• Теги
    • избранные теги
    • Люди461
      • Показать ещё
      Разное672
      • Показать ещё
      Страны / Регионы704
      • Показать ещё
      Международные организации113
      • Показать ещё
      Компании290
      • Показать ещё
      Показатели119
      • Показать ещё
      Формат32
      Издания77
      • Показать ещё
      Сферы15
Джозеф Стиглиц
Джозеф Стиглиц
Джозеф Юджин Стиглиц (Joseph Stiglitz; род. 9 февраля 1943 года, г. Гэри, штат Индиана) — американский экономист-неокейнсианец. Лауреат Нобелевской премии по экономике (2001, с Джорджем Акерлофом и Майклом Спенсом) «за анализ рынков с несимметричной информацией». Учился в Амхе ...

Джозеф Юджин Стиглиц (Joseph Stiglitz; род. 9 февраля 1943 года, г. Гэри, штат Индиана) — американский экономист-неокейнсианец. Лауреат Нобелевской премии по экономике (2001, с Джорджем Акерлофом и Майклом Спенсом) «за анализ рынков с несимметричной информацией». Учился в Амхерст-колледже и Массачусетском технологическом институте, где получил степень доктора. Профессор Колумбийского университета. Иностранный член РАН (22.05.2003), член научно-редакционного совета российского журнала «МИР: Модернизация. Инновации. Развитие».

Награждён медалью Дж. Б. Кларка (1979). Лауреат премии Ректенвальда (1998). Председатель Совета экономических консультантов при президенте США (1995—1997). Шеф-экономист Всемирного банка (1997—2000).

Джозеф Стиглиц известен как жёсткий критик неограниченного рынка, монетаризма и неоклассической экономической школы вообще, а также неолиберального понимания глобализации, политики МВФ в отношении развивающихся стран и либеральных реформ в России.

 

Биография

Родился в еврейской семье Шарлотты и Натаниеля Стиглица. С 1960 по 1963 учился в Амхерст-колледже, где был президентом студенческого самоуправления. Продолжил свою учёбу в Массачусетском технологическом институте. В 1965—1966 Стиглиц трудился над исследованиями в Чикагском университете под руководством Хирофуми Узава. В то время его исследования были посвящены проблемам экономического роста, инноваций и перераспределения доходов. Затем он вернулся в МТИ, где получил степень доктора наук в 1967. В дальнейшем Стиглиц преподавал в университетах Кембриджа, Йеля, Дьюка, Стэнфорда, Оксфорда и Уинстона и ныне является профессором Колумбийского университета, а также является соредактором журнала The Economists' Voice («Голос экономистов»).

Кроме своих значимых исследований в области микро- и макроэкономики, Стиглиц также напрямую играет важную роль в политической и общественной жизни. В 1992 он перебрался в Вашингтон, чтобы работать в администрации президента Клинтона. В 1993—1995 годах входил в состав Экономического совета при Президенте США Клинтоне. В 1995—1997 занимал должность председателя Совета экономических консультантов при президенте США. В 1997—2000 годах вице-президент и шеф-экономист Всемирного банка.

Я не настолько глуп, чтобы поверить, что рынок сам по себе решит все социальные проблемы. Неравенство, безработица, загрязнение окружающей среды непреодолимы без активного участия государства.

— Джозеф Стиглиц (2002)

С 2008 года является председателем международной Комиссии по основным показателям экономической деятельности и социального прогресса.

Жена — журналистка и редактор Аня Шиффрин (Anya Schiffrin, род. 1962), дочь издателя Шиффрин, Андре, внучка издателя Якова Савельевича Шифрина.

 

Модель Шапиро — Стиглица

 

Подробнее

Развернуть описание Свернуть описание
30 ноября, 11:59

Евро долго не протянет

Центробежные тенденции в Европе ставят под угрозу существование единой валюты. Хоронить ее, пожалуй, еще рано, но и полностью исключать подобного сценария тоже не стоит

29 ноября, 12:59

Итальянский политик: ЕС необходимо отказаться от евро

В Италии, а возможно, и в других странах еврозоны нужно провести референдум по вопросу об отказе от единой европейской валюты, заявил заместитель председателя Палаты депутатов парламента Италии, один из руководителей влиятельного оппозиционного "Движения 5 звезд" Луиджи Ди Майо."Есть только одна страна – Германия, которая извлекает выгоду от существования евро, тогда как все остальные лишь делают вид, что они не несут ущерба", — приводит слова вице-спикера РИА "Новости"."Когда появился евро, нам говорили: "Вы будете зарабатывать вдвое больше и работать вдвое меньше". Но с момента вступления в еврозону мы уже потеряли 25% нашего национального богатства. Тем не менее, мы не будем повторять ошибку тех, кто привел нас к евро. Принимать решение будут граждане. И необходимо также будет принять решение об альтернативной стратегии", — отметил политик.В качестве примера возможной альтернативы Ди Майо привел идею лауреата Нобелевской премии по экономике Джозефа Стиглица о евро двух скоростей. "Существует иллюзия, будто все страны еврозоны должны двигаться с одинаковой скоростью. Но у нас нет одинаковых экономик и, следовательно, мы должны двигаться на разных скоростях. И, прежде всего, можно будет принять решение об exit strategy. Ведь референдум станет поводом для дискуссии по этому вопросу", — считает он."Мы не должны принимать решение за граждан, мы должны дать им возможность самим принять решение по данной проблеме. Я надеюсь, что и в других странах еврозоны можно будет провести референдум относительно дальнейшей судьбы евро, но это дело других стран", — сказал Ди Майо. Ди Майо также опроверг сообщения некоторых СМИ о том, что в случае победы противников конституционной реформы на референдуме, который состоится в Италии 4 декабря, эта страна выйдет из еврозоны.

22 ноября, 10:45

Нобелевский лауреат: Трампу предстоит разобраться с проблемой неравенства

Шокирующая победа Дональда Трампа совершенно четко обозначила одну проблему: слишком много американцев, особенно белых американцев мужского пола, остаются за бортом. Как пишет американский экономист, нобелевский лауреат по экономике Джозеф Стиглиц в своей статье на Project Syndicate, наличие этой проблемы подтверждают статистические данные, а не только умонастроения в обществе.

Выбор редакции
22 ноября, 10:30

Stiglitz comes around

A new paper by Joseph Stiglitz (it might be that he has been holding these ‘heterodox’ (better: common sense) views for some time already): In the aftermath of the Great Recession, there is a growing consensus, even among central bank officials, concerning the limitations of monetary policy. This paper provides an explanation for the ineffectiveness of monetary […]

21 ноября, 21:00

Что может Трамп сделать для экономики США?

Шокирующая победа Дональда Трампа совершенно четко обозначила одну проблему: слишком много американцев, особенно белых американцев мужского пола, остаются за бортом.

21 ноября, 21:00

Что может Трамп сделать для экономики США?

Шокирующая победа Дональда Трампа совершенно четко обозначила одну проблему: слишком много американцев, особенно белых американцев мужского пола, остаются за бортом.

21 ноября, 15:00

Фальшивый козырь американской политики

Начало слома десятилетиями складывавшейся политической системы. Таков главный итог прошедших в США выборов. Кризис неолиберализма размывает традиционную двухпартийную схему, выталкивая на поверхность лидеров вроде Дональда Трампа. В этих условиях американские элиты всеми путями пытаются сохранить господство над страной и миром.

21 ноября, 13:54

Почему Лагард не ответила на вопрос Путина?

В ходе саммита АТЭС в Перу президент России Владимир Путин в беседе с главой МВФ Кристин Лагард задал вопрос о возможности более активного денежно-кредитного стимулирования. Но Лагард не стала отвечать на него.

21 ноября, 13:54

Почему Лагард не ответила на вопрос Путина?

В ходе саммита АТЭС в Перу президент России Владимир Путин в беседе с главой МВФ Кристин Лагард задал вопрос о возможности более активного денежно-кредитного стимулирования. Но Лагард не стала отвечать на него.

Выбор редакции
18 ноября, 00:00

How the Democrats Can Fix Themselves: Turn Left

Joseph Stiglitz, Vanity FairThe days of triangulation are toast.

16 ноября, 12:44

Текст: Что нужно американской экономике от Трампа?  ( Джозеф Стиглиц )

НЬЮ-ЙОРК – После поразительной победы Дональда Трампа на президентских выборах в США одно стало совершенно ясно: слишком многие американцы – особенно белые мужчины – почувствовали, что их положение ухудшилось. И это не просто чувство. Для многих американцев положение действительно ухудшилось. Это можно увидеть в цифрах статистики так же явно, как и в их недовольстве. А, как я уже неоднократно писал, экономическая система, которая не работает на благо основной части населения, является недееспособной экономической системой. Что же следует с этим сделать будущему президенту Трампу? В течение последней трети века правила американской экономической системы были переписаны в пользу тех, кто находится наверху, нанося при этом вред экономике в целом ...

14 ноября, 21:50

Мои твиты

Вс, 19:46: Очень интересно поговорили с клубом читателей СиП: о Галковском, Богемике, Фоменко,… https://t.co/5cKaQzIkr5 Вс, 20:55: Конинтерн. Трамп общается не с официозом, а со своими единомышленниками far right - совместная фотка с Фараджем,... https://t.co/cKNy5nLdbP Вс, 20:57: В США - Трамп, в Болгарии Радев, в Молдавии Додон. Хехе. Путин назначает президентов по всему миру... Вс, 21:23: Теперь понятно почему этого человека вряд ли быстро свергнут? https://t.co/jlcBdVnEY8 Вс, 21:45: Вот какая мысль про экономическую политику Трампа. Все дело в том что в ее центре лежит весьма абсурдный план... https://t.co/neuOeVPc2O Вс, 21:54: Американскую АП возглавил православный. Вс, 21:57: RT @Antimaidan_Rf: В Штатах началось Сторонники Трампа прикатили на митинг его противников на военном грузовике https://t.co/cqF3Xzg4mG Вс, 22:59: https://t.co/MOL6WnPn3U Вс, 23:07: В общем Трамп похоже реально решил перетрясти систему и дренировать болото. Белый дом из императорского дворца... https://t.co/R68PdmFR3G Вс, 23:14: RT @LuganskNovosti: Лимонов: Для меня Харьков — это русский город под страшным оккупационным режимом https://t.co/wv4WEAOaB8 Вс, 23:16: RT @FoxNews: [email protected] protest organizers. https://t.co/Do2kMVTehN Вс, 23:17: RT @livenews_ru: Радев: Болгария будет работать над отменой санкций против России Кандидат от инициативного комитета Болгарской соц… https:… Пн, 04:27: RT @DonetskNovosti: Фото сделано прошлой ночью в бомбоубежище на шахте Челюскинцев https://t.co/6HPLw23jKi Пн, 05:16: Да уж. Назначить Болтона было бы верхом бессмысленности. https://t.co/CpbJnxfb2p Пн, 05:21: RT @business: France can’t take any more immigrants, Marine Le Pen says https://t.co/0cWzUhGJqW https://t.co/aRKpSKbI2y Пн, 05:21: Заяц Храбра. https://t.co/otSEbtbHCg Пн, 06:10: RT @afpfr: Bulgarie: le socialiste russophile Radev élu président, le Premier ministre conservateur Borissov démissionne http/u.Afpcom/4J3L… Пн, 06:26: RT @zexep: Коротко и ясно. Хунта. https://t.co/lHGjXjtwgn Пн, 07:43: Кстати, кто следит, - а как поживает Меган Келли. Пн, 07:44: https://t.co/tnLBhkh1Uj Пн, 08:47: Crooked https://t.co/3WWQTGcoo7 Пн, 11:23: RT @sputnikipogrom: 14 ноября 1860-го был заключен Пекинский договор, по которому Россия получала Уссурийский край в вечное пользование htt… Пн, 14:56: Причиной ненависти к Маннергейму был его сепаратизм и уча тие в блокаде Ленинграда. Адмирал Колчак сражался за... https://t.co/yjGYwPAXTB Пн, 15:34: RT @sobaka__: млею, когда нынешние юристы в качестве аргументации законности ссылаются на акты иркутского военно-революционного комитета от… Пн, 17:13: Сейчас будет много радостных воплей всякой мрази насчет МИГ-а. А я рад что он упал. Ребенок когда учится ходить... https://t.co/SVjXsy18fD Пн, 17:21: RT @Neomaster1985: В #Киев заходит военная техника для разгона возможного #Майдана Чудненько ,те кто сделал переворот не допустят чтобы пер… Пн, 17:53: Пермскому активисту Роману Юшкову, которого преследуют по 282, требуется помощь — Правозащитный центр «РОД» https://t.co/skv4ALqcjn Пн, 18:00: Высказался по экономической повестке Трампа человек мнение которого действительно имеет значение: Джозеф Стиглиц. https://t.co/8khxHdUc3U Пн, 18:09: RT @sputnikipogrom: В Болгарии и Молдавии победили русофилы — комментарий Евгения Политдруга https://t.co/Rak5ceZwnB https://t.co/tRvIK2rH8b Пн, 18:26: Если глава заговорщиков может быть евреем, катилинариев, то есть исполнителей государственного переворота, не... https://t.co/OsnXOqh7K4

08 ноября, 19:13

Time to Protect Our Common Home

Parties to the U.N. Framework Convention on Climate Change (UNFCCC) reached a historical landmark agreement in Paris on 12 December 2015, charting a fundamentally new course for global climate efforts. The Paris Agreement (PA) came into force on 4 November 2016, creating a history in multilateral diplomacy, as no other convention came into force so quickly. This reflects global political commitment and desire for a zero-carbon, climate-resilient future. Now we need to adopt procedures for operationalizing the new framework, institutions and processes established under the Agreement, starting from the COP22 at Marrakech. Timor-Leste is a small island state and has recently made the transition from conflict toward sustainable development. Climate change poses immense pressure to economic growth and development. Intensified climatic events are posing major threats to lives and livelihoods of Timorese population, notable in remote areas with large portions of the population below the poverty line. The 2015/16 El-Nino event seriously affected 120,000 people (approximately 10% of the overall population). Similar climate-induced development challenges are increasingly evident in many other parts of the world, particularly Small Island Developing States (SIDS) and Least Developed Countries (LDCs). We, being the lowest emitters of GHGs, are the hardest hit from climate effects mostly caused by others. Still, we strongly echo the key essence of the Paris Agreement of sharing responsibilities for meeting the global emission-reduction goals. This is demonstrated through finalization of Intended Nationally Determined Contributions (INDCs) by most of the parties representing SIDS, LDCs and developing countries, including Timor-Leste. First and foremost, it is critical to implement the pre-2020 commitments under the Convention, both in terms of mitigation ambition and climate finance. The COP 22 needs to generate momentum for quick implementation following the decision of the Warsaw COP 2013. Nationally Determined Contributions (NDCs) emerged as the centerpiece of global emission-reduction targets as outlined in the Paris Agreement. Adoption of the NDCs has ended the strict differentiation between developed and developing countries and created the common framework based on "common but differentiated responsibilities and respected capabilities." However, emission-reduction commitments pledged to date are inadequate to meet the 2-degree Celsius goals. Timor-Leste being one of the lowest emitters of global GHG (only 0.003%) has already finalized its INDC. Our commitment toward GHG-emission reduction following the Article 4.6 of the Paris Agreement outlines an economy-wide approach of developing policies and strategies targeting low-emission, resilient growth. Creating the legal framework and promotion of renewable energy and energy-efficient technologies, possible substitution of fossil fuels, building climate-resilient infrastructures, sustainable ecosystem management and enhancing institutional capacity is at the heart of Timor-Leste's INDC. While we are committed to doing our bit, we expect major emitters, both old and new, to enhance their emission reduction aspirations for reaching the global-temperature goals, preferably to 1.5-degree C. Developing countries, particularly LDCs and SIDS, must be supported with dedicated financial and technical resources to achieve emission-reduction aspirations, while meeting economic and poverty-reduction targets. Climate finance stands at the core of the concerns for the most vulnerable countries, including Timor-Leste, which being very minor emitters are already suffering the most from other's emissions. Climate finance also needs to be based on fundamental economic principles, like the polluter-pays-principle (PPP). Today many governments are applying PPP domestically, solid-waste management being a classic example. So why can not the same principle be used for GHG emission as argued by many scientists, including Nobel Laureate economists Joseph Stiglitz and Paul Krugman? The agreed principles of climate finance, such as new and additional, adequate and predictable funding, needs to be realized in order to avoid double counting of ODA as climate finance. Notable gaps in existing climate-finance mechanisms, including Adaptation Fund (AF) and Least Developed Countries Fund (LDCF), coupled with slow disbursement of the Green Climate Fund (GCF), poses major challenges for the most vulnerable countries like Timor-Leste to address massive impacts of climate change. The United Nations should accelerate its effort to strengthen capacities and facilitate climate finance access to turn the Paris Agreement aspirations into actions as well as to support the poorest and most vulnerable who are often the innocent victims, and it needs financing to this end. The Paris Agreement rightly linked adaptation and climate finance to the level of mitigation and temperature rise. Ambitious mitigation targets will bring in the most adaptation benefits in the avoided form of loss and damage (L&D). Timor-Leste, being one of the leads in L&D discussions, supports concrete outcomes on risk transfer, insurance and climate-induced displacement at COP22. The Paris Agreement was adopted in tandem with the Sustainable Development Goals (SDGs), and efforts toward them need to be integrated and mutually reinforcing. Building resilient societies that are better equipped to withstand climate and disaster risks, and protect people and planet, must be an integral component of development. Global solidarity and a spirit of responsibility for global common goods will be key to translate the Paris Agreement into tangible reality and to keep the historic momentum created at Paris. This post is part of a series produced by The Huffington Post, in conjunction with the U.N.'s 22nd Conference of the Parties(COP22) in Morocco (Nov. 7-18), aka the climate-change conference. The series will put a spotlight on climate-change issues and the conference itself. To view the entire series, visit here. -- This feed and its contents are the property of The Huffington Post, and use is subject to our terms. It may be used for personal consumption, but may not be distributed on a website.

01 ноября, 20:07

How Waning Competition Deepens Labor’s Plight

Eduardo Porter: How Waning Competition Deepens Labor’s Plight: ...collectively, mergers ... are reconfiguring the American economy in ways that seem to be tilting the scales toward the interests of ever-larger corporations, to the broad detriment of labor. ... Three years...

Выбор редакции
28 октября, 23:30

Weekend Reading: Stuck In The Middle - Again

Submitted by Lance Roberts via RealInvestmentAdvice.com, I have written previously about being stuck in a trading range. “Over the past couple of months, we have continued to drift from one economic report, or Central Bank meeting, to the next. Each report and meeting have continued to leave market participants confused as to what is going to happen next.   Is the economy improving? Or not?   Will the Fed hike rates? Not?   The bulls and the bears have met at the crossroad. However, neither is ready to commit capital towards their inherent convictions. So, for 43-days, and counting, we remain range bound waiting for what is going to happen next.” Chart updated to present: The problem with going nowhere is that it makes managing money much more difficult. With the market having broken the bullish trend line from the February lows, as shown below, along with remaining overbought with a sell signal in place, the risk to the downside outweighs the potential for a further advance currently. With downtrend resistance from the previous highs pushing prices lower, the risk of a break below 2125 is elevated. Being a bit more cautious given the current technical backdrop will likely be prudent. While there are many simply suggesting just to buy into passive indexes and hold them, the brutal reality to such strategies have destroyed the ability for many to ever actually reach their investment goals. However, despite the weight of evidence suggesting the markets are currently in a third bubble since the turn of the century, the commentary to ignore the outcomes related to such asset inflations is actually quite astonishing. Such is the result of a market seemingly immune to declines due to continued support, or at least belief thereof, from Central Banks. But, just as was witnessed following “The Great Depression,” the bursting of the next asset bubble will likely once again drive participants away from the market for an entire generation, or longer. The problem for individual investors is the “trap” that is currently being laid between the appearance of strong market dynamics against the backdrop of weak economic and market fundamentals. Ignoring the last two to chase the former has historically not worked out well. Alas, that is a story for another day, for now, we remain “stuck in the middle” waiting on an election outcome. In the meantime, here is what I am reading this weekend. Fed / Economy 5 Biggest Global Economic Challenges by Anthony Fensom via National Interest One Thing The Next Pres. Needs To Know by Joseph Stiglitz via Vanity Fair World In A Major Cyclical Upturn by Eric Bush via GaveKal American Job Recovery Is A Global Laggard by Narayana Kocherlakota via Bloomberg The Blind Ally Of Monetary Populism by Jeffrey Frankel via Project Syndicate What Could Go Wrong In America by Martin Feldstein via Project Syndicate For The Fed, The Dollar May Be A Problem by Jeffrey Snider via Alhambra Partners The Fed Could Pull A November Surprise by Patti Domm via CNBC Fed Is On A Collision Course by Financial Sense Recession Risk Is Rising by Tyler Durden via ZeroHedge Many Americans Balancing 2 or 3 Jobs by Paul Davidson via USA Today Yellen Has Many Questions, Few Answers by Dr. Ed Yardeni via Yardeni Research Markets Globalization Fading To Black by Danielle DiMartino-Booth via Money Strong Time To Move Past The Election by John Tobey via Forbes Next Year’s Ticking Time Bomb by Ambrose Evans-Pritchard via The Telegraph Stock Market Stuck In Danger Zone by Michael Sincere via MarketWatch Chasing Yield Is Not A Good Plan Now by Michael Kahn via Barron’s A Chart To Help You Find Market Direction by Adam Koos via MarketWatch Next 10-Years Will Be Ugly For Your 401k by Suzanne Woolley via Bloomberg All Signs Are Flashing Market Is At Risk by David Rosenberg via Financial Post Most Of What You Think About Investing Is Wrong by L. Hamtil via Fortune Financial Charts That Scare WallStreet by Kawa, Verma, Verhage and Kim via Bloomberg Interesting Reads September New Home Sales: Let Revisions Begin by Aaron Layman via AaronLayman.com Are Our Magazine Covers A Contrarian Indicator by Buttonwood via The Economist Who Will Pay For Clinton’s Tax Code Social Engineering by Alex Brill via RCM When You Should Claim Social Security Early by Sharon Epperson via CNBC Is US QE More Toxic Than Japan’s QE by Paul Murphy via FT Corporate America’s Bogus Election Excuse by Paul La Monica via CNN Money The Story Behind The Story Of Home Resales by Jeffrey Snider via Alhambra Partners Our Deplorable Ruling Class by John Stossel via Reason Failure Likely Regardless Of Who Wins by Mike “Mish” Shedlock via MishTalk.com Losses Hurt More Than Gains by Adam Taggart via Peak Prosperity The End Of Stock Buybacks by Bryan Borzykowski via Morningstar Future Of Investment Management via The Thought Factory Chasing Stocks At Levels To Beget Lousy Returns by John Hussman via Hussman Funds Small Stocks Threaten Breakdown by Dana Lyons via Tumblr A Real Conversation About The Markets by Jesse Felder via The Felder Report “There are two hedges I know of; one is cash and the other is knowledge.” — Bruce Berkowitz

28 октября, 00:40

Why The Debate On Trade Should Worry Development Communities

Trade has assumed a remarkably prominent position in the US presidential election. In past elections, few topics seemed to dull public attention like tariffs and trade barriers, which meant that politicians typically focused on divisive social issues like abortion and gun control. But trade isn't the clear-cut issue cleanly divided along partisan lines that abortion and gun control are. It featured as much as a core theme in Donald Trump's campaign as it did in Bernie Sanders' run for Democratic nominee. Both candidates used it to appeal across their voter bases, from small manufacturing business owners to unemployed autoworkers. The focus on trade has been such an effective strategy that it's even forced Hillary Clinton to reverse her once-strong support of the Trans-Pacific Partnership (TPP) and Transatlantic Trade and Investment Partnership (TTIP). Clearly, the debate on trade has proved constructive in a number of ways. It's highlighted the compromises made on behalf of unfettered globalization, and become a touchstone for the rising inequality it has helped produce. It's also sparked a much-needed re-examination of the implications of multilateral trade deals like the TPP and TTIP. But the trade debate has also provoked a knee-jerk reaction intent on vilifying anything remotely free-trade oriented. Indeed, Trump has gone as far as comparing the ratification of TPP to the rape of our country. One of the problems with demonizing trade is where to draw the line, since it's such a populist crowd pleaser. But reframing trade under this kind of polarizing language should worry development communities. A sudden shift toward protectionist policies combined with a preference for bilateral deals could carry unintended consequences for the kind of trade that has helped sustain developing countries. In other words, the backlash against trade could end up backfiring for ideas like fair trade. By fair trade, I'm not referring to Trump's use of the term. His anti-free trade movement recasts itself partly by appropriating the language of fair trade. Though Trump routinely insists on a policy of "fair trade, not free trade", the fact is that his trade proposals represent little more than a throwback to 17th century mercantilism--a zero-sum system where economic gains are made only at the expense of others. What I mean by fair trade is the movement started in the 1960s that attempts to address trade inequities between developed and developing countries. By establishing better trade terms like price supports as well as improved labor conditions and environmental standards, fair trade can sustain smallholder farmers in less developed countries. So it's worth considering what could happen to fair trade in a scenario where greater protectionism points to less free trade. Over the last 15 years, fair trade has grown significantly. In 2014 alone, global fair trade sales generated almost $8 billion. Of that figure, the US accounts for almost 13% or $1 billion dollars of world fair trade, up significantly from 2012 when it accounted for only 1%, according to Fair Trade International. But while fair trade represents a fraction of global trade, it remains highly correlated to the growth of overall trade. The correlation suggests that, all else being equal, the fate of fair trade is tied to what a new age of protectionism--whether under Trump or otherwise--would mean for the fate of free trade. Which is why any sudden change in US trade policy is bound to have some side effect that also impacts US fair trade sales. If we allow protectionism to define trading relationships, fair trade is at risk of becoming collateral damage. And any fallout from the US is bound to have a significant impact on the communities that fair trade helps to sustain. In short, if the current anti-free trade debate means less free trade, there's a good chance that US fair trade sales also get hurt. Worryingly, the neo-mercantilist turn isn't unique to US politics either. Britain's vote to leave the European Union--which was as much about globalization pressures as Trump's campaign platform--appears to borrow from the Trump deal-making playbook. Theresa May's new International Development Secretary, Priti Patel, announced her intention to "leverage" Britain's £11 billion foreign aid budget in order to negotiate better trade deals. The development community should wonder what exactly "leveraging" means for developing countries partially dependent on foreign aid. Does it mean withholding aid to fight the Zika epidemic unless trade tariffs are lowered? What about those that need aid but offer less trade to leverage? It may sound far-fetched, but the combination of Trump's neo-mercantilist threats and Patel's plan to get more trade benefits for British foreign aid even conjure up old imperialist fears about the core--developed countries like the US and the UK--controlling the periphery--developing countries--via trade. If the new rules of trade dictate bilateral over multilateral deals in a zero-sum game, why would smaller developing countries dependent on fair trade expect to remain unscathed? After all, if Trump is really serious about his pledge to reverse the US trade deficit and punish foreign countries who are killing us on trade, it can only mean that net exporters to the US--starting with China and Mexico, but including other developing countries--will have to shoulder this readjustment. So while we may fight over the terms of multilateral deals, wholeheartedly rejecting the idea of free trade creates greater risk that we veer towards protectionism. Rules-based systems like the WTO not only tend to be remarkably resilient, but they provide useful building blocks towards better collective--less discriminating--deals. They don't protect everyone: it'd be unrealistic to imagine they ever could. But they do try to prevent another problem that bilateral deals would be quick to capitalize on: a race to the bottom on issues like labor conditions and environmental standards simply to attract trade flows and foreign investment. If, for instance, the US shies away from ratifying or much less renegotiating TPP, the remaining eleven signatories may simply replace the US with China. Assuming China participates, the new group of twelve would still account for a third of the world's economy. But it would also mean that the development communities lose out on the US's absent role in establishing strong labor conditions and environmental standards--a key for developing country signatories like Vietnam, Malaysia, Chile, Peru, Brunei and Mexico. Indeed, many developing countries are on the front line of climate change's effects, and need recognized safeguards at the multilateral level. Joseph Stiglitz rightly points out the hidden costs and lack of environmental provisions in the existing TPP terms, noting that trade is unsustainable "...if firms are not required to pay the environmental costs they impose on society, which also present an existent threat to life on this planet." It's a criticism also echoed by Naomi Klein. Clearly, there's more work to be done to produce a transparently negotiated trade agreement that resolves the issues on intellectual property and multinational interests. But the alternative--Trump's proposal to replace multilateral deals with bilateral ones--will inevitably lead down a road of discriminatory trade and weaker environmental and labor standards. Fair traders often point to Adam Smith's Moral Sentiments, "...to see that both parties come out fairly" as a means to bridge free and fair trade towards a more humanistic, equitable form of capitalism. Ironically, many of the mercantilist problems that Smith believed capitalism was replacing are now reappearing. It's hard to imagine that Trump's Art of the Deal and Patel's comments can survive a system of congressional and parliamentary checks and balances. Still, let's hope that free trade doesn't become so demonized that it ends up hurting areas like fair trade that have helped address global trade inequities. -- This feed and its contents are the property of The Huffington Post, and use is subject to our terms. It may be used for personal consumption, but may not be distributed on a website.

27 октября, 12:00

Prepare For The Pirates: Direct Democracy Driven Political Party May Gain Power In Iceland

Submitted by Mike Krieger via Liberty Blitzkrieg blog, We are not here to gain power, we are here to distribute power.   – Ásta Guthrún Helgadóttir Pirate member of Iceland’s Parliament While there are all sorts of populist political movements gaining traction across the West, the only one I find genuinely revolutionary and distinctly interesting and productive is Iceland’s Pirate Party. I’ve covered the upstart party in the past, most recently earlier this year in the post, “The Pirates Are Coming” – Iceland’s Pirate Party Polls at 43% Following the PM’s Resignation. Now, with the Icelandic election just days away (October 29th), the party is back in the news due to an expected strong performance. The Washington Post explains: REYKJAVIK, ICELAND — The party that could be on the cusp of winning Iceland’s national elections on Saturday didn’t exist four years ago.   Its members are a collection of anarchists, hackers, libertarians and Web geeks. It sets policy through online polls — and thinks the government should do the same. It wants to make Iceland “a Switzerland of bits,” free of digital snooping. It has offered Edward Snowden a new place to call home.   And then there’s the name: In this land of Vikings, the Pirate Party may soon be king.   To Jónsdóttir and other Pirate true believers — who define their party as neither left nor right, but a radical movement that combines the best of both — the election here could also be the start of the reboot that Western democracy so desperately needs.   “People want real changes and they understand that we have to change the systems, we have to modernize how we make laws,” said Jónsdóttir, whose jet-black hair and matching nail polish cut a distinctive profile in a country where politics has long been dominated by paunchy blond men.   The sticker affixed to the back of her chrome-finish laptop stands out, too: an imitation seal of the U.S. government, the familiar arrow-bearing eagle encircled by the words “National Security Agency Monitored Device.” At the Pirates’ tech-start-up-esque office in an industrial area of Reykjavik’s seafront, a Guy Fawkes mask hangs from the wall and a skull-and-crossbones flag peeks out from a ceramic vase.   The Pirates have spelled out their positions on issues from fishing quotas to online pornography to Snowden. (Party leaders offered him Icelandic citizenship if he can find a way to get here.) But on some of the biggest questions facing the country, the official party position is to punt to the voters.   To party devotees, that’s fine. The Pirates, they say, are less about any specific ideology than they are about a belief that the West’s creaking political systems can be hacked to give citizens a greater say in their democracy.   “We are not here to gain power,” said Ásta Guthrún Helgadóttir, a 26-year-old Pirate member of Parliament. “We are here to distribute power.” Like everything else, the Pirate Party cannot be seen in a vacuum. A total implosion of the Icelandic economy was necessary to clear the path. As The Nation notes: Iceland’s political status quo—a Nordic-style parliamentary democracy, dominated for decades by pro-NATO conservatives—was shattered when the country went bust in the 2008 financial crisis, pitching Iceland into its deepest crisis since full independence and the republic were declared in 1944. This year, Iceland was rocked again when the Panama Papers leak exposed corruption among top politicos, including the prime minister, who resigned under fire. “People here are angry and frustrated,” says Karl Blöndal, deputy editor of the center-right Morgunbladid. “In the minds of many voters, the Pirates are the only untainted party, and with them Birgitta carries authority. She’s been the face of the opposition since the crash.”   Iceland’s Pirates, though they currently hold only three spots in the 64-seat parliament, are among the highest-profile of Europe’s Pirate parties. The anarchic hacker-led movement, global in scope, focuses on privacy rights and freedom of expression in the digital age. Born a decade ago in Sweden, and since turbo-charged by WikiLeaks’ and Edward Snowden’s disclosures about NSA surveillance, the Pirates have dozens of chapters worldwide, from Australia to Canada, and a headquarters in Geneva. Iceland’s Pirates were the first in the world voted into a national legislature.   Indeed, Jónsdóttir and Iceland’s Pirates see themselves as part of something greater than the direct-democracy uprising they’re leading in the chill North Atlantic. They understand Iceland as the “test grounds for radical progressive changes,” and they stand for an international legalization of WikiLeaks, asylum for Edward Snowden, and legalizing drugs across Europe. They say they’ll turn diminutive Iceland (a country so small its citizens are listed in the phone book by first names) into an international digital safe haven where data, such as whistle-blower revelations, can be securely transmitted and stored.   In contrast to Europe and the United States, however, Iceland refused to rescue the banks with taxpayer money; instead, the failed banks were renationalized. Iceland chose instead to protect its citizens, first by imposing capital controls so that money couldn’t leave the country and, second, by expanding the social safety net. “Iceland did the right thing…creditors, not the taxpayers, shouldered the losses of banks,” said economist and Nobel laureate Joseph Stiglitz in 2011. The bankers were eventually sent to jail: 26 financiers received sentences totaling 74 years. The possibilities are endless once you start jailing bankers.

26 октября, 01:01

Restoring trust in our trade policy

I'm in favor of trade. I don't know anyone opposed to trade. A better question is, "How should we manage globalization?" We've lost trust in our approach to globalization. The Brexit vote in Europe was a vote of no confidence. Millions of voters in our presidential campaigns send a similar message. Globalization is not working for us. We should rethink our approach to globalization if we hope to restore trust. Strike one for trust in "free trade" - gains go to the top Under our trade policies since NAFTA, the gains from trade have gone to a few at the top, while workers and communities have lost out - even after counting the cheaper goods we buy from low-wage countries. The US has lost millions of good jobs, and entire industries have disappeared from our economy. This would be OK if we had created millions of new good jobs. But we haven't. Workers in Mexico, Honduras, Guatemala and Colombia are still waiting for their gains from trade. NAFTA, CAFTA and other trade deals disrupted their economies. Millions of workers lost their jobs, their social support structures were weakened, and violence increased. Thousands of workers and unaccompanied minors were forced to leave their villages and migrate in search of work. The issue is not workers in the US versus workers in Central America. The issue is workers in every country versus the 1% in every country. Strike 2 for trust in "free trade" - bad power relationships Mistrust reflects the bad power relationships in the policies we've chosen to manage globalization. Our trade policy helps global corporations move jobs and production from the US to Mexico. The same dynamic then applies when workers in Mexico see their jobs going to lower-paid workers in China. Workers in China worry about their jobs going even lower-paid workers in Vietnam. Workers everywhere lose bargaining power. Joseph Stiglitz recognizes that power relationships, institutions, and political structures are just as important as economics. Trade produces gains, but power relationships determine who gets the gains from trade. Global investors understand the power of institutions. Decades ago, they created the WTO, World Bank, International Monetary Fund and the post-NAFTA dispute settlement systems - global institutions dedicated to investors and global companies. In our domestic economy, we have legal and political institutions for that balance public interests with investor interests. This evolved over generations. In 1905, the Supreme Court decided that government played no legitimate role in regulating labor conditions in the economy. No unions, no minimum wage, no overtime, no unemployment insurance, no Social Security. In the 30's, the Court reconsidered the legitimate role of government in managing the economy. The Court said government could regulate markets if the regulation was reasonable, served a legitimate public purpose, and was not a complete "taking" of the business' value. This standard balances power between investors and civil society. But for the Court's reversal, America would be a very different place today. Trade deals gave corporations a clean sheet of paper to take back power they had lost to civil society. Trade deals create new rights and set new standards favorable to global corporations. Decades of trade tribunal decisions make it clear that the tribunals pay no attention to our domestic legal tradition of balancing public interests with investor interests. Provisions in trade deals to protect workers and the environment are illusory and have never been enforced. Strike 3 for trust in "free trade" - economic integration is not trade Many accounts of globalization use the terms "trade" and "economic integration" interchangeably. This should be a huge red flag for anyone with a passing grade in an economics class in international trade. "Trade" takes place between countries that retain their national identities and values, pursue their national interests, and manage their national economies. China, Japan, Germany, and Korea are good examples. We are also familiar with economic integration - the 50 states of America are integrated. Europe's economy is integrated. Economic integration works best when social cohesion and political legitimacy are strong. Economic theory says "trade" brings mutual gain. That theory assumes capital investment and technology stay inside the US, and everyone has a good job, and we export as much as we import, so it all balances out. Economics teaches an opposite condition, which applies to economic integration. That condition can be win-lose. For instance, a company can close its air conditioner factory in Indiana, and moves that work to Mexico for lower wages and weaker labor and environmental standards. Then, investment and technology flow out, our workers lose jobs and bargaining power, and we run a large chronic trade deficit. With bad power relationships, we get a race to the bottom. Jeffrey Sachs is an influential economist. He assumed our President, Congress, and trade negotiators would makes policies where globalization's winners would compensate the losers. He is slowly recognizing that the point of having power is to win, and the point of winning is to win, not compensate losers. Key to restoring trust History shows that successful economic integration requires political integration in parallel with economic integration. Public trust in globalization will come from a legitimate accountable political system, and from seeing our own interests reflected in the way we manage globalization. In American history, our original 13 colonies were economically integrated under the Articles of Confederation, which went into effect in 1781. Too weak. We ditched that in 1789, going to a stronger political system - Federalism - with checks and balances, separation of powers, and individual rights. Constitutional power relationships have evolved steadily for the next 200+ years. Before Europe integrated, Europeans voted on a Constitution, and created two governance institutions - the European Parliament, and a Commission (whatever that is). Europe invested in higher living standards in Ireland, Portugal and other weaker economies, before integrating them. The Brexit vote and the euro crisis tell us that the European Union may need even stronger political institutions to maintain legitimacy. Rethinking globalization "Trade is good" is often mistranslated as, "All trade is good; maximum possible trade." Harvard economist Dani Rodrik calls this "hyper-globalization." It is quite possible that the optimal level of trade is less than what we have now. Economic integration requires a strong political system in parallel with the economic system. Instead, our failed TPP-like approach gives us corporate-dominated global governance without a global government. Corporate-dominated global institutions serve investor interests, not public interests. TPP won't work. The process that gave us TPP won't work. TPP would lock in bad policy for a generation or more. That approach has lost legitimacy and it has lost trust. We can trade, retaining our national interests, our own values and standards, and relying on our own legal and political systems. That could restore trust if it serves the broader public interest. Or we could integrate - building new institutions that represent civil society at the global level. For example: Should we fix the NAFTA-TPP dispute settlement system by making global institutions that represent civil society (economic integration), or abandon the dispute settlement system, and use our domestic legal systems (trade)? What we have now is trying to be both trade and economic integration. It's neither, and it's not working. -- This feed and its contents are the property of The Huffington Post, and use is subject to our terms. It may be used for personal consumption, but may not be distributed on a website.

Выбор редакции
20 октября, 16:47

Kim Kardashian, Millionaire Cops and the 1%

      Kim Kardashian, Millionaire Cops and the 1% Written by Peter Diekmeyer (CLICK FOR ORIGINAL)   Recent reports suggest that Kim Kardashian is pulling back from social media, in the wake of a reported $10 million robbery of her jewelry by Paris assailants.   The move, which according to sister Kourtney, is being made “just [to] make sure we’re protected as well as possible,” illustrates a lesson the nouveau riche often learn the hard way: it generally pays to be discrete about wealth.   Consider the contrasting positions of two classes of millionaires. The first is the 1% of income earners, whose wealth has attracted increased attention in recent years.   The second is government employees with gold-plated pension plans, often worth millions, whose wealth generally passes unnoticed.   Dangers to the 1% Like Kim Kardashian’s jewels, the assets and incomes of the 1% have attracted enormous attention in recent years from a group far more effective at wealth appropriation than mere thieves: governments.   As Nobel laureate Joseph Stiglitz noted at a presentation in Quebec City earlier this month: “Incomes of the top 1% of the population have been growing exponentially for the past three or four decades, while those of the bottom 90% have stagnated. We have more money at the top, more people in poverty and the middle class is being eviscerated.”       Stiglitz echoes ideas of Thomas Piketty, author of Capital in the Twenty-First Century, and others, who argue that governments should tax the super-rich more, to finance public services and to flatten income inequality.   Never mind that most, if not all of the relative wealth increases that have accrued to the top 1% in recent years, are the result of the government’s own asset inflation policies. The fact that seizures of even all of the 1%’s assets would hardly make a dent in public sector debts matters little either.   Nor does the fact that most of the 1% would far prefer sound money and a more sustainable economic model than the existing debt-growth model.   What matters is that the wealth and earnings of the 1% are visible and thus a target. That means it is subject to seizure at the stroke of the pen, by any group of populist politicians looking for an easy issue.   Millionaire cops: wealth management experts Contrast the plight of the 1% with another particularly astute group of millionaires: North America’s government employees, a huge percentage of them who will retire extremely wealthy, due to the cash-in values of gold-plated pension plans, which are financed and guaranteed in large part by taxpayers.   One example: according to a government web-site, a Quebec Provincial Police officer, who retires at age 55, with 30 years of service, will take in nearly $50,000 a year in benefits. If he collects during his 25+ years in life expectancy, he’ll rake in cool $1.25 million. After that his spouse will collect survivors’ benefits. And that is for a lowly beat cop. Higher ranking public sector officials collect far more.   The key is that those millionaire government employees, collect their wealth quietly, without attracting public notice. Often their salaries are far lower than they appear, because the present value of their future pension benefits are excluded.   Governments also gain, because they can increase public sector workers’ pay (and their own salaries), without recording the expenses, merely by boosting future pension benefits, rather than paying them through more visible salary increases.   The takeaway for investors   There are key lessons in the plights of Kim Kardashian, the 1% and the millionaire cops, for ordinary savers too.   In a debt-fueled economy, in which the US Federal Reserve estimates that 46 percent of Americans are so tapped out they couldn’t come up with $400 bucks to cover an emergency expense, it probably pays to keep quiet about any hard, moveable, assets.   In addition, assets which fewer people know about - like gold-plated government pension plans - have sustainable preservation characteristics, which are hard to ignore during tough economic times.       Please email with any questions about this article or precious metals HERE           Kim Kardashian, Millionaire Cops and the 1% Written by Peter Diekmeyer (CLICK FOR ORIGINAL)

19 октября, 08:37

А Керри промахнулся!

Говорят, кого Бог хочет наказать за высокомерие и гордыню, тот неожиданно промахивается. Недавно это произошло с госсекретарём США Джоном Керри: он неожиданно признался, сразу после того, как собственноручно подписал Соглашение по урегулированию в Сирии с Россией, что его обманули в сирийских делах. Свежее подписанное Соглашение было выкинуто Керри в мусорную корзину… А обманул его, видимо, глава МИД России Сергей Лавров, или его всё же Бог наказал?

14 апреля, 23:21

Стиглиц: что не так с отрицательными ставками?

За лауреатом Нобелевской премии Джозефом Стиглицем уже давно закрепилось амплуа скептика, который ни при каких условиях не согласится с тем, что мировая экономика стала восстанавливаться после кризиса 2008 года.

08 февраля, 17:29

Что тормозит мировую экономику?

НЬЮ-ЙОРК – В 2015 году, семь лет спустя после глобального финансового кризиса, разразившегося в 2008-м, мировая экономика продолжала балансировать на грани. По данным доклада ООН «Мировая экономическая ситуация и перспективы 2016 года», средние темпы роста экономики в развитых странах после кризиса …

05 октября 2015, 16:20

США удалось достичь крупнейшего торгового соглашения за 20 лет

Представители США и 11 государств Тихоокеанского пояса достигли соглашения по договору о Транстихоокеанском партнерстве. Как отмечает Bloomberg, эта договоренность является крупнейшей для США за последние 20 лет

15 мая 2015, 18:05

Стиглиц: Обама продвигает захват мира корпорациями

По мнению известного американского экономиста Джозефа Стиглица, договоры о свободной торговле со странами Европы и Азией, которые пытается продвигать администрация Барака Обамы, ставят частные корпорации выше государственного регулирования.

22 августа 2014, 02:12

Стиглиц: Аргентина стала жертвой фонда-стервятника

  Курс валюты национальной валюты Аргентины продолжает стремительно обесцениваться. Курс песо по отношению к доллару США снизился на 3,2% до рекордно низкого уровня 14 песо за доллар.  Аргентина на грани дефолтаПричиной такой динамики песо послужил "технический" дефолт Аргентины по своим долгам. Напомним, Аргентина оказалась в состоянии дефолта второй раз спустя 13 лет. В 2001 г. Аргентина оказалась не в состоянии выплатить долги кредиторам на общую сумму порядка $95 млрд, объявив рекордный дефолт в мировой истории. Экономика страны оказалась в достаточно затруднительном положении, даже не смотря на то, что фактически у Аргентины были средства для выплаты кредиторам. На взгляд, лауреата Нобелевской премии Джозефа Стиглица, фонды-хищники пытаются заработать на том, что Аргентина оказалась в крайне затруднительном положении из-за крайне спороного судебного решения. Об этом Стиглиц пишет в своем материале, опубликованном на портале Project Syndicate. В 2005 и 2010 гг. Аргентина предлагала инвесторам обменять старые долговые бумаги на новые с дисконтом от 75% до 79%. Более 92% кредиторов Аргентины согласились на потерю 25-29 центов за доллар от инвестиций. Однако группа инвесторов во главе с хедж-фондом Elliott Management Corp. стала отстаивать свои интересы в судах Ранее окружной судья США Томас Гриза обязал Bank of New-York Meloon отослать обратно платеж Аргентины в размере $539 млн в счет процентов по реструктурированному долгу. Американский суд постановил первым делом расплатиться по долгам c "несогласными", то есть с теми, кто не пошел на реструктуризацию долга. "Средства массовой информации назвали это дефолтом Аргентины, но хэштег твиттере #Griesafault был гораздо точнее. Аргентина выполнила свои обязательства перед своими гражданами и перед кредиторами, которые приняли ее реструктуризацию. Судья Гриза, однако, предпочитает ростовщическое поведение, угрожает функционированию международных финансовых рынков, и пренебрегает основным принципом современного капитализма: неплатежеспособные должники должны начать новую жизнь", - отмечает Стиглиц.  Стиглиц о фондах-стервятникахДля Аргентины, путь к ее дефолту 2001 года начался с раздутия ее суверенного долга в 1990-х годах, который произошел наряду с неолиберальными экономическими реформами “Вашингтонского Консенсуса”, кредиторы которого верили, что обогатят страну. Эксперимент провалился, и страна пережила глубокий экономический и социальный кризис, с рецессией, которая длилась с 1998 по 2002 года. К концу года, с рекордом в 57,5% аргентинцев были в нищете, а уровень безработицы взлетел до 20,8%. Аргентина реструктировала свой долг в двух турах переговоров, в 2005 и 2010 году. Более 92% кредиторов приняли новую сделку, и получили биржевые бонды и индексированные по ВВП облигации. Это хорошо сработало, как для Аргентины, так и для тех, кто принял реструктуризацию. Экономика выросла, поэтому облигации, индексированные по ВВП полностью себя оправдали. Но так называемые инвесторы-стервятники увидели возможность заработать еще больше. Стервятники не были ни долгосрочными инвесторами в Аргентине, ни оптимистами, которые верили в то, что политика Вашингтонского Консенсуса сработает. Они были просто спекулянтами, которые налетели после дефолта 2001 года и скупали облигации за долю от их номинальной стоимости у паникующих инвесторов. Затем они подали в суд на Аргентину, чтобы получить 100% от этой стоимости. NML Capital, дочерняя компания хедж-фонда Elliot Management, во главе с Полом Сингером, потратила $48 млн на облигации в 2008 году; благодаря решению Гризы, NML Capital должны сейчас получить $832 млн -это возврат более 1600%. Цифры настолько высоки отчасти потому, что хищники стремятся заработать прошлый интерес, который, для некоторых ценных бумаг, включает в себя страновой риск – предлагалась более высокая процентная ставка, когда они были выпущены, чтобы компенсировать большую вероятность дефолта. Гриза констатировал, что это было разумно. Хотя, с экономической точки зрения, это не имеет никакого смысла. Когда страна платит страновой риск по своим долгам, это означает, что дефолты возможны. Но если суд решит, что страна всегда должна погашать свой долг, нет никакого риска дефолта, чтобы его компенсировать. Погашение на условиях Гризы опустошило бы экономику Аргентины. NML Capital и другие стервятники составляют лишь 1% кредиторов, но получат в итоге $1,5 млрд. Другие несогласные (6,6% от общего количества кредиторов) получили бы $15 миллиардов. И, так как реструктуризацией долга предусмотрено, что все кредиторы, которые приняли это могут потребовать те же условия, какие получают те, кто не согласились с реструктуризацией в 2005 и 2010 годах. В результате Аргентина может оказаться на крючке в еще $140 млрд. Таким образом, каждый аргентинец будет должен больше, чем $3500 - более одной трети среднегодового дохода на душу населения. В Соединенных Штатах, применение эквивалентной пропорции, означало бы насильное принуждение каждого гражданина выплатить примерно $20000 - все, для того, чтобы набить карманы некоторых миллиардеров, руководствовавшихся намерением опустошить страну. Более того, существование кредитных дефолтных свопов (англ. credit default swap, англ. CDS), создает возможность дальнейшего обогащения для хищников. CDS страхует от дефолта, покрывая финансово, если этого не делают облигации. Они могут принести существенную отдачу, независимо от того, погашаются облигации, или нет - тем самым снижая стимулы их владельцев к достижению соглашения.

08 октября 2012, 18:31

Стиглиц: эффект на экономику от действий ЕЦБ и ФРС

Центральные банки по обе стороны Атлантики в сентябре приняли чрезвычайные меры кредитно-денежной политики: долгожданное QE3 со стороны Федеральной резервной системы США и заявление Европейского центрального банка о том, что он будет скупать неограниченные объемы облигаций проблемных членов еврозоны. Рынки ответили эйфорией, и цены на акции в США достигли максимума после рецессии, пишет на Project Syndicate нобелевский лауреат по экономике Джозеф Стиглиц. ФРС и ЕЦБ сообщили три послания, которые должны были предоставить передышку рынкам Некоторые, особенно с политическим правым уклоном, опасались, что недавние меры денежно-кредитной политики подстегнут инфляцию в будущем и поспособствуют необузданным государственным расходам.В действительности, как опасения критиков, так и эйфория оптимистов, являются необоснованными. Сегодня, с такими большими неиспользуемыми на полную мощность производственными мощностями и столь мрачными ближайшими экономическими перспективами, риски серьезной инфляции минимальны.Тем не менее действия ФРС и ЕЦБ сообщили три послания, которые должны были предоставить передышку рынкам. Во-первых, они говорили, что предыдущие действия не сработали, более того, что крупнейшие центральные банки несут большую часть вины за кризис. Но их способности по исправлению этих ошибок ограничены.Во-вторых, заявление ФРС о том, что она будет держать процентные ставки на чрезвычайно низком уровне до середины 2015 г., подразумевает, что она не ожидает восстановления в ближайшее время. Это должно стать предупреждением для Европы, чья экономика сейчас гораздо слабее, чем американская.Наконец, ФРС и ЕЦБ сообщили, что рынки быстро не восстановят полную занятость самостоятельно. Нужен стимул. Он должен стать ответом тем в Европе и Америке, кто призывают к прямо противоположному ‑ дальнейшей жесткой экономии.Но стимул, который нужен ‑ по обе стороны Атлантики, ‑ это финансовый стимул. Денежно-кредитная политика оказалась неэффективной, и большая ее часть вряд ли сможет вернуть экономику к устойчивому росту.В традиционных экономических моделях повышенная ликвидность приводит к увеличению кредитования, в основном инвесторов, а иногда и потребителей, тем самым увеличивая спрос и занятость. Но рассмотрим случай Испании, где так много денег наводнило банковскую систему и продолжает наводнять, по мере того как Европа говорит о реализации общей банковской системы. Просто добавляя ликвидность и продолжая нынешнюю политику жесткой экономии, нельзя возродить испанскую экономику.Также в США мелкие банки, которые в основном финансируют малые и средние предприятия, были проигнорированы. Федеральное правительство – во времена как президента Джорджа Буша, так и Барака Обамы – выделило сотни миллиардов долларов, чтобы поддержать мегабанки, позволяя при этом сотням таким критически важным, менее крупным кредиторам обанкротиться.Но кредитование бы не работало, даже если бы банки были здоровы. В конце концов, малые предприятия полагаются на залоговые кредиты, а стоимость недвижимости ‑ основная форма залога – все еще на треть ниже докризисного уровня. Кроме того, учитывая величину избыточных активов в сфере недвижимости, снижение процентных ставок не сильно поможет восстановлению цен на недвижимость, тем более раздутию еще одного потребительского пузыря.Конечно, не стоит исключать маргинальный эффект: небольшие изменения в долгосрочных процентных ставках от QE3 могут привести к небольшому росту инвестиций; некоторые богатые воспользуются временно высокими ценами на акции, чтобы потреблять больше; и некоторые домовладельцы смогут рефинансировать свои ипотечные кредиты, а меньшие выплаты также позволят им повысить свой уровень потребления.Но большинство богатых знают, что временные меры приводят лишь к мимолетным всплескам цен на акции, чего вряд ли достаточно, чтобы поддержать неудержимое потребление. Кроме того, доклады свидетельствуют о том, что лишь немногие из преимуществ снижения долгосрочных процентных ставок просачиваются до домовладельцев; основными бенефициарами, по-видимому, являются банки. Многие, кто хотят рефинансировать свои ипотечные кредиты, по-прежнему не могут этого сделать, поскольку они "находятся под водой" (имея долг по своей ипотеке выше, чем стоит залоговое имущество).В других обстоятельствах США могли бы выиграть от ослабления обменного курса, что следует из более низких процентных ставок. Это своего рода конкурентная девальвация "разори своего соседа", что произойдет за счет торговых партнеров Америки. Но, учитывая более низкие процентные ставки в Европе и глобальное замедление экономического роста, прибыль, вероятно, будет малой даже здесь.Некоторые беспокоятся, что свежая ликвидность приведет к худшим результатам, например сырьевому буму, который будет действовать наподобие налога на американских и европейских потребителей. Пожилые люди, которые были разумными и держали свои деньги в государственных облигациях, получат более низкие доходы, что приведет к дальнейшему сокращению их потребления. И низкие процентные ставки будут стимулировать фирмы, которые действительно делают инвестиции, приобретать в качестве основного капитала машины высокой степени автоматизации, обеспечивая, тем самым то, что, когда придет восстановление, оно будет относительно безработным. Короче говоря, выгода, в лучшем случае, небольшая.В Европе у денежной интервенции больший потенциал для помощи, но с таким же риском усугубить положение. Чтобы развеять беспокойство по поводу расточительности правительств, ЕЦБ встроил условия в свою программу скупки облигаций. Но если условия действуют как меры жесткой экономии ‑ введенные без значительных сопутствующих мер роста, ‑ они будут больше похожи на кровопускание: пациент должен рисковать жизнью, прежде чем получить подлинное лекарство. Из страха потерять экономический суверенитет правительства будут неохотно обращаться за помощью к ЕЦБ, и только когда они будут обращаться, будет какой-нибудь реальный эффект.Для Европы есть и дополнительный риск: если ЕЦБ слишком много внимания будет уделять инфляции, в то время как ФРС пытается стимулировать экономику США, разницы в процентных ставках приведут к более сильному евро (по крайней мере относительно того, каким бы он был в противном случае), подрывая конкурентоспособность Европы и перспективы ее роста.Для Европы и Америки опасность состоит теперь в том, что политики и рынки считают, что денежно-кредитная политика может оживить экономику. К сожалению, ее основное воздействие в этой ситуации состоит в отвлечении внимания от мер, которые бы по-настоящему стимулировали экономический рост, в том числе экспансионистской налогово-бюджетной политики и реформ финансового сектора, которые увеличивают кредитование.Нынешний спад, который продолжается уже половину десятилетия, не закончится в ближайшее время. Это то, о чем в двух словах говорят ФРС и ЕЦБ. Чем скорее наши лидеры признают это, тем лучше.