• Теги
    • избранные теги
    • Компании1257
      • Показать ещё
      Страны / Регионы1191
      • Показать ещё
      Люди288
      • Показать ещё
      Формат36
      Издания97
      • Показать ещё
      Разное589
      • Показать ещё
      Показатели83
      • Показать ещё
      Международные организации85
      • Показать ещё
      Сферы2
Deutsche Bank
Deutsche Bank
Deutsche Bank (Дойче банк) — крупнейший по числу сотрудников и сумме активов финансовый конгломерат Германии. Правление банка располагается во Франкфурте-на-Майне. Deutsche Bank — универсальный, один из 29 важнейших транснациональных банков по данным Совета по финансовой стабил ...

Deutsche Bank (Дойче банк) — крупнейший по числу сотрудников и сумме активов финансовый конгломерат Германии. Правление банка располагается во Франкфурте-на-Майне. Deutsche Bank — универсальный, один из 29 важнейших транснациональных банков по данным Совета по финансовой стабильности. Он включает коммерческие, ипотечные, инвестиционные банки, лизинговые компании и т. д. 28 миллионов клиентов, 2814 отделений (из них 1845 в Германии), многочисленные участия, филиалы, представительства за рубежом (в 76 странах мира в том числе Нью-Йорке, Лондоне, Сингапуре, Сиднее и Москве). Является крупнейшим участником валютного рынка, придаёт большое значение инвестиционной деятельности и эмиссии собственных ценных бумаг. Deutsche, один из пяти банков, участвующих в Золотом фиксинге. Другими участниками являются Bank of Nova Scotia, Barclays Bank, HSBC Bank USA и Société Générale.

Число сотрудников: 101 тыс.(2015)

В списке Forbes Global 2000 Deutsche Bank в 2016 году занял 448-е место (в 2015 году — 114-е), в том числе 15-е по активам, 158-е по обороту, 399-е по рыночной капитализации.

Баланс

 

История

XIX век

Deutsche Bank был основан в Берлине 10 марта 1870 года с одобрения короля Пруссии. Возглавил банк Георг фон Сименс (Georg von Siemens), капитал банка составлял 5 млн талеров. Создание компании совпало с объединением Германии и победой во франко-германской войне. Выплата Францией репараций на 5 млрд франков способствовало развитию экономики Германии, в 1871 году талер был заменен на марку, обеспеченную золотом. Deutsche Bank также быстро развивался, уже в первые два года были открыты отделения в Бремене и Гамбурге, а также в Шанхае и Йокогаме. В 1873 году был открыт филиал в Лондоне, капитал достиг 15 млн талеров.

Благодаря тому, что Deutsche Bank сосредоточился на зарубежных операциях, ему удалось без потерь преодолеть финансовый кризис 1873-75 годов, приведшего к банкротству многих конкурентов. Приобретение в 1876 году Deutsche Union-Bank и Berliner Bankverein сделало Deutsche Bank крупнейшим банком Германии. В 1877 году он вошёл в синдикат ведущих частных банков, известный как Прусский консорциум. Участвовал в размещении государственных займов, в частности в 1899 году займа Пруссии в 125 млн марок и в то же время займа Второго германского рейха в размере 75 млн марок.

В 80-х и 90-х годах XIX века банк активно участвовал в финансировании строительства электростанций и железных дорог как в Германии, так и за её пределами. Наиболее значимыми проектами этого времени было инвестирование в компанию Edison General Electric в США, строительство электростанции в Аргентине и Анатолийской железной дороги в Турции, финансовая реорганизация Northern Pacific Railroad в США.

 

Начало XX века

В октябре 1901 года умер фон Сименс, но, как и в большинстве других немецких банков, все решения принимались советом директоров, поэтому его смерть не сказалась на работе банка. Он продолжал расширяться и на 1914 год у него было 46 отделений, а капитал увеличился в шесть раз с момента основания (200 млн марок, 112,5 млн марок резерва и 1,58 млрд марок депозитов и заёмных средств). Deutsche Bank продолжал расширятся и во время Первой мировой войны, скупая другие банки, но поражение в войне привело экономику Германии на грань краха. Характерной чертой послевоенного кризиса экономики стала гиперинфляция — в 1923 году одна золотая марка равнялась триллиону бумажных марок.

В 1929 году, в разгар экономического кризиса, произошло слияние Deutsche Bank с его основным конкурентом, Disconto-Gesellschaft, что позволило сократить административные расходы.

 

1933—1945 годы

В 1933 году в Германии к власти пришли национал-социалисты. Deutsche Bank вынужден был сотрудничать с новой властью: из совета директоров были отправлены в отставку трое евреев, банк участвовал в «ариизации» еврейской собственности, финансировал проекты нацистов, скупал выпускаемые ими облигации. В 1999 году Deutsche Bank и десятки других немецких компаний внесли 5,2 млрд долларов в фонд для компенсаций принудительным рабочим концлагерей.

 

Послевоенная реорганизация

После разделения Германии на Восточную и Западную головной офис Deutsche Bank переместился в Гамбург, а отделения в Восточной Германии стали основой новообразованного Berliner Disconto Bank AG. В 1947-48 годах отделения Западной Германии были распределены между тремя банками: Norddeutsche Bank AG, Rheinisch-Westfälische Bank AG и Süddeutsche Bank AG (севернонемецкий, рейно-вестфаленский и южнонемецкий банки). В 1957 году эти банки воссоединились в Deutsche Bank AG со штаб-квартирой во Франкфурте. В это время в банке работали 16 000 человек, а активы составляли 8,4 млрд марок.

 

1960—2000 годы

В 60-х годах банк сосредоточился на обслуживании мелких вкладчиков, также началось восстановление международных операций. В 1968 году Deutsche Bank совместно с нидерландским Amsterdam-Rotterdam Bank, британским Midland Bank, и бельгийским Societé Generale de Banque основали в Нью-Йорке European-American Bank & Trust Company. В 1972 с теми же банками основал Eurasbank (Евро-азиатский банк), в 1987 году выкупил доли партнёров по консорциуму.

В 60-х и 70-х годах инвестировал в промышленные компании, на 1979 год имел своего представителя в наблюдательных советах порядка 140 компаний, среди них Daimler-Benz, Volkswagen, Siemens, AEG, Thyssen, Bayer, Nixdorf, Allianz, и Philipp Holzmann.

Отделение Deutsche Bank в Нью-Йорке было открыто в 1979 году, банк начал активно участвовать на рынке государственных ценных бумаг и в 1990 году Федеральная резервная система США признала Deutsche Bank Government Securities Inc. первичным дилером государственных облигаций. В 1992 году было образовано североамериканское отделение Deutsche Bank North America. 30 ноября 1989 года в результате теракта был убит председатель правления Альфред Херрхаузен.

В 90-е годы банк начал активно осваивать Восточную Европу, в первую очередь воссоединившуюся с ФРГ ГДР, где был куплен Deutsche Kreditbank. К 1994 году Deutsche Bank имел более 300 отделений в Восточной Германии, а также в России, Чехии, Болгарии, Польше и Венгрии.

В 1995 году Deutsche Bank все свои инвестиционные банковские операции объединил в новую компанию Deutsche Morgan Grenfell (DMG), созданную на основе приобретённой в 1989 году британской инвестиционной группы Morgan Grenfell. Более половины всего бизнеса Deutsche Bank переместилась в Лондон, в компанию были приглашены ведущие специалисты отрасли из конкурирующих фирм. Наиболее значимым приобретением конца XX века был банк Bankers Trust Corp., седьмой крупнейший банк США. Сумма сделки составила $10 млрд, была завершена в июне 1999 года.

 

XXI век

С 2001 года акции Deutsche Bank попали в листинг Нью-йоркской фондовой биржи. В 2004 году было открыто отделение в Пекине. Банк продолжал расширяться за счёт поглощений: Scudder Investments (США, 2002 год), Rued Blass & Cie (Швейцария, 2002 год), Объединённая финансовая группа (Россия, 2006 год), а также немецкие банки Norisbank, Berliner Bank и Deutsche Postbank.

Собственники и руководство

Deutsche Bank является акционерным обществом. Было выпущено около 1,38 млрд акций, на июнь 2016 года рыночная капитализация (их общая стоимость) составила около €20 млрд. 56 % акций находятся у резидентов Германии, 15 % — у резидентов США. Из 560 тысяч акционеров компании наиболее крупными являются: Хамад бен Джасим бен Джабер Аль Тани через две компании, Paramount Services Holdings Ltd. (Британские Виргинские острова) и Supreme Universal Holdings Ltd. (Каймановы острова), контролирующий около 6 % акций (на август 2015 года); BlackRock (6,79 %), а также Treetop Family Foundation Inc. (Панама) (3,05 %); DekaBank Deutsche Girozentrale AöR (2,27 %); Vanguard Group (2,07 %); Credit Agricole Asset Management Group (2,07 %); Commerzbank AG (1,78 %); Deutsche Bank AG (1,74 %); Government Pension Fund of Norway - Global (1,85 %); Deutsche Asset Mgmt Invst Gesenschaft (1,61 %); Goldman, Sachs & Co. (1,4 %); HSBC Holdings PLC (1,08 %).

Руководят банком два главных исполнительных директора (CEO):

  • Юрген Фитчен (Juergen Fitschen) — главный исполнительный директор и сопредседатель совета управления и исполнительного комитета Deutsche Bank. Родился в Харзефельде (Германия) в 1948 году. В 1975 году окончил Гамбургский университет. С 1975 по 1987 годы работал в Citibank в Гамбурге и Франкфурте. С 1987 года в Deutsche Bank, CEO был назначен в 2012 году. Также является членом наблюдательных советов Metro AG и Schott AG и членом совета директоров Kuehne + Nagel.
  • Джон Краен (John Cryan) — главный исполнительный директор с 1 июля 2015 года. Родился в 1960 году в Хэррогейте (Англия). Окончил Кембриджский университет. До Deutsche Bank занимал различные посты в UBS, в том числе председателя, CEO и главного финансового директора. Покинул UBS в 2011 году и перешёл в сингапурскую компанию Temasek Holdings, возглавив её европейский отдел.
  • Пауль Ахляйтнер (Paul Achleitner) — председатель наблюдательного совета Deutsche Bank с 31 мая 2012 года. Также входит в наблюдательные советы Bayer, Daimler, RWE (до 18 апреля 2013 года) и Henkel.

 

Deutsche Bank в России

Deutsche Bank не предоставляет в России розничных банковских услуг населению, кроме услуг по управлению крупными частными капиталами. Банк занимается в основном инвестиционно-банковскими и коммерческими услугами.

Свою деятельность в России Deutsche Bank начал ещё в 1881 году, войдя в состав акционеров «Русского банка внешней торговли» в Санкт-Петербурге и выпустив первые облигации российских железных дорог. Отношения с Советским союзом начал налаживать в 1926 году, возглавив первый консорциум по финансированию экспортных поставок в СССР. В 1970-е годы Deutsche Bank выступал организатором финансирования поставок труб для строительства газопровода для экспорта советского газа за рубеж. Deutsche Bank стал первым иностранным банком, получившим лицензию на открытие представительства в Москве (начало работу в 1972 году). В 1998 году было основано ООО «Дойче Банк» в России.

В 2001 году Deutsche Bank открыл в Москве Центр Разработки ПО, который специализируется на создании технологических решений для торговли ликвидными финансовыми инструментами. Это программное обеспечение используется не только в России, но и в других странах. В 2009 году офис Центра был открыт и в Санкт-Петербурге. В 2011 году Московский офис Центра Разработки Deutsche Bank получил первый в России золотой сертификат LEED за эффективное использование ресурсов и высокие характеристики энергосбережения.

В 2003 году Deutsche Bank приобрёл 40 % уставного капитала Объединённой финансовой группы, одной из ведущих независимых российских инвестиционных компаний, а в 2006 — оставшиеся 60 %. Следующим приобретением стала покупка 40 % акций ЗАО «ОФГ Инвест», российской управляющей компании, входящей в группу компаний UFG Asset Management, с возможностью в будущем увеличить свою долю до 100 %. C 2009 года ЗАО «ОФГ Инвест» работает под брендом Deutsche UFG Capital Management.

В 2005 году Deutsche Bank вышел на рынок коллективных инвестиций России. Были зарегистрированы и начали работать пять паевых инвестиционных фондов УК «ДВС Инвестмент» в России. 1 декабря стал лауреатом премии «Золотой банковский лев» в номинации «Банк с участием иностранного капитала, внесший наибольший вклад в развитие экономики России».

В деятельности банка в России были и негативные аспекты. В 2009 году было установлено, что через Deutsche Bank выводились 550 млн рублей из 1,15 млрд, похищенных 13 ноября 2009 года из ПФР. Все деньги были возвращены.

В мае 2015 года центральный офис Deutsche Bank начал внутреннее расследование в отношении московского филиала банка по подозрению в отмывании денег, полученных сомнительным путём.

18 сентября 2015 года Дойче банк Россия объявил о том, что свернёт большую часть своей деятельности в России. Российское отделение будет лишь предоставлять услуги по торговому финансированию, управлению денежными средствами клиентов, финансированию оборотного капитала и валютным операциям, другие услуги российским клиентам будут предоставляться из международных центров Deutsche Bank.

 

Критика

По данным расследования, проведённого международным консорциумом журналистских расследований, газетой Süddeutsche Zeitung и общественной телерадиокомпанией NDR, сингапурское отделение Deutsche Bank помогало клиентам уклонятся от уплаты налогов, открывая компании в оффшорных зонах, в первую очередь на Британских Виргинских островах. Всего на 2013 год удалось получить сведения о 309 оффшорных компаниях и трастовых фондах, в регистрации и управлении которыми участвовал Deutsche Bank, среди клиентов значатся крупные компании и государственные деятели Китая, Азербайджана, России, Канады, Пакистана, Филиппин, Таиланда, Монголии и других стран

Здание штаб-квартиры «Дойче банк» во Франкфурте-на-Майне

 

Вики

https://www.db.com/

Развернуть описание Свернуть описание
18 августа, 13:48

"From Nukes To Terrorism": Battered Investors Flee Risk For Safety Of Bonds And Gold

The global risk-off mood accelerated overnight on Trump "stability concerns", coupled with fallout from the Spain terrorist attack and lingering North Korea tensions, even if the VIX is off its latest highs, trading just above 15. Investors fled into German and U.S. Treasury bonds and bought gold for the third day in a row, as the appeal of such top-notch assets grew further due to a deadly attack that killed at least 13 people in Barcelona. "In a week where we started by worrying about nuclear war, markets have quickly moved on from this, with yesterday's weak session more of a response to fears that Mr Trump's strategy for the economy and business is falling apart and later the terrible terrorist attack in Barcelona," is how DB's Jim Reid summarized the week's psychedelic events. Concerns that Trump’s stimulus is in peril spiked following speculation that his top economic advisor, former Goldman COO Gary Cohn, was set to resign roiled markets on Thursday until reports that he’d opted to stay on board steadied the ship, however heightened terror fears added to the risk off sentiment after at least 13 people died when a van plowed into pedestrians in Barcelona. The terror attack was a reminder of lingering geopolitical risks, with nerves still raw after last week’s escalation of tensions on the Korean peninsula.  USD/JPY dropped below 109.00 and EUR/JPY 128.00; EUR/USD and GBP/USD both run upside stops as USD weakens across the board. Core fixed income markets rally, curves bull flatten with 10Y bund yield falling below 40bps. Spot gold hits YTD high just below $1300/oz, while a strong close for Dalian iron ore futures once again lifts China industrial metals. ING Bank analysts predicted the dollar would remain pinned near current levels, at the expense of the yen. "Tail risks such as geopolitics, protectionism and the unwind of easy central bank money all provide valid reasons to remain cautious in chasing risk," they told clients. "Dollar/yen continues to capture this nervousness and could move down towards the 109.00 level." European stocks tumbled, with Spanish shares leading losses, as two Spanish terrorist incidents added to investor worries about U.S. policy chaos under the Trump administration.  The Stoxx Europe 600 Index dropped 1% percent, reducing the weekly rebound to just 0.3%. In the US, S&P futures were largely flat while Asian dropped with the dollar on rising US political turmoil. Gold, yen and oil gained despite another weekly increase in US shale production. Credit spreads widen, iTraxx Crossover touches widest level seen during North Korea troubles. Travel and hospitality shares led the 1% drop in the Stoxx Europe 600 along with banks, while industries across the board were caught in the downturn. Spain’s IBEX index dropped more than 1 percent. Equities fell from Tokyo to Sydney earlier after the S&P 500 Index on Thursday tumbled 1.5 percent, its second-biggest drop for 2017. The VIX soared higher for the second time in one week, while core bonds across the euro region advanced. In Asia, Japan’s Topix fell 1.1% at the close, down 1.2% over the week, while Australia’s S&P/500 Index ended 0.6% lower. The seemingly impervious to anything, including nuclear war Kospi index ended barely changed 0.1 percent lower. Hong Kong’s Hang Seng Index fell 0.6%.  The MSCI Asia Pacific Index lost 0.5 percent, paring gains for the week. “The terror attacks in the U.S. and Spain just add to all the other geopolitical mess,” Simon Quijano-Evans, a strategist at London-based Legal & General Investment Management Ltd., said in a note to clients. “At some stage that is likely to culminate into a more extreme market reaction.” In rates, yields have fallen in recent days following the ECB comments and amid the dash for defensive assets, with 10-year Bunds at a one-week low of 0.41 percent while 10-year Treasuries traded just off one-week lows hit on Thursday; 10Y Gilts fell one basis point to 1.075%. The turmoil also benefited gold, with spot prices for the metal rising 0.4 percent to the highest in more than two months and on track for its second week of gains. Brent crude futures rose 0.35 percent, rising off three-week lows hit on Thursday as the dollar continued to weaken and signs appeared that supply is becoming tighter in the world's biggest energy consumer, the United States. Today's data include August Michigan consumer sentiment. Deere, Estee Lauder, Foot Locker and Ascendis Pharma are among companies reporting earnings. Market Snapshot S&P 500 futures down 0.01% to 2,427.25 STOXX Europe 600 down 0.9% to 373.47 MXAP down 0.5% to 159.06 MXAPJ down 0.6% to 522.83 Nikkei down 1.2% to 19,470.41 Topix down 1.1% to 1,597.36 Hang Seng Index down 1.1% to 27,047.57 Shanghai Composite up 0.01% to 3,268.72 Sensex down 1.1% to 31,438.75 Australia S&P/ASX 200 down 0.6% to 5,747.11 Kospi down 0.1% to 2,358.37 Gold spot up 0.4% to $1,293.58 U.S. Dollar Index down 0.07% to 93.55 German 10Y yield fell 1.9 bps to 0.407% Euro up 0.1% to $1.1738 Brent Futures up 0.3% to $51.17/bbl Italian 10Y yield fell 1.8 bps to 1.737% Spanish 10Y yield rose 10.4 bps to 1.543% Top Overnight News European Union officials accepted the U.K.’s request to delay the start of the next round of Brexit talks to enable British officials to have time off on Britain’s Aug. 28 “summer bank holiday,” according to two people familiar with the plans Yellen speech at Jackson Hole confirmed for Friday, Aug. 25 at 10 a.m. New York time, topic will be financial stability; Draghi speech same day at 3 p.m. New York time Trump: advisory council for infrastructure will not move forward, according to a White House spokesperson China govt. to further limit outbound investments in foreign property, hotels, sports and gambling Barcelona: five suspected terrorists killed by police; Islamic State claims responsibility Five suspected terrorists killed by police following Barcelona attack China home prices rise in 56 cities vs 60 prev as property market cools Energy Capital Is Said to Plan $5.5 Billion Calpine Takeover Ping An Undervalued Even After 50%-Plus Gain, President Says Gap’s Old Navy Chain Keeps Retailer’s Turnaround Hopes Alive Roche, Sanofi May Move on House Democrats MS Drug Price Probe Guangzhou Auto Says No Plans to Buy Fiat Chrysler: Reuters Fed’s Kashkari repeats there’s no rush to raise rates; Kaplan urges patience, would like ’more progress on inflation’ before next hike JPMorgan Hires Chen From Deutsche Bank For Senior China Role James Murdoch to Donate $1m to Anti-Defamation League: Yahoo July U.S. Total Video Game Sales Up 19% to $588m: NPD Gap CEO Says Gap Brand ‘Stable and Steady,’ Not Yet Satisfying Bunge Expands Soy Crush in Brazil, Cites Long-Term Positive View Holidays on Hold as Bond Market Defies Usual August Slowdown Quants Deliver Swift 10% Gain on Iron Ore From New BNP Model Five Suspected Terrorists Killed After Twin Attacks on Spain Elliott Is Said to Signal Backing for $6.3 Billion Stada Buyout Merkel Jeered by Immigration Foes in Biggest Campaign Unrest Yet Applied Materials Machines in Demand as Data Use Explodes ROST Boosts FY EPS View, Midpoint Beats Est.; Shares Rise 8.4% Bulletin Headline Summary from RanSquawk European equities enter the North America crossover amid yesterday's terror incident and further turmoil in Washington JPY has been the main beneficiary in FX markets with macro newsflow otherwise relatively light Looking ahead, highlights include: Canadian CPI, Uni. Of Michigan and Kaplan In Asian trading, all major Asia-Pac indices traded in negative territory as the risk averse tone triggered by terror incidents in Spain and resignation rumours related to Trump's chief economic advisor Cohn, rolled over to the region. ASX 200 (-0.56%) dampened from the open with the largest weighted financials sector leading the declines as all big 4 banks traded with firm losses, while Nikkei 225 (-1.18%) exporters felt the brunt of the safe-haven flows into FY.  Hang Seng (-1.08%) and Shanghai Comp. (+0.01%) also mirrored the global risk averse tone, although downside was stemmed in the mainland after the PBoC switched to net weekly injection in its operations vs. last week's drain and as participants mulled over the latest property price data which suggested the effectiveness of curbs to cool the over rampant sector. 10yr JGBs were marginally higher with mild support seen amid the negative backdrop in global equities, while the BoJ were also in the market for JPY 1.05fin of JGBs with maturities of up to 10yrs. Top Asian News Malaysia GDP Growth Beats Forecasts as Economy Expands 5.8% After Alibaba Bonanza, Manager Said to Plan New Asia Hedge Fund Company Founders Find Fighting Back Has a Cost in India Japan Stocks to Watch: JT, Kyoei Steel, NGK Insulators, Tosoh Iron Ore in China Ends Week With Bang as Demand Seen Holding Up Ping An’s Tech Push Undervalued by Investors, Ren Says: Q&A Conflict With Infosys’ Founders Prompts CEO Sikka to Quit U.S. Equities See Further Outflows, Europe Sees Inflows: BofAML Falling House Prices in Shenzhen Don’t Bode Well for Steel Kingsgate Surges as Thailand Lifts Gold Mine’s Suspension Across European markets sentiment has soured with the Eurostoxx falling over 1%, sector wise the losses are broad based with travel stocks among the worst performers following yesterday's terror attacks in Barcelona. Financials also taking a hit this morning after reports that banks are being sued by the FDIC over the Libor-rigging scandal. Flight to quality flow keeping EGBs afloat, the German curve is slightly bull flattening while the 10Y yield is approaching 0.4%. Peripheral debt spreads wider with the Italian 10Y yield edging higher. Top European News Commerzbank Early Retirement Offers Accepted by Almost 40% City of London Only Sign of Brexit Weakness, Kingspan CEO Says Straumann Stopped Share Sale as Investors Wanted Bigger Discount Sistema Requests Break in Hearing After New Documents Submitted Czechs Move to Strip Election Favorite of Immunity Before Vote In currenices, JPY firmer across the board amid the fall seen across equity markets and as such USD/JPY is eying 109.00 to the downside, while support in the short term is situated at 108.70-80. USD softer against its major counterparts, EUR and GBP higher by 0.25% with the later making a move to breach 1.29. However, the backdrop of Brexit continues to weigh on GBP/USD and curb the upside. CAD: Today will see the release of the Canadian CPI figures where expectations are for a slight pick-up in inflation. Although, a miss on this could see USD/CAD make a push through 1.27. In commodities, safe-haven commodities supported with gold prices moving to intra-day highs. Elsewhere, the softer USD also sees crude prices ticking up as Brent crude breaches USD 51. Another day of gains for base metals, Zinc rising near 2%. Looking at the day ahead, in the US, the University of Michigan sentiment index (94 expected) will be released. Further, the Fed’s Kaplan will speak again today. US Event Calendar 10am: U. of Mich. Sentiment, est. 94, prior 93.4; U. of Mich. Current Conditions, est. 112.9, prior 113.4; U. of Mich. Expectations, est. 81.5, prior 80.5 U. of Mich. 1 Yr Inflation, prior 2.6%; U. of Mich. 5-10 Yr Inflation, prior 2.6% DB's Jim Reid concludes the overnight wrap In a week where we started by worrying about nuclear war, markets have quickly moved on from this with yesterday's weak session more of a response to fears that Mr Trump's strategy for the economy and business is falling apart and later the terrible terrorist attack in Barcelona. The S&P 500 (-1.54%) fell sharply for its 2nd worst day of the year with the VIX surging 32.5% to 15.55, the fifth highest close of the year. We've now gone through last week's 'fire and fury' lows. The hits kept coming yesterday with speculation that Trump's key economic advisor Gary Cohn was about to resign sending an early US session shock to markets. He is seen as the glue holding Trump's pro-business agenda together. The fears are that if he goes you take a further step back from tax cuts and deregulation. Notably the VIX moved from just over 12 to nearly 13.74 in 25mins as the news swept through the markets. The story was denied and markets calmed a little but sold off sharply into the close as the shocking news broke from Barcelona that terrorists killed 13 people as a vehicle rammed into pedestrians. This morning in Asia, markets are following the negative leads from the US and are lower. The Nikkei (-1.33%), Hang Seng (-0.71%) and Chinese bourses (c.-0.2%) are all down. Elsewhere, the annual military drills between US and South Korean troops starting Monday seem to be having little impact on the markets, with the Kospi down 0.20%. Now onto the ECB minutes. They noted that “concerns were expressed about the risk of the (Euro) overshooting in the future” and that policy makers discussed making “incremental” changes to their forward guidance. Later on, Draghi told reporters that the incoming data confirmed the strength of the Eurozone economy, but on inflation “we need to be persistent and patient, because we’re not there yet…” and “a very substantial degree of monetary accommodation is still needed for underlying inflation pressure to gradually build up”. Members have retained their pledge to the asset purchase program and Draghi noted later that “the last thing that the council may want is an unwanted tightening of the financing conditions”. Given the focus on the Euro and Draghi, DB’s Mark Wall has just published a report highlighting the spectrum of Draghi’s comments on the exchange rate since becoming the President of the ECB. Draghi will speak at the Jackson Hole meeting but is not now expected to set expectations for the timing of a decision on QE. That said, Mark argues that Draghi’s view on the macro should be no more cautious than he was back at the July ECB council meeting.  Across the pond, the Fed has confirmed that Yellen will speak on the topic of financial stability at next week's Jackson Hole symposium. Back to the market’s performance yesterday. US equities have all weakened, with the S&P (-1.54%), the Dow (-1.24%) and the Nasdaq (-1.94% and marking the third largest daily decline in 2017). Within the S&P, all sectors were in the red, with the financials hit harder (BAC -2.27%; WFC -1.69%), in part as nervousness around Cohn hit the sector as he is expected to help deliver tax cuts, an easing in bank regulations and drive bond yields higher. European markets were also down, the Stoxx 600 fell -0.6%, with all sectors excluding utilities in the red. Similarly, financials were also more impacted, with large banks down -1.5% to -2.5%. Across the region, the DAX (-0.49%), FTSE 100 (-0.61%), CAC (-0.58%) and the Italian FTSE MIB (-0.89%) all fell. Bond yields also fell in both US and Europe, with the UST10y down 4bps and core European yields down 2bps. Across the region, the decline in bond yields were fairly uniform at the long end of the curve, with bunds (2Y: +1bp; 10Y: -2bps), Gilts (2Y: -1bp; 10Y: -2bps) and OATs (2Y: +1bp; 10Y: -2bps) all lower i yield even if at the 2y part of the curve, changes were a bit more mixed, but little changed. This morning, UST10y has reversed a little, with yields back up 1.6bps. Turning to currencies, earlier in the day the USD had strengthened against the euro, with EUR/USD down as much as -1%, but the aforementioned developments in the US saw the dollar retreat and allow the Euro to close down -0.4% for the day. Elsewhere, Euro/Sterling and Sterling/USD both dipped 0.2%, while the US dollar index finished +0.1% higher for the day. In commodities, WTI pared back from three consecutive days of losses to be up +0.7% yesterday. Precious metals were little changed (Gold +0.4%; Silver -0.5%), while industrial metals increased on the back of traders speculation of tighter supply (Copper +2.3%, Zinc +4.6%, Aluminium +2.5%), although some of the gains were offset this morning. Away from the markets and the Gary Cohn story, tension continues to grow in US politics and may add to doubts on Trump’s pro-growth reforms. Republican senator Corker has told reporters that “..the president needs to….move away beyond himself…move to a place where daily he’s waking up thinking about what is best for the nation.” Further, another Republican senator Scott said “what we want to see from our president is clarity and moral authority.” Elsewhere, Trump was also busy himself, twitting “publicity seeking (Republican senator) Graham falsely stated that I said….such a disgusting lie.” and that Republican senator Flake is “toxic” and a “non-factor in the senate”. Elsewhere, the German Constitutional Court has raised concerns that ECB’s public sector purchase program (PSPP) might violate the prohibition of monetary financing in EU law. The highest German court has referred the complaint to the European Court of Justice (ECJ) for "preliminary ruling". DB’s Boettcher does not expect an ECJ decision on the motion before Q1 2018. This could push a final verdict by the GCC into late 2018, thus into a period when we expect the ECB to have progressed on winding down QE. Before we take a look at today’s calendar, we wrap up with other data releases from yesterday. In the US, data was mixed but broadly in line. The July industrial production was a tad lower at 0.2% mom (vs. 0.3% expected), whilst manufacturing output fell 0.1% mom (vs. 0.2% expected), with the 3.6% mom decline in auto production (the third consecutive monthly decline) being the biggest weight in the month. Elsewhere, the Philadelphia Fed business index was higher than expected at 18.9 (vs. 18) and the July conference board leading index was in line at 0.3%. Employment indicators remain solid, with initial jobless claims at 232k (vs. 240k) and continuing claims at 1.953m (vs. 1.955m). Across the pond, UK’s July retail sales was higher than expectations at 0.5% mom for exauto (vs. 0.1% expected) and 1.5% yoy (vs. 1.2%). Elsewhere, the Eurozone’s July inflation was in line at -0.5% mom, while the final inflation reading was unchanged at 1.2% yoy (core inflation). The French unemployment rate edged down to 9.2% in 2Q, meeting market expectations. Looking at the day ahead, the German PPI’s will be out as this note is published, then the Eurozone’s June current account stats and construction output data are due. In the US, the University of Michigan sentiment index (94 expected) will be released. Further, the Fed’s Kaplan will speak again today.

16 августа, 16:15

Cash-Strapped Qatar Unexpectedly Cuts Credit Suisse Stake

Is the ongoing Qatar blockade starting to seriously squeeze the finances of the tiny, but rich (or maybe not so rich any more) Gulf nation? Overnight, Credit Suisse's largest shareholder, Qatar, announced it has lowered its direct shareholding in the largest Swiss bank to 4.94% through the nation's sovereign wealth fund - the Qatar Investment Authority - marking a rare sale of the Swiss bank’s stock. The QIA previously owned 5.01% in voting rights and is reporting a sale of shares for the first time since 2008. Qatar’s overall holding - including convertible bonds - declined to 15.91% from 17.98% after a rise in the number of outstanding Credit Suisse shares because of its capital increase. In June, Credit Suisse, which is halfway through a three-year strategy revamp, raised about CHF4.1 billion after tapping shareholders for a second time since CEI Tidjane Thiam took over in mid-2015, Bloomberg reported. The fresh funding would boost its common equity Tier 1 capital to 13.4% of risk-weighted assets, up from 11.7% in the first quarter. Qatar's sovereign wealth fund has been the Zurich-based bank's biggest shareholder since the financial crisis of 2008-09. Then, the cash-rich emirate helped Credit Suisse avert a state bailout by injecting billions in capital into the bank; now Qatar itself may be on the verge of needing a bailout.  The sale has come at a price: the infusion was designed as convertible bonds in Credit Suisse, for which the bank has paid a coupon of between 9 and 9.5%. However, in a harbinger of what's to come, in February Credit Suisse said that Bin Hamad J.J. Al Thani, who represented the Qataris on Credit Suisse’s board of directors, won’t stand for re-election. Saudi Arabian group Olayan is also a major shareholder in Credit Suisse. As shown below, Qatar boasts one of the world’s largest sovereign wealth funds, with stakes in companies from Glencore to Barclays to Volkswagen (come to think of it, all companies that have one or major major "structural" issues). The small peninsular nation also hosts the regional headquarters for U.S. Central Command, making it a critical outpost for the US military's ongoing involvement in the middle east. In the nearly ten years since the capital investment, Credit Suisse has made hundreds of millions in annual payments to Qatar. That changed in February of this year when as noted above, Qatar's board representative, Jassim Bin Hamad J.J. Al Thani, left the bank with little explanation and no replacement. However, Qatar did participate in Credit Suisse's CHF4.1 billion capital-raising to full up its depleted cushion of capital. Now, Qatar has sharply lowered its overall stake in Credit Suisse. The emirate now holds 4.94% of shares and 10.97% in converts, down from 5.0%1 in shares and 12.96% in the securities, or from 17.98% to 15.91% in total. The sale comes against the backdrop of tensions between the emirate and Saudi Arabia, Egypt, Bahrain, and the United Arab Emirates, which according to some have led to a sharp deterioration in the country's finances.  The move has unpleasant consequences for Credit Suisse as well: Abu Dhabi has reportedly boycotted banks in which Qatar is invested. Besides Credit Suisse, those include Germany's Deutsche Bank and London's Barclays Bank, also a crisis beneficiary of Qatar's generosity.

10 августа, 04:25

The Secret History Of The Banking Crisis

Authored by Adam Tooze via ProspectMagazine.co.uk, Accounts of the financial crisis leave out the story of the secretive deals between banks that kept the show on the road. How long can the system be propped up for? It is a decade since the first tremors of what would become the Great Financial Crisis began to convulse global markets. Across the world from China and South Korea, to Ukraine, Greece, Brexit Britain and Trump’s America it has shaken our economy, our society and latterly our politics. Indeed, it has thrown into question who “we” are. It has triggered both a remarkable wave of nationalism and a deep questioning of social and economic inequalities. Politicians promise their voters that they will “take back control.” But the basic framework of globalisation remains intact, so far at least. And to keep the show on the road, networks of financial and monetary co-operation have been pulled tighter than ever before. In Britain the beginning of the crisis was straight out of economic history’s cabinet of horrors. Early in the morning of Monday 14th September 2007, queues of panicked savers gathered outside branches of the mortgage lender Northern Rock on high streets across Britain. It was—or at least so it seemed—a classic bank run. Within the year the crisis had circled the world. Wall Street was shaking, as was the City of London. The banks of South Korea, Russia, Germany, France, Belgium, the Netherlands, Ireland and Iceland were all in trouble. We had seen nothing like it since 1929. Soon enough Ben Bernanke, then chairman of the US Federal Reserve and an expert on the Great Depression, said that this time it was worse. But the fact that the tumult assumed such spectacular, globe-straddling dimensions had initially taken Bernanke by surprise. In May 2007 he reassured the public that he didn’t think American subprime mortgages could bring down the house. Clearly he underestimated the crisis. But was he actually wrong? For it certainly wasn’t subprime that brought down Northern Rock. The British bank didn’t have any exposure in the United States. So what was going on? The familiar associations evoked by the Northern Rock crisis were deceptive. It wasn’t panicking pensioners all scrambling to withdraw their savings at once that killed the bank. It wasn’t even the Rock’s giant portfolio of mortgages. The narrative of Michael Lewis’s The Big Short, of securitisation, pooling and tranching, the lugubrious details of trashy mortgage dealing, the alphabet soup of securitised loans and associated derivatives (MBS, CDO, CDS, CDO-squared) tell only one part of the story. What really did for banks like Northern Rock and for all the others that would follow—Bear Stearns, Merrill Lynch, Lehman, Hypo Real State, Dexia and many more—and what made this downturn different— so sharp, so sudden and so systemic, not just a recession but the Great Recession—was the implosion of a new system not just of bank lending, but of bank funding. It is only when we examine both sides of the balance sheet—the liabilities as well as the assets—that we can appreciate how the crisis was propagated, and then how it was ultimately contained at a global level. It is a story that the crisis-fighters have chosen not to celebrate or publicise. Ten years on, the story is worth revisiting, not only to get the history right, but because the global fix that began to be put in place in the autumn of 2007 is in many ways the most significant legacy of the crisis. It is still with us today and remains largely out of sight. The hidden rewiring of the global monetary system provides reassurance to those in the know, but it has no public or political standing, no resources with which to fight back if attacked. And this matters because it is increasingly out of kilter with the nationalist turn of politics. In the wake of the crash and its austere aftermath, voters in many countries have pointed the finger at globalisation. The monetary authorities, however, have quietly entwined themselves more closely than ever before—and they have done so in order to provide life support to that bank funding model which caused such trouble a decade ago. Ten years on, the question of whether this fix is sustainable, or indeed wise, is a question of more than historical interest. “To keep the show on the road, networks of financial and monetary co-operation have been pulled tighter than ever before” In 2007 economists were expecting a crisis. Not, however, the crisis they got. The standard crisis scenario through to autumn that year involved a sudden loss of confidence in American government debt and the dollar. In the Bush era, the Republicans had cut taxes and spent heavily on the War on Terror, borrowing from China. So what would happen, it was asked anxiously, if the Chinese pulled the plug? The great fear was that the dollar would plunge, interest rates would soar and both the US economy and the Chinese export sector would crash land. It was what Larry Summers termed a balance of financial terror. America’s currency seemed so doomed that in autumn 2007, the US-based supermodel Gisele Bündchen asked to be paid in euros for a Pantene campaign, and Jay-Z dissed the dollar on MTV. But somewhat surprisingly, like the nuclear stand-off in the Cold War, the financial balance of terror has become the basis for a precarious stability. Crucially, both Beijing and Washington understand the risks involved, or at least they seemed to until the advent of President Donald Trump. Certainly during the most worrying moments in 2008 Hank Paulson, Bush’s last Treasury Secretary, made sure that Beijing understood that its interests would be protected. Beijing reciprocated by increasing its commitment to dollar assets. In 2007, it was not the American state that lost credibility: it was the American housing market. What unfolded was a fiasco of the American dream: 8.7m homes were lost to foreclosure. But the real estate bust wasn’t limited to the US. Ireland, Spain, the UK and the Netherlands all had huge credit booms and suffered shattering busts. As homeowners defaulted some lenders went under. This is what happened early on to predatory lenders such as New Century and Countrywide. Bankruptcy also came to the Anglo Irish Bank and Spain’s notorious regional mortgage lenders, the cajas. In the fullness of time, it was—perhaps, though not necessarily—the fate that might well have befallen Northern Rock too. But before it could suffer death by a thousand foreclosures, Northern Rock was felled by a more fast-acting kind of crisis, a crisis of “maturity mismatch.” Banks borrow money short-term at low interest and lend long at marginally higher rates. It may sound precarious, but it is how they earn their living. In the conventional model, however, the short-term funding comes from deposits, from ordinary savers. Ordinarily, in a well-run bank, their withdrawals and deposits tend to cancel each other out. Fits of uncertainty and mass withdrawals are always possible, and perhaps even inevitable once in a while. So to prevent them turning into bank runs, governments offer guarantees up to a reasonable amount. Most of the Northern Rock depositors had little to fear. Their deposits were, like all other ordinary savers, guaranteed by then Chancellor Alistair Darling. The investors who weren’t covered by government backing were those who had provided Northern Rock with funding through a new and different channel—the wholesale money market. They had tens of billions at stake, and every reason to panic. It was the sudden withdrawal of this funding that actually killed Northern Rock. As well as taking in money from savers, banks can also borrow from other banks and other institutional investors. The money markets offer funds overnight, or for a matter of weeks or months. It is a fiercely competitive market with financial professionals on both sides of every trade. Margins are slim, but if the volumes are large there are profits to be made. For generations this was the preserve of investment bankers—the ultimate insiders of the financial community. They didn’t bother with savers’ deposits. They borrowed in the money markets. From the 1990s commercial banks and mortgage lenders began to operate on a similar model. It was this new form of “market-based” banking combined with the famous securitisation of mortgages that enabled the huge expansion of European and US banking that began to crash in 2007. Run for the hills: Northern Rock depositors rush to start taking out their money.  By the summer of 2007 only 23 per cent of Northern Rock’s funding came from regular deposits. More than three quarters of its operation was sustained by borrowing in capital and money markets. For these funds there were no guarantees. For a run to develop in the money market, the mortgages did not need to default. All that needed to happen was for the probability of some of them defaulting to increase. That was enough for interbank lending and money market funding to come abruptly to a halt. The European money markets seized up on 9th August. Within a matter of days Northern Rock was in trouble, struggling to repay short-term loans with no new source of funding in prospect. And it was through the same funding channel that the crisis went global. The attraction of money market funding was that it freed you from the cumbersome bricks-and-mortar branch network traditionally used to attract deposits. Using the markets, banks could source funding all over the world. South Korean banks borrowed dollars on the cheap to lend in Won. American banks operating out of London borrowed Yen in depressed Japan, flipped them into dollars and then lent them to booming Brazil. The biggest business of all was the “round tripping” of dollars between America and Europe. Funds were raised in America, which for reasons of history and the nation’s sheer scale, is the richest money market in the world. Those dollars were exported to institutions and banks in Europe, who then reinvested them in the US, very often in American mortgages. The largest inflow of funds to the US came not from the reinvestment of China’s trade surplus, but through this recycling of dollars by way of Europe’s banks. Barclays didn’t need a branch in Kansas any more than Lehman did. Both simply borrowed money in the New York money markets. From the 1990s onwards, Europe’s banks, both great and small, British, Dutch, Belgian, French, Swiss and German, made themselves into a gigantic trans-Atlantic annex of the American banking system. All was well so long as the economy was buoyant, house and other asset prices continued to go up, money markets remained confident and the dollar moved predictably in the direction that everyone expected, that is gently downwards. If you were borrowing dollars to fund a lending business the three things that you did not want to have happen were: for your own loans to go bad; money markets to lose confidence; or for dollars to suddenly become scarce, or, what amounts to the same thing, unexpectedly expensive. While the headlines were about sub-prime, the true catastrophe of the late summer of 2007 was that all three of these assumptions were collapsing, all at once, all around the world. “The Fed effectively established itself as a lender of last resort to the entire global financial system” The real estate market turned down. Large losses were in the pipeline, over years to come. But as soon as Bear Stearns and Banque Nationale de Paris (BNP) shut their first real estate funds, the money markets shut down too. Given the global nature of bank funding this produced an acute shortage of dollar funding across the European and Asian banking system. It was the opposite of what the best and brightest in macroeconomics had expected: strong currencies are, after all, meant to be built on thrift and industry, not shopping splurges and speculative debts. But rather than the world being glutted with dollars, quite suddenly banks both in Europe and Asia began to suffer periodic and panic-inducing dollar shortages. The paradigmatic case of this counterintuitive crisis would eventually be South Korea. How could South Korea, a champion exporter with huge exchange reserves be short of dollars? The answer is that in the years of the recovery from the 1997 East Asian crisis, while Korean companies Hyundai and Samsung had conquered the world, Korea’s banks had been borrowing dollars at relatively low interest rates to lend out back home in Won to the booming home economy. Not only was there an attractive interest rate margin, but thanks to South Korea’s bouyant exports, the Won was steadily appreciating. Loans taken out in dollars were easier to repay in Won. As such these loans cushioned the losses suffered by South Korean firms on their dollar export-earnings. By the late summer of 2008 the South Korean banks operating this system owed $130bn in short-term loans. Normally this was no problem, you rolled over the loan, taking out a new short-term dollar credit to pay off the last one. But when the inter-bank market ground to a halt the South Koreans were painfully exposed. Barring emergency help, all they could do was to throw Won at the exchange markets to buy the dollars they needed, which had the effect of spectacularly devaluing their own currency and making their dollar obligations even more unpayable. South Korea, a country with a huge trade surplus and a large official dollar reserve, faced a plunging currency and a collapsing banking system. In Europe the likes of RBS, Barclays, UBS and Deutsche had even larger dollar liabilities than their South Korean counterparts. The BIS, the central bankers’ bank, estimated that Europe’s mega-banks needed to roll over $1-1.2 trillion dollars in short-term funding. The margin that desperate European banks were willing to pay to borrow in sterling and euro and to swap into dollars surged. Huge losses threatened—and both the Bank of England and the European Central Bank (ECB) could not do much to help. Unlike their East Asian counterparts, they had totally inadequate reserves. The one advantage that the Europeans did have over the Koreans, was that the dollars they had borrowed had largely been invested in the US, the so-called “round-tripping” again. The huge portfolios of American assets they had accumulated were of uncertain value, but they amounted to trillions of dollars and somewhere between 20 and 25 per cent of the total volume of asset- and mortgage-backed securities. In extremis the Europeans could have auctioned them off. This would have closed the dollar-funding gap, but in the resulting fire sales the European banks would have been forced to take huge write downs. And most significantly, the efforts by the Fed and the US Treasury to stabilise the American mortgage market would have been fatally undercut. “In the 60s, swaps were about stabilising exchange rates. Now they’re all about stabilising oversized banks” This was the catastrophic causal chain that began to emerge in August 2007. How could the central banks address it? The answer they found was three-pronged. The most public face of crisis-fighting was the effort to boost the faltering value of the mortgage bonds on the banks’ books (typically securitised versions of other banks’ mortgage loans, which were becoming less reliable in the downturn), and to provide the banks with enough capital to absorb those losses that they would inevitably suffer. This was the saga of America’s Troubled Asset Relief Programme, which played out on Capitol Hill. In the case of Northern Rock this prong involved outright nationalisation. Others took government stakes of varying sizes. Warren Buffett made a lucrative investment in Goldman Sachs. Barclays has now been charged by the Serious Fraud Office with fraudulently organising its own bailout, by—allegedly—lending money to Qatar, which that state is then said to have reinvested in Barclays. Without the bailout, you ended up with Lehman: bewildered bankers standing on the pavements of the City and Wall Street carrying boxes of their belongings. The masters of the universe plunged to earth. It half-satisfied the public’s desire for revenge. But it did nothing for business confidence. With enough capital a bank could absorb losses and stay afloat. But to actually operate, to make loans and thus to sustain demand and avert a downward spiral of prices and more bankruptcies, the banks needed liquidity. So, secondly, the central banks stepped in, taking over the function, which the money market had only relatively recently assumed but was now suddenly stepping back from, of being the short-term lenders. The ECB started as early as August 2007. The Bank of England came in late, but on a large scale. The Fed became the greatest liquidity pump, with all of Europe’s banks benefiting from its largesse. The New York branches of Barclays, Deutsche, BNP, UBS and Credit Suisse were all provided with short-term dollar funding on the same basis as Citi, Bank of America, JP Morgan and the rest. But it was not enough. The Europeans needed even more dollars. So the Fed’s third, final and most radical innovation of the crisis was to devise a system to allow a select group of central banks to funnel dollars to their banks. To do so the Fed reanimated an almost-forgotten tool called the “swap lines,” agreements between central banks to trade their currencies in a given quantity for a given period of time. They had been used regularly in the 1960s, but had since gone out of use. Back then, the aim was stabilising exchange rates. This time, the aim was different: to stabilise a swollen banking system that was faltering, and yet abjectly too big to fail. At a moment when dollars were hard to come by, the new swap lines enabled the ECB to deposit euros with the Fed in exchange for the dollars that the eurozone banks were craving. The Bank of England benefited from the same privilege. Not that they were welcome at first. When the Fed first mooted the idea in the autumn of 2007, the ECB resisted. It did not want to be associated with a crisis that was still seen largely as American. If Gisele didn’t want to be paid her modelling fees in US dollars, why on earth should the ECB be interested? But as the European bank balance sheets unravelled, it would soon become obvious that Frankfurt needed all the dollars it could get. Initiated in December 2007, the swap lines would rapidly expand. By September all the major European central banks were included. In October 2008 the network was expanded to include Brazil, Australia, South Korea, Mexico, New Zealand and Singapore. For the inner European core, plus Japan, they were made unrestricted in volume. The sums of liquidity were huge. All told, the Fed would make swap line loans of a total of $10 trillion to the ECB, the Bank of England the National Bank of Switzerland and other major banking centres. The maximum balance outstanding was $583bn in December 2008, when they accounted for one quarter of the Fed’s balance sheet. It was a remarkable moment: the Fed had effectively established itself as a lender of last resort to the entire global financial system. But it had done so in a decentralised fashion, issuing dollars on demand both in New York and by means of a global network of central banks. Not everyone was included. Russia wasn’t, which was hardly surprising given that it had come to blows with the west over Georgia’s Nato membership application only weeks earlier. Nor did the Fed help China or India. And though it helped the ECB, it did not provide support to the “new Europe” in the east. The Fed probably imagined that the ECB itself would wish to help Poland, the Baltics and Hungary. But the ECB’s president Jean-Claude Trichet was not so generous. Instead, eastern Europe ended up having to rely on the International Monetary Fund (IMF). Swapsies? As a scholar of the Great Depression, the Fed’s Ben Bernanke knew the importance of swap lines. Photo: MARK WILSON/GETTY IMAGES The swap lines were central bank to central bank. But who did they really help? The reality, as all those involved understood, was that the Fed was providing preferential access to liquidity not to the “euro area” or “the Swiss economy” as a whole, but to Deutsche Bank and Credit Suisse. Of course, the justification was “systemic risk.” The mantra in Washington was: you have to help Wall Street to help Main Street. But the immediate beneficiaries were the banks, their staff, especially their highly-remunerated senior staff and their shareholders. Though what the Fed was doing was stabilising the global banking system, it never acknowledged as much in so many words, certainly not on the record, where it said as little as it decently could about the swap line operation. The Fed’s actions have global effects. But it remains an American institution, answerable to Congress. Its mandate is to maintain employment and price stability in the US economy. The justification for the swap lines, therefore, was not global stability, but the need to prevent blowback from Europe’s de facto Americanised banks—to avoid a ruinous, multi-trillion dollar fire sale of American assets. Once the worst of the crisis had passed, Bernanke would assist the European banks in liquidating their American assets by way of the Fed’s three rounds of asset purchases, known as Quantitative Easing (QE). The swaps were meticulously accounted for. Every cent was repaid. No losses were incurred—the Fed even earned a modest profit. They were not exactly covert. But given the extraordinary extension of its global influence that the swaps implied, they were never given publicity, nor even properly discussed. Bernanke’s name will be forever associated with QE, not swap lines. In his lengthy memoirs, The Courage to Act, the swaps merit no more than a few cursory pages, though Bernanke as a scholar of the 1930s knows very well just how crucial these instruments were. Is this an accident? Surely not. In the case of the swap lines, the courage to act was supplemented by an ample measure of discretion. The Fed did everything it could to avoid disclosing the full extent and range of beneficiaries of its liquidity support operations. They did not want to name and shame the most vulnerable banks, for fear of worsening the panic. But there are politics involved too. Given the rise of the Bernanke-hating Tea Party in 2009, the likely response in Congress to news headlining the scale of the Fed’s global activity was unpredictable to say the least. When asked why no one on Capitol Hill had chosen to make an issue of the swap lines, one central banker remarked to me that it felt as though “the Fed had an angel watching over it.” One other reason for the tight lips is that the story of the swap lines is not yet over. The network was rolled out in 2007 and 2008 as an emergency measure, but since then it has become the under-girding of a new system of global financial crisis management. In October 2013, as the Fed prepared finally to begin the process of normalisation by “tapering” its QE bond purchases, it made another decision which made plain that the new normal would not be like the old. It turned the global dollar swap line system into a standing facility: that is to say, it made its emergency treatment for the crisis into a permanent feature of the global monetary system. On demand, any of the core group of central banks can now activate a swap line with any other member of the group. Most recently the swap line system was readied for activation in the summer of 2016 in case of fallout from the Brexit referendum. As the original crisis unfolded in 2008, radical voices like Joseph Stiglitz in the west, and central bankers in the big emerging economies called for a new Bretton Woods Conference—the meeting in 1944, which had decided on the post-war currency system and the creation of the IMF and the World Bank. The Great Financial Crisis had demonstrated that the dollar’s exorbitant privilege was a recipe for macroeconomic imbalances. The centre of gravity in the world economy was inexorably shifting. It was time for a new grand bargain. “Central banks has staged Bretton Woods 2.0. But they had not invited the public or explained their reasons” What these visionary suggestions failed to register was that foundation of the world’s de facto currency system were not public institutions like the IMF, but the private, dollar-based global banking system. The introduction of the swap lines gave that system unprecedented state support. The Fed had ensured that the crisis in global banking did not become a crisis of the dollar. It had signalled that global banks could rely on access to dollar liquidity in virtually unlimited amounts, even in the most extreme circumstances. The central banks had, in other words, staged their Bretton Woods 2.0. But they had omitted to invite the cameras or the public, or indeed to explain what they were doing. The new central bank network created since 2008 is of a piece with the new networks for stress testing and regulating the world’s systemically important banks. The international economy they regulate is not one made up of a jigsaw puzzle of national economies, each with its gross national product and national trade flows. Instead they oversee, regulate and act on the interlocking, transnational matrix of bank balance sheets. This system was put in place without fanfare. It was essential to containing the crisis, and so far it has operated effectively. But to make this technical financial network into the foundation for a new global order is a gamble. It worked on the well-established trans-Atlantic axis. But will it work as effectively if it is asked to contain the fallout from an East Asian financial crisis? Can it continue to operate below the political radar, and is it acceptable for it to do so? With the Fed in the lead it places the resources, expertise and authority of the world’s central banks behind a market-based system of banking that has shown its capacity for over-expansion and catastrophic collapse. For all the talk of “macroprudential” regulation, Basel III and Basel IV, rather than disarming, down-sizing and constraining the global banking system, we have—through the swap lines—embarked on, if you like, a regulatory race to the top, where the authorities intervene heavily to allow the big banks in some countries to continue what they were doing before the unsustainable ceased to be sustained. And without even the political legitimacy conferred by G20 approval. Not everyone in the G20 is part of the swap line system. The Fed’s safety net for global banking was born at the fag-end of the “great moderation,” the era when economies behaved nicely and predictably, and when a “permissive consensus” enabled globalisation. Though a child of crisis, it bore the technocratic, “evidence-based” hall marks of that earlier era. It bears them still. Can it survive in an age when the United States is being convulsed by a new wave of economic nationalism? Is there still a guardian angel watching over the Fed on Capitol Hill? And with Trump in the White House, how loudly should we even ask the question?  

09 августа, 16:35

10 Years Ago Today Money Markets Seized Up, The ECB Bailed Out BNP Paribas, And The Crisis Started

On this day 10 years ago, money markets started to seize up, requiring heavily-coordinated central bank action that launched an extraordinary period of central bank activity that is still in full swing today. As DB's Jim Reid reminds us, the announcement by BNP Paribas that they were closing three funds linked to US mortgages became the catalyst for the collapse of trust in money markets over the coming days and weeks. Just over a month later we had the bank run on Northern Rock. As an example of the impact BNP's announcement had - and how rigged Libor had been throughout the days preceding the crisis to telegraph stability - 3 month dollar Libor, which hadn't moved all year, spiked 20bps in the ensuing 48 hours. Also on this day 10 years ago all the major central banks were forced to inject liquidity, with the ECB doing so for the first time since 9/11, effectively ushering in what would later become known as the Great Financial Crisis. As Bloomberg continues this less than marry stroll down memory lane, the ECB's €95 billion emergency loan to banks on Aug. 9, 2007, "was the initial response to a financial crisis that would force the Frankfurt-based institution to expand its balance sheet by trillions of euros." The ECB - together with international peers such as the Federal Reserve and the Bank of England - took center stage in an unprecedented battle against bank failures, recessions and sovereign-debt turmoil that changed the economic landscape and forced a complete rethink of what monetary policy can and should do. Here is the blow by blow of events on that fateful day: on August 9, 2017 years ago, ECB President Jean-Claude Trichet was in St. Malo, northwest France, for a sailing holiday when the U.S. subprime crisis reached Europe in full swing, forcing French bank BNP Paribas SA to halt withdrawals from three investment funds. Using faxes and telephones, he and his colleagues crafted the central bank’s response - a statement that officials were monitoring money-market tensions, followed by a pledge to lend financial institutions as much money overnight as they asked for. Demand for the so-called fine-tuning operation exceeded the 69.3 billion euros given on the day after the Sept. 11 terror attacks. The ECB made three similar offerings in the days through Aug. 14. However, in a harbinger of the difficulties it would face in the coming years, the ECB’s would be hampered by an incomplete currency zone weighed down by infighting and paralysis. Ironically, just days earlier then presidents of the ECB, Jean-Claude Trichet, and BOE, Mervyn King, had their own "subprime is contained" moment: Trichet had warned of a repricing of risks since 2005, but in the summer of 2007, he didn’t heed the signs of trouble, and neither did his peers. Just one week earlier, the Frenchman had summoned the press to an impromptu briefing to telegraph that an interest-rate increase was imminent. Mervyn King, Bank of England governor at the time, was also sanguine, declaring on the day before the market turmoil struck:   “So far what we have seen is not a threat to the financial system,” he said. “It’s not an international financial crisis.” It was - and it turned out to be the biggest international financial crisis in history. And Looking back exactly one decade later at what this day unleashed, James Nixon a former economist at the central bank, who now works for Oxford Economics in London said that “the ECB has literally thrown the kitchen sink at the crisis,” adding that “they are deep, deep into non-standard monetary policy, and getting back from there is a process that’s going to take a decade. It’s going to be extraordinarily protracted.” One look at the chart below shows how deep inside bizarro world the central bank with the negative interest rates has gone: For those traders who were active at the time, and who enjoy visual trips down the memory hole, here are ten charts from Goldman recapping the ten years of the crisis: * * * Ten years on, Bloomberg adds, as the world’s central banks slowly unwind the unprecedented stimulus their economies came to rely on, the ECB is a different institution... or so it would like to believe. Policy makers of the old school have been replaced by a new generation, Trichet’s insistence to never pre-commit gave way to Draghi’s forward guidance, and the Governing Council’s remit was expanded to include banking supervision. Draghi, who took over the ECB baton from Trichet in late 2011, may signal his future course of policy in Jackson Hole, Wyoming, where he will attend the Fed’s annual symposium on Aug. 24-26. Looking optimistically ahead, "with the recovery finally holding up after years of stimulus and hard-fought economic reforms", Bloomberg writes that central bankers have started to contemplate a return to more normal policies. One of many milestones on that path is expected in the fall, when ECB President Mario Draghi may offer an outline of a gradual exit from a 2.3 trillion euro bond-buying plan. This will take place at a time when the market is habituated to not only ultra-low interest rates, but over $10 trillion in asset purchases by central banks over the past decade. Whether it will work remains to be seen. And while we wait for the climax to the greatest monetary experiment in human history, Jim Reid notes that one of the great ironies of the period since is that returns in major global assets have been very healthy albeit with some major exceptions. Of the 38 major global assets we usually track for this purpose 27 are higher and 11 lower in dollar adjusted terms. Top of the pack is the S&P 500 (+106%) followed by US HY (+95%) and Gold (87%). Other DM fixed income markets are generally in the 35%-80% range. The Dax (+38%) leads the way in an underperforming European equity story. The Stoxx 600 is up 22% and the FTSE 100 only 12% higher in Dollar terms largely due to a 36% fall in Sterling over the period. Of the 11 assets that has seen negative dollar returns over the last 10 years the highlights are Greek equities (-82%), Stoxx Euro Banks (-54%), Portuguese equities (-42%), the CRB commodity index (-42%), Italian equities (-33%), and Oil (-32%). EM equities were up 29% but Chinese (-2%), Brazilian (-26%) and Russian (-32%) bourses were selective under-performers. Ironically, as even Deutsche Bank admits, while there has - so far - been little economic impact from this unprecedented decade of central bank interventions, with central banks lamenting daily the lack of (wage) inflation, so critical to erase the record $217 trillion in global debt...   ... this unprecedented takeover of capital markets by central planners has led to record asset price inflation over the last decade, even if it hasn't been universally seen across the board. "There have been clear winners and losers" Jim Reid notes, and asks "were you the one who during late afternoon on August 8th 2007 decided to switch out of their portfolio of Greek equities to buy the S&P 500 and then go on a 10 year sabbatical? If you were then I have nothing but respect, admiration and jealousy towards you. If you did the reverse trade then I suspect you might not be reading this now but you have my sympathies!!" Finally, when previewing the question of what we will be writing about on August 9, 2027, the jury is still out: as UBS chief European economist Reinhard Cluse writes, “If you look at all the pain which the ECB had in rolling out these facilities - the crises, the politics, the time it took them to start QE - perhaps this was also necessary in the ECB’s growing-up process. But now that these policy tools have been invented and implemented, the effect could be that in the future - even after having normalized - we will reach for these instruments again and that they might not have been as extraordinary as we once believed them to be.” Reach for them we will, and if this time they fail to achieve the same "stabilizing" results which have come at a tremendous cost to efficient markets, then our expectation that we will be writing on this day ten years from today, may prove to be overly optimistic...

Выбор редакции
07 августа, 22:07

US Equities Are Now 'Safer' Than Foreign Exchange

While Draghi shook things up in late June, it appears to be Janet Yellen's flip-flop that has sparked the latest regime shift in global capital markets. Since then, traders' expectations for foreign exchange uncertainty has surged, while the outlook for equity, rate, and oil uncertainty has tumbled. This has left the market now seeing equities as safer than currencies... When are equities safer than currencies? As Bloomberg notes - almost never, at least until now. The one-month implied volatility of the S&P 500 Index is more than a full percentage point below Deutsche Bank’s measure of G-7 currency volatility over the same period, a rare event caused by the combination of a falling dollar and rising U.S. equities. It appears that investors have decided that low-yielding currency returns are riskier than equities, inverting the typical risk/reward relationship.

07 августа, 18:13

As D-Day Looms, The Maturity Of ECB's Bund Purchases Drops Again

With every passing month, the ECB gets closer to its (QE)D-Day: the day when it runs out of bonds to buy, which according to recent calculations could take place in just a few months unless the ECB taper its bond purchases soon. In its latest monthly purchase, the ECB revealed that, according to Bloomberg calculations, the estimated weighted average maturity of purchases of German bonds under the ECB’s PSPP in July declined once again to around 5.18 years vs 5.33 years in June, although it was modestly higher compared to the record lows of 3.99 years in May and 4.7 years in April and March. Curiously, as the average maturity of Bund purchases dipped, all other nations saw a modest increase, while France soared to the highest on record: France avg. maturity at 14.8y vs 8.8y prior Spain avg. maturity at 10.8y vs 8.3y prior Italy avg. maturity was the longest seen under PSPP program at 11.5y vs 9.2y prior As Bloomberg notes, the latest estimates may have been influenced by the reinvestment of matured bonds by the Eurosystem, as the specifics of this are not released. It adds that in July, there were €19BN in German sovereign redemptions, €20BN from Spain and €36BN from France. The ECB have specified that reinvestments can take place in the month they fall due “or in the following months if needed.” So how much time does the ECB have left before it runs out of bonds to buy? For the answer we go back to a DB analysis we highlighted two weeks ago, whose highlights we repost below: * * * When Will The ECB Run Out Of German Bunds To Buy: Here Is The Math Apart from the macro economic rationale for tapering the most important, if not only limiting factor which will result in a moderate tapering of the QE programme starting in the coming months is the lack of eligible government bonds, Bunds in particular, for central bank purchases. As a reminder, the current eligibility criteria (which admittedly can be changed) for government bonds is that they should be euro denominated, have a remaining maturity of 1Y to 31Y and an issue and issuer limit of 33% applies. The issuer limit is different from the issue limit as it takes into account central banks' holdings of government bonds outside of the asset purchase program as well. Using ECB data, one can estimate the remaining eligible universe taking into account the reinvestment needs and the impact of gross issuance on the eligible universe. This is what Deutsche Bank has done recently, assuming that 70% of German PSPP purchases are in central govt. bonds with the remaining 30% in regional government bonds and local agencies. The bank then estimates that the remaining eligible universe of bonds is €114bn. Further assuming gross issuance for the remainder of 2017 and 2018 to be € 69bn and € 150bn respectively, I.e. a total of EUR 220bn, the eligible universe increases by 33% of this amount which is €73bn. This takes the total eligible universe by the end of 2018 to approximately €185bn. At the current pace, Bund purchases until the end of the year should amount to €50bn. Should the ECB continue monetizing debt at the current pace it will not have enough eligible bonds by the end of 2018. This is where the taper comes in: at an aggregate QE pace of €40bn per month from Jan-18 onward, a €20bn reduction of the current monetization pace, total QE purchases of German govt bonds would amount to €67bn. Additionally, estimating that reinvestment needs until the end of 2018 would amount to €40bn, this takes total QE purchases to €157bn which is comfortably below the available eligible universe of €185bn, however virtually no eligible bonds remain going into 2019. Summarizing DB's calculations, if the ECB were to reduce the pace of QE to €40bn per month starting from Jan-18, the ECB should not run out of German government bonds to purchase until early 2019. On the other hand, if it keeps the current pace of QE, it will run out of paper by late 2018, and even with a downward revised €40bn monthly total, the ECB will have almost no German bonds left to buy in early 2019. Furthermore, even tapering to €20Bn in late 2018 or 2019 will only extend total QE by just a few more months at best. There is a last resort: either by then Germany starts running a huge budget deficit - obviously a very touchy political issue - which the ECB will be delighted to fund, or Greece will finally be eligible for QE and will be delighted to step in to Germany's shoes, allowing the ECB to monetize Greek bonds, although it will take some very imaginative Goldman financial engineering to allow the ECB to monetize the (defaulted) Greek bonds that it already owns...

04 августа, 13:26

LBMA London Gold Vault holdings - How Low Can You Go?

Submitted by Ronan Manly, BullionStar.com The London Bullion Market Association (LBMA) has just released a first update on the quantity of physical gold and silver holdings stored in the ‘LBMA’ London vaulting network. The LBMA press release explaining the move, dated 31 July, can be read here. This vaulting network, administered by the LBMA, comprises a set of precious metals vaults situated in London that are operated by the Bank of England and 7 commercial vault operators. For simplicity, this set of vaults can be called the LBMA London vaults. The 7 commercial vault operators are HSBC, Brinks, ICBC Standard Bank, Malca Amit, JP Morgan, Loomis and G4S. ICBC Standard outsources its vault management to Brinks. It’s possible that to some extent HSBC also outsources some of its vault management to Brinks. Strangely, the LBMA’s initial reporting strangely only runs up to 31 March 2017, which is 4-months prior to the first publication date of 31 July. This is despite the fact that new LBMA vault holdings data is supposed to be published on a 3-month lagged basis, which would imply a latest report coverage date of 30 April. At the end of April 2017, the Bank of England separately began publication of gold vault holdings for the gold bars that the Bank stores in custody within its own vaults. The Bank of England reporting is also on a 3-month lagged basis (and the Bank actually adheres to this reporting lag). See BullionStar article “Bank of England releases new data on its gold vault holdings”, dated 28 April 2017, for details of the Bank of England vault reporting initiative. Currently, the Bank of England is therefore 1 month ahead of the LBMA vault data, i.e. on 31 July 2017, the Bank of England’s gold page updated with Bank of England gold custody vault holdings as of 30 April 2017. Ignoring the LBMA 3-month lagged vs 4-month lagged anomaly, the LBMA’s first vault reporting update, for vault data as of 31 March 2017, states that the 8 sets of vaults in question (which includes the Bank of England gold vaults) held a combined 7449 tonnes of gold and a combined 32078 tonnes of silver. Also included in the first batch of LBMA data are comparable London vault holdings figures for gold and silver for each month-end date from July 2016 to February 2016 inclusive. Therefore, as of the 31 July 2017, there is now an LBMA dataset of 9 months of data, which will be augmented by one month each month going forward. Whether the LBMA will play catch-up and publish April 2017 month-end and May 2017 month-end figures simultaneously at the next reporting date of 31 August 2017 remains to be seen. One of the Bank of England gold vaults The New Vault Data – Gold and Silver For 31 March 2017, the LBMA is reporting 7449 tonnes of gold stored across the 8 sets of vault locations. For the same date, the Bank of England reported 5081 tonnes of gold held in the Bank of England vaults. Therefore, as of 31 March 2017, there were 2368 tonnes of gold ‘not in the Bank of England vaults’ (or at least 2368 tonnes of gold not counted by the Bank of England data). Of the gold not in the Bank of England vaults, about 1510 tonnes of this gold in London was held by gold-backed Exchange Traded Funds (ETFs), mainly with the custodians HSBC and JP Morgan. These ETFs include the SPDR Gold Trust and various ETFs from ETF Securities, Source, iShares, and Deutsche Bank etc. This 1510 tonnes figure is taken from an estimate calculated at the end of April 2017 using data from the GoldChartsRUs website. See BullionStar article “Summer of 17: LBMA Confirms Upcoming Publication of London Gold Vault Holdings” dated 9 May 2017 for details of this ETF calculation. Subtracting this 1510 tonnes of ETF gold from the 2368 tonnes of gold stored outside the Bank of England vaults means that as of 31 March 2017, there were only about 858 tonnes of gold stored in the LBMA vaults outside of the Bank of England vaults that was not held by gold-backed ETF holdings. See Table 1 below. The lowest gold holdings number reported by the LBMA within its 9 months of vault data is actually the first month, i.e. July 2016. At month-end July 2016, the LBMA report shows total vaulted gold of 7283 tonnes. There was therefore a net addition of 166 tonnes of gold to the LBMA vaults between August 2016 and the end of March 2017, with net additions over the August to October 2016 period, followed by net declines over the November 2016 to February 2017 period. Table 1: LBMA London Vaults and Bank of England Vaults – Gold holdings, July 2016 – March 2017 Turning to silver, as of 31 March 2017, the LBMA is reporting total vaulted silver of 32,078 tonnes held in London vaults. The vaulted silver data also shows a notable increase over the period from the end of July 2016 to the end of March 2017, with a net 2485 tonnes of silver added to the vaults. Since the Bank of England vaults only store gold in custody on behalf of customers and do not store silver, there are no silver holdings at the Bank of England and therefore there is no specific Bank of England silver reporting. The LBMA silver data therefore refers purely to silver vaulted with operators such as Brinks, JP Morgan, Malca Amit, HSBC, and Loomis. There are currently at least 12,000 tonnes of silver stored in London on behalf of silver-backed ETFs such as the iShares Silver Trust (SLV), various ETF Securities products, a SOURCE ETF and some Deutsche Bank ETFs. Subtracting these ETF holdings from the full 32,078 tonne figure being reported by the LBMA would suggest that there are an additional ~ 20,000 tonnes of non-ETF silver held in the London vaults. Table 2: LBMA London Vaults – Silver holdings, July 2016 – March 2017 Previous Vault Estimates for Gold and Silver Prior to the new LBMA and Bank of England vault holdings data reports, the only way to work out how much gold and silver were in the London vaulting network was through estimation. Between 2015 and 2017, a number of these estimates were calculated for gold and published on the BullionStar website and the GoldChartsRUs website. See BullionStar page “How many Good Delivery gold bars are in all the London Vaults?….including the Bank of England vaults” and GoldChartsRUs page “LBMA/BOE VAULTED GOLD, 2016 Update – The London Float”, and BullionStar page “Tracking the gold held in London: An update on ETF and BoE holdings”. The “Tracking the gold held in London” article, published on 5 October 2016, took a LBMA statement of 6500 tonnes of gold being in London, the earliest reference to which was from 8 February 2016 Internet Archive page cache, and also took a Bank of England statement that the Bank held 4725 tonnes as of the end of February 2016 period, and then it factored in that the UK net imported more than 800 tonnes of non-monetary gold up to August 2016, and also that ETFs had added about 399 tonnes over the same period. It also calculated, using GoldChartsRUS ETF data, that the London-based gold-backed ETFs held about 1679 tonnes of gold as of the end of September 2016. Therefore, as of the end of September 2016, there could have been at least 7300 tonnes of gold held across the LBMA and Bank of England vaults, i.e. 6500 tonnes + 800 tonnes = 7300 tonnes. As it turns out, this estimate was quite close to the actual quantity of gold held in the LBMA and Bank of England vaults at the end of September 2016, which the LBMA’s new reporting now confirms to have been 7590 tonnes. The estimate is a lower number because it was unclear as to which initial date the LBMA’s 6500 tonnes reference referred to (in early 2016 or before). Previous Vault Estimates Silver At the beginning of July 2017, an article on the BullionStar website titled “How many Silver Bars are in the LBMA Vaults in London?” estimated that there were about 12,000 tonnes of Good Delivery silver bars held across 4 LBMA vault operators in London on behalf of 11 silver-backed Exchange Traded Funds. These ETFs and the distribution of their silver bars across the 4 vault operators of Brinks, Malca Amit, JP Morgan and HSBC can be seen in the following table. Table 3: ETF Silver held across LBMA commercial vaults in London, early July 2017  The above article about the number of silver bars in the London vaults also drew on some data from precious metals consultancy Thomson Reuters GFMS, which each year publishes a table of identifiable above ground global silver supply in its World Silver Survey. One category of silver within the GFMS identifiable above ground silver inventories is called ‘Custodian Vaults’. This is distinct from silver holdings in ETFs and silver holdings in exchange inventories such as in COMEX approved vaults in New York. A simple way to view ‘Custodian Vaults’ silver holdings is as an opaque ‘unreported holdings’ category as opposed to the more the transparent ETF holdings and COMEX holdings categories. For 2016, according to GFMS, this ‘Custodian Vaults’ silver amounted to 1571.2 million ounces (48,871 tonnes), of which 488.7 million ounces (15,200 tonnes), or 31% was represented by what GFMS calls the ‘Europe’ region. Unfortunately, GFMS do not break out the ‘Custodian Vaults’ numbers by individual country because they say that they receive the data on a confidential basis and cannot divulge the granularity. The early July article on BullionStar had speculated that: “With 488.7 million ozs (15,201 tonnes) of silver held in Europe in ‘Custodian vaults’ that is not reported anywhere, at least some of this silver must be held in London, which is one of the world’s largest financial centers and the world’s highest trading volume silver market.” “Apart from London, there would presumably also be significant physical silver holdings vaulted in Switzerland and to a lessor extent in countries such as Germany, the Netherlands and maybe Austria etc. So whats’s a suitable percentage for London? Given London’s extensive vaulting network and prominence as a hedge fund and institutional investment centre, a 40-50% share of the European ‘custodian vault’ silver holdings would not be unrealistic, with the other big percentage probably vaulted in Switzerland. This would therefore put previously ‘Unreported’ silver holdings in the London vaults at between 6080 tonnes and 7600 tonnes (or an additional 182,000 to 230,000 Good Delivery Silver bars). Adding this range of 6080 – 7600 tonnes to the 12,040 tonne figure that the 11 ETFs above hold, gives a total figure of 18,120 – 19,640 tonnes of silver stored in the LBMA vaults in London (545,000 – 585,000 Good Delivery silver bars). But here’s the catch. With the LBMA now saying that as of the end of March 2017 there were 1.031 billion ounces of silver, or 32078 tonnes, stored in the LBMA vaulting network in London (and 31238 tonnes of silver in London as of end of December 2016), of which at least 12,000 tonnes is in silver-backed ETFs, then that still leaves about 20,000 tonnes of silver in the London vaults, which is higher than the silver total attributed to the entire ‘custodian vault’ category’ in Europe (as per the GFMS 2016 report). Even the lowest quantity in the 9 months that the LBMA reports on, which is month-end July 2016, states that the LBMA vaults held 951,433,000 ounces (29,593 tonnes), which after excluding silver ETFs in London, is still higher than the total ‘Custodian Vault’ category that GFMS attributes to the European region in 2016. These new LBMA vault figures are basically implying that all of the GFMS custodian vault figure for Europe (and some more) is all held in London and not anywhere else in Europe. But that could not be the case as there is also a lot of silver vaulted in Switzerland and other European countries such as Germany, to think of but a few. This begs the question, does the GFMS Custodian vault number for Europe need to be updated to reflect the gap between the non-ETF holdings that LBMA claims are in the London vaults and what GFMS is reporting in a European ‘Custodian vaults’ category? If the LBMA reporting actually broke down the silver vaulting quantity number into Good Delivery silver bars and other categories, it might help solve this puzzle as it would give an indication of how much of this 32,000 tonnes of silver is in the form of bars that are accepted for settlement in the London Silver Market i.e. Good Delivery silver bars. Could some of this 32,000 tonnes of silver be in the form of silver jewellery, and private holdings of silver antiques and even silver artifacts? On the surface the LBMA reporting appears to say not since it states that: “jewellery and other private holdings held by retailers, individuals and smaller vaults not included in the London Clearing system are not included in the numbers” But because this statement reads rather ambiguously, by implication another interpretation of the LBMA statement could be that: “jewellery and other private holdings held by retailers and individuals in vaults that are part of the London Clearing system are included in the numbers” The London Clearing system here refers to the vaults of the 7 commercial vault operators. Until GFMS comes back with a possible clarification of its ‘Custodian Vault’ figure for Europe, then this contradiction between the LBMA data for silver and GFMS data for silver will persist. The HSBC vault in London which contains the SPDR Gold Trust (GLD) gold Large Bars but also Small Bars and Gold Coins According to the LBMA’s press release, while “the LBMA vault holding data …represent the volume of Loco London gold and silver held in the London vaults offering custodian services“, surprisingly the new LBMA data includes “all physical forms of metal inclusive of large wholesale bars, coin, kilo bars and small bars.” The inclusion of gold coins, smaller gold bars and gold kilobars in the LBMA vault data is bizarre because only large wholesale bars are accepted as Good Delivery in the London gold and silver markets, not gold coin, not smaller bars, and not gold kilobars. Even the LBMA website states that “the term Loco London refers to gold and silver bullion that is physically held in London. Only LBMA Good Delivery bars are acceptable for trading in the London market.” Furthermore, the entire physical London Gold Market and physical London Silver Market revolve around the LBMA Good Delivery lists. Spot, forward and options trades on the London OTC gold and silver market are only referenced to a unit of delivery of a Good Delivery bar, both for gold and for silver. For example, in the LBMA’s “A Guide to the London Precious Metals Markets” it states that: “Unit for Delivery of Loco London Gold This is the London Good Delivery gold bar. It must have a minimum fineness of 995.0 and a gold content of between 350 and 430 fine ounces…. . Bars are generally close to 400 ounces or 12.5 kilograms” For silver, the same guide states that: “Unit for Delivery of Loco London Silver This is the London Good Delivery silver bar. It must have a minimum fineness of 999 and a weight range between 750 and 1,100 ounces, although it is recommended that ideally bars should be produced within the range of 900 to 1,050 ounces. Bars generally weigh around 1,000 ounces.” Additionally, all the new London-based gold futures contracts launched by the LME, ICE and CME also reference, if only virtually, the unit for Delivery of loco London gold, i.e. the London Good Delivery gold bar. They do not reference smaller gold bars or gold coins. In contrast to the LBMA , the COMEX exchange where the famous COMEX 100 ounce gold futures contract is traded only reports vault inventories of gold and silver where the bars satisfy that contract for delivery, i.e. the contract for delivery is one hundred (100) troy ounces of minimum fineness 995 gold of an approved brand in the form of either “one 100 troy ounce bar, or three 1 kilo bars”. COMEX do not report 400 oz gold bars or gold coins specifically because the contract has nothing to do with these products. Then why is the LBMA reporting on forms of gold that have nothing to do with the settlement norms of its OTC products in London? Additionally, the LBMA website also states that “only bars produced by refiners on the [Good Delivery] Lists can be traded in the London market.“ All of this begs the question, why does the LBMA bother including smaller bars, kilogram bars and gold coins? These bars cannot be used in settlement or delivery for any standard London Gold Market transactions. Perhaps these smaller gold bars and gold coins have been included in the statistics so as to boost the total reported figures or to make reverse engineering of the numbers more difficult? While the combined volumes of smaller bars and kilobars probably don’t add up to much in terms of tonnage, the combined gold coin holdings of central banks stored at the Bank of England could be material. For example, the United Kingdom, through HM Treasury’s Exchange Equalisation Account (EEA), claims to hold 310.3 tonnes of gold in its reserves, all of which is held in custody at the Bank of England. The latest EEA accounts for 2016/2017, published 18 July 2017 state that “The gold bars and gold coin in the reserves were stored physically at the Bank’s premises.” See Page 43, Exchange Equalisation Accounts for details. Many more central banks, for historical reasons, also hold gold coins in their reserves. See Bullionstar article “Central Banks and Governments and their gold coin holdings” for some examples. As another example, the Banque de France in Paris holds 2435 tonnes of gold of which 100 tonnes is in the form of gold coins, and 2,335 tonnes of gold bars. Even though these gold coins are held in Paris, this shows that central bank gold coin holdings could materially affect LBMA gold reporting that includes ‘gold coins‘ within the rolled up number. But such gold coins cannot be traded within the LBMA / LPMCL gold trading / gold clearing system and if present would overstate the number of Good delivery gold bars within the system. The Bank of England gold page on its website also only refers to Good Delivery ‘gold bars’ and says nothing about gold coins, which underlines the special status to which the Bank of England assigns Good Delivery gold bars in the London Gold Market.  Specifically, the BoE gold page states that: “..we provide gold storage on an allocated basis, meaning that the customer retains the title to specific gold bars in our vaults”  “Values are given in thousands of fine troy ounces. Fine troy ounces denote only the pure gold content of a bar. “We only accept bars which comply with London Bullion Market Association (LBMA) London Good Delivery (LGD) standards. LGD bars must meet a certain minimum fineness and weight. A typical gold bar weighs around 400 oz“ The Bank of England has now confirmed to me, however, that the gold holdings number that it reports on its website “is the total of all gold held at the Bank” and that this “includes coins that belong to the Exchange Equalisation Account (EEA) which are held by the Bank on behalf of Her Majesty’s Treasury (HMT)” This means that the total gold number being reported by both the Bank of England and the LBMA needs to be adjusted downward by some percentage so as to reflect the amount of real Good Delivery gold bars in the London vaults. What this downward adjustment should be is unclear, as neither the Bank of England nor the LBMA break out their figures by category of gold bars versus gold coins. LBMA numbers – Obscured Rolled-up numbers Another shortcoming in the LBMA’s vault reporting is that it does not break down the gold and silver holdings per individual vault. The LBMA will be only releasing 2 highly rolled-up numbers per month, one for gold and one for silver, for example, 7449 tones for gold and 32078 tonnes for silver in the latest month. Contrast this to New York based COMEX and ICE gold futures daily reporting, which both do break down the gold holdings per New York vault. Realistically, the LBMA was never going to report gold or silver holdings per vault, as this would be a bridge too far towards real transparency, and would show how much or how little gold and silver is stored by each London vault operator / at each London vault location. This does not, however, stop the LBMA from claiming transparency and in its 31 July press release it states that: “According to the Fair and Effective Markets Review (see here for further details) ‘…in markets where OTC trading remains the preferred model, authorities and market participants should continue to explore the scope for improving transparency, in ways that also enhance effectiveness.’“ Real transparency, as opposed to lip-service transparency, would be supported by providing an individual breakdown of the number of Good Delivery gold and silver bars stored in each of the 8 sets of vaults at each month end. If they want to include gold coins, smaller gold bars, and gold kilo bars as extra categories, then this could also be itemised on a proper report. It would also only take any decent software developer about 1 day to write and create such a report. There is also the issue of independently auditing these LBMA numbers. The issue is essentially that there is no independent auditing of these LBMA numbers nor will there be. So there is no second opinion as to whether the data is accurate or not. The Bank of England gold vault reporting is also short of transparency as it does not provide a breakdown of how much of the reported gold is held by central banks, how much gold is held by bullion banks, how much of the central bank gold is out on loan with the bullion banks, and how much gold, if any, is held on behalf of ETFs at the Bank of  England as sub-custodian. Real transparency in this area would provide all of this information including how much gold the LPMCL bullion clearing banks HSBC, JP Morgan, UBS, Scotia Mocatta and ICBC Standard hold at the Bank of England vaults. On the issue of ETF gold held at the Bank of England, it has been proven that at times the Bank of England has acted as a gold custodian for an ETF, for example, during the first quarter 2016, the SPDR Gold Trust held up to 29 tonnes of gold at the Bank of England, with the Bank of England acting in the capacity of sub-custodian to the SPDR Gold Trust. See BullionStar article  “SPDR Gold Trust gold bars at the Bank of England vaults” for details. Soon this will all be mine The London Float The most important question with this new LBMA vault reporting is how much of the 7449 tonnes of gold stored in London as of the end of March 2017 is owned or controlled by bullion banks. Or more specifically, what is the total level of LBMA bullion bank unallocated gold liabilities in the London market compared to the amount of real physical gold bars that they own or control.  This ‘gold owned or controlled by the bullion banks’ metric can be referred to as the ‘London Float’. LBMA bullion banks can maintain their own holdings of gold bars which they buy in the market or import directly, and they can also borrow other people’s gold thereby controlling this gold also. Some of this gold can be in the LBMA commercial vaults. Some can also be in the Bank of England vaults. In its press release, the LBMA states that: “The physical holdings of precious metals held in the London vaults underpin the gross daily trading and net clearing in London.” This is not exactly true. Only gold which is owned or controlled by the bullion banks can underpin gold trading in London. Allocated gold sitting in a vault that is owned by central banks, ETFs or investors and which does not have any other claim attached to it, does not underpin anything. It just sits there in a vault. As regards gold bars stored in the LBMA vaults in London, these bars can either be owned by central banks at the Bank of England, owned by central banks at commercial vaults in London, owned by ETFs at the commercial vaults in London, owned or controlled by bullion banks, and owned by investors (either institutional investors, hedge funds, private individuals etc). On occasion, some ETF gold has at various times been at the Bank of England. If central bank gold is held in allocated form and not lent out, then it is ‘off the market’ and can’t be ‘used’ by any other party such as a LBMA bullion bank. If central bank gold is lent out or swapped out to bullion banks, then it can be used or even sold by those  bullion banks. The LBMA uses the euphemism ‘liquidity’ to refer to this gold lending. For example, from the LBMA’s recent press release on the new vault reporting it says: “In addition, the Bank of England also offers gold custodial services to central banks and certain commercial firms, that facilitate central bank access to the liquidity of the London gold market.” ETF gold when it is held within an ETF cannot legally be used by other entities since it is owned by the ETF and allocated to the ETF. Institutionally owned gold or private owned gold when it is allocated is owned by the holder. It could in theory be lent to bullion banks also. Some of the LBMA bullion banks have gold accounts at the Bank of England. How many of these banks maintain gold holdings within the Bank of England vaults nobody will say, not the Bank of England nor the LBMA nor the bullion banks, but it at least extends to the 5 members of London Precious Metals Clearing Limited (LPMCL) which are HSBC, JP Morgan, Scotia Mocatta, ICBC Standard and UBS. Gold accounts for bullion banks undoubtedly also extend to additional bullion banks beyond the LPMCL members because many bullion banks have been involved in gold lending at the Bank of England for a long time, for example Standard Chartered, Barclays, Natixis, BNP Paribas, Deutsche Bank, and Goldman Sachs, and these banks would at some point have to take delivery of borrowed gold at the Bank of England. Note, the gold brokers of the London Gold Market have for a long time, as least since the 1970s, been able to store some of their gold bars at the Bank of England vaults. These brokers were historically Samuel Montagu, Mocatta, the old Sharps Pixley, NM Rothschild and Johnson Matthey. Since LBMA bullion banks can maintain gold accounts at the LBMA commercial vaults in London, and because some of these banks have gold accounts at the Bank of England also, then this London “gold float” can comprise gold bars at the commercial vaults and gold bars at the Bank of England vaults. It is however, quite difficult to say exactly what size this London bullion bank gold float is at any given time. Whatever the actual number, its not very big in size because if you subtract central bank gold and ETF gold from the overall LBMA gold figure (of 7449 tonnes as of the end of March 2017) then whatever is left is not a very big quantity of gold bars, and at least some of this residual gold stored in the LBMA commercial vaults is owned by institutions, hedge funds, private individuals and platforms such as BullionVault. In September 2015, a study of central bank gold held at the Bank of England calculated that about 3779 tonnes of Bank of England custody gold can be accounted for by central bank and monetary authority gold holdings. See “Central bank gold at the Bank of England” for details and GoldChartsRUs page “LBMA/BOE VAULTED GOLD, 2016 Update – The London Float”. Compared to the 4725 tonnes of gold held at the Bank of England at the end of February 2016, this would then mean that there were about 946 tonnes of gold at the Bank of England that was “unaccounted for by central banks”. This was about 20% of the total amount of gold held at the Bank of England at that time. However, some of this 946 tonnes was probably central bank gold where the central bank owner had not publicly divulged that it held gold at the Bank of England. Many central banks around the world that were contacted as part of the research into the “central bank gold at the Bank of England calculation” either didn’t reply or replied that they could not confirm where their gold was stored. See BullionStar article “Central Banks’ secrecy and silence on gold storage arrangements” for more details.   After factoring in these unknown central bank gold holders at the Bank of England, the remaining residual would be bullion bank gold. It could therefore be assumed that a percentage of gold stored at Bank of England, somewhere less than 20% and probably also less than 10%, is owned by bullion banks. Since central bank gold holdings, on paper at least are relatively static, the monthly changes in gold holdings at the Bank of England therefore probably mainly reflect bullion bank gold movements rather than central bank gold movements. If we look back now at the LBMA vault data for gold as of 31 March 2017, how much of this gold could be bullion banks (London float) gold. LBMA total gold vaulted: 7449 tonnes Bank of England gold vaulted: 5081 tonnes Gold in commercial LBMA vaults: 2368 tonnes Gold in ETFs: 1510 tonnes Gold in commercial vaults not in ETFs: 858 tonnes Gold in commercial vaults not in ETFs that is allocated to institutions & hedge funds = x i.e. 7449 – 5081 = 2368 – 1510 = 858 Assume 10% of the gold at the Bank of England is bullion bank gold. Also assume bullion banks gold hold some gold in LBMA commercial vaults. Therefore total bullion bank gold could be (0.1 * 5081) + (858 – x) = 508 + 858 – x = 1366 – x. Since x has to be > 0, then the bullion bank London float is definitely less than 1300 tonnes and probably less than 1000 tonnes. The bullion banks might argue that they can borrow more gold from central banks, take gold out of the ETFs, and even import gold from refineries. All of these options are possible, but still, the London bullion bank float is not that large. And it is this number in tonnes of gold which should be compared to the enormous volumes of ‘paper gold’ trading that occur in the London Gold Market each and every trading day. For example in June 2017, the LBMA clearing statistics state that 21 million ounces of gold was cleared each trading day in the London Gold Market. That’s 653 tonnes of gold cleared each day in London. With a 10 to 1 ratio of gold trading to gold clearing, that’s the equivalent of 6530 tonnes of gold traded each day in the London gold market, or 143,660 tonnes over the 22 trading days of June. Annualised, this is 1.632 million tonnes of gold traded per year (using 250 trading days per year).   And sitting at the bottom of this trading pyramid is probably less than 1000 tonnes of bullion bank gold underpinning the gigantic trading volumes and huge unallocated gold liabilities of the bullion banks. So you can see that the London gold trading system is a fractional-reserve system with tiny physical gold underpinnings.   In May 2011, during a presentation at the LBMA Bullion Market Forum in Shanghai China, on the topic of London gold vaults, former LBMA CEO Stewart Murray included a slide which stated that: Investment – more than ETFs ETFs Gold Holdings have increased by ~1,800 tonnes in past 5 years, almost all held in London vaults Many thousands of tonnes of ETF silver are held in London Other holdings Central banks hold large amounts of allocated gold at the Bank of England Various investors hold very substantial amounts unallocated gold and silver in the London vaults The last bullet point of the above slide is particularly interesting as it references “very substantial amounts’ of unallocated gold and silver. Discounting the fact for a moment that unallocated gold and silver is not necessarily held in vaults or held anywhere else, given that it’s just a claim against a bullion bank, the statement really means that investors have ‘very substantial amounts‘ of claims against the bullion banks offering the unallocated gold and silver accounts i.e. very substantial liabilities in the form of unallocated gold and silver obligations to the gold and silver unallocated account holders. If a small percentage of these claim holders / investors decided to convert their claims into allocated gold and silver, especially allocated gold, then where are the bullion banks going to get the physical gold to give to these converting claim holders? Neither do the claim holders of unallocated positions have any way of knowing how accurate the LBMA vault reporting is, because there is no independent auditing of the positions or of the report. Malca Amit vaults, London UBS and LBMA The last line of the LBMA press release about the new vault reporting states the following: “A detailed explanatory commentary follows, prepared by Joni Teves, Precious Metals Strategist, UBS” This line includes an embedded link to the Teves report within the press release. This opens a 7 page report written by Teves about the new vault reporting. By definition, given that this report is linked to in the press release, it means that Joni Teves of UBS had the LBMA vault reporting data before it was publicly released, otherwise how could UBS have written its summary. In her report, Teves states that a UBS database estimates that there are “1,485 tonnes of gold worth about $60bn and about 13,759 tonnes of silver worth about $7.85bn are likely to be held in London to back ETF shares“. These UBS numbers are fairly similar to the ETF estimates for gold (1510 tonnes) and silver (12040 tonnes) that we came up with here at BullionStar, and so to some extent corroborate our previous ETF estimates. Teves also implies that some of the gold in the Bank of England figure is not central bank gold but is commercial bank gold as she says:  “let’s say for illustration’s sake that about 80% to 90% of BoE gold holdings are accounted for by the official sector.“ The statement on face value implies that 10% – 20% of Bank of England gold is not central bank gold. But why the grey area phrase of “let’s say for illustration’s sake”. Shouldn’t the legendary Swiss Bank UBS be more scientific than this? Teves also says assume “negligible amount (in commercial vaults) comprises official sector holdings“, and she concludes that “this suggests that over the past year, an average of about 2,945 to 3,450 tonnes ($119-$139 bn) of investment-related gold was held in London.” What she is doing here is taking the average of 9 months of gold holdings held in the LBMA commercial vaults (which is 2439 tonnes) and then adding 10% and 20% respectively of the 9 month average of gold held at the Bank of England (which is 506 and 1011 tonnes) to get the resulting range of between 2945 and 3451 tonnes. Then she takes the ETF tonnes estimate (1485) away from her range to get a range of between 1460 and 1965 tonnes, as she states:  … “Taking these ETF-related holdings into account would then leave roughly around 1,460 to 1,965 tonnes or about $59bn to $79bn worth of gold in unallocated and allocated accounts as available pool of liquidity for OTC trading activities“ But what this assumption fails to take into account is that some of this 1,460 to 1,965 tonnes that is in allocated accounts is not available as a pool of liquidity, because it is held in allocated form by investors precisely so that the bullion banks cannot get their hands on it and trade with it. In other words, it is ring fenced. Either way, a model will always output what has been input into it. Change the 10% and 20% range assumptions about the amount of commercial bank gold in the Bank of England vaults and this materially alters the numbers that can be attributed to be an ‘available pool of liquidity for OTC trading activities’. Additionally, the portion of this residual gold that is in ‘unallocated accounts’ is not owned by any investors, it is owned by the banks. The ‘unallocated accounts’ holders merely have claims on the bullion banks for metal that is backed by a fractional-reserve trading system. In her commentary about the silver held in the London vaults, Teves does not comment at all about the huge gap between her ETF silver in London (which UBS states as 13,759 tonnes), and the full 32000 tonnes reported by the LBMA,and does not mention how this huge gap is larger than all the ‘Custodian Vault’ silver which Thomson Reuters GFMS attributes to the entire ‘Europe’ region. Conclusion The amount of gold in the London LBMA gold vaults (incl. Bank of England) that is not central bank gold, that is not ETF gold, and that is not institutional allocated gold is quite a low number. What this actual number is difficult to say because a) the LBMA will not produce a proper vault report that shows ownership of gold by category of holder, and b) neither will the Bank of England in its gold vault reporting provide a breakdown between the gold owned by central banks and the gold owned by bullion banks. So there is still no real transparency in this area. Just a faint chink of light into a dark cavern. On the topic of London vaulted silver, there appears to be a lot more silver in the LBMA vaults than even GFMS thought there was. It will be interesting to see how GFMS and the LBMA will resolve their apparent contradiction on the amount of silver stored in the London LBMA vaults. This article originally appeared on the BulionStar.com website as "LBMA Gold Vault Data – How low is the London Gold Float?”

02 августа, 12:00

Europe's Banking Dysfunction Worsens

Authored by Chris Whalen via The Institutional Risk Analyst, “While the US and the UK have been mired in political chaos this year, the EU has enjoyed improved economic conditions and some political windfalls. The question now is whether this good news will inspire long-needed EU and eurozone reforms, or merely fuel complacency – and thus set the stage for another crisis down the road.”   Philippe Legrain, Project Syndicate This week The Institutional Risk Analyst takes a look a the recent reports out of the EU regarding a proposal to “freeze” the retail accounts of failing European banks.  The original story in Reuters suggests that our friends in Europe actually think that telling the public that they will not have access to their funds, even funds covered by official deposit insurance schemes, is somehow helpful to addressing Europe’s troubled banking system.  Investors who think that Europe is close to adopting an effective approach to dealing with failing banks may want to think again. Judging by the reaction to the story by investors and on social media, it appears that the EU has learned nothing about managing public confidence when it comes to the banking sector.  In particular, the idea that the banking public – who generally fall well-below the maximum deposit insurance limit – would ever be denied access to cash virtually ensues that deposit runs and wider contagion will occur in Europe next time a depository institution gets into trouble. “The plan, if agreed, would contrast with legislative proposals made by the European Commission in November that aimed to strengthen supervisors' powers to suspend withdrawals,” Reuters reports, “but excluded from the moratorium insured depositors, which under EU rules are those below 100,000 euros ($117,000). While some Wall Street analysts are encouraging investors to jump into EU bank stocks, the fact is that there remains nearly €1 trillion in bad loans within the European banking system.  This represents 6.7% of the EU economy, according to a report and action plan considered by EU finance ministers earlier this month.  That compares with non-performing loans (NPL) ratios in the US and Japan of 1.7 per cent and 1.6 per cent of gross domestic product, respectively. But the most basic point to make about the proposal for a “temporary” suspension of access to cash is that such moves never work.  Moratoria are part of the banking laws in Germany and many other European nations, but they are never used because once invoked the institution is dead for all practical purposes.  In Spain, for example, the government had the power to impose a temporary suspension of access to deposits in the case of Banco Popular, but did not do so because it would have killed the franchise. Jochen Sanio, the former president of the German Federal Financial Supervisory Authority (BaFin), commented about banks subject to “temporary” deposit moratoria that “they never come back.”  Sanio, who guided Germany through the 2008 financial crisis and forced the clean-up of insolvent state-owned banks, was retired and gagged for the rest of his life for challenging Germany’s corrupt political status quo of covert bailouts. So again, one has to wonder, why any responsible official in Europe would support the plan reported by Reuters.  As the US learned the hard way in the 1930s and with the S&L crisis in the 1980s, the lack of a robust national deposit insurance function to protect retail depositors leaves an entire society vulnerable to banks runs and debt deflation.  Until the EU is prepared to do “whatever is necessary,” to paraphrase ECB chief Mario Draghi, in order to protect retail bank depositors, the EU will remain far from being a united political economy. Readers of The IRA may recall the comments of German Chancellor Angela Merkel last Fall, when she suggested that the German government would not support Deutsche Bank AG (NYSE:DB) in the event that the institution got into financial trouble.  At the time, DB was trading at about $12 per share in New York.  We spoke about DB and the ill-considered comments made by US and German officials from Dublin on CNBC on September 30th. At the time, we reminded investors that political officials should never talk about a depository institution while it is still open for business.  This is a basic, well-recognized rule that has been followed by prudential regulators around the world for many years.  Yet because of the popular political pressures on elected officials such as Merkel, the temptation to engage in absurd hyperbole with respect to big banks is irresistible. We see this latest piece of news out of Europe as further evidence that there is still no political consensus about how to deal with troubled banks.  As we learned last year, Merkel could not even make positive public comments about DB for fear of committing political suicide. The more recent bank resolutions in Spain and Italy were made to look like touch measures in public terms, even as the Rome government quietly subsidized the senior creditors of two failed banks in the Veneto.  We noted in an earlier comment, “Fade the Great Rotation into Europe,” that the EU pretends to play tough on bank rules while bailing out the senior creditors: “Of note, Italy is being given control over the remaining ‘bad bank’ to wind down as the assets and deposits are conveyed to Intesa SanPaolo.  This permits a bailout of senior unsecured creditors.  So Italy gets what it wants – continued circumvention of EU bailout rules. If a bank disappears, notes a well-placed EU observer, ‘state aid rules do not apply.’” The Europeans appear to be playing a very dangerous game.  On the one hand, EU officials talk publicly about getting tough on insolvent banks and even suspending access to funds for retail depositors.  On the other hand, EU governments are continuing to bail out banks and large creditors in a display of cronyism and business as usual. “Under the plan discussed by EU states, pay-outs could be suspended for five working days and the block could be extended to a maximum of 20 days in exceptional circumstances,” Reuters reports.  “Existing EU rules allow a two-day suspension of some payouts by failing banks, but the moratorium does not include deposits.” Contrast the EU proposal with standard practice in the US, where the Federal Deposit Insurance Corporation (“FDIC”) begins to market troubled banks before they fail and tries to execute bank closures and sales on a Friday to avoid frightening the public.  The branches of the failed bank then open on the following business day as part of a solvent institution without any interruption in customer access to funds. Importantly, all insured depositors, as well as brokered deposits and advances from the Federal Home Loan Banks, are always paid out by the FDIC when the failed bank is closed in order to avoid precipitating runs on other institutions.  In Europe, on the other hand, there appear to be a significant number of officials who seriously believe that denying retail bank customers access to funds covered by deposit insurance will not result in financial contagion.  If such a proposal is adopted, the sort of bank runs seen in Cyprus and Greece could intensify and spread to the major countries in Europe.  Imagine that a large bank failure occurs in Italy next year and Italian officials tell retail customers that they will not have access to any funds for several weeks. As we saw in 2012 in Spain and Cyprus and 2015 in Greece, retail bank runs tend to spill over into other countries and markets, creating a situation where fear takes over from rational behavior.  The trouble is, Chancellor Merkel cannot commit Germany to supporting an EU accord to support the banks in the Eurozone without ending her political career. “If capital flight from the peripheral economies gathers pace, it could trigger runs on entire banking systems,” notes the infamous “Plan B” memo prepared for Merkel in 2012. “That would put the ECB—and thus, indirectly, the Bundesbank and Germany—on the hook for deposits worth trillions of euros.”  In the dark days of 2012, Merkel’s government prepared for “Plan B” and was essentially ready to allow the weaker nations on the EU’s periphery – including Spain, Greece, Italy and Ireland -- to fail and drop out of euro as Germany withdrew to a core group of nations. Just as the EU still refuses to deal with Greece’s mounting debt, likewise it cannot seem to accept that protecting the small depositors of European banks is the price to be paid for preserving social order and the EU itself. Otmar Issing, former Chief Economist and Member of the Board of the European Central Bank and the German Bundesbank, summarizes the situation: “The euro crisis is not over.”

Выбор редакции
01 августа, 20:33

These Were The Best Performing Assets In July And YTD

July was a great month for virtually all asset classes (at least those tracked by Deutsche Bank) with the notable exception of what, which tumbled after surging previously. As DB's Jim Reid writes, there was strong performance for most assets in the bank's sample as various market volatility measures trended lower over the past month to touch new all-time lows. 33 out of 39 assets posted positive total returns in local currency terms while all assets except for one (wheat) saw positive returns in USD terms after a tough month for the Greenback (-2.9%). In summary commodities and equities make up the top of both the local currency and USD performance tables while European assets (equities and government bonds) crowd at the bottom of the LC performance table. However the strong performance of the Euro (and USD weakness more generally) lifted most European assets into more positive territory in USD terms. Thus in USD terms the worst performers were mostly US credit and treasuries, rounded out by two relatively underperforming agricultural commodities in Corn (+0.1%) and Wheat (-7%). In terms of the key movers on the month, oil was one of the strongest performers as it led all assets in local currency terms (WTI +9%; Brent: +8%). It should be noted that nearly all of the gains came at the tail end of the month following news of Saudi Arabia’s pledge to reduce crude exports in August. Elsewhere the Bovespa (+11%) and FTSE MIB (+8%) matched gains in oil to top the USD table following a rally in the underlying equities (Bovespa LC: +5%; FTSE MIB LC: +5%) and strong performance in their respective currencies (BRL +6%; EUR +3%). Broader EM equities also saw strong performance in general (MSCI EM: +6%). An important dynamic to note is the fact that despite the poor performance of broader European assets in LC terms (and middling performance in USD terms), European banks actually saw strong returns on the month with gains of +3% in LC terms and over +6% in USD terms as Euro area economic momentum continues to hold strong and Eurozone government bond yields have risen following Draghi’s speech at Sintra. Now taking a look at the other end of the performance table. US Dollar weakness in July in general weighed on non-US equities with the DAX (-2%), Greece Athex (-1%), Nikkei (-0.5%) and STOXX 600 (-0.3%) making up four out of only six assets that saw negative total returns in LC terms. European government bonds (Bunds 0.0%; BTPs +0.6%) also underperformed other assets in LC terms as they remained mostly flat on the month. However as noted above, much of their poor performance in LC terms was mitigated in USD terms as most currencies advanced against the dollar. The main losers on the month in USD terms were  US credit and treasuries that broadly saw limited LC returns and were dragged further down the table by USD weakness that propelled other assets. Corn (+0.1%) and wheat (-7%) were the worst performers on the month in USD terms however as weather conditions were reported to boost supply. Now a quick look at YTD returns. In USD terms the top of the leaderboard is dominated by European equities with Greek equities (+43%), Spanish equities (+29%) and Italian equities (+28%) making up the top 3. Broader European equities are up +20% on the year with European banks outperforming with YTD gains of +27%. In comparison the S&P 500 has posted returns of 12% and is actually the second worst performing DM equity market this year with only the Nikkei trailing it by a small margin. EM equities are also broadly delivering strong performance YTD with the MSCI EM index posting gains of +26% in USD terms. Over in bond markets European fixed income has broadly outperformed relative to the US. European government bonds have broadly posted returns of 10-13% in USD terms in comparison to Treasury returns of only 2%, while European credit has posted returns of between 13-19% in comparison to US credit returns ranging between 4-7% YTD. However it should be noted that much of the gains in European assets can be attributed to the strong  performance of the Euro which is now up 12% YTD. Finally over in commodity markets wheat remains the top performer (+16%) despite its poor performance in July, while oil (WTI -7%; Brent -10% YTD) remains the worst performing commodity and at the bottom of YTD performance table in general despite its late rally in the past month. Source: DB

Выбор редакции
01 августа, 12:38

Deutsche Bank (Дойче банк) - Текущая ситуация

Приветствую всех своих читателей!                  Всего лишь 3 недели прошло с крайней статьи по акции и ситуация развивается именно таким образом как и предполагалось в ней (советую ознакомиться кто не читал, потому как есть пример длящейся сделки).                  Как мы видим из дневного графика цена ведет себя пока запланированным образом в рамках формирования большой фигуры «бычий флаг» (сравните с графиком из предыдущей статьи по акции).                  Вчера цена достигла отметки 14,99 евро за акцию и сегодня этот же уровень подтвердили цент в цент, то есть 14,99 — таким образом пока на дневном графике есть локальное двойное дно, а так же все это укладывается в рамки большой фигуры, как видно из графика.                  В предыдущей статье подробно разбиралась сделка, которая и по настоящее время продолжается, но уже получила разумеется дополнительные изменения, а именно                  Put опционы были закрыты по цене 0,87 евроцентов что от покупки по 0,37 евроцентов составило 135% роста по позиции и в целом хэдж дал свои результаты, то есть сохранил проседание от call опционов, экспирация которых 15 сентября и страйк 16,5 евро, то есть они абсолютно легко еще выходят в деньги к сроку.                  Ну и разумеется так как сделка не окончена, то на часть вырученных средств от закрытия Put опционов, были куплены call опционы так же сентября со страйком 15,5 по цене 0,47 евроцентов в количестве 10 штук.                  Иными словами добавлена направленная позиция ближе к деньгам.                  Разумеется я и дальше буду вести эту сделку, а не просто ждать экспирации и по необходимости снова могу добавить хэдж или закрыть частично скажем новую покупку «колов».                  Напоминаю, что размер сделки был выбран специально на небольшую сумму, что бы показать что на рынке можно оперировать даже небольшим риском относительно депозита, но с приличной эффективностью в целом.                  Да я мог бы закрыть еще в прошлый раз call опционы ведь они давали на тот момент очень хороший результат, но:                  1. Цена сразу могла пойти на пробой максимумов года и пришлось бы глупо улыбаться, в том время как позиция без нас бы росла на сотни процентов по опционам;                  2. В таком случае сделка была бы просто направленной и не имело смысла работать ее в оба конца, а так же у нее не было бы возможного развития событий с потенциалом увеличения прибыли и позиции как таковой.                  В текущей же ситуации ожидания остаются прежние, а позиция увеличена за счет новой покупки и более того еще остаются средства на хэдж и все это в рамках начальной суммы позиции около 1300 евро с учетом комиссии и при понимании полного риска именно этой суммы.                  В настоящий момент риск сокращен, а позиция и ее потенциал увеличены.                  Могу добавить что для примера работы беру близкие экспирации в пределах 1-3 месяцев, но реально еще сам работаю и декабрь и март — это уже разумеется от клиентского портфеля и его возможностей зависит. Возможностей как финансовых, так и временных.                  А теперь хочу напомнить, писал недавно относительно того, что один из брокеров с которыми я работаю, понизил порог открытия счета до 2 тыс. долларов США и как следствия выхода на площадки для покупки биржевых опционов.                  Это дает возможность даже людям с небольшими финансовыми возможностями или не желающими отзывать основные средства из торговли на рынке РФ все же участвовать и в других идеях, на других рынках.                                      Соответственно если вас интересует данная или какие-то иные мои идеи, а так же есть вопросы по открытию подобного счета — то милости прошу на связь.                                     Для связи:                  Whatsapp +792827944 ( ноль девять )                  skype: ivandashkov                  instagram: idashkov

Выбор редакции
01 августа, 04:03

Beijing Blowback Begins: China Orders Anbang To Sell Its Overseas Assets

Two weeks ago, when discussing the troubles plaguing one of China's conglomerates and "boldest dealmaker", HNA Group - recently best known for acquiring Anthony Scaramucci's SkyBridge capital in a transaction that has yet to close - we said that what until recently was one of the world's most aggressive roll-ups of varied companies from around the globe, including stakes in Hilton Companies and Deutsche Bank, as well as countless Chinese acquisitions, could very soon become the "reverse roll-up from hell", as the stock price of HNA tumbled, putting the roughly $24 billion in loans that had been taken against HNA stock in jeopardy of breachin their LTV limits, forcing a massive margin call, and potential firesale liquidation of the company's assets as shown in the chart below... ... which have been hit with the double whammy of various rating agency downgrades in recent months, further eroding the collateral value of HNA's various assets. Yet while the fate of HNA's conglomerate future still remains largely in the hands of the market, which could easily prompt a firesale if it were to push HNA stock low enough, another Chinese conglomerate may not have the benefit of the market's potential generosity, because according to Bloomberg, Chinese authorities have asked HNA's peer, Anbang Insurance Group, the insurer whose chairman was recently detained in June and was classified as a potential "systemic risk" to China's economy, to sell its overseas assets. In addition to demand a liquidation of many if not all assets acquired by Anbang over the past three years, the government also asked the company - whose Chairman will surely comply following his brief "detention" - to bring the proceeds back to China after disposing of holdings abroad, suggesting not only growing concerns about Chinese capital outflows, but Beijing's apparent intention to undo the massive Chinese M&A wave that swept the globe from 2014  through most of 2016, and led to the infamous "Chinese acquisition premium." Bloomberg notes that it is not clear yet how Anbang will respond, and in a WeChat message, the insurer said that “Anbang at present has no plans to sell its overseas assets," although that is sure to change once Beijing asks again, less politely this time. "Currently, Anbang’s various businesses and operations are all normal, and the company has ample cash and sufficient solvency capabilities.” Anbang, together with HNA, Wanda and Fosun, were the four most prominent Chinese conglomerates which unleashed a buying binge across the globe, fueled by soaring sales of investment-type insurance policies. Since 2015, the four companies completed a combined $55 billion in overseas acquisitions, 18% of Chinese companies’ total, and according to some, were instrumental in accelerating China's capital outflows over the same period. Anbang first emerged in the public arena with its high profile 2014 acquisition of New York’s Waldorf Astoria hotel. Subsequently, Anbang and its peers acquired such trophy assets as AC Milan, Legendary film studios and Hilton Worldwide. Anbang alone made billions in acquisitions in such businesses as the Westin St. Francis, InterContinental Miami, Rabobank's mortgage portfolio and various other M&A targets around the globe. However, it all ended with a thud in mid-June, when Anbang Chairman Wu Xiaohui was detained for questioning, while the policies fueling the company's growth have been all but banned by regulators. At this moment Anbang is merely a shell corporation, with virtually no new business creation, one whose massive debt load threatens to careen the company soon if it does not find sources of cheap liquidity and fast. At a twice-a-decade conference on financial regulation convened by President Xi Jinping this month, policy makers pledged to rein in corporate borrowing and said that preventing systemic risk was an “eternal theme.” Making matters worse is that Anbang’s rise in recent years was fueled by sales of lucrative wealth-management products that offered among the highest yields compared with peers, a key spoke of China's $9 trillion shadow banking universe. China’s insurance regulator this year started clamping down on what it termed “improper innovation” and tightened rules on high-yield, short-term investment policies. Anbang and other aggressive insurers such as Foresea Life got caught up in the crackdown. Where Anbang's death spiral could turn especially aggressive, is if Anbang customers start surrendering their policies and stop buying new ones, a feedback loop that would accelerate a continuing cash drain at the company, while forcing its existing product suite of wealth products to default, leading to the biggest risk facing China's economy: a shadow bank run. One Anbang product, called Anbang Longevity Sure Win No. 1, boosted the firm’s life insurance premiums almost 40-fold in 2014 by offering yields as high as 5.8 percent. That helped provide fuel for the firm’s more than $10 billion of overseas acquisitions since 2014 and equally ambitious investing in the domestic stock market. If investors realize that not only China's M&A party is over, but that the shadow banking sector is facing a potential default cliff, the scramble to recover invested capital will be unprecedented. For now, Anbang can delay the inevitable cash call by following Beijing's demands, and slowly - at first- begin liquidating its trophy offshore assets, and repatriating the proceeds, effectively inverting the outbound M&A surge that marked the past three years. The good news is that at least at this moment, there are plenty of willing buyers for the upcoming Anbang firesale..

Выбор редакции
31 июля, 23:53

Schwab: "New Accounts Are At Levels We Have Not Seen Since The Dot Com Bubble" As Millennials Rush Into Stocks

We can now officially close the book on the "cash on the sidelines." One week ago, we reported that in the latest weekly survey of Bank of America high net worth clients, the cash allocation had fallen to an all time low of just 10.4%, below the previous record low of 11% in April 2007 as everyone is "forced" to "dance" in this market, to quote Chuck Prince, in which the music is still playing. Now, in a separate confirmation of what Deutsche Bank recently described as market "froth", Jonathan Tepper points out that the stock euphoria has finally spread to the retail investor. Case in point: in its Q2 earnings results, Schwab reported that after years of avoiding equities, Schwab clients opened the highest number of brokerage accounts in the first half of 2017 since 2000. This is what Schwab said on its Q2 conference call: New accounts are at levels we have not seen since the Internet boom of the late 1990s, up 34% over the first half of last year. But maybe more important for the long-term growth of the organization is not so much new accounts, but new-to-firm households, and our new-to-firm retail households were up 50% over that same period from 2016. In total, Schwab clients opened over 350,000 new brokerage accounts during the quarter, with the year-to-date total reaching 719,000, marking the biggest first-half increase in 17 years. Total client assets rose 16% to $3.04 trillion. Schwab also adds that just like in the case of Bank of America's HNW private clients, the net cash level among its clients has only been lower once since the depths of the financial crisis in Q1 2009: Now, it's clear that clients are highly engaged in the markets, we have cash being aggressively invested into the equity market, as the market has climbed. By the end of the second quarter, cash levels for our clients had fallen to about 11.5% of assets overall, now, that's a level that we've only seen one time since the market began its recovery in the spring of 2009. While some of this newfound euphoria may be due to Schwab's recent aggressive cost-cutting strategy, it is safe to say that the wholesale influx of new clients, coupled with the euphoria-like allocation of cash into stocks, means that between ETFs and other passive forms of investing, as well as on a discretionary basis, US retail investorshas never been more "all-in" stocks than they are now. But wait, there's more: throwing in the towel on prudence, according to a quarterly investment survey from E*Trade, nearly a third of millennial investors are planning to move out of cash and into new positions over the coming six months. By comparison, only 19% of Generation X investors (aged 35-54) are planning such a change to their portfolio, while 9% of investors above the age of 55 are planning to buy in. Furthermore, according to a June survey from Legg Mason, nearly 80% of millennial investors plan to take on more risk this year, with 66% of them expressing an interest in equities. About 45% plan to take on “much more risk” in their portfolios. In other words, little by little, everyone is going "all in." Ironically, Schwab's own economists were forced to caution its clients that the party may soon be ending as we discussed last week in "Even Schwab Is Warning Retail Clients Of 'Danger Signs Rising':" A solid earnings season should contribute to a continuation of the bull market in stocks. Dangers are lurking, however, and the possibility of a decent-sized pullback has grown over the past couple of months, in light of monetary policy and geopolitical uncertainties. While we would likely view such a move as healthy, it can be disconcerting. Stay diversified and be prepared to guard against overreacting to any such move. Because if there is anything retail investors are known for, it is avoiding "overreacting" to "decent-sized pullbacks." As for those 45% of Millennials planning to take on "much more risk" at the all time highs in the S&P, good luck.

30 июля, 22:15

Несчастная Германия всё никак от оккупации не избавится...

Оккупацию Германии США никто не отменял 10.07.2014 Ангела Меркель после очередного шпионского скандала заявила, что партнерские отношения между Германией и США могут серьезно пострадать. Но канцлер лукавит, она прекрасно знает, что никакие это не партнерские отношения. Американские военные базы и разведка работают в Германии официально, согласно прежним оккупационным договорам и новым секретным протоколам."Обвинения против гражданина Германии в шпионаже в пользу США весьма серьезны и, если они соответствуют действительности, это явно противоречит тем отношениям, которые должны быть между партнерами", — сказала Ангела Меркель на пресс-конференции в Пекине. Заявление было сделано после ареста в Берлине работавшего на Вашингтон сотрудника Федеральной разведывательной службы Германии (BND). Он, в частности, передавал американцам информацию о деятельности специальной комиссии Бундестага по расследованию деятельности Агентства национальной безопасности (АНБ) в Германии. Речь идет о прошлогоднем скандале с прослушкой мобильного телефона Меркель, который спровоцировал своими разоблачениями Эдвард Сноуден.И не только контингент. В двух километрах к западу от немецкого города Дармштадт находится американский комплекс "Кинжал". Это крупнейшая в Европе база военной разведки США. В 1999 году здание штаба расширили до 7 тысяч квадратных метров, потратив при этом сумму около 18 миллионов долларов. Есть другие военные базы, в частности в Рамштайне и Штутгарте, откуда осуществляется управление беспилотниками в борьбе против "террористов" в Пакистане и Сомали.Немецкий историк Йозеф Фошепот (Josef Foschepoth) выяснил, что и многие секретные договоренности 50-х годов между США и ФРГ остаются в силе и по сей день. В интервью каналу ZDF он сказал, что на основании изученных им некоторых секретных документов бывшие оккупационные власти до сегодняшнего дня имеют право шпионить за немецкими гражданами. Многие операции американских спецслужб проводятся на грани нелегальности. По мнению Фошепота, современная Германия не является суверенным государством. "Прежние оккупационные договора все еще действуют, просто они поменяли свои названия. Сегодня юридическая и правовая обязанность любого федерального правительства — это непреложно им следовать. Таким образом, законы Германии защищают союзников в их деятельности по мониторингу ситуации в Федеративной Республике", — сказал Фошепот в интервью ZDF.Добавим, что практически весь золотой запас Германии находится на хранении в США. "В США хранится почти 700 тонн немецкого золота, но Германии удалось получить всего одну десятую часть, порядка 30 тонн, они просили хотя бы половину — 300 тонн, получили 10 процентов. Это говорит о том, что послевоенная Германия безусловно зависимая страна", — сказал Pravda.Ru Юрий Солозобов, директор международных проектов Института национальной стратегии России..Читайте также: Юрий Солозобов: США держат Германию в "золотых наручниках"Эксперт добавил, что каждый канцлер Германии, вступающий в должность, должен подписать секретный протокол сотрудничества с США, состоящий из нескольких пунктов. Среди них: "хранение золотого запаса на территории США, пока на территории Германии находятся военные базы; американский контроль над всеми немецкими СМИ; присоединение политической воли к атлантической солидарности", — сказал Юрий Солозобов.Таким образом, сообщения о том, что Меркель была "поражена и растеряна" из-за сообщений об американском шпионе в немецкой разведке, вряд ли соответствуют действительности. О том, что Германия по-прежнему де-факто является оккупационной зоной США, говорит и реакция Вашингтона на арест шпиона. "Представитель Белого дома заявил, что этот арест грозит свести на нет "всю восстановительную работу", которую проделали власти обоих государств после скандала с прослушкой телефона канцлера Германии Ангелы Меркель", сообщила New York Times. Иными словами: " Ах, вы так с нашим общим делом? Пеняйте на себя. Это скажется на наших отношениях!"У США есть классификация союзников. Первые — безусловные: Великобритания, Канада, Австралия. Есть союзники периодические: например, Франция. Есть вассалы первой категории: например, Польша. Есть вассалы второй категории: например, Румыния и страны Балтии. А еще есть де-факто колонии — это Германия, Италия и Япония, которые имеют этот статус с момента окончания Второй мировой войны. Кроме первой группы, все остальные периодически подвергаются показательной порке, чтобы знали место. Это, например, недавние миллиардные штрафы, выставленные французским и теперь немецким банкам ("Дойче банк") за нарушение санкций США, наложенных на Иран, Судан, Кубу. А циничное выжимание жизни из колоний — это суть политики любого колонизатора. Как долго просуществует этот однобокий мир?.Читайте также: Германия может разорвать партнерство с США"Сейчас стоит задача распространения новой ООН, евразийский или азиатский ООН, поскольку основной вектор промышленных и политических инициатив устремился на Юго-Восток Азии", — сказал Юрий Солозобов. "Такие страны, как Индия, Пакистан, Израиль, Китай, Корея, Япония, они или владеют ядерным оружием, или могут сделать это оружие в течение двух недель. Почему они не являются легальными членами Совета безопасности? Формат новой ООН, учитывающий реалии современного мира, позволит вывести Европу из такого зависимого состояния. Но здесь очень много зависит от политической воли каждой из стран. Видимо, должно прийти другое поколение политиков, в том числе в Германии. Должны прийти люди, которые осознают, что нельзя быть в современном мире страной второго сорта, это путь в никуда, в политический подвал", — сказал эксперт Pravda.Ru.

30 июля, 18:17

Около 30 банков могут переехать из Лондона во Франкфурт из-за Brexit

Около 30 международных банков рассматривают возможность переезда из Лондона во Франкфурт-на-Майне в связи с выходом Великобритании из Европейского Союза. Об этом заявил президент немецкой Федеральной службы надзора за финансовыми институтами (BaFin), передает DW. Отмечено, что среди банков, которые планируют изменить адрес, есть британские, американские, японские и немецкие...

30 июля, 18:17

Около 30 банков могут переехать из Лондона во Франкфурт из-за Brexit

Около 30 международных банков рассматривают возможность переезда из Лондона во Франкфурт-на-Майне в связи с выходом Великобритании из Европейского Союза. Об этом заявил президент немецкой Федеральной службы надзора за финансовыми институтами (BaFin), передает DW. Отмечено, что среди банков, которые планируют изменить адрес, есть британские, американские, японские и немецкие...

29 июля, 23:47

У криптобиржи WCEX появился мульти-язычный интерфейс.

Сайт криптобиржи WCEX теперь переведён на 10 языков, включая русский.И до сих пор проект WCEX продолжает аттракцион неслыханной щедрости, давая за регистрацию по 50 своих токенов WCX.10 токенов будут продаваться на ICO по 1 доллару.ICO стартует 9 сентября 2017г.Владельцы токенов будут получать 20% от доходов биржи.Вот как позиционируют проект WCEX его создатели.=Глобальная бюджетная Биржа цифровых валют  =Минимизация платежей. Большинство бирж взимают комиссию до 1% с каждой транзакции. На WCX все это обойдется многократно дешевле. Это значит что больше денег останется на Вашем кошельке.Безопасность. 98% всех средств клинтов постоянно хранятся в холодных хранилищах. Серверная инфраструктура разделена и защищена новейшими средствами обеспечения и мониторинга безопасности.Создана для масштабирования. Программное ядро нашей биржы разработанно ветеранами Уолл&стрит. В течении трехлетних полевых испытаний мы добились его работы с миллионами транзакций в секунду практически с нулевыми задержками.Радикально улучшенный интерфейс пользователя. Объединенная мощная панель торговых инструментов дает гибкий, бысрый и удобный доступ ко всем функциям WCX как на десктопе, так и на мобильном устройстве.Улучшенная клиентская поддержка. Наша уникальная команда поддержки клиентов готова оказать необходимую помощь и решить возникающие проблемы в любой момент, не зависимо от объема и активости проводимых торгов.Глобальная Анонимность. Начните торговлю из любой точки мира & мы не требуем ID верификацию Вашей личности. WCX работает исключительно с цифровыми валютами и не имеет отношения к существующим банковским структурам.Продвинутые типа ордеров. Простота размещения рыночных, лимитных, стоп-маркетных, стоп-лимитных, скользящих и блоковых ордеров. Которые работают именно так, как Вы ожидате. С непревзойденной скоростью исполнения.Высокопроизводительный API. Обеспечивает торговое взаимодействие непосредствено с WCX средствами REST, WebSocket, или FIX для высокочастотного трейдинга.Команда. Наша команда & профессионалы из Apple, Deutsche Bank, и IBM, имеющие огромный опыт разработки, построения и сопровождения безопасных, распределенных крупномасштабных финансовых систем.Дорожная картаТестовый запуск. 1.9.17ICO. 9.9.17Запуск. 10.10.17Мобильное приложение. Jan 2018Маржинальная торговля. Mar 2018Интеграция фиатных валют. Q2 2018Децентрализация кошелька. Q3 2018=Что такое токены WCX?10 WCX = 1 USD в ходе ICOКак держатель токенов WCX Вы получаете право на часть получаемого WCX дохода.20% всей генерируемой WCX прибыли автоматически выплачивается держателям токенов, пропорционально размеру его доли в общем количестве токенов.Функционируя как биржа, WCX получает прибыль в различных цифровых валютах. Что для держателя токенов WCX практически аналогично получению пассивного дохода от владения портфелем наиболее прибыльных криптовалют.WCX это токены стандарта ERC20. Мы планируем проведение ICO на 9&е сентября 2017 года.= Внимание! Если при переходе по ссылке выскакивает надпись 500 Internal Server Error, то не огорчайтесь, немного подождите и нажмите «Обновить Страницу», этот трюк помогает, я проверял. Предполагаю, что сейчас на сервер большая нагрузка изза наплыва желающих зарегистрироваться. = Криптовалютные и фиатные сервисы, в которых я зарегистрирован (QR-коды и ссылки) = #wcex #exchange #ico #cryptocurrency #startup    electronic-money-blog.blogspot.com/2017/07/wcex-wcx-ru.html

28 июля, 14:28

Frontrunning: July 28

‘Skinny’ Repeal of Obamacare Fails (WSJ) Bad News If You Make $150,000 to $300,000: Higher Taxes for Many (WSJ) Senators Move to Block Trump From Ousting Sessions (WSJ) Amazon’s Expansion Takes Toll (WSJ) Japan Slaps 50% Tariff on Some U.S. Beef (WSJ) Tesla Model 3 Arrives as Elon Musk Tries to Manage Expectations (WSJ) Musk Risks Missing the Mainstream If Model 3 Strays From $35,000 (BBG) UBS Shares Drop Most Since January as Capital Ratio Declines (BBG) Wall Street braces for end of Snap share lockup (Reuters) Car Prices Are Still Falling But the Sky Isn’t as Lender Profits Rise (BBG) Swiss Banks’ Focus on Wealth Pays (WSJ) Venezuela crisis tips into showdown (France24) U.S. orders Venezuela embassy families out, crisis deepens (Reuters) China will take measures to get more foreign investment, boost private investment (Reuters) Killing the Border Tax Solved One Problem. It May Create Several (BBG) Cheap Eggs Flood U.S. Grocery Stores (WSJ) BNP Shows Europe Can Still Build Investment-Bank Champions (BBG) Elliott Tries a Texas Charm Offensive to Outdo Berkshire's Oncor Bid (BBG) Overnight Media Digest WSJ - GOP leaders struggled to overcome tensions between House and Senate Republicans that threatened to derail a slimmed-down health-law repeal, the party's last-ditch effort to deliver on their promise to overhaul the Affordable Care Act. Senate Majority Leader Mitch McConnell released the text of the bill late Thursday and a vote was expected around midnight. on.wsj.com/2uI7HA2 - The Senate approved new sanctions to punish Russia for its alleged interference in the 2016 U.S. election, gaining tentative support from the White House before its passage. on.wsj.com/2uHtUy6 - Senate Republicans moved to block every path the U.S. President Donald Trump might try to replace Attorney General Jeff Sessions, a step they worry would disrupt the independence of the probe of Russia's interference in the 2016 election. on.wsj.com/2uHys7K - SpaceX has raised as much as $350 million in a new round of financing that boosted the company's valuation, a vote of confidence for founder Elon Musk who is seeking to prove the rocket maker can become a major satellite operator. on.wsj.com/2uI26K0 - A freight railroad regulator called on CSX Corp to address "serious issues" causing delays, congestion and other problems, the latest setback for the railway as it attempts to revamp its operations. on.wsj.com/2uHuj3A - A federal court in Virginia ruled that a local politician, Phyllis Randall, violated the free-speech rights of a constituent she banned from her Facebook page, in a case the judge said raises "important questions" about the constitutional restrictions that apply to social media accounts of elected officials. on.wsj.com/2v2Z59C   FT Deutsche Bank AG has finally managed to recoup 38.4 million euros of deferred bonuses from its pre-crisis management, offering a sliver of good news on a day when the lender's shares fell 6.5 percent on disappointing earnings. Richard Branson is giving up control of Virgin Atlantic, the airline he founded in 1984, as part of a wide-ranging shake-up of the industry that will see Air France KLM SA, Delta Air Lines Inc and China Eastern Airlines Corp Ltd deepen their alliances. Mike Ashley's Sports Direct International Plc has increased its stake in the loss-making retailer French Connection Group Plc to 27 percent, just below the point at which it would be required to make a takeover offer. Mexico's state-owned oil company Pemex posted a $1.8 billion profit for the second quarter, its third straight quarter in the black.   NYT - Meg Whitman, chief executive of Hewlett Packard Enterprise , said she would not become the next chief of Uber , amid a flurry of reports about who might assume leadership of the troubled ride-hailing company. nyti.ms/2h7G3sT - More than 800,000 people who took out car loans from Wells Fargo were charged for auto insurance they did not need, and some of them are still paying for it, according to an internal report prepared for the bank's executives. nyti.ms/2tIdyUE - Rocket maker SpaceX founded by billionaire Elon Musk, has raised up to $350 million in new financing and is now valued at around $21 billion, making it one of the most valuable privately held companies in the world. nyti.ms/2uHLVwd - Discovery Communications is in advanced talks to buy Scripps Networks Interactive now that Viacom is out of the competition. Discovery is closing in on a bid of around $90 per share, or about 34 percent higher than where Scripps's stock was trading before reports about a potential sale emerged   Canada The Globe and Mail ** British Columbia Premier John Horgan is optimistic that Canada can cut a deal to end the latest softwood-lumber battle with the United States ahead of the contentious renegotiation of the North American free-trade agreement that starts next month. tgam.ca/2v5vvzK ** Canadian employers are not on a wild hiring spree after all, according to new data. Employers created an average of 11,000 new jobs a month for the first five months of the year, according to Statistics Canada's Survey of Employment, Payrolls and Hours (SEPH) for May, released on Thursday. tgam.ca/2v3RkjT ** Edward Gong, a Chinese-Canadian businessman who attended one of Prime Minister Justin Trudeau's controversial cash-for-access fundraising dinners last year, is now fighting accusations by prosecutors in China that he played a key role in a massive pyramid scheme that took in more than C$350 million ($279.00 million). tgam.ca/2uIjBtD National Post ** Canadian officials are praising a U.S. decision to drop a contentious border tax proposal, suggesting its death signals an open-mindedness in the Trump administration on open borders and free trade. Canada is pleased to see the decision, Foreign Affairs Minister Chrystia Freeland said Thursday, noting that both economies prosper together. bit.ly/2uIOSwr ** Suncor Energy Inc's dispute with French oil major Total SA over costs at the nearly completed Fort Hills oilsands mine marks a new twist in hasty departure of international oil companies from the Alberta deposits. Total SA is now refusing to pay its bills for the nearly finished project, whose capital cost was revised to a range of C$16.5 billion to C$17 billion in February. bit.ly/2uIGzRv   Britain The Times Dave Ramsden has been appointed as the new deputy governor for markets and banking at the Bank of England, a role that has been vacant since the resignation of Charlotte Hogg. bit.ly/2w4Oms8 Britain is likely to keep existing migration rules immediately after Brexit with European Union nationals allowed to enter so long as they register, Interior Minister Amber Rudd revealed Thursday. bit.ly/2eShlfj The Guardian Richard Branson announced he is selling 31 percent of Virgin Atlantic Airways Ltd, relinquishing his controlling interest in the airline he founded in 1984. bit.ly/2uCuLS1 The controversial skyscraper called 20 Fenchurch Street is being bought for 1.3 billion pounds by the property arm of Lee Kum Kee Health Products Group, a conglomerate that makes condiments and healthcare products and also develops property. bit.ly/2v3DptD The Telegraph Two activist investors who declared war on French Connection Group Plc's corporate governance have sold their entire stakes to Mike Ashley's Sports Direct International Plc in a move that gives the sportswear giant a 27 percent grip on the fashion retailer. bit.ly/2w4vOs8 Mining group Anglo American Plc has surprised investors by restarting its dividend six months early, boosted by a surge in profits that helped it pay off more debt than it planned. bit.ly/2h7bcfY Sky News PricewaterhouseCoopers, the world's biggest auditor, is facing fresh questions over its independence after proxy advisory firm Institutional Shareholder Services warned of a possible conflict of interest in its relationship with Vodafone Group Plc . bit.ly/2v3uA2O Michel Barnier, who leads the EU side of the Brexit talks, has warned of a possible delay in discussions aimed at defining future ties between London and Brussels because of lack of progress in the current phase, focusing on the divorce. bit.ly/2v0YuW6 The Independent Britain's second-biggest tour operator Thomas Cook Group Plc is set to run package holidays to Tunisia "towards the spring," according to the company's boss. ind.pn/2v0B2YZ UK households could face "considerable and unpredictable" fluctuations in food prices after Brexit thanks to increased trade barriers and a weak pound, according to the Institute for Fiscal Studies. ind.pn/2v2raNW

28 июля, 13:58

Xiaomi announce US$1 billion loan to help with overseas expansion

XIAOMI announced today they will obtain a loan of US$1 billion over three years to aid overseas expansion and the improvement of distribution channels. It signed a syndicated loan agreement for US$1

28 июля, 13:32

Основные фондовые индексы Европы снижаются

Европейские рынки снизились в пятницу утром после того, как американские технологические акции отступили от недавних максимумов, и инвесторы отреагировали на потоки отчетов о доходах. Общеевропейский индекс Stoxx 600 упал на 0,86 процента во время ранних утренних сделок со всеми секторами и крупными биржами на отрицательной территории. Акции сектора технологий были одними из худших исполнителей в пятницу, на фоне новостей о доходах. В США инвесторы были обеспокоены внезапным падением технологических и транспортных акций в четверг. Amazon, который прибавил почти 40 процентов в этом году, опубликовал снижение прибыли и его акции упали на 3 процента после закрытия рынков. В Европе все компании в секторе торговались более чем на 1 процент ниже вскоре после открытия рынков. Dialog Semiconductor понес убытки после того, как Credit Suisse и Deutsche Bank снизили целевую цену для фирмы. Его акции упали более чем на 2,2 процента. Крупнейший банк Швейцарии, UBS, опубликовал во втором квартале этого года более высокую, чем ожидалось, прибыль. Кредитор сообщил о 1,144 млрд. швейцарских франков ($ 1,21 млрд.) чистой прибыли, что на 14 процента выше, чем годом ранее. Его акции упали на 2,6 процента в условиях осторожного прогноза для банка. Британский кредитор Barclays сообщил о чистом убытке в размере 1,21 млрд. фунтов стерлингов ($ 1,58 млрд.) за первую половину 2017 года в пятницу. Банк связал свои результаты с падением фунта стерлингов, обвинением в неправильной продаже страхования защиты платежей и потере от продажи его подразделения в Африке. Его акции выросли на 1,5 процента на заявлениях, что реструктуризация была завершена. Adidas поднялся до вершины сводного индекса после сообщения об улучшении прогнозов на весь год в своем отчете о доходах за второй квартал в конце четверга. Немецкая фирма производитель спортивных товаров заявила, что ожидаемые продажи в нейтральной валюте возрастут между 17 и 19 процентами в 2017 году. Ранее она оценивала продажи в диапазоне от 12 до 14 процентов. Акции выросли на 7 процентов в ранних утренних сделках. На текущий момент FTSE 7390.98 -52.03 -0.70% DAX 12130.29 -81.75 -0.67% CAC 5119.56 -67.39 -1.30% Информационно-аналитический отдел TeleTradeИсточник: FxTeam

28 июля, 12:30

Мнения: Иван Лизан: США переступили грань

Да, ЕС не любит Россию, он ее боится, но принуждение со стороны США – это слишком. Сегодняшние санкции привели к тому, о чем три года назад было сложно помыслить всем, кроме честных пропагандистов. В 1991 году история действительно могла закончиться, прими США как единственная оставшаяся сверхдержава постсоветскую Россию в клуб «цивилизованных» держав с предоставлением права гайдаровцам грабить периферию. Это было бы правильно с позиций стратегии, однако тактика совокупно с высокомерием и радостью от самоуничтожения противника возобладали. В итоге Россия, пусть и оказалась очень ослаблена в технологическом плане, но все равно представляет для США потенциальную (не реальную в данный момент времени) угрозу из-за наличия ядерной триады и модернизирующихся вооруженных сил. В 2014 году история вновь могла пойти иначе: США и ЕС могли подписать соглашение о трансатлантической зоне торговли, сформировав огромный рынок. Огромный не столько по количеству потребителей, сколько по платежеспособному спросу и передовой в плане научно-технических разработок. Однако вновь история пошла так, как ей было положено, из-за алчности и недальновидности американских элит, сросшихся с бизнесом. Опять же, все дело исключительно в деньгах: США переступили грань. Сперва наказали европейские банки, в частности Дойче банк, наложив на него огромный штраф. Затем ударили по немецкому автопрому (скандал с заниженными выбросами начался с США). После началась эпопея с запретами на ведение общих дел и кредитования. Теперь буквально принуждают закупать энергоносители втридорога у США, а не у России, которая является привычным поставщиком углеводородов. Да, ЕС не любит Россию, он ее боится, и еврочиновники страхуются Украиной как транзитером, но принуждение со стороны США – это слишком. Сегодняшние санкции привели к тому, о чем три года назад было сложно помыслить всем, кроме честных пропагандистов: США и ЕС начали бить горшки и не из-за Украины, судьба которой им совершенно безразлична, и не из-за столь нелюбимой России, а по причине того, что вопрос зашел о деньгах. И если ЕС не дрогнет, то мы еще увидим, как между США и ЕС лед не просто не растает, а намерзнет ледник под влиянием арктических санкционных масс. Аналогичная история у США и с Китаем. Китай – первый кандидат в мировые гегемоны, и практика на примере предыдущих циклов гегемонии показывает, что к концу цикла гегемонии (а каждый последующий цикл процентов на 30 короче предыдущего) от мира старого гегемона практически ничего не остается. США же всячески обостряют отношения с Китаем, используя КНДР как повод. С позиции тактики это верное поведение. С позиции стратегии – это катастрофа. США мощнее всех в мире, но мир в совокупности сильнее США, и единственное, чего не хватало этому миру, – помощи Вашингтона в объединении. Эта вся история учит прежде всего тому, что: 1. Адекватность элит – залог спасения страны. Стратегия без тактики – долгий и мучительный путь к победе, тогда как тактика без стратегии – суета перед поражением. А стратегия США явно провальная. 2. России во всей этой истории в стратегическом плане может повезти (главное, в мировую войну не быть втянутыми), и не потому, что Кремль старался и вел прекрасную политику, а потому, что США испортят отношения с ЕС. Главное, чтобы у европейцев духу хватило в отстаивании своих наднациональных интересов. 3. В тактическом плане противостояние США и ЕС ничего России хорошего не сулит – мы слишком отстали в экономическом и научно-технологическом плане, чтобы самостоятельно выжить без внешней поддержки и передовых технологий. А их дать пока могут лишь европейцы или американцы. Китай сам отстал от них лет на 10–15. Источник: Блог Ивана Лизана Теги:  Россия и США, война санкций, США и Китай, США и ЕС

08 октября 2016, 10:18

Forbes: Про позиции Deutsche Bank в деривативах

Фото REUTERS / Kai Pfaffenbach   Перечитывая новости о крахе Deutsche Bank, трудно не сойти с ума. Складывается впечатление, что любые адекватные аналитические отчеты просто похоронены под ворохом скандальных публикаций, и даже профессиональные финансисты на полном серьезе рассуждают о "громадных деривативных позициях" и "втором Lehman Brothers". Истерику подхватывают политики и обыватели, и вот уже нет в мире события, вероятность наступления которого столь же гарантирована, как банкротство крупнейшего банка Германии. Но если опустить эмоции и взяться за цифры, факты или хотя бы просто за термины, то картина происходящего может стать совершенно иной. Давайте просто рассмотрим наиболее известные страхи, вокруг которых строится картина ужасного будущего финансового гиганта. 1. Есть ли реальные проблемы с капиталом? К началу октября акции Deutsche Bank стоили чуть более $10, а его капитализация упала до исторических $16,9 млрд. Да, банковский бизнес теперь не приносит дивидендов, и инвесторы, избавляющиеся от акций немецкого банка, поступают вполне разумно. Но имеет ли это какое-то влияние на устойчивость самого банка, которая измеряется не капитализацией, а достаточностью капитала? Действительно ли существует дыра в балансе, о которой все говорят? Одним из наиболее важных показателей для банка является показатель достаточности капитала базового уровня, который представляет собой отношение базового капитала первого уровня (CET1) к стоимости активов, скорректированной на риск (CET1/RWA). Требования к этому показателю устанавливаются в соответствии с "Базель III" и регуляторами. По этим требованиям у системно значимых банков (к которым относится "Дойче") отношение должно вырасти с 5,625% в 2016 году до 9% в 2019 году с учетом 2 "буферов" (capital preservation buffer и global systematically important institution buffer). Согласно же отчету Deutsche Bank, на 30 июня 2016 года его CET1 составлял €43,52 млрд при стоимости активов, скорректированных на риск, €402 млрд. Таким образом, уровень капитала банка составляет 10,82%. С добавлением буферного капитала этот уровень составляет уже 12,2% (€48,98 млрд). А если вспомнить о продаже доли в Hua Xia Bank и Abbey Life Assurance, то к соотношению можно прибавить еще 0,5%. 2.Так ли легко обанкротить Deutsche Bank? Чтобы дойти до процедуры банкротства, придется очень сильно постараться. Во-первых, DB имеет статус глобального системно значимого банка. В экстренной ситуации он может рассчитывать на помощь сразу нескольких финансовых регуляторов. Но для начала у самого банка существуют стабилизационные механизмы, срабатывание которых защищает банк от дефолта. Один из таких механизмов — условно-конвертируемые облигации (так называемые коко-бонды), которые могут быть списаны с баланса банка или конвертированы в акции при достижении соотношением CET1/RWA определенного триггера (как правило, установленного на уровне 5,125%). Чтобы это произошло, списания из капитала CET1 Deutsche Bank должны составить более €22 млрд Напомним, что максимально грозящий банку штраф — $14 млрд, а по результатам последнего стресс-теста европейской банковской системы в пессимистичном сценарии (при котором к 2018 году уровень безработицы в Германии увеличивается почти в два раза, а рыночная стоимость всех немецких компаний падает за это же время на 53%) уровень капитала CET1 Deutsche Bank за два года предполагаемого кризиса сократится всего лишь до 7,8%. Более того, по новому немецкому законодательству о финансовой несостоятельности, с января 2017 года общий показатель покрытия убытков (TLAC), помимо капитала первого уровня и субординированного долга, будет включать в себя также старший необеспеченный долг компании. Иными словами, Deutsche Bank не будет считаться банкротом до тех пор, пока он может отвечать по своим обязательствам перед вкладчиками и контрагентами. На 30 июня 2016 года TLAC Deutsche Bank составил €118 млрд. И наконец, в случае если стабилизационные возможности самого банка исчерпаны, Европейский стабилизационный механизм (ESM), располагающий €60 млрд резервов, выделенных на рекапитализацию банковской системы, в качестве крайней меры может инициировать процедуру рекапитализации банка. 3.Существуют ли "триллионные" позиции в деривативах? В СМИ постоянно ссылаются на то, что по состоянию на конец июня 2016 года объем деривативных позиций Deutsche Bank составил €46 трлн, т. е. сумму, превышающую ВВП Германии в 13 раз. Но, прежде всего, €46 трлн — это общий номинал существующих деривативных контрактов (notional amount). Он используется в качестве расчетной величины для определения реальной стоимости деривативных позиций (т. е. фактической величины кредитного риска), которая получается на несколько порядков меньше. И согласно отчетности банка, составляемой по стандарту IFRS, на конец июня 2016 стоимость позиций составляла €615 млрд. Однако стандарт IFRS не предполагает неттинга противоположных позиций и не учитывает гарантийное обеспечение, полученное от контрагентов. Поэтому чистый "риск" (net exposure) с учетом неттинга позиций и гарантийного обеспечения по всем деривативным контрактам банка составляет всего каких-то €41 млрд. При этом основная доля приходится на процентные деривативы, которые используются всеми банками для хеджирования процентного риска. Для сравнения: net exposure по деривативным контрактам BNP Paribas составляет €52 млрд, Bank of America — $55,3 млрд, а Citigroup — $45,55 млрд. 4. Какой штраф заплатит банк Минюсту США? В сентябре Министерство юстиции США (DOJ) объявило о подаче иска к Deutsche Bank на сумму $14,2 млрд в качестве штрафа за нарушения, допущенные при продаже ипотечных ценных бумаг в 2005–2007 годах. В тот же день банк официально заявил, что не собирается урегулировать требования за сумму, "даже близкую к названной", и начал переговоры с Министерством. На данный момент резервы банка, созданные на случай урегулирования судебных разбирательств, составляют €5,5 млрд ($6,2 млрд), что ниже требований Минюста США. Но, учитывая прецеденты урегулирования претензий со стороны DOJ другими крупными банками, скорее всего, Deutsche Bank сможет договориться о выплате штрафа в рамках существующей величины резервов. Так, JP Morgan удалось снизить сумму выплат с требуемых $33 млрд до $9 млрд, Goldman Sachs — с $11,1 млрд до $5,1 млрд, Morgan Stanley — c $10,6 млрд до $3,2 млрд. Однако, даже если выплаты будут сделаны в полном объеме и полностью за денежные средства (без так называемого компонента "consumer relief"), CET1/RWA упадет до уровня 9,5%, что, конечно же, будет ниже рекомендованного уровня на 2016 год со стороны регулятора, но все еще значительно выше требований, установленных стандартом "Базель III". 5. Deutsche Bank — это новый Lehman Brothers Все забывают, что Lehman был просто крупным американским брокером, а не глобальным коммерческим и инвестиционным банком. А на момент его банкротства на законодательном уровне не существовало понятия системообразующего финансового учреждения, или "too big to fail" (хотя именно крах Lehman послужил причиной введения такого понятия). Согласно данным Совета по финансовой стабильности (Financial Stability Board), Deutsche Bank является одним из 30 глобальных системообразующих банков (G-SIB) в мире, падение которого представляет собой наибольший риск для мировой финансовой системы. По сути дела, c учетом существующих регуляторных механизмов банкротство такого гиганта практически невозможно, так как будет означать крах мировой финансовой системы. Абсолютно очевидно, что Deutsche Bank сейчас проходит тяжелый трансформационный период. Банк продолжает массивную реструктуризацию бизнеса и несет убытки. Однако, если абстрагироваться от апокалиптических заголовков СМИ, объективных причин, способных привести к банкротству Дойче в ближайшем будущем, просто не существует.   Forbes

28 сентября 2016, 15:05

ГЕОэкономика. "Обмен любезностями" ведет к экономической войне

Акции крупнейшего банка Германии Deutsche рухнули до минимума начала 80-х годов прошлого века. Так инвесторы реагируют на претензии американских властей к немецкому банку. Ранее другие крупные европейские компании подвергались атаке со стороны США. Европейские власти в ответ на это не молчат. Такой обмен любезностями между союзниками больше напоминает начало крупномасштабной экономической войны, что может привести финансовые рынки к коллапсу по образцу 2008 года. Об этом в программе "Геоэкономика" расскажет Александр Кареевский.

21 сентября 2016, 11:04

Zerohedge.com: Так вот почему акции Deutsche Bank рушатся (опять)?

Отскок акций Deutsche Bank завершен. За последние дни акции “банка, являющегося самым большим источником системного риска” рухнули почти на 20% — назад к рекордным низам после того, как требования об уплате штрафа обнажили страшную правду о том, что банк, имеющий… читать далее → Запись Zerohedge.com: Так вот почему акции Deutsche Bank рушатся (опять)? впервые появилась .

20 сентября 2016, 21:02

Дойче-зомбо-банк и другие важные темы

Заметки на полях: Пока я, и вы, занимались выборами, в мире произошло много всего интересного. Давайте попробуем обозначить самое важное из текущего, а в качестве звукового фона можно послушать писки политических клоунов, проклинающих судьбу, оплакивающих несостоявшиеся московские гешефты и узнавших себя в моем скромном вчерашнем тексте. Я тут даже пари заключил, что кое-кто из них не сдержится и отреагирует.Итак, нафиг клоунов, смотрим, что происходит в реальном мире.1. На 100% главная тема, это серьезный конфликт по линии США - Европа. Это очень приятная и перспективная новость для нас и, конечно же, для наших китайских партнеров. На практическом уровне этот конфликт выражается в трех конкретных сюжетах:1.1. Фактический срыв переговоров по "Трансатлантическому партнерству". Пользуюсь случаем передать большой привет всем, кто мне многократно писал о том, что его неизбежно подпишут ибо так сказал Белый Дом. Не получилось у американцев сломать нетарифные барьеры рынка ЕС и, самое главное, провалился план по подчинению европейской исполнительной, судебной и законодательной власти американским частным судам по механизму ISDS. Евросоюз, прежде всего Германия и Франция, смогли выдержать очень серьезное давление и сохранить за собой ключевые механизмы, которые в будущем могут быть использованы для восстановления полноценного суверенитета. Тут не стоит ожидать особо резких движений и вооруженных восстаний, но и улюлюкать с галерки тоже не надо. Они сейчас находятся в позиции, аналогичной той, в которой находилась Россия 17 лет назад. Пройти путь до полного суверенитета сложно, но можно и они делают по нему первые и самые трудные шаги. 17 лет назад в аналогичный вариант в России тоже никто не верил, но даже то, что мы имеем сейчас казалось абсолютной фантастикой три года назад.1.2. Европа, как правильно заметил хороший английский юрист Дмитрий Гололобов, устроила себе аналог дела ЮКОСа. Это налоговое дело корпорации Apple, которую взяли за вымя и предъявили налоговых претензий на 13 миллиардов евро. Аналогия с ЮКОС-ом очень правильная в том смысле, что европейцы пытаются доказать на практике, что они имеют право собирать дань (налоги) на своей территории. Если выражать мысль совсем прямолинейно, то европейцы выясняют "кто здесь власть" и американской стороне это сильно не нраву.Ответ американцев последовал незамедлительно. Прокуроры выписали и так дышащему на ладан Дойче Банку штраф в 14 миллиардов долларов за неправедное поведение в 2008 году. Европейцы не отступают, Дойче Банк заявил, что платить не будет, а Еврокомиссия оштрафовала МакДональдс на 500 миллионов долларов за неуплату налогов. Буквально сегодня, Еврокомиссия подняла ставки выше и заявила, что "это только начало(!)" - https://www.rt.com/business/359995-apple-tax-penalty-eu/Наблюдая со стороны, можно сказать, что в шахматных терминах происходит что-то вроде:1. e2-e4 d7-d52. e4:d5 Фd8:d53. Kb1-c3...Прогноз: Продолжение бодрого рубилова с сохранением стратегической инициативы белых (ЕС)1.3. Связка Германия+Франция продолжает попытки продавит создание собственной европейской армии, для того чтобы на следующем (очевидном для всех) ходу заявить, что "нафиг нам это НАТО". Пока получается плохо, но на фоне Брекзита, инициатива вполне имеет шансы на жизнь, что очень печалит наших польских, прибалтийских, болгарских и других соседей.2. Трамп идет вровень с Клинтон и это тоже очень хорошая новость. Даже по мнению ультраклинтонита Нейта Сильвера и его аналитиков, Трамп радикально сократил свое отставание от Клинтон и имеет положительную динамику. По его модели, которая учитывает еще несколько факторов помимо опросов, шансы сейчас 42% на 58% в пользу Клинтон, но с учетом лютой ангажированности составителя модели, это скорее указывает на 50/50.Кстати, книжку Сильвера The Signal and the Noise: The Art and Science of Prediction я очень рекомендую любому, кто интересуется реальным моделированием политических процессов и прикладной прогностикой (я все еще работаю над постингом рекомендованных книг и он уже приобрел абсолютно неприличные размеры)3. Сюжет с Дойче Банком достоин отдельного внимания так как он связан с ситуацией в Германии в целом. Дойче Банк - это европейский Леман и Bear Stearns в одном флаконе. С одной стороны у Дойче явные проблемы с капиталом и они начались несколько лет назад. Дефицит капитала - огромный - http://www.agefi.com/ageficom/marches-et-produits/detail/edition/online/article/dans-un-communique-publie-mardi-zew-linstitut-de-recherche-economique-allemand-connu-pour-son-indicateur-de-sentiment-annoncait-les-resultats-de-son-propre-stress-test-des-banques-432907.htmlАмериканский штраф - это просто вишенка на торте. По качеству активов, главный банк Германии - это так называемый "зомби банк", то есть банк, который с высокой долей вероятности обанкротился бы, если бы его не поддерживали на плаву искусственным образом. Рынки периодически накрывает волна паники по поводу того, что Дойче может просто повторить судьбу Лемана, и тогда мало не покажется никому. Этой же логикой, видимо, руководствуются и американцы, когда бьют в эту болевую точку Германии. Однако, я не из тех, кто думает, что Дойче дадут умереть. Это невозможно по экономическим и, тем более, по политическим причинам. Меркель проигрывает местные выборы одни за другими, и уже ее коллеги по партии начинают размышлять не стоит ли задобрить избирателей ее отставкой. Если на фоне ползучего политического кризиса и кризиса с беженцами, начнет рушиться главный банк страны, на который намертво завязана немецкая экономика, то Меркель будет готова на любые жертвы и на любые уступки ради того чтобы ее бывший подчиненный и нынешний враг Йенс Вайдман напялил на себя черный цилиндр Барона Самёди (https://ru.wikipedia.org/wiki/%D0%91%D0%B0%D1%80%D0%BE%D0%BD_%D0%A1%D1%83%D0%B1%D0%B1%D0%BE%D1%82%D0%B0) и поднял из могилы Дойче Банк с помощью вливаний свежих евро из немецкого ЦБ. Да, весь мир увидит, что банк - зомби, но на предвыборный период – сойдет.4. Главная интрига на монетарном фронте - что будет делать ФРС после выборов в США. После недавнего небольшого приступа паники, рынки вроде успокоились благодаря обещаниям членов ФРС ничего не поднимать в сентябре, но вот декабрь - это совсем другое дело. Президент Трамп вполне может попробовать еще раз включить "долларовый пылесос", и резко поднять ставки (на что он собственно и намекал в одном из своих выступлений), а президент Клинтон вообще может попробовать двинуть ставки в минус в 2017 из-за того что для реализации ее геополитических амбиций придется перейти на такие стимулы экономики, которые по действию будут сильно напоминать ту дрянь, которую жрут американские олимпийцы. По сему: позицию на сохранение ставок на текущем уровне сохраняю (в виде позиций по фьючерсам на Fed Funds) на сентябрь и в пятницу можно будет рассмотреть аналогичную позицию на ноябрь. А вот что будет в декабре (и как это повлияет на развивающиеся рынки, в том числе на нас и на Китай) - не знает, думаю, никто.Это была первая часть геополитического обзора. В следующей, рассмотрим, что у нас интересного происходит на другом краю света: Китай, Япония, Дальний Восток РФ и вообще, как у нас дела с "поворотом на Восток". Спойлер: дела у нас налаживаются.

08 сентября 2016, 16:23

СМИ наконец написали, что массовые банковские «самоубийства» могли быть убийствами.

В 2015 году по всему интернету распространилась популярная «теория заговора» в связи с загадочными «самоубийствами» высокопоставленных банковских служащих. То, что выглядело дикими спекуляциями, теперь обретает форму спланированного преступления, связанного с банковским скандалом Libor. Более 40 международных банкиров, предположительно, покончили с собой за два года после большого скандала, в котором оказались замешаны многие финансовые фирмы по всему миру. Однако, три из этих, казалось бы не связанных между собой, самоубийств связаны с Deutsche Bank. Эти три самоубийства в Нью-Йорке, Лондоне и Сиене (Италия), произошедшие в течение 17 месяцев в 2013-2014 годах, названы следователями отдельными случайными самоубийствами.«В каждом случае жертва имела связь с глобальным банковским скандалом. Обстоятельства их смертей оставили больше вопросов, чем ответов», - пишет New York Post. - «Но все три мужчины работали в Deutsche Bank или контактировали с ним по работе». В 2013 году финансовые регулирующие органы в Европе и США начали расследование, которое вылилось в знаменитый скандал Libor: лондонские банкиры вошли в совместный сговор, чтобы сфальсифицировать «лондонскую межбанковскую ставку предложения», которая определяет банковские проценты по ипотеке, потребительским и автомобильным кредитам. Этот скандал потряс финансовый мир и стоил консорциуму международных банков, включая Deutsche Bank, 20 млрд. долларов в виде штрафов.Дэвид Росси - 51-летний директор по коммуникациям самого старого банка в мире Italian Monte dei Paschi di Siena, который оказался на грани коллапса из-за больших потерь на деривативном рынке во время финансового кризиса 2008 года - разбился насмерть 6 марта 2013 года. На момент его смерти в банке Monte dei Paschi проводилось расследование перемещения миллиардов долларов в рискованные деривативы Deutsche Bank и Merrill Lynch.NY Post пишет: «Ужасное видео с камер безопасности показывает, как Росси приземляется на тротуар - спиной вниз и лицом к зданию - странное положение, более похожее на ситуацию, когда человека выталкивают из окна. Видеозапись показала, что падение с третьего этажа не убило Росси сразу же. В течение 20 минут банкир лежал на слабо освещённых булыжниках, время от времени двигая рукой и ногой. Когда он перестал двигаться, появились две тёмные фигуры мужчин. Каждый из них приблизился и внимательно осмотрел труп. Они не предлагали помощь и не звали никого к месту происшествия, а просто ушли по переулку. Только через час проходящий мимо сотрудник банка наткнулся на труп Росси. У него были ушиблены руки и ранена голова, согласно рапорту местного судмедэксперта, что могло свидетельствовать о борьбе перед падением из окна.»В конечном счёте, итальянские власти оформили смерть Росси как самоубийство. Вдова Росси, Антонелла Тоньяцци, выступила против постановления о том, что её муж сам себя убил, и сказала итальянским журналистам, что он «слишком много знал». Тоньяцци сказала, что предсмертная записка Росси, как минимум, подозрительна. В ней он называет свою жену Тони, но по свидетельству Тоньяцци, он так никогда не называл её в реальности. В октябре 2014 года два руководителя Monte dei Paschi были осуждены за создание помех действиям регуляторов и введение в заблуждение итальянских следователей по финансовым вопросам приобретения Banca Antonveneta – банка, который финансировался Deutsche Bank.В январе этого года итальянские власти привлекли к суду трёх руководителей Deutsche Bank, включая Мишеля Фейссолу – директора по управлению активами, обвинив их в соучастии в заговоре с целью фальсификации счетов Monte dei Paschi, манипуляции рынком и в создании помех правосудию. Ещё одна загадочная смерть – так называемое самоубийство 58-летнего Уильяма Броксмита, которого нашли повешенным на собачьем поводке, привязанном к двери его лондонского дома в январе 2014 года. Финансовые бумаги Броксмита находились в беспорядке, а рядом валялись записки к друзьям и близким родственникам. Через несколько минут на место происшествия прибыл его коллега по Deutsche Bank тот же самый Мишель Фейссола, который начал подозрительно читать финансовые документы и записки.«Да, он сам себя убил», - сказал его пасынок Вэл Броксмит. - «Но есть один вопрос: это могло быть самоубийство из-за вымогательства, давления или шантажа? У меня есть пара подозрений». Пасынок Броксмита заинтересовался тем, что искал Фейссола в бумагах его отчима. Электронные письма Броксмита, полученные NY Post, добавили подозрений по поводу смерти банкира. В этих письмах, отправленных к друзьям за неделю до смерти, он высказывает опасения по поводу запланированного на отпуск катания на горных лыжах. Клинический психолог показал, что Броксмит приходил на приём в связи с «большим беспокойством по поводу расследования властей деятельности банка, в котором он работал». Психолог сказал, что депрессия из-за скандала Libor у Броксмита прошла за месяц до его смерти.За месяц до своей смерти Уильям Броксмит написал письмо, с гневом, как говорит его сын, спрашивая своих коллег, почему он должен брать на себя ответственность по такому скользкому вопросу как прохождение банком стресс-теста Федеральной Резервной Системы. Он также засомневался по поводу «щедрых» цифр кредитных потерь, которые были у банка, и боялся, что федеральные регуляторы увидят, что банк потерял на кредитах больше, чем отмечено в документации. Большие потери могли привести к наложению на банк правительственных ограничений. «Кто сказал, что я должен это делать? Я независимый директор, а это налагает на меня ответственность за управление», - написал он.Нью-Йоркский адвокат, 41-летний Калоджеро «Чарльз» Гамбино был женат и имел двух детей. Он 11 лет проработал юристом в центральном офисе местного отделения Deutsche Bank. Гамбино, в основном, защищал Deutsche Bank в связи со скандалом Libor и другими расследованиями властей. В октябре 2014 года его нашли повешенным на балконе в его бруклинском доме. Верёвка, на которой он висел, была протянута через перила и привязана к опорной стойке лестницы на первом этаже. Не было найдено никакой предсмертной записки, а родственники отказались давать интервью прессе.По своей работе корпоративного консультанта Deutsche Bank Гамбино имел деловые отношения с несколькими европейскими банковскими руководителями, в том числе с Мишелем Фейссолой и Уильямом Броксмитом, и отлично знал внутреннюю работу банка. Смерть Гамбино тоже оформили как самоубийство. В делах Гамбино, Росси и Броксмита власти не пытались искать и не обнаружили очевидные связи, которые могли бы привести к раскрытию большого международного преступления.Однако, власти Сиены недавно эксгумировали тело банкира Дэвида Росси и возобновили расследование его смерти. Они, как ожидается, опубликуют свои выводы в конце месяца. Во всех этих смертях есть кое-что объединяющее – все мёртвые банкиры хорошо знали подробности скандала Libor и работу Deutsche Bank. Очевидно, их убили, чтобы они не могли рассказать о произошедшем, таким образом истинные преступники смогли уйти от ответственности. Источник: Mainstream Media Finally Admits Mass Banker “Suicides” Were Likely a Vast Criminal Conspiracy, Jay Syrmopoulos, activistpost.com, June 16, 2016.

01 сентября 2016, 07:54

Зомби банки

Современные банки используют невероятное множество приемов для сокрытия реальных финансовых результатов, манипулируя отчетностью, перераспределяя убыточные позиции через различные дочерние подразделения или выводя их в момент отчетности через производные финансовые инструменты. Даже находясь в чудовищных убытках, превышающие способность банка эти убытки обслуживать, сам банк может демонстрировать, что все отлично. Уже проходили в 2006-2008 и знаем.Оценить реальное состояние крупных финансовых структур через публичную отчетность технически и даже теоретически невозможно. Даже регулирующие структуры с высоким уровнем доступа могут быть введены в заблуждение умелой манипуляцией и подтасовкой информации. Сама по себе чистая прибыль априори является бумажным показателем и далеко не всегда коррелирует с денежными потоками и способностью обслуживать действующие обязательства.Это больше демонстрирует тенденции, чем реальную устойчивость. Однако, есть ориентиры, которые могут идентифицировать предел устойчивости – последовательность убытков, величина убытков от общих активов, от действующей выручки и что главное – от капитала.Красная черта – 3 квартала подряд убытков, около 0.5% убытков от активов в год, 15% от капитала и 20% от выручки. У этой границы, как правило, требуется принудительная реструктуризация активов, неизбежная санация и перестройка системы управления банком.На этот раз небольшой обзор крупнейших банков Западной Европы.Данные по чистой прибыли за год. Квартальная выборка не позволяет вычленить столь продолжительные ряды, а во-вторых, периодичность публикации результатов различна – кто то в квартал, но многие за пол года. Поэтому для полной картины – за год и поэтому только по 2015. Банки Греции, Португалии, Кипра и Ирландии в обзор не попали в виду своей ничтожности в объеме всех активов банков Западной Европы. Данные по ING в сопоставимом виде не получены.Собственно, в состоянии зомби пребывают, как минимум 4 финансовые структуры - Royal Bank of Scotland Group (этот особенно плохо, никто в мире так ужасно не выступает, как RBS - там форменная катастрофа), Barclays, Lloyds Banking Group и Unicredit. В тяжёлом состоянии Deutsche Bank и испанские банки. Английские банки держатся исключительно за счет хороших связей с ФРС, ЕЦБ и с Банком Англии. Убери нерыночные механизмы поддержки и все ... банкроты.В устойчивом положении HSBC, BNP Paribas, Nordea, DNB, Svenska Handelsbanken и Swedbank, т.е. в основном скандинавские банки.Пока не затрагиваю причины такого положения – это потом, т.к. у каждого своя специфика. Однако те, кто в наиболее тяжелом положении – такое состояние обеспечили преимущественно за счет рынка активов, а не кредитного портфеля. В будущем я рассмотрю более подробно банки, т.к. в условиях революционных сдвигов в денежном рынке (отрицательные ставки) весьма интересно проследить за динамикой операционных показателей и изменения баланса.Но пока совершенно точно можно сказать, что американские банки в сравнении с европейскими более устойчивы.

22 июля 2016, 11:29

«Добро пожаловать в мировой финансовый кризис»: почему рынки могут рухнуть в любой момент

Предприниматель и колумнист vc.ru Иван Колыхалов написал материал о текущей ситуации на мировом финансовом рынке. По мнению Колыхалова, рынок близок к кризису и практически любое событие может спровоцировать обвал экономики. Кризис в Греции, Brexit, банковский кризис в Италии, отрицательные ставки доходности по государственным облигациям — всё это падающие доминошки одной последовательности. Последовательности начавшегося и активно идущего мирового финансового кризиса. И пусть вас не смущают растущие рынки на волне тут и там появляющихся новостей о развале финансовой и политической системы — этому есть одно совершенно чёткое объяснение: отчаянная попытка двух мировых центробанков (ЕЦБ и Банка Японии) любыми способами оттянуть катастрофу выкупая с рынка все что можно.

12 июля 2016, 21:53

Экономика. Курс дня. Эфир от 12 июля 2016 года

А может быть, Brexit все-таки не состоится? Таким вопросом задаются рынки после громкой новости: в сентябре парламент Великобритании соберется для обсуждения возможности повторного референдума. С другой стороны, дебаты - это конечно хорошо, но реальных последствий, вне зависимости от их исхода, может и не быть. Для отмены Brexit'a нужно менять законодательство, и вероятность крайне мала. Зато можно предположить, что сам процесс выхода Великобритании из ЕС сильно замедлится. А это уже повод поиграть "в долгую" по фунту. И еще одна рыночная история - из банковского европейского сектора. Deutsche Bank намекает, что для его спасения нужно 150 млрд евро. Но если заглянуть глубже, объем плохих долгов огромен, а насчет того, как именно финансовый сектор спасать, согласия нет.

07 июля 2016, 22:44

Пикирующий Deutsche Bank

Почему за судьбой немецкого фининститута стоит следить так же пристально, как следили за Lehman Brothers.Крупнейшие глобальные инвестиционные банки всегда работают на грани фола – по-другому на этих высотах никак. Полный этаж юристов следит за соблюдением формальных требований закона, и еще этаж пиарщиков поддерживает солидный имидж в мировых медиа – это необходимость. Вместе они до последнего защищают ежедневный бизнес компании, поэтому серьезные проблемы у крупных корпораций всегда выглядят внезапными, хотя предпосылки могут копиться годами. Так было с громким падением Bear Stearns, с банкротством Lehman Brothers, со скандалами вокруг UBS.Deutsche Bank никогда не был лучше или хуже других. Как глобальный игрок он успел засветиться во всех громких историях последних лет. Ипотечный кризис 2008 года, греческий кризис, манипуляции на рынках деривативов, серебра и даже на рынке парниковых газов – банк регулярно упоминался в прессе, однако продолжал удерживать лидирующие места в глобальных рейтингах и генерировать миллиардные прибыли.Надзорные органы тщательно присматривали за DB, как и за всеми крупными участниками финансового рынка, но до поры до времени никак особо не выделяли его. Однако к весне 2015 года из хранилищ банка с грохотом начали выпадать скелеты прошлого. К чему они могут привести один из крупнейших мировых финансовых институтов? Сумерки  Серьезный звонок прозвучал в середине апреля 2015 года. На бирже акции DB в то время торговались по €33 за штуку. Банк объявил о выплате беспрецедентного штрафа в €2,5 млрд американским и европейским регуляторам по обвинению в манипуляциях со ставкой LIBOR в 2005–2009 годах. Также он обязался уволить нескольких топ-менеджеров.«Сотрудники Deutsche Bank манипулировали базисными процентными ставками с целью извлечения финансовой выгоды», – говорилось в пресс-релизе NYDFS. Британскому регулятору будет заплачено $340 млн, Министерству юстиции США – $775 млн, американской Комиссии по срочной биржевой торговле – $800 млн, Нью-Йоркскому управлению по финансовым услугам – $600 млн.«Этот случай выделяется среди прочих нарушений тем, насколько серьезно и часто в Deutsche Bank допускались эти нарушения. В одном из подразделений Deutsche Bank была настоящая культура получения прибылей без должного уважения правил поведения на рынке. И это не было ограничено какими-то отдельными лицами: такая культура глубоко укоренилась в целом подразделении», – цитировали газеты представителя британского регулятора Джорджина Филиппу. Скандал с манипуляциями LIBOR затронули также и UBS, Citigroup, Bank of America, Barclays, Royal Bank of Scotland и JPMorgan Chase, однако, как отмечали регуляторы, именно Deutsche Bank активно препятствовал расследованию и отказывался сотрудничать со следствием. Более того, СМИ прямо пишут, что это дело – не единственное расследование, инициированное в отношении немецкого инвестбанка. Его деятельность также подверглась проверке на предмет нарушений в валютных, ипотечных сделках, а также возможного нарушения установленного США режима экономических санкций. Таким образом, DB был вынужден не только заплатить штраф по давним делам – вся его текущая деятельность попала под пристальное внимание регуляторов сразу нескольких стран.7 июня 2015 года. Цена акций около €28. Оба CEO банка подают в отставку   Аншу Джайн и Юрген Фитшен, совместно занимавшие пост главного исполнительного директора Deutsche Bank, официально объявили о своем намерении уйти в отставку. Финансовые показатели банка неоднократно оказывались ниже ожиданий рынка, пресса не переставала критиковать руководство банка за принятые решения.  В мае 2015 года 39% акционеров Deutsche Bank не стали одобрять деятельность Джайна и Фитшена, отставки которых потребовали профсоюзные лидеры. Через день после голосования в офисах немецкого инвестбанка во Франкфурте прошли обыски. По данным СМИ, их провели более 30 сотрудников полиции по запросу прокуратуры Висбадена. «Следователи искали информацию о сделках с клиентами, никому из сотрудников офиса обвинения не выдвигались», – цитировало агентство Reuters представителя банка. Согласно информации Bloomberg, следователи проверяли данные за период с 2011 года по начало 2015 года, о чем были извещены британское Управление по деловой этике в финансовом секторе (FCA), ЕЦБ и финансовый регулятор Германии BaFin. Конец октября 2015 года. Котировки акций DB держатся около €26По сообщениям СМИ, банк оказался заподозрен в отмывании денег, зеркальных сделках и нарушении санкций в отношении России. Сообщалось, что прокуратура США расследует сделки Deutsche Bank, которые могли нарушить законодательство об отмывании денежных средств. Они использовались для незаконного вывода средств из России в течение нескольких лет, начиная с 2012 года. Речь идет о покупке внебиржевых деривативов за рубли и последующей продаже их в Лондоне за валюту. Банк оценивал подозрительные транзакции в $4 млрд, позже в $6 млрд, затем в $10 млрд. Ситуацию усугубило то, что, по информации Bloomberg, последнее время данные операции проводились в интересах лиц, находящихся под международными санкциями. Еще через неделю портал MarketWatch сообщил, что Deutsche Bank согласился выплатить $258 млн штрафов регуляторам США и Нью-Йорка за проведение операций с Ираном и другими странами, в отношении которых США ввели санкции. Нью-Йоркское управление финансовых услуг оштрафовало банк на $200 млн и потребовало увольнения шести сотрудников. По их мнению, сотрудники DB использовали «непрозрачные действия и методы работы» для проведения транзакций на сумму свыше $10,8 млрд с финансовыми институтами и другими организациями из Ирана, Ливии, Сирии, Мьянмы и Судана в период с 1999 по 2006 год. Кроме того, банк выплатил $58 млн Федеральной резервной системе США по аналогичным обвинениям.Декабрь 2015 года. Акции торгуются по €22Deutsche Bank во время внутреннего расследования сомнительных операций на $10 млрд в своем московском офисе выявил «системный» провал в процедуре внутреннего контроля, предназначенной для предотвращения отмывания денег, сообщило агентство Bloomberg. Deutsche Bank свернул большую часть операций своего российского бизнеса с целью оптимизации. Также в декабре 2015 года Банк России оштрафовал ООО «Дойче Банк» на 300 тысяч рублей за нарушение правил внутреннего контроля, допущенное московским офисом. ЦБ отметил, что Deutsche Bank AG принял меры в отношении допущенных технических нарушений и наказал виновных сотрудников, и признал немецкий банк жертвой незаконной схемы. 20 января 2016 года. €19 за акциюDeutsche Bank объявил, что его потери по итогам 2015 года составят около €6,7 млрд. Это связано с расходами на судебные процессы и реструктуризацию. Как говорится в сообщении банка, только в 4 квартале убытки превысили €2 млрд. На судебные разбирательства фининститут зарезервировал €1,2 млрд, на реструктуризацию бизнеса – €800 млн.Начало апреля 2016. Акции банка стоят €15В мировых медиа бушует скандал с «панамскими бумагами». Не обошлось и без участия DB. Как выяснили СМИ, банк якобы помогал своим клиентам открывать фирмы через скандальную юридическую фирму Mossack Fonseca, из которой и произошла утечка документов.Июль 2016 годаBREXIT лишь усугубил ситуацию для DB. Стало известно, что Джордж Сорос, недавно вернувшийся к оперативному управлению своим $30-миллиардным фондом, сразу после референдума взял шорт на $100 млн акции именно Deutsche Bank. По его словам, он вернулся, так как не может упустить «возможности сделать прибыль на грядущей экономической нестабильности», и проблемный немецкий банк первый кандидат на понижение. В качестве итога – очередное обновление акцией исторического минимума. На этот раз предварительная остановка была зафиксирована на отметке в €11,54. В прошлом году DB показал убыток в $7,45 млрд, пережил понижение кредитного рейтинга и масштабное сокращение персонала. Инвесторов пугает огромная позиция банка в деривативах — $41,9 трлн, второе место после JPMorgan Chase. В начала года немецкий гигант оказался одним из двух глобальных банков, проваливших стресс-тесты ФРС (всего было проверено 33 института). Неудивительно, что Всемирный банк назвал Deutsche Bank самым опасным и системно важным банком, крах которого может ввергнуть мир в очередную финансовую пропасть. Не пора ли освежить в памяти хроники падения Lehman Brothers?..

07 июля 2016, 03:46

Zerohedge.com: Акции европейских банков обрушились до кризисных низов, паника на рынке фондирования нарастает

Знаки повсюду – куда бы вы не посмотрели – европейская банковская система рушится (чего бы Драги не предложил). Мы наблюдаем рекордные низы по акциям Deutsche Bank и Credit Suisse, взлетевший риск дефолта по Monte Paschi и ощутимую панику на европейском…читать далее →

06 июля 2016, 05:56

Биржевое цунами пронеслось по мировым рынкам

Синдром Brexitа: на финансовых рынках, похоже, начинается паника. Инвесторы бегут из рисковых активов, скупая для сохранения своих денег наиболее надежные инструменты.

14 июня 2016, 00:00

Бильдерберг-2016. Всевластие «элит» и бесправие «плебса»

С 9 по 12 июня в отеле Taschenbergpalais в Дрездене прошла 64-я встреча членов Бильдербергского клуба, которая на этот раз не вызвала прежнего ажиотажа. Несмотря на присутствие на собрании важных фигур, таких как директор-распорядитель МВФ Кристин Лагард, гендиректор Ройял Датч Шелл Бен ван Берден, бывший госсекретарь США Генри Киссинджер, гендиректор Дойче Банк Джон Крайан, гендиректор BP Роберт Дадли, главный редактор Bloomberg Джон Миклетвей и...

25 апреля 2016, 04:15

Банковская мафия рубит концы. Чего то опасаются...

В Европе уничтожают банкиров целыми семьямиВ Западной Европе продолжается череда таинственных убийств высокопоставленных банкиров. Их убивают нарочито жестоко вместе с детьми и женами. С января этого года было убито уже 14 топ-менеджеров ведущих банков, ни одно из преступлений не было раскрыто. Такими темпами, банкиры по примеру Депардье вскоре начнут просить политубежище в России.В пятницу, 18 апреля, стало известно, что в бельгийском городе Визе был убит 37-летний директор BNP Paribas Fortis вместе со своей супругой и девятилетним племянником в результате стрельбы из проезжающего мимо них автомобиля. Согласно заявлениям мэра Визе Марселю Невену, ничто не может объяснить, что вызвало жестокую стрельбу поздней ночью 18 апреля. До сих пор не найдены ни убийца, ни внятный мотив для совершения этого преступления.Ранее финансовый мир был озабочен загадочным убийством бывшего генерального директора ABN Amro и членов его семьи, позже стало известно о гибели главы Bank Frick & Co. Юргена Фрика в Лихтенштейне.Всего, не считая последнего убийства, начиная с январе в Европе и США погибло уже 13 банкиров.Часть смертей полиция классифицирует как самоубийства, а некоторые называют необъяснимыми или просто отказывается раскрывать подробности, что только усиливает подозрения в умышленных убийствах.№1. УИЛЬЯМ БРОКСМИТ58-летний бывший топ-менеджер Deutsche Bank был найден мертвым в своем доме в центре Лондона 26 января. Полиция классифицирует эту смерть как самоубийство.№2. КАРЛ СЛИМ51-летний управляющий директор Tata Motors был найден мертвым на четвертом этаже отеля Shangri-La в Бангкоке 27 января.№3. ГАБРИЭЛЬ МАГИ39 -летний сотрудник JP Morgan умер после падения с крыши европейской штаб-квартиры JP Morgan в Лондоне 27 января.№4. МАЙК ДЮКЕР50-летний главный экономист инвестиционного банка США был найден мертвым недалеко от Такомского моста в штате Вашингтон.№5. РИЧАРД ТЭЛЛИ57-летний основатель Title Services был найден мертвым в начале этого месяца. Судя по всему, он сам выстрелил в себя из ружья.№6. ТИМ ДИКИНСОНДиректор по коммуникациям британской Swiss Re AG также умер в прошлом месяце, однако обстоятельства его смерти до сих пор неизвестны.№7. РАЙАН ГЕНРИ КРЕЙН37-летний топ-менеджер JP Morgan умер несколько недель назад . Подробностей трагедии нет, в качестве причины называется самоубийство. О его смерти свидетельствует лишь небольшой некролог в Stamford Daily Voice.№8. ЛИ ДЖУНДЖИ33-летний банкир из Гонконга покончил с собой, спрыгнув с крыши штаб-квартиры JP Morgan в Гонконге на этой неделе.№9. ДЖЕЙМС СТЮАРТБывший генеральный директор National Bank of Commerce найден мертвым в Скоттдейл, штат Аризона, утром 19 февраля. Представитель семьи отказался называть причину смерти.№10. ЭДМУНД РЕЙЛИ47-летний трейдер Midtown’s Vertical Group совершил самоубийство, прыгнув под поезд.№11. КЕННЕТ БЕЛЛАНДО28-летний трейдер Levy Capital, ранее работающий инвестиционно-банковским аналитиком в JPMorgan, выпрыгнул из окна своей квартиры.№12. ЯН ПЕТЕР ШМИТТМАНН57-летний бывший главный исполнительный директор банка ABN Amro Group найден мертвым у себя дома недалеко от Амстердама вместе с женой и дочерью.№13. ЮРГЕН ФРИК48-летний бывший генеральный директор Bank Frick & Co. был застрелен в подземном гараже одной из финансовых компаний в Лихтенштейне.

28 января 2016, 12:39

Убыток Deutsche Bank в 2015 году составил €6,8 млрд

Deutsche Bank AG, крупнейший коммерческий банк Германии, зафиксировал чистый убыток в IV квартале 2015 г. в связи с высокими расходами на судебные разбирательства и реструктуризацию. По итогам 2015 г. убыток Deutsche Bank составил €6,8 млрд.

04 ноября 2015, 09:09

Крупнейшие банки Европы сократят 30 тыс. сотрудников

Standard Chartered стал третьим европейским банком менее чем за две недели, который объявил о масштабных сокращениях. Крупнейшие банки Европы сократят более 30 тыс. рабочих мест, или почти каждого седьмого сотрудника.

17 октября 2015, 07:19

По стопам Дилмы Русефф и Иосифа Блаттера: Окружение Путина заподозрили в выводе капитала из России

Оригинал на блумберге: Putin Allies Said to Be Behind Scrutinized Deutsche Bank TradesПеревод на финанз: Окружение Путина заподозрили в выводе капитала из РоссииПол Крейг Робертс и КУРТ НИММО из  INFOWARS полагают,что неоконы , в частности, ЦРУ,теперь за Путина взялись всерьез,используя все способы устранения-  от шантажа и компромата, как в вышеприведенных ссылках, так и физическое устранение используя метод "дворцового переворота" или случайного террориста/террористической группы, которая будет "мстить" CIA May Assassinate Putin - традиционные методы угроз, запугивания, которые довольно эффективны к "одиночкам", из которых и  состоит "элита". Вспомним того же Кеннеди- устранили и не моргнули глазом. "Дестабилизация российского правительства с потерей Путина приведет к еще большей дестабилизации на Востоке".

17 сентября 2015, 20:57

Крупные банки манипулировали гособлигациями США

Ведущие финансовые компании мира могли манипулировать рынком американских трежерис. Такое обвинение содержится в официальном иске американского пенсионного фонда Cleveland Bakers and Teamsters против 22 первичных дилеров рынка гособлигаций США.

16 июля 2015, 12:56

Великобритания расследует отмывание российских денег в Deutsche Bank

Британский регулятор финансового рынка начал проверку в отношении возможного отмывания денег московским филиалом Deutsche Bank. Расследование может перерасти в уголовное.

29 мая 2015, 18:35

A Tale Of Two Bubbles: China vs Nasdaq

Following two days of soaring volatility in China's stocks, when last night we saw both Shanghai and Shenzhen pulling back into an official 10% correction before some dip-buying later on, comparisons have again emerged about the eerie similarities between the Nasdaq and the Chinese Shanghai Composite, a comparison we did over a month ago...   ... and a comparison which China's habitual gamblers:   ... promptly ignored, sending the Shenzen soaring to ridiculous levels:   ... until last night's correction.   So, courtesy of Deutsche Bank, here is yet another comparison, showing that when it comes to the Chinese stock juggernaut, not even the first Nasdaq bubble can hold a candle to the sheer mania sweeping Shanghai and Shenzhen: Chinese moves have been steeper than the ascent in the NASDAQ 15-16 years ago. For example after the recovery from the LTCM/Russia 1998 mini collapse, the NASDAQ took 322 business days to move from 2000 to the peak of 5048 in March 2000 which is around 150% price appreciation. The Shanghai has recently taken 291 business days to move from under 2000 for the last time to 4942 on Tuesday - a similar move of just under 150%. The last 150% rise in the Shenzhen (to Tuesday's peak) has taken place since 8/8/14 - in just 194 business days. DB China equity research has shown that of the 77% who report quarterly earnings in the MSCI China index, they have collectively seen a -3.2% YoY earnings contraction in Q1   Of course, manias end just as fast as they started, and with far more tears. Food for thought as fundamentals and valuations have been dramatically diverging, and one final observation: DB concludes with the following "fascinating statistic", namely that turnover (Bloomberg) on the two China bourses discussed above was at a record $380bn on Thursday surpassing the $248bn on US stock exchanges and just under $9bn in the UK. So for all those curious where the US "volume" has gone? Look no further than China. In other words, in China "everyone" is now all in. What happens when "everyone" sells at the same time?