• Теги
    • избранные теги
    • Разное397
      • Показать ещё
      Международные организации105
      • Показать ещё
      Страны / Регионы175
      • Показать ещё
      Компании75
      • Показать ещё
      Люди110
      • Показать ещё
      Показатели55
      • Показать ещё
      Сферы10
      Издания6
      Формат3
Бреттон-Вудская конференция
21 ноября, 23:23

Текст: Трамп никогда не согласится работать ни с Набиуллиной, ни с Шуваловым  ( Михаил Хазин )

Полная версия моего интервью изданию «БИЗНЕС Online». О том, почему Путин сносит «неприкасаемых» либералов и сделает ли новый президент США Россию «младшим партнером» В России нет ни одного человека на сколько-нибудь ключевой должности, которого можно было бы отправить на новую Ялтинскую и Бреттон-Вудскую конференцию, считает экономист Михаил Хазин, кандидатуру которого партия «Родина» официально предложила на пост главы минэкономразвития РФ вместо арестованного Алексея Улюкаева. В интервью «БИЗНЕС Online» он рассказал, кто внутри автомобилей, на лобовых стеклах которых наклеены фото Клинтон и Трампа. «ЛИБО СПАСАТЬ МИРОВУЮ ФИНАНСОВУЮ СИСТЕМУ, Л...

17 ноября, 08:00

Михаил Хазин: «Трамп никогда не согласится работать ни с Набиуллиной, ни с Шуваловым»

В России нет ни одного человека на сколько-нибудь ключевой должности, которого можно было бы отправить на новую Ялтинскую и Бреттон-Вудскую конференцию, считает экономист Михаил Хазин, кандидатуру которого партия «Родина» официально предложила на пост главы минэкономразвития РФ вместо арестованного Алексея Улюкаева. В интервью «БИЗНЕС Online» он рассказал, кто внутри автомобилей, на лобовых стеклах которых наклеены фото Клинтон и Трампа.

11 ноября, 17:00

Швейцарские хозяева денег

Десять раз в год – каждый месяц, кроме августа и октября – небольшая группа хорошо одетых мужчин приезжает в швейцарский город Базель. С небольшими чемоданами и атташе-кейсами в руках они отправляются в Euler Hotel, что напротив железнодорожного вокзала. В этот сонный городок они прибывают из совершенно разных мест, таких как Токио, Лондон и Вашингтон, Округ […]

11 ноября, 14:40

США меняют врага: №1 теперь Китай

Приведет ли новая политика Вашингтона к кризису в отношениях с Пекином?

10 ноября, 09:54

Президентские выборы в США: два кандидата – две модели развития

В-пятых, Трамп чётко заявил, что дальше наращивать долговую пирамиду Америки нельзя, кончится всё катастрофой. Он сформулировал крамольное, с точки зрения хозяев денег, предложение: начать с иностранными держателями американских долговых бумаг переговоры о реструктуризации суверенного долга США. Для хозяев денег такое предложение звучит дико: они никогда даже не помышляли выполнять свои долговые обязательства перед иностранными держателями американских бумаг.

09 ноября, 16:18

Президентские выборы в США: два кандидата – две модели развития

Завершившиеся президентские выборы в США обнажили проблемы, которые накапливались десятилетиями. Неожиданно для многих стало очевидно, что Америка разделена: выборы высветили классовые противоречия в американском обществе. В американских СМИ замелькали заголовки: «Восстание рабочего класса», «Американский пролетариат проснулся». Действительно, большая часть населения Америки – наёмные работники, реальные доходы которых...

27 октября, 16:31

Текст: Противостояние изоляционистов и финансистов ( Михаил Хазин )

Я уже неоднократно объяснял, что предвыборная кампания в США затрагивает не только эту страну, но окажет принципиальное влияние на весь мир. Связано это с тем, что, в отличие от многих предыдущих выборов, противоположные стороны представляют не две фракции одной «партии» (ну, точнее, элитной группы), а две элитные группы, причем, остро конфликтующие. Базовое основание для их противоречия было заложено в 1944 году, на Бреттон-Вудской конференции, и смысл его в том, что невозможно больше совмещать международные и национальные функции доллара США без острого конфликта интересов. Попытка разрешить этот конфликт в пользу транснациональной финансовой элиты (которая определяла экономическую политику США многие десятилетия) с помощью проекта «...

12 октября, 23:40

Текст: С Олландом говорить не о чем ( Михаил Хазин )

Многочисленные атаки на Россию связаны не только с тем, что США не нравится, как Россия, опираясь на Турцию и Иран, создает независимый от США центр силы на Ближнем Востоке. Но еще и с тем, что сами Штаты сегодня не в состоянии предъявить какой-либо конструктивной позиции. США с конца 1980-х годов были не просто монопольным центром силы, но и монопольным определителем правил игры. И это всех устраивало, потому что американские власти объясняли всем, как в рамках этих правил игры можно заработать деньги. Россия, например, получала свой кусок от продажи нефти и других энергоносителей. Сегодня становится понятно, что старые правила игры, установленные в рамках модели, которая сложилась по итогам Бреттон-Вудской конференции, больше не работают, не обеспечивают экономического развити...

12 октября, 18:47

С Олландом говорить не о чем

Многочисленные атаки на Россию связаны не только с тем, что США не нравится, как Россия, опираясь на Турцию и Иран, создает независимый от США центр силы на Ближнем Востоке. Но еще и с тем, что сами Штаты сегодня не в состоянии предъявить какой-либо конструктивной позиции. США с конца 1980-х годов были не просто монопольным центром силы, но и монопольным определителем правил игры. И это всех устраивало, потому что американские власти объясняли всем, как в рамках этих правил игры можно заработать деньги. Россия, например, получала свой кусок от продажи нефти и других энергоносителей. Сегодня становится понятно, что старые правила игры, установленные в рамках модели, которая сложилась по итогам Бреттон-Вудской конференции, больше не работают, не обеспечивают экономического развития. Ничего страшного в этом нет — модели меняются регулярно. Проблема в другом: если США претендуют на то, чтобы остаться мировым лидером, они должны предложить новую модель. А предложить им нечего, именно поэтому власти США пытаются тянуть время. И в этой ситуации любые действия других стран, демонстрирующие, что новой модели нет, вызывают сильное раздражение.Положение ЕС еще более тяжелое, чем США. Дело в том, что все лидеры ЕС находятся под контролем американских лидеров, и без четкого целеуказания они ни на какие самостоятельные переговоры идти не могут. Никаких же указаний сейчас нет и быть не может, потому что в Америке идет заключительная стадия предвыборной кампании. Поскольку позиции Клинтон и Трампа кардинально отличаются, никто не знает, какую стратегию изберет страна после выборов, в том числе и в отношении своих европейских партнеров. В результате Франсуа Олланд оказался в очень тяжелом положении, потому что, с одной стороны, он должен вести себя, как лидер державы, а с другой — он не может ничего сказать, потому что не получил никаких инструкций. Но и признаться в этом, естественно, тоже нельзя. Именно поэтому я склонен считать, что отказ Путина от поездки в Париж связан только с тем, что ему там попросту нечего делать. Поскольку открытия культурного центра не состоится, поводов для разговора с Олландом нет. А о политике он, в отличие от Путина, говорить не готов. Ну, а в чем тогда смысл встречи?

11 октября, 10:00

Что кризис потребует от России

Мы настолько привыкли к выражениям типа «сверхдержава», «региональный лидер», «мировой лидер», что часто не думаем о том, какой смысл в них вкладывается. Мы помним, что СССР был лидером трети мира; мы читаем, что американские политики все время твердят: «США должны оставаться мировым лидером». Но что для этого нужно делать? Исторический опыт показывает, что военной силы […]

20 сентября, 07:05

У доллара врагов нет, но есть конкуренты

Существует порочная практика анализа, приписывающая Китаю и России борьбу с долларом. Во многих случаях приписывают даже намерение сокрушить валюту США. Если опираться на здравомыслие, то такой вариант развития сюжета просто невозможен.Любой экономист самого паршивенького факультета объяснит, как дважды два, что ни одна страна мира рисковать и уничтожать мировое платежное средство не будет. Это смертельно опасно для мировой экономики. Китай – не исключение; но и Китай, и Россия понимают, что современная финансовая система в своем бесконтрольном развитии стала работать на США. Эта незаконная прибыль и является предметом размышления и борьбы для экономик стран, которые влились в мировую систему слишком поздно

11 сентября, 18:35

Новый раунд глобальной нефтяной игры. Часть IX

В предыдущей части исследования мы выяснили, что и нефтяной «ценовый бум» в 2010–2014 годах, и последующий ценовый обвал были в основном связаны не с фундаментальными рыночными факторами спроса/предложения, а с совершенно другими причинами. И в завершение задали вопрос о том, какие же это могут быть причины. Одной из причин, как мы уже выяснили, оказываются недостоверные, то есть ошибочные и/или фальсифицированные данные о состоянии нефтяной отрасли, то есть объемах добычи и потребления нефти. А кто собирает, анализирует, сводит и «выдает на-гора» такие данные? Этим, как мы уже говорили, занимаются профессиональные аналитические институты отрасли: Международное энергетическое агентство (МЭА), Организация стран-экспортеров нефти (ОПЕК), Агентство энергетической информации США (АЭИ), Американский институт нефти (АИИ), экспертно-аналитические службы крупнейших банков, рейтинговых агентств и нефтяных бирж. Именно эти «экспертные субъекты» собирают и предъявляют мировому бизнес-сообществу и обществу информацию о состоянии и динамике добычи и потребления нефти в мире и в отдельных странах и регионах, о накоплении и расходовании стратегических и коммерческих запасов нефти, о рисках и угрозах для стабильности нефтяного рынка, а также — внимание! — о состоянии и динамике цен покупки/продажи реальной, физической нефти разных маркерных сортов на мировых рынках. То есть именно эти субъекты подают мировой экономике (которая и сейчас, и в обозримом будущем будет в очень высокой степени «завязана» на нефть) сигналы о том, почем нефть нынче, и на какие цены экономике нужно рассчитывать в ближайшем, среднесрочном и долгосрочном будущем. Как мы видим, эти «итоговые» сигналы нередко оказываются очень сильно искаженными. Значит, нам придется внимательно разобраться в том, откуда и как эти субъекты получают ту самую информацию (в том числе, первичные сигналы о состоянии и динамике нефтяного рынка), на основании которой они, в свою очередь, формируют свои собственные ценовые сигналы «мировому сообществу». То есть мы должны детально проследить пути сигналов о ценах на нефть от их первичной формы (состояние фундаментальных факторов на нефтяном рынке) до того вида этих сигналов, которые мировой экономике предъявляют различные, в том числе профессиональные экономические, средства массовой информации. Приступим. Коммерческие запасы нефтии действия трейдеров Как мы уже упоминали ранее, самые прямые и непосредственные сигналы о ценах на реальную, физическую нефть подают те, кто эту реальную нефть продает и покупает. То есть те, кто оформляет сделки, страхует риски, обеспечивает хранение, предпродажную подготовку и транспортировку сырья от производителей к потребителям. И, в итоге, выплачивает и получает деньги. Это — специализированные компании-трейдеры, а также трейдинговые подразделения крупнейших нефтяных корпораций (через которые сейчас проходит львиная доля мировой нефтяной торговли) и трейдинговые «дочки» разнообразных фирм, причастных к нефтяной отрасли. Кто же конкретно входит в этот круг поставщиков первичной фундаментальной информации о нефтяном рынке, и как они формируют свой сигнал? Это, во-первых, крупнейшие специализированные международные и национальные трейдерские компании — Vitol, Glencore, Gunvor, Trafigura, Koch Industries, Mercuria, Arcadia, Mabanaft и другие. Это, во-вторых, трейдинговые подразделения таких «нефтяных грандов», как ExxonMobil, British Petroleum, Royal Dutch Shell, Statoil, Chevron, ConocoPhillips, PetroChina, Saudi Aramco, Iraq National Oil Company, Petróleos de Venezuela и так далее. И это — внимание! — до недавних пор еще и трейдинговые дивизионы крупнейших американских банков, которые, оказывается, в период с 2003 года по 2013 год играли огромную роль на рынке трейдинга реальной, физической нефти. Дело в том, что в 2003 г. Федеральный резерв США «в порядке исключения из федерального законодательства» разрешил ряду крупнейших американских инвестиционных банков работать в роли трейдеров на рынках сырья и других товаров. С этого момента такие финансовые «киты», как Goldman Sachs, J. P. Morgan, Citigroup, Morgan Stanley, Bank of America, Barclays и так далее — активно занялись торговлей физической нефтью. В том числе, создавая собственные трейдинговые «дочки» и «внучки», приобретая или арендуя огромные объемы наземных резервуаров для хранения нефти, флот «супертанкеров», трубопроводные и цистерновые мощности и т. д. Что делает эта «трейдинговая армада»? Она заключает долгосрочные контракты на поставки нефти странам, компаниям, нефтеперерабатывающим заводам и т. д. Она выставляет на срочный, так называемый «спотовый», рынок нефть с предложениями немедленных или отсроченных на определенную дату («форвардных») поставок. Она хранит для обеспечения этих операций коммерческие запасы нефти в подземных емкостях, наземных резервуарах и стоящих на якоре танкерах. Она охраняет, транспортирует, перекачивает эту нефть. Она заключает страховые и перестраховочные контракты на все перечисленные операции, и так далее. И она на всех этих операциях зарабатывает свою долю нефтяных денег. Могут ли вносить искаженияв цену на нефть трейдеры? В определенных пределах — могут. Рассмотрим, как. Данные о ценах на физическую нефть объявляются так называемыми «котировальными агентствами», которые собирают информацию о сделках с реальной нефтью по всему миру и сообщают котировки — текущий уровень и краткосрочный прогноз цен. Крупнейшие из таких агентств, имеющие свои подразделения по всему миру, — это американское Platts и британское Argus Media. Как это происходит «в натуре», например, в «Платтс»? Сотрудники агентства в течение дня получают данные о сделках с физической нефтью и ценах в этих сделках от трейдеров. При этом особое внимание агентство уделяет сделкам, происходящим в последние 45 минут торгового дня — этот период трейдеры называют «торговым окном». А после окончания торгов агентство, обобщая результаты сделок, объявляет (публикует в оперативном электронном бюллетене) цены на торгуемые сорта нефти, которые, по оценке агентства, наиболее точно отражают стоимость нефти на рынке на момент его закрытия в данный день. При этом «искажения сигнала» о ценах сделок на реальную нефть возможны и на уровне трейдера, и на уровне котировального агентства. Во-первых, трейдеры передают котировальным агентствам информацию о своих сделках добровольно, обязательности в такой передаче информации нет. И если специализированные трейдеры, которых мы перечисляли выше, очень дорожат своей репутацией (от которой зависят объемы их бизнеса) и, как правило, данные о своих сделках котировальным агентствам сообщают вовремя и достоверно, то трейдинговые подразделения нефтяных корпораций и банков сообщают такую информацию не всегда и не полностью. Более того, трейдинговые дивизионы нефтяных корпораций иногда сообщают котировальному агентству неверные данные о своих сделках для фальсификации котировок. Так, например, в мае 2013 года в Европе был скандал с обвинениями антимонопольной комиссии ЕС против нефтяных корпораций BP, Royal Dutch Shell и Statoil в том, что они «вступили в сговор, сообщая агентству искаженные данные с целью манипулирования публикуемыми ценами на нефть и биотопливо». По этому обвинению в офисах указанных корпораций и агентства Platts были проведены проверки с изъятием документации о сделках. Однако у трейдеров есть и другие, не преследуемые законом способы влияния на искажение котировок нефти, в чем они уже неоднократно публично признавались в прессе. Об этом, например, сообщала в июле 2013 года The Wall Street Journal. Суть тактики следующая. Трейдер, который заключил контракт на закупку крупной партии нефти по цене, привязанной к котировке Platts, в течение нескольких дней перед исполнением контракта продает небольшие партии нефти перед концом торгового дня, в упомянутом «окне Platts», по существенно заниженной цене. И, таким образом, опускает котировку Platts и получает законную возможность купить крупную законтрактованную партию нефти по более выгодной, низкой цене. Понятно, что аналогичным образом трейдеры могут, наоборот, добиваться завышения котировок Platts перед тем, как они должны исполнить контракт по продаже крупных партий нефти. Кроме того, в прессе уже не раз появлялись предположения о том, что к искажениям котировок, то есть главных ценовых сигналов с рынка физической нефти, могут быть причастны и сами котировальные агентства. В связи с этим отмечалось, что, например, Platts — это не самостоятельная независимая компания, а подразделение крупной американской экономико-аналитической и издательской медиа-группы McGraw-Hill (она недавно объявила, что до конца 2016 года сменит свое название на S&P Global Inc). В McGraw-Hill, кроме Platts, входят еще и самое влиятельное международное рейтинговое агентство Standard & Poor’s, мировой агрегатор фондовых индексов S&P Dow Jones Indices и аналитико-консалтинговая компания S&P Capital IQ. Помимо этого, McGraw-Hill является крупнейшим издателем учебной литературы, а также владельцем сети телеканалов и радиостанций. Очевидно, что такой «пакет» взаимосвязанных под единым руководством аналитических и медиа-трансляционных возможностей — создает достаточно широкий простор для таких типов «информационно-аналитического бизнеса», который экономическим правом определяется как «сделки с заинтересованностью» и преследуется по закону... В связи с этим, как писала лондонская The Financial Times, важно то, что, в отличие от европейских нефтяных корпораций, «многие крупные компании из США сообщают котировальным агентствам о ценах своих сделок крайне редко». Та же газета подчеркнула, что «эксперты Platts сами определяют, данные о каких сделках включить в расчет, и могут исключить из него данные, не отражающие, по их мнению, реальной картины на рынке». Как мы видим, связка «трейдеры — котировальные агентства» вполне может подавать мировой экономике весьма искаженные сигналы о текущих и прогнозируемых ценах на нефть. Однако здесь нужно оговорить, что основной крупный доход «добропорядочные» трейдеры всё же получают не на описанных махинациях. Очень существенный для них заработок — исполнение отсроченных сделок на растущем по ожиданиям, то есть на «бычьем», рынке, когда «дальние» фьючерсные контракты (о фьючерсах мы говорили ранее) по цене выше «ближних». В этом случае прибыль трейдеров определяется возможностью накапливать запасы нефти в хранилищах по текущим низким ценам и заключать контракты на продажу по будущим высоким ценам, используя так называемое «контанго» — ожидания рынка на рост цен. Именно для таких операций трейдеры и трейдинговые подразделения нефтяных корпораций и банков строят, приобретают и арендуют огромные объемы подземных, наземных и танкерных хранилищ для коммерческих запасов нефти, и в случае высокого уровня контанго (а он при «бычьем» рынке нередко достигает 4–5 долл./барр.)заполняют эти хранилища «до отказа». Тогда, например, при уровне цен на нефть в 50 долл./барр. дополнительная прибыль «хранителей нефти» от контракта на высоком контанго, за вычетом расходов на хранение, достигает 6–8 %, а при более низких ценах на нефть может быть еще выше. Лидеры в этом бизнесе — крупнейшие нефтедобывающие корпорации. По данным на 2013 г., их трейдинговые дивизионы контролировали около 80 % объема мировых нефтехранилищ. А на втором месте по объемам хранилищ, по ряду сообщений, тогда же оказались не профессиональные трейдеры, а трейдинговые «дочки» и «внучки» крупнейших американских инвестиционных банков. Почему эти банки столь активно вложились в такую, вроде бы, для них несвойственную, сферу бизнеса, мы обсудим позже. Сейчас же подчеркнем, что коммерческие запасы добытой нефти в хранилищах (а ее ведь запасают, рассчитывая в будущем выгодно продать) не могут не оказывать достаточно сильное влияние на нефтяные цены. Ведь, по сути, пополнение этих запасов трейдерами равносильно сокращению предложения нефти потребителям, то есть созданию на рынке искусственной «дефицитной» тенденции, — и, значит, почти всегда росту контанго, то есть ожиданий повышения цен. А распродажа трейдерами этих запасов означает рост предложения нефти рынку, то есть фактическое создание тенденции нефтяного избытка и снижения цен. По последним данным на апрель 2016 года, мировые коммерческие запасы нефти в хранилищах уже составляют до 2,2 млрд барр. А это — примерно 25 дней глобального потребления, даже если в этот период вообще все в мире перестанут добывать нефть. Очевидно, что постепенное предъявление этих запасов на рынок вполне может достаточно долго «тормозить» существенное повышение цен на нефть — даже в том случае, когда между глобальной добычей и глобальным потреблением нефти уже установился баланс. Однако, трейдеры и трейдинговые дивизионы нефтяных корпораций и банков, пусть и обладая хранилищами коммерческой нефти объемом в сотни миллионов баррелей, не в состоянии решающим образом и надолго развернуть глобальный рынок в нужную им сторону. Они, как мы видим, могут прибыльно играть на колебательной, «волнообразной» динамике рынка с длительностью волн (понижательной «медвежьей» и повышательной «бычьей» тенденций) максимум около года, чередуя периоды массированного накопления и массированных продаж коммерческих запасов. Но в этом «волновом» процессе все-таки есть «опорная ось» — динамика спроса и предложения реальной, физической нефти на рынке и ценовые показатели реальных сделок. А кто и как может выйти за рамки этой «физической реальности» и менять рыночные тенденции без особой оглядки на реальность? Здесь я хочу обратить внимание на недавнее знаковое высказывание главы крупнейшей российской нефтяной корпорации. 10 февраля 2016 года в Лондоне, на очередной международной конференции по нефтяному рынку International Petroleum Week 2016, глава «Роснефти» Игорь Сечин горестно заявил: «Надо признать, мы недооценили тот факт, что финансовые участники рынка не знают ограничений в решении своих чисто финансовых задач и готовы тестировать любые ценовые уровни — 27 долларов в январе, например, и вплоть до 10 долларов за баррель». Что же это за финансовые участники рынка, и как они могут за счет нефти решать свои чисто финансовые задачи? Для ответа на эти вопросы нам придется достаточно серьезно отвлечься от собственно нефти — в сферу глобальных финансов. Долларовый финансовый мир В начале 1930-х годов, в ходе Великой Депрессии, правительство США, в рамках чрезвычайных мер по борьбе с кризисом, изъяло у всех американских граждан находившееся у них в частном владении золото. А в ходе Второй мировой войны США, которые в очень больших масштабах поставляли основным партнерам по антигитлеровской коалиции военные и гражданские товары, получили в качестве оплаты за эти товары огромные объемы золота из воюющих стран. В результате к завершению войны Казначейство США располагало золотым запасом размером более 20 тысяч тонн — это примерно 70 % всего мирового золота. Одновременно выяснилось, что валютные системы почти всех воевавших стран крайне ослаблены, и золота у них очень мало. В том числе был ослаблен и прежний гегемон мирового валютного рынка — Великобритания. В результате оказалось просто невозможно обеспечивать работу мирового финансового рынка и международную торговлю на основе прежнего, так называемого «золотодевизного», валютного стандарта. Потому что в рамках этого стандарта, принятого после Первой мировой войны, в 1922 году на Генуэзской конференции, все валюты должны были свободно обмениваться на золото и определенные иностранные валюты («девизы»), причем каждая из этих валют должна была гарантированно соответствовать фиксированному содержанию золота. На этом фоне американский доллар фактически стал единственной валютой, полноценно обеспеченной золотом и способной устойчиво обеспечивать мировую торговлю. И на Бреттон-Вудской конференции 1944 года (той самой, на которой были учреждены Международный валютный фонд и Всемирный банк) было принято решение перейти от золотодевизного стандарта к стандарту золотовалютному. По этому новому стандарту американский доллар, с его фиксированным золотым эквивалентом 35 долларов за тройскую унцию (примерно доллар за грамм), стал основной мировой резервной валютой. Причем с условием, что обменивать доллар на его золотой эквивалент имели право только правительства и центральные банки других стран и только в Казначействе США. С этого момента доллар начал очень быстро укреплять свои — и без того достаточно сильные — позиции в качестве основной валюты глобальных финансовых расчетов, мировой торговли и даже внутреннего денежного обращения многих стран. Однако, по мере выхода большинства стран-участниц Второй мировой войны из послевоенного кризиса и наращивания их экономического потенциала, золотой запас США оказывался всё более недостаточным для резко растущего (особенно за счет Европы и Японии) масштаба глобальных валютных и торговых операций. И, соответственно, для поддержания золотого эквивалента доллара на уровне 35 долларов за тройскую унцию. К 1970 году золотой запас США снизился более чем в два раза, до 9,8 тысяч тонн, то есть произошло его решительное перераспределение в другие (прежде всего — быстроразвивающиеся европейские) страны. А мир и далее наводнялся всё большей массой наличных и безналичных долларов, которые могли быть в любой момент предъявлены Казначейству США к обмену на золото. Впервые такое предъявление сделал президент Франции Шарль де Голль на рубеже 1970-х годов, причем сразу на 1,5 млрд долл. За ним последовали Германия и другие страны. В результате летом 1971 года президент США Ричард Никсон принял решение о «временном» прекращении обмена долларов на золото. В декабре того же года США объявили первую — на 8 % — девальвацию доллара к золоту, в феврале 1973 года произошла следующая девальвация. А далее золотое содержание доллара стало падать лавинообразно, и к 1978 году золотой эквивалент доллара упал примерно в двадцать раз. Начиная с марта 1973 года, Ямайская международная валютная конференция начала работу по изменению глобального валютного стандарта. А США начали поиски нового механизма поддержки мировой гегемонии доллара. Напомню, что 1973 год — это год глубочайшего нефтяного кризиса, когда арабские страны Персидского залива приостановили поставки нефти странам Запада, поддержавшим Израиль в так называемой «шестидневной войне». Именно в этот момент и именно в контексте этой войны в глобальную валютную игру включается нефть. На сцене — «нефтедоллар» Американская элита очень хорошо понимала, что снижение доверия к доллару (и спроса на него в мире) является стратегической угрозой и экономике США, и американской политико-экономической гегемонии. И не менее хорошо понимала, что для обеспечения растущего американского спроса на энергоносители необходимо срочно мириться с главным поставщиком нефти на глобальный рынок — Саудовской Аравией. Решение этой двуединой проблемы приписывают Генри Киссинджеру, госсекретарю США в администрации Никсона. Саудовской Аравии была предложена стратегическая сделка следующего содержания: США обеспечивают военную поддержку Саудовской Аравии против любых агрессивных действий ее соседей, включая Израиль, в том числе гарантиями поставки саудитам современных американских вооружений. Кроме того, США обеспечивают модернизацию саудовской нефтяной промышленности и в целом экономики страны новыми американскими технологиями, а также дают гарантии защиты саудовских нефтяных месторождений; в обмен Саудовская Аравия обязуется продавать свою нефть на мировом рынке только за американские доллары, а неизрасходованные излишки этих долларов инвестировать в долговые ценные бумаги США. Сделка была заключена, причем другие нефтедобывающие страны, оглядываясь на саудитов как лидеров мирового нефтяного рынка, последовали их примеру. К 1975 году практически все нефтедобывающие страны картеля ОПЕК начали продавать нефть только за доллары и на свои «излишки» нефтяных доходов покупать казначейские обязательства США (государственные долговые ценные бумаги) — трежерис. Так Америка обеспечила себе альтернативу золоту для поддержки своей валютной системы — непрерывный и растущий поток так называемых «нефтедолларов». А вскоре после этого (в 1976–78 годах) Ямайская валютная конференция окончательно упразднила Бреттон-Вудский золотовалютный стандарт и объявила все мировые валюты таким же торгуемым рыночным товаром, как зерно, металлы или нефть, цена на который (валютный курс) определяется лишь спросом и предложением на валютных биржах. А поскольку доллар США к этому времени уже не только прочно закрепил за собой роль главной валюты международных расчетов, но и заодно был мощнейшим образом подкреплен непрерывным потоком «нефтедолларов», то глобальная финансовая система и мировая торговля оказались в огромной степени «долларовыми». Однако эта метаморфоза в глобальных финансах была не единственной. Отмена единого — золотого — ценового эквивалента привела к тому, что цены на все товары, услуги и валюты стали, во-первых, более волатильными (росли и падали существенно сильнее и быстрее, чем ранее) и, во-вторых, менее предсказуемыми. А это вызвало к жизни потребность в страховании рисков сделок с реальными активами от непредсказуемых колебаний цен, рисков банкротства заемщиков денег и т. д., то есть потребность в страховочных и перестраховочных ценных бумагах, связанных с соответствующими торгуемыми «базовыми» активами, — от валют до нефти, угля, металлов, зерна и т. д. Это и были те самые деривативы («производные») от реальных торгуемых товаров, которые мы уже не раз упоминали в нашем исследовании. Именно в ходе рассмотренных нами трансформаций мировой валютной системы появились и начали быстро расти все «виртуальные» рынки. Включая виртуальный «деривативный» нефтяной рынок. (Продолжение следует.) Юрий Бялый Опубликовано в газете «Суть времени» №180 от 1 июня 2016 г. http://gazeta.eot.su/article/novyy-raund-globalnoy-neftyanoy-igry-chast-ix

03 августа, 07:32

О «царском золоте» России в США

Историки до сих пор спорят, куда делось золото Российской империи. Есть мнение, что благодаря русскому золоту США стали лидерами западной цивилизации. Поднимаются две основные темы. Во-первых, якобы Россия еще во времена императора Николая II участвовала как акционер в учреждении Федеральной резервной системы США (закон о ФРС был принят Конгрессом США в последние дни 1913 года). Мол, Российская империя (в некоторых сообщениях — лично русский царь) внесла долю в капитал ФРС золотом. Во-вторых, основная часть золотого резерва Международного валютного фонда при создании фонда была сформирована за счет царского золота.

02 августа, 06:10

О «царском золоте» России в США

Историки до сих пор спорят, куда делось золото Российской империи. Есть мнение, что благодаря русскому золоту США стали лидерами западной цивилизации. Поднимаются две основные темы. Во-первых, якобы Россия еще во времена императора Николая II участвовала как акционер в учреждении Федеральной резервной системы США (закон о ФРС был принят Конгрессом США в последние дни 1913 года). Мол, Российская империя (в некоторых сообщениях — лично русский царь) внесла долю в капитал ФРС золотом. Во-вторых, основная часть золотого резерва Международного валютного фонда при создании фонда была сформирована за счет царского золота.

22 июля, 18:01

Глобальная экономическая динамика и ее политическое требование к России

Оригинал взят у izborskiy_clubМихаил Хазин1Мы настолько привыкли к выражениям типа "сверхдержава", "региональный лидер", "мировой лидер", что часто не думаем о том, какой смысл в них вкладывается. Мы помним, что СССР был лидером трети мира; мы читаем, что американские политики все время твердят: "США должны оставаться мировым лидером". Но что для этого нужно делать? Исторический опыт показывает, что военной силы для лидерства недостаточно.Прежде всего, для любого доминирования нужна идея. Для мирового доминирования - глобальная идея, в идеале - глобальный проект. На сегодня в мире имеют место несколько "спящих" глобальных проектов (пара христианских - Католический и Православный, а также "Красный" проект) и всего два действующих: Исламский и "Западный". Исламский находится (после реинкарнации в конце XX в.) в начальной, сетевой стадии; претендует же на гегемонию только один проект - "Западный", который все еще ощущает себя победителем по итогам глобальной схватки во второй половине XX в. с "Красным" проектом.Его проблема заключается в том, что у него нарастают именно идеологические проблемы. Хотя идеи "свободы" и "демократии" пока публично поддерживаются элитами почти всех более или менее значимых стран мира, в реальной жизни - так сказать, за кулисами - ситуация начинает стремительно и необратимо меняться. Кстати, кавычки в предыдущем предложении поставлены не случайно, поскольку понимание соответствующих терминов в рамках проектной терминологии для различных глобальных проектов различается принципиально. Например, слово "свобода" в интерпретации адептов "Западного" проекта означает, что любой человек может самостоятельно выбирать себе ценностную модель, если она не противоречит закону. А в глазах представителя "Красного" проекта она означает свободу от эксплуатации человека человеком. У христиан, мусульман и иудеев также есть свои понимания, которые куда ближе к пониманию "Красного" проекта, чем "Западного", - по все равно отличающиеся друг от друга.Люди, в том числе и в базовых странах "Западного" проекта (США, Западная Европа), во все большей степени начинают возвращаться к идеям традиционных, консервативных ценностей, в первую очередь от примата закона (который, как известно, в рамках "Западного" проекта пишут богатые) к примату "справедливости". Причем традиционной, поскольку этот термин также имеет различный смысл в разных проектах.Именно отсюда в мировоззренческом плане возник парадокс все более частой поддержки вполне вроде бы благополучными обывателями Запада, запрещенного в России "Исламского государства": они ощущают, что привычный мир, в котором для них было место, разрушается, а никакой определенной альтернативы им никто иной не в состоянии предложить даже теоретически. Конечно, его перспектива ужасна; но лучше ужасная определенность, чем ужас неопределенности без конца. Кстати, этим же, насколько можно судить, объясняется и рост популярности в мире России (что весьма убедительно показало голосование зрителей на последнем конкурсе Евровидения): это работает фантомный образ Советского Союза, который вплоть до 1988 г. предлагал всему миру серьезную альтернативу "Западному" проекту именно в части обеспечения справедливости. Сегодня весь мир эту альтернативу ищет - и не может найти.2Откуда же взялись проблемы "Западного" проекта, которые сегодня поставили его на грань разрушения?Их источник в том, что модель капиталистического экономического развития построена на постоянном углублении разделения труда. А как выяснил еще Адам Смит, в замкнутой системе углубление разделения труда рано или поздно останавливается (как мы сегодня понимаем, в том числе в результате роста рисков отдельно взятого производителя), и тогда модель неизбежно начинает стагнировать.Мировая экономика с XVI в. представляла собой постоянно растущие (на первом этапе - в феодальной среде) капиталистические кластеры, которые жестко конкурировали друг с другом. К концу XVIII в. они уже стали политико-экономическими, т. е. стали формироваться на базе крупных государств, которые начали защищать экономические интересы своих экономических структур соответствующими методами (именно из-за этого появился феномен национальных государств - нужно было четко и понятно определять, кто является своим, а кто - чужим). А к началу XX в. таких крупных кластеров ("технологических зон") осталось всего четыре: Британская, Германская, Американская (на базе США) и Японская. После Первой мировой войны Германская "технологическая зона" распалась на две, и из ее обломков образовалась пятая и последняя зона - Советская.После Второй мировой войны Германская и Японская зоны рухнули и были разделены победителями, а Британская потеряла периферию, которая также была разделена победителями, но основной своей частью вошла в Американскую "технологическую зону". Советская и Американская зоны начали жесточайшую экономическую войну (получившую название "противостояние двух систем"), которая завершилась в конце 1980-х гг. поражением СССР. Отметим, что поражение это отнюдь не было предопределено. В 1970-е гг., во времена жесткого кризиса "Западной" экономики, было широко распространено мнение, что выиграл, напротив, Советский Союз. Но элитный кризис в нашей стране (смена поколений руководителей "через одно") привел к тому, что старшее поколение, которое уже уверовало в свою неизбежную победу, не приложило необходимых сил, а молодое уже в эту самую победу не верило.Впрочем, для дальнейшего это не так важно; важно, что, в соответствии с логикой Адама Смита, когда крупный капиталистический кластер ("технологическая зона" на позднем этапе) перестает расширяться, он входит в состояние кризиса своего развития. Таким кризисом был кризис конца XIX - начала XX в. во всем мире (в США он наиболее известен как кризис 1907-1908 гг., по итогам которого в 1913 г. была создана Федеральная резервная система), который завершился Первой мировой войной. Второй такой кризис (1930-х гг., известный как Великая депрессия) завершился Второй мировой войной (отметим, что для США это была уже вторая "великая" депрессия, потому что впервые так назвали депрессию 1908-1914 гг.). Третий кризис разразился в 1970-е (и продолжался почти столько же, сколько Великая депрессия, около десяти лет); выход из него был осуществлен за счет политики "рейганомики", главный механизм которой состоял в кредитном стимулировании частного спроса.Характерной особенностью модели "рейганомики", - практически не замеченной как советскими, так и зарубежными исследователями, - стало изменение схемы кредитования частных лиц, в результате которого концепция необходимости возврата долга сменилась на концепцию необходимости его обслуживания при постоянном рефинансировании. В результате средний долг одного домохозяйства в США с 1981-го по 2008 г. вырос в два раза (с 60-65% от годового дохода до более чем 130%), а средняя зарплата осталась (по покупательной способности) на уровне 1958 г. (после кризиса 1970-х она упала с максимума в 1972 году). Учетная же ставка ФРС (которая стимулировала всю эту долговую вакханалию) была снижена с 19% до практически нуля. И поднимать ее с этого уровня при существующем уровне заведомо безвозвратных, непосильных для экономики долгов - значит организовать катастрофу раза в полтора более сильную, чем в начале 1930-х гг.3Однако у описываемой модели есть еще одна крайне важная особенность. В 1944 г. на Бреттон-Вудской конференции, которая приняла базовые постулаты финансовой модели вначале Западного, а потом (с 1988 г.) и всего мира, была принята модель расширения сферы оборота доллара. Под нее была создана институциональная система, ряд международных (МВФ, Мировой банк, Международная финансовая корпорация, а затем ГАТТ/ВТО) и частных (транснациональные банки, рейтинговые агентства, консалтинговые и аудиторские компании и т. д.) организаций, главной задачей которых было регулировать этот процесс. До начала 1970-х гг. система функционировала успешно, однако затем столкнулась с невозможностью расширения, поскольку ту часть мировой экономики, до которой она могла теоретически "дотянуться", она к тому времени уже полностью освоила. А жить без эмиссии эта система не могла, поскольку все упомянутые институты с точки зрения "нормальной" экономики являются принципиально убыточными: они создавались под утилизацию и легализацию эмиссионного дохода (т. е. фактически в рамках Бреттон-Вудской системы государство щедро поделилось своим правом на доход от сеньоража с частными структурами, обслуживающими за это его глобальные стратегические интересы).И здесь нужно сделать небольшое отступление. Дело в том, что эмиссия, как нас учит политэкономия, не создает новые реальные активы для конечного спроса - она только перераспределяет уже существующие активы и прибыль от них. Бреттон-Вудская система создала принципиально новый механизм такого перераспределения, благодаря которому доля финансового сектора в совокупной прибыли экономики, которая перед Второй мировой войной не превышала 5% от ее общего объема, к середине 1940-х достигла 10, а к началу 1970-х гг. - уже 20%. И, как понятно, останавливаться финансисты не собирались.В результате кризиса в 1970-е гг. в США резко ускорилась инфляция при стагнации производства (что выразил изобретенный тогда термин "стагфляция"). Однако к 1981 г. финансисты придумали новый способ продлить существование зашедшей в кризис экономической системы: как отмечалось выше, он состоял в качественно новом механизме эмиссионного стимулирования частного спроса. В результате доля финансового сектора в совокупной прибыли экономики к 2007 г. выросла до 70%. А затем грянул кризис, по своей экономической механике полностью совпадающий с кризисами 1930-х и 1970-х гг. и вызванный невозможностью дальнейшего расширения рынка. Только на нынешнем этапе он отягощен колоссальным объемом долгов, накопленных с 1981 г.Отметим, что с момента начала кризиса, в 2008 г., эмиссию кактаковую не отменили: изменили лишь ее механизм. Вместо кредитной (т. е. осуществляемой за счет увеличения кредитного мультипликатора через смягчение денежной политики) она стал а денежной (т.е. осуществляемой через работу печатного станка). А вот ускорения инфляции при этом вплоть до 2014 г. практически не было, поскольку колоссальный объем кредитования в предыдущие годы привел к завышенному кредитному мультипликатору, который в США в 2008 г. был равен 17 разам (при норме 4-6). В результате в 2008-2014 гг. расширенная денежная масса в США почти не изменилась, а вот наличная денежная масса выросла примерно в 4 раза (с 0,8 трлн долларов до 3,3 трлн долларов) при падении кредитного мультипликатора (с 17 до чуть больше 4 раз).Дальнейшее сокращение кредитного мультипликатора неприемлемо опасно: если он падает ниже 4, то начинаются эффекты, которые в России 1990-х получили название "кризис неплатежей" (т. к. предприятия лишаются возможности нормально обслуживать свои денежные потоки).Дальнейшее сокращение кредитного мультипликатора неприемлемо опасно: если он падает ниже 4, то начинаются эффекты, которые в России 1990-х получили название "кризис неплатежей" (т. к. предприятия лишаются возможности нормально обслуживать свои денежные потоки). А это значит, что период безинфляционной эмиссии закончился, и денежные власти США оказались вынуждены существенно ограничить ее масштаб, доведя ее до минимального объема, позволяющего нормально существовать транснациональным финансовым институтам.Отметим, что проблемы у последних возникли практически сразу после сокращения эмиссии - это убедительно показывает официальная банковская отчетность по итогам 2015 г. Однако не следует думать, что мировая финансовая элита (которая, с учетом масштабов перераспределения прибыли мировой экономики в свою пользу, доминировала на мировой арене последние десятилетия) не понимает, что происходит, и не пытается принять соответствующих мер.4Первой из этих мер стала попытка довести до логического завершения Бреттон-Вудскую реформу мировой финансовой системы.Дело в том, что, создав ряд международных институтов, обеспечивающих расширение сферы обращения новой мировой валюты и контролирующих эту сферу, Бреттон-Вудская конференция не создала новой международной валюты: мировая валюта оставалась (вместе со своим регулятором, Федеральной резервной системой) в национальной юрисдикции США. Именно это и позволило американским властям остановить эмиссию вопреки интересам мировой финансовой элиты. Но это было позже; а после обострения кризиса в 2008 г., в связи с обострением противоречий между международным характером долларовой финансовой системы и национальным характером самого доллара, эта мировая элита решила создать новую мировую валюту и новый международный институт для регулирования ее обращения.Соответствующий проект получил название "центробанка центробанков" и активно развивался в 2011 г., в том числе на уровне G8 и G20. Было выработано и принято решение, что валютой станет некое новое образование на базе "специальных прав заимствований" МВФ, а регулятором этой валюты - преобразованный МВФ. В частности, шли острые споры о перераспределении долей участия различных стран в уставном капитале МВФ (тут особую активность проявлял Китай). И в этот момент грянуло так называемое "дело Стросс-Кана", после которого тема "центробанка центробанков" исчезла из всех официальных документов практически в один миг: американская бюрократия в предельно ясной форме показала, что не допустит ликвидации своего контроля над эмиссией мировой валюты. В результате роль и влияние мировой финансовой элиты, продемонстрировавшей неспособность защитить свои интересы от американской бюрократии, сильно пошатнулись.Второй удар по этой элите был нанесен после второй инаугурации Б. Обамы в январе 2013 г., когда он удалил из нового состава своей администрации практически всех представителей мировой финансовой элиты, в частности представителей банков Goldman Sachs и J. Р. Morgan Chase (впервые за много десятилетий). Именно это позволило через два года, в 2014 г., когда кредитный мультипликатор денежной системы США опустился почти до 4, остановить эмиссию вопреки интересам мировой финансовой элиты. Более того, это решение поставило последнюю (привыкшую за много десятилетий получать основную часть прибыли, образующейся в мировой экономике) в катастрофическую, без всякого преувеличения, ситуацию.Если рассматривать существующее положение с точки зрения кредитно-денежной политики (которая в рамках либерального "мейнстрима" является главной составляющей экономической политики государства), то выглядит оно примерно так: для мировой финансовой элиты категорически необходимо дальнейшее смягчение этой политики, а именно - продолжение целевой эмиссии, направленной на поддержку транснациональной финансовой системы. Поскольку дальнейшее снижение кредитного мультипликатора невозможно, такое продолжение эмиссии неминуемо приведет к долларовой инфляции в США, что в условиях высокого уровня разделения труда вызовет серьезный спад, по масштабам сопоставимый с произошедшим в России в 1990-е гг.Задача же американских промышленников, бюрократов и прочих, которых можно объединить под условным названием "патриотов США", объективно является прямо противоположной. Наиболее ярко ее формулирует бывший конгрессмен Рон Пол, принципиальный противник ФРС: "Необходимо поднять ставку, обанкротить финансовых паразитов, жирующих на эмиссии, оттолкнуться от твердого дна и начать здоровый рост". Можно ли реализовать такую программу с учетом масштабов неизбежного при ее реализации спада - вопрос. Но в альтернативном финансовом сценарии никаких шансов для экономики США нет - это совершенно точно. И соответственно в рамках "патриотического" сценария необходимо кредитно-денежную политику ужесточать, т. е. поднимать процентную ставку.5С учетом накопленных долгов, обслуживать которые при высокой ставке невозможно, такая политика неминуемо приведет к массовым банкротствам корпораций и домохозяйств. Но американское законодательство о банкротстве поддерживает хозяйствующих субъектов, а не кредиторов (в отличие от, например, России); так что с точки зрения государства ничего страшного не произойдет, за исключением массовой гибели финансовых институтов. С точки зрения американских патриотов, это не только не опасно, но и скорее позитивно для экономического развития страны.Отметим, что, поскольку два этих сценария экономически противоположны (можно либо так, либо иначе; но топтание на месте не дает позитивного эффекта ни одной стороне), рассчитывать на договоренности не приходится. Хотя окончательный разрыв между двумя группами произошел не так давно (в середине 2011 г., по итогам "дела Стросс-Кана"), общая напряженность настолько велика, что противоречие между ними перешло в политическую сферу. Причем в ней к этому, сугубо экономическому по своей основе, противостоянию добавились принципиально новые аспекты.Дело в том, что реализация сценария ужесточения американской кредитно-денежной политики приведет к массовым банкротствам не только в США, но и во всем мире. При этом контроль над этим миром (так называемое доминирование) США осуществляет как раз через транснациональные финансовые институты, т. е. через мировую финансовую элиту. Таким образом, реализация этого сценария приведет к тому, что проамериканские элиты во всем мире не просто попадут в кризис (как и все элиты в целом), но еще и лишатся главного инструмента своего регионального и местного доминирования (привлечение на контролируемые ими территории долларовых инвестиций иностранными инвесторами). Соответственно, сами США во многом потеряют возможности по контролю за ситуацией в регионах мира.При этом "патриотическая" часть национальной элиты США, которая будет реализовывать этот сценарий, сконцентрируется в первую очередь на очень серьезных внутренних проблемах (т. к. ожидаемый масштаб кризиса - следует подчеркнуть это еще раз - существенно превысит масштаб Великой депрессии 1930-х гг.). У них не будет ни ресурсов, ни институтов для решения региональных проблем. И не только потому, что указанные институты (транснациональные финансовые структуры) будут в процессе кризиса разрушаться, но потому, что они контролируются их непримиримыми политическими противниками.Иными словами, описанная сугубо экономическая (даже более узко, кредитно-денежная) политика неминуемо влечет за собой необходимость изменения всей внешней политики США. Именно по этой причине адептов соответствующей политики имеет смысл называть "новыми изоляционистами" или, когда нет опасности перепутать их со "старыми" изоляционистами, последователями "доктрины Монро" XIX - начала XX в., просто "изоляционистами". А альтернативную группировку естественно называть "финансистами". Вся сегодняшняя политическая жизнь США всецело определяется конфликтом этих группировок.Представляется принципиально важным, что, поскольку они возникли достаточно спонтанно (ну точнее, противоречия нарастали слишком быстро, чтобы можно было "развести" эти формирующиеся группы между существующими партиями), то раскол между "финансистами" и "изоляционистами" прошел не между партиями, а внутри них. Яркими представителями финансистов являются Хилари Клинтон (Демократическая партия) и Джеб Буш (Республиканская), а Д. Трамп (Республиканская) и Сандерс (Демократическая) - изоляционисты. При этом до самого низа этот раскол не дошел, поскольку преобладающая часть электората просто не понимает экономической сути противоречий между Трампом и Клинтон, их разногласия для них сводятся к более узким и конкретным проблемам.6Насколько можно понять, современная социально-экономическая политика России всецело определяется группой лиц, пришедших к власти в 1990-е гг. за счет поддержки тогдашней администрации президента США (которым был Б. Клинтон) и, в рамках описанной выше классификации, принадлежащих к группе финансистов. Причем статус их в этой группе крайне низкий: влиять на принятие решений они не могут в принципе и обязаны четко выполнять поставленные задачи.В частности, скорее всего девальвация декабря 2014 г. и последующие проблемы российской экономики связаны с тем, что после прекращения масштабной эмиссии в США финансистам остро понадобилась долларовая ликвидность. Отметим, что, если рассматривать абсолютные суммы, не сопоставляя их с масштабами экономик, мы еще легко отделались: Китай вынужден был отдать (по состоянию на сегодня) около 1 трлн долларов, а Великобритания в рамках скандала с оффшорами отдаст, по всей вероятности, еще больше.Не вызывает никаких сомнений, что представители изоляционистов, если они придут к власти в США, ни в коем случае не согласятся с тем, чтобы в России - ключевой с региональной точки зрения стране - экономическую политику определяли их принципиальные противники. Это для них в принципе невозможно: суть политики изоляционизма состоит как раз в том, чтобы найти региональных лидеров и с ними договориться о некоторых единых подходах, а в идеале - о единой политике, предоставив этим лидерам прерогативы реализовывать эти подходы и эту политику в своей зоне ответственности. Причем, поскольку даже приход к власти в США изоляционистов и разрушение мировой финансовой системы не приведут к тотальному исчезновению финансистов (у них, в частности, останутся значимые "агенты влияния" во многих регионах мира), непримиримые противоречия между ними и изоляционистами останутся, и последние просто не смогут себе позволить, чтобы их противники контролировали такую важную страну, как Россия.Вывод из этого прост: в нашей стране должны появиться собственные изоляционисты, которые, во-первых, предъявят некоторый вариант политики регионального лидерства России, во-вторых, покажут, какой должна быть ее региональная зона, и в-третьих, в рамках взаимодействия с американскими изоляционистами (против финансистов!) реализуют этот проект на практике. Отметим, что Евразийский союз, который можно рассматривать как прообраз такой региональной зоны, тем не менее, требует очень серьезной "доработки", поскольку его концепция в ее нынешнем виде предполагает существование объемлющей его долларовой зоны.По всей вероятности, в рамках нынешнего экономического (и неизбежно за ним последующего политического) кризиса по мере решения описанных выше и неумолимо встающих перед нашей страной задач как раз и возникнет новая политическая элита России. Частично она может совпадать со старой, но основой ее экономической политики должен быть категорический отказ от либерализма и взаимодействия с МВФ. В противном случае будущее нашей страны печально.Источник

10 июля, 06:14

Бреттон-Вудская система, или Как США захватывали мировое господство

72 года назад, 1 июля 1944 года, началось коренное изменение мировой экономики, зафиксированное в соглашениях несколько дней спустя. Впрочем, понимание случившегося пришло к обычным людям намного позже.

05 июля, 21:01

Бреттон-Вудская система, или Как США захватывали мировое господство

Бреттон-Вудская конференция 1944 года. Фото: AP/ТАССКак то у нас была совсем спорная тема из теории заговоров: От Медичи к Ротшильдам, но сейчас речь пойдет о вполне реальных вещах.72 года назад, 1 июля 1944 года, началось коренное изменение мировой экономики, зафиксированное в соглашениях несколько дней спустя. Впрочем, понимание случившегося пришло к обычным людям намного позже.Мир финансов всегда являлся чем-то вроде смеси эквилибристики с магией цирковых фокусников. Большинство его базовых понятий сложны для понимания не только на слух, но и совершенно условны по своей сути. В то же время финансы неразрывно связаны с деньгами, а деньги всегда являлись инструментом власти. Не удивительно, что с их помощью на протяжении многих веков кто-то постоянно пытался захватить мир.Так, например, в июле 1944 года в гостинице «Гора Вашингтон» в курортном местечке Бреттон-Вудс (штат Нью-Гэмпшир, США) группа джентльменов провела конференцию, итогом которой стала одноименная мировая финансовая система, ознаменовавшая собой окончательную победу Америки над своим давнишним геополитическим мировым соперником — Великобританией. Победителю достался весь остальной мир — точнее, почти весь, так как Советский Союз вступать в новую систему отказался. Впрочем, и для США она стала лишь промежуточным шагом к мировой финансовой гегемонии, достичь которой Америка сумела, но удержаться на олимпе, судя по всему, ей не суждено.Этапы большого путиПереход от натурального хозяйства к машинному производству, помимо прочих моментов, вызвал масштабный рост производительности труда, тем самым формируя значительные товарные излишки, которые местные рынки поглотить уже не могли. Это подтолкнуло страны к расширению внешней торговли. Так, например, за 1800–1860 годы среднегодовой объем российского экспорта вырос с 60 млн до 230 млн руб., а импорт — с 40 млн до 210 млн. Но Российская империя в международной торговле занимала далеко не первое место. Ведущие позиции принадлежали Великобритании, Франции, Германии и США.Столь масштабный обмен товарами уже не мог умещаться в тесных рамках натурального хозяйства и требовал широкого использования общего знаменателя в виде денег. Это же породило проблему сопоставления их стоимости между собой, что в конечном итоге и привело к признанию золота в качестве всеобщего эквивалента стоимости. Золото исполняло роль денег веками, оно имелось у всех «крупных игроков», из него традиционно чеканили монету. Но важнее оказалось другое. Международная торговля осознала необходимость не только механизма предсказуемости стоимости денег, но и важность стабильности соотношения их стоимости между собой.Использование привязки национальных валют к золоту позволяло очень легко решить обе задачи сразу. Ваш фантик «стоит», предположим, одну унцию (31,1 г) золота, мой — две унции, следовательно, мой фантик «равен» двум вашим. К 1867 году эта система сложилась окончательно и была закреплена на конференции промышленно развитых стран в Париже. Ведущей мировой торговой державой того времени являлась Великобритания, потому установленный ею стабильный курс 4,248 британского фунта стерлингов за унцию стал своего рода фундаментом мировой финансовой системы. Остальные валюты тоже были выражены в золоте, но, уступая фунту в размерах доли мировой торговли, в конечном счете пришли к своему выражению через британский фунт.Однако уже тогда США начали собственную игру по свержению британской валютной гегемонии. В рамках Парижской валютной системы США добились не только фиксации доллара к золоту (20,672 доллара за унцию), но и зафиксировали правило, согласно которому свободная торговля золотом могла осуществляться только в двух местах: в Лондоне и Нью-Йорке. И больше нигде. Так сложился золотой монетный паритет: 4,866 американского доллара за британский фунт. Курсы остальных валют имели право колебаться только в рамках стоимости пересылки суммы золота, эквивалентной одной единице иностранной валюты, между золотыми площадками Великобритании и США. В случае их выхода за границы этого коридора начинался отток золота из страны либо, наоборот, его приток, что определялось отрицательностью или положительностью сальдо национального платежного баланса. Таким образом система быстро возвращалась к равновесию.В этом виде «золотой стандарт» просуществовал до начала Первой мировой войны и в целом обеспечил эффективность механизма международных финансов. Хотя уже тогда Великобритания столкнулась с проблемой цикличности расширения-сжатия денежной массы, чреватой истощением национального золотого запаса.Великая война, как тогда называли Первую мировую, сильно расшатала мировую экономику, что не могло не отразиться на ее финансовой системе. Лондон больше не мог исполнять роль мировой резервной валюты в одиночку. Масштабы внутренней экономики просто не генерировали столько золота, чтобы обеспечить спрос других стран на британские фунты, а собственное британское торговое сальдо оставалось отрицательным. Это означало фактическое банкротство Британского льва, но джентльмены из Сити пошли на ловкий шаг и на международной экономической конференции в Генуе в 1922 году предложили новый стандарт, получивший наименование золотодевизного. Формально он почти не отличался от парижского «золотого», разве только доллар уже официально признавался международной мерой ценности наравне с золотом. Дальше начиналось небольшое мошенничество. Доллар сохранял золотое обеспечение, а фунт — жесткую курсовую привязку к доллару, хотя обменять его на соответствующий эквивалент в золоте уже было нельзя.Конференция в Генуе в 1922 году. Фото: ics.purdue.eduКомандовать парадом буду яВпрочем, Генуэзская валютная система просуществовала недолго. Уже в 1931 году Великобритания была вынуждена официально отменить конвертируемость фунта в золото, а Великая депрессия заставила Америку пересмотреть золотое содержание своей валюты с 20,65 до 35 долларов за унцию. США, имевшие к тому времени положительный торговый баланс, начали активную экспансию в Европу. Для защиты от нее Британия и прочие ведущие страны ввели запретительные таможенные тарифы и прямое ограничение импорта. Объемы международной торговли и, соответственно, взаиморасчетов резко упали. Обмен валюты на золото во всех странах был прекращен, и к 1937 году мировая валютная система перестала существовать.К сожалению, перед своей смертью она успела привести банковские круги США к мысли о возможности захвата полного лидерства в мировой экономике через обретение долларом статуса единственной резервной системы. И разорившая Европу Вторая мировая война пришлась здесь как нельзя более кстати. Если бы Гитлера не было, его бы придумали в Вашингтоне.Так что когда 1 июля 1944 года представители 44 стран, включая СССР, собрались на Бреттон-Вудскую конференцию, чтобы решить вопрос финансового устройства послевоенного мира, США предложили систему, одновременно очень похожую на ту, которая «хорошо работала раньше», и в то же время подводившую мир к официальному признанию ведущей роли Америки. Вкратце она выглядела просто и изящно. Американский доллар жестко привязывается к золоту (все те же 35 долларов за тройскую унцию, или 0,88571 г за доллар). Все остальные валюты фиксируют курсы к доллару и могут менять их не более чем плюс-минус 0,75% от этой величины. Кроме доллара и фунта, ни одна мировая валюта не имела права обмена на золото.Фактически доллар становился единственной мировой резервной валютой. Британский фунт сохранял некоторый привилегированный статус, но к тому времени больше 70% мирового золотого запаса находилось в США (21 800 тонн), доллар использовался более чем в 60% международных торговых расчетов, и Вашингтон в обмен на ратификацию бреттон-вудских условий обещал огромные кредиты на восстановление экономик стран после войны. Так, Советскому Союзу предлагали выделить 6 млрд долларов, что составляло огромную сумму, так как весь объем ленд-лиза оценивался в 11 млрд. Однако Сталин верно оценил последствия и от предложения благоразумно отказался: Советский Союз подписал Бреттон-Вудские соглашения, но так их и не ратифицировал.Правительства остальных европейских стран фактически подписали кабалу и с ратификацией бреттон-вудских условий могли эмитировать ровно столько собственных денег, сколько их центробанки имели мировой резервной валюты — американских долларов. Это предоставляло США широчайшие возможности по контролю над всей мировой экономикой. Это же позволило им учредить Международный валютный фонд, Всемирный банк и ГАТТ — Генеральное соглашение по тарифам и торговле, позднее преобразившееся во Всемирную торговую организацию (ВТО).Мир начал жить по Бреттон-Вудской системе (БВС).Торговый зал на Уолл-стрит, США, 1939 год. Фото: hudson.orgПо мере того как внешняя задолженность Великобритании и США год от года возрастала и вскоре превысила величину золотого запаса этих стран, а правительства зарубежных государств все больше убеждались в том, что, сохраняя существующую международную валютную систему, они вынужденно финансируют дефициты Великобритании и США (политику которых они не могли контролировать и временами не соглашались с ней), два вышеназванных условия начинали противоречить друг другу.Бреттон-Вудская система была хорошо задумана но могла эффективно работать только при условии устойчивости основной резервной валюты. И это условие в конце концов не было соблюдено. В 60-е годы платежный баланс США в основном сводился с отрицательным сальдо а это означало, что количество долларов, находящихся на руках у иностранцев, быстро возрастало при истощении золотых резервов США.На протяжении 1960-х годов доллар постепенно терял свою способность обмена на золото, однако система договорного кредитно-резервного стандарта позволяла сохранять по крайней мере видимость существования золотовалютного стандарта. В результате США достаточно долго удавалось уклоняться от необходимости ликвидации дефицита платежного баланса с помощью изменения внутренней экономической политики или курса доллара. В конце концов, однако, когда американское правительство вместо повышения налоговых ставок стало увеличивать денежную массу в обращении, чтобы оплачивать расходы на войну во Вьетнаме, в США произошел всплеск инфляции. По мере роста денежной массы процентные ставки падали, а цены внутреннего рынка стремительно повышались, что вело к снижению конкурентоспособности американских товаров за рубежом.Первый кризис разразился в октябре 1960, когда цена золота на частном рынке за короткое время возросла до 40 долл. за унцию при официальной цене 35 долл. за унцию. За этим кризисом последовали золотой, долларовый и стерлинговый кризисы. Такое развитие событий могло бы вскоре завершиться крахом всей мировой валютной системы, подобным краху 1931, однако в действительности оно привело к небывало тесному сотрудничеству всех ведущих государств мира в валютной сфере и повысило готовность стран, обладавших избыточными резервами, продолжать финансировать операции по спасению валютной системы в период, пока шло обсуждение фундаментальных реформ.Несмотря на растущие доходы от зарубежных инвестиций, положительное сальдо платежного баланса США по статьям торговли товарами и услугами (включая доходы от зарубежных инвестиций), переводов и пенсий, достигавшее 7,5 млрд. долл. в 1964, сменилось дефицитом в размере ок. 800 млн. долл. в 1971. Кроме того, объем экспорта капитала из США все эти годы стабильно держался на уровне 1% валового национального продукта; однако, если в конце 1960-х годов высокие процентные ставки в стране способствовали притоку в США ок. 24 млрд. долл. иностранного капитала, то в начале 1970-х низкие ставки вызвали массовый сброс ценных бумаг и отток инвестиций за рубеж.Французский демаршПри всем изяществе замысла и огромных перспективах для США сама БВС содержала в себе принципиальные проблемы, проявившие себя еще во времена «золотого стандарта». Пока экономика США составляла примерно треть от мировой, а если вычесть соцстраны, то 60% от совокупной экономики Запада, доля долларов, эмитированных для кредитования зарубежных финансовых систем, была существенно меньше денежной массы, обращавшейся внутри самих США. Платежный баланс являлся положительным, тем самым обеспечивая Америке возможность продолжать богатеть. Но по мере восстановления европейской экономики доля США начала снижаться, а американский капитал, пользуясь дороговизной доллара, начал активно утекать за рубеж для скупки дешевых иностранных активов. Кроме того, доходность зарубежных вложений втрое превышала доходность американского рынка, что еще больше стимулировало отток капиталов из США. Торговый баланс Америки постепенно стал отрицательным.Не помогли и существовавшие в БВС жесткие ограничения на торговлю золотом, фактически ограничивающие его приобретение даже центральными банками других государств, а любых частных инвесторов вообще лишивших такой возможности. Кроме того, появившиеся транснациональные корпорации использовали свои зарубежные капиталы для активной биржевой игры, в том числе «против доллара». Обостряющийся дисбаланс между теоретической моделью БВС и фактическим положением дел в мировой экономике привел не только к появлению черного рынка золота, но и довел его цену там до более чем 60 долларов за тройскую унцию, то есть вдвое выше официальной.Понятно, что долго такое несоответствие продолжаться не могло. Считается, что БВС сломал президент Франции генерал де Голль, собравший «корабль долларов» и предъявивший его США для немедленного обмена на золото. Эта история действительно имела место. На встрече с президентом Линдоном Джонсоном в 1965 году де Голль объявил, что Франция накопила 1,5 млрд бумажных долларов, которые намерена обменять на желтый металл по официально установленному курсу в 35 долларов за унцию. По правилам, США должны были передать французам более 1300 тонн золота. Учитывая, что к этому времени точного размера золотого запаса США не знал никто, но ходили упорные слухи о его сокращении до 9 тыс. тонн, а стоимость всей массы напечатанных долларов явно превосходила эквивалент даже официального числа 21 тыс. тонн, Америка на такой обмен согласиться не могла. Тем не менее Франции путем жесткого давления (так, страна вышла из военной организации НАТО) удалось преодолеть сопротивление Вашингтона и за два года вместе с Германией таким образом вывезти из США более чем 3 тыс. тонн золота. Способность США сохранять обратимость доллара в золото становилась невозможной. К началу 70-х гг. произошло перераспределение золотых запасов в пользу Европы, а в международном обороте участвовало всё больше наличных и безналичных долларов США. Доверие к доллару, как резервной валюте, дополнительно падало из-за гигантского дефицита платежного баланса США. Дефицит США по статьям официальных расчетов достиг небывалых размеров – 10,7 млрд. долл. в 1970 и 30,5 млрд. долл. в 1971 при максимуме в 49,5 млрд. долл. (в годовом исчислении) в третьем квартале 1971.Появились значительные проблемы с международной ликвидностью, так как добыча золота была невелика по сравнению с ростом объемов международной торговли. Образовались новые финансовые центры (Западная Европа, Япония), и их национальные валюты начали постепенно так же использовать в качестве резервных. Это привело к утрате США своего абсолютного доминирующего положения в финансовом мире.В соответствии с правилами МВФ, образовавшийся избыток долларов на частном валютном рынке должен был поглощаться зарубежными центральными банками, что требовалось для сохранения существовавших валютных паритетов. Однако такие действия порождали ожидания обесценения доллара относительно более сильных валют стран, накопивших долларовые требования на огромные суммы, в частности, Франции, Западной Германии и Японии. Эти ожидания были подкреплены официальными заявлениями американского правительства о том, что оно рассматривает изменение валютных курсов как меру, необходимую для восстановления равновесия платежного баланса и конкурентоспособности американских товаров на внешних рынках. 15 августа 1971 США официально объявили о приостановке обмена долларов на золото. Одновременно для укрепления своих позиций на предстоящих переговорах США ввели временную 10-процентную надбавку к импортным пошлинам. Введение надбавки преследовало две цели: ограничить импорт путем его удорожания и предупредить правительства зарубежных стран о том, что, если они не предпримут кардинальные шаги, способствующие росту экспорта из США, объем их собственного экспорта в США будет резко ограничен.На этом история Бреттон-Вудской финансовой системы и закончилась, так как после подобного конфуза США под разными предлогами отказывались менять зеленые бумажки на реальное золото. 15 августа 1971 года следующий президент США Ричард Никсон официально отменил золотое обеспечение доллара.За 27 лет своего существования БВС сделала главное — возвела американский доллар на вершину мировых финансов и прочно ассоциировала его с понятием самостоятельной стоимости. То есть ценность этой бумажке придавало лишь то, что на ней написано — «доллар», — а не количество золота, на которое его было бы можно поменять. Отказ от золотого обеспечения снял с США последние ограничения по денежной эмиссии. Теперь ФРС могла официально решать на своем заседании, сколько миру надо долларов, совершенно не переживая за какое бы то ни было их обеспечение. Смитсоновское соглашение. После прозвучавших 15 августа заявлений те страны, имевшие положительные сальдо платежных балансов, которые еще не перешли к плавающим курсам своих валют, оказались вынужденными сделать это. Однако руководящие кредитно-денежные учреждения этих стран постарались ограничить повышение курсов их валют и таким образом сохранить конкурентоспособность своих товаров на международных рынках. В то же время правительства стремились избежать возврата к разрушительной протекционистской политике, которая возобладала в мире в 1931 после прекращения обмена фунтов стерлингов на золото и могла вновь стать доминирующей теперь, когда прекратился обмен на золото долларов. Опасность возврата к прошлому удалось устранить с помощью соглашений, достигнутых 18 декабря 1971 на переговорах между представителями стран «Группы десяти» в Смитсоновском институте (Вашингтон).Во-первых, были согласованы условия многостороннего пересмотра валютных курсов, повлекшего за собой девальвацию доллара США к золоту на 7,89% и одновременное повышение курсов валют многих других стран. В результате стоимость ведущих валют мира относительно прежнего долларового паритета выросла на 7–19%. До начала 1972 многие другие страны не меняли зафиксированные МВФ валютные паритеты; как следствие, стоимость их валют относительно доллара также автоматически поднялась. Некоторые страны прибегли к корректировке паритета своих валют, чтобы сохранить их прежний курс к доллару, тогда как другие повысили или понизили курсы национальных валют к доллару. Во-вторых, «Группа десяти» договорилась временно установить пределы допустимых колебаний курсов на уровне 2,25% от нового валютного курса, что пока исключало свободное «плавание» валют. Наконец, в-третьих, США согласились отменить 10-процентную надбавку к импортным пошлинам.В результате принятых мер золотовалютный стандарт трансформировался в бумажно-долларовый стандарт, при котором все страны, за исключением США, взяли на себя рискованные обязательства поддерживать новые валютные курсы, фактически закрепленные Смитсоновским соглашением.Ямайская системаСторонники монетаризма выступали за рыночное регулирование против государственного вмешательства, воскрешали идеи автоматического саморегулирования платежного баланса, предлагали ввести режим плавающих валютных курсов (М. Фридман, Ф. Махлуп и др.). Неокейнсианцы сделали поворот к отвергнутой ранее идее Дж. М. Кейнса о создании интернациональной валюты (Р. Триффин, У. Мартин, А. Дей. Ф. Перу, Ж. Денизе). США взяли курс на окончательную демонетизацию золота и создание международного ликвидного средства в целях поддержки позиций доллара. Западная Европа, особенно Франция, стремилась ограничить гегемонию доллара и расширить кредиты МВФ.Поиски выхода из финансового кризиса велись долго вначале в академических, а затем в правящих кругах и многочисленных комитетах. МВФ подготовил в 1972-1974 гг. проект реформы мировой валютной системы.Ее устройство было официально оговорено на конференции МВФ в Кингстоне (Ямайка) в январе 1976 г соглашением стран — членов МВФ. В основу Ямайской системы положен принцип полного отказа от золотого стандарта. Причины кризиса описаны статье Бреттон-Вудская валютная система. Окончательно правила и принципы регулирования были сформированы к 1978 году, когда большинством голосов было ратифицировано изменение в уставе МВФ. Таким образом и была создана ныне действующая мировая валютная система.По замыслу Ямайская валютная система должна была стать более гибкой, чем Бреттон-Вудская, и быстрее адаптироваться к нестабильности платежных балансов и курсов национальных валют. Однако, несмотря на утверждение плавающих валютных курсов, доллар формально лишенный статуса главного платежного средства фактически остался в этой роли, что обусловлено более мощным экономическим, научно-техническим и военным потенциалом США по сравнению с остальными странами. Кроме того, хроническая слабость доллара, характерная для 70-х годов, сменилась резким повышением его курса почти на 2/3 с августа 1980 г. до марта 1985 г. под влиянием ряда факторов.Введение плавающих вместо фиксированных валютных курсов в большинстве стран (с марта 1973 г.) не обеспечило их стабильности, несмотря на огромные затраты на валютную интервенцию. Этот режим оказался неспособным обеспечить быстрое выравнивание платежных балансов и темпов инфляции в различных странах, покончить с внезапными перемещениями капитала, спекуляцией на курсах и т.д. Ряд стран продолжили привязывать национальные валюты к другим валютам: доллару, фунту и т.д., некоторые привязали свои курсы к "корзинам валют", или СДР.Одним из основных принципов Ямайской мировой валютной системы была юридически завершенная демонетаризация золота. Были отменены золотые паритеты, прекращен размен долларов на золото.Ямайское соглашение окончательно упразднило золотые паритеты национальных валют, равно как и единицы СДР. Поэтому оно рассматривалось на Западе как официальная демонетизация золота, лишение его всяких денежных функций в сфере международного оборота. Было положено начало фактического вытеснению "желтого металла" из международных валютных отношений.Формально Ямайская система существует по сей день, но фактически мы можем видеть начало ее конца. Потому что она содержит еще больше системных противоречий, чем было в Бреттон-Вудской, но в ней уже нет золота, которое можно хотя бы пощупать и посчитать.источникиhttp://rusplt.ru/society/brettonvudskaya-sistema-26958.htmlhttp://profmeter.com.ua/Encyclopedia/detail.php?ID=884http://profmeter.com.ua/Encyclopedia/detail.php?ID=449http://utmagazine.ru/posts/16039-smitsonovskoe-soglashenieЕще немного про глобальную экономику: вот например вспомните, что такое Переводной рубль и что такое Бешеные деньги: 35 квадриллионов за $1. Вспомним еще про Всем кому должен, всем прощаю. Дефолт по-советски, а так же что такое Хавала (Hawala) - теневые банки. Вот еще Панорама мирового долга или например про Бильдербергский клуб. Кстати, недавно услышал, что продолжаются Загадочные смерти сотрудников JP Morgan

04 июля, 14:00

Бреттон-Вудская система на защите доллара

72 года назад, 1 июля 1944 года, началось коренное изменение мировой экономики, зафиксированное в соглашениях несколько дней спустя. Впрочем, понимание случившегося пришло к обычным людям намного позже. Мир финансов всегда являлся чем-то вроде смеси эквилибристики с магией цирковых фокусников. Большинство его базовых понятий сложны для понимания не только на слух, но и совершенно условны по […]

02 июля, 07:28

Бреттон-Вудская система, или Как США захватывали мировое господство

По итогам Второй мировой войны доллар стал главной валютой планеты благодаря монопольному праву обмена на золото 72 года назад, 1 июля 1944 года, началось коренное изменение мировой экономики, зафиксированное в соглашениях несколько дней спустя. Впрочем, понимание случившегося пришло к обычным людям намного позже. Мир финансов всегда являлся чем-то вроде смеси эквилибристики с магией цирковых фокусников. Большинство его базовых понятий сложны для понимания не только на слух, но и совершенно условны по своей сути. В то же время финансы неразрывно связаны с деньгами, а деньги всегда являлись инструментом власти. Не удивительно, что с их помощью на протяжении многих веков кто-то постоянно пытался захватить мир. Так, например, в июле 1944 года в гостинице «Гора Вашингтон» в курортном местечке Бреттон-Вудс (штат Нью-Гэмпшир, США) группа джентльменов провела конференцию, итогом которой стала одноименная мировая финансовая система, ознаменовавшая собой окончательную победу Америки над своим давнишним геополитическим мировым соперником — Великобританией. Победителю достался весь остальной мир — точнее, почти весь, так как Советский Союз вступать в новую систему отказался. Впрочем, и для США она стала лишь промежуточным шагом к мировой финансовой гегемонии, достичь которой Америка сумела, но удержаться на олимпе, судя по всему, ей не суждено. Переход от натурального хозяйства к машинному производству, помимо прочих моментов, вызвал масштабный рост производительности труда, тем самым формируя значительные товарные излишки, которые местные рынки поглотить уже не могли. Это подтолкнуло страны к расширению внешней торговли. Так, например, за 1800–1860 годы среднегодовой объем российского экспорта вырос с 60 млн до 230 млн руб., а импорт — с 40 млн до 210 млн. Но Российская империя в международной торговле занимала далеко не первое место. Ведущие позиции принадлежали Великобритании, Франции, Германии и США.

17 июня, 11:00

Сталин против доллара

Финансовое положение Советского Союза к концу Великой Отечественной войны 1941 — 1945 годов складывалось драматично. Война потребовала мобилизации всех ресурсов СССР для организации разгрома нацистской Германии. Для покрытия огромных военных расходов Советскому государству пришлось выпускать в обращение больше денежных знаков, чем это вызывалось потребностями оборота. Производство продуктов и товаров для населения сократилось, снабжение ими было […]

05 июля, 21:01

Бреттон-Вудская система, или Как США захватывали мировое господство

Бреттон-Вудская конференция 1944 года. Фото: AP/ТАССКак то у нас была совсем спорная тема из теории заговоров: От Медичи к Ротшильдам, но сейчас речь пойдет о вполне реальных вещах.72 года назад, 1 июля 1944 года, началось коренное изменение мировой экономики, зафиксированное в соглашениях несколько дней спустя. Впрочем, понимание случившегося пришло к обычным людям намного позже.Мир финансов всегда являлся чем-то вроде смеси эквилибристики с магией цирковых фокусников. Большинство его базовых понятий сложны для понимания не только на слух, но и совершенно условны по своей сути. В то же время финансы неразрывно связаны с деньгами, а деньги всегда являлись инструментом власти. Не удивительно, что с их помощью на протяжении многих веков кто-то постоянно пытался захватить мир.Так, например, в июле 1944 года в гостинице «Гора Вашингтон» в курортном местечке Бреттон-Вудс (штат Нью-Гэмпшир, США) группа джентльменов провела конференцию, итогом которой стала одноименная мировая финансовая система, ознаменовавшая собой окончательную победу Америки над своим давнишним геополитическим мировым соперником — Великобританией. Победителю достался весь остальной мир — точнее, почти весь, так как Советский Союз вступать в новую систему отказался. Впрочем, и для США она стала лишь промежуточным шагом к мировой финансовой гегемонии, достичь которой Америка сумела, но удержаться на олимпе, судя по всему, ей не суждено.Этапы большого путиПереход от натурального хозяйства к машинному производству, помимо прочих моментов, вызвал масштабный рост производительности труда, тем самым формируя значительные товарные излишки, которые местные рынки поглотить уже не могли. Это подтолкнуло страны к расширению внешней торговли. Так, например, за 1800–1860 годы среднегодовой объем российского экспорта вырос с 60 млн до 230 млн руб., а импорт — с 40 млн до 210 млн. Но Российская империя в международной торговле занимала далеко не первое место. Ведущие позиции принадлежали Великобритании, Франции, Германии и США.Столь масштабный обмен товарами уже не мог умещаться в тесных рамках натурального хозяйства и требовал широкого использования общего знаменателя в виде денег. Это же породило проблему сопоставления их стоимости между собой, что в конечном итоге и привело к признанию золота в качестве всеобщего эквивалента стоимости. Золото исполняло роль денег веками, оно имелось у всех «крупных игроков», из него традиционно чеканили монету. Но важнее оказалось другое. Международная торговля осознала необходимость не только механизма предсказуемости стоимости денег, но и важность стабильности соотношения их стоимости между собой.Использование привязки национальных валют к золоту позволяло очень легко решить обе задачи сразу. Ваш фантик «стоит», предположим, одну унцию (31,1 г) золота, мой — две унции, следовательно, мой фантик «равен» двум вашим. К 1867 году эта система сложилась окончательно и была закреплена на конференции промышленно развитых стран в Париже. Ведущей мировой торговой державой того времени являлась Великобритания, потому установленный ею стабильный курс 4,248 британского фунта стерлингов за унцию стал своего рода фундаментом мировой финансовой системы. Остальные валюты тоже были выражены в золоте, но, уступая фунту в размерах доли мировой торговли, в конечном счете пришли к своему выражению через британский фунт.Однако уже тогда США начали собственную игру по свержению британской валютной гегемонии. В рамках Парижской валютной системы США добились не только фиксации доллара к золоту (20,672 доллара за унцию), но и зафиксировали правило, согласно которому свободная торговля золотом могла осуществляться только в двух местах: в Лондоне и Нью-Йорке. И больше нигде. Так сложился золотой монетный паритет: 4,866 американского доллара за британский фунт. Курсы остальных валют имели право колебаться только в рамках стоимости пересылки суммы золота, эквивалентной одной единице иностранной валюты, между золотыми площадками Великобритании и США. В случае их выхода за границы этого коридора начинался отток золота из страны либо, наоборот, его приток, что определялось отрицательностью или положительностью сальдо национального платежного баланса. Таким образом система быстро возвращалась к равновесию.В этом виде «золотой стандарт» просуществовал до начала Первой мировой войны и в целом обеспечил эффективность механизма международных финансов. Хотя уже тогда Великобритания столкнулась с проблемой цикличности расширения-сжатия денежной массы, чреватой истощением национального золотого запаса.Великая война, как тогда называли Первую мировую, сильно расшатала мировую экономику, что не могло не отразиться на ее финансовой системе. Лондон больше не мог исполнять роль мировой резервной валюты в одиночку. Масштабы внутренней экономики просто не генерировали столько золота, чтобы обеспечить спрос других стран на британские фунты, а собственное британское торговое сальдо оставалось отрицательным. Это означало фактическое банкротство Британского льва, но джентльмены из Сити пошли на ловкий шаг и на международной экономической конференции в Генуе в 1922 году предложили новый стандарт, получивший наименование золотодевизного. Формально он почти не отличался от парижского «золотого», разве только доллар уже официально признавался международной мерой ценности наравне с золотом. Дальше начиналось небольшое мошенничество. Доллар сохранял золотое обеспечение, а фунт — жесткую курсовую привязку к доллару, хотя обменять его на соответствующий эквивалент в золоте уже было нельзя.Конференция в Генуе в 1922 году. Фото: ics.purdue.eduКомандовать парадом буду яВпрочем, Генуэзская валютная система просуществовала недолго. Уже в 1931 году Великобритания была вынуждена официально отменить конвертируемость фунта в золото, а Великая депрессия заставила Америку пересмотреть золотое содержание своей валюты с 20,65 до 35 долларов за унцию. США, имевшие к тому времени положительный торговый баланс, начали активную экспансию в Европу. Для защиты от нее Британия и прочие ведущие страны ввели запретительные таможенные тарифы и прямое ограничение импорта. Объемы международной торговли и, соответственно, взаиморасчетов резко упали. Обмен валюты на золото во всех странах был прекращен, и к 1937 году мировая валютная система перестала существовать.К сожалению, перед своей смертью она успела привести банковские круги США к мысли о возможности захвата полного лидерства в мировой экономике через обретение долларом статуса единственной резервной системы. И разорившая Европу Вторая мировая война пришлась здесь как нельзя более кстати. Если бы Гитлера не было, его бы придумали в Вашингтоне.Так что когда 1 июля 1944 года представители 44 стран, включая СССР, собрались на Бреттон-Вудскую конференцию, чтобы решить вопрос финансового устройства послевоенного мира, США предложили систему, одновременно очень похожую на ту, которая «хорошо работала раньше», и в то же время подводившую мир к официальному признанию ведущей роли Америки. Вкратце она выглядела просто и изящно. Американский доллар жестко привязывается к золоту (все те же 35 долларов за тройскую унцию, или 0,88571 г за доллар). Все остальные валюты фиксируют курсы к доллару и могут менять их не более чем плюс-минус 0,75% от этой величины. Кроме доллара и фунта, ни одна мировая валюта не имела права обмена на золото.Фактически доллар становился единственной мировой резервной валютой. Британский фунт сохранял некоторый привилегированный статус, но к тому времени больше 70% мирового золотого запаса находилось в США (21 800 тонн), доллар использовался более чем в 60% международных торговых расчетов, и Вашингтон в обмен на ратификацию бреттон-вудских условий обещал огромные кредиты на восстановление экономик стран после войны. Так, Советскому Союзу предлагали выделить 6 млрд долларов, что составляло огромную сумму, так как весь объем ленд-лиза оценивался в 11 млрд. Однако Сталин верно оценил последствия и от предложения благоразумно отказался: Советский Союз подписал Бреттон-Вудские соглашения, но так их и не ратифицировал.Правительства остальных европейских стран фактически подписали кабалу и с ратификацией бреттон-вудских условий могли эмитировать ровно столько собственных денег, сколько их центробанки имели мировой резервной валюты — американских долларов. Это предоставляло США широчайшие возможности по контролю над всей мировой экономикой. Это же позволило им учредить Международный валютный фонд, Всемирный банк и ГАТТ — Генеральное соглашение по тарифам и торговле, позднее преобразившееся во Всемирную торговую организацию (ВТО).Мир начал жить по Бреттон-Вудской системе (БВС).Торговый зал на Уолл-стрит, США, 1939 год. Фото: hudson.orgПо мере того как внешняя задолженность Великобритании и США год от года возрастала и вскоре превысила величину золотого запаса этих стран, а правительства зарубежных государств все больше убеждались в том, что, сохраняя существующую международную валютную систему, они вынужденно финансируют дефициты Великобритании и США (политику которых они не могли контролировать и временами не соглашались с ней), два вышеназванных условия начинали противоречить друг другу.Бреттон-Вудская система была хорошо задумана но могла эффективно работать только при условии устойчивости основной резервной валюты. И это условие в конце концов не было соблюдено. В 60-е годы платежный баланс США в основном сводился с отрицательным сальдо а это означало, что количество долларов, находящихся на руках у иностранцев, быстро возрастало при истощении золотых резервов США.На протяжении 1960-х годов доллар постепенно терял свою способность обмена на золото, однако система договорного кредитно-резервного стандарта позволяла сохранять по крайней мере видимость существования золотовалютного стандарта. В результате США достаточно долго удавалось уклоняться от необходимости ликвидации дефицита платежного баланса с помощью изменения внутренней экономической политики или курса доллара. В конце концов, однако, когда американское правительство вместо повышения налоговых ставок стало увеличивать денежную массу в обращении, чтобы оплачивать расходы на войну во Вьетнаме, в США произошел всплеск инфляции. По мере роста денежной массы процентные ставки падали, а цены внутреннего рынка стремительно повышались, что вело к снижению конкурентоспособности американских товаров за рубежом.Первый кризис разразился в октябре 1960, когда цена золота на частном рынке за короткое время возросла до 40 долл. за унцию при официальной цене 35 долл. за унцию. За этим кризисом последовали золотой, долларовый и стерлинговый кризисы. Такое развитие событий могло бы вскоре завершиться крахом всей мировой валютной системы, подобным краху 1931, однако в действительности оно привело к небывало тесному сотрудничеству всех ведущих государств мира в валютной сфере и повысило готовность стран, обладавших избыточными резервами, продолжать финансировать операции по спасению валютной системы в период, пока шло обсуждение фундаментальных реформ.Несмотря на растущие доходы от зарубежных инвестиций, положительное сальдо платежного баланса США по статьям торговли товарами и услугами (включая доходы от зарубежных инвестиций), переводов и пенсий, достигавшее 7,5 млрд. долл. в 1964, сменилось дефицитом в размере ок. 800 млн. долл. в 1971. Кроме того, объем экспорта капитала из США все эти годы стабильно держался на уровне 1% валового национального продукта; однако, если в конце 1960-х годов высокие процентные ставки в стране способствовали притоку в США ок. 24 млрд. долл. иностранного капитала, то в начале 1970-х низкие ставки вызвали массовый сброс ценных бумаг и отток инвестиций за рубеж.Французский демаршПри всем изяществе замысла и огромных перспективах для США сама БВС содержала в себе принципиальные проблемы, проявившие себя еще во времена «золотого стандарта». Пока экономика США составляла примерно треть от мировой, а если вычесть соцстраны, то 60% от совокупной экономики Запада, доля долларов, эмитированных для кредитования зарубежных финансовых систем, была существенно меньше денежной массы, обращавшейся внутри самих США. Платежный баланс являлся положительным, тем самым обеспечивая Америке возможность продолжать богатеть. Но по мере восстановления европейской экономики доля США начала снижаться, а американский капитал, пользуясь дороговизной доллара, начал активно утекать за рубеж для скупки дешевых иностранных активов. Кроме того, доходность зарубежных вложений втрое превышала доходность американского рынка, что еще больше стимулировало отток капиталов из США. Торговый баланс Америки постепенно стал отрицательным.Не помогли и существовавшие в БВС жесткие ограничения на торговлю золотом, фактически ограничивающие его приобретение даже центральными банками других государств, а любых частных инвесторов вообще лишивших такой возможности. Кроме того, появившиеся транснациональные корпорации использовали свои зарубежные капиталы для активной биржевой игры, в том числе «против доллара». Обостряющийся дисбаланс между теоретической моделью БВС и фактическим положением дел в мировой экономике привел не только к появлению черного рынка золота, но и довел его цену там до более чем 60 долларов за тройскую унцию, то есть вдвое выше официальной.Понятно, что долго такое несоответствие продолжаться не могло. Считается, что БВС сломал президент Франции генерал де Голль, собравший «корабль долларов» и предъявивший его США для немедленного обмена на золото. Эта история действительно имела место. На встрече с президентом Линдоном Джонсоном в 1965 году де Голль объявил, что Франция накопила 1,5 млрд бумажных долларов, которые намерена обменять на желтый металл по официально установленному курсу в 35 долларов за унцию. По правилам, США должны были передать французам более 1300 тонн золота. Учитывая, что к этому времени точного размера золотого запаса США не знал никто, но ходили упорные слухи о его сокращении до 9 тыс. тонн, а стоимость всей массы напечатанных долларов явно превосходила эквивалент даже официального числа 21 тыс. тонн, Америка на такой обмен согласиться не могла. Тем не менее Франции путем жесткого давления (так, страна вышла из военной организации НАТО) удалось преодолеть сопротивление Вашингтона и за два года вместе с Германией таким образом вывезти из США более чем 3 тыс. тонн золота. Способность США сохранять обратимость доллара в золото становилась невозможной. К началу 70-х гг. произошло перераспределение золотых запасов в пользу Европы, а в международном обороте участвовало всё больше наличных и безналичных долларов США. Доверие к доллару, как резервной валюте, дополнительно падало из-за гигантского дефицита платежного баланса США. Дефицит США по статьям официальных расчетов достиг небывалых размеров – 10,7 млрд. долл. в 1970 и 30,5 млрд. долл. в 1971 при максимуме в 49,5 млрд. долл. (в годовом исчислении) в третьем квартале 1971.Появились значительные проблемы с международной ликвидностью, так как добыча золота была невелика по сравнению с ростом объемов международной торговли. Образовались новые финансовые центры (Западная Европа, Япония), и их национальные валюты начали постепенно так же использовать в качестве резервных. Это привело к утрате США своего абсолютного доминирующего положения в финансовом мире.В соответствии с правилами МВФ, образовавшийся избыток долларов на частном валютном рынке должен был поглощаться зарубежными центральными банками, что требовалось для сохранения существовавших валютных паритетов. Однако такие действия порождали ожидания обесценения доллара относительно более сильных валют стран, накопивших долларовые требования на огромные суммы, в частности, Франции, Западной Германии и Японии. Эти ожидания были подкреплены официальными заявлениями американского правительства о том, что оно рассматривает изменение валютных курсов как меру, необходимую для восстановления равновесия платежного баланса и конкурентоспособности американских товаров на внешних рынках. 15 августа 1971 США официально объявили о приостановке обмена долларов на золото. Одновременно для укрепления своих позиций на предстоящих переговорах США ввели временную 10-процентную надбавку к импортным пошлинам. Введение надбавки преследовало две цели: ограничить импорт путем его удорожания и предупредить правительства зарубежных стран о том, что, если они не предпримут кардинальные шаги, способствующие росту экспорта из США, объем их собственного экспорта в США будет резко ограничен.На этом история Бреттон-Вудской финансовой системы и закончилась, так как после подобного конфуза США под разными предлогами отказывались менять зеленые бумажки на реальное золото. 15 августа 1971 года следующий президент США Ричард Никсон официально отменил золотое обеспечение доллара.За 27 лет своего существования БВС сделала главное — возвела американский доллар на вершину мировых финансов и прочно ассоциировала его с понятием самостоятельной стоимости. То есть ценность этой бумажке придавало лишь то, что на ней написано — «доллар», — а не количество золота, на которое его было бы можно поменять. Отказ от золотого обеспечения снял с США последние ограничения по денежной эмиссии. Теперь ФРС могла официально решать на своем заседании, сколько миру надо долларов, совершенно не переживая за какое бы то ни было их обеспечение. Смитсоновское соглашение. После прозвучавших 15 августа заявлений те страны, имевшие положительные сальдо платежных балансов, которые еще не перешли к плавающим курсам своих валют, оказались вынужденными сделать это. Однако руководящие кредитно-денежные учреждения этих стран постарались ограничить повышение курсов их валют и таким образом сохранить конкурентоспособность своих товаров на международных рынках. В то же время правительства стремились избежать возврата к разрушительной протекционистской политике, которая возобладала в мире в 1931 после прекращения обмена фунтов стерлингов на золото и могла вновь стать доминирующей теперь, когда прекратился обмен на золото долларов. Опасность возврата к прошлому удалось устранить с помощью соглашений, достигнутых 18 декабря 1971 на переговорах между представителями стран «Группы десяти» в Смитсоновском институте (Вашингтон).Во-первых, были согласованы условия многостороннего пересмотра валютных курсов, повлекшего за собой девальвацию доллара США к золоту на 7,89% и одновременное повышение курсов валют многих других стран. В результате стоимость ведущих валют мира относительно прежнего долларового паритета выросла на 7–19%. До начала 1972 многие другие страны не меняли зафиксированные МВФ валютные паритеты; как следствие, стоимость их валют относительно доллара также автоматически поднялась. Некоторые страны прибегли к корректировке паритета своих валют, чтобы сохранить их прежний курс к доллару, тогда как другие повысили или понизили курсы национальных валют к доллару. Во-вторых, «Группа десяти» договорилась временно установить пределы допустимых колебаний курсов на уровне 2,25% от нового валютного курса, что пока исключало свободное «плавание» валют. Наконец, в-третьих, США согласились отменить 10-процентную надбавку к импортным пошлинам.В результате принятых мер золотовалютный стандарт трансформировался в бумажно-долларовый стандарт, при котором все страны, за исключением США, взяли на себя рискованные обязательства поддерживать новые валютные курсы, фактически закрепленные Смитсоновским соглашением.Ямайская системаСторонники монетаризма выступали за рыночное регулирование против государственного вмешательства, воскрешали идеи автоматического саморегулирования платежного баланса, предлагали ввести режим плавающих валютных курсов (М. Фридман, Ф. Махлуп и др.). Неокейнсианцы сделали поворот к отвергнутой ранее идее Дж. М. Кейнса о создании интернациональной валюты (Р. Триффин, У. Мартин, А. Дей. Ф. Перу, Ж. Денизе). США взяли курс на окончательную демонетизацию золота и создание международного ликвидного средства в целях поддержки позиций доллара. Западная Европа, особенно Франция, стремилась ограничить гегемонию доллара и расширить кредиты МВФ.Поиски выхода из финансового кризиса велись долго вначале в академических, а затем в правящих кругах и многочисленных комитетах. МВФ подготовил в 1972-1974 гг. проект реформы мировой валютной системы.Ее устройство было официально оговорено на конференции МВФ в Кингстоне (Ямайка) в январе 1976 г соглашением стран — членов МВФ. В основу Ямайской системы положен принцип полного отказа от золотого стандарта. Причины кризиса описаны статье Бреттон-Вудская валютная система. Окончательно правила и принципы регулирования были сформированы к 1978 году, когда большинством голосов было ратифицировано изменение в уставе МВФ. Таким образом и была создана ныне действующая мировая валютная система.По замыслу Ямайская валютная система должна была стать более гибкой, чем Бреттон-Вудская, и быстрее адаптироваться к нестабильности платежных балансов и курсов национальных валют. Однако, несмотря на утверждение плавающих валютных курсов, доллар формально лишенный статуса главного платежного средства фактически остался в этой роли, что обусловлено более мощным экономическим, научно-техническим и военным потенциалом США по сравнению с остальными странами. Кроме того, хроническая слабость доллара, характерная для 70-х годов, сменилась резким повышением его курса почти на 2/3 с августа 1980 г. до марта 1985 г. под влиянием ряда факторов.Введение плавающих вместо фиксированных валютных курсов в большинстве стран (с марта 1973 г.) не обеспечило их стабильности, несмотря на огромные затраты на валютную интервенцию. Этот режим оказался неспособным обеспечить быстрое выравнивание платежных балансов и темпов инфляции в различных странах, покончить с внезапными перемещениями капитала, спекуляцией на курсах и т.д. Ряд стран продолжили привязывать национальные валюты к другим валютам: доллару, фунту и т.д., некоторые привязали свои курсы к "корзинам валют", или СДР.Одним из основных принципов Ямайской мировой валютной системы была юридически завершенная демонетаризация золота. Были отменены золотые паритеты, прекращен размен долларов на золото.Ямайское соглашение окончательно упразднило золотые паритеты национальных валют, равно как и единицы СДР. Поэтому оно рассматривалось на Западе как официальная демонетизация золота, лишение его всяких денежных функций в сфере международного оборота. Было положено начало фактического вытеснению "желтого металла" из международных валютных отношений.Формально Ямайская система существует по сей день, но фактически мы можем видеть начало ее конца. Потому что она содержит еще больше системных противоречий, чем было в Бреттон-Вудской, но в ней уже нет золота, которое можно хотя бы пощупать и посчитать.источникиhttp://rusplt.ru/society/brettonvudskaya-sistema-26958.htmlhttp://profmeter.com.ua/Encyclopedia/detail.php?ID=884http://profmeter.com.ua/Encyclopedia/detail.php?ID=449http://utmagazine.ru/posts/16039-smitsonovskoe-soglashenieЕще немного про глобальную экономику: вот например вспомните, что такое Переводной рубль и что такое Бешеные деньги: 35 квадриллионов за $1. Вспомним еще про Всем кому должен, всем прощаю. Дефолт по-советски, а так же что такое Хавала (Hawala) - теневые банки. Вот еще Панорама мирового долга или например про Бильдербергский клуб. Кстати, недавно услышал, что продолжаются Загадочные смерти сотрудников JP Morgan

19 марта, 11:11

Американо-китайская торговля как фактор дестабилизации мирового порядка

Любой экономический кризис – результат накопившихся диспропорций и проявление неравновесия в экономических отношениях. Одна из фундаментальных диспропорций мировой экономики – неравновесная торговля между странами (большое превышение экспорта над импортом и наоборот). Тенденция к росту межгосударственных торговых диспропорций наблюдается совершенно отчётливо, это влечет целый ряд неприятных последствий:...

13 марта 2015, 14:00

Спецслужбы и Бреттон-Вудс

Доктор экономических наук Валентин Катасонов, продолжая рассказ о печально знаменитой Бреттон-Вудской конференции, приводит целый ряд связанных с ней прямо-таки детективных фактов. Уникальные люди: Ангел смерти Дхоби-Гхат – район прачек в Мумбаи Буддийский монах варит себя в кипящем масле В Донецкой Народной Республике состоялся конкурс красоты Чтобы ублажить Слендермена 12-летние девочки попытались убить подругу Бывший офисный […]

10 июня 2014, 03:05

Пушки заряжают долларами...

"Аналитика: Кризис" Беседа с Валентином Катасоновым о том, что является экономическим маркером надвигающейся мировой войны, как Запад обескровливает экономику России, какими средствами обеспечить экономический суверенитет. Бильдербергский клуб. http://neuromir.tv/

03 августа 2012, 12:17

Дон Кихот победил… Ни одна мельница не пострадала

От редакции: В марте-апреле текущего года Terra America весьма подробно изучила Федеральную резервную систему США, а также и ее критику как слева, так и справа. Наши авторы, иностранные и отечественные эксперты детально разобрали тогда эту тему. Мы увидели, что, несмотря на то, что ФРС несомненно виновна в финансовом кризисе, который мы продолжаем переживать, и частно-государственная «пятая власть» в США скорее служит интересам воротил Уолл-стрит, нежели национальным интересам Америки, не говоря уже о простых гражданах, все же списывать ФРС в утиль не стоит, более того, без нее современный капитализм лучше не станет. Так что яростные атаки духовного лидера «Чайной партии» Рона Пола, равно как и оккупантов Уолл-Стрит, на ФРС в ближайшее время не принесут желаемого ими результата, тем более, что их критика разнится по сути, сходясь лишь тактически. Однако вопрос о ФРС стал действительно серьезным политическим фактором в США. Так что успех республиканцев на предстоящих президентских выборах будет зависеть от того, насколько ранее казавшиеся дикими идеи «Великого аудитора» (термин Тerra Аmerica) будут восприняты лидером праймериз Миттом Ромни. И вот – новый поворот событий. Республиканское большинство совместно с представителями-демократами голосует за билль Рона Пола об аудите Федерального резерва. Что это означает? Рон Пол нокаутировал Бена Бернанке или всего лишь обозначил удар? Способен ли конгрессмен на большее? И в целом, это нечто серьезное или дутая сенсация? Разбирается Дмитрий Дробницкий. * * * Рональд Эрнст Пол, 77-летний конгрессмен-республиканец с почти сорокалетним опытом, в конце июля этого года добился максимального за свою жизнь политического успеха – его законопроект о прозрачности, отчетности и аудите Федеральной резервной системы был принят Палатой представителей Конгресса подавляющим количеством голосов: 327 против 98-ми. Причем, помимо 238 однопартийцев Пола, билль поддержали 89 демократов. Ранее Рон Пол заявил, что после окончания своих нынешних полномочий конгрессмена (а это случится в декабре этого года) он завершает свою парламентскую карьеру. Так что бескомпромиссный либертарианец, который уже не одно десятилетие ведет свой крестовый поход против Федерального резерва, уходит с Капитолийского холма в зените славы. Его популярность как никогда высока, его идеи стали воспринимать не просто всерьез, он ими буквально заразил часть республиканского истеблишмента и большое количество молодежи. Если раньше о его идеях урезания дефицита американского бюджета, отказа от военных операций за рубежами США и жесткого контроля над ФРС – все то, что называется Революция Рона Пола (Ron Paul’s Revolution), – сочиняли анекдоты, то с теперь обо всем об этом слагают песни самых разных жанров. Идет даже своеобразное соревнование за лучший гимн Рона Пола, причем соревнуются и уличные «банды», и довольно известные исполнители, такие, как Стив Доур и Эйми Эллен. Еще в 2008 году Рона Пола практически игнорировали солидные СМИ (если только не употребляли его имя в ироническом контексте: хочешь назвать кого-нибудь фриком – сравни с Роном Полом), то теперь от корреспондентов нет отбоя, а уж после принятия Палатой представителей билля, который зовут не иначе как биллем Пола, он на некоторое время стал едва ли не самой упоминаемой фигурой в прессе и на телевидении. Медиа-империя деловых новостей Bloomberg взяла у Рона Пола интервью в здании Конгресса сразу после голосования по поводу его билля. Усталый, но удовлетворенный «крестный отец партии чаепития» отвечал на вопросы бодро и остро, как и всегда, но теперь к этому добавилась весомость слов победителя. От маргинала до политика, с которым нельзя не считаться и которого теперь наверняка будут приводить в пример как человека несгибаемой воли и настойчивости вопреки всему, – это дорогого стоит. И первым из «официальных лиц», кто отметил это, был отнюдь не либертарианец по своим взглядам, кандидат в президенты от республиканской партии Митт Ромни. В своем твиттере сразу после новостей из Конгресса он написал: «Билль Рона Пола “Проверь ФРС” является заслугой его неустанных усилий по продвижению системы честных денег и достижению транспарентности ФРС». Здесь есть смысл сделать три примечания. Во-первых, «Проверь ФРС» (в оригинале Audit the Fed, буквально: «подвергни ФРС аудиту») – это лозунг Рона Пола, такой же, как и «Революция Рона Пола». Во-вторых, термин «честные деньги» (sound money) – это термин Рона Пола. Честные деньги Пол противопоставляет так называемым фиатным деньгам, которые, как он всегда говорит, «сделаны из воздуха» (created from thin air). Именно такими деньги и стали после окончательного отказа от золотого стандарта и Бреттон-Вудской системы де-юре при Никсоне. И именно тогда, кстати говоря, Рон Пол, до этого работавший хирургом, задумался о карьере на политическом поприще. Наконец, в-третьих, принятие самой идеи транспарентности Федерального резерва настолько «не в духе современности» (ведь Центробанки должны быть независимыми и технократичными, не так ли?), настолько возвращает нас к идеям Отцов-основателей, что весь твит Ромни показывает, что он не может более игнорировать неуступчивого седого джентльмена, который не раз в ходе праймериз устраивал ему головомойку, говоря о Конституции и ее нарушениях. Вот почему твит Ромни выглядит как «помоги мне, Рон». Когда дело идет о процентах, а иной раз и о долях процентов, неумно отталкивать от себя героев-однопартийцев, тем более, таких популярных и успешных. Нет смысла сейчас разбирать в деталях, является ли идея «честных денег» анахронизмом XIX столетия, возможен ли «честный» капитализм по-либертариански, а также должна ли довлеть над «свободным рынком» совершенно нерыночная структура вроде ФРС – все это мы исследовали еще весной (и все эти материалы легко найти в Актуальных темах, по тэгу «ФРС США: Pro et Contra»). Тем более, я полагаю, нет смысла рассматривать войну Рона Рола с Федеральным Резервом США как часть глобального заговора по «глобальному финансовому кидалову», спекуляции о котором появились не только в Рунете, но и на Западе. Нет смысла ровно потому, что такого рода «кидалово», которое рассматривается в том числе весьма компетентными американскими политологами (вот только не в контексте ФРС и финансовой системы вообще. О такого рода планах ТА тоже писала), будет означать мировой коллапс, глобальный сброс, так что «мир, как мы его знали»[1] действительно перестанет существовать. Это всё другие темы, никак не связанные с «революцией Рона Пола». Несомненно, все в мире взаимосвязано, но главный либертарианец Америки собирается изменить именно «мир, как мы его знали». Очень даже возможно, что в другом, «прекрасном новом мире» после глобального перезапуска Рон Пол, который (что очевидно из его поведения на дебатах и интервью, в коих теперь нет недостатка) находится в превосходной физической и ментальной форме – для 77 лет в фантастически хорошей! – может стать президентом Америки после коллапса (не зря ведь его боготворит молодежь), но именно коллапса-то Пол и старается избежать. Ведь «Великий аудитор» говорит об опасности внешнего долга Америки с 1988 года, когда, казалось бы, Рейган только что доказал, что внешний долг – источник богатства США. И тем не менее этот человек был другом Рейгана, о чем свидетельствует обошедшая весь мир (не тогда, сейчас!) фотография. Так что не все так просто. Точнее – не столь конспирологически просто. Если в каком заговоре и участвует Рон Пол, то только в одном, который нельзя назвать заговором по причине поднятого забрала, – он хочет положить конец секретности, бесконтрольности и неконституционному поведению (по его мнению) Федеральной резервной системы. Что же, если вернуть «честный капитализм» – это заговор, то да, он замешан в этом заговоре. Главный итог этого лета состоит в том, что «честный капитализм» в США более не является уделом идиотов. В противном случае одну из палат американского парламента придется обвинить в идиотизме. Однако в равной степени итогом предвыборного лета является и то, что у Рона Пола нет шансов окончательно победить, во всяком случае, в обозримом будущем. И «Великий аудитор» отдает себе в этом отчет. И в вышеупомянутом интервью Bloomberg, и в своих публикациях Пол справедливо указывает на то, что шаг вперед есть, но следующие шаги вряд ли пока осуществимы. Ведь билль должен еще пройти Сенат, где большинство за демократами. Более того, Сенат вообще отказался рассматривать законопроект до конца года, несмотря на усилия сына могучего (без всякой иронии) старика – сенатора Рэнда Пола. Дальше – хуже. Законопроект (даже если предположить, что он пройдет Сенат в 2013 году) нужно еще подписать президенту. Разумеется, ни Ромни, ни Обама этого не сделают. И тогда предстоит процедура преодоления президентского вето, а это mission impossible при нынешнем раскладе в обеих палатах США. Таким образом, никакой «революции 327-98», широко разрекламированной в Сети, не случилось. Конечно, у главы ФРС США Бена Бернанке сейчас куда хуже настроение, чем в семье Пола. Пока шли слушания в Палате представителей, Бернанке сопротивлялся в привычной манере, говоря о «кошмарном сценарии», называя такими словами вмешательство политиков в дела «независимого банка». Однако двумя днями позже ему пришлось побледнеть. Рон Пол накануне голосования в Палате подверг его яростному допросу. Бернанке даже не смог объяснить конгрессменам, что такое деньги. Золото – не деньги, это актив. Почему Центробанки хранят золото, а не алмазы – ответа нет, просто традиция такая. Чем золотой актив отличается от казначейских обязательств и federal reserve note – тоже нет ответа. Впрочем, следует признать, что допрос велся не просто с пристрастием, Пол четко отмерил время, чтобы Бен Бернанке не мог даже и рта раскрыть для изложения своих взглядов. Умно и результативно? Да. Честно? Не знаю… Куда честнее и интеллигентнее велся разговор в комиссии Конгресса по вопросам внешней политики, когда туда в 2009 году была вызвана Хиллари Клинтон. Разумеется, и в этой комиссии Пол занимал не последнее место. Он тогда требовал ответа по срокам возврата американских солдат из Ирака и Афганистана домой. Г-жа Клинтон произнесла дежурное «мы работаем над этим», но затем сделала весьма неожиданный комплимент. Она сказала, что во всех городах, которые она проезжала в ходе предвыборной гонки-2008, она видела сторонников Пола. Но не просто сторонников – «самых вдохновленных сторонников», которых она когда бы то ни было видела. Само собой, это тоже было частью игры. Ведь тогда все еще верили в Change. Тогда ведь никто не знал, что тюрьма в Гуантанамо не будет закрыта, войска из Ирака будут выведены неким специфическим образом, в Афганистане американцы застрянут надолго, да еще случится Ливия. Тогда никто толком не понимал, что Обама не голубь, а реалист. И вот перед нами выборы 2012. Ромни – несомненный победитель праймериз и, стало быть, номинант от республиканцев на пост президента США. И все же Рон Пол, признавая, что праймериз проигрывает, с них не снимается, в отличие от Гингрича и Санторума, и самостоятельно выходит (уже высказав некую поддержку Ромни) на Конференцию республиканцев (GOP Convention). На мой взгляд, газета The Christian Science Monitor очень точно выявила пять причин, почему Аудитор действует именно так. Он хочет: изменить дух республиканской партии, склонить ее к либертарианскому взгляду на жизнь, продемонстрировать свою силу, которая неимоверно возросла с 2008 года, насолить Бену Бернанке (точнее, заставить Ромни продолжать «поджаривать» ФРС), постараться протащить в программу «слонов» пункт об обязательном определении сроков возврата американских солдат домой. Причем, из всех точек конфликтов, утвердить в программе республиканского президента незыблемость Первой поправки, в том числе в отношении Интернета. После его июльской победы в Конгрессе (которая, как мы выяснили, пока никуда не ведет) он вполне может рассчитывать на то, что его буквы будут вставлены в программу республиканского претендента. Таким образом, пользуясь своей беспрецедентной популярностью, Рон Пол почти наверняка кое-чего, да добьется. Ромни, судя по его твиттеру, уже признал, что с этим упертым либертарианцем нельзя не считаться. Ну а Бен Бернанке, как и любой технократ, продолжит делать то, что он и делал. И продолжаться это будет до тех пор, пока до него не доберутся политики, которые вдохновляются идеей, а не сиюминутной прагматикой. [1] «Мир, как мы его знали, подходит к концу» — Б.Б. Гребенщиков. Дмитрий Дробницкий