14 августа, 20:55

Разоблачена еще одна ложь «святой» эпохи Ельцина: останки царской семьи - подложны

Хорошо помню истерию, царившую в то время вокруг этих останков. Ситуация была настолько сомнительной, что даже Ельцин не хотел признавать подлинность останков и устраивать пляски на костях, склоняясь к мнению РПЦ и персонально Алексия II (адекватность позиции которых в материале показана очень хорошо).Однако ситуацию переломило письмо тогдашнего "прораба демократии" Дмитрия Лихачева, который емко и убедительно показал политические выгоды от политического фарса. Сыграла свою роль и активность первого вице-премьера Немцова.В результате активного давления демократов был раскручен новый виток мракобесия, плоды которого Россия пожинает сейчас в виде канонизации богохульника (ибо сознательное отречение от помазания Божиего есть именно богохульство), доведшего страну до революции, массовых истерик по поводу несуществующих фильмов и рассказов о мироточении металлического бюста, что невозможно с физической точки зренияПодробнее на https://delyagin.ru/articles/187-pozitsija/54597-razoblachena-eshhe-odna-lozh-svjato-jepokhi-el-tsina-ostanki-tsarsko-sem-i-podlozhny

Выбор редакции
09 августа, 22:04

Навстречу 20-летию!

19 лет назад, 9 августа 1999 г., Борис Ельцин назначил Владимира Путина председателем правительства России и назвал своим преемником. Как оказалось, это решение определило весь ход последующей истории России. Да и мира. Вплоть до сегодняшнего дня.

Выбор редакции
08 августа, 07:08

Что делать с Ельциным, государственным преступником №1?

Или почему мне нравится то, что происходит в Армении?В Армении заводятся дела на прежних руководителей страны, допустивших нарушения закона. И это очень хорошо, я считаю, так как только ответственность власти перед народом и законом может гарантировать стране недопущение нарушений закона в будущем. Как говорится если абсолютная власть развращает абсолютно властную личность, то нарушения законов этой личностью лишает страну и народ будущего. И за такие нарушения лицо, облаченное властью должно караться беспощадно после сложения с нее полномочий. Пока же в России этого нет, что отлично видно на примере судьбы Ельцина, государственного преступника №1 в нашей истории. Вот только краткий список его преступлений:1. Разрушение СССР вопреки законам СССР и воле народа, проявленной на референдуме.2. Полномасштабное ограбление народа экономическими методами с 1992 года.3. Разгон законного и демократически избраного парламента путем вооруженного переворота и расстрела граждан России в 1993 году.4. Разграбление общенародной собственности через приватизацию.5. Война в Чечне и массовое убийство там российских граждан.6. Грубые нарушения закона при переизбрании на второй срок в 1996 году.7. Дефолт и ограбление народа в 1998 году.9. Геноцид населения России экономическими методами с 1992 года, унесший с тех пор порядка 13-14 миллионов жизней и на целое поколение убивший рождаемость населения, что будет аукаться стране еще десятки лет и несколько поколений.10. Нарушения закона при передаче власти в 1999-2000 году.Но выбранный преступником Ельциным преемник продолжает его политику, а память преступника Ельцина увековечивает через памятники, музеи, названия улиц библиотек, ВУЗов и пр.Потому мне нравится, то, что происходит в Армении и очень не нравится то, что происходит в России, продолжающей идти путем преступника Ельцина, вместо переосмысления и осуждения его преступной деятельности.

Выбор редакции
06 августа, 18:13

Д.Травин: «Я – бенефициар системы»

Возможно, под влиянием продолжающегося голосования, спровоцированного необычным утверждением Д.Травина о А.Собчаке (промежуточные результаты – 18 к 82), мое внимание привлекли к его разговору с П.Усановым на недавней конференции Института Хайека.2:49:00 – 2:50:10:П.Усанов: Ты согласен с тем, что те самые реформаторы, о которых ты говоришь, фактически являются участниками и бенефициарами во многом нынешней административной модели политики, экономики и вообще в целом иерархической системы? Они в нее так или иначе вписались... в целом... эти люди в известном отношении виновны в том пути развития, по которому мы сейчас идем?Д.Травин: Ну это концепция Илларионова, которую он сейчас развивает. Опять же и да и нет. Ну, Илларионов – бенефициар. Два раза был советником, сначала – премьера, потом – президента. Еще какой бенефициар! И я – бенефициар. Мне сегодня живется гораздо лучше, чем когда я был...П.Усанов: Нет-нет, в смысле – часть системы, часть системы. Часть элит.Д.Травин: И я – часть системы. А, что, я – не часть системы?П.Усанов: Административного аппарата? Ты возглавляешь крупный банк?...Нельзя не отметить отваги Дмитрия Яковлевича, публично признающего себя частью и бенефициаром нынешней политико-экономической системы.В том же, что касается моей персоны, то он, естественно, неправ.Прежде всего он подменяет понятия, давая два качественно различных ответа на один и тот же вопрос: в одном случае он говорит о бенефициаре системы – по факту давно закончившейся работы в госаппарате («был советником»), во втором – о бенефициаре состояния («сегодня живется гораздо лучше»).Бенефициарами состояния теоретически можно назвать всех (большинство) граждан страны, в том числе и не причастных к государственному аппарату (если допустить, что конкретные действия властей привели в целом к улучшению ситуации в стране). Также и проигравшими можно назвать всех (большинство) граждан страны (если принять, что действия властей привели в целом к ухудшению ситуации в стране).В отличие от этого к бенефициарам политико-экономической системы в принципе можно отнести лишь тех, кто имел (имеет) непосредственные контакты с этой самой системой, кто получал (получает) от нее какие-то «бенефиты». «Бенефициар» («выгодоприобретатель») системы – это получатель либо денежных платежей (зарплат, дотаций, субсидий, грантов, иных выплат и т.п.), либо неденежных привилегий, обусловленных особым (близким) положением получателя к источнику ограниченных (дефицитных, регулируемых, находящихся в монопольном распоряжении) ресурсов (ценных бумаг;  движимого и недвижимого имущества; позиций в государственном аппарате, в государственных или полугосударственных компаниях, общественных фондах, комитетах; привилегированного доступа к средствам массовой информации и т.п.).Автор данных строк действительно работал советником и премьер-министра (в 1993-94 гг.) и президента (в 2000-05 гг.). В то время он действительно получал денежные платежи в виде заработной платы.Однако, как я уже отмечал ранее, никаких других денежных или неденежных ресурсов «во время своей работы в администрации президента России я не получал, я также не приобретал в свою собственность какой-либо недвижимости – квартир, дач, земельных участков; не получал и не приобретал в свою собственность какого-либо государственного имущества (например, автомобилей). За время своей работы в администрации президента России я не получал из государственных или частных источников каких-либо дотаций, грантов, кредитов и т.п. Несмотря на многочисленные предложения я не участвовал в каких-либо бизнес-проектах или бизнес-операциях. Несмотря на отсутствие в то время соответствующего запрета я отклонил все предложения занять какие-либо посты в советах директоров и наблюдательных советах государственных и иных компаний...После моего ухода из администрации президента России 27 декабря 2005 г. и получения в ней итогового расчета я не получал от администрации, каких-либо представителей Кремля, органов государственной власти России каких-либо денежных средств, имущества, недвижимости.Акций, облигаций, других ценных бумаг не имею.В операциях на рынке ГКО не участвовал».Тем не менее есть несколько весьма специфических «бенефитов», действительно полученных мною от нынешнего политического режима, какие в связи с затронутой темой было бы несправедливо не упомянуть:1. С июля 2004 г. и до моего увольнения с поста советника Президента 27 декабря 2005 г. моя заработная плата была снижена на треть бывшим тогда руководителем администрации Д.Медведевым за систематические нарушения мною его запрета на свободное общение с журналистами. Таким образом, в течение последних 18 месяцев работы в администрации президента моя фактическая зарплата составляла примерно две трети от официально назначенной. Кажется, это единственный случай такого рода в истории администрации президента.2. С того же июля 2004 г. и по сей день моя фамилия находится в т.н. «черном списке» федеральных телеканалов, запрещающем им мое участие в каких-либо телепрограммах.3. В 2007 г. моя фамилия была также включена в подготовленный прокремлевскими авторами т.н. «список 12 главных врагов Путина».Безусловно, полученные мною «бенефиты» существенно уступают тем «наградам», которыми режим «удостоил» многих лидеров и активистов российского либерально-демократического движения, в т.ч. Г.Старовойтову, С.Юшенкова, Ю.Щекочихина, А.Политковскую, М.Салье, Б.Немцова.В отличие от них судьбы главных (наряду с Б.Ельциным) создателей нынешнего политико-экономического режима – Е.Гайдара и А.Чубайса – сложились иначе. Нынешний режим не только не тронул ни одного, ни другого, но, более того, он по достоинству оценил работу обоих «отцов-основателей»:- Е.Гайдар при жизни получил освобождение своего института от всех налогов и платежей, а после смерти – запрет на критику в государственных СМИ, исключительно позитивное освещение его «жизни и деятельности», а также президентский Указ о государственном увековечивании его имени;- А.Чубайс получил спасение от многочисленных уголовных преследований, а также государственную компанию с фактически неограниченным бюджетным финансированием.Следует также заметить, что автор данных строк в последние годы избирался членом Координационного совета российской оппозиции, а также членом постоянного комитета Форума свободной России. Обе общественные организации находились и находятся под жесточайшим давлением со стороны нынешнего режима, многие члены КС были репрессированы, один из них был убит недалеко от Кремля, большинство членов ПК ФСР из-за преследований со стороны режима были вынуждены покинуть Россию.В свою очередь, Дмитрий Яковлевич Травин последние 6 лет является членом Комитета гражданских инициатив А.Кудрина, организации, за это время не испытывавшей на себе никакого давления со стороны нынешнего режима, наслаждающейся устойчивым финансовым положением, организации, члены которой (слава богу) не подвергались репрессиям, они не только не были вынуждены покидать Россию, но и имели и имеют свободный доступ к российским СМИ, включая и государственные телеканалы, предоставляющие исключительно благожелательное освещение деятельности КГИ; руководитель же этой организации недавно получил высокую должность в той самой политико-экономической системе, частью и бенефициаром которой не стесняется называть себя Дмитрий Яковлевич.

Выбор редакции
29 июля, 15:22

Ельцин в Башкирии

Интересная подборка выступлений Ельцина во время его визита в Башкирию в августе 1990 года.Собрана журналистом Азаматом Саитовым.Ближе к середине есть и заявления в духе "Если Башкирия или любая другая автономная республика объявит суверенитет, то Ельцин и Ко признают этот суверенитет".Также порадовали обещания, что "население на любой территории будет само решать не референдуме, строить на своей территории производство или не строить". Стоит отметить и обещания "Отказаться от всех благ и привелегий"., с учетом последующих событий. Ну а в целом - сборник самой отъявленной демагогии и популизма, которые привели к развалу страны и кровавым последствиям.

Выбор редакции
25 июля, 18:59

Как Ельцин позорил нашу страну

Чем дольше мы от ельцинского времени, называемого сейчас не иначе, как "лихие 90-е", тем больше всплывает фактов об этой однозначно отвратительной личности, сделавшей столько плохого для нас, россиян и остальных народов бывшего СССР, что он достоин награждения орденом Гитлера, если бы таковой был.Предлагаю вашему вниманию подробности его поездки в США в качестве президента РФ.Ельцин тогда впервые в жизни выехал дальше Московской области – и сразу в США! В 1992 году он был в блестящей физической форме: этакий пышущий здоровьем спортсмен и неуемный, безостановочный пьяница.Веня рассказывал, что как только они сели в самолет, подошла девушка с тележкой, и Ельцин сразу начал пить.Тут уместно вспомнить один анекдот: «Русский впервые отправляется за границу. Садится в самолет компании „Бритиш Эйруэйз“. Появляется стюардесса с тележкой и говорит: „Виски, джин, коньяк, водка, сэр?“ Он поднимает на нее глаза и отвечает: „Нет бабок!“ Она: „Эскьюз ми, виски, коньяк, шампань?“ Он: „Я сказал, нет бабок!“ Стюардесса немного говорит по-русски, но не понимает, в чем дело, и бежит в кабину к пилоту: „Я не знаю, чего хочет русский, но зафиксировала выражение „нет бабок“. Пилот связывается с Россией, находит переводчика в российском аэропорту, и тот объясняет, что такое бабки. Пилот переводит стюардессе и говорит, что надо отвечать. Она снова появляется с тележкой, подходит к русскому пассажиру и говорит: „Виски, коньяк, шампань, сэр“. Он опять: „Нет бабок!“ И тогда стюардесса ему отвечает: „Так на халяву, сэр!““И вот Ельцин на халяву прикончил половину тележки. И это еще только в самолете! Он не сомкнул глаз во время полета и, испытывая потребность общаться с окружением, буквально заколебал всех своими рассуждениями и разговорами!Когда прилетели в Вашингтон, Ельцин просто лыка не вязал. Его доставили в гостиницу, и он тут же заснул.Все были просто счастливы.Ельцин проспал до половины второго ночи, потом проснулся, выпил все, что было в мини-баре его номера, и пошел по коридору, барабаня кулаком во все номера, где спали члены делегации.– Вы что спите! – орал он в коридоре гостиницы. – Мы же в Америке! Разве можно спать в Америке? У кого водка есть?Ну, естественно, все проснулись и принесли Ельцину все спиртное, которое было. И попойка продолжалась с половины второго до половины восьмого утра.А утром должен был состояться первый деловой завтрак, на который были приглашены избранные американские бизнесмены с женами – Сорос, один из Рокфеллеров, Чарльз Кох, Уоррен Баффет и др. В общем, очень крутая публика.Вы прочли 20% статьи. Полностью можно прочесть на Дзен.

Выбор редакции
24 июля, 13:38

Запрос на диктатуру из 1989 г.

Резонансное интервью, данное Георгию Целмсу и опубликованное в «Литературной Газете» 16 августа 1989 г.И.Клямкин, А.Мигранян. Нужна железная рука?Корр. Если судить по вашим выступлениям в различных аудиториях и отчасти в печати, вы последовательно высказываетесь за усиление личной власти лидера государства в момент перестройки. Значит ли это, что вы сторонники авторитарного режима?А.Мигранян. Признать объективную необходимость усиления власти при переходе от тоталитарного режима к демократии вовсе не значит быть в восторге от авторитаризма. Но коли переход к демократии — и в этом я глубоко убежден — лежит только через это...И.Клямкин. Вообще мы сегодня много говорим о демократии, но ни слова о путях перехода к ней. Говорим о проблемах рынка и молчим о путях перехода от нетоварного хозяйства к товарному, от одномерного общества к многомерному. А в этом переходе как раз и есть проблема проблем.Такой переход может быть осуществлен только системно. С этим вроде никто не спорит, но системность перехода понимается весьма абстрактно. Вот, мол, есть одна система, одна модель социализма (сталинская), для которой характерен командный способ управления хозяйством, формально-показная демократия и «монолитное единство» в идеологии. Эту систему надо заменить другой, в которой экономическим, хозрасчетным отношениям будет соответствовать плюрализм в политике (демократическое представительство интересов) и в духовной сфере. Все это настолько же бесспорно, насколько и бессодержательно. Примерно на таком же уровне видит проблему и обыденное сознание. У огромной массы народа нет четкой демократической альтернативы. Есть неприятие существующего, отталкивание от него. Есть рассуждение типа: «На Западе хорошо, нам надо бы, как на Западе». Но западные демократии складывались веками...М. Во Франции, например, потребовалось два столетия и неисчислимое количество революций, диктатур, охлократий, смен монархических форм правления на республиканские и обратно. Почти двести лет ушло на то, чтобы подготовить к демократии социально-классовую структуру, национальный характер, выработать соответствующую политическую культуру.К. На Съезде народных депутатов СССР «демократическое меньшинство» требовало немедленной и полной демократии. Что ж, это понятно, депутаты повязаны своими избирателями, логикой стихийного движения, которое, отталкиваясь от тоталитаризма, устремляется в противоположную сторону. К демократии. Но при этом демократия понималась как некая негативная проекция того же самого тоталитаризма. Подобное Гегель обозначал как метафизическое отрицание. Вот, казалось бы, чрезвычайно привлекательна позиция Сахарова. Но ведь это лишь некий нравственный ориентир общества, его идеал. Мы же говорим о путях перехода. И новые выборы, и Съезд, и недавняя сессия нового парламента показали, что очень большие массы общества переросли прежние структуры, но... исторически не вросли еще в нечто принципиально иное. Ни одной новой структуры, способной заменить старые, не зародилось. В этом кризисность и опасность современной ситуации.Корр. А разве Съезд народных депутатов — не свидетельство зарождения такой структуры?М. «Вся власть Советам!» — хороший лозунг. Но сегодня съезд не может взять всю власть. И не только потому, что этому противостоит партаппарат. Он в принципе взять власть не может. Дело в том, что мы не имеем так называемого гражданского общества. То есть общества, отчлененного от государства. В итоге у нас и государства-то реального нет.Корр. ??М. Ну в том смысле, что раз нет гражданского общества, то есть нет расслоенных групп — носителей выраженных интересов, соответственно нет и институализации или канализации этих интересов, что послужило бы основой реального государства. Вот и получается, как сказал Андрей Дмитриевич Сахаров, мы начинаем строительство нового государства с крыши. Емельянов же говорил: народ выше партии, Съезд народных депутатов выше съезда партии, Верховный Совет выше ЦК, и потому власть надо передать именно сюда, переместить всю полноту власти от партийных структур к государственным. Но беда в том, что, пока, как я уже говорил, мы не имеем реального государства, перемещать некуда. На Западе один известный политолог написал: «Гласность против перестройки». Я бы сказал иначе: демократия против перестройки.Корр. А разве демократия не цель и не средство перестройки?М. Весь путь мировой цивилизации показывает, что модернизация режимов, подобных нашему, совершалась асинхронно. Сначала шла модернизация в духовной сфере (у нас это уже отчасти произошло), затем модернизировалась экономика, то есть вызревали реальные интересы в обществе и происходила дифференциация форм собственности. Так образовалась некая горизонтальная структура — «гражданское общество». И тогда, только тогда осуществлялось изменение политической системы, закрепление в ней представительств реальных интересов.Корр. Разве недавние трагические события в Китае не показывают нам, как опасно реформировать экономику, ничего не меняя в политической системе?М. Да, опасно запаздывать при переходе к следующему этапу. Трагедия в Китае это хорошо иллюстрирует. Там опоздали с проведением политических реформ... Всякая аналогия условна, но я сошлюсь на реформу Александра II, итог которой, как мне кажется, подкрепит мою мысль. Я категорически не согласен с Гавриилом Поповым, который считает половинчатость, робость реформы Александра причиной трех русских революций. Думаю, что его бессмысленное убийство, которое, как известно, привело к наступлению реакции, не позволило в итоге подключить к политической сфере конфликтующие интересы. А ведь только это могло послужить их гармонизации. Вот и начался конфликт за конфликтом.К. Здесь я с Андраником совершенно не согласен. Переход от дотоварной экономики к товарной, к рынку никогда и нигде, ни у одного народа не осуществлялся параллельно с демократизацией. Политическим переменам всегда предшествовало более или менее длительное господство авторитарных режимов. Это подтвердила вся мировая практика и XVII, и XX веков. Возьмем Англию, Францию, Испанию, Португалию, страны Латинской Америки. Абсолютистский режим создавал национальный рынок. При этом всегда возникали острейшие противоречия, гигантские центробежные силы. Если режим с ними не мог справиться, ему на смену приходил новый авторитарный режим бонапартистского типа, который решал те же самые задачи. Но уже более жестко. Наполеон — это ведь не только диктатура, но и «кодекс Наполеона» (правовая реформа), закрепление прав собственности, развитие рынка. То есть он железной рукой создавал условия для согласия, гармонизации.М. Наше общество вроде бы должно считаться индустриальным. Но в силу одномерности нашей экономики мы ближе, я думаю, к так называемым традиционным обществам. Поэтому нам следует оглядываться на соответствующие страны. На их переход. Нигде, ни в одной стране ни разу не было прямого перехода от тоталитарного режима к демократии. Существовал обязательный промежуточный авторитарный период.Корр. Признаюсь, в моем сознании «тоталитарный» и «авторитарный» режимы — синонимы...М. Кратко их разведу. Без этого не прояснить своей позиции. При тоталитарных режимах исчезает грань между политической и неполитической сферами жизни (языкознание, например, становится политикой). Абсолютно вся жизнедеятельность общества оказывается регламентированной. Во всем требуются единогласие и единомыслие. Власть на всех уровнях формируется по закрытым каналам. Авторитарный же режим, хотя и концентрирует всю власть в одних руках, допускает размежевание и даже поляризацию сил и интересов. При этом не исключаются определенные элементы демократии — выборы, парламентская борьба. Правда, все это строго регламентируется. При авторитарном режиме общество расслаивается и вызревают различные интересы. И вот в тот момент, когда носители их готовы кинуться друг на друга, чтобы перегрызть глотку, «сильная рука» не допускает этого. Так постоянно создаются условия для гармонизации интересов, а значит, для демократических реформ. Прыжок через исторический этап никому еще не удавался.К. Если мы претендуем на параллельность экономических и политических реформ, значит, мы не знаем (не хотим знать) всего мирового опыта. Или же опять претендуем на особую роль в истории, на исключительность. Хорошо известно, куда подобные претензии завели.Корр. И все-таки корректно ли сравнивать нас с «традиционным обществом»? Мы ведь осуществляем перестройку в эпоху НТР. Всеобщая грамотность населения тоже отличает нас от «традиционных обществ». Можно назвать и другие качества, доказывающие наличие особых условий перехода.К. Согласен, плюсы есть. Но есть и значительные минусы. Ни одна из названных нами стран не осуществляла перехода при полном уничтожении рынка, при тотальном огосударствлении экономики. И сегодня мы начинаем движение, скажем, к рынку с помощью государства, которое исторически утвердилось, разрушив рынок дотла. Мы хотим также, чтобы партия, провозгласившая, что она руководствуется делом, которое выше денег, теперь бы с энтузиазмом стала внедрять рынок... Никто, даже страны соцмира, не начинали своего перехода с этой точки. В Венгрии, например, не было такой коллективизации, как у нас. В Китае тоже сохранилось крестьянство. Там не успели подрубить и выкорчевать все корни. У нас же три поколения жили в представлении, что наша форма собственности всегда и во всем превосходит частную собственность. Предприимчивость сохранилась разве что в нелегальной экономике. Словом, мы начинаем с нуля.М. Именно потому, что, повторюсь, у нас нет гражданского общества даже в зародыше, я был вообще против Съезда. Ведь он, кроме иллюзий демократии, ничего реального дать не мог. Объективно не мог, а вовсе не из-за «козней аппаратчиков». Иллюзии же вещь опасная. Они порождают разочарование и в конечном счете ведут к дестабилизации общества, что мы уже наблюдали, и, увы, это нам еще предстоит наблюдать. Впрочем, Съезд имел бы смысл лишь при одном условии. Если бы он признал: страна в кризисе, экономика в развале, социальная ситуация катастрофическая, межнациональные отношения зашли в тупик...Корр. Но именно это Съезд и признал...М. Я не закончил мысль. Исходя из этого признания, Съезд, на мой взгляд, должен был вручить мандат президенту на особые, чрезвычайные полномочия. И дать ему возможность сформировать Комитет национального спасения, прекратив, понятно, на это время действие всех остальных институтов власти. Меня тут легко обвинить в пристрастии к диктатуре. Да, я в настоящий момент за диктатуру, за диктатора. Но лучше диктатура персонифицированная, чем так называемое «коллективное руководство». Конечно, главе такого комитета нужно вручить реальную программу спасения и ограничить срок его полномочий.Корр. «Чрезвычайные меры», «особые полномочия»... От таких слов холодок по коже. Диктатор ведь, став диктатором, наплюет на все ваши программы и ограничения.К. Думаю, что подобного исхода у Съезда в принципе быть не могло. На это не пошли бы ни аппаратчики, ни демократы. Для аппаратчиков голосовать за диктатора — голосовать за конец своей власти. Для демократов его поддержка — предательство собственных принципов, выступление против своих избирателей.М. Вот я и говорю, что Съезд вообще не стоило бы созывать. Гораздо лучше было бы, чтобы наш лидер получил усиление своей власти аппаратным путем. Как это было, например, в Венгрии с Яношем Кадаром и в Китае с Дэн Сяопином. Глубина национального кризиса в таких странах, как Китай, Польша, Венгрия, дала возможность сформироваться достаточно реформистски ориентированной группе, которая, придя к власти, смогла двинуть общество по пути модернизации, не прибегая к каким-то параллельным силам. Все, думаю, зависит от степени осознания высшим руководством глубины кризиса, в который зашло общество. Это и становится первичным импульсом: чувство самосохранения. Аппаратный путь явно предпочтительней. Но мы вступили на путь дестабилизации, когда дестабилизировано все — и высший эшелон, и низовые структуры. Это и есть уникальность нашей ситуации, которая меня пугает. Непредсказуемы оказались даже наши первые шаги. А в странах, о которых шла речь, и десятые, и двадцатые шаги были рассчитаны. Массы врываются в политику со своими интересами, но нет, не существует необходимого механизма, способного все это переварить и гармонизировать. Конечно, возможен и иной путь, и сразу скажу, его я боюсь меньше: консервативные силы на время прерывают процесс перестройки и вводят все в русло стагнации. Плохо, безусловно, но лучше, чем неуправляемый разгул страстей. Впрочем, можно проскочить между Сциллой и Харибдой, если идти через демократическую диктатуру, как ни странно это словосочетание звучит. Многие на Съезде наивно призывали: «Михаил Сергеевич, оставьте свой пост в партии. Будьте «детищем перестройки». Но в этом предложении была заключена гибель. И для самого Горбачева, и для перестройки. Потому что вместо усиления власти лидер-реформатор ее вообще утратил бы.К. Да, Брежневу для сохранения «статус-кво», иначе — застоя, власти было вполне достаточно. Для реформатора же, естественно, ее нужно гораздо больше. Ведь предстоит ломка и дестабилизация как наверху, так и внизу. Верхний слой, на который опирался реформатор, не заинтересован в проведении радикальных реформ, потому что он руководствуется своими корпоративными интересами. Правда, наиболее реалистичная, патриотически настроенная часть этого слоя постепенно начинает себя осознавать представителями общенациональных интересов и примыкает к реформатору. Так создается реформаторское ядро. Но процесс идет дальше, и вот уже становится очевидным: чего-то там подкрутить, поменять, перекрасить недостаточно. В этот момент лидеру-реформатору требуется дополнительная порция власти.Как ее получить? Аппаратный путь к этому сегодня вряд ли возможен. В условиях, когда страна уже раскачалась, когда появилась гласность, аппарат насторожен. Он бдит. А время меж тем не ждет, поджимает. Бездна-то рядом. Аппаратные же манипуляции могут растянуться на годы.Итак, остается единственная возможность: получить дополнительную власть от народа. То есть в данном случае демократизация нужна не для осуществления реформ, а для усиления власти лидера.Вот почему я берусь оспаривать тезис, что Съезд, мол, собирать было не нужно. Нужно было! И не для того, чтобы наделить лидера чрезвычайными полномочиями. Во-первых, это опасно. Во-вторых, как я уже говорил, никто из депутатов на это не пошел бы. И все-таки Горбачев получил на Съезде мандат представителя народа. И создание второй структуры власти увеличило его власть и возможности для политического маневра. А значит, и для проведения реформ. Все-таки законодательный орган — Верховный Совет — комплектуется особо. И это позволяет, когда нужно, противостоять аппаратным структурам. А ситуация подпирает. Корпоративные интересы начинают трещать по всем швам. Возникает настоятельная необходимость переложить ответственность (или часть ее) на общество, на новую структуру, сохранив при этом власть за собой. Пусть чуть меньшую, но еще достаточно большую.М. И все-таки остаюсь при своем мнении: Съезд не столько увеличил власть реформатора, сколько послужил увеличению дестабилизации.Корр. Я хочу вернуться к вашей изначальной мысли: перво-наперво экономическая реформа, а затем уже политическая, затем демократия. Мы ведь уже пробовали так не раз. И Хрущев, и Косыгин пытались реформировать экономику, ничего не меняя в политической системе. Да и первые годы нынешней перестройки показали: экономреформа не идет. Ее блокирует архаичная политическая система. Это первое. Ну и второе — вопрос такой я уже задавал, но ответа на него не получил: какой реформатор, став диктатором, захочет проводить реформы, ограничивающие его власть?К. Ни Хрущев, ни Косыгин и не пытались провести принципиальные экономические изменения. Ни многоукладности экономики, ни разнообразия форм собственности никто из них и в мыслях не имел. Да и власти у них для реформ, как выяснилось, оказалось мало. Но согласен: старая политическая структура мешает реформам. И ее следует демонтировать. (Такой демонтаж идет, но, увы, пока на второстепенных участках.) Однако целью демонтажа, и это надо сознавать, должно быть не развитие демократии, а усиление власти лидера-реформатора. Демократизация, как мы уже не раз говорили, вовсе не способствует реформам. Вот, допустим, реформатор выступает за введение рынка. Можно ли сделать это, опираясь на массы? Нет, конечно! 80 процентов населения его не примут. Рынок ведь означает расслоение, дифференциацию по уровню доходов. Надо очень много работать, чтобы хорошо жить.М. Рынок — это постоянная борьба, риск, возможность не только разбогатеть, но и разориться дотла.К. Вот почему в программах у лидеров, поддерживаемых массами (таких, как Ельцин, например), о рынке сказано как бы сквозь зубы. А главное: ликвидировать четвертое управление, поделить по справедливости все блага...М. Когда массы подключаются к решению серьезных вопросов, они решают их зачастую себе во вред, опираясь скорее на популистские настроения, чем на серьезные идеи. Поэтому у масс серьезному реформатору на успех рассчитывать не приходится.К. Что же касается узурпации власти, такой вариант исключить нельзя. И Луи Бонапарт, и Гитлер пришли к власти путем всенародного волеизъявления — выборов, а затем стали делать со своими избирателями все, что только хотели... И все-таки сегодня можно говорить о существовании определенных гарантий против этого. Во-первых, они заложены в самой технологии современного производства. Нынче страхом мало кого заставишь хорошо работать. Уровень технологии тре­бует от работника внутренней мотивации. Внешний, «палочный» контроль становится абсолютно неэффективен.М. Ну, и, конечно, гарантии заключены в самом факте существования нынешнего мирового сообщества. Эшелон высших руководителей должен постоянно учитывать, какое место занимает страна в системе мировых связей, каковы ее геополитические интересы. И чем дальше, тем больше. Поэтому политик, стоящий даже во главе тоталитарного государства, вынужден оперировать масштабами страны в целом, сохранять ее статус. Когда ресурсов на это не хватает, политик начинает думать, что следует изменить. Так возникает «новое мышление». Кстати сказать, в тоталитарных режимах существует разрыв между мировоззрением руководителей высшего и любого другого ранга. Те, последние, чаще всего не способны почувствовать и понять вызов мира. Поэтому они более консервативны. И между «верхом» и «низом» назревает конфликт.Неслучайно наша реформа идет сверху вниз.К. Брежнев всю внешнюю политику строил на военном паритете. Пока он удавался, внутри страны можно было ничего не менять. Но после смерти Брежнева выяснилось, что евроракеты по точности превосходят наши. И эта точность нам недоступна. Тогда, как бы вне очереди (на очереди-то был Черненко), лидером становится Андропов. Его выдвигают, потому что он способен хоть немного, но отойти от безнадежной политики Брежнева. Отход, правда, половинчатый. «Нулевой вариант» мы еще не в состоянии принять. Но все-таки перемена мышления началась, и это приводит к внутренним реформам.М. Вся история подтверждает такую схему. Поражение России, скажем, в Крымской войне, угроза ее статусу приводит к модернизации. Потерпели поначалу поражение от Наполеона — и при Александре I появляются Сперанский, Чарторыйский. Но лишь одолели Наполеона— откат назад. Если мы побеждаем старыми средствами, то укрепляется позиция, ничего менять не надо.Корр. Если признать вашу правоту и путь к демократии лежит исключительно через авторитаризм, что делать в такой ситуации демократам? Поддерживать неограниченную власть лидера? Но это ведь измена своим собственным принципам и идеалам...К. Проблема серьезная. Что делать в таких условиях мне, человеку демократических убеждений? Слиться с таким режимом? Но я не хочу с ним сливаться. Я не хочу сливаться с любым диктатором, даже если он станет таковым во благо демократии. Я хочу иметь право отстаивать свое «демократическое мнение». Критика лидера слева будет подталкивать его к более решительным мыслям и действиям. Кроме того, когда будет два фланга — левый и правый, у лидера появятся большие возможности для маневра.М. Позволил бы себе высказать и такую мысль: главная ошибка «демократического меньшинства» на Съезде заключается в том, что его выразители не дистанцировали себя от Горбачева. Сделай они это, оказали бы Горбачеву большую услугу — помогли бы ему обрести большую независимость.http://vtoraya-literatura.com/publ_388.htmlДля справки: промежуточные итоги прошедших 29 лет.1. Переходные страны, одновременно и быстро осуществившие переход от тоталитаризма к свободной политической системе (демократии) и от командной экономики к рыночной:Польша, Чехия, Словакия, Болгария, Эстония, Латвия, Литва, Монголия.2. Переходные страны, одновременно и постепенно осуществившие (осуществляющие) переход от тоталитаризма к свободной политической системе (демократии) и от командной экономики к рыночной: Венгрия, Румыния, Словения, Хорватия, Албания, Черногория, Македония, Сербия, Косово, Грузия, Украина, Молдова, Армения, Кыргызстан.3. Переходные страны, осуществившие (осуществляющие) переход от командной экономики к рыночной, в то же время твердо перешедшие к несвободной политической системе – авторитаризму (новому тоталитаризму):Беларусь, Россия, Азербайджан, Казахстан, Узбекистан, Таджикистан, Туркменистан.4. Коммунистические страны, осуществившие (осуществляющие) переход от командной экономики к рыночной (в разной степени) и не менявшие своей политической системы, т.е. сохранившие нетронутым коммунистический авторитарный (тоталитарный) политический режим:Куба, Китай, Северная Корея, Вьетнам, Лаос, Кампучия.Вывод.Таким образом, утверждения А.Миграняна и И.Клямкина о невозможности синхронности (параллельности) в проведении экономических реформ и демократизации (модернизации и вестернизации):М. Весь путь мировой цивилизации показывает, что модернизация режимов, подобных нашему, совершалась асинхронно... Нигде, ни в одной стране ни разу не было прямого перехода от тоталитарного режима к демократии. Существовал обязательный промежуточный авторитарный период. Прыжок через исторический этап никому еще не удавался.К. Если мы претендуем на параллельность экономических и политических реформ, значит, мы не знаем (не хотим знать) всего мирового опыта. Или же опять претендуем на особую роль в истории, на исключительность.последующими фактами в основном не подтвердились.Из 29 случаев проведения в переходных странах экономических и политических реформ (не считая коммунистические страны, не менявших своей политической системы) одновременное сочетание попыток модернизации с девестернизацией, названное авторами «всем мировым опытом», «всем путем мировой цивилизации», наблюдалось (и наблюдается) только в 7 странах, т.е. менее чем в одной четвертой части от всех случаев.В 22 переходных странах (более 75% всех случаев) модернизация и вестернизация (экономические реформы и политическая демократизация) происходили и происходят одновременно.В большинстве переходных стран никакого обязательного промежуточного авторитарного периода не было, переход к демократии произошел не через авторитаризм, без какой-либо промежуточной авторитарной стадии. Как раз опыт одновременной вестернизации и модернизации оказался скорее мировым правилом, а создание авторитарной политической системы – скорее исключением из него.

17 июля, 04:01

Профессор МГУ Владислав Смирнов. "Накануне краха Советского Союза"

Владислав Павлович Смирнов (род. 1929) — советский и российский историк, специалист по истории Франции. Заслуженный профессор Московского университета (2012), лауреат премии имени М.В. Ломоносова за педагогическую деятельность (2013). В 1953 году В.П. Смирнов окончил исторический факультет МГУ, затем стал аспирантом, а с 1957 г. начал работать на кафедре новой и новейшей истории исторического факультета МГУ, где прошел путь от ассистента до профессора. Ниже приводится фрагмент из его книги: Смирнов В.П. ОТ СТАЛИНА ДО ЕЛЬЦИНА: автопортрет на фоне эпохи. – М.: Новый хронограф, 2011.Накануне крахаОсенью 1990 г. обстановка накалялась не по дням, а по часам. По свидетельству Черняева, «сотни телеграмм со всех концов страны» ежедневно ложились на рабочий стол Горбачева: «Преступность разворачивается во все более изощренных и страшных формах – убийства, разбой, наглые грабежи, изнасилование малолетних; оружие попадает в руки бог знает кого и в неимоверном количестве. Вопли по поводу бессилия властей. Проклятия в адрес президента, “не способного навести порядок” и обезопасить жизнь людей. И все это – на фоне пустых полок. Уже табак исчез, уже “табачные бунты” кое-где. Умудрились в Москве выстроить тысячные очереди за хлебом – для России такое просто смертельно! В очередях вспоминают райские времена при Сталине и Брежневе, брызжут слюной бабы, матерятся мужики при одном упоминании имени Горбачева». На заседании Политбюро 16 ноября 1990 г. Первый секретарь Ленинградского обкома КПСС Б.В. Гидаспов говорил: «Я утром еду на работу, смотрю на хвосты (очереди. – В.С.) в сто, тысячу человек. И думаю: вот трахнет кто-нибудь по витрине – и в Ленинграде начнется контрреволюция. И мы не спасем страну».Власть утекала из рук центрального правительства; она переходила к правительству России и к правительствам других союзных республик. По свидетельству Черняева, Председатель Совета Министров СССР Рыжков возмущался: «Сколько можно терпеть! Правительство – мальчики для битья. Никто его не слушает! Вызываешь к себе – никто не является! Распоряжения не выполняют! Страна потеряла всякое управление! Развал идет полным ходом!» В поисках выхода правительство разработало программу экономических реформ, главным автором которой был заместитель Рыжкова академик Л.И. Абалкин. Эта программа, поддержанная Рыжковым, предлагала постепенно расширять сферу товарно-денежных отношений, предоставить больше самостоятельности предприятиям, но сохранять государственное управление экономикой и государственный контроль над ценами. Понимая, что отказ от контроля над ценами приведет к их стремительному росту и катастрофическому снижению жизненного уровня населения, авторы программы намеревались переходить к рыночным отношениям постепенно – лишь после стабилизации экономики. «Мы шли к рынку, желая прежде всего стабилизировать ситуацию, а затем двигаться дальше к более развитой системе товарно-денежных отношений», – вспоминал Рыжков.Программе Рыжкова-Абалкина противостояла гораздо более радикальная программа экономических реформ, подготовленная группой экономистов во главе с академиком С.С. Шаталиным и молодым экономистом Г.А. Явлинским. Она исходила из мысли, что стабилизация экономики возможна только в случае немедленного проведения «рыночных реформ», – в первую очередь, приватизации промышленности и «освобождения цен», то есть отмены контроля над ними. Эти меры авторы программы намеревались осуществить в течение 500 дней, и поэтому их программа получила название «500 дней». По сути дела, программа Абалкина предполагала сохранение социалистических порядков в экономике, а программа «500 дней» – отказ от них. В программе «500 дней» еще не было слова «капитализм», но уже не было слова «социализм».Я не разбирался в экономике, но хорошо понимал простую вещь: «освобождение» (то есть бесконтрольное повышение цен) нанесет страшный удар по жизненному уровню населения, в том числе и нашей семьи. Конечно, – думал я, – 500 дней, после которых должно наступить обещанное реформаторами благоденствие, – это немного, но разные реформаторы – от Хрущева до Горбачева – так часто уверяли нас, что коренное улучшение наступит через 2–3 года, а оно все никак не наступало, что в 500 дней уже не верилось. Впрочем, и сохранение существующей системы не сулило ничего хорошего: экономическая ситуация ухудшалась с каждым днем.В марте 1991 г. Черняеву, – в виде редкого исключения, – понадобилось самому отправиться за хлебом. Вместе со своим шофером он объехал «всю Москву, начиная с Марьиной рощи: на булочных либо замки, либо ужасающая, абсолютная пустота. Ну – ни кусочка. Такого Москва не видела, наверное, за всю свою историю, даже в самые голодные годы. Говорят: это – перед повышением цен. Но ведь хлеба на месяц вперед не купишь. В этот день, наверное, совсем ничего не осталось от имиджа Горбачева. Он катится катастрофически вниз уже от нулевой отметки. Ведь любой, – даже доброжелатель, – может, глядя на такое, произнести только одно: доперестроил!» Верховный Совет РСФСР и лично Ельцин одобрили программу «500 дней», а руководство компартии России назвало ее «антисоветской» и заклеймило как «предательство социализма, капитуляцию перед капитализмом». Горбачев, по словам Черняева, находился в растерянности, говорил близким ему людям: «Что делать-то? За что ухватиться?». Он дал Ельцину обещание поддержать программу «500 дней», но сам не был уверен в ее осуществимости и в том, что она будет поддержана народом.Обстановка стала тревожной. По радио исполняли песню одного из «бардов» с припевом «Что же будет с Родиной и с нами?» – эти слова соответствовали моим чувствам. Поползли слухи, что готовится военный переворот то ли против Горбачева, то ли против Ельцина. 11 сентября 1990 г. на заседании Верховного Совета РСФСР Ельцин заявил, что к Москве из разных районов перебрасываются части десантных войск. Командующий военно-воздушными войсками тут же ответил, что войска перебрасываются для участия в традиционном военном параде 7 ноября и для уборки картофеля. Не знаю, кто ему поверил, во всяком случае не я: слишком часто военные нам беззастенчиво врали. До сих пор не установлено, зачем передвигались войска, и кто отдавал приказы об этом.Беспокойство еще более усилилось в связи с очередным инцидентом, случившимся с Ельциным. 21 сентября 1990 г. в автомобиль Ельцина, двигавшийся по улице Горького, ныне Тверская, врезались выскочившие из переулка «Жигули». Ельцин остался жив, но получил сотрясение мозга и травму позвоночника. Разумеется, многие (в том числе и я) подумали, что, может быть, это покушение, организованное КГБ. Насколько можно сейчас судить, наши подозрения не подтвердились. Вероятно, это было обычное дорожно-транспортное происшествие. Поскольку многие члены Политбюро возражали против программы «500 дней», Горбачев 9 октября 1990 г. направил в Верховный Совет СССР послание, в котором отказался ее поддерживать. В ответ Ельцин обвинил Горбачева в срыве прежней договоренности и заявил, что «Российская Федерация должна быть готова к реализации своей программы стабилизации экономики и переходу к рынку».Госсекретарь США Бейкер Д., помощник Президента США по безопасности Скоукрофт Б., супруга президента СССР Горбачева Р.М., помощник президента СССР по международным вопросам Черняев А.С., президент СССР Горбачев М.С. 1 августа 1991 г., Подмосковье, Ново-ОгаревоНа следующий день на совещании у Горбачева разразился скандал. Председатель КГБ В.А. Крючков и Председатель Верховного Совета СССР Лукьянов потребовали принять «жесткие меры» против Ельцина. Второй секретарь Киевского горкома КПСС Г.И. Ревенко говорил, что Украина «тоже отваливается», а после речи Ельцина о суверенитете России пойдет «цепная реакция распада». Как вспоминал Черняев, «над всеми витали испуг и ненависть». Рыжков будто бы даже кричал, что в случае победы Ельцина «всех нас расстреляют – это в лучшем, мол, случае; в худшем – повесят!» Горбачев продолжал искать спасения в укреплении своей личной власти. Он решил расширить полномочия президента и взять на себя непосредственное руководство правительством, преобразовав Совет министров в Кабинет министров при президенте. Эти предложения требовали нового пересмотра конституции, и Горбачев внес их на рассмотрение VI съезда народных депутатов СССР, который открылся 17 декабря 1990 г.Первый день съезда ознаменовался скандалом. Депутат Сажи Умалатова – красивая, стройная женщина, работница текстильного комбината в Чечено-Ингушской Республике, обвинила Горбачева в развале СССР, внесла на рассмотрение Съезда «вотум недоверия» Горбачеву и добилась его включения в повестку дня. Около 400 депутатов, в основном ортодоксальные коммунисты (как и сама Умалатова), поддержали «вотум недоверия», но большинство депутатов, в том числе Ельцин, Попов и некоторые другие сторонники «Демократической России», на этот раз голосовали за Горбачева. Вторым, еще более неожиданным скандалом, стало выступление Шеварднадзе. Взойдя на трибуну и явно волнуясь, он сказал, что уходит в отставку с поста Министра иностранных дел, потому что стране грозит «диктатура». Что он имел в виду – диктатуру Горбачева или, напротив, диктатуру его противников – до сих пор остается неясным.Еще один эпизод запомнился, я думаю, всем, кто смотрел трансляцию заседаний съезда по телевидению. Наряду с постом президента СССР учреждался пост вице-президента, и Горбачев предложил сделать вице-президентом бывшего работника Комитета молодежных организаций, мало кому известного Г.И. Янаева. Выступая перед депутатами он произвел отвратительное впечатление: принужденно улыбался, потирал руки, хихикал, шутил на доступном ему уровне. В ответ на вопросы о здоровье с ухмылкой сказал: «Жена не жалуется». Депутаты долго не хотели его утверждать, но Горбачев настаивал, несколько раз выступал и, наконец, добился своего. Видимо, он думал, что столь никчемный вице-президент не будет ему мешать, но снова ошибся.Поскольку Совет министров преобразовывался в Кабинет министров, должен был уйти в отставку и его председатель Рыжков. Это избавляло Горбачева от человека, который стал его противником. Рыжков не дождался формальной отставки. После всех переживаний его сразил инфаркт; он долго болел, а затем ушел на пенсию. Председателем Кабинета министров стал бывший министр финансов В.С. Павлов. Горбачев считал его своим сторонником, но еще раз ошибся. Павлов сразу затеял обмен 50-рублевых и 100-рублевых купюр, которые будто бы скопились у спекулянтов и преступников. Эти купюры перестали принимать в магазинах, а именно ими в последнее время выдавали зарплату. У населения в очередной раз возникли большие трудности. В сберегательных кассах, занимавшихся обменом, стояли многочасовые очереди. Время от времени кассиры объявляли, что запас новых купюр кончился, «приходите завтра», а назавтра все повторялось заново. Люди злились, поносили Павлова, Горбачева, «перестройку».Горбачев занимался в это время в основном подготовкой нового союзного договора, призванного заменить Советский Союз федеративным государством – Союзом суверенных республик. Переговоры велись в правительственной резиденции в Ново-Огареве и поэтому получили наименование «Ново-Огаревского процесса». Они проходили очень сложно и медленно, потому что руководители союзных республик всячески отстаивали свой, только что провозглашенный, суверенитет и, по существу, вели дело к независимости. У меня было чувство, что страна разваливается, и никто этому не препятствует. Я делился своими опасениями с друзьями и коллегами, но сочувствия не встречал. «У вас имперское сознание», – сказал мне один известный франковед. «Не волнуйся, республики от нас никуда не денутся, – успокаивали меня другие. – Они всю нефть от нас получают. Перекроем кран – и все».10 января 1991 г. Горбачев направил послание Верховному Совету Литовской ССР, который объявил «о восстановлении независимости литовского государства», с требованием «незамедлительно восстановить в полном объеме действие Конституции СССР». Этог шаг был направлен на сохранение СССР, но привел к обратным результатам. Верховный Совет Литвы, возглавлявшийся Ландсбергисом, отверг требование Горбачева. Утром 13 января пришли сообщения, что в столице Литвы Вильнюсе произошли вооруженные столкновения, в которых погибло 14 человек. По телевизору были видны толпы народа, танки, но было совершенно непонятно, что происходит. Западные «голоса» вскоре объяснили: часть литовских коммунистов, возражавших против независимости Литвы, при поддержке советских войск попытались захватить телецентр, но встретили массовое противодействие возмущенных жителей Вильнюса. Через несколько дней журналист «Литературной газеты» Ю. Щекочихин выяснил, что в захвате телецентра участвовали офицеры специального подразделения КГБ – группы «Альфа», которая в свое время захватила дворец Амина в Кабуле.События в Вильнюсе вызвали очень большие опасения лидеров национальных республик и возмущение российских демократов, которые расценили их как попытку силой оружия подавить национальное и демократическое освободительное движение. Верховные Советы Латвии, Эстонии, Молдавии, Украины осудили действия советских войск в Литве. Ельцин отправился в Прибалтику и подписал совместное заявление с руководителями Литвы, Латвии и Эстонии, в котором все четыре республики обещали «оказать конкретную поддержку и помощь друг другу в случае возникновения угрозы их суверенитету». Они совместно обратились за поддержкой к Генеральному секретарю ООН. Оказалось, что не только прибалтийские республики, но и руководство России, выступают против правительства СССР. Ельцин возложил ответственность за события в Вильнюсе на Горбачева и потребовал его отставки. Горбачев заявил, что непричастен к кровопролитию в Вильнюсе. Я ему не поверил: группа «Альфа» не могла действовать без санкции президента.Выступая позднее в телефильме «Страсти по Горбачеву», бывший заведующий отделом ЦК КПСС Л.П. Замятин поведал о своем разговоре с министром обороны СССР маршалом Язовым. Язов будто бы сказал, что после провала попытки захвата телецентра в Вильнюсе, Горбачев позвонил ему и строго спросил: «Что происходит? Почему я ничего не знаю?» – «У меня просто челюсть отвисла, – вспоминал Язов. – Мы же все это только вчера обсуждали и готовили». Руководители СССР чувствовали свое бессилие, не знали, что делать. На заседании Политбюро 30 января 1991 г. первый секретарь компартии Украины С.И. Гуренко говорил, что недовольство населения растет и критиковал тех партийных и государственных деятелей, которые «хотят все время схватиться за штурвал, за которым ничего нет – системы управления нет, двигатель не работает, производство не идет». Ему вторил глава компартии Узбекистана И. Каримов: «Я спиной чувствую, что завтра, через два-три месяца, если рост цен будет происходить стихийно, и мы не найдем этому какой-то альтернативы или не определим в этом вопросе четкую позицию КПСС и компартий союзных республик, то все равно мы будем виноваты... Когда люди выйдут на улицу, вернуть их назад будет невозможно»Желая удержать власть и остановить распад СССР, Горбачев задумал вынести вопрос о сохранении Советского Союза на референдум. Вопрос, поставленный перед избирателями, был сформулирован как-то витиевато: «Считаете ли Вы необходимым сохранение Союза Советских Социалистических Республик как обновленной федерации равноправных суверенных республик, в которой будут в полной мере гарантированы права и свободы человека любой национальности?» Правительство России дополнительно вынесло на референдум и второй вопрос: Желаете ли Вы ввести пост Президента России? Референдум состоялся 17 марта 1991 г. Я и все мои друзья голосовали за сохранение СССР. Так же голосовало 76% избирателей Советского Союза, пришедших на референдум, однако большинство населения Грузии, Молдавии, Латвии, Литвы и Эстонии в референдуме не участвовало.Я не могу вспомнить, как я ответил на второй вопрос. Скорее всего «да», потому что считал и считаю, что в такой большой стране, как наша, президентская республика лучше парламентской. В общей сложности за введение поста Президента России проголосовали 70,88% российских избирателей. 28 марта 1991 г. должен был открыться Третий внеочередной Съезд народных депутатов РСФСР. Межрегиональная группа решила провести митинги в его поддержку на Манежной и на Красной площадях. Моссовет, председателем которого стал один из лидеров Межрегиональной группы Г. Попов, разумеется, дал согласие на проведение митингов, но правительство СССР их запретило. Организаторов митингов, народных депутатов Ю. Афанасьева и А. Мурашева вызвали к Янаеву, в кабинете которого находились председатель КГБ Крючков и министр внутренних дел Б.К. Пуго. Как вспоминал Мурашев, «вдруг Крючков и Пуго заявляют, что мы чуть ли не Кремль собираемся штурмовать, у нас, мол, уже и веревочные лестницы с крючьями заготовлены. У меня глаза на лоб полезли». Афанасьев и Мурашев отвергли эти обвинения, видимо, родившиеся в воспаленных мозгах перепуганных работников спецслужб, но все же решили не проводить митинги. Очевидно, в правительстве им не поверили, и в Москву ввели войска.Юрий АфанасьевНакануне открытия Третьего съезда народных депутатов РСФСР мы с Инной отправились в Большой театр, и когда вышли из метро на улице Горького, увидели, что вдоль всей улицы стоят цепочкой солдаты. Они просто стояли, не мешали проходить, никого не задерживали, но, конечно, создавали тревожную обстановку. На площади перед Большим театром тоже стояли цепочки солдат, разделявших находившуюся там толпу на части. Я спросил: «Ребята, вы зачем здесь?» – «Сами не знаем, вот, привезли, поставили». Утром следующего дня в Кремле открылись заседания Съезда народных депутатов России, но депутаты отказались начинать работу до вывода войск из Москвы. На следующий день по приказу Горбачева войска вывели, и съезд возобновил свои заседания. Вечером в его поддержку на площади Маяковского, на Арбате и на Пушкинской площади состоялись грандиозные митинги, в которых, в общей сложности, участвовало около полумиллиона человек.В партийном и государственном руководствах возникли острые разногласия. Я узнал о них из опубликованного в «Правде» «Информационного сообщения» о Пленуме ЦК КПСС, где, как бы, между прочим, говорилось: «В ходе прений М.С. Горбачев в связи с отдельными выступлениями участников Пленума поставил вопрос о своей отставке с поста Генерального секретаря ЦК КПСС». После рассмотрения этого вопроса в Политбюро Пленум ЦК КПСС принял решение: «Исходя из высших интересов страны, народа, партии, снять с рассмотрения выдвинутое Михаилом Сергеевичем Горбачевым предложение о его отставке с поста Генерального секретаря ЦК КПСС».Были опубликованы и «отдельные выступления», после которых Горбачев заявил о своей отставке. Самым резким из них было выступление первого секретаря только что созданной компартии России Полозкова. Он говорил, что Политбюро и Центральный комитет не выполняют полностью своих функций; Горбачев «выпустил штурвал из рук», и компартия теряет власть. «Надо безотлагательно разобраться со своими средствами массовой информации, – говорил Полозков. – Надо восстановить исполнительную власть сверху донизу и безотлагательно добиться ее нормального функционирования. В нынешней ситуации это можно осуществить только особыми мерами». Такого мы еще не видывали. Конечно, Хрущев тоже просил об отставке, но лишь в тот момент, когда уже утратил власть. Здесь же речь шла о замене действующего руководителя и о переходе к «особым мерам», то есть к введению чрезвычайного положения и, вероятно, к возвращению к сталинским порядкам.Горбачев отверг требования о пересмотре его политики. «Я сознаю, где мы находимся, – сказал он в заключительной речи, – у черты, за которой распад экономики и государства». Он отказался созвать чрезвычайный съезд КПСС, на котором настаивали его противники, и дал им отпор. «Некоторые товарищи, – говорил Горбачев, – видят выход из кризиса только в одном – во введении чрезвычайного положения во всей стране. Будем говорить откровенно. По существу многим чрезвычайные меры видятся как средство возврата к политической системе, существовавшей у нас в доперестроечный период... А попытаться вернуться к старым формам – это значит погубить партию».Горбачев не раз ошибался в своих предположениях, но на этот раз угадал. Всего через четыре месяца его противники предприняли попытку «вернуться к старым формам», которая закончилась полным крахом КПСС и советской власти. Угрожая отставкой, Горбачев одержал победу, но она была очень непрочной. 22 июня 1991 г. «Правда» сообщила, что депутаты Верховного Совета СССР приняли «обращение к народам и правительствам всего мира по случаю 50-й годовщины начала Великой Отечественной войны». Далее следовал такой текст: «Затем депутаты вернулись к обсуждению доклада председателя Кабинета Министров В.С. Павлова, в котором он поставил вопрос о предоставлении правительству дополнительных полномочий». Что говорилось в докладе Павлова, зачем и почему ему потребовались дополнительные полномочия, «Правда» не писала, но признавала, что обсуждение доклада носило бурный характер и продолжалось целую неделю, причем «в один из напряженных моментов обсуждения слово взял Президент СССР М.С. Горбачев».Из опубликованных в «Правде» отрывков из его выступления нельзя было понять, когда оно состоялось, видимо, Горбачеву пришлось заверять депутатов, что демократия в СССР будет сохранена; что «за пределами нашей родины ее судьба не решается», что программа 500 дней не продиктована из-за границы, что советско-американские переговоры по вопросам разоружения это «не односторонняя жертва, не капитуляция, а равноправные отношения». Характер вопросов ясно показывал, что Горбачева подозревали в чрезмерных уступках США и даже в том, что программа 500 дней будто бы продиктована из-за границы. Завершалась эта невразумительная публикация не менее странным образом. Горбачев и Павлов взаимно заверили депутатов, что «у правительства нет противоречий с президентом», после чего подготовленный Верховным Советом проект постановления по докладу Павлова был по настоянию Горбачева «снят с обсуждения».Теперь известно, что на закрытом заседании Верховного Совета СССР с критикой Горбачева выступили ведущие министры его правительства: председатель Кабинета Министра Павлов, министр внутренних дел Пуго, министр обороны Язов, председатель КГБ Крючков. Не называя Горбачева по имени, они давали понять, что он несет ответственность за паралич экономики, развал армии, рост преступности, непротивление сепаратистам. Крючков сказал, что «отечество находится на грани катастрофы», а действия «антигосударственных сепаратистских и других экстремистских сил», поддержанных империалистами, не встречают должного отпора. Он даже намекнул, что в советском руководстве может действовать американская «агентура влияния» и подчеркнул, что «без действий чрезвычайного характера уже просто невозможно обойтись». Пока Горбачев с трудом отбивался от своих противников, власть Ельцина укреплялась. 12 июня проводились выборы Президента России прямым всеобщим голосованием. Баллотировались 6 кандидатов. Ельцин победил, собрав 57,3% голосов. Занявший второе место Н.И. Рыжков получил менее 17% голосов. Верховный Совет России возглавил Р.И. Хасбулатов – в то время близкий к Ельцину.10 июля 1991 г. в Кремлевском дворце состоялась торжественная инаугурация Ельцина. Положив руку на какую-то книгу (видимо, конституцию), Ельцин поклялся защищать суверенитет России, уважать и охранять права и свободы человека и гражданина, соблюдать конституцию (которую он отменил ровно через 2 года). В явном противоречии с конституцией, провозглашавшей светский характер государства, Ельцин – впервые за годы советской власти – подошел под благословение находившегося на сцене Патриарха Русской православной церкви. Поздравил Ельцина и Горбачев. Два президента стояли рядом под объективами теле- и кинооператоров. Ельцин сиял, Горбачев принужденно улыбался. 20 июля 1991 г. Ельцин издал Указ о прекращении деятельности коммунистической партии и других партий «в государственных органах, учреждениях и организациях РСФСР». Политбюро и Секретариат ЦК КПСС выразили протест, но с ними уже никто не считался. 2 августа 1991 г. Горбачев, выступил по телевидению и сообщил, что проект Союзного договора готов и будет подписан 20 августа. После этого он уехал отдохнуть в свою крымскую резиденцию на мысе Форос. Мы об этом не знали и думали, что Горбачев находится в Москве.Вы также можете подписаться на мои страницы:- в фейсбуке: https://www.facebook.com/podosokorskiy- в твиттере: https://twitter.com/podosokorsky- в контакте: http://vk.com/podosokorskiy- в инстаграм: https://www.instagram.com/podosokorsky/- в телеграм: http://telegram.me/podosokorsky- в одноклассниках: https://ok.ru/podosokorsky

14 июля, 09:32

Г.Павловский. Операция «Реванш проигравших»

Отрывок из книги «Экспериментальная родина»Иван Крастев: Когда впервые ты услышал имя Путина?Глеб Павловский: Впервые это имя я услышал давно, еще в 1991-м, но пропустил тогда мимо ушей. Игрунов, вернувшись с прибалтийского съезда неформалов, рассказывал про встреченных там интересных людей. Один был представитель Собчака, некто Путин. Он грустно сидел в уголке, Игрунов поговорил с ним и сказал: вот кто мог бы стать президентом вместо Горбачева! Недавно он напомнил тот наш разговор, и, пролистав блокноты, я действительно нашел запись с ошибкой: «президент Пудин?».Более памятна встреча летом 1998 года. В Кремле обсуждали, кем укрепить правительство Кириенко. Путина только что сделали заместителем главы администрации президента, лишь через пару недель он станет руководителем ФСБ. Я твердил свою вечную мантру — нужна реорганизация власти, для чего президенту следует ввести чрезвычайное положение. В те годы унизительной слабости я напирал на силу как панацею в любом вопросе. Но Путин вдруг возразил: «Чрезвычайное положение может вводить только своя власть либо страшная». Эта мысль была неожиданна, и я ее запомнил, хотя до того мало обращал внимание на его реплики. Впрочем, обсуждения кончились ничем, и в августе 1998-го был дефолт.Крастев: А когда возникает проблема преемника? Почему — Путин?Павловский: Слово «преемник» искажает цель происходившего тогда. Разумеется, Ельцину в конце концов был нужен преемник, но преемник чего и внутри чего? Преемник, перенимающий его власть. С 1996 года и до конца его президентства мы в Кремле говорили не о «преемнике», а об укреплении власти. Власть, власть и еще раз власть! «Преемник» был синонимом этого понятия, заместившего нам идею государства и картину страны. Как после Ельцина воссоздать сильную и разумную власть? Вот что было в центре проекта 2000 года и на что годами работала администрация президента.Сдвиг от образа страны к образу власти уже носился в атмосфере. Например, группа Гусинского, не позволив Чубайсу после выборов 1996 года сохранить штабную машину, создала свое PR-агентство. И как, думаешь, они его назвали? «Технология власти»! Меритократы «Моста» знали, что это название популярного антисталинского памфлета, что само это словосочетание в 1990-е было иносказанием сталинизма. Но прежние табу отпадают, и дебаты сводятся к одному вопросу — как технично создать неуязвимую власть и как ее удержать? Считают, что нерушимость страны обеспечит только нерушимая власть президента. В этом уравнении — корень многих будущих зол.Одновременно мы искали «клей» для прокремлевской коалиции на будущих выборах. Сам тогда будучи реваншистом, я видел ее коалицией реванша проигравших. Имея в виду группы, наиболее пострадавшие от реформ 1990-х и разрушения советских институтов, — врачей и учителей (бюджетников), армию, ФСБ, ученых, пенсионеров, домохозяек. Проигравшим надо было дать верный шанс государственного реванша, а не просто смазливого кандидата. Но что имелось в виду под «властью»? Конечно же, не слабые государственные институты, существовавшие на бумаге. Власть, о которой мы говорили, мыслилась как новый режим, осуществляемый в рамках прежней конституции.Крастев: Для меня это очень важно. Потому что преемник — это не следующий после Ельцина президент, это совершенно иная власть.Павловский: Разумеется! Только иная власть могла решить проблему, не решенную Ельциным, — отделить его личность от государства Российская Федерация, государства, и в 1999 году все еще нелегитимного для большинства населения. Иначе с уходом создателя и создание испарится, как пал либеральный Союз с уходом Михаила Горбачева. Мы твердо знали, что заместить Ельцина не может просто какой-то другой человек. Должна прийти другая по стилю политика и завершить постсоветский период.По моей просьбе Александр Ослон, президент фонда «Общественное мнение» (ФОМ), изобретательно зондировал структуру спроса на власть. Он предпочитал говорить о цели доминирования, отчего бюллетени ФОМа получили имя «Доминанты». Замысел проекта был в том, чтобы, микшируя средства управления, публичной политики и масс-медиа, создать в ушах избирателей территорию бесспорной гегемонии власти как виртуальный плацдарм будущего режима. К концу 1990-х цель создания новой власти стала настолько общей и консенсусной, что уже не обсуждалась.Крастев: Это была и позиция «семьи», и позиция Бориса Березовского?Павловский: Пожалуй, да. Но тогдашний Кремль не был агентством защиты интересов ельцинской «семьи». Будь поосторожнее с понятиями, рожденными войной русских пропагандистских машин. Администрация президента была рыхлым клубом интеллигентских, бюрократических и лоббистских группировок. Включая медиасреду с ее пристрастиями и интересами. Даже в дни, когда НТВ поджаривало президентский рейтинг Бориса Немцова, на совещаниях бывал Зверев, тогда доверенный человек Гусинского. Еще не было правила вычеркивать любого, кто «воюет против президента». Его введет Александр Волошин в 1999 году. В дни смертной рубки избирательной кампании родилось правило: «чужим» — никаких интервью, их не звать на «наши» телеканалы. Со временем из этого невинного правила вырастет телецензура «управляемой демократии».И проект «Преемник», кстати, не был тайным. Удивительно, но команда администрации действовала не прячась, а СМИ ничего не различали в упор. Теперь часто пишут, будто «всем было ясно», что Ельцин уйдет, что он стар и немощен, — ничего подобного! Пресса и элиты до конца верили в догму, что Ельцин вцепился в Кремль и пойдет на любой способ остаться у власти. Воспоминание о 1996-м, когда президент-инфарктник, погибая, отплясывал на избирательных подмостках, казалось, подтверждало эту версию. Формула «Ельцин цепляется за власть» с 1996 года стала догмой. И однажды я увидел в этой иллюзии ценный ресурс маскировки «преемника». Пока ум противника затуманен фантазиями о твоих планах, его слепота — твой потенциал. Якобы «цепляющийся за власть» Ельцин может ошеломить тем, что сам от власти откажется!Крастев: Я читал, будто именно ты предложил идею, чтобы Ельцин ушел до конца срока своего мандата.Павловский: Я и теперь ее считаю своей, в моих рабочих блокнотах она появилась в 1998 году. Но мысль была на поверхности и могла прийти в голову кому угодно. Мы были в отчаянном положении и, перебирая конституционные резервы президентства, искали технические приемы. Вечной тревогой кремлевского проекта была нехватка государственной силы у центральной власти, ее инструментальный дефицит. Мы постоянно вели поиск «неучтенки». К несчастью, главное мы сожгли на прошлых выборах. В 1996 году многое строилось на убеждении антиельцинского электората, что Ельцин никуда не уйдет. Но второй раз в эту реку не войти, игра вскрыта. И хотя все были убеждены, что президент не оставит Кремль, их уверенность теперь работала против Ельцина. Его воля к власти возмущала. Она превратилась в улику, и на ней нечего было построить.Тогда возникла идея обернуть сюжет в зеркально противоположный. Предрассудок о планах Ельцина пожизненно остаться в Кремле (ФЭП называл его черным мифом о Ельцине) применить для маскировки стратегии кандидата власти. Еще в 1970-е, работая в дизайне, я усвоил правило: что нельзя спрятать, надо ярче подчеркнуть. Спрячем главную тайну преемника, а именно его окончательность, у всех на виду, как я прятал самиздат в пришитом к ковру кармане!Черный миф о Ельцине мог сработать дымовой завесой, если президент-мишень, объект ненависти для врагов, вдруг уйдет, прихватив их вражду с собой. Когда весной 1999 года накануне решающих выборов прошла генеральная ревизия тех малых ресурсов, которыми Кремль еще располагал, было решено, что досрочный уход Ельцина — сильный сценарный ход. Инструментальная бедность федеральной власти толкала на крайние средства. Ведь и эксперименты Кремля с медиаполитикой развернулись поначалу не от избытка коварства, а от нищеты государственного инструментария — у федерального центра не было денег и авторитета. Указам президента даже губернаторы подчинялись изредка и с неохотой, зато центральную прессу и телевидение потребляла вся страна. Так слабый Кремль нащупывал новую силу, постоянно импровизируя с коммуникативностью.Крастев: В моем представлении проблема не в том, что у Ельцина в 1998—1999 гг. была слабая позиция, а в том, что ему появилась альтернатива. И эта альтернатива выглядела сильной — я имею в виду союз Примаков—Лужков. Думаю, главное, что вам удалось, — сделать из них «старый режим», а из преемника Ельцина «новый». Как это произошло? И почему вообще Путин стал означать «новый режим»? Что вы такого в нем увидели?Павловский: Не преувеличивай обдуманность любого тогдашнего шага. В конце концов, решение о преемнике, а тем более о досрочном уходе, мог принять один только Ельцин. Мы всегда отслеживали соответствие своих сценарных идей «критерию БН» — приемлемы они для него лично или нет? У Ельцина не было сил править страной, но вполне хватило бы силы опрокинуть неприемлемый для себя план. Это он умел и любил делать.После дефолта Ельцин отказывается от ставки на интеллигенцию и меритократов. Он решает, что следующий президент не будет похож ни на Немцова, ни на Кириенко. Не молодой реформатор, не технократ в очках, а крепкий мужик в погонах. Руководителем кремлевской администрации вместо журналиста Юмашева стал Николай Бордюжа — генерал, интеллигентно смотревшийся силовик. Но к тому времени премьером уже был другой интеллигентный силовик — Евгений Примаков.В сентябре 1998 года я участвовал в необычном голосовании по кандидатуре премьера на старой андроповской даче. Черномырдин не проходил — над Думой нависла угроза премьера Лужкова. Каждый написал на бумажке три фамилии, бумажки кинули в кружку Юмашева. Мягкое рейтинговое голосование. Подсчитывая, Валя удивленно сообщил, что кто-то назвал генерала Лебедя, — то был я. Моей тройкой предпочтений были Примаков, Маслюков, Лебедь. Победил Примаков.И то, что президент сперва отнесся к нему с доверием, напугало многих в Кремле. Ельцин после дефолта 1998 года — человек, разочарованный в способности умников-журналистов создать что-либо государственно-прочное. Он считал, что дефолтом (а прежде скандальным «делом реформаторов» Немцова—Чубайса) интеллигенты его подставили. Об этом он говорил Примакову и пробудил дремавшие в том амбиции. Слово «силовик» стало трендом сезона. На встречах в Кремле все чаще звучит рефрен «нужен интеллигентный силовик».Крастев: Вы делали Путина по модели Примакова.Павловский: Не сразу. Хотя «модель Примакова» часто анализировалась на мозговых штурмах у Михаила Лесина конца 1998 года. После Рождества на рабочем столе оставались две модели. Одна привычная — молодой реформатор, право-левый популист вроде Бори Немцова. Но на эту роль уже неудачно пробовали Сергея Кириенко.Весной 1998-го Ельцин вдруг снял грузного Черномырдина и назначил премьером этого нижегородского яппи. Финансы были в катастрофическом состоянии, дело неслось к краху на бирже. Даже Немцов потерял веру в проект и, рассматривая мою политическую инфографику, бормотал: ох, Глеб, п****ц всему, если финансам п****ц! Но для меня было важно, что Кириенко за полгода набрал 20% президентского рейтинга. Это значило, что если крепкой предвыборной кампанией добавить еще 30% — вот вам президент России, господа! Такой мы видели схему будущих выборов: президент назначает премьера-преемника, преемник стягивает к себе 20—25% властелюбивого электората, а яркая медийная кампания добавляет остальное. Но Примаков сам решил воспользоваться этой схемой: ведь он уже и так был премьером!В стране кризис, и от премьера ждут действий. Ельцин нехотя предоставляет Примакову обширный коридор действий, какого он не давал никому со времени тандема с Гайдаром в 1992 году. Так нашелся еще один элемент сценария, важное его уточнение — премьер действует в роли верховного регента. Примаков бешено набирал президентский рейтинг, быстрее Кириенко, и мы видим: наша модель работает! Одна беда — кандидат не наш.Крастев: Что значит не ваш?Павловский: «Не нашим» он был не для меня, идейно всеядного, а для Ельцина и его близких. Как технолог, я был равнодушен и просто ждал, кого назовут, чтобы его продвигать. Решите, что наш кандидат — Никита Михалков? Ладно, пускай Михалков. Примаков? Да ради бога! Возникновение новой власти зависело не от личности кандидата, а от силы Кремля настоять на его избрании, переиграв всех остальных. Кремлевская команда боялась Примакова, вероятно, не зря, но этого уже не узнать. Ну а журналистская Москва прямо его ненавидела. Для меня это осталось загадкой, но факт, что старика-премьера журналисты терпеть не могли, а хамоватому Лужкову глядели в рот. В Примакове не было лужковского самодурства, он был умницей, но в 1999 году выглядел гостем из догорбачевского космоса. Страдал от укусов прессы, которые так легко, с юмором парировал Черномырдин. Примаков вечно ковылял к Ельцину с пачкой отксеренных карикатур на себя — жаловаться. Хуже нельзя придумать. Для Ельцина жалобы на журналистов были признаком слабости, даже когда он им втайне сочувствовал. То, что столичные масс-медиа отторгли Примакова, станет нашим важным ресурсом.Едва начались бомбардировки Белграда и самолет Примакова развернулся в воздухе прочь от США, московская пресса взревела. Хотя в жесте премьера не было ничего, кроме дипломатического неодобрения. Многим в стране это понравилось, даже Ельцин поначалу поддержал. Президент до того разгневался на американцев, что по телефону грозил Биллу Клинтону российским десантом на Вашингтон! В массовом сознании (и в либеральном тоже) война в Югославии вызвала национальный разворот. Прозападный консенсус рухнул, пошла спонтанная реакция на десятилетие неудачных реформ от Горбачева до Ельцина. Реваншу понадобился лидер, и Примаков мог им стать. Начнись бомбардировки Белграда месяцем раньше — и к лету премьер бы стал несвергаемым. А усидев в кресле премьера, Примаков и президентом бы стал.Свержение его из премьеров было первой задачей и первым успехом нового главы администрации Александра Волошина. Согласие Думы на это искусно добыл его новый заместитель Владислав Сурков. Премьером сделали Сергея Степашина, однако президентский рейтинг будто прикипел к Евгению Примакову. И продолжал расти.Крастев: Когда в первый раз ты увидел Путина как человека, с которым надо работать? Каким было первое впечатление?Павловский: Невообразимое облегчение. Кстати, такое же чувство испытал и Сергей Кириенко, когда я ему сказал. Хотя и Степашин выглядел приемлемой кандидатурой, но, пока нет окончательного решения президента, аппарат не пошевелится. К лету из-за оттяжек Ельцина я впервые стал допускать провал. Мы выпали из графика подготовки кампании, катастрофически отставая на месяц-два. Кремлевская машина завибрировала, от Кремля бежали, как из чумного барака. Ушел заместитель главы администрации Олег Сысуев, ушел пресс-секретарь Ельцина Ястржембский. Ушли люди, связанные с Гусинским, и канал НТВ пошел в прямую атаку на Ельцина. Мишенью они сделали его лично и дочь Татьяну, ввели понятие «семья». С их помощью Примаков с Лужковым создавали антиельцинскую коалицию «Отечество — Вся Россия», и губернаторы охотно к ним шли. Колебания Ельцина показались симптомом конца, номенклатура развернулась на запах новой власти.Только назначение Путина премьером 9 августа 1999 года стало отмашкой. То, что в России именуют отмашкой, — еще не приказ, а право действовать в указанном направлении любыми средствами. С исполнителя снимают ответственность за мелкие нарушения правил, контролируют только верность его. В аппарате развертывается соревнование передовиков верности новому курсу. Таков режим аппаратной мобилизации.Назначением Путина, которого на этот раз президент открыто объявил своим преемником, аппарату дали важный сигнал: Ельцин проснулся. Тот, кто торопится перебежать в чужой лагерь, может сильно проиграть. Участники проекта могли теперь действовать по плану, сложившемуся у нас в головах.Увы, наш кандидат выглядел неблестяще, и я поначалу смотрел на него лишь как на центральную фактуру сценария. Путин не казался лучшим выбором на главную роль. Над ним и прежде подшучивали на совещаниях. Он был неловок, скрытен, то молчал, то предлагал вовсе несуразное. Первое представление его в Думе было полупровалом, и все-таки Дума его утвердила — как удобного врага, как легкую добычу для кандидата в президенты Примакова. Но мне все это уже было безразлично. Я фанатично верил, что план сработает.Когда я в августе докладывал план в Кремле Путину — он короткий, две странички главных пунктов, — тот не сказал ничего. Тогда Волошин прямо спросил: «Ну что, не противно?» «Не противно», — ответил Путин, и мы стали работать. Я занял кабинет директора по планированию в избирательном штабе Путина в Александр-хаусе. В этом кабинете я провел затем десять лет.Разумеется, исключительные свойства кандидата были известны. Его лихость при спасении бывшего шефа Анатолия Собчака от судебного преследования со стороны врагов. На этот пример верности сам Ельцин ссылался как на веский фактор выбора в пользу Путина.Крастев: Что это была за история?Павловский: Уголовное дело на Собчака его враги завели еще при подготовке к выборам губернатора Санкт-Петербурга. Неправильная приватизация каких-то квартир, мелочь по московским масштабам. Но после провала Собчака на выборах дело возобновили и повели к аресту и осуждению. Используя связи в ФСБ и в бизнесе, Путин переправил Анатолия Собчака во Францию. Делал он это по собственной инициативе, как считают, или по негласной просьбе семьи Ельцина, я могу только догадываться. Вылет в Париж, кажется, оплатил Ростропович. Для чиновника администрации президента то был карьерный риск, от которого Путина не спасало одобрение уходящего Ельцина. Тот умел быть коварным. После его ухода Путин легко мог пойти обвиняемым по «делу Собчака». Но необычно смелый для функционера-чекиста ход не был забыт. Весной 1999 года фамилия Путина стала первой в ельцинском шорт-листе. Мне сказали, что он «хоть и из КГБ, но парень свой — абсолютно отмороженный!» Что для меня было наилучшей рекомендацией: ведь мы сами были отмороженными парнями.Крастев: Готовность к высокому риску.Павловский: Да, та склонность к «чрезмерному риску», что, по слухам, записана в его личном деле в КГБ как профессиональный дефект.Крастев: Итак, первая кампания Путина, в которой вы не просто продвигали его самого, но и строили идею нового режима. Каковы были ее самые важные концептуально черты? Что вы хотели, чтобы люди нашли в кандидате, и какой электорат хотели консолидировать? Что потом с этой электоральной коалицией вы собирались делать?Павловский: Меня звали «имиджмейкером Путина», но имиджем я мыслил во вторую очередь. Я мыслил электоральными потенциалами и их скачком при сложении электоратов. В 1996 году мы ненадолго сотворили «ельцинское большинство», временное и неустойчивое. Оно просуществовало два месяца, но этого хватило, чтоб дать Ельцину второй президентский срок. Теперь, начиная кампанию, я думал: чем склеить путинскую коалицию и нарастить ее до большинства? Тут-то возникла трудность.В прежних кампаниях центром склейки был «сектор лояльных» — конформный властелюбивый электорат. Рыхлое электоральное облако с твердым ядром около 5%, легко расширяемое до 15—20%. В 1996 году мы строили кампанию, как дети строят пирамидку. На стержень электората власти насаживали малые электораты — силовика генерала Лебедя, врача-социалиста Святослава Федорова, демократов и этнонационалов. Теперь же приходилось собирать не целостные электораты, а их обломки. Явление Примакова раскололо провластных избирателей, а остатки демократического электората были распылены. Решили, что кандидат Кремля должен выступать отчасти как народный трибун. Предстояло продвигать концепт новой власти и образ ее народности параллельно, а затем смикшировать оба образа вокруг темы государства.Что в центре кампании будет идея государства Россия, решено было еще раньше, к концу 1990-х. Праволиберальный процесс реформ уже у Немцова преобразовался в «народный капитализм с государственным менталитетом». Образ народа здесь уже стал патерналистским. Избиратель хотел, чтобы его кандидат ворвался во власть, но со стороны власти же — из Кремля в Кремль, но не с улицы! «Кандидатам улицы» российская улица не доверяла. Она предпочитала найти избранника своим агентом в Кремле — наподобие Штирлица из советского сериала. При проведенном весной 1999 года социологическом опросе образ Штирлица оттеснил других киногероев как идеал нового президента России.Итак, наш «кандидат-резидент» стартовал среди иллюзий противника, будто сам он никто, а опасен Ельцин, готовый «цепляться за Кремль». Тогда, действуя как силовой премьер, Путин начинает применять полномочия, по сложившемуся представлению — президентские. Ельцин этому не противится, что поначалу примут за его слабость. На фоне слабого Ельцина ярче проступает сильный стиль молодого премьера. К концу кампании из ставленника «семьи» кандидат превращается в знамя реванша всех социально проигравших России. Защитника стариков-пенсионеров, вождя обнищалой армии, кумира образованцев и домохозяек, лидера нарастающего большинства. И под конец при досрочном уходе Ельцина в отставку Путин уже — и.о. президента, то есть Верховный главнокомандующий Вооруженными силами России до дня президентских выборов.Моим ориентиром оставался имидж «русского правого республиканца», созданный ФЭПом для генерала Лебедя в 1995 году. Но тут важно было доказать независимость Путина от Ельцина. Чем продемонстрировать независимость? Тем, что премьер Путин использует всю полноту полномочий правительства как глава исполнительной власти в России, а Ельцин ему не мешает. Все должно выглядеть убедительно. Увидев сильную власть в действии, страна сама должна захотеть такой власти.Термина «путинское большинство» до октября 1999-го не было, но концепция его была: по сценарию, электоральным большинством должна была стать широкая «коалиция реванша» — союз групп и классов, проигравших в 1990-е. Коалиция Кремля была парадоксальной. Сюда вошли круги разочарованной, уже не слишком демократической интеллигенции, прозябавшей в безденежных отраслевых институтах. Те, кого в более сытные времена Солженицын заклеймил именем «образованщина». Врачи, учителя, инженеры и техники гибнущих предприятий, наукоградов, работники военно-промышленного комплекса. За ними кадровые военные, низшее и среднее офицерство — для силовиков прошлая профессия кандидата сама по себе заменяла программу. Эти группы избирателей уже не были идейно несовместимы, как в 1996 году, когда было живо противопоставление коммунистов демократам. Для них всех Путин выглядел последним шансом отыграться.Война НАТО, похоронившая Югославию, разбередила травмы Хасавюрта и взбодрила военный энтузиазм. Враг, однако, был синтетический. Его образ двоился от «НАТО против сербов» до устрашающего «Россия будет следующей (за Югославией)». Чеченцы шокировали Россию террористическими вылазками и пытками заложников. А с лета 1999 года развернулась военная экспансия Ичкерии на прилегающий Дагестан. Кто враг в этой ситуации? Тот, кто вынуждает Россию отступать. Кем должен стать Путин? Тем, кто отступление остановит, объединит Россию и двинет ее вперед. Идеологическая кампания склеивалась с военной и национальной. Борьба с чеченской экспансией символически замещала немыслимую борьбу с Западом.Вокруг этого строилась собственно имиджевая работа. Кандидат Путин действовал на фоне Ельцина. Толковый крепыш на фоне уходящего старца — вот источник эмоциональной динамики образа. Из смертоносной обузы для кандидата власти Ельцин превращался в драматургический мотор сюжета: старик убывал, но его место замещалось молодым. Как при загрузке нового программного обеспечения.По сценарию, вера в неизбежный уход Ельцина от власти подтверждалась чудом прихода Путина, собирая нужное ему большинство. Но избиратель все не верил, что Ельцин уйдет! Ельцин же уходить не спешил. У него были основания сомневаться в рискованном сценарии. Прошел месяц премьерства Путина, а его президентский рейтинг еле рос, даже у Кириенко в 1998-м динамика была получше. Впрочем, я уже видел, что наш кандидат превосходен.Путин использовал любой повод, чтобы выразить активность и подчеркнуть народность. Имиджевые догмы кампании Путина 1999 года — решительность, молодость и спортивность — опирались на штабные подпрограммы «Путин лично руководит страной», «Путин молод и силен» и т.п. Сегодня они вошли в догматику власти, а тогда были внове. Каждый божий день Путин призывал к себе ответственных лиц и перед телекамерой отдавал распоряжения, сверля взором министра напротив. Министры изображали трепет перед «шефом», тогда, впрочем, еще постановочный. Он показал свое отличие от «крепких хозяйственников», за десять лет всем изрядно надоевших. Навестил тюрьму «Кресты» в Санкт-Петербурге и сказал вслух, что большинство там сидит ни за что. (Этим Путин и меня присоединил к своему целевому электорату.) Посетил ПЕН-клуб, гнездо антиельцинских интеллектуалов, и всех там обаял. Пресек вторжение Басаева в Дагестан.Война на Кавказе фактически началась, но нельзя было предсказать, станет она популярной или утопит Путина. Первая война с чеченцами была крайне непопулярна. Социологические замеры подтверждали нежелание воевать в Чечне — еще в сентябре 1999-го большинство избирателей было за независимость Чечни и против войны с ней. Взрывы в Москве не вдруг поменяли положение, но обозначили вакуум власти в столице. Кому теперь принимать решения? Взрывы жилых домов в первой половине сентября 1999 года из нашего штаба казались электорально выгодными для Лужкова. Ведь они фокусировали внимание страны на властях Москвы, а не на Путине, как может показаться теперь. Подозревая, что мэрия имеет отношение к взрывам, я напечатал злой памфлет. Сопоставил напуганную Москву с Римом при заговоре Катилины. Под Катилиной, конечно, имел в виду Лужкова — хозяина столицы, тогда популярнейшую фигуру.Как вдруг Лужков растерялся. Он мелочно суетился, а ужасная ситуация взывала к прямому ответу. В том гексогеновом сентябре мэр-хозяйственник упустил шанс всероссийского лидерства. Предложи Лужков после первых взрывов решение, отвечающее страху и гневу России, — это выдвинуло бы его в центр кризиса и сделало бы лидером нового большинства. Его, а не Путина! Что бы Путин ни делал, он шел бы вслед за Лужковым, а со второго места в политике еще труднее выйти в лидеры, чем ниоткуда. Тем более Путин и сам колебался, понимая, что любое публичное решение станет бесповоротным.Я всегда отвергал обвинения Путина в причастности к московским взрывам. До октября 1999 года никто в России не счел бы новую войну в Чечне удачной идеей. В девяностые годы Кавказ стал кладбищем российских репутаций, там нашлось бы и место для путинской. Кажется, это соображение заставило Лужкова медлить, уступая противнику право свернуть себе шею. Но он лишь расчистил ему дорогу. Путинское решение воевать в отместку за взрывы было спонтанным, но наш сценарий оно не разрушало, сочетаясь с идеей новой сильной власти. Политический спортсмен вступался за русский народ, мобилизуя государство и оживляя его войной. Корректировку кампании вели на ходу, и тут зарождается путинское большинство как концепт.У меня до сих пор где-то валяется текст сообщения ТАСС от 1 декабря с моей правкой, где я заменил термин «коалиция большинства» на «путинское большинство». Выборы далеко впереди, и большинства у Путина нет, но кампания перестраивается вокруг новой идеи. Отныне Путин не «кандидат Ельцина», а выдвиженец путинского большинства нации. Он идет на выборы как представитель якобы реального большинства, и другим лучше расступиться. Здесь не силовой, а национальный аспект: новая нация входит в государственные права. Кампания облеклась в стилистическую маску национально-освободительной революции — простой парень из ленинградских коммуналок именем народного большинства берет Кремль!Но только к декабрю решающий эксперимент подтвердил, что план сработал. Это связано с выборами в Думу. Штаб долго держал блок «Единство» в далеком резерве президентской кампании — блок ассоциировался с Березовским, а это имя для избирателя давно было красной тряпкой. Центральным пропутинским блоком назначили «Союз правых сил» во главе с Сергеем Кириенко. Президентский рейтинг Путина рос, а «Единство» не выходило из электорального гетто в 5—6%. Между тем первыми выборами были вовсе не президентские, а парламентские в декабре 1999-го, где уверенно лидировали КПРФ с блоком Примаков—Лужков. Перед Кремлем возникла повторная перспектива — при «своем» президенте получить враждебную Думу. В ноябре я предложил штабу «поженить» революцию Путина с парламентской кампанией «Единства». Ослон и Сурков меня поддержали.24 ноября 1999 года Путин вышел в эфир новостей. «Как гражданин» заявил, что ему в Думе нужна политическая опора — и вот Сергей Шойгу, лидер блока «Единство», он мой товарищ. До выборов в Думу оставалось три недели, но благодаря этому ходу «Единство» моментально утроило поддержку! Только тут Борис Николаевич поверил в наш сценарий и в то, что «отмороженный» его кандидат победит. И решился уйти. Он признается в этом в своих воспоминаниях.В декабре 1999 года в оборот пустили выражение «Путин безальтернативен». Оно живет по сей день, но пришло не от нас, этим ценным подарком Путина наградили враги. Они обвиняли его в безальтернативности, когда еще Примаков и Лужков не снялись с выборов и были другие сильные кандидаты. Что означало слово «безальтернативен»? Мы попытались спорить с этим тезисом, но вскоре, оценив выгоду, сами стали применять его в пропаганде.Крастев: Итак, кампания закончилась, Путин выбран. До того был политтехнолог Павловский, открыто работавший с Кремлем, но все же свободный. После этого вдруг появляется новый Павловский — путинист, голос Кремля и герой телевидения. Как это вышло? Это была твоя идея? И как она вписывалась в твое понимание построения новой власти?Павловский: К концу кампании меня вытолкнули из суфлерской будки на сцену. И опять биографический поворот произошел по чистой случайности. В декабре 1999 года меня позвали на ток-шоу враждебного Путину НТВ. Атакуя «кукловода», враги рассчитывали морально уничтожить преемника как «кремлевский проект». Против меня усадили режиссера Говорухина, кандидата в президенты и участника примаковского списка «Отечество — Вся Россия». Но вышло так, что уничтожал его я. Я троллил режиссера, как чучело старой моды. Под конец крикнул, что он не политик, а клип, плохо отрежиссированный клип! Мной двигали чувство превосходства, наглость силы, идущей властвовать... В день выборов президента в марте 2000 года я ликовал в штабе со всеми. Каждый говорил тост, и Сурков произнес то сакраментальное «За обожествление власти!» Меня это слегка оцарапало, хотя культ власти тогда разделял и я. Но ведь мы уже взяли власть, разве нет? Теперь ее надо использовать, и незачем обожествлять. Там был и Путин. Нас засняли рядом, меня окончательно расконспирировали. Победа преемника стала мировой новостью, а я — популярной медийной фигурой. Телевидение поначалу было враждебно Путину, а я актерски легко отбривал атаки, переводя неясные намерения власти во внятную речь. Это было легко, ведь власть была моей. В те времена, о которых мне почти нечего вспомнить из-за бессодержательности, я стал всероссийски узнаваем. Таксисты отказывались брать с меня плату за проезд.<…>http://www.colta.ru/articles/society/18517

Выбор редакции
13 июля, 18:47

БОРИС НИКОЛАЕВИЧ ЮНКЕР!

Для меня пьяный глава еврокомиссии — символ единой европейской валюты (евро), которой я пророчу уход ниже паритета с долларом.

Выбор редакции
11 июля, 15:32

Анатолий Приставкин: "Мы существуем для того, чтобы смягчать сердца"

Анатолий Игнатьевич Приставкин (1931-2008) — советский и российский писатель, общественный деятель. Всемирную известность Анатолию Приставкину принесла опубликованная в 1987 году повесть «Ночевала тучка золотая», затрагивающая тему депортации чеченцев и ингушей в 1944 г. С 1992 года — председатель Комиссии по помилованию при Президенте РФ, а с декабря 2001 года — советник Президента РФ по вопросам помилования. Работа А. Приставкина по посту председателя первой общероссийской комиссии по вопросам помилования была отмечена Благодарностями Президентов России Б.Н. Ельцина и В.В. Путина. Опыт работы А. Приставкина в Комиссии по вопросам помилования нашёл отражение в его документальном романе «Долина смертной тени». В 2002 году стал лауреатом международной премии имени Александра Меня за вклад в развитие культурного сотрудничества между Россией и Германией в интересах мирного строительства Европейского дома.Ниже размещено интервью Анатолия Приставкина корреспонденту газеты "Коммерсант" Эдуарду Дорожкину, записанное в апреле 1997 года. Проблема смертной казни вновь оказалась в центре общественного внимания после того, как Борис Ельцин дал министру иностранных дел указание подписать протокол #6 к соглашению с Советом Европы, который обязывает страны — члены СЕ в течение трех лет с момента вступления в Совет принять закон, отменяющий высшую меру наказания. С председателем комиссии по помилованиям при президенте РФ, писателем АНАТОЛИЕМ ПРИСТАВКИНЫМ беседует корреспондент ЭДУАРД Ъ-ДОРОЖКИН.— Анатолий Игнатьевич, почему протокол #6 не был подписан раньше?— Об этом я судить не берусь. Скажу лишь, что Российской Федерацией было подписано заключение #193, пункт десятый которого обязывал нас с момента вступления в Совет Европы ввести мораторий на приведение в исполнение смертных приговоров. Этот пункт не выполнялся. В "запретный" период было казнено шестьдесят два человека — из них одиннадцать "новых" и пятьдесят три, оставшихся с 1995 года. Казни прекратились только в прошлом августе. 29 января этого года Совет Европы принял резолюцию #1111, гласящую примерно следующее: если Россия не подпишет протокол, то ассамблея вправе рассмотреть вопрос о неутверждении российской парламентской делегации на следующей сессии. Потеря авторитета в Совете Европы означала бы для России потерю репутации и в других международных организациях.— Какое место комиссия по помилованию занимает в российской судебной системе?— Комиссия — конституционный, а не апелляционный орган. Мы не рассматриваем степень доказанности вины. Любой человек, попавший к нам, заведомо рассматривается как виновный — потому что все апелляционные инстанции им уже пройдены. Нас интересует не юридический, а человеческий, гуманитарный, если хотите, аспект проблемы.— Сколько человек обратилось в комиссию за время ее существования?— Около семидесяти тысяч. Предварительно дела отбирает управление по помилованию — это такой бюрократический орган. Решение же принимаем мы. Затем документы отправляются на рассмотрение президента.— Кто входит в состав комиссии?— Третью часть составляют юристы. Остальные — гуманитарии в широком смысле слова. Бывший политзэк социолог Лев Разгон, журналистка Евгения Альбац, публицист и писатель Валентин Оскоцкий, поэт и главный редактор издательства "Московский рабочий" Кирилл Ковальджи, священник отец Александр, один из лучших психологов России Михаил Коченов, Булат Окуджава, Мариэтта Чудакова, Аркадий Вайнер и другие. Я часто сам задумываюсь над вопросом: что заставляет этих людей, у которых куча своих собственных профессиональных забот, абсолютно бесплатно, даже не за спасибо, заниматься такой действительно сложной работой? Как ни банально звучит, но причина единственная — искреннее желание помочь несчастным людям. Причем выполняют свои обязанности члены комиссии весьма добросовестно.Наши собрания — это постоянный спор. Да и в нерабочее время, ночью, например, мне кто-нибудь может позвонить: "А не слишком ли мы были строги в отношении такого-то? А не можем ли мы еще раз к этому делу вернуться?". Или кто-нибудь болеет, но все равно приезжает. Это своего рода нравственный шантаж: потому что если не приедешь, осужденный на день, на два, на неделю дольше проведет в тюрьме. А Разгон, прошедший через это, говорит, что там каждую лишнюю минуту ощущаешь, а сутки — это вообще целая вечность. Хотя, конечно, когда через тебя идет нескончаемый поток ужаса, очень трудно сохранять в себе человеческое. Мы существуем для того, чтобы смягчать сердца. Но и наши сердца подвергаются иногда нелегкому испытанию. У многих членов комиссии существуют свои "пристрастия": кто-то нетерпим к насильникам детей, кто-то — к дедовщине, кто-то — к людям, убившим своих родителей. А я, например, занимаю очень жесткую позицию в отношении детоубийц. В этом смысле я полностью понимаю и поддерживаю покойного Франсуа Миттерана: за годы своего правления он не помиловал ни одного детоубийцы.— Сейчас, когда казни приостановлены, с каким чувством вспоминаете вы 1995 и 1996 годы?— Вы знаете, по мере того, как отдаляются те страшные дни и страшные цифры (в 95-м году было казнено 86 человек, в 96-м — 53), я все отчетливее понимаю, какое сильное давление оказывали тогда на президента и чиновники, и депутаты, и пресса. После убийства Листьева президент не подписал, как и обещал, ни одного акта о помиловании. Ему было тогда безумно сложно. От него требовалось исполнять роль человека, который должен и может остановить рост преступности. Парадоксально, но мне кажутся очень верными строки Григория Остера: "Я бы тоже казнил декабристов, если был бы российским царем". В отличие от всех нас президент всегда на виду, каждое его решение ретранслируется на весь мир. И подчас такое положение накладывает очень неприятные обязательства.— Кто из тогдашнего окружения президента активно выступал за смертную казнь?— Точно я этого не знаю. Но мы обратили внимание, например, что когда руководителем администрации президента был Егоров со товарищи, отрицательные резолюции президента на наших посланиях превалировали. Ни один государственный муж не принимает решений, не посоветовавшись со своим окружением. В какой-то момент деятельность нашей комиссии была фактически парализована. Над нами поставили человека, который полагал, что такое количество прошений рассматривать попросту не следует. Помилование он считал делом исключительным, несмотря на то, что конституция гарантирует право на помилование любому гражданину Российской Федерации. За то время, что мы бездействовали, различные наказания отбывали больные, умирающие от рака люди, инвалиды, получившие инвалидность в лагерях, женщины... Потом этот гражданин разработал план новой комиссии — в нее должны были войти, как при советской власти, представители МВД, Верховного суда, Генеральной прокуратуры и так далее. Слава Богу, с приходом Чубайса все встало на свои места.— Насколько я знаю, старый уголовный кодекс не предусматривал такого наказания, как пожизненное заключение.— Нет, не предусматривал. Пожизненное заключение нам удалось пробить в Верховном совете в 1993 году как замену смертной казни в случае помилования. До этого же случались такие, например, ситуации: Верховный суд утверждал смертную казнь, но в заключении, подписанным одним из судей, рекомендовал нам заменить ее на пожизненное заключение. Но это не юридический казус. Во многих странах мира судья имеет право, осудив человека на смертную казнь, лично просить о помиловании. По новому нашему кодексу, максимальный срок заключения — 15 лет, затем идет пожизненное заключение и смертная казнь.— По чьей инициативе была создана ваша комиссия?— Формально по инициативе комитета по правам человека, который возглавлял тогда Сергей Ковалев. Однажды он мне рассказал, как все было на самом деле. После августовских событий 1991 года, когда гэкачеписты сидели в тюрьме, Ельцин очень переживал из-за того, что по статье "Измена Родине" им могли дать высшую меру наказания. И как бы для того, чтобы этого не произошло, и была создана наша комиссия. Очень трудно было утвердить ее состав: требовалась масса согласований. И если бы в один прекрасный день Сергей Шахрай не взял наши документы и не представил на подпись непосредственно президенту, то никакой комиссии могло бы и не быть. Сейчас мы рассматриваем по двести-триста дел в неделю.— Доводилось ли вам лично встречаться с Ельциным?— Мы виделись с ним три раза. И всегда находили взаимопонимание.— Сейчас раздаются голоса, что вопрос об отмене смертной казни должен решаться на референдуме.— Не должен. Во всех странах, кроме крошечной Швейцарии, решение об отмене высшей меры наказания принималось вопреки воле большинства. В Германии, кстати, это произошло в сорок девятом году — в момент чудовищного разгула преступности. Самый распространенный вариант — это введение моратория на приведение в исполнение смертных приговоров. Просто главный человек страны проявляет милосердие. А у милосердия не может быть законов. Де-факто Россия уже пошла по этому пути. Но здесь есть одна опасность. В любой момент у президента могут смениться советники, может поменяться и сам президент, ухудшится положение с преступностью — мораторий покоится на очень зыбком основании. Поэтому, конечно же, необходим закон.— Как складываются ваши отношения с правоохранительными органами?— Плохо. МВД, прокуратура, Верховный суд, Главное правовое управление — все они выступает против отмены смертной казни. Минюст колеблется. А горстка писателей-интеллектуалов неспособна своей волей изменить законодательство. Вся надежда — на Совет Европы, который, кажется, придает этому вопросу первостепенное значение. Не проходит недели, чтобы к нам не приезжали их представители. Потому что в отличие от МВД мы располагаем реальными цифрами. Европа проверяет: не сорвались ли мы. Одни ждут этого с ужасом, другие — с радостью.— Кто приводит в исполнение смертные приговоры?— Об этом не знаю даже я. Говорят только, что семьи палачей не догадываются о том, кем работают их сыновья, мужья, братья и отцы. Заключенного перевозят в тюрьму, где есть специальные камеры и коридоры. В течение определенного времени с ним "работает" один и тот же охранник. Когда "смертник" к нему уже привык, охранник стреляет в какой-то момент ему в затылок. Родственникам трупы не выдаются. И если вдруг окажется, что расстреляли невиновного, это будет весьма печальное свидетельство: если так случилось однажды, значит, может случиться и впредь.— Каков примерный социальный состав людей, осужденных на смерть?— Наша судебная система казнит только самую деградировавшую часть общества — потерявших человеческий облик алкоголиков, нищих, не способных оплатить хорошего адвоката, больных. То есть тех людей, из которых легче всего выбить признание в том, чего они не совершали. Организованная преступность через нас не проходит. Недавно молодые врачи из Вологды посетили тамошний лагерь смертников. Вот что выяснилось. 36 процентов смертников на момент преступления были хроническими алкоголиками, потерявшими и социальную и нравственную ориентацию. Еще тридцать процентов имели психические заболевания. Иначе говоря, две трети приговоренных к смерти — это больные люди. Еще две цифры. Лишь 30 процентов преступлений, за которые полагается высшая мера наказания, были совершены в корыстных целях. Остальные 70 процентов — преступления ситуативные, решение о которых принималось в момент совершения. Поэтому утверждения, что смертная казнь способна остановить преступность, просто бессмысленны: что же делать с этими самыми случайными 70 процентами?— В каких условиях отбывают пожизненное заключение помилованные президентом преступники?— В чудовищных. Это практически концлагеря. Гулять их выпускают на полчаса в наручниках. Никакой медпомощи, газет, книг. Никакого общения с внешним миром. Настоящий ГУЛАГ. Не имея сил казнить их сразу, МВД казнит их медленной смертью. Тот, кто отсидел в нашем лагере десять лет, — инвалид. Тот, кто двадцать-двадцать пять лет — просто обреченный на смерть. Наши тюрьмы вскармливают "волков".— Каким образом попадают к вам прошения о помиловании?— К нам попадают не только прошения. Все смертные приговоры проходят через нас. Из приговоренных к смерти каждый четвертый в нужный срок — семь дней — прошение о помиловании не подает. И я знаю, почему он этого не делает. Не потому, что хочет умереть: он не верит в Закон, не верит в объективность нашей комиссии и милость президента, не доверяет судебной системе вообще. Однако, услышав от сокамерников про положительные решения, спохватывается и таки пишет прошение. До последнего времени это было возможно. С первого июня вступает в силу новый порядок исполнения наказаний. Он позволяет — в том случае, если в течение семи дней со дня утверждения смертного приговора президиумом Верховного суда не подана апелляция — приводить приговор в исполнение. На подготовку палача уходит месяца два. Два месяца — вот сколько отпущено на то, чтобы решилась жизнь человека. Всякие моратории милиции безразличны. В августе снова могут зазвучать выстрелы. В Америке за год приводится в исполнение от тридцати до пятидесяти приговоров. Но ожидают своей участи три тысячи человек. Происходит это потому, что там больше всего боятся допустить судебную ошибку: поэтому дело может многократно пересматриваться.— Как вы полагаете, Государственная дума утвердит подписанный Россией протокол?— Думаю, что нет.— Что же делать в этом случае?— Я не знаком со всеми юридическими тонкостями вопроса, но, кажется, международное право имеет приоритет перед национальным законодательством. Уже сейчас на нас начали атаку сторонники смертной казни. Особенно усердствует провинциальная коммунистическая печать. А "Комсомольская правда" вообще написала, что наша комиссия помиловала маньяка, растерзавшего в Питере нескольких детей. Сегодня с утра — ураган звонков от родственников, которые грозят нас просто растерзать. Проблема, однако, в том, что этого дела мы даже в глаза не видели: по нашим сведениям, оно находится сейчас где-то в районе Верховного суда. И это, кстати, типичный случай. "Президент помиловал маньяка", а что за этим стоит, почему помиловал, никому неинтересно. Потому что в воздухе витает запах крови.Вы также можете подписаться на мои страницы:- в фейсбуке: https://www.facebook.com/podosokorskiy- в твиттере: https://twitter.com/podosokorsky- в контакте: http://vk.com/podosokorskiy- в инстаграм: https://www.instagram.com/podosokorsky/- в телеграм: http://telegram.me/podosokorsky- в одноклассниках: https://ok.ru/podosokorsky

Выбор редакции
11 июля, 02:22

Профессор МГУ Владислав Смирнов о противоборстве Горбачева и Ельцина

Владислав Павлович Смирнов (род. 1929) — советский и российский историк, специалист по истории Франции. Заслуженный профессор Московского университета (2012), лауреат премии имени М.В. Ломоносова за педагогическую деятельность (2013). В 1953 году В.П. Смирнов окончил исторический факультет МГУ, затем стал аспирантом, а с 1957 г. начал работать на кафедре новой и новейшей истории исторического факультета МГУ, где прошел путь от ассистента до профессора. Ниже приводится фрагмент из его книги: Смирнов В.П. ОТ СТАЛИНА ДО ЕЛЬЦИНА: автопортрет на фоне эпохи. – М.: Новый хронограф, 2011.Дуэль двух президентовПервый Съезд народных депутатов СССР значительно увеличил популярность Ельцина. Его стали воспринимать как крупного политического деятеля; сразу пригласили в США, официально для чтения лекций. Ельцин выступал там с большим успехом. Его принял сам президент Буш, хотя, формально, Ельцин был тогда еще только одним из 450 депутатов Верховного Совета СССР. Это, конечно, не понравилось советскому руководству во главе с Горбачевым, и оно приняло свои, не очень разумные, меры. «Правда» перепечатала статью из какой-то итальянской газеты, где утверждалось, что Ельцин, заработав чтением лекций большие деньги, тратил их на походы в магазины и появлялся на публике в нетрезвом виде. Затем советское телевидение показало документальный фильм о пребывании Ельцина в США. На экранах телевизора, он действительно, выглядел как-то странно: говорил замедленно с большими паузами. Снова (как в 1987 г.) Ельцину пришлось оправдываться, говорить. что он страдал бессонницей, вынужден был принимать много снотворных, и потому выглядел не лучшим образом. Заработанные в Америке деньги Ельцин, по его словам, потратил на приобретение очень дефицитных тогда одноразовых шприцев для лечения советских больных СПИД’ом.Я сразу безоговорочно поверил Ельцину: уж слишком явно его пытались скомпрометировать. Сейчас, когда известно, что в бытность Ельцина Президентом России с ним случались сходные происшествия, причем семь его ближайших сотрудников даже обращались к нему с письменной просьбой изжить «известное русское бытовое злоупотребление», а также «высокомерие, нетерпимость, нежелание выслушивать неприятные сведения, капризность, иногда оскорбительное поведение в отношении людей», его оправдания вызывают у меня гораздо меньше доверия. Прошло всего несколько месяцев, и с Ельциным опять случилось необычное происшествие. На заседании Верховного Совета СССР 16 октября 1989 г. министр внутренних дел В.В. Бакатин сообщил, что ночью 28 сентября на милицейский пост около села Успенское под Москвой явился насквозь промокший Ельцин и сказал, что когда он шел по мосту через Москва-реку, направляясь на дачу к своим друзьям, на него напали неизвестные, накинули на голову мешок и сбросили в реку, откуда он с трудом выплыл.Водитель машины Ельцина его рассказ не подтвердил. Он показал, что довез Ельцина до проходной у дачи его друзей (имена которых не назывались) передал ему два купленных заранее по просьбе Ельцина букета цветов и уехал. На заседании Верховного Совета Ельцин сказал, что никакого нападения на него не было, и этим ограничился. Впоследствии он не раз повторял, что вся эта история – «политический фарс, разыгранный М.С. Горбачевым на сессии Верховного Совета» и «чистейшая провокация». Утверждая, что его «принцип – всегда и везде говорить правду и ничего не скрывать от людей», Ельцин все же никакого внятного объяснения этого странного происшествия так и не дал.Мы не знали, что и думать, подозревали, что КГБ организовал против Ельцина какую-то провокацию, но доказательств не имели. Я бывал в Успенском и проходил по мосту, с которого будто бы сбросили Ельцина. Это высокий автомобильный мост (может быть, и не 15 метров, как докладывали милиционеры, а 5 метров, как признает Ельцин), но, во всяком случае, человек, сброшенный с него в довольно мелкую Москва-реку да еще с мешком на голове, вряд ли мог бы уцелеть. Тем не менее, Ельцин оказался в воде, и сам этого не отрицал. В Москве поговаривали, что Ельцин попал в воду из-за какого-то романтического приключения, но мне до сих пор неизвестно, что произошло. Вывод я сделал простой: и Горбачев, и Ельцин что-то скрывают. Они нас обманывают. Конечно, это незначительный эпизод, но обман все же остается обманом. Можно ли доверять этим людям в более серьезных делах? Ход событий показал, что большинство населения России не разделяло моих опасений и доверяло Ельцину.Когда в 1990 г. началась кампания по выборам на I съезд народных депутатов России – тогда еще РСФСР – сторонники Ельцина, объединившиеся в движение «Демократическая Россия», устраивали грандиозные митинги, на которых присутствовали сотни тысяч людей. Я на митинги не ходил, но видел их по телевидению. Вся огромная тогда еще ничем не застроенная Манежная площадь была забита народом, а лидеры «Демократической России» – сам Ельцин, Афанасьев, Попов и другие – выступали с балкона гостиницы «Москва». Они критиковали Горбачева за медлительность, требовали безотлагательно ввести рыночные отношения, улучшить положение трудящихся. На выборах на I Съезд народных депутатов России кандидаты «Демократической России» победили в Москве, Ленинграде и нескольких других крупных городах. Ельцин выставил свою кандидатуру в Свердловске и одержал полную победу, но, в целом, кандидаты «Демократической России» еще оставались меньшинством. Они получили примерно четверть депутатских мест на Съезде народный депутатов России, однако общественное мнение явно склонялось на их сторону, и это наглядно показали события 1 мая 1990 г.Утром этого дня я включил телевизор, чтобы, как обычно, посмотреть что происходит на Красной площади и как теперь празднуют этот день. Показывали не демонстрацию и не парад, а какое-то собрание, участники которого называли его митингом в честь дня международной солидарности трудящихся или «маевкой» (как в дореволюционной России). У микрофонов сменялись профсоюзные функционеры, объявившие себя организаторами этого собрания, и «номенклатурные рабочие», взывавшие к пролетарской солидарности в поддержку перестройки, но за «социалистический выбор». На трибуне Мавзолея молча стояли Горбачев, Рыжков и другие члены Политбюро. Вдруг я заметил, что со стороны Исторического музея движется плотная масса демонстрантов. Приглядевшись, я с изумлением увидел, что они несут не привычные, красные, а трехцветные флаги, а на плакатах вместо традиционных портретов членов Политбюро и надписей «Да здравствует КПСС – организатор и вдохновитель всех наших побед!» написано: «Долой КПСС!», «Долой марксизм-ленинизм!», «Политбюро в отставку!» Других лозунгов я не помню, но Черняев их приводит: «Долой социализм!», «Долой фашисткую красную империю!», «Партия Ленина, прочь с дороги!»В первой шеренге демонстрантов шли Ельцин, Афанасьев, Попов и другие руководители «Демократической России». Поравнявшись с Мавзолеем, они принялись скандировать: «Горбачева в отставку!» Что ему оставалось делать? Я увидел, как Горбачев, не говоря ни слова, повернулся и ушел с Мавзолея, а за ним под свист и улюлюкание последовали остальные члены Политбюро. Как человек Горбачев поступил достойно, но как политик – проиграл: допустил, что его согнали с трибуны. В появившемся на следующий день в «Правде» репортаже не было ни слова о том, что Горбачев был освистан и ушел с трибуны. Было лишь сказано, что «недавно образовавшиеся политические группы и движения, к сожалению, не удержались от экстремистских лозунгов, содержащих провокационные, грубые, оскорбительные выпады против конституционной власти», и поэтому, по словам «Правды», особенно актуально звучат призывы «против анархии и насилия – к совместным действиям для достижения гражданского мира».Почувствовав, что его положение стало непрочным, Горбачев задумал учредить новый высший государственный пост – Президента СССР – и самому занять его. Это требовало изменения конституции. В свою очередь, Ельцин развернул борьбу за пост Председателя Верховного Совета РСФСР – высший государственный пост в России. Оба они добились своих целей, хотя и с большими усилиями. 15 и 16 мая 1990 г. с промежутком всего в один день открылись заседания Внеочередного Съезда народных депутатов СССР и Первого съезда народных депутатов РСФСР. На Внеочередном съезде народных депутатов СССР Межрегиональная группа возражала против создания поста Президента СССР, считая, как сказал Афанасьев, что речь идет «об узаконении чрезвычайной власти одного человека, в данный момент Михаила Сергеевича Горбачева». Противники Горбачева из числа ортодоксальных коммунистов, ссылаясь на недопустимость совмещения двух главных постов – Президента СССР и Генерального секретаря ЦК КПСС, предлагали своих кандидатов на пост Президента, в том числе Председателя Совета Министров Н.И. Рыжкова. После долгих препирательств и нескольких туров голосований соперники Горбачева сняли свои кандидатуры и Горбачев был избран Президентом СССР. За него проголосовали 1329 депутатов, против – 4951. Председателем Верховного Совета СССР вместо Горбачева стал Лукьянов.Наряду с созданием поста Президента СССР съезд внес и другую важную поправку в Конституцию – отменил ее 6-ую статью, гласившую, что КПСС является «руководящей и направляющей силой советского общества». Согласно новой поправке, КПСС, наряду с другими партиями и общественными организациями, всего лишь «участвует в выработке политики Советского государства, в управлении государственными и общественными делами». Поправку предложил Горбачев, но победу праздновали лидеры «Демократической России», не без оснований считавшие, что они вынудили Горбачева на такой шаг. На Первом съезде российских народных депутатов развернулась упорнейшая борьба за пост Председателя Верховного Совета РСФСР. Ельцин вел свою кампанию под лозунгом борьбы с «центром», то есть с правительством СССР во главе с Горбачевым, за суверенитет России. В одном из выступлений по телевизору он сказал: «У нас вот такой центр» – и широко развел руки в обе стороны. «А нужен нам вот какой», – и, хитро ухмыльнувшись, сблизил обе ладони почти вплотную.Борьба за пост Председателя Верховного Совета РСФСР была очень упорной. Несколько раз ни один из кандидатов не мог собрать требуемого для избрания абсолютного большинства голосов. Наконец, Ельцину все же удалось получить на 4 голоса больше, чем требовалось, и он стал Председателем Верховного Совета, то есть, главой российского государства. 12 июня 1990 г. Съезд народных депутатов РСФСР, по предложению Ельцина, подавляющим большинством голосов принял Декларацию о государственном суверенитете России, которая провозглашала верховенство законов России над законами СССР. Обращаясь к другим республикам Советского Союза, Ельцин сказал: «Берите столько суверенитета, сколько можете проглотить». Услышав эти слова, я буквально подпрыгнул: суверенитет означает независимость, но от кого могут быть независимыми Россия и другие республики, входящие в состав СССР? Только друг от друга. Но ведь это означает распад Советского Союза!Выступление Ельцина дало мощный толчок «параду суверенитетов», как назвал его Горбачев. Еще 9 марта 1990 г. о своем суверенитете заявила Грузия, 11 марта – Литва, затем Латвия и Эстония. До 27 июля, когда Декларацию о суверенитете приняла Белоруссия, 8 из 15 бывших советских республик объявили себя суверенными государствами. Фактически начался распад СССР. Коммунистическая партия Советского Союза тоже распалась. Компартии бывших союзных республик стали самостоятельными и лишь номинально все еще подчинялись ЦК КПСС. В России образовалась своя собственная коммунистическая партия, которую возглавил противник Горбачева, бывший первый секретарь Краснодарского обкома КПСС И.К. Полозков. Делегаты Учредительного съезда компартии России, открывшегося в июне 1990 г., критиковали Горбачева и его политику. Горбачеву мешали говорить, его перебивали, заставили отвечать на критику, оправдываться. Командующий Приволжско-Уральским военным округом генерал А.М. Макашов нагло рекомендовал Горбачеву – Президенту и – согласно конституции – Верховному главнокомандующему – пройти курс начальной военной подготовки.Возникновение российской компартии во главе с Полозковым поставило коммунистов России в сложное положение. Они оказались в «другой» компартии, политику которой многие не одобряли. Не желая оставаться в «компартии Полозкова», они не ходили на собрания, не платили членские взносы, нередко сдавали партийные билеты. В такой напряженной обстановке 2 июля 1990 г. открылся 28-ой и, как оказалось, последний съезд КПСС. В другое время он бы сильно меня заинтересовал, но теперь принимаемые на съезде решения уже не имели прежней силы. В политическом отчете Горбачева и в «Программном заявлении» съезда на первый план выдвигались две главные задачи: переход к рыночной, но регулируемой государством экономике и заключение нового Союзного договора между входившими в состав СССР, а ныне суверенными республиками. Главной целью, к которой должны были стремиться коммунисты, съезд объявил «гуманный демократический социализм», ранее решительно отвергаемый коммунистами. Я считал, что компартия переходит на социал-демократические позиции, но какое это имело значение на фоне оглушительного краха социализма в странах Восточной Европы, дискредитации коммунистических идей, взрыва национальных движений, «парада суверенитетов»? Речи делегатов звучали в политической пустоте.Самым интересным, да и самым важным, было выступление Ельцина, только что избранного Председателем Верховного Совета РСФСР. На трибуне стоял совсем не тот Ельцин, которого я помнил по XIX парт-конференции. Он не только не просил о реабилитации, а, напротив, весьма агрессивно и напористо обвинял партийный аппарат во главе с Горбачевым в том, что он препятствует перестройке. «Или партаппарат под давлением политической реальности решится на коренную перестройку партии или будет цепляться за обреченные формы и останется в оппозиции к народу, в оппозиции к перестройке. Тогда представители аппарата неминуемо будут вытеснены из всех органов законной власти», – предсказывал Ельцин. Он заявил, что партийные организации в армии, КГБ и других государственных учреждениях следует упразднить. КПСС должна изменить свое название, избрать новое руководство и превратиться в партию «парламентского типа»2. В противном случае имущество КПСС «как партии обанкротившейся и обязанной хотя бы своим имуществом возместить долги перед народом», будет национализировано, а ее руководители «всех уровней» привлечены к суду.В заключение Ельцин объявил, что выходит из КПСС, но мотивировал этот шаг не принципиальными, а практическими соображениями: будучи Председателем Верховного Совета РСФСР, он не может «выполнять только решения КПСС». Горбачев отверг предложения Ельцина «как неприемлемые для нас, коммунистов». Вряд ли он предвидел, что через несколько лет возглавит не коммунистическую, а социал-демократическую партию. Возражая тем, кто рассчитывал, что на съезде состоятся похороны КПСС, Горбачев сказал: «КПСС живет и будет жить!» Он жестоко ошибся.Вы также можете подписаться на мои страницы:- в фейсбуке: https://www.facebook.com/podosokorskiy- в твиттере: https://twitter.com/podosokorsky- в контакте: http://vk.com/podosokorskiy- в инстаграм: https://www.instagram.com/podosokorsky/- в телеграм: http://telegram.me/podosokorsky- в одноклассниках: https://ok.ru/podosokorsky

04 июля, 20:13

Путин – свой среди чужих, чужой среди своих

Сейчас трудно комментировать происходящие события. Потому что сейчас рушится сам существующий миропорядок (Трампостройка, но также и всё остальное в мире), а ведь смысл любой вещи и любого частного события познается в соотнесении с целым. А если это целое поплыло, пошло в непредсказуемые метаморфозы, и к полной информации доступа нет – то можно только наблюдать со стороны отдельные фрагменты реальности и о будущем только догадки строить. Но кто же у нас рулевой во время этих штормов и предстоящих потрясений, можно ли ему довериться?Не претендуя на глобальные выводы, вот крупица из мозаики. Путин: "Коммунистическая идеология — не более чем красивая и вредная сказка. Вредная — потому что осуществление или попытка осуществления её нанесла нашей стране огромный ущерб... Деятели октября 1917 года... уничтожили то, что стягивает и сплачивает народы цивилизованных стран — а именно уничтожили рыночные отношения. Уничтожили рынок как таковой, зарождающийся русский капитализм! Единственное, что они сделали и чем держали страну в составе общих границ — это колючая проволока. Как только колючая проволока была убрана — так распалась и страна." Это из его известного интервью 1991 года. В повторном интервью 2002 года Путин сказал об этом – "мне практически нечего добавить. Я всё готов повторить слово в слово".Реплика в ЖЖ maysuryan : вот забавно, в Британской империи, например, рынок точно был. И в Российской, Австро-Венгерской, Османской... Отчего же они все распались? Но, в общем, понятно, главное злодеяние аццких коммуняк — что они "уничтожили русский капитализм". Зато теперь он снова тут как тут, и все мы счастливы безмерно. А президент России — антикоммунист, и ничуть этого не скрывает.А вот комментарии на youtube - https://www.youtube.com/watch?v=cezkyHIV3lsОльга Черникова...нанесла нашей стране огромный ущерб...Владимир Владимирович, Вы ничего не путаете? СССР был сверхдержавой, второй экономикой в мире и первым во многих отраслях науки и техники. Нам бы сейчас не помешал такой "ущерб", чтобы хотя бы приблизиться к достижениям Советского Союза.Славянский Воин"Колючая проволока", которая не давала зверью, наркоте, содомитам и пр. дерьму, шагнуть на просторы СССР. Строй, который не давал таким, как Путин, приватизировать общенародное имущество, в свои руки. Страна потребляла то, что сама производила. Зато теперь, собственные производства практически уничтожены, а Путин и компания шикарно живут за счет продажи ресурсов страны, превратив ее в сырьевую колонию. Все сделал так, как хотели его заграничные партнеры! Политика СССР, не давала дерьму поднять голову и беспрепятственно обворовывать население страны, разлагать его сознание.Лер ЯПутин полжизни боролся с Солженициным, а под старость стал большим поклонником стукача Ветрова. Полжизни клялся коммунистам в верности, а теперь проклинает их. Путин гнидаTarantino___74 TaranЭкономика социализма, направлена на интересы всего социума. Экономика капитализма, на интересы "избранных" Комментарии вроде излишни. Но как им это удается ! Заставлять большинство, жить в угоду и блага меньшинства!!! Долго ли это еще продлится?!Анна БерезинаВрет он все. Не потому, что сняли колючую проволоку распался СССР, а потому, что американцы с помощью Горбачева его развалили. Все десятилетия существования СССР никто и не думал о его распаде, и не хотел из него выходить, и народ на референдуме проголосовал против его разрушения. Он что, не помнит результатов референдума? Сам пособник олигархов, которые стали грабить народное достояние, где тут ему любить большевиков. Здесь видна истинная суть Путина, противника социализма и коммунизма, покровителя олигархов. Владимир Мамзиковклятву нарушил, однозначно. За заммэрскую зарплату?Рафайил РафайиловичПродал Родину за доллары и нарушил присягу которую он давал КГБ Советскому Союзу.Сейчас 2018 год.Интересно – нынешняя старость добавила Путину ума и совести или убавила? Хочется надеяться на лучшее. Перейти к оглавлению блога

Выбор редакции
Выбор редакции
24 июня, 10:00

Шахтеры способствовали развалу СССР и едва не развалили Россию

Дмитрий ЛысковРовно 20 лет назад доведенные до отчаяния шахтеры перекрыли Транссиб. Начались события, вошедшие в историю как «рельсовая война». В считанные дни она привела к транспортному коллапсу в масштабах страны: от центра были отрезаны Дальний Восток и Юг России, под угрозой оказалась целостность государства. Но не спешите жалеть горняков – они сами виноваты в случившемся.Горькая ирония «рельсовой войны» заключается в том, что в конце 1980-х – начале 1990-х годов шахтеры сыграли принципиально значимую роль в приходе к власти Бориса Ельцина и его «команды реформаторов». Более того, именно они требовали от правительства немедленных рыночных реформ и получили за это ощутимые бонусы.Мыльный бунтПервые массовые забастовки шахтеров потрясли Советский Союз в 1989 году. Начало протестного движения обычно связывают с тотальным «перестроечным» дефицитом, когда из магазинов исчезало все – от промтоваров до сигарет. На таком фоне было достаточно всего одного непродуманного решения или мелкого инцидента, чтобы возмущение вылилось на улицы. Для Воркуты последней каплей стало урезание северных надбавок и льгот вкупе с сокращением отпусков, а в Кузбассе горняки были спровоцированы исчезновением хозяйственного мыла из душевых на шахтах.Забастовочное движение стремительно расширялось и вскоре охватило также Донбасс и Карагандинский угольный бассейн. Требования протестующих – поначалу даже не экономические, а чисто бытовые – быстро стали политическими. К примеру, в июле 1989 года межшахтный забастовочный комитет Воркуты потребовал – ни больше, ни меньше – отменить конституцию СССР, сократить аппарат чиновников на 40%, пригласить в страну для проведения реформ американского экономиста Василия Леонтьева и предоставить шахтам полную экономическую самостоятельность. В требованиях стачкомов Кузбасса также значились свобода внешнеэкономической деятельности.Михаил Горбачев с трибуны Верховного Совета назвал требования бастующих справедливыми. Очевидно, что речь шла именно о бытовых требованиях – и вскоре они были частично удовлетворены, но протест уже развивался по нарастающей. По воспоминаниям заместителя председателя областного стачечного комитета Кузбасса Михаила Кислюка, к 1990 году сложилось устойчивое мнение, будто Москва шахтеров обманывает. Горбачев встречался с некими представителями горняков, неизвестными в регионе, но в Кузбасс так и не приехал. «После этого мы в нем окончательно разочаровались и выдвинули и политические требования, в том числе отставки президента и правительства», – вспоминал Кислюк в одном из своих интервью.Борьбу с Горбачевым, с привилегиями партноменклатуры, с косностью позднесоветской бюрократии вел в то время и Борис Ельцин, на которого сделали ставку стачкомы Кузбасса. Весной 1990-го в Москву отправился агитационный поезд горняков, представители которых требовали избрания Ельцина председателем Верховного Совета РСФСР, пикетировали делегатов съезда и угрожали тотальной забастовкой. «Если бы не наша поддержка, его вряд ли избрали бы председателем Верховного Совета России», – подчеркивает Кислюк.Такая точка зрения далеко не единична. Исследователь рабочего движения Юрий Симонов писал: «Можно без преувеличения сказать, что шахтеры... если и не стали решающей силой, приведшей Ельцина к власти, то, по крайней мере, сделали все, чтобы проложить ему путь к ней».Аналогичным образом ситуацию оценивал лидер шахтеров Донбасса, впоследствии – депутат Верховной рады Украины от Партии регионов Юрий Болдырев:«Ельцин опирался на кузбассовские стачкомы, и именно они стали той силой, которая позволила ему сломать СССР».«Практически все требования горняков и их лидеров оказались выполненными, – вспоминал в 2016 году и Аман Тулеев. – И сегодня мы пожинаем плоды шахтерских забастовок 1989–1991 годов. Требовали забастовщики выхода России из СССР – получили распад Советского Союза... В экономической сфере добивались самостоятельности предприятий угольной отрасли? Требовали разрешить шахтам и разрезам устанавливать свои нормы выработки? Добились!»«Счастливые 90-е»Либерализация цен в 1992-м для горняков прошла относительно безболезненно: в их отрасли – одной из немногих – резко повысились зарплаты. Если раньше заработок шахтера был больше заработка педагога в три–четыре раза, то при новой власти – в десять раз.Профсоюз угледобытчиков первым в стране подписал с правительством отраслевое тарифное соглашение по формуле «50х50». Это означало возможность направлять половину поступающих на предприятия средств в фонд заработной платы. В других отраслях 80% средств автоматически списывались в счет долгов по налогам, то есть денег люди не видели.Требуя экономической самостоятельности, шахтеры не учли одного: по уровню государственных дотаций угледобыча могла соперничать только с сельским хозяйством. Между тем МВФ требовал от правительства России перехода к бездефицитному бюджету, что попытались реализовать путем максимального сокращения господдержки во всех отраслях. В итоге сельское хозяйство просто похоронили, а в случае угольщиков, как союзников с одной стороны и консолидированной протестной силы – с другой, приходилось лавировать.Дальнейшее можно назвать цепью невероятных случайностей. По крайней мере, нет никаких данных о том, что угольщики специально подгадывали свои акции к наиболее драматическим событиям российской истории 1990-х годов.В 1993-м на фоне вошедшего в горячую стадию противостояния между президентом и Верховным Советом достаточно было одного намека на недовольство горняков, чтобы отрасли подкинули денег вопреки даже мнению МВФ. Всем была памятна роль шахтеров в конфликте Горбачева и Ельцина, так что отдавать такой актив Руцкому и Хасбулатову никто не хотел.Но уже через год началась реализация предложенной Всемирным банком программы по реструктуризации угольной промышленности. Она подразумевала в том числе закрытие убыточных шахт. Всплеск недовольства, усугубленный 40-процентным снижением дотаций отрасли в бюджете 1995 года, привел к всероссийской забастовке угольщиков, которая началась 1 февраля 1996 года и продолжалась всего два дня.Скоротечность акции объясняется просто: незадолго до нее состоялись выборы в Госдуму, первое место на которых получила КПРФ, а летом страну ждала очень непростая для «команды реформаторов» президентская кампания. Понимая шаткость ситуации, правительство предпочло пообещать горнякам более 10 трлн рублей господдержки.Такое лавирование не могло продолжаться вечно, как и угольная отрасль не могла оставаться островком относительного благополучия в общей драме реформ. В конце концов, требования МВФ и ВБ оставались в приоритете, а звоночек прозвенел еще в 1994-м, когда на заседании Межведомственной комиссии по социально-экономическим проблемам угледобывающих регионов вице-премьер и председатель МВК Александр Шохин остался только на обсуждение программы Всемирного банка, а затем покинул собрание, несмотря на протесты профсоюзов.К 1998 году на некоторых шахтах долг по зарплате достигал семи и более месяцев. При этом обострение кризиса в отрасли совпало с «делом писателей», когда в СМИ просочилась информация о получении «ведущими реформаторами» (в том числе Анатолием Чубайсом и Альфредом Кохом) аванса в 90 тысяч долларов каждому за ненаписанную книгу о построении рынка в России.Уже в январе шахтеры Приморья попытались блокировать Транссиб. Среди их требований было обращенное лично к Чубайсу: написать книгу о судьбе шахтеров и передать гонорар на погашение долгов по их зарплатам.Отставка президента согласована с правительством13 мая горняки приполярного города Инта совместно с учителями и медработниками заблокировали железнодорожную магистраль Москва – Воркута. Так от страны был отрезан угледобывающий район Республики Коми.По-настоящему масштабной «рельсовая война» стала после того, как горняки кузбасского Анжеро-Судженска заблокировали Транссиб. Ситуация не была катастрофической – развитая железнодорожная сеть региона позволяла пускать поезда в обход, но уже 20 мая к акциям протеста присоединились другие города области, в результате чего движение по «великому сибирскому пути» было полностью прервано.Восток страны оказался изолирован от центра. Встали почти 300 пассажирских и более 350 грузовых составов.18 мая в Ростовской области на станции Шахты была заблокирована Северокавказская железная дорога. До 20 мая эксплуатировался объездной участок магистрали, но затем протестующие заняли и его. Железнодорожное сообщение с Югом оказалось прервано, встали 300 грузовых и 280 пассажирских поездов.Люди требовали выплаты зарплат, пенсий, пособий, отставки правительства и президента, национализации предприятий и упразднения либеральных реформ.Сложившуюся ситуацию трудно было назвать просто тяжелой – фактически речь шла об утрате экономической целостности страны. 22 мая в Кузбасс прибыла правительственная комиссия с широкими полномочиями. Судя по всему, ей было предписано обещать что угодно, лишь бы возобновить работу магистралей. Сохранился уникальный по своей абсурдности документ, подписанный представителями бастующих с одной стороны и главой комиссии, зампредом правительства Олегом Сысоевым. В первом же пункте значится: «Отправить Ельцина Б.Н. в отставку. Срок исполнения – 1 июня 1998 года».Эта тактика сработала. В конце мая горняки начали уходить с железных дорог. Делегации шахтеров направлялись в Москву – к Дому правительства, чтобы требовать соблюдения достигнутых договоренностей.В июне на Горбатом мосту был разбит палаточный лагерь. Представители угольной отрасли два месяца стучали касками по брусчатке. Но вскоре грянул августовский кризис 1998 года – и всем уже стало не до шахтеров.Дмитрий ЛысковИсточник

23 июня, 11:42

Тайный советник вождя

В истории с назначением Юмашева советником Путина примечательно не то, что он был назначен, а то, что он был переназначен, после чего многие с удивлением узнали, что он до сих пор работает в Кремле.Хотя еще в 2000-м году на Компромате выходил материал, где прямо указывалось, что Юмашев из Кремля не уходил.О Валентине Юмашеве разные люди отзываются по-разному. Ниже будут приведены цитаты, взятые либо из прессы, либо записанные корреспондентом «!» при личной беседе с людьми, хорошо знающими нашего героя.«Валентин Юмашев – уникальный человек. Пожалуй, только он может не без оснований произнести такую фразу: мы говорим – Борис Ельцин, подразумеваем Валентин Юмашев».«Юмашев умен, хитер и коварен. Слишком энергичен и амбициозен».«Светиться» он не любит. Мучительно реагирует на все негативные публикации про себя. Запоминает фамилию автора, выжидает и мстит».«Выполнял ли Юмашев просьбы или поручения олигархов? Если ему было выгодно, то да. Если не выгодно, никогда не сделает. Замотает, но прямо не скажет».«У него нет убеждений, не хватает и базовых знаний. Он всегда выступает как компилятор и посредник. Зато память у Вали очень хорошая».«Часто в разговоре врет и многие чувствуют это вранье. Если рассуждает о людях, то себя представляет, как бескорыстного борца за справедливость. Отзывается плохо обо всех, кроме Дьяченко и Березовского».«Все, кто с ним имел дело, воспринимали его как «разводчика», шестерку, условную (управленческую) единицу. Многие знакомые Валентина так и называют его между собой: У.Е. «Ну что, У.Е. опять всех «развел»? – стандартный риторический вопрос про Валю».«Валентин – обычный парень. Просто он с детства был всем обделен – деньгами, бабами, друзьями…»."Если Валя кого-то хвалит, значит, начал «мочить». Он журналистам открыто говорил: «Начните кого-то хвалить, а я уж доведу это до президента".«Он человек команды, но не человек системы. Он был силен именно своей отсраненностью. Неотъемлемой частью его игры всегда было умение подстраиваться под складывающуюся ситуацию».Последняя цитата приведена из газеты «Сегодня» за 12 марта 1997 года. За три года практически ничего не изменилось. Валентин Юмашев по-прежнему действует в Кремле. Благодаря ему и Татьяне на посту главы президентской администрации удалось сохранить одиозного Волошина. Несмотря на отчаянное сопротивление новой «питерской» команды в администрации, которая рассчитывала, что Путин все-таки сдержит обещание и проведет структурные преобразования в Кремле.Сегодня Валя входит в так называемую «секретную группу по кадрам», которая создана совсем недавно. Занимается Юмашев тем, чем владеет в совершенстве. Первые результаты его деятельности не остались незамеченными.Именно «секретная группа по кадрам» провела на пост генпрокурора Владимира Устинова вопреки намерению Путина «посадить» в Генеральную прокуратуру Дмитрия Козака. Этой же «группе» принадлежит идея ареста Владимира Гусинского.С отставкой Ельцина ничего не изменилось. Они по-прежнему в Кремле. Все ключевые решения по-прежнему принимает «семья». Путин только головой «кивает». Как тут не вспомнить загадочную фразу Б.Н., сказанную перед инаугурацией ВВП: «Мы еще с Владимиром Владимировичем поработаем вместе».Колонка:Дата рождения – 15.12.1957.Место рождения – Пермь.Образование – факультет журналистики МГУ (незакончен, что В.Б. Юмашев скрывает).В 16 лет переехал в Московскую область, подрабатывал дворником на даче Корнея Чуковского в Переделкино.В СМИ работает с 1976 г.1979 – 1987 г.г. – корреспондент, ведущий рубрики в «Комсомольской правде».1987 – журнал «Огонек».1991-1995 – заместитель главного редактора «Огонька».Август 1995 – генеральный директор издательства «Огонек».Весна 1996 – участие в работе предвыборного штаба по выборам Ельцина на второй президентский срок.Август 1996 – назначен советником президента по связям со СМИ.11 марта 1997 – назначен главой администрации Ельцина.Семейное положение – женат вторым браком.Дочь Полина учится в английском колледже вместе с внуком Ельцина и сыном А.Чубайса. Стоимость обучения 15 000 фунтов стерлингов в год.Играет в теннис.Не пьет.Предпочитает строгий стиль в одежде.Цитаты: «Патологически не приемлет дисциплины – никогда не приходит на работу вовремя», «Умен, хитер и коварен, слишком энергичен и амбициозен», «Не любит светиться, почти никто не может сказать, что он сделал на посту советника», «В узких идейных «кремлевских тусовках» почти всегда принимал участие», «Неотъемлемой частью его игры всегда было умение подстраиваться под складывающуюся ситуацию».Прописан в доме на Осенней улице.Имеет джип белого цвета.Один из газетных заголовков: «Человек-невидимка».http://www.compromat.ru/page_9954.htm - цинкПочему такое долголетие не трудно догадаться - Юмашев входил в "Семью", где в конце 90х шли "смотрины" будущих кандидатов в президенты.Из интервью Березовского 2008-го года.Б.Б.: Стали обсуждать, кто будет следующим президентом. Была чехарда эта, когда Ельцин отправил в отставку сначала Черномырдина, потом Кириенко, потом Кириенко оказался совсем слабеньким, потом Примаков – Примаков оказался совсем монстром, который хотел все разрушить, что было сделано за эти годы, а потом возник Степашин, тоже слабый, очень в этом смысле похожий на Кириенко. И вот потом… мы обсуждали. С одной стороны, я обсуждал с ним все это, с Путиным. А с другой стороны, обсуждал с Валей Юмашевым, ну и с Борисом Николаевичем. И при этом Путин сам очень скептически относился к этой идее, чтобы самому становиться президентом. Но тем не менее обсуждал.М.Г. (небезызвестная Маша Гессен): Чья это была идея?Б.Б.: Я не думаю, что какого-то одного человека. Я ему сформулировал эту идею независимо ни от кого другого, еще до 99 года, но это же, по-моему, с ним еще обсуждал и Валя Юмашев, но тоже очень по касательной. Как бы независимо возникла у этой группы людей одна и та же идея. Именно в силу того, что он уже был отчасти своим. В том смысле, что он не пытался заигрывать одновременно и с Лужковым, и с коммунистами. Он был последовательным, не то чтобы членом команды, но по крайней мере точно проельцинским. В отличие от всех других. Степашин бегал и к коммунистам, и к Лужкову, хотел со всеми. И Кириенко то же самое. Я не говорю о Примакове, который сам в душе коммунист был. А Путин был как-то очень мягко последовательным, так скажем. И я с ним эту идею несколько раз обсуждал, но не относился к ней, безусловно, серьезно. Серьезно это произошло тогда, когда в июле уже, по-моему, в июле 99 года ко мне пришел Валя Юмашев и сказал: «Борь, попробуй поговорить с Путиным серьезно».* * *М.Г.: Итак, Ельцин назначает Путина премьером в августе 99-го.Б.Б.: Да, в августе. И я помню мы собрались у Волошина на даче, был Волошин, Путин, Таня Дьяченко, Валя Юмашев, Рома Абрамович, Сурков Слава и я. И я сказал, что у нас нет другого пути, кроме как создание нового политического блока. Ну и все без всякого исключения сказали, что это нереалистично. Путин вообще молчал. Волошин особенно возражал. И Рома Абрамович сказал: «Да, я тоже считаю, что нереалистично, но давайте спросим, что он просит» – что я прошу для этого. И я говорю: «Очень мало. Самое главное, – говорю, – одна вещь, что у Волошина – Саш, у тебя – должен Игорь Шабдурасулов стать первым замом» (Александр Волошин тогда возглавлял Администрацию президента, а Шабдурасулов работал у Березовского на Первом канале. – М.Г.). Ну, ему не понравилась эта идея.* * *М.Г.: Но мы пока еще в декабре 99-го. Следующее событие – отставка Ельцина.Б.Б.: Отставка Ельцина – это идея Юмашева. Он мне однажды позвонил. Это было, по-моему, в конце ноября. «У меня есть обалденная идея…» И мы с ним встретились.М.Г.: И как вам эта идея понравилась?Б.Б.: Мне очень понравилась. Он тогда мне не сказал конкретное число, ничего. Но сказал достаточно. Но вот уж такая веха – 31 декабря.М.Г.: Исключительно с целью укрепить Путина?Б.Б.: Исключительно. Исключительно.Так что не стоит удивляться кабинету Юмашева в Кремле.

Выбор редакции
17 июня, 01:22

Профессор МГУ Владислав Смирнов - о первом Съезде народных депутатов СССР

Владислав Павлович Смирнов (род. 1929) — советский и российский историк, специалист по истории Франции. Заслуженный профессор Московского университета (2012), лауреат премии имени М.В. Ломоносова за педагогическую деятельность (2013). В 1953 году В.П. Смирнов окончил исторический факультет МГУ, затем стал аспирантом, а с 1957 г. начал работать на кафедре новой и новейшей истории исторического факультета МГУ, где прошел путь от ассистента до профессора. Ниже приводится фрагмент из его книги: Смирнов В.П. ОТ СТАЛИНА ДО ЕЛЬЦИНА: автопортрет на фоне эпохи. – М.: Новый хронограф, 2011.Первый Съезд народных депутатовXIX партконференция постановила созвать Съезд народных депутатов СССР. Он открылся 25 мая 1989 г., взбудоражил все общество и, на мой взгляд, стал началом конца советской системы, хотя предназначался для ее укрепления. Во второй половине 1988 г. началась кампания по выбору делегатов на Съезд. Это была первая настоящая избирательная кампания, которую мне довелось увидеть. По всей стране происходило множество собраний, митингов и демонстраций, на которых кипели страсти. Соперники излагали свои программы, обличали друг друга, распространяли листовки и фотографии кандидатов. В избирательную кампанию включились люди, которые раньше никогда не занимались политикой. Так, например, в избирательном штабе популярного журналиста активного сторонника перестройки Ю. Черниченко с энтузиазмом добровольно работала одна из сотрудниц нашей кафедры, а недавно я узнал, что мой друг Адо и его жена по ночам расклеивали листовки – мне об этом они не говорили. Я не хотел участвовать в общественной деятельности, но наблюдал за ней с большим интересом.Наибольшее внимание привлекал Ельцин, который выставил свою кандидатуру в самом главном – Московском – территориальном избирательном округе. Его соперником был генеральный директор московского автозавода имени Лихачева (когда-то имени Сталина) Ю. Браков. Он пользовался поддержкой власти, зато за Ельцина выступало большинство москвичей – не только из-за его популярной программы, изложенной в выступлении на XIX партконференции, но и в знак протеста против властей, пытавшихся провалить Ельцина. На Пленуме ЦК КПСС 15 марта 1989 г. семь «номенклатурных рабочих», числившихся членами Центрального комитета, внесли предложение «обсудить и дать оценку некоторым выступлениям члена ЦК КПСС Б.Н. Ельцина», которые, по их мнению, «противоречат политическим установкам ЦК, партийной этике и уставным нормам КПСС». Пленум создал для рассмотрения этого вопроса специальную комиссию, но все было тщетно.В поддержку Ельцина собирались многолюдные митинги, в которых участвовало немало моих знакомых из академических институтов и МГУ. Я побывал на одном из таких митингов, проходившем на большом (тогда еще не застроенном) пустыре около пересечения Комсомольского проспекта с насыпью Окружной железной дороги. Толпы людей, часто с трехцветными флагами, шли и шли к месту митинга. В конце концов собралось целое море людей, которое залило окружающие улицы. Над ним реяли сотни, если не тысячи, трехцветных «царских» флагов. Я раньше их никогда не видел, и задавался вопросом: откуда они взялись в таком количестве? Кто, где и на какие деньги их изготовил? Ответа на эти вопросы у меня нет до сих пор.Я не помню, что говорил Ельцин, едва видимый на трибуне, воздвигнутой в центре пустыря. Помню только, что его речь часто прерывалась аплодисментами, а митингующие спокойно и доброжелательно общались друг с другом. Расходились тоже очень спокойно, интеллигентно, без толкотни и давки, казалось бы неизбежных при таком скоплении людей. Выборы завершились полным триумфом Ельцина. За него проголосовали 89% избирателей Москвы и, конечно, я и все мои друзья. Большой ажиотаж вызывали и выборы делегатов от общественных организаций. Каждая из них имела свою квоту: компартия, профсоюзы, кооперативы – по 100 мест. Комсомол, женские организации, ветераны войны и труда, объединения научных работников и творческие союзы – по 75 мест. В общей сложности, как и было намечено XIX партконференцией, 750 мест – 1/3 всех депутатов.Проще всех поступили коммунисты. На 100 отведенных им мест они, как прежде, выставили ровно 100 кандидатов во главе с Горбачевым. Их сразу окрестили «красной сотней» (по аналогии с дореволюционной «черной сотней»). Впоследствии Горбачев оправдывал такое решение тем, что если бы кандидатов было больше, чем мест, на съезд не попали бы самые известные деятели «перестройки». По его подсчетам, если бы список кандидатов от компартии увеличили до 110 человек, большинство членов Политбюро, а, может быть, и сам Горбачев, не были бы избраны. На фоне широковещательных заявлений о переходе к «настоящим» выборам, выдвижение безальтернативной «красной сотни» выглядело попыткой вернуться к прежней, антидемократической системе, вызывало насмешки, подрывало и без того сильно пошатнувшийся авторитет коммунистов. В других общественных организациях выдвигали несколько кандидатов на одно место, и там шла настоящая борьба. Особенно бушевали страсти на выборах по квоте Академии наук, где выставил свою кандидатуру вернувшийся из ссылки академик Сахаров. Академическое начальство противодействовало ему как могло. Мы слышали об этом, возмущались, сочувствовали Сахарову и радовались, когда он был избран.На съезд избрали и многих других сторонников «перестройки»: Ю.Н. Афанасьева, Г.Х. Попова, академика Д.С. Лихачева, поэта Е.А. Евтушенко и многих тогда еще неизвестных, а потом прославившихся, депутатов. Среди них находились люди, имена которых вскоре узнала вся страна: профессор юридического факультета Ленинградского университета А.А. Собчак, доцент Свердловского университета Г.Э. Бурбулис, доцент юридического факультета МГУ С.М. Шахрай. Среди делегатов находились артисты, писатели, спортсмены, ученые. Одних только академиков и членов-корреспондентов АН СССР и союзных республик насчитывалось 140 человек.Впервые за годы советской власти на Съезд избрали 7 священнослужителей во главе с будущим Патриархом (тогда еще митрополитом) Алексием. Он благодарил Горбачева и особо подчеркивал, что «православные люди и все верующие нашей страны не только всей душой поддерживают перестройку в широком смысле этого слова, но и видят в происходящих процессах обновления реальное воплощение своих надежд и своих чаяний». Попадались среди депутатов «номенклатурные рабочие» и просто случайные люди: таксист, врачеватель-костоправ, дизайнер. Как и в прежнем Верховном Совете, 87% делегатов числились членами КПСС (в том числе Ельцин, Афанасьев, Попов), но на деле многие из них находились в оппозиции к партийному руководству. Чтобы поднять авторитет КПСС, Горбачев накануне выборов «уговорил» подать просьбу о переходе на пенсию сразу 110 членов ЦК КПСС. Они выразили «свою единодушную поддержку политического курса нашей родной партии» и пожелали «новых успехов в революционном обновлении нашего общества, в решении задач перестройки»3, хотя на деле многие были ее противниками. Все это мало помогло коммунистам. Почти три десятка секретарей обкомов КПСС, выдвигавшихся по территориальным округам, в том числе первый секретарь Ленинградского обкома, кандидат в члены Политбюро Ю.Ф. Соловьев, не были избраны.Дополнительный накал внесли в избирательную кампанию события в Тбилиси. Придя утром на работу, я увидел на стеклянных дверях и стенах нашего Гуманитарного корпуса МГУ множество расклеенных листовок. Они извещали, что 9 апреля 1989 г. в Тбилиси войска разогнали митинг и демонстрацию, били демонстрантов саперными лопатками, травили слезоточивым газом, убили и ранили несколько человек. Тут же висели фотографии пострадавших со следами увечий. Я и поныне не знаю, кто изготовил и развесил эти фотографии, но они производили очень тягостное впечатление. 10 апреля 1989 г. в «Правде» появилось сообщение ЦК КПСС и Совета Министров СССР: в Тбилиси «в ходе пресечения беспорядков, спровоцированных экстремистами, антиобщественными элементами, пострадала группа людей из числа гражданских лиц и военнослужащих. В результате возникшей давки погибло 16 человек». Что именно произошло в Тбилиси и чего хотели «антиобщественные элементы» не объяснялось, выражалось только соболезнование пострадавшим.Можно было не сомневаться, что произошло что-то серьезное, потому что через несколько дней Горбачев обратился к грузинам с призывом «вернуть спокойствие Грузии». Вскоре о событиях в Тбилиси заговорили все средства массовой информации. Они пытались выяснить, кто, вопреки призывам к гласности и демократии, отдал приказ о разгоне митинга. Военные все отрицали: они никого не били и не травили газом, люди сами умерли от давки на площади. Горбачев, находившийся в те дни в очередной зарубежной поездке, отговорился незнанием.По телевизору показали его встречу в аэропорту по возвращении в Москву. Присутствовавший на встрече Лукьянов зачитал перед телекамерами отрывок из телеграммы, который должен был показать, что Горбачев не причастен к этому делу. Но если не Горбачев, то кто же отдал приказ о расправе с демонстрантами? Не верилось, что местные власти могли взять на себя такую ответственность. Позднее Съезд народных депутатов сформировал для расследования событий в Тбилиси специальную комиссию во главе с Собчаком. Она выяснила, что митингующие требовали независимости Грузии и что войска действительно применяли саперные лопатки и слезоточивые газы. Комиссия заявила, что политическую ответственность за разгон митинга «несет руководство Центрального Комитета Компартии Грузии», которое согласовало свои действия с Москвой, правда, не с отсутствовавшим Горбачевым, а с оставшимся «на хозяйстве» Лигачевым.Съезд проходил в обстановке полной гласности. Его заседания целиком транслировались по телевидению. Все центральные газеты публиковали стенограммы заседаний съезда, которые почти полностью заполняли их объем, увеличившийся в 3–4 раза. Интерес к съезду был колоссальный. Выйдя из дому, я увидел, что во дворе стоит чья-то легковая машина, ее дверцы распахнуты, вокруг собрались люди, которые молча слушают по автомобильному радио передачу со съезда. На работе девушки-лаборантки нашей кафедры вытащили из кабинета заведующего телевизор, поставили посередине большой комнаты, уселись вокруг него и тоже слушали. Отправившись на Москва-реку, мы увидели плывущую байдарку, на которой стоял приемник, во всю мощь транслировавший заседание съезда. Я могу вспомнить только одну историческую аналогию: открытие Генеральных Штатов, с которых началась Французская революция почти ровно двести лет тому назад – 5 мая 1789 г. Тогда толпы людей тоже напряженно следили за заседаниями, расхватывали газеты с выступлениями делегатов, восторженно встречали и провожали их.В день открытия Съезда мы с Инной, как я думаю, и все советские люди, с утра уселись перед телевизором. Там было, на что посмотреть. Вместо того чтобы появиться откуда-то из-за кулис и в строгом порядке под бурные аплодисменты прошествовать в президиум, руководители СССР во главе с Горбачевым скромно вошли в зал через боковой вход и уселись в первом ряду. Как только председатель Центральной избирательной комиссии кончил читать свой нудный доклад об избрании делегатов, по проходу вдруг стремительно метнулся какой-то человек, серым клубком вкатился на сцену и ринулся к микрофону. Я даже не сразу понял, что произошло, а человек (это был врач из Риги В.Ф. Толпежников) схватил микрофон и предложил почтить память погибших при разгоне митинга в Тбилиси. Все депутаты встали, а Толпежников огласил свой депутатский запрос с требованием выяснить, кто несет ответственность за события в Тбилиси. Затем на сцену поднялись явно ошеломленные таким началом руководители партии и государства.Горбачев открыл съезд, объявил его повестку, первым пунктом которой были выборы Председателя Верховного Совета СССР, и задал традиционный и обычно не имевший никакого значения вопрос: есть ли предложения по повестке дня? Против всякого ожидания они были, и их внес поднявшийся на трибуну академик Сахаров, которого почти никто раньше не видел. Высокий, худой, сутулый, с большой лысиной, очень интеллигентной внешности, он говорил тихо и невыразительно, но содержание его речи было неожиданным не только для меня, но и для руководителей съезда. Вместо того, чтобы сразу приступить к выборам Председателя Верховного Совета, Сахаров предложил сначала принять декрет о полномочиях Съезда народных депутатов как высшего органа власти, затем заслушать отчет действующего главы государства Горбачева, обсудить его, выяснить его программу и лишь после этого приступить к выборам. Сахаров сказал, что поддерживает кандидатуру Горбачева, но его поддержка «носит условный характер» и будет зависеть от отчета Горбачева.Большинством голосов съезд отклонил предложение Сахарова. После этого к установленным в зале микрофонам выстроилась очередь депутатов, и потоком полились речи, поражавшие меня своей смелостью. Съезд превратился в огромный всенародный митинг, где люди требовали перемен и, буквально, вопили о том, как плохо они живут. Особенно мне запомнилось крайне резкое выступление олимпийского чемпиона по тяжелой атлетике Ю.П. Власова, который сказал: «Богатейшая страна мира в невоенное время перебивается на талонах, что равно карточкам. Нет самых элементарных продуктов… Великая страна унижена. Падение ниже невозможно, дальше уже развал». Власов потребовал отставки правительства и полной перестройки деятельности КГБ, ибо «горе, стон, муку сеяла эта служба на родной земле».Известный писатель – «деревенщик» В. Белов потребовал внести в конституцию «самое главное» – «наряду с колхозно-совхозной собственностью на землю должна, наконец, появиться и существовать частная, с правом передачи по наследству». Е. Евтушенко предложил отменить все приговоры «раскулаченным» и диссидентам, запретить использование армии для карательных акций против населения. Представители малых народов в отчаянии говорили, что эти народы вымирают. Следователи по особо важным делам – Иванов и Гдлян – опять утверждали, что расследованию «узбекского дела» мешают в Москве, а делегаты Узбекистана кричали в ответ, что их руководителей оболгали. Делегаты Прибалтики отказались участвовать в создании общесоюзного Комитета конституционного контроля, считая, что он «непременно станет инструментом давления на национальное возрождение союзных республик, прессом над их суверенитетом».Главные споры развернулись вокруг выборов Верховного Совета и его председателя. Вопреки всякой логике, сначала по предложению Горбачева избирали председателя еще не сформированного Верховного Совета и лишь после этого из членов Съезда народных депутатов выбирали постоянно действующий, но регулярно обновляемый Верховный Совет. Как и ожидалось, на пост Председателя Верховного Совета был выдвинут Горбачев, но совершенно неожиданно предложил свою кандидатуру и другой человек – никому не известный депутат, беспартийный инженер-конструктор А.М. Оболенский. Он сказал, что, конечно, не рассчитывает на избрание, однако хочет «чтобы в нашей стране, в нашей с вами практике возник прецедент проведения выборов». Подавляющее большинство депутатов (1415) отказались включить Оболенского в список для голосования, но все же за него высказались 889 человек. Депутат от Свердловска Г.Э. Бурбулис выдвинул на пост Председателя Верховного Совета СССР Ельцина, но тот, понимая, что у него нет никаких шансов на избрание, взял самоотвод.Оставшись единственным кандидатом, Горбачев был избран Председателем Верховного Совета СССР подавляющим большинством голосов. Он получил 2123 голоса. Против голосовало 87 человек. В конечном итоге, большинство мест в Верховном Совете получили сторонники Горбачева и блокировавшиеся с ними еще более консервативные депутаты. «Мы сформировали сталинско-брежневский Верховный Совет», – сказал Афанасьев. Большинство Верховного Совета Афанасьев назвал «агрессивно-послушным», и это название прочно к нему прилипло. Случайно встретив Афанасьева, я спросил его: «Юрий Николаевич, Вы, наверное, волновались или колебались перед таким сенсационным выступлением?» Он ответил кратко: «Нет». Вслед за Афанасьевым выступил Попов и заявил, что «депутаты демократической ориентации» будут думать о формировании своей «межрегиональной независимой группы», то есть, особой фракции. Они, действительно, объединились, в «Межрегиональную группу», лидерами которой стали Ельцин, Сахаров, Афанасьев, Попов.Ельцин не получил достаточного количества голосов для избрания в Верховный Совет, и это фактически устраняло его с политической арены. Тогда избранный в Верховный Совет депутат А.И. Казанник заявил, что уступает свое место следующему за ним по количеству собранных голосов Ельцину. Такой обмен показался мне очень сомнительным с юридической точки зрения, но он был принят съездом, и Ельцин стал членом Верховного Совета. Пробившись в Верховный Совет, Ельцин выступил с программной речью, в которой заявил, что власть «по праву должна принадлежать народу в лице его высшего законодательного органа, т.е. Съезда народных депутатов», а фактически она осталась в руках прежнего руководства, которое «не вывело общество из кризиса». Повторив, что обещания, данные в начале перестройки, не выполнены, Ельцин предложил провести «демонтаж командно-административной системы», реализовать лозунг «Землю – крестьянам», предоставить трудящимся «право выбора руководителя государства из альтернативных кандидатур всеобщими равными и прямыми выборами», ограничить влияние партии на государство, предоставить союзным республикам «территориальный суверенитет» т.е. фактически, независимость. Ельцин вновь потребовал отменить «все незаконные привилегии номенклатуры» и коренным образом изменить положение дел, при котором десятки миллионов людей «живут ниже всякого уровня бедности, а другие купаются в роскоши». По-существу, его речь стала программой Межрегиональной группы.Очень большое место в работе Съезда заняли национальные проблемы, в первую очередь в Нагорном Карабахе, в Грузии и в Прибалтике. Не только делегаты общественных организаций Прибалтийских стран, но и их официальные руководители, в том числе председатель Президиума Верховного совета Латвийской ССР А.В. Горбунов, первый секретарь компартии Литвы А.М. Бразаускас, Председатель Совета Министров Эстонской ССР И.Х. Тооме требовали суверенитета и хозяйственной самостоятельности своих республик. Оговариваясь (как это сделал Горбунов), что речь не идет о «сепаратизме», они настаивали на необходимости «качественно нового политического и экономического суверенитета союзных республик» (Горбунов); утверждали, что разрешить противоречия между центром и республиками «возможно лишь путем реализации прав суверенных народов» (Бразаускас).Профессор литовской государственной консерватории В.В. Ландсбергис, который через несколько лет стал президентом Литвы, доказывал, что важнейшей целью перестройки должно быть удовлетворение «стремления прибалтийских республик к укреплению суверенитета, к развитию и возврату государственности». Он сообщил, что 18 мая 1989 г. (за неделю до открытия Съезда народных депутатов) Верховный Совет Литовской ССР принял декларацию о государственном суверенитете, согласно которой «в Литовской ССР имеют силу только принятые и ратифицированные её Верховным Советом законы». Ни депутаты Съезда, ни руководители СССР не реагировали на это заявление, хотя оно имело чрезвычайно важное значение. Объявив, что законы СССР нуждаются в утверждении властями Литвы и, следовательно, республиканские законы стоят выше общесоюзных, Литва сделала очень крупный шаг к отделению от СССР.Той же цели служила развернутая депутатами Прибалтики дискуссия о секретных протоколах к советско-германскому пакту 23 августа 1939 г. Первым её начал Бразаускас, который сказал: «Договор 1939 г., а также секретный протокол к нему предрешили судьбу в то время независимых Литовской, Латвийской и Эстонской республик», и поэтому необходимо их «открытое признание незаконными». Это означало, что ставится под сомнение законность вхождения прибалтийских государств в состав СССР. Бразаускаса поддержали и другие депутаты Прибалтики. Депутат от Эстонии И.Н. Грязин огласил текст секретного протокола, который все еще оставался неизвестным большинству советских граждан.После бурных споров Съезд сформировал специальную комиссию для изучения этого вопроса. Горбачев не возражал, но продолжал уверять, будто подлинники секретных протоколов не обнаружены ни в СССР, ни в Германии. «Подлинников нет», – говорил он. – «Все архивы, что мы перерыли у себя, ответа не дали». На самом деле подлинники лежали в архиве Политбюро и по словам помощника Горбачева В.И. Болдина, Горбачев ознакомился с ними задолго до Съезда, сам упаковал в конверт и сказал Болдину: «Убери подальше». Зачем Горбачеву понадобилась эта бесполезная ложь? Видимо, он надеялся хотя бы ненадолго оттянуть неизбежное признание существования секретных протоколов и, тем самым, задержать процесс отделения Прибалтики.Последним на съезде снова выступил академик Сахаров. По телевизору было хорошо видно, как председательствовавшему на съезде Горбачеву не хотелось давать слово Сахарову. Он сказал, что Сахаров выступал уже 7 раз, отодвинул его выступление на самый конец работы съезда, ограничил время выступления 5 минутами и, в конце концов, не дал его закончить. Тем не менее, Сахаров говорил 10 минут и успел сказать самое главное. Он изложил содержание предложенного им Декрета о власти, первая статья которого отменяла 6-ую статью конституции СССР, провозглашавшую КПСС «руководящей и направляющей силой советского общества».Согласно сахаровскому проекту Съезд народных депутатов являлся высшей властью и должен был осуществлять назначения на все главные государственные должности, «независимо от решений КПСС и её организаций». Кроме того, Сахаров предложил предоставить всем союзным и автономным республикам равные политические, юридические и экономические права, а также в два раза сократить срок службы в армии. Выступление Сахарова Съездом не обсуждалось, но требование отмены 6-ой статьи Конституции стало одним из важнейших пунктов программы Межрегиональной группы и вскоре приобрело широкую популярность. Съезд народных депутатов показал, что в нашей стране, впервые за годы советской власти, появился настоящий парламент, утвердилась свобода слова и даже возникла своеобразная двухпартийная система, где роль оппозиции играла «Межрегиональная группа».Вы также можете подписаться на мои страницы:- в фейсбуке: https://www.facebook.com/podosokorskiy- в твиттере: https://twitter.com/podosokorsky- в контакте: http://vk.com/podosokorskiy- в инстаграм: https://www.instagram.com/podosokorsky/- в телеграм: http://telegram.me/podosokorsky- в одноклассниках: https://ok.ru/podosokorsky

Выбор редакции
14 июня, 13:22

Отцы путинизма

  • 0

Как бы ни определять политико-правовую и социально-экономическую систему нынешней России, самое первое, самое общее название для нее – это путинизм. Кто бы ни занимал в этой системе какие-либо места, самое главное среди них оккупирует, безусловно, В.Путин. Какие бы факторы ни способствовали появлению и закреплению в нашей жизни этой системы, самую главную роль в ее создании сыграли люди, непосредственно назначавшие В.Путина на разные должности в государственной власти России, защищавшие его от бесконечных уголовных преследований и продвигавшие его по бюрократической лестнице вплоть до самой ее вершины. Именно эти лица и являются непосредственными отцами путинизма. Кто они?А.Собчак:Ключевую роль на старте государственной карьеры Владимира Путина сыграл Анатолий Собчак.Артем Круглов, редактор сайта «Путинизм», недавно напомнил о том, что «Шутов был первым, кто стал говорить, что Собчак – стукач КГБ». То, что Собчак – осведомитель КГБ, утверждал также бывший майор КГБ Ю.Швец: «в 1990 году в Питере оппозиционный Ленсовет возглавил осведомитель КГБ Собчак, к которому приставили помощником кадрового чекиста Путина. Т.е. к власти в городе пришел КГБ (а все думали – оппозиция)». Со своей стороны, Круглов также не нашел других объяснений решению Собчака назначить Путина своим советником в мае 1990 г.: «повторюсь, в случае, когда он взял себе в помощники Путина весной 1990 года, других разумных объяснений, кроме вмешательства КГБ, найти сложно».https://www.svoboda.org/a/29278219.htmlПо итогам совместной поездки с Собчаком в Мадрид в начале 1991 г. Сергей Григорьянц пришел к твердому выводу: «...очевидно, что Собчак и впрямь близко сотрудничал с Лубянкой и был такой запасной картой. Конечно именно поэтому он был вывезен Путиным, когда ему и впрямь угрожал арест».http://grigoryants.ru/sovremennaya-diskussiya/ob-sobchake/Будучи председателем Ленсовета, а затем мэром Санкт-Петербурга, именно Собчак назначал Путина на следующие должности:- май 1990 г. – советник председателя Ленсовета;- июнь 1991 г. – председатель Комитета по внешним связям (КВС) мэрии Санкт-Петербурга;- 1992 г. – вице-мэр Санкт-Петербурга;- март 1994 г. – первый вице-мэр Санкт-Петербурга.А.Чубайс, П.Авен, Е.Гайдар:5 декабря 1991 г., менее чем через месяц после своего назначения, по просьбе своего друга А.Чубайса, Е.Гайдар, вице-премьер российского правительства, подписал разрешение министрувнешнеэкономических связей России П.Авену предоставить право на выдачу лицензий на экспорт нефти, нефтепродуктов, редкоземельных металлов, леса (принадлежавшее тогда исключительно МВЭС) председателю КВС мэрии Санкт-Петербурга В.Путину.Когда чуть более месяца спустя, в январе 1992 г., депутаты Ленсовета во главе с М.Салье и Ю.Гладковым начали расследование путинской аферы с продовольствием, так и не поступившим в город в обмен на экспортированное сырье, именно заступничество Гайдара и Собчака спасло Путина от уголовного преследования и освобождения от занимаемой должности. Тогда именно Авен передал права уполномоченного МВЭС от сотрудника собственного министерства А.Пахомова служащему питерской мэрии В.Путину, а Гайдар написал свою невероятную резолюцию: «В.В.Путину – под личную ответственность».Народный депутат России и депутат Петросовета Марина Салье, возглавлявшая депутатскую комиссию, расследовавшую путинскую аферу по экспорту сырья и закупкам импортного продовольствия, обратилась в прокуратуру, а когда та стала саботировать ее обращение, – к начальнику Контрольного управления Администрации президента Ю.Болдыреву. Однако тогда на помощь В.Путину немедленно пришли А.Собчак и Е.Гайдар. М.Салье так прокомментировала их действия:«...Собчак мгновенно назначил Путина уполномоченным МВЭС по Санкт-Петербургу, с двойным подчинением... Путина назначили, а Болдырева сняли... В прокуратуре дело так и осталось не расследованным. Как вы понимаете, история с лицензиями, с продовольствием, десятками миллионов долларов, которые тогда заработали люди, к этому причастные,... очень крепко связала Собчака и Путина. Это видно по всем документам. Собчак знал о всех деталях этого дела. Он «закрыл» Путина. Письмо Гайдара, в котором он согласился с иезуитскими формулировками Собчака, закрыло все. Путину разрешили оформлять лицензии и узаконили лицензии, выданные ранее».А.Чубайс, А.Кудрин, А.Большаков, П.Бородин:После поражения А.Собчака на выборах мэра Санкт-Петербурга в июне 1996 г. за приглашение В.Путина в Москву активно хлопотали А.Чубайс, А.Кудрин, А.Большаков. В конце концов в августе 1996 г. на работу его взял Управляющий делами президента России Павел Бородин в качестве своего заместителя, курировавшего вопросы зарубежной собственности.А.Кудрин, В.Юмашев:26 марта 1997 г. Путин был назначен заместителем Руководителя Администрации Президента Российской Федерации, начальником Главного контрольного управления Президента Российской Федерации. Рекомендацию Путину дал Кудрин, назначение провел Юмашев.Однажды Кудрин рассказал: «Когда в марте 1997-го уходил в Минфин первым замом, меня спросили, кого я рекомендую на свое место для контрольной работы в администрации президента. Я ответил, что лучше всего для этой работы подходит Владимир Путин».https://www.opengaz.ru/aleksey-kudrin-kontroler-pravitelstvaЭта должность для Путина оказалась идеальной для того, чтобы уничтожить архивы и результаты работы Контрольного управления под руководством Ю.Болдырева по расследованию питерских афер Путина и Кудрина.В.Юмашев, Т.Дьяченко, А.Волошин, А.Чубайс, Б.Березовский, Р.Абрамович, Б.Ельцин: По согласованию с ближним кругом своих советников Б.Ельцин назначил В.Путина последовательно на следующие должности:- 25 мая 1998 года – первым заместителем Руководителя Администрации Президента;- 25 июля 1998 года – директором ФСБ;- 26 марта 1999 года – секретарем Совета Безопасности;- 9 августа 1999 года – председателем Правительства;- 31 декабря 1999 года – исполняющим обязанности Президента России.Таким образом, непосредственными отцами сегодняшней системы путинизма, обеспечившими  своими прямыми действиями (хотя и в разной степени) подъем В.Путина к вершине российской государственной власти (а также спасшими его от уголовных преследований) являются 13 следующих лиц: А.Собчак, А.Чубайс, Е.Гайдар, П.Авен, А.Кудрин, А.Большаков, П.Бородин, В.Юмашев, Т.Дьяченко, А.Волошин, Б.Березовский, Р.Абрамович, Б.Ельцин.В.Путин не забыл своих благодетелей и сторицей отплатил им за оказанные ему ранее благодеяния.Он спасал и спас от уголовных преследований (в ряде случаев – неоднократно): А.Собчака, А.Чубайса, А.Кудрина, П.Бородина, В.Юмашева, Т.Дьяченко, Б.Ельцина.Он обеспечил в критические для их свободы моменты перелет через границу: А.Собчака (из России), П.Бородина (в Россию).Он освободил Институт Е.Гайдара от всех налогов и государственных платежей.Он передал А.Чубайсу государственную корпорацию «Роснано» с практически неограниченным государственным финансированием.Он назначил А.Кудрина на высокие государственные посты министра финансов, вице-премьера, председателя Счетной палаты.Он предоставил Р.Абрамовичу и П.Авену редкие возможности для обогащения в результате продажи по завышенной цене принадлежавших им активов в компаниях «Сибнефть» и «ТНК-БП» государственным компаниям «Газпром» и «Роснефть».Он посмертно обеспечил государственное увековечивание памяти А.Собчаку, Б.Ельцину, Е.Гайдару.Следует особо обратить внимание на то, что среди непосредственных отцов путинизма нет ни М.Горбачева, ни А.Лукьянова, ни Н.Рыжкова, ни В.Крючкова, ни Д.Язова, ни Г.Зюганова, ни В.Жириновского, ни многих других подобных лиц, точно связанных и/или традиционно жестко ассоциируемых с КПСС, КГБ, ВПК, АПК, государственническим, «патриотическим» и т.п. крыльями российского общества. Непосредственные отцы путинизма в традиционном дискурсе обычно воспринимаются как представители скорее либерального крыла отечественной общественности.В самом деле Гайдар, Чубайс, Кудрин, Авен традиционно именуются «радикальными либералами», Собчак, Юмашев, Дьяченко, Волошин, Ельцин – «умеренными либералами», иногда даже «демократами». Березовский, Авен, Абрамович хотя и проходят по категории олигархов, но точно – не по подкатегории «православных бизнесменов».Получается, что «либералы» – как радикальные, так и умеренные – сознательно или неосознанно, но последовательно, в течение ряда лет, вели дело и в конце концов привели его к тому, чтобы во главе страны оказались силы, нацеленные на установление в ней жесткого авторитарного режима. Более того, судя по словам того же Чубайса или по действиям того же Кудрина, они весьма удовлетворены полученным результатом.А были ли в стране силы, противостоявшие этому процессу?Наряду с лицами, способствовавшими продвижению В.Путина по государственной лестнице, ведущей вверх, были и граждане, с самого начала пытавшиеся этому противостоять. Боролись против Путина: Галина Старовойтова, Марина Салье, Юрий Гладков, Юрий Болдырев, Александр Беляев, Николай Андрущенко, Сергей Ковалев, Сергей Юшенков, Юрий Щекочихин, Анатолий Пахомов, Андрей Зыков, Артем Боровик.На первый взгляд, некоторых людей из этого списка также можно назвать «либералами» – наряду с государственными чиновниками (Пахомов, Зыков) и журналистами (Боровик) безотносительно к идеологической приверженности последних. Так ли это?Что в самом деле общего и что различного у этих двух групп людей – у отцов путинизма и у их противников?На первый, не очень пристальный, взгляд, кажется, что существенных различий нет – и та и другая группы принадлежат к интеллектуальной, очевидно, цивилизованной части российского общества. Еще раз следует отметить, что ни в той, ни в другой группах, кажется, нет ни одного их члена, подверженного бы каким-либо радикально архаическим или драматически пещерным представлениям.Почему же они так принципиально разошлись по вопросу, оказавшемуся ключевым в общественном развитии страны? Причем они сошлись в смертельной схватке тогда, когда причины ее еще далеко не всем были ясны? Что именно столь принципиально разделило эти две группы образованной части российского общества?Первое, что бросается в глаза – это то, что в группе отцов путинизма (за исключением Ельцина и Собчака) нет ни одного человека, когда-либо избиравшегося и успешно избранного в депутаты федерального или регионального парламентов. Сами же Ельцин и Собчак хотя и были избраны – соответственно в Верховный Совет и в Ленсовет, – но попали туда в ходе процедур, напоминавших скорее кооптацию, чем выборы, практически не имевших конкурентного характера, по сути дела гарантированно утверждавших каждого из них в качестве своеобразных свадебных генералов на постах руководителей соответственно Верховного Совета России и Ленсовета.В отличие от них представители второй группы граждан (не считая чиновников и журналистов) действительно прошли процедуры конкурентных выборов – либо в Верховный Совет (Государственную Думу) России, либо в Ленсовет (Петросовет), либо в оба этих органа. Видимо, процедура прохождения по-настоящему конкурентных выборов в законодательные органы власти накладывает особую печать ответственности на тех, кому удается ее успешно пройти.Таким образом, первое принципиальное различие между двумя указанными группами – отцами путинизма и его противниками – заключается в их отношении к демократии. Вторая группа участвовала в жестких конкурентных выборах, она понимала, что означают демократические процедуры, в целом уважала их и боролась за их сохранение. Их совершенно обоснованно можно назвать демократами. Представители же первой группы никогда не участвовали в по-настоящему честных демократических процедурах, не любили их, относились к ним с презрением, боялись в них участвовать, в том числе потому, что подозревали (очевидно, небезосновательно), что могут в них и проиграть. Это антидемократы в самом прямом смысле этого слова.А.Шохин: «В итоге схема Егора была жесткой. Борис Николаевич должен понять, что единственный «его» кандидат — это Гайдар. Если не Гайдар, то к едреной матери весь Верховный Совет, и съезд нужно разогнать». «А. Кох: «Петя, помнишь мою теорию про 3 октября 1993 года? О том, кто это придумал? П.Авен: Помню, конечно. Алик считает, что это Егор подговорил Ельцина распустить Верховный Совет. И в случае чего не бояться силовой конфронтации. А.Нечаев: Допускаю, кстати». «Е.Гайдар: «Очень долго, на протяжении всего 1992 года, я решительно отвергал любые идеи конфронтационного, силового разрешения противоречий с парламентской оппозицией. Но в 1993 году убедился… Вступив на путь прямой, открытой конфронтации, надо быть готовым при необходимости применить силу» (Гайдар Е. Дни поражений и побед, с. 276).Второе принципиальное различие между двумя группами заключается в их отношении к праву. Представители второй группы, кажется, не попали ни в один серьезный скандал, который был бы вызван нарушениями с их стороны действующего законодательства. Они были и остаются сторонниками права. Многие же представители первой группы столько раз и в таких масштабах нарушали отечественный закон и Конституцию, против них было открыто столько уголовных дел, что они заслуженно должны быть названы не просто их нарушителями, т.е. преступниками, но и злостными рецидивистами. В 1991-93 годах Петросовет был вынужден отменить как незаконные более двухсот распоряжений мэра города, доктора юридических наук ЛГУ, правоведа высочайшей квалификации, причем все суды на эту тему Анатолий Александрович проиграл.Третье принципиальное различие заключается в отношении обеих групп к превалирующей в обществе морали. Непросто найти примеры того, чтобы представители второй группы оказались бы вовлеченными в какие-либо предосудительные действия. В то же время отцы путинизма не раз демонстрировали свое чудовищное пренебрежение не только правом, но и общечеловеческой моралью. Более того, они не стеснялись даже рекламировать свои криминальные и аморальные действия, как, например, А.Чубайс, горделиво заявлявший: «Мы признавали, что приватизация дала собственность тем, кто наиболее влиятелен, что и определило ее несправедливость, но при этом мы отдали ее легитимным путем, а легитимность идет от государства»; «Представление о справедливости у народа мы сломали ваучерной приватизацией». Иными словами, одна группа представляла разрушителей общечеловеческой морали, а другая – ее сторонников.Внутренний этический кодекс представителей второй группы предопределил поддержание ими жесткой дистанции от спецслужб и неприемлемость какого-либо сотрудничества с органами. В отличие от них представители первой группы не только не видели какого-либо препятствия для своего сотрудничества с КГБ/ФСБ, но и явно спешили воспользоваться любой возможностью для совместной прибыльной деятельности со спецслужбами. Первые были и остаются коллаборантами, вторые – относятся соответственно к Движению Сопротивления.Ненависть к демократии, пренебрежение правом, игнорирование морали, коллаборационизм с политической полицией позволили представителям первой группы активно участвовать не просто в коррупции – в беспрецедентном расхищении государственной и захватах частной собственности, ставших для них «делом славы, доблести и геройства». Именно эти важнейшие элементы составили основу путинизма как политической, правовой, моральной, экономической системы, скрепленной неразрывным союзом спецслужб, мафии и сислибов. С Путиным во главе или же без него. Как видно по деятельности первой группы, основы путинизма как общественной системы были заложены задолго до того, как сам Путин добрался до поста президента России. Он лишь довел созданную до него систему до совершенства, многократно увеличив масштабы репрессий, агрессий и хищений. Создатели этой системы из первой группы – подлинные отцы путинизма.Следование демократическим процедурам, уважение к праву, соблюдение общечеловеческой морали, отказ от какого-либо сотрудничества с Корпорацией спецслужб не только исключили для представителей второй группы граждан участие в коррупционных сделках, но и выявили принципы, в соответствии с которыми в России начала создаваться и в конце концов имела реальный шанс быть построенной демократическая, правовая, свободная общественная система, базирующаяся на принципах общечеловеческой морали. Эта группа людей – противники путинизма.Несмотря на видимую принадлежность отцов путинизма и его противников к одной, цивилизованной, части российского общества, на самом деле они, конечно же, – принципиальные антагонисты. Поскольку они придерживались и придерживаются диаметрально противоположных принципов общественного устройства и личной этики.Именно потому, что вторая группа людей представляла собой не абстрактную, а совершенно реальную общественную альтернативу развития страны, против нее была развернута безжалостная тотальная война.Еще в 1992 г. в серии ежемесячных докладов «Кролл Ассошиэйтс», направленных российскому руководству – Борису Ельцину, Руслану Хасбулатову, Егору Гайдару – «их авторы сообщали о широко распространенных эпизодах "подкупа чиновников, шантажа и нелегальных переводов валютных ресурсов в иностранные банки"». Одним из таких чиновников, по данным К.Давиша («Клептократия Путина», с.19), был назван П.Авен. Вскоре после этого Е.Гайдар добился от Б.Ельцина прекращения отправки копий докладов «Кролла» Р.Хасбулатову, затем – прекращения финансирования работы «Кролла» и разрыва договора между Россией и «Кроллом»; наконец, оказавшийся в руках Гайдара четырехтомный доклад «Кролла» с указанием тысяч счетов и проводок бесследно исчез.В марте 1993 г. Б.Ельцин ликвидировал Контрольное управление Администрации президента, а его руководителя Ю.Болдырева – уволил.В ходе сентябрьско-октябрьской (1993 г.) гражданской войны институты законодательной власти на федеральном и региональном уровнях, прежде всего Верховный Совет России и Петросовет, представители которых как раз и вырабатывали общественную альтернативу раннему путинизму, были разгромлены военной силой при активном участии Б.Ельцина, Е.Гайдара, А.Чубайса, А.Собчака.На сегодня из 12 человек группы противников путинизма, упомянутых выше, в живых нет уже семи.Вслед за Путиным свое удовлетворение ролью Собчака для Путина выражает и его дочь: «...действительно Владимир Путин, когда он говорит, что Анатолий Собчак — мой учитель, он не лукавит, это действительно так».https://echo.msk.ru/programs/kulshok/2212780-echo/«...то, чему учил Собчак, его соратники и его ученики сейчас пытаются претворить в жизнь.— Как вы считаете, Путин и Медведев продолжают дело Собчака?— Думаю, да, — сказал Александр Габнис».https://ru-compromat.livejournal.com/118625.htmlВ том, что Анатолий Собчак стал главным учителем Владимира Путина, с Ксенией Собчак трудно спорить. Без Собчака и других ключевых отцов путинизма – Гайдара, Чубайса, Авена, Кудрина, Юмашева, Дьяченко, Ельцина – Путин никогда бы не овладел в таком совершенстве искусством подавления демократии и гражданского общества, нарушения права – внутреннего и международного, презрения к общечеловеческой морали, захвата чужой собственности внутри страны и за рубежом. Без опытных учителей путинизма сам Путин никогда бы не вырос из ученика путинизма в его мастера, он никогда бы не стал не только президентом России, но даже и помощником председателя Ленсовета.Без неоценимой помощи отцов путинизма никогда не была бы создана столь разветвленная и эшелонированная общественная система насилия, лжи и коррупции, никогда не были бы воспитаны столь бесценные кадры, взращенные в питерской мэрии и питерских отделениях спецслужб, получившие почетное наименование «сборной Собчака-Путина»: Д.Медведев, А.Чубайс, А.Кудрин, А.Миллер, Г.Греф, И.Сечин, В.Зубков, Д.Козак, В.Мутко, С.Нарышкин, В.Чуров, В.Иванов, В.Кожин, Л.Рейман, С.Иванов, Н.Патрушев, В.Черкесов, В.Золотов, А.Бортников, А.Бастрыкин, Г.Полтавченко, В.Матвиенко, В.Якунин, Ю.Ковальчук, А.Фурсенко.В сегодняшних попытках воскурения фимиама настоящим отцам путинизма – Собчаку, Гайдару, Ельцину, другим учителям – мало кто заинтересован больше, чем ныне практикующие путинисты – подлинные бенефициары этой системы.Избавление России от путинизма как идеологии, морали, понятий, всей общественной системы начнется не тогда, когда Путин покинет коридоры власти, а тогда, когда российские граждане решат освободиться не только от Путина и его наследия, но и от политической, правовой, экономической, моральной общественной системы, заложенной реальными отцами путинизма в начале 1990-х и тщательно шлифуемой их старательными учениками в последние два десятилетия.

Выбор редакции
09 июня, 23:54

Профессор МГУ Владислав Смирнов - о том, как Перестройка прошла "точку невозврата"

Владислав Павлович Смирнов (род. 1929) — советский и российский историк, специалист по истории Франции. Заслуженный профессор Московского университета (2012), лауреат премии имени М.В. Ломоносова за педагогическую деятельность (2013). В 1953 году В.П. Смирнов окончил исторический факультет МГУ, затем стал аспирантом, а с 1957 г. начал работать на кафедре новой и новейшей истории исторического факультета МГУ, где прошел путь от ассистента до профессора. Ниже приводится фрагмент из его книги: Смирнов В.П. ОТ СТАЛИНА ДО ЕЛЬЦИНА: автопортрет на фоне эпохи. – М.: Новый хронограф, 2011.Точка невозвратаВ авиации есть термин «точка невозврата». Пройдя эту точку, самолет уже не может вернуться обратно: ему не хватит горючего. В политике тоже бывают «точки невозврата». Когда сместили Ельцина, я подумал, не означает ли это конец «перестройки» и возвращение к прежним порядкам? Доклад Горбачева о 70-летии Октябрьской революции и кампания в прессе с разоблачениями сталинских репрессий вроде бы свидетельствовали об обратном, но появился и ряд статей, возражавших против «очернительства» Сталина и советского прошлого, а по существу против «перестройки». Особенно много толков вызвала большая – на целую газетную страницу – статья «Не могу поступиться принципами», опубликованная в «Советской России» за подписью доцента Ленинградского технологического института Нины Андреевой. В уличном киоске за газетой с ее статьей, стояла целая очередь, но я успел ее купить.По форме статья Нины Андреевой представляла собой обычное, хотя и очень длинное «письмо в редакцию», причем письмо в поддержку перестройки, но с критикой «перекосов и односторонностей», которые, по мнению автора, «явно, нуждаются в выправлении». По-существу же, это была политическая декларация, направленная против перестройки, против критики Сталина и сталинских порядков. К числу «перекосов» автор отнесла, в первую очередь, «ставшую дежурной тему репрессий», которая, будто бы «гипертрофирована в восприятии части молодежи», а также попытки некоторых литераторов «смешать с грязью наше прошлое и настоящее», неприятие ими государства диктатуры пролетариата, «без исторического вклада которого нам сегодня и перестраивать-то было бы нечего». Нина Андреева была очень недовольна отказом от «классового подхода» и критикой Сталина, которая «касается не столько самой исторической личности, сколько всей сложности переходной эпохи», отмеченной «беспримерным подвигом целого поколения советских людей».Ссылаясь на высказывания Горбачева, который в одном из выступлений призывал «действовать, руководствуясь нашими марксистко-ленинскими принципами», Нина Андреева заявляла о своей верности этим принципам. «Поддерживаю партийный призыв отстоять честь и достоинство первопроходцев социализма. Думаю, что именно с этих партийно-классовых позиций мы и должны оценивать роль всех руководителей партии и страны, в том числе и Сталина», – писала она. Тот факт, что «письмо в редакцию» никому неведомого доцента было опубликовано на самом видном месте в одной из центральных газет наводил на мысль, что дело не просто. Раньше так печатали только «руководящие статьи», нередко подписанные псевдонимами. Я подумал, что такая статья не могла появиться без ведома высшего руководства, что Нина Андреева, возможно, псевдоним кого-то из руководителей, и что эта статья может означать сигнал к отказу от «перестройки».Я стал ждать продолжения, и оно последовало. 5 апреля 1988 г. «Правда» напечатала большую, занявшую целую полосу, явно «руководящую» редакционную статью под заглавием «Принципы перестройки: революционное мышление в действии». В самой категорической форме «Правда» утверждала, что «альтернативы перестройке нет». Она резко критиковала статью Нины Андреевой, назвав ее «манифестом анти перестроечных сил». Повторяя слова из доклада Горбачева к 70-летию Октябрьской революции, «Правда» заявляла, что «вина Сталина, как и вина его ближайшего окружения перед партией и народом за допущенные массовые репрессии, беззакония огромна и непростительна». Те, кто оправдывает Сталина, «отстаивают тем самыми сохранение в нашей жизни, практике, порожденных им методов, созданных им общественных и государственных структур… А самое главное – защищают право на произвол». В заключение «Правда» добавляла: «Не пристало печатному органу (т.е. «Советской России» – В.С.) пропагандировать подобные настроения.Таких зигзагов я давно не видел. Мы принялись узнавать. что случилось, через своих знакомых и их знакомых, имевших связи «в верхах». Выяснилось, что Нина Андреева вовсе не псевдоним, а реальное лицо. Ее письмо, присланное в редакцию «самотеком», было замечено, одобрено и рекомендовано к печати Лигачевым, который замещал Горбачева во время его очередной поездки за границу. Статья в «Правде» была написана Яковлевым с одобрения вернувшегося в Москву Горбачева. Впоследствии Горбачев рассказал об этом эпизоде более подробно. Он прочитал статью Нины Андреевой в самолете на пути в Югославию, был встревожен, а вернувшись, поставил вопрос о ней на заседании Политбюро. Заседание длилось два дня, 24 и 25 марта 1988 г. Некоторые члены Политбюро хотя и не решались прямо возражать Генеральному секретарю, все же одобряли статью и даже называли ее «эталоном». Только под давлением Горбачева Политбюро приняло решение ответить на статью Андреевой в «Правде». Первый вариант ответа, написанный редактором «Правды» В.П. Афанасьевым, (однофамилец Ю.Н. Афанасьева) не удовлетворил Горбачева. Второй вариант написали Яковлев и новый заведующий отделом пропаганды ЦК КПСС В.А. Медведев. Окончательно его отредактировал сам Горбачев. Анализируя позиции членов Политбюро по этому вопросу, Горбачев пришел к выводу: «Раскол неизбежен. Вопрос лишь – когда?». До поры до времени он старался сохранить хрупкое единство в руководстве, и поэтому не обвинял Лигачева и его сторонников.Я и мои друзья тоже обсуждали сложившуюся ситуацию и решили, что курс на «перестройку» и демократизацию, видимо, будет продолжен, несмотря на смещение Ельцина. Окончательно меня в этом убедила XIX партийная конференция, открывшаяся 28 июня 1988 г. в Кремлевском Дворце съездов. Ее заседания целиком транслировались по телевидению и представляли собой очень занимательное зрелище. Председательствовавший на конференции Горбачев вел заседания весьма непринужденно, если не сказать бесцеремонно, прерывал ораторов, часто подавал реплики, вмешивался в дискуссии. Он выступил на конференции с докладом «О ходе реализации решений XXVII съезда КПСС и задачах по углублению перестройки». Суть доклада можно выразить содержавшейся в нем фразой: «Через революционную перестройку – к новому облику социализма». Для этого, по мнению Горбачева, нужно коренным образом реформировать политическую систему СССР и провести радикальную экономическую реформу на основе хозрасчета и самофинансирования. Особо важное значение Горбачев придавал реформе политической системы, которую назвал «ключевым вопросом». Ссылаясь на необходимость «возродить полновластие Советов», Горбачев предложил сделать высшим органом государственной власти новое учреждение – Съезд народных депутатов, состоящий из 1500 делегатов, избираемых всем населением, и 750 представителей различных общественных организаций.Поскольку было очевидно, что собрание 2250 депутатов не может быть работоспособным органом власти, Горбачев намечал избрать из его состава «сравнительно небольшой по численности (скажем, 400–450 человек) – Верховный Совет СССР», который вел бы текущую законодательную работу. Председатель Верховного Совета (пост, который Горбачев явно предназначал для себя) был бы главой государства. Всех депутатов предлагалось избирать из нескольких кандидатов на одно место. Местное самоуправление отдавалось в руки региональных и местных Советов, причем посты председателей Советов должны были, «как правило», занимать первые секретари соответствующих местных и региональных комитетов КПСС. Такая странная система, довольно плохо согласующаяся с демократическими принципами, на деле вела к ослаблению власти партийных руководителей, и Горбачев в своих воспоминаниях объяснял ее желанием «обеспечить по возможности спокойный, плавный переход от одной политической системы к другой». Однако на конференции он говорил иначе: «Мы от роли правящей партии в стране не отказываемся. Наоборот, хотим ее подтвердить».Необычными оказались и выступления делегатов конференции. Среди них было много людей, выдвинувшихся во время «перестройки». Они не молчали и не читали заранее «согласованные» верноподданнические речи, а говорили прямо и смело. Знаменитый артист М.А. Ульянов сказал: «Либо мы создадим такое положение, где демократия будет существовать как кислород для жизни, где будут цениться талант и труд, а не номенклатура и покладистость, где жизнь будет выдвигать наверх людей деятельных, головастых, самостоятельных, способных работать без понуканий и дерганий, либо будем опять, чтобы как-то жить, продавать наше богатство, искать виноватых и запрещать всякое свободомыслие». Подчеркивая огромное значение перестройки, Ульянов даже утверждал: «Если перестройка потерпит поражение, то перестанет существовать мир. Судьба мира висит на волоске и напрямую зависит от успехов перестройки».Секретарь обкома КПСС республики Коми В.И. Мельников заявил: «Тот, кто в прежние времена активно проводил политику застоя, сейчас, в период перестройки, в центральных партийных и советских органах работать не может». Когда Горбачев спросил, к кому это относится, Мельников назвал имена Громыко, члена политбюро Соломенцева, Арбатова и редактора «Правды» Афанасьева. Следователи по особо важным делам Т.Х. Гдлян и Н.Ф. Иванов, в течение ряда лет расследовавшие «узбекское дело», утверждали, что его тормозят «наверху», и требовали довести следствие до конца. Редактор «Огонька» В. Коротич обвинил в коррупции М.С. Соломенцева, и на глазах всего зала передал Горбачеву папку, где, по его словам, содержались документы о взяточничестве четырех делегатов конференции.Противники «перестройки» еще не решались открыто выступать против нее, но, подобно Нине Андреевой, обличали «перестроечную» печать. Самым ярким таким выступлением было выступление писателя-фронтовика Ю.В. Бондарева, прославившегося во времена хрущевской «оттепели» своими повестями «Батальоны просят огня» и «Последние залпы». Он говорил, что «рыцари-экстремизма», действующие в печати, «поливают дурно пахнущей грязью наше прошлое и современное», распространяют «яд, выдаваемый за оздоравливающее средство», «подвергают сомнению все: мораль, мужество, любовь, искусство, талант, семью, великие революционные идеи, гений Ленина, Октябрьскую революцию, Великую Отечественную войну». Перестройку он сравнил «с самолетом, который подняли в воздух, не зная, есть ли в пункте назначения посадочная площадка».Бондареву горячо возражал другой известный писатель-фронтовик, главный редактор журнала «Знамя» Г.Я. Бакланов, автор нашумевших повестей «Южнее главного удара», «Пядь земли», «Мертвые сраму не имут». Он воскликнул: «Неужели мы только вдохнули глоток свободы и все уже поперхнулись? Уже закашляли... Тот, кто сегодня борется против гласности, – борется за свое порабощение». Выступление Бондарева делегаты приветствовали аплодисментами, а Бакланову не давали говорить, шумели, «захлопывали» издевательскими аплодисментами. Только благодаря увещеваниям Горбачева, призывавшего делегатов к спокойствию, Бакланову удалось с трудом закончить свое выступление.Подлинной сенсацией стало появление на трибуне Ельцина. Оставаясь членом Центрального Комитета и министром, он в последний момент все же был избран на конференцию делегатом от Карелии (где раньше никогда не бывал). В своих воспоминаниях Ельцин рассказал, с каким трудом он добился возможности выступить. Даже по телевизору было видно, как Горбачев не хотел давать ему слова, и Ельцин, буквально прорвался на трибуну. Меня его выступление отчасти разочаровало, потому что Ельцин просил о партийной реабилитации, а мне казалось, что это унизительно. Вместе с тем Ельцин сказал много такого, с чем я был согласен. Он предложил сделать выборы на все партийные и государственные посты, включая пост Генерального секретаря, прямыми и тайными, ограничить возраст избранных 65 годами, а их пребывание на выборной должности двумя сроками. Это будет, по словам Ельцина, «определенной гарантией против культа личности, который наступает не через 10–15 лет, а зарождается сразу, если имеет почву. Думаю, нам уже сейчас надо остерегаться этого».Ельцин повторил, что за 70 лет советской власти «мы не решили главных вопросов: накормить и одеть народ, обеспечить сферу услуг, решить социальные вопросы». По его мнению, перестройка идет «с большим торможением» и во многом носит декларативный характер. Виновато в этом не только прежнее, но и нынешнее партийное руководство. Тех, кто сидел в Политбюро еще при Брежневе и наряду с ним виновен в застое, надо немедленно устранить от руководства. Ельцин опять обрушился на привилегии «для, так сказать, голодающей номенклатуры»: спецмагазины, спецполиклиники, спецпайки, и заявил, что в партии не должно быть «спецкоммунистов». Он сказал: «должно быть так: если чего-то не хватает у нас в социалистическом обществе, то нехватку должен ощущать в равной степени каждый без исключения». Сейчас, когда уже можно подвести итоги не только правления Горбачева, но и правления Ельцина, я хотел бы знать, вспоминал ли Ельцин эти слова, когда стал президентом России, сам пользовался всеми привилегиями, обзавелся роскошными лимузинами, самолетами и вертолетами, многочисленной охраной и прислугой, учил своих внуков за границей? Был ли он тогда искренним?Против Ельцина опять выступили руководители партии во главе с Горбачевым и Лигачевым. Всю страну облетела фраза Лигачева, сказанная Ельцину: «Борис, ты не прав». Делегаты конференции отказали Ельцину в партийной реабилитации, и одобрили предложенные Горбачевым реформы. В своем заключительном слове Горбачев призвал не откладывать реформу политической системы – «она необходима, чтобы двигать процесс перестройки». Явно, имея в виду выступление Ельцина против возрождения «культа личности», Горбачев предложил выполнить принятое 27 лет тому назад на XXI съезде КПСС решение соорудить в Москве памятник жертвам сталинских репрессий. С тех пор прошло еще больше 20 лет, но памятника так и нет. Выступление Ельцина встретило большой отклик. По его словам, «вдруг в Госстрой, туда, где я работал, пошли телеграммы, письма. И не десять, не сто, а мешками, тысячами. Со всей страны, из самых далеких уголков. Это была какая-то фантастическая всенародная поддержка». В сознании общества наступил перелом. Перестройка прошла «точку невозврата», она стала необратимой.Одним из результатов перестройки была отмена почти всех ограничений для поездок за границу. Отменили «выездные визы». Советским гражданам разрешили ездить в другие страны не только «организованными группами», но и в индивидуальном порядке, по частным приглашениям. Мы с Инной тоже воспользовались такой возможностью. Наш друг Ивон снова прислал нам приглашение, и в августе 1988 г. мы провели целый месяц в его доме в Париже и на даче в Бретани. Правда, это оказалось совсем не просто. Поток желающих побывать за границей был так велик, что возникли гигантские очереди за получением иностранных паспортов, за билетами и за необходимой для поездок иностранной валютой, которую продавали лишь в немногих местах и в строго ограниченном количестве, по установленной свыше норме на каждый день пребывания за границей. Мы с женой, сменяя друг друга, целый день простояли на жаре в очереди за валютой, и лишь с большим трудом попали в помещение для ее продажи. В его двери, охраняемые милицией, рвались без всякой очереди озлобленные долгим ожиданием люди.Еще один день – с раннего утра до вечера – я провел в очереди за железнодорожными билетами во Францию: они стоили значительно дешевле, чем билеты на самолет. Очередь была, как в войну: с составлением и переписываниями списков, с перекличками, со спорами и скандалами. Измученные теснотой, духотой, неразберихой, постоянными разговорами о том, что на всех билетов не хватит, стоявшие в очереди люди мечтали хотя бы войти с улицы в кассовый зал, где появлялась реальная надежда «достояться» до кассы и купить билеты, правда не всегда на тот поезд или на тот день, которые были наиболее удобными. Когда вечером я возвращался домой, меня буквально шатало от усталости, но я был почти счастлив: билеты в моих руках, путь открыт, сделан шаг к новой, более свободной жизни.Вы также можете подписаться на мои страницы:- в фейсбуке: https://www.facebook.com/podosokorskiy- в твиттере: https://twitter.com/podosokorsky- в контакте: http://vk.com/podosokorskiy- в инстаграм: https://www.instagram.com/podosokorsky/- в телеграм: http://telegram.me/podosokorsky- в одноклассниках: https://ok.ru/podosokorsky

Выбор редакции
07 июня, 02:42

Профессор МГУ Владислав Смирнов. "Явление Ельцина"

Владислав Павлович Смирнов (род. 1929) — советский и российский историк, специалист по истории Франции. Заслуженный профессор Московского университета (2012), лауреат премии имени М.В. Ломоносова за педагогическую деятельность (2013). В 1953 году В.П. Смирнов окончил исторический факультет МГУ, затем стал аспирантом, а с 1957 г. начал работать на кафедре новой и новейшей истории исторического факультета МГУ, где прошел путь от ассистента до профессора. Ниже приводится фрагмент из его книги: Смирнов В.П. ОТ СТАЛИНА ДО ЕЛЬЦИНА: автопортрет на фоне эпохи. – М.: Новый хронограф, 2011.Явление Ельцина23 января 1986 г. газеты сообщили, что бывший первый секретарь Свердловского обкома КПСС Борис Николаевич Ельцин по рекомендации Горбачева избран руководителем Московской партийной организации. Он сменил переведенного на пенсию Гришина. На следующий день Ельцин выступил на Московской партийной конференции с докладом, где подверг резкой критике прежнее положение дел. Черняев записал в своем дневнике: «Доклад по симптоматичности, по отображению глубины и масштабов перемен можно поставить в ряд с ХХ съездом КПСС. То есть это уже по духу, по слову, по подходам действительно новые нормы жизни и деятельности. У киосков, где продавалась “Московская правда” (с докладом Ельцина – В.С.) выстраивались огромные очереди». Я не помню этого доклада, возможно, я его не читал. Ельцин был для меня незнакомой фигурой. Лишь много позднее я узнал, что он происходил из зажиточной крестьянской семьи, что его отца в 30-е годы арестовали и сослали на Северный Урал, где вся их семья ютилась в холодном бараке вместе с кормилицей-козой. Тем не менее Ельцину все же удалось окончить Уральский политехнический институт, где происхождение и занятие родителей имело меньшее значение.Из воспоминаний Ельцина не видно, чтобы его привлекала художественная литература, искусство или гуманитарные науки, но в молодости он был хорошим спортсменом – играл в волейбол за сборную своего института, выступал на городских и всероссийских соревнованиях. После окончания института Ельцин больше 10 лет работал инженером строителем, проявил себя как настойчивый и волевой организатор, а затем возглавил партийную организацию Свердловской области – одной из наиболее промышленно развитых областей СССР. Именно Ельцин, в бытность первым секретарем Свердловского обкома КПСС, по секретному распоряжению Политбюро за одну ночь организовал снос дома Ипатьевых, где в 1918 г. был расстрелян император Николай II и вся его семья, включая больного 14-летнего сына.Приехав как-то по делам в Свердловск, я отправился к «Ипатьевскому дому» – прохожие знали, где он находился, – но нашел только пустую, залитую асфальтом площадь, на краю которой приютилась маленькая деревянная часовенка. Теперь там выстроен большой собор. Впервые я услышал о Ельцине от друзей Н.Е. Застенкера, работавших в Свердловске. Они хвалили Ельцина, говорили, что он заботился о горожанах; по его инициативе в Свердловске построили птицефабрику, и свердловчане, в отличие от жителей других городов, могли свободно купить курятину. Во второй раз зашла речь о Ельцине вскоре после его назначения в Москву, на похоронах безвременно скончавшегося Тома Петрова. Собралось много истфаковцев, которых я давно не видел, и на обратном пути в битком набитом автобусе Ира Сорокованова с воодушевлением рассказывала мне о встрече московских пропагандистов с Ельциным, на которой она побывала. По ее словам, Ельцин говорил очень откровенно, а потом еще долго отвечал на вопросы, не уклоняясь от самых острых и неприятных. Аудиторию он привел в полный восторг. Через несколько дней я услышал, что в ИМЭМО состоялось собрание, где сотрудники, побывавшие на встрече с Ельциным, отзывались о нем с таким же воодушевлением.Вскоре о Ельцине заговорила вся Москва. Газеты, радио, телевидение рассказывали и показывали, как он ездит по предприятиям, вступает в разговоры с рабочими, заходит в магазины и стоит в очереди, «как все». Мне запомнилось выступление Ельцина по телевидению, где он рассказывал о своем посещении трамвайного депо и поездках по трамвайным маршрутам; возмущался тем, в каких тяжелых условиях приходится работать водителям и кондукторам, особенно женщинам. Отказавшись от положенных ему по должности привилегий, Ельцин в сопровождении телеоператоров демонстративно записался в самую обычную районную поликлинику, ездил не на правительственной «Чайке», а на своем собственном потрепанном «Москвиче», причем часто сам сидел за рулем. Ельцин очень решительно выступал за «перестройку» и стал считаться одним из главных соратников Горбачева. 6 мая 1987 г., когда сторонники только что созданного общества «Память» организовали массовую демонстрацию протеста против разрушения исторических памятников, Ельцин вышел к представителям демонстрантов и около двух часов разговаривал с ними, отвечая на критику.На XXVII съезде КПСС Ельцин выступил с речью, где спрашивал: «Почему за столько лет нам не удается вырвать из нашей жизни корни бюрократизма, социальной несправедливости, злоупотреблений? Почему даже сейчас требование радикальных перемен вязнет в инертном слое приспособленцев с партийным билетом? Особенно становится больно, когда напрямую говорят об особых благах для руководителей», – сказал Ельцин и предложил: «Там, где блага руководителей всех уровней не оправданы, их надо отменить». На съезде Ельцина избрали кандидатом в члены Политбюро. Мы думали, что вскоре он станет полноправным членом Политбюро, но этого не случилось, и мы удивились. Помню, возвращаясь с работы, мы с Дементьевым долго гуляли вокруг его дома и рассуждали о том, что Горбачеву следовало бы ввести Ельцина в Политбюро и вместе с ним преодолевать сопротивление консерваторов, лидером которых считали Лигачева. Мы были наивны и даже не подозревали, что между Горбачевым и Ельциным уже «пробежала черная кошка».Положение прояснилось неожиданным образом. Однажды к нам зашел сильно взволнованный Ефим Наумович и рассказал, что узнал от своих друзей о Пленуме ЦК КПСС, где Ельцин будто бы выступал против Горбачева и требовал положить конец вмешательству Раисы Максимовны в государственные дела, после чего был снят с работы и, кажется, исключен из Центрального Комитета. Скоро по Москве стали ходить тексты речи, с которой Ельцин, будто бы, выступил на Пленуме. Дошел такой текст и до меня – 3 страницы «слепого» текста отпечатанного на машинке под заголовком: «Стенограмма выступления т. Ельцина на Пленуме ЦК КПСС 21.10.87». Текст выглядел очень правдоподобно. Он был составлен по привычному канону таких выступлений: от ритуальных похвал в адрес первого лица и обещаний «сделать все», чтобы выполнить его указания до реплик Ельцина в адрес Лигачева и главы Комитета государственной безопасности В.М. Чебрикова.Текст вполне соответствовал речи Ельцина на XXVII съезде и всему тому, что я о нем слышал. Судя по этому тексту, Ельцин выступал очень решительно и даже агрессивно. Он сказал, что в Московский комитет партии и к нему лично приходит множество писем с жалобами, на которые трудно ответить. «Мне трудно объяснить рабочему завода, почему на 70-м году его политической власти он должен часами стоять за сосисками, в которых крахмала больше, чем мяса, а на наших, товарищи, праздничных столах есть и балык, и икорка и другие деликатесы, полученные без хлопот там, куда его и близко не пустят», – говорил Ельцин. Он спрашивал: «Почему ветераны Отечественной войны получают только объедки с барского стола?» – и требовал покончить с «кормушками» для начальства. По словам Ельцина, все благие начинания вязнут «в чиновничьем болоте», и «пока мы не разгромим армию бюрократов-волокитчиков, именно армию, товарищи, перестройке хода не будет». В тексте приписываемой Ельцину речи приводились и такие слова: «Трудно работать, когда вместо конкретной товарищеской помощи получаешь назидания и грубые окрики. И в этой связи я должен просить Политбюро избавить меня от мелочной опеки Раисы Максимовны Горбачевой, от ее почти каждодневных звонков и нагоняев».Лишь через несколько лет, когда была опубликована официальная стенограмма заседания Пленума ЦК КПСС 21 октября 1987 г., а затем появились воспоминания Ельцина и Горбачева, стало более или менее ясно, что произошло. Оказывается, еще 10 сентября 1987 г. на заседании Политбюро под председательством Лигачева, который заменял находившегося в отпуске Горбачева, Лигачев обвинил Ельцина в том, что тот «пустил на самотек» организацию митингов и собраний, а Московский Совет опубликовал правила их проведения, не согласовав с Политбюро. Ельцин отвечал, что это дело Моссовета, но его не поддержали и решили создать комиссию, чтобы «проработать вопрос». Считая, что такие действия подрывают его положение руководителя Московской партийной организации, Ельцин 12 сентября написал Горбачеву большое письмо с протестом против стиля работы Лигачева, где просил освободить его «от должности первого секретаря МГК КПСС и обязанностей кандидата в члены Политбюро ЦК КПСС».Объясняя свое решение, Ельцин писал, что «партийные организации оказались в хвосте перестройки», в их работе преобладает «прежний конъюнктурно-местнический, мелкий бюрократический, внешне громкий подход». Он, Ельцин, «оказался неподготовленным со всем своим стилем, прямотой, своей биографией работать в составе Политбюро», встречает там противодействие и не чувствует поддержки высшего руководства. В письме содержался прямой упрек Горбачеву, перед которым, по мнению Ельцина, угодничают некоторые члены Политбюро. «Они удобны, и, прошу извинить, Михаил Сергеевич, но мне кажется, они становятся удобны и Вам». Намекая на сталинский «культ личности», Ельцин писал, что подобное угодничество «приведет к застою, к той обстановке (скорее подобной), которая уже была. А это недопустимо».Горбачев по телефону обещал Ельцину поговорить с ним позднее, но встреча откладывалась, и Ельцин решил выступить на ближайшем Пленуме ЦК КПСС. Согласно его официальной стенограмме, Ельцин в своей речи не упоминал о «чиновничьем болоте», в котором все вязнет, не критиковал «кормушки» для руководящих деятелей, не говорил о Раисе Максимовне. Он, правда, сказал, что «недопустимы различного рода разносы, накачки на всех уровнях», но относил этот упрек не на счет Горбачева или его супруги, а на счет Лигачева. Тем не менее, Ельцин повторил упрек Горбачеву в создании атмосферы угодничества, который уже содержался в его письме. Согласно официальной стенограмме, Ельцин сказал: «В последнее время обозначился определенный рост, я бы сказал, славословия от некоторых членов Политбюро, от некоторых постоянных членов Политбюро в адрес Генерального секретаря», и «как раз вот сейчас это просто недопустимо». Закончил Ельцин свое выступления просьбой об освобождении от обязанностей кандидата в члены Политбюро.Возникает вопрос, какая стенограмма правильнее передает выступление Ельцина: апокрифическая или официальная? Разумеется, «официальные стенограммы тоже не всегда правдивы: их часто «правят», причем не только сами авторы, но и разнообразные редакторы. Однако в воспоминаниях Ельцин цитировал свое выступление по официальной стенограмме, видимо, считая ее подлинной. После выступления Ельцина на него обрушились Горбачев, Лигачев и другие участники заседания. Всего выступило 26 ораторов (не считая нескольких выступлений самого Горбачева). Все они клеймили Ельцина за «клевету», «безответственность», «политическую незрелость», «амбициозность», «карьеризм», уверяли, что никакого славословия Горбачеву нет, а есть только выражение искреннего восторга и признательности. «Я вот от всей души уважаю Михаила Сергеевича и как человека и как политического деятеля. Почему я не могу сказать хорошее в его адрес?» – с деланной наивностью спрашивал первый секретарь Астраханского обкома КПСС А.В. Шалаев. Выступил и очередной «номенклатурный рабочий», заседавший в Центральном Комитете от имени рабочего класса, бригадир комплексной бригады треста «Мосстрой» № 1 В.А. Заварницкий. Он хорошо знал свою роль и как бы простодушно удивлялся: «Мы с Хрущевым, например, в полтора раза быстрее справились. А тут вот такая демократия: мы Вам (Ельцину – В.С.) все внушаем, внушаем».Особенно тяжелыми для Ельцина были выступления тех, в ком он видел своих единомышленников – Яковлева и Рыжкова. Яковлев заявил, что выступление Ельцина «ошибочно политически и несостоятельно нравственно». Ельцин-де «перепутал большое дело, которое творится в стране, с мелкими своими обидами и капризами», обнаружил «прямое несогласие с курсом перестройки». Рыжков, долгое время работавший вместе с Ельциным в Свердловске, нашел у него «непомерные амбиции» и сказал: «Вот такими заявлениями вбивается клин в Политбюро». Ельцину пришлось признавать ошибки. Постоянно перебиваемый Горбачевым, он был вынужден сказать: «То, что я подвел Центральный Комитет и Московскую городскую организацию, выступив сегодня, – это ошибка». Заседание завершилось пространным выступлением Горбачева, показывающим, насколько он был раздражен. «Надо же дойти до такого гипертрофированного самолюбия, самомнения, чтобы поставить свои амбиции выше интересов партии, нашего дела», – возмущался Горбачев. – «Насколько же надо быть безответственным, потерявшим чувство уважения к товарищам, чтобы вытащить все эти вопросы перед ЦК!.. Я, – должен прямо сказать, – поражен теоретической и политической беспомощностью товарища Ельцина».Под диктовку Горбачева было принято постановление: «признать выступление т. Ельцина Б.Н. на октябрьском (1987 г.) Пленуме ЦК политически ошибочным» и «рассмотреть вопрос» о его снятии с поста Первого секретаря Московского городского Комитета партии. 7 ноября 1987 г. Ельцин еще стоял на трибуне Мавзолея Ленина вместе с другими советскими руководителями, которые, по его словам, старались с ним не разговаривать, а 9 ноября его увезли в больницу. Позднее Горбачев утверждал, что Ельцин 9 ноября пытался покончить самоубийством, ударив себя в грудь длинными канцелярскими ножницами. Ельцин отрицает, что у него была хотя бы даже мысль о самоубийстве, но чувствовал он себя ужасно. Особенно его потрясли выступления Яковлева и Рыжкова, которые Ельцин расценил как предательство. «Что у меня осталось там, где сердце, – оно превратилось в угли, сожжено. Все сожжено вокруг, все сожжено внутри», – вспоминал он.11 ноября, когда Ельцин еще находился в больнице, ему неожиданно позвонил Горбачев и сказал, что Ельцин должен явиться на Пленум Московского городского Комитета партии, где его официально «освободят» от обязанностей Первого секретаря. Ельцин стал отказываться, ссылаясь на свое болезненное состояние, но Горбачев был непреклонен. Ельцину сделали поддерживающие и успокаивающие уколы, выписали из больницы, и в таком виде доставили на Пленум. По словам Ельцина, он «практически ничего не воспринимал; голова кружилась, ноги подкашивались, язык не слушался». Я и мои приятели ничего этого не знали, но могли прочесть отчет о Пленуме МГК, где снимали Ельцина. Из воспоминаний Горбачева известно, что отчет был «отредактирован» и смягчен редакторами во главе с Яковлевым, но и в таком виде он производил удручающее впечатление. Первым с обвинительной речью выступил Горбачев. Он довольно лицемерно сказал, что «сам по себе факт выступления члена Центрального Комитета на Пленуме с критическими замечаниями в адрес Политбюро, Секретариата, отдельных товарищей не должен восприниматься как нечто чрезвычайное», но назвал выступление Ельцина «политически незрелым, крайне запутанным и противоречивым… демагогическим по своему содержанию и характеру».Горбачев повторил, что Ельцин «поставил личные амбиции выше интересов партии», «договорился до того, что перестройка практически ничего не дает людям», совершил «безответственный и безнравственный поступок». Ельцин опять каялся, говорил: «Я очень виновен перед Московской партийной организацией, очень виновен перед горкомом партии, перед вами, конечно, перед бюро и, конечно, я очень виновен лично перед Михаилом Сергеевичем Горбачевым». Несмотря на болезненное состояние Ельцина, его покаяние выглядело хорошо продуманным и выверенным так, чтобы избежать еще более опасных политических обвинений. Ельцин давал «честное партийное слово», что «абсолютно убежден в перестройке»; уверял, что его выступление на Пленуме ЦК КПСС не имело «политической направленности», и винил во всем свою амбицию, с которой «пытался бороться, но, к сожалению, безуспешно». После этого сеанса публичного унижения Ельцина «освободили» от обязанностей первого секретаря Московской городской партийной организации, но оставили членом ЦК КПСС.Я и мои друзья были расстроены и возмущены. Во-первых, Ельцин казался нам наиболее последовательным борцом за «перестройку» и демократизацию общества. Во-вторых, Горбачев разделался с ним давно знакомыми отвратительными партийно-бюрократическими методами, подвергнув поверженного противника унизительной процедуре публичного «признания ошибок». Конечно, с Ельциным обошлись гораздо мягче, чем когда-то с противниками Хрущева, а позднее и с самим Хрущевым. После Пленума Ельцину, который снова попал в больницу, позвонил Горбачев и предложил ему пост заместителя председателя Государственного Комитета по строительству в ранге министра. Как утверждает Ельцин, Горбачев при этом добавил: «До политики я тебя больше не допущу». Случись такое при Хрущеве или, тем более, при Сталине, я бы удивился великодушию победителя, но теперь время было другое. Все наши симпатии находились на стороне Ельцина.Вы также можете подписаться на мои страницы:- в фейсбуке: https://www.facebook.com/podosokorskiy- в твиттере: https://twitter.com/podosokorsky- в контакте: http://vk.com/podosokorskiy- в инстаграм: https://www.instagram.com/podosokorsky/- в телеграм: http://telegram.me/podosokorsky- в одноклассниках: https://ok.ru/podosokorsky

08 июля 2017, 11:56

Телохранитель Путина и Собчака -Золотов,начинал слесарем

Оригинал взят у sayanarus в Телохранитель Путина и Собчака -Золотов,начинал слесаремГлава президентской охраны Золотов всегда за спиной у шефаЭта силовая структура - неотъемлемая часть жизни высшей элиты. Деятельность ее окутана таинственным ореолом, придающим ей в глазах людей красочно-романтичный образ. Кого берут в VIP-телохранители? Как они работают?Клиентура охраныФСО - Федеральная служба охраны (ранее - Девятое управление КГБ СССР) - охраняет президента, премьер-министра, спикеров Госдумы и Совета Федерации, министров иностранных дел и обороны, директора ФСБ, председателя Совбеза, руководителя администрации президента и его замов, председателя Центризбиркома. Иным чиновникам телохранители от ФСО предоставляются только после специального президентского указа.Большинство региональных руководителей, главы корпораций пользуются услугами частных структур или собственных бодигардов.Президента России Владимира Путина постоянно охраняют десятки человек, среди которых не только «искусствоведы в штатском», но и «люди в черном» - бойцы с легким и тяжелым стрелковым оружием. Во время выездов главы государства сотни сотрудников дежурят на всем протяжении маршрута. В президентском кортеже - 5 - 7 спецавтомобилей и 3 - 4 машины ГИБДД.Сквозь строй бодигардов к главному телу страны могут приблизиться только самые проверенныеНынешний глава Службы безопасности президента - Виктор Золотов - работал телохранителем Анатолия Собчака в его бытность губернатором Санкт-Петербурга. Став в 1999 году премьером, Путин пригласил Золотова в свою охрану.Золотова часто сравнивают с бывшим ельцинским охранником Коржаковым. Однако Золотов так явно, как Коржаков, в политику не лезет. Хотя поговаривают, что за некоторыми громкими разоблачениями и назначениями, связанными с питерскими, стоял Золотов. Известно, что он в напряженных отношениях с Чубайсом и бывшим губернатором Санкт-Петербурга Яковлевым.Многие отмечают, что в сравнении с Коржаковым Золотов намного профессиональнее. Когда эти слухи доходят до Коржакова, он раздраженно ответствует: «Да Золотов же бывший слесарь!» Действительно, трудовую деятельность Золотов начал слесарем на АЗЛК, в ФСО попал без всякой протекции и вскоре стал настоящим профессионалом.Когда Путин, закончив мероприятие, садится в машину, Золотов подходит к людям, обеспечивавшим охрану, жмет руки и обнимает. А «объект» терпеливо ждет в машине. Один сотрудник ФСО из региона, рассказывая об этом, заметил: «Это супермомент, который политрукам-воспитателям и не снился».Золотов часто надевает темные очки, они вообще такая фишка телохранителей. Но темные очки не только для защиты от солнца и точно не для форсу: они скрывают направление взгляда (потенциально опасный объект не должен видеть, куда смотрит охранник), а также позволяют быстрее заметить блеск оружия.Когда Золотов ходит за «объектом», создается впечатление, что это такая бездушная скала, чуждая эмоций. Но однажды мы наблюдали Золотова-болельщика на спортивном соревновании. Он сидел за Путиным, эмоционально досадуя во время проигрыша и вскидывая руки в приветствии в момент победы, даже выкрикивал с места, и было очевидно: с эмоциями у главного путинского охранника все в порядке, а подчеркнутое хладнокровие - это для работы.Правитель - самая опасная профессияСамое громкое преступление второй половины ХХ века - убийство в 1963 году в Далласе президента США Кеннеди. Трагедия произошла в результате явного просчета спецслужб: маршрут проходил мимо 20 тысяч окон, а Кеннеди не захотел даже поднять тент кабриолета. Кстати, по американской конституции, президент обязан выполнять требование секретной службы.На премьер-министра Индии Индиру Ганди покушались 5 раз. В 1984 году ее убила собственная охрана. Ее сын Раджив заменил охрану верными десантниками. Но в 1991 году террористка взорвала себя и премьера, спрятав взрывчатку в букете цветов.Премьер-министра Ицхака Рабина не уберегли 1800 сотрудников безопасности. Убийца расстрелял его во время митинга с расстояния меньше метра. За последние 30 лет убиты президенты Мозамбика, Египта, Боливии.Были предотвращены три попытки покушения на Путина: в феврале 2000-го на похоронах Собчака, в августе 2000-го на саммите СНГ в Ялте и в январе 2002-го во время визита в Баку.В ружье!Боец президентской охраны («человек в черном») высоко стоит, далеко глядитТелохранители российского президента (так называемые «личники») вооружены 9-мм пистолетами «Гюрза». Оружие без патронов весит 995 г. Емкость магазина - 18 патронов. Прицельная дальность - 100 м. Начальная скорость пули - 420 м/с. Боевая скорострельность - 40 выстрелов в минуту. Особенность «Гюрзы» - способность пробивать с 50 метров бронежилеты, а со 100 метров - салоны автомобилей. Гладкий, без выступов корпус легко извлекается из кобуры или кармана. Экономит время в бою и наличие автоматического предохранителя не только на тыльной стороне рукоятки, но и на спусковом крючке.(Командующий новой Нацгвардией — редкий представитель федерального силового ведомства, который находится в дружеских отношениях с Рамзаном Кадыровым.Чеченский лидер уже успел горячо приветствовать создание российской Национальной гвардии и объявить о готовности служить в ней. Неудивительно, ведь главный гвардеец Путина Виктор Золотов фактически ввел Рамзана Кадырова в «семью»)Бойцы президентской охраны («люди в черном») передвигаются на джипе и вооружены автоматами АК-74, АКС-74У, снайперскими винтовками Драгунова, пулеметами РПК и «Печенег», автоматическими и противотанковыми гранатометами, переносными зенитными ракетными комплексами «Оса». Они могут в случае чего противостоять полнокровному армейскому батальону.Доспехи телохранителей президента - кевларовые бронежилеты 3 - 6-го уровня защиты скрытого ношения, выдерживающие удар автоматной пули.Видя рядом с ВВП парней с маленькими дипломатами-чемоданчиками, некоторые ошибочно считают, что это и есть «ядерная кнопка». Однако чемодан с кнопкой носят офицеры в морской форме. А в руках у крепких ребят в пиджаках - так называемые изделия «папка» и «дипломат»: легким движением руки они превращаются в противопульные щиты.Кстати. «Послушный объект»Говорят, Путин - «послушный объект». Если охрана настаивает, что существует серьезная опасность, он не спорит и подчиняется. Причина такой дисциплинированности в том числе и в его чекистском прошлом, он все понимает. Больше всего охранники напрягаются, когда ВВП подходит к людям на улице - мало ли кто может затесаться в ликующую толпу.У ВВП с телохранителями, говорят, довольно теплые отношения, он называет их по именам, барина из себя не строит. С Ельциным и Горбачевым (особенно с его женой) охране было сложнее работать. Кстати, в службе безопасности Путина есть сотрудники, работавшие еще с Ельциным. Но Золотов сохранил только настоящих профессионалов, а некоторых даже сделал своими замами.Кого берут в бодигарды- Попасть в президентскую охрану сложно, - рассказывает сотрудник ФСО Игорь С. - Это, можно сказать, удел избранных. Есть целый ряд критериев, и несоответствие хотя бы одному из них не позволит стать «личником». Это и безупречный послужной список, и особая психофизическая подготовка, и определенные физиологические параметры.- Что это за параметры?- Офицер охраны должен быть не старше 35 лет, рост - 175 - 190 см, вес - 75 - 90 кг.- Где надо послужить, чтобы стать президентским телохранителем? В десанте, спецназе?- Вот это как раз совсем не обязательно. Устраивать засады на горных тропах или прыгать ночью с парашютом охраннику президента вряд ли придется. Боевой опыт, конечно, полезен, но часто тоже неприменим в нашей специфике. На войне ты нападаешь сам. А охранник должен только защищать подопечного от кого-то невидимого. Не подходят нам и бывшие опера. В них намертво вбиты вредные для нас навыки. Они натасканы на задержание преступника. Им принципиально важно увидеть его на скамье подсудимых. А мне все равно, посадят террориста или нет. Главное - уберечь президента. А милицейская привычка делать предупредительный выстрел вверх? «Личник» такую роскошь позволить себе не может.- Что должен уметь телохранитель президента? Владеть карате или стрелять с обеих рук?- В первую очередь - думать. Когда доходит до стрельбы - это двойка охране. «Личник» должен владеть так называемой оперативной психологией, уметь предвидеть и предотвратить опасность. Причем незаметно для окружающих. Карате и прочие единоборства полезны, но не в спортивных вариантах. Мы практикуем рукопашный бой в своей специфической трактовке. Нашему сотруднику необходимо в совершенстве владеть не менее 30 приемами из разных боевых систем. Постоянно упражняемся и в стрельбе - 2 - 3 раза в неделю в различных тирах (чтобы не было привыкания к одному и тому же месту). Надо уметь экстремально водить машину и даже разбираться в ядах.- Должен ли телохранитель знать протокол, языки, разбираться в деталях этикета?- Английский многие ребята знают хорошо. Что же касается протокола и этикета - конечно, телохранитель должен знать, что за чем следует по протоколу, кто и зачем приближается к «объекту».- Кто шьет костюмы охране?- В ФСО есть свое ателье, в нем шьют костюмы охране. И президенту, кстати, тоже.О допингахЛюдей, наблюдающих за телохранителями, изумляет их способность не мерзнуть в холод и не потеть в жару. В стужу они нередко несут службу в легких пальто (одежда не должна сковывать движений), а в 40-градусную жару у охранника, стоящего на солнцепеке в темном костюме, нет ни капли пота. По некоторым данным, держаться им помогают препараты, воздействующие на физиологические процессы, усиливающие слух, обостряющие зрение, обоняние и даже развивающие боковое зрение. Кстати, запрета на курение нет - сигарета помогает быстро снять стресс. Все это, разумеется, изнашивает организм: на пенсию многие VIP-телохранители уходят в 35 лет.Виктор Золотов (второй слева) и Владимир ПутинУ главы Нацгвардии есть дом в поселке Малая Калчуга, неподалеку от Ново-Огарево, а также дача в поселке Ящерово, всего в семи километрах от резиденции Путина «Валдай». Дом Золотова в Геленджике отделяетот другой резиденции президента 30 километров. Кроме того, генералу принадлежит шале в сочинском закрытом поселке «Поляна». У президента там недвижемости нет, но по соседству с Золотовым живет Любовь Кабаева — мама Алины Кабаевой.Где бы не находился Владимир Путин, его главный гвардеец всегда рядом.А как у них?Туркменский Президент выезжает в сопровождении 100 нукеров и 100 авто.Президента США охраняют полторы сотни человек. Его кортеж - до 100 спецмашин.Британскую королеву Елизавету II оберегают сотни охранников, особое место занимают снайперы. У английского же премьера  в эскорте одна машина и 10 телохранителей.У германского канцлера  2 бронированных авто и 5 бойцов.Премьера Италии сопровождают до 10 машин и 20 телохранителей.Охрана президента Франции  колеблется от 20 до 40 бойцов и передвигается на 7 - 10 машинах.Самая скромная охрана у финского премьера  - 2 человека на одной машине....А Еще был случай. Снеговик с винтовкойКак-то во время катания Путина на лыжах на крыше одного из зданий местными чекистами был замечен снеговик. Стоял себе, а потом пошел... У них чуть крыша не поехала. Здание было не в их ведении, но они связались по рации с руководством. Им приказали не дергаться. Оказалось, снеговиком прикинулся снайпер.Как-то на полянке, где должно было состояться общение Путина и Кучмы с прессой, охранник обнаружил сухой пенек, о который могли споткнуться президенты. Чтобы обратить на пенек высочайшее внимание, вставил в него розу. Путин и Кучма не споткнулись, но остановились в изумлении от чуда природы: как из сухого пенька выросла роскошная роза?Президентских охранников нередко раздражает пресса, стремящаяся пробиться поближе к «объекту», создавая охране лишнюю головную боль. Рассказывают, однажды прессе довелось услышать все, что охрана о ней думает. Звук рации одного их охранников, присматривающих за журналистами, ожидавшими президента, оказался громче, чем надо. И они услышали: «Седьмой, я пятый, быстро гони бл...ей наверх». Журналисты заржали, а охранник как ни в чем не бывало спокойно скомандовал: «Господа журналисты, вас убедительно просят подняться в зал».Один госдеятель уже сел в самолет, а начальник его охраны задержался. Бежит через VIP-зал, а на пути охрана аэропорта: «Знаем, кто вы, но все равно пройдите через металлоискатель». Тот, матерясь, проходит - звенит. Выкладывает ключи, мобильник - звенит. Снимает часы, пояс - звенит. «Да что у тебя?» - с досадой спрашивают охранники. «Пистолет!» - признается «звенящий». «Чего ж сразу не сказал, - обрадовались «на рамке». - Беги быстрей, а то твой без тебя улетит».Байки. Как Брежнев потерял колбасуРассказывают, что один из охранников главного идеолога КПСС Михаила Суслова сделал карьеру благодаря тому, что красиво и вовремя отдавал честь. Как только Суслов выходил на балкон, охранник появлялся из кустов и козырял. Ни в одной смене не было такого почтительного охранника. Секретарь ЦК в конце концов это оценил, и младший офицер стремительно дорос до генерала.Отдыхая с дедом в Сочи, внуки Суслова захотели пойти на рынок. Его стали «зачищать»: вместо торговцев за прилавки встали местные опера. Внуки подошли к персикам. «Торговец», изображая радушие, развел руки в стороны, и внуки увидели пистолет. Они заорали и рванули к выходу.На отдыхе в Сочи дряхлеющий уже Брежнев зашел в магазин глянуть, чем народ питается. И захотелось ему докторской колбасы. Он купил, а охрана ее припрятала - нельзя генсеку есть непроверенную пищу. Вспоминают, что Брежнев потом несколько дней искал свою колбасу и ругал охранников, решив, что они ее потеряли или съели.Новинка. Яйцо под майонезом как оружие VIP-пораженияКак известно, в последнее время участились обстрелы VIP-персон майонезом, яйцами и кетчупом.  наглым нападениям подвергались премьер Касьянов, глава ЦИКа Вешняков, главный «единоросс» Грызлов. Причем во время мероприятий, где осуществлялся серьезный контроль. Но металлоискатели против яиц и майонеза бессильны. А эти продукты обладают мощной поражающей (престиж и самолюбие) силой. Охранники, не сумевшие заслонить тела подопечных и принять на себя разносолы, были наказаны. Но против «продуктовых наборов» действенной защиты пока нет, хотя, по слухам, идет работа над методиками их «обезвреживания». Охранникам, увы, не удастся удалить «объект» от народа на расчетную дальность полета яиц, помидоров, майонезной «очереди».

27 марта 2017, 17:30

Евгений Спицын. "Навальный и власть в битве за корыто"

Патриоты в России попали в классическую шахматную вилку. С одной стороны, нельзя поддерживать тех, кто вчера вышел на протестные акции против коррупции, потому что понятно, кто за ними стоит. С другой стороны, власть действительно воровская, причём воровская системно. Комментирует историк, публицист, автор учебников по истории России Евгений Спицын. #ДеньТВ #Спицын #Навальный #коррупция #Медведев #Ельцин #кризис #расслоение #экономика #справедливость #КПРФ #Ленин #капитализм #либерализм #безработица

04 октября 2016, 03:00

Их нужно знать поименно...

Ельцинские палачи. Каратели Дома Советов.1. Ельцинские «герои» октября 1993 г. - руководители штурма Дома Советов.Непосредственно штурмом Дома Советов руководил министр обороны П.Грачев, ему помогал зам. министра обороны генерал К.Кобец. Помощником у генерала Кобеца был генерал Д.Волкогонов. (По свидетельству Ю.Воронина в разгар расстрела Белого Дома он заявил ему по телефону: «Ситуация изменилась. Президент, как Верховный главнокомандующий, подписал приказ министру обороны о штурме Дома Советов и взял всю ответственность на себя. Мы подавим путч любой ценой. Порядок в Москве будет наведен силами армии.»)Воинские части, участвовавшие в штурме, и их командиры:2-я гвардейская мотострелковая (Таманская) дивизия, командир - генерал-майор Евневич Валерий Геннадьевич.4-я гвардейская танковая (Кантемировская) дивизия, командир - генерал-майор Поляков Борис Николаевич.27-я отдельная мотострелковая бригада (Теплый Стан), командир - полковник Денисов Александр Николаевич.106-я воздушно-десантная дивизия, командир - полковник Савилов Евгений Юрьевич.16-я бригада спецназа, командир - полковник Тишин Евгений Васильевич.216-й отдельный батальон спецназа, командир - подполковник Колыгин Виктор Дмитриевич.занимавшиеся подготовкой штурмаНаибольшую ретивость при подготовке штурма проявили следующие офицеры 106-й ВДД:командир полка подполковник Игнатов А.С.,начальник штаба полка подполковник Истренко А.С.,командир батальона Хоменко С.А.,командир батальона капитан Сусукин А.В.,а также офицеры Таманской дивизии:зам. командира дивизии подполковник Межов А.Р.,командир полка подполковник Кадацкий В.Л.,командир полка подполковник Архипов Ю.В.По Дому Советов стреляли из танков исполнители преступных приказов из 12-го танкового полка 4-й (Кантемировской) танковой дивизии, составившие добровольческие экипажи:зам. командира танкового батальона майор Петраков И.А.,зам. командира танкового батальона майор Брулевич В.В.,командир батальона майор Рудой П.К.,командир разведывательного батальона подполковник Ермолин А.В.,командир танкового батальона майор Серебряков В.Б.,зам. командира мотострелкового батальона капитан Масленников А.И.,командир разведывательной роты капитан Башмаков С.А.,старший лейтенант Русаков.Как были оплачены убийцы:Офицерам, участникам штурма Дома Советов, в качестве вознаграждения было выплачено по 5 млн. рублей (примерно 4200 долларов) каждому, омоновцам выдавалось дважды по 200 тысяч рублей (примерно 330 долларов), рядовые получили по 100 тысяч рублей и так далее.Всего же на поощрение особо отличившихся было затрачено, судя по всему, не менее 11 млрд. рублей (9 млн. долларов) - такая сумма была вывезена с фабрики Гознака и... пропала(!). (В то время курс доллара был 1200 руб.)***Егор Гайдар и снайперы в октябре 1993 годаКровавая бойня у стен российского парламента, когда 3 октября 1993-го «главный спасатель» Сергей Шойгу выдал тысячу автоматов первому заместителю Председателя Совета Министров Егору Гайдару, готовившемуся «защищать демократию» от Конституции. Более 1000 ед. стрелкового оружия (автоматов АКС-74У с боезапасом!) из МЧС было роздано Егором Гайдаром в руки «защитников демократии», в т.ч. боевикам Боксера. В «предрасстрельную» ночь у Моссовета, куда Егор Гайдар созвал по ТВ в 20:40, собрались толпы хасидов! А с моссоветовского балкона кое-кто попросту призывал убивать «этих свиней, называющих себя русскими и православными». В книге Александра Коржакова «Борис Ельцин: от рассвета до заката» сообщается, что когда Ельцин назначил захват Белого дома на семь утра 4 октября с прибытием танков, группа «Альфа» отказалась идти на штурм, считая все происходящее антиконституционным и потребовав заключение Конституционного суда. Вильнюсский сценарий 1991 г., где «Альфе» был нанесен самый подлый удар, словно под копирку, был повторен в Москве в октябре 1993 г.:http://expertmus.livejournal.com/3897... И там, и здесь были задействованы «неизвестные» снайперы, которые стреляли в спину противоборствующим сторонам. В одном из сообществ на наше сообщение о снайперах последовал комментарий, что «это были израильские снайперы, которые под видом спортсменов были размещены в гостинице «Украина», откуда и вели прицельный огонь». Так откуда же взялись те самые БТРы с вооруженными гражданскими лицами (!), которые и открыли ПЕРВЫМИ огонь по защитникам парламента, спровоцировав всё дальнейшее кровопролитие? Между прочим, у МЧС были не только «белые КАМАЗы», с которых раздавали оружие у Моссовета, но и бронетехника! Годом раньше, ночью 1 ноября 1992-го, Шойгу, присланный тем же Гайдаром (тогда еще и.о. премьера) во Владикавказ для урегулирования осетино ингушского конфликта, передал в подчинение североосетинской милиции 57 танков Т-72 (вместе с экипажами).http://www.youtube.com/watch?v=gWd9SLa6nd8#t=24Ерин В.Ф., генерал армии, Министр внутренних дел России, один из основных участников октябрьских событий 1993 года.В сентябре 1993 года поддержал указ Президента Российской Федерации № 1400 о конституционной реформе, роспуске Съезда народных депутатов и Верховного Совета. Подразделения МВД России, подчинённые Ерину, разгоняли митинги оппозиции, участвовали в осаде и штурме Дома Советов России.1 октября 1993 года (за несколько дней до разгона парламента танками) Ерину было присвоено звание генерала армии. Принял активное участие в вооружённом подавлении защитников Верховного Совета 3-4 октября. 8 октября получил за это звание Героя Российской Федерации. 20 октября Б. Н. Ельцин назначил его членом Совета Безопасности Российской Федерации.10 марта 1995 года Государственная Дума выразила недоверие В. Ф. Ерину (за недоверие министру внутренних дел проголосовали 268 депутатов). 30 июня 1995 года после провала освобождения заложников в Будёновске ушёл в отставку. В 1995—2000 гг. — заместитель директора Службы внешней разведки Российской Федерации. С 2000 г. на пенсии.Лысюк С.И., подполковник, командир отряда специального назначения «Витязь» (до 1994 года).3 октября 1993 года Отряд «Витязь» под командованием подполковника С.И.Лысюка открыл огонь по осаждавшим телецентр «Останкино» людям, в результате чего, по меньшей мере,  46 человек было убито и 114 ранено. 7 октября 1993-года «за мужество и героизм», проявленные при расстреле безоружных защитников конституции, присвоено звание Героя России. Не скрывает, что команда открыть огонь была дана именно им, о чём не стесняется говорить в телеэфире.Ныне в отставке, повышен до полковника, стал президентом Ассоциации социальной защиты подразделений специального назначения «Братство краповых беретов „Витязь“» и членом правления Союза ветеранов антитеррора.Беляев Николай Александрович - начальник штаба 119-го гвардейского парашютно-десантного полка (106-я гвардейская воздушно-десантная дивизия). Тоже награжден.Шойгу Сергей - верный ельцинский шакал! Пособник режима. На данный момент Министр Обороны РФ.Евневич Валерий Геннадьевич. С 1992 по 1995 год — командир гвардейской мотострелковой Таманской дивизии Московского военного округа. В октябре 1993 года участвовал в разгоне Верховного Совета РФ, его дивизия расстреливала здание Белого дома.КАДАЦКИЙ В.Л., преступник, палач 1993 года. Сейчас В.Л.Кадацкий — руководитель Департамента региональной безопасности города Москвы. Друг С.С.СобянинаНиколай Игнатов – убивал русских людей в звании подполковника. Генерал-лейтенат, зам. командующего ВДВ.Константин Кобец. С сентября 1992 года — Главный военный инспектор Вооружённых Сил Российской Федерации; одновременно с июня 1993 года — заместитель, а с января 1995 года — статс-секретарь — заместитель Министра обороны Российской Федерации. Сдох в 2012 году.Полковник ДЕНИСОВ АЛЕКСАНДР НИКОЛАЕВИЧ27-я отдельная мотострелковая бригада (Тёплый стан).1995-1998 - командир 4-й Гвардейской Кантемировской танковой дивизии Московского военного округа; с 1998 г. исполнял обязанности военного коменданта.Полковник САВИЛОВ ЕВГЕНИЙ ЮРЬЕВИЧ106-я воздушно-десантная дивизия.1993-2004 годах командовавший 106-й Тульской Гвардейской Краснознамённой ордена Кутузова II степени воздушно-десантной дивизией.Савилов награждён тремя орденами и другими государственными наградами. В период с 2004 по 2008 год был советником губернатора Рязанской области. Указом Президента Российской Федерации ему было присвоено почётное звание «Заслуженный военный специалист РФ».Куликов Анатолий Сергеевич - генерал—лейтенант, командующий ВВ МВД России.3 октября 1993-го года в 16.05 отдал отряду «Витязь» приказ по радио «выдвинуться для усиления охраны Останкинского комплекса». Свидетели-журналисты (в том числе из газет пропрезидентской ориентации — «Известий», «Комсомольской правды»), рассказывали впоследствии, что бронетехника внутренних войск вела беспорядочный огонь как по демонстрантам, так и по Останкинской телебашне и окрестным домам. Сам А.Куликов утверждал, что «Витязь» открыл огонь по возглавляемым генералом А. Макашовым людям только после того как в 19.10 выстрелом из гранатомета был убит боец «Витязя» Н. Ситников и что правительственные силы «…не открывали первыми огонь. Применение оружия было целенаправленным. Не было сплошной зоны огня…». По результатам официального расследования, выстрела из гранатомета вообще не было (за него была принята вспышка взрывпакета, брошенного из здания телецентра одним из «Витязей»). В столкновениях у «Останкина» погиб 1 боец правительственной стороны, несколько десятков безоружных демонстрантов, два сотрудника «Останкина» и 3 журналиста, в том числе двое из них — иностранные (все сотрудники и журналисты были убиты подчиненными А.Куликова).В качестве благодарности за расстрел безоружных демонстрантов, А.Куликов получил в октябре 1993 звание генерал-полковника.С июля 1995 года — Министр внутренних дел РФ, с ноября – генерал армии. С февраля 1997 года — заместитель председателя Правительства Российской Федерации — Министр внутренних дел. Входил в состав Совета безопасности РФ (1995—1998), Совета обороны РФ (1996—1998).Именно при Куликове внутренние войска в РФ разрослись до невероятных масштабов — более 10 дивизий, превратившись, по сути, во вторую армию России. Во внутренних войсках, по утверждениям некоторых экспертов, военнослужащих всего в два раза меньше, чем в Российской армии, и при это финансирование ВВ происходит не в пример полнее и лучше. Как отмечала газета «Московский комсомолец» (13 февраля 1997 г.), то что «отечественный жандармский корпус» разросся до таких масштабов, может означать только одно: «наши власти боятся своего народа куда больше, чем какого-нибудь агрессивного блока НАТО».В марте 1998 года правительство В. С. Черномырдина было отправлено в отставку, при этом А. С. Куликов был снят со всех постов. В декабре 1999 года был избран депутатом Государственной Думы 3-го созыва, в декабре 2003 года — депутатом 4-го созыва. Член фракции «Единая Россия». С 2007 года — Президент Клуба Военачальников Российской Федерации.Романов Анатолий Александрович - генерал-лейтенант, заместитель командующего Внутренними войсками МВД России, мучитель узников стадиона «Красная Пресня».31 декабря 1994 года Указом Президента Российской Федерации награжден орденом «За военные заслуги» № 1. 5 ноября 1995 года Указом Президента Российской Федерации присвоено звание «Герой Российской Федерации». 7 ноября 1995 года Указом Президента Российской Федерации присвоено воинское звание генерал-полковник.6 октября 1995 г. в результате террористического акта тяжело ранен в г. Грозном, чудом выжил, но остался инвалидом. С тех пор находится в состоянии комы.         Ф.А. Клинцевич2.  Подстилки ельцинского режимаОбращение Григория Явлинского в октябре 1993 г. Григорий Явлинский, основатель партии «Яблоко», в ходе противостояния президента РФ и Верховного Совета в сентябре-октябре 1993 г. встал в конце концов на сторону Ельцина.Эволюция подлости. Вурдалаки Останкино в 1993 г.http://www.youtube.com/watch?v=3yIS7pHUJo0ТВ-ШАЛАВЫ в 1993. О событиях 3-4 октября 1993 года и ельцинских телевизионных подстилкахВ первой серии показано о чем говорят сейчас и о чем говорили накануне расстрела Верховного Совета и защитников Конституции в октябре 1993 года следующие мрази, нелюди и пособники захвата власти а стране (то бишь преступления без срока давности, за которое полагается смертная казнь и 18 лет назад и сейчас): Михаил Ефремов, Лия Ахеджакова, Дмитрий Дибров, Григорий Явлинский, Егор Гайдар.Лия Ахеджакова в 1993 о расстреле парламента. Старая ведьма лютуетhttp://www.youtube.com/watch?v=5Iz8IX0XygIИзвестное письмо интеллигентских ублюдков  в газету "Известия" - Раздавить гадину! от 5 октября 1993 г. подписали:Алесь АДАМОВИЧ,Анатолий АНАНЬЕВ,Артем АНФИНОГЕНОВ,Белла АХМАДУЛИНА,Григорий БАКЛАНОВ,Зорий БАЛАЯН,Татьяна БЕК,Александр БОРЩАГОВСКИЙ,Василь БЫКОВ,Борис ВАСИЛЬЕВ,Александр ГЕЛЬМАН,Даниил ГРАНИН,Юрий ДАВЫДОВ,Даниил ДАНИН,Андрей ДЕМЕНТЬЕВ,Михаил ДУДИН,Александр ИВАНОВ,Эдмунд ИОДКОВСКИЙ,Римма КАЗАКОВА,Сергей КАЛЕДИН,Юрий КАРЯКИН,Яков КОСТЮКОВСКИЙ,Татьяна КУЗОВЛЕВА,Александр КУШНЕР,Юрий ЛЕВИТАНСКИЙ,академик Д.С. ЛИХАЧЕВ,Юрий НАГИБИН,Андрей НУЙКИН,Булат ОКУДЖABA,Валентин ОСКОЦКИЙ,Григорий ПОЖЕНЯН,Анатолий ПРИСТАВКИН,Лев РАЗГОН,Александр РЕКЕМЧУК,Роберт РОЖДЕСТВЕНСКИЙ,Владимир САВЕЛЬЕВ,Василий СЕЛЮНИН,Юрий ЧЕРНИЧЕНКО,Андрей ЧЕРНОВ,Мариэтта ЧУДАКОВА,Михаил ЧУЛАКИ,Виктор АСТАФЬЕВ.Источники:http://1993-2013.ru/?cat=4http://star-v.narod.ru/meta/reference.htmhttp://vk.com/topic-32738224_28664292http://ljrate.ru/post/8112/2350365

05 сентября 2016, 14:33

Откровения от Коржакова. Советую почитать.

Знаю их всех». Говорит Александр Коржаков   Александр Коржаков на фоне своего портрета работы художника Сергея Присекина, 1998 год. Фото Виктора Великжанина / ТАСС Максим Солопов съездил в подмосковную деревню Молоково к одному из самых влиятельных людей России 1990-х — экс-телохранителю Бориса Ельцина, создателю Службы безопасности президента Александру Коржакову. Перестройка Я был одним из лучших офицеров в КГБ — многократный чемпион по трем видам спорта: по стрельбе, по волейболу и спортивному ориентированию. Потом, извини, я был в Афганистане. Мне для этого выдали загранпаспорт. Мало у кого из нас был загранпаспорт. Меня стали посылать за границу. Во Франции был, в Чехии, в Англии, в Китае. Меня посылали туда — значит, доверяли. Меня уволили в 1989-м за что? За то, что я был на дне рождения у Ельцина, который был в опале. Подожди, я был у бандита?! Я что, у Ротенберга какого-то был на дне рождения? Я был у человека, который министр СССР, член ЦК КПСС. Член ЦК КПСС! Не Политбюро, но и хрен с ним. Я у него поработал [телохранителем] два года с лишним. Мы нашли общий язык. Он старшим товарищем был для меня. Меня только за это уволили. 1969-1970 — Александр Коржаков проходит срочную службу в Кремлевском полку. 1970 — поступает на службу в девятое управление КГБ. 1985-1987 — работает телохранителем первого секретаря Московского городского комитета КПСС, кандидата в члены Политбюро Бориса Ельцина. Октябрь 1987-го — Ельцин выступает на пленуме ЦК с резкой критикой партийного руководства. Его речь не публикуется в советской печати, зато расходится в самиздате. Февраль 1988-го — Ельцин исключен из кандидатов в члены Политбюро и переведен на работу в Госстрой. 1989 — Коржаков уволен из КГБ. Ельцин избирается народным депутатом СССР. 1990 — Ельцин становится председателем Верховного Совета РСФСР. 1991 — Ельцин — президент РСФСР. Коржаков возглавляет Главное управление охраны (ГУО), в 1996 году преобразованное в Федеральную службу охраны (ФСО). 1996 — Коржаков уволен со всех постов после скандала с задержанием в разгар кампании по переизбранию Ельцина активистов его предвыборного штаба Сергея Лисовского и Аркадия Евстафьева. По утверждению Коржакова, сотрудники возглавляемого Анатолием Чубайсом штаба расхищали средства кампании. 1997 — Коржаков избран депутатом Госдумы. До 2011 года он проработал в парламентском Комитете по обороне. Июль 1998-го — в Подмосковье застрелен лидер оппозиционного Движения в поддержку армии генерал Лев Рохлин. Его вдова Тамара Рохлина позже была признана виновной в этом убийстве. Это была инициатива [Юрия] Плеханова — начальника девятого управления (подразделение КГБ, которое занималось охраной первых лиц СССР и их иностранных гостей — МЗ). Сам [последний председатель КГБ Владимир] Крючков-то меня еще не знал, но за Ельциным следили. Я тогда не думал об этом. Моя мечта была с пенсией 250 рублей поселиться здесь в деревне у матери, построить дом, а квартиру отдать дочерям. Деревню я обожал с детства. Меня как первый раз сюда привезли, так я и полюбил эти места. Ни разу в пионерлагере не был. И вдруг меня увольняют. Ничего себе! Стал спрашивать, сколько я пенсию буду получать. 200 рублей, а было бы 250! 50 рублей в советских деньгах — это ой-ой-ой как много по тем временам. У меня мать с отцом получали по 120 рублей, потом — по 132. И были счастливы. Один знакомый предложил в архивном управлении поработать. Я отказался. Сейчас думаю, может, зря: там, оказывается, очень интересные вещи. Но тогда я еще был спортивный мужик. Мне надо было шевелиться. И кто-то из наших, ушедших на пенсию, мне предложил работу в кооперативе «Пластик». Тогда уже были кооперативы. Оклад — тысяча рублей. В КГБ я получал 300, а тут тысяча. «Что делать надо? — спрашиваю. — То же самое». Ладно, давай попробую. [Экс-сотрудника девятого управления КГБ, позже руководителя приемной и секретаря Ельцина Валентина] Мамакина взял к себе замом, этого алкоголика. Сделал из него человека. Потом народу набрали, инструкции написали, графики составили. Мамакин штабист очень хороший был. Вдвоем с ним наладили охрану. Через несколько месяцев я стал получать уже 3 000. Жена была счастлива. С такой зарплатой «Жигули» можно было купить за два месяца. Супруга говорила, что это было самое лучшее время в нашей жизни. Иду по улице, вижу, бананы продают хорошие. Говорю грузчику: «Пару ящиков мне в машину занеси». Каждый ящик стоил 21 рубль, я ему даю 50 за два. Вижу черешню. Хорошая черешня, по четыре, по пять рублей килограмм. Люди берут 300-400 грамм. Денег-то нет. Я говорю: «Мне, пожалуйста, всю коробку». Тогда кооперативов уже много было. Криминал начал вылезать. Братья Квантришвили тогда стали известными. Меня это никак не коснулось. Я набирал спортсменов, борцов, боксеров. У меня были вот такие ребята, классные! Дал им установку на инструктаже: «Если начинают палить, ложитесь на дно машины к чертовой матери, живыми оставайтесь. С этими, черт с ними. У них деньги сами видите какие». Нас уже уволили, но мы с Мамакиным еще полгода платили партвзносы в «девятке». Огромные, чуть ли не по 500 рублей (согласно Уставу КПСС, для членов партии, чей ежемесячный доход превышал 300 рублей, взносы составляли 3% заработка — МЗ). Мы специально день партвзносов выбирали, когда получка была. Звонили в Кремль, нас пропускали в Арсенал, в наше бывшее подразделение. Народ в очередь выстраивался посмотреть, как мы платим. Через полгода нас насильно перегнали в партийную организацию в ЖЭК по месту жительства. Ко мне стали стучаться пенсионеры в квартиру: когда я, значит, сдам партвзносы? И я написал им заявление, что прерываю членство в КПСС до решения вопроса об образовании Демократической платформы внутри партии. Вот они меня там обсуждали-обсирали: стали требовать, чтобы я сдал партбилет. Не вы мне его вручали! Поэтому партбилет члена КПСС у меня хранится. Я ходил на митинги за Ельцина. Купил себе специальный черенок от лопаты и на него приделал фанеру с плакатом: «Руки прочь от Ельцина!». Да, я приходил на митинги «Демроссии» как рядовой участник. Я еще даже не стал телохранителем Ельцина. Фотографии мои раздавались в девятом управлении: «Вот он, предатель. Вот он кем стал. Он перекрасился. Майор КГБ». С Ельциным в это время мы стали дружить еще больше. До тех пор, пока он не упал с моста. До сих пор непонятно куда. Тогда соратники выбрали меня начальником его охраны, но еще несколько месяцев не увольняли из «Пластика». Руководство кооператива мечтало, чтоб я вернулся. В сентябре 1990 года я ушел оттуда, и только в январе 1991 года они исключили меня из штата. Поняли, что я не вернусь. Ельцин все выше и выше пошел. Но мне деньги тоже нужны были — двое детей. Жена в церковь устроилась работать, но привыкли уже к хорошей зарплате. Я попросил нашего коллегу [Сергея] Трубе из «Демроссии» сделать мне зарплату рублей триста. Вместе с пенсией — жить можно. Этот парень дал мне три адреса: «Вот каждый месяц такого-то числа по такому-то адресу приезжай, получай деньги». Так я по разным адресам ездил, расписывался и получал в разных кооперативах по 100 рублей. В одном я был оформлен прорабом, в другом — смотрителем, в третьем — каким-то охранником. Мне было так неприятно. Чувствовал себя рэкетиром. Я был абсолютно неформальным личным телохранителем Ельцина. Я в Тулу ездил тогда, два ружья купил, чтобы охранять Ельцина. Когда мы в машине ездили, у меня была ракетница и нож десантный. С ружьем меня могли сцапать еще как-то, а нож я с Афгана привез, поэтому — пошли в жопу. За него бы не посадили. Пистолетов никаких не было. Даже когда мне дарили газовые пистолеты, я сам их потом передаривал. С ракетницей ходил охотничьей. Знал, что ракету можно в опасную машину запустить, и мало не покажется. Это вы правильно сказали, в 1991 году мы спасли их всех — тех, кто до сих пор у власти. Но сами они к демократической революции никакого отношения не имели. Революцию делают фанатики, а приходят к власти негодяи. Власть нашу терпеть не могу. Знаю их всех. Борис Ельцин и Александр Коржаков у здания Совета министров РСФСР, 19 августа 1991 года. Фото Валентина Кузьмина и Александра Чумичева / Фотохроника ТАСС ФСО Вся «девятка» была 15 тысяч человек, а сейчас ФСО — под 50 тысяч! После Ельцина было 13 тысяч. И их хватало: и губернаторов, и премьеров, и Конституционный суд, и Верховный суд, и дачи охраняли. Службу безопасности президента создал я. Сейчас до сих пор спекулируют этим названием, но по факту это просто личная охрана президента внутри ФСО. После путча я создал отдельно от всех структур ГУО (Главное управление охраны — МЗ), которое подчинялось напрямую президенту вместо первого отдела, как было в «девятке». На первый отдел я насмотрелся. Мы «девятку» упразднили и восстановили, как при Сталине, отдельную структуру. Охрана правительства и энкавэдэшники, которые народ в воронках по ночам арестовывали — это были разные люди. У них разная должна быть психология. Почему я никогда не осуждал [Владимира] Медведева, который был начальником охраны Горбачева, за то, что он бросил президента в Форосе? Ему приказал лично Плеханов, который приехал к Горбачеву. Медведев был его подчиненный, всего лишь по должности начальник отделения: собирай вещи, пошел вон. «Мне надо сходить, Михаил Сергеевичу доложить… — Пошел отсюда!». Я сделал, как при [руководителе охраны Сталина Николае] Власике: начальник охраны подчиняется только первому лицу. Хочет он меня снять — пожалуйста. Чтобы не мог приехать какой-то генерал и приказать оставить пост. Для остальных есть ФСО. Пусть охраняют Думу, патриарха, Кудрина, Пудрина, кого угодно. Когда создавалась ФСО, все наши мини-президенты (руководители республик — МЗ), все губернаторы создавали себе охрану. После 1991 года, даже скорее после 1993 пошла волна, когда все стали себе охрану нанимать. Кто бандитов боялся, кто — коммунистов. В охрану кого набирали-то? Или бывших спецназовцев, или бывших спортсменов. Кулаки, например, у них хорошие, сильные, но обращаться с оружием не умеют. Или умеют, но законов никаких не знают. Было это все чревато. Тогда мне в голову пришла идея, с которой я подошел к президенту: «Давайте мы все эти охраны спокойненько возьмем под свое крыло». Если ты не можешь остановить процесс, ты должен его возглавить. Есть деньги? Нанимаешь себе охрану? Пожалуйста. Но из штата ФСО. В чем суть была? Этих людей мы забирали в Купавну, где у нас был прекрасный лагерь для подготовки. Две недели с ними занимались: в стрельбе натаскают, на ковре натаскают, инструкции вместе с ними поучат. Хоть поймут, что такое закон! Если в армии не служил, получишь младшего сержанта, через два года — младшего лейтенанта. Эти люди счастливые были. Если я возьму пистолет и убью кого-нибудь, меня за это посадят. Но когда ты сотрудник ФСО и, применяя оружие, защищаешь охраняемое лицо — это совершенно другое дело. Мы этих спортсменов подготовили и узаконили. Так появилась Федеральная служба охраны. Это было уже не ГУО, которое охраняло Кремль и госдачи вокруг Москвы, плюс еще по одной в Карелии и в Сочи. Мы это ГУО расширили на всю страну. С ребятами занимались не только инструкторы, но еще и опера. Хорошие опера, бывшие чекисты — находили возможность их вербовать. Считай, в личной охране у любого губернатора был наш человек всегда. Что-то там плохое начиналось, мы первые узнавали об этом. И Ельцин точно знал, что нет никаких заговоров. Александр Коржаков (слева) и начальник Главного управления охраны, комендант Московского Кремля Михаил Барсуков (справа), 1994 год. Фото Александра Сенцова / ТАСС Коррупция Опера наши с коррупцией тоже боролись, работали по отделам: отдел «К» — администрация президента, отдел «П» — правительство. 14 человек из правительства мы выгнали во главе с [Александром] Шохиным, первым вице-премьером, [главу администрации президента Сергея] Филатова — коррупционера, негодяя, за то, что он работал с жуликами, с ворами, которые поставили ему особняк покруче моего сейчас. Только чугунный забор стоил 400 тысяч долларов. У меня-то хоть тиражи книг милионные были, с радиостанциями много договоров подписанных. Они книгу мою «Борис Ельцин: от рассвета до заката» читали в своих эфирах. В ней ведь только 3% от всей правды. Сейчас могу уже говорить гораздо больше. Раньше считал, что, наверное, это писать нехорошо, наверное, не стоит. А сейчас понял, что они вытворяют внаглую. Сейчас все про [первого вице-премьера, фигуранта расследований Алексея Навального Игоря] Шувалова говорят. У меня за гаражом дом его бывшего коменданта. Он ушел, не смог работать там. Когда все это «Сколково» было, деньги Шувалову привозили в грузовиках. В коробках, в мешках, просто в пачках огромных таскали в дом. Загружали в шкафы для одежды. [Директор ФСО в 2000-2016 годах Евгений] Муров сейчас ушел. Сколько ж можно было уже терпеть его? Такого человека выгнал — Демина Алексея Александровича. Не путай с [бывшим охранником Владимира Путина, губернатором Тульской области Алексеем] Дюминым! Леша при Горбачеве получил орден Ленина — высшую награду. Два человека всего таких было [в девятом управлении КГБ]. За то, что они за шесть месяцев построили Горбачеву дачу «Барвиха-4» на 66 гектарах земли. Туда еще потом Ельцин рвался Горбачева выгнать и жить самому. Пришел Путин и поставил Мурова. Я во всех интервью с 1996 года говорю, что он взяточник и коррупционер. Ни одно издание этого не публиковало, настолько боялись ФСО. Сразу после назначения Муров в первую очередь вызвал Демина, своего зама по строительству, которого еще [сменивший Коржакова на посту главы Службы безопасности президента Юрий] Крапивин поставил на генеральскую должность. Первое совещание закончилось: «А вы, Демин, останьтесь». Его пятиминутка, которая меньше трех часов не длилась — бред полный. Зачем на пятиминутке быть поварам? Зачем в их присутствии обсуждать вещи, о которых тебе стало известно только от президента? Такие вещи должны знать только оперативники. Так нельзя. У меня совещаний огромных никогда не было. Муров ведь никогда не руководил. Его Путин назначил, потому что они с ним в одном кабинете сидели. Путин его назначил, потому что он преданный был. Первое, что Муров сказал своему заместителю по строительству: «Вот счет. С каждого контракта, с каждого договора — 10%». Леша чуть со стула не упал. Выше уже некуда. Выше только бог. Если здесь воровать? Такого никогда не было. Он честно пропахал, проработал столько времени. Он пошел и тут же рапорт написал об уходе. С генеральской должности. Когда Муров стал выбирать кого-то из его подчиненных строителей на эту должность, все отказались. Тогда он взял Сашку, который у меня был начальником штаба, и сделал его заместителем по строительству. Саша через два года ушел на пенсию в звании генерал-лейтенанта и с двумя инфарктами. Вот такие люди приходят и в ФСО и в правоохранительные органы. Это не люди, которые работают на патриотизм. Это дешевка, одним словом. Путин Мурова уволил не просто за коррупцию, а как и Якунина — за паспорта английские. То ли у самого Мурова, то ли у его детей. Спикер Госдумы Борис Грызлов, председатель правительства Михаил Фрадков, Владимир Путин, директор ФСБ Николай Патрушев, директор ФСО Евгений Муров (слева направо) на торжественном собрании, посвященном Дню работников органов безопасности, 2004 год. Фото: Сергей Жуков / ТАСС Генерал Рохлин и прицепы из Тулы Что значит, верю в заговор Рохлина? Я участвовал в заговоре [лидера Движения в поддержку армии генерала Льва] Рохлина. Меня до сих пор ждут на Скуратовском заводе в Туле. По его чертежам, заказал заготовки, чтобы весь корпус Рохлина сюда в Москву перебросить из Волгограда. Я в заговоре был. Я этого не стесняюсь. Когда Чубайс был у власти регентом, нечего было делать Кремль взять. Это тьфу! Одного корпуса было вот так достаточно. И никто бы не подчинился Ельцину после 1993 и 1996 года. После 1 февраля 1996 года Ельцин был живым трупом. Все. Его нельзя было выбирать. У меня было только два часа на работу. Я приходил в девять часов, а в 11 — звонок от Ельцина: «Александр Васильевич, пообедаем?». Все, день закончился! Говорили, что я был тогда вторым человеком в стране. Я сейчас поправляю: «Не обижайте, я иногда и первым был. Когда Ельцин был уже без всякого, кому еще на кнопки нажимать?». Когда меня сейчас спрашивают, кого вы бы выбрали президентом вместо Ельцина, отвечаю даже не задумываясь — Рохлина. Беда начинается, когда не знаешь кого поставить. Как и сейчас у всех: «Кого поставить вместо Путина?». Да любого честного парня поставьте. Просто честного умного парня. Для меня лучшим кандидатом был Рохлин. Именно потому, что это был человек чести. Рохлин никому не лизал. Столько у него из-за этого врагов было в Министерстве обороны. Он ведь все задачи выполнял. Надо взять населенный пункт — он брал. Потерь было с гулькин нос или вообще не было. Всегда все операции сам продумывал. Только сам. Но заговор провалился: главного убили и все. Но убила его дура-жена. Не было там никаких снайперов, никаких стрелков. Абсолютное стечение обстоятельств. Я ж с ним хорошо был знаком. Дома у него был, в бане, на даче, где его убили. Он всю свою жизнь мне рассказал. В заговоре с нами были разные люди. Были те, кто с Хасбулатовым был [в 1993 году]. У них совершенно другие цели были: вернуть СССР, коммунизм. Я был против этого. Мне не нужен был снова СССР. Нахватался. Другое дело, нужна была действительно демократия. Чтоб была конкуренция. Чтобы не было монополизма во всем. Почему я американцев люблю? Вот у них сейчас выборы. Пусть даже с Трампом ошибутся — через четыре года поменяют. Да и конгресс есть. Не дадут наделать глупостей. У нас же так нельзя. Сделали глупую конституцию. Идиотскую. Если бы меня тогда еще не было рядом с Ельциным, была бы еще хуже. Ввести губернаторов в Совет федерации — это была моя идея. Я Ельцину ее подал. Он тогда еще не понял для чего. Я понимал для чего. Хоть какой-то был противовес. Я читал когда эту конституцию, стыдно было. В Комитете по обороне моя задача была помочь Рохлину, чтобы его бойцы преодолели расстояние от места дислокации, от Волгограда до Кремля. Чтобы преодолеть это расстояние, нужно было прицепы прикрепить к танкам и бронетранспортерам. Мне было как депутату от Тулы поручено это сделать. На 240 тысяч долларов я заказал прицепы. Они до сих пор лежат. Все проржавели. Потому что заказчик не пришел. Некому было придти. Вот и все. Это была моя задача. Рохлин планировал действовать, как в Чечне — тихо и неожиданно подходить путями, которые известны только ему. Только он знал, как за двое суток они доберутся до Москвы. Целый корпус. Как взять Кремль, это тоже я должен был помочь ему. Здесь я знал абсолютно все ходы. Где куда зайти, кого где оглушить. Я даже знал, как можно пойти и убить Ельцина, но делать этого не стал. Было потом по этому поводу очень много нареканий: «Почему я его не убил?». Как я мог его убить, когда вы же его выбрали? «Нет, мы не выбирали!». Откуда тогда 70% за Ельцина? Извините, это народ за него голосовал. Не мог я быть предателем. Я мог его прибить, когда уже был уволен за задержание двух воров-несунов, когда Ельцин сам предал народ, поставил Чубайса во главе страны. Вот после этого я готов был прибить его. Когда генерал Рохлин погиб, ко мне никто больше не обращался. Хотя потом участвовал в одном заговоре, но фаворит заговора тоже умер. Хороший мужик. Просто так взял и умер. Так бывает. Не думаю, что ему кто-то там помог. Генерал Лев Рохлин во время митинга в честь 80-летия Красной армии, 1998 год. Фото: Виктор Великжанин / Фотохроника ТАСС Патриарх, Шойгу, Путин и пенсия инженера Я не признаю Кирилла. Это не мой патриарх. Когда он был замом Алексия, ко мне в Кремль приходил, и мы с ним часа четыре пили коньяк. Хороший коньяк молдаване подарили Ельцину и мне. У меня тогда было отдельное поручение президента контролировать торговлю оружием. Не бандитов ловить, а международную торговлю контролировать. Мы со Службой создали Росвооружение. И заводы, и люди на них начали хоть получать деньги тогда. Так вот, нынешний патриарх тогда меня уговаривал, чтобы мы с продажи оружия 10% в церковь отдавали. Они тогда уже с алкоголя и с сигарет деньги получали. Сразу сказал ему: «Еще с оружия деньги получать? Даже не уговаривайте». И вот он начал мне объяснять, что у нас нет в стране теперь идеологии, что церковь — единственная идеология. У Путина рейтинг 80%, но у Шойгу уже 70%. Боюсь, что судьба Шойгу уже решена. Первый боится его по-черному. Хоть Сережа неплохой парень, но нельзя быть слишком близко к лидеру нации. Сейчас вот еще турки Путина напугали. Слышал, конечно, о последних назначениях. Меня поразил опрос населения на «Эхе Москвы»: эти назначения охранников значат, что Путин чего-то боится, или наоборот — ничего не боится? И 95% ответили, что боится. 95%! Честно говоря, я бы подписался под этими 95%. С каждым годом ему все тяжелее даются многие вещи. Зачем создавать гвардию? И так ведь президенту подчиняются и внутренние войска, и министр внутренних дел, и министр обороны, и директор ФСБ. Я же объяснял, как мы создавали ФСО. Я таким образом у Ельцина страх убирал, что все регионы у нас под контролем. Сейчас охрану тоже ставят не экономику улучшать, а контролировать. Чтоб не было заговоров никаких. Это неразумные назначения. Губернатор должен заниматься хозяйством и немножко политикой, но какие из них хозяйственники, какие из них политики? У них у каждого будет куратор свой из администрации президента, который будет решать хозяйственные вопросы. Зачем это нужно? У них профессия другая. Они думают, народ за Путина. Ни фига. У меня брат был за него, инженер. Его выгнали на пенсию — пошел вон. Человек отпахал всю жизнь. Как в 22 года поставили его на завод имени Хруничева, так и пахал всю жизнь. За границей ни разу не был, даже в санатории не был. На Байконуре в командировках отдыхал. Теперь живет на пенсию 18 тысяч. Грамоту хоть бы дали.

15 августа 2016, 11:43

Евгений Спицын."ГКЧП. Как рушили СССР".

"Советский Союз не был обречен ни политически, ни экономически, ни по каким иным причинам к распаду. Это сугубо рукотворное действие, прямую ответственность за которое несут тогдашние руководители страны". #ДеньТВ #Спицын #история #ГКЧП #СССР #Горбачев #Ельцин #путч #перестройка #Янаев #Язов #Лукьянов #Пуго #Варенников #Грачев #Форос #Россия #Новоогарево #Назарбаев #танки #Крючков #КГБ #МВД #Минобороны

12 июня 2016, 09:00

Михаил Полторанин: «12 июня для России не просто «черный день»...»

Черновик декларации о суверенитете РСФСР был написан еще в 1970-х годах в секретном институте под Веной, заявляет экс-зампред правительства РФ Михаил Полторанин. Занимаясь рассекречиванием документов КПСС, он узнал из первоисточников, как Андропов и Косыгин решили превратить Советский Союз в сырьевой придаток Запада. В интервью «БИЗНЕС Online» бывший ельциновский министр рассказал о том, как державе ломали экономический хребет и почему снос Ипатьевского дома помог Ельцину в его карьере.

12 апреля 2016, 19:50

Гвозди бы делать из этих людей......

Оригинал взят у maysuryan в ПреемственностьЭто, разумеется, Владимир Путин и новоназначенный глава Росгвардии Виктор Золотов.А теперь, внимание, вопрос: найдите что-то общее между верхней фотографией и вот этой, которую вы, несомненно видели за последние 25 лет не один раз:Узнали? Правильно, за спиной Коржакова на фоне триколора — он самый, Виктор Золотов. Охраняет высочайшую демократическую ценность — тело Самого Бориса Николаевича.А ещё он другую почти столь же дорогую демократическую ценность охранял — тело Мэра Петербурга, заодно и юную Ксюшу:И либералы ещё жалуются, что, мол, ушли в прошлое "лихие 90-е" (а "патриоты" уверяют нас в том же самом).Нет, господа. Врёте. Вот когда исчерпается кадровый ресурс с того безразмерного танка Бориса Николаевича — тогда и поговорим. Или когда назначат главой какой-нибудь гвардии хотя бы этого парня-танкиста, который на фото в ужасе от происходящего закрыл лицо руками.А до тех пор — "лихие 90-е" были, есть, и будут есть.

03 марта 2016, 12:53

Убийство Рохлина было отнюдь не бытовым

На Ленте вышло большое и небезынтересное интервью Алксниса о развале СССР и 90-х.«Лента.ру» продолжает цикл интервью о недавнем прошлом нашей страны. Вслед за перестройкой мы вспоминаем ключевые события и явления 90-х годов — эпохи правления Бориса Ельцина. Народный депутат СССР, депутат Верховного Совета Латвии, лидер депутатской группы «Союз» Виктор Алкснис рассказал о подлости Горбачева, решительности Ельцина и о том, как сам чуть не погиб в 1991 году.«Лентра.ру»: Член Политбюро ЦК КПСС, первый секретарь компартии Латвии Альфредс Рубикс на пресс-конференции 19 августа 1991 года заявил, что приветствует ГКЧП «не только с радостью, но и с гордостью» и что «это было мечтой нашей Компартии». А вы помните тот день? Что происходило в Риге?Алкснис: Об этом сегодня никто не говорит, но Латвия была единственной союзной республикой, где ГКЧП победил. Сообщение о создании комитета, прозвучавшее утром 19 августа 1991 года, вызвало у руководства шок и трепет. Они всерьез поверили, что теперь ГКЧП начнет наводить порядок в стране, и им в этой ситуации не поздоровится. Тогдашний командующий войсками Прибалтийского военного округа Федор Кузьмин позднее мне рассказывал, как утром 19 августа ему позвонил председатель Верховного Совета Латвии, бывший секретарь ЦК Компартии Латвии по идеологии Анатолий Горбунов и начал убеждать, что он был и остается коммунистом, готов строго исполнять Конституцию СССР и распоряжения комитета. Вслед за Горбуновым начали звонить другие руководители «независимой» республики.19-21 августа Рижский ОМОН (всего около двухсот бойцов) взял под контроль практически все важнейшие объекты, включая Совет министров Латвии. Самое примечательное, что в эти дни никто не вышел на улицы Риги и других городов республики протестовать против ГКЧП. Сторонники выхода из состава СССР сидели по домам и испуганно ждали, чем для них все это обернется. 21 августа ОМОН запланировал взятие последнего стратегического объекта Латвии — здание Верховного Совета республики. Но из Москвы пришло известие: члены ГКЧП полетели в Форос к Горбачеву сдаваться. ОМОН отошел на свою базу в предместье Риги и занял круговую оборону, заявив, что сдаваться не будет. Из Москвы поступил приказ воинским частям Прибалтийского военного округа и морской пехоте Балтийского флота разоружить мятежников. В воинских частях началось брожение, офицеры и солдаты отказывались разоружать своих товарищей, которых они считали героями.Баррикады на улицах РигиЕсть мнение, что если бы не Ельцин в те дни, Латвия была бы сейчас автономной республикой в составе России.После того как армия и флот отказались выполнять приказ, ситуация начала «раскачиваться», возникла опасность военного мятежа. Чтобы этого не допустить, Борис Ельцин вылетает в Ригу с блиц-визитом. В результате переговоров с руководством Латвии была достигнута договоренность об амнистии всему личному составу Рижского ОМОНа и перебазировании его на территорию РСФСР в Тюмень. В Ригу были направлены самолеты военно-транспортной авиации. Омоновцы с семьями на автобусах, с оружием и боевой техникой проехали через весь город на аэродром. На машинах были транспаранты «Мы еще вернемся!», а на тротуарах стояли сотни людей, многие плакали.Невзирая на достигнутые договоренности об амнистии, на бойцов ОМОНа началась охота. Первым после запроса Латвии (по распоряжению Генпрокурора РСФСР Степанкова) в октябре 1991 года был выдан заместитель командира ОМОНа Сергей Парфенов, которого латвийский суд приговорил к четырем годам тюрьмы. Одновременно Степанковым были выданы ордера на арест и выдачу Латвии некоторых других бойцов, но они успели покинуть базу ОМОНа в Тюмени и несколько лет скрывались.Начальник Управления Генпрокуратуры СССР Виктор Илюхин, который возбудил против Горбачева в 1991 году дело по статье «измена Родине», писал в своих воспоминаниях: «Горбачев предал Рубикса, предал Рижский ОМОН, прокурорских работников в Литве и Латвии, до конца оставшихся верными Союзу и законности». Вы согласны с этой оценкой?Да, Горбачев предал Советский Союз. Ведь он был президентом СССР, высшим должностным лицом государства. Учитывая реалии тех дней, а также положения конституции страны, он обладал гигантскими полномочиями, но палец о палец не ударил, чтобы выполнить свои президентские обязанности по защите Основного закона государства. Он всегда уходил от ответственности и старался переложить ее на других. Он предавал всех, включая своих друзей и соратников, входивших в его ближайшее окружение, например — бывшего министра иностранных дел СССР Эдуарда Шеварднадзе, который был, наверное, самым близким его другом и товарищем.Шеварднадзе не сам лично формировал и проводил в жизнь самоубийственную внешнюю политику СССР конца 80-х — начала 90-х годов. Он проводил линию Горбачева. Тем не менее, когда группа «Союз» и лично я на протяжении полутора лет последовательно и методично «мочили» Шеварднадзе и добились его ухода в отставку в декабре 1990 года, Горбачев ни разу не выступил в поддержку и защиту своего друга. Он его просто сдал, как сдавал других людей и до этого, и после.В январе 1991 года я был членом Комитета национального спасения Латвии. На заседании этой организации мне лично приходилось наблюдать, как ее председатель Альфред Рубикс звонил по правительственной ВЧ-связи (закрытая система правительственной и военной телефонной связи в СССР, использующая высокие частоты — прим. «Ленты.ру») Горбачеву и согласовывал с ним наши действия. Хотя я прекрасно понимал, что собой представляет президент Советского Союза, на первых порах мне было удивительно и противно, когда после тех или иных событий в Латвии, согласованных с ним, он публично заявлял, что ничего об этом не знает и узнал о них только что.Виктор Алкснис выступает на митинге протеста против решений Верховного Совета Латвии, 1990 годГорбачев предал членов ГКЧП, которые накануне событий 19 августа 1991 года прилетели к нему в Форос для согласования планов введения чрезвычайного положения. Ведь он же сказал им: «Черт с вами, действуйте! А я болен». Члены ГКЧП, довольные, что неспособный действовать в критической ситуации Горбачев не будет руководить введением чрезвычайного положения, получившие от него согласие на его введение, полетели в Москву. Президент в это время уже записывал на видео свое заявление, в котором отрекался от комитета — на всякий случай.Утром 23 августа после провала ГКЧП Рубикс был блокирован боевиками Народного фронта у себя в кабинете в рижском здании ЦК — арестовывать его они не решались, опасаясь реакции Москвы. ВЧ-связь в кабинете еще работала, и он позвонил в Кремль Горбачеву, ведь Рубикс был членом Политбюро ЦК КПСС, по сути — небожителем. На несколько минут в трубке повисло молчание, а затем секретарь передал Рубиксу, что президент не будет с ним разговаривать и попросил больше не звонить.Вы знали министра МВД, участника ГКЧП Бориса Пуго? В воспоминаниях Геннадий Янаев пишет, что Пуго не покончил с собой, его застрелили. Что вы об этом думаете?В ситуации с так называемым самоубийством Бориса Карловича действительно очень много непонятного. Насколько я его знал, это был хороший, приятный в общении человек, притом очень мягкосердечный. Я иногда удивлялся, как с таким характером он сумел занять столь высокие посты, требовавшие совершенно других качеств, особенно в плане жесткости.Как мне представляется, совершить самоубийство и допустить смерть своей жены мог только человек совершенно других морально-волевых качеств, которыми Борис Карлович не обладал. Можно предположить, что его смерть входит в трагический список таинственных смертей нескольких высокопоставленных функционеров ЦК КПСС, которые завершили свой жизненный путь сразу после провала ГКЧП.Когда вы последний раз были в Латвии? Как, по вашему мнению, там изменилась жизнь в 90-е годы?Я уехал из Латвии в октябре 1992 года и после этого там не был. Тогда я был уволен из рядов российской армии, где служил старшим инженером-инспектором отдела боевой подготовки штаба ВВС Северо-Западной группы войск (бывший Прибалтийский военный округ). Накануне увольнения меня пригласил к себе начальник особого отдела штаба (военная контрразведка) и проинформировал, что по их сведениям против меня возбуждено уголовное дело по статье «измена Родине» уголовного кодекса Латвийской ССР (у Латвийской Республики своего уголовного кодекса на тот момент еще не было). База Рижского ОМОНа.Поскольку я на тот момент еще официально являлся военнослужащим армии иностранного государства, то меня не трогали. Но меня предупредили, что как только я получу документы об увольнении и превращусь в обычного гражданина, то буду задержан. Он порекомендовал мне немедленно покинуть Латвию, как я и поступил.«Измену Родине» мне вменили за мою депутатскую и политическую деятельность, направленную против выхода Латвии из состава СССР. Какова сейчас ситуация с этим уголовным делом — не знаю. С 1992 года я остаюсь персоной нон грата, поскольку продолжаю политическую деятельность, по мнению латвийских властей, наносящую ущерб Латвийской Республике. В Риге живет моя почти 90-летняя мама и сестра, там же похоронен мой отец, на могиле которого я не был уже 23 года.Чего добилась Латвия за годы независимости? Она обезлюживается на глазах, процесс отъезда на ПМЖ в более благополучные страны уже напоминает бегство. В 1992 году в Латвии проживали 2 643 000 человек, а в 2015-м — 1 973 700. В Риге в 1991 году жили более 915 тысяч человек, и она готовилась стать городом-миллионником, а в 2015-м осталось всего 640 тысяч.В последние годы на Запад из Латвии уезжают около 40 тысяч человек ежегодно. По официальной статистике, более 10 процентов граждан Латвии рождаются в Великобритании, по неофициальной, эта цифра в два раза больше. Сегодня госдолг Латвии таков, что для его погашения каждый житель страны должен отдать не менее 5 тысяч евро. В Латвийской ССР в сфере государственного управления работали 8 тысяч человек. В независимой Латвии сегодня таких чиновников 60 тысяч!По уровню жизни эта страна до сих пор не достигла уровня Латвийской ССР образца 1990 года, где было около 500 предприятий, большая часть которых экспортировала продукцию, в том числе в западные страны. Теперь большинства этих предприятий нет, и Латвия из индустриальной республики, где высокотехнологичная промышленность была основой экономики, превратилась в страну, живущую за счет внешних заимствований с накоплением долгов (в среднем по миллиарду долларов в год). Практически вся экономика страны находится под контролем иностранных компаний, в первую очередь шведских.В 1993 году вы принимаете активное участие в противостоянии Ельцина и Дома Советов. Почему на стороне Советов? Вы проходили по оперативным сводкам МВД как один из организаторов массовых акций протеста на улицах Москвы. Что больше всего запомнилось?Когда 21 сентября 1993 года Ельцин издал печально знаменитый указ о роспуске Съезда народных депутатов РСФСР, у меня не было сомнений, что это попытка государственного переворота, которому надо противодействовать. Именно поэтому вечером 21 сентября я прибыл к Дому Советов и принимал активное участие в последующих событиях. Я был рядовым участником, все дни провел не в Белом доме, куда приходил только поспать на полу, а на улицах Москвы. В основном занимался агитацией и пропагандой, организовывал митинги и демонстрации. У меня на груди был значок народного депутата СССР, ко мне подходили десятки людей, я рассказывал им о происходящем и призывал противодействовать госперевороту. Агитировал блокировавших Дом Советов военнослужащих и милиционеров, объяснял им ситуацию, предупреждал об ответственности за участие в перевороте.Технология была простая. Я подходил к цепи военнослужащих, представлялся: «Я народный депутат СССР полковник Виктор Имантович Алкснис. Кто у вас здесь старший? Пригласите его, пожалуйста». Подходил офицер, я снова представлялся и просил его тоже представиться, держа в руках блокнот и ручку. Запомнилось, что чаще всего офицеры представлялись Ивановыми и скрывали свои настоящие фамилии. Это производило очень сильное впечатление на солдат, которые начинали понимать, что дело нечисто.Я начинал беседу с офицером в присутствии солдат, и, как правило, в ответ звучало одно — «мы люди военные, нам приказали». Что интересно, никаких попыток как-то меня нейтрализовать со стороны властей не предпринималось, хотя моя деятельность была заметна.29 сентября меня все-таки подловили. Вечером у входа в метро «Краснопресненская» был назначен митинг протеста. Приехал на станцию, а там на платформе крики и вопли: наверху зверствует ОМОН, загоняет людей в метро. У меня был мегафон, я призвал всех ехать на станцию «Улица 1905 года» и собираться там у памятника. Постепенно народ стал прибывать, и я повел людей за собой перекрывать улицу Красная Пресня.Мы ожидали, что ОМОН нападет со стороны Белого дома, но он появился с противоположной и тут же начал месить людей дубинками. Я мог укрыться в метро, но проявил ненужное геройство, начал кричать в мегафон: «Всем отходить в метро!», а сам через толпу бросился навстречу милиционерам, крича: «Остановитесь! Это же мирные люди!» Тут же получил два сильных удара по голове и шее и рухнул на асфальт.Как потом рассказывали очевидцы, омоновцы начали меня, лежавшего на земле без сознания, бить ногами и дубинками. К счастью, я этого не чувствовал, получив омоновскую «анестезию». Очнулся минут через десять. Лежу один посреди пустой улицы (ОМОН оцепил окружающую территорию) и слышу: «Алксниса убили!» Голова болит и гудит, тело тоже, никто ко мне не подходит. Чувствую, что лицом лежу в луже, попробовал рукой — липнет, понял, что это кровь.Столкновение ОМОНа и оппозиционных демонстрантов на площади Рижского вокзалаНаконец цепь ОМОНа расступилась, и ко мне подбежали несколько человек, вывели за цепь и начали тормозить машину. Меня поразило, что первая же, невзирая на мой внешний вид, остановилась, водитель помог усадить меня на заднее сиденье. В больнице Склифосовского меня осмотрели, сделали рентген, наложили на руку гипс и предложили госпитализацию. Но подошла медсестра и сказала, что мне нельзя в палату, — за мной пришла милиция. Буквально через пять минут меня посадили в машину скорой помощи и отвезли на квартиру моего товарища народного депутата СССР Анатолия Чехоева. Я переночевал у него, а потом в целях безопасности меня перевезли в другое место отлеживаться. 2 октября меня всего перевязанного отвезли на Садовое кольцо к зданию МИД, где я выступил на митинге. Но чувствовал себя плохо, и в событиях 3-4 октября участия уже не принимал.Была ли надежда на победу? Почему проиграли?Надежда на победу была. Власть, особенно 3 октября, валялась на земле, и некому было ее подобрать. Увы, никто из руководителей Верховного Совета и назначенных им министров не вышел за пределы Белого дома, опасаясь ареста. Но я знаю достоверно, что если бы тогда Руцкой приехал в Генштаб, армия немедленно перешла бы на сторону ВС.Сотрудники Министерства безопасности РФ (нынешняя ФСБ) на общем собрании приняли резолюцию о переходе на сторону Верховного Совета и ждали назначенного Верховным Советом министра безопасности РФ Баранникова, но он не приехал. Вместо этого послали десятки безоружных людей брать «Останкино», то есть просто на убой. А вот Ельцин не побоялся в ночь с 3 на 4 октября приехать в Генштаб и заставить начать штурм Дома Советов. Он был прекрасно осведомлен об антиельцинских настроениях армии, но тем не менее поехал. В итоге его госпереворот оказался успешным.В середине 90-х вы тесно сотрудничали со Львом Рохлиным. Насколько мне известно, вы сторонник версии, что его убили по политическим мотивам за подготовку военного переворота. Расскажите об этом.Да, сегодня это уже не секрет. Действительно, Лев Яковлевич, опираясь на огромную популярность в армии, готовил военный переворот, чтобы отстранить Ельцина и его камарилью. У плана Рохлина были шансы на успех, но все держалось на его фигуре. Насколько я знаю, Рохлин рассчитывал на некоторые воинские части, включая его волгоградский корпус, с которым он воевал в Чечне. Еще его поддерживали командиры некоторых подмосковных соединений и частей. В те дни в Москве на Горбатом мосту проходила знаменитая акция шахтеров. Рохлин нашел источники финансирования и рассчитывал привезти в Москву около 20 тысяч офицеров, которые должны были присоединиться к шахтерам и устроить в центре Москвы беспорядки. В ходе них планировалось захватить правительственные здания и учреждения, арестовав ельцинское окружение. Кроме того, в Москву предполагали ввести военных, но основная задача состояла в недопущении людей в воинские части, оставшиеся верными Ельцину. Для этого командиры подмосковных воинских частей должны были перекрыть дороги в Москву.Скрыть подготовку военного переворота не удалось, и Ельцин накануне убийства мятежного генерала произнес: «Мы сметем этих рохлиных!» И Рохлина действительно «смели». 3 июля 1998 года он был убит на своей даче. Обстоятельства убийства настолько загадочные, что позволяют сделать однозначный вывод, что оно было отнюдь не бытовым. После этого план переворота моментально рассыпался, в числе его руководителей не оказалось людей такого же масштаба, как Рохлин.Виктор АлкснисЧто Рохлин собирался делать, если бы свержение Ельцина состоялось?Я неоднократно слышал от него, что он не рвется к власти. Стояла задача лишь отстранить Ельцина и его команду, а дальнейшую судьбу страны должен был решить народ путем выбора Учредительного собрания. Но, на мой взгляд, если уж ты взялся за это дело, нечего стесняться: надо быть готовым взять на себя ответственность не только за организацию переворота, но и за дальнейшую судьбу страны.Как бы вы охарактеризовали 90-е в вашей жизни и жизни страны?Это были годы великой смуты, которые, невзирая на сегодняшнюю так называемую политическую стабильность, по сути, продолжаются. Ведь как тогда мы пошли к ложной цели, так туда и бредем: программы развития у страны нет, целей нет. Поэтому я с пессимизмом смотрю в будущее. К сожалению, времена великих потрясений еще не прошли. Мы все еще живем в условиях отложенной катастрофы. Единственный позитив — проклятые 90-е сделали большинству наших сограждан прививку от западного либерализма, и в ближайшие годы, а то и десятилетия, ренессанс либеральных идей нам не грозит.https://lenta.ru/articles/2016/03/03/alksnis/ - цинк

03 декабря 2015, 22:35

Ну-ка, Чайка, отвечай-ка...

Фонд борьбы с коррупцией Алексея Навального опубликовал расследование о бизнесе семьи генпрокурора Юрия Чайки Результатами расследования я не была особо удивлена, но, не скрою, ознакомилась с интересом. Удивлена я самим фактом его появления. И временем опубликования результатов. После демонстрации широты и размаха бизнес-империи семьи гепрокурора как-то поблекли хорошие истринские дачки из другого расследования ФБК. Сотрудники АП на фоне генпрокурора - просто голодранцы. Потягаться с генпрокурором может разве что бывший глава РЖД с шубохранилищем.

29 ноября 2015, 21:27

Ельциномания, или "назад в девяностые"

Обеление буйных и отвратительных 90-х годов, попытки представить "расчленителя" СССР Бориса Ельцина в качестве некоего позитивного персонажа, который "много сделал для нашей страны", якобы освободив её от разрушительной коммунистической идеологии, на прошлой неделе стали едва ли не мейнстримом отечественных федеральных масс-медиа всех форматов: и печатных, и радио, и телевизионных. Носитель официальной линии и ведущий обозреватель РТР Сергей Брилёв вышел в "Вестях недели" на телеэкран с длинным сюжетом, посвященным расширению музея Ельцина в Екатеринбурге и транспортировке туда личного автомобиля "всенародноизбранного". Состоялась умилительная беседа с вдовой Ельцина Наиной Иосифовной. Брилёв с глазами, почти полными слёз, слушал сусальные истории о том, каким чудесным мужем, отцом и дедом был Борис Николаевич и "как много сделал он для России". Наверное, у кого-то это и могло вызвать умиление, но для большинства зрителей, переживших "лихие девяностые", и Беловежский сговор, и "рыночные реформы", и "приватизация", и разгул криминалитета, и расстрел Верховного Совета, и фактическая гражданская война в стране, выброшенные за пределы РФ миллионы русских людей, остановленные заводы и фабрики, уничтожение вкладов населения, пресмыкание перед Америкой — неразрывно связаны с фигурой бывшего первого секретаря сначала Свердловского обкома, а затем и Московского горкома КПСС. Впрочем, и сейчас большинство проблем, переживаемых Россией: от Украины и Ближнего Востока до "сырьевой иглы", — являются следствием ельцинской эпохи. В истории нашей страны Ельцин и его прозападные сторонники ("демократы", "либералы", "рыночники" и т.д.) сыграли огромную деструктивную роль, фактически перечеркнув не только советский период, но и разрушив исторические достижения нашей страны за последние 400 лет, отторгнув от неё Среднюю Азию, Закавказье, Украину и Прибалтику. Вот об этом Брилёв, сын офицера КГБ и выдающийся тележурналист, почему-то не вспомнил, задавая вопросы холеной ельцинской вдове и показывая переброску в музей "членовоза", который транспортировал "царя Бориса" в Кремль из его резиденции на Успенском шоссе.Но еще более показательным в плане поэтизации девяностых годов оказался показ восьмисерийного телесериала "Неподсудные", основанного на деятельности Бориса Березовского. Сюжет этого фильма выстраивался на судьбах двух офицеров 9-го управления КГБ: хорошего и плохого. Под первым угадывался нынешний депутат Госдумы Андрей Луговой, а под вторым — небезызвестный подполковник Александр Литвиненко, который при загадочных обстоятельствах "принял ислам в Лондоне", куда он бежал, спасаясь от возмездия. Фильм начинается с показа офицерских будней двух героев в Московском военном округе позднего СССР, где они сталкиваются на маневрах. Далее показана вербовка английской разведкой Литвиненко, который идёт на это в результате провокации со стороны британского дипломата-разведчика, пытаясь сохранить свои офицерские погоны и надеясь потом вылезти из этого омута.Но в омуте он оказывается не сам, а вместе со всей страной.Далее герои попадают на работу в Федеральную службу охраны (ФСО, наследницу 9-го Главного управления КГБ), занимающейся безопасностью высших государственных деятелей, сталкиваются с Березовским, вошедшим в плотный контакт с семейкой Ельцина. Оба офицера плавно переходят на работу к первому и важнейшему из российских олигархов — конечно же, из-за разницы в зарплате. Что в принципе ставит их на одну доску с самим олигархом, не брезгающим никакими средствами для достижения своих целей: максимума собственности и власти. Правда, "хороший" офицер только охраняет олигарха, а вот "плохой", спасая своего шефа от ареста сотрудниками МВД в связи с убийством тележурналиста Листьева, возглавляет службу сбора "компромата" на российскую элиту и руководителей государства. В итоге получается, что два офицера рьяно служат главному коррупционеру, правда, один сливает полученные им данные английской разведке, а другой передает информацию только в ФСБ, но оба ничуть не тяготятся своим соучастием в аферах Березовского, за чьей деятельностью ФСБ только "пристально наблюдает", ничего при этом не делая. В этом есть, несомненно, определенная правда жизни: ведь органы безопасности ничего не сделали, чтобы защитить государство в 91‑м году и остановить ельцинский беспредел в девяностых. Но авторы фильма не осуждают героев своего сериала, а, можно сказать, поддерживают их.Ну, преступник, ну убийца, ну, шпион, ну, с кем не бывает? "Не мы такие — жизнь такая".При этом сам Березовский — просто сверхчеловек: он обаятелен и умен. Правда, ему ничего не стоит убить конкурента или опасного свидетеля, и в итоге "плохой" офицер умирает, отравленный бокалом красного вина, после того как шефу становится известно о его желании вернуться в Москву из Лондона, для чего он сообщает на Родину какие-то важные данные. Но не из-за проснувшейся совести, а из-за того, что недополучил, по его мнению, деньги от английской разведки и от самого Березовского. При этом телесериал подает всех действующих лиц как позитивных, привлекательных и гуманистических героев, которые просто не могут не понравиться зрителям. А подельник Березовского Патаркацишвили со стороны "хорошего" офицера вообще характеризуется как "договороспособный" и "порядочный" . Итак, зрителю должны понравиться и герои, да и вся эпоха "девяностых". И такой подход неслучаен. "Либеральный" клан, опасаясь ответственности и окончательного разрыва с "прозападным либерализмом" в стране, включил в полном объеме процесс обеления преступлений ельцинской эпохи.Впрочем, если отвлечься от данной "сверхидеи", следует заметить, что фильм сделан весьма профессионально, и достигается это, похоже, даже не за счёт привлечения квалифицированных консультантов, а за счёт изначального "соцзаказа". Как известно, Андропов в свое время лично курировал работу над фильмом "Семнадцать мгновений весны". Кто из высоких чинов отечественных спецслужб курировал создание "Неподсудных", лично мне неизвестно, но, поскольку Березовский и Патаркацишвили поданы там максимально "белыми и пушистыми", в его биографии должен быть немалый эпизод сотрудничества с этими персонажами. Но Исаев-Штирлиц был интересен тем, что работал на свою страну, а "герои" "Неподсудных" работают исключительно на себя и на заграницу. И потому закономерным итогом их усилий становится полный крах. Не верите — спросите у Березовского, Патаркацишвили и Литвиненко. И "отмазать" девяностые не получится ни у "ельцинистов", ни у их кураторов именно по этой объективной и непреодолимой причине.Александр Нагорный

29 ноября 2015, 21:27

Ельциномания, или "назад в девяностые"

Обеление буйных и отвратительных 90-х годов, попытки представить "расчленителя" СССР Бориса Ельцина в качестве некоего позитивного персонажа, который "много сделал для нашей страны", якобы освободив её от разрушительной коммунистической идеологии, на прошлой неделе стали едва ли не мейнстримом отечественных федеральных масс-медиа всех форматов: и печатных, и радио, и телевизионных. Носитель официальной линии и ведущий обозреватель РТР Сергей Брилёв вышел в "Вестях недели" на телеэкран с длинным сюжетом, посвященным расширению музея Ельцина в Екатеринбурге и транспортировке туда личного автомобиля "всенародноизбранного". Состоялась умилительная беседа с вдовой Ельцина Наиной Иосифовной. Брилёв с глазами, почти полными слёз, слушал сусальные истории о том, каким чудесным мужем, отцом и дедом был Борис Николаевич и "как много сделал он для России". Наверное, у кого-то это и могло вызвать умиление, но для большинства зрителей, переживших "лихие девяностые", и Беловежский сговор, и "рыночные реформы", и "приватизация", и разгул криминалитета, и расстрел Верховного Совета, и фактическая гражданская война в стране, выброшенные за пределы РФ миллионы русских людей, остановленные заводы и фабрики, уничтожение вкладов населения, пресмыкание перед Америкой — неразрывно связаны с фигурой бывшего первого секретаря сначала Свердловского обкома, а затем и Московского горкома КПСС. Впрочем, и сейчас большинство проблем, переживаемых Россией: от Украины и Ближнего Востока до "сырьевой иглы", — являются следствием ельцинской эпохи. В истории нашей страны Ельцин и его прозападные сторонники ("демократы", "либералы", "рыночники" и т.д.) сыграли огромную деструктивную роль, фактически перечеркнув не только советский период, но и разрушив исторические достижения нашей страны за последние 400 лет, отторгнув от неё Среднюю Азию, Закавказье, Украину и Прибалтику. Вот об этом Брилёв, сын офицера КГБ и выдающийся тележурналист, почему-то не вспомнил, задавая вопросы холеной ельцинской вдове и показывая переброску в музей "членовоза", который транспортировал "царя Бориса" в Кремль из его резиденции на Успенском шоссе.Но еще более показательным в плане поэтизации девяностых годов оказался показ восьмисерийного телесериала "Неподсудные", основанного на деятельности Бориса Березовского. Сюжет этого фильма выстраивался на судьбах двух офицеров 9-го управления КГБ: хорошего и плохого. Под первым угадывался нынешний депутат Госдумы Андрей Луговой, а под вторым — небезызвестный подполковник Александр Литвиненко, который при загадочных обстоятельствах "принял ислам в Лондоне", куда он бежал, спасаясь от возмездия. Фильм начинается с показа офицерских будней двух героев в Московском военном округе позднего СССР, где они сталкиваются на маневрах. Далее показана вербовка английской разведкой Литвиненко, который идёт на это в результате провокации со стороны британского дипломата-разведчика, пытаясь сохранить свои офицерские погоны и надеясь потом вылезти из этого омута.Но в омуте он оказывается не сам, а вместе со всей страной.Далее герои попадают на работу в Федеральную службу охраны (ФСО, наследницу 9-го Главного управления КГБ), занимающейся безопасностью высших государственных деятелей, сталкиваются с Березовским, вошедшим в плотный контакт с семейкой Ельцина. Оба офицера плавно переходят на работу к первому и важнейшему из российских олигархов — конечно же, из-за разницы в зарплате. Что в принципе ставит их на одну доску с самим олигархом, не брезгающим никакими средствами для достижения своих целей: максимума собственности и власти. Правда, "хороший" офицер только охраняет олигарха, а вот "плохой", спасая своего шефа от ареста сотрудниками МВД в связи с убийством тележурналиста Листьева, возглавляет службу сбора "компромата" на российскую элиту и руководителей государства. В итоге получается, что два офицера рьяно служат главному коррупционеру, правда, один сливает полученные им данные английской разведке, а другой передает информацию только в ФСБ, но оба ничуть не тяготятся своим соучастием в аферах Березовского, за чьей деятельностью ФСБ только "пристально наблюдает", ничего при этом не делая. В этом есть, несомненно, определенная правда жизни: ведь органы безопасности ничего не сделали, чтобы защитить государство в 91‑м году и остановить ельцинский беспредел в девяностых. Но авторы фильма не осуждают героев своего сериала, а, можно сказать, поддерживают их.Ну, преступник, ну убийца, ну, шпион, ну, с кем не бывает? "Не мы такие — жизнь такая".При этом сам Березовский — просто сверхчеловек: он обаятелен и умен. Правда, ему ничего не стоит убить конкурента или опасного свидетеля, и в итоге "плохой" офицер умирает, отравленный бокалом красного вина, после того как шефу становится известно о его желании вернуться в Москву из Лондона, для чего он сообщает на Родину какие-то важные данные. Но не из-за проснувшейся совести, а из-за того, что недополучил, по его мнению, деньги от английской разведки и от самого Березовского. При этом телесериал подает всех действующих лиц как позитивных, привлекательных и гуманистических героев, которые просто не могут не понравиться зрителям. А подельник Березовского Патаркацишвили со стороны "хорошего" офицера вообще характеризуется как "договороспособный" и "порядочный" . Итак, зрителю должны понравиться и герои, да и вся эпоха "девяностых". И такой подход неслучаен. "Либеральный" клан, опасаясь ответственности и окончательного разрыва с "прозападным либерализмом" в стране, включил в полном объеме процесс обеления преступлений ельцинской эпохи.Впрочем, если отвлечься от данной "сверхидеи", следует заметить, что фильм сделан весьма профессионально, и достигается это, похоже, даже не за счёт привлечения квалифицированных консультантов, а за счёт изначального "соцзаказа". Как известно, Андропов в свое время лично курировал работу над фильмом "Семнадцать мгновений весны". Кто из высоких чинов отечественных спецслужб курировал создание "Неподсудных", лично мне неизвестно, но, поскольку Березовский и Патаркацишвили поданы там максимально "белыми и пушистыми", в его биографии должен быть немалый эпизод сотрудничества с этими персонажами. Но Исаев-Штирлиц был интересен тем, что работал на свою страну, а "герои" "Неподсудных" работают исключительно на себя и на заграницу. И потому закономерным итогом их усилий становится полный крах. Не верите — спросите у Березовского, Патаркацишвили и Литвиненко. И "отмазать" девяностые не получится ни у "ельцинистов", ни у их кураторов именно по этой объективной и непреодолимой причине.Александр Нагорный

Выбор редакции
24 ноября 2015, 10:56

Как выглядят 7.000.000.000 бюджетных рублей

Сергей Колясников о Ельцин-центре в Екатеринбурге.ЕльцЫн центр - как выглядят 7.000.000.000 (семь миллиардов) бюджетных рублейЕгор Тимурович, сам ушел, а так повесить хотелось:В предвкушении встречи с послом США Джоном Теффтом:Интересное такое пожелание:Кровавые мечты:Источник: https://www.facebook.com/www.66.ru/photos/a.613714045320475.1073741826.187200804638470/1110883982270143Так выглядит музей, в который я никогда не пойду сам и не поведу близких. Разве что только, если сгорит.На производственный кластер Титановая долина в Свердловской области выделено 4,5 миллиарда рублей, но только выделено, в 2016 году из них не будет перечислено в регион ни копейки. Зато тут все деньги на экране. Зачем нам производственный кластер, если у нас есть Ельцин и можно забацать ему гробницу за семь миллиардов.P.S. А такая композиция там будет?http://zergulio.livejournal.com/3383762.html - цинкPS. Хм, надо усилить накал разоблачений Сталинизма.

16 ноября 2015, 11:24

Прогулка по Москве 1999 года

Сегодня хочу напомнить вам про 1999 год в Москве. Один из самых страшных за всю ее историю. В августе произошел взрыв на Манежной площади в торговом центре «Охотный ряд» в самом центре Москвы. Скончалась одна женщина, 40 человек ранено. А в сентябре в Москве взорвали два жилых дома — на Каширском шоссе и на улице Гурьянова. Власти обвинили в организации взрывов чеченских террористов, на что не замедлили ответить новыми бомбардировками. 99-й стал годом Путина. В этом году он стал председателем Правительства и пообещал «мочить террористов в сортире».Большая часть людей, участвовавших в опросах о хороших и плохих событиях 1999 года, с трудом вспоминала хоть что-то положительное. Помнят выход фильма «Сибирский цирюльник», где режиссер Михалков сыграл Александра III. Помнят, как отрывались под «Я сошла с ума» Тату и «Солнышко в руках» Демо. И еще помнят солнечное затмение 11 сентября.31 декабря Ельцин публично извинился за то, что не смог перетащить страну из застойного тоталитарного прошлого в цивилизованное будущее. В этот же день Путин стал и.о. президента и впервые выступил с новогодним обращением.В 11 странах ЕС в этом году начали рассчитываться в евро, а московское метро полностью перешло на использование магнитных карточек вместо пластиковых жетонов.Большинство фотографий из этого поста взяты с сайта Паствью, крупнейшего архива исторических снимков.Манежная площадь уже мало чем отличается от сегодняшней. Только башня гостиницы Интурист портит вид!Около гостиницы Москвы пивнушка! Сложно представить себе такое сегодня!На самой гостинице реклама Балтики ) Тоже невозможно представить себе такое сегодняЕсли посмотреть на Тверскую, то реклама будет на каждой крышеИ не только на крышахЗаваленная снегом ТверскаяВ Александровском саду была горка! Кто знает, катаются ли дети у стен Кремля сейчас? Представляете, едет Путин в Кремль, а там около ворот детвора смеется и с горки катается.Петровка ;)Кусочек старой Москвы. Нижний Кисельный переулок. Последние дни старых домов. Самый хулиганский переулок района до середины 1980-х. Его молодежь всегда охраняла переулок от сверстников с "верха", обстреливая из трубок рябиной и вступая в рукопашную."То ли дело быть на месте, по Мясницкой разъезжать, о деревне, о невесте на досуге помышлять!" Пушкину 200 лет!Строительство Шереметьевского пассажаАрбатВ 99 году строят новинский пассажОгромное пурпурное яйцо с золотыми буквами "ХВ" в канун Пасхального воскресенья выросло среди московских домов возле Садового кольца. Чуть колеблющиеся в весеннем воздухе очертания гигантского новообразования заставляли предположить, что яйцо надулось посреди города подобно циклопическому монгольфьеру и того и гляди медленно взлетит в небо. Подойдя поближе, можно было убедиться, что на самом деле речь идет не о готовом к воздухоплаванию яйце, но о полусфере купола Московского планетария, который в честь праздника облачили в трепещущий на ветру тонкий красный шелк — по проекту молодых художников, архитекторов и кураторов Кирилла Асса, Ксении Вытулевой, Алексея Доброва, Даниила Лебедева и Оксаны Саркисян.Молодые авторы проекта "ХВ 1999" предлагают примирить два взгляда на мир — мистически-религиозный и рационалистически-научный, посвящая свое произведение сразу двум праздникам, пришедшимся в этом году на один день — православной Пасхе и Дню космонавтики, олицетворяющему триумф технического прогресса.Смоленский бульварСлучай на вокзалеВ сентябре 1999 года Москва готовилась отметить столетний юбилей своего самого традиционного, самого любимого вида транспорта — трамвая. Юбилейные торжества должны были состояться 10-11 сентября: 10-го открывался Музей городского транспорта, а 11-го должен был пройти парад старинных трамвайных вагонов и торжественное заседание в Театре Советской Армии. Увы, торжествам не суждено было сбыться: 9 сентября Москву потряс первый взрыв жилого дома на улице Гурьянова, поэтому почти все торжественные мероприятия были свернуты и состоялось лишь открытие музея, прошедшее весьма скромно 10 сентября. Первоначально парад хотели перенести на неделю, однако вскоре последовал второй взрыв, и стало ясно, что Москва находится в шоковом состоянии и никаких праздников провести не удастся.Реклама праздникаСтарые трамваи проехали зимойТрамвай и реклама сигаретИнтересный трамвай. Луганский завод занимался производством тепловозов для ЖД, решили сделать трамвай. Получился вот такой уродТроллейбусный парк № 1, реклама на троллейбусеВ 99 году можно было встретить вот такие автобусыГурьянова, 19. Из комментариев: «мне тогда 6 лет было.. отчётливо помню, что каждое окно в Печатниках было крестом скотчем заклеено, когда взрывали остальную часть дома» Из комментариев: «Хорошо помню этот вечер, уже ночь того самого дня! Живу в Текстильщиках и из окна моей квартиры был виден этот район — какой-нибудь километр! Только лёг спать и вдруг ... сильнейший, адский взрыв!!!»Из комментариев: «когда-то дружил с одним мужиком, у которого была квартира в этом подъезде.... В эту ночь он был на даче. Жаловался, что компенсацию за новенький автомобиль не дали. Объяснили: "Нечего было оставлять его у подъезда !"... А квартиру дали сразу же. В Новокосино»Утро после взрываПоследствияИз комментариев: «Я в тот день лег спать рано, так как на работу надо было идти (мне было 19). Вдруг сквозь сон услышал грохот, как будто гром, и окна зазвенели (они раньше при сильном громе всегда звенели, не было еще пластика). Я еще подумал, что вот блин, гроза и на утро лужи будут. А утром ко мне в комнату зашла бабушка и спросила, знаю ли я что произошло? Не знаю почему, но я сразу понял, что взорвали дом и более того, я понял какой именно дом взорвали, хотя знать этого не мог никак.А моей сегодняшней жене тогда было 13, ее медсестра брала карты больничные на дом и вот потом спустя полгода после взрыва ей вернули ее медкарту, всю измятую и местами обгоревшую.Помню как Жириновский приезжал и раздавал деньги, пиарился.Помню разговор каких-то старушек у подъезда: "говорят всем пострадавшим квартиры новые в Марьино дадут, вот повезло-то..."Кстати, до последнего говорили, что это был взрыв газа и никто не чесался. И только когда взорвали дом на Каширке, все поняли, что это тоже теракт был и сразу начали организовывать дежурства и т.д.»Вскоре остаток дома взорвали13 сентября взорвали дом 6, корпус 3 по Каширскому шоссе. В результате террористического акта он был полностью разрушен. Под его обломками погибли почти все его жители. Пострадали соседние дома.Произошел взрыв в 5 утра в 8-этажном одноподъездном доме. Он полностью разрушился, и погибли 124 жильца, еще 7 были ранены.В память о погибших на месте взрыва построили маленькую православную часовню. В суде установили, что в Москве должно было произойти 4 теракта — на улице Гурьянова, Каширском шоссе, Борисовских прудах и на Краснодарской улице. Произошло только два взрыва, а два других удалось предотвратить.Вид на Легкоатлетический футбольный комплекс ЦСКА со стороны бывшей авиавыставки на Ходынском поле. 1999 годПосадка самолета Ли-2. В мае 1999 года на самолете Ли-2 Якубович и команда летчиков совершили перелет по городам-героем в честь Победы. На горизонте дома в районе у метро Полежаевское (Хорошевское шоссе)ВВЦ, павильон "Культура"На ВВЦ был красивый автобусный павильон, но его снесли…РекламаВид с крыши гостиницы "Измайлово" на Черкизон. Жуткое место.Закрытая станция «Первомайская» и останки метровагоновМетро «Братиславская», застраивается районСтроительство ТТКПлощадь ГагаринаФрунзенская набережнаяРижская эстакадаТерритория Москва-сити. Идёт подготовка к строительству небоскрёбов и третьего транспортного кольца.В 99 году передвинули Андреевский мостА Крымская набережная выглядела вот такПрогулка по Москве: 1998 г., 1997 г., 1996 г., 1995 г., 1994 г., 1993 г., 1992 г., 1991 г., 1990 г., 1989 г., 1988 г., 1987 г., 1986 г., 1985 г., 1984 г., 1983 г., 1982 г., 1981 г., 1980 г., 1979 г., 1945 г., 1944 г., 1943 г., 1942 г., 1941 г.

08 ноября 2015, 11:20

Scofield: Умер инициатор создания Russia Today

Поздно вечером 6 ноября стало известно о том, что в Вашингтоне на 58-м году жизни от сердечного приступа скончался бывший глава холдинга «Газпром-медиа» Михаил Лесин, человек, который сумел стать крупным деятелем в медийной сфере еще в эпоху правления Бориса Ельцина. … Уже в 1996-м в условиях сложного предвыборного периода именно Лесин будет заниматься разработкой проекта рекламной кампании Бориса Ельцина, который, несмотря на низкие рейтинги, все-таки выдвинет свою кандидатуру на выборах президента России. Знающие люди рассказывают, что слоган «Голосуй сердцем», а также телевизионные ролики «Спаси и сохрани» и «Верю, люблю, надеюсь» — это та часть кампании, к которой приложил руку непосредственно Михаил Лесин.

08 ноября 2015, 11:20

Scofield: Умер инициатор создания Russia Today

Поздно вечером 6 ноября стало известно о том, что в Вашингтоне на 58-м году жизни от сердечного приступа скончался бывший глава холдинга «Газпром-медиа» Михаил Лесин, человек, который сумел стать крупным деятелем в медийной сфере еще в эпоху правления Бориса Ельцина. … Уже в 1996-м в условиях сложного предвыборного периода именно Лесин будет заниматься разработкой проекта рекламной кампании Бориса Ельцина, который, несмотря на низкие рейтинги, все-таки выдвинет свою кандидатуру на выборах президента России. Знающие люди рассказывают, что слоган «Голосуй сердцем», а также телевизионные ролики «Спаси и сохрани» и «Верю, люблю, надеюсь» — это та часть кампании, к которой приложил руку непосредственно Михаил Лесин.