• Теги
    • избранные теги
    • Международные организации260
      • Показать ещё
      Страны / Регионы996
      • Показать ещё
      Разное787
      • Показать ещё
      Люди252
      • Показать ещё
      Формат52
      Компании722
      • Показать ещё
      Показатели90
      • Показать ещё
      Издания65
      • Показать ещё
      Сферы3
28 июля, 22:11

368 Trillion Reasons Why the Fed Won't Let Rates Normalize

Many commentators are baffled as to why the Fed has suddenly reversed course. Throughout 2017 the Fed has talked repeatedly about raising rates several times as well as shrinking its balance sheet. Then in the span of a single month, the Fed just about dropped all of this. Fed Chair Janet Yellen, speaking to Congress, confessed that the Fed is just about done with rate hikes and that any balance sheet reduction will NOT be used to drain liquidity from the system. What happened to cause this change? The bond market went into revolt with yields on the 10-Year Treasury breaking out of a major downtrend. Why does this matter? Globally the world has tacked on some $68 TRILLION in debt since 2007. All of this has been issued based on the assumption that interest rates would remain LOW. Put simply, if 2007 marked a large debt bubble, today’s bubble is significantly larger with global Debt to GDP now at 327%. In this context, any rise in bond yields (meaning bond prices are falling) represents a systemic threat. On top of this, there are over $368 TRILLION in derivatives that trade based on interest rates. Over $100 trillion of these are on US bank balance sheets. Source: Bank of International Settlements. Which is why the Fed has completely given up on hiking rates and is going to let inflation continue to percolate in asset classes. This is going to send Gold and other inflation hedges THROUGH THE ROOF. If you’re not taking steps to actively prepare your portfolio for this, you need to so now. We just published a Special Investment Report concerning a secret back-door play on Gold that gives you access to 25 million ounces of Gold that the market is currently valuing at just $273 per ounce. The report is titled The Gold Mountain: How to Buy Gold at $273 Per Ounce We are giving away just 1,000 copies for FREE to the public. Today there are just 87 left. To pick up yours, swing by: https://www.phoenixcapitalmarketing.com/goldmountain.html Best Regards Graham Summers Chief Market Strategist Phoenix Capital Research

28 июля, 11:00

"Уралвагонзавод" поставил очередную партию модернизированных танков Т-72Б3 с дополнительной защитой

АО «Научно-производственная корпорация «Уралвагонзавод» (входит в Госкорпорацию Ростех) 27 июля 2017 года сообщило, что в рамках исполнения Государственного оборонного заказа 2017 года поставило Министерству обороны Российской Федерации партию бронированных машин разминирования БМР-3МА и партию танков Т-72Б3 с дополнительной защитой. Об этом Министру обороны Российской Федерации Сергею Шойгу в Национальном центре управления обороной РФ доложил заместитель генерального директора по спецтехнике АО «Научно-производственная корпорация «Уралвагонзавод» Вячеслав Халитов в Единый день приемки.

21 июля, 17:10

Visa имеет среднесрочный потенциал роста

Мы полагаем, что Visa имеет среднесрочный потенциал роста за счет увеличения использования в мире электронных платежей и безналичных расчетов. На 21 июля консенсус-прогноз Bloomberg предполагает целевую цену акции на уровне $110 (примерно 12% потенциал роста), что нам представляется вполне рациональным. По данным BI, компания в 2016 г. занимала 35% мирового рынка покупок по платежным картам (China Union Pay 41%, Master Card 17%, American Express 5%), поэтому может оставаться основным бенефициаром этого тренда. Visa имеет устойчивое финансовое положение, стабильный и высокий FCF, диверсифицированную структуру выручки (США – 52%, международные операции – остальное). Консенсус-прогноз предполагает рост выручки компании на 19% в FY17 с замедлением до 10% в FY18. Сильные финансовые результаты прошедшего квартала и повышение компанией годовых прогнозов могут прив

Выбор редакции
21 июля, 15:05

Фирма Alpina поработала с дизельной "пятеркой" BMW

Последнюю свою фантазию на тему баварской пятой серии тюнеры из Бухлоэ показывали еще весной – на выставке в Женеве. Однако, сейчас Alpina собирается вывести на рынок еще парочку модификаций, предназначенных для тех, кому 608 л.с. Alpina B5 Bi-Turbo откровенно многовато.

20 июля, 22:46

Gorgeous Kate Middleton-Inspired Outfits That Are Actually Affordable

Kate Middleton is a style icon for a reason. Copy her style (without hurting your bank account!) with these seven affordable outfits.

20 июля, 17:49

Microsoft научила компьютер распознавать эмоции на русском языке

При помощи искусственного интеллекта сервис определяет эмоциональную окраску по шкале от 0 до 100%, где 0% — очень негативный текст, а 100% — очень позитивный. Теперь Text Analytics API поддерживает русский и английский, а также ещё 13 языков, включая французский, немецкий, греческий и турецкий. В Microsoft считают, что их технология будет полезна представителям бизнеса, которые смогут отслеживать положительные и отрицательные отзывы о компании, а также специалистам по коммуникациям для отслеживания тональности публикаций. Сервис можно интегрировать с социальными сетями, например с "Твиттером", а затем визуализировать результаты эмоционального анализа записей с помощью инструмента Microsoft Power BI. Text Analytics API входит в пакет Microsoft Cognitive Services, который позволяет разработчикам встраивать умные алгоритмы в свои продукты. Также в этот пакет включены инструменты для распознания изображений, лиц и речи. В настоящий момент компания предлагает попробовать демоверсию технологии.

Выбор редакции
20 июля, 16:49

T-Mobile says Verizon's and AT&T's unlimited data plans are killing their network speeds

This story was delivered to BI Intelligence Apps and Platforms Briefing subscribers. To...

20 июля, 16:39

Gangster head of 'Mafia Capitale' sentenced to 20 years

THE ringleader of a gang whose criminal tentacles reached into almost every department of Rome's City Hall was sentenced to 20 years in prison by an Italian court on Thursday. Massimo Carminati, 59,

20 июля, 02:03

Rosenstein casts shade on Comey's leak of memos on Trump talks

The Justice official seems unconcerned about potential conflicts on special prosecutor's staff.

Выбор редакции
Выбор редакции
18 июля, 17:46

Chipotle Plunges After Shutting Restaurant Due To "Symptoms Consistent With Norovirus"

Chipotle shares are tumbling after Business Insider reports the firm has shut down a restaurant in Sterling, Virginia, after multiple reports of customers getting sick after eating there.     As BI reports, customers reported symptoms such as vomiting, diarrhea, severe stomach pain, dehydration, and nausea to the website iwaspoisoned.com, which first alerted Business Insider to the issues at the Sterling restaurant. One person reported two hospitalizations as a result of the illnesses. In total, eight reports were made to the website, indicating that at least 13 customers fell sick after eating there from July 14-15. Chipotle told Business Insider that it is aware of the illnesses and has notified local health officials.  "We are working with health authorities to understand what the cause may be and to resolve the situation as quickly as possible," Jim Marsden, Chipotle's executive director of food safety, said.   "The reported symptoms are consistent with norovirus. Norovirus does not come from our food supply, and it is safe to eat at Chipotle." And if you want to see the effect of ETF contagion, the rest of the restaurant sector is getting mini flash-crashed....

Выбор редакции
18 июля, 17:44

Chipotle's stock plunges 6.4% toward 8 1/2-month low after BI report of customers getting sick

This is a Real-time headline. These are breaking news, delivered the minute it happens, delivered ticker-tape style. Visit www.marketwatch.com or the quote page for more information about this breaking news.

Выбор редакции
18 июля, 16:58

Текст: Новый золотой пул в Банке международных расчетов в Базеле, Швейцария: часть вторая – пул против золота за нефть - большое расследование ( Ронан Мэнли )

Источник 23.05.2017 Настоящая статья является второй частью из двух. См. первую часть на Goldenfront здесь. В данной серии мы фокусируемся на тайных переговорах и встречах влиятельнейших центральных банкиров мира в конце 1979 г. и в 1980 г. в попытках создать золотой пул центральных банков для контроля и манипулирования свободно-рыночной ценой на золото. Центром встреч был Банк международных расчетов (БМР) (Bank for International Settlements (BIS)) в Базеле, Швейцария.

18 июля, 16:53

Текст: Новый золотой пул в Банке международных расчетов в Базеле, Швейцария: часть первая – большое расследование ( Ронан Мэнли )

Источник 16.05.2017 «В отсутствие управляющего во второй половине дня в понедельник, 10 декабря, я посетил совещание в кабинете Зейлстры в БМР для продолжения обсуждения возможности золотого пула. Присутствовали Эммингер, де ла Женье, де Стрикер, Лойтвилер, Ларр и Поль». 13 декабря 1979 г. – Кит МакМахон (Kit McMahon) Гордону Ричардсону (Gordon Richardson), Банк Англии Введение Золотой пул центральных банков, известный как Лондонский золотой пул, действовал на р...

Выбор редакции
18 июля, 16:45

Bitcoin Soars As Much-Feared Network Split Appears To Be Avoided

Bitcoin and other virtual currencies have rallied this week as growing support for a controversial software update suggests that a long-feared network split might be averted, and the issue settled…at least for now. “Traders are excited by the prospect of a resolution to the scaling debate, which is why the price has rallied,” Thomas Glucksmann, head of marketing at Hong Kong-based bitcoin exchange Gatecoin, told Bloomberg. Indeed, bitcoin is up 10% in early trade Tuesday, building on Monday's 20% climb: And Ethereum is surging... The reason? Bitcoin miners weren't expected to start signaling for Segwit2x until July 21, but some are already moving to show support in advance of another round of software testing, according to CoinDesk. Support topped 45% of hashing power on Tuesday, including AntPool, BitClub, Bixin, BTC.com and BitFury. However, many professional bitcoin traders believe more pain lies ahead, especially if support for SegWit2x doesn’t move toward the key threshold of 80% adoption – an accomplishment that would avert a network split – as we draw nearer to the Aug. 1 deadline, according to Bloomberg. The only way for bitcoin to avoid a network split is for SegWit support to reach this threshold by or on Aug. 1. “Despite the progress with SegWit2x, some warned that bitcoin isn’t out of the woods yet. Many Core members still vehemently oppose the software, which they say hasn’t been properly vetted for bugs. Also, not all miners support SegWit2x, which they say is a flawed compromise that doesn’t solve the root scaling problem.   ‘This price rally is a bounce, we are very bearish in the near term for a number of reasons,’ said Harry Yeh, managing partner at digital currency dealer Binary Financial, who cites the lack of support from Core developers as one of his biggest worries. ‘Anytime the price rockets up quickly, it will be followed by a strong correction which we are starting to see. We are definitely headed for some turbulent and volatile times in the short term.’” One trader put it more bluntly: "Shit's getting real, no one is sure what happens after August 1st, so traders are taking profits, squaring positions into the scaling deadline." As Bloomberg explains, the scaling debate began more than two years ago, and has persisted despite several “make or break” deadlines as none of the constantly evolving scaling solutions have garnered a large enough share of support from the mining community to legitimately threaten a network split. “Bitcoin’s community has been at bitter odds for more than two years about how to solve its scaling problem, which has hampered the cryptocurrency’s growth and allowed rivals like ethereum to steal some of the spotlight. The new software, known as SegWit2x, is seen as a compromise for the two sides of the debate: miners who act as the backbone of the blockchain, and developers known as Core who uphold bitcoin’s bug-free software. While both sides have incentives to reach a consensus, bitcoin’s lack of central authority has made reaching agreement difficult.” Worries about a network split have even started to rattle national regulators and trade groups. After holding discussions over the possible currency split, the Japan Cryptocurrency Business Association says member exchanges will suspend trading of bitcoin beginning Aug. 1, according to a Bloomberg headline. A growing number of central banks have warned citizens about the inherent riskiness of investing in unregulated markets like bitcoin and its peers, with the Central Bank of Albania the latest to denounce the cryptocurrency market. “We appeal to the Albanian public to be mature and responsible in the administration of savings or liquidity they possess. One should orient investments toward financial products and instruments offered by institutions licensed and supervised by the Bank of Albania and the Financial Supervisory Authority.” Of course, there is an obvious solution here, though it may not be as easy to implement as it sounds: Global regulators could, working with the BIS or some other transnational institution, develop a global regulatory framework, assuaging some of the concerns raised by the SEC in its decisions to reject two proposed bitcoin ETFs. Such a framework might open the door to more officially sanctioned investment products, opening the door to investors who’d like to include bitcoin exposure in their retirement accounts.

17 июля, 01:55

John Mauldin Warns "Prepare For Turbulence"

Authored by John Mauldin via MauldinEconomics.com, “The job of the central bank is to worry.” – Alice Rivlin “The central bank needs to be able to make policy without short-term political concerns.” – Ben Bernanke “… from the standpoint of the overall economy, my bottom line is we’re watching it closely but it appears to be contained. – Ben Bernanke, repeatedly, in 2007 “Would I say there will never, ever be another financial crisis? You know, probably that would be going too far, but I do think we’re much safer, and I hope that it will not be in our lifetimes, and I don’t believe it will be.” – Janet Yellen, June 27, 2017 “My good friends, for the second time in our history, a British Prime Minister has returned from Germany bringing peace with honor. I believe it is ‘peace for our time.’ Go home and get a nice quiet sleep.” – Neville Chamberlain, September 30, 1938 Photo: Monica Muller via Flickr The way we assess problems depends on our perspective. People can look at the same set of facts and reach quite different conclusions based simply on their circumstances. This is why it’s good at times to get away from your normal environment. Listen to a wide variety of opinions. Read books outside of your comfort zone. You’ll see things differently when you return. I had that feeling on returning to the US from Shane’s and my honeymoon in St. Thomas. We’re now officially married, and we thank everyone for the congratulations and kind wishes. I saw a little bit of news while we were there but spent more time just relaxing with my bride and reading books. Re-entering the news flow was a jolt, and not in a good way. Looking with fresh eyes at the economic numbers and central bankers’ statements convinced me that we will soon be in deep trouble. I now feel that it's highly likely we will face a major financial crisis, if not later this year, then by the end of 2018 at the latest. Just a few months ago, I thought we could avoid a crisis and muddle through. Now I think we’re past that point. The key decision-makers have (1) done nothing, (2) done the wrong thing, or (3) done the right thing too late. Having realized this, I’m adjusting my research efforts. I believe a major crisis is coming. The questions now are, how severe will it be, and how will we get through it? With the election of President Trump and a Republican Congress, your naïve analyst was hopeful that we would get significant tax reform, in addition to reform of a healthcare system that is simply devastating to so many people and small businesses. I thought maybe we’d see this administration cutting through some bureaucratic red tape quickly. With such reforms in mind I was hopeful we could avoid a recession even if a crisis developed in China or Europe. Six months in, the Republican Congress that promised to repeal and replace Obamacare, cannot even agree on the process. For six years they discussed what to do, and you would think they might at least have a clue. Tax reform? I’ve been talking with several of the Congressional leaders about tax reform, pointing out that without major tax reform this country is in danger of falling into a recession. No tinkering around the edges. Real change requires real change. There is now talk of having a tax bill of some kind ready to discuss in September and possibly pass in November, which, with this Congress, means that the process is likely to drift into next year sans a major push by the leadership. There is no consensus. No less an authority on the actual political process than Newt Gingrich wrote a very sharply worded column this week, declaring, “That legislative schedule is a recipe for disaster.” As Newt points out, if we are going to see any positive economic effect from tax reform, a bill has to be passed soon and implemented. Newt’s column was actually fairly discouraging to me. Knowing him as I do, I can tell you he wasn’t happy to have to write it. While I disagree with him on some of his tax-reform proposals, I agree that we need something significant and soon. There has been some progress on the bureaucratic and regulatory fronts, but nowhere near what I’d expected. Appointments haven’t been made, and the bureaucracy is still in control of most of the levers of the economy. I’d love to be wrong. Nothing would make me happier than having to eat all these words. But without significant changes, and soon, the economy will drift sideways and down. While second-quarter GDP growth will come in above 2%, the figure for the first six months of this year will remain below 2%. A host of indicators show a softening of the economy. For instance, , with a glut of more than 7 million previously leased cars clogging the auto market, new-car production is projected to continue to fall. Consumers are financially stretched, and credit card and student loan defaults have begun to rise. While there are bright spots, without major reforms the economy will drift lower, toward stall speed. Any outside shock – and several may be in the offing – could push us into recession. And then we come to central banks. Afraid of the Truth One news item I didn’t miss on St. Thomas – and rather wish I had – was Janet Yellen’s reassurance regarding the likelihood of another financial crisis. Here is the full quote. Would I say there will never, ever be another financial crisis? You know probably that would be going too far, but I do think we’re much safer, and I hope that it will not be in our lifetimes and I don’t believe it will be. [emphasis added] I disagree with almost every word in those two sentences, but my belief is less important than Chair Yellen’s. If she really believes this, then she is oblivious to major instabilities that still riddle the financial system. That’s not good. She may be right in that the future financial crisis will not look like the last financial crisis, at least in the United States. We have repealed the law passed under George W. Bush that allowed major banks to lever up 30 to 1. (What were they thinking?) We have required banks to recapitalize and to reduce their market-making activities in the bond market, theoretically reducing their risk of insolvency. And we have put in place all sorts of profitability- and productivity-reducing regulations. While these may be appropriate for larger financial institutions, they are choking the life out of smaller community banks, and thereby reducing the availability of capital to small businesses. Is it any wonder that we are seeing more businesses failing than being launched? But like generals fighting the last war, central bankers will find that the next financial crisis will be fought on different fronts, with entirely different components and opponents. There is an appalling lack of liquidity and market-making available in the major fixed-income markets, something the banks used to provide, and now by regulatory statute they can’t. Oh, everything is just fine right now, but the moment we hit a speed bump, the liquidity and market-making capability that is left will simply dry up. In theory, the Fed probably can’t provide liquidity for that type of market, but I will bet you a dollar to 47 doughnuts that they will find some loophole that authorizes them to step in somehow; otherwise there will be a spiral downward in the debt markets. Some markets will spiral up, and some will spiral down. We have once again created all kinds of new debt instruments as investors reach for yield in this low-rate environment, and there will simply be no market liquidity for them in a crisis. A flight to safety will ensure that long-term Treasury rates will plunge to levels that we have not yet seen. I could list other imbalances in the financial markets, but you get the picture. Financial politicians (which is what central bankers really are) have a long history of saying the wrong things at the wrong time. Far worse, they simply fail to tell the truth. Former Eurogroup leader Jean-Claude Juncker admitted as much: “When it becomes serious, you have to lie,” he said in the throes of Europe’s 2011 debt crisis. They lie because they’re afraid of the impact the truth will have. This is a problem, because markets can’t function on false information, at least not indefinitely. The best thing for everyone is to let markets adjust naturally, even though confronting reality can mean short-term pain for some participants. And sometimes it does make sense to cushion the blow. It doesn’t make sense to cover over a problem for years, let it get bigger and bigger, and postpone acknowledging it until the worst possible time. Yet that’s what usually happens. In fairness to the financial politicians, they often deal with situations where all the choices are bad. More often than not, that’s because their predecessors made similarly bad choices under similarly difficult conditions. The string of mistakes goes back decades. That is our situation today. We think governments and central banks are powerful, and they are in some ways, but they aren’t omnipotent. They don’t have monetary magic wands. They also face enormous pressure to “do something,” even when the right thing is to do nothing and just let the market clear. We Couldn’t Take the Chance To understand what will be the mindset of central bankers all over the world during the next financial crisis, I can think of no better illustration than a debate that was conducted at the annual gathering of economists that David Kotok convenes in Maine in August. This debate provided an “aha!” moment, one that has been fundamental to my understanding of how central banks work in the midst of a crisis. Let’s rewind the tape to four years ago, when I wrote about that moment while it was still fresh in my mind. On Saturday night David scheduled a formal debate between bond maven Jim Bianco and former Bank of England Monetary Policy Committee member David Blanchflower  (everyone at the camp called him Danny)…. The format for the debate between Bianco and Blanchflower was simple. The question revolved around Federal Reserve policy and what the Fed should do today. To taper or not to taper? In fact, should they even entertain further quantitative easing? Bianco made the case that quantitative easing has become the problem rather than the solution. Blanchflower argued that quantitative easing is the correct policy. Fairly standard arguments from both sides but well-reasoned and well-presented. It was during the question-and-answer period that my interest was piqued. Bianco had made a forceful argument that big banks should have been allowed to fail rather than being bailed out. The question from the floor to Danny was, in essence, “What if the Bianco is right? Wouldn’t it have been better to let banks fail and then restructure them in bankruptcy? Wouldn’t we have recovered faster, rather than suffering in the slow-growth, high-unemployment world where we find ourselves now?” Blanchflower pointed his finger right at Jim and spoke forcefully. “It wasn’t the possibility that he was right that preoccupied us. We couldn’t take the chance that he was wrong. If he was wrong and we did nothing, the world would’ve ended, and it would’ve been our fault. We had to act.” Blanchflower’s explanation made me realize that central bankers are quite human and so are their reactions in the middle of a crisis. They feel that they have to do something. Policy Brick Wall   The present challenge arises because our central bank monetary heroes allowed QE, ZIRP, and in some places NIRP to persist far longer than was wise. You can make the case that these measures were necessary in 2008 and for a short period thereafter; but these policies should not have remained in place, much less been expanded, for 7-–9 more years. Yet they were. That this was a mistake is now clear to almost everyone. Iin hindsight. What to do about it is less clear. On the positive side, our central bankers are talking about the problem. The kool kids’ new buzzword is policy normalization. Everyone (except the Bank of Japan) agrees that abnormality has outlived its usefulness. That’s important: Admitting your problem is the first step to solving it. However, solutions are difficult when that first timid step runs you smack into a brick wall that you yourself built because you waited too long to act. It was mid-2013 when Ben Bernanke first suggested the Fed might “taper” down its bond purchases. The Taper Tantrum ensued and stopped him from implementing the policy he clearly thought was right. It fell to Janet Yellen to implement the taper and then make one very tiny rate hike in December 2015. Another tantrum followed, this one centered in China. Plans to raise rates further were again postponed. As I noted in “Mad Hawk Disease” two weeks ago,  Fed governors were clearly mindful of what would happen to the then-current Democratic administration if a policy error precipitated a recession. “We couldn’t take the chance.” They ignored Ben Bernanke’s admonition that “The central bank needs to be able to make policy without short-term political concerns.” Now, with a Republican administration and Congress, the FOMC apparently feels no such concern about the potential for a policy error. We will never know, but I wonder if they would now be raising rates under a Clinton administration. It’s actually a serious question. Having waited four years too long, the Fed, the ECB, and the Bank of England are finally tightening in a strange combination of caution and boldness. You may have heard public officials talk of being “cautiously optimistic.” The central bank version of that is “cautiously aggressive.” Each passing month makes them less cautious and more aggressive, it seems. Like kittens, they venture out from their mother gingerly at first but soon are romping underfoot and destroying furniture. Source: Financial Times That may be an amusing analogy, but reality is not amusing at all. The four largest central banks together have about $13 trillion on their balance sheets, a large portion of which they believe needs to roll off. Removing it without breaking something important will not be easy. Least-Bad at Best The central bankers are not unaware of this challenge. They have a conscience of sorts in the Bank of International Settlements, and it is whispering in their ears as loudly as it can. BIS economist Claudio Borio, in the institution’s annual report last month: “The end may come to resemble more closely a financial boom gone wrong, just as the latest recession showed, with a vengeance.” The report’s monetary policy section was even more direct (emphasis mine): Policy normalisation presents unprecedented challenges, given the current high debt levels and unusual uncertainty. A strategy of gradualism and transparency has clear benefits but is no panacea, as it may also encourage further risk-taking and slow down the build-up of policymakers’ room for manoeuvre. That’s obvious, but it’s important that BIS said it. “Unprecedented challenges” may even understate the magnitude of what the Fed and other central banks are up against. More from BIS: In determining the pace of normalisation, central banks must indeed strike a delicate balance. On the one hand, there is a risk of acting too early and too rapidly. After a series of false dawns in the global economy, questions linger about the durability of this upswing. And the unprecedented period of ultra-low rates heightens uncertainty about reactions in financial markets and the economy. On the other hand, there is a risk of acting too late and too gradually. If central banks fall behind the curve, they may at some point need to tighten more abruptly and intensively to keep the economy from overheating and inflation from overshooting. And even if inflation does not rise, keeping interest rates too low for long could raise financial stability and macroeconomic risks further down the road, as debt continues to pile up and risk-taking in financial markets gathers steam. How policymakers address these trade-offs will be critical for the prospects of a sustainable expansion. I think that last part is too gentle. Financial-stability and macroeconomic risks are already elevated. Debt isn’t simply piling up; it’s up to the ceiling and pouring out the windows. Risk-taking in financial markets can hardly gather any more steam without blowing its top. So yes, how policymakers address these trade-offs is indeed critical. But even if we assume our central bankers will act calmly and professionally – which perhaps we should not – the fact remains that they have no good options because they waited too long. “Least bad” is the best we can hope for, and I doubt we will get even that. The brick wall of bad decisions looms. Getting Out of Dodge “Get out of Dodge” was a phrase made popular by Marshall Matt Dillon on the TV show Gunsmoke in the ’60s. The phrase slipped into the youth culture and endures as a shorthand way of saying that you’d better leave town before the stuff hits the fan. I believe the Fed is aware that they should have been raising rates earlier. They also understand the present risks. While I believe it is appropriate to raise rates slowly, I simply cannot understand why they would want to reduce their balance sheet at this late date, at the same time that they jack up rates. They could have been letting the balance sheet roll off for four years, but to do so now in conjunction with raising rates simply increases the risk of a policy error. But I don’t think they will see that as their problem. Chair Yellen and I both believe the majority of the current governors will be gone by the second quarter of next year. It would not surprise me at all if Vice-Chair Fischer offers to resign before his term is up in June 2018. This Fed is going to raise rates a few more times, start reducing the balance sheet, and then get the hell out of Dodge. Federal Reserve governors basically have a 14-year term, which reduces the ability of any one president to appoint a majority of the FOMC within a four-year term. Of course, resignations affect the balance. Trump is going to have the unusual opportunity to appoint at least six, and more likely seven, governors by the middle of next year, if not sooner. Whether he wants it to be or not, this will be the Trump Fed. Without major reforms in place, the Trump Fed will face a recession, serious global economic issues, and a resulting major equity bear market. Think they will continue to raise rates? How long before they start to talk about supplying a little more QE to appease the markets? The current FOMC simply hopes that everything holds together until they can slip out the back way from Dodge. Who do you think will get the blame for the next crisis? It should be this FOMC, but that’s not the way the real world works. The Trump Fed will be politicized and stigmatized by its Democratic opponents no matter what they do. Howls for outside controls and oversight will rise in the night. Global Contagion The parlous state of the economy is not just an American problem, or a European or UK or Japanese or Chinese one. It is global. I wonder whether Janet Yellen truly appreciates the degree to which Federal Reserve policy affects the entire world. Like it or not, the US dollar is the entire planet’s ultimate medium of exchange. One way or another, almost every financial transaction eventually settles in dollars. China and others would like to change that. Maybe they’ll succeed someday, but it won’t be this year or next. That being the case, the way Fed policy impacts the dollar could make the inevitable crisis much worse. Looking only at the US, there’s a strong case for raising – oops, I mean “normalizing” – rates. Going to even 2% or 3% won’t kill our economy. But hiking rates will likely create other victims whose problems will soon become our problems, too. Think of all the dollar-denominated debt owed by various emerging-market governments and businesses. Higher US rates will strengthen the dollar and make that debt costlier to service, almost certainly causing some defaults. In today’s highly leveraged markets, the pain caused by those defaults will quickly spread to lenders in Europe, Japan, and the US. You might respond that more stringent capital requirements mean today’s banks are better able to withstand such scenarios. That’s partly true. It’s also true that the bank executives hate those requirements and are working assiduously to loosen them. These banks are also far larger than they were in 2008. Yes, they pass the Fed’s stress tests, but the Fed can’t test every possible adverse scenario. Generals always fight the last war. The next crisis probably won’t originate in residential mortgage loans. It will come from somewhere else, and we have no idea whether the banks are actually ready for it. You and I can’t control whether banks are ready, but we can control whether we are ready. I am working on a number of fronts to help you. My brief time away convinced me beyond any doubt that a crisis of historic proportions is once again bearing down on us. We may have little time to prepare. We definitely have no time to waste.

Выбор редакции
15 июля, 17:03

Без заголовка

**Should-Read: Helene Rey**: The Global Financial System, the Real Rate of Interest and a Long History of Boom-Bust Cycles: "Financial cycles strongly determine real short-term interest rates... >...Wealth increases rapidly during financial booms, faster than consumption itself. As a consequence, the consumption to wealth ratio declines, as happened in the “Roaring 20s” and the “Exuberant 2000s”. In the subsequent busts, savings increase and keep real interest rates low. The related global financial cycle constrains monetary policy independence, even for countries with flexible exchange rates, transforming the Mundellian trilemma into a dilemma. Tackling these issues calls for combinations of monetary and fiscal policy coordination, macro-prudential policies, and possibly capital controls. It also means considering the role of the US as a provider of safe assets, and asking whether a multipolar system would be advantageous...

15 июля, 11:15

Спор Москвы и Киева в рамках ВТО может подорвать международную систему торгового права – обозреватель

За всю историю ВТО вопрос санкций никогда еще не был предметом обращения в эту международную организацию. 

Выбор редакции
14 июля, 21:16

Why Your Money is NOT SAFE in the Banks and in Stocks!

In This Episode:Gold silver precious metals investments central bank finance financial economy economic IMF ECB fed BIS The Financial Armageddon Economic Collapse Blog tracks trends and forecasts , futurists , visionaries , free investigative journalists , researchers , Whistelblowers... [[ This is a content summary only. Visit http://FinanceArmageddon.blogspot.com or http://lindseywilliams101.blogspot.com for full links, other content, and more! ]]

18 ноября 2016, 18:04

Дмитрий Перетолчин. Владимир Павленко. "ФРС против американских президентов"

Доктор политических наук Владимир Павленко об истории борьбы банкиров за контроль над Соединенными Штатами, как создание ФРС изменило американское общество и всю мировую финансовую систему. #ДеньТВ #Перетолчин #ФРС #доллар #экономика #Ротшильды #Рокфеллеры #банкиры #Трамп #элиты #Морганы #история #Павленко #Шифф #Барух

14 февраля 2016, 19:01

В.Ю. Катасонов: Мировая теневая экономика. Картели

Пять признаков империализма по В. ЛенинуРовно 100 лет назад в книге «Империализм, как высшая стадия капитализма», которую изучали в Советском Союзе во всех вузах, В.И. Ленин выявил пять основных экономических признаков империализма как «высшей» и «последней» стадии капитализма. Это:1) Концентрация производства и капитала, дошедшая до такой высокой ступени развития, что она создала монополии, играющие решающую роль в хозяйственной жизни.2) Слияние банкового капитала с промышленным и создание на базе этого «финансового капитала» финансовой олигархии.3) БОлее важное значение вывоза капитала по сравнению с вывозом  товаров.4) Образование международных монополистических союзов капиталистов, осуществляющих передел мира.5) Конец территориального раздела земли крупнейшими капиталистическими державами.Сегодня изменился каждый из пяти экономических признаков империализма. Но приглядимся повнимательнее к  четвертому, наиболее актуальному сегодня признаку — как выясняется, самому небезопасному для мира. Этому признаку посвящена пятая глава книги, которая называется «Раздел мира между союзами капиталистов».Глава начинается следующими словами: «Монополистические союзы капиталистов, картели, синдикаты, тресты, делят между собою, прежде всего, внутренний рынок, захватывая производство данной страны в своё, более или менее полное, обладание. Но внутренний рынок, при капитализме, неизбежно связан с внешним. Капитализм давно создал всемирный рынок. И по мере того, как рос вывоз капитала и расширялись всячески заграничные и колониальные связи и «сферы влияния» крупнейших монополистических союзов, дело «естественно» подходило к всемирному соглашению между ними, к образованию международных картелей».Итак, четвёртый экономический признак империализма связан с образованием международных картелей. Международные картели — монополии монополий, соглашения национальных монополий разных стран (тресты, концерны, синдикаты) об экономическом разделе мира.Созданию международных картелей предшествует образование картелей на национальном уровне. Об этом Ленин пишет в первой главе («Концентрация производства и монополии»). Первые национальные картели появляются после кризиса 1873 года. Экономический подъем конца XIX века и экономический кризис 1900–1903 гг. привели к массовому образованию национальных картелей,  они  "становятся одной из основ всей хозяйственной жизни». Тогда же образуются многие международные картели.Оригинал взят у ss69100Картели как сеть теневой экономикиВ рамках международных картельных соглашений монополисты разных стран делят рынки сбыта товаров, определяют географические границы сфер операций отдельных участников международного картеля. При этом почти всегда устанавливаются единые (монопольно высокие) цены на однотипные товары и услуги. Иногда определяются предельные объемы производства и сбыта тех или иных товаров. Кроме рынков сбыта, разделу могут подлежать источники сырья и сферы приложения капитала.Существуют также закупочные картели (установление монопольно низких цен на закупаемые товары и услуги). Очевидно, что международные картели ограничивают или даже делают невозможным торговую, инвестиционную и финансовую деятельность аутсайдеров, оказавшихся за бортом международных соглашений. Нередко картели «расчищают» себе «жизненное пространство», сначала проводя синхронизированный демпинг, а уже затем устанавливая монопольно высокие цены.Ярким примером международного картеля начала прошлого века является соглашение между американским трестом «Дженерал электрик» и германской корпорацией АЭГ. В 1907 году между этими гигантами электротехнической промышленности был заключен договор о дележе мира. Конкуренция на рынках электротехнической продукции была устранена.Ленин очень подробно описывает историю создания и механизм функционирования международного электротехнического картеля. Он также приводит примеры международных картельных соглашений о разделе мировых рынков рельсов, цинка, морского торгового судоходства. Он подробно описывает конкурентную борьбу между американским керосиновым трестом Рокфеллеров и объединением германских керосиновых компаний. В какой-то момент времени конкуренты были близки к образованию всемирного керосинового картеля, но в последний момент соглашение расстроилось.При раскрытии четвертого экономического признака империализма Ленин ссылался на исследование немецкого экономиста Роберта Лифмана (1874–1941)  «Картели и тресты». По данным Лифмана, в 1897 году в мире насчитывалось около 40 международных картелей с участием Германии, а к 1910 году уже около 100. Примечательно, что в начале ХХ века почти ни один международный картель не обходился без участия компаний Германии и США, проводивших агрессивный захват мировых рынков. Они «отжимали» рынки у своих конкурентов из Англии, Франции, Бельгии, Голландии.И хотя уже на заре века во многих странах  действовало антимонопольное законодательство, которое запрещало создание картелей. или предполагало согласие со стороны антимонопольных служб, картели  имели одно преимущество --  они в отличие от  других форм монополий (тресты, синдикаты, концерны), могли создаваться втайне от государства и общества по типу «джентльменских соглашений». И даже если соглашения имели письменную форму, то документы  надежно прятались  в сейфах подписантов.Иными словами, международные картели представляли, да и сегодня представляют собой версию теневой экономики. Нередко картели маскируются вывесками информационных центров, научных институтов, союзов предпринимателей, комитетов, комиссий и т.п. Компании, которые вступают в картельное соглашение, сохраняют свою финансовую, юридическую, коммерческую и производственную самостоятельность. Правда, иногда участники картеля создают совместную компанию акционерного типа для выполнения функций управления.Производственные и рыночные квоты участников картеля соответствуют их долям в капитале совместного акционерного общества. В качестве примера можно привести международный картель по азотным удобрениям ( созданный в 1928 году). В 1962 году участники картеля создали акционерную компанию «Нитрекс» (Nitrex A.G.) с капиталом 1 млн. швейцарских франков (зарегистрирована в Швейцарии, Цюрих). Акции были поделены между участниками картеля. «Нитрекс» в централизованном порядке собирал все заказы на поставку азотных удобрений и распределял их между участниками картеля.Имеются также документированные свидетельства,  что международные картели принимали активное участие в подготовке и развязывании Второй мировой войны. В период между двумя мировыми войнами процесс создания международных картелей резко активизировался. К началу Второй мировой войны 1939–1945 годов, по некоторым оценкам,их  число  возросло чуть ли не до 1200, и накануне войны они контролировали от трети до половины всего оборота мировой торговли.Преимущественно это были соглашения монополий различных европейских стран. Число международных картелей,с одновременным участием европейских и американских монополи, йбыло невелико. Капиталистические страны, находившиеся в состоянии затяжного экономического кризиса, стали проводить дифференцированную антимонопольную политику. Внутри своих стран власти все-таки пытались ограничивать монополии и стимулировать конкуренцию. А в случае, если создавались международные картели, которые могли усиливать позиции национальных компаний на внешних рынках, почти никаких препятствий власти не создавали. Даже, наоборот, поощряли создание картелей.Некоторые международные картели с участием американских и немецких компаний не прекращали своей деятельности на протяжении всех лет Второй мировой войны.Обвинения в адрес международных картелей  прозвучали  на Потсдамской конференции 1945 года и на Нюрнбергском процессе.После войны во всех странах  превалировали антикартельные настроения . В Организации объединенных наций (ООН) обсуждался вопрос о том, что этот новый институт должен полностью запретить международные картели или, по крайней мере, контролировать их создание и функционирование. В послевоенные десятилетия до 1970-х гг. на Западе более или менее эффективно реализовывалось антимонопольное законодательство. В том числе в части, касающейся международных картелей. К началу 1970-х гг. число таких картелей оценивалось в 70-80. Примечательно, что это были преимущественно трансатлантические картели, т.е. соглашения с одновременным участием европейских и американских монополий.Картели под прикрытием исследовательских институтовСо времени окончания Второй мировой войны и до середины 70-х гг. наиболее известными в мире были международные картели в области морского судоходства (их было несколько), по электрооборудованию, радиоаппаратуре, автомобилям, подвижному железнодорожному составу, а также по удобрениям: азотным, калийным и фосфатным. В сфере производства химических товаров действовали созданные еще в период между двумя мировыми войнами картели: содовый, по красителям и по хинину. В области производства цветных металлов - картели по алюминию и меди.В сфере производства черных металлов - по стали, отдельным видам проката, рельсам, трубам, белой жести. Естественно, международные картели не афишировали свою деятельность, пытаясь убедить общество и контролирующие органы государства, что они занимаются «исследовательской» деятельностью. Например, функции международного калийного картеля (до Второй мировой войны в него входили монополии Франции, Германии, Испании, Польши, Великобритании, США и других стран) после войны стали выполнять три «института».Это Международный калийный институт в Берне (Швейцария), представляющий в основном интересы западноевропейских компаний, а также две организации США — Американский калийный институт и Фонд для международных исследований в области калия. Международные картели в морском судоходстве назывались «пулами» и «конференциями».Для международных картелей использовались «крыши» союзов предпринимателей...Например, международный картель по стали в 1967-м создал  «крышу» в виде Международного института чугуна и стали (МИЧС). Создание МИЧС, как было официально заявлено, имеет целью укрепление контактов между сталепромышленниками различных капиталистических стран, обмен информацией, касающейся положения на рынке чёрных металлов. В 1970 г. МИЧС объединял более 100 металлургических компаний 24 капиталистических стран, производивших около 95% стали в капиталистическом мире.Точное количество международных союзов предпринимателей назвать трудно. Они могут иметь самые разные названия: торговые и промышленные палаты, биржевые комитеты, отраслевые институты, ассоциации, комиссии и т.п.Патентные картелиПосле войны появились патентные картели. В условиях развернувшейся научно-технической революции в международной торговле резко возросла доля товаров обрабатывающей промышленности, особенно ее наукоемких отраслей. Позиции корпораций, действующих в таких отраслях стали активно защищаться с помощью такого инструмента, как патенты (право на исключительное пользование техническим новшеством) и лицензии (разрешение на пользование техническим новшеством другим компаниям за лицензионное вознаграждение, участие в капитале или получение иных прав).Многие авторы поспешили заявить, что в условиях НТР традиционные международные картели «приказали долго жить», на их место пришли патентные картели, основанные на обмене патентами и лицензиями внутри узкого круга компаний разных стран. Причем, эти патентные картели не прятались, более того, они защищались патентными и иными службами, оберегающими интеллектуальную собственность крупного капитала.Существовала  «картельная блокада» Советского Союза и России и  сегодня это особенно актуально. Интересно, что до сих пор нашими экономистами, политологами и историками абсолютно не затронут этот важнейший аспект советской экономической истории. На протяжении 70 лет своего существования СССР находился в плотном кольце международных картельной блокады.Советские внешнеторговые организации вели переговоры и заключали контракты с компаниями, входившими в состав различных международных картелей. Торговля СССР с компаниями, не входившими в картели, была крайне затруднена. Именно поэтому мы могли торговать с Западом, лишь последовательно проводя политику государственной монополии внешней торговли.Без такой монополии международные картели могли бы грабить нас нещадно, устанавливая монопольно высокие цены на товары, импортируемые Советским Союзом, и монопольно низкие — на товары, поставляемые нами на Запад. До конца СССР не удавалось преодолевать фактор «картельной блокады», его действие лишь смягчалось. Именно поэтому основополагающими принципами советской экономической политики была опора на собственные силы, а также приоритетное развитие торгово-экономических отношений со странами социалистического содружества.После развала СССР и создания Российской Федерации «картельная блокада» против нашей страны не ослабла. Слава Богу, наша Федеральная антимонопольная служба (ФАС) это вовремя осознала. Ключевым направлением деятельности ФАС с 2014 г. стало расследование деятельности картелей с участием иностранных компаний. Правда, ФАС неоднократно заявляла, что борьба с международными картелями в России сильно затруднена. Главная причина — отсутствие международного акта, регулирующего совместные проверки ФАС с иностранными антимонопольными ведомствами, а также позволяющего обмениваться с ними конфиденциальной информацией.Но вернемся в 1970-е гг.,  когда на первый план вышли патентные картели. Конечно, традиционные картели, охватывающие рынки сырья и полуфабрикатов, продолжали существовать.Некоторые из них полностью ушли в «тень», другие изменили свой статус. Они приобрели вид межгосударственных соглашений о защите рынков тех или иных товаров.Такие международные товарные соглашения (МТС) получили большое распространение в первые два-три послевоенных десятилетия. Это соглашения по цинку, олову и некоторым другим металлам, зерну, джуту, кофе, бананам и другим биржевым товарам. Наиболее известно соглашение по нефти, получившее название ОПЕК.Считалось, что эти соглашения призваны защитить развивающиеся страны от неэквивалентного обмена стран бедного «юга» со странами богатого «севера», экспортирующего промышленную продукцию (так называемые «ножницы цен»).Однако надо иметь в виду, что за вывесками развивающихся стран зачастую скрывались транснациональные корпорации (ТНК), которые действовали в этих странах и были заинтересованы в таких картельных соглашениях межгосударственного типа.Яркий пример — ОПЕК. Это организация стран — экспортеров нефти. Основана в 1960 г. рядом стран (Алжир, Эквадор, Индонезия, Ирак, Иран, Кувейт, Ливия, Нигерия, Саудовская Аравия и др.) с целью координации действий по объему продаж и установлению цен на сырую нефть. Благодаря тому, что ОПЕК контролирует примерно половину мирового объема торговли нефтью (оценка на начало нынешнего столетия), она способна значительно влиять на уровень мировых цен.Однако при этом не стоит забывать, что за ширмой ОПЕК стоят транснациональные корпорации. Еще в 1960-е годы у всех был на слуху международный нефтяной картель, получивший название «семь сестер».История нефтяного картеля началась 87 лет назад. 17 сентября 1928 года в шотландском городке Ахнакарри было заключено неформальное соглашение между Royal Dutch Shell, Англо-персидской нефтяной компанией (будущая British Petroleum) и Standard Oil of New Jersey (будущая Exxon).Оно было призвано убрать жёсткую конкуренцию между этими гигантами нефтяного бизнеса.Для чего предусматривало сокращение добычи нефти в соответствии с тенденциями спроса на неё и сохранение существующей пропорции между добывающими компаниями.Уже к 1932 году в картель Ахнакарри вошли все семь крупнейших англо-американских компаний, создавших впоследствии «консорциум для Ирана».Примечательно, что антимонопольные службы США «благословили» создание нефтяного картеля, поскольку он укреплял позиции американских корпораций на мировом рынке нефти.Сегодня о международном нефтяном картеле почти ничего не слышно. Зато в СМИ много говорят об ОПЕК.С легкой руки некоторых журналистов, ее стали даже называть «антикартелем», имея в виду, что она был создана для противостояния «семи сестрам». Ничего подобного: нефтяной картель продолжает существовать. Просто входящие в него «сестры» не раз уже успели поменять свои «девичьи» фамилии. А главное — они скрываются за ширмой организации ОПЕК, которую научились использовать в качестве своеобразного «троянского коня».В качестве примера можно вспомнить энергетический кризис 1973 года, когда цены на «черное золото» в течение нескольких месяцев выросли в четыре раза. Тогда во всем обвинили страны ОПЕК. Однако главными «бенефициарами» той «революции цен» стали все те же «семь сестер» (и ряд других, примкнувших к ним нефтяных корпораций), а также западные банки, куда стали поступать десятки миллиардов нефтедолларов из стран ОПЕК.Да, конечно, в мире нефти в 70-80-е годы прошлого века произошли большие подвижки. Формально многие страны третьего мира объявили о национализации нефтяной промышленности. Но закупщиками нефти остаются все те же западные нефтяные корпорации. Члены международного нефтяного картеля занимают монопольные позиции в переработке нефти, транспортировке и реализации нефтепродуктов.Бреттон-Вудская валютно-финансовая система1970-е годы назвали закатом золотодолларового стандарта и началом «золотого века» международных картелей.С конца 1970-х гг. тема международных картелей постепенно исчезает из экономической литературы, СМИ, повестки заседаний международных организаций. В более поздние годы, если и имеют место публикации на тему международных картелей, то они содержат материалы и цифры, относящиеся к прошлым годам. Создается впечатление, что эпоха международных картелей закончилась.Но это иллюзия. Картели и раньше были в тени. Они и сейчас остаются в тени. Просто раньше антимонопольные службы периодически поднимали шум по поводу международных картелей, а сейчас их предпочитают не искать и не замечать. Объяснение подобного феномена следует искать в общем ослаблении (и даже демонтаже) антимонопольной функции современного капиталистического государства. А это ослабление, в свою очередь, обусловлено тем, что произошло достаточно радикальное изменение мировой валютно-финансовой системы. В 1970-е годы произошел переход от золотодолларового стандарта (Бреттон-Вудская валютно-финансовая система) к бумажно-долларовому стандарту (Ямайская валютно-финансовая система).Суть этого перехода состояла в том, что раньше мировой валютной был доллар США, который эмитировался Федеральной резервной системой США, но эмиссия была ограничена золотым запасом США.После Ямайской валютно-финансовой конференции (январь 1976 г.) привязка доллара к золоту была отменена. Образно выражаясь, с «печатного станка» ФРС был снят «золотой тормоз». Хозяева «печатного станка» ФРС обрели почти полную свободу. Впрочем, оставалось одно и очень серьёзное ограничение — спрос на продукцию «печатного станка» ФРС — доллары.Тема того, как «хозяева денег» создавали и продолжают создавать спрос на доллары очень широкая, выходит за рамки данной беседы. Но первое, что пришло в голову «хозяевам денег» — снять контроль над ценами на все и вся. Энергетический кризис — первое и очень яркое проявление этой новой политики (как мы отметили, цены на «черное золото» взлетели в 1973 году за несколько месяцев сразу в четыре раза).В свете новых финансово-валютных реалий международные картели как раз очень необходимы «хозяевам денег». С одной стороны, мировая финансовая олигархия всячески оказывает содействие в создании международных картелей. С другой стороны, она, контролируя большую часть СМИ, делает все возможное для того, чтобы тема международных картелей вообще не «всплывала». На нее установлено негласное табу.Банковские картелиВозвращаясь к работе Ленина «Империализм, как высшая стадия капитализма», хочу обратить внимание на то, что «классик» обошел стороной один очень важный аспект темы международных картелей. Да, он перечислил много отраслей и производств, которые были картелированы к началу Первой мировой войны на международном уровне (электротехническая промышленность, морское торговое судоходство, производство рельсов и др.).Можно картелировать и данковскую дейтельность, но тема банковских картелей табуирована. Еще раз подчеркнем, что картель — прежде всего соглашение о ценах. В банковской сфере производят не товары, а деньги, которые также имеют цену. Она выражается в виде процентов по активным (кредитным) и пассивным (депозитным) операциям. Банки (как на национальном, так и международном уровнях) могут договариваться о единых процентных ставках, а также делить рынки кредитных и депозитных операций.В работе «Империализм, как высшая стадия капитализма» второй раздел работы посвящен исключительно банкам («Банки и их новая роль»). Но в нем мы также не находим упоминания о банковских картелях. Вот о банковских трестах в Америке Ленин пишет: «Между немногими банками, которые в силу процесса концентрации остаются во главе всего капиталистически хозяйства, естественно всё больше намечается и усиливается стремление к монополистическому соглашению, к тресту банков. В Америке не девять, а два крупнейших банка, миллиардеров Рокфеллера и Моргана, господствуют над капиталом в 11 миллиардов марок». Но банковский трест возникает в результате слияния или поглощения одних банков другими».Впрочем, один гигантский банковский картель возник за два года до того, как Ленин приступил к написанию своей работы. Речь идет о Федеральной резервной системе США.  Ленин не обратил внимания на такое событие, как принятие Конгрессом США закона о Федеральном резерве в последние дни 1913 года. Что ж тут удивительного, что даже многие американцы не проявили интереса к какой-то мало понятной «Федеральной резервной системе». Между тем создание ФРС стало ключевым событием не только в американской, но и мировой истории.И это тема особого разговора. Сейчас нас интересует ФРС как банковский картель. А ФРС была именно картелем, объединив под своим началом львиную долю всех банков США. Причем это был легальный картель, статус которого определялся законом 1913 года. На то, что ФРС — банковский картель, обращают внимание, к сожалению, немногие.Формально Федеральный резерв был национальным банковским картелем, действовавшим в пределах США. Но надо иметь в виду, что среди главных акционеров ФРС как частной корпорации были банкиры не только из Нового Света, но также из Европы. Среди них, в первую очередь, Ротшильды. Об этом еще в начале 50-х годов прошлого века поведал читателям американский исследователь Юстас Муллинс в своей книге «Секреты Федерального резерва». Поэтому можно с полным основанием полагать, что ФРС с самого начала была международным банковским картелем.Интересно, что именно крупнейшие члены международного картеля «ФРС» стали главными бенефициарами Первой мировой войны, т.к. за годы войны выдали военных кредитов воюющим странам (прежде всего, Великобритании и Франции) на многие миллиарды долларов. Американский экономист Мюррей Ротбард писал:«Создание Федеральной резервной системы удачно совпало с началом Первой мировой войны в Европе.Существует общепринятое мнение, что только благодаря новой системе США смогли вступить в войну и не только финансировать свои собственные военные нужды, но и предоставлять значительные займы союзникам. За время войны Федеральный резерв приблизительно удвоил денежную массу в США и соответственно цены также выросли в 2 раза. Для тех, кто считает, что вступление США в Первую мировую войну было одним из самых ужасных событий XX в., повлекших за собой катастрофические последствия как для США, так и для Европы, возможность вступления США в войну едва ли является убедительным аргументом в пользу Федерального резерва».По принципу картеля устроены банковские системы большинства стран мира. При этом «головой» таких картелей являются центральные банки, определяющие «правила игры» для частных коммерческих банков и следящие за соблюдением ими этих правил. Но все-таки это преимущественно национальные банковские картели. А вот в период между двумя войнами началось выстраивание действительно мирового банковского картеля. Речь идет о Банке международных расчетов (БМР) в Базеле, который был создан в 1930 году.Первоначально он предназначался для организации репарационных платежей Германией в пользу стран-победительниц. Однако через некоторое время его главной функцией стала координация деятельности крупнейших западных банков. После Второй мировой войны БМР официально стал координировать деятельность центральных банков. Нередко БМР называют «центральным банком центральных банков», или «клубом центральных банков». Фактически это «головка» мирового банковского картеля.Известно, что этот международный банковский суперкартель сыграл важную роль в подготовке и развязывании Второй мировой войны, а в годы войны осуществлял координацию действий банкиров противоборствующих стран. На конференции в Бреттон-Вудсе был поднят вопрос о преступной деятельности БМР, было (правда, с большим трудом) принято решение о ликвидации этого банковского суперкартеля.Однако решение конференции так и не было выполнено. Международный картель ростовщиков с «головкой» в швейцарском городе Базель по-прежнему продолжает управлять мировым рынком денег. А через рынок денег — всей мировой экономикой. Безусловно, что два мировых картеля — Федеральный резерв и Банк международных расчетов между собой тесно взаимодействуют. Их можно сравнить с двумя головами одной мировой гидры.Ещё раз вернемся к работе «Империализм, как высшая стадия капитализма». В ней «классик» постоянно говорит о законе неравномерного экономического и политического развития при капитализме. Под этой «неравномерностью» Ленин имеет в виду постоянное изменение соотношения сил на мировой арене отдельных капиталистических государств, а также крупнейших компаний на внутреннем и мировом рынках. Эта «неравномерность», в частности, порождает неустойчивость международных картелей.Многие картельные соглашения заключаются на срок, но нередко разваливаются намного раньше наступления согласованного срока. Какие-то участники международных картелей усиливаются (например, в результате поддержки своих государств), другие, наоборот, ослабевают. Это неизбежно вызывает соблазн пересмотра первоначальных договоренностей усилившимися монополиями. В некоторых случаях им удается добиться пересмотра. В других — нет. Тогда происходит распад картелей. Бывают случаи, когда о создании международного картеля вообще не удается договоритьсяМеждународные картели — реальная угроза мировой войныПожалуй, наиболее важный политический вывод, который содержится в анализе Лениным четвертого экономического признака империализма, заключается в том, что международные картели представляют собой угрозу для мира, являются источниками войн. Вывод, на первый взгляд, парадоксальный. Ведь, вроде бы картельные соглашения предусматривают прекращение конкурентных войн между монополиями за рынки, источники сырья и сферы приложения капитала.И в начале ХХ века некоторые экономисты и политики делали вывод о наступлении на земле «вечного мира», который несут человечеству монополии и интернационализация хозяйственной жизни. Ленин в своей работе, кстати, подвергает резкой критике Карла Каутского за  его веру  в то, что картели несут человечеству мир. Он пишет: «Капиталисты делят мир не по своей особой злобности, а потому, что достигнутая ступень концентрации заставляет становиться на этот путь для получения прибыли; при этом делят они его «по капиталу», «по силе» — иного способа дележа не может быть в системе товарного производства и капитализма. Сила же меняется в зависимости от экономического и политического развития».Сегодня монополии для передела мира используютсобственные силовые возможности (например, опираются на частные военные компании). Но их явно не хватает. Поэтому основной их силовой ресурс — государство с вооруженными силами, готовыми участвовать в военных операциях в любой точке мира. Раздел мира «по силе» делает неизбежным превращение частномонополистического капитализма в государственно-монополистический капитализм (ГМК).Историю создания и развития международных картелей ХХ века позволяет нам сделать некоторые выводы, и не впадать в те иллюзии и утопии «вечного мира», которые были распространены среди «ученой публики» в начале прошлого века. Эпоха, когда транснациональные корпорации и транснациональные банки делили мир «по капиталу» близка к своему завершению.Мы вступаем в эпоху, когда экстенсивное освоение мира монополиями (получившее название «глобализация») более невозможно. Монополии начинают делить мир «по силе», используя государственный военный потенциал. Сегодняшние события на Ближнем и Среднем Востоке — яркое тому подтверждение.В.Ю. КатасоновИсточник.

30 июля 2014, 17:12

БМР: падение кредитов в евро, структура деривативов, долги РФ и Украины

Обозрение Банка международных расчётов, июнь 2014 г. 1. Международные кредиты в евро. Резкое падение. 2. Международная структура обязательств России и Украины перед иностранными банками. 3. Внебиржевой рынок производных долгов. Структура деривативов. 4. Процентные деривативы. Структура по валютам, срокам погашения и секторам. 5. Структура кредит-дефолтных свопов CDS. 1. Международные кредиты в евро. Международные кредиты, номинированные в евро, снизились в 4 кв. 2013 на 355 млрд. евро (-3,6%). (График 1, левая панель). С другой стороны, в долларах США и в японских иенах кредитование выросло на $ 64 млрд (+ 0,5%) и на $ 61 млрд (+ 5,2%) соответственно. Резкое падение трансграничного кредитования в евро в течение четвертого квартала 2013 года является частью более широкой тенденции, наблюдаемой на протяжении последних нескольких лет.  Обратите внимание: обязательства, номинированные в евро на конец 2013 года составляют 4,5 трлн внутри и около 1,7 трлн вне еврозоны (центр. панель графика 1). Это упрёк некоторым умам, полагающим, что кредитование в евро незначительно и потому при формировании курса важен лишь торговый баланс. Евро - полноценная резервная валюта, в которой ведутся и торговые платежи и инвестиции. В отличие от юаня, который хотя и опередил евро по торговым платежам, но в кредитно-инвестиционной деятельности почти не заметен. Пока не заметен, разумеется. 2. Международная структура обязательств России и Украины перед иностранными банками.  При негативном развитии ситуации вокруг Украины наибольшие потери понесут банки Франции, Австрии, Италии - и по России, и по Украине, а банки США, Германии, Голландии и Англии - только по России. 3. Внебиржевой рынок производных долгов (деривативов).  Рынок производных долгов продолжил расширение во второй половине 2013 года. Номинальная сумма непогашенных внебиржевых производных контрактов, которые являются показателем активности внебиржевых производных финансовых инструментов, составил $ 710 трлн на конец декабря 2013 . Это сопоставимо с $ 693 трлн на конец июня 2013 года и $ 633 трлн в конце 2012 года (график 3, левая панель). С поправкой на изменения обменного курса, условная сумма на конец 2013 г. на 1% выше, чем на конец июня 2013 года и на 13% выше, чем в конце 2012 г.  Несмотря на увеличение условных сумм [понимаю, $ 710 трлн это как в страховом бизнесе - стоимость страховых выплат при наступлении страхового случая, но это ещё не значит, что таковой случай наступит в отношении всех застрахованных активов], рыночная стоимость размещенных срочных контрактов снизилась и на конец декабря 2013 г. валовая рыночная стоимость всех контрактов,т. е. стоимость замены всех незакрытых контрактов по рыночным ценам, действующим на отчетную дату составил $ 19 трлн. Это по сравнению с $ 20 трлн на конец июня 2013 года и $ 25 трлн на конец 2012 года (график 3, центр. панель). 4. Процентные деривативы. Структура по валютам, срокам погашения и секторам.  5. Структура кредит-дефолтных свопов  Подробнее: BIS Quarterly Review. June 2014. International banking and financial market developments.

06 июля 2014, 15:14

Стимулрование ЕЦБ: снова о TLRTO

ЕЦБ Уже есть первые итоги принятых мер, в принципе вполне предсказуемые - банки отказались от избыточной ликвидности, которая должна была им прийти от завершения программ абсорбирования ликвидности и просто сократили заимствования у ЕЦБ, если на конец мая кредит ЕЦБ банкам составлял 650-680 млрд евро, то к началу июля он сократился до 550-570 млрд евро. Видимо именно это ЕЦБ подразумевает под предоставлением ликвидности )))  Вторая часть стимулов преполагает предоставление от ЕЦБ ликвидности под залог портфлей кредитов нефинансовому секторе за исключением ипотеки. Проблема в том, что объем кредитования ограничен до 7% процентов от соответствующего кредитного портфеля банков. Соответствующий портфель в Еврозоне составляет 5.7 трлн евро, из которых только 2.2 трлн евро у PIIGS, т.е. банки PIIGS смогут получить всего 150-160 млрд евро, в то время как им нужно погасить LTRO на ~330-350 млрд евро. Немецким банкам лишняя ликвидность не нужна - они практически не привлекают средства у ЕЦБ. Это может означать, что планируемые 400 млрд евро могут быть не выбраны в сентябре-декабре, а вот погасить трехлетние LTRO на эти же 400 млрд придется погасить. Причем гасить их придется итальянским и испанским банкам, что может "перекосить" ликвидность опять в пользу более устовчивых стран еврозоны, т.к. частично лишит итальянцев и испанцев доступа к долгосрочной ликвидности.  Кредит предприятиям и населению активно сокращается (-3% в год), хотя к 2015 году ситуация может несколько выравняться, но надежды Драги на то, что ЕЦБ предоставит до триллиона евро в рамках TLTRO пока больше похожи на мечтания и скорее всего ЕЦБ придется искать как запустить свою QE, т.е. выкуп ABS, правда здесь есть проблемы - рынок секъюритизации в ЕС как единое целое отсутствует, да и в принципе он недоразвит. Объем рынка в валюте евро составляет смешные 1.05 трлн евро - там и покупать то нечего. Так что ЕЦБ нужно как-то снова искать креативные решения... ну а пока из того, что мы видим: баланс ЕЦБ и кредит банкам в результате решения сократился на ~120 млд евро, в январе-феврале не очень понятно как испанцы и итальянцы будут гасить LTRO. Тут два варианта: распродавать ценные бумаги, которые сейчас в залоге или рефинансироваться более короткими сроками (неделя, месяц, три месяца). В принципе распродавать логичнее, т.к. цены на итальянские и испанские госбонды затащили высоко вверх (доходность 2.5-2.8% годовых по десятилеткам). P.S.: Из забавного... Банк международных расчетов заметил пузыри, на что Йеллен ответила, что пузыри и финансовая стабильность - это не её вахта :) 

10 июня 2014, 19:13

Тайные архитекторы Бреттон-Вудской системы

Дмитрий Перетолчин и Валентин Катасонов о Бреттон-Вудской конференции.

10 июня 2014, 05:06

Информационно-психологическая война

Главная война, которая ведётся сегодня против России, – это война информационно-психологическая, направленная на изменение не только политических взглядов, но и всего мировоззрения народа. Специалисты говорят о «войне сознаний», в которой объектом поражения является определённый тип мировосприятия. Автор: Ольга Четверикова  Когда несколько лет назад ПАСЕ приняла резолюцию, в которой уравняла СССР и нацистскую Германию в ответственности за развязывание Второй мировой войны, стало ясно, что Запад готовит реабилитацию нацизма. Когда и если это окончательно произойдёт, критика нацизма будет объявлена преступной, а утверждение «Гитлер – главная жертва сталинизма» станет одним из положений новой идеологии. События на Украине – яркое свидетельство того, что первый этап затеянной Западом реабилитации нацизма завершается…Уникальность украинского феномена в том, что здесь новый нацизм предстал грандиозной химерой, соединившей фашистов, сионистов, либералов, оккультистов, экуменистов, папистов, протестантов. Масок и идейных вывесок много, а сущность одна. Вне зависимости от формальной принадлежности к той или иной конфессии, партии или секте, все они имеют одинаковое представление о будущем мировом порядке и о методах его построения. И религия у них одна: это религия тотальной власти, в системе которой каждому уготовано своё место и свой кусок собственности (кому – жирный, а кому – кость). С эпохи европейских революций Запад привык поклоняться сверхчеловеку - существу, которое ставит себя на место Бога. Сегодня лики этого сверхчеловека являют то президент США, то папа римский, то комиссар ООН по правам человека, а то вдруг он предстанет в коллективном образе НАТО, ОБСЕ, Совета Европы, Европейского союза, Всемирного еврейского конгресса, наконец, Хабада. И, явившись, пытается установить свои порядки на крови. Чтобы заставить людей принять право «избранных» на тотальную власть, необходимо осуществить перестройку не только сознания, но всего строя души человека. Тотальная власть – это абсолютный контроль за разумом, чувствами и, главное, волей людей. Способы подавления чужой воли разрабатывались в течение столетий в различных закрытых орденских структурах. В масштабах всего государства это впервые вышло наружу в нацистской Германии, которая стала детищем англо-американских и сионистских финансовых кругов, признавших провал своего троцкистского проекта в России. Сегодня, глядя на то, как нежно воркуют западные политики с яценюками и турчиновыми, отдающими приказы о кровавых карательных операциях, как олигархи-сионисты финансируют фашистских боевиков, ясно представляешь себе, как Европу упаковывали в нацистский «новый порядок» в не столь далёкие 30-е годы ХХ века. Как расшаркивался перед Гитлером Джон Чемберлен, как шли с нацистским приветствием спортсмены на Олимпийских играх в Берлине 1936 года, как лелеяли управляемый нацистами Банк международных расчетов банкиры-иудеи, обделывая здесь на протяжении всей войны свои финансовые дела. Установление нацистского режима в Германии преследовало несколько целей. Во-первых, уничтожение советской России, представлявшей такую модель общественного развития, которая основывалась на ценностях, абсолютно несовместимых с религией золотого тельца. Во-вторых, объединение Европы под началом ведущих немецких бизнесменов в единую хозяйственную систему, финансовым нервом которой служил бы Банк международных расчётов, представлявший собой структуру, обеспечивавшую согласование интересов центральных банков враждующих между собой государств. Планировалось, что после завершения объединения Европы Германией нацистскую верхушку заменит наднациональная элита, которая продолжит строительство нового порядка уже в общемировом масштабе. В-третьих, реализация сионистского проекта создания государства Израиль, для чего необходимо было принести в жертву часть еврейского народа. После войны, спекулируя на страданиях простых евреев, сионистская верхушка создала религию Холокоста, превратившуюся в мощный инструмент управления мировым общественным мнением в интересах крупного еврейского капитала. В-четвёртых, превращение Германии в площадку для гигантского эксперимента по установлению контроля над сознанием. Это была программа полной перестройки человека в соответствии с методами евгеники - как «позитивной» (формирование «нового человека»), так и «негативной» (превращение в человеческий суррогат). До войны евгенические эксперименты немцы проводили в тесном сотрудничестве с американскими и английскими учёными. После войны весь этот богатый материал был аккуратно собран и перемещён в Америку . Через «крысиные тропы» Ватикана в рамках операции «Скрепа» американская разведка вывезла ведущих немецких учёных, которые были подключены к американским исследовательским программам под контролем спецслужб. Так, например, было с Вернером фон Брауном, ставшим одним из ответственных руководителей NASA. То же произошло и с главой Института евгеники в Берлине О.Ф. фон Фершуером. В 1949 г. он был избран членом-корреспондентом вновь созданного Американского общества генетики человека, которое скрыло скомпрометированную евгенику под новой этикеткой «генетика». А первым президентом этого общества стал сотрудник Рокфеллеровского университета Г.Д.Меллер, который в 1932 г. работал в немецком Институте кайзера Вильгельма по программе исследования мозга. Одним из крупнейших приобретений американцев стал немецкий генерал Рейнхард Гелен, руководитель гитлеровской разведки на Восточном фронте и создатель «Организации Гелена», позже преобразованной в Федеральную разведывательную службу ФРГ (BND). Именно в результате «мозговых штурмов», проведённых Геленом совместно с президентом Трумэном, главой Стратегических служб (УСС) В.Донованом и Алленом Даллесом, была реорганизована разведывательная служба США с целью превращения её в высокоэффективную тайную подрывную организацию. Кульминацией этих усилий стало создание в США в 1947 г. Совета национальной безопасности и ЦРУ. Как писал исследователь Рон Паттон, «это была юридическая верхушка айсберга, прикрывавшая немереный поток внезаконных действий правительства, в том числе и подпольных программ по контролю над разумом». Создававшиеся после войны многочисленные евроатлантические организации, работавшие на европейскую интеграцию, тоже широко привлекали к участию бывших нацистов. К их числу принадлежали и первый секретарь Бильдербергского клуба принц Бернхард (начинавший свою карьеру как эсэсовец), и глава первой Европейской комиссии Вальтер Хальштейн. Долгие годы программа строительства нового мирового порядка осуществлялась под гуманистическими лозунгами, факт её глубинной связи с оккультными структурами скрывался. Сегодня всё изменилось. Гуманизм перерос в трансгуманизм, открыто провозглашено «право» человека на преодоление самой человеческой природы с переходом к самым радикальным формам эксперимента над человеком, погружающим его в инфернальный мир. Если раньше Запад выставлял себя борцом с «безбожным коммунизмом», «исламским фундаментализмом», то сегодня он, наконец, открыто произнёс имя своего настоящего врага. Как заявил недавно один из главных инициаторов ассоциации Украины с Евросоюзом шведский министр иностранных дел Карл Бильдт, в последние несколько лет Россия изменилась в худшую сторону. Если в первое десятилетие после развала СССР она демонстрировала в своей политике приверженность западным ценностям и пыталась привить их населению, то нынешнее российское руководство пошло на поводу у населения и встало в жёсткую оппозицию Западу. Путин, заявил Карл Бильдт, демонстрирует приверженность не общемировым, а православным ценностям, а православие опаснее исламского фундаментализма и представляет главную угрозу Западной цивилизации, в том числе потому, что пытается регламентировать семейные отношения и враждебно геям и трансгендерам. Итак, маска добропорядочности, которую долго носили архитекторы нового мирового порядка, сброшена, они перешли к откровенно фашистским, бесчеловечным методам управления. То, что мы видим сегодня на Украине – это не рецидив нацизма, это часть последовательно осуществляемого стратегического плана: именно так мыслят установление нового мирового порядка крупнейшие финансовые кланы. И выкармливающий головорезов Коломойский – плоть от их плоти. Этим объясняется мёртвое молчание западных политиков, правозащитных организаций, папы римского и прочих «миротворцев» о тех вопиющих военных преступлениях, которые совершаются на наших глазах на Украине. Они все сопричастны преступлениям, и они могут мыслить только в терминах войны. На последней встрече Бильдербергского клуба речь шла именно о подготовке к войне против России. Это прямо признал один из участников встречи голландский политик С. Дидерик. А вот что пишут нам с Украины люди, чей голос не прозвучит ни в каких СМИ: «Сегодня целый день бомбили и расстреливали Красный Лиман и Славянск, у меня там близкие родственники. Горы трупов, они сидели в погребах и скважинах, зверства страшные. Убивают детей, разбомбили больницу для душевнобольных в Семеновке, просто сравняли с лицом земли, расстреливали скорые, которые везли раненых, разбомбили районную больницу, ранили хирургов... У людей нет хлеба, несколько дней не возят, в магазинах разобрали последние припасы. Танки и бронетранспортеры стоят под окнами. Нацики ходили проверяли документы по домам, ставили кресты на домах, не знаю, что это значит. За малейшее сопротивление - расстрел. Трудно поверить? А это правда... Нет названия этому ужасу. Они хуже фашистов». Источник.

17 декабря 2013, 17:07

ФРС: сто лет господства. Четверикова О.Н., Катасонов В. Ю.

Тема программы: столетний юбилей ФРС США. Как приходили к власти мировые ростовщики. Четверикова Ольга Николаевна – к.ист.наук, доцент МГИМО, кафедра истории и политики стран Европы и Америки, зам. председателя Русского экономического общества им. С.Ф. Шарапова; Катасонов Валентин Юрьевич – профессор кафедры международных финансов МГИМО, Председатель […]

01 февраля 2013, 22:36

Шокирующие данные о мировом банковском бизнесе

Совет по финансовой стабильности (Financial Stability Board - FSB), созданный в апреле 2009 года в разгар мирового финансового кризиса на саммите Большой двадцатки в Лондоне, опубликовал в конце 2012 года доклад о проводимых по всему миру теневых операциях банков и других финансовых организаций.В докладе дана оценка масштабов теневых операций в 2011 году. Их общий объем составил 67 триллионов долларов, что не намного меньше величины мирового валового внутреннего продукта в том же году. Цифра потрясает, она кардинальным образом меняет наше представление о структуре и устройстве всей мировой экономики…Масштабы теневых операций банков растут с каждым годом. Самая ранняя оценка относится к 2002 году: 26 трлн. долл. Накануне мирового финансового кризиса (2007 г.) теневые операции составили уже 62 трлн. долл. По мнению многих экспертов, именно все больший уход банков в «тень» усиливает неустойчивость мировой финансовой системы, становится «питательной почвой» для повторения глобальных финансовых кризисов. Правда, авторы доклада пытаются придать своим оценкам и выводам некоторый оптимизм, утверждая, что доля теневых операций в общих оборотах финансовых организаций с 2007 года не увеличивается. Но и в 2011 году она составляла, по оценкам FSB, 25% совокупных оборотов всех банковских и финансовых организаций в мире. Примерно такой же является доля теневого сектора банков и финансовых компаний по показателю активов. А ведь даже четверть мирового финансово-банковского бизнеса в «тени» - запредельно высокая величина.В докладе отмечается, что лидерами по масштабам теневых операций являются финансовые организации США – 23 трлн. долл. На втором месте – организации европейских стран, входящих в зону евро (22 трлн. долл.). На третьем месте – финансовые организации Великобритании (9 трлн. долл.). Таким образом, на финансовые организации всех остальных стран мира (Япония, Канада, Австралия, более десятка европейских стран, Китай, Индия, Россия, Бразилия, все развивающиеся страны) приходится 13 трлн. долл., или менее 1/5.Что касается России, то здесь доля теневого бэнкинга оценивается экспертами на уровне среднемировых значений: 25-30% от оборотов и активов белого бэнкинга. Активы российской банковской системы, по данным Банка России, составляют 47 трлн. рублей (1,5 трлн. долл.), следовательно, в теневом бэнкинге находится активов на 12-14 трлн. рублей (380-440 млрд. долл.) (2)США и Великобритания – главные зоны теневого бэнкингаЦифры, содержащиеся в докладе FSB, очень примечательны на фоне постоянных заявлений государственных деятелей и политиков Запада о том, что основная часть мировой теневой экономики находится за пределами зоны обитания «золотого миллиарда». Из данного доклада следует, что, судя по всему, не менее 90 процентов всего теневого финансово-банковского бизнеса в мире приходится на организации, зарегистрированные в зоне «золотого миллиарда». Поэтому в черные списки ФАТФ (организация, действующая в рамках ОЭСР и занимающаяся вопросами борьбы с теневой экономикой и отмыванием грязных денег) в первую очередь надо вносить такие страны, как США и Великобритания.Наиболее высокий относительный уровень теневых финансово-банковских операций зафиксирован в некоторых финансовых центрах и странах с признаками офшорных зон. Теневые обороты финансово-банковских организаций по отношению к ВВП составили в Гонконге 520%, а в Нидерландах – 490%. Отметим, что в целом по миру все теневые операции финансово-банковских организаций составили в 2011 году 86% мирового ВВП (по данным доклада FSB; по нашим оценкам - 96%). На фоне среднемирового показателя явно выделяются две страны: Великобритания – 370% и США – 150%. Теневые операции обеспечивают банкам и финансовым организациям основную часть их прибылей. В США, например, в первой половине ХХ века доля финансового сектора в общем объеме прибылей компаний всех отраслей экономики находилась на уровне 10%, в 70-е гг. прошлого века – 20%, а в настоящее время – более 50%.В континентальной Европе уровень развития теневого бэнкинга более скромный (за исключением Нидерландов).Авторы доклада к теневым операциям относят те, которые выпадают из поля зрения регулирующих и контролирующих (надзорных) органов. Почему самые большие объемы теневых операций зафиксированы в Соединенных Штатах? Потому, считают авторы доклада, что там во времена президента Билла Клинтона была проведена либерализация финансового регулирования операций банков и других организаций. Прежде всего, был отменен Закон Гласса-Стигала, который запрещал кредитно-депозитным организациям (коммерческим банкам) проведение высоко рисковых инвестиционных операций за счет средств вкладчиков. Согласно этому закону, который был принят в 1930-е годы в условиях разразившегося тогда в Америке кризиса, высоко рисковые спекулятивные операции с ценными бумагами были выведены в так называемые инвестиционные банки (инвестиционные брокеры). Финансовые регуляторы не несли ответственность за спекулятивные операции таких банков, все риски ложились на инвесторов. Отмена закона Гласса-Стигала и некоторые другие послабления финансового регулирования при Б. Клинтоне привели к тому, что средства вкладчиков из банков стали уходить на фондовые рынки. При этом банковский надзор перестал «видеть» полный спектр операций банков, большая часть операций стала для такого надзора непрозрачными. Все это ускорило наступление финансового кризиса сначала в Америке, а затем за ее пределами.Теневой бэнкинг США на основе данных ФРСОценки доклада FSB, относящиеся к США, можно дополнить последними цифрами из статистики Федерального резерва США. По данным ФРС, на конец третьего квартала 2012 года совокупные активы частных депозитных институтов США (проще говоря, коммерческих банков) составили 14,76 трлн. долл., т.е. были почти равны годовому ВВП страны. При этом кредиты депозитных институтов (depository institution loans) составили 2,18 трлн. долл., а кредитные рыночные инструменты (credit market instruments) таких депозитных институтов – 11,29 трлн. долл. (3) Кредитные рыночные инструменты – это различные ценные долговые бумаги, обращающиеся как на фондовой бирже, так и за его пределами. Денежные власти США отслеживают лишь небольшую часть активных операций американских банков, относящихся к традиционному кредитованию. Комиссия по ценным бумагам США более или менее отслеживает операции с ценными бумагами на фондовой бирже, а то, что за ее пределами, – покрыто большим туманом, вернее – тенью.Можно отметить, что значительная часть операций американских банков с ценными бумагами вообще не отражается в их балансах. Тут возможны два варианта.Первый вариант: банки часть своих операций относят к категории забалансовых или внебалансовых (off-balance sheet operations), о них не знают ни регуляторы, ни клиенты, ни партнёры таких банков. Либерализация времен Б. Клинтона создала возможность для широкого использования таких бухгалтерских хитростей как банкам, так и компаниям других секторов экономики. Уже вскоре после того, как был дан зелёный свет использованию таких хитростей, произошел крах энергетического концерна «Энрон», который вел двойную и даже тройную бухгалтерию.Второй вариант: банки создают специальные «карманные» компании, которые предназначены исключительно для спекуляций с бумагами; соответствующие операции отражаются в балансах таких «карманных» компаний.По данным ФРС, на конец третьего квартала 2012 г. общий объем так называемых кредитных рыночных инструментов составил 38,83 трлн. долл. Таким образом, за пределами банков, которые условно можно отнести к белой экономике, имеются тысячи и тысячи компаний и фондов, которые в общей сложности ворочают бумагами в размере 27,54 трлн. долл. По отношению к оценке ВВП США в 2012 году это составляет примерно 175% (4). В первом приближении этой цифрой и можно оценить масштабы теневого бэнкинга в Америке, а оценку FSB в отношении теневого бэнкинга США (150% ВВП) следует рассматривать как крайне консервативную.Механика теневого бэнкингаТаким образом, участниками теневого бизнеса оказываются вполне легальные финансово-банковские организации, операции которых выпадают из поля зрения надзорных органов. Среди таких легальных субъектов особенно выделяются хедж-фонды, взаимные фонды и некоторые виды инвестиционных фондов, которые почти на 100% выпадают из поля зрения регуляторов. Сюда попадают также компании самых разных отраслей, активно торгующие на фондовом рынке (торгово-производственная деятельность для них играет роль маскировки и/или играет подчиненную роль). Формально различные виды фондов и компаний не относятся к банковской системе, но фактически являются продолжением этой системы, инструментами крупных международных банков.Теневая банковская система (теневой бэнкинг) - это по сути та же инвестиционно-банковская деятельность, проводимая в рамках существующего законодательства, но через посреднические компании (фонды, трасты, созданные под специальные цели компании). Эти посредники, как правило, не имеют права привлекать вклады населения и не имеют банковских лицензий. В остальном их деятельность мало чем отличается от деятельности инвестиционного подразделения банка. Использование таких "темных лошадок" существенно увеличивает гибкость предоставления финансовых услуг за счет того, что они практически неподвластны регуляторам.Теневой бэнкинг, анализируемый в докладе FSB, отличается от классических теневых операций банков. Последние включают в себя операции по «отмыванию» «грязных» денег, перевод безналичных денег в наличную форму для обслуживания разных видов теневой экономики, финансирования терроризма, коррупции, увод прибыли в офшоры и т.п. По данным ЦРУ, объем таких «классических» операций банков составляет 3-4 трлн. долл. в мировом масштабе. (К слову сказать, в России годовые обороты такого классического теневого бизнеса банков оцениваются величиной порядка 100 млрд. долл.). Особенностью классических теневых операций банков является то, что в случае раскрытия махинаций банкиры несут за них юридическую ответственность, нередко уголовную. Теневой бэнкинг, описываемый в докладе FSB, относится к разряду легальных операций.Совет по финансовой стабильности полагает, что распространенным видом легальных теневых операций является обратный выкуп активов в виде ценных бумаг (операции «репо»). Так, во время глобального кредитного кризиса один из крупнейших банков Уолл-стрит Lehman Brothers временно убрал с баланса 50 миллиардов долларов «проблемных» активов посредством сделок «репо». Подобным образом банк пытался убедить инвесторов в своей устойчивости и надежности.Есть операции, позволяющие убрать с баланса «проблемные» активы не на время, а навсегда. Среди последних особенно большой размах получили операции так называемой секьюритизации. Суть их в том, что банк свои кредитные требования (кредитные активы) переоформляет в ценные бумаги, реализация которых на финансовом рынке осуществляется через специальную посредническую компанию. Такая компания, естественно, создается самим банком и им же контролируется. Банк продает кредитные требования специальной компании оптом, смешивая кредиты разного качества. Специальная компания «расфасовывает» эту смесь непонятного качества (чаще всего качество – ниже всяких стандартов) на «пакетики» из ценных бумаг и перепродает смесь в розницу разного рода доверчивым инвесторам на финансовом рынке. Образно выражаясь, осуществляется продажа «кота в мешке». Именно так закладывались «фугасы» под американскую экономику в прошлом десятилетии: ипотечные кредиты банков преобразовывались в ипотечные бумаги, которые на фондовом рынке расхватывались как горячие пирожки. Кончилось все кризисом 2008-2009 гг. Таково вкратце описание секьюритизации, о которой в учебниках по экономике пишут как о «высшем достижении» современного «финансового инжиниринга». Подробно растолковываются алгоритмы операций, но при этом не раскрывается мошенническая их суть. В 99% случаев секьюритизация банковских активов оканчивается банальным надувательством публики, а то и масштабным кризисом. А банки формально оказываются тут ни при чем, выходят из воды сухими.Теневой бэнкинг, FSB и Банк международных расчётовПосле финансового кризиса 2008-2009 гг. многие страны ужесточили правила работы на фондовом рынке для различных видов финансовых организаций. Этого оказалось достаточно для того, чтобы не допустить роста удельного веса теневых операций в общих оборотах финансово-банковских организаций, но недостаточно для того, чтобы сдержать рост абсолютных объемов теневых операций. Как показывает практика, чем более строгими становятся требования по раскрытию информации и выполнению различных требований регуляторов, тем больше денег перетекает в сектор теневого бэнкинга. Поэтому денежным властям приходится лавировать между Сциллой и Харибдой: с одной стороны, не доводить процесс регулирования банковского сектора до абсурда, чтобы не допускать полного ухода средств в «тень», а с другой - контролировать системные риски, источник которых в основном кроется именно в теневой финансовой системе.Предполагается, что вопросы теневого бэнкинга будут обсуждаться лидерами G20 на саммите в Санкт-Петербурге в 2013 году. Совет по финансовой стабильности (FSB) намерен на этом саммите выступить с актуальными предложениями по борьбе с теневым бэнкингом.В заключение коротко о FSB. Официально декларированная цель этой организации - координация на международном уровне действий национальных финансовых властей и международных организаций по разработке и практической реализации мер укрепления финансовой стабильности. Меры предусматривают мониторинг, регулирование и надзор со стороны финансовых властей банков и иных организаций, действующих на финансовых рынках (фондовых, валютных, кредитных, денежных, страховых). В настоящее время FSB возглавляет Марк Карни (Mark Carney), управляющий Центрального банка Канады (Банка Канады).Секретариат FSB расположен в Базеле в здании Банка международных расчетов (БМР). Де-факто FSB оказывается подразделением БМР – организации, координирующей деятельность центральных банков разных стран. В рамках БМР действует комитет по банковскому надзору, разрабатывающий рекомендации для центральных банков и других финансовых регуляторов по предотвращению массовых банкротств банков и банковских кризисов. Эти рекомендации содержатся в объемистых документах, которые принято называть «Базель 1», «Базель 2», «Базель 3». Рекомендации Банка международных расчётов по банковскому надзору фактически консервировали и продолжают консервировать сложившуюся в мире воровскую ростовщическую систему, порождающую кризисы (пример - мировой финансовый кризис 2008-2009 гг.). Это неудивительно: ведь БМР – организация, созданная самыми могущественными мировыми ростовщиками, но это уже тема отдельного разговора. Можно лишь коротко сказать, что БМР наряду с Федеральным резервом является ключевой организацией мировой финансовой системы.Есть подозрение, что FSB также не сможет выполнить возложенной на эту организацию миссии. По крайней мере, функционирование FSB в течение трех с половиной лет с момента учреждения и в малейшей степени не притормозило рост теневого бэнкинга в мире.(1) FSB Publishes Initial Integrated Set of Recommendations to Strengthen Oversight and Regulation of Shadow Banking. FSB Press release. 18 November 2012.(2) Александра Лозовая, директор аналитического департамента «ИК Вектор секьюритиз» // Мнение.ру, 20 ноября 2012.(3) Flow of Funds Accounts of the United States. Third Quarter 2012. Federal Reserve Statistical Release. – Wash., December 7, 2012, pp.75.(4) Ibid., pp.76-77.Автор: Валентин Катасоновhttp://www.fondsk.ru/news/2013/02/01/shokirujuschie-dannye-o-mirovom-bankovskom-biznese-18936.html