• Теги
    • избранные теги
    • Международные организации267
      • Показать ещё
      Страны / Регионы963
      • Показать ещё
      Компании732
      • Показать ещё
      Разное847
      • Показать ещё
      Люди218
      • Показать ещё
      Формат66
      Показатели68
      • Показать ещё
      Издания76
      • Показать ещё
      Сферы3
Выбор редакции
26 марта, 06:30

Астанадағы элиталық тұрғын үй кешенінің құрылысында болған оқыс оқиғаның мән-жайы анықталды

Астанадағы "Камал-3" элиталық кешеніндегі көлік тұрағының төбесі опырылып қалғаны туралы ақпарат шындыққа жанаспайды деп хабарлайды BI Group компаниясының баспасөз қызметіне сілтеме жасап NUR.KZ тілшісі. Құрылыс алаңы. Фото: компанияның баспасөз қызметі "Камал" кешені жобасының жетекшісі Қайрат Қуанышпаев болған оқиғаның мән-жайын толық түсіндіріп берді.  «21 наурызда "Камал-3" кешінінің құрылысында көлік тұрағын көтеру кезінде сәл ғана олқылық орын алды. Көлік тұрағы үйге жапсарлас құрылым, ол тұрғын үйдің негізі болып саналмайды. Бетон құрылымға ешқандай зиян келген жоқ. Ағаш қалыптардың тіреулерінің бірі орнатылған негіз тиісінше әзірленбеген. Әрине, бұл төтенше жағдай және бұл үшін жауапты тұлғалар жауап беретін болады. Алайда құрылыс нысанын көзбен көрмей, бұл жағдай туралы журналистер берген ақпаратқа таң-тамаша болып отырмын. Бұрандама қысқыш дегеніміз монолит құюға арналған құрылым, бір сөзбен айтқанда ағаш қалып. Ол дұрыс орнатылмаған. Тура сол сәтте бетон құйылып жатқандықтан, ол 3 секундтың ішінде -ақ 100 текше метр жерге дұрыс құйылмады (ал көлік тұрағының жалпы ауданы 7 мың текше метр екенін де айта кеткен жөн).  Яғни, ағаш қалып дұрыс орнатылмағандықтан, сол сәтте бетон құйылып жатқан азғантай ғана бөлік қирап түскен.  Жоба жетекшісі Кайрат Куанышпаев. Құрылыс алаңы. Фото: компанияның баспасөз қызметі Сондықтан, болашақ көлік тұрағына да, оның төбесіне де ешқандай зиян келген жоқ. Ол жер тазаланып, қайта құйылатын болады. Өкінішке қарай, құрылыста мұндай жағдайлар болып тұрады. Бұл төтенше жағдай болып саналмайды. Құрылыс басына келгендер мұны түсінер еді. Егер бұл шын мәнінде қызық болса, мен баспасөз өкілдерімен кездесіп, болған жайттың мән-жайын түсіндіріп берер едім. Жасыратын ешнәрсеміз жоқ, біз клиентерімізбен және БАҚ өкілдерімен кездесуге дайынбыз. Ал желіге салынған видеоны салған адамның біздің компанияға еш қатысы жоқ. Ол толық және шынайы ақпаратқа ие емес. Ол желі арқылы таралған болуы керек. Құрылыс алаңы. Фото: компанияның баспасөз қызметі Ол болған жайтты деректер мен кәсіби қорытындыға сүйенбестен, құрылыстың техникалық сипаттамаларын білместен ақпарат таратқан. Бұл оқиға "Камал-3" тұрғын үй кешенінің сапасы мен аяқталу мерзіміне ешқандай әсер етпейді", - деді ол. Тағы оқыңыздар: Өлім аузында жатқан 7 жасар баланың соңғы тілегі жұрттың жүрегін елжіретті Күйеуі екінші әйел алатынын айтқан қызылордалық келіншек көпшіліктен ақыл сұрауда Жарылысқа санаулы секунд қалғанда секіріп үлгерген атыраулық жігіт өлімнен аман қалды (видео) Өмер мен Дефне өмірде жұп па? Қытайлық әйелдің ішіне саңырауқұлақтар өсіп кетті

Выбор редакции
26 марта, 05:53

Стали известны детали инцидента на стройплощадке ЖК в Астане

Информация об обрушении перекрытия на строительной площадке ЖК «Камал-3» в Астане не соответствует действительности, сообщает корреспондент NUR.KZ со ссылкой на пресс-службу компании BI Group. Строительная площадка. Фото: пресс-служба компании   Руководитель проекта ЖК «Камал» Кайрат Куанышпаев подробно рассказал о произошедшем, наглядно продемонстрировав процесс: «21 марта при возведении паркинга, который является примыкающей частью, а не основанием жилого дома на объекте «Камал-3» произошел срыв опалубки, а не самой бетонной конструкции. Так называемая струбцина - одна из стоек опалубки была установлена на не подготовленное основание, конечно, это инцидент, и ответственный за процесс будет отвечать по всей строгости. Но то, как это преподнесли журналисты, не присутствуя на объекте и не понимая, о чем речь, меня удивляет. Струбцины - специальные конструкции для заливки монолита, проще говоря опалубка. Это она съехала с места установки. И поскольку в тот момент заливался бетон, буквально трех секунд было достаточно, чтобы эти 100 кв метров залили неправильно (к слову, площадь всего паркинга - 7 тыс.кв.метров). То есть, речь не идет об обрушении, завалилась лишь часть участка, которая в тот момент заливалась бетоном - по причине съехавшей опалубки. Руководитель проекта Кайрат Куанышпаев. Фото: пресс-служба компании Поэтому я говорил о штатной ситуации, так как ни сам будущий паркинг, ни его перекрытия не пострадали. Участок очищен и будет заново отливаться. К сожалению, такие моменты на стройплощадке изредка происходят. Данный инцидент не является чрезвычайным. Это достаточно понять, посетив нашу рабочую площадку. Я готов принять представителей прессы и разъяснить процесс подробно, если это действительно интересно, а не погоня за придуманной сенсацией. Нам скрывать нечего, мы открыты для клиентов и СМИ. Видео, которое попало в сеть, опубликовано человеком, который не имеет отношения к компании BI Group и не является нашим подрядчиком, не владеет полной и достоверной информацией о произошедшем на территории стройки ЖК «Камал». Он получил его, вероятно, через мобильную связь. Часть территории, которую должны были залить бетоном. Фото: пресс-служба компании Он интерпретировал событие, не основываясь на фактах или профессиональном заключении и технических характеристиках строительства. Данный инцидент никак не повлияет на качество и сроки строительства нашего ЖК». Читайте также: МАК: Boeing разбился под Бишкеком из-за запоздалого ухода на второй круг>> Сколько стоят похороны в Алматы>> У китаянки в животе выросли грибы>>

Выбор редакции
25 марта, 09:03

BI: ВМС США решили, что лучшая защита от российских ракет — это нападение

Также Мэнг отметил, что гиперзвуковое оружие ещё не скоро будет поставлено на вооружение. Проблема, по мнению Мэнга, состоит в том, что гиперзвуковые ракеты в силу ряда причин — таких как высокое потребление топлива и сильный нагрев — могут преодолевать на гиперзвуковой скорости лишь небольшое расстояние в конце траектории. Таким образом, их можно сбить до того, как они перейдут на гиперзвук.

Выбор редакции
Выбор редакции
Выбор редакции
24 марта, 17:30

Trampas neketina finansuoti Pabaltijo

Donaldas Trampas vykdo priešrinkiminius pažadus: JAV administracija ženkliai sumažins finansinę paramą kitoms valstybėms.

23 марта, 12:50

Международная конференция «Государство, бизнес и общество в новых реалиях цифрового мира: возможности, риски, противоречия» пройдет в Санкт-Петербурге

Государство, бизнес и общество переходят в цифровой формат, но цифровая трансформация несет новые риски и угрозы информационной безопасности, которые видят лишь немногие эксперты рынка. Сейчас тот момент, когда можно научиться предугадывать, адекватно оценивать и начать управлять рисками ИБ. Именно этим вопросам будет посвящен BIS Summit SPB. Мероприятие, которое на протяжении десяти лет ежегодно собирает в Москве более тысячи участников, впервые пройдет в Петербурге при поддержке правительства города. С приветственным словом к участникам BIS Summit SPB обратится председатель Комитета по информатизации и связи Санкт-Петербурга Денис Чамара. Президент ГК InfoWatch Наталья Касперская выступит в пленарной части конференции с докладом Современные угрозы государству, исходящие от информационных систем. Методы защиты . К пленарной дискуссии о готовности отрасли информационной безопасности к новым рискам, которые возникают на фоне перехода государства, бизнеса и общества в цифровой формат, приглашены представители Правительства Санкт-Петербурга и ведущие эксперты сообщества BISA. Секционные блоки BIS Summit SPB 2017 включают несколько направлений: круглый стол Комитета по информатизации и связи Правительства Санкт-Петербурга; информационная безопасность промышленных предприятий и критически важных объектов; противодействие мошенничеству в корпоративной среде; управление рисками, исходящими от устройств интернета вещей и мобильных устройств в концепции BYOD (Bring Your Own Device). В ходе BIS Summit SPB пройдут выступления 28 экспертов, в том числе ЦБ РФ, представителей Комитета по информатизации и связи правительства Санкт-Петербурга, InfoWatch, Лаборатории Касперского, Checkpoint, CISCO, Infotecs, SPSR Express и многих других. В зоне Технопарк участники конференции смогут протестировать новейшие разработки вендоров и оценить возможности перспективных технологий в сфере информационной безопасности. Получить подробную информацию о программе и участниках конференции, а также зарегистрироваться на мероприятие можно на сайте организатора.

23 марта, 12:05

Incentives Don’t Help People Change, but Peer Pressure Does

What motivates people to change the way they work? When organizations introduce new processes or systems, or when they want to stimulate performance for certain business practices, they often assemble dedicated task forces, assign them specific goals, and identify deadlines and financial rewards. But once the initiative is completed and the bonus cashed, a question always arises: will behaviors and business practices stick around, or will people drift back to their old ways of working? In a recent study conducted in a California hospital, I found that that the type of incentive matters. In particular, peer pressure appears to go a longer way than money does. In the study, which is currently a working paper, I used hospital data on hand hygiene to study how a temporary intervention would influence the persistence of performance improvements beyond the duration of the initiative. Hospital workers are expected to sanitize their hands every time they enter and exit a location where they might be in contact with a patient. Hand hygiene is such an important element of infection prevention that hospitals are required to measure their performance and report it to the Center for Medicare and Medicaid Services. Yet many infection prevention officers claim that hand hygiene performance at their hospitals is unsatisfactory. And while communication campaigns and electronic monitoring have scored varied degrees of success in getting people to sanitize their hands, these experiments have not demonstrated whether their effectiveness would survive beyond the intervention period. I wanted to find out if the improved performance would stick around as a habit. In the case of the California hospital, the hand-hygiene improvement initiative lasted 90 days, at the end of which, conditional upon achieving the target performance, hospital employees would receive a one-time bonus of $1,200. Communication about the initiative made it very clear that this was a one-time incentive. In addition, there were no changes in the way hand hygiene was assessed; in accordance to the guidelines published by The Joint Commission, a nonprofit health care accreditation and certification organization, the hospital employed secret shoppers to observe and report hand hygiene behaviors. The only visible change for the workers was a bi-weekly progress report (prior to the initiative, hand hygiene performance was included, among many other metrics related to infection prevention activities, in a quarterly scorecard). In other words, while the specific goal and monetary incentive was new, as was the frequency of feedback, the information workers had access to about the effects of neglecting hand hygiene, and the way compliance was monitored, was not. Because hand hygiene performance was measured and reported at the organizational level, every person working at the hospital was responsible in contributing to the campaign’s outcome. But according to California law, physicians cannot be hospital employees (as opposed to, say, nurses or technicians). Because of this, their hand hygiene performance would contribute to achieving the hospital-wide goal but they would not be eligible to receive any performance bonus. Thus, the employees devised various creative ways to put pressure on doctors, albeit informally and not in the form of cash. Physicians that demonstrated good hand hygiene practices would have their names written on hand-shaped paper cards and posted on a wall, for examples. The chief nursing officer would send physicians “love notes”: celebratory emails underlying good performance, or respectful — but firm — reminders of the importance of their cooperation to achieve the collective goal, depending on the physician’s observed behavior. When all was said and done, we compared hand hygiene performance data from the quarter before the intervention to the two quarters after the payment of the one-time bonus. On average, bonus-eligible hospital employees improved their performance during the 90 days of the initiative, but then progressively trailed back to levels of performance as low or worse than prior to the initiative. Physicians, on the other hand, demonstrated a slower improvement relative to the other employees, during the 90 days, but maintained a significantly improved hand hygiene performance over the remainder of my observation period. That is, while monetary incentives generated a more pronounced improvement, it was short lived. On the other hand, peer pressure techniques generated a change in organizational behavior that persisted beyond the removal of the incentive. These findings echo one of the main concerns associated with monetary rewards that sometimes fail to accomplish their goals. Academics refer to this phenomenon as the crowding-out effect of explicit incentives on intrinsic motivation. In other words, associating an economic value with a certain activity changes the nature of the exchange. If health care workers sanitize their hands because it is in the best interest of the patient (and themselves), introducing monetary rewards may change their motivation to a contractual exchange of hand sanitizing for money. The consequences of this modification are twofold. First, the economic value communicated by the bonus amount might be lower than what that activity was worth in the person’s mind, thus making it not worth the effort or lowering its priority when multiple activities compete for the person’s time. Second, the change in the nature of the exchange creates a contractual expectation, by which the absence of further payments would justify withholding the behavior. Whether monetary incentives can disincentivize desired behaviors altogether or simply reduce the likelihood that the activity persists beyond the bonus payment, managers must take these risks into consideration when they introduce an improvement initiative. That is not to say that managers should avoid using monetary incentives. Even if hand sanitizing didn’t stick among some bonus-eligible employees, the existence of the monetary incentive helped generate the peer pressure applied to the physicians, leading to longer-lasting success. Additionally, some individuals may react more positively than others to monetary incentives. In my study, for example, I find that those hospital workers who improved their performance the most during the 90-days initiative were more likely to maintain higher hand hygiene compliance afterwards than those whose performance stayed the same or got worse over the same time period. Managers can use the initial reaction to the incentive by specific employees as a predictor of long term effects of the interventions, allowing them to provide additional initiatives for people who are less likely to persist in the desired behavior. While this study focused on hand hygiene performance in hospital settings, my findings apply to a much larger set of circumstances. Temporary initiatives and one-time bonus programs are common in many industries and include the implementation of new information systems, compliance with new regulatory requirements, or safety protocols, and the adoption of new technologies. In many of these cases, management expects the incentivized behavior to stick. But they would be wise to understand when and why this actually occurs.

Выбор редакции
23 марта, 01:27

How Solid are Canada’s Big Banks?

How Solid are Canada’s Big Banks? - Peter Diekmeyer CONTRIBUTED BY SPROTT MONEY NEWS (for original click here)  The World Economic Forum consistently ranks Canada’s banks among the world’s safest[1]. Competent regulators have overseen stress tests, tightened lending standards and delinquency rates are low. Demographics are good and the country’s diversified economy is backed by a treasure of oil, wood, gold and other natural resources.   So the experts say.   Institutional investors, relying on the work of Jeremy Rudin, Canada’s chief bank regulator, agree. In fact Canadian financials accounted for 35.5% of the market capitalization of the benchmark exchange (NBF February).   However this façade hides major uncertainties. Key concerns stand out, which if unaddressed, could spark solvency and liquidity issues in one or more of Canada’s Big Six banks.   The fragilities can be seen in an IMF report[2], which calculated that Canada’s financial sector accounted for a stunning 500% of GDP in 2012. Today, the assets of the Big Six banks alone are more than double the size of the country’s economy.   Each (RBC, CIBC, Scotiabank, BMO, TD and National Bank) have been designated “systemically important,” which in turn, due to sheer size and interconnectedness, suggests that they are almost certainly “too big to fail.” That means the collapse of any one Big Bank, would threaten to trigger systemic implosion.   More ominously, if Canada’s financial system, arguably the world’s best, is riddled with pores, what does that say about the US, the UK, and Japan? Let alone Italy and Spain?   Yet signs of fragility are everywhere. Consider:   Complacency following “secret” $114 billion bailout A quick review of key metrics suggests Canada’s banking sector, which, on the surface, largely escaped the 2008 financial crisis, has thus learned little from it.   As David Macdonald, demonstrated, in a paper[3] for the Canadian Center for Policy Alternatives, Canada’s Big Banks benefitted from nearly $114 billion in cash, liquidity and other bailout help, from both local and US sources following the financial crisis.   “Three of Canada’s banks – CIBC, BMO, and Scotiabank – were at some point under water,” Macdonald writes. “With government support exceeding the value of the company.”   Sadly, details were largely kept secret Macdonald says, hidden in footnotes and legalese, where even the term “bailout” was shunned. Reforms that could have strengthened the system were thus avoided and the Canadian public remains largely unaware of the dangers.   (A Canadian Bankers Association spokesperson denied that any Canadian bank was bailed out or was in danger of failing, but conceded that the Canada Mortgage Housing Corporation (“Canada’s Fannie Mae”) bought up $69 billion worth of assets and that the Bank of Canada advanced additional liquidity funding).   “Canada’s Fannie Mae” piles on risk amidst residential real estate bubble In March, the Economist magazine calculated[4] that Canadian residential housing is 112% overvalued relative to rents and 46% overvalued relative to incomes. Even Canadian bank economists, enablers of previous excesses, now describe average Toronto prices, which surged 23% last year to CAD[5] $727,000, as a bubble.   Canadian banks have lent into much of the excesses and “Canada’s Fannie Mae” (the CMHC) has guaranteed more than $500 billion in mortgages; almost as much as the US GSEs did relative to GDP, prior to the 2008 crisis.   Canadian banks have never seen a major real estate implosion Because Canadian real estate prices never collapsed during the 2008 financial crisis to the degree they did in the US and the UK (let alone Japan), regulators, investors and analysts are totally unprepared for any such eventuality.   As noted above, there are no indications that any Canadian regulatory body such as OSFI or any financial institution has had a Japan style scenario gamed out by independent risk experts. This even though some Canadian demographic trends, particularly with regards to workforce aging and retirements for the coming decade are roughly similar to what Japan’s were, at the peak of its bubble.   Canadians are in record debt Worse, Canadians are in debt up to their eyeballs. According to Statistics Canada the ratio of household credit market debt (this excludes government, financial and business debts) reached a record 166.9% of disposable income in the third quarter of 2016. That was up from 166.4% in the second quarter.   Inflated asset prices currently keep those debts under the rug. However asset price levels are temporary; debts linger.    Wolves are in charge of the henhouse Another dangerous sign stems from the fact that all key stakeholders that facilitated the 2008 bubbles and ensuing crisis, escaped unnoticed. That means the wolves remain in charge of the henhouse.   For example as Macdonald notes in his paper, Gordon Nixon, CEO of RBC, Canada’s largest bank during the crisis, took in CAD $9.6 million in compensation in 2008, and $12.1 million in 2009.   Canadian bank CEOs and directors now figure that they’ll be bailed out and collect their bonuses, no matter what risks they take.   Bank CEOs aren’t alone in escaping blame for running the system into the ground in 2008. Most Canadians wouldn’t recognize David Dodge either, though as governor of the Bank of Canada, he fostered the easy-money policies which facilitated the debt and asset bubbles that led to the ensuing troubles.   OSFI: financial sector “group think” stress tests Another key threat to Canada’s financial system relates to the “group think” that pervades top officials, which leads them to err simultaneously.   This is evident in the stress tests that various regulators (the IMF, OSFI, the BOC) have conducted or overseen on the big banks, which remain riddled with holes.   Shorn of business cycle theorists, the stress tests only considered scenarios based on Canada’s history dating back to the 1980s. This despite the fact that eight years of unconventional monetary policy suggests that there are high risks that Western economics are in the midst of a 1930s-style liquidity trap.   As if that were not enough, the stress tests only considered Canadian economic performance. But the first question a doctor will ask is what ailments there are in your family history. Canada’s family (the G-7) includes Japan. An obvious stress test scenario would have looked at Japanese metrics during the past two decades.   Worse, regulators allowed the banks themselves, to conduct the key bottom-up stress testing, rather than outsourcing the job to independent consultants. That’s like asking a drunk to check the inventory list in the wine closet, to make sure everything is still there. Finally, the stress tests appear to have omitted any probability of freezing up of key counterparties, as occurred with AIG during the 2008 crisis. What would happen if there was a 1% default in the notional value of the $1 quadrillion global derivatives market? [6] (a $10 trillion loss) We don’t know.   *****   The fact that bureaucrats who looked away during the buildup to the 2008 financial crisis, weren’t reprimanded, will have major implications going forward. That’s because Jeremy Rudin, head of OSFI, the organization most closely charged with overseeing Big Bank stability, was one of those bureaucrats.   Rudin’s story is instructive, because it mirrors that of almost all key Canadian financial sector regulatory officials.   Rudin (according to his official biography) spent the pre-2008 crisis years, in increasing positions of responsibility in Canada’s finance ministry, which culminated in an assistant deputy minister posting. As insiders know, ADM is a crucial position, which gave Rudin, if he did his job well, better access to information and contacts than even his bosses had.   Yet during his years at the heart of the action, Rubin either saw no unusual risks building up, or he reported none.   (This on its own is stunning as there were clear warnings, well in advance, to anyone who was paying attention, from a slew of prognosticators (ranging from Robert Prechter, to Ian Gordon, Peter Schiff, Douglas Noland, Henry Liu and many others) of severe impending risks).   In either case, the chances that Mr. Rudin would identify systemic risks in Canada’s financial system if they existed today, or would forcefully report them to the public in a way they understood, are slim.   Worse, OSFI junior officials likely would not either.   In fact no Canadian regulatory official is allowed to speak to the press, without prior approval from the top. The career of any insider who forcefully publicly expressed doubts about sector solvency, liquidity or risk concerns, would essentially be over.   (OSFI spokesperson declined to comment on Mr. Rudin’s record prior to joining the organization).    Canadian bank accounting structures are lax, complex and opaque Almost unnoticed during the 2008 financial crisis, was that Big Four audit firms all happily signed the financial statements of global big banks, including those in Canada, which only months later proved to be insolvent.   Nothing was said, because most Canadians, even seasoned investors and analysts, have little knowledge of the technical accounting standards, that govern the banks. That’s not surprising, because Chartered Professional Accountants of Canada, the body that regulates the profession, keeps key information about those standards and how their audits are conducted behind a paywall. This makes it particularly difficult for the public to monitor its performance.   (A CPA Canada spokesperson declined to comment regarding the cost of a hard copy of one of its handbooks, referring questions to its online store, but said that to maintain regular, timely access to the changes would cost $145 a year ($1,450 for ten years + tax)).   Auditors can’t be sued for incompetence.  Furthermore, as Al Rosen of Accountability Research tirelessly points out, Canadian auditors essentially can’t be sued for incompetence. Their focus is thus naturally on maximizing audit fees and drumming up ancillary revenues from their clients; while presumably doing as little actual verification work as possible.   As such, there is a strong temptation to overlook fraud, error or incompetence.   New IFRS 9 standards may be worse than previous rules New IFRS 9 accounting standards, which are currently being implemented throughout the Canadian financial sector, to address deficiencies identified in the wake of the 2008 financial crisis, appear to be more of the same.   In fact in some key areas, notably the flexibility the new rules give managers to value loan impairments, the regulations are dangerous. Because these days accountants often use flexibility to make things look better than they really are.   Worse, because IFRS 9 rules give the appearance of addressing the issue of misstatements, while not actually doing so, they will almost certainly do more harm than good.   The reasonable investor can draw only one conclusion: bank financial statements are highly unreliable at best. And if they were wrong, no one would tell you.   Regulatory silos, amidst complexity and opacity The biggest and most worrying challenge is that Canadian financial sector stakeholders have erected a variety of complex regulatory and information bodies; but none has clear overall authority and power to maintain system stability.   All have evolved into solid silos, which have little clue what the other organizations are doing. For example it is unclear whether economists at the Bank of Canada have internal access to the skills needed to comprehend a 200-page bank financial statement or to analyze a derivatives book.   The upshot is that likely not one Canadian financial regulator in a 100 can provide a decent global-macro assessment of system stability. Obvious steps, proposed by outsiders have been ignored, or deemed superfluous.    (Eg. A Glass-Steagall style break-up of the big banks, cleaning up Canada’s auditing industry, running regular stress tests conducted by independent consultants, using Japan-style scenarios, banning derivatives trading or tightening system credit).     Regulatory rentiers One way to understand why regulatory safeguards are so faulty, is to assess bank auditors and regulators the same way they look at banks: as interest groups, whose main goal is to extract rents, fees, jobs and promotions from the system.   The key interest of the regulators in such a scenario, would be to foster maximum growth among the financial institutions they feed on. Surprisingly, judging from the aftermath of the previous financial crisis, regulators might well benefit from a recurrence, particularly if the institutions were once again bailed out with taxpayer funds.   OSFI, CMHC, the BOC, ratings agencies and the CPA Canada, are perennially engaged in power grabs, for more staff, budgets and bigger salaries.   A new financial crisis, would enable them to point the finger at each other, and to demand more laws, regulations and bigger budgets, to set things right. They’d likely get much of what they ask for.   In short, none have any interest in rocking the boat.   To a man, their risk experts missed the boat during the 2008 financial crisis.   None, based on research done for this article, will sound the whistle, before the next one occurs.   *****   That said, the seasoned investor faces challenges. Just because a crisis is inevitable by no means implies that it is imminent.   The overwhelming support that Canada’s big banks get from regulators, auditors, rating agencies and analysts (including those outside the country), suggests that an investor’s base case scenario would give them the benefit of the doubt, and to set aside a blogger’s meanderings.   Maybe Canadian banks are among the world’s best.   Maybe the financial system would remain stable if one went under.   Nevertheless, there is plenty of room for doubt.   Furthermore, the evident risks in the Canadian financial system, suggest that a decent review of those in other G-7 nations is clearly in order.   It also suggests that there a good case for hedging one’s investment bets … and preparing for the worst.     Peter (at) peterdiekmeyer (dot) com    -30-   [1] http://reports.weforum.org/global-competitiveness-index/competitiveness-rankings/#series=EOSQ087 [2] https://www.imf.org/external/pubs/ft/scr/2014/cr1429.pdf [3]https://www.policyalternatives.ca/sites/default/files/uploads/publicatio... [4] http://www.economist.com/news/finance-and-economics/21718511-bolthole-money-welcome-comes-unintended-consequences-foreign-buyers [5] All data is in Canadian dollars. [6] The $1 quadrillion estimate, is a guess of the roughest sort. The true size of the global derivatives market is hard to estimate. This in turn dramatically highlights the risks it encompasses. The BIS put the notional derivative OTC value at $544 billion at the end of 2016. http://www.bis.org/statistics/d5_1.pdf. However much of the trading is done outside the exchanges.  

Выбор редакции
Выбор редакции
21 марта, 19:13

Self-interrupted synthesis of sterically hindered aliphatic polyamide dendrimers [Chemistry]

2,2-Bis(azidomethyl)propionic acid was prepared in four steps and 85% yield from the commercially available 2,2-bis(hydroxymethyl)propionic acid and used as the starting building block for the divergent, convergent, and double-stage convergent–divergent iterative methods for the synthesis of dendrimers and dendrons containing ethylenediamine (EDA), piperazine (PPZ), and methyl 2,2-bis(aminomethyl)propionate (COOMe) cores. These...

Выбор редакции
21 марта, 17:46

Is Demand For Physical Gold Really Collapsing?

  Interested in precious metals investing or storage? Contact us HERE          Is Demand For Physical Gold Really Collapsing? Posted with permission and written by Rory Hall & Dave Kranzler (CLICK HERE FOR ORIGINAL)       Seriously? “Simon Black” (it’s a nom de plume) wrote an article titled “Demand For Physical Is Collapsing.” He focused on retail bullion demand numbers. The headline and the content is largely fake news as it focuses on the demand for minted coins vs the paper gold market. We’re not really sure about the intent of article, but the content was devoid of any relevance to the actual global demand for physical gold.   While the retail minted coin and small-size bar demand is down from last year’s levels, there’s two factors to explain this. First is price. The price of gold and silver was lower in early 2016 than it is now. The price of gold in February 2017 averaged $1230-$1240 while the price of gold a year ago February averaged $1175. Retail buyers of gold/silver coins are highly sensitive to price and tend to chase the price higher, up to a point. On this basis, it’s not surprising that more minted coins were sold a year ago compared to this year. This “price effect” on the demand for retail gold and silver coins likely explains about 25% of the demand comparison between 2016 and now.   The second factor is the economy. Remember, the end user of minted bullion products is largely the retail buyer. In the first two months of 2017, real wages have declined. Even more negative for retail sales of any sort is the fact that real disposable income has been declining on a year over basis since December 2015:     While we at the Shadow of Truth do not consider buying and owning bullion to be “discretionary,” retail sales, including sales of bullion coins, is highly dependent on the relative level of real disposable income. Thus once again it should not surprise, based on just looking at retail demand for physical bullion, that retail bullion sales are falling.   On the other hand, the Black article purports the idea that retail bullion sales represents global demand for gold and silver. Nothing could be further from the truth. Retail demand at the margin has no effect on price other than maybe the price premiums in the coin market based on mint supply and retail demand.   The majority of gold bullion demand comes from the jewelry industry, eastern hemisphere Central Banks and sophisticated wealthy and institutional investors. India and China alone import more gold than is produced from mines globally. This is why Black’s “paper gold” price is rising. It’s why the BIS and western Central Banks have failed to eliminate the significance of gold in the global monetary system.   Gold imports into India jumped 175% in February from February 2016 to 96.4 tonnes (LINK). In fact, official gold imports into India have been rising since December. And that does not include dore bars or smuggled gold. 179 tonnes of gold was withdrawn from the Shanghai Gold Exchange in February. This is 60% higher than February 2016. The Russian Central Bank gold reserves have been rising almost monthly since mid-2007.   To claim that the global demand for physical gold is collapsing is seeded in either ignorance or mal-intent. But either way, the assertion is outright idiotic when the facts are examined, which we do in today’s episode of the Shadow of Truth:         Questions or comments about this article? Leave your thoughts HERE.         Is Demand For Physical Gold Really Collapsing? Posted with permission and written by Rory Hall & Dave Kranzler (CLICK HERE FOR ORIGINAL)

Выбор редакции
21 марта, 16:31

Неопытные трейдеры раскачивают лодку во время кризиса

В последнее время ветераны Уолл-Стрит все чаще жалуются, что «зеленые» трейдеры в возрасте до 30 лет и понятия не имеют, что они делают на рынке. Это можно было бы списать на обычное брюзжание стариков, но на минувшей неделе Банк международных расчетов также обратил внимание на эту проблему. В отчете Банка о ликвидности на валютном рынке упоминается, что неопытные трейдеры, равно как и падаю… читать далее…

Выбор редакции
21 марта, 16:16

Молодняк валютного рынка создает неприятности в моменты кризиса

(Bloomberg) -- У ветеранов Уолл-стрит довольно давно появилась расхожая жалоба: все эти проклятые двадцатилетние абсолютно не разбираются в том, что делают.Возможно, это обычное брюзжание "стариков" профессии, но на прошлой неделе Банк международных расчетов (BIS) предупредил, что вопрос может заслуживать внимания.В докладе о ликвидности...

Выбор редакции
21 марта, 12:55

Неопытные трейдеры стали угрозой для валютного рынка

Банк международных расчетов назвал большое количество неопытных сотрудников в валютных отделах инвестбанков одной из причин сбоев на форексе.

21 марта, 10:21

Умер один из хозяев жизни

Старейший в мире миллиардер Дэвид Рокфеллер-старший скончался в своем родовом имении в штате Нью-Йорк. Это может поколебать хрупкий баланс, сложившийся в американской и мировой политике

21 марта, 09:12

Конференция по вопросам защиты информации BIS Summit SPB состоится в Петербурге 31 марта

Международная конференция «Государство, бизнес и общество в новых реалиях цифрового мира: возможности, риски, противоречия» состоится 31 марта в Санкт-Петербурге.

Выбор редакции
20 марта, 14:38

FAKE NEWS: That “Trump kills Meals on Wheels” story didn’t hold up for long. It was the bi…

FAKE NEWS: That “Trump kills Meals on Wheels” story didn’t hold up for long. It was the biggest, juiciest story of the week, complete with everything that the mainstream media loves to latch onto. “Trump budget kills Meals on Wheels program!” New jobs would soon be coming available for people willing to push handcarts through […]

18 марта, 10:45

5 причин, почему вам нужно зарегистрироваться на Rabota.nur.kz

Rabota.nur.kz уже пять лет работает на рынке Казахстана. За это время мы стали одним из самых успешных отечественных сайтов по подбору персонала, предлагая работодателям и соискателям самые выгодные условия и самые обширные возможности. 5 причин, почему вам нужно зарегистрироваться на Rabota.nur.kz Итак, почему же вам необходимо зарегистрироваться на Rabota.nur.kz. Первая причина – это наличие обширнейшей базы вакансий и резюме соискателей. С помощью Rabota.nur.kz сотрудников ищут такие успешные компании, как ForteBank, ТЕХНОДОМ, строительный холдинг BI Group, Газпромнефть – Казахстан, конечно же, Интернет-портал NUR.KZ и многие другие. Всего на сайте опубликовано почти 14 тысяч предложений о работе. Более 980 тысяч человек заполнили резюме на сайте. С помощью Rabota.nur.kz можно найти работу в любом удобном для вас режиме и графике – постоянную, удаленную, вечернюю, вахтовую и так далее. Вторая причина – это максимально удобные и выгодные условия размещения вакансий и резюме. В отличие от других рекрутинговых сайтов, предлагающих максимум 3 бесплатных вакансии для работодателя, зарегистрировавшись на Rabota.nur.kz, можно разместить до 15 предложений о найме сотрудника абсолютно бесплатно. Соискателям Rabota.nur.kz предлагает автоматическое резюме, в котором определены все важные позиции для работодателя. Вам остается только заполнить графы, рассказав о своих замечательных и необходимых будущему нанимателю умениях и качествах. Третья причина – Rabota.nur.kz – исключительно казахстанский проект, который активно работает со всеми регионами Казахстана. Мы сотрудничаем с центрами занятости в крупных городах и в областях страны, ежедневно пополняя базу вакансий и резюме со всех уголков Казахстана. Также на сайте Rabota.nur.kz представлен удобный поиск по городам – с помощью него вы быстро найдете нужное вам предложение именно там, где нужно. Мы помогаем бороться с безработицей в Казахстане. Четвертая причина – ваше предложение о работе или резюме увидят максимальное количество кандидатов и работодателей. В рейтинге казахстанских рекрутинговых сайтов Rabota.nur.kz уже долгое время занимает одну из лидирующих позиций. Это значит, что десятки работодателей и сотни соискателей ежедневно мониторят сайт в поисках нужных сотрудников и новых возможностей. Но и это далеко не все. Пятая причина – благодаря Rabota.nur.kz у вас появится больше возможностей. Каждый день мы работаем для того, чтобы завтра быть лучше, чем вчера. Разрабатываем новые и выгодные предложения для работодателей, придумываем, как сделать размещенные у нас резюме интересней и заметнее. Rabota.nur.kz нацелена только на успех, а значит вы будете расти вместе с нами, ведь мы работаем для вас.

18 ноября 2016, 18:04

Дмитрий Перетолчин. Владимир Павленко. "ФРС против американских президентов"

Доктор политических наук Владимир Павленко об истории борьбы банкиров за контроль над Соединенными Штатами, как создание ФРС изменило американское общество и всю мировую финансовую систему. #ДеньТВ #Перетолчин #ФРС #доллар #экономика #Ротшильды #Рокфеллеры #банкиры #Трамп #элиты #Морганы #история #Павленко #Шифф #Барух

14 февраля 2016, 19:01

В.Ю. Катасонов: Мировая теневая экономика. Картели

Пять признаков империализма по В. ЛенинуРовно 100 лет назад в книге «Империализм, как высшая стадия капитализма», которую изучали в Советском Союзе во всех вузах, В.И. Ленин выявил пять основных экономических признаков империализма как «высшей» и «последней» стадии капитализма. Это:1) Концентрация производства и капитала, дошедшая до такой высокой ступени развития, что она создала монополии, играющие решающую роль в хозяйственной жизни.2) Слияние банкового капитала с промышленным и создание на базе этого «финансового капитала» финансовой олигархии.3) БОлее важное значение вывоза капитала по сравнению с вывозом  товаров.4) Образование международных монополистических союзов капиталистов, осуществляющих передел мира.5) Конец территориального раздела земли крупнейшими капиталистическими державами.Сегодня изменился каждый из пяти экономических признаков империализма. Но приглядимся повнимательнее к  четвертому, наиболее актуальному сегодня признаку — как выясняется, самому небезопасному для мира. Этому признаку посвящена пятая глава книги, которая называется «Раздел мира между союзами капиталистов».Глава начинается следующими словами: «Монополистические союзы капиталистов, картели, синдикаты, тресты, делят между собою, прежде всего, внутренний рынок, захватывая производство данной страны в своё, более или менее полное, обладание. Но внутренний рынок, при капитализме, неизбежно связан с внешним. Капитализм давно создал всемирный рынок. И по мере того, как рос вывоз капитала и расширялись всячески заграничные и колониальные связи и «сферы влияния» крупнейших монополистических союзов, дело «естественно» подходило к всемирному соглашению между ними, к образованию международных картелей».Итак, четвёртый экономический признак империализма связан с образованием международных картелей. Международные картели — монополии монополий, соглашения национальных монополий разных стран (тресты, концерны, синдикаты) об экономическом разделе мира.Созданию международных картелей предшествует образование картелей на национальном уровне. Об этом Ленин пишет в первой главе («Концентрация производства и монополии»). Первые национальные картели появляются после кризиса 1873 года. Экономический подъем конца XIX века и экономический кризис 1900–1903 гг. привели к массовому образованию национальных картелей,  они  "становятся одной из основ всей хозяйственной жизни». Тогда же образуются многие международные картели.Оригинал взят у ss69100Картели как сеть теневой экономикиВ рамках международных картельных соглашений монополисты разных стран делят рынки сбыта товаров, определяют географические границы сфер операций отдельных участников международного картеля. При этом почти всегда устанавливаются единые (монопольно высокие) цены на однотипные товары и услуги. Иногда определяются предельные объемы производства и сбыта тех или иных товаров. Кроме рынков сбыта, разделу могут подлежать источники сырья и сферы приложения капитала.Существуют также закупочные картели (установление монопольно низких цен на закупаемые товары и услуги). Очевидно, что международные картели ограничивают или даже делают невозможным торговую, инвестиционную и финансовую деятельность аутсайдеров, оказавшихся за бортом международных соглашений. Нередко картели «расчищают» себе «жизненное пространство», сначала проводя синхронизированный демпинг, а уже затем устанавливая монопольно высокие цены.Ярким примером международного картеля начала прошлого века является соглашение между американским трестом «Дженерал электрик» и германской корпорацией АЭГ. В 1907 году между этими гигантами электротехнической промышленности был заключен договор о дележе мира. Конкуренция на рынках электротехнической продукции была устранена.Ленин очень подробно описывает историю создания и механизм функционирования международного электротехнического картеля. Он также приводит примеры международных картельных соглашений о разделе мировых рынков рельсов, цинка, морского торгового судоходства. Он подробно описывает конкурентную борьбу между американским керосиновым трестом Рокфеллеров и объединением германских керосиновых компаний. В какой-то момент времени конкуренты были близки к образованию всемирного керосинового картеля, но в последний момент соглашение расстроилось.При раскрытии четвертого экономического признака империализма Ленин ссылался на исследование немецкого экономиста Роберта Лифмана (1874–1941)  «Картели и тресты». По данным Лифмана, в 1897 году в мире насчитывалось около 40 международных картелей с участием Германии, а к 1910 году уже около 100. Примечательно, что в начале ХХ века почти ни один международный картель не обходился без участия компаний Германии и США, проводивших агрессивный захват мировых рынков. Они «отжимали» рынки у своих конкурентов из Англии, Франции, Бельгии, Голландии.И хотя уже на заре века во многих странах  действовало антимонопольное законодательство, которое запрещало создание картелей. или предполагало согласие со стороны антимонопольных служб, картели  имели одно преимущество --  они в отличие от  других форм монополий (тресты, синдикаты, концерны), могли создаваться втайне от государства и общества по типу «джентльменских соглашений». И даже если соглашения имели письменную форму, то документы  надежно прятались  в сейфах подписантов.Иными словами, международные картели представляли, да и сегодня представляют собой версию теневой экономики. Нередко картели маскируются вывесками информационных центров, научных институтов, союзов предпринимателей, комитетов, комиссий и т.п. Компании, которые вступают в картельное соглашение, сохраняют свою финансовую, юридическую, коммерческую и производственную самостоятельность. Правда, иногда участники картеля создают совместную компанию акционерного типа для выполнения функций управления.Производственные и рыночные квоты участников картеля соответствуют их долям в капитале совместного акционерного общества. В качестве примера можно привести международный картель по азотным удобрениям ( созданный в 1928 году). В 1962 году участники картеля создали акционерную компанию «Нитрекс» (Nitrex A.G.) с капиталом 1 млн. швейцарских франков (зарегистрирована в Швейцарии, Цюрих). Акции были поделены между участниками картеля. «Нитрекс» в централизованном порядке собирал все заказы на поставку азотных удобрений и распределял их между участниками картеля.Имеются также документированные свидетельства,  что международные картели принимали активное участие в подготовке и развязывании Второй мировой войны. В период между двумя мировыми войнами процесс создания международных картелей резко активизировался. К началу Второй мировой войны 1939–1945 годов, по некоторым оценкам,их  число  возросло чуть ли не до 1200, и накануне войны они контролировали от трети до половины всего оборота мировой торговли.Преимущественно это были соглашения монополий различных европейских стран. Число международных картелей,с одновременным участием европейских и американских монополи, йбыло невелико. Капиталистические страны, находившиеся в состоянии затяжного экономического кризиса, стали проводить дифференцированную антимонопольную политику. Внутри своих стран власти все-таки пытались ограничивать монополии и стимулировать конкуренцию. А в случае, если создавались международные картели, которые могли усиливать позиции национальных компаний на внешних рынках, почти никаких препятствий власти не создавали. Даже, наоборот, поощряли создание картелей.Некоторые международные картели с участием американских и немецких компаний не прекращали своей деятельности на протяжении всех лет Второй мировой войны.Обвинения в адрес международных картелей  прозвучали  на Потсдамской конференции 1945 года и на Нюрнбергском процессе.После войны во всех странах  превалировали антикартельные настроения . В Организации объединенных наций (ООН) обсуждался вопрос о том, что этот новый институт должен полностью запретить международные картели или, по крайней мере, контролировать их создание и функционирование. В послевоенные десятилетия до 1970-х гг. на Западе более или менее эффективно реализовывалось антимонопольное законодательство. В том числе в части, касающейся международных картелей. К началу 1970-х гг. число таких картелей оценивалось в 70-80. Примечательно, что это были преимущественно трансатлантические картели, т.е. соглашения с одновременным участием европейских и американских монополий.Картели под прикрытием исследовательских институтовСо времени окончания Второй мировой войны и до середины 70-х гг. наиболее известными в мире были международные картели в области морского судоходства (их было несколько), по электрооборудованию, радиоаппаратуре, автомобилям, подвижному железнодорожному составу, а также по удобрениям: азотным, калийным и фосфатным. В сфере производства химических товаров действовали созданные еще в период между двумя мировыми войнами картели: содовый, по красителям и по хинину. В области производства цветных металлов - картели по алюминию и меди.В сфере производства черных металлов - по стали, отдельным видам проката, рельсам, трубам, белой жести. Естественно, международные картели не афишировали свою деятельность, пытаясь убедить общество и контролирующие органы государства, что они занимаются «исследовательской» деятельностью. Например, функции международного калийного картеля (до Второй мировой войны в него входили монополии Франции, Германии, Испании, Польши, Великобритании, США и других стран) после войны стали выполнять три «института».Это Международный калийный институт в Берне (Швейцария), представляющий в основном интересы западноевропейских компаний, а также две организации США — Американский калийный институт и Фонд для международных исследований в области калия. Международные картели в морском судоходстве назывались «пулами» и «конференциями».Для международных картелей использовались «крыши» союзов предпринимателей...Например, международный картель по стали в 1967-м создал  «крышу» в виде Международного института чугуна и стали (МИЧС). Создание МИЧС, как было официально заявлено, имеет целью укрепление контактов между сталепромышленниками различных капиталистических стран, обмен информацией, касающейся положения на рынке чёрных металлов. В 1970 г. МИЧС объединял более 100 металлургических компаний 24 капиталистических стран, производивших около 95% стали в капиталистическом мире.Точное количество международных союзов предпринимателей назвать трудно. Они могут иметь самые разные названия: торговые и промышленные палаты, биржевые комитеты, отраслевые институты, ассоциации, комиссии и т.п.Патентные картелиПосле войны появились патентные картели. В условиях развернувшейся научно-технической революции в международной торговле резко возросла доля товаров обрабатывающей промышленности, особенно ее наукоемких отраслей. Позиции корпораций, действующих в таких отраслях стали активно защищаться с помощью такого инструмента, как патенты (право на исключительное пользование техническим новшеством) и лицензии (разрешение на пользование техническим новшеством другим компаниям за лицензионное вознаграждение, участие в капитале или получение иных прав).Многие авторы поспешили заявить, что в условиях НТР традиционные международные картели «приказали долго жить», на их место пришли патентные картели, основанные на обмене патентами и лицензиями внутри узкого круга компаний разных стран. Причем, эти патентные картели не прятались, более того, они защищались патентными и иными службами, оберегающими интеллектуальную собственность крупного капитала.Существовала  «картельная блокада» Советского Союза и России и  сегодня это особенно актуально. Интересно, что до сих пор нашими экономистами, политологами и историками абсолютно не затронут этот важнейший аспект советской экономической истории. На протяжении 70 лет своего существования СССР находился в плотном кольце международных картельной блокады.Советские внешнеторговые организации вели переговоры и заключали контракты с компаниями, входившими в состав различных международных картелей. Торговля СССР с компаниями, не входившими в картели, была крайне затруднена. Именно поэтому мы могли торговать с Западом, лишь последовательно проводя политику государственной монополии внешней торговли.Без такой монополии международные картели могли бы грабить нас нещадно, устанавливая монопольно высокие цены на товары, импортируемые Советским Союзом, и монопольно низкие — на товары, поставляемые нами на Запад. До конца СССР не удавалось преодолевать фактор «картельной блокады», его действие лишь смягчалось. Именно поэтому основополагающими принципами советской экономической политики была опора на собственные силы, а также приоритетное развитие торгово-экономических отношений со странами социалистического содружества.После развала СССР и создания Российской Федерации «картельная блокада» против нашей страны не ослабла. Слава Богу, наша Федеральная антимонопольная служба (ФАС) это вовремя осознала. Ключевым направлением деятельности ФАС с 2014 г. стало расследование деятельности картелей с участием иностранных компаний. Правда, ФАС неоднократно заявляла, что борьба с международными картелями в России сильно затруднена. Главная причина — отсутствие международного акта, регулирующего совместные проверки ФАС с иностранными антимонопольными ведомствами, а также позволяющего обмениваться с ними конфиденциальной информацией.Но вернемся в 1970-е гг.,  когда на первый план вышли патентные картели. Конечно, традиционные картели, охватывающие рынки сырья и полуфабрикатов, продолжали существовать.Некоторые из них полностью ушли в «тень», другие изменили свой статус. Они приобрели вид межгосударственных соглашений о защите рынков тех или иных товаров.Такие международные товарные соглашения (МТС) получили большое распространение в первые два-три послевоенных десятилетия. Это соглашения по цинку, олову и некоторым другим металлам, зерну, джуту, кофе, бананам и другим биржевым товарам. Наиболее известно соглашение по нефти, получившее название ОПЕК.Считалось, что эти соглашения призваны защитить развивающиеся страны от неэквивалентного обмена стран бедного «юга» со странами богатого «севера», экспортирующего промышленную продукцию (так называемые «ножницы цен»).Однако надо иметь в виду, что за вывесками развивающихся стран зачастую скрывались транснациональные корпорации (ТНК), которые действовали в этих странах и были заинтересованы в таких картельных соглашениях межгосударственного типа.Яркий пример — ОПЕК. Это организация стран — экспортеров нефти. Основана в 1960 г. рядом стран (Алжир, Эквадор, Индонезия, Ирак, Иран, Кувейт, Ливия, Нигерия, Саудовская Аравия и др.) с целью координации действий по объему продаж и установлению цен на сырую нефть. Благодаря тому, что ОПЕК контролирует примерно половину мирового объема торговли нефтью (оценка на начало нынешнего столетия), она способна значительно влиять на уровень мировых цен.Однако при этом не стоит забывать, что за ширмой ОПЕК стоят транснациональные корпорации. Еще в 1960-е годы у всех был на слуху международный нефтяной картель, получивший название «семь сестер».История нефтяного картеля началась 87 лет назад. 17 сентября 1928 года в шотландском городке Ахнакарри было заключено неформальное соглашение между Royal Dutch Shell, Англо-персидской нефтяной компанией (будущая British Petroleum) и Standard Oil of New Jersey (будущая Exxon).Оно было призвано убрать жёсткую конкуренцию между этими гигантами нефтяного бизнеса.Для чего предусматривало сокращение добычи нефти в соответствии с тенденциями спроса на неё и сохранение существующей пропорции между добывающими компаниями.Уже к 1932 году в картель Ахнакарри вошли все семь крупнейших англо-американских компаний, создавших впоследствии «консорциум для Ирана».Примечательно, что антимонопольные службы США «благословили» создание нефтяного картеля, поскольку он укреплял позиции американских корпораций на мировом рынке нефти.Сегодня о международном нефтяном картеле почти ничего не слышно. Зато в СМИ много говорят об ОПЕК.С легкой руки некоторых журналистов, ее стали даже называть «антикартелем», имея в виду, что она был создана для противостояния «семи сестрам». Ничего подобного: нефтяной картель продолжает существовать. Просто входящие в него «сестры» не раз уже успели поменять свои «девичьи» фамилии. А главное — они скрываются за ширмой организации ОПЕК, которую научились использовать в качестве своеобразного «троянского коня».В качестве примера можно вспомнить энергетический кризис 1973 года, когда цены на «черное золото» в течение нескольких месяцев выросли в четыре раза. Тогда во всем обвинили страны ОПЕК. Однако главными «бенефициарами» той «революции цен» стали все те же «семь сестер» (и ряд других, примкнувших к ним нефтяных корпораций), а также западные банки, куда стали поступать десятки миллиардов нефтедолларов из стран ОПЕК.Да, конечно, в мире нефти в 70-80-е годы прошлого века произошли большие подвижки. Формально многие страны третьего мира объявили о национализации нефтяной промышленности. Но закупщиками нефти остаются все те же западные нефтяные корпорации. Члены международного нефтяного картеля занимают монопольные позиции в переработке нефти, транспортировке и реализации нефтепродуктов.Бреттон-Вудская валютно-финансовая система1970-е годы назвали закатом золотодолларового стандарта и началом «золотого века» международных картелей.С конца 1970-х гг. тема международных картелей постепенно исчезает из экономической литературы, СМИ, повестки заседаний международных организаций. В более поздние годы, если и имеют место публикации на тему международных картелей, то они содержат материалы и цифры, относящиеся к прошлым годам. Создается впечатление, что эпоха международных картелей закончилась.Но это иллюзия. Картели и раньше были в тени. Они и сейчас остаются в тени. Просто раньше антимонопольные службы периодически поднимали шум по поводу международных картелей, а сейчас их предпочитают не искать и не замечать. Объяснение подобного феномена следует искать в общем ослаблении (и даже демонтаже) антимонопольной функции современного капиталистического государства. А это ослабление, в свою очередь, обусловлено тем, что произошло достаточно радикальное изменение мировой валютно-финансовой системы. В 1970-е годы произошел переход от золотодолларового стандарта (Бреттон-Вудская валютно-финансовая система) к бумажно-долларовому стандарту (Ямайская валютно-финансовая система).Суть этого перехода состояла в том, что раньше мировой валютной был доллар США, который эмитировался Федеральной резервной системой США, но эмиссия была ограничена золотым запасом США.После Ямайской валютно-финансовой конференции (январь 1976 г.) привязка доллара к золоту была отменена. Образно выражаясь, с «печатного станка» ФРС был снят «золотой тормоз». Хозяева «печатного станка» ФРС обрели почти полную свободу. Впрочем, оставалось одно и очень серьёзное ограничение — спрос на продукцию «печатного станка» ФРС — доллары.Тема того, как «хозяева денег» создавали и продолжают создавать спрос на доллары очень широкая, выходит за рамки данной беседы. Но первое, что пришло в голову «хозяевам денег» — снять контроль над ценами на все и вся. Энергетический кризис — первое и очень яркое проявление этой новой политики (как мы отметили, цены на «черное золото» взлетели в 1973 году за несколько месяцев сразу в четыре раза).В свете новых финансово-валютных реалий международные картели как раз очень необходимы «хозяевам денег». С одной стороны, мировая финансовая олигархия всячески оказывает содействие в создании международных картелей. С другой стороны, она, контролируя большую часть СМИ, делает все возможное для того, чтобы тема международных картелей вообще не «всплывала». На нее установлено негласное табу.Банковские картелиВозвращаясь к работе Ленина «Империализм, как высшая стадия капитализма», хочу обратить внимание на то, что «классик» обошел стороной один очень важный аспект темы международных картелей. Да, он перечислил много отраслей и производств, которые были картелированы к началу Первой мировой войны на международном уровне (электротехническая промышленность, морское торговое судоходство, производство рельсов и др.).Можно картелировать и данковскую дейтельность, но тема банковских картелей табуирована. Еще раз подчеркнем, что картель — прежде всего соглашение о ценах. В банковской сфере производят не товары, а деньги, которые также имеют цену. Она выражается в виде процентов по активным (кредитным) и пассивным (депозитным) операциям. Банки (как на национальном, так и международном уровнях) могут договариваться о единых процентных ставках, а также делить рынки кредитных и депозитных операций.В работе «Империализм, как высшая стадия капитализма» второй раздел работы посвящен исключительно банкам («Банки и их новая роль»). Но в нем мы также не находим упоминания о банковских картелях. Вот о банковских трестах в Америке Ленин пишет: «Между немногими банками, которые в силу процесса концентрации остаются во главе всего капиталистически хозяйства, естественно всё больше намечается и усиливается стремление к монополистическому соглашению, к тресту банков. В Америке не девять, а два крупнейших банка, миллиардеров Рокфеллера и Моргана, господствуют над капиталом в 11 миллиардов марок». Но банковский трест возникает в результате слияния или поглощения одних банков другими».Впрочем, один гигантский банковский картель возник за два года до того, как Ленин приступил к написанию своей работы. Речь идет о Федеральной резервной системе США.  Ленин не обратил внимания на такое событие, как принятие Конгрессом США закона о Федеральном резерве в последние дни 1913 года. Что ж тут удивительного, что даже многие американцы не проявили интереса к какой-то мало понятной «Федеральной резервной системе». Между тем создание ФРС стало ключевым событием не только в американской, но и мировой истории.И это тема особого разговора. Сейчас нас интересует ФРС как банковский картель. А ФРС была именно картелем, объединив под своим началом львиную долю всех банков США. Причем это был легальный картель, статус которого определялся законом 1913 года. На то, что ФРС — банковский картель, обращают внимание, к сожалению, немногие.Формально Федеральный резерв был национальным банковским картелем, действовавшим в пределах США. Но надо иметь в виду, что среди главных акционеров ФРС как частной корпорации были банкиры не только из Нового Света, но также из Европы. Среди них, в первую очередь, Ротшильды. Об этом еще в начале 50-х годов прошлого века поведал читателям американский исследователь Юстас Муллинс в своей книге «Секреты Федерального резерва». Поэтому можно с полным основанием полагать, что ФРС с самого начала была международным банковским картелем.Интересно, что именно крупнейшие члены международного картеля «ФРС» стали главными бенефициарами Первой мировой войны, т.к. за годы войны выдали военных кредитов воюющим странам (прежде всего, Великобритании и Франции) на многие миллиарды долларов. Американский экономист Мюррей Ротбард писал:«Создание Федеральной резервной системы удачно совпало с началом Первой мировой войны в Европе.Существует общепринятое мнение, что только благодаря новой системе США смогли вступить в войну и не только финансировать свои собственные военные нужды, но и предоставлять значительные займы союзникам. За время войны Федеральный резерв приблизительно удвоил денежную массу в США и соответственно цены также выросли в 2 раза. Для тех, кто считает, что вступление США в Первую мировую войну было одним из самых ужасных событий XX в., повлекших за собой катастрофические последствия как для США, так и для Европы, возможность вступления США в войну едва ли является убедительным аргументом в пользу Федерального резерва».По принципу картеля устроены банковские системы большинства стран мира. При этом «головой» таких картелей являются центральные банки, определяющие «правила игры» для частных коммерческих банков и следящие за соблюдением ими этих правил. Но все-таки это преимущественно национальные банковские картели. А вот в период между двумя войнами началось выстраивание действительно мирового банковского картеля. Речь идет о Банке международных расчетов (БМР) в Базеле, который был создан в 1930 году.Первоначально он предназначался для организации репарационных платежей Германией в пользу стран-победительниц. Однако через некоторое время его главной функцией стала координация деятельности крупнейших западных банков. После Второй мировой войны БМР официально стал координировать деятельность центральных банков. Нередко БМР называют «центральным банком центральных банков», или «клубом центральных банков». Фактически это «головка» мирового банковского картеля.Известно, что этот международный банковский суперкартель сыграл важную роль в подготовке и развязывании Второй мировой войны, а в годы войны осуществлял координацию действий банкиров противоборствующих стран. На конференции в Бреттон-Вудсе был поднят вопрос о преступной деятельности БМР, было (правда, с большим трудом) принято решение о ликвидации этого банковского суперкартеля.Однако решение конференции так и не было выполнено. Международный картель ростовщиков с «головкой» в швейцарском городе Базель по-прежнему продолжает управлять мировым рынком денег. А через рынок денег — всей мировой экономикой. Безусловно, что два мировых картеля — Федеральный резерв и Банк международных расчетов между собой тесно взаимодействуют. Их можно сравнить с двумя головами одной мировой гидры.Ещё раз вернемся к работе «Империализм, как высшая стадия капитализма». В ней «классик» постоянно говорит о законе неравномерного экономического и политического развития при капитализме. Под этой «неравномерностью» Ленин имеет в виду постоянное изменение соотношения сил на мировой арене отдельных капиталистических государств, а также крупнейших компаний на внутреннем и мировом рынках. Эта «неравномерность», в частности, порождает неустойчивость международных картелей.Многие картельные соглашения заключаются на срок, но нередко разваливаются намного раньше наступления согласованного срока. Какие-то участники международных картелей усиливаются (например, в результате поддержки своих государств), другие, наоборот, ослабевают. Это неизбежно вызывает соблазн пересмотра первоначальных договоренностей усилившимися монополиями. В некоторых случаях им удается добиться пересмотра. В других — нет. Тогда происходит распад картелей. Бывают случаи, когда о создании международного картеля вообще не удается договоритьсяМеждународные картели — реальная угроза мировой войныПожалуй, наиболее важный политический вывод, который содержится в анализе Лениным четвертого экономического признака империализма, заключается в том, что международные картели представляют собой угрозу для мира, являются источниками войн. Вывод, на первый взгляд, парадоксальный. Ведь, вроде бы картельные соглашения предусматривают прекращение конкурентных войн между монополиями за рынки, источники сырья и сферы приложения капитала.И в начале ХХ века некоторые экономисты и политики делали вывод о наступлении на земле «вечного мира», который несут человечеству монополии и интернационализация хозяйственной жизни. Ленин в своей работе, кстати, подвергает резкой критике Карла Каутского за  его веру  в то, что картели несут человечеству мир. Он пишет: «Капиталисты делят мир не по своей особой злобности, а потому, что достигнутая ступень концентрации заставляет становиться на этот путь для получения прибыли; при этом делят они его «по капиталу», «по силе» — иного способа дележа не может быть в системе товарного производства и капитализма. Сила же меняется в зависимости от экономического и политического развития».Сегодня монополии для передела мира используютсобственные силовые возможности (например, опираются на частные военные компании). Но их явно не хватает. Поэтому основной их силовой ресурс — государство с вооруженными силами, готовыми участвовать в военных операциях в любой точке мира. Раздел мира «по силе» делает неизбежным превращение частномонополистического капитализма в государственно-монополистический капитализм (ГМК).Историю создания и развития международных картелей ХХ века позволяет нам сделать некоторые выводы, и не впадать в те иллюзии и утопии «вечного мира», которые были распространены среди «ученой публики» в начале прошлого века. Эпоха, когда транснациональные корпорации и транснациональные банки делили мир «по капиталу» близка к своему завершению.Мы вступаем в эпоху, когда экстенсивное освоение мира монополиями (получившее название «глобализация») более невозможно. Монополии начинают делить мир «по силе», используя государственный военный потенциал. Сегодняшние события на Ближнем и Среднем Востоке — яркое тому подтверждение.В.Ю. КатасоновИсточник.

30 июля 2014, 17:12

БМР: падение кредитов в евро, структура деривативов, долги РФ и Украины

Обозрение Банка международных расчётов, июнь 2014 г. 1. Международные кредиты в евро. Резкое падение. 2. Международная структура обязательств России и Украины перед иностранными банками. 3. Внебиржевой рынок производных долгов. Структура деривативов. 4. Процентные деривативы. Структура по валютам, срокам погашения и секторам. 5. Структура кредит-дефолтных свопов CDS. 1. Международные кредиты в евро. Международные кредиты, номинированные в евро, снизились в 4 кв. 2013 на 355 млрд. евро (-3,6%). (График 1, левая панель). С другой стороны, в долларах США и в японских иенах кредитование выросло на $ 64 млрд (+ 0,5%) и на $ 61 млрд (+ 5,2%) соответственно. Резкое падение трансграничного кредитования в евро в течение четвертого квартала 2013 года является частью более широкой тенденции, наблюдаемой на протяжении последних нескольких лет.  Обратите внимание: обязательства, номинированные в евро на конец 2013 года составляют 4,5 трлн внутри и около 1,7 трлн вне еврозоны (центр. панель графика 1). Это упрёк некоторым умам, полагающим, что кредитование в евро незначительно и потому при формировании курса важен лишь торговый баланс. Евро - полноценная резервная валюта, в которой ведутся и торговые платежи и инвестиции. В отличие от юаня, который хотя и опередил евро по торговым платежам, но в кредитно-инвестиционной деятельности почти не заметен. Пока не заметен, разумеется. 2. Международная структура обязательств России и Украины перед иностранными банками.  При негативном развитии ситуации вокруг Украины наибольшие потери понесут банки Франции, Австрии, Италии - и по России, и по Украине, а банки США, Германии, Голландии и Англии - только по России. 3. Внебиржевой рынок производных долгов (деривативов).  Рынок производных долгов продолжил расширение во второй половине 2013 года. Номинальная сумма непогашенных внебиржевых производных контрактов, которые являются показателем активности внебиржевых производных финансовых инструментов, составил $ 710 трлн на конец декабря 2013 . Это сопоставимо с $ 693 трлн на конец июня 2013 года и $ 633 трлн в конце 2012 года (график 3, левая панель). С поправкой на изменения обменного курса, условная сумма на конец 2013 г. на 1% выше, чем на конец июня 2013 года и на 13% выше, чем в конце 2012 г.  Несмотря на увеличение условных сумм [понимаю, $ 710 трлн это как в страховом бизнесе - стоимость страховых выплат при наступлении страхового случая, но это ещё не значит, что таковой случай наступит в отношении всех застрахованных активов], рыночная стоимость размещенных срочных контрактов снизилась и на конец декабря 2013 г. валовая рыночная стоимость всех контрактов,т. е. стоимость замены всех незакрытых контрактов по рыночным ценам, действующим на отчетную дату составил $ 19 трлн. Это по сравнению с $ 20 трлн на конец июня 2013 года и $ 25 трлн на конец 2012 года (график 3, центр. панель). 4. Процентные деривативы. Структура по валютам, срокам погашения и секторам.  5. Структура кредит-дефолтных свопов  Подробнее: BIS Quarterly Review. June 2014. International banking and financial market developments.

06 июля 2014, 15:14

Стимулрование ЕЦБ: снова о TLRTO

ЕЦБ Уже есть первые итоги принятых мер, в принципе вполне предсказуемые - банки отказались от избыточной ликвидности, которая должна была им прийти от завершения программ абсорбирования ликвидности и просто сократили заимствования у ЕЦБ, если на конец мая кредит ЕЦБ банкам составлял 650-680 млрд евро, то к началу июля он сократился до 550-570 млрд евро. Видимо именно это ЕЦБ подразумевает под предоставлением ликвидности )))  Вторая часть стимулов преполагает предоставление от ЕЦБ ликвидности под залог портфлей кредитов нефинансовому секторе за исключением ипотеки. Проблема в том, что объем кредитования ограничен до 7% процентов от соответствующего кредитного портфеля банков. Соответствующий портфель в Еврозоне составляет 5.7 трлн евро, из которых только 2.2 трлн евро у PIIGS, т.е. банки PIIGS смогут получить всего 150-160 млрд евро, в то время как им нужно погасить LTRO на ~330-350 млрд евро. Немецким банкам лишняя ликвидность не нужна - они практически не привлекают средства у ЕЦБ. Это может означать, что планируемые 400 млрд евро могут быть не выбраны в сентябре-декабре, а вот погасить трехлетние LTRO на эти же 400 млрд придется погасить. Причем гасить их придется итальянским и испанским банкам, что может "перекосить" ликвидность опять в пользу более устовчивых стран еврозоны, т.к. частично лишит итальянцев и испанцев доступа к долгосрочной ликвидности.  Кредит предприятиям и населению активно сокращается (-3% в год), хотя к 2015 году ситуация может несколько выравняться, но надежды Драги на то, что ЕЦБ предоставит до триллиона евро в рамках TLTRO пока больше похожи на мечтания и скорее всего ЕЦБ придется искать как запустить свою QE, т.е. выкуп ABS, правда здесь есть проблемы - рынок секъюритизации в ЕС как единое целое отсутствует, да и в принципе он недоразвит. Объем рынка в валюте евро составляет смешные 1.05 трлн евро - там и покупать то нечего. Так что ЕЦБ нужно как-то снова искать креативные решения... ну а пока из того, что мы видим: баланс ЕЦБ и кредит банкам в результате решения сократился на ~120 млд евро, в январе-феврале не очень понятно как испанцы и итальянцы будут гасить LTRO. Тут два варианта: распродавать ценные бумаги, которые сейчас в залоге или рефинансироваться более короткими сроками (неделя, месяц, три месяца). В принципе распродавать логичнее, т.к. цены на итальянские и испанские госбонды затащили высоко вверх (доходность 2.5-2.8% годовых по десятилеткам). P.S.: Из забавного... Банк международных расчетов заметил пузыри, на что Йеллен ответила, что пузыри и финансовая стабильность - это не её вахта :) 

10 июня 2014, 19:13

Тайные архитекторы Бреттон-Вудской системы

Дмитрий Перетолчин и Валентин Катасонов о Бреттон-Вудской конференции.

10 июня 2014, 05:06

Информационно-психологическая война

Главная война, которая ведётся сегодня против России, – это война информационно-психологическая, направленная на изменение не только политических взглядов, но и всего мировоззрения народа. Специалисты говорят о «войне сознаний», в которой объектом поражения является определённый тип мировосприятия. Автор: Ольга Четверикова  Когда несколько лет назад ПАСЕ приняла резолюцию, в которой уравняла СССР и нацистскую Германию в ответственности за развязывание Второй мировой войны, стало ясно, что Запад готовит реабилитацию нацизма. Когда и если это окончательно произойдёт, критика нацизма будет объявлена преступной, а утверждение «Гитлер – главная жертва сталинизма» станет одним из положений новой идеологии. События на Украине – яркое свидетельство того, что первый этап затеянной Западом реабилитации нацизма завершается…Уникальность украинского феномена в том, что здесь новый нацизм предстал грандиозной химерой, соединившей фашистов, сионистов, либералов, оккультистов, экуменистов, папистов, протестантов. Масок и идейных вывесок много, а сущность одна. Вне зависимости от формальной принадлежности к той или иной конфессии, партии или секте, все они имеют одинаковое представление о будущем мировом порядке и о методах его построения. И религия у них одна: это религия тотальной власти, в системе которой каждому уготовано своё место и свой кусок собственности (кому – жирный, а кому – кость). С эпохи европейских революций Запад привык поклоняться сверхчеловеку - существу, которое ставит себя на место Бога. Сегодня лики этого сверхчеловека являют то президент США, то папа римский, то комиссар ООН по правам человека, а то вдруг он предстанет в коллективном образе НАТО, ОБСЕ, Совета Европы, Европейского союза, Всемирного еврейского конгресса, наконец, Хабада. И, явившись, пытается установить свои порядки на крови. Чтобы заставить людей принять право «избранных» на тотальную власть, необходимо осуществить перестройку не только сознания, но всего строя души человека. Тотальная власть – это абсолютный контроль за разумом, чувствами и, главное, волей людей. Способы подавления чужой воли разрабатывались в течение столетий в различных закрытых орденских структурах. В масштабах всего государства это впервые вышло наружу в нацистской Германии, которая стала детищем англо-американских и сионистских финансовых кругов, признавших провал своего троцкистского проекта в России. Сегодня, глядя на то, как нежно воркуют западные политики с яценюками и турчиновыми, отдающими приказы о кровавых карательных операциях, как олигархи-сионисты финансируют фашистских боевиков, ясно представляешь себе, как Европу упаковывали в нацистский «новый порядок» в не столь далёкие 30-е годы ХХ века. Как расшаркивался перед Гитлером Джон Чемберлен, как шли с нацистским приветствием спортсмены на Олимпийских играх в Берлине 1936 года, как лелеяли управляемый нацистами Банк международных расчетов банкиры-иудеи, обделывая здесь на протяжении всей войны свои финансовые дела. Установление нацистского режима в Германии преследовало несколько целей. Во-первых, уничтожение советской России, представлявшей такую модель общественного развития, которая основывалась на ценностях, абсолютно несовместимых с религией золотого тельца. Во-вторых, объединение Европы под началом ведущих немецких бизнесменов в единую хозяйственную систему, финансовым нервом которой служил бы Банк международных расчётов, представлявший собой структуру, обеспечивавшую согласование интересов центральных банков враждующих между собой государств. Планировалось, что после завершения объединения Европы Германией нацистскую верхушку заменит наднациональная элита, которая продолжит строительство нового порядка уже в общемировом масштабе. В-третьих, реализация сионистского проекта создания государства Израиль, для чего необходимо было принести в жертву часть еврейского народа. После войны, спекулируя на страданиях простых евреев, сионистская верхушка создала религию Холокоста, превратившуюся в мощный инструмент управления мировым общественным мнением в интересах крупного еврейского капитала. В-четвёртых, превращение Германии в площадку для гигантского эксперимента по установлению контроля над сознанием. Это была программа полной перестройки человека в соответствии с методами евгеники - как «позитивной» (формирование «нового человека»), так и «негативной» (превращение в человеческий суррогат). До войны евгенические эксперименты немцы проводили в тесном сотрудничестве с американскими и английскими учёными. После войны весь этот богатый материал был аккуратно собран и перемещён в Америку . Через «крысиные тропы» Ватикана в рамках операции «Скрепа» американская разведка вывезла ведущих немецких учёных, которые были подключены к американским исследовательским программам под контролем спецслужб. Так, например, было с Вернером фон Брауном, ставшим одним из ответственных руководителей NASA. То же произошло и с главой Института евгеники в Берлине О.Ф. фон Фершуером. В 1949 г. он был избран членом-корреспондентом вновь созданного Американского общества генетики человека, которое скрыло скомпрометированную евгенику под новой этикеткой «генетика». А первым президентом этого общества стал сотрудник Рокфеллеровского университета Г.Д.Меллер, который в 1932 г. работал в немецком Институте кайзера Вильгельма по программе исследования мозга. Одним из крупнейших приобретений американцев стал немецкий генерал Рейнхард Гелен, руководитель гитлеровской разведки на Восточном фронте и создатель «Организации Гелена», позже преобразованной в Федеральную разведывательную службу ФРГ (BND). Именно в результате «мозговых штурмов», проведённых Геленом совместно с президентом Трумэном, главой Стратегических служб (УСС) В.Донованом и Алленом Даллесом, была реорганизована разведывательная служба США с целью превращения её в высокоэффективную тайную подрывную организацию. Кульминацией этих усилий стало создание в США в 1947 г. Совета национальной безопасности и ЦРУ. Как писал исследователь Рон Паттон, «это была юридическая верхушка айсберга, прикрывавшая немереный поток внезаконных действий правительства, в том числе и подпольных программ по контролю над разумом». Создававшиеся после войны многочисленные евроатлантические организации, работавшие на европейскую интеграцию, тоже широко привлекали к участию бывших нацистов. К их числу принадлежали и первый секретарь Бильдербергского клуба принц Бернхард (начинавший свою карьеру как эсэсовец), и глава первой Европейской комиссии Вальтер Хальштейн. Долгие годы программа строительства нового мирового порядка осуществлялась под гуманистическими лозунгами, факт её глубинной связи с оккультными структурами скрывался. Сегодня всё изменилось. Гуманизм перерос в трансгуманизм, открыто провозглашено «право» человека на преодоление самой человеческой природы с переходом к самым радикальным формам эксперимента над человеком, погружающим его в инфернальный мир. Если раньше Запад выставлял себя борцом с «безбожным коммунизмом», «исламским фундаментализмом», то сегодня он, наконец, открыто произнёс имя своего настоящего врага. Как заявил недавно один из главных инициаторов ассоциации Украины с Евросоюзом шведский министр иностранных дел Карл Бильдт, в последние несколько лет Россия изменилась в худшую сторону. Если в первое десятилетие после развала СССР она демонстрировала в своей политике приверженность западным ценностям и пыталась привить их населению, то нынешнее российское руководство пошло на поводу у населения и встало в жёсткую оппозицию Западу. Путин, заявил Карл Бильдт, демонстрирует приверженность не общемировым, а православным ценностям, а православие опаснее исламского фундаментализма и представляет главную угрозу Западной цивилизации, в том числе потому, что пытается регламентировать семейные отношения и враждебно геям и трансгендерам. Итак, маска добропорядочности, которую долго носили архитекторы нового мирового порядка, сброшена, они перешли к откровенно фашистским, бесчеловечным методам управления. То, что мы видим сегодня на Украине – это не рецидив нацизма, это часть последовательно осуществляемого стратегического плана: именно так мыслят установление нового мирового порядка крупнейшие финансовые кланы. И выкармливающий головорезов Коломойский – плоть от их плоти. Этим объясняется мёртвое молчание западных политиков, правозащитных организаций, папы римского и прочих «миротворцев» о тех вопиющих военных преступлениях, которые совершаются на наших глазах на Украине. Они все сопричастны преступлениям, и они могут мыслить только в терминах войны. На последней встрече Бильдербергского клуба речь шла именно о подготовке к войне против России. Это прямо признал один из участников встречи голландский политик С. Дидерик. А вот что пишут нам с Украины люди, чей голос не прозвучит ни в каких СМИ: «Сегодня целый день бомбили и расстреливали Красный Лиман и Славянск, у меня там близкие родственники. Горы трупов, они сидели в погребах и скважинах, зверства страшные. Убивают детей, разбомбили больницу для душевнобольных в Семеновке, просто сравняли с лицом земли, расстреливали скорые, которые везли раненых, разбомбили районную больницу, ранили хирургов... У людей нет хлеба, несколько дней не возят, в магазинах разобрали последние припасы. Танки и бронетранспортеры стоят под окнами. Нацики ходили проверяли документы по домам, ставили кресты на домах, не знаю, что это значит. За малейшее сопротивление - расстрел. Трудно поверить? А это правда... Нет названия этому ужасу. Они хуже фашистов». Источник.

17 декабря 2013, 17:07

ФРС: сто лет господства. Четверикова О.Н., Катасонов В. Ю.

Тема программы: столетний юбилей ФРС США. Как приходили к власти мировые ростовщики. Четверикова Ольга Николаевна – к.ист.наук, доцент МГИМО, кафедра истории и политики стран Европы и Америки, зам. председателя Русского экономического общества им. С.Ф. Шарапова; Катасонов Валентин Юрьевич – профессор кафедры международных финансов МГИМО, Председатель […]

01 февраля 2013, 22:36

Шокирующие данные о мировом банковском бизнесе

Совет по финансовой стабильности (Financial Stability Board - FSB), созданный в апреле 2009 года в разгар мирового финансового кризиса на саммите Большой двадцатки в Лондоне, опубликовал в конце 2012 года доклад о проводимых по всему миру теневых операциях банков и других финансовых организаций.В докладе дана оценка масштабов теневых операций в 2011 году. Их общий объем составил 67 триллионов долларов, что не намного меньше величины мирового валового внутреннего продукта в том же году. Цифра потрясает, она кардинальным образом меняет наше представление о структуре и устройстве всей мировой экономики…Масштабы теневых операций банков растут с каждым годом. Самая ранняя оценка относится к 2002 году: 26 трлн. долл. Накануне мирового финансового кризиса (2007 г.) теневые операции составили уже 62 трлн. долл. По мнению многих экспертов, именно все больший уход банков в «тень» усиливает неустойчивость мировой финансовой системы, становится «питательной почвой» для повторения глобальных финансовых кризисов. Правда, авторы доклада пытаются придать своим оценкам и выводам некоторый оптимизм, утверждая, что доля теневых операций в общих оборотах финансовых организаций с 2007 года не увеличивается. Но и в 2011 году она составляла, по оценкам FSB, 25% совокупных оборотов всех банковских и финансовых организаций в мире. Примерно такой же является доля теневого сектора банков и финансовых компаний по показателю активов. А ведь даже четверть мирового финансово-банковского бизнеса в «тени» - запредельно высокая величина.В докладе отмечается, что лидерами по масштабам теневых операций являются финансовые организации США – 23 трлн. долл. На втором месте – организации европейских стран, входящих в зону евро (22 трлн. долл.). На третьем месте – финансовые организации Великобритании (9 трлн. долл.). Таким образом, на финансовые организации всех остальных стран мира (Япония, Канада, Австралия, более десятка европейских стран, Китай, Индия, Россия, Бразилия, все развивающиеся страны) приходится 13 трлн. долл., или менее 1/5.Что касается России, то здесь доля теневого бэнкинга оценивается экспертами на уровне среднемировых значений: 25-30% от оборотов и активов белого бэнкинга. Активы российской банковской системы, по данным Банка России, составляют 47 трлн. рублей (1,5 трлн. долл.), следовательно, в теневом бэнкинге находится активов на 12-14 трлн. рублей (380-440 млрд. долл.) (2)США и Великобритания – главные зоны теневого бэнкингаЦифры, содержащиеся в докладе FSB, очень примечательны на фоне постоянных заявлений государственных деятелей и политиков Запада о том, что основная часть мировой теневой экономики находится за пределами зоны обитания «золотого миллиарда». Из данного доклада следует, что, судя по всему, не менее 90 процентов всего теневого финансово-банковского бизнеса в мире приходится на организации, зарегистрированные в зоне «золотого миллиарда». Поэтому в черные списки ФАТФ (организация, действующая в рамках ОЭСР и занимающаяся вопросами борьбы с теневой экономикой и отмыванием грязных денег) в первую очередь надо вносить такие страны, как США и Великобритания.Наиболее высокий относительный уровень теневых финансово-банковских операций зафиксирован в некоторых финансовых центрах и странах с признаками офшорных зон. Теневые обороты финансово-банковских организаций по отношению к ВВП составили в Гонконге 520%, а в Нидерландах – 490%. Отметим, что в целом по миру все теневые операции финансово-банковских организаций составили в 2011 году 86% мирового ВВП (по данным доклада FSB; по нашим оценкам - 96%). На фоне среднемирового показателя явно выделяются две страны: Великобритания – 370% и США – 150%. Теневые операции обеспечивают банкам и финансовым организациям основную часть их прибылей. В США, например, в первой половине ХХ века доля финансового сектора в общем объеме прибылей компаний всех отраслей экономики находилась на уровне 10%, в 70-е гг. прошлого века – 20%, а в настоящее время – более 50%.В континентальной Европе уровень развития теневого бэнкинга более скромный (за исключением Нидерландов).Авторы доклада к теневым операциям относят те, которые выпадают из поля зрения регулирующих и контролирующих (надзорных) органов. Почему самые большие объемы теневых операций зафиксированы в Соединенных Штатах? Потому, считают авторы доклада, что там во времена президента Билла Клинтона была проведена либерализация финансового регулирования операций банков и других организаций. Прежде всего, был отменен Закон Гласса-Стигала, который запрещал кредитно-депозитным организациям (коммерческим банкам) проведение высоко рисковых инвестиционных операций за счет средств вкладчиков. Согласно этому закону, который был принят в 1930-е годы в условиях разразившегося тогда в Америке кризиса, высоко рисковые спекулятивные операции с ценными бумагами были выведены в так называемые инвестиционные банки (инвестиционные брокеры). Финансовые регуляторы не несли ответственность за спекулятивные операции таких банков, все риски ложились на инвесторов. Отмена закона Гласса-Стигала и некоторые другие послабления финансового регулирования при Б. Клинтоне привели к тому, что средства вкладчиков из банков стали уходить на фондовые рынки. При этом банковский надзор перестал «видеть» полный спектр операций банков, большая часть операций стала для такого надзора непрозрачными. Все это ускорило наступление финансового кризиса сначала в Америке, а затем за ее пределами.Теневой бэнкинг США на основе данных ФРСОценки доклада FSB, относящиеся к США, можно дополнить последними цифрами из статистики Федерального резерва США. По данным ФРС, на конец третьего квартала 2012 года совокупные активы частных депозитных институтов США (проще говоря, коммерческих банков) составили 14,76 трлн. долл., т.е. были почти равны годовому ВВП страны. При этом кредиты депозитных институтов (depository institution loans) составили 2,18 трлн. долл., а кредитные рыночные инструменты (credit market instruments) таких депозитных институтов – 11,29 трлн. долл. (3) Кредитные рыночные инструменты – это различные ценные долговые бумаги, обращающиеся как на фондовой бирже, так и за его пределами. Денежные власти США отслеживают лишь небольшую часть активных операций американских банков, относящихся к традиционному кредитованию. Комиссия по ценным бумагам США более или менее отслеживает операции с ценными бумагами на фондовой бирже, а то, что за ее пределами, – покрыто большим туманом, вернее – тенью.Можно отметить, что значительная часть операций американских банков с ценными бумагами вообще не отражается в их балансах. Тут возможны два варианта.Первый вариант: банки часть своих операций относят к категории забалансовых или внебалансовых (off-balance sheet operations), о них не знают ни регуляторы, ни клиенты, ни партнёры таких банков. Либерализация времен Б. Клинтона создала возможность для широкого использования таких бухгалтерских хитростей как банкам, так и компаниям других секторов экономики. Уже вскоре после того, как был дан зелёный свет использованию таких хитростей, произошел крах энергетического концерна «Энрон», который вел двойную и даже тройную бухгалтерию.Второй вариант: банки создают специальные «карманные» компании, которые предназначены исключительно для спекуляций с бумагами; соответствующие операции отражаются в балансах таких «карманных» компаний.По данным ФРС, на конец третьего квартала 2012 г. общий объем так называемых кредитных рыночных инструментов составил 38,83 трлн. долл. Таким образом, за пределами банков, которые условно можно отнести к белой экономике, имеются тысячи и тысячи компаний и фондов, которые в общей сложности ворочают бумагами в размере 27,54 трлн. долл. По отношению к оценке ВВП США в 2012 году это составляет примерно 175% (4). В первом приближении этой цифрой и можно оценить масштабы теневого бэнкинга в Америке, а оценку FSB в отношении теневого бэнкинга США (150% ВВП) следует рассматривать как крайне консервативную.Механика теневого бэнкингаТаким образом, участниками теневого бизнеса оказываются вполне легальные финансово-банковские организации, операции которых выпадают из поля зрения надзорных органов. Среди таких легальных субъектов особенно выделяются хедж-фонды, взаимные фонды и некоторые виды инвестиционных фондов, которые почти на 100% выпадают из поля зрения регуляторов. Сюда попадают также компании самых разных отраслей, активно торгующие на фондовом рынке (торгово-производственная деятельность для них играет роль маскировки и/или играет подчиненную роль). Формально различные виды фондов и компаний не относятся к банковской системе, но фактически являются продолжением этой системы, инструментами крупных международных банков.Теневая банковская система (теневой бэнкинг) - это по сути та же инвестиционно-банковская деятельность, проводимая в рамках существующего законодательства, но через посреднические компании (фонды, трасты, созданные под специальные цели компании). Эти посредники, как правило, не имеют права привлекать вклады населения и не имеют банковских лицензий. В остальном их деятельность мало чем отличается от деятельности инвестиционного подразделения банка. Использование таких "темных лошадок" существенно увеличивает гибкость предоставления финансовых услуг за счет того, что они практически неподвластны регуляторам.Теневой бэнкинг, анализируемый в докладе FSB, отличается от классических теневых операций банков. Последние включают в себя операции по «отмыванию» «грязных» денег, перевод безналичных денег в наличную форму для обслуживания разных видов теневой экономики, финансирования терроризма, коррупции, увод прибыли в офшоры и т.п. По данным ЦРУ, объем таких «классических» операций банков составляет 3-4 трлн. долл. в мировом масштабе. (К слову сказать, в России годовые обороты такого классического теневого бизнеса банков оцениваются величиной порядка 100 млрд. долл.). Особенностью классических теневых операций банков является то, что в случае раскрытия махинаций банкиры несут за них юридическую ответственность, нередко уголовную. Теневой бэнкинг, описываемый в докладе FSB, относится к разряду легальных операций.Совет по финансовой стабильности полагает, что распространенным видом легальных теневых операций является обратный выкуп активов в виде ценных бумаг (операции «репо»). Так, во время глобального кредитного кризиса один из крупнейших банков Уолл-стрит Lehman Brothers временно убрал с баланса 50 миллиардов долларов «проблемных» активов посредством сделок «репо». Подобным образом банк пытался убедить инвесторов в своей устойчивости и надежности.Есть операции, позволяющие убрать с баланса «проблемные» активы не на время, а навсегда. Среди последних особенно большой размах получили операции так называемой секьюритизации. Суть их в том, что банк свои кредитные требования (кредитные активы) переоформляет в ценные бумаги, реализация которых на финансовом рынке осуществляется через специальную посредническую компанию. Такая компания, естественно, создается самим банком и им же контролируется. Банк продает кредитные требования специальной компании оптом, смешивая кредиты разного качества. Специальная компания «расфасовывает» эту смесь непонятного качества (чаще всего качество – ниже всяких стандартов) на «пакетики» из ценных бумаг и перепродает смесь в розницу разного рода доверчивым инвесторам на финансовом рынке. Образно выражаясь, осуществляется продажа «кота в мешке». Именно так закладывались «фугасы» под американскую экономику в прошлом десятилетии: ипотечные кредиты банков преобразовывались в ипотечные бумаги, которые на фондовом рынке расхватывались как горячие пирожки. Кончилось все кризисом 2008-2009 гг. Таково вкратце описание секьюритизации, о которой в учебниках по экономике пишут как о «высшем достижении» современного «финансового инжиниринга». Подробно растолковываются алгоритмы операций, но при этом не раскрывается мошенническая их суть. В 99% случаев секьюритизация банковских активов оканчивается банальным надувательством публики, а то и масштабным кризисом. А банки формально оказываются тут ни при чем, выходят из воды сухими.Теневой бэнкинг, FSB и Банк международных расчётовПосле финансового кризиса 2008-2009 гг. многие страны ужесточили правила работы на фондовом рынке для различных видов финансовых организаций. Этого оказалось достаточно для того, чтобы не допустить роста удельного веса теневых операций в общих оборотах финансово-банковских организаций, но недостаточно для того, чтобы сдержать рост абсолютных объемов теневых операций. Как показывает практика, чем более строгими становятся требования по раскрытию информации и выполнению различных требований регуляторов, тем больше денег перетекает в сектор теневого бэнкинга. Поэтому денежным властям приходится лавировать между Сциллой и Харибдой: с одной стороны, не доводить процесс регулирования банковского сектора до абсурда, чтобы не допускать полного ухода средств в «тень», а с другой - контролировать системные риски, источник которых в основном кроется именно в теневой финансовой системе.Предполагается, что вопросы теневого бэнкинга будут обсуждаться лидерами G20 на саммите в Санкт-Петербурге в 2013 году. Совет по финансовой стабильности (FSB) намерен на этом саммите выступить с актуальными предложениями по борьбе с теневым бэнкингом.В заключение коротко о FSB. Официально декларированная цель этой организации - координация на международном уровне действий национальных финансовых властей и международных организаций по разработке и практической реализации мер укрепления финансовой стабильности. Меры предусматривают мониторинг, регулирование и надзор со стороны финансовых властей банков и иных организаций, действующих на финансовых рынках (фондовых, валютных, кредитных, денежных, страховых). В настоящее время FSB возглавляет Марк Карни (Mark Carney), управляющий Центрального банка Канады (Банка Канады).Секретариат FSB расположен в Базеле в здании Банка международных расчетов (БМР). Де-факто FSB оказывается подразделением БМР – организации, координирующей деятельность центральных банков разных стран. В рамках БМР действует комитет по банковскому надзору, разрабатывающий рекомендации для центральных банков и других финансовых регуляторов по предотвращению массовых банкротств банков и банковских кризисов. Эти рекомендации содержатся в объемистых документах, которые принято называть «Базель 1», «Базель 2», «Базель 3». Рекомендации Банка международных расчётов по банковскому надзору фактически консервировали и продолжают консервировать сложившуюся в мире воровскую ростовщическую систему, порождающую кризисы (пример - мировой финансовый кризис 2008-2009 гг.). Это неудивительно: ведь БМР – организация, созданная самыми могущественными мировыми ростовщиками, но это уже тема отдельного разговора. Можно лишь коротко сказать, что БМР наряду с Федеральным резервом является ключевой организацией мировой финансовой системы.Есть подозрение, что FSB также не сможет выполнить возложенной на эту организацию миссии. По крайней мере, функционирование FSB в течение трех с половиной лет с момента учреждения и в малейшей степени не притормозило рост теневого бэнкинга в мире.(1) FSB Publishes Initial Integrated Set of Recommendations to Strengthen Oversight and Regulation of Shadow Banking. FSB Press release. 18 November 2012.(2) Александра Лозовая, директор аналитического департамента «ИК Вектор секьюритиз» // Мнение.ру, 20 ноября 2012.(3) Flow of Funds Accounts of the United States. Third Quarter 2012. Federal Reserve Statistical Release. – Wash., December 7, 2012, pp.75.(4) Ibid., pp.76-77.Автор: Валентин Катасоновhttp://www.fondsk.ru/news/2013/02/01/shokirujuschie-dannye-o-mirovom-bankovskom-biznese-18936.html