• Теги
    • избранные теги
    • Люди957
      • Показать ещё
      Страны / Регионы891
      • Показать ещё
      Компании991
      • Показать ещё
      Показатели242
      • Показать ещё
      Разное962
      • Показать ещё
      Международные организации115
      • Показать ещё
      Издания125
      • Показать ещё
      Формат39
      Сферы5
26 июля, 02:20

Central Bankers 'Are' The Crisis

Authored by Raul Ilargi Meijer via The Automatic Earth blog, If there’s one myth - and there are many - that we should invalidate in the cross-over world of politics and economics, it‘s that central banks have saved us from a financial crisis. It’s a carefully construed myth, but it’s as false as can be. Our central banks have caused our financial crises, not saved us from them. It really should -but doesn’t- make us cringe uncontrollably to see Bank of England governor-for-hire Mark Carney announce -straightfaced- that: “A decade after the start of the global financial crisis, G20 reforms are building a safer, simpler and fairer financial system. “We have fixed the issues that caused the last crisis. They were fundamental and deep-seated, which is why it was such a major job.” Or, for that matter, to see Fed chief Janet Yellen declare that there won’t be another financial crisis in her lifetime, while she’s busy-bee busy building that next crisis as we speak. These people are now saying increasingly crazy things, and that should make us pause. Central banks don’t serve people, or even societies, as that same myth claims. They serve banks. Even if central bankers themselves believe that this is one and the same thing, that doesn’t make it true. And if they don’t understand this, they should never be let anywhere near the positions they hold. You can pin the moment central banks went awry at any point in time you like. The Bank of England’s foundation in 1694, the Federal Reserve’s in 1913, the ECB much more recently. What’s crucial in the timing is where and when the best interests of the banks split off from those of their societies. Because that is when central banks will stop serving those societies. We are at such a -turning?!- point right now. And it’s been coming for some time, ‘slowly’ working its way towards an inevitable abyss. Over the past few years the Automatic Earth has argues repeatedly, along several different avenues, that American society was at its richest between the late 1960s and early 1980s. Yet another illustration of this came only yesterday in a Lance Roberts graph: Anyone see a recovery in there? Lance uses 1981 as a ‘cut-off’ date, but the GDP growth rate as represented by the dotted line doesn’t really begin to go ‘bad’ until 1986 or so. At the tail end of the late 1960s to early 1980s period, as the American economy was inexorably getting poorer, Alan Greenspan took over as Federal Reserve governor in 1987. A narrative was carefully crafted by and for the media with Greenspan as an ‘oracle’ or even a ‘rock star’, but in reality he has been instrumental in saddling the economy with what will turn out to be insurmountable problems. Greenspan was a major driving force behind the repeal of Glass-Steagall, which was finally established through the Gramm-Leach-Bliley act of 1999. This was an open political act by the Federal Reserve governor, something that everyone should have then protested, and still should now, but didn’t and doesn’t. Central bankers should be kept far removed from politics, anywhere and everywhere, because they represent a small segment of society, banks, not society as a whole. Because of the ‘oracle’ narrative, Greenspan was instead praised for saving the world. But all that Greenspan and his accomplices, Robert Rubin and Larry Summers, actually did in getting rid of the 1933 Glass-Steagall act separation between investment- and consumer banking was to open the floodgates of debt, and even more importantly, leveraged debt. All part of the ‘financial innovations’ Greenspan famously lauded for saving and growing economies. It was all just more debt on top of more debt. Greenspan et al ‘simply’ did what central bankers do: they represent the best interests of banks. And the world’s central bankers have never looked back. That most people still find it hard to believe that America -and the west- has been getting poorer for the past 30-40 years, goes to show how effective the narratives have been. The world looks richer instead of poorer, after all. That this is exclusively because of rising debt numbers wherever you look is not part of the narratives. Indeed, ruling economic models and theories ignore the role played by both banks and credit in an economy, almost entirely. Alan Greenspan left as Fed head in 2006, after having wreaked his havoc on America for almost two decades, right before the financial crisis that took off in 2007-2008 became apparent to the world at large. The crisis was largely his doing, but he has escaped just about all the blame for it. Good PR. With Ben Bernanke, an alleged academic genius on the Great Depression, as Greenspan’s replacement, the Fed just kept going and turned it up a notch. It was no longer possible in the financial world to pretend that banks and people had the same interests, so the former were bailed out at the expense of the latter. The illusionary narrative for the public, however, remained intact. What do people know about finance, anyway? Just make sure the S&P goes up. Easy as pie. The narrative has switched to Bernanke, and Yellen after him, as well as Mario Draghi at the ECB and Haruhiko Kuroda at the Bank of Japan, saving the world from doom. But once again, they are the ones who are creating the crisis, not the ones saving us from it. They are saving the banks, and saddling the people with the costs. In the past decade, these central bankers have purchased $20-$50 trillion in bonds, securities and stocks. The only intention, and indeed the only result, is to keep banks from falling over, increase their profits, and maintain the illusion that economies are recovering and growing. They can only achieve this by creating bubbles wherever they can. Apart from the QE programs under which they bought all those ‘assets’, they used -and still do- another tool: lowering interest rates to the point where borrowing money becomes so cheap everyone can do it, and then do it some more. It has worked miracles in blowing stock market valuations out of all realistic proportions, and in doing the same for housing markets in locations all over the globe. The role of China’s central bank in this is interesting too, but it is such an open and obvious political tool that it really deserves its own discussion and narrative. Basically, Beijing did what it saw Washington do and thought: why hold back? Fast forward to today and we see that we’ve landed in a whole new, and next, phase of the story. The world’s central banks are all stuck in their own – self-created – bubbles and narratives. They all talk about how they solved all the issues, and how they will now return to normal, but the sad truth is they can’t and they know it. The Fed stopped purchasing assets through its QE program a while back, but it could only do that because Frankfurt and Japan took over. And now they, too, talk about quitting QE. Slowly, yada yada, because of control, yada yada, but they know they must. They also know they can’t. Because the entire recovery narrative is a mirage, a fata morgana, a sleight of hand. And that means we have arrived at a point that is new and very dangerous for the entire global economy and all of its people. That is, the world’s central bankers now have an incentive to create the next crisis. This is because they know this crisis is inevitable, and they know their masters and protégés, the banks, risk suffering immensely or even going under. ‘Tapering’, or whatever you might call the -slow- end to QE and the -slow- hiking of interest rates, will prick and blow up bubbles one by one, and often in violent fashion. When housing bubbles burst, economies lose the primary ingredient for maintaining -let alone increasing- their money supply: banks creating money out of thin hot air. Since the money supply is one of the key components of inflation, along with velocity of money, there will be fantastic outbursts of debt deflation. You’ve never seen -let alone imagined- anything like it. The worst part of it is not government debt, though that, when financed with bond sales, is not not an instrument to infinity and beyond either. But the big hit to economies will be private debt. Where in many bubble areas, and they’re too numerous too mention, eager potential buyers today fret over affordable housing supply, it’ll all turn on a dime and owners won’t be able to sell without being suffocated by crippling losses. Pension funds, which have already suffered perhaps more than any other parties because of low interest ZIRP and NIRP policies, have switched en masse to riskier assets like stocks. Well, another whammy, and a bigger one, is waiting just outside the door. Pensions will be so last century. That another crisis is waiting to happen, and that politics and media have made sure that just about no-one at all is aware of it, is one thing. We already knew this, a few of us. That the world’s main central bankers have an active incentive to bring about the crisis, if only by sitting on their hands long enough, is new. But they do. Yellen, Draghi and Kuroda may opt to leave before pulling the trigger, or be fired soon enough. But whoever is in the governor seats will realize that unleashing a crisis sooner rather than later is the only option left not to be blamed for it. Let the house of dominoes crumble now, and they can say “nobody could have seen this coming”, while at the same time saving what they can for the banks and bankers they serve. That option will not be on the table for much longer. We should have never given them, let alone their member/master banks, the power to conjure up trillions out of nothing, and use that power as a political tool. But it is too late now.

22 июля, 13:28

Манипуляции главных мировых ЦБ

Итак, евро пока продолжил свой рост к доллару и  уже достиг 1.1650. Все гадают, почему так. На чем растет евро? Глава ЕЦБ  ничего особенного не сказал, а евро растет так, как будто Драги в четверг не только закончил КУЕ, но и поднял ставку. Почему же растет тогда евро???Курс евро/доллар очень жестко регулируется ФРС и ЕЦБ. Они координируют свою политику и, естественно, договариваются об определенных границах курса евро/доллар. А внутри этих границ действительно идут разного рода колебания и спекуляции. Но неужели можно поверить в то, что соотношение двух главных резервных валют определяют так называемые СПЕКУЛЯНТЫ??? Если вы в это верите, то, скорее всего, вы входите в ТОП самых наивных людей мира.ФРС и ЕЦБ, конечно же, согласовывают свои действия! Так же они координируют свои действия с Банком Японии, Банком Англии, Банком Канады, Швейцарским банком и даже с Банком Израиля. Догадываюсь, что вы обо мне сейчас подумали! Еще один со своей теорией заговора. Но я вам сейчас приведу разные факты и аргументы, и вы, может быть, измените свое мнение.Давайте сначала поговорим про евро/доллар, а в конце поста, я вам приведу неопровержимые доказательства того, как главные мировые центральные банки связаны между собой.Далеко копать не будем, возьмем факты из недавнего прошлого и настоящего. Кто первым запустил печатный станок? ФРС. Когда закончил печатать деньги ФРС? В конце 2014 года. И вдруг совершенно «случайно» через 3 месяца ЕЦБ включает свой печатный станок. Совпадение? Нет, конечно. Представляете, что было бы, если они бы одновременно печатали деньги? Да финансовую систему просто разорвало бы от надувания, как шарик. Это были ЧЕТКО СОГЛАСОВАННЫЕ ДЕЙСТВИЯ. Теперь про курс евро/доллар. Это как же так он магически переставал падать на уровне 1.05? Все факторы за укрепление доллара, а пара вниз не шла! ФРС уже 4 раза повысил ставку, а доллар почему-то (?) падает к евро. И везде пишут, что инвесторы не удовлетворены риторикой ФРС. Мол, они мало повышают, всего 4 раза, а инвесторам, видите ли, надо, чтобы ФРС повышал ставку каждый день. Ну, бред полный! ЕЦБ вон никак не закончит печатать евро, а про поднятие ставки и речи не идет. И евро растет! Это рынок так решил? Вы в это верите? Это четко делается по договоренности.Одним словом,  манипуляции курсами налицо, а информационная завеса такая, что курс упал (вырос), потому что снег пошел.Не забывайте, что ФРС решил сокращать свой портфель, т.е. изымать из системы лишние доллары. Вы представляете, каким стал бы курс евро/доллар, если бы ФРС начал сокращать свой баланс при значении евро/доллар 1.05? Курс сразу бы ушел ниже паритета. Т.е. доллар стал бы дороже евро. А так сейчас делается низкая база для роста доллара, когда ФРС объявит о сокращении баланса. Доллар опять начнет укрепляться и пара снова упадет куда-нибудь в 1.07 -1.08. В результате, и волки будут сыты и овцы целы! Т.е. баланс будет сокращаться, и доллар не будет дороже евро.Теперь откуда я придумал, что главные мировые ЦБ координируют свою политику?  И банк Израиля тоже с ними!ПРИВЕДУ ПРОСТО ФАКТЫ, КОТОРЫЕ 100% ДОКАЗЫВАЮТ МОЮ ГИПОТЕЗУ О КООРДИНАЦИИ ДЕЙСТВИЙ!  Кто возглавлял Банк Израиля с 2005 по 2013 год? Стэнли Фишер! А где он сейчас? Он является вице-председателем ФРС!!!  Прочувствовали момент???Поехали дальше! Кто возглавляет сейчас Банк Англии? Марк Карни! А где он до этого работал? Возглавлял Банк Канады!!! Как вам????Про банк Японии и курс йена/доллар. Просто напомню про одну встречу, которая была прошлым летом. В Японию прилетал бывший глава ФРС Бен Бернанке и встречался с премьер-министром Абэ и главой Банка Японии Куродой. О чем интересно они говорили??? Неужели о котиках, кто каких запостил в фейсбуке? Думаю все понятно, о чем был разговор. А то, что Бен — бывший глава ФРС, не имеет значение. «Бывших» в таких вопросах не бывает.И таких примеров очень много. Можно вспомнить соглашение в отеле «Плаза» в 1985 году, когда было принято решение об ослаблении доллара к основным валютам. Можно вспоминать и дальше. Всё это абсолютно открытая информация. Т.е. и раньше главные мировые ЦБ координировали свои действия между собой, а сейчас и подавно.Только представьте на минутку, как все эти ЦБ связаны между собой, если один и тот же человек может возглавлять ЦБ сначала одной страны, а потом другой. Ну что теперь скажете? До сих пор не верите, до какой степени они связаны между собой? И, стало быть, до какой степени они сообща определяют мировую повестку дня и регулируют курсы валют?

Выбор редакции
22 июля, 01:30

How The Elites Betrayed Working-Class America

Authored by Bill Bonner via InternationalMan.com, Win-win deals get people more of what they want. Win-lose deals – usually imposed by government – bring them less. The few (the insiders) use government to exploit the many (the rest of us). Win-lose deals also depress economic progress for everybody. Partly, this happens for an obvious reason. Dropping the atom bomb on Hiroshima was a technical milestone, but not the kind of progress we’re talking about. Progress only makes sense if it means that people are able to get more of what they want. By definition, when a person is forced into a bad deal, he gets less of what he wants. Progress is also a learning process. You try something. You see what works and what doesn’t. As people experiment in this way, they learn… and the economy accumulates knowledge and wealth. They learn to get to work in the morning, for example… to say please and thank you… to save their money… and to invest it wisely. Win-lose deals interrupt the learning process. That’s why welfare programs fail: People get money without learning. Temptation to Cheat That is the real reason the Soviet Union failed, too. Consumers were forced to buy whatever shoddy products were made available to them; producers had no way to learn how to make good ones. Toward the end, products available for purchase in the Soviet Union were worth less than the raw materials and labor that went into them. What do you need for win-win deals? Three things: 1) People must be free to make choices with their time and money.   2) They must have money they can trust.   3) They must trust each other to respect their rights and property. These things don’t happen smoothly and without interruption. Progress is cyclical. Win-win deals add wealth and move society forward. But they depend on trust. And as trust increases, so does the temptation to cheat. When everyone leaves his liquor cabinet open, for example, who can resist having a drink? Then trust declines. Barriers go up. Costs increase. Win-win gives way to win-lose. Progress goes into reverse. Money You Could Trust The invention of real money – based on gold – gave a boost to win-win deals… and to progress. Why? It was money you could trust. If you are paid a gold coin for a day’s labor, you don’t have to trust the person who pays you. You don’t have to wonder if he has the money in his account to cover his check… or what will happen to his money in the future. You don’t have to trust him; you put your trust in gold. This allows you to do transactions more freely – and speeds up economic progress. Gold-backed dollars were trustworthy for nearly 200 years (setting aside Lincoln’s phony “greenbacks”). People became so confident in the integrity of the dollar that they hardly noticed when the gold backing was removed (on March 19, 1968, when President Johnson signed a bill eliminating the “gold cover” for Federal Reserve notes). But that’s the way it works: The more trusting people become, the easier it is to rip them off. Set Up by the Elite Of course, as trust expands and win-win deals proliferate, some people gain more than others. The typical Chinese day laborer makes six times as much today as he did in 1999. The typical American day laborer has gained little. And job competition from overseas made him feel like a loser. Now he wants walls – to keep out foreigners and foreign-made products. He wants win-lose deals that guarantee to make him a winner again. He has no idea that he was set up by his own elite. Former Fed chiefs Ben Bernanke and Alan Greenspan got their pictures on the cover of Time magazine. Most people think they are heroes, not rascals. Most people think they saved the economy from another Great Depression by dropping interest rates and injecting it with trillions of dollars in quantitative easing (QE) money. Most people – even the POTUS – believe we need more fake money to “prime the pump” and get the economy rolling again. Almost no one realizes it, but it was these stimulating, pump-priming, new credit-based dollars that fueled the trends that ruined America’s working-class wage earner. Overseas, his competitors used cheap credit to gain market share and take away his job. At home, the elite imposed their crony boondoggles… their regulations… and their win-lose deals – all financed with fake money. The average American’s medical care now costs him more than seven times more than it did in 1980. His household debt rose nearly 12 times since 1980. Subtle “Bezzle” He blamed the Chinese, the Mexicans, the liberals… the media… and the government. He wanted change. But who would have guessed that he had been ripped off by his own untrustworthy money? After you account for inflation, the American worker has not had a significant raise in 40 years – almost since the new money system was put into place after 1971. But the rich – as measured by the inflation-adjusted Dow – are 10 times richer. Who would have imagined that after 3,000 years, the elite would have come up with money that betrayed his trust… a “bezzle” so subtle that he didn’t even notice? *  *  * Recently we’ve been wondering if it’s possible that America could be on the brink of a second civil war. We did some digging… and while the stuff we found may offend and shock you… We recommend you take a look anyway by clicking here.

21 июля, 17:43

Ten Years Ago on Grasping Reality: July 19-21, 2007

**Worth Highlighting**: The puzzle about just how and why the brain eater ate Clive Crook's brain—how it was that, starting about a decade ago, one of the most interesting (and intelligent) of the Tories simply lost his grip on reality—remains, to me at least, a mystery. Here is my reaction to one of the first signs of the brain-eating: * Clive Crook vs. The Populist Democratic Politicians ---- **The Full List:** * Twenty-Three Links for 2007-07-22 : Hilzoy: **Media Morons On Parade**: "This has been a particularly loopy day for the media. I learned, to my amazement, that Hillary Clinton has breasts the _Washington Post has the journalistic standards of a dung beetle_..." * Andrew Sullivan Is Trying to Give Me Nightmares... * Jim Fallows Recommends Chuck Ferguson's Movie, "No End in Sight: The American Occupation of Iraq" * Ezra Klein on Video, and Health Care too * Take Me to the River... * Sources of Lifetime Inequality * General Petraeus Has to Decide Who He Works For * Mitt Romney Jumps the Shark * Oliver Willis Cannot Believe that the Washington Post Exists * We Have Succumbed to the iPhone! * Will Severus Snape Die Well? Or Die Badly?...

21 июля, 14:06

Ben Bernanke vs. Wilbur Ross: Good vs. Bad "Black Swans"

Below is a comment from my friend and co-author Fred Feldkamp -- Chris On Thursday, Commerce Secretary Wilbur Ross made a speech that upset the Chinese delegation attending the periodic US/China discussion of trade issues in Washington DC.  The point Wilbur Ross and others in the Trump administration appear to misunderstand is highlighted by the attached comment discussing events of the "mini-crisis" of July to September in 2007. US financial markets began to fall apart in July 2007 as the housing "bubble" began to burst.  People in DC were grumbling about China, in line with the mistake Sec. Ross made yesterday--they "blamed" Chinese trade deficits without understanding the "flip" side of trade imbalances. On September 11, 2007, Ben Bernanke made a speech that included the first of the attached 5 quotes.  That quote is an axiom of international accounting that the Bush administration in general, and Hank Paulson in particular, failed to grasp.  They were mistakenly thinking in the same manner as Wilbur Ross stated yesterday.   Both China and Germany have been angered by Trump team statements about trade deficits NOT because they disagree with good US economists on what "should be."  They disagree with Trump's team (including Ross) because what they are saying indicates that they are shockingly uneducated on the matters of basic economics by which Bernanke and others literally "saved the world" in 2007-9. TRADE SURPLUSES AND DEFICITS, IN AND OF THEMSELVES, ARE SIMPLY ISSUES OF SUPPLY AND DEMAND.  IT IS ONLY THE WAY NATIONS "INVEST" THE FUNDS WHICH NECESSARILY BALANCE TRADE SURPLUSES AND DEFICITS THAT CAUSE HARM.  TRUMP, ROSS AND TEAM HAVE NOW PROVED THAT THEY DON'T GET IT. The note attached does not touch on the current discussion.  What it says is that "we've been on this path before."   We'd be idiots to accept what Trump and Ross are now saying because Bernanke was right in 2007.  Bush and Paulson finally figured that out a year later, but by then the world was at the depths of the worst financial crisis in history.  Obama's team proved they "got it" (Bernanke's point from his September 11, 2007, speech) when Obama named his economic team on November 20, 2008. Because Paulson, Bush, Obama and Bernanke's successor (Yellen) all understood what Trump and Ross are now obviously missing, the world has now recovered from the Great Financial Crisis of 2008.  By their now obvious stupidity, however, Trump, Ross and this new team seem destined to push the entire world right back into that 2008 "hole." May God help us, please.

20 июля, 19:02

The Limits of 'Made in America' Economics

Trump's widely-anticipated steel tariffs are likely to end up hurting the heartland.

20 июля, 19:02

The Limits of 'Made in America' Economics

Trump's widely anticipated steel tariffs are likely to end up hurting the heartland.

20 июля, 19:02

The Limits of 'Made in America' Economics

Trump's widely-anticipated steel tariffs are likely to end up hurting the heartland.

19 июля, 15:49

Did the Fed Already Ring the Bell at the Top?

Very few investors caught on to it, but a few weeks ago the Fed made its single largest announcement in eight years. First let me provide some context. For eight years now, the Fed has propped up the stock market. In terms of formal monetary policy the Fed has: ·      Kept interest rates at ZERO for seven years making money virtually free and forcing investors into stocks and junk bonds in search of yield. ·      Engaged in over $3.5 TRILLION in Quantitative Easing or QE, providing an amount of liquidity to the US financial system that is greater than the GDP of Germany. In terms of informal monetary policy, the Fed has consistently engaged in verbal intervention any time stocks came in danger of breaking down. For eight years, ANY time stocks began to break through a critical level of support a Fed official appeared to issue a statement about future stimulus or maintaining its accommodative monetary policies. Put simply, the Fed has invested tremendous capital (both literal and metaphoric) in maintaining the bull market in stocks. Indeed, at various points, both former Fed Chair Ben Bernanke and current Fed Chair Janet Yellen have pointed to elevated stock levels as indicating the “success” of Fed policy. With that in mind, on June 27th 2017 the Fed sent a clear and coordinated signal that it is ready for the stock market to fall. The signal was coordinated in that THREE senior Fed officials (Fed Chair Janet Yellen, Fed Vice-Chair Stanley Fischer and San Francisco Fed President John Williams) made formal statements on the very same day. The signal was clear in that all three official referenced elevated stock levels/the fact that the stock market is ripe for a correction. First was Fed Vice Chair Stanley Fisher who pointed our EXPLICITLY that stocks are extremely richly valued at current valuations. Prices of risky assets have increased in most major asset markets in recent months even as risk-free rates also rose. In equity markets, price-to-earnings ratios now stand in the top quintiles of their historical distributions, while corporate bond spreads are near their post-crisis lows. ~Fed Vice-Chair Stanley Fisher Source: Federal Reserve website. This is an astonishing admission by the second most powerful official at the Fed. Fisher is literally admitting the market is richly valued based on earnings (fundamentals). Then came San Francisco Federal Reserve Bank President John Williams (Janet Yellen’s most trusted advisor) who stated the following: "The stock market seems to be running pretty much on fumes," San Francisco Federal Reserve Bank President John Williams said in an interview carried on Sydney's ABC News affiliate and available on the internet on Tuesday. "It's something that clearly is a risk to the U.S. economy, some correction there -- it's something we have to be prepared for to respond to if it does happen."  ~ San Francisco Federal Reserve Bank President John Williams Source: Reuters. Yes, a senior Fed official, and one who has a direct line to Fed Chair Janet Yellen, stated that the stock market is running on “fumes.” This degree of bearishness from ANY Fed official is incredible. But for Williams to make a statement like this on the very same day that the Fed Vice-Chair pointed out that stocks are overvalued is like a six sigma event. This is a CLEAR signal that the Fed is ready to let stocks fall from their lofty levels. But before anyone panicked, Fed Chair Janet Yellen appeared to assure us that the Fed stands ready to halt any financial crisis from occurring when the drop comes. Fed Chair Janet Yellen said Tuesday that banks are "very much stronger" and another financial crisis is unlikely anytime soon… She also made a bold prediction: that another financial crisis the likes of the one that exploded in 2008 was not likely "in our lifetime." The crisis, which erupted in September 2008 with the implosion of Lehman Brothers but had been stewing for years, would have been "worse than the Great Depression" without the Fed's intervention, Yellen said. ~Fed Chair Janet Yellen Source: CNBC If you wanted the Fed to provide the “all clear” that it is ready for stocks to fall, this is it. Yellen is openly stating that not only does she not expect a financial crisis in the near future… she doesn’t expect one to occur “in our lifetime.” And bear in mind… all three of these speeches were given on the very same day. This is a clear and coordinated campaign by the Fed to signal to the markets that it wants to deflate the stock market. It marks the first time in EIGHT years the Fed has been openly and publicly bearish on stocks. With that in mind, I believe the market rig that has been used to prop the markets up will be ending very soon. What’s next won’t be pretty. A Crash is coming... And smart investors will use it to make literal fortunes. We offer a FREE investment report outlining when the market will collapse as well as what investments will pay out massive returns to investors when this happens. It's called Stock Market Crash Survival Guide. We extended our final offer on this report by 24 hours. But this is it. No more extensions. Today is the last day this report will be available to the public. To pick up one of the last remaining copies… CLICK HERE! Best Regards Graham Summers Chief Market Strategist Phoenix Capital Research  

18 июля, 15:39

Низкая инфляция мешает ФРС США повысить ставку

Москва, 18 июля - "Вести.Экономика". Когда представители Федеральной резервной системы обсуждали вопрос о принятии целевого показателя инфляции пять лет назад, "ястребы" предлагали таргет в 1,5% как лучший способ выполнить задачу центробанка по достижению ценовой стабильности.

18 июля, 14:51

Низкая инфляция мешает ФРС США повысить ставку

С января 2012 г. инфляция, сдерживаемая медленным экономическим ростом в США, в среднем составляет лишь 1,3%, пишет Bloomberg. Риск заключается в том, что это обусловило низкие инфляционные ожидания среди ведущих потребителей и компаний.

18 июля, 14:51

Низкая инфляция мешает ФРС США повысить ставку

С января 2012 г. инфляция, сдерживаемая медленным экономическим ростом в США, в среднем составляет лишь 1,3%, пишет Bloomberg. Риск заключается в том, что это обусловило низкие инфляционные ожидания среди ведущих потребителей и компаний.

18 июля, 12:39

Капитализация мировых рынков акций выросла на $11 трлн после выборов в США

Со времен президентских выборов в США глобальные фондовые рынки прибавили в абсолютном выражении свыше $11 трлн капитализации. Это больше, чем в любой другой аналогичный период, включая "фондовую лихорадку" 2010 года, когда Бен Бернанке намекнул о втором раунде программы количественного смягчения. Общая стоимость мировых рынков акций в конце прошлой недели достигла рекордных $76,28 трлн, подскочив на 18,6% после победы Дональда Трампа на выборах. В процентах это примерно такой же прирост, который наблюдался после объявлений QE2 и QE3.

18 июля, 09:14

Долгое отставание от цели по инфляции мешает ФРС повышать ставку

(Bloomberg) -- Пять лет назад, когда представители Федеральной резервной системы обсуждали целевой ориентир по инфляции, "ястребы" утверждали, что центробанк скорее добьется стабильности цен при инфляции в 1,5 процента. Занимавший тогда пост председателя ФРС Бен Бернанке и его заместитель Джанет Йеллен отклонили аргументы тех, кто боялся...

Выбор редакции
17 июля, 21:30

'Investors' Haven't Bought Tech Stocks Like This Since Bernanke Hinted At QE2 In 2010

Investors piled $2.7 billion into QQQ (the benchmark ETF tracking the Nasdaq 100 Index) in the five days through July 14 as shares in the fund posted their biggest advance this year. As Bloomberg notes, the biggest weekly inflow since September 2010 came as the tech-heavy index - with megacaps Apple, Amazon, Facebook, and Alphabet among its largest members - rebounded to within 1 percent of its record high. The last time investors flooded into the tech index in this size was shortly after Ben Bernanke's infamous hint at more money-printing to come in late-Summer 2010 during the Jackson Hole event. Speculators, however, are still wary of the sector: they cut net positions in Nasdaq 100 futures for a fourth week, data from CFTC showed Friday... This is the biggest spec long reduction since the week of the election and the least bullish positioning since May 2016. So is the 'retail' bagholders in as the pros exit?

17 июля, 01:55

John Mauldin Warns "Prepare For Turbulence"

Authored by John Mauldin via MauldinEconomics.com, “The job of the central bank is to worry.” – Alice Rivlin “The central bank needs to be able to make policy without short-term political concerns.” – Ben Bernanke “… from the standpoint of the overall economy, my bottom line is we’re watching it closely but it appears to be contained. – Ben Bernanke, repeatedly, in 2007 “Would I say there will never, ever be another financial crisis? You know, probably that would be going too far, but I do think we’re much safer, and I hope that it will not be in our lifetimes, and I don’t believe it will be.” – Janet Yellen, June 27, 2017 “My good friends, for the second time in our history, a British Prime Minister has returned from Germany bringing peace with honor. I believe it is ‘peace for our time.’ Go home and get a nice quiet sleep.” – Neville Chamberlain, September 30, 1938 Photo: Monica Muller via Flickr The way we assess problems depends on our perspective. People can look at the same set of facts and reach quite different conclusions based simply on their circumstances. This is why it’s good at times to get away from your normal environment. Listen to a wide variety of opinions. Read books outside of your comfort zone. You’ll see things differently when you return. I had that feeling on returning to the US from Shane’s and my honeymoon in St. Thomas. We’re now officially married, and we thank everyone for the congratulations and kind wishes. I saw a little bit of news while we were there but spent more time just relaxing with my bride and reading books. Re-entering the news flow was a jolt, and not in a good way. Looking with fresh eyes at the economic numbers and central bankers’ statements convinced me that we will soon be in deep trouble. I now feel that it's highly likely we will face a major financial crisis, if not later this year, then by the end of 2018 at the latest. Just a few months ago, I thought we could avoid a crisis and muddle through. Now I think we’re past that point. The key decision-makers have (1) done nothing, (2) done the wrong thing, or (3) done the right thing too late. Having realized this, I’m adjusting my research efforts. I believe a major crisis is coming. The questions now are, how severe will it be, and how will we get through it? With the election of President Trump and a Republican Congress, your naïve analyst was hopeful that we would get significant tax reform, in addition to reform of a healthcare system that is simply devastating to so many people and small businesses. I thought maybe we’d see this administration cutting through some bureaucratic red tape quickly. With such reforms in mind I was hopeful we could avoid a recession even if a crisis developed in China or Europe. Six months in, the Republican Congress that promised to repeal and replace Obamacare, cannot even agree on the process. For six years they discussed what to do, and you would think they might at least have a clue. Tax reform? I’ve been talking with several of the Congressional leaders about tax reform, pointing out that without major tax reform this country is in danger of falling into a recession. No tinkering around the edges. Real change requires real change. There is now talk of having a tax bill of some kind ready to discuss in September and possibly pass in November, which, with this Congress, means that the process is likely to drift into next year sans a major push by the leadership. There is no consensus. No less an authority on the actual political process than Newt Gingrich wrote a very sharply worded column this week, declaring, “That legislative schedule is a recipe for disaster.” As Newt points out, if we are going to see any positive economic effect from tax reform, a bill has to be passed soon and implemented. Newt’s column was actually fairly discouraging to me. Knowing him as I do, I can tell you he wasn’t happy to have to write it. While I disagree with him on some of his tax-reform proposals, I agree that we need something significant and soon. There has been some progress on the bureaucratic and regulatory fronts, but nowhere near what I’d expected. Appointments haven’t been made, and the bureaucracy is still in control of most of the levers of the economy. I’d love to be wrong. Nothing would make me happier than having to eat all these words. But without significant changes, and soon, the economy will drift sideways and down. While second-quarter GDP growth will come in above 2%, the figure for the first six months of this year will remain below 2%. A host of indicators show a softening of the economy. For instance, , with a glut of more than 7 million previously leased cars clogging the auto market, new-car production is projected to continue to fall. Consumers are financially stretched, and credit card and student loan defaults have begun to rise. While there are bright spots, without major reforms the economy will drift lower, toward stall speed. Any outside shock – and several may be in the offing – could push us into recession. And then we come to central banks. Afraid of the Truth One news item I didn’t miss on St. Thomas – and rather wish I had – was Janet Yellen’s reassurance regarding the likelihood of another financial crisis. Here is the full quote. Would I say there will never, ever be another financial crisis? You know probably that would be going too far, but I do think we’re much safer, and I hope that it will not be in our lifetimes and I don’t believe it will be. [emphasis added] I disagree with almost every word in those two sentences, but my belief is less important than Chair Yellen’s. If she really believes this, then she is oblivious to major instabilities that still riddle the financial system. That’s not good. She may be right in that the future financial crisis will not look like the last financial crisis, at least in the United States. We have repealed the law passed under George W. Bush that allowed major banks to lever up 30 to 1. (What were they thinking?) We have required banks to recapitalize and to reduce their market-making activities in the bond market, theoretically reducing their risk of insolvency. And we have put in place all sorts of profitability- and productivity-reducing regulations. While these may be appropriate for larger financial institutions, they are choking the life out of smaller community banks, and thereby reducing the availability of capital to small businesses. Is it any wonder that we are seeing more businesses failing than being launched? But like generals fighting the last war, central bankers will find that the next financial crisis will be fought on different fronts, with entirely different components and opponents. There is an appalling lack of liquidity and market-making available in the major fixed-income markets, something the banks used to provide, and now by regulatory statute they can’t. Oh, everything is just fine right now, but the moment we hit a speed bump, the liquidity and market-making capability that is left will simply dry up. In theory, the Fed probably can’t provide liquidity for that type of market, but I will bet you a dollar to 47 doughnuts that they will find some loophole that authorizes them to step in somehow; otherwise there will be a spiral downward in the debt markets. Some markets will spiral up, and some will spiral down. We have once again created all kinds of new debt instruments as investors reach for yield in this low-rate environment, and there will simply be no market liquidity for them in a crisis. A flight to safety will ensure that long-term Treasury rates will plunge to levels that we have not yet seen. I could list other imbalances in the financial markets, but you get the picture. Financial politicians (which is what central bankers really are) have a long history of saying the wrong things at the wrong time. Far worse, they simply fail to tell the truth. Former Eurogroup leader Jean-Claude Juncker admitted as much: “When it becomes serious, you have to lie,” he said in the throes of Europe’s 2011 debt crisis. They lie because they’re afraid of the impact the truth will have. This is a problem, because markets can’t function on false information, at least not indefinitely. The best thing for everyone is to let markets adjust naturally, even though confronting reality can mean short-term pain for some participants. And sometimes it does make sense to cushion the blow. It doesn’t make sense to cover over a problem for years, let it get bigger and bigger, and postpone acknowledging it until the worst possible time. Yet that’s what usually happens. In fairness to the financial politicians, they often deal with situations where all the choices are bad. More often than not, that’s because their predecessors made similarly bad choices under similarly difficult conditions. The string of mistakes goes back decades. That is our situation today. We think governments and central banks are powerful, and they are in some ways, but they aren’t omnipotent. They don’t have monetary magic wands. They also face enormous pressure to “do something,” even when the right thing is to do nothing and just let the market clear. We Couldn’t Take the Chance To understand what will be the mindset of central bankers all over the world during the next financial crisis, I can think of no better illustration than a debate that was conducted at the annual gathering of economists that David Kotok convenes in Maine in August. This debate provided an “aha!” moment, one that has been fundamental to my understanding of how central banks work in the midst of a crisis. Let’s rewind the tape to four years ago, when I wrote about that moment while it was still fresh in my mind. On Saturday night David scheduled a formal debate between bond maven Jim Bianco and former Bank of England Monetary Policy Committee member David Blanchflower  (everyone at the camp called him Danny)…. The format for the debate between Bianco and Blanchflower was simple. The question revolved around Federal Reserve policy and what the Fed should do today. To taper or not to taper? In fact, should they even entertain further quantitative easing? Bianco made the case that quantitative easing has become the problem rather than the solution. Blanchflower argued that quantitative easing is the correct policy. Fairly standard arguments from both sides but well-reasoned and well-presented. It was during the question-and-answer period that my interest was piqued. Bianco had made a forceful argument that big banks should have been allowed to fail rather than being bailed out. The question from the floor to Danny was, in essence, “What if the Bianco is right? Wouldn’t it have been better to let banks fail and then restructure them in bankruptcy? Wouldn’t we have recovered faster, rather than suffering in the slow-growth, high-unemployment world where we find ourselves now?” Blanchflower pointed his finger right at Jim and spoke forcefully. “It wasn’t the possibility that he was right that preoccupied us. We couldn’t take the chance that he was wrong. If he was wrong and we did nothing, the world would’ve ended, and it would’ve been our fault. We had to act.” Blanchflower’s explanation made me realize that central bankers are quite human and so are their reactions in the middle of a crisis. They feel that they have to do something. Policy Brick Wall   The present challenge arises because our central bank monetary heroes allowed QE, ZIRP, and in some places NIRP to persist far longer than was wise. You can make the case that these measures were necessary in 2008 and for a short period thereafter; but these policies should not have remained in place, much less been expanded, for 7-–9 more years. Yet they were. That this was a mistake is now clear to almost everyone. Iin hindsight. What to do about it is less clear. On the positive side, our central bankers are talking about the problem. The kool kids’ new buzzword is policy normalization. Everyone (except the Bank of Japan) agrees that abnormality has outlived its usefulness. That’s important: Admitting your problem is the first step to solving it. However, solutions are difficult when that first timid step runs you smack into a brick wall that you yourself built because you waited too long to act. It was mid-2013 when Ben Bernanke first suggested the Fed might “taper” down its bond purchases. The Taper Tantrum ensued and stopped him from implementing the policy he clearly thought was right. It fell to Janet Yellen to implement the taper and then make one very tiny rate hike in December 2015. Another tantrum followed, this one centered in China. Plans to raise rates further were again postponed. As I noted in “Mad Hawk Disease” two weeks ago,  Fed governors were clearly mindful of what would happen to the then-current Democratic administration if a policy error precipitated a recession. “We couldn’t take the chance.” They ignored Ben Bernanke’s admonition that “The central bank needs to be able to make policy without short-term political concerns.” Now, with a Republican administration and Congress, the FOMC apparently feels no such concern about the potential for a policy error. We will never know, but I wonder if they would now be raising rates under a Clinton administration. It’s actually a serious question. Having waited four years too long, the Fed, the ECB, and the Bank of England are finally tightening in a strange combination of caution and boldness. You may have heard public officials talk of being “cautiously optimistic.” The central bank version of that is “cautiously aggressive.” Each passing month makes them less cautious and more aggressive, it seems. Like kittens, they venture out from their mother gingerly at first but soon are romping underfoot and destroying furniture. Source: Financial Times That may be an amusing analogy, but reality is not amusing at all. The four largest central banks together have about $13 trillion on their balance sheets, a large portion of which they believe needs to roll off. Removing it without breaking something important will not be easy. Least-Bad at Best The central bankers are not unaware of this challenge. They have a conscience of sorts in the Bank of International Settlements, and it is whispering in their ears as loudly as it can. BIS economist Claudio Borio, in the institution’s annual report last month: “The end may come to resemble more closely a financial boom gone wrong, just as the latest recession showed, with a vengeance.” The report’s monetary policy section was even more direct (emphasis mine): Policy normalisation presents unprecedented challenges, given the current high debt levels and unusual uncertainty. A strategy of gradualism and transparency has clear benefits but is no panacea, as it may also encourage further risk-taking and slow down the build-up of policymakers’ room for manoeuvre. That’s obvious, but it’s important that BIS said it. “Unprecedented challenges” may even understate the magnitude of what the Fed and other central banks are up against. More from BIS: In determining the pace of normalisation, central banks must indeed strike a delicate balance. On the one hand, there is a risk of acting too early and too rapidly. After a series of false dawns in the global economy, questions linger about the durability of this upswing. And the unprecedented period of ultra-low rates heightens uncertainty about reactions in financial markets and the economy. On the other hand, there is a risk of acting too late and too gradually. If central banks fall behind the curve, they may at some point need to tighten more abruptly and intensively to keep the economy from overheating and inflation from overshooting. And even if inflation does not rise, keeping interest rates too low for long could raise financial stability and macroeconomic risks further down the road, as debt continues to pile up and risk-taking in financial markets gathers steam. How policymakers address these trade-offs will be critical for the prospects of a sustainable expansion. I think that last part is too gentle. Financial-stability and macroeconomic risks are already elevated. Debt isn’t simply piling up; it’s up to the ceiling and pouring out the windows. Risk-taking in financial markets can hardly gather any more steam without blowing its top. So yes, how policymakers address these trade-offs is indeed critical. But even if we assume our central bankers will act calmly and professionally – which perhaps we should not – the fact remains that they have no good options because they waited too long. “Least bad” is the best we can hope for, and I doubt we will get even that. The brick wall of bad decisions looms. Getting Out of Dodge “Get out of Dodge” was a phrase made popular by Marshall Matt Dillon on the TV show Gunsmoke in the ’60s. The phrase slipped into the youth culture and endures as a shorthand way of saying that you’d better leave town before the stuff hits the fan. I believe the Fed is aware that they should have been raising rates earlier. They also understand the present risks. While I believe it is appropriate to raise rates slowly, I simply cannot understand why they would want to reduce their balance sheet at this late date, at the same time that they jack up rates. They could have been letting the balance sheet roll off for four years, but to do so now in conjunction with raising rates simply increases the risk of a policy error. But I don’t think they will see that as their problem. Chair Yellen and I both believe the majority of the current governors will be gone by the second quarter of next year. It would not surprise me at all if Vice-Chair Fischer offers to resign before his term is up in June 2018. This Fed is going to raise rates a few more times, start reducing the balance sheet, and then get the hell out of Dodge. Federal Reserve governors basically have a 14-year term, which reduces the ability of any one president to appoint a majority of the FOMC within a four-year term. Of course, resignations affect the balance. Trump is going to have the unusual opportunity to appoint at least six, and more likely seven, governors by the middle of next year, if not sooner. Whether he wants it to be or not, this will be the Trump Fed. Without major reforms in place, the Trump Fed will face a recession, serious global economic issues, and a resulting major equity bear market. Think they will continue to raise rates? How long before they start to talk about supplying a little more QE to appease the markets? The current FOMC simply hopes that everything holds together until they can slip out the back way from Dodge. Who do you think will get the blame for the next crisis? It should be this FOMC, but that’s not the way the real world works. The Trump Fed will be politicized and stigmatized by its Democratic opponents no matter what they do. Howls for outside controls and oversight will rise in the night. Global Contagion The parlous state of the economy is not just an American problem, or a European or UK or Japanese or Chinese one. It is global. I wonder whether Janet Yellen truly appreciates the degree to which Federal Reserve policy affects the entire world. Like it or not, the US dollar is the entire planet’s ultimate medium of exchange. One way or another, almost every financial transaction eventually settles in dollars. China and others would like to change that. Maybe they’ll succeed someday, but it won’t be this year or next. That being the case, the way Fed policy impacts the dollar could make the inevitable crisis much worse. Looking only at the US, there’s a strong case for raising – oops, I mean “normalizing” – rates. Going to even 2% or 3% won’t kill our economy. But hiking rates will likely create other victims whose problems will soon become our problems, too. Think of all the dollar-denominated debt owed by various emerging-market governments and businesses. Higher US rates will strengthen the dollar and make that debt costlier to service, almost certainly causing some defaults. In today’s highly leveraged markets, the pain caused by those defaults will quickly spread to lenders in Europe, Japan, and the US. You might respond that more stringent capital requirements mean today’s banks are better able to withstand such scenarios. That’s partly true. It’s also true that the bank executives hate those requirements and are working assiduously to loosen them. These banks are also far larger than they were in 2008. Yes, they pass the Fed’s stress tests, but the Fed can’t test every possible adverse scenario. Generals always fight the last war. The next crisis probably won’t originate in residential mortgage loans. It will come from somewhere else, and we have no idea whether the banks are actually ready for it. You and I can’t control whether banks are ready, but we can control whether we are ready. I am working on a number of fronts to help you. My brief time away convinced me beyond any doubt that a crisis of historic proportions is once again bearing down on us. We may have little time to prepare. We definitely have no time to waste.

16 июля, 18:29

Sorry, I don't get the joke, by Scott Sumner

In January 2008, the US economy had fallen into recession and Ben Bernanke was already supportive of fiscal stimulus: Ben S. Bernanke, chairman of the Federal Reserve, has told lawmakers that he can support tax cuts or spending measures to stimulate the economy, even if they increase the budget deficit, provided the measures are quick and temporary. Mr. Bernanke is to testify before the House Budget Committee Thursday. Democratic lawmakers said he had told them that he would not comment on proposals to link a stimulus package with a permanent extension of President Bush's tax cuts. That is expected to disappoint Republicans who favor such a link. Faced with growing evidence that the economy is slipping into a recession, Congressional Democrats and President Bush are trying to come up with a package that would put more money in Americans' hands within the next few months. The Fed's willingness to give a nod to fiscal stimulus is important. Many lawmakers will not support action without the chairman's blessing, and the double dose of stimulus that the Fed and Congress are considering must be carefully calibrated. Question: If Fed officials think the economy needs fiscal stimulus, why not instead adopt a more expansionary monetary policy? By August 2008, the unemployment rate had soared to 6.1%, up 1.7% from the 4.4% low of the previous expansion. Since record keeping began in the 1940s, the unemployment rate has never risen by more than 0.8% without a recession. Not once. And it was already up 1.7 percentage points, a clear indication of recession. Indeed by August the recession was already almost as bad as the 1980 recession where unemployment rose by a total of 2.1%. The Fed knew all this when they met on September 16th, and they also knew that Lehman had failed, that AIG was failing, that Fannie and Freddie were in such dire straights that they had to be taken over by the Federal government. So how did the Fed respond to this crisis? Before I tell you let me point out that if you ask 200 economists, 90% will tell you that they were "doing all they could". In fact, the Fed did nothing at all. They sat around the table cracking jokes and warning of inflation if policy got too expansionary. They did not cut interest rates (from 2.0%). Then in early October they adopted interest on reserves in order to raise interest rates---with the intention of tightening monetary policy. Marcus Nunes provides some excerpts from the infamous September meeting in the comment section of my previous post: The 2008 "Dream Team" SEPTEMBER 16, 2008 FOMC TRANSCRIPT SELECTED QUOTES EXCERPTED FROM ROUNDTABLE DISCUSSION MR DUDLEY Either the financial system is going to implode in a major way, which will lead to a significant further easing, or it is not. MR LOCKHART But I should follow the philosophy of Charlie Brown, who I think said, "Never do today what you can put off until tomorrow." [Laughter] MR ROSENGREN Deleveraging is likely to occur with a vengeance as firms seek to survive this period of significant upheaval... I support alternative A to reduce the fed funds rate 25 basis points. Thank you. Mr HOENIG. I also encourage us to look beyond the immediate crisis, which I recognize is serious. But as pointed out here, we also have an inflation issue. Our core inflation is still above where it should be. MS YELLEN. I agree with the Greenbook's assessment that the strength we saw in the upwardly revised real GDP growth in the second quarter will not hold up. Despite the tax rebates, real personal consumption expenditures declined in both June and July, and retail sales were down in August. My contacts report that cutbacks in spending are widespread, especially for discretionary items. For example, East Bay plastic surgeons and dentists note that patients are deferring elective procedures. [Laughter] MR BULLARD Meanwhile, an inflation problem is brewing. The headline CPI inflation rate, the one consumers actually face, is about 6¼ percent year-to-date...My policy preference is to maintain the federal funds rate target at the current level and to wait for some time to assess the impact of the Lehman bankruptcy filing, if any, on the national economy. MR PLOSSER As I said, it is my view that the current stance of policy is inconsistent with price stability in the intermediate term and so rates ultimately will have to rise. MR STERN Given the lags in policy, it doesn't seem that there is a heck of a lot we can do about current circumstances, and we have already tried to address the financial turmoil. So I would favor alternative B as a policy matter. As far as language is concerned with regard to B, I would be inclined to give more prominence to financial issues. I think you could do that maybe by reversing the first two sentences in paragraph 2. You would have to change the transitions, of course. MR. EVANS But I think we should be seen as making well-calculated moves with the funds rate, and the current uncertainty is so large that I don't feel as though we have enough information to make such calculations today. MS PIANALTO Given the events of the weekend, I still think it is appropriate for us to keep our policy rate unchanged. I would like more time to assess how the recent events are going to affect the real economy. I have a small preference for the assessment-of-risk language under alternative A. MR LACKER In fact, it's heartening that compensation growth is coming in a little below expected in response to the energy price shock this year. This has allowed us to accomplish the inevitable decline in real wages without setting off an inflationary acceleration in wage rates. MR. HOENIG I think what we did with Lehman was the right thing because we did have a market beginning to play the Treasury and us, and that has some pretty negative consequences as well, which we are now coming to grips with. MR. ROSENGREN I think it's too soon to know whether what we did with Lehman is right. Given that the Treasury didn't want to put money in, what happened was that we had no choice...I hope we get through this week. But I think it's far from clear, and we were taking a bet, and I hope in the future we don't have to be in situations where we're taking bets. Mr. FISHER. All of that reminds me--forgive me for quoting Bob Dylan--but money doesn't talk; it swears. When you swear, you get emotional. If you blaspheme, you lose control. I think the main thing we must do in this policy decision today is not to lose control, to show a steady hand. I would recommend, Mr. Chairman, that we embrace unanimously--and I think it's important for us to be unanimous at this moment--alternative B MR WARSH. Those would be my suggestions to try to strike that balance--that we are keenly focused on what's going on, but until we have a better view of its implications, we are not going to act. By late October the entire global economy was in free fall. The US stock market had crashed and commodity prices were plunging. Indeed almost all asset classes were plunging, except the US dollar, which was appreciating strongly on the Fed's tight money policy. On October 20, Ben Bernanke was asked if the US economy was in recession: Pressed to say whether he thought the economy was in a recession, Bernanke refused to say. "We are in a serious slowdown in the economy, which has very significant consequences for the public, and whether it's called a recession or not is of no consequence." But that caution did not stop him from again calling for fiscal stimulus: WASHINGTON (MarketWatch) -- Another shot of fiscal stimulus may be needed now to help the U.S. economy recover from what could be a drawn-out slowdown, Federal Reserve Chairman Ben Bernanke said Monday. "With the economy likely to be weak for several quarters and with some risk of a protracted slowdown, consideration of a fiscal package by the Congress at this juncture seems appropriate," he told legislators on the House Budget Committee. . . . It was the second time this year that Bernanke had endorsed a fiscal-stimulus program, a rare admission from the central bank that monetary policy can't fix the economy by itself. . . . Repeating the same general principles called for in January, Bernanke said any new plan should be designed to be timely, temporary and targeted. The Fed chief suggested that Congress should include "measures to help improve access to credit by consumers, home buyers, businesses and other borrowers." Under questioning, Bernanke said Congress could support the credit picture with guarantees, tax credits or even direct lending. I guess "monetary policy can't fix the economy by itself" if the Fed isn't even trying. To summarize, in both January and September the economy was doing so poorly that fiscal stimulus was called for. But when the Fed considered whether it should do anything at the pivotal September meeting, all we got were some lame jokes. And even when the Fed finally got around to cutting rates, the cuts were far too timid. At no time during the Great Recession was the Fed doing it all it could. PS. The October 20 piece also has an unfortunate example of Bernanke "reasoning from a price change": He said that household-purchasing power should be boosted by the recent declines in prices of oil and other commodities, calling the trend a "bright spot." Commodity prices were plunging precisely because the global economy was in free fall. Hardly a bright spot. PS. Don't read this post as being about Bernanke, almost the entire economics profession (including the FOMC) was basically on board with what the Fed was doing, or not doing. (10 COMMENTS)

14 июля, 17:08

What Bernanke was up against, by Scott Sumner

David Levey directed me to a post by Douglas Campbell describing the climate of opinion within the Fed during the Great Recession: Even as the economy was tanking in 2008 and 2009, Bell writes that "Warsh adopted a skeptical and increasingly oppositional posture. He doubted the Fed could do much good without creating much bigger problems." Much bigger problems? What could be a bigger problem than letting the economy burn in a financial crisis? "In March 2009 he told his Fed colleagues that he was "quite uncomfortable with the idea of purchasing long-term Treasuries in size" because "if the Fed is perceived to be monetizing debt and serving as a buyer of last resort in the name of lowering risk-free rates, we could end up with higher rates and less credibility as a central bank."" The Fed should hold off on more stimulus in the worst recession in 75 years because it might actually end up with higher rates and lose credibility? Why wouldn't the Fed lose credibility if it was perceived as not fighting the recession? Warsh continued to warn about the dangers of both monetary and fiscal stimulus in 2010. Warsh was also far and away not the only crazy one at the Fed at that time. In 2011, when I worked as a Staff Economist at the President's Council of Economic Advisors, I had a conversation with Daniel Tarullo, who told me he believed that Jean-Claude Trichet's interest rate hikes in 2010 -- which are widely seen to have been premature and to have helped ignite the European Debt Crisis -- were justified. These comments suggested to me that Tarullo was somewhere to the right of Genghis Khan on monetary policy. Then, there were also worthies like Richard Fisher, Often Wrong but Seldom Boring, who "warned throughout most of 2008 that inflation was the primary danger to the economy". Imagine you are Ben Bernanke, trying to prevent another Great Depression. In 2009, Obama picks Tarullo to fill one of the empty seats at the board. You expect an ally, and instead you get someone who supports the ultra-reactionary polices of Trichet, who tightened policy in 2011 (not 2010), driving the eurozone into a double-dip recession. Even Fed chairs must, to some extent, go with the flow. The following is very revealing, as it tells us that the prevailing view back then was hawkish: In 2011, I also had a conversation with Ben Bernanke. I saw as soon as I began talking to him that he figured I would criticize him for QE, or inciting hyperinflation with all this money printing. He was actually surprised when I asked him why he wasn't doing more, given that core inflation at the time was running around 1.4%. One person can only do so much, particularly when the prevailing opinion is going in the opposite direction. Over the past 8 years I've been arguing that the economics profession as a whole caused the Great Recession. We let down the public, forgetting everything we have been teaching our students for decades---don't let NGDP crash, and if it does do everything humanly possible to get it restored ASAP. It wasn't just Tarullo, we as a profession failed the public. (9 COMMENTS)

14 июля, 15:38

Consumer Prices Disappoint For 4th Month In A Row - Weakest Since Jan 2015

For the 4th month in a row, CPI missed expectations (unchanged MoM vs expectations of a modest 0.1% rise). Across the board consumer price rises disappointed economists' guesses with Core CPI tumbling to just 1.7% YoY - the lowest since Jan 2015... Energy prices fell 1.6% MoM and were the biggest drag on CPI; Apparel and Transportation (airfares) also fell MoM. The last time CPI followed this trajectory, Bernanke unleashed QE-infinity... But this time The Fed is hiking rates. Just remember, according to Janet Yellen this is all 'transitory' and due to unlimited phone plans. Then again, there were some silver linings for those who still believe core inflation weakness is transitory, to wit:  Shelter, owners’ equivalent rent, improved to 0.28% from 0.20% Medical services 0.28% from -0.12% To some at the Fed, this might support their ongoing view that transitory factors have dampened inflation this year. Then again, coupled with yet another poor retail sales report, one needs a really strong microscope to find the silver lining in today's data.

14 июля, 15:27

How Dumb Is The Fed?

Authored by Bonner & Partners' Bill Bonner, annotated by Acting-Man's Pater Tenebrarum, Bent and Distorted This morning, we are wondering: How dumb is the Fed? The question was prompted by this comment by former Fed insider Chris Whalen at The Institutional Risk Analyst blog... [O]ur message to the folks in Jackson Hole this week [at the annual central banker meeting there] is that the end of the Fed’s reckless experiment in social engineering via QE and near-zero interest rates will end in tears.   “Momentum” stocks like Tesla, to paraphrase our friend Dani Hughes on CNBC last week, will adjust and the mother of all rotations into bonds and defensive stocks will ensue. We must wonder aloud if Chair Yellen and her colleagues on the FOMC fully understand what they have done to the US equity markets. […]   Once the hopeful souls who’ve driven bellwethers such as Tesla and Amazon into the stratosphere realize that the debt driven game of stock repurchases really is over, then we’ll see a panic rotation back into fixed income and defensive stocks.   They’re not the best map readers, that much is known for certain. [PT]   If you believe the newspapers, the Fed has begun a “tightening cycle.” It is on course to raise its key interest rate, little by little, in quarter-point increments. It must know that this is a perilous thing to do. After so much market manipulation over such a long period, prices all up and down the capital structure – from junk bonds to quality stocks and solid real estate – have been bent and distorted. After all, that was the idea: drive up the price of stocks and bonds by driving down interest rates. People would be forced to spend or invest their money rather than save it. And higher financial asset prices would make the rich feel even richer. Walking down the street, the dollars would overflow from their pockets like turnips rolling off the back of a produce truck. They’d feel so flush, they’d buy, buy, buy… sending the plain people into a flurry of trucking, toting, and busting their humps to provide them with goods and services. Then, after the rich were fully satiated (after all, how many martinis can the 1% drink?), they’d have to invest. Cash would flow into money-losing start-ups like Tesla and Snapchat. Headline acquisitions, such as Amazon’s purchase of Whole Foods, would keep stock prices bubbling higher. And trillions of dollars in stock buybacks would make the rich even richer still!   What a wonderful work of art… the pièce de résistance of financial bubbles, the one you really had to see to believe. The red line depicts all the debt companies have amassed to grease the financial engineering wheels. This is a game that is indeed coming close to its end. US money supply and credit growth have tanked – the lagged effects of this change  in the monetary backdrop will play out. We suspect that the huge surge in corporate debt will become cause for big regrets at that juncture. [PT] – click to enlarge.   Money Mirage But the feds could only work this miracle by buying bonds. And the feds didn’t have any money. What could they do? No problem! They used their fake money, the post-1971 credit dollars – trillions of them… money they could create at will. From the post-crash bottom in 2009 to today’s top, U.S. stocks and bonds registered a cumulative increase of about $21 trillion. And upon that mirage now rest the hopes, dreams, and contentment of millions of people all over the planet. One has planned his retirement based on his gains over the last eight years. Another has taken out a loan against his stocks to fund his business. Still another – a major player on Wall Street – has a billion-dollar hedge fund portfolio, a leveraged bet on “low vol,” which depends on further support from the Fed. And look at super investor Warren Buffett… the latest headline news tells us his gifts to charities now top $27 billion. The money is to be used to fight illness and poverty worldwide. But the gifts came in the form of Berkshire stock – not cash. Imagine how the halt and the hungry will suffer if the stock goes down!   Homely Warren’s levitating gift. [PT] – click to enlarge.   Classic Credit Bubble Which brings us back to our question: How dumb is the Fed? As you can see from the foregoing, the boom of 2009–17 was wrought by the Fed and paid for with fake money. It is a classic credit bubble, in other words – not genuine prosperity. Almost all the new jobs created during this period were low-wage or part-time jobs in health care or government, not high-value jobs in manufacturing. That’s why real earnings, per family, have scarcely improved – and real employment (as a percentage of the available workforce) has gone down. All the bubbly action, in other words, is in the financial markets, not the real Main Street economy. And as the Austrian School economists tell us, every boom not financed on real savings must end in a bust.   Phantom wealth driver: the Fed’s electronic printing press. This orgy of money printing (TMS-2 is up more than 140% since early 2008) has driven asset prices to the stratosphere and has gone hand in hand with the explosion in outstanding debt depicted further above. Most of the “wealth” created in this manner is a mirage that will eventually  disappear, one way or another. It should be clear that it is simply not possible to print an economy to “prosperity”. [PT] – click to enlarge.   Nothing comes from nothing. Fake money produces fake prosperity. Take away the fake money… and the fake prosperity goes “poof,” too. Which is why the Fed will never, voluntarily, stop manipulating prices. It can’t let the markets return to “normal” price discovery. Because the markets are likely to discover prices a lot lower than Dow 20,000. “Normal” may be a lot higher than a 2% yield on a 10-year Treasury yield, too. “Normal” may mean a deep depression as the economy shakes off the foolish investments and misallocations of the last eight years. “Normal” would also mean the disgrace of Janet Yellen and Ben Bernanke, who are largely responsible for this bubble. But “normal” won’t stop there. The crisis of 2008–09 was a repudiation of the Fed’s fake-money debt bubble. The stock market crashed as the bubble deflated, just as it normally does. But then central banks went back to work, doubling down on their error with more hot air than ever before. Federal debt alone almost doubled from about $10 trillion to about $20 trillion. Worldwide, $68 trillion in debt has been added since 2007 – a 45% increase – bringing the debt-to-GDP ratio to 327%.   Federal funds rate since 1978 – the recent tightening is historically still small, but one has to keep in mind that the end of QE was a tightening move as well. It is noteworthy in this context how quickly money supply growth has declined since its last interim growth peak in November 2016. [PT] – click to enlarge.   All of this debt now hangs on the feeble reed of more ultra-low interest rate policies. The Fed says it is going to return its interest rate policy back to normal… No chance. It’s not that dumb.   Generally central planners do not have much of a clue. Evidence to that effect abounds, as do sound theoretical explanations as to why it cannot be otherwise, regardless of the knowledge, intelligence or intentions of the planners. What we can state is that the Fed is reactive. Since it has embarked on a tightening path, it will probably continue until something breaks – and that could happen very soon. [PT]

01 июля, 01:56

Бернанке: в США усиливается атмосфера антиутопии

Несмотря на длительное ралли фондового рынка США и рост показателей по ВВП, в американском обществе за последние годы заметно усилились негативные настроения, во многом благодаря которым к власти пришел президент, разделяющий антиутопические взгляды.

23 марта 2016, 14:15

HSBC и Citi думают о деньгах с вертолетов

HSBC, Citigroup и Commerzbank задумались о "деньгах с вертолетов". Идею прямого экстренного стимулирования потребительского спроса еще в 1969 г. предложил нобелевский лауреат Милтон Фридман.

06 февраля 2016, 11:56

ФРС на Украине: идеальное порабощение

Глава Федрезерва Бен Бернанке сделал все, чтобы вызвать в "незалежной" хаос

27 октября 2015, 07:07

Экономика. Курс дня, 26 октября 2015 года

Трудная пятилетка: власти Китая разрабатывают план действий по развитию экономики. Главная интрига: каким будет норматив по росту ВВП. Советы бывшего: Бен Бернанке считает, что проблемы для Федрезерва кроются не в экономике США - их создают внешние факторы. Последний рейс: "Трансаэро" собирается инициировать собственное банкротство. Тем временем Росавиация лишила компанию разрешения на полеты. Будьте в курсе самых актуальных новостей! Подписка на офиц. канал Россия 24: http://bit.ly/subscribeRussia24TV Последние новости - http://bit.ly/LatestNews15 Вести в 11:00 - https://bit.ly/Vesti11-00-2015 Вести. Дежурная часть - https://bit.ly/DezhChast2015 Большие вести в 20:00 - http://bit.ly/Vesti20-00-2015 Вести в 23:00 - https://bit.ly/Vesti23-00-2015 Вести-Москва с Зеленским - https://bit.ly/VestiMoskva2015 Вести в субботу с Брилёвым - http://bit.ly/VestiSubbota2015 Вести недели с Киселёвым - http://bit.ly/VestiNedeli2015 Специальный корреспондент - http://bit.ly/SpecKor Воскресный вечер с Соловьёвым - http://bit.ly/VoskresnyVecher Поединок - https://bit.ly/Poedinok2015 Интервью - http://bit.ly/InterviewPL Реплика - http://bit.ly/Replika2015 Агитпроп - https://bit.ly/AgitProp Война с Поддубным - http://bit.ly/TheWar2015 Военная программа Сладкова - http://bit.ly/MilitarySladkov Россия и мир в цифрах - http://bit.ly/Grafiki Документальные фильмы - http://bit.ly/DocumentalFilms Вести.net - http://bit.ly/Vesti-net Викторина с Киселевым - https://bit.ly/Znanie-Sila

19 октября 2015, 13:48

Экономика. Почему мы имеем низкие процентные ставки. Глобальный избыток сбережений. Часть 3.

Экономика. Почему мы имеем низкие процентные ставки. Глобальный избыток сбережений. Часть 3. Автор: Бен Бернанке  перевод: мой) Бен Бернанке является почетным членом в резиденции Программы экономических исследований в Институте Брукингса. С февраля 2006 по январь 2014 года, он был председателем Совета управляющих Федеральной резервной системы. Доктор Бернанке также служил в качестве председателя Комитета по открытым рынкам, главного органа денежно-кредитной формирования политики Системы.Мой предыдущий пост обсуждал теорию “длительного застоя” Ларри Саммерса и понимание того, что денежно-кредитная политика хронически неспособна толкнуть процентные ставки достаточно низко, что бы достичь полной занятости. Единственный верный способ приблизится к полной занятости, в этом представлении возможно только посредством финансового действия.. Недостаток гипотезы длительного застоя – в том, что она фокусируется только на факторах, влияющих на формирование внутреннего капитала и внутренних расходах домохозяйств. Но американские домохозяйства и фирмы могут также инвестировать за рубежом, где многие из указанных факторов инициированных длительной стогнацией (такие как замедление прироста населения), могут быть менее релевантными. В настоящее время много экономик крупных промышленно развитых стран находятся в циклически слабых позициях и возможности иностранных инвестиций для американских домашних хозяйств и фирм ограничены. Но если целый мир не находится во власти длительного застоя, в некоторый момент возможности привлекательных инвестиций за границей вновь появятся. Если это так, то любая тенденция к длительному застою в одних только США должна быть смягчена и нивелирована иностранными инвестициями и торговлей. Прибыльные иностранные инвестиции генерируют доход от капитала (и, следовательно, расходы) дома; оттоки ассоциированного капитала должны ослабить доллар, стимулируя экспорт. В принципе иностранные инвестиции и сильная экспортная составляющая могут компенсировать слабый спрос внутри страны. Конечно, есть барьеры для международного движения капитала или товаров, которые могут препятствовать иностранным инвестициям. Но если это так, тогда мы должны способствовать устранению таких барьеров, как потенциальному противоядию от длительного застоя в США. Несколько лет назад я обсуждал макроэкономические последствия глобальных потоков сбережений и инвестиций под рубрикой «Глобальный избыток сбережений»  ( http://www.federalreserve.gov/boarddo…/speeches/…/200503102/ ). Мой вывод состоял в том, что глобальный избыток сбережений над инвестициями, исходящих в значительной мере из Китая и других азиатских стран с формирующейся рыночной экономикой и производителями нефти, как Саудовская Аравия, был основной причиной низких мировых процентных ставок. Я утверждал, что поток мировых сбережений в США помогли объяснить «загадку» ( используя термин Алана Гринспена ) постоянно низких долгосрочных процентных ставок в середине 2000-х годов, в то время как ФРС поднимала краткосрочные ставки… Сильный приток капитала подтолкнул вверх стоимость доллара и помог создать очень большой дефицит торгового баланса США равный почти 6-ти процентам ВВП в 2006 году. Отвлечение 6-ти процентов внутреннего спроса на импорт дает альтернативное объяснение длительному застою, а так же провалу перегрева американской экономики в начале 2000-х, несмотря на наличие растущего в тот момент пузыря в рынке недвижимости. (см  http://econweb.ucsd.edu/~jhamilto/USMPF_2015.pdf). Существует некоторое сходство между глобальным избытком сбережений и идеей долгосрочной стагнации: оба явления продуцируют избыток желаемой экономии над желаемыми капитальными вложениями при «нормальных» процентных ставках, подразумевая значительное понижательное давление на рыночные ставки. Оба явления способствуют замедлению роста экономики США. Длительный застой делает это за счет снижения внутренних инвестиций и потребления, а глобальное сберегательное насыщение посредством более слабого экспорта и увеличение торгового дефицита. Тем не менее, существуют важные различия. Как я уже упоминал, гипотеза избытка сбережений имеет в основе глобальную тенденци, а понятие “длительный застой”, как правило, применяется для отдельных стран или регионов. Второе отличие состоит в том, что stagnationists склонны приписывать слабость в разделе капитальных вложений к фундаментальным факторам, таким как: медленный рост населения, низкой потребностью в капитале многих новых отраслей промышленности, и снижением относительной стоимости капитала. В отличие от этого, с несколькими исключениями, гипотеза избытка сбережений приписывает избыток требуемой экономии к требуемым инвестициям к решениям государственной политики, таким как совместные усилия азиатского EMEs, чтобы сократить заимствование и увеличить международные резервы после азиатского финансового кризиса конца 1990-х.Это отличие важно, я думаю, потому что каждое из них будет подразумевать совершенно разные стратегии “ответа” на проблему и выбор таких “ответов” будет зависеть от того какую из гипотез вы принимаете в качестве рабочей. Как предложил Саммерс, если длительный застой является причиной медленного роста и низких процентных ставок, экспансионистская фискальная политика может быть полезной в этом случае и в долгосрочной перспективе, правительство может также принять меры для улучшения отдачи на инвестированный капитал, такие как более благоприятный налоговый режим а так же поддержку исследований и разработок. Если причиной является глобальный избыток сбережений, то правильный ответ состоит в том, чтобы попытаться переломить различные политики, которые генерируют избыток сбережений, например, нужно работать над тем, чтобы освободить международные потоки капитала и снизить вмешательство в валютные рынки с целью получения торгового преимущества.Чтобы помочь оценить, существует ли еще Глобальный избыток сбережений, таблица в конце этого поста иллюстрирует данные моих выступлений 2005 и 2007 года. Показаны национальный профицит счета текущих операций и дефицит в течение четырех лет, два года до и два после кризиса, и 2013-й (полные данные для 2014 еще не доступны). Данные, в основном из Международного валютного фонда, в миллиардах долларов США. Выражая сальдо счета текущих операций в долларах позволяет легко сравнивать между странами, но имейте в виду, что эти цифры не с поправкой на инфляцию или рост в различных странах и регионах.Излишек текущего счета страны является примерно нетто-величиной финансового капитала, который она посылает за границу; это также равно национальному профициту страны за вычетом количества инвестиций внутри страны. Страна с профицитом текущего счета экономит больше, чем она инвестирует внутри страны и использует избыточные сбережения, чтобы получить иностранные активы. Страна с дефицитом текущего счета является чистым заемщиком на глобальных рынках капитала.Таблица подтверждает несколько основных моментов, касающихся эволюции сальдо счета текущих операций: Во-первых, дефицит текущего счета США примерно упал в двое (в долларовом выражении) в период между 2006 и 2013, до $ 400 млрд, или на 2,5% от валового внутреннего продукта. Конечно, повышение американской нефтедобычи, которая сокращала потребность в импортируемой энергии, имело непосредственное отношение к этому. Среди крупных промышленных стран, улучшение позиции США было частично компенсировано, значительным снижением сальдо текущего счета Японии и резким скачком дефицита текущего счета Канады. Во-вторых, совокупный излишек текущего счета стран развивающегося рынка — чьи большие чистые сбережения были важной частью моей первоначальной сберегательной истории насыщения- значительно упал с 2006 г. Спад объясняется снижением сальдо Китая (частично компенсированным увеличением других частях Азии) и переход от избытка к существенному дефициту в Латинской Америке (в частности, в Бразилии). В-третьих, профицит счета текущих операций в регионе Ближний Восток / Северная Африка была больший в 2006 году и оставался большим в 2013 году, что отражает продолжающийся поток прибыли от продажи нефти. Однако, учитывая резкое недавнее падение цен на нефть, вполне вероятно, что эти излишки иссякнут уже в 2014 году.Наконец, коллективный профицит счета текущих операций стран еврозоны вырос более чем на $ 300 млрд с 2006 года и около четверти этого роста идет от увеличения избытка Германии, но доминирующим фактором является дисбаланс от глубоко дефицита до профицита в части так называемой периферии (Греция, Ирландия, Италия, Португалия, Испания). Часть этого может быть следствием улучшения конкурентоспособности, но большая часть, вероятно, отражает глубокие рецессии, которые испытали те экономики, которые сократили внутренние инвестиционные возможности.Какой мы должны сделать вывод? Интерпретация данных ниже может быть только импрессионистским. Важным источником глобального перенасыщения который я определил до финансового кризиса был избыток сбережений стран с формирующейся рыночной экономикой (особенно Азии) и стран производителей нефти. Хорошей новостью является то, что, по причинам которые проистекают от усилий Китая по сокращению своей зависимости от экспорта и снижение мировых цен на нефть, профицит счета текущих операций этой группы стран, хотя по-прежнему большой, но все же имеет тенденцию к понижению. Возмещение этого снижения, однако, было значительным со стороны увеличения коллективного остатка на текущем счете еврозоны. В частности Германия, с населением и ВВП меньше четверти относительно США, стала крупнейшим нетто-экспортером в мире товаров и финансового капитала. В мире, который имеет короткий совокупный спрос, сохранение крупного немецкого сальдо текущего счета является тревожным. Тем не менее, большая часть чистого изменения в балансе еврозоны в последние годы, кажется происходит из-за циклических факторов, в частности, глубокого продолжающегося спада в периферии еврозоны.Подводя итог под всем этим мы можем сказать-гипотеза глобального избытка сбережений остается полезной в перспективе понимания последних событий, в частности, низких уровней глобальных процентных ставок. В целом, как я вижу, интерпретация проблемы избытка сбережений в свете текущих событий, обеспечивает немного больше оснований для оптимизма, чем stagnationist точку зрения. Если (1) Китай продолжит двигаться от экспортной зависимости в сторону большей опоры на внутренний спрос, (2) накопление валютных резервов среди развивающихся рынков, особенно в Азии, продолжит замедляться, и (3) цены на нефть останутся низкими, тогда мы можем ожидать, что избыточные сбережения у развивающихся рынков и производителей на нефть снизятся ниже докризисных уровней. Это снижение было недавно частично компенсировано профицитом счета текущих операций в еврозоне. Тем не менее, только часть роста европейского профицита проистекало в основном со стороны Германии, и может выглядеть структурным и долговечным. Большая же часть остального профицита еврозоны, вероятней всего отражает депрессивные циклические условия. Когда европейская периферия возвратится к росту, который предположительно, произойдет в какой-то момент, коллективные излишки должны будут уменьшится. Если глобальные дисбалансы в торговле и финансовых потоках сделать умеренными, с течением времени, это должно повлиять на тенденцию к росту глобальных реальных процентных ставок и росту США, чтобы посмотреть, как более устойчивой перспективы экспорта улучшается. Чтобы удостовериться, что это происходит, США и международное сообщество должны продолжать выступать против национальной политики, которая продвигает большие, постоянные излишки текущего счета и работать к международной системе, которая дает лучший баланс в торговле и движениях капитала.   

12 октября 2015, 23:05

ФРС может опустить ставки ниже 0% при новом кризисе

В руководстве Федеральной резервной системы рассматривают возможность использования отрицательных процентных ставок, в случае если американская экономика вновь столкнется с серьезным кризисом.

29 апреля 2015, 22:18

Бернанке станет консультировать PIMCO

Бывший глава Федеральной резервной системы США занял пост старшего советника крупнейшего облигационного фонда Pacific Investment Management Co. - PIMCO Total Return.

16 апреля 2015, 17:05

Бернанке будет работать с торговыми роботами

Бывший глава Федеральной резервной системы США (ФРС) Бен Бернанке согласился стать старшим советником хедж-фонда Citadel Investment Group. Об этом сегодня сообщили крупнейшие СМИ.

11 февраля 2014, 19:59

Джанет Л. Йеллен_наследница Бернанке Бена встаёт за печатный станок)

Г-жа Йеллен также призвал не преувеличивать опасения по поводу турбулентности на развивающихся рынках, таких как Турция "Мы внимательно следим за неустойчивостью на глобальных финансовых рынках. Нам кажется, что на данном этапе эти события не представляют значительную опасность для экономических перспектив США. Работа, чтобы сделать финансовую систему более надежной, до сих пор не завершена." Значительная часть работы по увеличению надежности финансовой системы США заключается в том, что даже не печатать бумагу и называть её деньгами, а в том, чтобы производить изменения в Специальных Финансовых Программах, чтобы ежемесячно почти из ниоткуда в финансовых и кредитных учреждениях США на счетах обновлялись цифры (конечно, в сторону увеличения) Чистая магия! Кто не знает -- эта магия называется количественное смягчение QE (нетрадиционная монетарная политика). Поначалу волшебная сила ФРС (единовременно) напитала экономику США на общую сумму в районе 2 трлн. долларов (официально) -- QE1, QE2 (вертолеты Бени). Потом ФРС стала регулярно впрыскивать магию от 40 до 85 млрд.$ ежемесячно. Получалось обычно больше -- 85 да 85) В общем, ФРС каждый месяц добавляла экономике США по 70, 80 млрд. надежности -- т.е. впрыскивала сумма почти в 1,5 раза большую, чем России удалось освоить за 7 лет на строительстве Олимпийских объектов в Сочи (даже по самым нескромным расчетам Навального) -- только у нас появились олимпийские объекты, а в США удалось поддержать прежний уровень комфорта проживающих там граждан Единственный минус -- пока еще многие считают, что эта магия приводит к тому, что вырастает государственный долг США (в целом получилось более 4 трлн. S -- примерно на эту сумму Казначейство США приобрело ипотечные ценные бумаги -- дав свежие нолики, забрав заплесневевший финансовый мусор). Чтобы еще как-то помочь своей экономике Центральный банк США сохраняет краткосрочные процентные ставки около нуля. Бернанке и Йеллен солидарны в использовании экономических стимулов. Их два: -- снижать процентные ставки, чтобы снизить стоимость заимствований для бизнеса и потребителей -- поощрять принятие рисков инвесторами (в т.ч. в покупке инвестиционного мусора) К февралю 2014 года QE3 снизили до 65 миллиардов долларов -- но это всё равно больше стоимости семилетнего строительства олимпийских объектов в Сочи Г-жа Йеллен уже сказала о своих планах для краткосрочных процентных ставок -- они должны удерживаться около нуля. В прошлой серии изумительного американского сериала "Повысим потолог госдолга" республиканцы и демократы договорились до 7 февраля 2014 года вообще не париться по поводу того, что государственный долг растёт, а планы по его обслуживанию всё нереалистичнее (не исключаю, что американские политики где-то глубоко подозревали, что сюжет следующего сезона сериала "Повысим потолог госдолга" будет подсказан какими-то серьезными изменениями в политике и экономике и не придется играть так же как в прошлый раз -- в американских сериалах вообще очень хорошая тенденция от сезона к сезону накал страстей увеличивать)) В общем, 7 февраля наступило, а сюжет остаётся столь же скучным. Чтобы хоть как-то разнообразить, политики уже почти договорились связать увеличение потолка долга с планом полностью восстановить пенсии для некоторых военных ветеранов (видимо, какие-то пенсии урезали, теперь их опять поднимут -- слабый сюжетный ход). Свежая передовица в Вашингтон Пост успокаивает: "... появилась опция обратного хода, которая, по существу позволяет демократам утвердить предел долга без каких-либо условий, почти полностью самостоятельно" В общем, в прошлом сезоне, когда "выключали" Правительство и т.д., всё произошло гораздо драматичнее. Голливуд сдулся. Можно почитать эту передовицу -- не рекомендую, дичь полная: нашим фантазерам из Правительства и Министерства энергетики есть чему учиться. Как там любят завершать свои паранормальные расчеты критики реальности из виртуальности?: "каждый россиянин заплатил за эту стройку..." "на эту дорогу можно было намазать слой икры...")) здесь ситуация несколько похожая -- почти любой человек в мире, получающий зарплату, разговаривающий по айфону..., в нашем глобальном мире связан с Беном Бернанке-Вертолетом и его последователями, бросающими деньги американской экономике  АПД: Палата представителей конгресса США проголосовала за "чистый", без дополнительных условий, законопроект, позволяющий расширить лимит государственного долга, передает Reuters. Документ, подводящий черту под напряженным противостоянием демократов и республиканцев, был утвержден незначительным большинством голосов: за его принятие проголосовал 221 парламентарий, против - 201. После утверждения в палате представителей документ будет направлен в сенат для обсуждения с последующим голосованием. Дебаты в сенате могут начаться уже 12 февраля. Это первый с 2009г. законопроект о повышении "потолка" госдолга, не связанный с уступками республиканцам. Его утверждение положило конец трехлетнему периоду "парламентских войн", отягощенных угрозой дефолта, октябрьским коллапсом федеральных бюджетных учреждений и общей экономической нестабильностью.

03 февраля 2014, 22:45

Бен Бернанке перешел на новую работу

  Бывший председатель ФРС США Бен Бернанке стал почетным сотрудником Бруклинского института, одного из крупнейших аналитических центров США. По данным пресс-релиза Брукингского института (Brookings Institution), экс-глава Федеральной резервной системы вступил в организацию в качестве заслуженного сотрудника (Distinguished Fellow). Бернанке будет работать в Центре Хатчинса по фискальной и монетарной политике (Hutchins Center on Fiscal and Monetary Policy), организованного благодаря гранту Гленна Хатчинса, одного из вице-президентов Совета попечителей Брукингского института. Брукингский институт, основанный в 1916 г., считается одним из важнейших аналитических центров (think tank) США. Организация специализируется на оценке и исследованиях по целому ряду направлений: общественные науки, муниципальное управление, внешняя политика и мировой экономика. По состоянию на 2013 г. президентом организации является Строуб Тэлботт, бывший заместитель госсекретаря США. В агентстве Reuters отметили ("Bernanke arrives for first day on the job at Brookings"), что понедельник, 3 февраля, стал первым рабочим днем Бернанке в Брукингском институте. В ноябре 2013 г. Бернанке заявил, что после своего ухода с поста главы ФРС планирует написать книгу о своей работе в ФРС США, а также выступать с различными лекциями.

31 января 2014, 15:30

Джим Роджерс: Бен Бернанке был бедствием для американской экономики

Джим Роджерс: Бен Бернанке был бедствием для американской экономики  Бен Бернанке, один из самых неоднозначных людей в мировой экономике, покидает ФРС США. О его достижениях и провалах в интервью телеканалу "Россия 24" рассказ... From: Кац ТВ Views: 52 1 ratingsTime: 06:43 More in News & Politics

07 января 2014, 12:23

Главой ФРС США впервые стала женщина

Американский сенат утвердил на пост главы Федеральной резервной системы Джанет Йеллен. В конце января она сменит Бена Бернанке Сенат США утвердил предложенную президентом Бараком Обамой кандидатуру Джанет Йеллен на пост главы Федеральной резервной системы (ФРС), которая выполняет функции центрального банка. Как сообщила британская телерадиовещательная корпорация BBC, Йеллен сменит на этом посту Бена Бернанке. В течение последних двух лет она работала его заместителем. Подобно Бернанке, Йеллен имеет репутацию "голубя" среди экономистов. Это означает, что приоритетом для нее является создание новых рабочих мест, а не борьба с инфляцией. Йеллен стала ведущим кандидатом на пост главы ФРС после того, как в сентябре бывший министр финансов Ларри Саммерс снял свою кандидатуру, столкнувшись с оппозицией со стороны либерального крыла в Демократической партии. Джанет Йеллен - 67 лет. Она родилась 13 августа 1946 года в Бруклине, закончила Университет Брауна, работала профессором в Гарварде, затем экономистом в ФРС, преподавателем в Лондонской школе экономики и политических наук. В 1994 году стала одним из управляющих ФРС, в 1997-1999 годах возглавляла группу экономических советников Белого дома, затем стала председателем Федерального резервного банка Сан-Франциско, в 2010-м - заместителем председателя ФРС. Ее муж - лауреат Нобелевской премии по экономике Джордж Акерлоф, совместно с Майклом Спенсом и Джозефом Стиглицем разработавший теорию асимметричной информации, согласно которой продавец и покупатель располагают различными объемами знаний о товаре. Сын Роберт - экономист в университете Уорвика в Великобритании. Йеллен станет первой женщиной в истории, возглавившей созданный 100 лет назад Федеральный резерв. Напомним, что полномочия Бена Бернанке на посту главы ФРС истекают 31 января 2014 года.

06 января 2014, 11:35

Бернанке прочит экономике США значительный подъем в 2014 году

Председатель Федеральной резервной системы заявил о снижении влияния негативных факторов на экономику США и возможности сильного роста в наступившем году Москва. 6 января. INTERFAX.RU - Председатель Федеральной резервной системы (ФРС) Бен Бернанке, уходящий в отставку в конце января, заявил о снижении влияния негативных факторов на экономику США и возможности сильного роста в 2014 году, сообщает агентство Bloomberg. "Сочетание улучшения финансового благополучия, повышения сбалансированности рынка жилья, снижения налогово-бюджетных ограничений и, конечно же, продолжение стимулирующей денежно-кредитной политики являются хорошим предзнаменованием для роста экономики США в предстоящие кварталы", - сказал глава ФРС на ежегодном собрании членов Американской экономической ассоциации в Филадельфии. Вместе с тем Бернанке признал, что "уровень безработицы в стране по-прежнему остается повышенным". В настоящее время безработица в США составляет 7%. По словам председателя ФРС, высокие показатели безработицы в долгосрочной перспективе останутся одним из основных рисков. В своем выступлении Бернанке привлек внимание к попыткам сделать деятельность ФРС более прозрачной и подотчетной. "Мы предприняли экстраординарные меры, чтобы справиться с экстраординарными экономическими проблемами, и мы должны были объяснить эти меры, чтобы добиться общественной поддержки и доверия", - сказал он. При этом глава ФРС подчеркнул, что без близких к нулю процентных ставок, новых способов взаимодействия Федрезерва с рынками и выкупа ценных бумаг экономика США по-прежнему находилась бы в состоянии стагнации или рецессии. "Экономика продемонстрировала существенный прогресс с момента официального начала восстановления около четырех с половиной лет назад", - отметил он. Бен Бернанке покинет свой пост 31 января 2014 года. Как ожидается, его сменит Джанет Йеллен, сейчас занимающая должность заместителя председателя ФРС. Сенат Конгресса США рассмотрит вопрос об утверждении кандидатуры Йеллен 6 января. Среди выступавших на конференции глав Федеральных резервных банков (ФРБ) выделился президент нью-йоркского регионального банка Уильям Дадли, призвавший коллег обеспечить понимание того, каким именно образом выкуп гособлигаций влияет на экономику. "Мы пока не понимаем в полном объеме, как крупномасштабные покупки активов смягчают условия на финансовых рынках. Влияют ли покупки на портфели частных инвесторов или же они являются крупным каналом передачи сигналов?" - сказал он. Его коллега из ФРБ Бостона Эрик Розенгрен рекомендовал Федрезерву не спешить со свертыванием стимулов, пока инфляция остается ниже целевых 2%. "При инфляции ниже целевого уровня и безработице существенно выше целевого уровня мы уверены в том, что у руководителей центробанка есть возможность проявить терпение в сокращении стимулирования", - заявил Розенгрен. На декабрьском заседании ФРС объявила о сокращении выкупа ценных бумаг на $10 млрд в месяц, до $75 млрд в месяц, с 1 января. По оценкам экономистов, опрошенных Bloomberg, на заседании 28-29 января Федрезерв урежет покупки еще на $10 млрд.

31 декабря 2013, 05:17

Spydell

Вот и заканчивается очередной год. Неплохая возможность подвести итоги и оценить дальнейший вектор движения и прогресса. За прошедшее время ко мне было бесчисленное количество различных предложений о сотрудничестве, которые были, как весьма забавные, так и вполне серьезные. К сожалению, не было возможности обстоятельно всем ответить, поэтому можно сделать это сейчас. Из наиболее популярных предложений и вопросов: Отношение к монетизации блога В самой рекламе и монетизации другими средствами, разумеется, нет ничего плохого, однако для меня это не было и пока не является актуальным в достаточной степени. То, что я делал в блоге никогда не было с целью отжать немного денег, а основано на чистом энтузиазме для расширения границ познания и восприятия с некой гуманистической миссией (позже проясню). Блог не создавался, как коммерческий проект, а скорее в виде клуба по интересам, где можно было в не ангажированной и непредвзятой форме обсуждать насущные темы. Да и формат уже как то не особо способствует обилию рекламы. Было бы странно, если среди статей о судьбе человечества затесалась бы реклама стиральных машин или шмоток )) Как минимум, это может отвлекать. Когда нибудь в виде эксперимента попробовать стоит, как пару лет назад пробовал с Google Adsense, чтобы изнутри понять принцип работы и организации контекстной рекламы. С точки зрения повышения компетенции относительно новых технологий было любопытно, правда взаимодействие с Google длилось недолго, и они спонтанно забанили под предлогом «подозрительной активности» в блоге )) Но суммы там, конечно, смешные и было интересно только в контексте повышения грамотности по рекламным технологиям Google – типа как работает их бизнес? Другие варианты – типа баннеров, ссылок или заказных постов? Пока не считаю, что это правильно. То, что в блоге – это своего рода свое, под чем я подписываюсь, и где люди могут мне доверять. Но не под всякой рекламой я могу подписаться, тем более денежный выхлоп скорее всего будет в пределах точности счета, учитывая масштаб операций на рынке активов, поэтому игра не стоит свеч. Например, статья по Рейтер, очевидно, не является рекламой, а целиком и полностью моя рекомендация их продуктов, которые я поддерживаю руками и ногами и действительно терминалы высоченного уровня. В такой формате имеет смысл, но неизвестные товары или услуги пока не интересны. Трансформация в нечто «более серьезное» Под более серьезным обычно понимается создание сайта на базе блога и регистрация, как СМИ или сайт по платной аналитике и рекомендациям. Аналогичных предложений было очень много + предложения по работе в ведущих СМИ. Что я думаю на сей счет? Для меня критически важно иметь абсолютную и несокрушимую монополию на формирование контента и направление исследований. Любое СМИ или коммерческие проекты – это всегда ограничения. Это обязательства перед спонсорами, акционерами, клиентами, исполнение требований по регулирующим органам и прочее.  Назвать Джаннет Йеллен кодовым шифром «Милая Старушка», а Бена Бернанке «Бородач» , обвинив ФРС в самом масштабном мошенничестве и бандитизме в истории человечества, в рамках официальных СМИ я не смог бы, что понятно. Но более дерзкий и агрессивный тон позволяет сдирать покровы над созданным мощным информационным барьером в виде навязывания шаблонных представлений о мироустройстве. Да, шаблоны важны, т.к. они генетически заложены во все разумные живые существа, помогая быстро ориентироваться в пространстве и принимать решения. Шаблоны – это устоявшиеся схемы. Если бы на всякий новый процесс заниматься переосмыслением, то можно каждый раз изобретать колесо, так и не сдвинуться с точки отсчета, поэтому люди использует некий общепринятый набор стереотипов, штампов, чтобы лучше и быстрее ориентироваться. Но наступают моменты, когда развитие общества в рамках старой парадигмы себя исчерпывает и нужно нечто новое, другой подход. В эпоху турбулентности очень важно смотреть на обыденные процессы и факторы под иным углом, с другой стороны. В этом аспекте среда андеграунд (там, где мы сейчас находимся - блог) дает ту самую свободу в поиске истины, хотя сам этот процесс может быть бесконечным. Истина – это слишком абстрактно. Скорее не истина, а новый вызов для общества, новые правила игры. Старые представления о мире уже не работают должным образом, что например, более чем красноречиво свидетельствует провал антикризисных мер правительства и неэффективность денежно-кредитной политики ЦБ, где так и не удалось активизировать экономический рост. Требуется что то новое. Мир развивается, приоритеты смещаются, взаимосвязи факторов трансформируются, появляются новые критерия и оценки. То, что прекрасно работало раньше - перестает действовать сейчас. Поэтому сам процесс отслеживания этих сдвигов невероятно интересен и полезен. Важно не только отследить точку перелома, но и понять, что будет дальше. Для этого требуется ряд нестандартных решений и действий, поэтому пока особо не спешу сковывать себя массой искусственных преград и бюрократических барьеров. Основная причина, почему формат Livejournal пока устраивает, т.к. дает свободу действий и позволяет быть по настоящему независимым. Так важно в Новом Мире. В официальных СМИ я не получу такую свободу. Гуманистический подход. Были предложения, чтобы сделать некий аналог платной аналитики и рекомендаций. Но для меня важно, чтобы в очень тяжелое время, как для России, так и для мира, - большинство данных, концепций и идея были достоянием общественности. Важно, чтобы люди развивались, становились лучше, принимали более осмысленные решения. Должна быть свободная площадка для дискуссий без цензуры, должен быть доступ к данным. У многих людей просто нет времени, чтобы на высоком профессиональном уровне разбираться в хитросплетениях мировой экономики и финансовой системы, но это не значит, что люди должны быть лишены шансов понять, что происходит. Не все функционируют в финансовой индустрии, но даже среди тех, кто в фин.индустрии более, чем достаточно тех, кто не имеет возможности во всем разобраться. По причине, что нет времени, нет ресурсов, нет умения и желания работать с массивами данных и быстро анализировать информацию, расставлять приоритеты и развесовку факторов. Как один фактор связан с другим, и как это связь меняется со временем? Так просто и быстро во всем не разобраться. Стал бы я лучше, если накопленный опыт, знания и данные скрывал бы от общественности? Не думаю. В основе гуманизма лежит способность давать ход для раскрытия потенциалов, пространство для развития и реализации. К этому стоит стремиться. Даже, если для 10-20% читателей информация в блоге была полезна, актуальна и чем то помогла, то можно считать, что не зря потратил время. Блог не только для меня, как возможность структуризации мыслей/идей и некая хронология эволюции концепций(взглядов на мир), но и как помощь для многих людей лучше ориентироваться в быстро меняющемся мире. Понятно, что не все, что я пишу здесь является истиной в последней инстанции, т.к. мы все учимся и стараемся лучше понимать этот мир, все мы ошибаемся. Однако важно, чтобы вектор развития был направлен в созидательное русло, на поступательную эволюцию, в конечном итоге на расширение границ человеческих возможностей. Я понятия не имею, что может ожидать мир через 2-3 года, но вижу огромные накопленные риски и дисбалансы, реализация которых может нанести суровый урон по мировой стабильности. Поэтому в такой период не время всплывать брюхом к верху, сдаваясь, а время для борьбы, становясь лучше. Это не путь в одиночку. Лучше надо становиться всем нам. Кризис – это время для трансформаций и переосмысления, но ни в коем случае нельзя сдаваться. Коммерческие предложения  Была еще масса коммерческих предложений. Но тут вот какое дело. Мега банки – это ограничители свободы для реализации отдельной личности, там слишком все увязано в корпоративных стандартах, регламентах и обязательствах между кредиторами и акционерами. Много ресурсов, но очень мало свободы, точнее почти совсем нет ее. Даже 150-200 тыс долларов в год не думаю, что сильно помогли бы мне, т.к. дефицита ресурсов пока не испытываю, а мог бы потерять время в бюрократической возне и подковерных играх, упустив возможность для стратегического прорыва. Хотя возможно, если упрусь, то изменю мнение, но сейчас относительно самодостаточен. Мелкие банки наоборот – достаточно свободы, но мало возможностей. Как неплохой вариант – вхождение в капитал небольшой организации, чтобы двигать бизнес вместе, захватывая рынки. Рост с нуля и низкой базы. В настоящий момент я не нахожусь ни в одной коммерческой финансовой организации, а сконцентрирован на собственных проектах – инвест.проект в денежном плане и некоммерческий проект в области исследований и разработок, но и блог, разумеется, тоже как важная составляющая. Достаточно амбициозные начинания, т.к. развиваются по нестандартному пути, но без инноваций в этом мире делать нечего. Старые парадигмы следует переосмыслять на пути к новому. Естественно, не отказываюсь от потенциальной кооперации с действующими коммерческими структурами, но пока попытаюсь отжать собственными силами )) Про остальное Личность Судя по всему, из достаточно популярных блоггеров я едва не единственный, кто не раскрыл собственную личность. Кто такой Spydell? Инвест.банкир, агент спец.служб, друг Путина из-за чего почти ничего не пишу о России и о Путине или же школьник/студент, свободный художник и трейдер-любитель? Думаю это не имеет никакого значения. Ведя блог, я ни разу не думал ни о популярности, ни о возможности монетизации. Чистый энтузиазм, структуризация мыслей и гуманистическое начало для помощи людям. По этой причине нигде и никогда я не рекламировал и не продвигал собственный блог и никогда не следил за рейтинговыми темами для роста просмотров. Если что-то и пишу, то считаю, что данная тема может быть полезной или важной в какой то период времени. Я стремлюсь к чистой эффективности, росту качества материала и расширению границ познания. Тут меня больше привлекает конкурентоспособность и способность делать благо. Пока я не особо стремлюсь во многие инвест.тусовки, т.к. связи полезны при желании устроиться на работу или при бизнес проектах, а дефицита общения не испытываю. Так что в данный момент концентрирую время и ресурсы на собственных проектах. Как будет потом? Не знаю. Вполне возможно, что будет что-то публичное, а не только среда «андеграунд» )) Если амбициозная торговая система приобретет достаточную огневую мощь, то на ее платформе можно инвест.банк и в последствии венчурный фонд построить, чтобы уже в финансовом плане помогать раскрывать потенциалы многих проектов других людей. Рейтер Познакомившись с двумя замечательными девушками из Рейтер - Настя и Оля при уникальном стечении обстоятельств в последствии узнал о безграничных возможностях Datastream, что даст не только высокий уровень автоматизации сбора и анализа данных, но и открывает новые границы. Надеюсь, что все будет норм и Рейтер не запретит создавать информеры и прочее. Хотя, честно говоря, удивлен, что пока разрешили, но естественно, далеко не все. Система мощная. Уверен, что раскрывать потенциал там можно еще долго, так что много интересного можно представить. Читатели По старой доброй традиции огромная благодарность мощной группе профи мирового уровня – kivi_rtsb, xiomar, starkov_blues, bampi_johnson, konstex и другие. Эти люди наполняют дискуссию исключительно компетентными, интересными, содержательными комментариями. Есть еще очень много толковых людей в блоге, которых интересно читать. Я всегда говорил, что обратная связь чрезвычайно важна и то, что я продолжаю этим заниматься во многом из-за благодарных читателей, т.к. это значит, что деятельность востребована. Все это способствует развитию. Спасибо вам всем! С наступающим, дорогие читатели! Год надо прожить так, чтобы не было мучительно больно за утекшее время, поэтому развитие и прогресс в плане карьерного, интеллектуального и ментального роста – первичные цели (+ физические кондиции), но и про тех, кто рядом не забывайте. Семья - самое ценное!

24 декабря 2013, 14:31

Федеральная резервная система США: эпоха Бернанке

Ноябрь 2005 года. В Конгрессе проходят слушания по утверждению кандидатуры Бена Бернанке на посты главы ФРС. В этот день в Вашингтоне моросил мелкий дождик, однако, не в пример погоде, перспективы экономики США казались безоблачными. Темпы экономического роста замахнулись на отметку 3%. Цены на жилье повышались - на тот момент им оставалось расти еще пять месяцев… Собравшиеся сенаторы благосклонно разглядывали сидящего перед ними скромного профессора, которого пресса называла то бородатым, то носящим бакенбарды. «Отменное назначение», - прокомментировал Ричард Шелби, лидер республиканцев в банковском комитете Сената. «Чрезвычайно впечатляющее», - согласился с ним его оппонент, демократ Крис Додд. За несколько лет пребывания в составе совета управляющих Федеральной резервной системы Бернанке уже успел отличиться, обозначив свой стиль. Так, он заверил, что Федрезерв ни за что не допустит повторения в стране Великой Депрессии, а также в ряде дерзких выступлений осмелился дать нагоняй Банку Японии за дефляцию. Сенаторы с радостью утвердили его на должность руководителя ФРС. Обращает на себя внимание один пророческий момент. «Я хотел бы надеяться, что Вам не придется преодолевать никаких кризисов, но я знаю, что трудности будут», - сказал Шелби. «Я приложу все усилия, чтобы быть готовым ко всему, с чем мне доведется столкнуться», - ответил Бернанке. Прошло всего полтора года – и Бернанке с головой окунулся в пучину финансового кризиса и рецессии, ставших проверкой на прочность как его обещаний не допустить новой депрессии, так и его убежденности в том, что Центробанк всегда может стимулировать экономику, даже в условиях застрявших у нулевой отметки процентных ставок. Пройдет еще немало лет, прежде чем история сможет вынести окончательный приговор смутному времени правления Бернанке, причем, учитывая начавшееся сворачивание программы покупки активов, пока рано ставить точку. И, тем не менее, в феврале Бернанке уступает кресло главы ФРС Джанет Йеллен, а значит, пришло время подвести первые итоги и вынести предварительные оценки эффективности его деятельности на посту руководителя ЦБ. Насколько он преуспел в достижении своих целей? Экономике США по-прежнему далеко до полной занятости, но анализ макростатистики, проведенный с учетом всей глубины финансового кризиса, заставляет отдать Бернанке должное за его усилия в деле стабилизации и восстановления экономики. «Думаю, монетарная политика сыграла в этом активную роль», - считает гарвардский профессор экономики Кармен Рейнхарт, автор трудов по финансовым кризисам прошлого. «Если сравнить масштабы начального снижения с динамикой предыдущих кризисов в США, то мы увидим, что на этот раз экономика нащупала дно на более высоких уровнях. Я выставляю Федрезерву высший балл». Место Бернанке в истории могут определить результаты такого сравнения. Да, кризис был, и он все еще терзает Америку и весь мир – но смог бы кто-нибудь справиться с ним лучше? Прежде всего, следует определиться, считать ли самого Бернанке виновным в кризисе. Если да, то существенная часть его заслуг автоматически списывается со счетов. Бернанке принимал активное участие в экономической политике в период 2002-06 г.г., когда на рынке недвижимости и в финансовом секторе вызревали пузыри. Кроме того, Федрезерв отвечал за регулирование ряда банков, впоследствии оказавшихся проблемными. Историки смогут в полной мере оценить степень этой вины лишь после того, как будут вскрыты все папки и досье. Бернанке определенно выражал некоторую обеспокоенность динамикой цен на жилье: так, осведомленные источники сообщают, что в 2005 г. он представлял президенту Джорджу Бушу–мл. экономические выкладки последствий обвала цен на недвижимость. Однако, как и подавляющее большинство экономистов, Бернанке проглядел риски, которыми ситуация на рынке жилья была чревата для финансовой системы, и за это он заслуживает осуждения. В 1990-е он не принимал участия в масштабных финансовых процессах отмены государственного регулирования – но он и не предупреждал о скрытых угрозах такой децентрализации. На данный момент похоже, что Бернанке, скорее всего, будет причислен к когорте политиков, которые не смогли предотвратить кризис, но и не были его активными инициаторами. Вторым вопросом является собственно кризис – и здесь звезда Бернанке сияет очень ярко. Одни лишь цифры уже говорят сами за себя. В течение первых полутора лет финансового кризиса показатели цен на активы, роста экономики, внешней торговли и банкротств банков были очень схожи с показателями Великой Депрессии. Мир оказался на краю пропасти. Однако с середины 2009 г. такая сравнительная динамика стала демонстрировать дивергенцию. В то время как в 1930-31 США накрыла вторая волна банкротств, сокращения кредитования и углубления рецессии, в 2009 г. экономика страны начала стабильно восстанавливаться. И это – отражение успеха, достигнутого Федрезервом – и Бернанке – в деле стабилизации банковской и финансовой системы. «Бен Бернанке заслуживает большого уважения за умелые действия во время кризиса», - полагает Марвин Гудфренд, ранее сотрудник ФРС, а ныне – профессор экономики из Университета Карнеги-Меллон в Питтсбурге. Для того чтобы распознать проблему рынков частного кредитования и затем устранить ее, рискнув балансом ЦБ и поставив на кон беспрецедентно большие суммы, «требуются мастерство и смелость, которые нельзя недооценивать», - утверждает Гудфренд. Одно событие в летописи последнего кризиса продолжает оставаться спорным, вызывая неоднозначные оценки: 15 сентября 2008 года Федрезерв и Казначейство США допустили банкротство Lehman Brothers. Этот момент стал переломным, придав кризису кредитования совершенно паническую окраску. Критики считают его главной и определяющей ошибкой в развитии финансового кризиса. Позиция Бернанке сводится к указанию на полную неплатежеспособность Lehman. Как он объяснял, ФРС выступала за спасение банка, но лишь Казначейство имело полномочия направить на это государственные средства. Кроме того, даже если бы ЦБ нарушил все правила и задействовал собственный баланс для поддержки Lehman на плаву, тогда Конгресс, скорее всего, не выделил бы средства на программу выкупа проблемных активов (TARP), и в этом случае жертвой стал бы другой банк – о банкротстве могли бы объявить Citigroup, Merrill Lynch или Wachovia. К концу 2009 года стало ясно, что Бен Бернанке сдал экзамен по специальности «депрессия». Однако после вступления в 2010 году в свой второй срок на посту главы ФРС он столкнулся с проблемой совсем иного свойства. На сей раз Бену Бернанке предстояло пройти испытание в качестве теоретика монетарной политики. «Я уверен, что Федрезерв пойдет на любые меры, необходимые для предотвращения сильной дефляции в США», - заявил он в 2002 году. «Если процентная ставка Центробанка была вынужденно снижена до нуля, это отнюдь не означает, что он исчерпал весь арсенал своих средств». В 2002 году подобные нестандартные идеи Бернанке – к примеру, покупка долгосрочных активов или сдерживание роста доходности облигаций – представляли собой всего лишь теоретические предположения самого «академического» из членов управляющего совета. Однако к лету 2010 над страной явственно нависла угроза дефляции. Ставка безработицы продолжала держаться на отметке 9,5%. Инфляция потребительских цен упорно снижалась. В последующие годы Федрезерв запустил несколько раундов количественного смягчения, реализуя программы покупки активов, получившие известность как QE2, QE3 и Операция Твист. В рамках следования курсу политики нулевых процентных ставок, ЦБ пообещал поддерживать ставки на низких уровнях сначала до середины 2013 г., затем – до конца 2014 г., затем – до середины 2015 г., и, наконец, - до момента, когда уровень безработицы достигнет отметки 6,5%. Политика ФРС со всех сторон подвергалась шквалу критики, который не утихает и по сей день. Ястребы пугают инфляцией. На данный момент, их пророчества безосновательны, однако для того, чтобы полностью устранить опасения на эту тему, Федрезерву еще предстоит отойти от политики смягчения и сократить свой $4-трлн. баланс. Критика со стороны голубей представляется более любопытной. К их стану примкнул и ряд коллег-экономистов Бернанке, занимающихся аспектами монетарной политики, такие как Пол Кругман, считающий, что действия главы ФРС идут вразрез с его собственными агрессивными заявлениями образца 2002 года, или Майкл Вудфорд из Колумбийского университета, уверенный, что ЦБ выбрал из своего арсенала не те инструменты. «Я не выставил бы им высокой оценки за поведение в пост-кризисный период», - признается Лоуренс Болл, профессор экономики в Университете Джона Хопкинса. «Они проделали огромную работу с точки зрения задействованных миллиардов долларов, однако эти меры были неадекватны, поскольку не отвечали назначению – возвращению экономики к уровню полной занятости». Отчасти это объясняется естественной осторожностью ЦБ в отношении новых, нетрадиционных средств политики. Но помимо этого, следует учитывать давление, под которым находился Бернанке – со стороны как членов FOMC, так и враждебно настроенного Конгресса – а также тот факт, что ему удалось методично и постепенно раскачивать Банк, переводя его в более агрессивный режим. «Вот - Комитет. 19 живых людей, сидящих за столом», - говорит Ричард Фишер, президент ФРБ Далласа, один из ветеранов FOMC и противник QE. «Я думаю, есть пределы тому, чего он мог бы добиться, если бы хотел сделать больше». Впрочем, возможно, самый справедливый способ оценки деятельности Бернанке – статистика. По крайней мере, в одном аспекте результаты потрясают: за 8 лет его пребывания на посту главы ЦБ средний показатель инфляции, несмотря на тяжелейший финансовый кризис, составил 1,8% против целевого уровня ФРС 2%. Если Бернанке считал своей миссией недопущение дефляции – он преуспел в этом. Кроме того, США смогли опередить по экономическим показателям большинство остальных развитых экономик, хотя именно Америка оказалась в эпицентре финансового кризиса. Текущий объем выпуска продукции на душу населения в США превосходит аналогичный результат 2007 года. В Британии, Франции и Италии этот показатель по-прежнему остается на значительно более низких уровнях. Динамика роста, которую демонстрируют США, приблизительно схожа с канадской, хотя во время кризиса эта страна пострадала гораздо меньше. Сложно сказать, в какой степени экономика обязана этими результатами именно монетарной политике. Еврозону сотрясла серия кризисов суверенного долга. Ужесточение фискальной политики в США произошло позднее чем в других странах, хотя неутихающие бюджетные баталии, разворачивающиеся в Конгрессе после 2010 года, постоянно расстраивали планы Бернанке, путая ему все карты. Вряд ли стоит считать простым совпадением, что США улучшили свои показатели после реализации более агрессивной, по сравнению с другими государствами, монетарной политики. Проведем последний тест: оглянемся на финансовые кризисы прошлого и зададимся вопросом, было ли на этот раз что-то по-другому. В августе 2010 г. Бернанке произнес речь, заложившую фундамент для запуска QE2 – программы покупки активов в размере $600 млрд. В тот же день Кармен Рейнхарт представила свою работу «После падения» (After the Fall), в которой постулировалось, что в течение десятилетия после финансового кризиса ставка безработицы в богатом государстве будет в среднем на 5% превосходить докризисные показатели. В США прошло шесть лет после кризиса, а ставка безработицы превышает докризисный уровень лишь на 3,3%, причем до завершения десятилетия этот результат должен улучшиться еще больше. С другой стороны, спустя шесть лет после кризиса, показатель выпуска продукции на душу населения в среднестатистической стране должен отставать лишь на 1,5%, в то время как в США он пока ниже на 2,1%. Впрочем, автор рассматривала в качестве моделей страны меньшего размера. Как оказалось, ни монетарная политика, ни Бен Бернанке не могут творить чудеса. И, тем не менее, когда настанет время сойти с поста главы ФРС и покинуть мраморный дворец на Конститьюшн-авеню – Бернанке сможет сделать это с высоко поднятой головой. Политика прозрачности: Революция продолжается Когда в 2006 году Бен Бернанке возглавил Федрезерв, он поставил перед собой одну цель: он хотел повысить прозрачность и, в частности, ввести конкретные целевые инфляционные уровни. Последние восемь лет ознаменовались множеством фальстартов и бесконечными дебатами на тему коммуникативной политики ЦБ, но Бернанке, при поддержке своего заместителя Джанет Йеллен, смог постепенно совершить революцию в этой области. В числе нововведений можно упомянуть публикацию всесторонних и исчерпывающих экономических прогнозов, практику пресс-конференций, указание на дальнейшие перспективы монетарной политики и – после долгих лет споров – введение официального целевого уровня инфляции (2%). Все эти новшества, по всей вероятности, сохранятся, указывая на постоянный характер структурной реформы принципов деятельности ФРС. Как ожидается, Йеллен продолжит и углубит эти реформы. Кроме того, Бернанке качественно изменил процесс обсуждения внутри ФРС. Если Алан Гринспен сначала говорил, как, по его мнению, следует действовать Центробанку, а затем выслушивал мнения, то Бернанке поступал наоборот. При нем представители Ферезерва выступали наперебой, делая разнообразные – и подчас сбивающие с толку – заявления. «Мне кажется, [Бернанке] вывел на чрезвычайно высокий уровень культуру дискуссии внутри FOMC», - считает Ричад Фишер, президент ФРБ Далласа. «Бен – достойный пример для подражания, идеальный образец того, как надо выслушивать мнение каждого присутствующего». В настоящее время отмечается некоторая напряженность вследствие расхождений между поощряемой Бернанке практикой диссидентства и устоявшейся в ФРС традицией принимать решения на основе консенсуса. Однако возвращение к стилю Гринспена маловероятно. «Призыв к прозрачности, прозрачности и еще раз прозрачности не утихает», - отмечает Фишер. «Я не представляю, как можно загнать этого вырвавшегося на свободу джинна обратно в бутылку». Подготовлено Forexpf.ru по материалам The Financial Times

22 декабря 2013, 09:25

Американская экономика: 2013 год

Мы публикуем видеозапись и стенограмму лекции американского и российского экономиста, бизнес-аналитика Леонида Вальдмана о новом этапе развития американской экномики - и о том, как уже прошедшее выглядит с учетом развития.в последние годы.  Текст лекции Добрый вечер! Спасибо большое за приглашение, мне всегда очень приятно выступать в «Полит.ру». Я выступал здесь в 2006 году и в 2008 году. И сегодняшнюю лекцию я назову также, как и тогда - «Американская экономика", но только 2013 год. Это позволяет максимально широко описать то, что сейчас происходит в американской экономике в посткризисный период. Потом я попробую сформулировать уроки этого кризиса и посткризисного развития. Уроками я считаю то, что по крайней мере, для меня было чем-то необычным, неожиданным. Затем я постараюсь представить возможное будущее, как для американской экономики, так и для глобальной, в частности, для России. В посткризисный период Америка развивалась очень неровно, неравномерно, рост был довольно слабый и неустойчивый. Обычно после рецессии экономика, накопив отложенный спрос, растет достаточно быстро, по крайней мере, в начальный период. В этот раз это не так. Кризис, который разразился в 2008-2009 году, был настолько тяжел, что вся обычная динамика посткризисного роста оказалась невозможной. Давайте посмотрим на слайд №1.   В левом верхнем углу вы видите динамику национального валового продукта США в процентах к предыдущему кварталу, пересчитанную в годовом исчислении. Она умеренная и неровная. Справа вверху показана динамика роста промышленного производства, которое растет примерно так же: не очень уверенно, не очень сильно. Что в первую очередь характеризует состояние американской экономики в посткризисный период - это ситуация в области занятости (слайд №2).   На этом графике представлены все послевоенные американские рецессии, начиная с 1948 года. Каждая из них показана особым цветом кривой. По каждой рецессии вы можете видеть как, каким темпом и до какого уровня росла безработица. Пики безработицы для каждой рецессии сцентрированы относительно единой оси, выделенной пунктиром, что позволяет сравнивать картины падения занятости во всех послевоенных рецессиях. Слева от этой оси показано количество месяцев, которые необходимы были экономике, чтобы от предыдущего пика занятости добраться до самой нижней точки потерь рабочих мест. А справа от этой оси - сколько экономике потребовалось месяцев, чтобы восстановить предкризисный уровень безработицы. На графике видно, что обычная американская рецессия проходит путь от пика занятости до нижней точки примерно за три квартала. И восстанавливается примерно так же или быстрее. Красным цветом внизу показана нынешняя рецессия. Как видите, она самая необычная из тех, что встречались в послевоенный период, - и самая глубокая, и самая продолжительная. Наверху точка ноль не обозначает, что безработицы нет вовсе. Нет, эта точка показывает наименьший уровень безработицы перед каждой рецессией. И за время рецессии безработица выросла еще на 6% с лишним. В эту рецессию безработица достигала 10%, что для Америки необыкновенно много. Прошедшие после достижения этой точки 44 месяца оказались недостаточными, чтобы восстановить предкризисный уровень безработицы. Это тяжелая, очень долговременная безработица. Может быть, она даже не циклическая, а структурная, т.е. не такая безработица, которая зависит от цикла и после кризиса восстанавливается. Структурная безработица означает, что потерянные рабочие места экономика не может вернуть из-за изменения структуры экономики. Так ли это мы пока не знаем. Пока рабочие места восстанавливаются медленно. На следующем графике показаны расходы на заработную плату в отношении к валовому национальному доходу (слайд №3).   Люди, вообще говоря, ходят в магазин не с рабочими местами. Они туда приносят деньги, заработанные на этих рабочих местах. Если создаваемые рабочие места по уровню оплаты хуже тех, которые люди потеряли до кризиса, то этот график нам немножко об этом расскажет. Новые рабочие места сейчас создаются в не очень выгодных с точки зрения заработка отраслях. Например, розничная торговля, рестораны, отели и т.д. И на графике видно, что рост рабочих мест в посткризисный период не транслируется в соотносительный рост зарплат. Но на графике видно, и что в длинной исторической перспективе для Америки характерно все меньше и меньше соотносительно платить за труд. И доля зарплаты в объеме экономики падает. Она была когда-то больше 50%, а сейчас приближается к 40%. Следующий график показывает нам ситуацию в области жилой недвижимости (слайд №4).   Как вы помните, этот кризис разразился в первую очередь именно в этой отрасли и затронул весь банковский сектор. Поэтому интересно посмотреть, что происходит с недвижимостью. Традиционно в Америке, когда заканчивается кризис и начинается новая фаза роста, ситуация в области недвижимости дает сильный толчок к развитию экономики, поскольку люди во время кризиса не очень много покупают недвижимость, и после кризиса, когда восстанавливается экономика, спрос на недвижимость растет. Представленный график показывает динамику цен на жилую недвижимость в очень длинной исторической перспективе. Здесь видно, что период роста был очень длинный и яркий, но резко закончился с этим кризисом. После чего произошло достаточно сильное падение. Сейчас этот график демонстрирует колебания конъюнктуры. С одной стороны, это означает, что уже наверняка достигнуто дно в этом падении, если не случится снова какая-либо макроэкономическая катастрофа. Наступившая стагнация весьма полезна. Стагнация означает, что кризис уже не развивается, что падение закончилось. Дальше инвесторы как бы "пробуют воду": это дно или это не дно, можно ли возвращаться в этот сектор и инвестировать сюда, или лучше подождать еще. Вы видите, что здесь обозначился такой легкий рост. Может быть, это начало нового цикла. Пока мы не знаем. Если говорить о недвижимости, то для экономики вообще ценны сделки в области жилой недвижимости, но прежде всего по продажам новых домов. Почему? Если мы перепродаем друг другу квартиры, от этого немногое меняется. А вот если люди покупают новые дома, то это означает, что нужно создать новые рабочие места для строительства этих домов, создать новые рабочие места в отраслях промышленности строительных материалов, перевозок. Потом в эти дома люди будут покупать всякие домашние приборы (плиты, холодильники, кондиционеры и т.д.), их тоже надо произвести. Продажа новых домов дает импульс развитию экономики. Вы видите, что кризис, произошедший в продаже новых домов, в Америке был очень сильный (слайд №5).   С годовых объемов 1.200.000 или 1.400.000 домов продажи упали на уровень 300.000 домов в год. И сейчас немножко поднялись до уровня свыше 400.000 домов в годовом исчислении. Конечно же, это рост, если считать от нижней точки, но относительно того, что представлял собой этот сектор в предкризисный период, это, конечно, еще очень слабый рост. Дальше мне хотелось бы вам показать несколько графиков, которые характеризуют ситуацию с долгом, накопленным домашними хозяйствами. Это еще одна болевая точка американской экономики. То, что вы видите сейчас на графике (слайд №6), - это ипотечная задолженность.   Она также очень быстро росла и, как видите, особенно в 2000-е годы просто, как на ракете, улетала вверх. Федеральный резерв очень интенсивно снижал в те годы процентные ставки до уровня 1%, а потом они очень медленно поднимались. Все это давало рост стоимости недвижимости и необходимость для людей, которые хотели ее купить, залезать во все большие и большие долги. Уровень долга достиг максимума в первом квартале 2008 года и с тех пор постепенно снижается. Как видите, снижается не так быстро, как поднимался. И сейчас уровень долга соответствует примерно 2006 году. Кроме того, здесь еще нужно принять во внимание, что домашние хозяйства могут по-разному сокращать свою задолженность по ипотечному кредиту. Если семья не может платить по ипотечной задолженности, банк забирает дом за долги и перепродает. Это означает, что семья, лишившись дома, больше по ипотеке задолженности не имеет. Поскольку безработица продолжает оставаться очень высокой, доходы населения восстанавливаются очень слабо, долги все еще огромные, то не так уж велики источники для погашения долга. Вот почему темп сокращения задолженности населения невысок. Помимо долгов ипотечных есть и потребительские долги. На следующем графике именно они и показаны (слайд №7).   Он гораздо меньше, чем ипотечный долг. Вы видите, что во время кризиса этот долг стал сокращаться, потому что банки ограничивали кредиты населению. Если население не может платить по взятым кредитам, то что уж давать новые? После окончания спада в экономике этот кредит не только восстановился на предкризисный уровень, но и ушел значительно выше. Если бы не это, американская экономика вовсе бы и не росла. Потому что в американской экономике более 70% валового национального продукта определяется потребительским спросом, остальное - это спрос корпораций и правительства. Если быть честными, то долги населения нужно мерить не только в абсолютном выражении, но и относительно роста экономики. Как раз на следующем графике эта мера и показана (слайд №8)   Поскольку после кризиса экономика худо-бедно, но подрастала, соответственно, в пропорции к росту экономики, в пропорции к валовому национальному продукту относительный уровень долгов упал до уровня порядка 83%. Это сокращение задолженности в какой-то степени обеспечено сильным снижением процентных ставок, которым занималась Федеральная резервная система. На следующем графике (слайд №9) показаны в длинной исторической перспективе процентные ставки на самый популярный ипотечный кредит - 30летний кредит с фиксированной ставкой под залог недвижимости.   Как видите, когда-то, во времена Рейгана, он достигал 18%, но с тех пор постепенно снижался. Никогда в этот период он не был таким низким, как в последние годы. На следующем графике (слайд №10) показано совокупное богатство американцев.   Что такое совокупное богатство? В Америке, сюда включается совокупное богатство домашних хозяйств и неприбыльных организаций вместе взятых. Так устроена статистика, поскольку считается, что, вероятно, благотворительная организация - это довольно часто скрытая форма ухода от налогов. В совокупное богатство включается все, чем домашние хозяйства и неприбыльные организации владеют за минусом того, что они кому-либо должны. Вы видите, что в длинной исторической перспективе это богатство росло довольно сильно и достигло уровня 69 триллионов долларов. Для того, чтобы лучше видеть, что произошло во время и после кризиса, давайте этот же график посмотрим в более спрессованной временной перспективе (слайд №11)   Потери во время кризиса составили 13 триллионов долларов. Вдумайтесь: за пару лет потерять фактически пятую часть того, что накопили все поколения американцев, - это, в общем-то, катастрофа. Кризис был действительно страшный, разрушительный. Но по счастью, есть у нас настоящие герои, которые всех или кое-кого от горя спасут. И первый из героев - председатель Федерального резерва Бен Бернанке, который напечатал столько денег, что ими не только утер слезы, когда богатые тоже плакали, но и обеспечил дальнейший рост этого богатства. С его помощью американцы за несколько лет не только восстановили потери, но и разбогатели пуще прежнего. Немножко странным кажется этот рост богатства на фоне невыразительного роста американской экономики. Вроде и рост ВНП недостаточно хорош, да и недвижимость, хоть и подросла в цене, но далека от уровней, которые были до кризиса. Откуда же тогда этот рост богатства? Статистика показывает, что главный фактор - это рост фондового рынка, рост котировок широкого спектра корпоративных акций. Известно, что Федеральный резерв может очень хорошо влиять на уровень фондового рынка. И более того, он склонен к тому, чтобы надувать новый пузырь. Это не от вредностей и злонамеренностей его чиновников под руководством Бернанке. Это популярный среди центральных банкиров способ стимулировать экономику. Логика здесь такова. Если рынок акций будет подниматься, то будет улучшаться инвестиционный климат. Будет расти уверенность, что худшее позади и можно вкладывать деньги в развитие, нанимать новых работников, обновлять оборудование. Поэтому, эмитирую денежную массу, Федеральный Резерв нисколько не против того, чтобы эти его действия приводили к росту фондового рынка, который чувствует заботу Федерального резерва первым, а реальная экономика - второй. В августовских оценках инвестиционного банка Мэррил Линч было показано, что если принять стоимость корпоративных акций в мире за 100%, то американский фондовый рынок будет добрую половину стоить. На следующем графике (слайд №12) видно, как менялась в длинной исторической перспективе стоимость фондового рынка корпоративных акций.   Хорошо видны три зубца. Первый, на рубеже 2000 года, - это тот пузырь, который называется "пузырь доткомов". Когда он был проткнут, то рынок сильно упал. Но при Буше он восстановился и достиг еще более высокой точки, которая опять-таки была сорвана последним кризисом 2008 года. Сейчас новыми усилиями Федерального резерва и этот уровень тоже превзойден. Может быть, это новый пузырь, мы этого пока не знаем. Федеральный резерв не занимается предотвращением пузырей. Он ждет, когда они сами лопнут, а потом разбирается с последствиями. В Америке распределение собственности на корпоративные акции весьма неравномерно и сконцентрировано в основном у относительно небольшой части американцев. Поэтому имущественное неравенство Америки нарастает очень быстро. Это не новое явление, а длинный тренд. И он до сих пор продолжается. Посмотрите следующий слайд (№13)   Здесь представлен график универсального показателя измерения имущественного неравенства, расчитанного для Америки, коэффициент Джини. В длинной исторической перспективе вы видите, как он возрастает от отметки 0,38 и приближается к 0,5. Уровень 0,5 вы в мире можете встретить в таких классических экономиках развитого имущественного неравенства, как Латинская Америка. Я придаю этому значение не потому, что я сторонник каких-то социалистических идей "справедливого распределения общественного продукта". Отнюдь. Я придерживаюсь того мнения, что социум - это такая равновесная саморегулируемая система, которая умеет находить тот или иной способ коррекции в распределении материальных благ. Когда я вижу, что коэффициент Джини приближается к таким уровням, я начинаю интересоваться вопросом, как это перераспределение может выглядеть в Америке (слайд №14).   Может быть, и так, что 1% американцев по богатству сопоставим с остальными 99%. И эти 99% с таким положением вещей несогласны и готовы его изменить любым доступным способом. Теперь мне хотелось бы вам рассказать о том, что происходит с расширением кредита. После рецессии Федеральный резерв обычно предпринимает усилия для того, чтобы расширить кредит и тем самым запустить новую ростовую часть экономического цикла. Но в этот раз происходит нечто нетипичное (слайд №15).   Да, конечно, отчетливо виден провал на уровне 2010 года, когда кредитование было, в общем, очень маленьким. А сейчас этот уровень восстановился на предкризисных отметках. Но дело в том, что в начале фазы подъема он должен быть существенно выше. В этом году особенно показательно, как меняется кредит. Скажем, в первом квартале он в годовом исчислении вырос на 3,5%, во втором - на 2,5%, в третьем - на 0,6%. Кредит затухает. Причем даже это кредитование происходит как бы "из под палки". На следующем графике (слайд №16) показано, какой процент кредитования является форсируемым.   Иными словами, о том, что банки не совсем добровольно предоставляют кредит. Есть у них корпоративные клиенты, с которыми заключаются долгосрочные договора об открытии кредитных линий. Когда клиентам нужны кредиты, они обращаются в банк, - и банк обязан им выдать кредит, поскольку кредитная линия открыта. Вы видите, что сейчас около 95% всех кредитов - это кредиты именно такого типа, что означает, что за пределами тех случаев, когда банки не могут отказать в кредите, они почти не кредитуют. И это несмотря на то, что Федеральный резерв предпринял "геркулесовые усилия" по расширению денежной массы и созданию условий для расширения кредитования в посткризисный период. Говорить о состоянии американской экономики и не говорить о состоянии федерального бюджета невозможно. На следующем графике (слайд №17) показаны поступления и расходы федерального бюджета США в период 2005-2013 г.г.   Синие столбики показывают поступления в бюджет, а желтые столбики показывают расходы федерального бюджета. Как видите, в предкризисный период эти поступления были меньше, чем расходы бюджета. Бюджет был дефицитным, но не так сильно, как во время кризиса. Естественно, что во время кризиса доходы бюджета падают, т.к. снижение доходов населения и бизнесов приводит к снижению массы налогов. А расходы растут, поскольку правительство участвует в стимулировании экономики. И дефицит стал расти стремительно. После того, как этот кризис завершился, ситуация нехотя, но все-таки улучшается, расстояние между этими столбиками сокращается. Все эти годы, кризис - не кризис, социальные выплаты правительства нарастают (слайд №18).   Синим цветом здесь показаны пенсии, а желтые столбики - это расходы на медицину. Самые нижние зеленые столбики - это расходы на пособия по безработице. Понятно, что они носят наиболее циклический характер. Выплаты пенсий и расходы на медицину растут вне зависимости от того, кризис или не кризис. Почему? Потому что население Америки стареет, демографический кризис уже не является категорией будущего, и будет оказывать достаточно сильное негативное воздействие на ситуацию с федеральным бюджетом. Посмотрите на ситуцию в системе социального страхования (слайд №19). Здесь показана динамика взносов в систему и платежей из нее.   Синим цветом показаны взносы в систему, а желтым - выплаты государства из нее. И в 2005 году взносы были меньше выплат из системы. Эта система уже давно дефицитна. Во время кризиса эти разрывы стали нарастать очень сильно. Ничего удивительного в том, что Америка стала набирать долги очень резво. Сейчас взносы в эту систему стагнируют, что, в общем, объяснимо при нынешней ситуации с занятостью. А выплаты продолжают возрастать, хотя уже не так быстро, как в первые годы после кризиса. На следующем слайде (№20) как раз и показан государственный долг в пропорциях к объему экономики.   Он и в абсолютных отношениях очень большой, и вырос почти что вдвое за время после кризиса. В относительном выражении, вы видите, он достиг для Америки нехарактерно высокого уровня. Сейчас он больше, чем объем экономики. И чем больше государственный долг, тем сложнее перспектива расходов на его обслуживание (слайд №21). Здесь показаны платежи по процентам за кредит.   Хотя долги выросли очень сильно, платежи более-менее находятся на малоизменяющихся уровнях. И решающее значение здесь имеют операции Федерального резерва по снижению процентной ставки. Сейчас расходы на обслуживание долга составляют порядка 415 млрд. долларов в год. И это при очень низких ставках процентов за кредит. Если представить, что вдруг закончится эта замечательная жизнь и процентные ставки начнут нормализироваться, начнут подрастать, то при нынешнем уровне долга подъем процентной ставки хотя бы на 1% означает дополнительно 170 млрд. выплат по процентам за долг. Для того чтобы почувствовать эту сумму, достаточно назвать одну цифру. Оборонный бюджет США сейчас составляет 527 млрд. долларов, поэтому достаточно поднять процентные ставки на 3%, чтобы практически перекрыть расходы на оборону США. Понятно, что при такой ситуации есть все основания тормозить подъем процентных ставок сколь возможно долго. Наверное, самое яркое явление кризисного и посткризисного периода - это расширение денежной массы (слайд №22).   Это нечто небывалое. На представленном графике можно видеть, как она постепенно подрастала и к началу кризиса составляла порядка 800 млрд. долларов. Этого было достаточно, чтобы обеспечить рост экономики и регулирования процентных ставок, достаточный доступ к кредитным ресурсам и т.д. С тех пор за несколько лет денежная масса выросла в разы. Сейчас она превышает 3,6 триллиона долларов. Как вы помните, в Америке сейчас действует Третья программа количественного смягчения (QE-3). Первая была во время кризиса в острую фазу. Она была по-своему полезна, потому что позволила ликвидировать острую панику на рынке, прекратить цепь банкротств. Финансовая система во время кризиса очень нуждается в поддержке Центрального банка. Поэтому особых возражений против операций по расширению денежной массы Федерального резерва в кризисный период ни у кого не было. Поскольку экономика дальше не особо развивалась, то последовало QE-2, сейчас - QE-3. QE-3 - открытая программа, т.е. программа, в которой заранее не оговорены ни общие объемы расширения денежной массы, ни продолжительность операций. Она еще не закончена, поэтому об ее эффективности пока рано говорить. Программа QE-2, «количественное смягчение-2», которая состояла из пакета стимулирования в 600 млрд. долларов, закончилась, и ее эффективность посчитали сами же сотрудники Федеральной резервной системы. Эффективность оказалась на удивление маленькой. Истратив 600 млрд. долларов, Федеральная резервная система сумела обеспечить рост экономики на 0,13% и поднять инфляцию на 0,03% - совершенно маленький, ничтожный результат. В таких случаях утешают утверждениями типа "а если бы мы эту программу не реализовали, то было бы еще хуже". Кто знает? Эмитируя денежную массу, Федеральный Резерв скупает в первую очередь у банков правительственные и ипотечные облигации. Что же банки делают с полученными таким образом деньгами? На следующем графике (слайд №23) сопоставлены две кривые.   Красным показана расширяющаяся денежная масса, а синим показаны избыточные резервы банков. Вы знаете, что есть обязательные резервы, которые коммерческие банки должны держать на балансе Центрального банка на случаи потерь для защиты их вкладчиков. До кризиса у банков практически не было никаких дополнительных депозитов в Федеральной Резервной Системе сверх обязательных резервов. Для банков деньги - это их производственный инструмент, с помощью которого они зарабатывают свою прибыль. Естественно, они, заботясь об эффективности использования своих денежных ресурсов, старались максимально кредитоватьэкономику. Но с началом кризиса поведение банков изменилось и у них появились и стали быстро расти избыточные резервы. На графике видно, как синхронно меняются эти две кривые. Подрастает денежная масса и синхронно подрастают избыточные резервы, потому что эти деньги в экономику не идут. Чем объяснить это изменение поведения банков? Во-первых, банки понесли достаточно серьезные потери во время кризиса и большого аппетита на риски нет. Во-вторых, встает вопрос: а кого им кредитовать? Корпоративный сектор купается в деньгах, особо в кредитах не нуждается. Понятно, что когда деньги дают почти что даром, он увеличивает свои запросы на кредиты. Но им не так много надо. Население кредитовать? Оно еще не рассчиталось по прежним долгам. Наращивать ему кредит не так-то просто и безопасно. Да, небольшой рост потребительского кредита банки профинансировали, но этим и ограничились, а по ипотеке долги продолжают сокращаться. Поэтому банкам особо некого кредитовать. Кроме того, есть еще один фактор, я вам его сейчас вам покажу. На следующем графике (слайд №24) показана процентная ставка, которую Федеральный резерв платит на эти избыточные резервы.   Когда кризис начался, Бернанке очень боялся, что вот, сейчас он запустит печатный станок, "напрудит" денег, и как он потом эти деньги будет из экономики изымать? У него из-за этого было очень сильное беспокойство. Он говорил, что из-за этого плохо спит. Его можно понять. И тогда же, в 2008 году, он через Конгресс провел законопроект, наделивший Федеральный резерв правом выплачивать процент на депозиты банка. Думалось, что регулируя этот процент, он будет удерживать банки от избыточного кредитования экономики, которое опасно, потому что может привести к бешеной инфляции. Тогда он установил эту процентную ставку и выплачивает 0,25% на избыточные резервы. Много это или мало? В нынешних условиях это даже много, потому что эффективная ставка федеральных фондов сейчас 0,08%. Банки ничего не делая и имея деньги, которые Федеральный резерв закачал в систему и держал у них на счете, получают в 3 раза больше без всяких рисков. Получается своего рода шизофрения у Федерального резерва. С одной стороны, он расширяет денежную массу для того, чтобы расширить кредит, с другой стороны - сам же сдерживает расширение кредита, устанавливая процентную ставку много выше, чем на минимально рискованные рыночные активы. Не удивлюсь, если приходом нового председателя Федерального резерва эта кредитная процентная ставка понизится, или упадет до 0, или до уровня того, что платят на рынке. В этой связи следует обратиться к истории этого года, когда весной Бернанке выступил и сказал, что, вообще говоря, Федеральный резерв подумывает о том, чтобы несколько сократить программу расширения денежной массы. Этого было достаточно, чтобы рынок отреагировал исключительно нервно. По всему миру рынки "посыпались", потому что началось бегство капитала. Если Федеральный резерв прекращает эту райскую жизнь, расширение денежной массы, то идет приспособление рынка к будущему, когда эта раздача "подарков", по крайней мере, ограничивается. А на самом деле надо ждать, что после ограничения она заканчивается совсем. Рынок очень сильно поднял доходность облигаций, в том числе, как вы видите, 30-летних ипотечных облигаций (слайд №25).   Обратите внимание на резкое возрастание доходности этих ипотечных облигаций в правом нижнем углу графика. Реакция рынка была, как если бы Бернанке не просто заявил о намерении медленнее наращивать денежную массу, а и выполнил уже это намерение. Одного слова председателя Федерального резерва оказалось достаточно, чтобы условия кредитования резко ухудшились. И не просто ухудшились. Подъем процентных ставок удорожил финансирование сделок по приобретению недвижимости. Начавшаяся было положительная динамика на рынке недвижимости стала стагнирующей. После этого Федеральный резерв предпринял целую PR-кампанию, чтобы объяснить рынкам, что не все так страшно, и вы нас неправильно поняли. Мы не то имели в виду. Кконечно же, наши действия будут зависить от перемен в экономике. И, может быть, мы вообще ничего не будем делать. Как вы видите, рынок понизил эту возросшую доходность облигаций, но не вернул ее туда, где она была. Рынок ждет, что если не сейчас, то через месяц, через три месяца Федеральный резерв вернется к этой угрозе и будет сокращать свои активные операции с денежной массой. Буквально пару недель назад прошло несколько сообщений от крупных банков в этой связи. Такой крупный американский банк как Bank of Americaобъявил, что до конца года сокращает 4 000 сотрудников в отделении ипотечного кредитования. Как вы понимаете, когда рынок недвижимости растет, никто не сокращает этих работников. Наоборот, нужно новых набирать. 2,3 тысячи человек собирается сокращать другой очень крупный американский банк "Уэлш Фарго". Самый крупный - J.P. Morgan - объявил, что в следующем году его ипотечное подразделение сократится на 15 000 человек. Как видите, банки ничего хорошего не ожидают. В завершение обзора ситуации в денежно-кредитной сфере, хочу показать вам еще один слайд (№26)   Здесь показан уровень наличных средств на счетах крупных банков. Как видите, в 2013 году ситуация изменилась. Несколько лет подряд банки держали наличными примерно один и тот же уровень средств, а сейчас начали их резко наращивать. Можно сказать, удвоили их. Ничего удивительного. Если Федеральный резерв собирается умерять свою денежную агрессию, облигации, как правительственные, так и ипотечные, становятся не очень надежным местом вложения капитала. И наличные в этой ситуации лучше. Для тех, кто хотел бы вложить свои средства в подобные облигации, стоило бы посмотреть на этот график. После кризиса мнению банков о рискованности вложений стоит доверять. Обзор состояния американской экономики я на этом завершу и дальше хотел бы вам сказать об уроках, которые можно из этого кризиса извлечь. Первый урок - опасно подходить к такому кризису с высокими государственными долгами. Потому что во время кризиса они начинают расти очень быстро, просто кратно. В Америке они удвоились. В Европе, вы видели, тоже очень страшная динамика. Вопросы финансирования и рефинансирования государственного долга очень нелегко решать в таких условиях. Не все же обладают американской привилегией быть эмитентами мировой резервной валюты. Второй урок, который мы можем вынести из этого кризиса, - это очень тесная связь между правительством и банками. Она определяется не только тем, что банки во время финансового кризиса нуждаются в поддержке государства, что вытекает из конструкции денежной системы с частичным резервированием. Кроме того, их отношения характеризуются ситуацией кроссхолдинга: банки держат у себя на балансе облигации правительства, а правительство одалживает деньги банкам. Получается взаимная зависимость. И, не дай Бог, если с банками что-то случится. Тогда что-то случится и с государственным долгом. В Америке это еще было не так ярко, как в Европе. Третий урок состоит в том, что во время кризиса очень сильно возрастает роль центрального банка. В Америке достаточно быстро исчерпались возможности федерального правительства по стимулированию экономики. С такими долгами не особенно постимулируешь. Если все же надо оказывать стимулирующее воздействие на слабую экономику, приходится обращаться за ресурсами к центральному банку. Тем более, что это не настолько демократическое учреждение. Это Конгресс состоит из противоборствующих друг с другом партий, которые оппонируя друг другу, соответственно, сдерживают друг друга в расходовании государственных средств. А в Федеральной резервной системе никаких партий нет. Это технократический кабинет, который достаточно свободен в принятии решений. Есть, конечно, своя политическая ответственность, свои политические ограничения, но, тем не менее, он более свободен, чем Конгресс или правительство, в стимулировании экономики. И потому его и без того немалая роль и значение во время кризиса сильно возрастают. Еще один урок состоит в том, что монетаристская техника, действие которой мы увидели во время кризиса, не одинакова по своему проявлению. Во время острой фазы монетаристские операции Федерального резерва действительно оказались эффективны, что и следует признать. Действительно, удалось блокировать этот кризис, и хотя Lehman Brothersскончался, но больше никому пропасть не дали из крупных китов. Поэтомукупирование кризиса средствами монетаристской политики Федерального резерва оказалось успешным. Но вот все, что было потом, вызывает другую оценку. Монетаристская техника не работает, как метод стимулирования экономики. Также монетаризм не имеет рецепта улучшения структуры экономики. Еще один удивительный урок, вытекающий из кризиса и посткризисного периода - это необозримость пределов расширения денежной массы. Денежная масса за короткий период выросла с 0,8 триллиона долларов до 3,6 трлн.долларов. И ничего страшного пока не случилось. При этом ни одно пророчество галопирующей инфляции, как следствия подобной беспримерной эмиссии, не подтвердилось. Причину отсутствующей инфляции мы уже разбирали. Для того, чтобы получить высокую инфляцию, мало запустить печатный станок. Необходимо, чтобы коммерческие банки, к которым попадают вновь созданные деньги, отправили их в экономику, кредитуя нефинансовый сектор. А поскольку кредит расширяется после кризиса невыразительно, то созданная денежная масса оседает на принадлежащих банкам депозитных счетах эмитировавшей ее Федеральной Резервной Системы и инфляции нет. Но тогда в чем же полезность этой эмиссии? Среди прочего в том, что Федеральный Резерв может скупать в огромных количествах облигации правительства, делая рефинансирование государственного долга малозависящим от национальной и глобальной экономической динамики. До кризиса надо было считать, сколько Америка отправляет рабочих мест в Китай, как это влияет на формирование потока долларов, которые у Китая скапливаются, сколько долларов он сможет отправить обратно в Америку и купить американские облигации. Отправленные в Китай и полученные обратно доллары позволяют рефинансировать американский государственный долг. А теперь покупки правительственых облигаций Федеральным Резервом делают не столь уж важным вопрос, что там покупает Китай и все остальные. Еще один урок этого кризиса - усиливающееся расхождение интересов государства и корпоративного сектора. Корпоративный сектор сейчас пребывает в блестящем финансовом состоянии, чего нельзя сказать о государственных финансах. Государственный долг и в Америке, и в Европе, и в Японии, и во всем развитом мире огромный. Раньше всегда считалось, что правительственные облигации - это облигации, свободные от риска. По этой причине все процентные ставки всегда традиционно складываются от правительственных облигаций. Ну скажем, доходность облигаций испанского правительства должна быть ниже, чем доходность облигаций, выпускаемых испанскими компаниями. Почему? Потому что правительство может реально отвечать по своим обязательствам не только собственным имуществом или потоками налогов, но и не своим имуществом, имуществом и доходами резидентов своей налоговой территории. Например, оно может изменить законодательство и увеличить налоговые сборы, или ввести новые налоги. В эпоху глобализации, когда преимущественным типом крупных корпораций стали транснациональные корпорации, их денежные средства более не концентрируются в штаб-квартире. Они могут находиться где угодно. Сейчас за пределами Америки корпорации держат гораздо больше денег, чем в пределах Америки. Еще в 2008 году я написал статью в журнале "Эксперт", где затронул вопрос об экономических доктринах американских политических партий. Традиционный подход республиканцев состоял в необходимости поддержки национальных корпораций, рассчитывая на то, что государственные меры стимулирования приведут к повышению инвестиционной активности корпораций, к созданию ими новых рабочих мест. Мне казалось и кажется сейчас, что все это совершенно устарело. В эпоху глобализации, думая что вы стимулируете американскую экономику, на самом деле вы стимулируете рост заказов в Китае, где происходит создание новых рабочих мест для их выполнения. Когда доля внешней торговли расширяется с 10% до 30% и дальше, экономика становится принципиально открытой, и старые механизмы стимулирования не работают. Поэтому связь и сочетание интересов между американскими корпорациями и американским правительством начинают расходиться. * * * * * * * Какой образ будущего вырисовывается, исходя из всего вышесказанного? Одна из особенностей ситуации, в которую попала сейчас Америка и которая будет постоянно давать о себе знать в дальнейшем, - это утрата рычагов воздействия на экономику. Бюджет, как я говорил, при достигнутом уровне государственных долгов уже мало кого может стимулировать. Он сам нуждается в том, чтобы находились ресурсы для рефинансирования долга, а помогать другим уже трудно. Федеральная резервная система может накачивать денежную массу, но, как мы видели, она не приводит к какому-то особенному росту экономики. Да, она прекращает панику, но не приводит к росту. С утратой возможности для государственного стимулирования любой следующий кризис будет особенно чувствительным для экономики, потому что за десятки лет все привыкали к тому, что если что-то не так, правительство и монетарные власти позаботятся, они простимулируют, они дадут какую-то анестезию. Но в том-то и дело, что следующий кризис может происходить без какой-либо анестезии или с анестезией, которая никакую боль не утишает, а значит риски дестабилизации в будущем в этом смысле возрастают. Другая вещь, касающаяся будущего, опять же связана с монетарнойполитикой Федерального резерва. Стоило только заикнуться о возможном ограничении роста денежной массы и немедленно последовала реакция рынков во всем мире и ухудшила экономическую ситуацию в Америке. И ведь это только устно заявленное намерение! А что будет, когда это намерение осуществится? Федеральный резерв пока из месяца в месяц откладывает начало конца этого монетарного расширения. Когда он сократит эти закупки облигаций, как рынок это будет переживать? А когда он прекратит эти закупки, расширение денежной массы совсем прекратится, как это отразится на рынках и экономике в целом? А когда-то Федеральный Резерв начнет сокращать свой накопленный портфель правительственных и ипотечных операций и, получая оплату за их продажу, начнет ликвидировать создаваемую сейчас денежную массу? Как экономика будет реагировать на сжатие денежной массы? Все видели как болезненно проходили программы строгой экономии в Европе. Эффект должен быть похожим Трудно себе представить, как загнать этого монетарного джинна в бутылку. Но может быть и не надо так драматически возвращать все на круги своя, сокращая денежную массу до предкризисного уровня? Ведь нынешнее положение вещей не демонстрирует пока какой-либо внятной угрозы финансовой стабильности. Такую логику рассуждений можно часто слышать в наши дни. И действительно, резкая реакция рынков в этом году на угрозу постепенной стабилизации денежной массы показала какой опасной может быть нормализация денежного обращения. И все же, чтобы согласиться с таким подходом, следует ответить на один вопрос: как без резкого сокращения денежной массы вернуть действенность обычным процедурам монетарного регулирования через установление ставок процента по федеральным фондам? Наверное, стоит напомнить, что изменение процентных ставок Федеральным Резервом происходит не административно, а путем рыночных операций, когда менеджеры Федерального Резервного Банка Нью-Йорка по поручению Совета Управляющих Федеральной Резервной Системы покупают или продают правительственные облигации, способствуя тем самым движению процентных ставок вниз или вверх. Но для того, чтобы эти операции были эффективны как раз и нужна нормализация денежной массы. Если денег в системе будет слишком много, то процентные ставки вряд ли сдвинутся с места. С подобной ситуацией Федеральный Резерв уже столкнулся 10 лет назад, когда на его объявления о повышении процентной ставки рынок как будто не обращал внимания. Тогдашний Председатель Федерального Резерва Алан Гринспен говорил, что по его мнению рынки ведут себя загадочно. А тогдашний еще рядовой член Федерального Резерва Бен Бернанке объяснял, что ничего загадочного в поведении рынков нет, т.к. просто наблюдается избыток сбережений, вызванный активной политикой аккумуляции долларовых резервов со стороны развивающихся стран. И именно по этой причине Федеральный Резерв запаздывает с повышением процентных ставок, т.к. избыток сбережений, избыток денежной массы блокируют меры монетарных властей. Возвращаясь из этого недавнего исторического экскурса в наше время, следует подчеркнуть, что без нормализации денежной массы ситуация может повториться, но уже в куда более опасных масштабах. Вот и получается, что загнать обратно в бутылку монетарного джинна трудно, на это, может быть, уйдут годы. Но и оставлять столь раздутой денежную массу тоже опасно. Характеризуя сложившееся положение можно сказать, что мы живем в сугубо экспериментальной экономике. Никогда в такой не жили, поэтому ее никто не понимает. Все теории, которыми пользовались для понимания различных состояний экономики, к этой экономике не очень-то относятся. Строго говоря, непонятно, кто же теперь профессионал в области экономики? Те, кто таковыми являются по образованию и роду занятий, не имеют опыта работы с такой экономикой. Похоже, мы все возвращаемся в первый класс. Говоря о будущем, следует вернуться к ситуации с государственным долгом США. Если трезво смотреть на дело, этот долг выплатить нельзя. Поскольку объем долга сейчас примерно соответствует масштабу американской экономики, то сокращение долга хотя бы на 10% будет означать гораздо более сильный спад, чем во время последнего кризиса. И этот спад вызовет глобальную рецессию. Кроме того, выплачивать полностью или даже большей частью этот долг необязательно. Ведь и по сию пору вся мировая валютная система построена вокруг доллара США. Это означает, что если Россия, страны Юго-Восточной Азии, или Китай хотят иметь какие-то долларовые резервы, долларовые сбережения, у кого-то должен быть их дефицит. И даже точно известно, у кого - у Америки. Но все-таки одно дело, когда какое-то, пусть даже растущее количество долларов находится у нерезидентов, и другое дело, когда система выходит совсем из каких-либо представлений о равновесии. Само представление о том, каков должен быть уровень американского государственного долга, тоже плывет, оно тоже находится в развитии. Еще недвано была популярна точка зрения, что государственный долг не должен превышать 90% объема валового национального продукта, ибо такое превышение чревато долговременной стагнацией экономики. В процессе дальнейшей эволюции воззрений на сей предмет можно представить, что достаточно консервативным окажется подход, состоящий в том, что государственный долг не только не следует сокращать, но что он должен расти и дальше, но не быстрее, чем темп роста экономики в целом. А более агрессивным будет считаться подход, призывающий не обращать внимание на какие-либо ограничения и наращивать денежную массу быстрее, чем темп роста экономики для того, чтобы ускорить этот рост, преодолевая стагнацию. Подобные разговоры уже вовсю ведутся. Уолл-стрит с большим вниманием склоняет ухо к устам тех, кто выступает с наиболее агрессивными предложениями на эту тему, как например, такие довольно титулованные экономисты, как Майкл Вудфорд, или Адэр Тернер. Если вписывать происходящее в более широкий исторический контекст, то я рискну предположить, что мы имеем дело с растянутым во времени завершением истории мировой валютной системы, построенной на долларе, который не обеспечен ничем, кроме мощи американской экономики. Послевоенное Бреттон-Вудское соглашение установило мировой порядок, где доллар обеспечивался золотом, а все остальные валюты привязывались к доллару. Им необязательно было иметь золото. Достаточно лишь поддерживать стабильный обменный курс с долларом. В начале 70-х годов эта система радикально изменилась. Во время президенства Никсона было объявлено примерно следующее: "Правительство США более не разменивает доллары на золото. Вам не нравится доллар? Прекрасно. Ваше право его не покупать. Но если вы верите в силу американской экономики, в ее мощь, в ее передовые позиции в мире, вкладывайте свои сбережения в доллар ". Люди в возрасте, наверное, помнят, что когда-то и купюра достоинством в 10 рублей имела надпись, что рубль обеспечивается всем достоянием Советского Союза, в том числе золотом, драгоценными металлами и так далее. Это была надпись в стиле доллара времен Бреттон-Вудса. Теперь этого нигде больше не существует. Впрочем, и в Советском Союзе реально вы же не могли пойти в банк и получить золото по своему червонцу! Но вернемся к доллару. После того, как в начале 70-х годов началась эмиссия доллара, необеспеченного золотом, очень многие параметры денежной массы, кредитов, долгов стали коренным образом изменяться. И меня не покидает ощущение, что этот период, начавшийся 40 лет назад, мы изживаем. Не то что это немедленно, сейчас закончится. Нет, но мы приближаемся к концу этого периода экономической истории. И если это так, то это означает не только кризис сложившейся мировой валютной системы, основанной на необеспеченном золотом долларе. Это еще и конец экономической теории, которая обслуживала эту фазу экономической истории, это конец монетаризма. Я ни в какой мере не хулитель монетаризма, как экономической теории. Наоборот, считаю что он оказался исключительно состоятельной, эффективной экономической теорией, которая особенно в эпицентре валютной системы, в Америке, позволила получить массу всяких экономических благ. И она, кстати, оказалась очень практичной, потому что позволила сформулировать вполне утилитарные техники управления денежной массой, управления процентной ставкой и, что самое главное, управления экономическим циклом. Монетаристская техника позволяла очень сильно раздвигать границы ростовой фазы экономического цикла, сокращать и смягчать фазу кризиса. Разумеется, любая успешная теория стремится постулировать свою вечность и непреложность для любых состояний экономики. Но мне кажется, что это не так. Монетаризм, как система экономических взглядов и вытекающих из них практических рекомендаций, эффективен лишь при определенных условиях. Мне кажется, что неудачи Федерального резерва в посткризисный период по использованию монетаристской техники для воздействия на экономический цикл как раз и характеризуют, может быть, начало конца монетаризма, как практической теории, обслуживающей экономическую политику. Может быть, я неправ, это мое предположение. Если завершается эта 40-летняя история, то под моинение попадает само понятие резервной валюты. Конечно, может будет другая резервная валюта. Многие поглядывают на юань, и китайские власти делают очень многое для того, чтобы сделать его международной валютой. За последние годы они приложили для этого много усилий. Но недостаточно сделать юань распространенной валютой. Для того, чтобы юань выполнял роль резервной валюты, нужно иметь глубокие финансовые рынки, в которых можно оперировать с этой валютой, нужно иметь очень разные рыночные инструменты, нужно иметь развитое коммерческое право и совершенно независимый суд, чтобы инвесторы чувствовали себя безопасно, делая сбережения в юанях или оперируя через юань по всему миру, и так далее. Но может быть, никакой особой резервной валюты в будущем и не будет, и то, с чем мы имеем дело сейчас, относительно недавняя история. Если вы посмотрите на период до 1997-го года, когда разразился азиатский кризис, такого накопления долларов в мире не было. Это не было даже характерным признаком экономического поведения. Когда разразился азиатский кризис, слабость валют стран Юго-Восточной Азии стала предметом спекулятивной атаки, очень тяжелого кризиса в этом регионе. И страны Юго-Восточной Азии, а также многие другие страны стали накапливать доллары в посткризисный период для того, чтобы укрепить национальные валюты, защитить их от таких набегов, чтобы поднять статус национальной валюты и сделать устойчивыми свои внутренние финансовые системы. До этого момента такого роста долларовых сбережений нерезидентов не было. А следовательно, может и не является такой уж необходимостью накапливание долларов? Посмотрите на Банк Англии, Европейский Центральный Банк. Почему они не накапливают доллары? Потому, что эмитируемые ими валюты пользуются заслуженным или даже неоправданно высоким доверием инвесторов. Но глобальная ситуация заметно изменилась за истекшее десятилетие и вполне нетрудно себе представить существенные перестановки в рейтинге репутации различных национальных валют. И если глобальное ребалансирование экономики приведет к устойчивому автономному от США и Западной Европы росту экономик ряда развивающихся стран, то поднимется и рейтинг их валют. А значит, исчезнет и побудительная причина к приобретению и сохранению долларовых сбережений. Когда и если это произойдет, и положение доллара, и его обменные курсы, и оценка американских акций и облигаций, включая правительственные, может претерпеть существенные и болезненные изменения. Для развивающихся стран, включая Россию, кризисный период воспринимался, как нежелательное, но неизбежное в рамках капитализма явление. Мол, ну вот, да, кризис, бывает, пройдет и возобновится рост пуще прежнего, как это всегда было. Это представление было совершенно неверным. Неверным потому, что аномалией являлся не кризис, аномалией являлся докризисный рост в нулевые годы. Такой рост может продолжаться только недолго, лишь несколько лет. После кризиса вернуться к прежнему положению вещей невозможно. Осознать это у многих правительств в развивающихся странах занимает много времени. Но еще труднее сделать из этого осознания соответсвующие выводы. В период нулевых годов, на фоне быстрого роста многие развивающиеся страны, и Россия в том числе, надавали очень много социальных обязательств. Часть этих обязательств была выполнена и легла определенным бременем на государственные бюджеты. Часть обязательств еще только сформулирована и стала программой предвыборных обязательств властей. И если прежний докризисный рост не возобновляется, то отвечать по накопленным и будущим обязательствам особенно-то нечем. Перспектива выглядит куда бледнее, чем ожидалось. Это создает "окно возможностей" для любых оппонентов действующих властей. Они могут ударяться в какой угодно популизм, пытаясь заработать политические очки. Соответственно, и действующее правительство точно так же соревнуется с ними в популизме, просто чтобы не потерять власть. Поэтому посткризисный период - это и осознание того, что впереди не все так красиво, как ожидалось, и постепенное признание реальности. Вы видели, как прокатилась в последние годы целая волна недовольства именно в тех странах, которые особенно хорошо росли в предкризисный период, исключая Китай (где, в общем, не особенно попротестуешь). Но в целом ряде стран, как например, в Бразилии, Индии, Турции, России неудовлетворенность населения, ожидавшего "продолжения предкризисного банкета", недовольство нарастало и выливалось в какие-то протестные формы. У меня нет оптимистического сценария для развития в ближайшие годы, и, прежде всего, потому что за этот длинный период, может быть, не все 40 лет, но последние 20 точно, - монетаристская техника была освоена так, что роль кризиса, которая, вообще говоря, в экономическом цикле очень важна и позволяет экономике очищаться от "шлаков", очищаться от неэффективных бизнесов, неэффективных рабочих мест и приобретать хорошую спортивную форму, жилистость, эти кризисы купировали раз за разом. В результате проблемы не решались, они переносились на будущее, они усугублялись по ходу. Вы видите, что американский долг, который перед кризисом нарастал очень быстро, за что Буша ругали, несопоставимо маленький по сравнению с тем, каким он стал сейчас. Так что проблема только усугубилась, и это довольно типичная ситуация. В этом непростом мире и для России, в общем-то, риски будут нарастать. Понятно, что пока Китай создает новую экономику, особенно востребованы всякие природные ресурсы, и у России, как поставщика миру энергетических ресурсов и таких инвестиционных товаров, как черные металлы, блестящая конъюнктура. В период, когда такого инвестиционного роста в мире не предполагается, а, наоборот, впереди у Китая достаточно трудная и опасная перестройка модели роста, переход с экспорта на внутреннее потребление, мировая конъюнктура для России может быть рискованной. Это может отражаться на котировках цен на энергетические ресурсы. Возможные финансовые потрясения, которые я попробовал описать, могут сказаться на накопленных валютных резервах России не только в результате какой-то девальвации доллара, если таковая случится, но и потери курсовой стоимости тех бумаг, в которые валютные резервы вложены. Если Россия покупает, скажем, американские правительственные облигации, а эти облигации падают в цене, то естественно, что Россия несет портфельные потери. Ухудшение торгового баланса для России особенно чувствительно, поскольку в России торговый баланс сильно влияет на государственный бюджет, что повышает риски устойчивости российского бюджета даже при накопленных валютных резервах. С другой стороны, ослабление западных экономик представляет для России редкий шанс использовать свое положение и в экономическом, и в политическом пространстве. Поскольку Россия не интегрировалась в европейскую экономику и обладает самостоятельной валютой, она не переживает так сильно те проблемы, которые переживает сейчас, скажем, Европа. И население России не так обременено долгами, как в западных странах. В этом смысле Россия может выиграть, как привлекательная экономика на перспективу. Другое дело, что институциональное устройство России таково, что она может и не воспользоваться тем шансом, который ей выпадет, но все же такой шанс ей будет предоставлен. Когда в Европе бушевали мировые войны, Америка находилась на периферии, и блестяще воспользовалась этой исторической возможностью для того, чтобы выдвинуться на авансцену экономического развития и стать не просто первоклассной экономикой, но и супердержавой. Этот шанс у России есть; сможет она им воспользоваться или нет, я не знаю. Спасибо вам большое за внимание и долготерпение. Обсуждение лекции Борис Долгин: Спасибо большое. Первый вопрос. Вы во многих случаях, комментируя графики и делая прогнозы, опирались на как будто бы интуитивно понятные закономерности. В какой степени вы при этом опираетесь на какую-то экономическую теорию? Вообще, дает что-то современная экономика, наука последних лет, в понимание того, что происходит? Леонид Вальдман: Знаете, я в жизни много всяких теорий изучал, какие-то мне нравились больше или меньше, но я всегда удерживался от влюбленности в какую-либо из них, потому что, как когда-то говорил Гете, "Теория - это очки, через которые вы смотрите на мир". Я боюсь, как бы я не надел какие-то очки, которые бы мне давали искаженное представление об этом мире. Мне непонятно, какой теорией я пользуюсь. Борис Долгин: Ведь не бывает никакого взгляда вне призмы; вы все равно смотрите через какое-то, может быть, недосформулированное, но некоторое свое представление, как это устроено, - вот что это за представление? Леонид Вальдман: Тогда, значит, я всеяден, ем из всех кормушек, из кормушек всех экономических теорий и стараюсь разглядывать то, что у нас перед глазами. Не знаю, насколько это хорошо получается. Я скажу, как я себя проверяю. Я много в жизни делал ошибок, но в какой-то момент у меня сложилась картинка экономического процесса, которая позволяла мне делать какие-то прогнозы. Если мой прогноз оказался верен, то значит верной была и моя картинка экономического процесса. Если прогноз не сбывается или сбывается отчасти, я обязан произвести ревизию своей картинки. И в общем, пока мне не приходится делать какой-то кардинальный пересмотр своей картинки. Но было много такого, что потребовало ее дальнейшего развития, совершенствования и коррекции. Отчасти, я рассказывал об этом сегодня, разбирая уроки прошедшего кризиса. Борис Долгин: Вы собираетесь ее как-то попробовать сформулировать, как некоторое теоретическое основание, которое проверяется тем, что оно работает прагматически, совершенствуется и так далее, но, наверное, это можно попробовать сформулировать? Леонид Вальдман: Можно, но я, наверное, не стану этим заниматься. Борис Долгин: Хорошо. Вопрос второй. У вас была картинка, кадры "Оккупай Уолл-стрит". Вы говорили о том, что существует и такой, альтернативный, взгляд, подход. А в чем суть этого альтернативного подхода? Леонид Вальдман: Альтернативного подхода нет. Просто, когда у вас нарастает практически непрерывно кризис, социальные риски тоже нарастают. Я очень хорошо вижу, живя в Америке, как совсем богатые люди не видят никакого смысла в деньгах, которые они зарабатывают, т.к. эти деньги не обслуживают уже никакие их потребности. Они в возрастающей степени отправляют эти деньги на благотворительность. А с другой стороны, растет спектр тех, кто проигрывают в таком процессе распределения материальных благ. Здесь и нарастающая бедность, переход среднего класса во что-то ниже среднего, ухудшение состояния американских городов, ухудшение состояния американской федеральной инфраструктуры. Америка все больше и больше становится отсталой страной, хотя продолжает оставаться самой крупной и в перспективе динамичной экономикой в мире. Борис Долгин: А как это можно сделать иначе? Леонид Вальдман: Не знаю. Я только знаю, что социум - это такая равновесная система, которая найдет способ себя отрегулировать, отрегулировать распределение материальных благ. Если это распределение уходит в экстремум, то социум найдет способ поправить. Скорее всего, это означает выдвижение в Америке каких-то популистских партий. Скажем, Республиканская партия, которая достаточно сильно лидировала при Буше, породила внутри себя, то что называется TeaParty, тоже вроде бы консервативное по направленности общественное крыло, но явно направленное не только против либералов, но и крупного капитала, особенно финансового. Или другой пример. Обама, как вы видите, ищет способ введения системы социальной системы здравоохранения. Почему? Потому что до Обамы страна с 300-миллионным населением имела 47 миллионов человек без какой-либо медицинской страховки. И это не мигранты, это граждане без нормального доступа к системе здравоохранения. Понятно, что это аномалия. И понятно, что она порождает движение за социализацию медицины, которое дает политическому лидеру, его продвигающему, победу на выборах, и повторную победу на выборах. Вот, пожалуйста, как социум себя корректирует. А что он будет делать с распределением денежного дохода? Что-нибудь еще, но будет искать выход. Борис Долгин: Спасибо. Оставшиеся 3 вопроса я буду уже чередовать. Константин Иванович: Спасибо за очень хорошую лекцию. Особенно мне понравился конец, где нужно экономистам, как вы рекомендуете, пойти в 1-й класс. Тут я наткнулся на интересную информацию. Были в свое время опубликованы IQ президентов США - наши сведения, о наших руководителях, конечно, засекречены, - если наложить на кризисы IQ экономистов и руководителей финансовых структур, то пробовал ли кто-нибудь обнаружить связь между этими вещами? Леонид Вальдман: Мне кажется, это, в общем-то, не так важно. Не то, что можно кого угодно посадить на верхнюю позицию. Но если, скажем, мое предположение о том, что заканчивается 40-летний цикл, верно, то вы можете посадить президентом любого, пусть самого гениального человека и он не сможет исправить это положение. Да, будет что-то отличаться, выигрывает выборы Обама или Ромни. Может быть, это на чем-то скажется, но не радикально, и не только в Америке, а и по всему миру. Если мы имеем дело с проблемами, которые носят такой эпохальный характер, учет IQ здесь не поможет. Константин Иванович: Тогда такой вопрос. Глупеют экономистыили становятся умнее? Леонид Вальдман: Они умнеют.Я знаю огромное количество американских экономистов, которых мне читать очень интересно. Я считаю их намного умнее себя и мне интересно у них учиться. Там есть у кого учиться и в академической науке, и в бизнесе. В Федеральном резерве есть блестящие специалисты, очень эрудированные. Дело в другом. Мы переживаем кризис парадигмы, как мне кажется, и в этом смысле все накопленные экономическое знания находятся под пересмотром. Поменять сейчас что-либо трудно. Вот скажем, я выступаю сейчас с текущей критикой монетаризма, как экономической теории, но мне нечего предложить взамен. Эта парадигма, может, изживет себя, и вместо себя что-то выдвинет, но пока не видно ничего, что может прийти ей на смену. Борис Долгин: А если говорить не об основах анализа, не о теории, а все-таки о том, что, на ваш взгляд, может быть фактором роста? Вы показали, насколько мало содействует накачка экономики деньгами, а есть у вас гипотеза? Леонид Вальдман: Это, в общем-то, даже совсем нетрудно предположить. Что в этом посткризисном периоде не произошло так это расширение кредитования. Отчасти оттого, что финансовое регулирование сдавило банки. Отчасти оттого, что банки понесли очень сильные финансовые потери и "зализывают раны". Отчасти это произошло оттого, что Федеральный резерв одной рукой их стимулировал, другой дестимулировал. Дело в том, что в отсутствии инфляции ничего удивительного нет, потому что эта система как бы двухкамерная: Федеральный резерв должен создать дополнительную денежную массу, а банки должны эту денежную массу пустить в экономику. Если первое происходит, а второе не происходит, нет ни роста, ни инфляции, и это именно то, что мы имеем сейчас. Банки, как я говорил, сейчас, в 3-м квартале, вырастили кредитную массу на 0.6%, и это просто не рост, а Федеральный резерв каждый месяц по 85 миллиардов, т.е. по триллиону в год в систему запускает. Борис Долгин: Иными словами, продолжение накачки, но ослабление регулирования? Леонид Вальдман: Если банки воспользуются этим. Борис Долгин: А как стимулировать банки, что бы они воспользовались этим? Как не дестимулировать, вы обозначили, чуть меньше зажимать, а как стимулировать? Леонид Вальдман: Стимулировать, опять же, легко. Например, понизить до нуля ставку процента по депозитам банков на избыточные резервы, составляющую сейчас 0,25 %. Это первое. Второе, понизить для них обязательные резервы. Это вы знаете, как кредитный мультипликатор работает. И кредит может расшириться. Не обязан, но может. Третье - это то, что делает сейчас Федеральный резерв, "выдавливая" банки из всех безрисковых активов. Если Федеральный резерв покупает все больше и больше правительственных облигаций у банков, у них остаются на руках наличные деньги. Либо они сидят на наличных, либо они пускают их в работу. Если они не могут больше покупать правительственных облигаций, значит, должны кого-то кредитовать. Любое расширение кредита будет идти в экономику. Произойдет ли это? Теоретически возможно. Наталья: Я хотела уточнить: из вашей лекции, как я поняла, количественное смягчение, которое поступает в экономику, в какой-то степени мертвым грузом остается в банках. А почему тогда заявление о возможном свертывании этой программы вызвало такой обвал на развивающихся рынках, если, в принципе, эти деньги лежат мертвым грузом? И, во-вторых, почему если американские корпорации чувствуют себя не так уж и плохо, в плане свободной ликвидности, почему они не создают новые рабочие места, почему они не инвестируют в экономику, если у них есть деньги? Леонид Вальдман: По первому вопросу. Есть такое понятие, по-английски называется carry trade, в сущности, это явление, которое появилось не сейчас, а, наверное, после того, как в Японии упали в область около нуля процентные ставки. Когда в одной стране низкие процентные ставки, вы там одалживаете деньги и переносите их в другую страну, где процентные ставки более высокие, Скажем, вы одолжили на год деньги в йенах, где вы платите 2% годовых, вы переносите эти деньги на год в Индонезию, где по ним платят 10% годовых. Через год вы продаете индонезийские облигации и получаете 10% на одолженные вами деньги, возвращаете свой кредит в Японию, платите 2% годовых и 8% оставляете себе. Вот это называется carry trade. Иначе говоря, это спекулятивная игра типа "арбитраж процентных ставок", игра на разнице процентных ставок в разных странах. Но дело в том, что теперь Америка, опустив процентные ставки почти до нуля, стала выполнять роль, которую раньше выполняла Япония. Вы можете одалживать доллары, переносить их по всему миру, где процентные ставки выше, вкладывать там и потом возвращать обратно. Если начинается что-то, что может привести к повышению процентных ставок, ваша позиция становится опасной. Ваше обязательство составляет уже не 2%, как стоимость одолженных вами денег. Вы вернете 2% плюс разницу: разницу изменения курса валют стран, в которых вы одалживали и вкладывали деньги, разницу между текущими и будущими процентными ставками. И так далее. Ваши риски возрастают, и, соответственно, ваша норма прибыли находится под риском. Вот тогда начинается рыночная адаптация к изменению положения вещей. Вот почему по всему миру прошла волна адаптации к заявленному Бернанке изменению политики Федерального резерва. И это сказалось на всех рынках, включая Россию. По второму вопросу. В посткризисный период корпорации не находят предмета для расширения бизнеса, потому что нет особенно расширяющегося спроса. Американский потребитель так хорошо покупать, как прежде, уже не может. Накопленные потребительские долги сдерживают рост кредитования. Во время кризиса происходит недоиспользование производственных мощностей и заботой корпорацией становится их загрузка, а не создание новых. С другой стороны, когда Китай столкнулся с этим американским кризисом, то с точки зрения динамики рабочих мест испытал куда более сильное потрясение, чем американцы: Китай в течение одного квартала потерял 20 миллионов рабочих мест, и китайское правительство должно было выступать с программой совершенно экстренной помощи по созданию новых рабочих мест. В масштабах экономики она была даже гораздо больше американской программы стимулирования. В частности, они стали строить еще больше новых предприятий. Действующие сидят без заказов, а они строят новые в тех же отраслях. Почему? Потому что пока вы строите, вы нанимаете рабочих для строительства. А еще вам цемент поставляют, железобетон, электроэнергию и так далее, что также способствует созданию рабочих мест в сопряженных отраслях. Вам ведь сегодня нужны рабочие места? У вас 20 миллионов человек на улице. Вот и создали огромное количество дополнительных избыточных мощностей. Где-то месяц назад я читал заявление китайского правительства, что они сейчас разработали программу демонтажа избыточных мощностей. Я подумал, какая классная вещь! Можно удваивать валовой национальный продукт, ничего не создавая: один будет выкапывать ямку, другой - закапывать, обоим засчитаем производительный труд, заплатим деньги. Ямки вроде как и нет, а валовой национальный продукт просто вдвое растет! Таким образом, возвращаясь к вашему вопросу, можно сказать, что корпорациям не для кого выращивать производственную мощность, инвестировать некуда. Если они находят реальный спрос на что угодно, они сразу пускают свободные ресурсы в дело и реализуют инвестиционные проекты. Борис Долгин: В продолжение предпоследнего вопроса, о роли растущей рефлексивности в экономике, роль заявлений, прогнозов по поводу ожиданий, по поводу, докуда оно будет расти, что с этим происходит? Ситуация, когда уже на заявление Бернанке среагировали таким образом, она ведь не уникальна. Ситуация, когда реагируют на прогнозы тех или иных госдеятелей или представителей корпораций, когда ожидания сами становятся фактором некоторых самосбывающихся пророчеств, эта рефлексивность, она явно в современной экономике гораздо больше, чем она была 20 лет назад, существенно больше, чем она была 100 лет назад. Что дальше? Леонид Вальдман: Если вы посмотрите, какие сейчас закладываются прогнозы на следующий год, на ближайшие годы, они достаточно тревожны, исторически в Америке привыкли к тому, что 6-й - 7-й год после рецессии - пора уже и новую рецессию ожидать. Для меня самая опасная точка на глобусе - это Китай, потому что его актуальная задача - провести реформу для того, чтобы перестроиться на внутренний рост. Для них понятно, что экспортная модель экономики, на которой они росли все предыдущие годы, практически не имеет перспективы. Уход от экспортной модели не уникален потому, что до Китая по этому пути прошла Южная Корея, до того Япония, а еще раньше Германия. Все когда-то были на этом пути и очень хорошо развили собственные экономики. Но когда-то надо переходить на внутренний спрос и сделать рост экономики более здоровым. Но для Китая переход с экспортной модели - это крайне рискованная вещь, потому что все страны, которые я до того называл, были не социалистическими или коммунистическими, это были рыночные экономики, той или иной степени зрелости, но в чем-то похожие друг на друга. Китай - это все еще отчасти командная экономика с коммунистической политической системой. Для них экономическая трансформация еще имеет и необходимую политическую составляющую, а это большие риски, потому что дестабилизация политической системы Китая очень рискованна. Поэтому я думаю, что Китай, при всем осознании необходимости реформ, будет испытывать большие трудности, неустойчивость в этом переходе, и это будет рождать риски для всего мира. Если у Китая получится и через несколько лет он совершит этот переход, откроется совершенно другая динамика развития мировой экономики. Китай будет наследником Америки, как мирового лидера. Китай будет локомотивом роста, предъявляющим спрос и Африке, и Латинской Америке, и России, и другим странам, и, соответственно, будет тащить за собой мировую экономику. Пока это не произошло, Америка и Европа могут валять дурака, откладывать болезненные реформы, санировать свои экономики в щадящем режиме и проводить достаточно авантюрную политику. Александр: Скажите, пожалуйста, почему на фоне кризисных событий в Европенет социалистических, экономических учений, то есть не известных экономистам?И второе, если вы знакомы с работой Михаила Хазина об интеграции, что бы вы могли об этом сказать? Леонид Вальдман: У меня ощущение, что марксизм - на марше. По западной литературе вижу, что эта тематика расширяется, и число монографий и статей, посвященных этой тематике, все больше. Это круг мыслей, к которому люди возвращаются. Сам я думаю, что с этим не связана какая-то большая перспектива, но вижу, что да, это захватывает многие головы. Маркс учил, что для того, чтобы дожить до социализма, нужно перерасти рынок. Переросли ли его? Я не уверен. На мой взгляд, то, о чем я не сказал в своей лекции, но про что я часто думаю, это то, что в определенном смысле то, что мы переживаем, - это последствия очень активного участия государства в экономической жизни, активизм и федерального правительства, и Конгресса, особенно Федеральной резервной системы в Америке. Я вижу, как это разрушает рыночные механизмы саморегулирования, поэтому мне кажется, что если этот кризис дойдет до конца, то вот этот активизм когда-то закончится. Может быть, то, что как раз возможности стимулировать экономику исчерпываются, может, это и будет тот фактор, который вернет через тяжелые потрясения возможность экономике саморегулироваться рыночным путем. Но тогда социализм еще дальше отодвинется в будущее. Борис Долгин: То есть от госкапитализма - к свободному рынку? Леонид Вальдман: А от свободного рынка - к социализму, если верить Марксу. Капитализм - это последняя стадия, за ней социализм. Борис Долгин: Если сейчас мы имеем такое гипертрофированное государственное участие, которое мешает свободному рынку… Леонид Вальдман: Это полугосударственный капитализм, а нужно, чтобы был нормальный рынок. Когда он исчерпает свои ресурсы, вот тогда будет простор для роста социалистических идей. Ну по крайней мере, так марксисты думают. По образованию и складу мышления я и вправду экономист. И как экономисту мне трудно быть большим любителем социалистических идей вот по какой причине. Капитализм, я продолжаю в это веровать почти религиозно, - это наиболее эффективный способ использования ресурсов. Социализм в этом уступает, но превосходит в распределении общественных благ. Он к этому имеет и склонности, вкус, и развитые механизмы, иногда доходящие до абсурда, но в этом его сила. И мне кажется, что место капитализму и социализму было, есть и будет всегда. Вопрос о пропорциях. Переехав в Америку и пожив там, я почувствовал, что совершаю какой-то сдвиг влево, но далеко влево не могу уйти, просто в силу своего экономического склада мышления. В социализме трудно найти эффективность, в капитализме трудно найти социальную меру. Надо их балансировать. Борис Долгин: Второй вопрос был связан с Хазиным, причем Михаилом, а не Андреем, который у нас выступал здесь. Леонид Вальдман: Я не очень хорошо знаком с работами Хазина. Конечно, имя на слуху. Что-то я читал, но не систематически, не успеваю. Вопрос из зала: Возвращаясь к той фотографии, где молодой человек держит плакат «нас 99%». Прокомментируйте ее, там же еще плакатик, что-то такое про жирных. Леонид Вальдман: Понятно, что когда людям плохо, они протестуют, и когда общественные блага распределяются сильно неровно, то желание как-то это поправить в данной ситуации должно нарастать. Вопрос из зала: А сама цифра 99%? Леонид Вальдман: Есть процент населения, который я сейчас не помню уже, каким процентом богатств американских владеет, но очень большим, близко к 60% всего, чем владеет Америка. Вопрос из зала: 1% ? Леонид Вальдман: Нет, не 1%, а первые 10%. Это очень много. И не то, чтобы я призывал делиться. Но мне просто кажется, это нарастающая опасность, для Америки очень несвойственная, потому что никогда в нее так еще сильно глубоко социалистические идеи не проникали. Это все-таки страна, где есть культура предпринимательства, есть развитое уважение к тем, кто берет на себя риски предпринимательства и много работает. Тем не менее, когда так неровно делится общественный пирог, риски возрастают. Борис Долгин: Вы говорили о конце цикла, связанного с валютной системой. Если в нынешней ситуации валюты ничем не обеспечены фактически, существуют резервные валюты, иногда еще что-то, куда это может сдвигаться? Логическим перечислением с указанием вероятности. Леонид Вальдман: Давайте посмотрим на это так. 40 лет назад Никсон сказал, что на золото больше не размениваем, за американским долларом стоит мощная американская экономика. Если вы доверяете, то можете держать свои сбережения в долларах. Не доверяете? Пожалуйста, держите в чем-то еще. И пока это было так, доллар очень высоко котировался. Но доллар, как и любая другая ценность, чем он реже, тем ценнее. Если вы прибавляете по триллиону долларов в год к тому, что еще недавно исчерпывалось цифрой 800 миллиардов, то редкость доллара куда-то девается. С редкостью должна деваться и ценность, поэтому чисто логически ценность доллара должна убывать, и, соответственно, склонность к сбережению доллара должна во времени падать. Понятно, что пока вы не видите никакой альтернативы, пока не вырисовывается никакая другая модель существования мировой валютной системы. По инерции продолжает тележка катиться. И если вы посмотрите на накопление валютных резервов, доллар продолжает увеличиваться на руках населения мира, хотя уже не так быстро, как это было до кризиса. На что это может поменяться? Либо это меняется на другую резервную валюту (я говорил о юанях, но при этом оговаривал, что юаню нужно пройти огромный путь, прежде он сможет заменить доллар не только как валюту лидирующей экономики, но и как валюту, за которой стоит глубоко эшелонированный финансовый рынок, коммерческое право, спокойствие инвесторов и прочее). Может быть, это не одна такая валюта, а некоторое количество валют. Борис Долгин: Ну да, сейчас фактически корзины валют часто имеют. Леонид Вальдман: Может быть, что-то еще, что было еще до азиатского кризиса. Это тогда накопление доллара приобрело особый характер. А до того и у Америки не было такого дефицита, и платежный баланс был совсем другой. Помните еще времена, когда Америка всем говорила: "Будете плохо себя вести, не дадим инвестиции". Теперь все дают инвестиции, Америка не является раздатчиком инвестиций. То есть, эта картинка относительно недавняя. Поэтому, как минимум, мы можем вернуться в ситуацию, которая была до азиатского кризиса, когда выраженные резервные валюты просто не существуют. Почему нужно накапливать доллары на балансе центрального банка? Если это возрастающая ценность, то понятно, а если это убывающая ценность, то зачем? Борис Долгин: А что накапливается? Леонид Вальдман: Доллар. А что, на балансе у Федеральной резервной системы есть другие валюты? Ничего кроме доллара нет. И даже золота почти нет. Соединенное Королевство накапливает доллары? Нет, не накапливает. Можно жить без этого? Япония действительно накапливает, много. В Японии это был способ регулирования внешней торговли, а для Соединенного Королевства Великобритании - нет. Поэтому, оказывается, можно жить собственной валютой, не имея за спиной этой валюты долларов, как резервной валюты. Это возможно. Борис Долгин: Если предполагать, что собственная валюта столь же крепка или несильно менее крепка, чем доллар. Леонид Вальдман: Да, но вот крепость валюты - это нечто, измеряемое только силой экономики. Посмотрите, скажем, на швейцарский франк. Разве Швейцария большая экономика? Нет, конечно, но доверие швейцарскому франку очень большое, потому что это надежное средство сбережения, и потому что это глубокий финансовый рынок. Кстати говоря, воспользуюсь этой возможностью и еще дам пару цифр. Я говорил о монетарной агрессии Соединенных Штатов. Но посмотрите, как соотносится объем денежной массы с объемом американской экономики. Денежная масса стала 3.6 триллиона, а валовой национальный продукт 16.7 триллиона, то есть примерно четверть. А для Японии это соотношение составляет 50%, т.е. вдвое больше, чем соотносительный объем денежной массы Америки. А если вы посмотрите на швейцарский франк, то с удивлением обнаружите, что объем денежной массы Швейцарии относится к объему валового национального продукта Швейцарии как 85 к 100. Гораздо больше! Почему? Для швейцарцев это несчастный случай, это вынужденная необходимость скупать все евро, какие в Швейцарию привезут, для того, чтобы не дать подняться курсу швейцарского франка к евро, потому что это убивает конкурентоспособность всей швейцарской промышленности. Вот уж действительно, все относительно. Вопрос из зала: Ежегодно повышает? Леонид Вальдман: Нет, не ежегодно, я беру просто объем денежной массы Швейцарии и объем валового национального продукта Швейцарии. Вопрос из зала: Она же постоянно покупает евро? Стерилизация денежной массы тоже есть? Леонид Вальдман: Я рассказал только те цифры, которые знаю. Борис Долгин: Спасибо большое, это было опять очень интересно.

19 декабря 2013, 08:29

Держать любой ценой

Вот и подошла к концу эпоха правления Бена Бернанке. Конец бесславный и достаточно драматический. Никто не может однозначно судить плачет ли Бен по ночам, просыпаясь в холодном поту, от осознания ужаса, к которому Федеральный Резерв методично подталкивает финансовую систему последние 4 года? Держу пари, что плачет - может быть даже рыдает )) Бен не дурак, а один из умнейших людей планеты, поэтому все он прекрасно понимает. То, что он косит под идиота на официальных пресс конференциях, говоря о двойном мандате, как оправдание триллионому вдалбливанию - это некая формальность, бюрократическая процедура. В самом деле, не может же он сказать, что крышует мафиозный синдикат и помогает отмывать сотни миллиардов долларов? ) Хотя Бен в своей последней пресс конференции старался держаться подрячком, но нота отчаяния прослеживалась от того, что зашли слишком далеко и нажать на экстренное торможение уже не представляется возможным. Причем, смею предположить, что равновесие Бена больше всего добивает то, что именно он приложил руку к накоплению деструктивных решений, которые привели к избыточным и практически неразрешимым дисбалансам в системе. Есть некая категория людей, которая на генетическом уровне настоящие бандиты и отморозки, но Бернанке не похож ни на одного, ни на другого. Он больше ученый. То, что рамки системы и обстоятельства заставили его играть функцию бандита и некого представителя мафиозного клана – в этом и есть драматизм, когда человек стал тем, кем быть не хотел. НЕ думаю, что когда в 2006 Бернанке взошел на пост председателя ФРС он ожидал, что так все трагически завершится. Глава ФРС – должность историческая. Действия находят отражения везде, от банальных статей в СМИ, то обучающих книжек и энциклопедий. Через много лет, когда подрастет новое поколение студентов, о чем они будут читать, узнавая Бена из книжек и методичек? Примерно так? Человек, который смог отодвинуть финансовую систему от края пропасти в 2009, чтобы через пару лет создать базис и условия для зарождения нового пузыря, подводя систему к противоположному краю пропасти, но там где помощи нет и быть не может? Не завидный финал. Успех в выправлении кризиса 2008 меркнет на фоне того бардака, который происходил в последствии. Хотя руины придется разгребать Милой Старушке, но не считаю, что Бену от этого легче. Рукоплескать от действий ФРС остается разве, что совету директоров прайм дилеров, которые выписали жирные бонусы себе в этом году от прямой помощи ФРС. Все остальные задаются вопросом – Бен, что ты наделал?  За тот недолгий период деградации удалось полностью уничтожить нечто, что называлось свободный рынок. То, что сейчас- это не рынок инвесторов, это рынок центробанков. Практически все, что происходит прямо или косвенно связано с решениями и денежными потоками ЦБ и связанных структур. Ни состояние экономики, ни корпоративный сектор, ни прошлые модели, к которым привыкли инвесторы? Все это отныне не играет абсолютно никакой роли. Наиболее существенное изменение в финансовых рынках по сравнению с докризисным поведением – это режим ручного ценового таргетирования и скоординированная эмиссия. То, что раньше могло показаться совершенно невероятным и даже фантастическим, сейчас становится привычным. Что такое скоординированная эмиссия и многосторонние своп линии? Это когда поток ликвидности от центробанков становится перманентным. Когда летом 2011 ФРС закончил QE2, то Банк Англии начал свой, позже подключился ЕЦБ c LTRO в декабре 2011, а когда те закончили, то практически сразу в работу включились ФРС и Банк Японии. Поток необеспеченной ликвидности постоянный, что не есть нормально в рамках прошлых концепций, т.к. раньше деньги гененировались реальным сектором экономики. К чему приведет такой бардак еще предстоит оценить. Скоординированная эмиссия и многосторонние своп линии между ЦБ позволяют держать валютный рынок в узкий границах. Это и есть основная причина снижения волатильности валютного рынка с июня 2010 года. Кросс курсы 5 валютных зон двигаются в узком диапазоне в заранее обговоренных границах. Если бы сговора между ЦБ не было, то отклонение курсов могло быть избыточным и при такой эмиссии ФРС на фоне сокращения баланса ЕЦБ, eur/usd мог уйти на 1.5-1.6 со всеми вытекающими последствиями. Что такое режим ручного ценового таргетирования? Это сговор между ЦБ и первичными дилерами, прочими операторами ликвидности для обеспечения заданных уровней рынка активов. Любому профессиональному трейдеру на рынке драг.металлов известно, что этот рынок с 2012 больше не является свободным в плане ценообразования и границы рынка жестко модерируются группой крупных операторов. Известно кто, известно в какое время происходят манипуляции и известны методы. То, кто быстрее к этому адаптировался мог достигнуть успеха. В рамках определенной директивы от ФРС, операторы держат активы в заранее оговоренных границах, причем для этого выстраивается соответствующая информационная инфраструктура для создания необходимого фона. Игра масштабная, привлечены очень серьезные ресурсы, можно сказать на межгосударственному уровне, чтобы сделать все возможное для депревации рынка драг.металлов и создания благоприятствующих условий для резервных валют с целью поддержания доверия на траектории бесконтрольной эмиссии. Удивительно? Ну как сказать... Никто же не удивляется тому, что денежный рынок таргетируется ключевой ставкой центробанка? Здесь, конечно, немного иначе, но суть примерно такая же. Просто перешли в режим ручного управления и прямых манипуляций. Учитывая, какую долю структуры связанные с ЦБ стали занимать на рынке и в торговых операциях, то удивляться тут нечему. Тот, кто имеет больше всех денег и формирует правила игры на рынке. Я ставлю на то, что сил и ресурсов для перманентного вмешательства у них не хватит и возвратное движение по драг.металлам может быть чудовищным. Рынок акций и облигаций тоже под жестким контролем. Про фондовый рынок много писал и ничего там не изменилось – все тот же формат манипулирования. Почему регулирующие и надзорные органы, типа SEC молчат? Ну, это как заниматься самобичеванием. Не может же структура, которая ниже по иерархии высечь главаря мафии, который крышует весь этот беспредел? Закрывают глаза на манипуляции по той же причине, по какой закрывали глаза на манипулирование ставкой LIBOR в 2008 и махинациями с ипотечными деривативами с 2006-2008. Внезапно узнали о манипулировании с 2010 года и все эти показные скандалы и разбирательства? О, да, конечно! Не стоит считать их за дураков. Все они видели и понимали тогда. Просто не было команды на слив. Сейчас манипулирование вышло на более высокий уровень и для отвлечения внимания стали эти показные порки бангстеров с многомиллиардными штрафами и прочее, но не более. Ставки возросли раз в 5 примерно, поэтому многомиллиардные штрафы в пределах точности счета стали на фоне распределения куешнеых денег. Снижение QE на 10 млрд? Сказать спасибо, что не увеличили или что? Обратите внимание, что в декабре вырос рынок США и Японии (там, где QE), все остальные упали, за исключением нашего. Но у нас низкая база просто.  Причина в том, что пытаются протестировать стратегию выхода, но две копейки налили и Европа завернулась на 3-5% сразу при идеально стерильной и благоприятной конъюнктуре. Все 2 копейки налили! Так что не представлю, как будут выходить - это просто невозможно. Точка невозврата пройдена, к сожалению.

19 сентября 2013, 22:52

ФедРезерв не захотел остановить печатный станок

ФедРезерв не захотел остановить печатный станок  Вопреки ожиданиям, ФРС США решила оставить программу выкупа активов без изменений. Председатель американского Центробанка заметил в экономике опасные тенденц... From: Моше Кац Views: 0 0 ratingsTime: 02:00 More in News & Politics

18 сентября 2013, 23:52

ФРС ... сентябрь )

Мои ожидания ФРС вполне оправдала, а вот рынки, похоже, сделали удивленное лицо ). Ниже коммюнике ФРС в сравнении с предыдущим, так сильно они его давно не переписывали, но если вкратце то: занятость улучшается, но пока недостаточно, рост умеренный, но бюджетная консолидация сдерживает рост... долгосрочные инфляционные ожидания стабильны ... если в предыдущем заявлении ФРС только намекала, что рост ставок ее напрягат (и рыночные "тролли" сделали вид, что этого не заметили), то теперь ФРС уже жирным текстом указала, что ей не нравится рост ставок и он может негативно сказаться на восстановлении. ФРС хочет получить больше доказательств устойчивого роста прежде чем начнет сокращать QE3, а пока будет продолжать в прежних объемах. [Пресс-релиз ФРС] В то же время ФРС четко дает понять, что может начать сворачивание программы на любом последующем заседании, по мере оценки ситуации на рынке труда и инфляции. Прогнозы по росту экономики на текущий и следующий год немного понизили, но это скорее просто признание факта. Сам Бернанке указал на неудовлетворительную ситуацию на рынке труда, хотя и указал на её улучшение, надеется на улучшение экономической ситуации, но отмечает риск бюджетных сокращений и предстоящих бюджетных дебатов... дав понять, что ФРС предпочитает "терпеливый подход", мало того, Бен признал, что показатель безработицы не обязательно является хорошим барометром рынка труда (эврика!) и вообще волшебной цифры чтобы измерить здоровье рынка труда оказывается нет (как же тогда положительный эффект от QE то считали?). ФРС, по словам Бернанке, ожидает что трудности в экономике будут превалировать до 2016 года...включительно ) За июль чистые внешние обязательства американских банков поставили новый рекорд - 0.93 трлн...безналичных долларов вне США все больше )  P.S.: Отказ Саммерса от места главы ФРС, жа и текущие решения говорят в пользу того, что политика будет более мягкой, запаздывающей... и в пользу инфляционного ближе к 15 году. 

17 сентября 2013, 08:13

Крысы бегут с корабля

Акулы Wall St в массовом порядке отказываются от должности финансового бога, самой могущественной и престижной профессии – поста руководителя Федерального Резерва. Гайтнер сошел с самого начала, а Саммерс дезертировал на финишной прямой. Бен Бернанке отказался от третьего срока еще год назад. Почему? Бойня финансовых элит, политическая-кулуарная возня или личная прихоть кандидатов? Гайтнер и Саммерс имеют различные методы управления и взгляды на финансово-экономическую политику, и они достаточно амбициозны, чтобы отказываться от самой желанной должности координатора глобальных финансовых потоков. Не думаю, что у них есть дела поважнее, чем пост главы ФРС, да и не столь стары они. Как один из вариантов, причина может заключаться в том, что работает инстинкт самосохранения. Никто не хочет быть последним председателем ФРС, которому придется из руин вытягивать нечто, что ранее называлось глобальная финансовая система. А рычагов противодействия больше не осталось - все кранты. Другими словами, капитаны, увидев брешь в корабле, пытаются тихо дезертировать, не поднимая шуму. Гайтнер и Саммерс профессионалы в своем деле и достаточно компетентны, чтобы понимать, что та архитектура финансовой иерархии, которая существует сейчас нежизнеспособна в среднесрочной перспективе. Когда денежно-кредитная политика ФРС направлена на крышевание и обеспечение преступных схем по отмыванию денег в особо крупном размере, когда приходится идти в ущерб реальной экономики, чтобы формировать устойчивое положение финансовых элит – все это не есть правильно и обречено на разрушение.  Что сделало ФРС за последние 4 года для экономики? Ничего положительного и очень много отрицательного. Во время QE2 с попустительства ФРС было организовано масштабное ралли на рынке комодитиз и продовольствия, что через инфляцию издержек отняло от экономики до 1% ВВП. Во время QE3 ФЕД достаточно мощно тормозил восстановление рынка недвижимости. С одной стороны через рост цен на дома, тем самым понижая покупательскую способность у домохозяйств. С другой стороны - рост ставок по ипотечному кредитованию на 1-1.2 п.п. (30 летние кредиты подорожали до 4.6% против 3.3-3.5% год назад). Причиной этому стал рост ставок на трежерис – бенчмарк для ценообразования на долговых и кредитных рынках. Не кажется вам странным, что в момент прекращения роста гос.долга и активного выкупа ФРС, цены по трежерис рухнули, хотя по балансу спроса и предложения должны были вырасти, формируя доходности до 0.9-1.3% по 10 летним, а получили 3%. Почему? Ставки по трежерис выросли за счет действий прайм дилеров с целью обеспечения бесперебойной работы QE3. Проблема заключалась в том, что когда Казначейство США прекратило чистую эмиссию долга, то у прайм дилеров в пределах двух месяцев закончились трежерис для продажи, а выкупать их с рынка в объеме до 50 млрд в месяц было очень сложно. Не было столько продавцов. Поэтому только через сокрушительный обвал цен (рост ставок) и глобальную информационную войну против долгового рынка удалось вышибить инвесторов из трежерис на лоях по маржин коллам. Иначе выходить не хотели. Рост ставок по трежерис – результат обеспечения работы QE3 при прекращении эмиссии долга минфином. Негативным эффектом этого стало то, что ставки по всем долговым инструментам выросли – типичное синхронизированное поведение активов в новой реальности. Что сделало ФРС за последние 4 года для Wall St? Ну, почти все. Самое важно, что стоит отметить. Это глобальная преступная - мошенническая схема по отмыванию денег. Суть в следующем.  ФРС выкупает активы на вторичном рынке, давая дилерам заработать на курсовой разнице между ценой покупки и продажи. Дилеры кладут деньги на счета в ФРС, получая проценты по избыточным резервам. Ну а главное другое. Дилеры конструируют финансовые пирамиды, выкупая финансовые активы под залог резервов в ФРС. Т.е. эти аферисты получая необеспеченные деньги, выкупают реальные обеспеченные активы, создавая самый чудовищный пузырь в истории человечества, где даже вакханалия с MBS кажется незатейливой возней в детском саде по сравнению с тем монетарным безумием, что они создали теперь.  Чтобы это смотрелось наиболее выпукло, то приведу забавный факт. За всю историю фондового рынка в США не было еще ни разу, чтобы индекс вырос более, чем на 20% за год при отрицательной динамике годовой выручки компаний, входящих в этот индекс и при условии высокой базы предыдущего года.  Были случаи, когда росли и на 30%, но после соответствующего провала в прошлые года. были случаи, когда росли по 20% в год на высокой базе, как в конце 90-х, но тогда фин.показатели компаний показывали экспоненциальный рост. Но, чтобы при падении выручки и стагнации прибыли такой рост? Ни разу! В совокупности торговля оружием, наркотиками, контрафактными медикаментами, рабами и человеческими органами не идет ни в какое сравнение по объему с новейшими достижениями денежно-кредитного произвола ФРС. Это операция не для экономики, а для банкиров, что прекрасно понимают все чиновники ФРС и все люди, кто хоть немного приближен к этому бардаку. Унылый, потерянный вид Бернанке на пресс конференциях, отказ от участия в выборах на пост главы ФРС от главных воротил Wall St –звенья одной цепи. Никто не хочет пачкать руки в этом дерьме, портя себе репутацию и всю оставшуюся жизнь. Я не думаю, что Бернанке имеет психологию и склад характера матерого преступника. Он по натуре академический червь, ученый, который большую часть своей жизни отдал науке и преподаванию. Когнитивный диссонанс, возникший в его мозгу, когда приходится обеспечивать поддержку финансовому спруту, нарушая целостность системы – все это низвергает его в уныние. История умалчивает, плачет ли Бернанке по ночам от морального истощения или закостенел уже? Под гнетом обстоятельств он превратился в тролля мирового уровня, когда приходится врать, покрывая преступные схемы под предлогом «борьбы с низкими темпами восстановления экономики и высокой безработицы». Он не настолько глуп, что не видеть рисков, которые создает текущий произвол ФРС, но не Бен Бернанке принимает решение о QE, а CEO ведущих инвест.банков. Трагедия Бернанке в том, что он осознает, что ему придется остаться в истории человеком, под руководством которого создали самую чудовищную авантюру, самую глобальную мошенническую схему из когда либо виданных человечеством, где ФРС выступал как архитектор и покровитель всего созданного бардака в фин.системе. Еще никогда ФРС своими руками не создавал самый масштабный в истории пузырь. А вот под чьи руководством система пойдет ко дну? Вероятно, эту роль отдадут милой старушке с тем расчетом, что это наименее ценный боец из тех, кто может возглавить ФРС. Возможно с циничным расчетом, что старушка в годах, а Саммерс и Гайтнер значительно моложе и они жить еще хотят! )) А отвечать придется Йеллен за тот беспредел, который создан при текущем руководстве. Саммерс, Бернанке и Гайтнер хитрые деятели и просекли, что следующий срок главы ФРС станет, судя по всему последним в нынешней архитектуре финансовой системы … и, так сказать, умыли руки. Крысы бегут с корабля! Отвечать придется. Учитывая, что весь рост финансовых рынков обеспечен залогами под куешные резервы, то в случае форс мажора попытка скорректироват балансы вызовет фатальное, сокрушительное воздействие на фин.рынки с эффектом «глобальной паники», когда бидовать рынок будет некому, а позиции резать придется. Фактически, действия ФРС - это действия диверсантов, подрывающих долгосрочную стабильность фин.системы в угоду краткосрочным прибылям Wall St, причем в прямой ущерб реальной экономике. Система в нынешнем виде не устоит. Можно было бы предположить, что кризис 2008 их чему то научит, например быть более осторожными к рискам, менее озверевшими и падкими к краткосрочной прибыли, но нет. Пошли во все тяжкие, лишь усиливая все дисбалансы и пороки, которые пятью годами ранее чуть не уничтожили современный ландшафт.