• Теги
    • избранные теги
    • Компании199
      • Показать ещё
      Страны / Регионы100
      • Показать ещё
      Разное499
      • Показать ещё
      Формат67
      Показатели170
      • Показать ещё
      Люди120
      • Показать ещё
      Издания6
      Международные организации34
      • Показать ещё
      Сферы2
Выбор редакции
23 июня, 18:08

Сотрудник ЦМАКП Андрей Гнидченко выступил на Втором Всемирном конгрессе сравнительных экономических исследований (НИУ ВШЭ в Санкт-Петербурге)

Сотрудник ЦМАКП Андрей Гнидченко выступил на Втором Всемирном конгрессе сравнительных экономических исследований (НИУ ВШЭ в Санкт-Петербурге) с докладом "Trade Shares, Structural Transformation and Economic Development: Classifying Country Experience".В докладе исследуются основные тренды трансформации товарной структуры экспорта и импорта по 77 странам мира за период 2001-2015 гг. Рассматриваются взаимосвязи между диверсификацией экспорта, диверсификацией импорта и долей внутриотраслевой торговли, а также динамика этих показателей. Выявлено, что наибольший вклад в совокупную диверсификацию экспорта и особенно импорта вносит трансформация товарной структуры торговли внутри видов деятельности, тогда как изменение отраслевой структуры имеет значение для ограниченного круга стран (экспортеры нефти, отдельные развитые страны). При этом отмечено, что существенные сдвиги в доле внутриотраслевой торговли происходили лишь в странах с определяющим вкладом изменения торговли внутри видов деятельности в динамику диверсификации.

Выбор редакции
22 июня, 16:13

Владимир Сальников выступил на симпозиуме в Институте прикладных системных исследований

Заместитель генерального директора ЦМАКП Владимир Сальников выступил на симпозиуме в Институте прикладных системных исследований (The International Institute for Applied Systems Analysis, IIASA, Laxenburg, Austria), посвященном 40-летию летней программы молодых ученых (презентация, текст доклада)

21 июня, 00:21

Росстат поддержал потребление граждан // Мониторинг внутреннего спроса

В свежей порции статистики Росстата о благосостоянии и спросе домохозяйств обнаруживается заметный пересмотр данных о динамке реальных зарплат, потребления и доходов. Так, годовой темп роста реальных зарплат в апреле составил 3,7% (2,5% по предыдущей оценке), что аналогично оценке их динамики в мае. Расчеты ЦМАКПа с устранением сезонности показывают, что среднемесячный рост реальных зарплат в апреле—мае был на уровне 0,5%, их повышение продолжается уже пять месяцев на фоне снижения инфляции, роста спроса на квалифицированную рабочую силу в промышленности (безработица в мае снизалась до 5,2% с 5,3% в апреле) и снижения дифференциации зарплат в частном и госсекторе.

14 июня, 19:19

Сотрудник ЦМАКП Михаил Мамонов выступил на 19-й Ежегодной конференции Международной ассоциации экономических исследований

Сотрудник ЦМАКП Михаил Мамонов выступил на 19-й Ежегодной конференции Международной ассоциации экономических исследований (19th INFER Annual Conference) с докладом "Should We Care? On the Economic Effects of Western Sanctions on Russia" в Университете г. Бордо, Франция We employ a Bayesian VAR to estimate the economic effect of Western sanctions imposed on the Russian economy in 2014. The sanctions led to the decrease in the outstanding amount of the Russian corporate external debt. To disentangle the effect of sanctions from that of the oil price drop, which both affected the economy simultaneously, we compute the out-of-sample projections of key Russian macroeconomic variables conditioning on, first, only the known oil price drop and, second, both the oil price drop and the external debt deleveraging. We found that the fall in oil prices alone cannot explain the depth of the current crisis in Russia; however, if we add the actual path of external debt deleveraging, we get more accurate conditional forecasts. We treat the difference between these two projections as the effect of sanctions against Russia. This effect is modest, yet notable for the most of variables. Concerning the effect on GDP, we found large uncertainty, but still it is most likely to be negative.

Выбор редакции
14 июня, 19:03

В журнале "Economic Systems" вышла статья сотрудника ЦМАКП Михаила Мамонова

В журнале "Economic Systems" (Scopus Q2) вышла статья сотрудника ЦМАКП Михаила Мамонова "Bank ownership and cost efficiency: New empirical evidence from Russia?" В статье рассматривается техническая эффективность по издержкам различных групп российских банков в период с 2005 по 2013 г. Авторы скорректировали метод расчета в рамках анализа стохастической границы (SFA): из состава расходов были вычтены отрицательные переоценки валютных статей банковского баланса и переоценка ценных бумаг, с тем чтобы сосредоточиться на сущностных аспектах эффективности. Для более конкретного анализа из группы банков с государственным участием выделена особая подгруппа крупнейших госбанков. Примененный метод расчета позволил получить инновационные эмпирические результаты, отличающиеся от ранее опубликованных в научной литературе. Уровни технической эффективности российских банков оказались в целом более высокими и менее волатильными, а разрыв между разными группами банков сократился. Иностранные дочерние банки показали самые низкие по системе результаты эффективности по издержкам. Ведущие государственные банки в среднем столь же эффективны по издержкам, как и частные российские банки. Выводы исследования могут иметь как академическое, так и прикладное значение в плане регулирования деятельности госбанков и повышения их эффективности.

14 июня, 19:03

Сотрудник ЦМАКП Михаил Мамонов выступил на 19-й Ежегодной конференции Международной ассоциации экономических исследований

Сотрудник ЦМАКП Михаил Мамонов выступил на 19-й Ежегодной конференции Международной ассоциации экономических исследований (19th INFER Annual Conference), на специальной сессии по банковским рискам с докладом "Is There a "Hole"? Selective models of banks with negative capital hidden from the regulator" в Университете г. Бордо, Франция В последнее время Банк России начал активно бороться с фальсификациями банковских балансов и за четыре предшествующих года отозвал каждую третью лицензию на осуществление банковской деятельности, обнаружив "дыры" в капитале на общую сумму -2.1% ВВП. Однако, до сих пор процесс расчистки банковского сектора затрагивал лишь средние и мелкие по размеру банки (за редкими исключениями). Что произойдет, если этот процесс затронет более крупные банки? Сколько новых эпизодов "дыр" и каков их ожидаемый размер в случае обнаружения нас еще могут ждать впереди? Расчеты по селективным моделям Хекмана показали, что по состоянию на 1 июля 2016 от 300 до 400 банков из 641 еще функционировавших на тот момент могли скрывать "дыры" на сумму соответственно от -3.6% до -6.8% ВВП. Анализ на уровне отдельных групп банков - из числа топ-30 по размеру активов, остальных банков из первой сотни и банков вне топ-100 - показал, что наибольшие относительные потери локализуются во второй и третьей из указанных групп.

13 июня, 18:27

сотрудник ЦМАКП Андрей Гнидченко выступил на международной конференции

9 июня 2017 г. сотрудник ЦМАКП Андрей Гнидченко выступил на международной конференции (XX Applied Economics Meeting, г. Валенсия, Испания) с докладом "The Two Alternative Strategies of Dissecting Intra-Industry Trade"Theoretical literature clearly states that intra-industry trade should be divided into horizontal and vertical trade flows (or trade in products with homogeneous and heterogeneous quality) that are influenced by different factors. Yet, the economists have not found a proper empirical way to dissect intra-industry trade. Traditional approach relies on unit value as an indicator of product quality. However, it is associated with a number of problems such as instability of the results and arbitrariness of the threshold used to separate the types of trade. We propose the two alternative strategies of dissecting intra-industry trade – varying product quality indicators and applying a different theoretical basis for separating horizontal and vertical trade flows. We also develop a demo calculating scheme for each strategy to demonstrate the way it may be brought to data. The first approach applies PRODY (weighted per capita income) as a product quality indicator, and the second one uses comparative advantage (in the form of the net trade) as a theoretical basis for dissecting intra-industry trade. Pilot quantitative results for Italy and Hungary show that the net trade approach is preferable from the perspective of both stability of the results and accordance with the expectations that the share of horizontal trade with EU members and countries with a similar per capita GDP should be higher

Выбор редакции
01 июня, 15:27

Опубликована статья сотрудников ЦМАКП Д. Галимова, А. Гнидченко, О. Михеевой, А. Рыбалка и В. Сальникова

В журнале "Вопросы экономики" (№5, 2017) опубликована статья сотрудников ЦМАКП Д. Галимова, А. Гнидченко, О. Михеевой, А. Рыбалка и В. Сальникова "Производственные мощности обрабатывающей промышленности России: важнейшие тенденции и структурные характеристики" В статье оценивается уровень использования производственных мощностей в российской обрабатывающей промышленности. Предлагается способ построения непрерывных временных рядов производственных мощностей и аналитических показателей для оценки основных характеристик мощностей на основе Формы № 1-натура-БМ Росстата. Сделаны качественные выводы относительно структурных характеристик производственных мощностей и тенденций их изменения, значимых с точки зрения проведения экономической политики.

31 мая, 20:17

На сайте ЦСР размещены материалы защиты проекта ЦМАКП

На сайте Центра Стратегических разработок размещены материалы защиты первого и второго этапов проекта ЦМАКП по заказу ЦСР по обоснованию возможного масштаба инвестиций в основной капитал в долгосрочной перспективе

29 мая, 00:00

Промышленность в апреле: полет нормальный

И официальные (Росстат), и независимые (ЦМАКП, НИУ ВШЭ) оценки итогов промышленного производства в апреле свидетельствуют о росте индустриального выпуска.

28 мая, 08:23

Путин запретил банкам расставлять "кредитные ловушки" для россиян

Поручение президента Путина к правительству и ЦБ о необходимости ограничить начисление штрафов и пеней по кредитам стоит связывать с попыткой устранить дисбаланс между кредиторами и заемщиками, считает ведущий эксперт Центра макроэкономического анализа и краткосрочного прогнозирования (ЦМАКП) Михаил Мамонов.

25 мая, 09:01

Валентин Катасонов: «Черные дыры» российских банков

И кто должен спасать их клиентов при банкротстве

Выбор редакции
24 мая, 00:21

Банкротств снова прибыло // Мониторинг финансов компаний

По итогам первого квартала 2017 года число банкротств российских компаний к предыдущему кварталу увеличилось на 1,6% (сезонность устранена) и на 2,3% в годовом выражении, свидетельствуют данные тематического доклада ЦМАКПа (см. график). Впрочем, несмотря на рост квартального показателя к тому же периоду 2016 года, он остается почти на 7% ниже, чем на пике кризиса -- в первом квартале 2015 года.

19 мая, 10:49

Рецессия закончилась: ВВП России растет уже два квартала подряд

Российская экономика оттолкнулась от дна, где находилась с конца 2015 года, отмечает «Центр развития» НИУ ВШЭ. Однако новая волна рецессии возможна в 2021–2023 годах

16 мая, 17:18

Вышла статья сотрудника ЦМАКП Михаила Мамонова

В Журнале Новой экономической ассоциации (№1, 2017) вышла статья сотрудника ЦМАКП Михаила Мамонова "Регулирование доступа банков на кредитный рынок в условиях несовершенной конкуренции: оценка последствий для стабильности банковской системы" В работе анализируются возможности, которыми в последние годы обладало государство в регулировании доступа банков на российский рынок банковских услуг за счет приватизации или национализации банков, стимулирования укрупнения банков и варьирования параметров системы страхования вкладов. Для каждой опции регулирования была проведена эмпирическая оценка последствий для стабильности банковской системы, учитывающая несовершенство конкуренции на кредитном рынке. Особое внимание было уделено определению границ, разделяющих положительное и отрицательное воздействие каждой опции регулирования на стабильность системы. Оценки были сделаны на основе панельной базы данных по всем российским банкам, раскрывавшим балансы и отчеты о прибылях и убытках на сайте Банка России в период I кв. 2004 - IV кв. 2012, т.е. до смены руководства ЦБ РФ. Расчеты показали, что в анализируемый период времени (in-sample) и в 2013-2016 гг. (out-of-sample, при условии отсутствия внешних и внутренних шоков) при заданных уровнях рыночной власти российских банков и распределении кредитного риска между ними Правительство РФ, Банк России и Агентство страхования вкладов (АСВ) могли для поддержки стабильности банковского сектора: во-первых, увеличивать вложения в капиталы крупнейших банков с государственным участием; во-вторых, повышать минимальные требования к капиталам действующих кредитных организаций (на 50-100 млн руб. ежегодно в 2013-2016 гг.) и, в-третьих, снижать размер страхового покрытия по частным вкладам.

12 мая, 15:02

Статья сотрудников ЦМАКП

В научном журнале "Экономическая политика" опубликована статья сотрудников ЦМАКП Андрея Гнидченко, Екатерины Сабельниковой и Александра Апокина "Потенциал импортозамещения и выгоды от экономической интеграции: дезагрегированные оценки" (2017, №2, с. 44-71)Статья посвящена измерению выгод от экономической интеграции в форме импортозамещения по товарным группам в детализированной номенклатуре и категориям услуг. Предлагается новый способ оценки потенциала импортозамещения за счет интеграции, позволяющий ранжировать товарные группы и категории услуг по интеграционному эффекту в абсолютном и относительном выражении. Он развивает подход Хаусманна-Клингера к оценке потенциала увеличения экспорта на детализированном уровне. Расчеты для Евразийского экономического союза показали, что наиболее высокий интеграционный потенциал импортозамещения ожидается по товарным группам, относящимся к машиностроению и химическому комплексу, а также по ряду услуг. В целом вклад интеграции в совокупный потенциал импортозамещения невелик и объясняет лишь 5,5% ожидаемого сокращения импорта. Однако для ряда товарных групп и категорий услуг (в частности, телекоммуникационных и транспортных услуг, трансмиссионных валов, агрохимических продуктов, грузовых автомобилей, ортопедических изделий и слуховых аппаратов) вклад интеграции в ожидаемое замещение импорта превышает 50%

25 апреля, 00:21

Политика замещения импорта мешает производительности // Мониторинг промышленной политики

Исследователи ЦМАКПа и ЦЭФИРа в рамках дискуссионного клуба Ассоциации независимых центров экономического анализа представили свое видение предварительных итогов импортозамещения в РФ. ЦМАКП в презентации отмечает «небольшой прогресс» в замещении импорта: в текущих ценах его доля в добавленной стоимости в экономике снизилась с 53% в 2013 году до 47% — в 2016-м, в обработке и сельском хозяйстве — с 15,3% до 14,9% соответственно.

Выбор редакции
20 апреля, 12:29

Через суд кредиторы в РФ могут получить лишь 3% своих долгов

20 апреля. FINMARKET.RU - В последние годы эффективность процедуры банкротства в России неуклонно падает. По данным Единого федерального реестра сведений о банкротстве (Федресурс), где публикуют информацию арбитражные управляющие (АУ), в 2016 году банкротами в России было признано 12,5 тыс. юридических лиц (в 2015 году — 12,9 тыс.). Из обзора Центра макроэкономического анализа и краткосрочного прогнозирования (ЦМАКП) следует: почти две трети банкротов — из области розничной торговли, строительства и коммерческих услуг. Хуже всего дела обстоят в торговле, где просроченная задолженность выросла более чем на порядок, пишет "Коммерсант".

Выбор редакции
20 апреля, 12:16

В России неуклонно падает эффективность процедуры банкротства

В прошлом году банкротами в России было признано 12,5 тыс. юридических лиц. По данным Центра макроэкономического анализа и краткосрочного прогнозирования (ЦМАКП), две трети банкротов - из области розничной торговли, строительства и коммерческих услуг. При этом эффективность процедуры банкротства в стране неуклонно падает, процент погашения...

19 апреля, 05:55

В России возможно рекордное снижение безработицы

Москва, 18 апреля - "Вести.Экономика". В этом году в России может быть достигнут рекордный уровень безработицы. По оценке премьер-министра РФ Дмитрия Медведева, он способен снизиться до 5% с прошлогодних 5,5%. Ряд экспертов полагают, что это реально, а другие считают необходимым и более активный рост экономики.

21 июля 2015, 15:15

Кто создаст новую стратегию развития России?

Социально-экономического развитие России до 2030 г. должно быть реализовано в рамках соответствующей стратегии. Для разработки стратегии премьер-министр Дмитрий Медведев поручил создать рабочую группу.

12 января 2014, 20:27

В плену старой парадигмы

Солнцев Олег Ирина Сухарева Дешко Артем Пенухина Елена Российская денежная и бюджетная политика начинают противодействовать экономическому росту и консервировать стагнацию Новое руководство Банка России — председатель Эльвира Набиуллина... Фото: РИА Новости Завершившийся год стал для России годом погружения в экономическую стагнацию. Согласно оценкам заместителя министра экономики Андрея Клепача, по итогам 2013 года прирост ВВП ожидается на уровне всего 1,4%. Это более чем вдвое ниже даже скромных темпов 2012-го, когда ВВП вырос на 3,4%. Если же считать поквартально и со снятой сезонностью, то можно говорить, что околостагнационные темпы прироста ВВП (менее 0,5% в год) наблюдаются на протяжении уже шести последних кварталов. Не реализованы даже скромные надежды на краткосрочное оживление во втором полугодии благодаря неплохому урожаю. Символическим «белым флагом», выброшенным правительством в противостоянии со стагнацией, стал обнародованный Минэкономразвития в конце 2013 года существенно пересмотренный долгосрочный социально-экономический прогноз. В нем предлагается в период до 2030 года смириться с темпами роста российского ВВП на уровне ниже средней динамики мировой экономики, причем он будет примерно в полтора раза ниже предшествующих целевых значений. По июльскому прогнозу 2013 года в рамках базового сценария в 2013–2030 гг. предполагался среднегодовой рост российского ВВП на 4 –4,2% при росте мировой экономики на 3,6% в год; по прогнозу ноября 2013-го ожидаемый среднегодовой рост российского ВВП за тот же период составит лишь 2,5% — при годовом росте мировой экономики на 3,4%. Надеждам, возлагавшимся еще в начале прошлого года на оживляющую роль денежно-кредитной и бюджетной политики, не суждено было сбыться. Скованность монетарных властей, обусловленная пузырем на рынке кредитования населения, не позволила задействовать не только нестандартный (количественное смягчение), но и стандартный для других стран (снижение ставок) набор монетарного стимулирования. Этого не случилось, даже несмотря на то что динамика национальной экономики, как признают в Банке России, провалилась ниже уровня долгосрочного потенциала роста — формирования «отрицательного разрыва выпуска». Впрочем, до тех пор, пока ситуация на кредитном рынке была неоднозначной, такое решение, возможно, было оправданным. ...и первый зампред Ксения Юдаева — успело внести разумные изменения в систему процентных инструментов регулятора, но перейти к стимулирующей денежной политике так и не решилось, несмотря на формирование «отрицательного разрыва выпуска» Фото: РИА Новости Инвестиционный цугцванг Устойчивость наблюдаемой стагнации придают следующие обстоятельства. Опережавший на протяжении нескольких лет динамику производства рост фонда оплаты труда наряду с другими факторами обусловил сильное падение прибыльности предприятий и, как следствие, возможностей частного корпоративного сектора осуществлять инвестиции (прибыль — ключевой источник финансирования капитальных вложений, который, по оценкам, в среднем обеспечивает две трети инвестируемых средств). Возникла ситуация инвестиционного цугцванга. С одной стороны, без снижения реальных зарплат и занятости предприятия не смогут восстановить эту возможность. С другой стороны, такое снижение приведет к окончательному замораживанию внутренних рынков, что ограничит не только возможности, но и стимулы предприятий осуществлять инвестиции. Уровень прибыли предприятий и предпринимателей в совокупных доходах экономики сейчас находится на историческом минимуме (ниже, чем перед кризисом 1998-го и в разгар кризиса 2008–2009 годов, а доля оплаты труда в издержках, наоборот, максимальна (см. график 1). Инвестиционный спрос при этом находится на пределе своих возможностей. Доля валового накопления основного капитала в ВВП в последние годы держится на уровне около 22%, что значительно выше средних показателей периода, предшествовавшего кризису 2008–2009 годов (около 18%). Правда, на фоне других развивающихся рынков такая норма инвестирования все равно невысока. В Китае, например, доля валового накопления основного капитала в ВВП в последние годы составляет 48%, в Индии — 34%, в Индонезии — 26%. Однако на фоне сниженной доли прибыли предприятий в российском ВВП даже такая норма означает, что инвестиционная нагрузка на прибыль компаний беспрецедентна. Таким образом, без восстановления уровня прибыльности компаний не стоит и мечтать об ускорении инвестиций и экономического роста. Выход из инвестиционного цугцванга и экономической стагнации возможен только в случае серьезного шока — позитивного или негативного. Такой шок позволит увеличить прибыльность корпоративного сектора: либо за счет внезапного роста доходов — например, от внешнеэкономической деятельности (позитивный шок), либо за счет сокращения расходов — в первую очередь на оплату труда (негативный шок). Если это произойдет, «телега» экономического роста (потребление) вновь окажется позади «лошади» (производство), что позволит возобновить движение экономики. Слабое звено — банки Возникновение мощного позитивного шока в настоящее время не представляется высоковероятным. Что же касается негативного шока, то его вероятность, плохо это или хорошо, как раз весьма высока и связана с неустойчивостью ситуации в банковской системе. Растущие кредитные риски на рынке необеспеченного розничного долга в сочетании с низким уровнем достаточности капитала банков обусловливают высокую уязвимость банковской системы. При этом недостатка в потенциальных триггерах, способных раскрутить системный кризис, нет. Это и непростая ситуация с долгом ряда крупных металлургических компаний, и ужесточение подхода Банка России к отзыву лицензий у ненадежных и недобросовестных банков. Однако ситуация осложняется отсутствием существенного потенциала роста объемов банковских операций с точки зрения долгосрочной устойчивости банковского сектора. Последняя зависит от трех ключевых параметров: ликвидности баланса, достаточности капитала и его прибыльности. При сохранении неизменными структуры спроса экономики на финансовые услуги и финансовых технологий улучшение одного из этих параметров неминуемо ведет к ухудшению остальных. Такая особенность позволяет проследить в эволюции российского банковского сектора определенные этапы развития, или смены моделей поведения. В конце 1990-х поведение банков соответствовало модели «банк — инвестиционная компания»: низкий леверидж (высокий уровень достаточности капитала), невысокая обеспеченность обязательств ликвидными активами и, как итог, низкая прибыльность. В начале 2000-х банковский сектор перешел к так называемой модели narrow banking («банк-кубышка»), характеризующейся относительно высоким уровнем ликвидности, невысокой прибыльностью и низкой достаточностью капитала. В предкризисные годы поведению банков были присущи черты хедж-фондов (особенно в 2005–2006 годы): высокий леверидж с низким уровнем ликвидности, как результат — высокая прибыльность операций. В настоящее время движение банковского сектора не отличается динамизмом — система колеблется в окрестностях точки наименее желательного равновесия, вбирающего в себя все слабости вышеперечисленных моделей: низкая ликвидность, низкий уровень достаточности капитала и низкая прибыльность на капитал. В этих условиях банковский сектор не может повысить ликвидность, не уронив прибыльность капитала еще ниже. Банки не могут существенно расширить кредитование, чтобы поддержать прибыльность, не опустив при этом достаточность капитала ниже порогового уровня. При сохранении текущего низкого уровня прибыльности банковский сектор, скорее всего, не способен в долгосрочной перспективе привлечь достаточно инвестиций в собственный капитал для сохранения хотя бы нынешнего уровня активных и пассивных операций относительно величины российского ВВП. Эскиз антикризисной политики ЦБ От действий Банка России будет зависеть, как быстро сдуется потребительский пузырь — не только в сфере кредитования, но и в сфере собственно потребления, масштабы которого непропорциональны возможностям производства. И разумная жесткость на стадии сдувания этого пузыря необходима. Однако самое важное наступит потом: потребуются усилия для того, чтобы краткосрочный шок на потребительском рынке не превратился в инвестиционный спад. Прежде всего необходимы оперативная контрциклическая процентная политика и соответствующие механизмы формирования денежного предложения. Кроме того, нужна деятельная поддержка системно значимых «корпоративных» банков в случае возникновения эффекта банковской паники (через Агентство по страхованию вкладов, расширение рефинансирования под залог нерыночных активов, возможно, и через беззалоговые кредиты Банка России). Как показывает анализ, банковские кредиты предприятиям, в частности долгосрочные, сейчас в большой степени фондируются за счет сверхкоротких средств юридических лиц (в значительной мере — счетов до востребования). Это делает «корпоративные» банки весьма уязвимыми в условиях шоков ликвидности. Наконец, потребуется удержание рынка корпоративных облигаций от «эффекта домино» — блокирование важного канала инфицирования финансового сектора, а также сохранение на будущее важного инструмента заимствований для предприятий. Посмотрим, насколько текущая практика Банка России соответствует решению хотя бы первой, наиболее технически простой задачи. Как следует из протоколов заседаний Банка России, решения об уровне ключевого инструмента процентной политики (на текущий момент — ключевая ставка Банка России, ранее — ставка рефинансирования) принимаются на основе «оценки инфляционных рисков и перспектив экономического роста». Такие ориентиры выбраны не случайно — они являются основой классического «правила денежно-кредитной политики», сформулированного Джоном Тейлором еще в начале 1990-х. Согласно этому правилу, значение учетной ставки должно определяться отклонениями инфляции и темпов экономического роста от их потенциальных уровней (долгосрочных трендов). Однако что же происходит на самом деле? Об определяющем влиянии на процентную политику инфляционного давления и динамики валютного курса свидетельствует анализ процентной политики Банка России в 2003–2013 годах. Соответствующие коэффициенты корреляции со ставкой рефинансирования в рассматриваемый период равны 81 и 90% соответственно. При этом контроль параметров инфляции и валютного курса основан на принципе антицикличности: высоким темпам инфляции, или существенному ослаблению курса национальной валюты, противодействует ограничительная процентная политика, в обратной ситуации — стимулирующая. Кроме того, в период 2012–2013 годов по изменению коэффициента корреляции динамики курса рубля к бивалютной корзине и ставки рефинансирования можно проследить постепенный отказ Банка России от контроля валютного курса и переход к таргетированию только параметра инфляции — еще в 2009–2011 годах этот коэффициент был высокоположительным (94%), тогда как по результатам последних двух лет (по данным с первого квартала 2012 года по третий квартал 2013-го) оказался в незначимой области (минус 22%). Вот только одна беда: выверенная система процентной политики, основанная на системе контроля над инфляцией, не способствует своей другой важнейшей цели — поддержанию экономического роста. Так, на протяжении всего рассматриваемого промежутка времени (2003–2013 годы) изменение ставки рефинансирования было практически зеркальным отражением динамики экономического роста (см. график 2). Таким образом, до сих пор процентная политика ЦБ носила откровенно проциклический характер — усиливала бум и углубляла спад. Особенно ярко феномен процикличности процентной политики регулятора по отношению к макроэкономической конъюнктуре прослеживается в последний посткризисный период — 2009–2013 годы, когда Банк России осуществлял постепенный переход к режиму инфляционного таргетирования, отказываясь от регулирования валютного курса. Коэффициент корреляции ставки рефинансирования с годовыми темпами прироста ВВП составил минус 95%, с темпами прироста промышленного производства — минус 90% (знак «минус» здесь отражает разнонаправленность изменений процентной ставки и макроэкономической конъюнктуры). В прошлом году после смены главы Банка России произошли существенные изменения в системе процентных инструментов монетарной политики. В качестве основного индикатора, определяющего направленность процентной политики, была введена ключевая ставка Банка России, равная минимальной ставке по недельным аукционам прямого репо и максимальной ставке по недельным депозитным аукционам. При этом ставка рефинансирования Банка России была признана второстепенной. Согласно планам регулятора, ее значение будет приведено к значению ключевой ставки к 1 января 2016 года. Это решение является важным шагом к повышению роли трансмиссионного механизма денежно-кредитной политики, реализуемого с помощью влияния на уровень процентных ставок в экономике. Роль ставки рефинансирования в этом механизме была весьма сомнительной. Вместе с тем при сохранении тех же принципов процентной политики — контроль только уровня инфляции одновременно с фактическим противодействием экономическому росту — успех реформы может оказаться под угрозой. Как показывают результаты эконометрического моделирования, в период после смены главы Банка России (июль — декабрь 2013 года) регулятор, несмотря на реформу процентных инструментов, при проведении процентной политики руководствуется теми же принципами, что и при прежнем главе ЦБ. Форма фактически действующего «правила денежно-кредитной политики» остается неизменной при увеличении периода наблюдений (до ноября 2013 года, по последним доступным данным). Анализ источников денежной эмиссии в период с января 2009-го по ноябрь 2013 года показывает, что динамика денежной базы в последние пять лет в решающей степени определяется валютными интервенциями Банка России (покупка/продажа валюты в официальные валютные резервы) и изменением средств бюджета на счетах в Банке России (см. график 3). Сокращение остатков бюджетных средств на счетах в ЦБ означает увеличение денежной базы, а их рост — напротив, снижение денежного предложения вследствие эффекта стерилизации денежной эмиссии. Вывод о ключевых факторах следует даже из простого корреляционного анализа: в рассматриваемый период коэффициент корреляции динамики денежной базы с валютными интервенциями Банка России составил 66%, с изменениями остатков бюджетных средств на счетах в Банке России — 38%. При этом по результатам корреляционного анализа такой источник денежной эмиссии, как кредитование банков со стороны ЦБ, в период с января 2009-го по ноябрь 2013 года оказался вторичным. Коэффициент его корреляции с динамикой денежной базы является отрицательным. Это означает, что ЦБ использует механизм кредитования коммерческих банков скорее с целью корректировки избыточного влияния основных факторов — движения бюджетных средств на счетах в Банке России и его валютных интервенций. Таким образом, поскольку в настоящее время ЦБ постепенно сокращает объемы операций с валютой в рамках перехода к плавающему курсу рубля, динамика денежного предложения теряет независимость — основным фактором, определяющим изменение денежной базы, становится бюджетная политика (изменение средств бюджета на счетах в Банке России). ЦБ относительно быстро может повысить прибыльность банковского сектора, диверсифицировав каналы денежной эмиссии: заместив эмиссию путем кредитования банков (платный для банков источник ликвидности) эмиссией посредством покупки финансовых активов, например государственных и высоконадежных корпоративных ценных бумаг (бесплатным для банков источником ликвидности). Это позволит мотивировать инвесторов вкладывать средства в банковские капиталы и на некоторое время ослабит ограничения на увеличение объемов операций банков со стороны достаточности капитала. В дальнейшем этот успех может быть закреплен путем реализации программ развития новых сегментов финансового рынка, позволяющих банкам получать дополнительные источники доходов, не связанные с принятием на себя фондовых и кредитных рисков, в первую очередь комиссионных доходов. Речь идет о развитии платежных систем, секьюритизации, финансового консультирования и др. Наделение Банка России функцией финансового мегарегулятора дает ему хорошие стартовые возможности для решения этой задачи. Бюджетная политика Бюджетная политика может стать в России важным дополнением денежно-кредитной политики в части реализации возможностей перехода к экономическому росту. Способна ли нынешняя конструкция бюджетной системы работать на решение этой задачи? Своего рода поворотная точка была пройдена бюджетной системой в 2012 году, когда принималось принципиальное решение о введении бюджетных правил. Это решение означало переход к новой модели бюджетных расходов, основанной на приоритете бюджетной стабильности при безусловном выполнении ранее взятых социальных обязательств. Такая модель означает курс на ужесточение бюджетной политики и сокращение всех незащищенных бюджетных статей. 2013-й стал первым годом по-настоящему жесткой бюджетной политики. Если в 2012 году прирост расходов федерального бюджета (в реальном выражении) составил 11,5%, причем этот рост был ощутим практически по всем направлениям бюджетных расходов (за исключением расходов на ЖКХ и дотаций регионам, см. график 4), то в 2013 году расходы сжались под воздействием бюджетных правил. В наибольшей степени это сжатие было обеспечено сокращением расходов на национальную экономику (минус 150 млрд рублей относительно 2012 года). Важно понимать, что снижение расходов на национальную экономику — это прежде всего снижение расходов на поддержку экономического роста. Если представить себе отраслевой срез произошедших изменений в бюджетной политике (методология ЦМАКП), сопоставив его с текущей экономической ситуацией, то картина получается достаточно печальная (см. график 5). Наиболее сильное снижение темпов роста в 2013 году относительно предыдущего года наблюдалось в машиностроении, представляющем высоко- и среднетехнологичные виды производств. И на фоне наблюдающегося ухудшения производственных показателей машиностроения одновременно происходило снижение расходов федерального бюджета на его поддержку, особенно ощутимое для транспортного машиностроения. Такая конфигурация бюджетной политики свидетельствует об отраслевой несбалансированности проводимой оптимизации бюджетных расходов. Отчасти возможности изменить сложившуюся конфигурацию бюджетной политики связаны с пресловутым повышением эффективности бюджетных расходов — за счет перехода от неэффективных форм поддержки предприятий в виде взносов в уставные капиталы к преимущественному выделению средств на конкретные инвестиционные проекты, развитию механизма частно-государственного партнерства, жесткому контролю за расходованием госкомпаниями получаемых бюджетных средств. Это один из немногих доступных ресурсов для развития в рамках выбранной модели бюджетных расходов. Дайте шанс! Текущая российская стагнация во многом имеет фундаментальные причины, связанные с низким уровнем конкурентоспособности российской экономики. Однако, как справедливо отмечал Майкл Портер, в деле изменения фундаментальных параметров, определяющих конкурентоспособность экономики, важную роль играет шанс. Денежно-кредитная политика, да и бюджетная политика, не может изменить фундаментальные факторы, влияющие на конкурентоспособность, однако она может позволить реализовать шанс «правильно» соединить эти факторы в условиях возникающих шоков, создавая условия для максимальной реализации имеющегося потенциала. Авторы - эксперты Центра макроэкономического анализа и краткосрочного прогнозирования (ЦМАКП). Авторы выражают признательность эксперту ЦМАКП Михаилу Мамонову за идеи и помощь, оказанную при подготовке статьи. Исследование осуществлено в рамках программы фундаментальных исследований НИУ ВШЭ в 2013 году.