• Теги
    • избранные теги
    • Страны / Регионы1245
      • Показать ещё
      Формат34
      Разное956
      • Показать ещё
      Компании165
      • Показать ещё
      Люди331
      • Показать ещё
      Международные организации61
      • Показать ещё
      Издания19
      • Показать ещё
      Показатели18
      • Показать ещё
      Сферы3
Выбор редакции
24 мая, 22:10

Почему нам необходима люстрация

Тема люстрации в российском (постсоветском) обществе носит двойственный характер. С одной стороны, она уже перезрела, с другой – общество к ней до сих пор не готово. Для одних она – пугало, страшилка из серии «не дай бог!», для других – панацея для решения всех проблем переходного периода от авторитарного общества к демократическому.Между тем, люстрация – не панацея и не жупел, это выработанный международным общественным опытом инструмент переходного периода, который важно грамотно и вовремя применить, тогда он принесет несомненную пользу и не нанесет обществу психологическую травму, а наоборот, оздоровит его.Чтобы разобраться, что такое люстрация, как она работает и зачем она нужна, проведем небольшой ликбез.Обратимся к этимологии слова. Оно происходит от латинского lustratio – что означает «очищение», что уже неплохо, чистое всяко лучше грязного. В Древнем Риме очищение проводилось путем жертвоприношения богам, приуроченное к очередной переписи населения. В новой истории процедура люстрации из мистической превратилась в бюрократическую, и под ней подразумевалась перепись государственного имущества, в первую очередь земельных наделов, в целях его наиболее эффективного использования и предотвращения злоупотреблений как чиновниками, так и нерадивыми арендаторами.В новейшей истории термин «люстрация» перестал использоваться в хозяйственном значении и стал обозначать политический инструмент для придания легитимности новой власти, желающей очиститься от ошибок и грехов свергнутой. Люстрация в том смысле, в котором мы используем это понятие сегодня, появилась лишь в конце ХХ века, с распадом социалистического лагеря и освобождением входящих в него стран от тоталитарных и автократических режимов.РИММА ПОЛЯК24.05.2017Читать полностью.

24 мая, 16:19

Как появилось мыло?

В повседневной жизни нас окружает масса вещей, к которым мы настолько привыкли, что не задумываемся об их происхождении. Как часто во время мытья рук мы задаём себе вопрос: “Откуда взялось мыло?” И правда, что такое мыло? Где оно впервые появилось? Как его делали наши предки? И кстати, что такое 72%Итак, мыло — растворяющаяся в воде моющая масса, получаемая соединением жиров и щелочей, используемая как косметическое средство для очищения и ухода за кожей, либо как моющее средство бытовой химии.  Слово “мыло” произошло от латинского “sapo”, у англичан преобразовалось в soap, у итальянцев — sapone, у французов — savon.Версий появления мыла несколько.МыловарСогласно одной из них, первые упоминания о “мыльном растворе” нашли своё подтверждение на глиняных табличках, датируемых 2500 — 2200 гг. до н. э., найденных археологами при раскопках в Месопотамии. Они содержат способ приготовления мыльного раствора путём смешения древесной золы с водой, кипячения этой смеси и растворении в ней жира. Однако египетские археологи утверждают, что производство мыла было налажено около 6000 лет назад. При раскопках в дельте Нила были найдены папирусы, в которых содержатся рецепты для получения мыла путём нагревания животных или растительных жиров вместе со щелочными солями.По другой версии, изобретение мыла приписывают древним римлянам.  Наиболее разумной представляется теория, согласно которой первое упоминание мыла связано с именем горы Сапо (“soap” – мыло), на которой в Древнем Риме приносили жертвы богам. По легенде растопленный в процессе действа животный жир смешивался с золой от жертвенного костра и стекал вниз к берегам реки Тибр, где полощущие одежду женщины со временем заметили, что благодаря этой смеси одежда становилась более чистой. Не мудрено, что в итоге первое мыло стали считать даром богов, которые те принесли человечеству в обмен на щедрые жертвы.Подтверждение этому факту можно найти в трактате римского писателя и учёного Плиния Старшего “Естественная история”.Есть ещё одна любопытная версия, согласно которой, состав для мытья придуман ещё галльскими племенами. Из золы букового дерева и сала они готовили мазь, которую использовали для мытья и окрашивания волос. При соединении с водой, она превращалась в густую мыльную пену. Позднее римляне, после завоевания галльских племён во II в н. э., стали использовать эту мазь при мытье рук, лица и тела. А, добавив в неё золу морских растений, получили настоящее качественное мыло.Мыло уже давно изобретено, но многие народы по-прежнему для мытья и стирки продолжают использовать щёлок, бобовую муку, пемзу, глину. А почему?  Первая причина: мыло — достаточно дорогое удовольствие, которое не могли себе позволить даже зажиточные люди. А скифские женщины из древесины кипариса и кедра делали моющий порошок, который смешивали с водой и ладаном. Полученной массой, имевшей нежный тонкий аромат, натирали всё тело. После чего специальными скребками удаляли раствор, и кожа становилась чистой и гладкой.Вторая причина: преследования инквизиции, свирепствовавшей в средние века. Считалось крамольным особое внимание к собственной грешной плоти.Достоверным фактом является то, что в 164 году н.э. древний врач Гален подробно описал “правильный” состав (жир, вода, известь) и технологию производства (с помощью омыления жиров) мыла, а также способ его применения. Однако дальнейшие исторические события – падение развитой Римской империи – спровоцировали большой “перерыв” в истории мыловарения, когда личная гигиена была полностью забыта, поэтому это время в Европе и названо “темным временем”. Антисанитарные условия жизни приводили ко многим страшным болезням и стали причиной распространения чумы. В Средние века ситуация усугубилась свирепством инквизиции, карающей за повышенное внимание к собственной плоти.Однако даже “черная полоса” длиной в несколько столетий не могла длиться вечно. “Лучом света” в важном вопросе гигиены стало возвращение рыцарей во Францию из Крестовых походов с военными трофеями в виде натурального сирийского мыла. Царствование во Франции Людовика XIV, известного любителя чистоты и роскоши, благоприятствовало зарождению в стране местного мыловарения, которое скоро по своим масштабам переросло в целую отрасль промышленности, находящуюся под защитой и контролем Правительства. Город Марсель стал центром этого процесса благодаря близкому территориальному расположению источников оливкового масла и соды – двух незаменимых компонентов мыла.Постепенно вся средневековая Европа обзавелась собственными первыми фабриками по изготовлению мыла, состав которого варьировался в зависимости от географического положения и доступных ресурсов: на севере главным компонентом оставался животный жир, а на юге использовали растительный заменитель – оливковое масло. В Германии в качестве животной жировой основы использовалось говяжье, свиное, лошадиное, баранье сало и даже рыбий жир, а в качестве растительной – хлопковое, миндальное, льняное, кунжутное, кокосовое и пальмовое масла. В Испании (провинции Кастилия) к оливковому маслу местной выделки добавлялась зола из морских водорослей (барилла), и получалось знаменитое  мыло высокого качества – “кастильское мыло”.Но всё же мода на чистоту перебралась в Европу вместе со средневековыми рыцарями, которые привозили мыло как трофей из крестовых походов по арабским странам. Искусство мыловарения от арабов передалось в Испанию. Здесь, на побережье Средиземного моря, люди научились делать твердое и красивое мыло, добавляя в него оливковое масло и золу морских растений. Известными центрами мыловарения стали Аликанте, Карфаген, Севилья, Венеция.В 1790 году французским химиком Николой Лебланом (Nicolas Leblanc) было получено из поваренной соли новое вещество – сода, которая стала повсеместно широко применяться в качестве более дешевого заменителя золы, и не только определило всю дальнейшую историю мыловарения, но и помогло предотвратить массовую вырубку лесов.В XV веке в Савоне (Италия) впервые стали выпускать мыло промышленным путём. Вместо золы использовали природную кальцинированную соду, что привело к снижению себестоимости мыла.Лишь в 1808 году мыло получило свой современный состав. Его вывел французский химик Мишель Эжен Шеврёль по просьбе владельцев текстильной фабрики.В эпоху Возрождения мыловарение в Европе было практически доведено до совершенства. Мода на ароматы добавила в процесс изготовления мыла новую струю: использование натуральных отдушек на основе эфирных масел вскоре сделало душистый продукт не только предметом личной гигиены, но и символом особого шика. В Венеции, в Дамаске изготавливалось ароматное мыло разных форм, с фирменными знаками… знаменитые “душистые шарики” везли в подарок из-за границы своим возлюбленным.В России же вплоть до XVIII столетия в качестве моющего средства широко использовался поташ – древесная зола, которую вываривали до получения щелока, из которого потом выпаривали воду. Крестьяне мылись в бане простой смесью золы с водой, распаренной в печи. С древних времён на Руси люди имели привычку регулярно ходить в баню, куда брали с собой щёлок. Мыло научились делать ещё в допетровскую эпоху из поташа и животных жиров. Целые деревни занимались “поташным делом”: срубленные деревья жгли в котлах прямо в лесу. Из золы делали щёлок, при выпаривании которого получали поташ. Мыло стали варить не только ремесленники, но и простые люди в домашних условиях. Мастера — мыловары появились лишь в XV веке. Особой популярностью пользовались валдайские и костромские мастера.Во время правления Петра I мыловарению уделялось немалое значение: целые поля были отведены под растения, которые использовались в качестве компонентов; поташ начали смешивать с животными жирами для изготовления твердого мыла. Прошло всего пол столетия, и на территории России функционировали уже 8 мыловаренных фабрик. Однако, к сожалению, до середины XIX века промышленное мыло оставалось не только весьма непривлекательным, но и содержало следы необработанной щелочи, раздражающей кожу. Были случаи выпуска мыла, которое имело настолько высокое процентное содержание жиров, что кожа после его использования становилась сальной. Значительно позднее мыловаренные фабрики научились использовать отдушки для приятного аромата и заморские масла – пальмовое, кокосовое. Это значительно увеличило потребительский спрос.В XVIII веке знаменитым на всю страну было мыло, изготовленное на фабрике в городе Шуя — об этом говорит брусок мыла, расположенный на гербе этого города. Его готовили на миндальном и коровьем масле, с духами и без них, белое и цветное. Такое мыло считалось лучшим после итальянского.  А на известной московской парфюмерной фабрике изготавливали фигурное мыло.Самое удивительное, что все многообразие продуктов мыловарения было получено практически “опытным путем”, и только в начале XVIIIстолетия шведским химиком Карлом Шееле (Carl Scheele) были достоверно описаны те химические реакции, за счет которых происходит процесс омыления жиров и образование небезызвестного сегодня глицерина. Развитие химической промышленности привнесло много перемен в сферу мыловарения, наделяя мыло любыми свойствами, цветами и запахами. Однако для здоровья человека по-прежнему нет ничего лучше того, что создано самой природой; поэтому постепенно происходит процесс возврата к истокам мыловарения – осознанию пользы мыла холодного процесса, малокомпонентного “кастильского мыла” на основе оливкового масла. Сегодняшний интерес к натуральному мылу на основе растительного глицерина вполне оправдан и предсказуем, ведь такое мыло не только очищает кожу, но и делает  ее более здоровой, увлажняет, питает различными натуральными компонентами. Растительное мыло, которое содержит эфирные масла, обладает еще и ароматерапевтическим действием и благоприятно влияет на весь организм.Да, совсем забыл про первую картинку. Что же это за 72 % ? Это процент содержание жирных кислот в хозяйственном мылеМыло — это жидкий или твёрдый продукт, содержащий поверхностно-активные вещества, в соединении с водой используемое либо как косметическое средство — для очищения и ухода за кожей (туалетное мыло); либо как средство бытовой химии — моющего средства (мыло хозяйственное) (из Википедии).Мыло — это соли натрия, калия и жирных кислот. Жирная кислота + натрий = твёрдое мыло. Жирная кислота + калий = жидкое мыло.Получают мыло очень просто — нагревают жиры в котлах, добавляют соду (натриевую или калиевую) и снова варят. А потом отслаивают. А твёрдую часть перетирают.В результате собственно мыла (соли жирной кислоты) в том, что получилось, находится 40-72 % (именно эти цифры пишут на кусках хозяйственного стирального мыла). Что остальное? Непрореагировавшие компоненты реакции и побочные продукты реации — сода, жирные кислоты, глицерин.Ни сода, ни жирные кислоты для человека не вредны. Соответственно, хозяйственное (стиральное) мыло также для человека безвредно.Далее полученное мыло с 40-72 % действующего вещества подвергают обработке — очищают, ароматизируют, добавляют отбеливатели, глицерин и прочие вещи. Получается косметическое мыло. Им стирать — только деньги зря переводить на ароматизаторы. Поэтому для стирки и предлагается использовать дешёвое хозяйственное (стиральное) мыло — безопасное для человека.источникиhttp://www.kvartacosmetic.ru/istoriya_poyavleniya_mila/http://www.topauthor.ru/Kak_poyavilos_milo_b538.htmlhttp://otvetin.ru/tovaruslug/5552-kak-poyavilos-mylo.htmlА я вам напомню Почему материки и части света так называются ? и Откуда появилось название Москва ?

24 мая, 14:40

Топ-10 лучших музеев мира

Ежегодный рейтинг The Art Newspaper собрал сведения по крупнейшим музеям мира за 2016 г. Ниже представляем топ-10 лучших музеев мира.

24 мая, 14:40

Топ-10 лучших музеев мира

Ежегодный рейтинг The Art Newspaper собрал сведения по крупнейшим музеям мира за 2016 год. Ниже представляем топ-10 лучших музеев мира.

22 мая, 11:01

Эфиопия: самобытность в жерновах глобализации

Мы являемся свидетелями размывания древней эфиопской цивилизации Эфиопия у большинства граждан России не на слуху. Туристические тропы в эту страну не протоптаны, а грозное окружение в лице Сомали, Эритреи и Южного Судана заслоняет ее от русских. Африка, прежде всего, ассоциируется с Египтом или Ливией – из-за военно-политических событий, ЮАР – наиболее развитой страной континента, Нигерией […]

19 мая, 21:10

Китай смог добыть «горючий лед»

Когда то, наверное лет пять назад, как только я завел этот блог, в нем была заметка о том, что Японцы вот вот собираются начать добычу этого горючего льда и совершить революцию в энергетике.Не знаю, что там японцы, а вот нефтяники из Китая стали первыми, кто смог добыть с океанического дна «горючий лед» — гидрат природного газа. Об этом сообщило Центральное телевидение Китая со ссылкой на министерство земельных и природных ресурсов КНР.«Тот факт, что мы сумели успешно осуществить добычу этого полезного ископаемого, свидетельствует о том, что в плане теоретической базы и соответствующих технологий Китай в данном направлении достиг беспрецедентных успехов . Это будет таким же крупным событием, как произошедшая ранее в США сланцевая революция»,— заявил заместитель Управления геологических исследований министерства Ли Цзиньфа.Также в министерстве земельных и природных ресурсов Китая подчеркнули, что подобный прорыв способен привести к энергетической революции во всем мире.Образцы были подняты с глубины более 1,2 км, сама 200-метровая подводная скважина находится в Южно-Китайском море в 285 км к юго-востоку от Гонконга.Сообщается, что за 8 дней работы добыто 120 куб. м этого энергоносителя, содержание метана в котором составляет 99,5%.При этом 1 кубический метр этого вещества эквивалентен 160 куб. м природного газа в газообразном состоянии (на 100 литрах газа автомобиль может проехать 300 км, тогда как на 100 л «горючего льда» — 50 тыс. км).Аналогичными проектами по добыче природного ресурса занимаются и другие страны, в частности Канада и Япония, однако «горючий лед» удалось извлечь со дна моря только КитаюЧТО ТАКОЕ МЕТАНГИДРАТ?Метангидрат сосредоточен на глубинах от 500 до 2000 метров у берегов некоторых континентов, как правило, на крутых подводных склонах. Есть он и в Арктике, что доказывают сейсмические измерения и бурение. Метангидрат, состоящий из воды и метана, выглядит как обычный серый хрупкий лед. На ощупь — гладкий и холодный. Запаха не имеет, сгорает желтовато-синим пламенем.Метановый лед относится к так называемым «ящичным» соединениям. В них не возникает химических связей между молекулами метана и молекулами воды. Метан размещается в пустотах кристаллической решетки водяного льда. Единичный конгломерат из воды и газа составляют 32 молекулы воды и 8 молекул метана. В одном кубическом метре этого вещества содержится значительно больше энергии, чем в кубометре природного газа (при одинаковом давлении). В ледовых пустотах одного кубометра метангидрата «запрятано» 164 кубометра газа. Молекулы льда, а значит, и метана уложены здесь более плотно.Метангидрат образуется под давлением на глубине в порах донных осадков, куда сверху постоянно поступает органический материал и где царят низкие температуры и достаточно высокое давление. Сырьем для него служат отмершие растения и останки живых существ, поставляемых реками и самой океанской водой. Ил, содержащий углерод, быстро покрывается другими осадками, и доступ к нему аэробных бактерий, которые бы превратили биологический осадок в двуокись углерода, прекращается. Однако защищенный от этих микроорга низмов ил становится пищей для гнилостных бактерий. Результат их деятельности — метан.Скопления метангидрата образуются и там, где океаническая кора сталкивается с континентальной и уходит под нее в магму. Это обстоятельство легло в основу другой точки зрения на происхождение метангидрата. Из российских источников почерпнута гипотеза, которая рассматривает не только органическое, но и космическое происхождение метана.Уже сказано, что месторождения метанового льда встречаются и в тех местах океана, где океанское дно ныряет под континент. Там между двумя гигантскими трущимися друг о друга плитами есть щели, через них метан может высвобождаться из магмы в глубины океана. Этот газ присутствовал в протопланетном облаке, из которого родилось семейство планет, вращающихся ныне вокруг нашего Солнца. В протопланетном облаке, когда зажглось центральное светило, происходила дифференциация вещества: легкие молекулы — газы — давлением солнечного света отгонялись на периферию облака (не случайно дальние планеты-гиганты — Юпитер и Сатурн — содержат в своих атмосферах огромные массы аммиака и метана). Земля, как близкая к Солнцу планета, сложилась из более тяжелых элементов, но изрядное количество метана ей все-таки перепало. Теперь он выделяется из магмы, когда давление в щели между материковыми и океанскими плитами падает.Оба предположения о природе метана — органической, то есть вторичной, и космической — могут мирно сосуществовать.Глубины океана — печальная картина: на дне — немногочисленные морские огурцы, пятилучевые звезды и сотни всевозможных червей. Все они ждут падающих сверху остатков пищи животных, занявших солнечные этажи океана. Редкие рыбы-хищники проплывают здесь в надежде приманить жертву своими светящимися глазами или пятнами. Вечная тьма не дает никаких шансов для жизни растений.Но некоторые места океанских глубин подобны оазисам в пустыне — здесь на дне жизнь расцветает. Тут благоденствуют раковинные моллюски, по дну ползают щетинистые и трубчатые черви, а само дно сочится нефтью и метаном. Это признак того, что где-то неподалеку находятся залежи метангидрата. Совместно углеводы и сероводород заменяют для жителей глубин свет и кислород. Бактерии вполне удовлетворены условиями жизни, предоставляемыми океанским дном. Свою энергию они расходуют на то, чтобы производить углеводы, которые служат пищей многим обитателям этого оазиса.В 1997 году в Мексиканском заливе был открыт экзотический обитатель — розоватый щетинистый червь. Сотни этих тварей кишмя кишели на глыбе осадочных пород. Они проделывали себе отверстия в тех местах, где открывался доступ к метангидрату. Очевидно, здесь встретился новый случай симбиоза — червей с метановыми бактериями, но детали их взаимодействия еще не изучены. Живой мир, обитающий в местах выделения этого газа, остается почти непознанным.КРУПНЕЙШЕЕ ХРАНИЛИЩЕ УГЛЕРОДАПо приблизительным оценкам, на планете хранится от 10 000 до 15 000 гигатонн углерода в виде метангидрата (гига равна 1 миллиарду). Эти числа выведены на основе бурения и сейсмической разведки в ограниченном числе мест, но полученные данные распространены на те области океана, где есть сходные условия.Огромная масса запрятанного на глубине метана перекрывает по запасам все известные на Земле природные источники энергии. Вопрос только в том, как воспользоваться этим богатством, не нарушив природного равновесия и не вызвав катастрофы, подобной той, что случилась в плеоцене. Но и природные катастрофы способны дестабилизировать подводные хранилища метангидрата. Правда, в настоящее время с потеплением климата уровень океана растет, способствуя тем самым росту давления в нижних слоях, а следовательно, стабильности метангидрата.Но если океанские течения изменят свои маршруты и теплые воды проникнут в нижние слои океанов, особенно в Северной Атлантике, то метановый лед растает и освобожденный газ уйдет в атмосферу. Возможно, именно такое событие объясняет потепление, случившееся в плеоцене. В ту эпоху в сравнительно короткое время было выброшено в атмосферу, по расчетам ученых, примерно 1000 гигатонн углерода. Избыток углерода, попавший тогда в атмосферу, задержался в ней около 140 тысяч лет, пока не был поглощен океанской водой и не пошел на построение раковин многих морских животных, а затем стал частью донных известковых отложений.За последние 1000 лет человечество с помощью своих печей и двигателей выбросило в газовую оболочку Земли значительно больше углерода — от 2000 до 4000 гигатонн. (Числа, относящиеся к плеоцену, получены Рихардом Норрисом из Океанографического института и Урсулой Роль из Бременского университета с помощью анализа кернов, добытых в Западной Атлантике около Флориды.)Но спусковым курком для развязывания катастрофы в наше время могут стать, по мнению одного из сотрудников Оксфордского университета, и природные катаклизмы: обширное землетрясение или вулканические взрывы, в результате которых понизится давление (оно станет меньше 50 атмосфер) и поднимется температура в зоне океана, содержащего метангидрат. Исследователи предполагают, что под слоем метанового льда — его толщина достигает порой нескольких сотен метров — находится чистый метан. Сотрясение земных недр может выпустить этот запечатанный газ наверх через трещины в ледяном слое.БЕРМУДСКИЙ ТРЕУГОЛЬНИК — МЕТАНГИДРАТОВАЯ ЛОВУШКА?По мнению некоторых исследователей, в Мировом океане существуют места, где время от времени происходит выход метана. Не с этим ли связаны те или иные катастрофы в тех местах?5 декабря 1945 года пять американских самолетов-торпедоносцев совершали тренировочный полет. Они стартовали с аэродромов Флориды в направлении Багамских островов. За полчаса до намеченной по плану посадки командный пункт получил радиограмму: командир эскадрильи сообщал о непонятном поведении компаса и о загадочных свечениях в атмосфере. И тут же радиосвязь оборвалась. На поиски эскадрильи был послан шестой самолет, он тоже исчез. Ни машины, ни люди так и не были найдены.Возникло множество фантастических объяснений причин исчезновения самолетов, а впоследствии и судов у берегов Флориды. Среди тех, кто искал реальную причину непонятных катастроф, был геохимик Рихард Мак-Ивер. Он считает, что произошли подвижки метанового льда, покрывающего дно в треугольнике Флорида, Пуэрто-Рико и Бермуды, газ, до того запечатанный слоем метанового льда, высвободился и огромным пузырем взлетел через воду в атмосферу. Попавшие в этот поток самолеты рухнули в море.Некоторые доказательства возможности такой катастрофы принесло бурение в Западной Атлантике. В поднятом керне после слоя, где еще присутствуют микроорганизмы, лежит двадцатисантиметровый слой ила. Исследовав его, группа ученых из университета Нью-Джерси удостоверилась, что этот ил, как они и ожидали, содержит метановый лед. Большая волна типа цунами вполне могла вызвать обрушение его подводного склона.Действительно, условия у берегов Флориды не исключают возможности смещения полей метанового льда. Когда такой слой приходит в движение, размышляют ученые, газ из-под лежащих на нем слоев льда вполне может высвобождаться и в виде гигантских пузырей подниматься на поверхность океана. Если корабль, самолет попадут в такой пузырь, они, потеряв подъемную силу, тотчас уйдут под воду.Теоретически это возможно, соглашается исследователь из США Вильям Диллон, руководитель исследования газовых гидратов при американской геологической службе. Но, по его мнению, нет никаких данных, которые бы говорили о том, что в Бермудском треугольнике суда гибнут чаще, чем в других местах океана.Другой позиции придерживается Томас Гольд, геолог из Корнеллского университета. Он считает, что выбросы газа со дна океана ответственны по крайней мере за четыре крупные аварии самолетов у североамериканских берегов. Эти катастрофы случились недавно, и они у многих, вероятно, в памяти. Последней было падение в море после старта самолета компании «Egupt Air-990″ в октябре 1999 года. По мнению эксперта, здесь нет «нормально го» объяснения трагедии. Как и во всех четырех случаях, причиной падения должно было служить нечто внезапное, что не дало пилотам возможности передать по радио какие-либо детали возникших неполадок. Хотя объяснения Т. Гольда и встретили возражения, его гипотезу поддерживают еще два факта: перед падением двух крупных машин в воздухе были видны газовое пламя и огненные шары. Может быть, это горел метан, вырвавшийся из воды? Гольд предполагает, что причиной тому послужило легкое землетрясение в прибрежной зоне дна.Некоторые ученые скептически относятся к гипотезе о том, что свободный метан способен пробить толстый слой метанового льда. Однако есть свидетельства, подтверждающие выход метана на поверхность океана, правда, не в столь больших количествах.Германское экспедиционное судно «Полярная звезда» побывало в арктическом море Лаптевых и у берегов Пакистана — в акваториях, где сосредоточены обильные скопления метангидрата. Оно нашло на дне кратеры диаметром 20 и 30 метров. Эти углубления, по мнению исследователей, — следы взрыва газа. В 1997 году российское исследовательское судно «Сергей Вавилов» у побережья Новой Земли оказалось в районе, где из моря происходило интенсивное выделение газов. В прошлом году немецкие и американские исследователи впервые наблюдали, как пузыри метана вырывались из воды. Это было в Тихом океане у берегов штата Орегон. При погружении исследовательской лодки «Alvin» ученые впервые увидели на дне отверстия, из которых выплывали газовые пузыри. Они, по их предположению, исходили из скоплений под слоями метангидрата (его толщина здесь равняется 140 метрам — согласно сейсмическим измерениям). Ученые считают, что метан стремительно прорывается через слой метангидрата: при медленном просачивании он застревал бы в этом слое и замерзал.ПЕРВЫЕ ПОПЫТКИ «ПРИРУЧИТЬ» МЕТАНГИДРАТЕще нет полного описания всех запасов метангидрата, но, даже пользуясь приблизительными оценками того, что накопила Природа у океанских побережий, ученые оценивают его энергетический эквивалент как самый крупный резерв энергии, доступный человечеству, если иметь в виду горючие ископаемые. Только углерода в метангидрате содержится больше, чем в привычных каменном угле, торфе, сланцах и нефти, вместе взятых (но в это соединение входит еще и водород — самый ценный энергоноситель). Можно с уверенностью считать, что этого вида топлива человечеству хватит еще на многие тысячелетия. Вопрос: как к нему подобраться?В марте 1998 года канадско-японская геологическая экспедиция на северо-западе Канады провела испытательное бурение в дельте реки Мак-Кензи. На глубине 900 метров бур наткнулся на метангидрат. На поверхность был извлечен керн — хрупкий лед серого цвета, пронизанный илом. Когда ученые положили кусок керна в миску с водой, началось бурное, подобно кипению, высвобождение газа из ледяного плена. Но эта энергия очень мала по сравнению с той, которую мы получаем при химическом взаимодействии метана с кислородом, то есть при горении.Сегодня еще нет отлаженной промышленной технологии добычи нового топлива. Высказывается, например, идея, что при добыче следует предусмотреть крышу над слоем этого вещества или полог, чтобы случайное повышение температуры или действие химических веществ не высвободили газ из-под слоя льда. Даже бурение метанового льда — рискованная операция: оно может снизить давление, следовательно, породить нестабиль ность. Пока неясны такие исходные данные, как концентрация метангидрата в донных отложениях. Поскольку он сохраняет стабильность только при больших давлениях, то еще ни разу не удалось поднять на борт достаточно большую глыбу конгломерата.Соединенные Штаты, согласно перспективным расчетам, к 2020 году должны на 30 процентов увеличить потребление энергии. готовы они использовать и метангидрат: конгресс страны отпустил 42 миллиона долларов на разрабтку программы включения нового топлива в энергетический баланс страны.Особенно заинтересована в освоении добычи метангидрата Япония — страна, лишенная нефтяных месторождений, но обладающая обширными запасами метана, спрятанного в океане — во льду и под ним. Японцы стремятся освоить коммерческую, промышленную добычу. Бурение, предпринятое в канадской Арктике, в дельте реки Мак-Кензи, в условиях вечной мерзлоты, показало, что в кернах поры льда заполнены газом на 80 процентов. Японцы выдвигают свои буровые в сторону Тихого океана, и опробуются различные технологии. Однако о результатах их экспериментальных работ пока ничего не известно.Геолог Скотт Даллимор считает, что бурение в Сибири и на Аляске показало концентрацию газа в порах льда от 50 до 80 процентов. Морские залежи крупнее, но там заполняемость газом равна примерно 20 процентам. В России, в Сибири, есть месторождение Meссоякское — газовое поле, расположенное в вечной мерзлоте, — единственное место в мире, где обычный природный газ получают из метангидрата. Это довольно мощное месторождение, работающее уже много лет. От него проложен трубопровод до Норильска — крупного потребителя энергии.В отличие от вечной мерзлоты океанские запасы, как уже говорилось, состоят из двух частей: метанового льда, слой которого может превышать несколько сотен метров, и удерживаемого этим слоем газового пузыря. Сейчас идет поиск промышленной технологии, которая позволила бы чрезвычайно аккуратно добывать газ, не допуская его утечек в атмосферу: метан и углекислый газ ответственны за парниковый эффект — его влияние в последние годы мы все почувствовали. Если в дополнение к СО2 в атмосферу вырвутся еще и большие массы метана, то растущая ее температура может возродить те условия, в которых оказалась наша планета 55 миллионов лет назад, о чем говорилось в начале статьи.Не годится также и обычное сжигание вновь добываемых гигантских объемов метана — мы получим в большом количестве все тот же СО2, парниковый газ, то есть и в этом случае атмосфера начнет энергичнее разогревать ся. Природа припасла для человека щедрый подарок, но ученым и инженерам придется хорошенько поломать головы, прежде чем удастся воспользоваться ее милостью.С нежелательным образованием газогидратов столкнулись в 2010 году американские нефтяники, ликвидировавшие нефтяной прорыв после гибели платформы Deepwater Horizon в Мексиканском заливе. Тогда для контроля над вырывающейся нефтью соорудили специальный короб, который планировали поставить над аварийным устьем скважины. Но нефть оказалась весьма газированной, и метан стал образовывать на стенках короба целые наледи газогидратов. Они примерно на 10% легче воды, и когда количество газогидратов стало достаточно большим, они просто стали поднимать короб, что, в общем-то, заранее предсказывалось специалистами.Поэтому в сообщениях японских геологов очень аккуратно говорится о перспективе разработки метангидратов – ведь катастрофа буровой платформы Deepwater Horizon, по мнению ряда ученых, включая профессора Калифорнийского университета в Беркли Роберта Би, стала следствием взрыва гигантского пузыря метана, который образовался из потревоженных буровиками донных залежей гидратов.Но как бы ни закончилось сейчас это дело у японских газовиков, оно свидетельствует об одной важной тенденции – именно газ уверенно выходит на позиции главного энергетического ресурса XXI века. Ставка на газ вполне оправдана, так как метана на Земле много. Общемировые запасы метана в классических месторождениях на конец минувшего десятилетия составляли около 179 трлн кубических метров, при этом на долю России приходится почти 48 трлн. Второе и третье место делят Иран и Катар – у них примерно по 26 трлн кубометров. А вот четвертое и пятое место разделили между собой Саудовская Аравия и США, у них примерно по 7 трлн кубометров газа, что соответствует потенциальным запасам японского шельфа.Если учитывать так называемый сланцевый газ (это тот же метан, только из месторождений другого типа), то США рассчитывают на 30 трлн кубометров технически извлекаемых запасов, Китай может располагать 45 трлн, Аргентина, замыкая тройку лидеров, – 27 трлн. Всемирные запасы сланцевого газа оцениваются американскими специалистами в 236 трлн кубометров.Но все эти богатства бледнеют перед морскими или, как их еще называют, аквальными месторождениями газогидратов. Суммарный объем метана в них оценивается в 20 тысяч трлн кубических метров! Это колоссальные запасы, они неизмеримо больше, чем запасы сланцевого газа и газа в классических месторождениях. Можно говорить о том, что этих запасов хватит на несколько столетий самой беспощадной эксплуатации. Стоит напомнить, что эти месторождения находятся в шельфовой зоне не только Японии, но и России (особенно в Охотском море), а также Украины и Грузии.Если человечеству удастся решить вопрос безопасной добычи и хранения газа в газогидратной форме, это может открыть огромные возможности для его использования, например, в качестве автомобильного топлива. А это значит, что приближается время новой, ориентированной на газообразное топливо транспортной инфраструктуры.Как Катон, заканчивавший каждую свою речь в сенате Древнего Рима требованием разрушения Карфагена, так и автор этих строк хочет вновь обратиться к российским инвесторам – пришло время создавать новые двигатели, а скорее всего – топливные системы, которые бы работали на природном газе – метане, потому что за этим будущее. Японский успех – это очередной звонок, возвещающий начало новой эпохи.источникиhttp://izvestia.ru/news/709847Г. НИКОЛАЕВ — http://www.nkj.ru/archive/articles/8245/http://republic.com.ua/article/27498-Vsled-za-slancevoy-revolYuciey-Gazpromu-grozit-YaponskaYa—metanovaYa.htmlhttp://ursa-tm.ru — Константин Ранкс-И еще что нибудь интересного про энергию: вот например как Исландия докопается до магмы, а вот какие батарейки нас ожидают в будущем и Холодный синтез: миф и реальность. Посмотрите еще что это за Волновая электростанция и почему БН - 800: историческое событие для мировой атомной отрасли

18 мая, 12:53

Хроники Каннского кинофестиваля: кто купит российское кино за $2 млн

Совокупная стоимость международных прав на российские картины на каннском кинорынке — от $500 000 до $2 млн за фильм

17 мая, 12:42

Что движет прогресс человеческой цивилизации?

Спорное утверждение, имеющее большое хождение: Стремление к технологическому прогрессу - это природный инстинкт человека.Почему движется прогресс в истории науки ответов, по сути, до сих пор нет. И Маркс с Энгельсом на это отвечают невнятной скороговоркой. Дескать, прогресс это рост производительных сил для удовлетворения постоянно возрастающих материальных потребностей человека.Но потребности человека заданы генетически. Они не могут постоянно возрастать. Человек что современный, что первобытный не могут съедать пищи больше, чем влезет в его желудок. И не может совокупляться больше, чем позволяет его генетика. А удовольствие от всего этого первобытный человек получал, несомненно, больше, чем современный. Инстинкты которого сильно притуплены тысячелетним отрывом от природы.    Опять же, дело не в стремлении к досугу. Как показали современные исследователи, долгое время жившие в племенах с уровнем развития каменного века, первобытные люди тратят на своё жизнеобеспечение всего 3 – 5 часов в сутки. Однако, меньше, чем современный человек. Так что с досугом у них всё в порядке. Лучше чем у нас с вами. И эти люди с недоумением смотрят на своих более развитых соседей, горбатящихся на своих полях от восхода до заката. И вполне обосновано сомневаются в пользе такого прогресса. (Кстати, очень любопытно, как первобытные люди тратят свой досуг. Они тратят его в основном на бесконечные разборки со своими соплеменниками. Кто кого обидел. Кто на что претендует и по какому праву и т.д.)Есть только один универсальный двигатель прогресса: Постоянное увеличение численности популяции человека. И соответственно, плотности населения. И вынужденное приспособление человека к жизни при всё более высокой плотности населения. Этот закон и прослеживается на протяжении всей истории человечества.    Так в чём же преимущество прогресса? Только в том, что он обеспечивает существование большего числа населения на равной по площади территории. Большую плотность населения.Если живёт на территории племени 100 человек, а рядом располагается цивилизация, которая на равной по площади территории может прокормить 100 000 человек, то эта цивилизация или уничтожит это племя, или ассимилирует его. Какие бы могучие охотники не были в племени. Так происходит прогресс.Так же меняются и социально – экономические формации. Почему был рабовладельческий строй? Не из недостатка развития. В древнем Риме была наука, которую превзошли лишь через 1300 лет. Просто в условиях малой плотности населения (В эпоху Гомера в Европе жило всего около 5 000 000 человек.) было много свободных территорий и ресурсов на них. А работников не хватало. Поэтому самым ценным ресурсом были рабы. Которых надо было удерживать силой. Иначе бы они откочевали бы километров на 100 и зажили там своим хозяйством. А на плантатора работать бы не стали.    Постепенно, по мере увеличения плотности населения, свободных земель в Европе не осталось. Земля стала самым ценным ресурсом и пришёл феодализм. Рабство потеряло экономический смысл. Бежать стало некуда. Главной ценностью стала земля. Которой всем перестало хватать. Сохранился трактат времён поздней Римской империи. О сельском хозяйстве. В котором говорится, что рачительный хозяин не будет тратить деньги на надсмотрщиков. Чтобы те заставляли рабов трудиться. Вместо этого он раздаст рабам землю в аренду и будет собирать с них оброк. Гораздо выгоднее.    Но население продолжало расти естественным путём. Земли на всех всё больше не хватало. И население стало всё больше сбиваться в города и приспосабливалось жить в городах. В городах, как сказал Маркс, в недрах феодализма вызревали капиталистические отношения. В конце концов население в городах настолько превзошло сельское, что некогда гордые бароны потеряли всякую самостоятельность и вконец обуржуазились. Или разорились и стали пролетариями. А село окончательно попало в зависимость городу.Однако, как только с открытием Америки появилось много свободных земель, так на них тут же восстановилось рабство. Хотя в Европе был уже капитализм. Рабство в Америке закончилось, как только и там не стало свободных земель. То же и в России. Там рабство в форме крепостного права началось с захвата Сибири. И появления множества свободных земель. И объяснение было то же: на новые земли перемещалось много работников. Имения пустели. Служивому сословию – дворянам – стало не с чего кормиться. Без принудительного труда стало никак нельзя.    Так что инстинкта прогресса в человеке нет. Вместо этого работает совсем другой инстинкт. Инстинкт размножения. Население всё увеличивается. И далее все действия человечества направлены на приспособление ко всё возрастающей плотности населения. И вот для этого и необходим прогресс.В случае гипотетического краха цивилизации к жизни в сельской идиллии вернуться не удастся. Свободной земли не хватит на всех. И одинокому интеллектуалу - селянину не уцелеть в случае мирового кризиса, деградации и одичания. На его права тогда никто и не посмотрит. А выживать будут не самые интеллигентные, а самые сильные в первобытном смысле. Его самого съедят в буквальном смысле. После того, как убьют. (Что бы добро – тушка - не пропадала). Сына превратят в раба, а его жену и дочь используют для увеличения своего генофонда. Женщины побеждённых в первобытном обществе важнейший ресурс. За который ведётся безжалостная борьба. Они используются для увеличения плодовитости победителей. И когда население в результате всех бед и катасроф вымрет до необходимых размеров, вот тогда и вернутся в наш мир "старые добрые времена" Потом процесс увеличения населения возобновится и прогресс начнётся с начала.

Выбор редакции
17 мая, 11:25

Не стоит поражаться что выбрали Макрона

Не стоит поражаться что выбрали во Франции президентом Макрона.В последние годы существования "древнего" Рима делали императорами чёрт знает кого, вспомните этих цезарей и цезарёнков, некоторых красномордые отрыгивающие свининой  германские вожди держали у себя в спальнях...То что выбрали Макрона -доказательство слабости, полного бессилия европейских общественных устоев.

17 мая, 10:12

Насколько богаты были античные богачи

​Античные историки сообщают о несметных богатствах, захваченных Александром Македонским (правил в 336–323 годах до нашей эры) в Персии. Дважды — после битв при Иссе (333 год до нашей эры) и при Гавгамелах (331 год до нашей эры) — македоняне захватывали персидскую походную казну. Один раз в ней было 3000 талантов серебром (один талант — 26,2 килограмма), другой — 4000. Это в общей сложности 183,4 тонны серебра. Из такого количества серебра можно было отчеканить 10,5 миллионов аттических тетрадрахм — тогдашней основной торговой монеты греческого Средиземноморья. Для сравнения, на добровольно сдавшиеся города Персидской империи Александр налагал контрибуцию в 50 талантов (1,3 тонны серебра). С другой стороны, когда умер возлюбленный Александра Гефестион, на многодневные погребальные обряды было потрачено 10 тысяч талантов.

17 мая, 09:00

Почему русофобия неизбежна

О феномене традиционной западной (и не только) русофобии в интервью EADaily рассказывает ведущий научный сотрудник Российского института стратегических исследований Олег Неменский. Олег Борисович, что такое русофобия? Каковы истоки этого явления? Русофобию можно рассматривать двояко. Можно просто как проявление нелюбви к русским и России и исходящего из этого страха. Такие негативные чувства отчасти естественны для любых соседских народов, или же народов, когда-либо друг с другом воевавших. […]

Выбор редакции
15 мая, 03:30

Мария Шарапова сыграла в теннис с Томашем Бердыхом в Колизее

Российская теннисистка Мария Шарапова посетила Колизей и на фоне грандиозного памятника архитектуры Древнего Рима отыграла небольшую партию с чешским теннисистом Томашем Бердыхом. Как сообщает Daily Mail, Шарапова выглядела очень непринуждённо, несмотря на то что уже в понедельник ей предстоит выступление в турнире Женской теннисной ассоциации (WTA) в Риме. Российская спортсменка в турнире встретится с американкой Кристиной Макхейл, Бердых — с немецким теннисистом Мишей Зверевым.

13 мая, 09:00

Филолог Николай Федоров (1925-2016) о своих преподавателях латыни и греческого

Николай Алексеевич Федоров (16 апреля 1925, Москва — 26 июня 2016, там же) — русский филолог-классик, латинист, переводчик, преподаватель. С 1952 г. преподавал в МГУ, с 1994 г. — в Российском государственном гуманитарном университете. Преподавал латинскую словесность так же в Российском православном университете, других учебных заведениях Москвы. Ниже размещен фрагмент интервью с H.A. Федоровым, которые было у него взято в 2004 году студентами IV курса отделения античной культуры РГГУ в качестве практического занятия по курсу «История антиковедения в России». Опубликовано в книге: Discipuli Magistro: К 80-летию H.A. Федорова. M.: РГГУ, 2008. (Orientalia et Classica: труды Института восточных культур и античности; вып. 15.) - А зачем Вы пошли на античную кафедру? - В какой-то мере случайно. Потому что я поступал на филологический факультет без четкого представления, зачем и почему я это делаю. Конечно, я не бежал туда от черчения и математики, я даже пытался поступать в Историко-архивный институт, но он меня так испугал своей пыльностью и перспективой работы в архиве провинциального города, что я больше туда не заходил. Я даже несерьезно думал о юридическом факультете. У меня была ориентация на гуманитарию литературного плана - и поэтому я поступил на русское отделение.- Так как же Вы пришли к античности?- Тоже абсолютно случайно: когда я поступил, я стал слушать лекции и заходить на другие кафедры. На русской кафедре были вещи, которые меня не очень увлекали, как то: церковнославянский язык, например. Его как-то затхловато преподавали - и мне стало немножко страшно. В том числе я заходил и на лекции классического отделения. К ним я ходил на лекции по истории - их читал Анатолий Георгиевич Бокщанин. У него есть книжка по Древнему Риму. Не то чтоб он был серьезный эрудит, но читал он завлекательно и открывал перед студентами огромные античные перспективы - уже без античности, по нему, прямо никуда.С другой стороны, я смотрел расписание и видел, что у них есть в расписании латынь, древнегреческий язык. И стали у меня возникать сомнения, не податься ли мне на классику. Кроме того, у меня было очень наивное представление: античное время закончилось, культура завершена - и стало быть, ею можно овладеть совершенно. А русская культура и литература продолжаются - они огромны и необъятны. Ну и, конечно, всякие разные слова о том, что античность - источник европейской и мировой культуры. Так что я за этими корнями и погнался.Я тогда посоветовался с одним очень хорошим литературоведом и историком, который мне помогал покровительством, - Алексей Карпович Дживилегов, очень крупный театровед, большой специалист по итальянскому Возрождению. Он сказал: «Да-да, конечно, переходите на классику». И даже надарил мне тогда Тита Ливия, Геродота, Гомера - у меня сразу появилась своя античная библиотека. И потом я перешел. Это было тоже непросто: пришлось меняться с одной девицей, которая мечтала уйти с античности, - а я, наоборот, очень хотел по своим наивным и детским соображениям.- А до этого как-то Вы были знакомы с литературой, историей? - В 6-м или 7-м классе я начал читать «Одиссею» - и не осилил, но было интересно.- И Вы латыни до университета не знали? - Ни в малейшей мере. Более того, я вспоминаю, как в 6-м классе мы играли лермонтовских «Испанцев». И играл я там патера, который соблазненной девице говорил: «Вы не vici, потому что я де-ви-цы не видал!» Так я произносил «вы не ви-си», не замечая, что никакой рифмы не получается. Ну и еще в «Лекаре поневоле» приходилось произносить какие-то фразы из биологии и медицины.- А с изучением языков у Вас не было проблем? - Проблем особых не было. Я перешел на первом курсе. Во-первых, мне помогли ребята, хотя, конечно, глупостей я говорил достаточно и мог спокойно определять Indicativus, Conjunctivus - но это проделывали и другие люди, которые учились с первого сентября. Больше всего я любил греческий язык.- А почему же потом Вы выбрали латынь? - Я не выбрал - это жизнь выбрала. Тут мне надо рвать на себе волосы и кричать, что лень человека сгубила: я долго занимался греческим - до конца аспирантуры. И уже когда я остался в университете, то основная работа была - преподавать латинский язык на общих отделениях. И вот инерция, отсутствие подлинного интереса заставили отойти от греческого языка. В какие-то годы я его преподавал, но я думаю, что подготовка моя была достаточно слаба, чтобы стать профессионалом в этом деле. А латынь шла-шла - и очень прочно въелась в мое существование. Это для меня огромная потеря. Ни в коем случае нельзя отдать предпочтение одному - должно быть две ноги.- А так бывало, что не хватало греческого языка? - Думаю, что да. Конечно, я всегда мог посмотреть куда-то и вспомнить. Но я не мог обращаться с греческим так же свободно, как с латинским, - на ты.- Сколько вас было на первом курсе? - Очень много. Я поступил в сорок четвертом году - и в это время намечалась очередная реформа школы - по образцу старой гимназии, когда ввели вскоре раздельное обучение мальчиков и девочек, когда появилась гимназическая форма, совершенно повторяющая старинную форму. И тогда же осуществлялся проект введения в школе древних языков, латинского прежде всего, а еще логики и психологии. Даже общежитие МГУ должно было воспроизводить нечто имперское. Поэтому был резко увеличен прием на классику. В том числе и потому, что нужны были учителя. По-моему, даже именно с 44-го года. В 43-м университет вернулся из эвакуации. В году 43/44 они занимались на Бронной, где сейчас ИФЛИ. И года через три и в Ленинском педагогическом институте было открыто классическое отделение. И прием там был 40 человек. Он не был реализован полностью, но 30 с лишним было. Это помогло мне поступить, потому что у меня была скользкая ситуация с баллами - их было 23 вместо 24.- А какой был конкурс? - А его практически не было. Потому что медалистов тогда принимали без конкурса и собеседования. Они автоматически становились студентами - и другим оставались какие-то пустяки. И они дрались за места. Так что то, что я попал, - тоже было счастье.- Почему открыли так много мест - это понятно. А почему так активно шли? - Я думаю, что шли бездумно.- Романтика? - Никакой особенной романтики. Ну ведь и сейчас: в этом году приняли 15 человек, а сейчас осталось 7.- Потому что на античность легче поступить. - Именно. У нас было много хороших ребят, и многих соблазняло сознание того, что вы называете романтикой, а я назову в наше время сознанием особой культурной элитарности. А много людей у нас не имело никакого представления об античности, им было абсолютно все равно, учить ли русскую литературу или латынь. Кстати, потом из них вышли великолепные преподаватели русского языка и литературы в школе. Так что нельзя сказать, что все туда рвались за античной наукой. Достаточно стадное было ощущение.- Уходило много? - Нет. Но уходили. Уйти было не так просто, потому что набрать 30 человек было заданием партии и правительства - они готовились стать школьными учителями. И такое количество было еще один или два года. Еще два курса после нас были очень большие, потом количество стало уменьшаться. Когда мы кончали, нас было 23 человека. Это три группы. И так было еще только два года. Когда я начал работать, группы классиков были уже по 6-8 человек.- Как проходили занятия языком? - Приблизительно так же, как у вас, только не было смешения истории и филологии в занятиях. Наш факультет был филологический, и наша кафедра занималась только филологическим факультетом, а другая часть (они раньше были вместе) занималась историей.- И вы так же, как сейчас с нами, читали тексты? - Совершенно так. Я думаю, что вы сейчас так читаете тексты, потому что эта традиция идет от наших же учителей. Вот у их учителей было по-другому: тогда профессор сам читал, сам комментировал и никого больше не подпускал - и спрашивал только на экзамене.- Вы этого не застали? - Нет, мы застали обычную, традиционную систему обучения на чтение и анализ текста.- А что было другого? - Наше время отличало то, что преподаватели специализировались. Лучшие преподаватели занимались обоими языками. Я греческому учился у Павла Матвеевича Шендяпина, который с нами уже на 4-5 курсах занимался латинскими авторами. То же самое и с Александром Николаевичем Поповым, который начинал с младшими латынь, брал первый курс, чтобы заложить основы, - и потом отдавал другим. Хотя для него главным был греческий язык, а латынь у него была вторична. Потом была специализация: кто-то читал прозаиков, кто-то - поэтов. Деление, конечно, несущественное, но было. Они спокойно могли меняться, тем не менее у нас был не один преподаватель, а много.- Кто вас взял первым? Греческим с нами занимался Павел Матвеевич Шендяпин, соавтор учебника латинского Попов-Шендяпин, лучшего в свое время учебника латинского языка, но он появился уже позднее. А когда мы начинали заниматься, тогда был один-единственный киевский учебник Крихатского. Была еще грамматика Соболевского - но 30-го года, ее было мало. А лет через пять вышел учебник Попова и Шендяпина, который выдержал аж пять изданий. Потом еще было первое издание Боровского. А большой грамматики греческого языка не было, Соболевский вышел много позднее, к тому времени я уже закончил учиться. В 41-42 годах вышла «Краткая грамматика» Александра Попова. Очень хорошая грамматика, но с существенным недостатком: все тексты там были только на древнегреческом языке. Даже у образцов не было перевода. Но именно по поповской грамматике мы и занимались. Там все хорошо подано в очень концентрированном и сгущенном виде.К концу нашего обучения в тех же целях введения в школе латинского языка стала издаваться такая серия - «Римские классики», желтые мягкие книжечки, в которых были тексты с довольно подробными комментариями, иногда даже слишком подробными, потому что давали не столько грамматический комментарий, сколько перевод ad hoc. Там Соболевский выпустил De bello Gallico с огромным своим комментарием, ссылками на грамматику. Их мы тоже использовали как пособия.- А словари? - Это было труднее: их нужно было покупать у букинистов. Они были редкие и дореволюционные. Греческий словарь - это Вейсман, латинские - Шульц и Петрученко. Тогда я смог их купить только потому, что мне Алексей Карпович Дживилегов деньги дал, и я смог купить одного Петрученко и Вейсмана - они у меня до сих пор лежат, из позапрошлого века. Потом появился уже словарь Королькова - тот, что теперь Дворецкого. Корольков - его настоящий автор. Дворецкий был его редактором, и довольно активным, а после смерти Королькова, у которого никаких наследников не было, он как-то мягко перешел в авторство, и упоминание о Королькове, по-моему, вообще исчезло. Но Дворецкий включил туда много новых слов, он много откапывал. И после смерти Дворецкого было внесено много средневековых слов. Поздняя античность и первые века Средневековья в нем хорошо представлены. Но в наше время его еще не было.- Вернемся к студентам: сколько из выпускников шло в науку? Кто чем занимался? - Год на год не приходился. Здесь вообще есть какая-то странная закономерность: график подъемов и спадов похож на кардиограмму: какая-то группа высокая, другая низкая. Хотя, конечно, группа - это виртуальная реальность, это просто набор людей, которые объединились совершенно случайно. У меня всю жизнь равномерно чередовались группы увлеченные и скучные, успешные в науке и обычные. Из нашего курса в науку вышло два человека. Это Беатриса Борисовна Ходорковская, латинистка, доктор наук. Ее ученый фундамент сложился еще в университете: фундамент языка, серьезного интереса. Но научный опыт там не появился. А как у нее появилась наука? Она пошла в аспирантуру в Петербургский университет и стала аспиранткой академика Ивана Ивановича Толстого и вращалась три года в атмосфере петербургской классической кафедры, что явно содействовало ее ученому формированию. Она теперь в университете Мориса Тореза. Она такой суховатый лингвист романского профиля, меньше интересуется собственно литературой.Вторая - Елена Николаевна Вольф, которая была самой младшей из нас, необычайно яркой одаренности - и она из классики ушла. Она занималась и на классическом, и на английском отделении. А потом стала заниматься испанским языком. И когда мы кончали университет, она защищала два диплома: по классической филологии и по английской кафедре. Но одновременно она занималась испанистикой и стала преподавателем испанского языка в МГУ. Там она сделала кандидатскую, докторскую - стала крупнейшим специалистом по иберийским языкам. Потом постепенно перетекла на Португалию и стала ведущим специалистом по португальскому языку. Она долго преподавала в Душанбе, писала учебник латинского и испанского языков для таджикского университета - потому что там муж служил. Она умерла несколько лет тому назад. Ярчайшая фигура в романистике.- Вы считаете, что она занималась такими многими и разными вещами, потому что кафедра ей чего-то недодавала? - Безусловно, хотя многие со скрипом одолевали только это, но она была очень одаренным человеком. Еще был Максим Наумович Чернявский, инвалид войны, который после аспирантуры поступил в фармацевтический институт, который потом стал факультетом Первого меда, он стал завкафедрой, написал вместе с Ходорковской, которая там тоже какое-то время работала, учебник латыни для фармацевтов, а потом был автором нашей Фармакопеи. Но научных трудов у него нет. Хотя, если бы он жил в другое время, из него вышел бы замечательный литературовед: у него была прекрасная диссертация по Луцилию. И на этом все. Остальные ограничивались педагогической или редакторской работой.- А какие волны вокруг вашего курса? Курсами раньше, позже? - На курсах «до» были великолепные люди. Прежде всего, это Виктор Ноевич Ярхо, который был за курса три до нас. И у них был перерыв на войну. У него вышла недавно книга воспоминаний «Внутри Садового кольца и вне его» - это уже о деятельности в ИФЛИ и в торезовском институте, где он заведовал кафедрой до своего отъезда во Францию. Умер он во Франции, уехал туда к дочери. Безусловно, одна из значительнейших фигур в классической филологии. К нему можно по-разному относиться и что-то оспаривать. Я всегда вспоминаю две статьи по классической филологии в девятитомнике «Истории мировой литературы»: статья Ярхо по греческой литературе и статья Гаспарова по римской литературе - и последняя выигрывает концептуальностью и научностью, хотя никаких особых деталей там нет. У Виктора Ноевича в статьях всегда были заметны следы большой лекторской работы, объемного популяризаторского чтения. Хотя он в последние годы крайне много работал - и это была уже не популяризаторская работа, а серьезная, по папирусным находкам например.Его работы появились еще в студенческое время. Тогда стало складываться научное студенческое общество (НСО). На кафедре его не было, но оно было мощным настолько, что имело возможность публиковать свои работы. И первая работа Ярхо - про Аристофана - вышла этой брошюрой в издательстве Московского университета под грифом НСО. И еще одна его брошюра вышла - она была уже по-журналистски броская - о буржуазных ученых, критиках Аристофана, которые все неправильно понимали. И он их всех разоблачал и высмеивал. Это было неизбежное отражение стиля того времени, потому что во всех работах нужно было критиковать зарубежных ученых. И начинали говорить, что все эти ученые буржуазные, русские ученые до революции тоже недопоняли, классовой борьбы не знали.- А эти пресловутые буржуазные работы читали? Они попадали в СССР? - Да, попадали, но эти советские ученые не знали, что с ними делать, как с ними работать. Но Виктора Ноевича Ярхо не обвинишь в том, что он не знает языка или чего-то не читал. Но про эти зарубежные работы нельзя было говорить в положительном ключе и признавать, что их автор что-то хорошее открыл.- Но если ты пишешь и хвалишь - это вычеркивали? Или просто прецедента не было? - Просто такого не писали. Я не знаю такого. А многие и сами не читали, а писали с чужого голоса. Конечно, я, наверное, немного утрирую, хотя работ наивных было предостаточно, особенно дипломных. Еще одна очень известная фигура - Борис Александрович Серебренников, академик. Но он чистый лингвист. Он уже был кандидатом наук и читал нам историю языка, когда мы учились. Он из классики полностью ушел и стал крупным специалистом по финно-угорским языкам, принял участие в дискуссии по языкознанию 1952 г., выступив со статьей, которая как раз тогда была очень оппозиционная. Но его оценили, и он стал членом-корреспондентом, не будучи еще доктором наук. Так что его карьера была головокружительная. Он был один из уникальных сталинских довоенных стипендиатов. Он владел умопомрачительным числом языков еще в университете. Нам он читал исто-рию греческого языка (а Михаил Николаевич Петерсон читал историю латыни).Занятий языком он не вел - только теоретические курсы, довольно скоро совсем ушел из университета в Академию наук. Это фигура, безусловно, огромного масштаба. В это же время, но, конечно, другого, по сравнению с Ярхо, масштаба - это Исай Михайлович Нахов. Он человек более легкого характера, поэтому хорошо пишущий, но немножко слишком попадавший «в струю» - и поэтому не гнушавшийся странностей. У него была большая работа на материале Лукиана по идеологии рабов, выразителем которой он был, и это отдавало духом времени. Ярхо подобных вещей не делал, хотя социологический аспект в его ранних работах тоже очень ясно прослеживается. И я увлекался его работами о социальной позиции у Аристофана, о социальности в трагедии. Я даже хотел писать диссертацию «Социальные тенденции в трагедиях Эсхила» - это мне надо было придумать такой идиотизм! Хорошо, что я ее не написал.- А можно было этого избежать в работе? - Наверное, можно. И избегали. Не литературоведы, но лингвисты. Они в своем языкознании были свободны. Но что касается литературоведов, я не думаю, что они действовали под прессом. Характерно то, что люди искренне верят в то, что делают. Это двойное сознание. Человек знает, что дважды два - четыре, и верит, что дважды два - пять. Вот это очень важная вещь и была очень органична для моего времени. Совсем не то, что он там под гнетом что-то пишет. Нет. Он искренне верит, что дважды два - пять. Но и четыре, но тихо, про себя.- А Соболевский вам преподавал? - Нет, нашему курсу не повезло, я его видел буквально несколько раз. С курсом до нас он много занимался. Да, я еще забыл сказать про Клару Петровну Полонскую. Она докторской не защищала, так сложилось, но авторитет ее был так велик, что это не имело значения. Она тоже поначалу занималась греческой литературой, а потом отошла к римской. Сейчас я забыл, почему это случилось. Но в какой-то момент она бросила свою греческую трагедию - и целиком сосредоточилась на римской литературе. Возможно, потому что требовался такой преподаватель для отделения: это была та ниша, которая раскрывала ее возможности. И она стала заниматься Римом. Как преподаватель она учила только латыни всегда. Ее смерть - очень большая потеря для кафедры.- Вы писали статьи в университете? - Нет. Что-то в своей жизни я, конечно, написал, но я с самого начала говорю, что я не ученый и не исследователь. Я должен знакомиться с литературой, входить в тему - и никогда не претендую быть ученым. И поэтому то, что я делал, - это были переводы, комментарии, хрестоматии, то, что является учебным пособием, и ни в коей мере не занимался истинно научной работой. Мой первый опыт был неудачным. Я, конечно, дописал эту ужасную диссертацию по Эсхилу (диплом тоже был по Эсхилу), но, слава богу, она оказалась неудачной - и я с этого пути свернул. Изначально ложное определение идеи и задач обусловило мою неудачу. С другой стороны, меня отвлекали и занятия общественной деятельностью, т. е. то, что полегче. Это создавало внутренний предлог, что ты занят делом, и поэтому не успеваешь. А на самом деле это было убиение времени. Те, кто этого не делал, те сделали карьеру, как Ходорковская, например. А те, кто это делал, те не слишком удались. А для того чтобы быть научным, нужно быть таким человеком, как Нина Брагинская, для которой научная деятельность - это содержание ее бытия. А я в основном ограничивался методическими работами и созданием пособий.- А в университете Вы, конечно, как все, писали курсовые... - Представьте себе, нет. Не всегда. Мы писали на втором курсе по греческой литературе, на третьем - по римской литературе (и читали ее). Был семинар, который вел Сергей Иванович Радциг по греческой литературе, а по Риму с нами занимался Павел Матвеевич Шендяпин. Петровский, который обычно читал римскую литературу, уже ушел с кафедры. Это был третий курс, мы не успели. Я его застал только как лектора. Он с нами читал Лукреция и Горация. Я говорил, что у нас на кафедре была специализация по поэзии и прозе. Федор Александрович тогда готовил свое издание перевода Лукреция - и на нас отрабатывал комментарий и всякие прочие вещи. Одно из самых страшных моих воспоминаний - это экзамен у Петровского, когда он всем поставил пять. Большей оплеухи я никогда ни от кого не получал. Он всем задавал 2-3 вопроса, вне зависимости от ответа ставил пятерку.- Почему? - Думаю, потому что он соответствующим образом оценивал своего собеседника. Это заведомая оплеуха. Вы понимаете, что не отвечаете на пять, даже на четыре. И это было очень страшно. Можно и по-другому, как Кочкарев в «Женитьбе»: «Плюнут в лицо... А платок-то на что?», но когда тебе плюют именно таким образом, в этом нет ничего, кроме презрения. Значит, с тобой и говорить не о чем. А читал он интересно. Для меня это было скучновато. У него был очень долгий разговор про каждое слово, а где оно еще встречается, в каких вариантах бывает. Меня интересует, как сказано, структура фразы - поэтому я так и не стал лингвистом: я всегда жаждал, когда будет синтаксис в истории языка. Но так и не дождался ни греческого, ни латинского.- А он предполагался? - Наверное, курс истории языка должен предполагать синтаксис, поскольку он составляет язык. А весь курс сводился к истории фонем от индоевропейских корней, а меня это не интересовало. Хотя многие очень интересовались. Так что получалось, что этот курс Федора Александровича никому не нужен.- А что еще с ним читали? - Также мы с ним читали оды Горация. И все время уходило на метрический анализ. Что касается того, что там написано, это мало кого интересовало, а мне очень хотелось узнать именно это. Также с нами читал Николай Федорович Дератани уже на четвертом курсе «Менехмов» Плавта. И прочитали, кажется, всего строк двадцать. Потому что изучали только метрику: что во что распускается, что куда стягивается в каждом стихе. Я понимаю весь обскурантизм моих заявлений, но я предпочитаю понять игру слов (но не характеристику образа раба), то, как играет мысль, в чем суть комизма и живости. Плавт - это совершенный восторг, а сплошной анализ метрики для меня лишал все интереса. Хотя у меня сейчас есть молодые ребята, которых хлебом не корми - дай поговорить про долготы и краткости.- С Дератани вы читали только Плавта? - По-моему, да. Дело в том, что Дератани пришел к нам за год или два до нашего окончания, скорее, на пятом. Он пришел к нам после бурных волнений на отделении в 48-49 годах, когда мы по полной дурости своей бунтовали.- Против чего? - Против архаических методов преподавания. Нам не хватало научной теории Марра, которой мы не знали, но знали, что она научная. Нам не хватало научности, изволили давать оценки преподавателям, писали, что Радциг прочел курс неудовлетворительно, потому что, в нашем представлении, в основном пересказывал содержание. Мы не понимали всего, что он мог дать. И совсем даже не просто содержание пересказывал. И это кончилось тем, что довели бедного Сергея Ивановича до тяжелого заболевания. Именно нашими воплями. И это затронуло и Ярхо - он в своей книжке вспоминает, какие гадости про него писали. Слава богу, не сказал, кто писал. Он вообще многих пощадил, не назвав по благородству души в книге. И тогда мы в министерство обращались. У нас была активная политическая деятельность, активная политическая позиция. Конечно, это что-то дало положительное. Кстати, у нас не было семинаров. Только один семинар сопровождал курс греческой литературы и курс римской.- И все? - Еще нам два года Дмитрий Евгеньевич Михальчи читал курс романского Возрождения - и только его, два года, только для классиков. И ему мы писали тоже работы. Я очень хорошо помню, как я бегал в Библиотеку мировой литературы и читал там рукопись книги Бахтина о Рабле. Есть такая книжечка, но она очень сокращена по сравнению с самой диссертацией, которую защищал.- И чем вас увлекал Бахтин? - Он меня увлекал теорией готического смеха. И там мне хотелось писать научную работу, я ее написал и даже эксплуатировал потом на экзамене по французскому языку, излагая по-французски чужие мысли. Я не могу сказать, что я единственный, кто так делал. К сожалению, обсуждений работ у Михальчи не было. Обсуждения были только по римской литературе. Я помню крики, скандалы, бросания обвинений, но не могу сказать, что это было научно - просто по-студенчески.- А чем разрешился тот скандал с министерством?- Ну, не с министерством, а с кафедрой и более всего с Радцигом, которого мы - а особенно наш курс - обвиняли в старомодности, в пренебрежении передовыми методами науки, в таком устоявшемся и старомодном учебном плане, в отсутствии семинаров. Но больше в этом было трепа - и трепа бессознательного, по глупости. Все делалось на чистом комсомольском энтузиазме - и стоило Радцигу дорогого. И на этой волне к нам пришел Николай Федорович Дератани, который оппонировал и наши дипломные работы, Макса Чернявского и мою. На следующий год он стал завкафедрой (и был им до 58-го года). Недолго после его смерти заведовал Попов (до 62-го), а потом пришла Аза Алибековна Тахо-Годи, которая была тридцать лет и три года.- У вас был общий язык с преподавателями? - Пожалуй, нет. Наши преподаватели все были гимназическими учителями. Вузовских преподавателей почти не было, просто потому, что они заканчивали университеты в 14-15 годах. Но Дератани вот был уже приват-доцентом, после того как он стажировался у Нордена в Берлине года два, в конце 15-х годов. Радциг никогда не оставался в университете, его не любил Соболевский, который в свое время поставил ему двойку на экзамене и, по-моему, помнил и дальше. Так что Сергей Иванович был принужден из-за двойки служить в армии - охранял Царь-пушку в Кремле. Но он не оставался в университете, был профессором в Ярославле. После 23-го года никто, кроме Дератани, который был профессором института Красной профессуры, вообще не работал по специальности. Он был по типу похож на Брюсова, Фрича, Переверзева, Когана, быстро сблизившимися с новым порядком, тут же вступившими в партию. В свое время он был октябристом. В нем была своя очень четкая правильность.- А кто он был как ученый? - Довольно серьезный. Без великого полета, но диссертацию по Овидию писал по-латыни. Грушка о нем говорил, что в нем «много пота и мало таланта», потом он публиковал статьи во французских журналах и был достаточно продуктивен, но был всегда очень в струе. Дератани никогда не был впереди, поэтому в 20-30-е годы в нем преобладала вульгарная социология, откровеннейшая. «В соседней комнате ковали чего-то железного». Вы знаете издание Плавта?= Да. - Вот можете почитать там его статью. И увидите, он был суховат, сдержан, в футляре. Хотя не злой. Внешне он напоминал вот тот самый тип революционного интеллигента.- У вас были свои классические предметы, а были общие - со всеми остальными филологами? - Да, и вот одной из причин нашей пугачевщины была раздробленность этих самых курсов. Были серьезные проблемы. Настоящий план был только по языкам и примыкающим дисциплинам: по истории языка, литературы - так, как и сейчас. А все остальное было случайно: зарубежная литература не включала ни Средние века, ни Новое время (два года было романское Возрождение, за что спасибо кафедре), но общего курса не было. Классицизма не было - только романтизм, который читала Валентина Дынник. И все. На этом зарубежная литература кончалась. Русская литература у нас была, но тоже случайно. Немного XVIII века, потом я помню очень смутно. Серьезного Пушкина, Лермонтова и Гоголя не было, был какой-то кусок второй половины XIX века - это ведь зависело от того, кто мог читать.Была интересная история литературы, особенно семинары, которые вел Лев Озеров. Это было очень интересно: он нам рассказывал и про ИФЛИ, и про свою жизнь, и про сверстников, с которыми учился. Он ведь тоже с классики, хотя неполные пять лет там просидел - перевелся на французское. К нам он приходил чуть не в солдатских обмотках. Это был не семинар, а больше его рассказы.- Это отделение касалось всех филологов или только вам так плохо составили план? - Я думаю, что второе.- То есть комплект преподавателей был? - Был. Затрудняюсь сказать, конкретно почему, но курсы были обрывочные. Например, у всех в зачетках стояли пятерки по истории Древнего Востока, которой нам никогда не читали. Они просто спохватились, что читать поздно, - и просто вписали. И курс литературы был очень так себе.Вы также можете подписаться на мои страницы:- в фейсбуке: https://www.facebook.com/podosokorskiy- в твиттере: https://twitter.com/podosokorsky- в контакте: http://vk.com/podosokorskiy- в инстаграм: https://www.instagram.com/podosokorsky/- в телеграмм: http://telegram.me/podosokorsky

13 мая, 00:22

Идите в баню!

Оригинал взят у skif_tag в Идите в баню!Баня всегда занимала значительное место в бытовой культуре русского народа. И даже в советское время, утратив многие "архитектурные излишества", баня оставалась важной частью культуры быта трудящихся. Несомненно, этому не мало способствовал низкий уровень жизни и отсутствие коммунальных удобств у значительной части населения в Советском союзе. И только небольшая прослойка городских эстетов хранила и приумножала традиции русской бани (вспомним "Иронию судьбы" Рязанова)Любопытно, что в дореволюционной России бани продолжали сибаритские традиции древнего Рима, тогда как в новейшей истории сауна финского типа практически вытеснила из сознания людей культуру традиционной бани. Кроме того само понятие "баня" приобрело устойчивый сексуальный подтекст.А благодаря сегодняшним альтернативно одарённым депутатам, смотреть на фотографии банных интерьеров без мыслей о содомии стало весьма и весьма сложно...Однако, попробуем)Внутренний вид залы ожидания с цветами и мягкой мебелью.Внутренний вид раздевальных кабин.Общий вид раздевалки перед отдельными кабинками бани Егорова (Казачий пер., 11)Швейцар в вестибюле бани ЕгороваКомната ожидания с бамбуковой мебелью, отделанная в псевдо-китайском стиле.Комната с обслуживающим персоналом.Мытье посетителей банщиками в мыльной бани ЕгороваПлавательный бассейн в бане ЕгороваБанщики моют посетителей в мыльне.Мытье в ванной и под душем.Ванная и душевые установки баниУченики школы плавния в гардеробной около печки; в центре в длинном халате - Л.А.Романченко.Группа пловцов после окончания занятий в плавательном бассейне.

12 мая, 10:51

Русофобия — фундаментальная и неотъемлемая часть западной идентичности

О феномене традиционной западной (и не только) русофобии в интервью EADaily рассказывает ведущий научный сотрудник Российского института стратегических исследований Олег Неменский. Олег Борисович, что такое русофобия? Каковы истоки этого явления? Русофобию можно рассматривать двояко. Можно просто как проявление нелюбви к русским и России и исходящего из этого страха. Такие негативные чувства отчасти естественны для любых соседских народов, или же народов, когда-либо друг с другом воевавших. […]

10 мая, 09:00

Троцкизм не погиб и побеждает в мире

Труды Владимира Михайловича Чунихина (в отличие от трудов Юрия Николаевича Жукова и Елены Анатольевны Прудниковой, так же сильно повлиявших на моё мировоззрение в целом и на моё представление о советских событиях 1920–50-х годов в частности) пока не изданы на бумаге и доступны только в Интернете. Это ничуть не умаляет их ценности. Напротив, комментарии к каждой статье переходят в мощную дискуссию, […]

09 мая, 15:00

Оксидентализм — почему ненавидят Запад

В июле 1942 года, всего через семь месяцев после того, как японцы разбомбили американский флот в Пирл-Харбор и одержали победу над западными державами в Юго-Восточной Азии, несколько выдающихся японских ученых и писателей собрались на конференцию в Киото. Некоторые из них были литераторами так называемой романической группы, другие – философами буддистко-гегельянской школы Киото. Они обсуждали следующую […]

08 мая, 07:39

После нас хоть потоп... или как правильно переобуваться в европейскую обувь

Чтобы увидеть, как погибнет нынешняя Европа, кто добьет эту цивилизацию и даже когда, — надо всего–навсего заглянуть в… прошлое. Доктор исторических наук Латвийского университета Харийс Туманс в качестве аналогии предлагает обратится к падению Римской империи.

07 мая, 09:00

Почему вредна рок-музыка?

Что если бы вам сказали, что вас хотят отравить сильным наркотиком, разрушающе влияющим на психику и волю, мешающим принятию осознанных решений, - разве не стали бы вы с осмотрительностью относиться ко всему, что бы вам ни случилось съесть или выпить? Ведь, без сомнения, каждый человек стремится всеми доступными способами защищать жизнь, а также аутентичность и […]

Выбор редакции
05 мая, 09:19

Мавзолей Августа в Риме откроют для посещения в 2019 году

Мавзолей Августа, усыпальница первого императора Древнего Рима (63 год до н.э. - 14 год н.э.), вновь откроет свои двери посетителям в 2019 году. Об этом объявила мэр Рима Вирджиния Раджи, представляя журналистам результаты первого этапа реставрационных работ античного памятника. Реставрацию предполагается проводить в четыре этапа, которые будут включать не только укрепление сооружения, фактически заброшенного более 70 лет назад, но и создание специальной программы при использовании новейших трехмерных технологий для виртуального восстановления облика мавзолея две тысячи лет назад. После многочисленных задержек в реализации проекта комплексной реставрации римским властям наконец удалось найти частного партнера, который согласился финансировать часть работ.Мавзолей Августа, Рим, 2 мая © EPA/ETTORE FERRARIРим не в первый раз привлекает частный сектор и меценатов для поддержания исторического наследия города. Самое масштабное сотрудничество касалось Колизея, на реставрацию которого владелец компании Tod's известный итальянский предприниматель Диего Делла Валле выделил €25 млн. Работы в мавзолее Августа обойдутся дешевле - в €8 млн, из которых два миллиона уже выделены из муниципальной казны. 6 млн поступили от Фонда TIM, принадлежащего коммуникационной компании Telecom Italia.Август заказал строительство своей усыпальницы задолго до смерти - в 28 году до н.э. На сооружение понадобилось четыре года. В ней покоился не только сам император, но и его ближайшие родственники, включая жену Ливию и сестру Октавию. После падения Римской империи мавзолей был заброшен и разорен. В Средневековье сооружение превратили в крепость, которая позднее была разрушена. В середине XVIII века древний мавзолей попал во владение маркизов Корреа, которые превратили его в амфитеатр и впервые стали использовать для театрализованных представлений.К концу XIX века он стал знаменитой театральной площадкой, которая была названа в честь короля Италии Умберто I (1844-1900). Музыкальная история мавзолея закончилась во времена Бенито Муссолини, когда и проводились последние раскопки и реставрация. С тех пор памятник закрыт. По распоряжению дуче вокруг была выстроена площадь имени императора Августа, которая, характеризуется зданиями в неоклассическом стиле, типичном для фашистского периода.ОтсюдаВы также можете подписаться на мои страницы:- в фейсбуке: https://www.facebook.com/podosokorskiy- в твиттере: https://twitter.com/podosokorsky- в контакте: http://vk.com/podosokorskiy- в инстаграм: https://www.instagram.com/podosokorsky/- в телеграм: http://telegram.me/podosokorsky

21 февраля, 17:00

Дмитрий Перетолчин. "Всемирная история коррупции"

Андрей Фефелов и Дмитрий Перетолчин рассказывают о борьбе с коррупцией в США, России и Евросоюзе. Почему коррупция в современном мире носит системный характер и кто является её источником. Кто стоял за убийством Дж. Кеннеди, как и зачем спецслужбы и крупные корпорации порождают коррупцию в различных странах. Какая организация является самой коррумпированной в мире. Каковы исторические и социальные корни этого явления, начиная с Древнего Рима и до наших дней. #ДеньТВ #Перетолчин #экономика #финансы #коррупция #США #Трамп #лоббирование #государственныезаказы #бизнес #фармацевтика #ФРС #Римскаяимперия #история #ростовщичество

11 июня 2014, 08:00

Восстание Спартака подробно

ПРЕДИСЛОВИЕ О МЕТОДЕ В прошлом году после долгой и продолжительной болезни скончался Энди Уитфилд, исполнитель главной роли в I сезоне американского сериала «Спартак». Жаль, потому что его типаж гораздо больше соответствует образу «того самого Спартака» из романа Джованьоле, чем у нового актера с внешностью лейтенанта американских морпехов. Между прочим, в этом сериале взят рекорд по […]