.co/fKumkcC5um by @JeffSnider_AIP pic.twitter.com/gOzcYgV4HK — Jesse Felder (@jessefelder) January 19, 2017 This dramatic disparity in economic fortunes between the wealthy and the rest of the country in recent years is surely one of the major drivers behind the rising global trends toward populism and anti-elitism. 'Brexit was the Bears Stearns moment in the rise of populism. Trump is the Lehman Brothers.' https://t.co/wtTvu1HGRD ht @freecotdata — Jesse Felder (@jessefelder) January 23, 2017 And I can’t help but think of those famous words quoted above and uttered by the former Governor of the Bank of England near the end of his life. Trillions of dollars printed and ultimately pumped into the asset markets over the better part of the last decade and to accomplish what? To enable corporations to borrow cheap money to buyback stock (give it over to the four winds)? To create the sort of societal division that foments unrest? To allow the wealthy to be able to afford the “survival condos” to ride it out? In years to come, with the benefit of hindsight, will Ben Bernanke and Janet Yellen feel any different than their famous forebears?  

08 февраля, 21:15

Steve Bannon Believes The Apocalypse Is Coming And War Is Inevitable

function onPlayerReadyVidible(e){'undefined'!=typeof HPTrack&&HPTrack.Vid.Vidible_track(e)}!function(e,i){if(e.vdb_Player){if('object'==typeof commercial_video){var a='',o='m.fwsitesection='+commercial_video.site_and_category;if(a+=o,commercial_video['package']){var c='&m.fwkeyvalues=sponsorship%3D'+commercial_video['package'];a+=c}e.setAttribute('vdb_params',a)}i(e.vdb_Player)}else{var t=arguments.callee;setTimeout(function(){t(e,i)},0)}}(document.getElementById('vidible_1'),onPlayerReadyVidible); WASHINGTON ― In 2009, the historian David Kaiser, then a professor at the Naval War College in Newport, Rhode Island, got a call from a guy named Steve Bannon. Bannon wanted to interview Kaiser for a documentary he was making based on the work of the generational theorists William Strauss and Neil Howe. Kaiser, an expert on Strauss and Howe, didn’t know Bannon from Adam, but he agreed to participate. He went to the Washington headquarters of the conservative activist group Citizens United, where Bannon was then based, for a chat. Kaiser was impressed by how much Bannon knew about Strauss and Howe, who argued that American history operates in four-stage cycles that move from major crisis to awakening to major crisis. These crises are called “Fourth Turnings” — and Bannon believed the U.S. had entered one on Sept. 18, 2008, when Hank Paulson and Ben Bernanke went to Capitol Hill to ask for a bailout of the international banking system. “He knew the theory,” Kaiser said. “He obviously enjoyed interviewing me.” Bannon pressed Kaiser on one point during the interview. “He was talking about the wars of the Fourth Turnings,” Kaiser recalled. “You have the American Revolution, you have the Civil War, you have World War II; they’re getting bigger and bigger. Clearly, he was anticipating that in this Fourth Turning there would be one at least as big. And he really made an effort, I remember, to get me to say that on the air.” Kaiser didn’t believe global war was preordained, so he demurred. The line of questioning didn’t make it into the documentary — a polemical piece, released in 2010, called “Generation Zero.” Bannon, who’s now ensconced in the West Wing as President Donald Trump’s closest adviser, has been portrayed as Trump’s main ideas guy. But in interviews, speeches and writing — and especially in his embrace of Strauss and Howe — he has made clear that he is, first and foremost, an apocalypticist. In Bannon’s view, we are in the midst of an existential war, and everything is a part of that conflict. Treaties must be torn up, enemies named, culture changed. Global conflagration, should it occur, would only prove the theory correct. For Bannon, the Fourth Turning has arrived. The Grey Champion, a messianic strongman figure, may have already emerged. The apocalypse is now. “What we are witnessing,” Bannon told The Washington Post last month, “is the birth of a new political order.” Strauss died in 2007, and Howe did not respond to requests for comment. But their books speak for themselves. The first, Generations, released in 1991, set forth the idea that history unfolds in repetitive, predictable four-part cycles ― and that the U.S. was, and still is, going through the most recent cycle’s tail end. (In Generations, Strauss and Howe became perhaps the first writers to use the term “millennials” to describe the current cohort of young people.) Strauss and Howe’s theory is based on a series of generational archetypes — the Artists, the Prophets, the Nomads and the Heroes — that sound like they were pulled from a dystopian young adult fiction series. Each complete four-part cycle, or saeculum, takes about 80 to 100 years, in Strauss and Howe’s reckoning. The Fourth Turning, which the authors published in 1997, focuses on the final, apocalyptic part of the cycle. Strauss and Howe postulate that during this Fourth Turning crisis, an unexpected leader will emerge from an older generation to lead the nation, and what they call the “Hero” generation (in this case, millennials), to a new order. This person is known as the Grey Champion. An election or another event — perhaps a war — will bring this person to power, and their regime will rule throughout the crisis. “The winners will now have the power to pursue the more potent, less incrementalist agenda about which they had long dreamed and against which their adversaries had darkly warned,” Strauss and Howe wrote in The Fourth Turning. “This new regime will enthrone itself for the duration of the Crisis. Regardless of its ideology, that new leadership will assert public authority and demand private sacrifice. Where leaders had once been inclined to alleviate societal pressures, they will now aggravate them to command the nation’s attention.” Cyclical models of history are something academics kick around every now and then, said Sean Wilentz, an American history professor at Princeton University. But the idea has not caught on among historians or political actors. “It’s just a conceit. It’s a fiction, it’s all made up,” Wilentz said about cyclical historical models. “There’s nothing to them. They’re just inventions.” Michael Lind, a historian and co-founder of the New America Foundation, a liberal think tank, has called Strauss and Howe’s work “pseudoscience” and said their “predictions about the American future turn out to be as vague as those of fortune cookies.” But Bannon bought it. “This is the fourth great crisis in American history,” Bannon told an audience at the Liberty Restoration Foundation, a conservative nonprofit, in 2011. “We had the Revolution. We had the Civil War. We had the Great Depression and World War II. This is the great Fourth Turning in American history, and we’re going to be one thing on the other side.” Major crises “happen in about 80- or 100-year cycles,” Bannon told a conference put on by the Republican women’s group Project GoPink that same year. “And somewhere over the next 10 or 20 years, we’re going to come through this crisis, and we’re either going to be the country that was bequeathed to us or it’s going to be something that’s completely or totally different.” The “Judeo-Christian West is collapsing,” he went on. “It’s imploding. And it’s imploding on our watch. And the blowback of that is going to be tremendous.” War is coming, Bannon has warned. In fact, it’s already here. It’s war. It’s war. Every day, we put up: America’s at war, America’s at war. We’re at war. White House Chief Strategist Steve Bannon, 2015 “You have an expansionist Islam and you have an expansionist China,” he said during a 2016 radio appearance. “They are motivated. They’re arrogant. They’re on the march. And they think the Judeo-Christian West is on the retreat.” “Against radical Islam, we’re in a 100-year war,” he told Political Vindication Radio in 2011. “We’re going to war in the South China Seas in the next five to 10 years, aren’t we?” Bannon asked during a 2016 interview with Reagan biographer Lee Edwards. “We are in an outright war against jihadist Islamic fascism,” he said in a speech to a Vatican conference in 2014. “And this war is, I think, metastasizing far quicker than governments can handle it.” In a 2015 radio appearance, Bannon described how he ran Breitbart, the far-right news site he chaired at the time. “It’s war,” he said. “It’s war. Every day, we put up: America’s at war, America’s at war. We’re at war.” To confront this threat, Bannon argued, the Judeo-Christian West must fight back, lest it lose as it did when Constantinople fell to the Ottomans in 1453. He called Islam a “religion of submission” in 2016 — a refutation of President George W. Bush’s post-9/11 description of Islam as a religion of peace. In 2007, Bannon wrote a draft movie treatment for a documentary depicting a “fifth column” of Muslim community groups, the media, Jewish organizations and government agencies working to overthrow the government and impose Islamic law. “There’s clearly a fifth column here in the United States,” Bannon warned in July 2016. “There’s rot at the center of the Judeo-Christian West,” he said in November 2015. “Secularism has sapped the strength of the Judeo-Christian West to defend its ideals,” he argued at the Vatican conference. The “aristocratic Washington class” and the media, he has claimed, are in league with the entire religion of Islam and an expansionist China to undermine Judeo-Christian America. This sort of existential conflict is central to Strauss and Howe’s predictions. There are four ways a Fourth Turning can end, they argued, and three of them involve some kind of massive collapse. America might “be reborn,” and we’d wait another 80 to 100 years for a new cycle to culminate in a crisis again. The modern world — the era of Western history that Strauss and Howe believe began in the 15th century — might come to an end. We might “spare modernity but mark the end of our nation.” Or we might face “the end of man,” in a global war leading to “omnicidal Armageddon.”   Now, a believer in these vague and unfounded predictions sits in the White House, at the right hand of the president. “We’re gonna have to have some dark days before we get to the blue sky of morning again in America,” Bannon warned in 2010. “We are going to have to take some massive pain. Anybody who thinks we don’t have to take pain is, I believe, fooling you.” “This movement,” he said in November, “is in the top of the first inning.”Sign up for the HuffPost Must Reads newsletter. Each Sunday, we will bring you the best original reporting, long-form writing and breaking news from The Huffington Post and around the web, plus behind-the-scenes looks at how it’s all made. Click here to sign up! -- This feed and its contents are the property of The Huffington Post, and use is subject to our terms. It may be used for personal consumption, but may not be distributed on a website.

07 февраля, 23:25

Spot The (Yield Curve) Difference

Submitted by Jeffrey Snider via Alhambra Investment Partners, QE and ZIRP were monetary experiments, though that is not how they were presented. In public, QE in particular was given a subtext of certainty, that Ben Bernanke’s Fed (or Mario Draghi’s ECB) knew exactly what it took to get the job done and furthermore would get right at it. It was a job that all Americans of all kinds wanted badly for him to succeed at, even if they knew very little of what he was doing or agreed with how he might do it. In a quirk of far, far more than random curiosity, so much is signified by so little change (shown below). I wrote earlier (subscription required): The curve today is almost exactly, and I mean almost exactly, the same as it was on December 17, 2008. That date is deeply significant and by comparison then explains almost everything that is missing from “conventional wisdom.” That was the day the FOMC announced QE and ZIRP, which means that after eight years and seven weeks it all accomplished nothing. Nothing. The eurodollar curve is right back where it was, unchanged from perhaps the darkest moment in modern central bank and monetary history. It has been left nowhere near where it was supposed to have been long before now, a problem obviously unsolved by “money printing.”   Given all the hoopla and fuss, four QE’s and so many promises and assurances, even guarantees, there was nothing to them. It is an entirely profound indictment on a lot of things, starting with “our” understanding of global money and its relationship with the global economy. It is all the reasons why we watch Chinese money markets with what may seem weirdly obsessive interest, why we believe in interbank hierarchy still, and also why the media thinks the dollar reflects inflation or Trump or whatever non-causal correlation seems the most plausible on any particular day. Something to keep in mind as “reflation”, “stimulus”, and whatever else I can put between quotation marks comes up all over again... Not Normalizing...

07 февраля, 20:21

10 Years Ago Today, The Financial Crisis Started With An Announcement By HSBC

10 years ago today, HSBC Holdings, the world's third-largest bank at the time (and one of the most aggressive players in the U.S. market for low-quality mortgages), sent a chill through the financial world with news that its bad-debt charges will be 20% higher than forecast... and became the first canary in the coalmine of what would become the worst financial crisis of a generation. "This is a material negative surprise for HSBC," said John-Paul Crutchley, an analyst at Merrill Lynch.   Foreclosures jumped 35% in December versus a year earlier, according to recent data from RealtyTrac. For the fifth straight month, more than 100,000 properties entered foreclosure because the owner couldn't keep up with their loan payments, the firm noted.   For its part, HSBC said its overall charge will be about $10.56 billion, about 20% higher than the average analyst forecast of $8.8 billion.   In explaining the outcome, the bank said its own risk projections had failed to predict how many borrowers would fall behind on mortgages as interest rates climbed and saddled them with higher monthly payments.   HSBC's warning comes just weeks ahead of its planned report of annual results and follows a December trading update that was already bearish on U.S. mortgage debt.   The problem is with HSBC's portfolio of sub-prime mortgages, which it snapped up in 2005 and 2006, before the U.S. housing slowdown began to bite. Sub-prime loans are sold to home buyers who fail to meet the strictest lending standards. And that set the ball rolling... The Global Economic & Financial Crisis: A Timeline Wednesday, February 7, 2007: HSBC announces losses linked to US subprime mortgages. Tuesday, April 3, 2007: New Century Financial, which specializes in sub-prime mortgages, files for Chapter 11 bankruptcy protection and cuts half of its workforce. Thursday, May 17, 2007: Federal Reserve Chairman Ben Bernanke says growing number of mortgage defaults will not seriously harm the US economy. Wednesday, June 2007: Two Bear Stearns-run hedge funds with large holdings of subprime mortgages run into large losses and are forced to dump assets. The trouble spreads to major Wall Street firms such as Merrill Lynch, JPMorgan Chase, Citigroup and Goldman Sachs which had loaned the firms money. July 2007: Investment bank Bear Stearns tells investors they will get little, if any, of the money invested in two of its hedge funds after rival banks refuse to help it bail them out. Thursday, August 9, 2007: Investment bank BNP Paribas tells investors they will not be able to take money out of two of its funds because it cannot value the assets in them, owing to a "complete evaporation of liquidity" in the market. The European Central Bank pumps €95bn (£63bn) into the banking market to try to improve liquidity. It adds a further €108.7bn over the next few days. The US Federal Reserve, the Bank of Canada and the Bank of Japan also begin to intervene. Friday, August 17, 2007: The Fed cuts the rate at which it lends to banks by half of a percentage point to 5.75%, warning the credit crunch could be a risk to economic growth... ... Here is Ben Bernanke's responses to these events... Feb. 15, 2007 - "Despite the ongoing adjustments in the housing sector, overall economic prospects for households remain good. Household finances appear generally solid, and delinquency rates on most types of consumer loans and residential mortgages remain low." March 28, 2007 - "At this juncture, however, the impact on the broader economy and financial markets of the problems in the subprime market seems likely to be contained. In particular, mortgages to prime borrowers and fixed-rate mortgages to all classes of borrowers continue to perform well, with low rates of delinquency." May 17, 2007 - "All that said, given the fundamental factors in place that should support the demand for housing, we believe the effect of the troubles in the subprime sector on the broader housing market will likely be limited, and we do not expect significant spillovers from the subprime market to the rest of the economy or to the financial system.  The vast majority of mortgages, including even subprime mortgages, continue to perform well.  Past gains in house prices have left most homeowners with significant amounts of home equity, and growth in jobs and incomes should help keep the financial obligations of most households manageable." Oct. 31, 2007 - "It is not the responsibility of the Federal Reserve – nor would it be appropriate – to protect lenders and investors from the consequences of their financial decisions." Jan. 10, 2008 - "The Federal Reserve is not currently forecasting a recession." Jan. 18, 2008 - (Two months before Fannie Mae and Freddie Mac collapsed and were nationalized) "They will make it through the storm." Jan. 18, 2008 - "[The U.S. economy] has a strong labor force, excellent productivity and technology, and a deep and liquid financial market that is in the process of repairing itself." As Adriano Lucatelli details for finews, on February 7 of 2007, British banking giant HSBC surprised markets with a profit warning connected to write-downs on US subprime mortgages. No-one had any inkling that this was the opening act of what would be the worst economic crisis since the Great Depression began in 1929. The 2007 crisis even eclipsed Black Monday, the stock market crash of 1987, and the collapse of the dotcom bubble of 2000. After HSBC’s loss report, the disaster gathered pace. On August 9 of the same year, the French bank BNP Paribas announced that it was ceasing activity in three investment funds that specialized in U.S. mortgage debt, and were de facto insolvent. The following month saw a  bank run on the British mortgage lender Northern Rock. Customers queued outside branches for hours, hoping to withdraw their savings. Northern Rock could no longer survive alone and was taken into public ownership by the British state on February 22 of the following year. In March of 2008, the once-proud investment bank Bear Stearns allowed itself to be taken over by J.P. Morgan Chase for $236 million, to avoid bankruptcy. The crisis reached its peak on September 15 with a fury of events. Lehman Brothers filed for Chapter 11 bankruptcy protection, and Merrill Lynch was taken over by Bank of America for $50 billion. The Dow Jones Index suffered its worst single-day loss since the terror attacks of September 11, tumbling 777.68 points to close just over 10,000 points. Stock Market Movement During the Crisis   (Source: Bloomberg) How do things look ten years later? Judging by the situation in the U.S., everything seems to be in order. The normalization of monetary policy by the Federal Reserve late in 2015 marked the official end of the financial crisis. The S&P 500 and the Dow Jones have long overtaken pre-crisis values. Since Donald Trump’s election, they’ve even reached new all-time highs. All’s well that ends well? Not quite. In the eurozone, the outlook is still predominantly gloomy. To save the crumbling banks, governments have had to inject billions. This created a sovereign debt crisis that threatens the survival of Europe's single currency. In Europe, the crisis has already claimed its first victim: Greece. The country lies in ruins, and it is not clear how Greece will ever pay back its debts. Without debt relief, Greece would hardly be able to stand on its own feet again, and Grexit would be inevitable. Trouble is also brewing in Italy. After ten years of stagnation and three of recession, rates of prosperity, employment and savings are on the floor. As a result, populist powers have gained political weight, and the «five-star movement» has even promised a referendum on eurozone membership. It is still too soon to say that Europe has overcome the financial crisis. Instead, Europe's unity project remains under threat. The eurozone countries must therefore face up to the removal of the structural weaknesses that were uncovered by the crisis, and introduce sustainable reforms. If they do not manage to do that, there will be extremely stormy years ahead. If no effective action is taken, the collapse of the eurozone, if not the entire European Union, could well be the delayed result of the 2007 global financial crisis.

07 февраля, 10:00

Дональд Трамп и ФРС

Атаки на политику главы Федерального резерва (ФРС США) Джанет Йеллен, которая находится у руля американского Центробанка уже более двух с половиной лет, стали частью предвыборной риторики Дональда Трампа. Сегодня ФРС США привлекает внимание не только Трампа, не только американского бизнеса в целом, но и деловых кругов всего мира. Всех интересует один вопрос: какой будет базовая […]

07 февраля, 02:30

After Obama, A New Dawn Or More Of The Same?

Submitted by William Anderson via The Mises Institute, Nearly four decades ago, political pundits were shocked as voters turned away President Jimmy Carter and voted in Ronald Reagan, who promised to bring fundamental change to Washington and the indwelling political establishment. At the time, unemployment was rising quickly and inflation raged in double-digits, and Reagan had promised to deal with the economic failures by cutting income tax rates, slashing government spending, and reducing the regulatory burden. As we know, Reagan succeeded in convincing Congress to do one of those three things — cut income tax rates — but the spending and regulatory monster continued to grow. The Carter administration already had initiated most of the major deregulation initiatives, and Reagan’s role in that area was minor at best. Reagan had to deal with something else in 1982 that threatened to turn his presidency into a one-term failure: a major recession in which the nation’s unemployment rate rose to above 10 percent and the disappearance of whole swaths of the nation’s industrial sector, resulting in what has been called the “Rust Belt” of the northern United States. Ending 1970s-Style Inflation We know the rest of the story. The economy recovered (despite interest rates that were above 10 percent) and Reagan won re-election in 1984 in a huge electoral landslide. We also know that while the Reagan administration had many failures, capital investment nonetheless turned toward the “high-technology” sectors and telecommunications. The one thing that was on no one’s political agenda in 1980 was on Federal Reserve Chairman Paul Volcker’s mind: how to wring inflation out of the system and reestablish some balance in the monetary sector. Reagan claimed that by cutting tax rates, businesses would follow with new investments and increase the supply of goods available to consumers, thus reducing inflation on the “supply side.” This is why the Reaganites referred to their plan as “Supply-side Economics.” Volcker understood, however, that while supply-side’s boosters might have claimed it to be a painless way to end inflation, it clearly would be doomed to failure, something Austrian economists like Murray Rothbard and others also comprehended. Inflation is first and foremost a monetary phenomenon and reducing inflation would not come about by just cutting taxes and producing more goods. Instead, Volcker and the Fed needed to stop expanding the economy’s money supply and also allow interest rates to rise — and rise they did. Unfortunately, the pundits (along with most economists — who should have known better) employed the post hoc ergo propter hoc fallacy, claiming that higher interest rates caused the severe recession of 1982. Instead, the higher interest rates exposed the economic malinvestments that needed to be liquidated before the economy could have a real recovery, and while Austrian economists are not necessarily satisfied with what the Fed and US government did during the 1980s, some positive things happened with the economy during the 1980s. Will Trump Pop the Bubble? Donald Trump faces a much different situation post-election than did Ronald Reagan, but nonetheless a recession looms, as the Federal Reserve policies of the past two decades have piled up a mountain of malinvestments, and especially since 2008, when the housing bubble finally crashed. Since then, the economic “game plan” for the Fed and the Barack Obama administration has been to prop up the weak sectors of the economy through a combination of outright subsidies and Fed security purchases. The stunning diagram below explains in part why both interest rates are extraordinarily low and the US economy remains sluggish. As one can readily see, Fed purchases pre-2008 meltdown consisted mostly of six-month U.S. Treasury Bills, with the dollar amount being about 5 percent of US Gross Domestic Product (GDP). Post-meltdown purchases, however, have skyrocketed, and the Fed, while cutting back on six-month T-bills, has engaged in two very questionable activities, including the purchase of massive numbers of mortgage securities to continue what is left of the housing bubble, and buying long-term US bonds in order to decrease the interest rate spread between short-term and long-term securities. This is something that former Fed Chairman Ben Bernanke called “Operation Twist” (or what Peter Schiff more aptly said should be named “Operation Screw”). The purchases tended to level off after 2014, but not until the Fed was propping up a quarter of U.S. GDP through its purchases. Yes, the official rate of unemployment in this country is less than 5 percent, but no one — not even Paul Krugman — is claiming that all is well. Certainly, both Bernie Sanders and Donald Trump were able to generate a lot of political enthusiasm for saying the economy is in peril. The Real Problems Underlying This "Expansion" Because Keynesians are wedded to the false “theory” of aggregate demand and aggregate supply, they are incapable of understanding the real issues facing the economy, and no one should be surprised. After all, Japan’s political and business leaders have been delusional for a quarter of a century, as the government now is trying to “stimulate” the economy via negative interest rates, something that truly places the government in a war with nature. For that matter, Krugman’s recent claims that future “austerity” measures — presumably imposed by the future Trump administration — will lead to a recession actually demonstrates a terrible ignorance of what actually causes economic downturns. The US economy clearly is sluggish, yet interest rates are very low, thanks to Fed programs like quantitative easing. Yet, while Keynesians call for increased amounts of government borrowing and spending (called “fiscal policy” in Keynesian jargon), the problem isn’t a lack of government-bred “stimulus.” The problem is that of large-scale malinvestments. When the Fed finds it necessary to use its large checkbook to manipulate huge swaths of the economy through playing with interest rates, there is no doubt that there are large underlying weaknesses throughout the economic system. Combine that with the vast government subsidies of “green” energy and the gargantuan amounts of money being poured into the unproductive US Armed Forces, and one can see that the government is cannibalizing the productive sectors in order to prop up the unproductive ones. What Must Be Done What needs to be done, or more specifically, what must the government not do so that a real economic recovery can occur? First, and most important, the Fed must stop purchasing mortgage securities and long-term treasuries. That means that both mortgage rates and long-term interest rates will rise, and this also will pull up short-term rates. The economy cannot have a recovery if the Fed fails to do this. All of this seems to be counterintuitive, since both Keynesians and Austrians agree that the immediate effect of the Fed’s discontinuation of such purchases would mean a steep, short-term recession. Permitting interest rates to rise means that both housing and related industries will be hit hard (as was the case in 1982 — and the industry demanded a bailout). The current economy — sluggish as it is — is addicted to low rates, and this cannot go on if the USA is going to avoid the fate of Japan and Europe, where the economy also is weak. Austrians vs. Keynesians However, Austrians and Keynesians diverge at interpreting what actually is happening after interest rates increase. Keynesians claim that aggregate demand is falling and will continue to fall until the economy reaches bottom unless government intervenes through spending and more money creation. Austrians, on the other hand, realize that in the short term, malinvestments that built up during the credit-caused boom are being liquidated, and if government and monetary authorities permit the liquidation and do not block the redirection of resources, entrepreneurs will lead the economy into a real recovery. For that matter, Austrians and Keynesians are not even on the same planet when it comes to interpreting the role of interest. Austrians note that interest rates are connected to time preferences of borrowers and savers, and that interest rates send signals regarding the direction of capital goods and consumer goods. Keynesians, on the other hand, see interest rates as the gateway for aggregate demand, and suggest that interest rates generally should be lower than they would be if set by the market. This difference of thinking is crucial. Keynesians demand an economic version of the alleged Einstein definition of insanity: doing the same thing repeatedly and expecting different results. Japan has engaged both in massive government spending (read that, building tunnels, roads, and bridges to nowhere) and monetary manipulation, even resorting to negative interest rates, and yet Japan suffers from anemic economic growth — and will continue to experience the same until someone is willing to admit that 25 years of “stimulus” does not an economy make. Donald Trump will face this moment, like it or not. Barack Obama faced it and decided to kick the can down the road and opt for yet more “stimulus.” How Trump deals with it will determine whether or not the US economy recovers from bad policies, or goes the way of Japan and Europe. The irony (at least for Keynesians and fellow True Believers) is that the very thing that Keynesians believe will create long-term economic downturn — raising interest rates — is what the US economy needs most. More than a decade of artificially-low interest rates has distorted the economy’s structures of production to the point where it will take a sharp recession to bring back productive balance — as counterintuitive as that may seem to many readers. There is no doubt that should Trump agree to allow rates to rise, he will pay a steep political price, as there is no doubt that the Dow Jones Average will tank and short-run liquidation of malinvestments will create some havoc. What should Trump do when higher interest rates expose many of the dislocations? In a word, nothing. When the 1982 recession was in full force and much of official Washington, along with journalists, was calling for reflation of the economy, bailouts, and other “corrective” measures, President Reagan simply replied, “Stay the course.” Although, as noted earlier, Reagan did a number of things that were both politically and economically harmful throughout his presidency, nonetheless, he was right on that point, and ultimately his stubbornness bore some economic fruit.

04 февраля, 15:54

Book Bits | 4 February 2017

● Black Edge: Inside Information, Dirty Money, and the Quest to Bring Down the Most Wanted Man on Wall Street By Sheelah Kolhatkar Review via Bloomberg BusinessWeek Steve Cohen had a target on his back. The government was determined to prove that the hedge fund manager, known on Wall Street for eye-popping annual returns of […]

Выбор редакции
02 февраля, 00:03

VIX Crashes To 10-Year Lows As 'Dovish' Fed Sparks Gold Gains, Dollar Losses

One look at WTI, RBOB, and VIX today and it's clear the algos are in charge... don't play...   Post-Fed, Gold was the biggest winner...   As rate-hike odds dropped...   The S&P was down 4 days in a row before today - the longest losing streak since the election... (Trannies were best post-Fed, but failed to get back to even)   VIX flash-crashed to 9.97...   Its lowest since Feb 2007... The index last dropped below 10 on February 14, 2007, when the Federal Reserve’s then-chairman Ben Bernanke delivered his biannual report to Congress, and the S&P 500 rallied to a multi-year high.   The Dow's moves today were dominated by AAPL...The Dow gained 26 points of which 60 were AAPL!   As AAPL shares soared to July 2015 highs and their most overbought since 2012...   While the dollar dumped after The Fed decision, it ended the day relatively unchanged (even as JPY strengthened)...   Treasury yields ended the day higher (early positive data), despite dropping after The Fed... (NOTE - 2Y yields dropped 4bps after The Fed from 1.25% to 1.21%)   And the yield curve steepened notably after The Fed...   Total chaos in the energy complex as terrible inventory data sparked a selloff that was panic-bid ramped by algos 13 minutes later... only to crash again to the lows before melting up into the NYMEX close on weak Dollar...   Gold bounced of $1200 overnight...

01 февраля, 00:01

How the Fed Shrinking Its Balance Sheet Impacts Investors

Since the United States' financial crisis, the Federal Reserve has massively grown their balance sheet to $4.5 trillion from quantitative easing (QE).

31 января, 18:01

Trump set to change market dynamics

Remember Fed Watchers?  It was like a market fetish - watching Sir Alan Greenspan's every move, as a possible 'hint' of interest rate policy.  Was his briefcase heavy?  Did his shoulder sag more than usual - indicating many papers in the briefcase, which means the Fed has a lot to decide?  Those were the days.. although Ben didn't seem to have the intellectual charisma of Sir Alan, Ben Bernanke seemed to work as a robot, with no indications from his personality whatsoever, not even a twitch of his beard.  No comment about the current Fed Chair. Trump however, seems to have changed the game - look just from today: http://www.zerohedge.com/news/2017-01-31/biotech-stocks-slide-trump-slams-astronomical-prices-tells-drug-ceos-get-prices-down If anyone was wondering what Trump would tell Pharma CEOs in an ad hoc meeting scheduled for 9 am today, here is the answer: TRUMP TO DRUG CEOS: YOU HAVE TO GET PRICES DOWN TRUMP ON MEDICARE, MEDICAID WE NEED PRICES WAY DOWN.  PRICING HAS BEEN ASTRONOMICAL TRUMP SAYS NEED TO MAKE DRUG PRODUCTS IN THE US TRUMP WILL OPPOSE REGS FOR SMALLER COMPANIES Some companies are even developing strategies to monitor "The Trump Call" tweet effect: Just in time for his inauguration, London-based fintech firm Trading.co.uk is launching an app that will generate trading alerts for shares based on comments made on social media by Donald Trump. Keeping one eye on the U.S. President-elect’s personal Twitter feed has become a regular pastime for the fund managers and traders who invest billions of dollars daily on world stock, currency and commodity markets. This is all well and good but what implications for the broader markets?  Such a market force has frankly, never existed.  When someone like Bill Ackman tweets, people notice.  But it won't drop the USD Index by 1%, nor will it tank the Biotech Index, or tech.  For better or worse, the Trump tweet effect is a new force that's changing the market dynamic - let's say for the better, because at least it's disruptive.  Fundamentally, short term spikes shouldn't change anything, it's just perception and knee jerk reaction.  Algos should be adaptable, and if you're trading for the long term fundamental play - short term moves shouldn't matter too.   But this is a 'visible hand' that's never been seen in the markets before.  It's a new risk, a new risk to hedge.  It's possible to hedge any risk, using options, futures, insurance, and other instruments.   On the other hand, entire strategies could be developed, just trading the Trump tweet momentum - but you'll have to be quick!   To learn about FX Hedging, such as Emerging Market hedging which is going to be an increasing issue in 2017 - Checkout Fortress Capital Hedging. If you want to get started learning how markets really work, checkout some titles from the bookstore here at pleaseorderit.com

30 января, 23:55

February’s FOMC Meeting: A Powder Keg In Search Of A Match

Authored by Mark St.Cyr, On February 1st the Federal Reserve will conclude its scheduled two-day meeting. No one expects any change in policy to be announced, especially since the Fed has since hiked rates at the preceding meeting. And with there being no press conference scheduled, that’s been a pretty reliable indicator for all to assume it’s steady-as-she-goes. Although I agree, what I also believe is there’s a wildcard in this one that could send everything into a tizzy. That “wildcard” is: The minutes. The minutes (e.g., transcripts of the meeting) are released three weeks after the date of the policy decision. More often than not these are looked upon by the “markets” as “already known, knowns.” In other words, a non-market moving event. However, I believe this meeting followed by its minutes may set up the “markets” as well as the economy for an “Ides of March” we may all soon not want to remember, let alone – never forget. So why is it I imply these minutes might have more onerous implications than prior? Two words: China, Yuan. Let’s lay out a few other “known, knowns”, as well as a possible “what if” and what they might portend after this upcoming Fed. meeting shall we? As we sit here today it’s hard to overstate what is now coined the “Trumpflation” trade happening across the U.S. “markets.” All the major indexes are trading at never-before-seen-in-human-history-highs. Even the President himself took to social media to put his stamp (or brand) of approval on Dow 20K. And with that action implied credit for it. Something prior presidents usually kept at arm’s length, accepting credit via osmosis. So to say, think, or believe this president isn’t going to insert himself into the dialogue of the “markets” in the future, for whatever the reason, is naive at best, willfully blind as worst. Because now – you have precedent. This is an important point to remember. Now on the other hand we have China, and the Yuan. And I believe it’s here where things begin to go awry in very short order. I will argue both the “markets,” and currencies are about to be caught off guard and left flat-footed in much the same fashion as politicians everywhere have been with the U.S. president. i.e., Completely shocked and stupefied as to the reality of what he’s doing – as compared with what they thought (or believed) he’d do. And he’s only been in office a week. It is a known fact that China is currently throwing everything (including the kitchen sink) trying to stem capital flight from not only within its borders, but also, a depreciating Yuan exacerbated by a rising $Dollar. And it’s not getting better. The real problem? It may go from worsening condition to catastrophic at any moment. No hyperbole intended. China’s latest efforts to halt an ever falling Yuan seems to be waning, along with the ever watched USD/CNH cross rate once again inching back toward prior intervention attempts. Or to say it differently: Without constant, unrelenting, massive intervention – the path is down, and maybe, waaay down. China’s dilemma is not merely worsened by the ramifications of a “hawkish toned” Fed. That’s an understatement. What I want to make clear from my perspective is this: In its (China’s) current position, I’m of the opinion they’re one rate hike (U.S. hike to be specific) away from the Yuan becoming completely unglued from any sought level by the politburo, regardless of further intervention – and- goes into an uncontrolled free-fall, exacerbated by capital flight which only may be halted or quelled by some form of monetary martial law. I’m also of the opinion – it’ll be too little, too late, and the global “markets” will go into a near instantaneous heaving with gyrations possibly worse, if not on par, with the beginning chaos seen in early 2008. And that can all happen (“can” because nobody knows) in the coming weeks. Here’s why: A lot has changed over the last few weeks. First and foremost: president-elect is now Mr. President. And with that has come sweeping changes to the global stage as to how once thought sacrosanct “trade deals” or “trading partners” have been relegated to “it’s different this time” status. Make that – much, much different. One of the most stunning developments I personally took notice of was the president’s very public cancelling of a scheduled meeting with Mexico’s president. What I found absolutely comical was the reporting of it by the media through the political lens. Every word I continue to hear, or read, is either in the form of unhinged apoplectic, or utterly confused. I’m here to tell you the way the president treated that circumstance is absolute “Business 101.” To think this president isn’t more concerned with “business optics first” as opposed to “political optics” is journalistic, as well as political malfeasance. Any person who is, or has, been in business viewed his response (e.g., Mr. Trump’s) as a textbook business negotiation tactic. i.e., “If we can’t agree that it has to be good for the both of us? Fair enough, thanks for letting us know, all the best: ‘click.'” I personally have used that exact negotiating start point countless times throughout my own career. I’m going to make this point for it is the key to understanding what truly took place. Not from the political, but rather, from the business perspective: “Click” means just that: Click, the conversation is over. If you aren’t already prepared, or at the least cognizant of the consequences – whatever they may be – you don’t use it. It’s not something, or a tactic, to be used flippantly. That’s why it can be one of the most forceful negotiating start-points in business for it implies nothing, rather – it states clearly: “If my phone doesn’t ring, I know it’s you – and don’t care.” This is for those who aren’t interested in “talking” about a deal. It’s only used by those interested in doing a deal. If not? They’re moving on to someone else who either might or does. It’s not for the faint-of-heart politician, and that’s why most are already seeking oxygen masks. But serious business people? It’s the only way. Period. China’s politburo has to now assume that this president is far more serious and willing to accept consequences as to renegotiate prior deals or hash out new ones going forward. Calls of “currency manipulator” or for “tariffs” and more are now squarely on the table going forward. China must now look at any and all possibilities through the lens of having actual follow-through. Why? By all appearances Mr. Trump is showing when it comes to business – he’s deadly serious. But what may be more important is this: He appears personally prepared and willing to accept or deal with any fallout.  And, once again – that’s Business 101. It is there dear reader, where the rubber-hits-the-road far differently than ever before when it comes to China. For it might be that the next person Mr. Trump decides to “cancel a meeting” or “tell them I’ll get back to them” is none other than China. A position the China of today has never been in. This must be causing quite the stir, as well as consternation for China’s leaders behind the scenes as they’re enjoying (or at least trying) their New Year. Why? Because you now have provable actions as to compare or postulate by. i.e., The current “Mexican standoff” must be taken as entirely plausible to happen to them. Regardless of how many (enter your “think” tank of choice here) might argue it as “crazy talk.” And speaking of “crazy talk.” Let’s get to the Fed. and its upcoming meeting shall we? As convoluted as the current narrative is to follow of whether or not the Fed. will in-fact begin raising rates in earnest this year. One thing is clear: The Fed. appears to now be by openly hostile to the current administration. Why do I make such a claim? Just look to their own public words for clues. At the last meeting I made the observation for opinion that if you watched, and listened to the retorts given by Ms Yellen. One couldn’t come away with any other conclusion than what appeared to my eye. i.e., A complete reversal for upcoming policy based purely on the current administration. Data be damned. Not only an I still standing by that claim, I feel more confident in it than ever. Here’s why: As I stated then: About 60 days prior to that meeting and subsequent rate hike Ms. Yellen gave a speech on how the residual effects from the financial crisis of ’08 had yet to be vanquished and were still present adding to much of the malaise still apparent in the economy. Here thoughts on what to do about it? Maybe a “high-pressure” policy stance would be suitable. What’s that in layman’s terms you ask? Basically it’s this: Keep rates low even while the economy shows improvement and inflation rises, even if it’s above any once “mandated” benchmark. That was when Mrs. Clinton appeared to be the presumptive winner. When it was president-elect Trump? Raise rates, and vociferously imply not only is an increase of rate hike gone from a well-assumed 2 to 3 in 2017. But what was far more instructive was Ms. Yellen’s responses as to imply more are on the table should they see fit. Don’t take my word for it as I like to point out. Watch the press conference for yourself and come to your own conclusions with what you know now. Including the timing for her purple attire. But I digress. So here we are today a little more than 30 hence that meeting, and what has now been added into the discussion? Hint: The unwinding of The Fed’s balance sheet. What’s even more incredible about this story is what the main-stream media and financial media missed, or conveniently glossed over, take your pick. e.g., The inferred revelation that Fed. members are thinking of soon. As in real soon. To wit: Fed. president Mr. Harker (paraphrasing): “When rates are at 1%, we need to look at unwinding the balance sheet.” Fed. president Mr. Bullard (paraphrasing): “Balance sheet roll off may be better than aggressive hiking.” Some will say I’m trying to make an argument that really doesn’t exist, because it’ll be implied as “it’s not like they mean it.” This will be the go-to argument or rationalization by most policy wonk talking heads. However, I use as evidence to back up my assertion with none other than “Mr. Courage To Print, and Print more” former Fed. chairman Ben Bernanke’s own “Wait…what?” response with his own near immediate rebuttal, to wit: “Has the Fed’s approach to balance sheet normalization actually changed? At least until I hear otherwise from the FOMC’s leadership or the Committee as a whole, my guess (and hope) is that it hasn’t.” If we’ve learned aything over the last few years “hope” is not a strategy. Especially when it comes to serious matters. So let’s take this all at their word, for that’s why they tell us their “communication strategy for forward guidance” is there for, no? Even if the former chairman is as confused to their intent as the rest of us. First: “When rates are at 1%, we need to look at unwinding the balance sheet.” Rates are currently at .5% which implies we are either 1 rate (or Fed. meeting where the old norm of raising .5 or 1/2% begins in earnest once again) away from possibly beginning the once unmentionable (let alone inconceivable) unwinding of the balance sheet. If they decide to do 1/4 points (e.g. .25) raises as has been the norm, then we’re possibly just two meetings away. That’s March 15th aka the Ides of March. (Gotta love the coincidence of history, yes?) Some will say. “That’s crazy talk.” I’ll contend, as well as argue: The open discussion calling for even a hinting of unwinding the “balance sheet” by the Fed. was also once considered crazy. And yet? There it is. Second: “Balance sheet roll off may be better than aggressive hiking.” So let’s put this into perspective: If one rate hike a year has been seen as “the norm.” And if we add to that even 1 has been seen as foreboding dependent on the timing. Is it not fair to conclude the possibility of 3 in a year, added with the Fed. Chair herself arguing maybe even more might be forthcoming should the FOMC decide as – “aggressively hiking?” Notwithstanding being in concert this argument began with someone who made financial heads scratch everywhere when he himself aggressively switched just last year from a “hawkish” perspective to near “uber-dove?” Again, taken at face value the only prudent consideration is for one to position (or at least calculate in earnest) for the possibility that the Fed. may in fact decide to push much, much faster, and in ways once considered unimaginable, not in years to come – but starting as early as February. Think that through once again, for if that’s not implying “it’s different this time?” Nothing is. So with the above for context here’s the real issue: China has to be looking at all the above from behind closed doors – and be absolutely freaking out! And yes, I mean that precisely, consider it a new “technical term” in response to the current state of affairs and messaging which they can only try to understand, let alone formulate contingency plans for. Remember, they are truly a command and control economy and government. e.g., Communist regime. They don’t have the business savvy for nuance and theatre as we have here. This is a very dangerous point for the global economy and “markets, let alone for the Chinese politburo. Remember: For all intents and purposes they (the Chinese politburo) view everything via the lens of “a hammer in want of a nail.” And while looking at the above through that prism, they may feel the only thing for them to do is “pound, and pound now.” Remember the line I liked to quote from the movie Margin Call, “It’s not panicking if you’re first.” Since July of 2016 things have not gotten better for China. As of today the only thing that has worked as to stem the tide of the Yuan falling ever fast and further into oblivion is utilizing the proceeds via the aggressive selling of currently held U.S. debt. (So far the latest best guess has been well over $1TRILLION) And here you have multiple Fed. members openly stating it may, in concert, with an aggressive (there’s that word again) raising of rates be looking to, or advising for, purging some of its balance sheet (and by how much is anyones guess although one has to assume it may be more than anyone thinks let alone believes). All of which if it were to happen (and you have to assume, as well as position that it is a possibility) would be vying for the same buyers for debt as you (e.g., China), and would cause a flooding of the “markets” with purchasable debt into too few buyers with the resources to consume it all, exacerbating what would already be problematic to begin with. If China feels that it is in a no-win situation (and it’s easily conceivable using the Fed’s latest words, speeches, shift in policy signaling and a whole lot more) They might decide after coming back from their New Year holiday and – act first – question later. Once the February 1st FOMC meeting concludes – if – the chatter now apparent and public by Fed. members continues during the interlude before the releasing of the minutes, I feel another of the “first to act” will be Mr. Trump in a calling out of epic proportions for hypocrisy using, and pointing to, a very defendable position using the Fed’s own prior testimony, signaling, and more to publicly make his case. Especially if the “markets” begin roiling. During that time I believe China will wait for the minutes to be released, and if it is made apparent that there was indeed further discussion as to bolster the inferences that the Fed. may be actively considering a path as to embark on a march towards higher rates, along with the thinning of its balance sheet, which would inevitably send the $Dollar rocketing skywards? They’ll act first and ask (or maybe not) questions later. Sending everything that is now taken for granted in the “markets” (e.g., “It’s good to be long!) into total chaos. All before March 15th’s next meeting. Again, which just so happens to be the exact date originating the “Ides of March” warning. As I implied in the headline: This “powder keg” may not wait until then. For “then” (March) may be a moment too late. (Just ask Caesar) Circumstances are now showing this “powder keg” could in fact become – self-combusting. All courtesy of The Fed’s own words whether, stated, implied, written, or imagined.

30 января, 16:42

ФРС прорабатывает сценарии сокращения огромного объема активов на балансе

Объем долгосрочных облигаций, ипотечных бумаг и других активов на балансе Федеральной резервной системы (ФРС) достиг рекордного уровня после трех раундов количественного смягчения (QE) с целью поддержки экономики, и теперь американский центробанк прорабатывает сценарии постепенного сокращения этого портфеля.

23 марта 2016, 14:15

HSBC и Citi думают о деньгах с вертолетов

HSBC, Citigroup и Commerzbank задумались о "деньгах с вертолетов". Идею прямого экстренного стимулирования потребительского спроса еще в 1969 г. предложил нобелевский лауреат Милтон Фридман.

06 февраля 2016, 11:56

ФРС на Украине: идеальное порабощение

Глава Федрезерва Бен Бернанке сделал все, чтобы вызвать в "незалежной" хаос

27 октября 2015, 07:07

Экономика. Курс дня, 26 октября 2015 года

Трудная пятилетка: власти Китая разрабатывают план действий по развитию экономики. Главная интрига: каким будет норматив по росту ВВП. Советы бывшего: Бен Бернанке считает, что проблемы для Федрезерва кроются не в экономике США - их создают внешние факторы. Последний рейс: "Трансаэро" собирается инициировать собственное банкротство. Тем временем Росавиация лишила компанию разрешения на полеты. Будьте в курсе самых актуальных новостей! Подписка на офиц. канал Россия 24: http://bit.ly/subscribeRussia24TV Последние новости - http://bit.ly/LatestNews15 Вести в 11:00 - https://bit.ly/Vesti11-00-2015 Вести. Дежурная часть - https://bit.ly/DezhChast2015 Большие вести в 20:00 - http://bit.ly/Vesti20-00-2015 Вести в 23:00 - https://bit.ly/Vesti23-00-2015 Вести-Москва с Зеленским - https://bit.ly/VestiMoskva2015 Вести в субботу с Брилёвым - http://bit.ly/VestiSubbota2015 Вести недели с Киселёвым - http://bit.ly/VestiNedeli2015 Специальный корреспондент - http://bit.ly/SpecKor Воскресный вечер с Соловьёвым - http://bit.ly/VoskresnyVecher Поединок - https://bit.ly/Poedinok2015 Интервью - http://bit.ly/InterviewPL Реплика - http://bit.ly/Replika2015 Агитпроп - https://bit.ly/AgitProp Война с Поддубным - http://bit.ly/TheWar2015 Военная программа Сладкова - http://bit.ly/MilitarySladkov Россия и мир в цифрах - http://bit.ly/Grafiki Документальные фильмы - http://bit.ly/DocumentalFilms Вести.net - http://bit.ly/Vesti-net Викторина с Киселевым - https://bit.ly/Znanie-Sila

19 октября 2015, 13:48

Экономика. Почему мы имеем низкие процентные ставки. Глобальный избыток сбережений. Часть 3.

Экономика. Почему мы имеем низкие процентные ставки. Глобальный избыток сбережений. Часть 3. Автор: Бен Бернанке  перевод: мой) Бен Бернанке является почетным членом в резиденции Программы экономических исследований в Институте Брукингса. С февраля 2006 по январь 2014 года, он был председателем Совета управляющих Федеральной резервной системы. Доктор Бернанке также служил в качестве председателя Комитета по открытым рынкам, главного органа денежно-кредитной формирования политики Системы.Мой предыдущий пост обсуждал теорию “длительного застоя” Ларри Саммерса и понимание того, что денежно-кредитная политика хронически неспособна толкнуть процентные ставки достаточно низко, что бы достичь полной занятости. Единственный верный способ приблизится к полной занятости, в этом представлении возможно только посредством финансового действия.. Недостаток гипотезы длительного застоя – в том, что она фокусируется только на факторах, влияющих на формирование внутреннего капитала и внутренних расходах домохозяйств. Но американские домохозяйства и фирмы могут также инвестировать за рубежом, где многие из указанных факторов инициированных длительной стогнацией (такие как замедление прироста населения), могут быть менее релевантными. В настоящее время много экономик крупных промышленно развитых стран находятся в циклически слабых позициях и возможности иностранных инвестиций для американских домашних хозяйств и фирм ограничены. Но если целый мир не находится во власти длительного застоя, в некоторый момент возможности привлекательных инвестиций за границей вновь появятся. Если это так, то любая тенденция к длительному застою в одних только США должна быть смягчена и нивелирована иностранными инвестициями и торговлей. Прибыльные иностранные инвестиции генерируют доход от капитала (и, следовательно, расходы) дома; оттоки ассоциированного капитала должны ослабить доллар, стимулируя экспорт. В принципе иностранные инвестиции и сильная экспортная составляющая могут компенсировать слабый спрос внутри страны. Конечно, есть барьеры для международного движения капитала или товаров, которые могут препятствовать иностранным инвестициям. Но если это так, тогда мы должны способствовать устранению таких барьеров, как потенциальному противоядию от длительного застоя в США. Несколько лет назад я обсуждал макроэкономические последствия глобальных потоков сбережений и инвестиций под рубрикой «Глобальный избыток сбережений»  ( http://www.federalreserve.gov/boarddo…/speeches/…/200503102/ ). Мой вывод состоял в том, что глобальный избыток сбережений над инвестициями, исходящих в значительной мере из Китая и других азиатских стран с формирующейся рыночной экономикой и производителями нефти, как Саудовская Аравия, был основной причиной низких мировых процентных ставок. Я утверждал, что поток мировых сбережений в США помогли объяснить «загадку» ( используя термин Алана Гринспена ) постоянно низких долгосрочных процентных ставок в середине 2000-х годов, в то время как ФРС поднимала краткосрочные ставки… Сильный приток капитала подтолкнул вверх стоимость доллара и помог создать очень большой дефицит торгового баланса США равный почти 6-ти процентам ВВП в 2006 году. Отвлечение 6-ти процентов внутреннего спроса на импорт дает альтернативное объяснение длительному застою, а так же провалу перегрева американской экономики в начале 2000-х, несмотря на наличие растущего в тот момент пузыря в рынке недвижимости. (см  http://econweb.ucsd.edu/~jhamilto/USMPF_2015.pdf). Существует некоторое сходство между глобальным избытком сбережений и идеей долгосрочной стагнации: оба явления продуцируют избыток желаемой экономии над желаемыми капитальными вложениями при «нормальных» процентных ставках, подразумевая значительное понижательное давление на рыночные ставки. Оба явления способствуют замедлению роста экономики США. Длительный застой делает это за счет снижения внутренних инвестиций и потребления, а глобальное сберегательное насыщение посредством более слабого экспорта и увеличение торгового дефицита. Тем не менее, существуют важные различия. Как я уже упоминал, гипотеза избытка сбережений имеет в основе глобальную тенденци, а понятие “длительный застой”, как правило, применяется для отдельных стран или регионов. Второе отличие состоит в том, что stagnationists склонны приписывать слабость в разделе капитальных вложений к фундаментальным факторам, таким как: медленный рост населения, низкой потребностью в капитале многих новых отраслей промышленности, и снижением относительной стоимости капитала. В отличие от этого, с несколькими исключениями, гипотеза избытка сбережений приписывает избыток требуемой экономии к требуемым инвестициям к решениям государственной политики, таким как совместные усилия азиатского EMEs, чтобы сократить заимствование и увеличить международные резервы после азиатского финансового кризиса конца 1990-х.Это отличие важно, я думаю, потому что каждое из них будет подразумевать совершенно разные стратегии “ответа” на проблему и выбор таких “ответов” будет зависеть от того какую из гипотез вы принимаете в качестве рабочей. Как предложил Саммерс, если длительный застой является причиной медленного роста и низких процентных ставок, экспансионистская фискальная политика может быть полезной в этом случае и в долгосрочной перспективе, правительство может также принять меры для улучшения отдачи на инвестированный капитал, такие как более благоприятный налоговый режим а так же поддержку исследований и разработок. Если причиной является глобальный избыток сбережений, то правильный ответ состоит в том, чтобы попытаться переломить различные политики, которые генерируют избыток сбережений, например, нужно работать над тем, чтобы освободить международные потоки капитала и снизить вмешательство в валютные рынки с целью получения торгового преимущества.Чтобы помочь оценить, существует ли еще Глобальный избыток сбережений, таблица в конце этого поста иллюстрирует данные моих выступлений 2005 и 2007 года. Показаны национальный профицит счета текущих операций и дефицит в течение четырех лет, два года до и два после кризиса, и 2013-й (полные данные для 2014 еще не доступны). Данные, в основном из Международного валютного фонда, в миллиардах долларов США. Выражая сальдо счета текущих операций в долларах позволяет легко сравнивать между странами, но имейте в виду, что эти цифры не с поправкой на инфляцию или рост в различных странах и регионах.Излишек текущего счета страны является примерно нетто-величиной финансового капитала, который она посылает за границу; это также равно национальному профициту страны за вычетом количества инвестиций внутри страны. Страна с профицитом текущего счета экономит больше, чем она инвестирует внутри страны и использует избыточные сбережения, чтобы получить иностранные активы. Страна с дефицитом текущего счета является чистым заемщиком на глобальных рынках капитала.Таблица подтверждает несколько основных моментов, касающихся эволюции сальдо счета текущих операций: Во-первых, дефицит текущего счета США примерно упал в двое (в долларовом выражении) в период между 2006 и 2013, до $ 400 млрд, или на 2,5% от валового внутреннего продукта. Конечно, повышение американской нефтедобычи, которая сокращала потребность в импортируемой энергии, имело непосредственное отношение к этому. Среди крупных промышленных стран, улучшение позиции США было частично компенсировано, значительным снижением сальдо текущего счета Японии и резким скачком дефицита текущего счета Канады. Во-вторых, совокупный излишек текущего счета стран развивающегося рынка — чьи большие чистые сбережения были важной частью моей первоначальной сберегательной истории насыщения- значительно упал с 2006 г. Спад объясняется снижением сальдо Китая (частично компенсированным увеличением других частях Азии) и переход от избытка к существенному дефициту в Латинской Америке (в частности, в Бразилии). В-третьих, профицит счета текущих операций в регионе Ближний Восток / Северная Африка была больший в 2006 году и оставался большим в 2013 году, что отражает продолжающийся поток прибыли от продажи нефти. Однако, учитывая резкое недавнее падение цен на нефть, вполне вероятно, что эти излишки иссякнут уже в 2014 году.Наконец, коллективный профицит счета текущих операций стран еврозоны вырос более чем на $ 300 млрд с 2006 года и около четверти этого роста идет от увеличения избытка Германии, но доминирующим фактором является дисбаланс от глубоко дефицита до профицита в части так называемой периферии (Греция, Ирландия, Италия, Португалия, Испания). Часть этого может быть следствием улучшения конкурентоспособности, но большая часть, вероятно, отражает глубокие рецессии, которые испытали те экономики, которые сократили внутренние инвестиционные возможности.Какой мы должны сделать вывод? Интерпретация данных ниже может быть только импрессионистским. Важным источником глобального перенасыщения который я определил до финансового кризиса был избыток сбережений стран с формирующейся рыночной экономикой (особенно Азии) и стран производителей нефти. Хорошей новостью является то, что, по причинам которые проистекают от усилий Китая по сокращению своей зависимости от экспорта и снижение мировых цен на нефть, профицит счета текущих операций этой группы стран, хотя по-прежнему большой, но все же имеет тенденцию к понижению. Возмещение этого снижения, однако, было значительным со стороны увеличения коллективного остатка на текущем счете еврозоны. В частности Германия, с населением и ВВП меньше четверти относительно США, стала крупнейшим нетто-экспортером в мире товаров и финансового капитала. В мире, который имеет короткий совокупный спрос, сохранение крупного немецкого сальдо текущего счета является тревожным. Тем не менее, большая часть чистого изменения в балансе еврозоны в последние годы, кажется происходит из-за циклических факторов, в частности, глубокого продолжающегося спада в периферии еврозоны.Подводя итог под всем этим мы можем сказать-гипотеза глобального избытка сбережений остается полезной в перспективе понимания последних событий, в частности, низких уровней глобальных процентных ставок. В целом, как я вижу, интерпретация проблемы избытка сбережений в свете текущих событий, обеспечивает немного больше оснований для оптимизма, чем stagnationist точку зрения. Если (1) Китай продолжит двигаться от экспортной зависимости в сторону большей опоры на внутренний спрос, (2) накопление валютных резервов среди развивающихся рынков, особенно в Азии, продолжит замедляться, и (3) цены на нефть останутся низкими, тогда мы можем ожидать, что избыточные сбережения у развивающихся рынков и производителей на нефть снизятся ниже докризисных уровней. Это снижение было недавно частично компенсировано профицитом счета текущих операций в еврозоне. Тем не менее, только часть роста европейского профицита проистекало в основном со стороны Германии, и может выглядеть структурным и долговечным. Большая же часть остального профицита еврозоны, вероятней всего отражает депрессивные циклические условия. Когда европейская периферия возвратится к росту, который предположительно, произойдет в какой-то момент, коллективные излишки должны будут уменьшится. Если глобальные дисбалансы в торговле и финансовых потоках сделать умеренными, с течением времени, это должно повлиять на тенденцию к росту глобальных реальных процентных ставок и росту США, чтобы посмотреть, как более устойчивой перспективы экспорта улучшается. Чтобы удостовериться, что это происходит, США и международное сообщество должны продолжать выступать против национальной политики, которая продвигает большие, постоянные излишки текущего счета и работать к международной системе, которая дает лучший баланс в торговле и движениях капитала.   

12 октября 2015, 23:05

ФРС может опустить ставки ниже 0% при новом кризисе

В руководстве Федеральной резервной системы рассматривают возможность использования отрицательных процентных ставок, в случае если американская экономика вновь столкнется с серьезным кризисом.

29 апреля 2015, 22:18

Бернанке станет консультировать PIMCO

Бывший глава Федеральной резервной системы США занял пост старшего советника крупнейшего облигационного фонда Pacific Investment Management Co. - PIMCO Total Return.

16 апреля 2015, 17:05

Бернанке будет работать с торговыми роботами

Бывший глава Федеральной резервной системы США (ФРС) Бен Бернанке согласился стать старшим советником хедж-фонда Citadel Investment Group. Об этом сегодня сообщили крупнейшие СМИ.

11 февраля 2014, 19:59

Джанет Л. Йеллен_наследница Бернанке Бена встаёт за печатный станок)

Г-жа Йеллен также призвал не преувеличивать опасения по поводу турбулентности на развивающихся рынках, таких как Турция "Мы внимательно следим за неустойчивостью на глобальных финансовых рынках. Нам кажется, что на данном этапе эти события не представляют значительную опасность для экономических перспектив США. Работа, чтобы сделать финансовую систему более надежной, до сих пор не завершена." Значительная часть работы по увеличению надежности финансовой системы США заключается в том, что даже не печатать бумагу и называть её деньгами, а в том, чтобы производить изменения в Специальных Финансовых Программах, чтобы ежемесячно почти из ниоткуда в финансовых и кредитных учреждениях США на счетах обновлялись цифры (конечно, в сторону увеличения) Чистая магия! Кто не знает -- эта магия называется количественное смягчение QE (нетрадиционная монетарная политика). Поначалу волшебная сила ФРС (единовременно) напитала экономику США на общую сумму в районе 2 трлн. долларов (официально) -- QE1, QE2 (вертолеты Бени). Потом ФРС стала регулярно впрыскивать магию от 40 до 85 млрд.$ ежемесячно. Получалось обычно больше -- 85 да 85) В общем, ФРС каждый месяц добавляла экономике США по 70, 80 млрд. надежности -- т.е. впрыскивала сумма почти в 1,5 раза большую, чем России удалось освоить за 7 лет на строительстве Олимпийских объектов в Сочи (даже по самым нескромным расчетам Навального) -- только у нас появились олимпийские объекты, а в США удалось поддержать прежний уровень комфорта проживающих там граждан Единственный минус -- пока еще многие считают, что эта магия приводит к тому, что вырастает государственный долг США (в целом получилось более 4 трлн. S -- примерно на эту сумму Казначейство США приобрело ипотечные ценные бумаги -- дав свежие нолики, забрав заплесневевший финансовый мусор). Чтобы еще как-то помочь своей экономике Центральный банк США сохраняет краткосрочные процентные ставки около нуля. Бернанке и Йеллен солидарны в использовании экономических стимулов. Их два: -- снижать процентные ставки, чтобы снизить стоимость заимствований для бизнеса и потребителей -- поощрять принятие рисков инвесторами (в т.ч. в покупке инвестиционного мусора) К февралю 2014 года QE3 снизили до 65 миллиардов долларов -- но это всё равно больше стоимости семилетнего строительства олимпийских объектов в Сочи Г-жа Йеллен уже сказала о своих планах для краткосрочных процентных ставок -- они должны удерживаться около нуля. В прошлой серии изумительного американского сериала "Повысим потолог госдолга" республиканцы и демократы договорились до 7 февраля 2014 года вообще не париться по поводу того, что государственный долг растёт, а планы по его обслуживанию всё нереалистичнее (не исключаю, что американские политики где-то глубоко подозревали, что сюжет следующего сезона сериала "Повысим потолог госдолга" будет подсказан какими-то серьезными изменениями в политике и экономике и не придется играть так же как в прошлый раз -- в американских сериалах вообще очень хорошая тенденция от сезона к сезону накал страстей увеличивать)) В общем, 7 февраля наступило, а сюжет остаётся столь же скучным. Чтобы хоть как-то разнообразить, политики уже почти договорились связать увеличение потолка долга с планом полностью восстановить пенсии для некоторых военных ветеранов (видимо, какие-то пенсии урезали, теперь их опять поднимут -- слабый сюжетный ход). Свежая передовица в Вашингтон Пост успокаивает: "... появилась опция обратного хода, которая, по существу позволяет демократам утвердить предел долга без каких-либо условий, почти полностью самостоятельно" В общем, в прошлом сезоне, когда "выключали" Правительство и т.д., всё произошло гораздо драматичнее. Голливуд сдулся. Можно почитать эту передовицу -- не рекомендую, дичь полная: нашим фантазерам из Правительства и Министерства энергетики есть чему учиться. Как там любят завершать свои паранормальные расчеты критики реальности из виртуальности?: "каждый россиянин заплатил за эту стройку..." "на эту дорогу можно было намазать слой икры...")) здесь ситуация несколько похожая -- почти любой человек в мире, получающий зарплату, разговаривающий по айфону..., в нашем глобальном мире связан с Беном Бернанке-Вертолетом и его последователями, бросающими деньги американской экономике  АПД: Палата представителей конгресса США проголосовала за "чистый", без дополнительных условий, законопроект, позволяющий расширить лимит государственного долга, передает Reuters. Документ, подводящий черту под напряженным противостоянием демократов и республиканцев, был утвержден незначительным большинством голосов: за его принятие проголосовал 221 парламентарий, против - 201. После утверждения в палате представителей документ будет направлен в сенат для обсуждения с последующим голосованием. Дебаты в сенате могут начаться уже 12 февраля. Это первый с 2009г. законопроект о повышении "потолка" госдолга, не связанный с уступками республиканцам. Его утверждение положило конец трехлетнему периоду "парламентских войн", отягощенных угрозой дефолта, октябрьским коллапсом федеральных бюджетных учреждений и общей экономической нестабильностью.

03 февраля 2014, 22:45

Бен Бернанке перешел на новую работу

  Бывший председатель ФРС США Бен Бернанке стал почетным сотрудником Бруклинского института, одного из крупнейших аналитических центров США. По данным пресс-релиза Брукингского института (Brookings Institution), экс-глава Федеральной резервной системы вступил в организацию в качестве заслуженного сотрудника (Distinguished Fellow). Бернанке будет работать в Центре Хатчинса по фискальной и монетарной политике (Hutchins Center on Fiscal and Monetary Policy), организованного благодаря гранту Гленна Хатчинса, одного из вице-президентов Совета попечителей Брукингского института. Брукингский институт, основанный в 1916 г., считается одним из важнейших аналитических центров (think tank) США. Организация специализируется на оценке и исследованиях по целому ряду направлений: общественные науки, муниципальное управление, внешняя политика и мировой экономика. По состоянию на 2013 г. президентом организации является Строуб Тэлботт, бывший заместитель госсекретаря США. В агентстве Reuters отметили ("Bernanke arrives for first day on the job at Brookings"), что понедельник, 3 февраля, стал первым рабочим днем Бернанке в Брукингском институте. В ноябре 2013 г. Бернанке заявил, что после своего ухода с поста главы ФРС планирует написать книгу о своей работе в ФРС США, а также выступать с различными лекциями.

31 января 2014, 15:30

Джим Роджерс: Бен Бернанке был бедствием для американской экономики

Джим Роджерс: Бен Бернанке был бедствием для американской экономики  Бен Бернанке, один из самых неоднозначных людей в мировой экономике, покидает ФРС США. О его достижениях и провалах в интервью телеканалу "Россия 24" рассказ... From: Кац ТВ Views: 52 1 ratingsTime: 06:43 More in News & Politics

07 января 2014, 12:23

Главой ФРС США впервые стала женщина

Американский сенат утвердил на пост главы Федеральной резервной системы Джанет Йеллен. В конце января она сменит Бена Бернанке Сенат США утвердил предложенную президентом Бараком Обамой кандидатуру Джанет Йеллен на пост главы Федеральной резервной системы (ФРС), которая выполняет функции центрального банка. Как сообщила британская телерадиовещательная корпорация BBC, Йеллен сменит на этом посту Бена Бернанке. В течение последних двух лет она работала его заместителем. Подобно Бернанке, Йеллен имеет репутацию "голубя" среди экономистов. Это означает, что приоритетом для нее является создание новых рабочих мест, а не борьба с инфляцией. Йеллен стала ведущим кандидатом на пост главы ФРС после того, как в сентябре бывший министр финансов Ларри Саммерс снял свою кандидатуру, столкнувшись с оппозицией со стороны либерального крыла в Демократической партии. Джанет Йеллен - 67 лет. Она родилась 13 августа 1946 года в Бруклине, закончила Университет Брауна, работала профессором в Гарварде, затем экономистом в ФРС, преподавателем в Лондонской школе экономики и политических наук. В 1994 году стала одним из управляющих ФРС, в 1997-1999 годах возглавляла группу экономических советников Белого дома, затем стала председателем Федерального резервного банка Сан-Франциско, в 2010-м - заместителем председателя ФРС. Ее муж - лауреат Нобелевской премии по экономике Джордж Акерлоф, совместно с Майклом Спенсом и Джозефом Стиглицем разработавший теорию асимметричной информации, согласно которой продавец и покупатель располагают различными объемами знаний о товаре. Сын Роберт - экономист в университете Уорвика в Великобритании. Йеллен станет первой женщиной в истории, возглавившей созданный 100 лет назад Федеральный резерв. Напомним, что полномочия Бена Бернанке на посту главы ФРС истекают 31 января 2014 года.

06 января 2014, 11:35

Бернанке прочит экономике США значительный подъем в 2014 году

Председатель Федеральной резервной системы заявил о снижении влияния негативных факторов на экономику США и возможности сильного роста в наступившем году Москва. 6 января. INTERFAX.RU - Председатель Федеральной резервной системы (ФРС) Бен Бернанке, уходящий в отставку в конце января, заявил о снижении влияния негативных факторов на экономику США и возможности сильного роста в 2014 году, сообщает агентство Bloomberg. "Сочетание улучшения финансового благополучия, повышения сбалансированности рынка жилья, снижения налогово-бюджетных ограничений и, конечно же, продолжение стимулирующей денежно-кредитной политики являются хорошим предзнаменованием для роста экономики США в предстоящие кварталы", - сказал глава ФРС на ежегодном собрании членов Американской экономической ассоциации в Филадельфии. Вместе с тем Бернанке признал, что "уровень безработицы в стране по-прежнему остается повышенным". В настоящее время безработица в США составляет 7%. По словам председателя ФРС, высокие показатели безработицы в долгосрочной перспективе останутся одним из основных рисков. В своем выступлении Бернанке привлек внимание к попыткам сделать деятельность ФРС более прозрачной и подотчетной. "Мы предприняли экстраординарные меры, чтобы справиться с экстраординарными экономическими проблемами, и мы должны были объяснить эти меры, чтобы добиться общественной поддержки и доверия", - сказал он. При этом глава ФРС подчеркнул, что без близких к нулю процентных ставок, новых способов взаимодействия Федрезерва с рынками и выкупа ценных бумаг экономика США по-прежнему находилась бы в состоянии стагнации или рецессии. "Экономика продемонстрировала существенный прогресс с момента официального начала восстановления около четырех с половиной лет назад", - отметил он. Бен Бернанке покинет свой пост 31 января 2014 года. Как ожидается, его сменит Джанет Йеллен, сейчас занимающая должность заместителя председателя ФРС. Сенат Конгресса США рассмотрит вопрос об утверждении кандидатуры Йеллен 6 января. Среди выступавших на конференции глав Федеральных резервных банков (ФРБ) выделился президент нью-йоркского регионального банка Уильям Дадли, призвавший коллег обеспечить понимание того, каким именно образом выкуп гособлигаций влияет на экономику. "Мы пока не понимаем в полном объеме, как крупномасштабные покупки активов смягчают условия на финансовых рынках. Влияют ли покупки на портфели частных инвесторов или же они являются крупным каналом передачи сигналов?" - сказал он. Его коллега из ФРБ Бостона Эрик Розенгрен рекомендовал Федрезерву не спешить со свертыванием стимулов, пока инфляция остается ниже целевых 2%. "При инфляции ниже целевого уровня и безработице существенно выше целевого уровня мы уверены в том, что у руководителей центробанка есть возможность проявить терпение в сокращении стимулирования", - заявил Розенгрен. На декабрьском заседании ФРС объявила о сокращении выкупа ценных бумаг на $10 млрд в месяц, до $75 млрд в месяц, с 1 января. По оценкам экономистов, опрошенных Bloomberg, на заседании 28-29 января Федрезерв урежет покупки еще на $10 млрд.

31 декабря 2013, 05:17

Spydell

Вот и заканчивается очередной год. Неплохая возможность подвести итоги и оценить дальнейший вектор движения и прогресса. За прошедшее время ко мне было бесчисленное количество различных предложений о сотрудничестве, которые были, как весьма забавные, так и вполне серьезные. К сожалению, не было возможности обстоятельно всем ответить, поэтому можно сделать это сейчас. Из наиболее популярных предложений и вопросов: Отношение к монетизации блога В самой рекламе и монетизации другими средствами, разумеется, нет ничего плохого, однако для меня это не было и пока не является актуальным в достаточной степени. То, что я делал в блоге никогда не было с целью отжать немного денег, а основано на чистом энтузиазме для расширения границ познания и восприятия с некой гуманистической миссией (позже проясню). Блог не создавался, как коммерческий проект, а скорее в виде клуба по интересам, где можно было в не ангажированной и непредвзятой форме обсуждать насущные темы. Да и формат уже как то не особо способствует обилию рекламы. Было бы странно, если среди статей о судьбе человечества затесалась бы реклама стиральных машин или шмоток )) Как минимум, это может отвлекать. Когда нибудь в виде эксперимента попробовать стоит, как пару лет назад пробовал с Google Adsense, чтобы изнутри понять принцип работы и организации контекстной рекламы. С точки зрения повышения компетенции относительно новых технологий было любопытно, правда взаимодействие с Google длилось недолго, и они спонтанно забанили под предлогом «подозрительной активности» в блоге )) Но суммы там, конечно, смешные и было интересно только в контексте повышения грамотности по рекламным технологиям Google – типа как работает их бизнес? Другие варианты – типа баннеров, ссылок или заказных постов? Пока не считаю, что это правильно. То, что в блоге – это своего рода свое, под чем я подписываюсь, и где люди могут мне доверять. Но не под всякой рекламой я могу подписаться, тем более денежный выхлоп скорее всего будет в пределах точности счета, учитывая масштаб операций на рынке активов, поэтому игра не стоит свеч. Например, статья по Рейтер, очевидно, не является рекламой, а целиком и полностью моя рекомендация их продуктов, которые я поддерживаю руками и ногами и действительно терминалы высоченного уровня. В такой формате имеет смысл, но неизвестные товары или услуги пока не интересны. Трансформация в нечто «более серьезное» Под более серьезным обычно понимается создание сайта на базе блога и регистрация, как СМИ или сайт по платной аналитике и рекомендациям. Аналогичных предложений было очень много + предложения по работе в ведущих СМИ. Что я думаю на сей счет? Для меня критически важно иметь абсолютную и несокрушимую монополию на формирование контента и направление исследований. Любое СМИ или коммерческие проекты – это всегда ограничения. Это обязательства перед спонсорами, акционерами, клиентами, исполнение требований по регулирующим органам и прочее.  Назвать Джаннет Йеллен кодовым шифром «Милая Старушка», а Бена Бернанке «Бородач» , обвинив ФРС в самом масштабном мошенничестве и бандитизме в истории человечества, в рамках официальных СМИ я не смог бы, что понятно. Но более дерзкий и агрессивный тон позволяет сдирать покровы над созданным мощным информационным барьером в виде навязывания шаблонных представлений о мироустройстве. Да, шаблоны важны, т.к. они генетически заложены во все разумные живые существа, помогая быстро ориентироваться в пространстве и принимать решения. Шаблоны – это устоявшиеся схемы. Если бы на всякий новый процесс заниматься переосмыслением, то можно каждый раз изобретать колесо, так и не сдвинуться с точки отсчета, поэтому люди использует некий общепринятый набор стереотипов, штампов, чтобы лучше и быстрее ориентироваться. Но наступают моменты, когда развитие общества в рамках старой парадигмы себя исчерпывает и нужно нечто новое, другой подход. В эпоху турбулентности очень важно смотреть на обыденные процессы и факторы под иным углом, с другой стороны. В этом аспекте среда андеграунд (там, где мы сейчас находимся - блог) дает ту самую свободу в поиске истины, хотя сам этот процесс может быть бесконечным. Истина – это слишком абстрактно. Скорее не истина, а новый вызов для общества, новые правила игры. Старые представления о мире уже не работают должным образом, что например, более чем красноречиво свидетельствует провал антикризисных мер правительства и неэффективность денежно-кредитной политики ЦБ, где так и не удалось активизировать экономический рост. Требуется что то новое. Мир развивается, приоритеты смещаются, взаимосвязи факторов трансформируются, появляются новые критерия и оценки. То, что прекрасно работало раньше - перестает действовать сейчас. Поэтому сам процесс отслеживания этих сдвигов невероятно интересен и полезен. Важно не только отследить точку перелома, но и понять, что будет дальше. Для этого требуется ряд нестандартных решений и действий, поэтому пока особо не спешу сковывать себя массой искусственных преград и бюрократических барьеров. Основная причина, почему формат Livejournal пока устраивает, т.к. дает свободу действий и позволяет быть по настоящему независимым. Так важно в Новом Мире. В официальных СМИ я не получу такую свободу. Гуманистический подход. Были предложения, чтобы сделать некий аналог платной аналитики и рекомендаций. Но для меня важно, чтобы в очень тяжелое время, как для России, так и для мира, - большинство данных, концепций и идея были достоянием общественности. Важно, чтобы люди развивались, становились лучше, принимали более осмысленные решения. Должна быть свободная площадка для дискуссий без цензуры, должен быть доступ к данным. У многих людей просто нет времени, чтобы на высоком профессиональном уровне разбираться в хитросплетениях мировой экономики и финансовой системы, но это не значит, что люди должны быть лишены шансов понять, что происходит. Не все функционируют в финансовой индустрии, но даже среди тех, кто в фин.индустрии более, чем достаточно тех, кто не имеет возможности во всем разобраться. По причине, что нет времени, нет ресурсов, нет умения и желания работать с массивами данных и быстро анализировать информацию, расставлять приоритеты и развесовку факторов. Как один фактор связан с другим, и как это связь меняется со временем? Так просто и быстро во всем не разобраться. Стал бы я лучше, если накопленный опыт, знания и данные скрывал бы от общественности? Не думаю. В основе гуманизма лежит способность давать ход для раскрытия потенциалов, пространство для развития и реализации. К этому стоит стремиться. Даже, если для 10-20% читателей информация в блоге была полезна, актуальна и чем то помогла, то можно считать, что не зря потратил время. Блог не только для меня, как возможность структуризации мыслей/идей и некая хронология эволюции концепций(взглядов на мир), но и как помощь для многих людей лучше ориентироваться в быстро меняющемся мире. Понятно, что не все, что я пишу здесь является истиной в последней инстанции, т.к. мы все учимся и стараемся лучше понимать этот мир, все мы ошибаемся. Однако важно, чтобы вектор развития был направлен в созидательное русло, на поступательную эволюцию, в конечном итоге на расширение границ человеческих возможностей. Я понятия не имею, что может ожидать мир через 2-3 года, но вижу огромные накопленные риски и дисбалансы, реализация которых может нанести суровый урон по мировой стабильности. Поэтому в такой период не время всплывать брюхом к верху, сдаваясь, а время для борьбы, становясь лучше. Это не путь в одиночку. Лучше надо становиться всем нам. Кризис – это время для трансформаций и переосмысления, но ни в коем случае нельзя сдаваться. Коммерческие предложения  Была еще масса коммерческих предложений. Но тут вот какое дело. Мега банки – это ограничители свободы для реализации отдельной личности, там слишком все увязано в корпоративных стандартах, регламентах и обязательствах между кредиторами и акционерами. Много ресурсов, но очень мало свободы, точнее почти совсем нет ее. Даже 150-200 тыс долларов в год не думаю, что сильно помогли бы мне, т.к. дефицита ресурсов пока не испытываю, а мог бы потерять время в бюрократической возне и подковерных играх, упустив возможность для стратегического прорыва. Хотя возможно, если упрусь, то изменю мнение, но сейчас относительно самодостаточен. Мелкие банки наоборот – достаточно свободы, но мало возможностей. Как неплохой вариант – вхождение в капитал небольшой организации, чтобы двигать бизнес вместе, захватывая рынки. Рост с нуля и низкой базы. В настоящий момент я не нахожусь ни в одной коммерческой финансовой организации, а сконцентрирован на собственных проектах – инвест.проект в денежном плане и некоммерческий проект в области исследований и разработок, но и блог, разумеется, тоже как важная составляющая. Достаточно амбициозные начинания, т.к. развиваются по нестандартному пути, но без инноваций в этом мире делать нечего. Старые парадигмы следует переосмыслять на пути к новому. Естественно, не отказываюсь от потенциальной кооперации с действующими коммерческими структурами, но пока попытаюсь отжать собственными силами )) Про остальное Личность Судя по всему, из достаточно популярных блоггеров я едва не единственный, кто не раскрыл собственную личность. Кто такой Spydell? Инвест.банкир, агент спец.служб, друг Путина из-за чего почти ничего не пишу о России и о Путине или же школьник/студент, свободный художник и трейдер-любитель? Думаю это не имеет никакого значения. Ведя блог, я ни разу не думал ни о популярности, ни о возможности монетизации. Чистый энтузиазм, структуризация мыслей и гуманистическое начало для помощи людям. По этой причине нигде и никогда я не рекламировал и не продвигал собственный блог и никогда не следил за рейтинговыми темами для роста просмотров. Если что-то и пишу, то считаю, что данная тема может быть полезной или важной в какой то период времени. Я стремлюсь к чистой эффективности, росту качества материала и расширению границ познания. Тут меня больше привлекает конкурентоспособность и способность делать благо. Пока я не особо стремлюсь во многие инвест.тусовки, т.к. связи полезны при желании устроиться на работу или при бизнес проектах, а дефицита общения не испытываю. Так что в данный момент концентрирую время и ресурсы на собственных проектах. Как будет потом? Не знаю. Вполне возможно, что будет что-то публичное, а не только среда «андеграунд» )) Если амбициозная торговая система приобретет достаточную огневую мощь, то на ее платформе можно инвест.банк и в последствии венчурный фонд построить, чтобы уже в финансовом плане помогать раскрывать потенциалы многих проектов других людей. Рейтер Познакомившись с двумя замечательными девушками из Рейтер - Настя и Оля при уникальном стечении обстоятельств в последствии узнал о безграничных возможностях Datastream, что даст не только высокий уровень автоматизации сбора и анализа данных, но и открывает новые границы. Надеюсь, что все будет норм и Рейтер не запретит создавать информеры и прочее. Хотя, честно говоря, удивлен, что пока разрешили, но естественно, далеко не все. Система мощная. Уверен, что раскрывать потенциал там можно еще долго, так что много интересного можно представить. Читатели По старой доброй традиции огромная благодарность мощной группе профи мирового уровня – kivi_rtsb, xiomar, starkov_blues, bampi_johnson, konstex и другие. Эти люди наполняют дискуссию исключительно компетентными, интересными, содержательными комментариями. Есть еще очень много толковых людей в блоге, которых интересно читать. Я всегда говорил, что обратная связь чрезвычайно важна и то, что я продолжаю этим заниматься во многом из-за благодарных читателей, т.к. это значит, что деятельность востребована. Все это способствует развитию. Спасибо вам всем! С наступающим, дорогие читатели! Год надо прожить так, чтобы не было мучительно больно за утекшее время, поэтому развитие и прогресс в плане карьерного, интеллектуального и ментального роста – первичные цели (+ физические кондиции), но и про тех, кто рядом не забывайте. Семья - самое ценное!

24 декабря 2013, 14:31

Федеральная резервная система США: эпоха Бернанке

Ноябрь 2005 года. В Конгрессе проходят слушания по утверждению кандидатуры Бена Бернанке на посты главы ФРС. В этот день в Вашингтоне моросил мелкий дождик, однако, не в пример погоде, перспективы экономики США казались безоблачными. Темпы экономического роста замахнулись на отметку 3%. Цены на жилье повышались - на тот момент им оставалось расти еще пять месяцев… Собравшиеся сенаторы благосклонно разглядывали сидящего перед ними скромного профессора, которого пресса называла то бородатым, то носящим бакенбарды. «Отменное назначение», - прокомментировал Ричард Шелби, лидер республиканцев в банковском комитете Сената. «Чрезвычайно впечатляющее», - согласился с ним его оппонент, демократ Крис Додд. За несколько лет пребывания в составе совета управляющих Федеральной резервной системы Бернанке уже успел отличиться, обозначив свой стиль. Так, он заверил, что Федрезерв ни за что не допустит повторения в стране Великой Депрессии, а также в ряде дерзких выступлений осмелился дать нагоняй Банку Японии за дефляцию. Сенаторы с радостью утвердили его на должность руководителя ФРС. Обращает на себя внимание один пророческий момент. «Я хотел бы надеяться, что Вам не придется преодолевать никаких кризисов, но я знаю, что трудности будут», - сказал Шелби. «Я приложу все усилия, чтобы быть готовым ко всему, с чем мне доведется столкнуться», - ответил Бернанке. Прошло всего полтора года – и Бернанке с головой окунулся в пучину финансового кризиса и рецессии, ставших проверкой на прочность как его обещаний не допустить новой депрессии, так и его убежденности в том, что Центробанк всегда может стимулировать экономику, даже в условиях застрявших у нулевой отметки процентных ставок. Пройдет еще немало лет, прежде чем история сможет вынести окончательный приговор смутному времени правления Бернанке, причем, учитывая начавшееся сворачивание программы покупки активов, пока рано ставить точку. И, тем не менее, в феврале Бернанке уступает кресло главы ФРС Джанет Йеллен, а значит, пришло время подвести первые итоги и вынести предварительные оценки эффективности его деятельности на посту руководителя ЦБ. Насколько он преуспел в достижении своих целей? Экономике США по-прежнему далеко до полной занятости, но анализ макростатистики, проведенный с учетом всей глубины финансового кризиса, заставляет отдать Бернанке должное за его усилия в деле стабилизации и восстановления экономики. «Думаю, монетарная политика сыграла в этом активную роль», - считает гарвардский профессор экономики Кармен Рейнхарт, автор трудов по финансовым кризисам прошлого. «Если сравнить масштабы начального снижения с динамикой предыдущих кризисов в США, то мы увидим, что на этот раз экономика нащупала дно на более высоких уровнях. Я выставляю Федрезерву высший балл». Место Бернанке в истории могут определить результаты такого сравнения. Да, кризис был, и он все еще терзает Америку и весь мир – но смог бы кто-нибудь справиться с ним лучше? Прежде всего, следует определиться, считать ли самого Бернанке виновным в кризисе. Если да, то существенная часть его заслуг автоматически списывается со счетов. Бернанке принимал активное участие в экономической политике в период 2002-06 г.г., когда на рынке недвижимости и в финансовом секторе вызревали пузыри. Кроме того, Федрезерв отвечал за регулирование ряда банков, впоследствии оказавшихся проблемными. Историки смогут в полной мере оценить степень этой вины лишь после того, как будут вскрыты все папки и досье. Бернанке определенно выражал некоторую обеспокоенность динамикой цен на жилье: так, осведомленные источники сообщают, что в 2005 г. он представлял президенту Джорджу Бушу–мл. экономические выкладки последствий обвала цен на недвижимость. Однако, как и подавляющее большинство экономистов, Бернанке проглядел риски, которыми ситуация на рынке жилья была чревата для финансовой системы, и за это он заслуживает осуждения. В 1990-е он не принимал участия в масштабных финансовых процессах отмены государственного регулирования – но он и не предупреждал о скрытых угрозах такой децентрализации. На данный момент похоже, что Бернанке, скорее всего, будет причислен к когорте политиков, которые не смогли предотвратить кризис, но и не были его активными инициаторами. Вторым вопросом является собственно кризис – и здесь звезда Бернанке сияет очень ярко. Одни лишь цифры уже говорят сами за себя. В течение первых полутора лет финансового кризиса показатели цен на активы, роста экономики, внешней торговли и банкротств банков были очень схожи с показателями Великой Депрессии. Мир оказался на краю пропасти. Однако с середины 2009 г. такая сравнительная динамика стала демонстрировать дивергенцию. В то время как в 1930-31 США накрыла вторая волна банкротств, сокращения кредитования и углубления рецессии, в 2009 г. экономика страны начала стабильно восстанавливаться. И это – отражение успеха, достигнутого Федрезервом – и Бернанке – в деле стабилизации банковской и финансовой системы. «Бен Бернанке заслуживает большого уважения за умелые действия во время кризиса», - полагает Марвин Гудфренд, ранее сотрудник ФРС, а ныне – профессор экономики из Университета Карнеги-Меллон в Питтсбурге. Для того чтобы распознать проблему рынков частного кредитования и затем устранить ее, рискнув балансом ЦБ и поставив на кон беспрецедентно большие суммы, «требуются мастерство и смелость, которые нельзя недооценивать», - утверждает Гудфренд. Одно событие в летописи последнего кризиса продолжает оставаться спорным, вызывая неоднозначные оценки: 15 сентября 2008 года Федрезерв и Казначейство США допустили банкротство Lehman Brothers. Этот момент стал переломным, придав кризису кредитования совершенно паническую окраску. Критики считают его главной и определяющей ошибкой в развитии финансового кризиса. Позиция Бернанке сводится к указанию на полную неплатежеспособность Lehman. Как он объяснял, ФРС выступала за спасение банка, но лишь Казначейство имело полномочия направить на это государственные средства. Кроме того, даже если бы ЦБ нарушил все правила и задействовал собственный баланс для поддержки Lehman на плаву, тогда Конгресс, скорее всего, не выделил бы средства на программу выкупа проблемных активов (TARP), и в этом случае жертвой стал бы другой банк – о банкротстве могли бы объявить Citigroup, Merrill Lynch или Wachovia. К концу 2009 года стало ясно, что Бен Бернанке сдал экзамен по специальности «депрессия». Однако после вступления в 2010 году в свой второй срок на посту главы ФРС он столкнулся с проблемой совсем иного свойства. На сей раз Бену Бернанке предстояло пройти испытание в качестве теоретика монетарной политики. «Я уверен, что Федрезерв пойдет на любые меры, необходимые для предотвращения сильной дефляции в США», - заявил он в 2002 году. «Если процентная ставка Центробанка была вынужденно снижена до нуля, это отнюдь не означает, что он исчерпал весь арсенал своих средств». В 2002 году подобные нестандартные идеи Бернанке – к примеру, покупка долгосрочных активов или сдерживание роста доходности облигаций – представляли собой всего лишь теоретические предположения самого «академического» из членов управляющего совета. Однако к лету 2010 над страной явственно нависла угроза дефляции. Ставка безработицы продолжала держаться на отметке 9,5%. Инфляция потребительских цен упорно снижалась. В последующие годы Федрезерв запустил несколько раундов количественного смягчения, реализуя программы покупки активов, получившие известность как QE2, QE3 и Операция Твист. В рамках следования курсу политики нулевых процентных ставок, ЦБ пообещал поддерживать ставки на низких уровнях сначала до середины 2013 г., затем – до конца 2014 г., затем – до середины 2015 г., и, наконец, - до момента, когда уровень безработицы достигнет отметки 6,5%. Политика ФРС со всех сторон подвергалась шквалу критики, который не утихает и по сей день. Ястребы пугают инфляцией. На данный момент, их пророчества безосновательны, однако для того, чтобы полностью устранить опасения на эту тему, Федрезерву еще предстоит отойти от политики смягчения и сократить свой $4-трлн. баланс. Критика со стороны голубей представляется более любопытной. К их стану примкнул и ряд коллег-экономистов Бернанке, занимающихся аспектами монетарной политики, такие как Пол Кругман, считающий, что действия главы ФРС идут вразрез с его собственными агрессивными заявлениями образца 2002 года, или Майкл Вудфорд из Колумбийского университета, уверенный, что ЦБ выбрал из своего арсенала не те инструменты. «Я не выставил бы им высокой оценки за поведение в пост-кризисный период», - признается Лоуренс Болл, профессор экономики в Университете Джона Хопкинса. «Они проделали огромную работу с точки зрения задействованных миллиардов долларов, однако эти меры были неадекватны, поскольку не отвечали назначению – возвращению экономики к уровню полной занятости». Отчасти это объясняется естественной осторожностью ЦБ в отношении новых, нетрадиционных средств политики. Но помимо этого, следует учитывать давление, под которым находился Бернанке – со стороны как членов FOMC, так и враждебно настроенного Конгресса – а также тот факт, что ему удалось методично и постепенно раскачивать Банк, переводя его в более агрессивный режим. «Вот - Комитет. 19 живых людей, сидящих за столом», - говорит Ричард Фишер, президент ФРБ Далласа, один из ветеранов FOMC и противник QE. «Я думаю, есть пределы тому, чего он мог бы добиться, если бы хотел сделать больше». Впрочем, возможно, самый справедливый способ оценки деятельности Бернанке – статистика. По крайней мере, в одном аспекте результаты потрясают: за 8 лет его пребывания на посту главы ЦБ средний показатель инфляции, несмотря на тяжелейший финансовый кризис, составил 1,8% против целевого уровня ФРС 2%. Если Бернанке считал своей миссией недопущение дефляции – он преуспел в этом. Кроме того, США смогли опередить по экономическим показателям большинство остальных развитых экономик, хотя именно Америка оказалась в эпицентре финансового кризиса. Текущий объем выпуска продукции на душу населения в США превосходит аналогичный результат 2007 года. В Британии, Франции и Италии этот показатель по-прежнему остается на значительно более низких уровнях. Динамика роста, которую демонстрируют США, приблизительно схожа с канадской, хотя во время кризиса эта страна пострадала гораздо меньше. Сложно сказать, в какой степени экономика обязана этими результатами именно монетарной политике. Еврозону сотрясла серия кризисов суверенного долга. Ужесточение фискальной политики в США произошло позднее чем в других странах, хотя неутихающие бюджетные баталии, разворачивающиеся в Конгрессе после 2010 года, постоянно расстраивали планы Бернанке, путая ему все карты. Вряд ли стоит считать простым совпадением, что США улучшили свои показатели после реализации более агрессивной, по сравнению с другими государствами, монетарной политики. Проведем последний тест: оглянемся на финансовые кризисы прошлого и зададимся вопросом, было ли на этот раз что-то по-другому. В августе 2010 г. Бернанке произнес речь, заложившую фундамент для запуска QE2 – программы покупки активов в размере $600 млрд. В тот же день Кармен Рейнхарт представила свою работу «После падения» (After the Fall), в которой постулировалось, что в течение десятилетия после финансового кризиса ставка безработицы в богатом государстве будет в среднем на 5% превосходить докризисные показатели. В США прошло шесть лет после кризиса, а ставка безработицы превышает докризисный уровень лишь на 3,3%, причем до завершения десятилетия этот результат должен улучшиться еще больше. С другой стороны, спустя шесть лет после кризиса, показатель выпуска продукции на душу населения в среднестатистической стране должен отставать лишь на 1,5%, в то время как в США он пока ниже на 2,1%. Впрочем, автор рассматривала в качестве моделей страны меньшего размера. Как оказалось, ни монетарная политика, ни Бен Бернанке не могут творить чудеса. И, тем не менее, когда настанет время сойти с поста главы ФРС и покинуть мраморный дворец на Конститьюшн-авеню – Бернанке сможет сделать это с высоко поднятой головой. Политика прозрачности: Революция продолжается Когда в 2006 году Бен Бернанке возглавил Федрезерв, он поставил перед собой одну цель: он хотел повысить прозрачность и, в частности, ввести конкретные целевые инфляционные уровни. Последние восемь лет ознаменовались множеством фальстартов и бесконечными дебатами на тему коммуникативной политики ЦБ, но Бернанке, при поддержке своего заместителя Джанет Йеллен, смог постепенно совершить революцию в этой области. В числе нововведений можно упомянуть публикацию всесторонних и исчерпывающих экономических прогнозов, практику пресс-конференций, указание на дальнейшие перспективы монетарной политики и – после долгих лет споров – введение официального целевого уровня инфляции (2%). Все эти новшества, по всей вероятности, сохранятся, указывая на постоянный характер структурной реформы принципов деятельности ФРС. Как ожидается, Йеллен продолжит и углубит эти реформы. Кроме того, Бернанке качественно изменил процесс обсуждения внутри ФРС. Если Алан Гринспен сначала говорил, как, по его мнению, следует действовать Центробанку, а затем выслушивал мнения, то Бернанке поступал наоборот. При нем представители Ферезерва выступали наперебой, делая разнообразные – и подчас сбивающие с толку – заявления. «Мне кажется, [Бернанке] вывел на чрезвычайно высокий уровень культуру дискуссии внутри FOMC», - считает Ричад Фишер, президент ФРБ Далласа. «Бен – достойный пример для подражания, идеальный образец того, как надо выслушивать мнение каждого присутствующего». В настоящее время отмечается некоторая напряженность вследствие расхождений между поощряемой Бернанке практикой диссидентства и устоявшейся в ФРС традицией принимать решения на основе консенсуса. Однако возвращение к стилю Гринспена маловероятно. «Призыв к прозрачности, прозрачности и еще раз прозрачности не утихает», - отмечает Фишер. «Я не представляю, как можно загнать этого вырвавшегося на свободу джинна обратно в бутылку». Подготовлено Forexpf.ru по материалам The Financial Times

22 декабря 2013, 09:25

Американская экономика: 2013 год

Мы публикуем видеозапись и стенограмму лекции американского и российского экономиста, бизнес-аналитика Леонида Вальдмана о новом этапе развития американской экномики - и о том, как уже прошедшее выглядит с учетом развития.в последние годы.  Текст лекции Добрый вечер! Спасибо большое за приглашение, мне всегда очень приятно выступать в «Полит.ру». Я выступал здесь в 2006 году и в 2008 году. И сегодняшнюю лекцию я назову также, как и тогда - «Американская экономика", но только 2013 год. Это позволяет максимально широко описать то, что сейчас происходит в американской экономике в посткризисный период. Потом я попробую сформулировать уроки этого кризиса и посткризисного развития. Уроками я считаю то, что по крайней мере, для меня было чем-то необычным, неожиданным. Затем я постараюсь представить возможное будущее, как для американской экономики, так и для глобальной, в частности, для России. В посткризисный период Америка развивалась очень неровно, неравномерно, рост был довольно слабый и неустойчивый. Обычно после рецессии экономика, накопив отложенный спрос, растет достаточно быстро, по крайней мере, в начальный период. В этот раз это не так. Кризис, который разразился в 2008-2009 году, был настолько тяжел, что вся обычная динамика посткризисного роста оказалась невозможной. Давайте посмотрим на слайд №1.   В левом верхнем углу вы видите динамику национального валового продукта США в процентах к предыдущему кварталу, пересчитанную в годовом исчислении. Она умеренная и неровная. Справа вверху показана динамика роста промышленного производства, которое растет примерно так же: не очень уверенно, не очень сильно. Что в первую очередь характеризует состояние американской экономики в посткризисный период - это ситуация в области занятости (слайд №2).   На этом графике представлены все послевоенные американские рецессии, начиная с 1948 года. Каждая из них показана особым цветом кривой. По каждой рецессии вы можете видеть как, каким темпом и до какого уровня росла безработица. Пики безработицы для каждой рецессии сцентрированы относительно единой оси, выделенной пунктиром, что позволяет сравнивать картины падения занятости во всех послевоенных рецессиях. Слева от этой оси показано количество месяцев, которые необходимы были экономике, чтобы от предыдущего пика занятости добраться до самой нижней точки потерь рабочих мест. А справа от этой оси - сколько экономике потребовалось месяцев, чтобы восстановить предкризисный уровень безработицы. На графике видно, что обычная американская рецессия проходит путь от пика занятости до нижней точки примерно за три квартала. И восстанавливается примерно так же или быстрее. Красным цветом внизу показана нынешняя рецессия. Как видите, она самая необычная из тех, что встречались в послевоенный период, - и самая глубокая, и самая продолжительная. Наверху точка ноль не обозначает, что безработицы нет вовсе. Нет, эта точка показывает наименьший уровень безработицы перед каждой рецессией. И за время рецессии безработица выросла еще на 6% с лишним. В эту рецессию безработица достигала 10%, что для Америки необыкновенно много. Прошедшие после достижения этой точки 44 месяца оказались недостаточными, чтобы восстановить предкризисный уровень безработицы. Это тяжелая, очень долговременная безработица. Может быть, она даже не циклическая, а структурная, т.е. не такая безработица, которая зависит от цикла и после кризиса восстанавливается. Структурная безработица означает, что потерянные рабочие места экономика не может вернуть из-за изменения структуры экономики. Так ли это мы пока не знаем. Пока рабочие места восстанавливаются медленно. На следующем графике показаны расходы на заработную плату в отношении к валовому национальному доходу (слайд №3).   Люди, вообще говоря, ходят в магазин не с рабочими местами. Они туда приносят деньги, заработанные на этих рабочих местах. Если создаваемые рабочие места по уровню оплаты хуже тех, которые люди потеряли до кризиса, то этот график нам немножко об этом расскажет. Новые рабочие места сейчас создаются в не очень выгодных с точки зрения заработка отраслях. Например, розничная торговля, рестораны, отели и т.д. И на графике видно, что рост рабочих мест в посткризисный период не транслируется в соотносительный рост зарплат. Но на графике видно, и что в длинной исторической перспективе для Америки характерно все меньше и меньше соотносительно платить за труд. И доля зарплаты в объеме экономики падает. Она была когда-то больше 50%, а сейчас приближается к 40%. Следующий график показывает нам ситуацию в области жилой недвижимости (слайд №4).   Как вы помните, этот кризис разразился в первую очередь именно в этой отрасли и затронул весь банковский сектор. Поэтому интересно посмотреть, что происходит с недвижимостью. Традиционно в Америке, когда заканчивается кризис и начинается новая фаза роста, ситуация в области недвижимости дает сильный толчок к развитию экономики, поскольку люди во время кризиса не очень много покупают недвижимость, и после кризиса, когда восстанавливается экономика, спрос на недвижимость растет. Представленный график показывает динамику цен на жилую недвижимость в очень длинной исторической перспективе. Здесь видно, что период роста был очень длинный и яркий, но резко закончился с этим кризисом. После чего произошло достаточно сильное падение. Сейчас этот график демонстрирует колебания конъюнктуры. С одной стороны, это означает, что уже наверняка достигнуто дно в этом падении, если не случится снова какая-либо макроэкономическая катастрофа. Наступившая стагнация весьма полезна. Стагнация означает, что кризис уже не развивается, что падение закончилось. Дальше инвесторы как бы "пробуют воду": это дно или это не дно, можно ли возвращаться в этот сектор и инвестировать сюда, или лучше подождать еще. Вы видите, что здесь обозначился такой легкий рост. Может быть, это начало нового цикла. Пока мы не знаем. Если говорить о недвижимости, то для экономики вообще ценны сделки в области жилой недвижимости, но прежде всего по продажам новых домов. Почему? Если мы перепродаем друг другу квартиры, от этого немногое меняется. А вот если люди покупают новые дома, то это означает, что нужно создать новые рабочие места для строительства этих домов, создать новые рабочие места в отраслях промышленности строительных материалов, перевозок. Потом в эти дома люди будут покупать всякие домашние приборы (плиты, холодильники, кондиционеры и т.д.), их тоже надо произвести. Продажа новых домов дает импульс развитию экономики. Вы видите, что кризис, произошедший в продаже новых домов, в Америке был очень сильный (слайд №5).   С годовых объемов 1.200.000 или 1.400.000 домов продажи упали на уровень 300.000 домов в год. И сейчас немножко поднялись до уровня свыше 400.000 домов в годовом исчислении. Конечно же, это рост, если считать от нижней точки, но относительно того, что представлял собой этот сектор в предкризисный период, это, конечно, еще очень слабый рост. Дальше мне хотелось бы вам показать несколько графиков, которые характеризуют ситуацию с долгом, накопленным домашними хозяйствами. Это еще одна болевая точка американской экономики. То, что вы видите сейчас на графике (слайд №6), - это ипотечная задолженность.   Она также очень быстро росла и, как видите, особенно в 2000-е годы просто, как на ракете, улетала вверх. Федеральный резерв очень интенсивно снижал в те годы процентные ставки до уровня 1%, а потом они очень медленно поднимались. Все это давало рост стоимости недвижимости и необходимость для людей, которые хотели ее купить, залезать во все большие и большие долги. Уровень долга достиг максимума в первом квартале 2008 года и с тех пор постепенно снижается. Как видите, снижается не так быстро, как поднимался. И сейчас уровень долга соответствует примерно 2006 году. Кроме того, здесь еще нужно принять во внимание, что домашние хозяйства могут по-разному сокращать свою задолженность по ипотечному кредиту. Если семья не может платить по ипотечной задолженности, банк забирает дом за долги и перепродает. Это означает, что семья, лишившись дома, больше по ипотеке задолженности не имеет. Поскольку безработица продолжает оставаться очень высокой, доходы населения восстанавливаются очень слабо, долги все еще огромные, то не так уж велики источники для погашения долга. Вот почему темп сокращения задолженности населения невысок. Помимо долгов ипотечных есть и потребительские долги. На следующем графике именно они и показаны (слайд №7).   Он гораздо меньше, чем ипотечный долг. Вы видите, что во время кризиса этот долг стал сокращаться, потому что банки ограничивали кредиты населению. Если население не может платить по взятым кредитам, то что уж давать новые? После окончания спада в экономике этот кредит не только восстановился на предкризисный уровень, но и ушел значительно выше. Если бы не это, американская экономика вовсе бы и не росла. Потому что в американской экономике более 70% валового национального продукта определяется потребительским спросом, остальное - это спрос корпораций и правительства. Если быть честными, то долги населения нужно мерить не только в абсолютном выражении, но и относительно роста экономики. Как раз на следующем графике эта мера и показана (слайд №8)   Поскольку после кризиса экономика худо-бедно, но подрастала, соответственно, в пропорции к росту экономики, в пропорции к валовому национальному продукту относительный уровень долгов упал до уровня порядка 83%. Это сокращение задолженности в какой-то степени обеспечено сильным снижением процентных ставок, которым занималась Федеральная резервная система. На следующем графике (слайд №9) показаны в длинной исторической перспективе процентные ставки на самый популярный ипотечный кредит - 30летний кредит с фиксированной ставкой под залог недвижимости.   Как видите, когда-то, во времена Рейгана, он достигал 18%, но с тех пор постепенно снижался. Никогда в этот период он не был таким низким, как в последние годы. На следующем графике (слайд №10) показано совокупное богатство американцев.   Что такое совокупное богатство? В Америке, сюда включается совокупное богатство домашних хозяйств и неприбыльных организаций вместе взятых. Так устроена статистика, поскольку считается, что, вероятно, благотворительная организация - это довольно часто скрытая форма ухода от налогов. В совокупное богатство включается все, чем домашние хозяйства и неприбыльные организации владеют за минусом того, что они кому-либо должны. Вы видите, что в длинной исторической перспективе это богатство росло довольно сильно и достигло уровня 69 триллионов долларов. Для того, чтобы лучше видеть, что произошло во время и после кризиса, давайте этот же график посмотрим в более спрессованной временной перспективе (слайд №11)   Потери во время кризиса составили 13 триллионов долларов. Вдумайтесь: за пару лет потерять фактически пятую часть того, что накопили все поколения американцев, - это, в общем-то, катастрофа. Кризис был действительно страшный, разрушительный. Но по счастью, есть у нас настоящие герои, которые всех или кое-кого от горя спасут. И первый из героев - председатель Федерального резерва Бен Бернанке, который напечатал столько денег, что ими не только утер слезы, когда богатые тоже плакали, но и обеспечил дальнейший рост этого богатства. С его помощью американцы за несколько лет не только восстановили потери, но и разбогатели пуще прежнего. Немножко странным кажется этот рост богатства на фоне невыразительного роста американской экономики. Вроде и рост ВНП недостаточно хорош, да и недвижимость, хоть и подросла в цене, но далека от уровней, которые были до кризиса. Откуда же тогда этот рост богатства? Статистика показывает, что главный фактор - это рост фондового рынка, рост котировок широкого спектра корпоративных акций. Известно, что Федеральный резерв может очень хорошо влиять на уровень фондового рынка. И более того, он склонен к тому, чтобы надувать новый пузырь. Это не от вредностей и злонамеренностей его чиновников под руководством Бернанке. Это популярный среди центральных банкиров способ стимулировать экономику. Логика здесь такова. Если рынок акций будет подниматься, то будет улучшаться инвестиционный климат. Будет расти уверенность, что худшее позади и можно вкладывать деньги в развитие, нанимать новых работников, обновлять оборудование. Поэтому, эмитирую денежную массу, Федеральный Резерв нисколько не против того, чтобы эти его действия приводили к росту фондового рынка, который чувствует заботу Федерального резерва первым, а реальная экономика - второй. В августовских оценках инвестиционного банка Мэррил Линч было показано, что если принять стоимость корпоративных акций в мире за 100%, то американский фондовый рынок будет добрую половину стоить. На следующем графике (слайд №12) видно, как менялась в длинной исторической перспективе стоимость фондового рынка корпоративных акций.   Хорошо видны три зубца. Первый, на рубеже 2000 года, - это тот пузырь, который называется "пузырь доткомов". Когда он был проткнут, то рынок сильно упал. Но при Буше он восстановился и достиг еще более высокой точки, которая опять-таки была сорвана последним кризисом 2008 года. Сейчас новыми усилиями Федерального резерва и этот уровень тоже превзойден. Может быть, это новый пузырь, мы этого пока не знаем. Федеральный резерв не занимается предотвращением пузырей. Он ждет, когда они сами лопнут, а потом разбирается с последствиями. В Америке распределение собственности на корпоративные акции весьма неравномерно и сконцентрировано в основном у относительно небольшой части американцев. Поэтому имущественное неравенство Америки нарастает очень быстро. Это не новое явление, а длинный тренд. И он до сих пор продолжается. Посмотрите следующий слайд (№13)   Здесь представлен график универсального показателя измерения имущественного неравенства, расчитанного для Америки, коэффициент Джини. В длинной исторической перспективе вы видите, как он возрастает от отметки 0,38 и приближается к 0,5. Уровень 0,5 вы в мире можете встретить в таких классических экономиках развитого имущественного неравенства, как Латинская Америка. Я придаю этому значение не потому, что я сторонник каких-то социалистических идей "справедливого распределения общественного продукта". Отнюдь. Я придерживаюсь того мнения, что социум - это такая равновесная саморегулируемая система, которая умеет находить тот или иной способ коррекции в распределении материальных благ. Когда я вижу, что коэффициент Джини приближается к таким уровням, я начинаю интересоваться вопросом, как это перераспределение может выглядеть в Америке (слайд №14).   Может быть, и так, что 1% американцев по богатству сопоставим с остальными 99%. И эти 99% с таким положением вещей несогласны и готовы его изменить любым доступным способом. Теперь мне хотелось бы вам рассказать о том, что происходит с расширением кредита. После рецессии Федеральный резерв обычно предпринимает усилия для того, чтобы расширить кредит и тем самым запустить новую ростовую часть экономического цикла. Но в этот раз происходит нечто нетипичное (слайд №15).   Да, конечно, отчетливо виден провал на уровне 2010 года, когда кредитование было, в общем, очень маленьким. А сейчас этот уровень восстановился на предкризисных отметках. Но дело в том, что в начале фазы подъема он должен быть существенно выше. В этом году особенно показательно, как меняется кредит. Скажем, в первом квартале он в годовом исчислении вырос на 3,5%, во втором - на 2,5%, в третьем - на 0,6%. Кредит затухает. Причем даже это кредитование происходит как бы "из под палки". На следующем графике (слайд №16) показано, какой процент кредитования является форсируемым.   Иными словами, о том, что банки не совсем добровольно предоставляют кредит. Есть у них корпоративные клиенты, с которыми заключаются долгосрочные договора об открытии кредитных линий. Когда клиентам нужны кредиты, они обращаются в банк, - и банк обязан им выдать кредит, поскольку кредитная линия открыта. Вы видите, что сейчас около 95% всех кредитов - это кредиты именно такого типа, что означает, что за пределами тех случаев, когда банки не могут отказать в кредите, они почти не кредитуют. И это несмотря на то, что Федеральный резерв предпринял "геркулесовые усилия" по расширению денежной массы и созданию условий для расширения кредитования в посткризисный период. Говорить о состоянии американской экономики и не говорить о состоянии федерального бюджета невозможно. На следующем графике (слайд №17) показаны поступления и расходы федерального бюджета США в период 2005-2013 г.г.   Синие столбики показывают поступления в бюджет, а желтые столбики показывают расходы федерального бюджета. Как видите, в предкризисный период эти поступления были меньше, чем расходы бюджета. Бюджет был дефицитным, но не так сильно, как во время кризиса. Естественно, что во время кризиса доходы бюджета падают, т.к. снижение доходов населения и бизнесов приводит к снижению массы налогов. А расходы растут, поскольку правительство участвует в стимулировании экономики. И дефицит стал расти стремительно. После того, как этот кризис завершился, ситуация нехотя, но все-таки улучшается, расстояние между этими столбиками сокращается. Все эти годы, кризис - не кризис, социальные выплаты правительства нарастают (слайд №18).   Синим цветом здесь показаны пенсии, а желтые столбики - это расходы на медицину. Самые нижние зеленые столбики - это расходы на пособия по безработице. Понятно, что они носят наиболее циклический характер. Выплаты пенсий и расходы на медицину растут вне зависимости от того, кризис или не кризис. Почему? Потому что население Америки стареет, демографический кризис уже не является категорией будущего, и будет оказывать достаточно сильное негативное воздействие на ситуацию с федеральным бюджетом. Посмотрите на ситуцию в системе социального страхования (слайд №19). Здесь показана динамика взносов в систему и платежей из нее.   Синим цветом показаны взносы в систему, а желтым - выплаты государства из нее. И в 2005 году взносы были меньше выплат из системы. Эта система уже давно дефицитна. Во время кризиса эти разрывы стали нарастать очень сильно. Ничего удивительного в том, что Америка стала набирать долги очень резво. Сейчас взносы в эту систему стагнируют, что, в общем, объяснимо при нынешней ситуации с занятостью. А выплаты продолжают возрастать, хотя уже не так быстро, как в первые годы после кризиса. На следующем слайде (№20) как раз и показан государственный долг в пропорциях к объему экономики.   Он и в абсолютных отношениях очень большой, и вырос почти что вдвое за время после кризиса. В относительном выражении, вы видите, он достиг для Америки нехарактерно высокого уровня. Сейчас он больше, чем объем экономики. И чем больше государственный долг, тем сложнее перспектива расходов на его обслуживание (слайд №21). Здесь показаны платежи по процентам за кредит.   Хотя долги выросли очень сильно, платежи более-менее находятся на малоизменяющихся уровнях. И решающее значение здесь имеют операции Федерального резерва по снижению процентной ставки. Сейчас расходы на обслуживание долга составляют порядка 415 млрд. долларов в год. И это при очень низких ставках процентов за кредит. Если представить, что вдруг закончится эта замечательная жизнь и процентные ставки начнут нормализироваться, начнут подрастать, то при нынешнем уровне долга подъем процентной ставки хотя бы на 1% означает дополнительно 170 млрд. выплат по процентам за долг. Для того чтобы почувствовать эту сумму, достаточно назвать одну цифру. Оборонный бюджет США сейчас составляет 527 млрд. долларов, поэтому достаточно поднять процентные ставки на 3%, чтобы практически перекрыть расходы на оборону США. Понятно, что при такой ситуации есть все основания тормозить подъем процентных ставок сколь возможно долго. Наверное, самое яркое явление кризисного и посткризисного периода - это расширение денежной массы (слайд №22).   Это нечто небывалое. На представленном графике можно видеть, как она постепенно подрастала и к началу кризиса составляла порядка 800 млрд. долларов. Этого было достаточно, чтобы обеспечить рост экономики и регулирования процентных ставок, достаточный доступ к кредитным ресурсам и т.д. С тех пор за несколько лет денежная масса выросла в разы. Сейчас она превышает 3,6 триллиона долларов. Как вы помните, в Америке сейчас действует Третья программа количественного смягчения (QE-3). Первая была во время кризиса в острую фазу. Она была по-своему полезна, потому что позволила ликвидировать острую панику на рынке, прекратить цепь банкротств. Финансовая система во время кризиса очень нуждается в поддержке Центрального банка. Поэтому особых возражений против операций по расширению денежной массы Федерального резерва в кризисный период ни у кого не было. Поскольку экономика дальше не особо развивалась, то последовало QE-2, сейчас - QE-3. QE-3 - открытая программа, т.е. программа, в которой заранее не оговорены ни общие объемы расширения денежной массы, ни продолжительность операций. Она еще не закончена, поэтому об ее эффективности пока рано говорить. Программа QE-2, «количественное смягчение-2», которая состояла из пакета стимулирования в 600 млрд. долларов, закончилась, и ее эффективность посчитали сами же сотрудники Федеральной резервной системы. Эффективность оказалась на удивление маленькой. Истратив 600 млрд. долларов, Федеральная резервная система сумела обеспечить рост экономики на 0,13% и поднять инфляцию на 0,03% - совершенно маленький, ничтожный результат. В таких случаях утешают утверждениями типа "а если бы мы эту программу не реализовали, то было бы еще хуже". Кто знает? Эмитируя денежную массу, Федеральный Резерв скупает в первую очередь у банков правительственные и ипотечные облигации. Что же банки делают с полученными таким образом деньгами? На следующем графике (слайд №23) сопоставлены две кривые.   Красным показана расширяющаяся денежная масса, а синим показаны избыточные резервы банков. Вы знаете, что есть обязательные резервы, которые коммерческие банки должны держать на балансе Центрального банка на случаи потерь для защиты их вкладчиков. До кризиса у банков практически не было никаких дополнительных депозитов в Федеральной Резервной Системе сверх обязательных резервов. Для банков деньги - это их производственный инструмент, с помощью которого они зарабатывают свою прибыль. Естественно, они, заботясь об эффективности использования своих денежных ресурсов, старались максимально кредитоватьэкономику. Но с началом кризиса поведение банков изменилось и у них появились и стали быстро расти избыточные резервы. На графике видно, как синхронно меняются эти две кривые. Подрастает денежная масса и синхронно подрастают избыточные резервы, потому что эти деньги в экономику не идут. Чем объяснить это изменение поведения банков? Во-первых, банки понесли достаточно серьезные потери во время кризиса и большого аппетита на риски нет. Во-вторых, встает вопрос: а кого им кредитовать? Корпоративный сектор купается в деньгах, особо в кредитах не нуждается. Понятно, что когда деньги дают почти что даром, он увеличивает свои запросы на кредиты. Но им не так много надо. Население кредитовать? Оно еще не рассчиталось по прежним долгам. Наращивать ему кредит не так-то просто и безопасно. Да, небольшой рост потребительского кредита банки профинансировали, но этим и ограничились, а по ипотеке долги продолжают сокращаться. Поэтому банкам особо некого кредитовать. Кроме того, есть еще один фактор, я вам его сейчас вам покажу. На следующем графике (слайд №24) показана процентная ставка, которую Федеральный резерв платит на эти избыточные резервы.   Когда кризис начался, Бернанке очень боялся, что вот, сейчас он запустит печатный станок, "напрудит" денег, и как он потом эти деньги будет из экономики изымать? У него из-за этого было очень сильное беспокойство. Он говорил, что из-за этого плохо спит. Его можно понять. И тогда же, в 2008 году, он через Конгресс провел законопроект, наделивший Федеральный резерв правом выплачивать процент на депозиты банка. Думалось, что регулируя этот процент, он будет удерживать банки от избыточного кредитования экономики, которое опасно, потому что может привести к бешеной инфляции. Тогда он установил эту процентную ставку и выплачивает 0,25% на избыточные резервы. Много это или мало? В нынешних условиях это даже много, потому что эффективная ставка федеральных фондов сейчас 0,08%. Банки ничего не делая и имея деньги, которые Федеральный резерв закачал в систему и держал у них на счете, получают в 3 раза больше без всяких рисков. Получается своего рода шизофрения у Федерального резерва. С одной стороны, он расширяет денежную массу для того, чтобы расширить кредит, с другой стороны - сам же сдерживает расширение кредита, устанавливая процентную ставку много выше, чем на минимально рискованные рыночные активы. Не удивлюсь, если приходом нового председателя Федерального резерва эта кредитная процентная ставка понизится, или упадет до 0, или до уровня того, что платят на рынке. В этой связи следует обратиться к истории этого года, когда весной Бернанке выступил и сказал, что, вообще говоря, Федеральный резерв подумывает о том, чтобы несколько сократить программу расширения денежной массы. Этого было достаточно, чтобы рынок отреагировал исключительно нервно. По всему миру рынки "посыпались", потому что началось бегство капитала. Если Федеральный резерв прекращает эту райскую жизнь, расширение денежной массы, то идет приспособление рынка к будущему, когда эта раздача "подарков", по крайней мере, ограничивается. А на самом деле надо ждать, что после ограничения она заканчивается совсем. Рынок очень сильно поднял доходность облигаций, в том числе, как вы видите, 30-летних ипотечных облигаций (слайд №25).   Обратите внимание на резкое возрастание доходности этих ипотечных облигаций в правом нижнем углу графика. Реакция рынка была, как если бы Бернанке не просто заявил о намерении медленнее наращивать денежную массу, а и выполнил уже это намерение. Одного слова председателя Федерального резерва оказалось достаточно, чтобы условия кредитования резко ухудшились. И не просто ухудшились. Подъем процентных ставок удорожил финансирование сделок по приобретению недвижимости. Начавшаяся было положительная динамика на рынке недвижимости стала стагнирующей. После этого Федеральный резерв предпринял целую PR-кампанию, чтобы объяснить рынкам, что не все так страшно, и вы нас неправильно поняли. Мы не то имели в виду. Кконечно же, наши действия будут зависить от перемен в экономике. И, может быть, мы вообще ничего не будем делать. Как вы видите, рынок понизил эту возросшую доходность облигаций, но не вернул ее туда, где она была. Рынок ждет, что если не сейчас, то через месяц, через три месяца Федеральный резерв вернется к этой угрозе и будет сокращать свои активные операции с денежной массой. Буквально пару недель назад прошло несколько сообщений от крупных банков в этой связи. Такой крупный американский банк как Bank of Americaобъявил, что до конца года сокращает 4 000 сотрудников в отделении ипотечного кредитования. Как вы понимаете, когда рынок недвижимости растет, никто не сокращает этих работников. Наоборот, нужно новых набирать. 2,3 тысячи человек собирается сокращать другой очень крупный американский банк "Уэлш Фарго". Самый крупный - J.P. Morgan - объявил, что в следующем году его ипотечное подразделение сократится на 15 000 человек. Как видите, банки ничего хорошего не ожидают. В завершение обзора ситуации в денежно-кредитной сфере, хочу показать вам еще один слайд (№26)   Здесь показан уровень наличных средств на счетах крупных банков. Как видите, в 2013 году ситуация изменилась. Несколько лет подряд банки держали наличными примерно один и тот же уровень средств, а сейчас начали их резко наращивать. Можно сказать, удвоили их. Ничего удивительного. Если Федеральный резерв собирается умерять свою денежную агрессию, облигации, как правительственные, так и ипотечные, становятся не очень надежным местом вложения капитала. И наличные в этой ситуации лучше. Для тех, кто хотел бы вложить свои средства в подобные облигации, стоило бы посмотреть на этот график. После кризиса мнению банков о рискованности вложений стоит доверять. Обзор состояния американской экономики я на этом завершу и дальше хотел бы вам сказать об уроках, которые можно из этого кризиса извлечь. Первый урок - опасно подходить к такому кризису с высокими государственными долгами. Потому что во время кризиса они начинают расти очень быстро, просто кратно. В Америке они удвоились. В Европе, вы видели, тоже очень страшная динамика. Вопросы финансирования и рефинансирования государственного долга очень нелегко решать в таких условиях. Не все же обладают американской привилегией быть эмитентами мировой резервной валюты. Второй урок, который мы можем вынести из этого кризиса, - это очень тесная связь между правительством и банками. Она определяется не только тем, что банки во время финансового кризиса нуждаются в поддержке государства, что вытекает из конструкции денежной системы с частичным резервированием. Кроме того, их отношения характеризуются ситуацией кроссхолдинга: банки держат у себя на балансе облигации правительства, а правительство одалживает деньги банкам. Получается взаимная зависимость. И, не дай Бог, если с банками что-то случится. Тогда что-то случится и с государственным долгом. В Америке это еще было не так ярко, как в Европе. Третий урок состоит в том, что во время кризиса очень сильно возрастает роль центрального банка. В Америке достаточно быстро исчерпались возможности федерального правительства по стимулированию экономики. С такими долгами не особенно постимулируешь. Если все же надо оказывать стимулирующее воздействие на слабую экономику, приходится обращаться за ресурсами к центральному банку. Тем более, что это не настолько демократическое учреждение. Это Конгресс состоит из противоборствующих друг с другом партий, которые оппонируя друг другу, соответственно, сдерживают друг друга в расходовании государственных средств. А в Федеральной резервной системе никаких партий нет. Это технократический кабинет, который достаточно свободен в принятии решений. Есть, конечно, своя политическая ответственность, свои политические ограничения, но, тем не менее, он более свободен, чем Конгресс или правительство, в стимулировании экономики. И потому его и без того немалая роль и значение во время кризиса сильно возрастают. Еще один урок состоит в том, что монетаристская техника, действие которой мы увидели во время кризиса, не одинакова по своему проявлению. Во время острой фазы монетаристские операции Федерального резерва действительно оказались эффективны, что и следует признать. Действительно, удалось блокировать этот кризис, и хотя Lehman Brothersскончался, но больше никому пропасть не дали из крупных китов. Поэтомукупирование кризиса средствами монетаристской политики Федерального резерва оказалось успешным. Но вот все, что было потом, вызывает другую оценку. Монетаристская техника не работает, как метод стимулирования экономики. Также монетаризм не имеет рецепта улучшения структуры экономики. Еще один удивительный урок, вытекающий из кризиса и посткризисного периода - это необозримость пределов расширения денежной массы. Денежная масса за короткий период выросла с 0,8 триллиона долларов до 3,6 трлн.долларов. И ничего страшного пока не случилось. При этом ни одно пророчество галопирующей инфляции, как следствия подобной беспримерной эмиссии, не подтвердилось. Причину отсутствующей инфляции мы уже разбирали. Для того, чтобы получить высокую инфляцию, мало запустить печатный станок. Необходимо, чтобы коммерческие банки, к которым попадают вновь созданные деньги, отправили их в экономику, кредитуя нефинансовый сектор. А поскольку кредит расширяется после кризиса невыразительно, то созданная денежная масса оседает на принадлежащих банкам депозитных счетах эмитировавшей ее Федеральной Резервной Системы и инфляции нет. Но тогда в чем же полезность этой эмиссии? Среди прочего в том, что Федеральный Резерв может скупать в огромных количествах облигации правительства, делая рефинансирование государственного долга малозависящим от национальной и глобальной экономической динамики. До кризиса надо было считать, сколько Америка отправляет рабочих мест в Китай, как это влияет на формирование потока долларов, которые у Китая скапливаются, сколько долларов он сможет отправить обратно в Америку и купить американские облигации. Отправленные в Китай и полученные обратно доллары позволяют рефинансировать американский государственный долг. А теперь покупки правительственых облигаций Федеральным Резервом делают не столь уж важным вопрос, что там покупает Китай и все остальные. Еще один урок этого кризиса - усиливающееся расхождение интересов государства и корпоративного сектора. Корпоративный сектор сейчас пребывает в блестящем финансовом состоянии, чего нельзя сказать о государственных финансах. Государственный долг и в Америке, и в Европе, и в Японии, и во всем развитом мире огромный. Раньше всегда считалось, что правительственные облигации - это облигации, свободные от риска. По этой причине все процентные ставки всегда традиционно складываются от правительственных облигаций. Ну скажем, доходность облигаций испанского правительства должна быть ниже, чем доходность облигаций, выпускаемых испанскими компаниями. Почему? Потому что правительство может реально отвечать по своим обязательствам не только собственным имуществом или потоками налогов, но и не своим имуществом, имуществом и доходами резидентов своей налоговой территории. Например, оно может изменить законодательство и увеличить налоговые сборы, или ввести новые налоги. В эпоху глобализации, когда преимущественным типом крупных корпораций стали транснациональные корпорации, их денежные средства более не концентрируются в штаб-квартире. Они могут находиться где угодно. Сейчас за пределами Америки корпорации держат гораздо больше денег, чем в пределах Америки. Еще в 2008 году я написал статью в журнале "Эксперт", где затронул вопрос об экономических доктринах американских политических партий. Традиционный подход республиканцев состоял в необходимости поддержки национальных корпораций, рассчитывая на то, что государственные меры стимулирования приведут к повышению инвестиционной активности корпораций, к созданию ими новых рабочих мест. Мне казалось и кажется сейчас, что все это совершенно устарело. В эпоху глобализации, думая что вы стимулируете американскую экономику, на самом деле вы стимулируете рост заказов в Китае, где происходит создание новых рабочих мест для их выполнения. Когда доля внешней торговли расширяется с 10% до 30% и дальше, экономика становится принципиально открытой, и старые механизмы стимулирования не работают. Поэтому связь и сочетание интересов между американскими корпорациями и американским правительством начинают расходиться. * * * * * * * Какой образ будущего вырисовывается, исходя из всего вышесказанного? Одна из особенностей ситуации, в которую попала сейчас Америка и которая будет постоянно давать о себе знать в дальнейшем, - это утрата рычагов воздействия на экономику. Бюджет, как я говорил, при достигнутом уровне государственных долгов уже мало кого может стимулировать. Он сам нуждается в том, чтобы находились ресурсы для рефинансирования долга, а помогать другим уже трудно. Федеральная резервная система может накачивать денежную массу, но, как мы видели, она не приводит к какому-то особенному росту экономики. Да, она прекращает панику, но не приводит к росту. С утратой возможности для государственного стимулирования любой следующий кризис будет особенно чувствительным для экономики, потому что за десятки лет все привыкали к тому, что если что-то не так, правительство и монетарные власти позаботятся, они простимулируют, они дадут какую-то анестезию. Но в том-то и дело, что следующий кризис может происходить без какой-либо анестезии или с анестезией, которая никакую боль не утишает, а значит риски дестабилизации в будущем в этом смысле возрастают. Другая вещь, касающаяся будущего, опять же связана с монетарнойполитикой Федерального резерва. Стоило только заикнуться о возможном ограничении роста денежной массы и немедленно последовала реакция рынков во всем мире и ухудшила экономическую ситуацию в Америке. И ведь это только устно заявленное намерение! А что будет, когда это намерение осуществится? Федеральный резерв пока из месяца в месяц откладывает начало конца этого монетарного расширения. Когда он сократит эти закупки облигаций, как рынок это будет переживать? А когда он прекратит эти закупки, расширение денежной массы совсем прекратится, как это отразится на рынках и экономике в целом? А когда-то Федеральный Резерв начнет сокращать свой накопленный портфель правительственных и ипотечных операций и, получая оплату за их продажу, начнет ликвидировать создаваемую сейчас денежную массу? Как экономика будет реагировать на сжатие денежной массы? Все видели как болезненно проходили программы строгой экономии в Европе. Эффект должен быть похожим Трудно себе представить, как загнать этого монетарного джинна в бутылку. Но может быть и не надо так драматически возвращать все на круги своя, сокращая денежную массу до предкризисного уровня? Ведь нынешнее положение вещей не демонстрирует пока какой-либо внятной угрозы финансовой стабильности. Такую логику рассуждений можно часто слышать в наши дни. И действительно, резкая реакция рынков в этом году на угрозу постепенной стабилизации денежной массы показала какой опасной может быть нормализация денежного обращения. И все же, чтобы согласиться с таким подходом, следует ответить на один вопрос: как без резкого сокращения денежной массы вернуть действенность обычным процедурам монетарного регулирования через установление ставок процента по федеральным фондам? Наверное, стоит напомнить, что изменение процентных ставок Федеральным Резервом происходит не административно, а путем рыночных операций, когда менеджеры Федерального Резервного Банка Нью-Йорка по поручению Совета Управляющих Федеральной Резервной Системы покупают или продают правительственные облигации, способствуя тем самым движению процентных ставок вниз или вверх. Но для того, чтобы эти операции были эффективны как раз и нужна нормализация денежной массы. Если денег в системе будет слишком много, то процентные ставки вряд ли сдвинутся с места. С подобной ситуацией Федеральный Резерв уже столкнулся 10 лет назад, когда на его объявления о повышении процентной ставки рынок как будто не обращал внимания. Тогдашний Председатель Федерального Резерва Алан Гринспен говорил, что по его мнению рынки ведут себя загадочно. А тогдашний еще рядовой член Федерального Резерва Бен Бернанке объяснял, что ничего загадочного в поведении рынков нет, т.к. просто наблюдается избыток сбережений, вызванный активной политикой аккумуляции долларовых резервов со стороны развивающихся стран. И именно по этой причине Федеральный Резерв запаздывает с повышением процентных ставок, т.к. избыток сбережений, избыток денежной массы блокируют меры монетарных властей. Возвращаясь из этого недавнего исторического экскурса в наше время, следует подчеркнуть, что без нормализации денежной массы ситуация может повториться, но уже в куда более опасных масштабах. Вот и получается, что загнать обратно в бутылку монетарного джинна трудно, на это, может быть, уйдут годы. Но и оставлять столь раздутой денежную массу тоже опасно. Характеризуя сложившееся положение можно сказать, что мы живем в сугубо экспериментальной экономике. Никогда в такой не жили, поэтому ее никто не понимает. Все теории, которыми пользовались для понимания различных состояний экономики, к этой экономике не очень-то относятся. Строго говоря, непонятно, кто же теперь профессионал в области экономики? Те, кто таковыми являются по образованию и роду занятий, не имеют опыта работы с такой экономикой. Похоже, мы все возвращаемся в первый класс. Говоря о будущем, следует вернуться к ситуации с государственным долгом США. Если трезво смотреть на дело, этот долг выплатить нельзя. Поскольку объем долга сейчас примерно соответствует масштабу американской экономики, то сокращение долга хотя бы на 10% будет означать гораздо более сильный спад, чем во время последнего кризиса. И этот спад вызовет глобальную рецессию. Кроме того, выплачивать полностью или даже большей частью этот долг необязательно. Ведь и по сию пору вся мировая валютная система построена вокруг доллара США. Это означает, что если Россия, страны Юго-Восточной Азии, или Китай хотят иметь какие-то долларовые резервы, долларовые сбережения, у кого-то должен быть их дефицит. И даже точно известно, у кого - у Америки. Но все-таки одно дело, когда какое-то, пусть даже растущее количество долларов находится у нерезидентов, и другое дело, когда система выходит совсем из каких-либо представлений о равновесии. Само представление о том, каков должен быть уровень американского государственного долга, тоже плывет, оно тоже находится в развитии. Еще недвано была популярна точка зрения, что государственный долг не должен превышать 90% объема валового национального продукта, ибо такое превышение чревато долговременной стагнацией экономики. В процессе дальнейшей эволюции воззрений на сей предмет можно представить, что достаточно консервативным окажется подход, состоящий в том, что государственный долг не только не следует сокращать, но что он должен расти и дальше, но не быстрее, чем темп роста экономики в целом. А более агрессивным будет считаться подход, призывающий не обращать внимание на какие-либо ограничения и наращивать денежную массу быстрее, чем темп роста экономики для того, чтобы ускорить этот рост, преодолевая стагнацию. Подобные разговоры уже вовсю ведутся. Уолл-стрит с большим вниманием склоняет ухо к устам тех, кто выступает с наиболее агрессивными предложениями на эту тему, как например, такие довольно титулованные экономисты, как Майкл Вудфорд, или Адэр Тернер. Если вписывать происходящее в более широкий исторический контекст, то я рискну предположить, что мы имеем дело с растянутым во времени завершением истории мировой валютной системы, построенной на долларе, который не обеспечен ничем, кроме мощи американской экономики. Послевоенное Бреттон-Вудское соглашение установило мировой порядок, где доллар обеспечивался золотом, а все остальные валюты привязывались к доллару. Им необязательно было иметь золото. Достаточно лишь поддерживать стабильный обменный курс с долларом. В начале 70-х годов эта система радикально изменилась. Во время президенства Никсона было объявлено примерно следующее: "Правительство США более не разменивает доллары на золото. Вам не нравится доллар? Прекрасно. Ваше право его не покупать. Но если вы верите в силу американской экономики, в ее мощь, в ее передовые позиции в мире, вкладывайте свои сбережения в доллар ". Люди в возрасте, наверное, помнят, что когда-то и купюра достоинством в 10 рублей имела надпись, что рубль обеспечивается всем достоянием Советского Союза, в том числе золотом, драгоценными металлами и так далее. Это была надпись в стиле доллара времен Бреттон-Вудса. Теперь этого нигде больше не существует. Впрочем, и в Советском Союзе реально вы же не могли пойти в банк и получить золото по своему червонцу! Но вернемся к доллару. После того, как в начале 70-х годов началась эмиссия доллара, необеспеченного золотом, очень многие параметры денежной массы, кредитов, долгов стали коренным образом изменяться. И меня не покидает ощущение, что этот период, начавшийся 40 лет назад, мы изживаем. Не то что это немедленно, сейчас закончится. Нет, но мы приближаемся к концу этого периода экономической истории. И если это так, то это означает не только кризис сложившейся мировой валютной системы, основанной на необеспеченном золотом долларе. Это еще и конец экономической теории, которая обслуживала эту фазу экономической истории, это конец монетаризма. Я ни в какой мере не хулитель монетаризма, как экономической теории. Наоборот, считаю что он оказался исключительно состоятельной, эффективной экономической теорией, которая особенно в эпицентре валютной системы, в Америке, позволила получить массу всяких экономических благ. И она, кстати, оказалась очень практичной, потому что позволила сформулировать вполне утилитарные техники управления денежной массой, управления процентной ставкой и, что самое главное, управления экономическим циклом. Монетаристская техника позволяла очень сильно раздвигать границы ростовой фазы экономического цикла, сокращать и смягчать фазу кризиса. Разумеется, любая успешная теория стремится постулировать свою вечность и непреложность для любых состояний экономики. Но мне кажется, что это не так. Монетаризм, как система экономических взглядов и вытекающих из них практических рекомендаций, эффективен лишь при определенных условиях. Мне кажется, что неудачи Федерального резерва в посткризисный период по использованию монетаристской техники для воздействия на экономический цикл как раз и характеризуют, может быть, начало конца монетаризма, как практической теории, обслуживающей экономическую политику. Может быть, я неправ, это мое предположение. Если завершается эта 40-летняя история, то под моинение попадает само понятие резервной валюты. Конечно, может будет другая резервная валюта. Многие поглядывают на юань, и китайские власти делают очень многое для того, чтобы сделать его международной валютой. За последние годы они приложили для этого много усилий. Но недостаточно сделать юань распространенной валютой. Для того, чтобы юань выполнял роль резервной валюты, нужно иметь глубокие финансовые рынки, в которых можно оперировать с этой валютой, нужно иметь очень разные рыночные инструменты, нужно иметь развитое коммерческое право и совершенно независимый суд, чтобы инвесторы чувствовали себя безопасно, делая сбережения в юанях или оперируя через юань по всему миру, и так далее. Но может быть, никакой особой резервной валюты в будущем и не будет, и то, с чем мы имеем дело сейчас, относительно недавняя история. Если вы посмотрите на период до 1997-го года, когда разразился азиатский кризис, такого накопления долларов в мире не было. Это не было даже характерным признаком экономического поведения. Когда разразился азиатский кризис, слабость валют стран Юго-Восточной Азии стала предметом спекулятивной атаки, очень тяжелого кризиса в этом регионе. И страны Юго-Восточной Азии, а также многие другие страны стали накапливать доллары в посткризисный период для того, чтобы укрепить национальные валюты, защитить их от таких набегов, чтобы поднять статус национальной валюты и сделать устойчивыми свои внутренние финансовые системы. До этого момента такого роста долларовых сбережений нерезидентов не было. А следовательно, может и не является такой уж необходимостью накапливание долларов? Посмотрите на Банк Англии, Европейский Центральный Банк. Почему они не накапливают доллары? Потому, что эмитируемые ими валюты пользуются заслуженным или даже неоправданно высоким доверием инвесторов. Но глобальная ситуация заметно изменилась за истекшее десятилетие и вполне нетрудно себе представить существенные перестановки в рейтинге репутации различных национальных валют. И если глобальное ребалансирование экономики приведет к устойчивому автономному от США и Западной Европы росту экономик ряда развивающихся стран, то поднимется и рейтинг их валют. А значит, исчезнет и побудительная причина к приобретению и сохранению долларовых сбережений. Когда и если это произойдет, и положение доллара, и его обменные курсы, и оценка американских акций и облигаций, включая правительственные, может претерпеть существенные и болезненные изменения. Для развивающихся стран, включая Россию, кризисный период воспринимался, как нежелательное, но неизбежное в рамках капитализма явление. Мол, ну вот, да, кризис, бывает, пройдет и возобновится рост пуще прежнего, как это всегда было. Это представление было совершенно неверным. Неверным потому, что аномалией являлся не кризис, аномалией являлся докризисный рост в нулевые годы. Такой рост может продолжаться только недолго, лишь несколько лет. После кризиса вернуться к прежнему положению вещей невозможно. Осознать это у многих правительств в развивающихся странах занимает много времени. Но еще труднее сделать из этого осознания соответсвующие выводы. В период нулевых годов, на фоне быстрого роста многие развивающиеся страны, и Россия в том числе, надавали очень много социальных обязательств. Часть этих обязательств была выполнена и легла определенным бременем на государственные бюджеты. Часть обязательств еще только сформулирована и стала программой предвыборных обязательств властей. И если прежний докризисный рост не возобновляется, то отвечать по накопленным и будущим обязательствам особенно-то нечем. Перспектива выглядит куда бледнее, чем ожидалось. Это создает "окно возможностей" для любых оппонентов действующих властей. Они могут ударяться в какой угодно популизм, пытаясь заработать политические очки. Соответственно, и действующее правительство точно так же соревнуется с ними в популизме, просто чтобы не потерять власть. Поэтому посткризисный период - это и осознание того, что впереди не все так красиво, как ожидалось, и постепенное признание реальности. Вы видели, как прокатилась в последние годы целая волна недовольства именно в тех странах, которые особенно хорошо росли в предкризисный период, исключая Китай (где, в общем, не особенно попротестуешь). Но в целом ряде стран, как например, в Бразилии, Индии, Турции, России неудовлетворенность населения, ожидавшего "продолжения предкризисного банкета", недовольство нарастало и выливалось в какие-то протестные формы. У меня нет оптимистического сценария для развития в ближайшие годы, и, прежде всего, потому что за этот длинный период, может быть, не все 40 лет, но последние 20 точно, - монетаристская техника была освоена так, что роль кризиса, которая, вообще говоря, в экономическом цикле очень важна и позволяет экономике очищаться от "шлаков", очищаться от неэффективных бизнесов, неэффективных рабочих мест и приобретать хорошую спортивную форму, жилистость, эти кризисы купировали раз за разом. В результате проблемы не решались, они переносились на будущее, они усугублялись по ходу. Вы видите, что американский долг, который перед кризисом нарастал очень быстро, за что Буша ругали, несопоставимо маленький по сравнению с тем, каким он стал сейчас. Так что проблема только усугубилась, и это довольно типичная ситуация. В этом непростом мире и для России, в общем-то, риски будут нарастать. Понятно, что пока Китай создает новую экономику, особенно востребованы всякие природные ресурсы, и у России, как поставщика миру энергетических ресурсов и таких инвестиционных товаров, как черные металлы, блестящая конъюнктура. В период, когда такого инвестиционного роста в мире не предполагается, а, наоборот, впереди у Китая достаточно трудная и опасная перестройка модели роста, переход с экспорта на внутреннее потребление, мировая конъюнктура для России может быть рискованной. Это может отражаться на котировках цен на энергетические ресурсы. Возможные финансовые потрясения, которые я попробовал описать, могут сказаться на накопленных валютных резервах России не только в результате какой-то девальвации доллара, если таковая случится, но и потери курсовой стоимости тех бумаг, в которые валютные резервы вложены. Если Россия покупает, скажем, американские правительственные облигации, а эти облигации падают в цене, то естественно, что Россия несет портфельные потери. Ухудшение торгового баланса для России особенно чувствительно, поскольку в России торговый баланс сильно влияет на государственный бюджет, что повышает риски устойчивости российского бюджета даже при накопленных валютных резервах. С другой стороны, ослабление западных экономик представляет для России редкий шанс использовать свое положение и в экономическом, и в политическом пространстве. Поскольку Россия не интегрировалась в европейскую экономику и обладает самостоятельной валютой, она не переживает так сильно те проблемы, которые переживает сейчас, скажем, Европа. И население России не так обременено долгами, как в западных странах. В этом смысле Россия может выиграть, как привлекательная экономика на перспективу. Другое дело, что институциональное устройство России таково, что она может и не воспользоваться тем шансом, который ей выпадет, но все же такой шанс ей будет предоставлен. Когда в Европе бушевали мировые войны, Америка находилась на периферии, и блестяще воспользовалась этой исторической возможностью для того, чтобы выдвинуться на авансцену экономического развития и стать не просто первоклассной экономикой, но и супердержавой. Этот шанс у России есть; сможет она им воспользоваться или нет, я не знаю. Спасибо вам большое за внимание и долготерпение. Обсуждение лекции Борис Долгин: Спасибо большое. Первый вопрос. Вы во многих случаях, комментируя графики и делая прогнозы, опирались на как будто бы интуитивно понятные закономерности. В какой степени вы при этом опираетесь на какую-то экономическую теорию? Вообще, дает что-то современная экономика, наука последних лет, в понимание того, что происходит? Леонид Вальдман: Знаете, я в жизни много всяких теорий изучал, какие-то мне нравились больше или меньше, но я всегда удерживался от влюбленности в какую-либо из них, потому что, как когда-то говорил Гете, "Теория - это очки, через которые вы смотрите на мир". Я боюсь, как бы я не надел какие-то очки, которые бы мне давали искаженное представление об этом мире. Мне непонятно, какой теорией я пользуюсь. Борис Долгин: Ведь не бывает никакого взгляда вне призмы; вы все равно смотрите через какое-то, может быть, недосформулированное, но некоторое свое представление, как это устроено, - вот что это за представление? Леонид Вальдман: Тогда, значит, я всеяден, ем из всех кормушек, из кормушек всех экономических теорий и стараюсь разглядывать то, что у нас перед глазами. Не знаю, насколько это хорошо получается. Я скажу, как я себя проверяю. Я много в жизни делал ошибок, но в какой-то момент у меня сложилась картинка экономического процесса, которая позволяла мне делать какие-то прогнозы. Если мой прогноз оказался верен, то значит верной была и моя картинка экономического процесса. Если прогноз не сбывается или сбывается отчасти, я обязан произвести ревизию своей картинки. И в общем, пока мне не приходится делать какой-то кардинальный пересмотр своей картинки. Но было много такого, что потребовало ее дальнейшего развития, совершенствования и коррекции. Отчасти, я рассказывал об этом сегодня, разбирая уроки прошедшего кризиса. Борис Долгин: Вы собираетесь ее как-то попробовать сформулировать, как некоторое теоретическое основание, которое проверяется тем, что оно работает прагматически, совершенствуется и так далее, но, наверное, это можно попробовать сформулировать? Леонид Вальдман: Можно, но я, наверное, не стану этим заниматься. Борис Долгин: Хорошо. Вопрос второй. У вас была картинка, кадры "Оккупай Уолл-стрит". Вы говорили о том, что существует и такой, альтернативный, взгляд, подход. А в чем суть этого альтернативного подхода? Леонид Вальдман: Альтернативного подхода нет. Просто, когда у вас нарастает практически непрерывно кризис, социальные риски тоже нарастают. Я очень хорошо вижу, живя в Америке, как совсем богатые люди не видят никакого смысла в деньгах, которые они зарабатывают, т.к. эти деньги не обслуживают уже никакие их потребности. Они в возрастающей степени отправляют эти деньги на благотворительность. А с другой стороны, растет спектр тех, кто проигрывают в таком процессе распределения материальных благ. Здесь и нарастающая бедность, переход среднего класса во что-то ниже среднего, ухудшение состояния американских городов, ухудшение состояния американской федеральной инфраструктуры. Америка все больше и больше становится отсталой страной, хотя продолжает оставаться самой крупной и в перспективе динамичной экономикой в мире. Борис Долгин: А как это можно сделать иначе? Леонид Вальдман: Не знаю. Я только знаю, что социум - это такая равновесная система, которая найдет способ себя отрегулировать, отрегулировать распределение материальных благ. Если это распределение уходит в экстремум, то социум найдет способ поправить. Скорее всего, это означает выдвижение в Америке каких-то популистских партий. Скажем, Республиканская партия, которая достаточно сильно лидировала при Буше, породила внутри себя, то что называется TeaParty, тоже вроде бы консервативное по направленности общественное крыло, но явно направленное не только против либералов, но и крупного капитала, особенно финансового. Или другой пример. Обама, как вы видите, ищет способ введения системы социальной системы здравоохранения. Почему? Потому что до Обамы страна с 300-миллионным населением имела 47 миллионов человек без какой-либо медицинской страховки. И это не мигранты, это граждане без нормального доступа к системе здравоохранения. Понятно, что это аномалия. И понятно, что она порождает движение за социализацию медицины, которое дает политическому лидеру, его продвигающему, победу на выборах, и повторную победу на выборах. Вот, пожалуйста, как социум себя корректирует. А что он будет делать с распределением денежного дохода? Что-нибудь еще, но будет искать выход. Борис Долгин: Спасибо. Оставшиеся 3 вопроса я буду уже чередовать. Константин Иванович: Спасибо за очень хорошую лекцию. Особенно мне понравился конец, где нужно экономистам, как вы рекомендуете, пойти в 1-й класс. Тут я наткнулся на интересную информацию. Были в свое время опубликованы IQ президентов США - наши сведения, о наших руководителях, конечно, засекречены, - если наложить на кризисы IQ экономистов и руководителей финансовых структур, то пробовал ли кто-нибудь обнаружить связь между этими вещами? Леонид Вальдман: Мне кажется, это, в общем-то, не так важно. Не то, что можно кого угодно посадить на верхнюю позицию. Но если, скажем, мое предположение о том, что заканчивается 40-летний цикл, верно, то вы можете посадить президентом любого, пусть самого гениального человека и он не сможет исправить это положение. Да, будет что-то отличаться, выигрывает выборы Обама или Ромни. Может быть, это на чем-то скажется, но не радикально, и не только в Америке, а и по всему миру. Если мы имеем дело с проблемами, которые носят такой эпохальный характер, учет IQ здесь не поможет. Константин Иванович: Тогда такой вопрос. Глупеют экономистыили становятся умнее? Леонид Вальдман: Они умнеют.Я знаю огромное количество американских экономистов, которых мне читать очень интересно. Я считаю их намного умнее себя и мне интересно у них учиться. Там есть у кого учиться и в академической науке, и в бизнесе. В Федеральном резерве есть блестящие специалисты, очень эрудированные. Дело в другом. Мы переживаем кризис парадигмы, как мне кажется, и в этом смысле все накопленные экономическое знания находятся под пересмотром. Поменять сейчас что-либо трудно. Вот скажем, я выступаю сейчас с текущей критикой монетаризма, как экономической теории, но мне нечего предложить взамен. Эта парадигма, может, изживет себя, и вместо себя что-то выдвинет, но пока не видно ничего, что может прийти ей на смену. Борис Долгин: А если говорить не об основах анализа, не о теории, а все-таки о том, что, на ваш взгляд, может быть фактором роста? Вы показали, насколько мало содействует накачка экономики деньгами, а есть у вас гипотеза? Леонид Вальдман: Это, в общем-то, даже совсем нетрудно предположить. Что в этом посткризисном периоде не произошло так это расширение кредитования. Отчасти оттого, что финансовое регулирование сдавило банки. Отчасти оттого, что банки понесли очень сильные финансовые потери и "зализывают раны". Отчасти это произошло оттого, что Федеральный резерв одной рукой их стимулировал, другой дестимулировал. Дело в том, что в отсутствии инфляции ничего удивительного нет, потому что эта система как бы двухкамерная: Федеральный резерв должен создать дополнительную денежную массу, а банки должны эту денежную массу пустить в экономику. Если первое происходит, а второе не происходит, нет ни роста, ни инфляции, и это именно то, что мы имеем сейчас. Банки, как я говорил, сейчас, в 3-м квартале, вырастили кредитную массу на 0.6%, и это просто не рост, а Федеральный резерв каждый месяц по 85 миллиардов, т.е. по триллиону в год в систему запускает. Борис Долгин: Иными словами, продолжение накачки, но ослабление регулирования? Леонид Вальдман: Если банки воспользуются этим. Борис Долгин: А как стимулировать банки, что бы они воспользовались этим? Как не дестимулировать, вы обозначили, чуть меньше зажимать, а как стимулировать? Леонид Вальдман: Стимулировать, опять же, легко. Например, понизить до нуля ставку процента по депозитам банков на избыточные резервы, составляющую сейчас 0,25 %. Это первое. Второе, понизить для них обязательные резервы. Это вы знаете, как кредитный мультипликатор работает. И кредит может расшириться. Не обязан, но может. Третье - это то, что делает сейчас Федеральный резерв, "выдавливая" банки из всех безрисковых активов. Если Федеральный резерв покупает все больше и больше правительственных облигаций у банков, у них остаются на руках наличные деньги. Либо они сидят на наличных, либо они пускают их в работу. Если они не могут больше покупать правительственных облигаций, значит, должны кого-то кредитовать. Любое расширение кредита будет идти в экономику. Произойдет ли это? Теоретически возможно. Наталья: Я хотела уточнить: из вашей лекции, как я поняла, количественное смягчение, которое поступает в экономику, в какой-то степени мертвым грузом остается в банках. А почему тогда заявление о возможном свертывании этой программы вызвало такой обвал на развивающихся рынках, если, в принципе, эти деньги лежат мертвым грузом? И, во-вторых, почему если американские корпорации чувствуют себя не так уж и плохо, в плане свободной ликвидности, почему они не создают новые рабочие места, почему они не инвестируют в экономику, если у них есть деньги? Леонид Вальдман: По первому вопросу. Есть такое понятие, по-английски называется carry trade, в сущности, это явление, которое появилось не сейчас, а, наверное, после того, как в Японии упали в область около нуля процентные ставки. Когда в одной стране низкие процентные ставки, вы там одалживаете деньги и переносите их в другую страну, где процентные ставки более высокие, Скажем, вы одолжили на год деньги в йенах, где вы платите 2% годовых, вы переносите эти деньги на год в Индонезию, где по ним платят 10% годовых. Через год вы продаете индонезийские облигации и получаете 10% на одолженные вами деньги, возвращаете свой кредит в Японию, платите 2% годовых и 8% оставляете себе. Вот это называется carry trade. Иначе говоря, это спекулятивная игра типа "арбитраж процентных ставок", игра на разнице процентных ставок в разных странах. Но дело в том, что теперь Америка, опустив процентные ставки почти до нуля, стала выполнять роль, которую раньше выполняла Япония. Вы можете одалживать доллары, переносить их по всему миру, где процентные ставки выше, вкладывать там и потом возвращать обратно. Если начинается что-то, что может привести к повышению процентных ставок, ваша позиция становится опасной. Ваше обязательство составляет уже не 2%, как стоимость одолженных вами денег. Вы вернете 2% плюс разницу: разницу изменения курса валют стран, в которых вы одалживали и вкладывали деньги, разницу между текущими и будущими процентными ставками. И так далее. Ваши риски возрастают, и, соответственно, ваша норма прибыли находится под риском. Вот тогда начинается рыночная адаптация к изменению положения вещей. Вот почему по всему миру прошла волна адаптации к заявленному Бернанке изменению политики Федерального резерва. И это сказалось на всех рынках, включая Россию. По второму вопросу. В посткризисный период корпорации не находят предмета для расширения бизнеса, потому что нет особенно расширяющегося спроса. Американский потребитель так хорошо покупать, как прежде, уже не может. Накопленные потребительские долги сдерживают рост кредитования. Во время кризиса происходит недоиспользование производственных мощностей и заботой корпорацией становится их загрузка, а не создание новых. С другой стороны, когда Китай столкнулся с этим американским кризисом, то с точки зрения динамики рабочих мест испытал куда более сильное потрясение, чем американцы: Китай в течение одного квартала потерял 20 миллионов рабочих мест, и китайское правительство должно было выступать с программой совершенно экстренной помощи по созданию новых рабочих мест. В масштабах экономики она была даже гораздо больше американской программы стимулирования. В частности, они стали строить еще больше новых предприятий. Действующие сидят без заказов, а они строят новые в тех же отраслях. Почему? Потому что пока вы строите, вы нанимаете рабочих для строительства. А еще вам цемент поставляют, железобетон, электроэнергию и так далее, что также способствует созданию рабочих мест в сопряженных отраслях. Вам ведь сегодня нужны рабочие места? У вас 20 миллионов человек на улице. Вот и создали огромное количество дополнительных избыточных мощностей. Где-то месяц назад я читал заявление китайского правительства, что они сейчас разработали программу демонтажа избыточных мощностей. Я подумал, какая классная вещь! Можно удваивать валовой национальный продукт, ничего не создавая: один будет выкапывать ямку, другой - закапывать, обоим засчитаем производительный труд, заплатим деньги. Ямки вроде как и нет, а валовой национальный продукт просто вдвое растет! Таким образом, возвращаясь к вашему вопросу, можно сказать, что корпорациям не для кого выращивать производственную мощность, инвестировать некуда. Если они находят реальный спрос на что угодно, они сразу пускают свободные ресурсы в дело и реализуют инвестиционные проекты. Борис Долгин: В продолжение предпоследнего вопроса, о роли растущей рефлексивности в экономике, роль заявлений, прогнозов по поводу ожиданий, по поводу, докуда оно будет расти, что с этим происходит? Ситуация, когда уже на заявление Бернанке среагировали таким образом, она ведь не уникальна. Ситуация, когда реагируют на прогнозы тех или иных госдеятелей или представителей корпораций, когда ожидания сами становятся фактором некоторых самосбывающихся пророчеств, эта рефлексивность, она явно в современной экономике гораздо больше, чем она была 20 лет назад, существенно больше, чем она была 100 лет назад. Что дальше? Леонид Вальдман: Если вы посмотрите, какие сейчас закладываются прогнозы на следующий год, на ближайшие годы, они достаточно тревожны, исторически в Америке привыкли к тому, что 6-й - 7-й год после рецессии - пора уже и новую рецессию ожидать. Для меня самая опасная точка на глобусе - это Китай, потому что его актуальная задача - провести реформу для того, чтобы перестроиться на внутренний рост. Для них понятно, что экспортная модель экономики, на которой они росли все предыдущие годы, практически не имеет перспективы. Уход от экспортной модели не уникален потому, что до Китая по этому пути прошла Южная Корея, до того Япония, а еще раньше Германия. Все когда-то были на этом пути и очень хорошо развили собственные экономики. Но когда-то надо переходить на внутренний спрос и сделать рост экономики более здоровым. Но для Китая переход с экспортной модели - это крайне рискованная вещь, потому что все страны, которые я до того называл, были не социалистическими или коммунистическими, это были рыночные экономики, той или иной степени зрелости, но в чем-то похожие друг на друга. Китай - это все еще отчасти командная экономика с коммунистической политической системой. Для них экономическая трансформация еще имеет и необходимую политическую составляющую, а это большие риски, потому что дестабилизация политической системы Китая очень рискованна. Поэтому я думаю, что Китай, при всем осознании необходимости реформ, будет испытывать большие трудности, неустойчивость в этом переходе, и это будет рождать риски для всего мира. Если у Китая получится и через несколько лет он совершит этот переход, откроется совершенно другая динамика развития мировой экономики. Китай будет наследником Америки, как мирового лидера. Китай будет локомотивом роста, предъявляющим спрос и Африке, и Латинской Америке, и России, и другим странам, и, соответственно, будет тащить за собой мировую экономику. Пока это не произошло, Америка и Европа могут валять дурака, откладывать болезненные реформы, санировать свои экономики в щадящем режиме и проводить достаточно авантюрную политику. Александр: Скажите, пожалуйста, почему на фоне кризисных событий в Европенет социалистических, экономических учений, то есть не известных экономистам?И второе, если вы знакомы с работой Михаила Хазина об интеграции, что бы вы могли об этом сказать? Леонид Вальдман: У меня ощущение, что марксизм - на марше. По западной литературе вижу, что эта тематика расширяется, и число монографий и статей, посвященных этой тематике, все больше. Это круг мыслей, к которому люди возвращаются. Сам я думаю, что с этим не связана какая-то большая перспектива, но вижу, что да, это захватывает многие головы. Маркс учил, что для того, чтобы дожить до социализма, нужно перерасти рынок. Переросли ли его? Я не уверен. На мой взгляд, то, о чем я не сказал в своей лекции, но про что я часто думаю, это то, что в определенном смысле то, что мы переживаем, - это последствия очень активного участия государства в экономической жизни, активизм и федерального правительства, и Конгресса, особенно Федеральной резервной системы в Америке. Я вижу, как это разрушает рыночные механизмы саморегулирования, поэтому мне кажется, что если этот кризис дойдет до конца, то вот этот активизм когда-то закончится. Может быть, то, что как раз возможности стимулировать экономику исчерпываются, может, это и будет тот фактор, который вернет через тяжелые потрясения возможность экономике саморегулироваться рыночным путем. Но тогда социализм еще дальше отодвинется в будущее. Борис Долгин: То есть от госкапитализма - к свободному рынку? Леонид Вальдман: А от свободного рынка - к социализму, если верить Марксу. Капитализм - это последняя стадия, за ней социализм. Борис Долгин: Если сейчас мы имеем такое гипертрофированное государственное участие, которое мешает свободному рынку… Леонид Вальдман: Это полугосударственный капитализм, а нужно, чтобы был нормальный рынок. Когда он исчерпает свои ресурсы, вот тогда будет простор для роста социалистических идей. Ну по крайней мере, так марксисты думают. По образованию и складу мышления я и вправду экономист. И как экономисту мне трудно быть большим любителем социалистических идей вот по какой причине. Капитализм, я продолжаю в это веровать почти религиозно, - это наиболее эффективный способ использования ресурсов. Социализм в этом уступает, но превосходит в распределении общественных благ. Он к этому имеет и склонности, вкус, и развитые механизмы, иногда доходящие до абсурда, но в этом его сила. И мне кажется, что место капитализму и социализму было, есть и будет всегда. Вопрос о пропорциях. Переехав в Америку и пожив там, я почувствовал, что совершаю какой-то сдвиг влево, но далеко влево не могу уйти, просто в силу своего экономического склада мышления. В социализме трудно найти эффективность, в капитализме трудно найти социальную меру. Надо их балансировать. Борис Долгин: Второй вопрос был связан с Хазиным, причем Михаилом, а не Андреем, который у нас выступал здесь. Леонид Вальдман: Я не очень хорошо знаком с работами Хазина. Конечно, имя на слуху. Что-то я читал, но не систематически, не успеваю. Вопрос из зала: Возвращаясь к той фотографии, где молодой человек держит плакат «нас 99%». Прокомментируйте ее, там же еще плакатик, что-то такое про жирных. Леонид Вальдман: Понятно, что когда людям плохо, они протестуют, и когда общественные блага распределяются сильно неровно, то желание как-то это поправить в данной ситуации должно нарастать. Вопрос из зала: А сама цифра 99%? Леонид Вальдман: Есть процент населения, который я сейчас не помню уже, каким процентом богатств американских владеет, но очень большим, близко к 60% всего, чем владеет Америка. Вопрос из зала: 1% ? Леонид Вальдман: Нет, не 1%, а первые 10%. Это очень много. И не то, чтобы я призывал делиться. Но мне просто кажется, это нарастающая опасность, для Америки очень несвойственная, потому что никогда в нее так еще сильно глубоко социалистические идеи не проникали. Это все-таки страна, где есть культура предпринимательства, есть развитое уважение к тем, кто берет на себя риски предпринимательства и много работает. Тем не менее, когда так неровно делится общественный пирог, риски возрастают. Борис Долгин: Вы говорили о конце цикла, связанного с валютной системой. Если в нынешней ситуации валюты ничем не обеспечены фактически, существуют резервные валюты, иногда еще что-то, куда это может сдвигаться? Логическим перечислением с указанием вероятности. Леонид Вальдман: Давайте посмотрим на это так. 40 лет назад Никсон сказал, что на золото больше не размениваем, за американским долларом стоит мощная американская экономика. Если вы доверяете, то можете держать свои сбережения в долларах. Не доверяете? Пожалуйста, держите в чем-то еще. И пока это было так, доллар очень высоко котировался. Но доллар, как и любая другая ценность, чем он реже, тем ценнее. Если вы прибавляете по триллиону долларов в год к тому, что еще недавно исчерпывалось цифрой 800 миллиардов, то редкость доллара куда-то девается. С редкостью должна деваться и ценность, поэтому чисто логически ценность доллара должна убывать, и, соответственно, склонность к сбережению доллара должна во времени падать. Понятно, что пока вы не видите никакой альтернативы, пока не вырисовывается никакая другая модель существования мировой валютной системы. По инерции продолжает тележка катиться. И если вы посмотрите на накопление валютных резервов, доллар продолжает увеличиваться на руках населения мира, хотя уже не так быстро, как это было до кризиса. На что это может поменяться? Либо это меняется на другую резервную валюту (я говорил о юанях, но при этом оговаривал, что юаню нужно пройти огромный путь, прежде он сможет заменить доллар не только как валюту лидирующей экономики, но и как валюту, за которой стоит глубоко эшелонированный финансовый рынок, коммерческое право, спокойствие инвесторов и прочее). Может быть, это не одна такая валюта, а некоторое количество валют. Борис Долгин: Ну да, сейчас фактически корзины валют часто имеют. Леонид Вальдман: Может быть, что-то еще, что было еще до азиатского кризиса. Это тогда накопление доллара приобрело особый характер. А до того и у Америки не было такого дефицита, и платежный баланс был совсем другой. Помните еще времена, когда Америка всем говорила: "Будете плохо себя вести, не дадим инвестиции". Теперь все дают инвестиции, Америка не является раздатчиком инвестиций. То есть, эта картинка относительно недавняя. Поэтому, как минимум, мы можем вернуться в ситуацию, которая была до азиатского кризиса, когда выраженные резервные валюты просто не существуют. Почему нужно накапливать доллары на балансе центрального банка? Если это возрастающая ценность, то понятно, а если это убывающая ценность, то зачем? Борис Долгин: А что накапливается? Леонид Вальдман: Доллар. А что, на балансе у Федеральной резервной системы есть другие валюты? Ничего кроме доллара нет. И даже золота почти нет. Соединенное Королевство накапливает доллары? Нет, не накапливает. Можно жить без этого? Япония действительно накапливает, много. В Японии это был способ регулирования внешней торговли, а для Соединенного Королевства Великобритании - нет. Поэтому, оказывается, можно жить собственной валютой, не имея за спиной этой валюты долларов, как резервной валюты. Это возможно. Борис Долгин: Если предполагать, что собственная валюта столь же крепка или несильно менее крепка, чем доллар. Леонид Вальдман: Да, но вот крепость валюты - это нечто, измеряемое только силой экономики. Посмотрите, скажем, на швейцарский франк. Разве Швейцария большая экономика? Нет, конечно, но доверие швейцарскому франку очень большое, потому что это надежное средство сбережения, и потому что это глубокий финансовый рынок. Кстати говоря, воспользуюсь этой возможностью и еще дам пару цифр. Я говорил о монетарной агрессии Соединенных Штатов. Но посмотрите, как соотносится объем денежной массы с объемом американской экономики. Денежная масса стала 3.6 триллиона, а валовой национальный продукт 16.7 триллиона, то есть примерно четверть. А для Японии это соотношение составляет 50%, т.е. вдвое больше, чем соотносительный объем денежной массы Америки. А если вы посмотрите на швейцарский франк, то с удивлением обнаружите, что объем денежной массы Швейцарии относится к объему валового национального продукта Швейцарии как 85 к 100. Гораздо больше! Почему? Для швейцарцев это несчастный случай, это вынужденная необходимость скупать все евро, какие в Швейцарию привезут, для того, чтобы не дать подняться курсу швейцарского франка к евро, потому что это убивает конкурентоспособность всей швейцарской промышленности. Вот уж действительно, все относительно. Вопрос из зала: Ежегодно повышает? Леонид Вальдман: Нет, не ежегодно, я беру просто объем денежной массы Швейцарии и объем валового национального продукта Швейцарии. Вопрос из зала: Она же постоянно покупает евро? Стерилизация денежной массы тоже есть? Леонид Вальдман: Я рассказал только те цифры, которые знаю. Борис Долгин: Спасибо большое, это было опять очень интересно.

19 декабря 2013, 08:29

Держать любой ценой

Вот и подошла к концу эпоха правления Бена Бернанке. Конец бесславный и достаточно драматический. Никто не может однозначно судить плачет ли Бен по ночам, просыпаясь в холодном поту, от осознания ужаса, к которому Федеральный Резерв методично подталкивает финансовую систему последние 4 года? Держу пари, что плачет - может быть даже рыдает )) Бен не дурак, а один из умнейших людей планеты, поэтому все он прекрасно понимает. То, что он косит под идиота на официальных пресс конференциях, говоря о двойном мандате, как оправдание триллионому вдалбливанию - это некая формальность, бюрократическая процедура. В самом деле, не может же он сказать, что крышует мафиозный синдикат и помогает отмывать сотни миллиардов долларов? ) Хотя Бен в своей последней пресс конференции старался держаться подрячком, но нота отчаяния прослеживалась от того, что зашли слишком далеко и нажать на экстренное торможение уже не представляется возможным. Причем, смею предположить, что равновесие Бена больше всего добивает то, что именно он приложил руку к накоплению деструктивных решений, которые привели к избыточным и практически неразрешимым дисбалансам в системе. Есть некая категория людей, которая на генетическом уровне настоящие бандиты и отморозки, но Бернанке не похож ни на одного, ни на другого. Он больше ученый. То, что рамки системы и обстоятельства заставили его играть функцию бандита и некого представителя мафиозного клана – в этом и есть драматизм, когда человек стал тем, кем быть не хотел. НЕ думаю, что когда в 2006 Бернанке взошел на пост председателя ФРС он ожидал, что так все трагически завершится. Глава ФРС – должность историческая. Действия находят отражения везде, от банальных статей в СМИ, то обучающих книжек и энциклопедий. Через много лет, когда подрастет новое поколение студентов, о чем они будут читать, узнавая Бена из книжек и методичек? Примерно так? Человек, который смог отодвинуть финансовую систему от края пропасти в 2009, чтобы через пару лет создать базис и условия для зарождения нового пузыря, подводя систему к противоположному краю пропасти, но там где помощи нет и быть не может? Не завидный финал. Успех в выправлении кризиса 2008 меркнет на фоне того бардака, который происходил в последствии. Хотя руины придется разгребать Милой Старушке, но не считаю, что Бену от этого легче. Рукоплескать от действий ФРС остается разве, что совету директоров прайм дилеров, которые выписали жирные бонусы себе в этом году от прямой помощи ФРС. Все остальные задаются вопросом – Бен, что ты наделал?  За тот недолгий период деградации удалось полностью уничтожить нечто, что называлось свободный рынок. То, что сейчас- это не рынок инвесторов, это рынок центробанков. Практически все, что происходит прямо или косвенно связано с решениями и денежными потоками ЦБ и связанных структур. Ни состояние экономики, ни корпоративный сектор, ни прошлые модели, к которым привыкли инвесторы? Все это отныне не играет абсолютно никакой роли. Наиболее существенное изменение в финансовых рынках по сравнению с докризисным поведением – это режим ручного ценового таргетирования и скоординированная эмиссия. То, что раньше могло показаться совершенно невероятным и даже фантастическим, сейчас становится привычным. Что такое скоординированная эмиссия и многосторонние своп линии? Это когда поток ликвидности от центробанков становится перманентным. Когда летом 2011 ФРС закончил QE2, то Банк Англии начал свой, позже подключился ЕЦБ c LTRO в декабре 2011, а когда те закончили, то практически сразу в работу включились ФРС и Банк Японии. Поток необеспеченной ликвидности постоянный, что не есть нормально в рамках прошлых концепций, т.к. раньше деньги гененировались реальным сектором экономики. К чему приведет такой бардак еще предстоит оценить. Скоординированная эмиссия и многосторонние своп линии между ЦБ позволяют держать валютный рынок в узкий границах. Это и есть основная причина снижения волатильности валютного рынка с июня 2010 года. Кросс курсы 5 валютных зон двигаются в узком диапазоне в заранее обговоренных границах. Если бы сговора между ЦБ не было, то отклонение курсов могло быть избыточным и при такой эмиссии ФРС на фоне сокращения баланса ЕЦБ, eur/usd мог уйти на 1.5-1.6 со всеми вытекающими последствиями. Что такое режим ручного ценового таргетирования? Это сговор между ЦБ и первичными дилерами, прочими операторами ликвидности для обеспечения заданных уровней рынка активов. Любому профессиональному трейдеру на рынке драг.металлов известно, что этот рынок с 2012 больше не является свободным в плане ценообразования и границы рынка жестко модерируются группой крупных операторов. Известно кто, известно в какое время происходят манипуляции и известны методы. То, кто быстрее к этому адаптировался мог достигнуть успеха. В рамках определенной директивы от ФРС, операторы держат активы в заранее оговоренных границах, причем для этого выстраивается соответствующая информационная инфраструктура для создания необходимого фона. Игра масштабная, привлечены очень серьезные ресурсы, можно сказать на межгосударственному уровне, чтобы сделать все возможное для депревации рынка драг.металлов и создания благоприятствующих условий для резервных валют с целью поддержания доверия на траектории бесконтрольной эмиссии. Удивительно? Ну как сказать... Никто же не удивляется тому, что денежный рынок таргетируется ключевой ставкой центробанка? Здесь, конечно, немного иначе, но суть примерно такая же. Просто перешли в режим ручного управления и прямых манипуляций. Учитывая, какую долю структуры связанные с ЦБ стали занимать на рынке и в торговых операциях, то удивляться тут нечему. Тот, кто имеет больше всех денег и формирует правила игры на рынке. Я ставлю на то, что сил и ресурсов для перманентного вмешательства у них не хватит и возвратное движение по драг.металлам может быть чудовищным. Рынок акций и облигаций тоже под жестким контролем. Про фондовый рынок много писал и ничего там не изменилось – все тот же формат манипулирования. Почему регулирующие и надзорные органы, типа SEC молчат? Ну, это как заниматься самобичеванием. Не может же структура, которая ниже по иерархии высечь главаря мафии, который крышует весь этот беспредел? Закрывают глаза на манипуляции по той же причине, по какой закрывали глаза на манипулирование ставкой LIBOR в 2008 и махинациями с ипотечными деривативами с 2006-2008. Внезапно узнали о манипулировании с 2010 года и все эти показные скандалы и разбирательства? О, да, конечно! Не стоит считать их за дураков. Все они видели и понимали тогда. Просто не было команды на слив. Сейчас манипулирование вышло на более высокий уровень и для отвлечения внимания стали эти показные порки бангстеров с многомиллиардными штрафами и прочее, но не более. Ставки возросли раз в 5 примерно, поэтому многомиллиардные штрафы в пределах точности счета стали на фоне распределения куешнеых денег. Снижение QE на 10 млрд? Сказать спасибо, что не увеличили или что? Обратите внимание, что в декабре вырос рынок США и Японии (там, где QE), все остальные упали, за исключением нашего. Но у нас низкая база просто.  Причина в том, что пытаются протестировать стратегию выхода, но две копейки налили и Европа завернулась на 3-5% сразу при идеально стерильной и благоприятной конъюнктуре. Все 2 копейки налили! Так что не представлю, как будут выходить - это просто невозможно. Точка невозврата пройдена, к сожалению.

19 сентября 2013, 22:52

ФедРезерв не захотел остановить печатный станок

ФедРезерв не захотел остановить печатный станок  Вопреки ожиданиям, ФРС США решила оставить программу выкупа активов без изменений. Председатель американского Центробанка заметил в экономике опасные тенденц... From: Моше Кац Views: 0 0 ratingsTime: 02:00 More in News & Politics

18 сентября 2013, 23:52

ФРС ... сентябрь )

Мои ожидания ФРС вполне оправдала, а вот рынки, похоже, сделали удивленное лицо ). Ниже коммюнике ФРС в сравнении с предыдущим, так сильно они его давно не переписывали, но если вкратце то: занятость улучшается, но пока недостаточно, рост умеренный, но бюджетная консолидация сдерживает рост... долгосрочные инфляционные ожидания стабильны ... если в предыдущем заявлении ФРС только намекала, что рост ставок ее напрягат (и рыночные "тролли" сделали вид, что этого не заметили), то теперь ФРС уже жирным текстом указала, что ей не нравится рост ставок и он может негативно сказаться на восстановлении. ФРС хочет получить больше доказательств устойчивого роста прежде чем начнет сокращать QE3, а пока будет продолжать в прежних объемах. [Пресс-релиз ФРС] В то же время ФРС четко дает понять, что может начать сворачивание программы на любом последующем заседании, по мере оценки ситуации на рынке труда и инфляции. Прогнозы по росту экономики на текущий и следующий год немного понизили, но это скорее просто признание факта. Сам Бернанке указал на неудовлетворительную ситуацию на рынке труда, хотя и указал на её улучшение, надеется на улучшение экономической ситуации, но отмечает риск бюджетных сокращений и предстоящих бюджетных дебатов... дав понять, что ФРС предпочитает "терпеливый подход", мало того, Бен признал, что показатель безработицы не обязательно является хорошим барометром рынка труда (эврика!) и вообще волшебной цифры чтобы измерить здоровье рынка труда оказывается нет (как же тогда положительный эффект от QE то считали?). ФРС, по словам Бернанке, ожидает что трудности в экономике будут превалировать до 2016 года...включительно ) За июль чистые внешние обязательства американских банков поставили новый рекорд - 0.93 трлн...безналичных долларов вне США все больше )  P.S.: Отказ Саммерса от места главы ФРС, жа и текущие решения говорят в пользу того, что политика будет более мягкой, запаздывающей... и в пользу инфляционного ближе к 15 году. 

17 сентября 2013, 08:13

Крысы бегут с корабля

Акулы Wall St в массовом порядке отказываются от должности финансового бога, самой могущественной и престижной профессии – поста руководителя Федерального Резерва. Гайтнер сошел с самого начала, а Саммерс дезертировал на финишной прямой. Бен Бернанке отказался от третьего срока еще год назад. Почему? Бойня финансовых элит, политическая-кулуарная возня или личная прихоть кандидатов? Гайтнер и Саммерс имеют различные методы управления и взгляды на финансово-экономическую политику, и они достаточно амбициозны, чтобы отказываться от самой желанной должности координатора глобальных финансовых потоков. Не думаю, что у них есть дела поважнее, чем пост главы ФРС, да и не столь стары они. Как один из вариантов, причина может заключаться в том, что работает инстинкт самосохранения. Никто не хочет быть последним председателем ФРС, которому придется из руин вытягивать нечто, что ранее называлось глобальная финансовая система. А рычагов противодействия больше не осталось - все кранты. Другими словами, капитаны, увидев брешь в корабле, пытаются тихо дезертировать, не поднимая шуму. Гайтнер и Саммерс профессионалы в своем деле и достаточно компетентны, чтобы понимать, что та архитектура финансовой иерархии, которая существует сейчас нежизнеспособна в среднесрочной перспективе. Когда денежно-кредитная политика ФРС направлена на крышевание и обеспечение преступных схем по отмыванию денег в особо крупном размере, когда приходится идти в ущерб реальной экономики, чтобы формировать устойчивое положение финансовых элит – все это не есть правильно и обречено на разрушение.  Что сделало ФРС за последние 4 года для экономики? Ничего положительного и очень много отрицательного. Во время QE2 с попустительства ФРС было организовано масштабное ралли на рынке комодитиз и продовольствия, что через инфляцию издержек отняло от экономики до 1% ВВП. Во время QE3 ФЕД достаточно мощно тормозил восстановление рынка недвижимости. С одной стороны через рост цен на дома, тем самым понижая покупательскую способность у домохозяйств. С другой стороны - рост ставок по ипотечному кредитованию на 1-1.2 п.п. (30 летние кредиты подорожали до 4.6% против 3.3-3.5% год назад). Причиной этому стал рост ставок на трежерис – бенчмарк для ценообразования на долговых и кредитных рынках. Не кажется вам странным, что в момент прекращения роста гос.долга и активного выкупа ФРС, цены по трежерис рухнули, хотя по балансу спроса и предложения должны были вырасти, формируя доходности до 0.9-1.3% по 10 летним, а получили 3%. Почему? Ставки по трежерис выросли за счет действий прайм дилеров с целью обеспечения бесперебойной работы QE3. Проблема заключалась в том, что когда Казначейство США прекратило чистую эмиссию долга, то у прайм дилеров в пределах двух месяцев закончились трежерис для продажи, а выкупать их с рынка в объеме до 50 млрд в месяц было очень сложно. Не было столько продавцов. Поэтому только через сокрушительный обвал цен (рост ставок) и глобальную информационную войну против долгового рынка удалось вышибить инвесторов из трежерис на лоях по маржин коллам. Иначе выходить не хотели. Рост ставок по трежерис – результат обеспечения работы QE3 при прекращении эмиссии долга минфином. Негативным эффектом этого стало то, что ставки по всем долговым инструментам выросли – типичное синхронизированное поведение активов в новой реальности. Что сделало ФРС за последние 4 года для Wall St? Ну, почти все. Самое важно, что стоит отметить. Это глобальная преступная - мошенническая схема по отмыванию денег. Суть в следующем.  ФРС выкупает активы на вторичном рынке, давая дилерам заработать на курсовой разнице между ценой покупки и продажи. Дилеры кладут деньги на счета в ФРС, получая проценты по избыточным резервам. Ну а главное другое. Дилеры конструируют финансовые пирамиды, выкупая финансовые активы под залог резервов в ФРС. Т.е. эти аферисты получая необеспеченные деньги, выкупают реальные обеспеченные активы, создавая самый чудовищный пузырь в истории человечества, где даже вакханалия с MBS кажется незатейливой возней в детском саде по сравнению с тем монетарным безумием, что они создали теперь.  Чтобы это смотрелось наиболее выпукло, то приведу забавный факт. За всю историю фондового рынка в США не было еще ни разу, чтобы индекс вырос более, чем на 20% за год при отрицательной динамике годовой выручки компаний, входящих в этот индекс и при условии высокой базы предыдущего года.  Были случаи, когда росли и на 30%, но после соответствующего провала в прошлые года. были случаи, когда росли по 20% в год на высокой базе, как в конце 90-х, но тогда фин.показатели компаний показывали экспоненциальный рост. Но, чтобы при падении выручки и стагнации прибыли такой рост? Ни разу! В совокупности торговля оружием, наркотиками, контрафактными медикаментами, рабами и человеческими органами не идет ни в какое сравнение по объему с новейшими достижениями денежно-кредитного произвола ФРС. Это операция не для экономики, а для банкиров, что прекрасно понимают все чиновники ФРС и все люди, кто хоть немного приближен к этому бардаку. Унылый, потерянный вид Бернанке на пресс конференциях, отказ от участия в выборах на пост главы ФРС от главных воротил Wall St –звенья одной цепи. Никто не хочет пачкать руки в этом дерьме, портя себе репутацию и всю оставшуюся жизнь. Я не думаю, что Бернанке имеет психологию и склад характера матерого преступника. Он по натуре академический червь, ученый, который большую часть своей жизни отдал науке и преподаванию. Когнитивный диссонанс, возникший в его мозгу, когда приходится обеспечивать поддержку финансовому спруту, нарушая целостность системы – все это низвергает его в уныние. История умалчивает, плачет ли Бернанке по ночам от морального истощения или закостенел уже? Под гнетом обстоятельств он превратился в тролля мирового уровня, когда приходится врать, покрывая преступные схемы под предлогом «борьбы с низкими темпами восстановления экономики и высокой безработицы». Он не настолько глуп, что не видеть рисков, которые создает текущий произвол ФРС, но не Бен Бернанке принимает решение о QE, а CEO ведущих инвест.банков. Трагедия Бернанке в том, что он осознает, что ему придется остаться в истории человеком, под руководством которого создали самую чудовищную авантюру, самую глобальную мошенническую схему из когда либо виданных человечеством, где ФРС выступал как архитектор и покровитель всего созданного бардака в фин.системе. Еще никогда ФРС своими руками не создавал самый масштабный в истории пузырь. А вот под чьи руководством система пойдет ко дну? Вероятно, эту роль отдадут милой старушке с тем расчетом, что это наименее ценный боец из тех, кто может возглавить ФРС. Возможно с циничным расчетом, что старушка в годах, а Саммерс и Гайтнер значительно моложе и они жить еще хотят! )) А отвечать придется Йеллен за тот беспредел, который создан при текущем руководстве. Саммерс, Бернанке и Гайтнер хитрые деятели и просекли, что следующий срок главы ФРС станет, судя по всему последним в нынешней архитектуре финансовой системы … и, так сказать, умыли руки. Крысы бегут с корабля! Отвечать придется. Учитывая, что весь рост финансовых рынков обеспечен залогами под куешные резервы, то в случае форс мажора попытка скорректироват балансы вызовет фатальное, сокрушительное воздействие на фин.рынки с эффектом «глобальной паники», когда бидовать рынок будет некому, а позиции резать придется. Фактически, действия ФРС - это действия диверсантов, подрывающих долгосрочную стабильность фин.системы в угоду краткосрочным прибылям Wall St, причем в прямой ущерб реальной экономике. Система в нынешнем виде не устоит. Можно было бы предположить, что кризис 2008 их чему то научит, например быть более осторожными к рискам, менее озверевшими и падкими к краткосрочной прибыли, но нет. Пошли во все тяжкие, лишь усиливая все дисбалансы и пороки, которые пятью годами ранее чуть не уничтожили современный ландшафт. 

29 июля 2013, 18:59

Возможные кандидаты на пост главы ФРС

Возможные кандидаты на пост главы ФРС В Америке раскручивается интрига вокруг будущего председателя ФРС. Через шесть месяцев нынешний глава Федрезерва Бен Бернанке должен покинуть свой пост. Одна... From: Моше Кац Views: 18 0 ratingsTime: 02:17 More in News & Politics