18 января, 16:22

Блогеры: Глюк’оZа вынуждена отказаться от тусовок из-за проблем у мужа

  • 0

Певица Наталья Ионова, более известная как Глюк’оZа, которая была завсегдатаем светских тусовок, перестала их посещать из-за банкротства мужа, написала блогер Лена Миро. Миро сообщила, что Глюк’оZа пропала с «радаров светской хроники», так как у ее мужа Александра Чистякова «случились трудности». Чистяков заработал свои миллиарды в госкорпорации РАО ЕЭС, но затем ушел и занялся собственным делом, пишет Лена Миров в своем блоге. По ее словам, жена экс-мэра Москвы, бизнесмен Елена Батурина дала Чистякову 100 млн евро на гостиничный бизнес. Однако затем, выяснив, что деньги Чистяков вернуть не может, Батурина подала на него в суд. Суд она проиграла, но отказалась инвестировать в его проекты. «Теперь Чистяков банкрот. Долги превысили активы, а певица Глюкоза покинула нас», - подытожила Лено Миро.

14 января, 15:32

Определен состав сборной России на чемпионат Европы по санному спорту в Латвии

В Сигулду поедут Роман Репилов, Семен Павличенко, Степан Федоров, Александр Горбацевич, Татьяна Иванова, Екатерина Батурина, Виктория Демченко и Екатерина Катникова

24 февраля 2014, 14:44

"Мост", Гусинский и Лужков в перестройку

 Продолжаю публиковать избранные отрывки из книги М. Полторанина "Власть в тротиловом эквиваленте". Следующий отрывок будет воспоминание М. Полторанина, связанное с попыткой выбить помещение через Лужкова для министерства печати.   В ту пору как раз прошла волна ликвидации многих союзных министерств и ведомств. Закрылась целая сеть государственных контор калибром поменьше. Так что в Москве освободились десятки зданий — столичная власть взяла их на свой баланс. Я осмотрел их визуально и с готовыми предложениями отправился к председателю Моссовета Гавриилу Попову (попутно надо было договориться о выделении помещений для нашего нового министерства). Попов не собирался засиживаться на Москве. Как однажды признался мне Ельцин, он подумывал взять Гавриила Харитоновича к себе в напарники на выборах Президента и вице-президента России. И посоветовал ему приблизить Юрия Лужкова, чтобы потом оставить на него столицу. Горбачев и Ельцин опасались восхождения на московский трон какого-нибудь несговорчивого, да еще совестливого человека. Но затея с вице-президентом почему-то не вышла — у Ельцина всегда было семь пятниц на неделе. Опытный Попов лучше других понимал, куда понесет «нас рок событий». В кадровом центре Бнай Брита— Международном институте прикладного системного анализа (ИИАСА) в Вене он прошел стажировку еще в 1977 году. И не мог не догадываться о конечных целях всех горбачевских реформ. По большому счету это была диверсионная операция продажной части номенклатуры против своего народа и государства. И оставаясь во главе Воруй-города, Попов был как бы заодно с этой номенклатурой. А ведь он ненавидел ее и боролся с ней всю жизнь. В нем проснулся генетический страх представителя вечно преследуемой нации. Все вроде бы шло лучше некуда, но все как-то зыбко: эйфория пройдет, и народ останется у разбитого корыта — а ну, как начнет он брать за задницу тех, кто в суматохе присвоил власть и крупную собственность. Выкрутятся, как всегда, евреи и их прислужникирусские. А на греков опять могут навесить всех собак. Лучше уйти в недоступные глубины науки. И мудрый Гавриил Харитонович решил заблаговременно спрыгнуть с московского трона, куда тут же вскарабкался Юрий Лужков. Как человек не жадный, Попов довольствовался по нынешним меркам пустячными отступными — кое-какой недвижимостью в Москве и подмосковном Заречье. Но это было чуть позже. А в тот день Гавриил Харитонович на мою просьбу о помещениях сказал: — Конечно, надо помочь. Но все хозяйственные вопросы я передоверил Лужкову. Решай с ним. Он позвонил Юрию Михайловичу, и через несколько минут я был у того в кабинете. Тоже дружеский прием: чай, приказание секретарше пока ни с кем не соединять. Но разговор какой-то ватный, неопределенный: — Да, московская власть обязана решать, но свободных площадей нет. Я назвал первый адрес: многоэтажное здание пустует, его только что освободило упраздненное министерство. — Трудно, — сказал Лужков, — здание уже передано советско-американской группе «МОСТ». Назвал ему второй адрес — там уже тоже «МОСТ». Назвал третий — и снова «МОСТ». Было начало 91-го, и до встречи с Юрием Михайловичем я никогда не слышал об этой фирме. Гораздо позже ее название стало у всех на слуху, а владелец «МОСТа» Владимир Гусинский превратился в крупного олигарха и полухозяина Воруй-города. На «МОСТ» работала большая группа гэбистов во главе, как упоминалось раньше, с бывшим первым замом председателя КГБ СССР генералом армии Филиппом Бобковым. А тогда я спросил у Лужкова: что же это за всесильная структура, если из-за нее похериваются договоренности с российской властью. Кто-то печется о становлении государственности, а кто-то — кому все происходящее «мать родная», уже распихивает по карманам табачок. Юрий Михайлович изобразил на лице глубочайшее сожаление и сказал, что он здесь ни при чем. Он был бы рад сделать для нас доброе дело, да его возможностей не хватает. А «МОСТ» вместе с Гусинским ему ни сват ни брат— ничего общего у руководства столицы с ним нет. В душе я даже посочувствовал Лужкову: нашлась же зараза, которая так крепко повязала руки отзывчивого человека. А в ноябре того же года эта «зараза» выдала себя с головой: в Консульское управление МИДа России поступили две заявки от Владимира Гусинского на поездку в Великобританию большой группы консультантов «МОСТа». Приглашение было оформлено адвокатской конторой активно сотрудничавшей с «МОСТом». Сроки поездки совпадали с рождественскими праздниками в Лондоне. Но не в этом соль. Кого же за прилежную работу поощрил Гусинский такой командировкой? Вот состав выезжавших: Юрий Лужков с женой Еленой Батуриной, его зам. Владимир Ресин с женой Галиной Фроловой, председатель комитета по управлению имуществом Москвы Елена Котова с сыном Юрием, управделами правительства столицы Василий Шахновский и др. официальные лица. Железный принцип олигархов: «Покупай чиновников, а собственность придет тебе в руки сама!», оказывается, действовал еще до явления народу Чубайса! Тогда, помнится, с брезгливостью относились к политикам, ездившим за рубеж за счет коммерческих фирм. Их называли побирушками. Думаю, и Ресин с Лужковым вспоминают начальную пору освоения кладовых Воруй-города с усмешкой постаревшего дона Корлеоне. Сейчас, как предполагаю, у них вполне хватит личных средств, чтобы свозить бесплатно в Лондон все население Москвы. За его фантастическое долготерпение. За его всепрощенчество. А с Юрием Михайловичем у нас случился еще один разговор по поводу нежилых помещений. Скажу о нем сейчас, чтобы не возвращаться к скучной теме. Было это летом 92-го. Я ехал по центру города, и мне в машину позвонила моя секретарша. В приемной меня ожидала взволнованная делегация издательства «Музыка». «А что случилось?» Пришли в издательство люди с распоряжением Лужкова — здание передается их коммерческой фирме. Выбросили на улицу столы и все вещи работников издательства, вставляют металлическую дверь. Какая-то невероятная ситуация! Дом издательства, которое обеспечивало страну музыкальной литературой, являлось федеральной собственностью. И московское правительство никакого отношения к нему не имело. Никто в наше министерство не обращался. Улица Неглинная, где находилась «Музыка», была как раз по пути. Подъехал к издательству: колченогие допотопные столы валялись на тротуаре, под дождем мокли ворохи детских книжек о музыке, самоучители игры на баяне. Мокли и растерянные работницы издательства — пожилые женщины, отдавшие любимому делу всю жизнь. Новая металлическая дверь уже была заперта, никто изнутри не отзывался. Добравшись до министерства, я позвонил Лужкову — он был недоступен. Тогда я попросил своего управделами Анатолия Курочкина съездить к издательству, разобраться пообстоятельнее. Курочкина я переманил в наше ведомство с должности заместителя председателя Краснопресненского райисполкома. Он дружил с председателем этого исполкома Александром Красновым— автором нашумевшей тогда книги о команде Лужкова и нравах Воруй-города «Московские бандиты». Сам управделами в политику не лез — был хорошим организатором и совестливым человеком. Он вернулся: да, это хулиганский захват федеральной государственной собственности. Там бесчинствовала не то дочка «МОСТа», не то другая коммерческая фирма — разговаривать не желали, ссылаясь на распоряжение Лужкова, и завозили в помещения свою новую мебель. — Такие бандитские вылазки надо пресекать на корню, иначе полезут дальше. У них карманы безразмерные, — сказал расстроенный Курочкин. — Разрешите? Мне было понятно, что он замышлял. Помчится к Краснову и возьмет у него группу ОМОНа. Затем поедет в издательство «Музыка» восстанавливать справедливость. Я подумал. Еще раз позвонил Лужкову— не отвечает. И сказал: — Разрешаю! К вечеру Курочкин доложил: с группой ОМОНа он выгнал захватчиков, вынес их мебель на мостовую. А вещи издательства «Музыка» водворил на место и врезал в металлическую дверь новые замки. Справедливость восторжествовала. (В 96-м мы направили Курочкина наводить порядок в хозяйстве ОРТ. Он регулярно рассказывал, как нагло ему угрожали за пресечение воровства. А в 97-м Анатолий был убит на автотрассе при загадочных обстоятельствах. Светлая ему память!). На следующее утро я сидел в кабинете Ельцина: обсуждали совсем другие проблемы. Заскрипев, на селекторном аппарате засветилась кнопка прямой связи: «Лужков». Ельцин снял трубку, стал слушать и многозначительно посмотрел на меня. Ухмыльнулся и переключил звук на полную громкость — по кабинету поплыл возмущенный голос Юрия Михайловича. Он жаловался на меня, называя партизаном и самодуром. Действительно, отыскался же тип, который отважился перечить градоначальнику! Лужков не знал, что я нахожусь рядом с Борисом Николаевичем, и беззастенчиво врал, буДто наше министерство грабило чужое добро. Я перегнулся через стол и сказал в аппарат: — Не надо врать президенту, Юрий Михайлович! Скажите лучше, — по какому такому праву вы распоряжаетесь чужой собственностью в интересах коммерческих фирм? Вышвыриваете на улицу беззащитных старушек. Действуете из-за угла, втихаря… Лужков поперхнулся, но посчитал, что это божья роса, и вскоре пришел в себя. Мы еще какое-то время перепирались по громкой связи. Потом Ельцин сказал: — Ну, хватит! Прошу вас не ссориться. Миротворец! На том конфликт посчитали исчерпанным. Больше Юрий Михайлович к нам не лез. И я, слава Богу, в дальнейшем никаких дел с ним не имел. 

18 апреля 2013, 09:58

Алишер Усманов сохранил лидерство в топ-200 богатейших бизнесменов России журнала Forbes

В четверг Forbes опубликовал десятый рейтинг богатейших бизнесменов России. Как и в прошлом году, на первом месте из 200 оказался владелец "Металлоинвеста" Алишер Усманов. Его состояние по сравнению с прошлогодней оценкой снизилось на $0,6 млрд долларов и теперь оценивается в $17,6 млрд. Глава НЛМК Владимир Лисин на этот раз уступил вторую строчку совладельцу "Альфа-групп" Михаилу Фридману, увеличившему за год свое состояние на 3,1 млрд долларов – до $16,5 млрд. Сам Владимир Лисин расположился лишь на 8 позиции ($14,1 млрд). На третьей строке рейтинга 2013 года - председатель правления "НОВАТЭКа" Леонид Михельсон ($15,4 миллиарда). В прошлом году Фридман занимал в рейтинге шестое место, Михельсон - десятое. В первой десятке также оказались владелец "Реновы" Виктор Вексельберг ($15,1 млрд), президент "ЛУКОЙЛа" Вагит Алекперов ($14,8 млрд), председатель совета директоров "Еврохима" Андрей Мельниченко ($14,4 млрд), глава "Интерроса" Владимир Потанин ($14,3 млрд), совладелец "НОВАТЭКаа" и Gunvor Геннадий Тимченко ($14,1 млрда). На десятом месте с капиталом в $13 млрд располагается владелец группы "ОНЭКСИМ" Михаил Прохоров. Генеральный директор "Северстали" Алексей Мордашов скатился с третьего места в 2012 году на одиннадцатое ($12,8 млрд). Из первой десятки также выбыл и совладелец Evraz Роман Абрамович. Абрамович, в прошлом рейтинге ставший девятым, за год потерял $1,9 млрд (теперь его состояние оценивается в $10,2 млрд) и занял 13-е место. Совокупное богатство 200 предпринимателей выросло до $488,3 млрд (в 2012 году - $446,3 млрд). На первую сотню бизнесменов приходится $416,5 млрд. В списке 16 новичков, самый богатый из них - владелец группы компаний "Содружество" Александр Луценко ($1,1 млрд), заработавший состояние на импорте сои и соесодержащих субстантов, используемых в свиноводстве. Впервые в рейтинг попал основной владелец компании MD Medical GroupМарк Курцер ($950 млн) и основатель ОАО "Медицина" Григорий Ройтберг ($500 млн). По итогам 2012 года удачным сектором стала "стройка": коммерческая недвижимость, строительство, девелопмент, производство строительных материалов, земля и ТЭК. Наиболее пострадавшие, как и в прошлом году, - металлурги, угольщики, банкиры. В списке Forbes 2013 года 23 представителя власти: 10 депутатов Госдумы, 4 представителя региональных заксобраний, 4 сенатора, 2 главы региона, заммэра Москвы, федеральный министр. Средний возраст участника списка в 2013 году - 51 год. Самому молодому участнику рейтинга 30 лет, самому пожилому - 75 лет. Единственная женщина в списке 200 - Елена Батурина ($1,1 млрд). Основное место проживания богатейших россиян - Москва (145 человек) и Санкт-Петербург (13 человек).