• Теги
    • избранные теги
    • Страны / Регионы1962
      • Показать ещё
      Разное716
      • Показать ещё
      Формат23
      Издания37
      • Показать ещё
      Люди221
      • Показать ещё
      Компании187
      • Показать ещё
      Международные организации55
      • Показать ещё
      Показатели17
      • Показать ещё
      Сферы3
Выбор редакции
25 июня, 21:25

1926-1929. Немецкая этнографическая экспедиция Эгона фон Эйкштедта. Часть 4. Бирма. Вып 7

Народность Шань1926-1929. Немецкая этнографическая экспедиция Эгона фон Эйкштедта. Часть 1. От Гибралтара до Цейлона1926-1929. Немецкая этнографическая экспедиция Эгона фон Эйкштедта. Часть 2. Цейлон1926-1929. Немецкая этнографическая экспедиция Эгона фон Эйкштедта. Часть 2. Цейлон. Вып.21926-1929. Немецкая этнографическая экспедиция Эгона фон Эйкштедта. Часть 2. Цейлон. Вып.31926-1929. Немецкая этнографическая экспедиция Эгона фон Эйкштедта. Часть 2. Цейлон. Вып.41926-1929. Немецкая этнографическая экспедиция Эгона фон Эйкштедта. Часть 2. Цейлон. Вып.51926-1929. Немецкая этнографическая экспедиция Эгона фон Эйкштедта. Часть 2. Цейлон. Вып.61926-1929. Немецкая этнографическая экспедиция Эгона фон Эйкштедта. Часть 2. Цейлон. Вып.71926-1929. Немецкая этнографическая экспедиция Эгона фон Эйкштедта. Часть 2. Цейлон. Вып.81926-1929. Немецкая этнографическая экспедиция Эгона фон Эйкштедта. Часть 2. Цейлон. Вып.91926-1929. Немецкая этнографическая экспедиция Эгона фон Эйкштедта. Часть 2. Цейлон. Вып.101926-1929. Немецкая этнографическая экспедиция Эгона фон Эйкштедта. Часть 2. Цейлон. Вып.111926-1929. Немецкая этнографическая экспедиция Эгона фон Эйкштедта. Часть 3. Индия1926-1929. Немецкая этнографическая экспедиция Эгона фон Эйкштедта. Часть 3. Индия. Вып 21926-1929. Немецкая этнографическая экспедиция Эгона фон Эйкштедта. Часть 3. Индия. Вып 31926-1929. Немецкая этнографическая экспедиция Эгона фон Эйкштедта. Часть 3. Индия. Вып 41926-1929. Немецкая этнографическая экспедиция Эгона фон Эйкштедта. Часть 3. Индия. Вып 51926-1929. Немецкая этнографическая экспедиция Эгона фон Эйкштедта. Часть 3. Индия. Вып 61926-1929. Немецкая этнографическая экспедиция Эгона фон Эйкштедта. Часть 3. Индия. Вып 71926-1929. Немецкая этнографическая экспедиция Эгона фон Эйкштедта. Часть 3. Индия. Вып 81926-1929. Немецкая этнографическая экспедиция Эгона фон Эйкштедта. Часть 4. Бирма1926-1929. Немецкая этнографическая экспедиция Эгона фон Эйкштедта. Часть 4. Бирма. Вып 21926-1929. Немецкая этнографическая экспедиция Эгона фон Эйкштедта. Часть 4. Бирма. Вып 31926-1929. Немецкая этнографическая экспедиция Эгона фон Эйкштедта. Часть 4. Бирма. Вып 41926-1929. Немецкая этнографическая экспедиция Эгона фон Эйкштедта. Часть 4. Бирма. Вып 51926-1929. Немецкая этнографическая экспедиция Эгона фон Эйкштедта. Часть 4. Бирма. Вып 61021. Женщина с бамбуковым поленом1022. Портрет супружеской пары1023. Вид деревни1024. Вид деревни1025. Вид деревни1026. Женщина за толчением1027. Групповой портрет1028. Деревенские жители1029. Женщина с ребенком1030. Женщина с двумя детьми1031. Мастер за плетением1032. Женщина с мальчиком1033. Похоронная процессия1034. Эгон и Энжо фон Эйкштедт в дороге1035. Вид на храм1036. На деревенской улице1037. На деревенской улице1038. Группа женщин в пруду во время купания1039. Нагруженный крупный рогатый скот в деревне1040. Мужчины с нагруженной коровой1041. Корзины на погрузку1042. На деревенской улице1043.Люди на лошадях1044. Стадо свиней1045. Местность в окрестностях Лашо1046. Школьные здания1047. Лашо. Рынок1048. Лашо. Рынок1049. Лашо. Торговцы рыбой1050. Женщины в Намшане

25 июня, 15:00

Как выбирают генсека ООН

Кофи Аннан, седьмой по счету Генеральный Секретарь ООН, занимающий этот пост с 1997 года, 31 декабря 2006 года уйдет в отставку. Ныне неизвестно, кто возглавит крупнейшую и наиболее влиятельную международную организацию, сообщает Washington ProFile. По традиции, генсеками ООН поочередно назначаются выходцы из различных регионов мира, которые представляют страны, не являющиеся постоянными членами Совета Безопасности (это […]

25 июня, 13:00

Истоки политики Пакистана

Многие аналитики, наблюдая за выплеском афганского джихада, и помня об историческом уроке развала единой исламской республики Пакистан в 1971 году, прогнозируют неизбежный коллапс этой странной и непонимаемой Западом нации При этом, как правило, забывается о том, что исторический монстр, подобный единому мусульманскому Пакистану, существовавшему до отделения Бангладеш, в любом случае не имел шансов на выживание. […]

25 июня, 12:00

Пакистанское общество

Результатом отсутствия информации становится то, что западные аналитики, увидев отклонение от западной “нормы” отклонение не исследуют, а попросту отсекают, относятся к нему как к “временной аберрации”, болезни, раковой опухоли, которую необходимо попросту удалить из “здорового тела” пациента. На самом деле подобные “болезни” – и есть система, и эта система может быть изменена только революционным изменением. […]

24 июня, 22:01

Старший генерал Мин Аун Хлайн в России

Оригинал взят у dambiev в Старший генерал Мин Аун Хлайн в РоссииФото (с) министерство обороны МьянмыКак сообщает газета "Красная звезда" 20 июня 2017 года министр обороны Российской Федерации генерал армии Сергей Шойгу в Москве провёл переговоры с главнокомандующим вооружёнными силами Республики Союз Мьянма старшим генералом Мин Аунг Хлайном.Поприветствовав высокого гостя, генерал армии Сергей Шойгу прежде всего выразил искренние соболезнования в связи с гибелью граждан Мьянмы в авиакатастрофе 7 июня сего года. Затем с теплотой вспомнил о своём визите в эту страну, о встречах со своим коллегой из Мьянмы в Нейпьидо и Москве в 2013 году.Подчеркнув, что наши страны связывают почти 70 лет дипломатических отношений (они были установлены между СССР и Республикой Союз Мьянма, ранее Бирма, 18 февраля 1948 года), генерал армии Сергей Шойгу отметил, что в нашей стране Мьянму рассматривают в качестве перспективного стратегического партнёра России в Юго-Восточной Азии и Азиатско-Тихоокеанском регионе.– Стратегические направления развития взаимовыгодного сотрудничества заложены в ходе встречи Президента России Владимира Владимировича Путина с президентом Мьянмы Тхин Чжо на полях юбилейного саммита Россия – АСЕАН в прошлом году в Сочи, – напомнил министр обороны России и чётко обозначил готовность к развитию сотрудничества по целому ряду направлений.В нашей стране Мьянму рассматривают в  качестве перспективного стратегического партнёра России в Юго-Восточной Азии. Выразив признательность за участие делегации Мьянмы в VI Московской конференции по международной безопасности в апреле этого года, министр обороны России отметил, что будет рад видеть представителей вооружённых сил Мьянмы на «Армейских международных играх», которые пройдут с 29 июля по 12 августа, Международном военно-техническом форуме «Армия-2017» с 22 по 27 августа и других мероприятиях по линии нашего военного ведомства. При этом генерал армии Сергей Шойгу отметил хорошие перспективы взаимодействия наших военных ведомств и в многосторонних форматах.В свою очередь старший генерал Мин Аунг, выступая с ответным словом, выразил признательность генералу армии Сергею Шойгу за соболезнования народу Мьянмы в связи с произошедшей 7 июня трагедией. Говоря о цели своего визита в нашу страну, мьянманский военачальник обозначил её так: расширение двустороннего сотрудничества в военной области. При этом он отметил, что военнослужащие мьянманской армии часто бывают в России для обмена опытом, а также приобретают знания в российских военных вузах.– На сегодняшний день выпускниками различных военных вузов России стали многие военнослужащие Мьянмы, – отметил он.Состоявшиеся переговоры министра обороны России и главнокомандующего вооружёнными силами Мьянмы стали очередным шагом на пути развития дружественных отношений между нашими странами и армиями.Старший генерал Мин Аун Хлайм также провел переговоры с секретарем совбеза РФ Николаем Патрушевым."В Москве секретарь Совета Безопасности РФ встретился с верховным главнокомандующим Вооруженными Силами Республики Союз Мьянма. Николай Патрушев и Мин Аун Хлайн обсудили перспективы российско-мьянманского взаимодействия в сфере безопасности", — говорится в сообщении пресс-службы аппарата СБ РФ.Более подробно о генерале Мин Аун Хлайме можно прочитать у коллеги dragon_naga

22 июня, 07:19

Северный коридор «Шелкового пути»

Она полагает, что чрезмерная зависимость от определенного маршрута несет риск для безопасных перевозок. В ходе разработки стратегических портов Морского Шелкового пути, очень важным фактором является «диверсификация» морских транспортных путей. Как оценить ценность и функции плана? Чэнь Чэньчэнь сказала, что «Концепция» будет программным документом для строительства «морского Шелкового пути». После проведения форума международного сотрудничества «Пояса и пути» предстоит реализовать достижения более 270 пунктов. «Мы видим, что строительство „Пояса и пути‟ вступило в более практическую фазу, необходимо более эффективное продвижение вперед», — сказала Чэнь Чэньчэнь, добавив, что в настоящее время Китай подписал меморандум о сотрудничестве в рамках «Пояса и пути» с 68 странами и международными организациями, в условиях такого активного участия множества стран и международных организаций, введение подобной высокоуровневой программы особенно важно.

20 июня, 15:00

Как запад поддерживает геноцид в Бирме

Финансируемое Госдепартаментом США агентство Irrawaddy в статье под заголовком «Бирма добилась освобождения от полного тестирования ООН в штате Аракан» пишет: «Бирма, похоже, избегает международного расследования предполагаемых злодеяний в штате Аракан, поскольку Европейский союз решил не добиваться этого в Совете по правам человека ООН, в соответствии с проектом резолюции, попавшим в руки агентству Reuters. В прошлом […]

Выбор редакции
19 июня, 01:02

1926-1929. Немецкая этнографическая экспедиция Эгона фон Эйкштедта. Часть 4. Бирма. Вып 6

Народность Шань1926-1929. Немецкая этнографическая экспедиция Эгона фон Эйкштедта. Часть 1. От Гибралтара до Цейлона1926-1929. Немецкая этнографическая экспедиция Эгона фон Эйкштедта. Часть 2. Цейлон1926-1929. Немецкая этнографическая экспедиция Эгона фон Эйкштедта. Часть 2. Цейлон. Вып.21926-1929. Немецкая этнографическая экспедиция Эгона фон Эйкштедта. Часть 2. Цейлон. Вып.31926-1929. Немецкая этнографическая экспедиция Эгона фон Эйкштедта. Часть 2. Цейлон. Вып.41926-1929. Немецкая этнографическая экспедиция Эгона фон Эйкштедта. Часть 2. Цейлон. Вып.51926-1929. Немецкая этнографическая экспедиция Эгона фон Эйкштедта. Часть 2. Цейлон. Вып.61926-1929. Немецкая этнографическая экспедиция Эгона фон Эйкштедта. Часть 2. Цейлон. Вып.71926-1929. Немецкая этнографическая экспедиция Эгона фон Эйкштедта. Часть 2. Цейлон. Вып.81926-1929. Немецкая этнографическая экспедиция Эгона фон Эйкштедта. Часть 2. Цейлон. Вып.91926-1929. Немецкая этнографическая экспедиция Эгона фон Эйкштедта. Часть 2. Цейлон. Вып.101926-1929. Немецкая этнографическая экспедиция Эгона фон Эйкштедта. Часть 2. Цейлон. Вып.111926-1929. Немецкая этнографическая экспедиция Эгона фон Эйкштедта. Часть 3. Индия1926-1929. Немецкая этнографическая экспедиция Эгона фон Эйкштедта. Часть 3. Индия. Вып 21926-1929. Немецкая этнографическая экспедиция Эгона фон Эйкштедта. Часть 3. Индия. Вып 31926-1929. Немецкая этнографическая экспедиция Эгона фон Эйкштедта. Часть 3. Индия. Вып 41926-1929. Немецкая этнографическая экспедиция Эгона фон Эйкштедта. Часть 3. Индия. Вып 51926-1929. Немецкая этнографическая экспедиция Эгона фон Эйкштедта. Часть 3. Индия. Вып 61926-1929. Немецкая этнографическая экспедиция Эгона фон Эйкштедта. Часть 3. Индия. Вып 71926-1929. Немецкая этнографическая экспедиция Эгона фон Эйкштедта. Часть 3. Индия. Вып 81926-1929. Немецкая этнографическая экспедиция Эгона фон Эйкштедта. Часть 4. Бирма1926-1929. Немецкая этнографическая экспедиция Эгона фон Эйкштедта. Часть 4. Бирма. Вып 21926-1929. Немецкая этнографическая экспедиция Эгона фон Эйкштедта. Часть 4. Бирма. Вып 31926-1929. Немецкая этнографическая экспедиция Эгона фон Эйкштедта. Часть 4. Бирма. Вып 41926-1929. Немецкая этнографическая экспедиция Эгона фон Эйкштедта. Часть 4. Бирма. Вып 5989. Портрет мужчины с сигарой990. Портрет мужчины с сигарой991. В дороге992. В дороге993. Девушки994. Девушки у забора995. Девушки у забора996. Две женщины997. Женщины с девушкой998. Группа женщин едят бетель999. Девушки у забора1000. Девушки у забора1001. Девушки у забора1002. Мать и ребенок1003. Девушки на склоне горы1004. Три девушки1005. Мать и дитя1006. Мать и дитя1007. Портрет двух женщин1008. Торговец курами1009. Торговец курами1010. На деревенской улице1011. Две женщины1012. Женщина с ребенком1013. Две девочки1014. Мальчик с музыкальным инструментом1015. Два мальчика1016. Групповая фотография1017. Групповая фотография1018. Женщины и дети1019. Люди на крыльце1020. Люди на крыльце

14 июня, 13:00

Туризм: 10 лучших городков на любой вкус

Каждый человек, отправляясь в путешествие, надеется найти что-то свое. Кому-то интересны мегаполисы с их суетой и ночной жизнью, кто-то хочет отдохнуть в уединенном месте, кто-то хочет попробовать новые блюда, а кто-то мечтает увидеть экзотическую природу.

14 июня, 13:00

Туризм: 10 лучших городков на любой вкус

Каждый человек, отправляясь в путешествие, надеется найти что-то свое. Кому-то интересны мегаполисы с их суетой и ночной жизнью, кто-то хочет отдохнуть в уединенном месте, кто-то хочет попробовать новые блюда, а кто-то мечтает увидеть экзотическую природу.

Выбор редакции
11 июня, 22:19

1926-1929. Немецкая этнографическая экспедиция Эгона фон Эйкштедта. Часть 4. Бирма. Вып 5

Народность Шань1926-1929. Немецкая этнографическая экспедиция Эгона фон Эйкштедта. Часть 1. От Гибралтара до Цейлона1926-1929. Немецкая этнографическая экспедиция Эгона фон Эйкштедта. Часть 2. Цейлон1926-1929. Немецкая этнографическая экспедиция Эгона фон Эйкштедта. Часть 2. Цейлон. Вып.21926-1929. Немецкая этнографическая экспедиция Эгона фон Эйкштедта. Часть 2. Цейлон. Вып.31926-1929. Немецкая этнографическая экспедиция Эгона фон Эйкштедта. Часть 2. Цейлон. Вып.41926-1929. Немецкая этнографическая экспедиция Эгона фон Эйкштедта. Часть 2. Цейлон. Вып.51926-1929. Немецкая этнографическая экспедиция Эгона фон Эйкштедта. Часть 2. Цейлон. Вып.61926-1929. Немецкая этнографическая экспедиция Эгона фон Эйкштедта. Часть 2. Цейлон. Вып.71926-1929. Немецкая этнографическая экспедиция Эгона фон Эйкштедта. Часть 2. Цейлон. Вып.81926-1929. Немецкая этнографическая экспедиция Эгона фон Эйкштедта. Часть 2. Цейлон. Вып.91926-1929. Немецкая этнографическая экспедиция Эгона фон Эйкштедта. Часть 2. Цейлон. Вып.101926-1929. Немецкая этнографическая экспедиция Эгона фон Эйкштедта. Часть 2. Цейлон. Вып.111926-1929. Немецкая этнографическая экспедиция Эгона фон Эйкштедта. Часть 3. Индия1926-1929. Немецкая этнографическая экспедиция Эгона фон Эйкштедта. Часть 3. Индия. Вып 21926-1929. Немецкая этнографическая экспедиция Эгона фон Эйкштедта. Часть 3. Индия. Вып 31926-1929. Немецкая этнографическая экспедиция Эгона фон Эйкштедта. Часть 3. Индия. Вып 41926-1929. Немецкая этнографическая экспедиция Эгона фон Эйкштедта. Часть 3. Индия. Вып 51926-1929. Немецкая этнографическая экспедиция Эгона фон Эйкштедта. Часть 3. Индия. Вып 61926-1929. Немецкая этнографическая экспедиция Эгона фон Эйкштедта. Часть 3. Индия. Вып 71926-1929. Немецкая этнографическая экспедиция Эгона фон Эйкштедта. Часть 3. Индия. Вып 81926-1929. Немецкая этнографическая экспедиция Эгона фон Эйкштедта. Часть 4. Бирма1926-1929. Немецкая этнографическая экспедиция Эгона фон Эйкштедта. Часть 4. Бирма. Вып 21926-1929. Немецкая этнографическая экспедиция Эгона фон Эйкштедта. Часть 4. Бирма. Вып 31926-1929. Немецкая этнографическая экспедиция Эгона фон Эйкштедта. Часть 4. Бирма. Вып 4954. Водонос955. Выращивание чая956. Сбор чайных листьев957. Сбор чайных листьев958. Сбор чая959. Чаепрессовка960. Печь для заварки чайных листьев961. Принц у чайного дерева962. Дед с внуками963. Поедание бетеля964. Женщина во время прядения965. Женщины во время ужина966. Люди на деревенской улице967. Мужчина играет на тыквенной флейте968. Мужчина играет на тыквенной флейте969. В дороге970. Мужчины на лестнице971. Пара на рынке972. Получение огня973. Мужчина с барабаном974. Мужчина с барабаном975. Мужчина с музыкальным инструментом976. Портрет мужчины977. Портрет мужчины978. Совет старейшин979. Толчение риса980. Толчение риса981. Трое мужчин982. Человек с мечом983. Мужчина с трубкой984. Мужчина с трубкой985. Мужчина с кинжалом986. Мужчина с луком987. Мужчина с луком988. Мужчина с пращей

10 июня, 07:57

Второй фронт в 1942 г

Сперва уточним понятие: под вторым фронтом подразумевается сухопутный фронт союзников против Германии, отвлекающий значительные немецкие силы, и не просто отвлекающий, но и перемалывающий их.

07 июня, 11:41

Будущее социальных сетей

  Роль большой… стратегии заключается в том, чтобы координировать и направлять все ресурсы страны или группы стран на достижение политической цели войны…[1] Л. Гарт, военный теоретик   Социальный сети, как наиболее эффективный силовой инструмент политики, с одной стороны, и как основа для «сетецентрических операций», с другой, становятся важнейшим средством силовой политики, чье значение уже вполне сопоставимо с ОМ. И этим определяется перспектива развития социальных сетей. Один из авторов концепции постиндустриального общества Э. Тоффлер пишет[2]: «Удивительно то, что лишь немногие большие руководители бизнеса действительно осознают всю глубину изменений, которые происходят в самой природе коммуникации в наше время, и их последствия. [3] [4] … Любой может увидеть и потрогать телефон или компьютер, стоящие столе. Но это невозможно сделать с сетью, которая соединяет их со всем миром. По большей части мы не имеем представления о тех высокоскоростных возможностях, которые придают им форму чего-то подобного нервной системе в нашем обществе. Сети, которые когда-то построили Морзе, Western Union, Bell и другие с помощью электрических проводов, не были разумными, если не сказать тупыми. Общепринято, что прямая линия – это кратчайшее расстояние между двумя пунктами. Поэтому инженеры стараются посылать сообщения от одного города к другому по возможности по прямым линиям. Несмотря на то что такая философия сетей «первой стадии» была достаточно распространена, выяснилось, что прямая линия не всегда обеспечивает самый лучший и самый быстрый способ доставки информации из одного места в другое. На самом деле большая часть сообщений может передаваться быстрее, если не посылать повторно вызов, например из Таллахасси в Атланту, по одному и тому же маршруту, независимо от того, занята линия или нет. Сеть может посчитать вызовы в каждой линии и послать вызов по наименее занятому маршруту, который может проходить и через Новый Орлеан или даже через Сент-Луис, а не ждать, когда освободится прямолинейный маршрут. Такое довольно простое решение стало первой инъекцией «ума» или «сообразительности» в систему; фактически сеть начала контролировать свою собственную работу. Этот прорыв привел ко многим дополнительным инновациям, часто очень остроумным, которые неожиданно позволили телефонным сетям «понимать» много больше о себе, проверять свои компоненты, диагностировать и даже предвидеть поломки. Это было похоже на то, как если бы организм был мертв или бездеятелен и вдруг неожиданно получил способность измерять свое собственное кровяное давление, пульс и частоту дыхания[5]. Сеть начала осознавать самое себя. Пересекая всю планету проводами, проникающими в сотни миллионов домов, проводами, физическое содержимое которых было когда-то содержимым многих медных рудников, со сложными переключающими системами и технологиями пересылки в них, эти сети второй стадии постоянно совершенствовались, улучшались, расширялись и проявляли все большую и большую разумность, становясь в ряд истинных чудес индустриального века. Поскольку они по большей части незаметны для обычного пользователя, наша цивилизация радикально недооценивает замороженного блеска и концептуальной красоты этих невидимых сетей, так же как и их эволюционное значение. Часть населения еще испытывает недостаток даже в отсталом телефонном сервисе, а исследователи уже активно работают над совершением следующего революционного шага в телекоммуникациях, созданием еще более изощренной сети третьего поколения. Сегодня, когда миллионы компьютеров – от гигантских Сrays до небольших ноутбуков подключены в сети, непрерывно возникают и связываются новые сети, создавая все более и более плотные «подсети», необходим еще более высокий уровень разумности или «самообучаемости» для управления необыкновенно большими объемами информации, проходящей через них. В результате исследователи быстро движутся к еще более самообучающимся системам. Их цель – так называемые нейронные сети. Они будут не только посылать по определенному маршруту сообщения, по необходимости изменяя его, но и на самом деле будут обучаться на собственном прошлом опыте, предсказывая, где и когда будет большая нагрузка, и на основании этого расширяя число контактов сети для поиска оптимальных соединений. Это похоже на то, как если бы Сан-Диего Фривэй или немецкий автобан были бы достаточно умными и способными расширять и сужать сами себя в зависимости от потока машин в данный момент. Еще до того, как эти огромные усилия принесут свой результат, готовится другой, еще более гигантский шаг вперед. Мы движемся не в направлении системы четвертого поколения, а к совершенно другому типу мышления[6]. Правительственный механизм осуществления программ публичной дипломатии Web 2.0. В 2006 г. в Госдепартаменте появилась группа специалистов (Digital Outreach Team) для анализа сообщений и дискуссий, протекающих во всех возможных международных и национальных социальных сетях. Группа, состоящая из десяти специалистов, сделала основной упор в своей деятельности на сбор информации из арабских социальных ресурсов, в которых настроения антиамериканизма развиты в наибольшей степени. Кроме этого, специалисты данной команды принимают участие в дискуссиях, регистрируясь в социальных сетях в качестве рядовых участников или модераторов дискуссий. Команда пытается разъяснить пользователям поведение США на международной арене и ликвидировать дезинформацию, поступающую в социальные сети со стороны основных противников Америки, таких как «Талибан» и «Аль-Каида». В 2007–2008 гг. были созданы ещё пятнадцать отделов в Госдепартаменте, ЦРУ, Министерстве обороны, а также в Агентстве международного развития. Эти отделы занимаются анализом международных и национальных социальных сетей, блогов, чатов, а также транслированием позитивной информации о США в Интернет-ресурсы. Например, в ЦРУ был создан отдел (Open Source Center), который ежедневно осуществляет мониторинг зарубежных Интернет-изданий газет и журналов и формирует реакцию на негативную информацию о США. Данные «ответы» распространяются через социальные сети и блогеров. Наибольшее число подобных отделов создано в Министерстве обороны. Девять отделов, разбросанных по родам войск, занимаются анализом сайтов, а также распространением позитивной информации о США по социальным сетям. Общее число аналитиков, занятых подобной деятельностью, сравнительно небольшое: около 500. Каждый отдел, исключая некоторые отделы Пентагона, состоит из 10–12 сотрудников[7]. Стратегия новой публичной дипломатии. В 2009 и 2010 гг. Дж. Макхейл изложила стратегию новой публичной дипломатии США в документах «Публичная дипломатия: укрепление взаимодействия Соединённых Штатов с миром» и «Публичная дипломатия: национальный стратегический императив». Администрация США чётко обозначила проблемы, с которыми будет иметь дело публичная дипломатия Web 2.0. – это, во-первых, эффективная пропаганда идеологических врагов США; во-вторых, информационная деятельность Китая в сети Интернет; в-третьих, медиа-присутствие России на пространстве бывшего Советского Союза и, в-четвёртых, внешняя культурная политика Ирана, осуществляемая через социальные сети. Дипломатия вовлечения (engagement), которая подразумевает создание условий для изменения политической культуры или смены недемократического режима в других странах посредством поддержки или создания оппозиции, является основным ответом США на указанные проблемы. Развитие превентивных информационных стратегий, таких как мгновенная реакция правительства на негативную информацию о США в блогах, диалог между членами правительства США и отдельными блогерами, подавление пропаганды «Талибана» и «Аль-Каиды» и создание комплекса неправительственных организаций посредством социальных сетей, является основным методом реализации этой дипломатии. Молодёжь, имеющая протестные настроения и некоторые аспирации к демократии, становится основной целевой аудиторией, поскольку именно она способна оказывать давление на авторитарные режимы. Программы публичной дипломатии Web 2.0. Все существующие проекты публичной дипломатии США, связанные с сетью Интернет, можно разделить на следующие направления: 1) создание молодёжного протестного движения; 2) мобилизация групп диссидентов, 3) формирование диалога между представителями правительства США и отдельными блогерами и 4) объединение пользователей вокруг американского интерактивного радио и телевидения. Создание молодёжного протестного движения через социальные сети. Еще в период «холодной войны» в публичной дипломатии США и СССР были сформированы программы для молодёжи зарубежных стран. Правительства сверхдержав понимали, что молодёжь является важной целевой группой в идеологическом противостоянии. Формирование позитивного отношения молодёжи к ценностям США или СССР способствовало созданию в различных странах лояльной политической элиты, которая ориентировала свою внешнюю или экономическую политику на один или другой политический блок. США, например, кропотливо работали с молодым поколением в странах Западной Европы, объединяя молодёжь вокруг идеи о трансатлантическом партнёрстве США и Европы, стремясь всевозможными способами удержать молодёжь от влияния со стороны СССР. Советский Союз не отставал от своего конкурента. Политика по созданию лояльной молодёжи в развивающихся странах приносила свои плоды. Молодёжь участвовала в государственных переворотах, занималась доставкой литературы из СССР, служила опорой для социалистических или революционных партий и т.д.[8] Мобилизация групп диссидентов посредством блогосферы[9]. Американское правительство, как и в период «холодной войны», взаимодействует с группами диссидентов в таких странах как Китай, Иран, Россия, Венесуэла, Куба и др. Используя компьютерные технологии, США удалось осуществить несколько проектов, которые направлены на мобилизацию групп диссидентов вокруг Вашингтона. Формирование диалога между представителями правительства США и отдельными блогерами. Современная публичная дипломатия США отвергает концепцию монолога, т.е. одностороннего распространения информации, как это было в период «холодной войны», когда информация транслировалась через радио и журналы от правительства США к зарубежным целевым аудиториям, и переходит к так называемому диалогу или «слушанию» (listening), что обеспечивает обратную связь, а затем и быструю реакцию США на формирующееся общественное мнение пользователей сети. Диалог выстраивается через известных американцев – политиков, звёзд кино и эстрады, учёных и т.д. Объединение пользователей вокруг американского интерактивного радио и телевидения. Размещение радиостанций и телеканалов международного вещания США в сети Интернет является наиболее масштабным проектом публичной дипломатии. Американское правительство использует сеть Интернет по двум направлениям: первое – создание новых каналов вещания и второе – размещение конкретных передач в самых популярных социальных сетях. Начиная с 2002–2004 гг. правительство США создало порядка десяти новых радиостанции и телеканалов. Наиболее известные среди них – каналы «Сава», «Фарда», «Свободный Ирак», «Голос Америки на курдском языке», «Свободный Афганистан», «Голос Америки в Афганистане», «Деева», «Голос Америки в Пакистане», «Сеть персидских новостей» и др. Большинство из них, как видно из названий, были созданы в странах Ближнего Востока. Самый масштабный – это телеканал «Альхурра» (Alhurra)[10]. Перспективы развития американской новой публичной дипломатии. Успех проектов по созданию протестного молодёжного движения и групп диссидентов, а также проектов по формированию диалога между правительственными лицами США и блогерами в социальных сетях зависит от двух важных условий. Постоянный доступ граждан к информационным технологиям в зарубежных странах является основным условием для проведения эффективной публичной дипломатии Web 2.0. Сегодня американское правительство активно работает на данном направлении. Давление Китая на компанию Google зимой 2010 г. послужило хорошим поводом для начала масштабной программы США по продвижению свободного доступа граждан к Интернету в зарубежных странах. Усилия США направлены на правительства таких стран, как Китай, Иран, Куба, Северная Корея, Беларусь, Бирма, Египет, Эфиопия, Саудовская Аравия, Туркменистан, Узбекистан, Вьетнам и Зимбабве[11]. … До сегодняшнего дня даже самые разумные сети, включая нейронные, имели только то, что может быть названо «интраразумностью». Вся их разумность нацелена вовнутрь. Интраразумность подобна разумности, заложенной в наших собственных автономных нервных системах, которые формируют непроизвольные действия тела, такие как сердцебиение или гормональная секреция – функции, о которых мы редко думаем, но которые необходимы для поддержания жизни. Интраразумная сеть доставляет сообщение точно в том же виде, в каком оно было послано. Ученые и инженеры бьются над поддержанием чистоты сообщений, борясь за устранение какого-либо «шума», который может исказить или изменить сообщение. Они могут закодировать сообщение или оцифровать его, или «расфасовать» его (т. е. разбить на несколько более коротких) для того, чтобы переслать из одного места в другое. Сообщение снова восстанавливают после его прихода к адресату. При этом текст сообщения остается неизменным. Сегодня мы иногда превышаем возможности интраразумных сетей и достигаем того, что может быть названо «экстраразумными» сетями. Они анализируют, комбинируют, переупаковывают сообщение, другими словами, делают ему массаж, иногда в этом процессе создавая новую информацию. Таким образом, массированное или увеличенное сообщение, которое приходит на другой конец, отличается от того, что было вначале, оно изменено программным обеспечением, скрытым в сети. Это так называемые Value Added Networks, или VANs. Они экстраразумны. Сегодня большая часть VANoв кодирует и перекодирует сообщения для адаптации их к различным средствам. Например, во Франции служба Atlas 400 фирмы France Telecom принимает данные и преобразует их в форму, доступную для PC, для факсов или видеотехнических терминалов. Такое не слишком сложно представить. Но концепция добавления объема к сообщениям не останавливается на приспособлении сообщений к некоторым техническим параметрам. Французская сеть Minitel, которая связывает 5 млн. домов и офисов, предлагает Гатрад (Gatrad), Митрад (Mitrad), Дило (Dilo) и другой сервис, который может принять сообщение из Франции и автоматически перевести его на английский, испанский, арабский, немецкий, итальянский или голландский языки и наоборот. И хотя переводы несовершенны, такие программы вполне работоспособны. Некоторые программы имеют также специализированные словари, например аэрокосмическая промышленность, ядерная физика, политика. Другие сети получают сообщение от отправителя и, прогнав его через компьютерную модель, посылают «увеличенное» сообщение другому пользователю[12]. Существование VANoв обещает изъять несметное количество миллиардов долларов из сегодняшней стоимости производства продукции и ее распределения, избавиться от волокиты, уменьшая количество необходимых действий, ускоряя время отклика. Но инъекция экстраразумности в эти быстро распространяющиеся и взаимосвязанные сети имеет еще большее значение. Она подобна неожиданному, фантастическому внедрению коры головного мозга в организм, который никогда не имел мозга. В комбинации с автономной нервной системой это дает организму не просто самосознание и способность изменять самого себя, но также способность прямо вмешиваться в нашу жизнь, начиная в первую очередь с нашего бизнеса[13]. Поэтому сети получают совершенно новые роли в бизнесе и обществе. И хотя до сих пор, насколько нам известно, еще никто не воспользовался их экстраразумностью для злых, криминальных целей, а распространение экстраразумных сетей находится все еще в младенческом состоянии, законы и меры безопасности для них все же создаются. Кто знает, что за этим последует? Создавая самообучающиеся нейронные электронные системы, мы изменяем правила культуры и бизнеса. …Экстраразумность вызовет ошеломляющие вопросы о взаимосвязях, информации и знании, о языке и этике и о трудных для понимания моделях, скрытых в программном обеспечении. Право исправлять, ответственность за ошибки или предвзятость, право собственности и вопросы о справедливости – все это каскадом навалится на исполнительные власти и суды в грядущие годы, когда общество попробует адаптироваться к существованию экстраразумности. Поскольку приложения экстраразумности в один прекрасный день пойдут дальше простых вопросов бизнеса, они вызовут глубокие социальные, политические и даже философские изменения. Чудеса труда, интеллекта и научного воображения, которые затмевают строительство египетских пирамид, средневековых соборов или Стоунхенджа, сегодня выливаются в строительство электронной инфраструктуры завтрашнего суперсимволического общества. Экстраразумность, как мы увидим далее, уже опрокидывает существующий баланс сил в целых секторах нарождающейся экономики. Сегодня мы наблюдаем определенную и чрезвычайно быструю этапность в развитии интернета, когда за неполные 40 лет он получил не только глобальный охват, но и эволюционизировал качественно из средства коммуникации в средство коллективного создания контента WEB 3.0. Еще большего следует ожидать в будущем. Но и это не все. Мы наблюдаем взаимоинтеграцию нескольких процессов: – Процесса превращения официальной и публичной дипломатии в политику «новой публичной дипломатии», где системно используются все политические, технические, информационные и иные средства для управления обществом и его правящими элитами. Напомним, что в принципе, публичная дипломатия – действия, направленные на строительство долгосрочных отношений, защиту целей национальной внешней политики и лучшего понимания ценностей и институтов собственного государства за рубежом. Публичная дипломатия продвигает национальные интересы и обеспечивает национальную безопасность путём изучения настроений иностранного общественного мнения, информирования его и воздействия на тех, кто это мнение формирует. Публичная дипломатия в основном нацелена на массовую аудиторию. Она исходит из того предположения, что общественное мнение может оказать значительное влияние на свои правительства и на политические системы. Любой вид публичной дипломатии направлен на определенную аудиторию, использует соответствующий этой аудитории язык и образы. Именно это позволяет ей достичь намеченных политических целей; – Процесса превращения средств обработки и передачи информации в самое эффективное оружие, которое способно решать политические задачи с минимальным риском; – Процесса, характеризуемого настойчивым стремлением правящей элиты западной ЛЧЦ добиться решительных целей с помощью этих средств в реализации сценария «Военно-силового противоборства». Автор: А.И. Подберезкин [1] Гарт Л. Стратегия непрямых действий. – М.: АСТ, 1999 / http://militera.lib.ru/science/liddel_hart1/index.html [2] Тоффлер Э. Метаморфозы власти, 1990. – М.: АСТ, 2004. – 672 с. [3] ИКТ: революционный фактор международной безопасности и глобального развития / http://www.pircenter.org/media/content/files/12/14126090840.pdf [4] ИКТ: революционный фактор международной безопасности и глобального развития / http://www.pircenter.org/media/content/files/12/14126090840.pdf [5] Тоффлер Э. Метаморфозы власти, 1990. – М.: АСТ, 2004. – С. 16. [6] Тоффлер Э. Метаморфозы власти, 1990. – М.: АСТ, 2004. – С. 16. [7] Цветкова Н. Программы Web 2.0 в публичной дипломатии США / Дипломатика, 2012. – № 4. – С. 224. [8] Цветкова Н. Программы Web 2.0 в публичной дипломатии США / Дипломатика, 2012. – № 4. – С. 225. [9] Цветкова Н. Программы Web 2.0 в публичной дипломатии США / Дипломатика, 2012. – № 4. – С. 2262. [10] Цветкова Н. Программы Web 2.0 в публичной дипломатии США / Дипломатика, 2012. – № 4. – С. 228. [11] Цветкова Н. Программы Web 2.0 в публичной дипломатии США / Дипломатика, 2012. – № 4. – С. 2229. [12] Тоффлер Э. Метаморфозы власти, 1990. – М.: АСТ, 2004. – С. 17. [13] Тоффлер Э. Метаморфозы власти, 1990. – М.: АСТ, 2004. – С. 18.   07.06.2017 Tweet июнь 2017

Выбор редакции
04 июня, 21:23

1926-1929. Немецкая этнографическая экспедиция Эгона фон Эйкштедта. Часть 4. Бирма. Вып 4

1926-1929. Немецкая этнографическая экспедиция Эгона фон Эйкштедта. Часть 1. От Гибралтара до Цейлона1926-1929. Немецкая этнографическая экспедиция Эгона фон Эйкштедта. Часть 2. Цейлон1926-1929. Немецкая этнографическая экспедиция Эгона фон Эйкштедта. Часть 2. Цейлон. Вып.21926-1929. Немецкая этнографическая экспедиция Эгона фон Эйкштедта. Часть 2. Цейлон. Вып.31926-1929. Немецкая этнографическая экспедиция Эгона фон Эйкштедта. Часть 2. Цейлон. Вып.41926-1929. Немецкая этнографическая экспедиция Эгона фон Эйкштедта. Часть 2. Цейлон. Вып.51926-1929. Немецкая этнографическая экспедиция Эгона фон Эйкштедта. Часть 2. Цейлон. Вып.61926-1929. Немецкая этнографическая экспедиция Эгона фон Эйкштедта. Часть 2. Цейлон. Вып.71926-1929. Немецкая этнографическая экспедиция Эгона фон Эйкштедта. Часть 2. Цейлон. Вып.81926-1929. Немецкая этнографическая экспедиция Эгона фон Эйкштедта. Часть 2. Цейлон. Вып.91926-1929. Немецкая этнографическая экспедиция Эгона фон Эйкштедта. Часть 2. Цейлон. Вып.101926-1929. Немецкая этнографическая экспедиция Эгона фон Эйкштедта. Часть 2. Цейлон. Вып.111926-1929. Немецкая этнографическая экспедиция Эгона фон Эйкштедта. Часть 3. Индия1926-1929. Немецкая этнографическая экспедиция Эгона фон Эйкштедта. Часть 3. Индия. Вып 21926-1929. Немецкая этнографическая экспедиция Эгона фон Эйкштедта. Часть 3. Индия. Вып 31926-1929. Немецкая этнографическая экспедиция Эгона фон Эйкштедта. Часть 3. Индия. Вып 41926-1929. Немецкая этнографическая экспедиция Эгона фон Эйкштедта. Часть 3. Индия. Вып 51926-1929. Немецкая этнографическая экспедиция Эгона фон Эйкштедта. Часть 3. Индия. Вып 61926-1929. Немецкая этнографическая экспедиция Эгона фон Эйкштедта. Часть 3. Индия. Вып 71926-1929. Немецкая этнографическая экспедиция Эгона фон Эйкштедта. Часть 3. Индия. Вып 81926-1929. Немецкая этнографическая экспедиция Эгона фон Эйкштедта. Часть 4. Бирма1926-1929. Немецкая этнографическая экспедиция Эгона фон Эйкштедта. Часть 4. Бирма. Вып 2920. Монах и ученик921. Три монахини в пути922. Буддийские монахини923. Гробница древнего «саопа» (местного правителя)924. Гробница со статуей древнего «саопа» (местного правителя)925. Похороны926. Похороны927. Похороны. Гроб928. Захоронение929. Священник930. Священник931. Священник932. Жертвоприношение933. Жертвоприношение934. Жертвоприношение935. Жертвоприношение936. Жертвоприношение937. Захоронение938. Кладбище939. Мужчины перед алтарем940. Молитва941. Ярмарочная площадь в деревне942. Женщины идут на рынок943. «Саопа» рядом с жертвенным столом944. Танцор с нунчаками945. Танцор с нунчаками946. Танцор с нунчаками947. Танцор с нунчаками948. Танцор с нунчаками949. Танцор с мечами950. Танцор с мечами951. Танцор с мечами952. Танцор с мечами953. Танцор с мечами

30 мая, 08:22

Китай планирует взорвать острова на реке Меконг в рамках нового Шёлкового пути

Пла беук (pla beuk) — гигантский беззубый сом, самая большая пресноводная рыба в мире. Эти сомы когда-то проплывали огромные расстояния по могучей реке Меконг из южного Китая, через Бирму, Лаос, Таиланд и Камбоджу, вплоть до дельты реки во Вьетнаме. Теперь, возможно, осталось только несколько сотен взрослых особей, прячущихся в глубоких, относительно ненарушенных местах реки.

Выбор редакции
29 мая, 00:53

1926-1929. Немецкая этнографическая экспедиция Эгона фон Эйкштедта. Часть 4. Бирма. Вып 3

1926-1929. Немецкая этнографическая экспедиция Эгона фон Эйкштедта. Часть 1. От Гибралтара до Цейлона1926-1929. Немецкая этнографическая экспедиция Эгона фон Эйкштедта. Часть 2. Цейлон1926-1929. Немецкая этнографическая экспедиция Эгона фон Эйкштедта. Часть 2. Цейлон. Вып.21926-1929. Немецкая этнографическая экспедиция Эгона фон Эйкштедта. Часть 2. Цейлон. Вып.31926-1929. Немецкая этнографическая экспедиция Эгона фон Эйкштедта. Часть 2. Цейлон. Вып.41926-1929. Немецкая этнографическая экспедиция Эгона фон Эйкштедта. Часть 2. Цейлон. Вып.51926-1929. Немецкая этнографическая экспедиция Эгона фон Эйкштедта. Часть 2. Цейлон. Вып.61926-1929. Немецкая этнографическая экспедиция Эгона фон Эйкштедта. Часть 2. Цейлон. Вып.71926-1929. Немецкая этнографическая экспедиция Эгона фон Эйкштедта. Часть 2. Цейлон. Вып.81926-1929. Немецкая этнографическая экспедиция Эгона фон Эйкштедта. Часть 2. Цейлон. Вып.91926-1929. Немецкая этнографическая экспедиция Эгона фон Эйкштедта. Часть 2. Цейлон. Вып.101926-1929. Немецкая этнографическая экспедиция Эгона фон Эйкштедта. Часть 2. Цейлон. Вып.111926-1929. Немецкая этнографическая экспедиция Эгона фон Эйкштедта. Часть 3. Индия1926-1929. Немецкая этнографическая экспедиция Эгона фон Эйкштедта. Часть 3. Индия. Вып 21926-1929. Немецкая этнографическая экспедиция Эгона фон Эйкштедта. Часть 3. Индия. Вып 31926-1929. Немецкая этнографическая экспедиция Эгона фон Эйкштедта. Часть 3. Индия. Вып 41926-1929. Немецкая этнографическая экспедиция Эгона фон Эйкштедта. Часть 3. Индия. Вып 51926-1929. Немецкая этнографическая экспедиция Эгона фон Эйкштедта. Часть 3. Индия. Вып 61926-1929. Немецкая этнографическая экспедиция Эгона фон Эйкштедта. Часть 3. Индия. Вып 71926-1929. Немецкая этнографическая экспедиция Эгона фон Эйкштедта. Часть 3. Индия. Вып 81926-1929. Немецкая этнографическая экспедиция Эгона фон Эйкштедта. Часть 4. Бирма1926-1929. Немецкая этнографическая экспедиция Эгона фон Эйкштедта. Часть 4. Бирма. Вып 2889. Китайский лидер каравана890. Группа людей приветствует Энджо фон Эйкштедт891. Энджо фон Эйкштедт верхом на муле перед храмом на земле палаунгов вблизи Нансхана892. Вид на горную долину с пагодами в районе города Нансхан893. Нансхан. Энджо фон Эйкштедт (1893-1865) при пересечении моста894. Горный пейзаж с буддийскими храмами и пагодами894. Нансхан. Городская улица в праздничный день895. Вид горной деревни с пагодой896. Нансхан. Горный пейзаж с пагодой897. Нансхан. Вид бунгало на вершине холма898. Нансхан. Вид из деревни на бунгало899. Нансхан. Вид из бунгало на город900. Нансхан. Вид из бунгало на дворцовый холм901. Нансхан. Вид на город902. Нансхан. Вид из бунгало на горную долину903. Шан (область). Деревенская площадь904. Вид деревни в области Шан905. Деревня в горах906. Нансхан. Городская улица907. Нансхан. Старый дворец на вершине холма908. Нансхан. Монастырь на горе909. Нансхан. Вид на дворец. На переднем плане местный принц910. Нансхан. Мужчины перед хижиной911. Нансхан. Дворец на вершине холма912. Человек на фоне горного пейзажа913. Трон914. Затейливая корона на подставке915. Вид украшенной обуви916. Древнее захоронение принцессы917. Улица в китайском квартале918. Китайский квартал919. В китайском квартале

26 мая, 19:00

Несколько попыток вещественно доказать реинкарнацию

Исследователи паранормальных явлений очень тщательно расследуют каждый случай, который может оказаться физическим доказательством реинкарнации. Случаи, перечисленные ниже, никоим образом не претендуют на серьёзные научные исследования, а некоторые из них — и вовсе похоже на анекдоты. Однако в каждом из этих случаев есть необъяснимые странности, которые заставят призадуматься даже самого прожжённого скептика.1. Передача родимых пятенВ некоторых азиатских странах есть традиция наносить на тело человека метки после его смерти (часто для этого используется сажа). Родственники надеются, что так душа умершего возродится вновь, в родной семье. Люди верят, что эти метки потом могут стать родинками на теле новорожденного, и будут доказательством того, что душа умершего возродилась.Юрген КейлВ 2012-м году психиатр Джим Такер и психолог Юрген Кейл опубликовали исследование, посвящённое семьям, в которых дети рождались с родинками, совпадавшими с метками на телах их умерших родственников.В случае с К. Н. — мальчиком из Мьянмы, отмечалось, что расположение родимого пятна на его левой руке в точности совпадает с расположением метки на теле его покойного деда. Дед умер за 11 месяцев до рождения мальчика. Многие люди, в том числе и члены его семьи, убеждены, что это метка деда, которую сосед нанёс на его тело с помощью обычного угля.Когда мальчику было чуть больше двух лет, он назвал свою бабушку «Ма Тин Шве». Этим именем её называл только покойный дед. Родные дети называли бабушку просто матерью. А свою родную мать К. Н. называл «Вар Вар Хин», так же её называл и покойный дед.Когда мать К. Н. была беременна, она часто вспоминала отца и говорила: «Я хочу жить с тобой». Родимое пятно и имена, произносимые ребёнком, заставляют его семью думать, что мечта его матери сбылась.2. Ребёнок, родившийся с пулевыми ранениямиЯн Стивенсон был профессором психиатрии из Университета Вирджинии, и интересовался реинкарнацией. В 1993-м году в одном из научных журналов он опубликовал статью о родимых пятнах и врождённых дефектах, которые возникли, как считалось, «по неизвестным причинам».В статье был описан случай, когда один ребёнок из Турции помнил жизнь человека, которого застрелили из дробовика. А в больничных записях числился человек, умерший через шесть дней после того, как выстрел разнёс правую сторону его черепа.Турецкий мальчик родился с односторонней микротией (врождённая деформация ушной раковины) и гемифациальной микросомией, которая проявилась в недостаточном развитии правой половина лица. Случаи микротии наблюдаются у каждого 6000-го младенца, а микросомии — у каждого 3500-го младенца.3. Пациентка, которая убила сына и вышла за него замужБрайан Уэйн (слева)Брайан Уэйс, председатель отдела психиатрии медицинского центра Майами утверждает, что видел пациента, у которого во время лечения наблюдался спонтанный регрессивный эпизод его прошлой жизни. Несмотря на то, что Уэйс — психиатр с классическим медицинским образованием и лечит людей уже много лет, теперь он стал лидером в регрессивной терапии прошлых жизней.В одной из своих книг Уэйс рассказывает историю пациентки по имени Дайан, которая работала старшей медсестрой в центре скорой помощи.В ходе регрессивного сеанса выяснилось, что Дайан якобы жила жизнью молодой переселенки в Северной Америке, и было это в годы конфликтов с индейцами.Особенно много она рассказывала о том, как пряталась от индейцев вместе со своим грудным ребёнком, пока её муж был в отъезде.Она рассказала, что у её малыша была родинка чуть ниже правого плеча, похожая на полумесяц или изогнутый меч. Когда они прятались, сын закричал. Боясь за свою жизнь, и пытаясь как-то успокоить его, женщина случайно задушила сына, закрыв ему рот.Через несколько месяцев после регрессивного сеанса, Дайан почувствовала симпатию к одному из пациентов, который поступил к ним с приступом астмы. Пациент, в свою очередь, тоже чувствовал странную связь с Дайан. И она испытала настоящий шок, когда увидела у пациента родинку в форме полумесяца, чуть ниже плеча.4. Возрождённый почеркВ возрасти шести лет Таранжит Сингх жил в деревне Аллуна Миана, в Индии. Когда ему было два года, он начал утверждать, что его настоящее имя — Сатнам Сингх, и что родился он в селе Чакчелла в Джаландхаре. Село находилось в 60 км от его деревни.Таранжит якобы помнил, что он был учеником 9 класса (возраст — примерно 15–16 лет), и что имя его отца было Джит Сингх. Как-то раз человек, едущий на скутере, столкнулся с Сатнамом, который ехал на велосипеде, и убил его. Произошло это 10 сентября 1992-го года. Таранжит утверждал, что книги, которые он вёз с собой в день аварии, вымокли в крови, и что в бумажнике у него в тот день было 30 рупий. Ребёнок был очень настойчив, так что его отец, Ранжит, решил расследовать эту историю.Учитель в Джаландхаре рассказал Ранжиту, что мальчик по имени Сатнам Сингх действительно погиб в результате аварии, и что отца этого мальчика действительно звали Джит Сингх. Ранжит отправился к семье Сингх, и там подтвердили детали о вымокших в крови книгах и 30 рупиях. А когда Таранжит встретился с семьёй погибшего, он смог безошибочно узнать Сатнама на фотографиях.Судебный эксперт, Викрам Радж Чауха, прочитал о Таранжите в газете и продолжил расследование. Он взял образцы почерка Сатнама из его старой тетради, и сравнил их с почерком Таранжита. Несмотря на то, что мальчик «ещё не привык писать», образцы почерка были почти идентичны. Затем доктор Чаухан показал результаты этого эксперимента коллегам, и они тоже признали идентичность образцов почерка.5. Родившийся со знанием шведскогоПрофессор психиатрии Ян Стивенсон исследовал многочисленные случаи ксеноглоссии, которая определяется как «способность говорить на иностранном языке, который совершенно неизвестен говорящему в его обычном состоянии».Ян СтивенсонСтивенсон обследовал 37-летнюю американку, которую он назвал ТЕ. ТЕ родилась и выросла в Филадельфии, в семье иммигрантов, которые дома говорили на английском, польском, идише и русском. В школе она изучала французский. Всё её представление о шведском языке ограничивалось несколькими фразами, которые она слышала в одном телешоу о жизни американцев шведского происхождения.Но в ходе восьми сеансов регрессивного гипноза ТЕ считала себя «Йенсеном Якоби», шведским крестьянином.Будучи «Йенсеном», ТЕ отвечала на вопросы, задаваемые ей на шведском языке. Отвечала она на них тоже на шведском, используя примерно 60 слов, которые говорящий на шведском интервьюер при ней не произносил ни разу. Также ТЕ в качестве «Йенсена» смогла ответить на английские вопросы на английском же языке.ТЕ под руководством Стивенсона прошла два теста на полиграфе, тест на словесные ассоциации, тест на способности к языкам. Все эти тесты она прошла так, как будто думала на шведском. Стивенсон поговорил с её мужем, с членами её семьи и знакомыми, пытаясь выяснить, не сталкивалась ли она раньше со скандинавскими языками. Все опрошенные сказали, что таких случаев не было. Кроме того, скандинавские языки никогда не преподавались и в школах, в которых училась ТЕ.Но не всё так однозначно. Стенограмма сеансов показывает, что словарный запас ТЕ, когда она становится «Йенсеном» — всего около 100 слов, и она редко говорит полными предложениями. В ходе разговоров не было зафиксировано ни одного сложного предложения, несмотря на то, что «Йенсен» якобы уже взрослый мужчина.6. Воспоминания из монастыряВ своей книге «Ваши прошлые жизни и процесс исцеления» психиатр Адриан Финкельштейн описывает мальчика по имени Робин Халл, который часто говорил на языке, который его мать никак не могла понять.Она связалась со специалистом по восточным языкам, и он определил язык как один из диалектов, на котором говорят в северном регионе Тибета.Робин сказал, что много лет назад он пошёл в школу при монастыре, там он и научился говорить на этом языке. Правда была в том, что Робин нигде не учился, поскольку ещё не достиг школьного возраста.Специалист предпринял дальнейшее расследование, и на основании описаний Робина смог выяснить, что монастырь находится где-то в горах Куньлунь. История Робина побудила этого профессора лично отправиться в Тибет, где он и обнаружил монастырь.7. Сожжённый японский солдатЕщё одно исследование Стивенсона касается бирманской девушки по имени Ма Вин Тар. Родилась она в 1962-м году и возрасте трёх лет начала рассказывать о жизни какого-то японского солдата. Этот солдат был захвачен жителями бирманской деревни, потом его привязали к дереву и заживо сожгли.Подробных деталей в её рассказах не было, однако Стивенсон говорит, что всё это могло быть правдой. В 1945-м году жители Бирмы действительно могли захватить в плен кого-то из солдат, отставших от отступающей японской армии, и они действительно иногда сжигали японских солдат заживо.Ма Вин Тар демонстрировала черты, несовместимые с образом бирманской девушки. Она любила коротко стричь свои волосы, любила одеваться в мальчишескую одежду (позднее ей запретили это делать).Она отказалась от острой пищи, которой отдаётся предпочтение в бирманской кухне, в пользу сладкой пищи и свинины. Также она демонстрировала некоторую склонность к жестокости, которая проявлялась в привычке хлопать по лицу своих товарищей по играм.Стивенсон говорит, что японские солдаты часто хлопали по лицу бирманских сельских жителей, и что такая практика не является культурно органичной для коренных жителей этого региона.Ма Вин Тар отвергла буддизм, исповедуемый её семьёй, и дошла до того, что стала называть себя «иностранкой».А самое странное здесь то, что Ма Вин Тар появилась на свет с тяжёлыми врождёнными дефектами обеих рук. Между её средним и безымянным пальцами были перепонки. Эти пальцы были ампутированы, когда ей было всего несколько дней. На остальных пальцах имелись «кольца», как будто их чем-то сильно сжимали. Её левое запястье тоже охватывало «кольцо», состоящее из трёх отдельных углублений. По словам её матери, аналогичная метка была и на правом запястье, но она со временем пропала. Все эти отметки были невероятно похожи на ожоги от верёвки, которой японского солдата привязали к дереву, прежде чем сжечь.8. Шрамы братаВ 1979-м году Кевин Кристенсон умер в возрасте двух лет. На 18 месяце жизни в его сломанной ноге обнаружились раковые метастазы. Препараты для химиотерапии мальчику вводили через правую сторону шеи, для того, чтобы бороться с массой проблем, вызванных болезнью, в том числе с опухолью, возникшей в левом глазу, из-за чего он начал выступать вперёд, и с небольшим узелком над правым ухом.12 лет спустя мать Кевина, разведясь с его отцом и повторно выйдя замуж, родила ещё одного ребёнка по имени Патрик. С самого начала между сводными братьями наблюдалось сходство. Патрик родился с родинкой, которая выглядела как небольшой порез на правой стороне шеи. И находилась родинка как раз там, куда Кевину вводили препараты. Узелок на коже головы Патрика тоже был, и находился он в том же месте, что и у Кевина. Как и у Кевина, у Патрика была проблема с левым глазом, позднее ему был поставлен диагноз «бельмо роговицы» (к счастью, не рак).Когда Патрик начал ходить, он хромал, несмотря на то, что никаких медицинских причин хромать у него не было. Он утверждал, что многое помнит об одной операции. Когда мать спросила его, что именно оперировали, он указал на узелок над правым ухом, где Кевину однажды делали биопсию.В возрасте четырёх лет Патрик начал расспрашивать о его «старом доме», хотя он всё время жил только в одном доме. «Старый дом» он описывал как «оранжевый и коричневый». И если вы сейчас предположили, что Кевин жил в доме с оранжевой и коричневой расцветкой, вы угадали.9. Воспоминания о кошкахКогда Джон Макконнел в 1992-м году получил шесть смертельных пулевых ранений, он оставил после себя дочь по имени Дорин. У Дорин родился сын, Уильям, у которого в 1997-м году была обнаружена атрезия клапана лёгочной артерии, врождённый порок, при котором неисправный клапан направляет кровь от сердца к лёгким. Правый желудочек его сердца также был деформирован. После многочисленных операций и лечения состояние Уильяма улучшилось.Когда Джона застрелили, одна из пуль вонзилась в его спину, прошила левое лёгкое и лёгочную артерию и достигла сердца. Ранение Джона и врождённые дефекты Уильяма были чрезвычайно похожи.Однажды, пытаясь избежать наказания, Уильям сказал Дорин:«Когда ты была маленькой девочкой, а я был твоим папой, ты много раз вела себя плохо, но я ни разу не ударил тебя»!Потом Уильям спросил о коте, который был у Дорин в детстве и упомянул, что он называл кота «Босс». И это поразительно, потому что так кота называл только Джон, а настоящая кличка кота была «Бостон».10. «Подвешенное состояние»Одна из пациенток доктора Уэйса по имени Кэтрин во время регрессивного сеанса вызвала у него настоящий шок, упомянув, что она находится в «подвешенном состоянии» и что отец доктора Уэйса и его сын там тоже присутствуют.Кэтрин продолжала говорить:«Твой отец здесь, и твой сын, маленький ребёнок. Твой отец говорит, что ты узнаешь его, потому что его зовут Авром и ты назвал свою дочь в его честь. Кроме того, причиной его смерти были проблемы с сердцем. Сердце твоего сына тоже важно, поскольку оно было недоразвитым, работало наоборот».Доктор Уэйс был потрясён, потому что пациентка знала очень много о его личной жизни. Фотографии его живого сына, Джордана и его дочери были на столе, но Кэтрин, казалось, говорила об Адаме, первенце доктора, который умер в возрасте 23 дней. Адаму диагностировали полный аномальный лёгочный венозный дренаж с предсердным специальным дефектом — то есть лёгочные вены выросли не на той стороне сердца, и оно стало работать «задом наперёд».Далее, отца доктора Уэйса звали Элвин. Однако его древневрейским именем было имя Авром, как и сказала Кэтрин. И дочь доктора Уэйса, Эми, действительно была названа в честь своего деда.источник

24 мая, 21:35

Важнейшие события чаще всего решаются втайне и не фиксируются документально

А.Фурсов пишет о тенденциях, которые открыл Мангейм («Идеологии и утопии») и вместе со словом "парадигма") Райта Миллс, но все они не влезут в одну заметку,поэтому сначала фрагмент из эссе А.Фурсова в книге De secreto:"...профессиональная аналитика не хуже, а нередко лучше и точнее социально-исторической науки.как говорил непопулярный сегодня Ленин, тот, кто берётся за решение частных вопросов без предварительного решения вопросов общих, будет на каждом шагу натыкаться в решении частных вопросов на эти нерешённые общие.К сожалению, официальная наука, та, которую называют «conventional science» или «conventional scholarship», мало занимается острыми вопросами, делая вид, что официальные схемы и интерпретации в главном бесспорны, а дискутировать можно только по поводу деталей, мелких частностей. Причины очевидны. Во-первых, сама наука в её нынешнем состоянии и её организационных формах — структура довольно ригидная и иерархическая; пересмотр, тем более кардинальный, схем, которые подаются в качестве незыблемых и в подтверждение которых написаны тонны диссертаций, обесценивает или, как минимум, ставит под сомнение и написанное, и иерархию. И может вскрыться: король-то голый — кандидат «А» вовсе не кандидат, а недоросль, доктор «Б» вовсе не доктор, а двоечник, академик «В» — в лучшем случае продвинутый семиклассник.Во-вторых, наука — только в идеале поиск истины. Когда-то в «Зияющих высотах» А.А. Зиновьев заметил, что современная наука не есть сфера человеческой деятельности, участники которой только и заняты поисками истины. Помимо научности в науке содержится и антинаучность, которая нередко выглядит более научно, чем научность; антинаучность, согласно А.А. Зиновьеву, паразитирует на научности и соотносится с ней как сорняк и культурное растение. Сам факт существования антинаучности объясняется тем, что наука — массовое явление, управляемое социальными законами. В реальности же это один из организованных способов «жизнедеятельности множества людей, добывающих себе жизненные блага и добивающиеся жизненного успеха (известности, степеней, званий, наград)», а формальная основа этого способа — деятельность, именуемая научной; формальная — поскольку «лишь для ничтожной части этих профессионалов научное познание есть самоцель». В связи с этим, фиксирует А.А. Зиновьев, третье, и, пожалуй, главное препятствие на пути научного познания социальных объектов — гигантская армия людей, профессионально занятых в сфере науки. Парадокс? Отнюдь нет. По достижении определённого количества занятых лиц в любой организации происходят качественные изменения: мало того, что всё большая часть работы выполняется всё меньшим числом сотрудников, т. е. нарастает балласт, который социально играет всё большую роль, а его представители часто выталкиваются на руководящие должности со всеми вытекающими последствиями. Но, главное, на смену реализации содержательных, сущностных задач приходит воспроизводство функциональных и формальных сторон и прежде всего поддержание и укрепление иерархии. Последняя в науке лишь внешне имеет респектабельный академический вид, а по сути это обычная чиновничья «контора дяди Никанора», в которой старшие чиновники провозглашаются «крупными учёными», «членами» различных степеней. Как говаривал чеховский герой, а «заглянешь в душу — обыкновенный крокодил».Теоретически в науке как форме профессиональной интеллектуальной деятельности авторитет должен определяться прежде всего профессиональными интеллектуальными достижениями. Однако на практике, поскольку наука развивается по социальным законам вообще и по законам социальности данной системы в частности, профессиональный (интеллектуальный, деловой) авторитет часто имеет тенденцию подменяться и вытесняться авторитетом социальным, ранговым, начальническим — и чем крупнее, а, следовательно, бюрократичнее организация, тем в большей степени. Результат прост — крупными учёными, научными авторитетами провозглашаются (назначаются) начальники — вожди «научных племён» или даже вожди «союзов научных племён», короче, если не научные ханы, то уж точно паханы. Такие паранаучные авторитеты — С.П. Новиков определил их как «стопроцентно фальсифицированных крупных учёных» — получают соответствующие звания, автоматически дающие право на совершение (в реальности — присвоение чужих) «выдающихся открытий».«Фальшивые учёные» нередко входят в роль и начинают всерьёз считать себя не просто учёными, но выдающимися учёными, много сделавшими для науки, почему-то полагая объём корыта, в которое удалось всунуть рыло, показателем научных достижений. Как социальные персонажи «фальшаки» обрастают кликами, кланами, камарильями, челядью, которые выступают в качестве ядер «научных племён» («scientific tribes»), т. е. именно того, что Т. Кун называл парадигмой — единством совокупности определённых подходов (способов видения реальности и постановки вопросов) и научного сообщества, продвигающего или даже навязывающего эти подходы в качестве доминирующих. Парадигма, дополним мы Куна советским опытом (впрочем, почему только советским? в западной науке дела обстоят во многом так же, но там начальническая бездарь лезет не в членкоры и академики — там это не приносит значительных материальных благ, — а в мэтры научных школ и т. п.), есть иерархия авторитетов. Исследование происходит в определённом поле, по «понятиям» этого поля, часто с учётом мнения живого фальш-классика или установок усопшего (тотем, божок) авторитета, «приватизированного» стаей более или менее бездарных учеников или выдающих себя за таковых.Покушение на племенные авторитеты, как правило, карается — от мелких подлостей (при защите диссертации, прохождении монографии, избрании по конкурсу на должность, например, профессора и т. п.) до остракизма или войны на социо-профессиональное уничтожение, на вытеснение из дисциплины. Иными словами: авторитет есть социальное оружие, кистень парадигмы как социального индивида. Он — одно из средств поддержания традиции, т. е. господства продукта (по)знания над процессом (по)знания, знания — над познанием, знания — над пониманием. Попробуй поставить под вопрос теорию относительности, Большого Взрыва или дарвиновскую теорию эволюции или теорию помельче, и на тебя обрушатся тысячи стрел научно-племенных лучников.Известный науковед П. Фейерабенд верно заметил, что в науке оппонентов не столько убеждают, сколько подавляют: «Скептицизм сводится к минимуму; он направлен против мнений противников и против незначительных разработок… идей, однако никогда против самых фундаментальных идей. Нападки на фундаментальные идеи вызывают такую же “табу”-реакцию, как “табу” в так называемых примитивных обществах… фундаментальные верования защищаются с помощью этой реакции, а также с помощью вторичных усовершенствований, и всё то, что не охватывается обоснованной категориальной системой или считается несовместимой с ней, либо рассматривается как нечто совершенно неприемлемое, либо — что бывает чаще — просто объявляется несуществующим».Разбитая на зоны «научных племён», наука как иерархическая структура, освящённая определёнными интерпретациями, теориями, способами видения болезненно реагирует на то, что может поколебать «средства освящения». В результате «нормальная наука» (Т. Кун) вытесняет всё острое либо на свою периферию, либо вообще за свои пределы, объявляя ненаучным.«Цель нормальной науки, — писал Т. Кун, — ни в коем случае не требует предсказания новых видов явлений: явления, которые не вмещаются в эту коробку, часто, в сущности, упускаются из виду». И далее: «Учёные в русле нормальной науки не ставят себе цели создания новых теорий, обычно они к тому же нетерпимы к созданию таких теорий другими. Напротив, исследование в нормальной науке направлено на разработку тех явлений и теорий, существование которых парадигма заведомо предполагает». Ну а то, что не предполагается, но возникает, объявляется либо «ненормальной наукой», либо «нормальной ненаукой», табуизируется или, в лучшем случае, маргинализируется в виде публицистики, «научпопа» и т. п.Узкоспециализированная, бисерно-мозаичная наука продуцирует соответствующий ей тип образования, в котором узкая спецподготовка развивается в ущерб общетеоретической, панорамной, с одной стороны, и аналитике — с другой. Результат — «специалист-функция», «специалист-муравей». Тех, кто сопротивляется, стараются отсечь как можно раньше, не допустив в парадигму, а, следовательно, и в науку, — отчислить, не взять в аспирантуру, не дать защититься и т. п. Круг замыкается, нормальная наука торжествует в своем марше к импотенции и смерти, т. е. к кризису и крушению парадигмы, которая редко способна к саморазвитию. Реальное качественное развитие чаще всего происходит за пределами этого круга, куда, помимо прочего, выталкивают из нормальной науки тех, кто пытается заниматься, выражаясь куновским языком, не загадками, а тайнами — т. е. прежде всего теорией и методологией, ставит под сомнение парадигму. В таких случаях сообщество меняет тип отношения с surveiller («надзирать») на punir («карать») — привет Мишелю Фуко — и стремится нейтрализовать угрозу тем или иным «дисциплинарным» (во всех смыслах) способом. Не случайно серьёзные учёные заговорили о «новой инквизиции» в науке.Мягкая форма «научно-инквизиционного» воздействия — это призыв не строить теории, а заниматься фактами, т. е. работать в сфере индуктивного знания. Важное само по себе, в «нормальной науке» оно получает гипертрофированное значение. «Нормальная наука» ориентирована на эмпирические факты, которые её представители принципиально путают с научными. А ведь научный факт — это эмпирический факт, включённый в ту или иную теорию: вне теории, вне системы причинно-следственных связей, которые определяются только на основе теории, нет научных фактов, только эмпирические, стремительно превращающиеся в мусор вне каузальной системы. Это — не говоря о том, что эмпирический и источниковедческий идиотизм («идиот» — по-гречески «человек, который живёт так, будто окружающего мира не существует») не учитывает: это природа коварна, но не злонамеренна (Эйнштейн), а человек в качестве объекта исследования или источника (хронист, летописец, историк, респондент) могут не просто ошибаться, а сознательно искажать реальность. Причём одно искажение ложится на другое — и это подаётся в качестве эмпирической реальности. Я уже не говорю о переписывании и уничтожении письменных источников, а также об изготовлении, порой поточном, фальшивых источников.Механику нормальной науки И. Солоневич описывал таким образом: «Профессор получает явление по меньшей мере из третьих рук. Явление попадает в профессорский кабинет, во-первых, с запозданием, во-вторых, в чьей-то упаковке и, в-третьих, подгоняется под уже существующую философскую теорию… гуманитарные науки недобросовестны…они сознательно искажают факты, явления и события — в большинстве случаев даже и небескорыстно. Но дело-то обстоит так, что при данной методике общественных наук они ничего не могут понять, даже если бы и пытались сделать это добросовестно. Институты общественного мнения, вероятно, могли бы уловить сдвиги в психологии или в настроениях масс, установить некую закономерность этих сдвигов и на основании этого делать прогнозы, которые, по крайней мере, не были бы промахом на все 180 градусов. Но то, что мы называем гуманитарными науками, есть не только приблизительные науки. Это, если можно так выразиться, есть науки наоборот».Эта «наука наоборот», — профессорско-профанная наука (поскольку обратная сторона «сухого профессорства» — профанация), по поводу которой, на примере истории Гёте заметил, что она не имеет отношения к реальному духу прошлого — это «дух профессоров и их понятий, / Которой эти господа некстати / За истинную древность выдают». Всё это не значит, что «нормальная наука» абсолютно бесплодна, нет; более того, бывают периоды (например, 1950-1970-е годы для социальных наук), когда она на подъёме, но эти периоды для нормальной науки, во-первых, довольно кратки; во-вторых, развитие здесь всё равно идет по логике «нормальной науки», а потому достижения носят скорее количественный, чем качественный характер. В любом случае, однако, сегодня «золотой век» «нормальной науки» далеко позади.В равной степени сказанное выше не означает, что в «нормальной науке» нет сильных, великолепных учёных — конечно, есть, и немало. Но чаще всего существуют они и добиваются результатов вопреки принципам организации «профессорско-профанной» науки, на борьбу с которыми у них уходит столько сил, что КПД значительно снижается. При прочих равных чем меньше деятельность исследователя определяется правилами, принципами и логикой нормальной науки, тем результативнее (в смысле «наука больших достижений») его работа. Наконец, значительно расширяет информационные и концептуальные возможности учёного, а также его сделочную позицию в «нормальной науке» функционирование в иной социо-информационной среде, будь то практическая политика, разведдеятельность и т. п. Так, Арнольд Тойнби-младший каждый год писал не только очередной том «Исследования истории» или заготовку к нему, но и — в качестве директора Королевского института международных отношений, одной из «фабрик мысли» «закулисы» — «Мировое обозрение», представлявшее не что иное как комбинацию политической и разведаналитики. Поэтому работы Тойнби свободны от типичных огрех профессорско-профанной науки, и он, как правило, не ловился на те глупости, на которые покупались даже такие мэтры, как Макс Вебер, чьим единственным locus standi и field of employment было «поле чудес» профессорско-профанной науки. Так и вспоминаются слова из песни: «Поле, поле, поле чудес — в стране дураков», где это поле чудес было помойкой, на которую «старшие товарищи» Лиса Алиса и Кот Базилио привели «младшего научного сотрудника» Буратино закапывать золотые. Профессорская наука чаще всего плохо связана с реальностью, поэтому когда её представителей выносит, например, во власть, то возникают конфузнокатастрофические ситуации, будь то профессора Муромцев и Милюков в 1906 г. или уж совсем фарсовые фигуры лаборантов и младших научных сотрудников в 1992 г. Впрочем, как правило, профессора во власти (да и в реальной жизни) самостоятельными фигурами не являются — и это тоже говорит об их науке.Наконец, в-третьих, наука существует не сама по себе, она элемент властноидеологической системы, того, что М. Фуко назвал «власть-знанием» (pouvoir-savoir). Впрочем, задолго до Фуко Велимир Хлебников написал: «Знание есть вид власти, а предвидение событий — управление ими». Классовый интерес, интерес верхов, господствующих групп встроен в научный дискурс. Как заметил И. Валлерстайн, поиск истины — это вовсе не бескорыстная индивидуальная добродетель, а корыстная социальная рационализация отношений господства, эксплуатации и накопления капитала.«Поиск истины, — писал он, — провозглашённый краеугольным камнем прогресса, а значит, благосостояния, как минимум созвучен сохранению иерархически неравной социальной структуры в ряде специфических отношений». И далее: «Научная культура представляла собой нечто большее, чем простая рационализация. Она была формой социализации различных элементов, выступавших в качестве кадров для всех необходимых капитализму институциональных структур. Как общий и единый язык кадров, но не трудящихся, она стала также средством классового сплочения высшей страты, ограничивая перспективы или степень бунтовщической деятельности со стороны той части кадров, которая могла бы поддаться такому соблазну. Более того, это был гибкий механизм воспроизводства указанных кадров. Научная культура поставила себя на службу концепции, известной сегодня как “меритократия”, а раньше — как “la carriere ouverte aux talents”. Эта культура создала структуру, внутри которой индивидуальная мобильность была возможна, но так, чтобы не стать угрозой для иерархического распределения рабочей силы. Напротив, меритократия усилила иерархию. Наконец, меритократия как процесс (operation) и научная культура как идеология создали завесу, мешающую постижению реального функционирования исторического капитализма. Сверхакцент на рациональности научной деятельности был маской иррациональности бесконечного накопления». Иными словами, общественная механика социальных интересов способна превратить рациональную по определению деятельность — науку — в иррациональную, где бесконечное накопление фактов будет соответствовать бесконечному накоплению капитала (или власти), где описание всё более мелких деталей вытеснит опасную для иерархии теоретическую деятельность, где тайны систематически скрываются, а в качестве проблем подсовываются и рекламируются головоломки.Иными словами, наука как исследовательский комплекс становится элементом того, что А. Грамши называл «культурной гегемонией» господствующего класса. Особенно ярко это проявляется в социальных и гуманитарных науках, которые нередко превращались не то что в системную функцию идеологии господствующего класса в целом (то, что К. Мангейм называл «тотальной идеологией»), а в конъюнктурную функцию идеологических представлений и заказа отдельных представителей или даже отдельного представителя этого класса.существуют серьёзные внутринаучные и общесоциальные причины и механизмы вытеснения из сферы научного рассмотрения целого ряда проблем или недопущения целого ряда вопросов в научный дискурс. Речь, понятное дело, идёт об острых проблемах, которые либо бросают интеллектуальный вызов научному истеблишменту, грозя сдернуть с его мэтров тогу научности, либо угрожают социальным, классовым интересам тех, кто заказывает «научную музыку» и в случае чего может обратиться к «научной инквизиции». Зеркально этому существует комплекс вопросов, сомнительное официальное решение которых фиксируется как единственно правильное, в котором нельзя сомневаться, а потому даже научное рассмотрение этих вопросов трактуется в качестве преступления — как минимум, интеллектуального. Ясно, что всё это ведёт к деинтеллектуализации науки, и если конец XIII в. в Европе ознаменовался разводом между Верой и Разумом, то в конце XX в. наметился развод между Интеллектом и Наукой. С 1980-х годов, не случайно совпав с враждебными острой научной мысли неолиберальной контрреволюцией и её производным — глобализацией, процесс деинтеллектуализации, банализации и одновременно детеоретизации науки об обществе шёл по нарастающей, и только после кризиса 2008 г. ситуация начала меняться — но только начала, даже до рассвета ещё не так близко.Куда же вытесняются острые, неудобные проблемы, исследование которых угрожает существованию научной иерархии и её отношениям с властями предержащими? Кто подхватывает брошенное другими в панике или в приступе алчности («доллар мутит разум») оружие и начинает действовать по принципу, который один датский учёный сформулировал как «В задачах тех ищи удачи, где получить рискуешь сдачи»? Сферы вытеснения — аналитически ориентированные журналистика, научно-популярная литература, эссеистика. Причем журналистика и т. п. здесь — форма, а аналитика, причём очень острая, — содержание. Агенты этой сферы — журналисты, писатели, выходцы из спецслужб, МВД, фрилансеры, наконец, те учёные, которые не могут реализовать себя в системе существующих парадигм по научно-профессиональным или идеологическим причинам, короче говоря, с точки зрения конвенциональной науки — аутсайдеры.За последние десятилетия в мировом интеллектуальном пространстве произошла интересная вещь: рядом со всё больше превращающимся в «игру в бисер» научным дискурсом возник и быстро набрал силу интеллектуальный дискурс, который выполняет те функции и пытается решать те задачи, которые не выполняет и не решает «нормальная», т. е. профессорско-профанная, наука. Именно в его рамках создано немало сильных работ, бросающих вызов «профессорской» науке со стороны — from outside. «Аутсайдеры» свободны от сковывающих и деформирующих исследования догматических установок, причёсывающих исследователей под общую гребёнку как в интеллектуальном, так и в социопрофессиональном плане. Они не связаны дисциплиной, установками и мифами научного племени, поскольку чаще всего работают в одиночку или небольшой группой. Они вне мейнстрима с его оргструктурами, на иерархию и дутые авторитеты которых им глубоко плевать. Они, подчеркну, как правило, скептически относится к авторитетам — и групповым (традиция, школа), и индивидуальным (власть начальника). Именно поэтому «аутсайдерами» нередко становятся в результате вытеснения из «ниши» (ср. рецессивная мутация в биологии). Нередко же «аутсайдерами» становятся, напротив, из-за принципиального нежелания делать социоиерархическую карьеру (в большой научной организации последнее есть необходимое условие карьеры собственно научной, профессиональной, деловой — «Служенье муз не терпит суеты» и крысиных бегов), поэтому проблема авторитета как власти для «аутсайдера» существует минимально и не сковывает его: он может позволять себе не заниматься головоломками, а приступить к разрешению тайн, т. е. базовых фундаментальных проблем, для него наука — это творчество, радость бытия, удовольствие, а это эмоциональное состояние, как заметил когда-то Гегель, резко повышает интеллектуальные возможности. Собственно, точный смысл слова «дилетант» — этот факт очень любил подчёркивать наш замечательный биолог А.А. Любищев — означает не что иное, как «человек, получающий удовольствие от своей работы». Наконец, аутсайдеры, как правило, редко бывают узкими специалистами, в основном это универсалы-системщики, мастера синтеза, синопсиса и интеграции. И это ещё одна причина, почему они оказываются на периферии оргструктур. Отсюда же их конфликты с системой рутинного, узкоспециализированного образования.Это не значит, что в «аутсайдерском секторе» нет шарлатанов, сбежавших туда непрофессионалов, авторов завиральных идей, «непризнанных гениев», — есть, но не больше, чем в «нормальной науке». Это не значит, что в «аутсайдерском секторе» нет слабых работ — есть, и много. Более того, даже в сильной аутсайдерской работе узкий специалист может найти уязвимые места — «срезать», как это проделывал один шукшинский герой, срезать — по мелкому, частному вопросу, за пределами которого узкий специалист не знает… ничего. Знать всё больше и больше о всё меньшем и меньшем — принцип «нормальной науки».Кто-то скажет: надо объединить десяток узких специалистов. Но в том-то и штука, что, как говорил Эйнштейн, мир — понятие не количественное, а качественное: из тысячи джонок не сделать один броненосец, а из ста мышей — одну кошку. На экспертов, узких специалистов можно полагаться в решении только узкоспециальных, экспертных вопросов. Во всём, что выходит за эти рамки, у них нет никаких преимуществ перед неспециалистами. Скорее наоборот: бремя мелкотемья, профессиональной ограниченности или даже «узкопрофессионального идиотизма», система корпоративных табу и т. п. — всё это вкупе с принципиальной неполнотой индуктивного знания ставит специалиста, особенно в периоды кризиса нормальной науки (а мы сегодня переживаем именно такой кризис), в менее выгодное положение по сравнению с теми, кто анализирует проблему, рассматривая её по-азимовски «с высоты».Персонификатор нормальной науки концентрирует внимание на небольшой узкой сфере, исследуя «некоторый фрагмент природы (или общества. — А.Ф.) так детально и глубоко, как это было бы немыслимо при других обстоятельствах». В результате детализация частностей подменяет исследование целого, которое исчезает как объект исследования, сначала теоретические обобщения вытесняются эмпирическими, а эти последние — описаниями. В результате «нормальная наука» с определённого момента начинает превращаться в «бессмысленное нагромождение по существу бессмысленных фактов» (И. Солоневич) и в ней начинают культивировать тех, кто не умеет «находить суть за ворохом бросовых фактов» (О. Маркеев), тех у кого отсутствует быстролёгкость мышления и концептуальная комбинаторика. Более того, именно этот тип начинает задавать тон в нормальной науке, принципиально отрицая необходимость и возможность теоретических обобщений, как сейчас принято говорить, «большого нарратива». Есть такие «экземпляры», которые открыто отрицают возможность создания на научной основе обобщающих, т. е. теоретических трудов по истории мира в целом и крупных стран, потому что, видите ли, все темы прошлого дискуссионны; утверждается, что создание единой концепции будет носить идеологический характер, а потому надо писать работы, в которых просто перечисляются существующие точки зрения.Читаешь такие перлы и задаешься вопросом: а имеют ли высказывающие их представление о том, что такое наука вообще и научная теория и методология в частности?Во-первых, где гарантия, что множественность различных точек зрения — гарантия свободы от идеологии?Во-вторых, общие концепции, теории строятся на основе не идеологии, а регулятивов научного знания — принципиальной проверяемости (верификация — фальсификация); максимальной общности, предсказательной силы (правило «бритвы Оккама» — entia non sunt multiplicanda praeter necessitatem); преемственной связи (позитивная — негативная), или принцип соответствия и некоторых других.В-третьих, совершенно убого и нелепо выглядит тезис о том, что отсутствие единой точки зрения по большинству вопросов в той или иной области знания, будь то физика или история, биология или социология, делает невозможной создание общей теории. Если бы это было так, то наука — а это и есть прежде всего теоретическое знание — была бы невозможна, но мы-то знаем, что это не так. Разбирая различные точки зрения на природу поля, Эйнштейн писал, что «сохраняется стремление к тому, чтобы многообразие явлений сводилось в чисто теоретическую систему из как можно меньшего числа элементов». Интересно, какую идеологическую схему собирался построить Эйнштейн? Зачем ему «большой нарратив»? А затем, что индуктивное знание имманентно носит незавершённый и недостаточный по своей природе характер; завершённость научному знанию обеспечивают дедукция и теория — несмотря на наличие различных точек зрения. Ну а тезис о том, что теория невозможна, потому что не может учесть всех деталей, попросту антинаучен: теория не может и не должна учитывать все детали — это функция описания; теория абстрагируется от деталей, отражая главное, сущностное, системообразующее, находя простое и ясное в сложном и запутанном.В-четвёртых, подмена единой концептуальной интерпретации (или 2–3 конкурирующих) перечислением точек зрения вообще выводит исследование за пределы научного знания, поскольку:а) в таком случае предполагается, что все точки зрения равноценны, т. е. отсутствуют научные принципы и регулятивы сравнения различных интерпретаций;б) в таком контексте «точка зрения» может быть только описанием;в) «мозаичный» подход исходит из ложной посылки о том, что исследователь идет от конкретного к абстрактному; на самом деле он идет от абстрактного к конкретному (метод восхождения от абстрактного к конкретному), а затем от конкретики — к более тонкой и содержательной абстракции; т. е. опять налицо принципиальное непонимание природы научного знания.Впрочем, в-пятых, довольно часто всё объясняется очень просто. Как правило, о невозможности теории, «большого нарратива» говорят те, кто не способен на работу такого уровня — это примерно так же; как если бы импотенты или кастраты убеждали всех нормальных людей в невозможности секса. О невозможности теории говорят, как правило, те, кто не способен ею заниматься. Рожденный ползать летать не может, но почему он думает, что ползать рождены все? Почему полагает, что ползание (в данном случае — эмпирическое) — единственный способ передвижения? Да потому, что полёты других демонстрируют его убожество и неполноценность, причём в обсуждаемом случае не только профессиональную, но и общеинтеллектуальную.Интеллектуальная импотенция, о которой идёт речь, небезобидна. Она выполняет вполне определённую социальную функцию, как и постмодернизм, отрицающий возможность теории, большого нарратива. Теоретическое объяснение истории — прошлой или настоящей — это всегда опасность для господствующих слоёв, поскольку оно вскрывает причинно-следственные связи (этим и занимается теория), без понимания которых факты — это мусор, помойка, которую импотенты от науки тщатся представить в виде «различных точек зрения». Не случайно западные фонды охотно выделяют гранты на эмпирические и третьестепенные проблемы, но практически не поддерживают серьёзные теоретические исследования — опасно. Поэтому гранты на изучение переживаний идентичности у геев и лесбиянок или гендерных отношений в Бирме XV в. — пожалуйста, а на анализ политической стратегии буржуазии современного Запада — нет. И, естественно, «нет» теоретическим штудиям; «да» в лучшем случае — эмпирическо-обобщающим, хотя эмпирическое обобщение и теоретическое обобщение суть принципиально разные, разнопорядковые процедуры.Таким образом, сознательная детеоретизация и сознательный же отказ от исследования острых эмпирических проблем, событий — две стороны одной медали, одного дискурса. Именно это заставляет пристальнее присмотреться к другому дискурсу — так называемому «аутсайдерскому знанию», которое в противовес профессорско-профанному можно назвать инженерно-конструкторским, а ещё точнее — аналитическим, поскольку к его достоинствам можно отнести системноконструкторский подход к реальности.Инженерно-конструкторский подход становится стержнем не столько дисциплины, сколько научной программы «аналитика». Разумеется, аналитический метод присутствует во всех дисциплинах, у которых самые разные реальные объекты исследования. Аналитика в качестве особой научной программы — это нечто иное. Это некий информпоток, в котором спрессована некая реальность и который и является объектом исследования; спрессованная реальность сквозь призму этого информпотока не столько исследуется, сколько расследуется. Специалист, занимающийся прошлым, в данном контексте выступает не столько как историк, сколько как следователь по особо важным историческим делам. Аналитика отличается от стандартных научных дисциплин не столько объектом исследования, сколько методом работы с информацией, который носит не междисциплинарный, а над- и трансдисциплинарный характер. К этому подталкивает острота анализируемых проблем, связанных со спорными, неудобными, а нередко опасными вопросами, в связи с чем данная аналитика часто оказывается острой аналитикой, и сама острота накладывает на эту сферу свой специфический отпечаток.Внешне аналитика может выглядеть как журналистика, эссеистика или что-то ещё. Но это внешнее, оболочка. В действительности мы имеем дело с реальным исследовательским комплексом, который, развиваясь параллельно с «нормальной наукой», является в сфере рационального знания компенсаторной реакцией на эту науку. И, скажу прямо, при всех неточностях, погрешностях или даже ошибках этот комплекс в силу его эвристического потенциала намного более интересен, чем узкоспециализированная профессорско-профанная наука.Особенно инженерно-конструкторский, остро-аналитический подход важен для изучения такой реальности, которая сознательно искажается — как правило, это относится к политике, причём тайной: к переворотам, заговорам, геополитическим спецоперациям и т. п. «Настоящий политический заговор, — пишет В.А. Брюханов, — весьма сложная система. Недаром гениальные заговорщики-практики совершали роковые ошибки, и редкий из заговоров достигал поставленных целей. В то же время к сегодняшнему дню создались и получили практическую отладку многие методы исследования сложных систем и управления ими — и дело не в формальном применяемом аппарате, а в принципах подхода к решению задач.Мне трудно понять, как могут заниматься историей заговоров учёные, не знающие, как проходит сигнал по сложной радиотехнической схеме, или как работает система управления сборочным конвейером, или какие трудности встречаются при распределении финансов в крупных фирмах или государствах». В похожем ключе высказывался шеф гестапо Мюллер: «Надо бы поручить полицейским детективам писать историю. Она будет, возможно, не такой захватывающей, но во всяком случае куда более точной. Опирающейся на реальные факты».К сказанному В.А. Брюхановым добавлю: мне трудно понять, как могут анализировать социальную и историческую реальность те, кто не имеет навыков работы с огромными быстротекущими массивами информации, кто не умеет систематизировать информацию и выдавливать из неё, как из тюбика, знание, кто не умеет плавать в информпотоках и работать, отталкиваясь от совокупности косвенных свидетельств, как это делают разведчики, аналитики спецслужб и криминальные журналисты. Важнейшие события чаще всего решаются втайне и не фиксируются документально (это — не говоря о том, что реальная власть есть тайная власть). Такие события можно вычислить только по косвенным свидетельствам, а для этого нужна дедукция — надо знать, где искать. И нужно воображение — то качество, которое так ценили у учёных В. Гейзенберг, Ж. Гимпель и др. — список величин можно продолжать, если не ad hoc infinitum, то долго".

Выбор редакции
21 мая, 22:48

1926-1929. Немецкая этнографическая экспедиция Эгона фон Эйкштедта. Часть 4. Бирма. Вып 2

1926-1929. Немецкая этнографическая экспедиция Эгона фон Эйкштедта. Часть 1. От Гибралтара до Цейлона1926-1929. Немецкая этнографическая экспедиция Эгона фон Эйкштедта. Часть 2. Цейлон1926-1929. Немецкая этнографическая экспедиция Эгона фон Эйкштедта. Часть 2. Цейлон. Вып.21926-1929. Немецкая этнографическая экспедиция Эгона фон Эйкштедта. Часть 2. Цейлон. Вып.31926-1929. Немецкая этнографическая экспедиция Эгона фон Эйкштедта. Часть 2. Цейлон. Вып.41926-1929. Немецкая этнографическая экспедиция Эгона фон Эйкштедта. Часть 2. Цейлон. Вып.51926-1929. Немецкая этнографическая экспедиция Эгона фон Эйкштедта. Часть 2. Цейлон. Вып.61926-1929. Немецкая этнографическая экспедиция Эгона фон Эйкштедта. Часть 2. Цейлон. Вып.71926-1929. Немецкая этнографическая экспедиция Эгона фон Эйкштедта. Часть 2. Цейлон. Вып.81926-1929. Немецкая этнографическая экспедиция Эгона фон Эйкштедта. Часть 2. Цейлон. Вып.91926-1929. Немецкая этнографическая экспедиция Эгона фон Эйкштедта. Часть 2. Цейлон. Вып.101926-1929. Немецкая этнографическая экспедиция Эгона фон Эйкштедта. Часть 2. Цейлон. Вып.111926-1929. Немецкая этнографическая экспедиция Эгона фон Эйкштедта. Часть 3. Индия1926-1929. Немецкая этнографическая экспедиция Эгона фон Эйкштедта. Часть 3. Индия. Вып 21926-1929. Немецкая этнографическая экспедиция Эгона фон Эйкштедта. Часть 3. Индия. Вып 31926-1929. Немецкая этнографическая экспедиция Эгона фон Эйкштедта. Часть 3. Индия. Вып 41926-1929. Немецкая этнографическая экспедиция Эгона фон Эйкштедта. Часть 3. Индия. Вып 51926-1929. Немецкая этнографическая экспедиция Эгона фон Эйкштедта. Часть 3. Индия. Вып 61926-1929. Немецкая этнографическая экспедиция Эгона фон Эйкштедта. Часть 3. Индия. Вып 71926-1929. Немецкая этнографическая экспедиция Эгона фон Эйкштедта. Часть 3. Индия. Вып 81926-1929. Немецкая этнографическая экспедиция Эгона фон Эйкштедта. Часть 4. Бирма859. Мандалай. Монастырь Золотого Дворца (Швенандо Кьян), Восточный храм860. Мандалай. Монастырь Золотого Дворца (Швенандо Кьян), Восточный храм861. Мандалай. Монастырь Золотого Дворца (Швенандо Кьян). Портрет монаха862. Пьи. Семейный портрет863. Пьи. Женщины и дети Шаня864. Пьи. Вид домашнего храма и его владельца865. Пьи. Женщина у цветочного куста866. Пьи. Процессия867. Пьи. Процессия868. Пьи. Процессия869. Пьи. Человек с деревянным щелевым барабаном870. Дом в деревне871. Люди в деревенском магазине872. Дом и мастерская плотника873. Плотник за работой874. Вход в ветхую пагоду875. Пьи. Комната лидера общины876. Деревенская улица877. Ужин878. Здание деревенской школы879. Портрет двух девочек с цветочными украшениями в волосах880. Горный пейзаж с деревянной хижиной881. Энджо фон Эйкштедт на лошади в горах882. Носильщики в лагере во время еды883. Привал в пути884.Корзины с вещами участников экспедиции885. Вид горной деревни886. Вид горной деревни887. Всадник и навьюченные животные888. Вид горной деревни

18 мая, 21:00

Странности, которые считаются сексуальными у разных народов

Правду говорят, что красота — понятие относительное. Так, если европейские каноны прекрасного мы можем принять как родные, то с другими странами все может оказаться совершенно наоборот. Ни одна внешность не может считаться абсолютным идеалом и нравиться всему миру без исключения, поскольку у каждого народа свои понятия о привлекательности и сексуальности. И вот 10 доказательных примеров.Япония: кривые зубыВ то время как в западных странах люди стремятся выправить свои зубы, чтобы стать обладателями идеально ровной улыбки, в Японии считают, что именно кривые зубы добавляют человеку красоты и делают его лицо очень милым.Западная Африка, Новая Гвинея: шрамированиеЖители некоторых африканских стран и Новой Гвинеи намеренно покрывают свое тело многочисленными шрамами. У мужчин такая процедура проводится во время обряда инициации, а у женщин считается, что шрамовые татуировки добавляют им красоты.Южная Корея: лицо в форме сердцаВ Южной Корее пластические операции считаются нормой, а реклама клиник по коррекции внешности развешана повсюду. Одним из самых прекрасных черт образа корейцы считают лицо в форме сердца. Ради этого они ложатся на сложные операции по изменению формы подбородка, во время которых кость ломается на три части, средняя часть убирается, а две оставшиеся пластические хирурги соединяют воедино, получая ровный и заостренный подбородок.Мавритания: избыточный весНаши параметры идеальной фигуры кардинально отличаются от мавританских. В этой стране женщину не считают привлекательной, если на ее теле недостаточно жировых складок. Заботливые родители с самого детства пекутся о красоте своих дочерей, отдавая их в специальные учреждения по раскорму. Чтобы к необходимому возрасту девочки достигли требуемых обществом габаритов, калорийность их рациона за день может достигать 16 000 ккал.Иран: хирургические повязки на носуВ Иране многие мужчины и женщины буквально помешаны на ринопластике. Прямой нос здесь не только делает людей прекраснее в глазах общественности, но и даже дает некоторый статус. Ввиду дороговизны не все могут позволить себе такую операцию, поэтому некоторые особо предприимчивые жители придумали просто приклеивать на нос хирургическую повязку, тем самым делая вид, будто они после ринопластики.Китай, Таиланд: светлая кожаВо многих частях Азии эталоном красоты считается белая кожа. Так что косметика без осветляющего эффекта здесь особым спросом не пользуется, а сами жители настолько озабочены этим вопросом, что даже придумали специальные маски для лица, чтобы спасти свою выбеленную кожу от портящего все старания солнца.Африканское племя фульбе: высокий лобСреди женщин фульбе в Африке обязательным показателем красоты является высокий лоб. Порой, чтобы увеличить свою привлекательность, они выбривают часть волос с головы, создавая иллюзию высокого лба.Бирманское племя падаунг: длинная шеяУ племени падаунг в Восточной Бирме особой обворожительностью обладают «женщины-жирафы». Красавицы племени специально носят на шее латунные кольца, чтобы удлинить и вытянуть ее, ведь здесь все считают, что чем длиннее шея, тем прекраснее девушка.Эфиопское племя мурси: вытянутые губыТем временем девушки племени мурси в Эфиопии тоже стремятся быть красивыми, поэтому растягивают свои губы специальными дисками. Чем больше диск у девушки, тем большим социальным статусом она обладает, а значит — тем дороже будет за нее выкуп перед свадьбой.Таджикистан: сросшиеся бровиВо многих районах Таджикистана распространенным образом красоты являются сросшиеся брови. Люди здесь считают, что единая бровь у девушки говорит о ее избранности судьбой и удачливости. Если же девушке не повезло родиться с такими бровями, то приходится исправлять упущение природы и соединять их, рисуя полоску на переносице.источник

Выбор редакции
28 ноября 2013, 07:50

Утро начинается, начинается!..

Утро начинается, начинается!..Бирма, Баган. Рассветная съемка с воздушного шара. Где-то корзина шла на сотне метров, где-то опускалась до десяти. Ну вот почему мы не умеем летать? Такие ракурсы пропадают, эхх.. Разбирал архивы в преддверии декабрьской поездки, решил поделиться настроением. Пусть с утра будет много света, дыма и чистой тишины. Всем хорошего дня!  Кадр в большем разрешении (1300х865px, 421Кб) живет здесь.   Кадр в большем разрешении (1300х865px, 401Кб) живет здесь.  Кадр в большем разрешении (1300х829px, 411Кб) живет здесь.  Кадр в большем разрешении (1300х865px, 404Кб) живет здесь.