Выбор редакции
21 апреля, 10:01

The end of the Castro era? Raúl's exit likely to change little in Cuba

The island is getting a new president in Miguel Díaz-Canel – but the hands on the levers of power will remain the sameAs pundits around the globe proclaimed the end of the Castro era this week, Cuba’s new president, Miguel Díaz-Canel, promptly dismissed such a notion. “Raúl Castro … will lead the decisions of greatest transcendence for the present and the future of this country,” said Díaz-Canel in a speech marking the official changing of the guard on Thursday. Continue reading...

19 апреля, 17:11

Первый после Кастро

На Кубе прошло официальное утверждение нового главы государства. В ближайшее время полномочия руководителя Острова Свободы перейдут от Рауля Кастро к Мигелю Диас-Канелю.Он станет первым руководителем Кубы, который придет на смену братьям Кастро, которые управляли Кубой с 1959 года.Диас-Канель официально утвержден руководителем Государственного Совета Кубы и председателем Совета министров.Рауль Кастро продолжит руководить коммунистической партией Кубы и сохранит за собой часть государственных функций представительского характера.По сути, Кастро его сам и выдвинул, приблизив к себе достаточно успешного министра и сделав своим заместителем еще 5 лет назадПеред Диас-Канелем стоят достаточно серьезные задачи:1. Ввиду сохраняющихся санкций, остров Свободы по-прежнему испытывает существенные экономические проблемы. Реформы начатые при Рауле Кастро необходимо продолжать.2. После попыток наладить отношения во времена Обамы, при Трампе в отношениях с США вновь наблюдается похолодание, что будет сохранять внешнеполитическое давление на Кубу даже после ухода Рауля Кастро.3. Антиимпериалитическая политика Куба в Южной Америке пережила ряд существенных ударов после инспирированного США курса на подрыв "левого поворота" в Южной Америке, что привело к смене власти в Бразилии и Аргентине, а также ослабило ближайшего союзника Кубы - чавистскую Венесуэлу.4. Государственный аппарат на Кубе давно требует обновления, о чем говорят в том числе и коммунистические функционеры, хотя консервативные партийные круги хотели, чтобы правление Рауля Кастро продолжилось еще несколько лет.В конечном итоге, тут все зависит от того, насколько Диас-Канель отвечает взглядам Рауля Кастро на проведение мягких реформ, которые декларировались политическим руководством Кубы в последние годы, без ослабления роли коммунистической партии и подтачивания основных завоеваний революции 1959.Вряд ли Куба будет закрываться, скорее мы увидим попытки точечных изменений в духе КНДР или Вьетнама. Ну а таланты Диас-Канеля оценим уже по его практическим делам. Можно вспомнить первоначальный скепсис по поводу Мадуро, который тем не менее в кризисной ситуации попытки государственного переворота раскрылся как неплохой антикризисный "менеджер" и сейчас ненавидим США не менее яростно, нежели покойный Уго Чавес.Ну а в целом конечно историческое событие - эпоха Кастро завершается. Сможет ли Диас-Канель похвастаться историческими свершениями, будем посмотреть.

Выбор редакции
19 апреля, 07:29

Miguel Díaz-Canel: Cuba selects first non-Castro president since Fidel

Díaz-Canel’s transition aims to ensure the country’s single-party system outlasts the ageing men who created itThe Cuban government has selected the country’s 57-year-old first vice-president, Miguel Díaz-Canel, as the sole candidate to succeed President Raúl Castro in a transition aimed at ensuring the country’s single-party system outlasts the ageing revolutionaries who created it.The certain approval of Díaz-Canel by members of the unfailingly unanimous National Assembly will install someone from outside the Castro family at the head of the country’s government office for the first time in nearly six decades. Continue reading...

Выбор редакции
18 апреля, 08:30

After six decades of Castro rule, Cubans greet end of era with a shrug

Cubans view shift with indifference, not hope, as current vice-president Miguel Díaz-Canel is expected to replace Raúl CastroWhen Cuba’s president stands down this week, it will mark the first time in nearly six decades that the island will be led by somebody whose last name is not Castro. Continue reading...

02 апреля, 20:15

Sentences about dairy

But there has never been a culture more dependent on milk than the desert nomads known as the Bedouins. And originally, ice cream was only for aristocrats. Others [in 18th century France] called ice cream fromage. Jefferson liked to serve ice cream on sponge cake with a lightly baked meringue on top. The United States […] The post Sentences about dairy appeared first on Marginal REVOLUTION.

02 апреля, 06:09

Золотая монета Монголии в честь Че Гевары

Компания Coin Invest Trust из Лихтенштейна по заказу Монголии выпустила в текущем 2018 года памятную золотую монету из серии, посвящённую выдающимся личностям истории. На этот раз она посвящена Че Геваре...

31 марта, 18:45

В мире: Социалистическая революция негров едва не привела к распаду США

Полвека назад США столкнулись с политическим кризисом, в сравнении с которым даже «перестройка» выглядит не столь впечатляюще. Тогда чернокожие объявили себя отдельной нацией, имеющей право на самоопределение в соответствии с уставом ООН. От США должна была отколоться новая Республика Новой Африки. И откололась бы, если бы не мощь тайных программ ФБР. Ровно 50 лет назад была провозглашена декларация независимости нового государственного образования – Республики Новая Африка, в состав которой должны были войти южные штаты США с преобладающим негритянским населением. Нельзя исключать того, что в наши дни Республика Новая Африка была бы полноправным членом ООН, но власти США обрушили на сепаратистов всю мощь спецслужб. Почему в США линчевали негров Расизм в США имеет глубокие корни. Последовательный противник рабства и великий реформатор Авраам Линкольн тоже был расистом. В ходе выборов в Конгресс в 1858 году он заявлял: «Я не выступаю... за введение какой бы то ни было формы социального и политического равенства белой и черной рас, за предоставление неграм права становиться избирателями, судьями или должностными лицами, права на заключение брака с белыми людьми... Между черной и белой расами существуют физиологические различия... Высшее положение должно принадлежать белой расе». По итогам Гражданской войны 1861–1865 годов в конституцию США были внесены поправки, запрещающие дискриминацию, но по факту они не действовали. А против людей, поднимавших вопросы реального равноправия, была развязана настоящая террористическая война. По оценке конгрессменов, к концу XIX века только лишь за политическую деятельность ку-клукс-кланом были убиты до 130 тысяч человек. В период с 1880 по 1915 годы южные штаты ввели расовую сегрегацию в общественных местах, учебных заведениях, транспорте, судах, даже в туалетах. Чернокожее население де-факто было лишено избирательных прав, считалось людьми второго сорта, жестоко каралось за нарушение «законов Джима Кроу». Активно практиковались и суды Линча, причем индивидуальными казнями дело не ограничивалось. Яркий пример – Чикагский погром 1919 года. Все началось с того, что чернокожий подросток на пляже по ошибке заплыл в зону «только для белых». Его до смерти забили камнями, а полиция отказалась вмешиваться. После этого на собравшихся на месте трагедии чернокожих напала разгоряченная толпа, и вскоре погром распространился на весь город. Более 20 чернокожих были убиты, 340 получили ранения, многие подверглись избиениям и унижениям. Было сожжено более тысячи негритянских домов. Ислам поможет нам Одной из форм протеста против такого положения дел стал массовый переход чернокожих США в ислам. В свое время африканских рабов насильственно обращали в христианство, и мусульманство воспринималось их потомками как возвращение к истокам, к вере предков. С тем же была связана и кампания по смене имен с европейских на «традиционные». Другими мотивами для смены религии принято называть равенство верующих в исламе вне зависимости от этноса и расы, а также солидарность уммы. Таким образом, религиозный протест с самого начала (возможно, неосознанно) развивался в направлении разрыва с традициями американского общества и пробуждения у чернокожих собственного национального достоинства. Вскоре на этой волне возникли религиозно-политические организации, осознанно проводившие такую политику. Самая известная из них – «Нация ислама». США – страна сект. Возникшая в начале 1930-х «Нация ислама» тоже представляла собой секту, которая опиралась и на Библию, и на Коран, провозгласив своего основателя долгожданным мессией мусульман и христиан. Отсюда следовало, что Бог – черный, а чернокожие и есть народ божий. По сути это было национальное движение, в котором идее превосходства белых была противопоставлена идея превосходства черных.  «Нация ислама» боролась против пороков черного населения, пропагандировала отказ от вредных привычек (табак, алкоголь, наркотики, азартные игры), призывала к сплоченности, солидарности, справедливости и даже коллективизму негритянской общины, которая должна была порвать с обществом белых угнетателей через свою самодостаточность. «Икс» – «фамилия неизвестна» Лицом «Нации ислама» в 1950-е годы стал Малкольм Литтл, более известный как Малкольм Икс. Этот культовый борец с сегрегацией, воспетый в 1992 году в фильме с Дензелом Вашингтоном в главной роли, вырос на улицах негритянского гетто. Его отец был убит расистами, мать попала в психиатрическую клинику, а сам Малкольм связался с криминалом и в возрасте 20 лет попал в тюрьму. Именно в заключении он познакомился со сторонниками «Нации ислама» и увидел, что в жизни существует и иная перспектива, нежели круговорот криминала и тюремных отсидок – типовая планида для обитателей гетто. Загоревшись идеями «Нации ислама», он сменил фамилию на Икс, что имело несколько трактовок. Первая из них: «экс-курильщик, экс-алкоголик, экс-христианин и экс-раб». Вторая восходила к практике менять имя с европейского на «традиционное» и означала, что фамилия его предков-рабов утрачена. После освобождения Малкольм активно включился в религиозную деятельность, в США это был типичный путь для начинающего политика или общественника. Он пламенно проповедовал и привлекал в организацию новых членов, включая боксера Кассиуса Клея, который впоследствии сменил имя на Мухаммед Али. Икс проявил яркие лидерские качества и в кратчайшие сроки стал лицом «Нации ислама», к тому моменту уже влиятельной организации, членами которой были сотни тысяч чернокожих по всем США. В 1960-м он встретился с Фиделем Кастро и произвел на кубинского лидера огромное впечатление. Именно Кастро ввел Малкольма Икс в мировую политику – состоялись его встречи с президентом Египта Гамалем Абделем Насером, президентом Гвинеи Ахмедом Секу Туре, другими мировыми лидерами. Малкольм Икс (Литтл) (фото: Marion S. Trikosko/Wikipedia) В 1964 году Малкольму Икс в «Нации ислама» стало тесно. Он вышел из нее, основав две другие организации: религиозную – «Исламская мечеть» (традиционный ислам суннитского толка) и светскую – «Организацию африканского единства». Карьера борца за права чернокожих развивалась стремительно – он совершил хадж, был объявлен личным гостем наследника саудовского престола, объездил всю Африку, встречался с главами государств, получил предложения работать в правительствах ряда стран, читал лекции во Франции и Великобритании, давал интервью, выступал на радио и по телевидению. В США же Икс стал одним из наиболее популярных ораторов. В 1965 году Малкольм Икс был убит при странных обстоятельствах. В покушении на него обвинили «Нацию ислама», однако арестованные и осужденные за это преступление активисты в ходе следствия, суда, в тюремном заключении и после освобождения, в общем, до самой своей смерти в 90-е годы утверждали, что невиновны и что их подставили. За черную власть! Другим полюсом борьбы против расизма в американском обществе 60-х годов было Движение за гражданские права Мартина Лютера Кинга. Кинг придерживался тактики ненасильственных действий и видел будущее в мирном сосуществовании бывших плантаторов и бывших рабов в рамках единой американской нации. «У меня есть мечта, что однажды на красных холмах Джорджии сыновья бывших рабов и сыновья бывших рабовладельцев смогут сидеть вместе за братским столом», – провозгласил он однажды. Фраза стала крылатой. Сегодня Кинг значительно лучше знаком широкой публике, чем Малкольм Икс, хотя, в отличие от последнего, не выходил на международный уровень, не пользовался поддержкой лидеров такого числа стран и не имел за плечами массового движения со строгой организацией. Более того, соратники Кинга часто пополняли ряды движений, идущих бок о бок с его радикальным оппонентом. Яркий пример – Стокли Кармайкл, который неоднократно подвергался арестам за ненасильственные акции. Выйдя на волю после очередной отсидки, он заявил своим сторонникам: «Меня бросали за решетку 72 раза. Больше я за решетку не хочу. Мирные демонстрации бессмысленны. Черная власть!» Концепция «черной власти» вдохновила многих. Вскоре на левом фланге возникла одна из самых ярких организаций своего времени – «Черные пантеры». Это было марксистское течение, провозглашавшее: «Вся власть народу!». «Мы хотим получить право самим определять судьбу чернокожей общины, – подчеркивали «Пантеры». – Мы стремимся прекратить эксплуатацию чернокожей общины капиталистами. Мы стремимся немедленно положить конец жестокости полиции и несправедливому убийству чернокожих граждан». Отряды «Черных пантер» в стильной униформе (черные брюки, черная кожаная куртка, черный берет) патрулировали улицы негритянских гетто, изгоняя с улиц торговцев наркотиками и защищая жителей от произвола полиции. Организация пользовалась большой популярностью, ее поддерживали Дженис Джоплин и Джон Леннон, входил в число «Пантер» и Тупак Шакур. Социалистическая Республика Новая Африка Летом 1967-го стихийные бунты чернокожих вспыхнули в 128 городах США. А весной следующего года на конференции в Детройте последователи Малкольма Икс заявили о формировании в США особой, отдельной от прочих американцев нации – нации чернокожих. «У нас есть общая культура, общие перспективы и ценности, общая идентичность и общий исторически сложившийся генофонд», – заявили они. Нация была названа «Новые африканцы». Понятие «новые» авторы названия поясняли так: «Мы происходим не от одного, а от нескольких африканских народов, а также за 200 лет рабства приобрели некоторые индейские и европейские гены». Понятие «африканцы» несло в себе более значительный смысл: с угнетателями-американцами последователи Малкольма Икс не желали иметь ничего общего. До сих пор на сайтах радикальных организаций чернокожих слово «Америка» пишется как AmeriKKKa, с очевидной отсылкой к аббревиатуре ку-клукс-клана. В последующие полвека властям США пришлось потрудиться, чтобы вытеснить из общественного сознания представления о чернокожих как об особой нации «новых африканцев». Этой идее и была противопоставлена концепция «афроамериканцев» как части единой американской нации. Вопросы политкорректности в данном случае стояли на десятом месте, тогда как политическая целесообразность – на первом. США пытались застраховать себя от распада. Участники конференции в Детройте, констатировав возникновение черной нации, на этом не остановились, заявив, что, в соответствии с основополагающими принципами ООН, новая нация имеет право на самоопределение так же, как и другие угнетенные народы. Уже 31 марта 1968 года была подписана Декларация о независимости Республики Новая Африка на территории южных штатов США с преобладающим чернокожим населением. «Мы, чернокожие Америки, – говорилось в декларации, – осознав себя как народ и обретя национальное достоинство... в результате восстания против 300-летнего гнета, сломавшего и исковеркавшего тело, разум и дух нашего народа в Америке, вследствие нашего горячего желания освободиться от этого гнета, уничтожить угнетение людей во всем мире, вследствие нашей решимости идти другим путем, построить новый лучший мир, настоящим заявляем, что мы навсегда свободны и независимы от юрисдикции Соединенных Штатов Америки и обязательств, которые в одностороннем порядке приняла на себя эта страна в отношении наших предков и возлагает на нас в соответствии с нашим гражданством». «Наша революция, – подчеркивалось далее, – направлена против нашего угнетения и угнетения людей во всем мире». Поэтому ее целями объявлялись: поддержка мировой революции до тех пор, пока люди во всем мире станут свободными от угнетения; построение нового общества, в котором не будет эксплуатации человека человеком; огосударствление основных средств производства и торговли; обеспечение всех членов общества благами земли и труда – и т. д. Таким образом, речь шла о провозглашении не просто независимой республики чернокожих, а именно социалистической республики. Это подтверждает фигура президента Новой Африки – им был избран Роберт Уильямс, борец с белым расизмом, организатор отрядов черной самообороны (в его гетто белые расисты приезжали на городское «сафари») и человек, чьи работы легли в основу идеологии «Черных пантер». Уильямс с 1961 года скрывался от преследований ФБР вначале на Кубе, затем в Китае, посещал Вьетнам и пользовался поддержкой социалистических режимов этих стран.  Мириться с очагом коммунизма и сепаратизма на своей территории власти США не стали. Против основателей Республики Новая Африка была применена секретная программа ФБР COINTELPRO (Counter Intelligence Program, то есть контрразведывательная программа). Американский подход к борьбе с инакомыслием На сегодняшний день официально признано, что COINTELPRO действовала в США с 1956 года. Ряд американских правозащитных организаций ставят эту информацию под сомнение, подчеркивая – «как минимум с 1956-го». Целью программы было подавление инакомыслия, для чего использовался весь спектр грязных технологий – от диффамации и манипуляции общественным мнением через клевету, фейки и слухи до избиений, арестов по сфабрикованным обвинениям и заказных убийств. ФБР стремилась посеять раздор в среде неугодных организаций, натравить их друг на друга или натравить на них гангстеров, расистов, националистов. Там, где полицейский террор был чреват большими рисками, с целью расправ использовался ку-клукс-клан. Изначально программа была направлена на социалистов и коммунистов, но затем распространилась и на другие политические организации, включая правозащитников, студенческих и антивоенных активистов, диссидентов и чернокожих борцов за равноправие. По одной из версий, именно по программе COINTELPRO был убит Малькольм Икс. В разработке ФБР он был с 1950 года, когда отправил президенту Гарри Трумэну письмо против войны в Корее. После провозглашения независимости Республики Новая Африка на организации чернокожих была открыта настоящая охота. «Черные пантеры» как организованная и идеологически мотивированная сила были разгромлены полностью: 28 лидеров организации были убиты, многие оказались в тюрьме по сфабрикованным обвинениям. Штаб-квартиру Временного правительства Новой Африки штурмовали с применением танка. Критикуя ситуацию с правами человека в СССР, на своей территории США не церемонились. Организация, называющая себя Временным правительством Республики Новая Африка, существует в США по сей день. Жива и концепция республики. Правда, официальный сайт организации не работает, а обнаружить в Сети оригинальные документы РНА – Декларацию независимости, конституцию, клятву Новых африканцев и другие – не так-то просто. Сторонники РНА заклеймлены как радикальные черные националисты и расисты. Тем не менее, согласно исследованию, проведенному в 1994 году профессором Чикагского университета Майклом Доусоном и профессором Университета штата Мэн Рональдом Бауном, 50% черных американцев считают себя «нацией внутри нации». То есть не отождествляют себя с «единым американским народом».  Теги:  США, ФБР, сепаратизм, ислам, расизм, юбилей, история США, борьба чернокожих

29 марта, 07:35

Игорь Михайлов: «К Казани надо присмотреться, принюхаться к ее запахам»

В марте в казанскую арт-резиденцию «Старо-Татарская слобода», которая действует при поддержке мэра Казани Ильсура Метшина, приехал писатель, заместитель главного редактора журнала «Юность» Игорь Михайлов. Вместе с куратором резиденции Ильдаром Абузяровым он собирает для «Юности» художественные и публицистические тексты, посвященные Казани: известный литературный журнал выпустит специальный номер с татарстанскими авторами. А пока Абузяров побеседовал с гостем о Казани и писателях, связанных одновременно с нашим городом и известным столичным журналом.

28 марта, 11:37

Три билборда и шесть слайдов

В мире, где краткость -- сестра таланта и сложные сюжеты можно описать тремя билбордами, причины международного конфликта можно описать 6-тью слайдами.Газета «Коммерсантъ» опубликовала презентацию PowerPoint, которую Великобритания представила иностранным дипломатам в качестве доказательства причастности России к отравлению бывшего российского шпиона Сергея Скрипаля и его дочери Юлии.Её представили 22 марта на брифинге в британском посольстве.Мария Захарова назвала её «провалом» и обвинила Лондон в манипуляции общественным мнением.Презентация состоит из шести слайдов, один из которых — титульный, содержащий дату и название «Инцидент в Солсбери».В других слайдах кратко изложена хронология дела о покушении, описание вещества «Новичок» и его воздействие на организм человека.Слайд с описанием «Новичка» озаглавлен как «Новая фаза российской агрессии».В презентации также сказано, что Россия до сих пор не представила убедительных доказательств своей непричастности.Великобритания утверждает, что к 18 марта насчитала около «30 параллельных попыток дезинформации».У нас нет сомнений, что Россия ответственна. Ни у какой другой страны не было одновременно возможностей, намерения и мотива [чтобы это сделать].Никакого альтернативного объяснения, которому можно доверять, не существует.Один из слайдов посвящён «Длинному списку враждебных действий России», в нём 12 блоков. К ним относятся:Убийство Александра Литвиненко в ноябре 2006 года;DDos-атака на сайты госучреждений Эстонии в мае 2007 года;вторжение в Грузию в августе 2008 года;оккупация Крыма и дестабилизация ситуации на Украине в феврале 2014 года;рейс MH17, сбитый над Донбассом в июле 2014 года;вмешательство в выборы в США, июнь 2015 года — ноябрь 2016 года;кибератака на Бундестаг, май 2015 года;кампания дезинформации против Германии — «Дело Лизы» в январе 2016 года;кибератака на министерство обороны Дании с 2015 по 2016 год;попытка организовать госпереворот в Черногории в октябре 2016 года;атака с помощью вируса-вымогателя NotPetya в июне 2017 года;покушение на Скрипалей в марте 2018 года.В последнем слайде перечислены ответные меры Великобритании на отравление Скрипалей:Указание на ответственность России;ликвидация российской разведывательной сети в Великобритании;заморозка всех запланированных двусторонних контактов;усиление пограничного контроля;противодействие криминалу и коррупции;принятие новых законов;другие меры по противодействию враждебному государству.Презентация практически ничем не отличается от уже высказанных обвинений в адрес России, кроме того, что Москву переквалифицировали на виновную «без малейшего сомнения» из «с высокой долей вероятности» виновной стороны.Один из участников британского брифинга, посол США в России Джон Хантсман, в интервью «Ъ» 26 марта заявил, что представленная в презентации позиция Лондона показалась ему «весьма убедительной». Официальный представитель МИД России Мария Захарова в своем фейсбуке прокомментировала публикацию британской презентации. Она назвала её «провалом Терезы Мэй» и обвинила в манипуляции мировым общественным мнением: «Оцените. На основе шести картинок приняты решения ответственности государства в химической атаке».26 марта 25 стран сообщили о высылке российских дипломатов из-за отравления Скрипаля.27 марта НАТО объявило о сокращении российского представительства в организации.==============Демонизация или дегуманизация врага (англ. demonization of the enemy, dehumanization of the enemy) — технология пропаганды, которая продвигает идею формирования общественного мнения посредством создания образа врага как агрессора, представляющего собой угрозу и преследующего только разрушительные цели.Демонизация направлена на создание устойчивого стереотипа о личности, группе, идеологии или идее, целом государстве, а также на внушение ненависти к врагу, которая необходима для ведения борьбы с ним более простыми средствами, для объединения вокруг себя союзников и деморализации противника.В своей статье «Демонизация как феномен» В. Л. Топоров писал:Слово «демонизация» пора включать в специальные словари.Прежде всего в политологические, но не только в них.Демонизация стала широко распространенной тактикой, обросла техникой, включила в свой репертуар разноликие сценарии.Демонизация столь же иррациональна, но предельно конкретна: демонизируются люди, поступки, общественные организации; государства, народы, религии, секты; идеи, понятия; прошлое, настоящее и будущее. Демонизируются и общественные ожидания.Частое неправильное использование данного термина не всегда позволяет проанализировать его должным образом. Американский политолог Юлис Бойкофф выделяет следующие критерии демонизации врага:1. И СМИ, и государство используют рамки для изображения присущей врагу моральной природы.2. Характер противника и его природа изображены в соответствии с манихейским учением: борьба Света и Мрака, Добра и Зла. То есть противник представляет собой зло, с которым необходимо бороться.3. Государство выступает источником такого демонического изображения.Демонизация врага больше стимулирует страх общества перед неизвестным, преследуя цель сплочения общества перед лицом врага. Лучший способ доказательства демонической природы врага — живые примеры зверств, желательно с участием женщин, детей, стариков, священников и монахинь.История преподносит близкое к бесконечному множество примеров применения технологий демонизации противника. В частности, Фукидид отмечал случаи демонизации врага в Древней Греции.Филипп Найтли, английский журналист и писатель, считает, что демонизация противника (прежде всего лидеров вражеских стран и затем отдельных лиц) стала предсказуемым шаблоном, которому следуют западные СМИ.В нацистской Германии демонизировались евреи.В период войны Армении и Азербайджана за Нагорный Карабах в Азербайджане, по аналогии со знаменитыми представлениями о евреях, начали формировать образ армян.Техника демонизации противника является наиболее важным элементом пропаганды, которую можно намного легче использовать и применять, если врага олицетворяет один человек.«Не обязательно заставлять ненавидеть весь народ, — писал Понсонби. — Надо персонифицировать образ врага, показать своему населению, что глава, руководитель „других“ — это душевнобольной, свихнувшийся, продажный человек».Этот принцип активно используется и в современных информационных войнах и пропагандах. Демонизируются образы таких политических лидеров, как Слободан Милошевич, Саддам Хуссейн, Муаммар Каддафи, Фидель Кастро и других, преследуя цель доказать, что они представляют угрозу для всего цивилизованного мира.ПоследствияСтратегия демонизации противника неизбежно приводит к замкнутом кругу действий по эскалации напряжённости, исключает возможность дипломатического решения и неизбежно ведёт к ухудшению отношений или войне.Другим последствием изображения врага как демона является восприятие в равной степени демоническим всего населения, политического аппарата или страны, а не только лидера «других».Техника демонизации врага действует не всегда.Представление оппонента в невыгодном свете часто приводит к тому, что любые пропагандистские нападки на страну или на её лидера не деморализуют общество оппонента, а наоборот сплачивают его и усиливают лояльность тех, кто ещё не вполне отождествляет себя с государственной системой.В далеком 1929 член британского Парламента лорд Артур Понсонби выпустил книгу о британской пропаганде всех видов в период Первой мировой войны "Falsehood in Wartime"В книге показывается как фабриковались информационные каскады, сюжеты, "фотографии" "немецких жестокостей", якобы имевших место в первую мировую войну (фальшивки "Фабрика трупов", "Бельгийский ребенок без рук")В самой короткой в его книге главе под названием «Как делаются новости. Падение Антверпена в ноябре 1914», не написав ни одного слова от себя, лорд Понсонби просто процитировал в хронологическом порядке несколько появившихся по поводу упомянутого события газетных сообщений.Сообщение в немецкой Kölnischer Zeitung (газета выходила в Кёльне): «Когда пришло сообщение о взятии Антверпена, в церквях зазвонили в колокола» (на радостях).Сообщение во французской газете Le Matin: «Как сообщает Kölnische Zeitung, после взятия крепости в Антверпене церковных служителей заставили звонить в колокола»Сообщение в лондонской The Times: «По сведениям, которые газета Le Matin получила из Кёльна, тех бельгийских священнослужителей, которые отказались звонить в колокола после взятия Антверпена, увезли в неизвестном направлении»Сообщение в итальянской Corriere della Sera: «По сведениям, которые The Times получила через Париж из Кёльна, несчастных бельгийских священников, отказавшихся звонить в колокола после взятия Антверпена, приговорили к принудительным работам»Сообщение в Le Matin: «Информация, полученная газетой 'Corriere della Sera' через Лондон из Кёльна, подтверждает, что варварские захватчики Антверпена за героический отказ подвергли несчастных бельгийских священников наказанию, подвесив их за ноги, словно живые языки, внутри колоколов» Под руководством лорда Нортклиффа (владельца самой респектабельной британской газеты The Times), была осуществлена операция, потом ещё долго остававшаяся всемирно знаменитой и бурно обсуждаемой: The Times 16 апреля 1917 начала публикацию ряда сообщений о том, что в Германии трупы солдат, своих и чужих, используют для изготовления стеарина, мыла и корма для свиней.Эти сообщения были растиражированы во всём мире (как это делалось, видно из предыдущего примера); общественное мнение им поверило, и имел место колоссальный взрыв возмущения; Китай даже вступил в войну против Германии и её союзников.Главной целевой аудиторией, однако, были США, где обязательного военного призыва не было, и народ которых поэтому требовалось «поднять на войну».Чтобы проиллюстрировать достигнутый результат, Понсонби процитировал редакционную статью, напечатанную в Times-Dispatch, 6 декабря 1925: «Несколько лет назад рассказ о том, как Кайзер изготовлял животный жир из трупов, вызвал у граждан нашей и других союзных стран необоримые гнев и ненависть. Возбуждённые до крайности люди, в обычной жизни рассудительные и трезвые, сжав кулаки, бросились на ближайшие призывные пункты записываться в армию.»Однако почти одновременно с началом этой мировой «информационной» кампании зазвучали и сомневающиеся голоса.Но только через несколько лет после войны, ближе к 1925 году британские власти под огромным давлением признали, что вся эта история с переработкой трупов была сфабрикована от начала до конца. Наделавшую шуму историю с трупами, которая во время войны довела ненависть народов к Германии до предела, в английской Палате общин недавно объявили ложью.Несколько месяцев тому назад миру рассказали о том, как удалой офицер британской Интеллидженс Сервис эту ложь спланировал и потом организовал её широкое распространение.»Вывод из этой истории редактор Times-Dispatch сделал такой: «Когда начнётся следующая война, пропаганду нужно будет вести не так, как это делалось во время Мировой войны, а гораздо более искусно и скрыто. Ведь ставшая во время прошедшей войны повсеместной ложь, в которой сегодня признаются пользовавшиеся доверием своих народорв правительства, теперь забудется очень нескоро.»Упомянутое "нескоро", видимо, наступило -- не наблюдается никакого изящества в работе британского правительства

26 марта, 15:14

Лучшие цитаты великих людей о жизни и любви

Все люди разные, со своими взглядами на жизнь, чувства и прочие вещи. Предлагаем узнать, как относились к ним великие люди, подарившие миру свои знаменитые цитаты про жизнь и любовь. if (typeof(pr) == 'undefined') { var pr = Math.floor(Math.random() * 4294967295) + 1; } (function(w, d, n, s, t) { w[n] = w[n] || []; w[n].push(function() { Ya.Context.AdvManager.render({ blockId: 'VI-188418-0', renderTo: 'inpage_VI-188418-0-410804834', inpage: { slide: true, visibleAfterInit: false, adFoxUrl: '//ads.adfox.ru/252771/getCode?pp=h&ps=cjtl&p2=flwt&pfc=a&pfb=a&plp=a&pli=a&pop=a&fmt=1&dl={REFERER}&pr='+pr, insertAfter: 'undefined', insertPosition: '0' }, }, function callback (params) { // callback }); }); t = d.getElementsByTagName('script')[0]; s = d.createElement('script'); s.type = 'text/javascript'; s.src = '//an.yandex.ru/system/context.js'; s.async = true; t.parentNode.insertBefore(s, t); })(this, this.document, 'yandexContextAsyncCallbacks'); Фото: ppt OnlineЦитаты великих людей про жизньИзвестные люди видели жизнь по-разному и ценили в ней тоже довольно непохожие вещи. Вот как сформулировали свои наблюдения великие умы нашей истории:«Жизнь отдельного человека имеет смысл лишь в той степени, насколько она помогает сделать жизни других людей красивее и благороднее» (Альберт Эйнштейн).Несмотря на то что Эйнштейн был ученым, поэтическое мышление было ему отнюдь не чуждо.Фото: 100-ФактовХотя и нельзя сказать, что его цитаты про жизнь лишены рациональности и свойственной ученым четкости. Так и в этом высказывании Эйнштейн, подобно теореме, вывел глубокую житейскую истину.«В чем смысл жизни? Служить другим и делать добро» (Аристотель).Мы все еще ищем смысл жизни, а вот Аристотель нашел ответ на это вопрос еще в древности.Древнегреческий философ был краток, но его слова как всегда мудры и по сей день заставляют задуматься о собственных приоритетах и жизненном предназначении.«Истинное назначение человека — жить, а не существовать» (Джек Лондон).Писатель Джек Лондон ратовал за полноту любых переживаний, которые встречаются людям на жизненном пути.Его мудрые слова о жизни как нельзя лучше это отображают и вдохновляют ценить каждый прожитый момент.«Жизнь без идей не стоит ничего. Нет большего счастья, чем бороться за них» (Фидель Кастро).Кому, как не кубинскому революционеру Фиделю Кастро, знать о ценности идей и их умении преображать жизнь.фото: thehappening.comПозиция Кастро была яркой и безапелляционной, о чем говорит не только его политическая карьера, но и цитаты о жизни.«То, что нас не убивает, — делает нас сильнее» (Фридрих Ницше).Глубокая философская суть и краткая форма этого высказывания о жизни однозначно зачисляет его в топ самых известных фраз в истории человечества.Фото: News FrontВпрочем, от такого выдающегося мыслителя, как Ницше, ничего меньшего ожидать и не стоило.«Что бы с вами ни случилось — ничего не принимайте близко к сердцу. Немногое на свете долго бывает важным» (Эрих Мария Ремарк).Несмотря на то что книги Ремарка полны переживаний, а его герои постоянно задаются философскими вопросами и пускаются в тягостные размышления, сам автор старался поддерживать легкую позицию временности всего трудного в жизни.Фото: knigi.mirtesen.ruИ он прав: вспомнив о нынешних горестях через год, зачастую вы лишь удивитесь, что такие мелочи волновали вас и печалили.«На протяжении своей жизни каждому человеку доводится споткнуться о свой “великий шанс”. К несчастью, большинство из нас просто подымается, отряхивается и идет дальше, как будто ничего и не произошло» (Уинстон Черчилль).Многие цитаты про жизнь со смыслом принадлежат выдающимся деятелям и политикам. Эта фраза не исключение, ведь ее автор известный на весь мир бывший премьер-министр Великобритании Уинстон Черчилль.Фото: Субботний РамблерСо свойственным ему остроумием политик обрисовал стандартный жизненный путь человека, а вместе с тем сумел заложить в высказывание сильнейшую мотивацию не упустить свой шанс и не выбирать посредственное существование вместо яркой неизвестности перемен.Читайте также: Лучшие цитаты мира из книгКрасивые цитаты великих людей о любвиТрепетные чувства хоть раз да ощущал каждый человек, и знаменитые исторические личности тоже. В отличие от нас, простых смертных, они сумели сформулировать свои мысли и переполняющие эмоции в красивые цитаты, которые по сей день удивляют меткостью и мудростью:«Любящий многих — знает женщин, любящий одну — познает любовь» (Зигмунд Фрейд).Кто бы мог подумать, что автор теорий сексуальности был таким романтиком.Тем не менее Фрейд верил в разделение плотского и платонического и признавал, что чувства в состязании души и тела однозначно побеждают инстинкты.«Бедна любовь, если ее можно измерить» (Уильям Шекспир).Те, кто знаком с шекспировскими трагедиями, знают, что полумер великий поэт не признавал.Фото: ThePersonИ это касается не только творчества, но и любви, измерить которую, по мнению Шекспира, невозможно, в противном случае это не любовь.«Любовь не терпит объяснений. Ей нужны поступки» (Эрих Мария Ремарк).Ремарк был романтиком, но при этом человеком в меру практичным. Вдобавок ко всему писателю были чужды грезы и пустословие — он предпочитал реализм, каким бы суровым он ни был.Фото: VistaNews.ruТой же позиции автор придерживался и в любви, а его цитаты со смыслом это лишь подтверждают. «Любовь — как дерево; она вырастает сама собой, пускает глубоко корни во все наше существо и нередко продолжает зеленеть и цвести даже на развалинах нашего сердца» (Виктор Гюго).Такие красивые высказывания о любви хороши не только своей изысканной формой, но и глубоким смыслом.Фото: VistaNews.ruСогласитесь, как и говорил Гюго, любовь действительно подобна цветению души, а настоящие чувства мы проносим сквозь годы, находя в них поддержку и отдушину в самые тяжелые времена.«Мужчина всегда хочет быть первой любовью женщины. Женщины более чутки в таких вопросах. Им хотелось бы стать последней любовью мужчины» (Оскар Уайльд).Уайльд всегда умел метко подметить различия полов в разных сферах жизни, в том числе и любовных отношениях.Фото: Resfeber.ruИ он прав: взгляд женщины всегда обращен в будущее, и он куда требовательнее мужского.«Если даже любовь несет с собой разлуку, одиночество, печаль — все равно она стоит той цены, которую мы за нее платим» (Пауло Коэльо).Пауло Коэльо как раз принадлежит к когорте романтиков: преданность самой идее любви видна в каждом его произведении.И в его высказывании сквозит истина: любовь бывает горька, но не ощущать ее было бы куда большей потерей.«Старость не может защитить от любви, но любовь легко защитит от старости» (Коко Шанель).Высказывания великих людей о любви были бы неполными без знаменитой законодательницы моды Шанель.Будучи увлекающейся натурой, Коко хорошо знала, что именно чувства — секрет неиссякаемого вдохновения и молодости души, без которой не может быть и молодости тела.Мудрые высказывания о жизни нужны нам, чтобы получать поддержку, мотивацию и новые цели.А какие цитаты великих людей о жизни и любви вдохновляют вас?Читайте также: Афоризмы великих людей о женщинахSource: Nur.kz

24 марта, 09:29

В британском городе, где отравили Скрипаля, при загадочных обстоятельствах погибли уже 11 человек

Ну, а в заключение еще одна подробность скандала вокруг отравления Скрипаля. Как сообщил в своем Фэйсбуке российский писатель Андрей Лазарчук, отравляющий газ «Новичок», которым якобы отравили предателя и его дочь, на самом деле никогда не существовал – это «деза» КГБ, чтобы ввести своих противников в заблуждение. «Во второй половине 80-х, – пишет Лазарчук, – КГБ провело масштабную операцию по дезинформации противника, имевшую также побочную задачу – выявить каналы утечки информации. Были разработаны два десятка “липовых”, но очень подробных проектов “нового химического сверхоружия, которое не определяется существующими в НАТО детекторами и от которого нет защиты” (NOVA с индексами, “Новичок” с индексами, АСД и другие). Через руки Мирзоянова (укрывшегося на Западе перебежчика, который и подсунул США и Англии информацию о “Новичке”) проходил именно “Новичок”.

19 марта, 17:45

Прощание с легендами: Кто из знаменитостей покинул этот мир в 2018 году

Год еще буквально только начался, но нам уже приходится прощаться с видными деятелями культуры, искусства и науки. К сожалению, жизнь неумолима, и в конце пути каждого из нас ждет один и тот же исход. Почтим память Стивена Хокинга, Юбера де Живанши, Олега Табакова и других легендарных людей, ушедших от нас за последние 2 с небольшим месяца.

17 марта, 13:14

Когда имеешь дело с медведем, спесь самоубийственна

Я совершенно уверен, что есть масса самозваных «консерваторов», которые полностью присоединились к хору истерических либералов со всеми их требованиями, но эти «консерваторы» не просто ведут себя нехарактерно, они просто уступают социальному давлению дня, будучи «великом ленивым, протоплазменным бесхребетным желе», упомянутым выше. Повторюсь, а говорю не о настоящих либералах и консерваторах (вне зависимости от настоящего значения этих терминов), я говорю о тех, кто по каким-либо причинам выбрал себе этот ярлык, пусть даже они лично имеют лишь весьма смутные представления о том, что должен означать этот ярлык. Итак, вот что мы имеем: Империя построена (и держится) на лжи, признаёт невежество, оправдывается лицемерием и черпает силы в истерике. Вот таков сегодня «Западный мир». И если определённо существует шумное меньшинство «сопротивленцев» (и слева, и справа — ещё две категории, которые я не считаю аналитически полезными — и из многих школ политической мысли), печальная реальность такова, что подавляющее большинство людей вокруг нас всё это принимает и не видит причин осуждать, не говоря уж том, чтобы что-то с этим делать. Вот почему «они» вышли сухими из воды после событий 9/11 и почему «они» будут продолжать оставаться безнаказанными в будущих операциях под чужим флагом — потому, что люди, которым они лгали, понимают, по крайней мере на каком-то уровне, что им лгут, но никого это просто не волнует. Поистине слова Оруэлла в «1984» «Война есть мир, свобода есть рабство, невежество есть сила» идеально подходят нашему миру. Однако когда имеешь дело с русским медведем, то есть такой урок истории, который западные лидеры никогда не должны забывать и который стоит превратить в лозунг: когда имеешь дело с медведем, спесь самоубийственна

16 марта, 09:00

The Saker Warns: "When Dealing With A Bear, Hubris Is Suicidal"

Via The Saker, Assuming mankind finds a way not to destroy itself in the near future and assuming that there will still be historians in the 22nd or 23rd centuries, I bet you that they will look at the AngloZionist Empire and see the four following characteristics as some of its core features: lies, willful ignorance, hypocrisy, and hysterics. To illustrate my point I will use the recent “Skripal nerve-gas assassination” story as it really encompasses all of these characteristics. I won’t even bother debunking the official nonsense here as others have done a very good job of pointing out the idiocy of the official narrative. If you are truly capable of believing that “Putin” (that is the current collective designator for the Evil Empire of Mordor currently threatening all of western civilization) would order the murder of a man whom a Russian military court sentenced to only 13 years in jail (as opposed to life or death) and who was subsequently released as part of a swap with the USA, you can stop reading right now and go back to watching TV. I personally have neither the energy nor the inclination to even discuss such a self-evidently absurd theory. No, what I do want to do is use this story as a perfect illustration of the kind of society we now all live in looked at from a moral point of view. I realize that we live in a largely value-free society where moral norms have been replaced by ideological orthodoxy, but that is just one more reason for me to write about what is taking place precisely focusing on the moral dimensions of current events. Lies and the unapologetic denial of reality: In a 2015 article entitled “A society of sexually frustrated Pinocchios” I wrote the following: I see a direct cause and effect relationship between the denial of moral reality and the denial of physical reality. I can’t prove that, of course, but here is my thesis: Almost from day one, the early western civilization began by, shall we say, taking liberties with the truth, which it could bend, adapt, massage and repackage to serve the ideological agenda of the day. It was not quite the full-blown and unapologetic relativism of the 19th century yet, but it was an important first step. With “principles” such as the end justifies the means and the wholesale violation of the Ten Commandants all “for the greater glory of God” the western civilization got cozy with the idea that there was no real, objective truth, only the subjective perception or even representation each person might have thereof. Fast forward another 10 centuries or so and we end up with the modern “Gayropa” (as Europe is now often referred to in Russia): not only has God been declared ‘dead’ and all notions of right and wrong dismissed as “cultural”, but even objective reality has now been rendered contingent upon political expediency and ideological imperatives. I went on to quote George Orwell by reminding how he defined “doublethink” in his book 1984: “To know and not to know, to be conscious of complete truthfulness while telling carefully constructed lies, to hold simultaneously two opinions which canceled out, knowing them to be contradictory and believing in both of them, to use logic against logic, to repudiate morality while laying claim to it (…) To tell deliberate lies while genuinely believing in them, to forget any fact that has become inconvenient, and then, when it becomes necessary again, to draw it back from oblivion for just as long as it is needed, to deny the existence of objective reality“ and I concluded by saying that “The necessary corollary from this state of mind is that only appearances matter, not reality”. This is exactly what we are observing; not only in the silly Skripal nerve-gas assassination story but also in all the rest of the Russophobic nonsense produced by the AngloZionist propaganda machine including the “Litvinenko polonium murder” and the “Yushchenko dioxin poisoning“. The fact that neither nerve-gas, nor polonium nor dioxin are in any way effective murder weapons does not matter in the least: a simple drive-by shooting, street-stabbing or, better, any “accident” is both easier to arrange and impossible to trace. Fancy assassination methods are used when access to the target is very hard or impossible (as was the case with Ibn al-Khattab, whose assassination the Russians were more than happy to take credit for; this might also have been the case with the death of Yasser Arafat). But the best way of murdering somebody is to simply make the body disappear, making any subsequent investigation almost impossible. Finally, you can always subcontract the assassination to somebody else like, for example, when the CIA tried and failed, to murder Grand Ayatollah Mohammad Hussain Fadlallah by subcontracting his bombing to its local “Christian” allies, killing over 80 innocent people in the process. There is plenty of common crime in the UK and to get somebody to rob and stab Skripal would have probably been the easiest version. That’s assuming that the Russians had any reason to want him dead, which they self-evidently didn’t. But here is the important thing: every single criminal or intelligence specialist in the West understands all of the above. But that does not stop the Ziomedia from publishing articles like this one “A Brief History of Attempted Russian Assassinations by Poison” which also lists people poisoned by Russians: Skripal by nerve gas Litvinenko by polonium Kara-Murza poisoned not once, but TWICE, by an unknown poison, he survived! Markov poisoned by ricin and the Bulgarians with “speculated KGB assistance” Khattab by sarin or a sarin-derivative Yushchenko by dioxin Perepilichny by “a rare, toxic flower, gelsemium” (I kid you not, check the article!) Moskalenko by mercury Politkovskaya who was shot, but who once felt “ill after drinking some tea that she believed contained poison” The only possible conclusion from this list is this: there is some kind of secret lab in Russia where completely incompetent chemists try every poison known to man, not on rats or on mice, but on high profile AngloZionist-supported political activists, preferably before an important political event. Right. By the way, the gas allegedly used in the attack, “Novichok”, was manufactured in Uzbekistan and the cleanup of the factory producing it was made by, you guessed it, a US company. Just saying… In any halfway honest and halfway educated society, those kind of articles should result in the idiot writing it being summarily fired for gross incompetence and the paper/journal posting it being discredited forever. But in our world, the clown who wrote that nonsense (Elias Groll, a Harvard graduate and – listen to this – a specialist of “cyberspace and its conflicts and controversies” (sic)) is a staff writer of the award-winning Foreign Policy magazine. So what does it tell us, and future historians, when this kind of crap is written by a staff writer of an “award winning” media outlet? Does it not show that our society has now reached a stage in its decay (I can’t call that “development”) where lies become the norm? Not only are even grotesque and prima facie absurd lies accepted, they are expected (if only because they reinforce the current ideological Zeitgeist. The result? Our society is now packed with first, zombified ideological drones who actually believe any type of officially proclaimed of nonsense and, second, by cowards who lack the basic courage to denounce even that which they themselves know to be false. Lies, however ridiculous and self-evidently stupid, have become the main ingredient of the modern political discourse. Everybody knows this and nobody cares. When challenged on this, the typical defense used is always the same: “you are the only person saying this – I sure ever heard this before!”. Willful ignorance as a universal cop-out We all know the type. You tell somebody that his/her theory makes absolutely no sense or is not supported by facts and the reply you get is some vaguely worded refusal to engage in an disputation. Initially, you might be tempted to believe that, indeed, your interlocutor is not too bright and not too well read, but eventually you realize that there is something very different happening: the modern man actually makes a very determined effort not to be capable of logical thought and not to be informed of the basic facts of the case. And what is true for specific individuals is even more true of our society as a whole. Let’s take one simple example: Operation Gladio: “Gladio” is really an open secret by now. Excellent books and videos have been written about this and even the BBC has made a two and a half hour long video about it. There is even an entire website dedicated to the story of this huge, continent-wide, terrorist organization specializing in false flag operations. That’s right: a NATO-run terrorist network in western Europe involved in false flag massacres like the infamous Bologna train station bombing. No, not the Soviet KGB backing the Baader-Meinhof Red Army Faction or the Red Brigades in Italy. No, the USA and West European governments organizing, funding and operating a terrorist network directed at the people of Western, not Eastern, Europe. Yes, at their own people! In theory, everybody should know about this, the information is available everywhere, even on the hyper-politically correct Wikipedia. But, again, nobody cares. The end of the Cold War was marked by a seemingly endless series of events which all provided a pretext for AngloZionist interventions (from the Markale massacres in Bosnia, to the Srebrenica “genocide”, to the Racak massacre Kosovo, to the “best” and biggest one of them all, 9/11 of course). Yet almost nobody wondered if the same people or, at least, the same kind of people who committed all the Gladio crimes might be involved. Quite the opposite: each one of these events was accompanied by a huge propaganda campaign mindlessly endorsing and even promoting the official narrative, even when it self-evidently made no sense whatsoever (like 2 aircraft burning down 3 steel towers). As for Gladio, it was conveniently “forgotten”. There is a simple principle in psychology, including, and especially in criminal psychology which I would like to prominently restate here: The best predictor of future behavior is past behavior Every criminalist knows that and this is why criminal investigators place so much importance on the “modus operandi”, i.e. the particular way or method a suspect or a criminal chooses in the course of the execution of his/her crimes. That is also something which everybody knows. So let’s summarize this in a simple thesis: Western regimes have a long and well-established track record of regularly executing bloody false-flag operations in pursuit of political objectives, especially those providing them with a pretext to justify an illegal military aggression. Frankly, I submit that the thesis above is really established not only by a preponderance of evidence but beyond a reasonable doubt. Right? Maybe. But that is also completely irrelevant because nobody gives a damn! Not the reporters who lie for a living nor, even less so, the brainwashed zombies who read their nonsense and take it seriously. The CIA tried to kill Fidel Castro over 600 times – who cares?! All we know is that the good folks at Langley would never, ever, kill a Russian in the UK, out of respect for international law, probably… That willful ignorance easily defeats history, facts or logic. Here is a simple question a journalist could ask: “would the type of people who had no problems blowing up an large train station, or bringing down three buildings in downtown New York, have any hesitation in using a goofy method to try kill a useless Russian ex-spy if that could justify further hostile actions against a country which they desperately need to demonize to justify and preserve the current AngloZionist world order?”. The answer I think is self-evident. The question shall therefore not be asked. Instead, soy-boys from Foreign Policy mag will tell us about how the Russians use exotic flowers to kill high visibility opponents whose death would serve no conceivable political goal. Hypocrisy as a core attribute of the modern man Willful ignorance is important, of course, but it is not enough. For one thing, being ignorant, while useful to dismiss a fact-based and/or logical argument, is not something useful to establish your moral superiority or the legality of your actions. Empire requires much more than just obedience from its subject: what is also absolutely indispensable is a very strong sense of superiority which can be relied upon when committing a hostile action against the other guy. And nothing is as solid a foundation for a sense of superiority than the unapologetic reliance on brazen hypocrisy. Let’s take a fresh example: the latest US threats to attack Syria (again). Irrespective of the fact that the USA themselves have certified Syria free of chemical weapons and irrespective of the fact that US officials are still saying that they have no evidence that the Syrian government was involved in any chemical attack on Khan Shaykhun, the USA is now preparing to strike Syria again in “response” to future chemical attacks! Yes, you read that right. The AngloZionists are now announcing their false flags in advance! In fact, by the time this analysis is published the attack will probably already have occurred. The “best” part of this all is that Nikki Haley has now announced to the UN Security Council that the US will act without any UN Security Councilapproval. What the USA is declaring is this: “we reserve the right to violate international law at any time and for any reason we deem sufficient”. In the very same statement, Nikki Haley also called the Syrian government an “outlaw regime”. This is not a joke, check it out for yourself. The reaction in “democratic” Europe: declaring that *Russia* (not the US) is a rogue state. QED. This entire circus is only made possible by the fact that the western elites have all turned into “great supine protoplasmic invertebrate jellies” (to use the wonderful words of Boris Johnson) and that absolutely nobody has the courage, or decency, to call all this what it really is: an obscene display of total hypocrisy and wholesale violation of all norms of international law. The French philosopher Alain Soral is quite right when he says that modern “journalists are either unemployed or prostitutes” (he spoke about the French media – un journaliste français c’est soit une pute soit un chômeur – but this fully applies to all the western media). Except that I would extend it to the entire Western Establishment. I would further argue that foreign aggression and hypocrisy have become the two essential pillars for the survival of the AngloZionist empire: the first one being an economic and political imperative, the 2nd one being the prerequisite for the public justification of the first one. But sometimes even that is not enough, especially when the lies are self-evidently absurd. Then the final, quasi-miraculous element is always brought in: hysterics. Hysteria as the highest form of (pseudo-)liberalism I don’t particularly care for the distinction usually made between liberals and conservatives, at least not unless the context and these terms is carefully and accurately defined. I certainly don’t place myself on that continuum nor do find it analytically helpful. The theoretical meaning of these concepts is, however, quite different from what is mostly understood under these labels, especially when people use them to identify themselves. That is to say that while I am not at all sure that those who think of themselves as, say, liberals are in any way truly liberal, I do think that people who would identify themselves as “liberals” often (mostly?) share a number of characteristics, the foremost of which is a very strong propensity to function at, and engage in, an hysterical mode of discourse and action. The Google definition of hysteria is “exaggerated or uncontrollable emotion or excitement, especially among a group of people (…) whose symptoms include conversion of psychological stress into physical symptoms (somatization), selective amnesia, shallow volatile emotions, and overdramatic or attention-seeking behavior”. Is that not a perfect description of US politicians, especially the (putatively) “liberal” ones? Just think of the way US Democrats have capitalized on such (non-)issues as “Russian interference” (externally) or “gun control” (internally) and you will see that the so-called “liberals” never get off a high-emotional pitch. The best example of all, really, is their reaction to the election of Donald Trump instead of their cult-leader Hillary: it has been over a year since Trump has been elected and yet the liberal ziomedia and its consumers are still in full-blown hysteria mode (with “pussyhats”, “sky-screams” and all). In a conversation you can literally drown such a liberal with facts, statistics, expert testimonies, etc. and achieve absolutely no result whatsoever because the liberal lives in an ideological comfort zone which he/she is categorically unwilling and, in fact, unable, to abandon, even temporarily. This is what makes liberals such a *perfect* audience for false-flag operations: they simply won’t process the narrative presented to them in a logical manner but will immediately react to it in a strongly emotional manner, usually with the urge to immediately “do something”. That “do something” is usually expressed in the application of violence (externally) and the imposition of bans/restrictions/regulations (internally). You can try to explain to that liberal that the very last thing the Russians would ever want to do is to use a stupid method to try to kill a person who is of absolutely no interest to them, or to explain to that liberal that the very last thing the Syrian government would ever do in the course of its successful liberation of its national territory from “good terrorists” would be to use chemical weapons of any kind – but you would never achieve anything: Trump must be impeached, the Russians sanctioned and the Syrians bombed, end of argument. I am quite aware that there are a lot of self-described “conservatives” who have fully joined this chorus of hysterical liberals in all their demands, but these “conservatives” are not only acting out of character, they are simply caving in to the social pressure of the day, being the “great supine protoplasmic invertebrate jellies” mentioned above. Again, I am not discussing real liberals or real conservatives here (regardless of what these terms really mean), I am talking about those who, for whatever reason, chose to place that label upon themselves even if they personally have only a very vague idea of what this label is supposed to mean. So there we have it: an Empire built (and maintained) on lies, accepted on the basis ignorance, justified by hypocrisy and energized by hysterics. This is what the “Western world” stands for nowadays. And while there is definitely a vocal minority of “resisters” (from the Left and the Right – also two categories I don’t find analytically helpful – and from many other schools of political thought), the sad reality is that the vast majority of people around us accept this and see no reason to denounce it, nevermind doing something about it. That is why “they” got away with 9/11 and why “they” will continue to get away with future false-flags because the people lied to, realize, at least on some level, that they are being lied to and yet they simply don’t care. Truly, the Orwellian slogans of 1984 “war is peace, freedom is slavery, ignorance is strength” perfectly fit our world. However, when dealing with the proverbial Russian bear, there is one lesson of history which western leaders really should never forget and which they should also turn into a slogan: when dealing with a bear, hubris is suicidal.

15 марта, 18:58

Яд в лицо, укол зонтиком и смерть в коробке конфет: 5 самых необычных политических убийств

Рекордсменом по части покушений на него стал Фидель Кастро. Правительство США пыталось запустить туберкулёзную палочку в кислородные баллоны для подводного плавания и обработать костюм для плавания ядовитым грибком. Все операции сорвались.

15 марта, 05:30

Paul Craig Roberts Goes There: "World War 3 Is Approaching"

Authored by Paul Craig Roberts, “In a nuclear war the 'collateral damage' would be the life of all humanity.” - Fidel Castro The Russians, in their anxiety to show the West how friendly they are, left Washington with a toe hold in Syria, which Washington is using to reopen the war. The Russians’ failure to finish the job has left Washington’s foreign mercenaries, misrepresented in the American presstitute media as “freedom fighters,” in a Syrian enclave. To get the war going again, Washington has to find a way to come to the aid of its mercenaries. The Trump regime has found, or so it thinks, its excuse in the revival of the Obama regime’s fake charge of Syrian use of chemical weapons. This made-up lie by the Obama regime was put to rest by Russian intervention that made sure there were no Syrian chemical weapons. Indeed, if memory serves, Russia delivered the chemical weapons to the US for destruction. Little doubt Washington still has them and will use some of them with their Syrian markings for what appears to be a coming false flag attack that can be blamed on Assad. In other words, Washington will create a “situation,” blame Assad and Putin, and with or without congressional authorization introduce US intervention in behalf of Washington’s mercenaries.  If we can believe James Mattis, the retired US Marine General who is US Secretary of Defense, Syria, a country without chemical weapons and in need of none in its mopping up operations against Washington’s mercenaries, is using chlorine gas “against its own people,” exactly the same phrase as the Obama regime used when Obama tried to orchestrate an excuse to attack Syria. Mattis said that he is receiving reports of chlorine gas use by Assad while simultaneously saying he has no evidence of gas use, much less by the Syrian Army. The US Secretary of Defense actually accused Syria of “targeting hospitals” with chlorine gas even though he admits there is no evidence. Mattis went on to accuse Russia of complicity in killing civilians, an endeavor in which the US excels. Stephen Lendman reports that CIA Director Pompeo “suggested a US attack on Syrian forces may be forthcoming, saying Trump won’t tolerate CW [chemical weapons] attacks, adding he hasn’t made a decision on the latest reports about chlorine gas use.”  US Secretary of State Tillerson joined the orchestrated allegation even though he admitted there was no evidence.  Of course, there has not been any chlorine gas use unless by the Washington-supplied mercenaries. But facts are not important to Washington. What is important to Washington is Israel’s demand that Washington destroy Syria and Iran in order to get rid of Hezbollah’s supporters so that Israel can seize southern Lebanon. No doubt that other interests are in on the plot. Oil companies that want to control the location of oil and gas pipelines, the crazed neocons married to their ideology of American World Hegemony, the military/security complex that needs enemies and conflicts to justify its massive budget. But it is Israel’s determination to expand its boundaries and water resources that set all of the Middle East conflict in motion. Does Russia understand this, or is the Russian government preoccupied with eventually winning acceptance by the West as a part of the West? If the latter, the world is heading for nuclear war.The Russian government does not seem to understand that its pusillanimous response encourages Washington’s aggression and, thereby, is driving the world to the final war. Every time Russia fails to finish the job, as in Syria and Ukraine, Russia does not win Washington’s friendship, but extends to Washington yet another run at prevailing in the conflict that Washington initiated. Washington will not slack off until Washington is halted in its track, something that Russia does not seem willing to do. Consequently, Washington continues to drive the world to nuclear war. When will the Russians notice that literally everyone in the Trump regime is issuing threats to Russia - Mattis, Tillerson, Nikki Haley, government spokespersons, the UK PM and UK Foreign Secretary. Yet the Russians still speak about their “partners” and how much they want to get along with the West. There is no prospect whatsoever of the British going to war against Russia. The entirety of the UK would be instantly wiped out, yet the UK PM issues ultimatums to Russia. Here is what Finian Cunningham has to say about the British prime minister threatening Russia: Given their inveterate anti-Russian agenda, the British authorities have much more vested interest in seeing Skripal poisoned than the Kremlin ever would. And while we are in "who done it?" mode, another important possible lead is this: if Venomous Agent X (VX) was used to harm the former Russian spy, the perpetrators would have had a convenient source by which to carry out their deed. Britain's top secret chemical weapons laboratory at Porton Down is only six miles away from the location in Salisbury where Skripal and his daughter were apparently attacked last Sunday afternoon. Porton Down is the laboratory where VX was originally synthesized in the 1950s. It remains one of the most deadly chemical weapons ever made. And it is as British as afternoon tea. That's motive and means. But, hey, who needs logic when Russophobia is the name of the game? The entire Western world is insane. As Michel Chossudovsky says, the Western politicians and presstitutes who serve them are driving the world to extinction.  Note: It appears that the military/security complex is closing its grip on the Trump regime. Secretary of State Tillerson has been fired and is being replaced by CIA Director Pompeo. Gina Haspel, the new CIA Director, is the person who oversaw the CIA’s secret torture prisons in Thailand.

14 марта, 19:43

Лондон тоже намерен порвать Россию «в клочья»

Британия высылает сотрудников посольства РФ и грозит экономическими карами

13 марта, 16:56

World War 3 Is Approaching

World War 3 Is Approaching “In a nuclear war the “collateral damage” would be the life of all humanity.” — Fidel Castro Paul Craig Roberts The Russians, in their anxiety to show the West how friendly they are, left Washington with a toe hold in Syria, which Washington is using to reopen the war. The… The post World War 3 Is Approaching appeared first on PaulCraigRoberts.org.

Выбор редакции
12 марта, 23:17

На Кубе состоялись "парламентские выборы"

Парламентские выборы в Национальную ассамблею Кубы важны - это проверка власти

12 марта, 12:03

Full Transcript: Chuck Todd

Subscribe to The Global POLITICO on Apple Podcasts here. | Subscribe via Stitcher here.Susan Glasser: This week on The Global Politico, our guest is Chuck Todd, the host of “Meet the Press.” And our subject is a a pretty simple one that can be boiled down to this: What’s it like to be randomly called a son of a bitch by the president of the United States on a Saturday night — and keep doing your job?First a little explanation is probably in order. We’d been working on arranging this conversation for a few weeks; I’ve known Chuck for years and consider him on one of Washington’s best political handicappers — not to mention an excellent and insightful Trumpologist of long standing. I thought we’d talk Trump, the 2018 midterms and 2020 presidential election, and give some insight into covering this most unusual of White Houses amid the chaos and upheaval of the last few weeks. As you’ll hear in this conversation that we recorded Friday afternoon at NBC’s studios on Capitol Hill, we did in fact cover all those topics and more. We also talked about what it’s like to be attacked by Trump — and his longstanding obsession with Chuck, which goes back years. The next day after our interview, President Trump pounced on Chuck again, calling him a “sleepy son of a bitch” in the middle of a Saturday night campaign rally in Pennsylvania. The comment came from nowhere but then again seemed perfectly consistent with what we had already talked about the day before. Covering Trump, as you’ll hear in this week’s Global Politico with Chuck Todd, is a constant high wire act. We've talked about doing this for a long time, but I'm so glad that we're doing it right now. We can mention that you, in your capacity as moderator of Meet the Press, accepted a really big and important and timely award last night, the First Amendment Award. Tell us about that. Chuck Todd: Well, it's from the Radio, TV, and Digital News Foundation. They added the "D" I want to say about 10 years ago. But the whole point is honoring this award, just who helped sort of defend the First Amendment or encompass the First Amendment. And they gave the award to Meet the Press as an institution and look, it is—today's political journalism on television, if you go back and say, "Where's the cornerstone?" If you think of it as a building, right? The first building block is Meet the Press. It really is, like the idea of a televised press conference. That's really what it billed itself as; "America's press conference on the air" was the way Martha Rountree would even talk about it. And so in that sense, yes, it is. I mean, everything we see on television when it comes to political news is a derivative at some point of that first idea of Meet the Press. Glasser: Well, it's a hell of a franchise, but it's also a hell of a moment in Washington. You referred to it last night in your speech, that "this is our Iraq War moment." What did you mean by that? Todd: I've had these conversations with younger journalists quite a bit of the last 18 months on this moment that we're all covering and the importance of getting it right. No matter what you think, look, there's no doubt about it; this is an unusual moment in our politics, in the presidency, but it's in some ways, bigger than Donald Trump. Obviously, Donald Trump got elected taking advantage, essentially of this divided moment in time that we're in, both culturally and all of this stuff, and so— Glasser: He's a symptom of the crisis, not the crisis. Todd: That's right, 100 percent. But when it comes to our role in this as the press corps, our credibility is being challenged now by the president a lot, by some of his supporters quite a bit. And maybe it's a tactic; maybe it's the same-old, same-old. But one of their strongest arrows in their quiver is the media's coverage of the Iraq War, and so we can't afford to get a big story wrong basically twice in a decade. Twice in, I guess, a generation. The collective press corps coverage of Vietnam and Watergate gave the media its credibility. If we blow this moment, it could be something that we'll pay a price for a generation. Glasser: I have to tell you, I've been really invigorated as a consumer of news and not just a journalist myself, to watch the return of aggressive original reporting to outlets like NBC, CNN. But NBC; in particular, MSNBC. You guys hadn't really been in that business. Todd: No, there's no doubt. And I think part of this is an acknowledgment of platform neutrality, right? It's like we fell into this role for about 25 years of print did the reporting and television did the explaining. Glasser: That's right. You were talking about it. Todd: That's right. We helped viewers understand while the others did reporting. And if you notice over the last decade or so, a bunch of us print folks went to television. A bunch of print folks either went on-air into television, or off-air into the executive role. So we came from a reporting background and we're all going, "Why aren’t we reporting? Why don't we do this?" And suddenly the barrier to entry to get into this game, for us to compete with The Times or The Post; it's much lower and frankly, we have this huge platform where we could grow an audience really fast, digitally in particular. And especially, look, if we're going to get held accountable for other people's reporting, we might as well be held accountable for our own reporting. It's hard enough to defend your own reporting. It's tough when you're reporting on somebody else's work and you don't know if it's good or bad. Glasser: Do you worry at all about that? Do you have the capacity, given the stakes that are so high? That you don't—look at CNN: had this trouble with an investigative reporting team that was building up, and not maybe having the editing infrastructure, the procedures in place or the backbone. The thing about The New York Times, right, is the iron-clad commitment to its journalists. Todd: Look, we have been concerned. I would like to think and I'm not going to judge how other news organizations have done this as they've sort of spread their wings. You have us on television spreading our wings into digital reporting and you have The New York Times talking about starting a TV show. So we're all— Glasser: And here we are broadcasting on an audio platform. Todd: That's right, an audio platform. I'm very mindful of this. Myself and another colleague, Dafna Linzer, who I know you know very well. Excellent journalist and Washington Post alum as well. She and I work on this very closely together. We try to basically say, "We're trying to hire smart and grow smart." So we're not trying to just throw numbers at this and throw reporters. And I think that is the danger when you're trying to be a startup news organization is that you suddenly—I think we have the luxury of being precise; a little more precision when you add a new reporter to this and decide, "All right, we're going to create a team that is on national security." And we're going to create a team here and you sort of build it slowly. You don't try to be The New York Times immediately. I think the danger that other news organizations are kind of—I think it’s just too much too soon without putting in— Glasser: Right, throw an army at the problem. Todd: We are trying, like, "Okay, what's our editing process if we're going to add these four?" And so we have been trying to grow smart. The other thing is I don't want to over-hire because I've had to lay people off in a previous life. Not at this organization, thankfully, but I've had to do that at a previous job. It's no fun and so I'm hoping that we're hiring people and you're hiring jobs on a permanent and a sustainable permanent basis. Glasser: Okay, so let's talk about that. So Trump is a risk for journalism, but in a way, he's also been a benefit for journalism. First of all, the guy loves the Sunday shows. He must be the last guy who talks about the Sunday shows. Todd: Now it’s getting everybody—look, there are two ways to look at Trump if you're a journalist. You can look at him as this thing that's challenging the very institution and the First Amendment, or he is bringing more interest in what we're doing. He is engaging more people in civics. Now, we can have a debate about how it's being done. We can have a debate about all of those things, but it's at the end of the day, it's bringing more people to want to learn. So it's an opportunity. We've got to think of it as an opportunity to continue to gain credibility with new eyeballs all the time. Which is why it is a risk because more people are watching, and unfortunately, the margin for error is much smaller. We live in a society that roots for failure collectively. I hate to say that on social media. Glasser: That's a depressing point. Todd: It is, but there is like for sport— Glasser: No, I think you're right. Absolutely, the blood sport of politics in general, which has always existed, has also become more tribal, which means that there's more— Todd: But it's a blood sport in life. Look at how we collectively enjoy humiliating somebody who maybe says the wrong thing on Twitter and we decide, "Oh, this can just”—and you've seen these extreme examples where somebody tweeted something inappropriate. They get on a plane, they get off, and they've been fired from their job, right? It's like you pile on to the point. So the outrage machine certainly makes it where we have a smaller margin for error. So as we continue to expand in what we want to do, we've got to think about that. Look, when CNN makes a mistake, you and I pay for it. When I make a mistake, you pay for it. The point is, unfortunately, we don't own our own credibility. We're collectively in this and I want all of my colleagues to think about that. I think about it every day. I know there are certain things that if I say that I might want to tweet, but I know it doesn't reflect on Chuck Todd; it reflects on NBC News or it may reflect on the political press corps. And I don't want to do that. I don't want to hurt somebody else's credibility by making a snarky mistake. Glasser: Well, so will the administration, it seems that the president is so focused on Fox and you have really a transformation of one network into—people joke about the state TV and the like. How much do you feel like they will participate in Meet the Press? That they are genuinely journalistically engaged, or if not, does that liberate you to come at the problem from more different vantage points? It used to be very access-driven kind of TV? Todd: Yes, it was access-driven. I tell you, I cringe at the accusation of access journalism and I understand it. And it's like, look, I have— Glasser: Just to be clear, that was in the past. Todd: The sense of you want to—the Sunday shows looked at themselves as, okay, they're a conduit for the administration so that we know what's going on and we're there to question them as they come on. So yeah, I would say there's less of that; there's less of a feeling of that. If he comes on, great. If I never interview him again, that's too bad. But I don't think we should be in the business of begging for anything. Glasser: Now, President Trump does have a—he's had his issues with you. Todd: Yeah. Look, I've always chalked it up to a couple of things. One is NBC is his home network—for him. Okay, everybody—we all grow up with a home network. I actually—and I'm not just saying this for PR purposes; the very reason my parents went and got—my mom wanted a color TV. We never had a color TV. My mom really wanted a color TV. She goes, "I just want to watch the Today Show in color once." And she just wanted to see the Today Show. It was all about that. And so my dad was a Cronkite guy and a Brinkley guy. So it meant we were CBS and NBC. Trump has just been a—NBC is his home channel, for New Yorkers, especially of his generation. The Today Show is a home place. So NBC is his home. Never mind the connection with The Apprentice. So he watches. So I've been in his consciousness. For a long time, he used to call me up and be upset because I wasn't taking the idea of him running for president seriously in 2011. And we would have these half-hour conversations regularly and I would sit there and I remember one time with Savannah Guthrie and I, we literally put him on mute going, "Does he have other things to do but call?" We were just confused but he does care and I do think it's NBC related. I don't think it's me personally. Because he once said, he goes, "Come on. We're colleagues. I make you a lot of money." I'm like, "What?" Glasser: That's so revealing. Todd: It is more of a, "Aren't we all on the same team? You're NBC, I'm NBC." And I think that's his—look, he's a transactional mindset so I think that's what he believes. Glasser: And so any interaction since he's been— Todd: Yes, I've had actually quite a bit of off-the-record interaction. Always, very respectful, always very interesting. There was one thing that leaked out on one during a group meeting where he in one second called me a monster and the other second going, "And I love this guy." Or, "He's fun." Or whatever, but he goes, "But man, you turn on the TV and you're beating the heck out of me." So it's this—he doesn't want to scorch the Earth yet with me. Glasser: Which is the paradox in general of Trump and the press, which is that on the one hand, there's this unprecedented, rhetorical assault in your daily—both from him, his press secretary, and yet on the other hand, his level of engagement with it remains very high. Todd: The one-to-one engagement is. "You're so unbelievable. I just don't know why you're so tough on me." Or, "Don't you think I'm doing well? What do you think?" It's the oddest conversation. He's begging for compliments sometimes. "Isn't my economy running and humming? Isn't this great? Don't you think I made a good decision with this person?" It's always a fascinating way he tries to—and I always am careful. I'd like to think we're off-the-record, but I never know when he thinks we're off-the-record. Glasser: Well, and then there's the thing with him and his advisors don't seem to know that either, which has gotten him in trouble. Todd: There is a part of this I do think that and I think there's a growing—it's funny how you can watch conventional wisdom form. And you always feel like—I always say, “We all”— Glasser: That's our contribution to the-- Todd: We all crap on conventional wisdom correctly, right? But it's conventional for a reason: it's usually true. Okay? My joke was at Hotline, "We were wisdom before it was conventional." But there is this—you could feel it jelling because I think there's some truth to it, that those of us that have watched him very closely, he's getting more and more comfortable shooting from the hip and conducting his presidency by his gut. I think this last week; these last 10 days of him is the presidency he's dreamed of doing, of being. "Yes, oh, there's the little scandal over here. Well, that will entertain the troops over there. But, look at everybody's begging me to save them from the tariffs, but I'm getting tough and the steelworkers love me and look, Kim Jong-un wants to meet with me. I'll be able to handle this." If you think the last 13 months have been tumultuous, you ain't seen nothing yet. Glasser: Yeah, I'm totally with you on the "you ain't seen nothing yet." That one of the things about Washington elite consensus that, you and I both know, it's right for a perilously small moment and then it's wrong and just figuring out at the moment in which it's right and all of the rest of the time when it's wrong. But in this case, I think both of us have struggled with the idea. People keep thinking there's going to be some normalcy or some routine and the idea that it might not get crazier has not really entered into people's minds enough. Todd: Well, and it depends what you think is crazy, he thinks is successful. Glasser: Right, correct. Todd: And this is a dichotomy. Many of his West Wing advisors actually come from a more traditionalist point of view. That's why you have the Rex Tillersons of the world. "These are not negotiations." Which is exactly what Susan Rice said they shouldn't be. There's this conventional view when it comes to the Korea issue, which is, they're informal talks, and he's sitting there going, "What are you guys talking about?" And he's going back to his gut going, "I can handle this guy." And this is exactly what he said he'd do. So that's why I look back at these 10 days and think, "We're looking at it and saying, "Oh, my God. This is the most chaotic. Who knew it could get like"—we keep saying this can't go over 11 and it's 12, to 13. He's going, "Finally, it's the presidency I've been dreaming of." Glasser: Yeah, that's a really interesting frame to put around it. So back to your role as a—you're a great interpreter and Trumpologist, if you will. But as a Sunday show moderator and now you also have the Daily show as well. You have multi-platforms. You have your newsletter as well— Todd: You have to. Just like you do. Glasser: That's right, but you're not going to get Rex Tillerson and Jim Mattis. In the past, you would have spent a lot of time kind of working the system and lobbying people. Todd: They don't want to go on. It's they don't want to go on. What we have noticed is quite a few people who either work—either have to feel aligned with the White House or traditionally are supposed to be aligned with the White House or work in the executive branch don't want to be put in the position of having to contradict the boss or having to defend him maybe in something they're uncomfortable to defend, so they just say, "You know what? Not available." Glasser: So that's an interesting dilemma. Do you have any policies, formal or informal, about the kinds of people that you'll have on representing Trump? There is the issue also of credibility and truth. A lot of people didn't want to have Kellyanne Conway back on after she talked about “alternative facts.” What's your view of that? Todd: Look, I try to put myself on Sundays not—I try to remove my own personal view of whether a person is credible or not and I try to say to myself, "I want the viewer to have the White House perspective. Can this person do it credibly or is it going to be a rabbit hole and a waste of time?" So that's the way I view it. I don't have any singular ... on any individual person. There are some things that you would have certain people on because they will go deep on that issue and then you're like, you're not just going to generically have them on because they're just going to fight you and it's not going to be good for the viewer. And ultimately, what I don't want to do—and this happens a lot more on cable and I'm glad to see my Sunday show colleagues don't do this—is put people on just because you might do something to go viral. That's a cable trick, it's a clickbait trick, and we hate that. We know what it is. Glasser: We can talk about Sam Nunberg later. Todd: No, and it's like when I see the Anthony Scaramucci interviews sometimes and you're like, "What's he doing? Is he really"—but people are interviewing him as if he's been this integral part of the Trump Organization. I think there are certain times that he is a relevant interview as sort of understanding maybe Donald Trump the person or what the New York investment crowd thinks of him. But I think you've got to pick your spots. Don't just do it to do it. And I think that's sort of the mindset to have. Glasser: Right, so you're not trying to kind of troll us on Sunday mornings? Todd: Right, I wouldn't troll. Right, everybody, I want to put on there—number one, I want everybody to feel as if their point of view is represented at some point and I want everybody to feel uncomfortable for five minutes at some point in their own point of view. Glasser: But what if they're lying to you? Todd: Look, it’s no crime to lie to the press, which has been a dilemma we've all had for a long time, especially when it comes to going deep on the Mueller probe, when you ask certain questions when you interview, whether it's a Roger Stone or a Corey Lewandowski or a Reince Priebus. And you find out later maybe that they contradicted something with Mueller, and it's like, "Boy, I wish I could put them under oath." I'll tell you this: when I catch somebody lying to me, that's it. I never use them as a source again. Glasser: So they won't come back? Todd: Correct. Glasser: And have you had that happen? Todd: There is not somebody who's lied to me on camera but there are people I won't put on because they've lied to me as a reporter. Glasser: Well, if anybody's listening to this, consider yourself on notice. If you lie to Chuck on camera, you're not coming back. Todd: Let me ask you, Susan. I mean, will you ever use a source again if you caught them lying to you? Glasser: It's a huge problem, because we both know that there's no monopoly on truth in Washington and it's not about party, it's not about—I was just talking with somebody the other day, interestingly related to Russia and this investigation about a situation, where clearly, somebody who is very well-known—one of two people is not telling the truth and these are people that you've talked to, that I've talked to. If you don't want to talk to anybody in Washington who lies, you're not going to be talking to people. Todd: No, it's true. But I've had somebody who I consider a friend lie to me once so I won't use him as a source anymore, and yet, he's still a friend. In a weird way, but it's like, they thought they could take advantage of our friendship and I called them out on it and it led to an uncomfortable moment. I've let the friendship recover and this person probably doesn't realize; I've never used them or asked them to be a source again. Glasser: Do you believe that there is something that distinguishes the Trump Administration or perhaps just the president himself in the level and degree of their misrepresentations? Todd: No, I actually think this has been a problem that has been eroding or evolving or metastasizing, I don't know. Glasser: Truth eroding, metastasizing problem. Pick your metaphor. Todd: Yeah. Trump doesn't have a monopoly on this, but we have had, I would say over the last five years, there's a new, younger generation of political operatives that believes myths of bias. They believe the myth that—particularly on one side of the aisle—that believe the myth that we're in the tank, against them. And actually try to approach me sometimes, "Well, I know you're not for this." I'm like, "What are you talking about?" They basically believe the BS that the Roger Ailes wing of the party created. That the mythology that all reporters are against conservatives, all reporters are against the Republican Party. Well, if you say that enough over a 35-year period and you'll get a bunch of people to believe it and there's a whole new generation of operatives and of staffers who are much more antagonistic to the press. And by the way, while it mostly a phenomenon on the right, it is a growing phenomenon on the left, and so it's the constant degradation of the press that over time—and you know what, I actually think it will be healthier. I do think in general that the collective press corps in Washington and the Washington power brokers were too cozy. Glasser: The clarification of rules is what's happening now. Todd: And it's like, I don't think being at a dinner party with somebody that I cover is a big deal, but I see why it looks bad to others, right? I'll tell you something I've changed over the last—ever since I got this role and this was before Trump—this was from last year. I'm not going to many Washington events where the old traditional mingling between the powerful and the press. Part of it is, I'm just tired and exhausted and my kids are at a certain age that I just want to go home and hang out with them. But I also think rebuilding the wall is important to the public and that's something we owe. Glasser: It's very interesting you say that. Peter, my husband, who is the chief White House correspondent for The New York Times, that's really his view as well and again, this predates Trump. The New York Times, as you know, has this policy of not even going to the White House Correspondents Dinner and there's some grumbling about it in a sense that I don't think anybody thinks they're going to be kind of bought off by attending an event like this. Todd: Right, and they're not. Glasser: But the flip side is that I think where it is in clarifying the roles and helping people to understand that we call it like we see it, regardless of what party is in power. That is the value that you and I grew up with. Todd: And by the way, though, it is true; once you get to know somebody, you do soften up on them. And you do want to give them the benefit of the doubt, because guess what? We're humans. Glasser: That's why Donald Trump wants to have those off-the-record interactions. Todd: Right, we're all human beings, we're all human beings. And look, I do try to put myself in the shoes of the people I cover in a human way. To understand better of why they might have made the decisions that they've made. I do constantly think about that. I think about it with viewers. I think about it with the people I cover, with the interviewees, because I think that helps broaden how you ask questions and things like that. Let me put it another way: I think we in the press corps need to not care if people don't like us. I don't care. Glasser: Remember that famous scene in Broadcast News where Albert Brooks is getting beat up by the other kids? A future TV news reporter. Todd: Yes. Glasser: Listen, 2016, just when it comes to politics, clearly people all around this town are still collecting themselves to try to figure out, "Did we just misunderstand how elections are going to work in America going forward?" You've always been one of my go-to people when it comes to just understanding in a way most journalists don't the nuts and bolts of American elections and how they work. That's where you came up through Hotline. Have we recovered our sense of how American politics works? Was that an aberration? Has it caused you to do anything differently? Todd: Well, I'll tell you, it has a little bit. I'll say this: we're in the middle of a political realignment, but the two parties aren't there yet. Okay, that is a fact and that is why there—I think part of the reason we're in the tumult is that the public is realigning but the parties have yet to and they're struggling to catch up. And I think obviously, it'll take the millennials to decide what the parties are going to be and I think we kind of see an idea, but we may be a good 20 years away before we have a good sense of which party is the party of international realism and which party is American nationalism, right? Some form. Which one is the inward party, which one is the outward party? Which we always have had, and it can go back and forth. There was a terrific piece by Matthew Continetti in the Washington Free Beacon about the comparisons of William Jennings Bryan and McKinley and those coalitions and what would have happened had Bryan won? Because Donald Trump is William Jennings Bryan 100 years later. Glasser: Right, but he evokes McKinley, which is hilarious. Actually, just the other day. Todd: It is funny, right. But it is sort of in that same way and that period where William Jennings Bryan sort of was the populist hero to rural America, the Republican Party became the dominant entity in America in the cities and in the urban areas and among intellectuals and elites. It looks like we're going down the other road, except Democrats aren't quite sure what they are yet and Republicans are still trying to figure out. So I think we're in the middle of this realignment, which tells me that I think there's still more uncertainty to come. I used to say it's possible 2016 is a black swan, but I also believe we're going to look back on 50 years and look at the fact that we've had Congress change hands multiple times, that nobody can get more than 53 percent in the presidency. What are we up to like seven straight? Really not since Bush '88. We're paralyzed as an electorate, so why are we surprised that our politics are paralyzed? And I think that we're not quite sure where to go as a nation yet, collectively the populace. So I think sometimes people still have to tell us which way they want to go. Glasser: So when you look, though, at the numbers, right? If you analyze the fundamentals, it would suggest that Republicans are in line for pretty much of a thumping, as George W. Bush would call it. Todd: Yeah, the question is: Is it going to be a good Democratic year or a great Democratic year? I think that's a fair thing to say about '18. But what's 2019 going to be with a Democratic House, a Republican Senate, and a Republican presidency? It's probably going to look a lot like the second term of Obama, which is a lot of noise and not a lot of action. Glasser: But with Mueller thrown in. Todd: With Mueller thrown in. Look, to me, the big wildcard of 2018 is the impeachment message. Does Donald Trump run on it? I always actually have believed that Donald Trump would be most likely to embrace it, saying— Glasser: Not the Democrats? Todd: Meaning, "They want to impeach me. If you give them this, they're coming after me." Glasser: Right, if you want to keep me, you've got to— Todd: Yeah, make it a referendum on his presidency. Make it a referendum on impeachment. What's interesting is I've had these conversations with strategists on both sides. Democrats are petrified of impeachment—of the impeachment message. They're petrified. Glasser: I know. I just did a piece of Jerry Nadler and it's clear. Todd: Republicans, they're not running to embrace it, either. Don't get me wrong. And I think that the president may grab onto it and put them in a box. But it is interesting that that is a—that's the hanging meatball that's just hovering over 2018. It's not just the Mueller probe, but how the president politicizes and uses the Mueller probe. Does he try to use it and say, "They're coming to get me." And is that the way he gets his base out? Glasser: Any early handicapping on people you think might be effective at running against Trump in 2020? Todd: It's interesting to watch Joe Biden be the only Democrat that the Democratic candidate in Pennsylvania invited. The only one with presidential ambitions that Doug Jones down in Alabama invited to him. So we have gotten this little Biden-Trump preview at least in Pennsylvania, which feels as if anybody could match up against Trump, right? But for the life of me, I don't know how Biden gets through the Democratic primary. How he survives what feels as if it's a party that wants to have this debate, that wants to have this. Look, we're in an identity crisis, let's figure it out type of debate. I think that party wants to do that, which means this could go any number of directions. I think the person's first name is not "senator." Other than that, I don't know and I say that because I just think the Democratic electorate is going to gravitate to a non-Washington person. I think that's going to be the place to be, even though there's so many popular senators, or even former senators or former Washington people sitting out there: a Biden, a Warren, a Sanders. But I think you're going to see a lot of voters kick the tires on the Steve Bullocks, on the Mitch Landrieus, on Eric Garcettis, on maybe whoever wins the governorship in Florida or whoever wins the governorship of Ohio. We may not be talking about—we may not even know—the Democrat who may end up the nominee in 2020 right now may not think they're running yet. I think the potential to easily sort of surge on the Democratic side is that great. Glasser: It's almost like a Bill Clinton coming from a Mario Cuomo not running. Todd: Right, which is why you're going to see everybody run. Like, you've got this guy, John Delaney nobody's ever heard of. Glasser: There's no downside. Todd: I don't write him off. I remember everybody laughed at Paul Tsongas. He announced three years in advance. I think he announced sometime in the late '80s and he ended up running in '92, right? Glasser: Of course. You and I are the only ones who remember the Tsongas candidacy, but it mattered for— Todd: I actually can do Paul Tsongas. I used to do an imitation of him… And literally, there are three people who will remember. Glasser: Everybody's dad loved Paul Tsongas, right? Todd: Paul Tsongas, “I'm not going to be your pander bear.” Glasser: Pander bear? The Pander bears. Todd: Your poor producer here. She's like, "I think it's funny that he's doing Kermit the Frog. I just don't know why." Glasser: She's like, "Who the hell is"— Todd: But yes. Glasser: But by the way, Bill Clinton was kind of a pander bear, right? Todd: He was, and Paul Tsongas did sound like Kermit the Frog. But the point is that he was totally dismissed and laughed at and he became—had he not had his own health issues, he might have taken Clinton all the way to the convention. So I don't laugh at a John Delaney. I think voters are going to kick the tires on a lot of candidates. Glasser: That's going to be the headline out of this podcast: "Chuck Todd says John Delaney has a good chance in 2020." Todd: And I also think that it's possible the Democrats go way left with their nominee, Trump alienates this certain— Glasser: A McGovern scenario. Todd: Ben Sasse, primarying him and making his life miserable. I'm not going to write off the idea of John Kasich as an Independent. If you have something that's way left versus right or this idea that there's this vast middle here and a John Kasich could convince, say a Claire McCaskill to run with him—I'm just sort of spitballing here and I'm not—where you get this sort of coalition of left-right, but sort of center-left, center-right. I think particularly millennials are more open-minded about where to go here. There's a lot more opportunity for new candidates and Independent candidates to make noise. Glasser: Maybe Macron can win. Todd: Macron. Glasser: Macron. Todd: Look, that happened there. Their system makes it easier for a Macron to come out of nowhere. They have a system that's a little easier to come out of nowhere. I wouldn't write off a come-out-of-nowhere scenario. Glasser: Well, I know you have to go do one of your many other things, which is hosting a daily show. I want to ask you: if you could have anybody on your Sunday Meet the Press— Todd: Oh, I hate this question. Glasser: You hate this question, so— Todd: No, no, go ahead and ask it. I'll admit it. Glasser: Just tell me the answer. You hate this question because there are so many people you'd like to talk with. Todd: There is that and there's always personal— Glasser: Kim Jong Un. Todd: Yeah, there's personal itches I want to scratch at. Glasser: That's who you want to talk? Todd: I really wanted to interview Fidel Castro in my lifetime. I did. I grew up in Miami. He was such a towering figure. So for me personally, I just missed it. Maybe in the late '90s, had I been a generation sooner, I maybe would have had a chance at it. But that's the one that I wish, just personally. I'll tell you what my daughter asks for. She said, "What will it take to get Taylor Swift on Meet the Press?" And I said, "Well, she has to think about running for president." And she goes, "Well, she might." And I said, "You know what? I'm not writing it off." Glasser: So your daughter will end up running her campaign and— Todd: My daughter, I'll tell you, if Taylor Swift announced tomorrow, my daughter I think would try to run Virginia for her, that's for sure. Glasser: She's a brilliant eighth-grader, right? Todd: Yeah, just like your brilliant eighth-grader. Glasser: Exactly, we have a nice match— Todd: Eighth-graders in common, yes. Glasser: Exactly. Lucky us. Todd: What a weird—teenagers. Ugh. Glasser: My motto to Theo is, “Nobody ever loved eighth grade, so it's okay.” Todd: That’s right. Oh, the drama and what you want to tell them, you know, "This is nothing." But they don't believe you. Glasser: Then again, they watch President Trump and maybe that gives them a sense of perspective. Chuck Todd this week on The Global POLITICO. Thank you so much. This is a fantastic conversation and thank you to all of our listeners. Todd: Thanks, Susan.Glasser: Thanks.

01 апреля 2017, 14:23

Виктор Ахломов – классик советской и российской фотографии

Оригинал взят у durasik в Виктор Ахломов – классик советской и российской фотографииОригинал взят у ymorno_ru в Виктор Ахломов – классик советской и российской фотографии«Перед зеркалом», 1971 годВиктор Васильевич Ахломов – один из самых известных советских и российских фотокорреспондентов. Родился 15 марта 1938 года. Окончив курсы фоторепортёров при ЦДТ, в 1960 году пришёл в газету «Известия», где проработал уже больше полувека.Виктор Ахломов – почётный член Союза фотохудожников России и обладатель многочисленных отечественных и международных наград, среди которых четыре премии всемирно известного конкурса «World Press Photo» (с 1973 по 1976) и награда «Золотой глаз России».Виктор Ахломов уверен, что среди всех жанров фотографии самый главный – фоторепортаж, отцом которого считают Анри Картье-Брессона. То есть не простой репортаж, а то, направление, что называется «Решающий момент», когда в кадре настолько жизненная картина, что она обобщает мировую ситуацию любви и ненависти, страдания и блаженства. И тогда неважно, где сделан снимок. Он потом живёт вечно.Ахломов – хроникер советской и постсоветской эпохи. В своих живых и искренних фотографиях он запечатлел уличные моменты, митинги, важные общественные события и многих известных личностей. Среди них: А. Ахматова, А. Вознесенский, Б. Ахмадуллина, Б. Окуджава, Ю. Гагарин, Ю. Никулин, Р. Рождественский, А. Солженицын, К. Чуковский и др.Каток в ЦПКиО им. Горького, 1950-еКомсомольская площадь, 1955 годЦПКиО (набережная), 1957 годКомсомольская площадь, 1957 годМотобол, 1959 г[i]од[/i]8 Марта 1959 годЛужники. Метромост. 1960 год«Белая ночь в Москве», 1960 - 1961Красная площадь утром, 1960 - 1962Здание Госплана. Охотный ряд, 1960 годВыходной, 1960 годЗима. Памятник Владимиру Ленину, 1960-еМужчина с девочкой на руках, 1960-еМальчики в буденовках, 1960-еМужчина на костылях и мальчик, 1960-еИван Козловский во время выступления, 1960-еВ магазине «Кинолюбитель», 1960 г[i]од[/i]Ленинские Горы, 1960 годСокольники, 1960 годВ секции абажуров ГУМа, 1960 годБолельщики на заборе, 1960-е«Грачи прилетели». Весна в парке МГУ, 1960-еЗастолье, 1961 годЮрий Гагарин и Никита Хрущев, 15 апреля 1961 годЛенинский проспект, 12 апреля 1961 годНикита Хрущев, Герман Титов, Юрий Гагарин, Михаил Суслов и Леонид Брежнев, 9 августа 1961 года«На высоте», 1962 - 1964«Осеннее солнце», 1962 - 1964На реке, 1962 - 1963В мастерской у Льва Кербеля, 1962 годЯрославские девчонки, 1962 годЮрий Никулин и Михаил Шуйдин, 1963 годЮрий Никулин, 1963 годОсенний мотив, 1963 - 1964Лев Яшин в воротах, 1963 годАндрей Громыко, Фидель Кастро, Никита Хрущев в ГАБТе, 1 мая 1963 годСибирь.Кондинский леспромхоз, 1964 годСибирь. Аэропорт Сургута, 1964 годМарлен Дитрих в Москве, 21 мая 1964 годЮрий Гагарин и Эрнесто Че Гевара, 11 ноября 1964 годГолуби. Продавщица семечек, 1965 годГимназисты, 1965 годСоловки. Семья Кучеровых, 1966 годРыбак дед Кучеров, 1966 годСоловки, 1966 годДедушка с картошкой, 1967 год«К Ленину», 1967 годУ Мавзолея, 1967 год«Любить иных - тяжелый крест!...» («Где только не ступала нога человека»), 1967 годВДНХ. Стрижка овец, 1968 годСибирь. Тарко-Сале. Улыбка Севера, 1968 годПожилой мужчина и трое подростков, 1970-еСолдат, 1970-еДвое, 1970 годВ Сандуновских банях в день рождения Анатолия Елисеева. Из серии «Баня», 15 - 30 апреля 1971 годВ Сандуновских банях в день рождения Анатолия Елисеева. Из серии «Баня», 15 - 30 апреля 1971 годВ Сандуновских банях в день рождения Анатолия Елисеева. Из серии «Баня», 15 - 30 апреля 1971 годАнджела Дэвис в «Известиях», 1 ноября 1971 годБерегите природу - мать вашу, 1972 годИлья в бане. Из серии «Баня», 1972 годКомбайнеры на отдыхе. Из серии «Хлеб наш насущный», 1972 годАлексей Петренко, 1980-еУ воды, 1980 годБабушка Прасковья из деревни Станы, 1981 годПраздник семьи, 1981 годПраздник семьи, 1981 годИз серии «Дети Арбата», 1983 годКурский вокзал, 1989 годВернисаж, 1989 годЛариса Литичевская. Московская красавица - 89, 1989 годМитинг на Манежной площади, 23 февраля 1991 год50 лет Победы! 9 мая 1995 год

26 ноября 2016, 21:45

Завещание человечеству. Последние речи и статьи Фиделя Кастро

Фидель Кастро Рус – это человек, который навечно встал в ряд величайших преобразователей человечества, направивших его на путь добра и справедливости – Исус Христос, Ленин, Сталин, Мао, Фидель Кастро, Че Гевара – это иконы революционеров, взорвавших старое, отжившее, несправедливое и осуществивших прорыв в будущее. Когда Фидель начинал свою борьбу – ситуация на Кубе была примерно как в ельцинской России – компрадорская власть, всесилие бандитов, мафия, нищета и бесправие народа и полное подчинение иностранному капиталу и США.Фидель превратил Кубу в легендарный Остров свободы, бросивший вызов мировым силам зла, победивший и вызывающий восхищение всех людей доброй воли. Муслим Магомаев / Куба - любовь моя https://www.youtube.com/watch?v=xKBNnHwg55I Куба - любовь моя,Остров зари багровой.Песня летит над планетой звеня -Куба - любовь моя!Слышишь чеканный шаг -Это идут барбудос;Небо над ними как огненный стягСлышишь чеканный шаг! Мужество знает цель!Стала легендой Куба,Вновь говорит вдохновенно Фидель -Мужество знает цель!Родина или смерть! -Это бесстрашных клятва.Солнцу свободы над Кубой гореть!Родина или смерть! Заповеди Фиделя Человечество жаждет справедливости.Революция — не постель из роз. Революция — это битва между будущим и прошлым.Жизнь без идей не стоит ничего. Нет большего счастья, чем бороться за них.То, что мы сделали, должно было научить нас, что невозможного нет. Ведь то, что казалось невозможным вчера, стало возможным сегодня. И поэтому ничто не покажется нам невозможным завтра.Бороться с непобедимым и победить!И таким борцом Фидель остался до своего последнего вздоха – о чем свидетельствуют его поступки и размещенные ниже в порядке обратной хронологии его последние выступления и статьи. Прощальная речь Фиделя Кастро Опубликовано: 20 апр. 2016 г.https://www.youtube.com/watch?v=paz0h5aMpOM В этом видео дикторы НТВ говорят недостаточно уважительно о Фиделе. Ну что ж, на то они и моськи, чего можно ожидать от антисоветских и антикоммунистических мосек того же пошиба, что Мединский, Сванизде или Поклонская!Текст выступления-завещания Фиделя Кастро размещен в кубинской правительственной газете "Гранма" под заголовком Emprenderemos la marcha y perfeccionaremos lo que debamos perfeccionar Мы снова отправимся в поход, и усовершенствуем то что нужно усовершенствовать.Живая легенда Фидель Кастро отметил, что возможно, это последний раз, когда он выступает в этом зале. Свою речь он произносил сидя, а тысяча делегатов съезда приветствовала его слова бурными аплодисментами и криками «Фидель, Фидель!». Глаза некоторых делегатов наполнились слезами. Русский переводВЫСТУПЛЕНИЕ ФИДЕЛЯ КАСТРО НА VII СЪЕЗДЕ КОММУНИСТИЧЕСКОЙ ПАРТИИ КУБЫ (полный текст выступления) Сверхчеловеческое дело, товарищи, – руководить любым народом во времена кризисов. Но иначе перемены были бы невозможны. Находиться на такой встрече, как эта, где собралось более 1000 – здесь объяснили, что девятьсот с лишним – представителей, избранных самим революционным народом, который делегировал им свою власть, означает для всех самую большую честь, какой мы удостоены за всю жизнь (аплодисменты). К этому присоединяется привилегия быть революционером, что является плодом нашего собственного сознания (аплодисменты). Почему я сделался социалистом? Точнее, почему я стал коммунистом? Это слово выражает понятие, самое искаженное и оклеветанное в истории со стороны тех, кто имел привилегию эксплуатировать бедных, обездоленных с тех пор, как те были лишены всех материальных благ, создаваемых трудом, талантом и энергией человека. С каких пор человек живёт в этой дилемме, бесконечно ли это время? Я знаю, что вы в этом объяснении не нуждаетесь, но, возможно, некоторым слушателям оно нужно. Я говорю это просто для того, чтобы было понятнее, что я не невежда, не экстремист, не слепец, и не приобрел свою идеологию сам по себе, изучая экономику. У меня не было наставника, когда студентом я изучал право и политические науки, среди которых экономика весит очень много. Конечно, тогда мне было около 20 лет, я увлекался спортом и любил подниматься на горы. Без наставника, который помог бы мне в изучении марксизма-ленинизма, я был не больше чем теоретиком и, конечно, полностью полагался на Советский Союз. На творение Ленина, попранное после 70 лет революции. Какой урок истории! Можно утверждать, что не должно пройти еще 70 лет, чтобы произошло другое событие, подобное русской Революции, чтобы человечество обрело ещё один пример грандиозной социальной революции, которая означала огромный шаг в борьбе против колониализма и его неразлучного приятеля – империализма. Возможно, однако, что самая большая опасность, нависающая сегодня над землей, проистекает из разрушительной силы современного вооружения, которое могло бы подорвать мир на планете и сделать невозможной на земной поверхности человеческую жизнь. Наш вид мог бы исчезнуть, как исчезли динозавры; возможно, пришло бы время для новых форм разумной жизни, или, может быть, солнечный жар усилился бы настолько, что расплавил бы все планеты Солнечной системы и их спутники, как полагают многие учёные. Если теории некоторых из них, небезызвестные и нам, непосвящённым профанам, окажутся верны, практичный человек должен знать больше и адаптироваться к реальности. Если наш вид проживет в пространстве и времени намного дольше, то будущие поколения будут знать гораздо больше нас, но сначала им придётся решить большую проблему. Как прокормить миллиарды людей, чьи реалии неизбежно столкнутся с ограниченностью запасов питьевой воды и природных ресурсов, в которых они нуждаются? Некоторые, а возможно и многие, из вас задаются вопросом: где же в этой речи политика? Поверьте, мне горько это говорить, но политика – в этих умеренных словах. Хоть бы многие люди озаботились этими реалиями, и мы не продолжали, как во времена Адама и Евы, вкушать запретный плод. Кто прокормит жаждущие народы Африки, не имеющие ни доступных им технологий, ни дождей, ни водохранилищ, ни иных подземных месторождений, кроме укрытых песками? Посмотрим, что скажут правительства, которые почти все подписали обязательства по климату. Эти вопросы надо постоянно вдалбливать в сознание, я же не хочу распространяться о них более необходимого. Мне скоро должно исполниться 90 лет (аплодисменты). Мне бы такое никогда и в голову не пришло, и я никогда не прилагал к этому усилий. Это каприз судьбы. Скоро я уподоблюсь остальным. Всем нам придет свой черёд, но останутся идеи кубинских коммунистов (аплодисменты), как доказательство того, что на этой планете, если работать с энергией и достоинством, можно произвести материальные и культурные блага, в которых нуждаются люди, и мы должны неустанно бороться для их создания. Нашим братьям в Латинской Америке и в мире мы должны передать, что кубинский народ победит (аплодисменты). Может быть, это одно из последних моих выступлений в этом зале. Я проголосовал за всех кандидатов, представленных съездом к голосованию, и благодарю за приглашение и за то, что оказали честь выслушать меня. Я поздравляю всех, и в первую очередь товарища Рауля Кастро за его великолепные усилия (аплодисменты). Мы выступим в поход, усовершенствуем то, что должны усовершенствовать, с беззаветной верностью и единой силой, как Марти, Масео и Гомес, и поход наш будет неудержим (аплодисменты). 19 апреля 2016 Фидель Кастро Рус Via ==============================================Брат ОбамаНам никаких подарков от империи не нужно. Мы будем предпринимать законные и мирные усилия, поскольку наша цель – это мир и дружба между всеми людьми, живущими на нашей планете. 29.03.2016Фидель Кастро Рус (Fidel Castro Ruz) Испанские короли послали к нам завоевателей, чьи следы остались на круглых земельных участках, выделенных золотоискателям в поймах рек. Отвратительная и противозаконная форма эксплуатации, остатки которой можно наблюдать с воздуха во многих местах страны.Современный туризм делает основной упор на красоту природы и изысканный вкус морепродуктов, являясь при этом составной частью капитала крупных иностранных корпораций, которые заслуживают упоминания лишь в том случае, если их доходы достигают миллиарды долларов на человека.Поскольку я вынужден затронуть эту тему, то должен добавить, в основном для молодежи, что мало людей осознают важность этого условия на нынешнем особом этапе человеческой истории.Не хочу сказать, что время утрачено, но замечу, что мы обладаем недостаточным объемом знаний и представлений —ни вы, ни мы- для того, чтобы дать ответ на вызовы современной действительности. Первое, что следует учитывать, так это то, что наши жизни — это лишь мгновения истории, которые необходимо совместить с удовлетворением основных жизненных потребностей каждого человека. Одним из его отличительных черт является завышенная оценка своей роли, но, с другой стороны, нельзя не отметить огромное количество людей, воплощающих в себе самые высокие идеалы.Следует сказать, что никто не является хорошим или плохим сам по себе. Никто из нас не создан для той роли, которую он должен взять на себя в революционном обществе. Отчасти нам, кубинцам, повезло, поскольку у нас был пример Хосе Марти. Я даже задаюсь вопросом, а должен ли он был погибнуть в бою у Дос Риос (Dos Ríos), когда сказал «пробил мой час» и пошел в атаку на испанские войска, засевшие в окопах. Он не хотел возвращаться в США, и никто не мог заставить его это сделать. Кто-то вырвал несколько листков из его дневника. Кто совершил эту низость? Несомненно, какой-то нечистоплотный интриган. Между командирами могут возникать разногласия, которые никогда не должны выливаться в нарушение дисциплины. «Кто попытается захватить Кубу, получит лишь пыль ее земли, обагренной кровью, если сам не погибнет в борьбе», заявил легендарный темнокожий кубинский генерал Антонио Масео (Antonio Maceo). Непререкаемы также заслуги Максимо Гомеса (Máximo Gómez), самого дисциплинированного и скромного военачальника в нашей истории.С другой стороны, как не восхититься Бонифасио Бирне (Bonifacio Byrne), который пришел в негодование, когда, возвращаясь на Кубу и увидев с борта корабля еще один флаг, помимо своего родного, воскликнул: «Мой флаг – это тот, который никогда не служил чужим интересам…». И тут же добавил одну из самых красивых фраз, которые я когда-либо слышал: «Если он распадется на маленькие кусочки, то однажды станет моим флагом. Наши павшие, воздев руки к небу, сумеют его отстоять! ». Я также не забуду пламенные слова Камило Сьенфуэгоса (Camilo Cienfuegos), сказанные в тот вечер, когда контрреволюционеры, засевшие на расстоянии в несколько десятков метров от нас, навели свои гранатометы и винтовки американского производства на галерею, где находились мы. Обама родился в августе 1961 года, о чем он сам сказал. С тех пор прошло более полувека.Посмотрим, однако, как мыслит сейчас наш высокий гость:«Я приехал сюда, чтобы оставить в прошлом последние пережитки холодной войны на американском континенте. Я приехал, чтобы протянуть руку дружбы кубинскому народу».И тут же хлынул самый настоящий поток суждений, совершенно новых для большинства из нас:«Обе наши страны живут в мире, освоенном европейцами». Затем президент США продолжил: «Куба, как и США, была создана трудом рабов, привезенных из Африки. Как и США, среди кубинского народа есть потомки и рабов, и рабовладельцев».В сознании Обамы совершенно нет места коренному населению. Он также ничего не сказал о том, что революция покончила с расовой дискриминацией, что она ввела нормы пенсионного возраста и зарплаты для всех кубинцев до того, как господину Обаме исполнилось 10 лет. Отвратительная расистская привычка буржуазии нанимать вышибал, которые не пускали чернокожих граждан в места отдыха и досуга, была отменена кубинской революцией. Кубинская революция войдет в историю благодаря той битве, которую она вела в Анголе против апартеида, положив конец наличию ядерного оружия на континенте с населением более миллиарда человек. Наша солидарность была направлена прежде всего на оказание помощи народам Анголы, Мозамбика, Гвинеи-Биссау и других стран, которые ранее находились под фашистским колониальным господством Португалии.В 1961 году, всего через два года и три месяца после победы революции, наемники, снабженные тяжелой артиллерией и бронетехникой, при поддержке авиации, подготовленные в США и сопровождаемые американскими боевыми кораблями и авианосцами, неожиданно напали на нашу страну. Ничто не может оправдать это вероломное нападение, которое стоило нам сотен убитых и раненых. Нет никаких свидетельств о том, что из проамериканской бригады мог быть эвакуирован хоть один наемник. Американские военные самолеты были представлены ООН как мятежные кубинские экипажи.Всем прекрасно известны военный опыт и мощь США. Американцы думали, что и в Африке революционную Кубу будет легко вывести из строя. Нападение с юга Анголы моторизированных бригад расистской ЮАР привело их в окрестности ангольской столицы Луанды. Так началась борьба, которая продлится не менее 15 лет. Я бы даже не стал об этом говорить, если бы не элементарное чувство долга, которое заставляет меня ответить на речь Обамы в Большом театре Гаваны имени Алисии Алонсо. Я не буду вспоминать подробности, просто хочу подчеркнуть, что там, в Анголе, в историю борьбы за освобождение человека была вписана славная страница. Можно сказать, что я надеялся на то, что Обама возьмет правильный курс. Его скромное происхождение и природный ум могли стать этому залогом. Мандела большую часть жизни провел в тюрьмах, но превратился в легендарного борца за человеческое достоинство. Однажды мне в руки попала книга, в которой рассказывалось о жизни Манделы и – о, неожиданность! – предисловие к ней написал Барак Обама. Я пролистал ее. Невероятно, каким убористым почерком вносил Мандела свою редакторскую правку, уточняя детали. Счастье знать таких людей, как он.Что касается ЮАР, то я должен вспомнить еще об одной истории. Я в свое время действительно очень хотел узнать, где же южноафриканцы достали ядерное оружие. Единственное, что было известно наверняка, это наличие у них не более 10-12 бомб. Заслуживающим доверия источником может быть преподаватель и исследователь Пьеро Глейезес (Piero Gleijeses), автор книги «Противоречивые Миссии: Гавана, Вашингтон, и Африка, 1959-1976» , великолепная работа. Я знал, что это самый надежный источник информации о тех событиях, и сообщил ему об этом. Он ответил, что более не затрагивал эту тему, потому что в книге ответил на все вопросы, которые ему задал товарищ Хорхе Рискет (Jorge Risquet), кубинский посол в Анголе и его большой друг. Я разыскал Рискету, он уже занимался другими вещами. Все это совпало с визитом Пьеро в нашу страну. Я предупредил его, что Рискет уже был в возрасте и не очень здоров. Несколько дней спустя случилось то, чего я боялся. Состояние Рискета резко ухудшилось, и он скончался. Когда Пьеро приехал, ничего нельзя было уже сделать, но я успел получить от него информацию, связанную с ядерным оружием и помощью, которую ЮАР оказывал Рейган и Израиль. Не знаю, что может сказать Обама сейчас по поводу этой истории. Как не знаю, знал ли он что-нибудь об этом, хотя маловероятно, что совсем уж ничего не знал. Мой скромный ему совет, чтобы он поразмыслил как следует, вместо того, чтобы придумывать теории о кубинской политике.Есть один важный вопрос:Обама произнес речь полную елейных слов, чтобы сказать: «Пришло время забыть прошлое, оставим прошлое позади, посмотрим в будущее, вместе, в будущее полное надежд. Это будет непросто, придется преодолевать препятствия, и на это потребуется время. Но мое присутствие здесь дает мне большие надежды, что мы все преодолеем вместе, как друзья, как семья, как соседи, вместе».Каждый из нас буквально подвергся риску инфаркта, услышав такие слова от президента Соединенных Штатов. После безжалостной блокады, которая длилась почти 60 лет. А как насчет тех, кто погиб во время нападений наемников на кубинские корабли и порты, в пассажирском самолете, который был взорван в полете, в ходе многочисленных вторжений и актов насилия?Пусть никто не строит иллюзий относительно того, что наш благородный и самоотверженный народ откажется от своей славы и своих прав, от духовного богатства, которое он накопил, развивая образование, науку и культуру. Уверяю, также, что мы способны сами производить продукты питания и материальные блага, которые нам нужны, используя силы и ум нашего народа. Нам не нужно, чтобы империя нам что-то дарила. Наши усилия будут законными и мирными, потому что это наша приверженность — миру и братству всех людей, живущих на этой планете. Фидель Кастро Рус, 27 марта 2016 годаИсточник перевода - http://inosmi.ru/politic/20160329/235908530.html Оригинал - http://www.granma.cu/reflexiones-fidel/2016-03-28/el-hermano-obama-28-03-2016-01-03-16 ===========================================НАШЕ ПРАВО БЫТЬ МАРКСИСТАМИ-ЛЕНИНИСТАМИ7.05.2015Фидель Кастро Рус (Fidel Castro Ruz)Послезавтра, 9 мая, будет отмечаться 70-я годовщина победы советского народа в Великой Отечественной войны. Из-за разницы во времени, в час, когда я пишу эти строки, солдаты и офицеры Армии Российской Федерации, исполненные гордости, будут репетировать парад, маршируя по Красной площади Москвы характерным для них быстрым, боевым шагом. Ленин был гениальным революционным стратегом, который, не колеблясь, принял идеи Маркса и претворил в жизнь их в огромной, лишь частично индустриализованной стране, чья пролетарская партия стала самой радикальной и неустрашимой партией на планете после страшного кровопролития, устроенного в мире капитализмом, когда в войнах были впервые применены танки, автоматическое оружие, авиация и удушливые газы; в этом кровавом сражении появилось знаменитое орудие, способное выстреливать тяжелые снаряды на расстояние, превышающее сто километров. В результате той бойни возникла Лига Наций, организация, которая должна была защищать мир, но не смогла помешать ускоренному вторжению колониализма в Африке, большой части Азии, Океании, Карибском бассейне, Канаде и хамскому неоколониализму в Латинской Америке. Всего 20 лет спустя, другая страшная мировая война вспыхнула в Европе, преддверием которой стала Гражданская война в Испании в 1936 году. После подавляющего разгрома нацистов страны возложили свои надежды на Организацию Объединенных Наций, прилагающую все усилия для создания сотрудничества, которое положит конец агрессии и войнам, и страны смогут уберечь мир, развитие и мирное сотрудничество крупных и небольших, богатых и бедных государств планеты. Миллионы ученых могли бы, помимо других работ, повысить вероятность выживания человечества, которому в ближайшем времени грозит опасность в силу недостатка воды и питания для миллиардов людей. Нас, обитателей планеты, уже 7,300 миллиарда человек. В 1800 году нас было лишь 978 миллионов человек, эта цифра увеличилась до 6 070 миллионов в 2000 году; в 2050 году, по скромным подсчетам, численность населения планеты достигнет 10 миллиардов. Конечно же, почти не упоминается о том, что в Западную Европу прибывают судна, переполненные эмигрантами, которые переправляются на любом, способном держаться на воде предмете, о целом потоке африканских эмигрантов с континента, колонизированного европейцами на протяжении веков. 23 года назад на Конференции ООН по вопросам окружающей среды и развития я сказал: Важная биологическая разновидность – человек - находится под угрозой исчезновения из-за быстрого и прогрессирующего уничтожения естественных условий его обитания». Однако в тот момент мне было не ведомо, насколько близко от этого мы находились. По случаю 70-й годовщины победы в Великой Отечественной войне я хотел бы выразить наше глубокое восхищение героическим советским народом, который оказал человечеству колоссальную услугу.Сегодня стал возможным прочный альянс народов Российской Федерации и государства с самым быстрым экономическим развитием в мире – Китайской Народной Республики. Обе страны, благодаря своему тесному сотрудничеству, передовой науке, своим могущественным вооруженным силам и отваге своих солдат, воплотятся в мощный щит мира и мировой безопасности, который сможет защитить жизнь человеческого рода. Превалирующими нормами должны стать дух солидарности, а также физическое и умственное здоровье, иначе судьба человека, такая, какой мы ее знаем, будет потеряна навсегда. 27 миллионов советских людей, которые погибли в Великой Отечественной войне, сделали это и ради человечества, и ради права думать и быть социалистами, быть марксистами-ленинистами, быть коммунистами и выйти из доисторического периода. Фидель Кастро Рус 7 мая 2015 годаИсточник перевода - http://revolucia.ru/fk07052015.html Оригинал - http://www.granma.cu/cuba/2015-05-08/nuestro-derecho-a-ser-marxistas-leninistas=========================================== Смутное будущее09.10.2014Фидель Кастро ( Fidel Castro Ruz)В своей эволюции Homo Sapiens как мыслящее существо уникально среди миллионов других живых существ. Никогда не было четкого представления о природе его появления и причине его существования. Homo Sapiens, наделенный способностью думать, в то же время был подвержен диким инстинктам. Он ничего не знал о большей части нашей прекрасной планеты. Мы до сих пор не имеем четких знаний — откуда и когда точно появился человек. Одни утверждают, что это произошло миллион лет тому назад, другие считают, что не более 200 тысяч лет тому назад.На сегодняшний день известно, что в нашей Галактике существуют миллиарды планет, подобных Земле.Надеюсь, что я никого не обижу, затронув столь деликатную тему как происхождение мира и человека.Недавно, 5 октября, на сайте телеканала Russia Today, который считается серьезным СМИ, появилось сообщение о том, что Лаура Мерсини-Хоутон (Laura Mersini-Houghton), профессор физики из престижного Северного Калифорнийского университета, доказала математически, что черных дыр вообще может не быть в природе. Вопрос о верности теории Большого Взрыва также ставится под сомнение в связи с новыми выводами.Эта новость, я думаю, повергла многих людей в шок, ведь они так свято верили в эту теорию.Самым большим авторитетом в этом вопросе считается британский ученый, известный теоретик в области черных дыр и космологии Стивен Хокинг (Stephen Hawking). Несмотря на обрушившийся на него недуг в молодые годы, он сумел проявить себя как человек исключительного мужества и приверженности науки.Ученые общаются между собой на понятном им научном языке и публикуют свои работы, используя сложные технические термины, поэтому мы не всегда понимаем, о чем идет речь.Стивен Хокинг после того, как его книга «Краткая история времени» разошлась десятимиллионным тиражом, стал мировой знаменитостью.Несомненно, что основными читателями книги британского исследователя стало научное сообщество, насчитывающее миллионы человек. Я сделаю все возможное, чтобы найти время прочитать и понять эту книгу, несмотря на то, что сейчас для меня приоритетом являются исследования в сельскохозяйственной сфере, связанные с увеличением производства качественных продуктов питания.Вчера я слушал заявления нового генсека НАТО, бывшего премьер-министра Норвегии, который вступил в должность 1 октября, только шесть дней назад. Сколько ненависти на его лице!Какое невероятное стремление развязать войну на уничтожение против Российской Федерации!Кто они, эти экстремисты, превосходящие даже фанатиков Исламского государства? И какова их религия? Разве после всего этого находящиеся по правую руку Господа будут позваны в царство небесное? Окончание – это уточненный перевод оригинала: "¡Cuánto odio en el rostro! ¡Qué increíble empeño en promover una guerra de exterminio contra la Federación Rusa! ¿Quié­nes resultan más extremistas que los propios fanáticos del Estado Islámico? ¿Qué religión practican? Después de eso, ¿se puede disfrutar la vida eterna en la diestra del Señor?"Оригинал публикации: El porvenir inciertoОпубликовано 08/10/2014 09:57Источник http://inosmi.ru/world/20141009/223545339.html> Оригинал - http://www.granma.cu/cuba/2014-10-08/el-porvenir-incierto===================================Перейти к оглавлению блога

26 ноября 2016, 12:24

Человек, который не имел права на слабости

На Кубе в возрасте 90 лет скончался Фидель Кастро.В этот день хотелось бы вспомнить не того политического титана XX века, которым он стал, а того молодого человека, которому еще предстояло стать тем, кто навсегда изменит облик Кубы и Латинской Америки, который находясь в тюрьме на острове Пинос, мечтал о том, как изменить свою Родину.ПИСЬМА ИЗ ТЮРЬМЫ НА ОСТРОВЕ ПИНОС18 декабря 1953 года Вот уже 15 дней, как я в одиночной камере...Через мои руки за эти дни прошло множество книг. Некоторое предпочтение я отдаю романам Достоевского. Он, без сомнения, самый замечательный из русских писателей. Я специально о нем поговорю с тобой в другой раз. Его наиболее известные произведения— «Братья Карамазовы», «Униженные и оскорбленные », «Преступление и наказание», «Идиот». Все они у меня здесь есть и, кроме того, его первый роман «Бедные люди». Мне остается прочитать только «Братья К.», а у Бальзака — «Шагреневую кожу». Прочитал биографию Стефана Цвейга. Это в значительной мере автопортрет. «На той же земле» — Ромула Гальегоса — довольно приятная вещь. Мне очень понравилось, как роман «Звезды смотрят вниз» показывает социальные проблемы Англии. Я не согласен с его скептическим концом, когда не нашлось ни одного слова ободрения для побежденного борца. Прочел до середины «На острие ножа» и едва сдерживаю себя, чтобы не докончить разом —так интересно. Какого Наполеона читаешь ты, Людвига или Гюго? Великого или Мелкого? Если последнего, то и я читаю его сейчас. Какое совпадение! Если бы здесь был показан фильм об этом, то нужно было бы выделить крупными буквами, как это принято:«Любое сходство является чистой случайностью». Виктор Гюго неописуемо воодушевил меня своими «Отверженными». Однако по мере дальнейшего чтения я несколько устаю от его крайнего романтизма, напыщенности и эрудиции, временами многословной и излишней. На ту же самую тему о Наполеоне III написал великолепную работу Карл Маркс «Восемнадцатое брюмера Луи Бонапарта». Именно сопоставив оба эти произведения, можно оценить огромную разницу между научным, реалистическим подходом к истории и ее чисто романтической интерпретацией. Там, где Гюго видит лишь не более чем удачливого авантюриста, Маркс различает неизбежный результат социальных противоречий и борьбы господствовавших в тот момент интересов. Для одного история —это случайность, для другого — процесс, управляемый законами. Писания Гюго, по правде говоря, напоминают мне наши собственные речи, полные поэтической веры в свободу, святого негодования против ее попрания и доверчивых надежд на ее восстановление при помощи чуда.Я должен сказать тебе также о Фрейде. Прочитал четыре имеющихся у меня тома. Жду остальные. Всего же их 18. У него куча интересных теорий, и я хочу самостоятельно убедиться в их ценности. Я думаю увязать их с некоторыми героями Ф. Достоевского, который, проникнув в тайны подсознания в области художественной литературы, предвосхитил большую научную работу Фрейда. Однако главное внимание я уделяю другому. Засучив рукава я взялся за освоение всемирной истории и политических учений.Март 1954 года ...Каждый день после обеда у меня несколько часов прогулки, а по вторникам, четвергам и воскресеньям также и в первую половину дня. Большой пустынный двор, полностью отгороженный галереей. Там я и коротаю очень приятные часы. Скоростану немым.Сейчас 11 часов ночи. С 6 часов без перерыва читал работу Ленина «Государство и революция», после того как закончил «Восемнадцатое брюмера Луи Бонапарта» и «Гражданскую войну во Франции» — обе Маркса. Все три работы тесно связаны между собой и имеют бесценное значение. Почувствовав голод, поставил кипятить спагетти с фаршированными кальмарами и между тем взял ручку, чтобы дописать тебе несколько строк, поскольку сегодня вечером я похитил твоеличное время. Я еще не сообщил тебе, что в пятницу убрал свою камеру. Сначала вымыл с мылом гранитный пол, прошелся по нему мраморным порошком, затем обработал его «Лавасолем» и сполоснул водой с креолином. Прибрал свои вещи, и теперь здесь царит полный порядок. Номера в отеле «Насьональ» не могут быть более чистыми... Моюсь дважды в день, «понуждаемый» жарой. Как хорошо себя чувствуешь после этого. Беру книгу, и ко мне приходят ненадолго счастливые минуты. Я многое получил от путешествий по владениям философии. Немало побился головой о Канта, но теперь сам Маркс кажется проще, чем «Отче наш». И он, и Ленин обладали сильно развитым полемическим духом, и я здесь развлекаюсь, смеюсь и наслаждаюсь, читая их. Они были беспощадны и опасны для врагов. Это два подлинных образца для революционеров.Сейчас буду ужинать: спагетти с кальмарами, на десерт итальянские сласти, свежеприготовленный кофе и, наконец, сигара «Аче Упман 4». Тебе не завидно? Обо мне заботятся, обо мне понемногу заботятся все... На мои постоянные просьбыничего не присылать просто не обращают внимания. Когда поутру загораю в шортах и ощущаю ветерок, дующий с моря, мне кажется, что я нахожусь на пляже, а потом иду вот в такой маленький ресторанчик. Так меня могут заставить поверить,что я в отпуске! Что сказал бы Маркс о подобных революционерах?Фидель Кастро после ареста в августе 1953 года.12 мая 1954 годаНаша революционная программа полностью вошла в речь. Вся она представляет собой основополагающий документ нашей борьбы. Я считаю очень важным уделить ей наибольшее внимание. Я знаю, что она означает для нашего дела в настоящиймомент.  Если мы хотим, чтобы за нами пошли люди, им нужно указать путь и цель, достойные любых жертв. То, что основано на крови, должно быть построено с помощью идей.12 июня 1954 годаО себе могу сказать, что мое одиночество прекращается лишь тогда, когда в маленьком похоронном бюро, расположенном напротив моей камеры, кладут какого-либо умершего заключенного, из тех, что нередко бывают таинственно повешены или странным образом убиты,— люди, чье здоровье было подорвано избиениями и пытками. Но я не могу их видеть, потому что как раз напротив единственного входа в мою камеру недвижимо высится шестифутовая ширма, специально рассчитанная на то, чтобы не позволить мпе видеть пи одного человеческого существа — ни живого, ни мертвого. Это было бы слишком великодушно — дать мне возможность побыть в обществе трупа!Июнь 1954 годаПо-прежнему меня держат в изоляции от остальных товарищей. Это, несомненно, вызвано стремлением помешать духовной подготовке юношей, в которых они видят своих самых непримиримых завтрашних противников. Нам запрещено даже обмениваться книгами. В остальном мне стало лучше. Сюда перевели Рауля !. Мою камеру (ты ее видела в «Боэмии») соединили с другим помещением, в четыре раза большим, и с просторным двором, который открыт с 7 утра до 9 с половиной вечера. Уборка производится тюремным персоналом, мы спим без света, для нас не устраивают перекличек и не выстраивают в течение дня, мы встаем, когда захотим. Всех этих поблажек я, копечно, не просил. Изобилие воды, электрический свет, еда, чистая одежда — и все бесплатно. За жилье также не приходится платить. Может быть, ты думаешь, что там вам живется лучше? Свидания дважды в месяц. Сейчас царит самый полный мир. Но я, однако, не знаю, сколько еще мы будем пребывать в этом «раю». Выборы вызовут огромное несогласие и недовольство. Режим будет вынужден объявить амнистию, чтобы ослабить напряженность в стране. Вопрос о политических заключенных, до сего времени, к сожалепию, бессовестным образом забытых, сам но себе становится в повестку дпя. Велик контраст между тем, что представляют политики, и тем, что представляем мы. Наш час приближается. Раньше нас была горстка, теперь мы должны слиться с народом... Тактика станет другой.Те, кто видит в нас всего лишь группу, постыдно ошибутся. Ни мировоззрение, ни тактика изолированной группы никогда не будут нас характеризовать. Теперь я смогу, кроме того, душой и телом отдаться своему делу. Вся моя энергия и все мое время принадлежат ему. Я начну новую жизнь. Я намерен преодолеть все препятствия и провести все необходимые бои. Главное, что я, как никогда, ясно вижу наш путь и нашу цель. Я не теряю времени втюрьме: учусь, наблюдаю, анализирую, строю планы, воспитываю людей. Мне известно, где находится все лучшее на Кубе и как найти его. Начиная, я был один, теперь нас много...19 июня 1954 годаРеволюция — это не возвращение к власти людей, которые морально и исторически ликвидированы, которые целиком и полностью повинны в нынешней ситуации. Хорошо запомните, что возможность нашей победы зиждется на уверенности в том, что народ окажет поддержку усилиям честных людей, с первых шагов выдвинувших революционные законы, поддержку, па которую не могут рассчитывать те, кто его обманул и предал.Я хочу предупредить вас, чтобы вы не поддавались некоторым впечатлениям. Это очень важно. У Аурелиано сейчас нет даже самой отдаленной возможности организовать восстание, ни у Аурелиано, ни у кого другого. Тот, кто говорит обратное, беззастенчиво лжет, а обмануть можно кого угодно, но только не нас. Посему «Движение» не может связываться ни с кем, не может уделять внимания никакой повстанческой комедии, и любое решение на сей счет должно быть предварительно одобрено нами здесь. Нужна очень большая осторожность в отношении интриганов, политиканов и тех, кто играет в революцию!..Наша задача состоит сейчас — и я хочу, чтобы вы хорошо поняли это,— не в организации революционных ячеек, чтобы иметь в своем распоряжении большее или меньшее количество людей. Это было бы пагубной ошибкой. Неотложной задачей в настоящий момент является привлечение на нашу сторону общественного мнения, пропаганда наших идей и завоевание поддержки со стороны народных масс. Наша революционная программа — самая полная, наша линия — самая ясная, наша история — самая самоотверженная. У нас есть право на доверие народа, без которого — я готов повторять это тысячу раз — невозможно осуществить революцию.Раньше мы были безвестными пионерами этих идей, теперь же вынуждены драться за них с открытым забралом. Тактика должна быть совсем другой. Для нас не должно иметь значения, привлечь ли на 10 человек больше или меньше, когда необходимо создать условия для мобилизации в один прекрасный день десятков тысяч людей. Я имею основание знать о том, что для этого необходимо, поскольку на мне лежала огромная задача найти их и организовать, борясь против миллиона интриг, а интриганов и посредственностей можно победить лишь идейной твердостью, которую мы и должны насадить, чтобы люди не меняли позиции, как рубашки.И если сейчас в наших рядах есть люди, которые ничего не хотят, кроме стрельбы, и готовы пойти на сделку даже с дьяволом, лишь бы получить оружие, они должны быть безоговорочпо исключены, равно как расстреляны те, кто в нужный час струсит (именно они, как правило, больше всего выказывают свое нетерпение сейчас). Нам нужны не гангстеры, не авантюристы, а люди, осознающие свою историческую ответственность, умеющие ждать и терпеливо работать на благо будущего родины.Мы возлагаем надежды не на группки конспираторов-полуночпиков или запутавшихся студентов, а на парод. Давайте же как можпо скорее выйдем на улицы с нашей программой, единственной подлинно революционной программой, и нашими идеями, чтобы организовать потом великое революционное движение, которое должно стать венцом идеалов тех, кто пал!Позднее начнется другая работа. Очень пастойчиво прошу вас беречь здоровье, потому что борьба будет длительной и тяжелой. Не нужно убиваться, нужно работать методически. Постарайтесь сократить до минимума поглощающие энергию поездки по провинциальным городам, стоящие сейчас задачи не требуют их. Тех, кто вам будет говорить, что революция произойдет в такой-то день или в такой-то месяц, посылайте к черту.Надеюсь, что вы сумеете полностью оправдать доверие к вам и нашу веру в вас. Не забывайте, что я буду строг, критикуя так же, как делал это, когда мы собирались на 25-й улице. Новые руководители должны суметь по-настоящему занять местотех, кто пал.Кубинский диктатор Фулхенсио Батиста.3 октября 1954 годаОтветственность, которая по праву и в силу революционной морали возложена в «Движении» на нас, находящихся в заключении, в настоящее время лишена всякого смысла. Признание того, что по историческим причинам высшее руководство находится здесь, абсолютно потеряло свою эффективность. Причины к тому различны. Главная из них — жесткие тюремные меры и почти полная изоляция, в которую мы поставлены. Однако отчасти причина кроется и в той незавидной роли, которую играют члены нашего «Движения» на воле. В известной степени она обусловлена непреодолимыми обстоятельствами, но это ни в коей мере не исключает довольно большой личной вины.Что касается меня, то я с непоколебимым терпением и несмотря на огромные препятствия, устремив взор в более или менее далекое будущее и с полной верой в успех стремился, чтобы «Движение» заняло достойное ему место. Однако за блестящими моральными победами в тяжелые дни, последовавшие за 26 июля, на протяжении всего судебного процесса, наступил длительный период инерции, бесплодности и упадка. Мы оказались совершенно не на высоте тех непомерных препятствий, которые воздвигли перед нами трусость и убогость среды и жестокие преследования со стороны наших врагов. Наши советы, инструкции и инициативы ничего не дали. Совершенно напраспо писал я страницу за страницей, указывая, что делать. Среда, порочная атмосфера страны оказались сильнее. Нельзя претендовать на то, чтобы стать обновителями общества и руководителями народа, если нет способности противостоять глупым поветриям эпохи. У меня вызывает неимоверное страдание, когда я вижу наших людей запутавшимися в той рутине и тех дорогах, с которых мы должны были бы давным-давно сойти. Они задыхаются в зловонии маразматического авантюризма, лишенного принципов и идеологии.Мы надеялись, что вы будете расчищать путь, пока мы куем здесь образцовых революционеров путем упорной работы по их образованию и политическому воспитанию. Надеялись напрасно...Поэтому у псевдореволюционеров нет другой заботы, кроме того, чтобы расколоть «Движение» и поделить его останки, как стервятники, потому что они — жалкие политиканы, неспособные искать и готовить людей. Они не удостаивают «Движение» уважительного отношения и стремятся лишь использовать его членов в качестве пушечного мяса. Как все было бы по-другому, будь мы на свободе! Они это знают. Или была бы совершена серьезнаяглубокая революция, возглавленная «Движением 26 июля», или «Движение 26 июля» в одиночку пошло бы на революцию. Но никто не заинтересован в том, чтобы мы вышли на свободу. Если бы преступления, совершенные в Сантьяго-де-Куба, были бы достаточно полно разоблачены, если бы народ Кубы представил все величие нашего жеста, правительство было бы вынуждено открыть перед нами тюремные двери, как оно было вынуждено открыть их для Пинчо Гутьереса и вскоре откроет для заключенных по делу Кантри-клуба. У них были товарищи, которые посвятили свою энергию и ум борьбе за их освобождение. И пока мы гнием в тюрьмах, а «аутентики» и ортодоксы-заговорщики (то же можно сказать и об «аутентиках», следующих за Грау) преднамеренно и подло замалчивают эти преступления, наши товарищи по штурму Монкады, забыв о павших и о своих идеалах, готовы участвовать в их балагане и служить им пушечным мясом. Нет! Нужно иметь достоинство. Нужно уметь заставить уважать себя.Если существует действительное желание свергнуть диктатуру, то почему же не используются все средства для борьбы за то, чтобы вызволить из тюрем людей, которые могут внести решающий вклад в эту борьбу? Невозможно скрыть, что в данном случае преследуются не подлежащие разглашению цели реставрации власти или ее захвата, а мы являемся препятствием на пути этих амбиций.Вы до сих пор никак не можете понять, насколько мне горько осознавать, что наши товарищи покоятся забытыми в земле, не будучи в состоянии служить даже знаменем в бою, служить делу разоблачения тирана, который их убил. Те, кто поступает так, забывают, что своей трусостью и недальновидностью они копают могилу для многих будущих революционеров. Если в Сантьяго-де-Куба было убито 70 человек, совершено невиданное кровопускание и об этом публично еще не было сказано ни слова, в следующий раз осмелевшие палачи убьют 500 человек и, может быть, убьют еще много других из наших потерявших ориентировку товарищей.Отсюда я не в состоянии положить конец путанице и хаосу, которые сегодня охватили «Движение». Такая задача не по силам тому, кто находится практически в изоляции. Кроме того, мне известно, что кое-кто дошел до того, что оспаривает право на высшее руководство «Движением» у общего собрания находящихся здесь заключенных и пытается придать такие организационные формы «Движению», которые свели бы на нет такое право для нашей группы, являющейся мозгом и душой «Движения». Мои инструкции, которые всегда даются с полного согласия других заключенных, не выполняются, или выполняются плохо, или полностью не признаются. В этих условиях мы не можем продолжать осуществлять руководство «Движением» отсюда. Знайте, что с этого момента такая обязанность целиком и полностью ложится на вас.Не нужно больше устраивать дискуссии по этому вопросу. Что касается меня, то с этого момента я полностью слагаю с себя эти полномочия. И не теряйте времени, пытаясь переубедить меня. Мне не нужны ни призрачные посты, ни разговоры ради разговоров. В ваших руках жизнь всех наших товарищей и ответственность перед историей. Эту ответственность мы не можем взять на себя, не имея никакой информации и совершенно не зная, что на самом деле происходит на воле. Желаю вам осуществлять руководство достойпо и лишь прошу не забывать о памяти павших и не делать ничего, что запятнало бы ее. Когда-нибудь мы соберемся вместе, обсудим все и потребуем ответа. Если в результате этого «Движение» распадется, если многие дезертируют и покинут прекрасное знамя, под которым мы пошли на смерть ради подлинных идеалов, мы, оставшиеся здесь, все начнем сначала.Я знаю, что некоторые критикуют меня за то, что я говорю о гражданско-революционном движении вместо того, чтобы ратовать повсюду за повстанческие планы. Пусть только эти мастера «революционных дел» не забывают, что за несколько дней до 26 июля я занимался севом риса в Пинар-дель-Рио! Или, может быть, все мы, находящиеся здесь в тюрьме, перестали быть бойцами, потому что появилась новая порода, более радикальная, чем наша? Я очень глубоко огорчен тем, как поступили с речью. Больше я, конечно, не скажу ни слова об этом. Для чего я пошел на все жертвы и убивал себя за работой? Ведь не попусту же. Пяти месяцев оказалось недостаточно, чтобы донести ее до народа. Безразличие, проявленное в этом деле, свидетельствует о достойном сожаления невежестве в отношении того значения, которое имеют идеи в истории. Очень горько наблюдать, как рабочие просят свободы для арестованных по делу Кантри-клуба, даже не вспоминая об участниках штурма Монкады, так как не знают, что там отдали свои жизни 80 молодых кубинцев — подавляющее большинство которых были бедными рабочими,—чтобы добиться не только свободы, но и реализации самой широкой и смелой социальной программы, за какую когда-либо проливалась кубинская кровь. Товарищ Хосе Суарес сообщил мне, что, как ему сказали в тюрьме Принсипе, речь была задержана потому, что некоторые товарищисчитают нынешний момент неподходящим, чтобы выходить с ней. После того как в течение 14 месяцев все замалчивают совершенные преступления, разве не бессовестно таким поведением вносить свою лепту в это бесчестие? Разве позднее это будет нужно? Позднее нужно будет разоблачать другие преступления!Сделайте так, чтобы речь стала как можно скорее достоянием улицы. На сей раз это всего лишь просьба. Хотя бы для того, чтобы помешать повторению в ближайшее время подобных ужасных убийств арестованных. Скрывать ее — это преступление и предательство. Если начнутся репрессии, то они прежде всего будут обращены против меня, человека, который и без того перенес и продолжает переносить многое. Если кого-нибудь и убьют в камере при первой революционной вспышке, так это буду я. И тем не менее я хочу, чтобы речь сделали достоянием улицы, не теряя ни минуты. Не заставляйте мое сердце обливаться кровью из-за бессилия! Вы более жестоки, чем те, кто держит меня здесь в заключении.15 марта 1955 годаБыть заключенным — значит быть обреченным на вынужденное молчание. Слушать и читать, что говорится и пишется, не имея возможности высказать свое мнение. Выносить нападки трусов, которые пользуются обстоятельствами, чтобы выступать против тех, кто не может защищаться, и делать заявления, которые, будь у нас на то материальные возможности, заслуживали бы нашего немедленного ответа.Мы знаем, что все это нужно выносить стойко, мужественно и спокойно, как горькую жертвенную чашу, которую требует любой идеал. Но бывают случаи, когда необходимо преодолеть все препятствия, ибо невозможно хранить молчание в то время, как задевается достоинство. Я пишу эти строки не в поисках аплодисментов, которые так часто излишне дарятся за видимость заслуг, за театральный жест и в которых отказывают тем, кто умеет выполнять долг просто и естественно. Я делаю это в силу чистой совести, внимания и уважения к народу, верности ему...Какую странную линию проводит правительство в отношении нас! На публике нас называют убийцами, в узком кругу — рыцарями. На публике ожесточенно нападают на нас, а частным образом нас посещают на высоком уровне, угощают сигарой, предлагают книгу, все ведут себя очень вежливо. Несколько дней назад пришли три министра — приятные, обходительные, внимательные. Один из них говорит: «Не беспокойся, это пройдет. Я сам подкладывал много бомб и готовил покушение на Мачадо в «Кантриклаб». Я тоже был политическим заключенным».Узурпатор проводит пресс-конференцию в Сантьяго-де-Куба и заявляет, что общественное мнение настроено не в нашу пользу. А несколько дней спустя происходит выходящий из ряда вон случай:масса жителей Орьенте во время митинга, устроенного партией, к которой мы не принадлежим, митинга, на котором, как свидетельствуют журналисты, собралось самое большое количество людей за всю избирательную кампанию, без конца выкрикивала наши имена и требовала нашего освобождения. Великолепный ответ благородного и преданного народа, который хорошо знает историю Монкады.Теперь наша очередь ответить столь же гражданственно на моральныйвызов, который нам бросает режим, заявляя, что амнистия будет в том случае, если заключенные и высланные нз страны изменят свою позицию, если они возьмут на себя молчаливое или открытое обязательство признать правительство.Однажды фарисеи спросили Христа, должны ли они платить дань Цезарю. Ответ должен был поссорить его либо с Цезарем, либо с народом. Фарисеям всех времен хорошо знакома эта хитрость. Именно так пытаются сегодня дискредитировать нас в глазах народа или найти повод, чтобы оставить в тюрьме. Я совершенно не хочу доказывать режиму необходимость проведения амнистии, меня это вовсе не волнует. В чем я заинтересован, так это в том, чтобы показать фальшь его аргументации, неискренность его слов, трусливость и подлость ловушки, которую он расставляет для тех, кто находится в тюрьме за то, что боролись против него. Говорят, что они великодушны, потому что сильны. На деле же они злопамятны, потому что слабы. Говорят, что они не испытывают ненависти. Однако они обрушили ее на нас так, как это никогда еще не делалось в отношении любой группы кубинцев. «Амнистия будет тогда, когда наступит мир». На каких моральных основаниях могут делать подобные заявления люди, которые вот уже на протяжении трех лет рекламируют, что совершили государственный переворот, чтобы дать мир республике? Значит, нет мира, следовательно, государственный переворот не принес мира, и, таким образом, правительство признает свой обман спустя три года после установления диктатуры, сознается в конечном счете в том, что на Кубе нет мира с того самого дня, когда они захватили власть.«Лучшим доказательством отсутствия диктатуры является то, что у нас нет политических заключенных»,— говорили они в течение многих месяцев. Сегодня, когда тюрьмы переполнены и громадное количество людей находится в изгнании, они не могут говорить о том, что мы живем при демократическом конституционном режиме. Собственные слова осуждают их. «Для проведения амнистии необходимо, чтобы противники режима изменили свою позицию». Другими словами, совершаетсяпреступление против прав человека. Нас превращают в заложников. С нами поступают так же, как поступали нацисты в оккупированных странах. Поэтому мы сегодня являемся не только политическими заключенными, но и заложниками диктатуры.Для проведения амнистии необходимо предварительное обязательство признать режим. Подлецы, предлагающие это, полагают, что за 20 месяцев изгнания или тюремного заключения на острове мы под воздействием самых жестких мер, принятых против нас, утратили стойкость. С доходных и удобных позиций в правительстве, которые им хотелось бы сохранить навечно, они имеют низость разговаривать подобным образом с теми, кто, будучи в тысячу раз честнее их, похоронены в тюремных застенках. Пишущий эти строки вот уже 16 месяцев изолирован в одиночке, но у него достаточно сил, чтобы не унизить свое достоинство. Наше заключение противоправно. Я не понимаю, почему право должно быть на стороне тех, кто напал на казармы с целью ликвидации конституционной законности, установленной народом, а не тех, кто ношел на это, чтобы заставить уважать законность. Почему право должно быть на стороне тех, кто лишил народ суверенитета и свободы, а не тех, кто вступил в бой, чтобы вернуть их народу. Почему они должны иметь право управлять республикой против народной воли, в то время как мы за свою верность принципам чахнем в тюрьме. Посмотрите на жизненный путь тех, кто правит, и вы найдете там уйму темных дел, мошенничества, нечестно нажитых состояний.Сравните его с жизненным путем тех, кто погиб в Сантьяго-дс-Куба, и тех из нас, кто находится здесь в заключении. На нем нет ни одного пятна, ни одного бесчестного поступка. Наша личная свобода есть неотъемлемое право, принадлежащее нам какгражданам, родившимся в стране, которая не признает никаких хозяев. Силой можно отобрать у нас это и все другие права, но никогда и никому не удастся добиться от нас, чтобы мы согласились пользоваться ими ценой недостойного компромисса. Словом, за наше освобождение мы не отдадим ни крупицы нашей чести. Именно они должны взять па себя обязательство уважать законы республики, которые бесчестно растоптаны ими. Именно они должны уважать суверенитет и волю нации, которые так скандально попраны ими 1 ноября. Именно они должны создать обстановку мира и спокойствия в стране, которую на протяжении трех лет держат в страхе и волнении. Ответственность ложится на них. Без 10 марта не было бы необходимости вступать в бой 26 июля и никто из граждан не превратился бы в политического заключенного. Мы не являемся ни профессиональными возмутителями спокойствия, пи слепыми сторонниками насилия, при условии, что нашестремление сделать родину лучшей может осуществиться с помощью оружия убеждения и ума. Нет такого народа, который пошел бы за группой авантюристов, пытающихся ввергнуть страну в гражданскую войну там, где не царит несправедливость и мирные легальные пути открыты всем гражданам, участвующим в гражданском столкновении идей.Мы согласны с Марти в том, что «преступником является тот, кто толкает страну к войне, которую можно избежать, но и тот, кто не идет на войну, которая неизбежна ». И кубинский народ никогда не увидит нас в роли поджигателей гражданской войны, которую можно избежать, но я повторяю, что всякий раз, когда Куба окажется в постыдном положении, как это случилось после 10 марта, преступлением явится отказ от неизбежного восстания.Если бы мы увидели, что перемена обстоятельств и обстановка позитивных конституционных гараптий диктуют изменение тактики борьбы, мы пошли бы на это, но лишь в силу интересов и желания нации и никогда в силу трусливого и постыдного соглашения с правительством. И если от нас требуют этого компромисса как цену за предоставление свободы, мы отвечаем категорическим «нет».Нет, мы не устали. После 20 месяцев мы стойки и непоколебимы, как и в первый день. Мы не хотим амнистии ценой бесчестия. Мы не станем к позорному столбу, поставленному бесчестными угнетателями. Лучше тысяча лет тюрьмы, чем унижение. Лучше тысяча лет тюрьмы, чем утрата достоинства. Мы делаем это заявление обдуманно, без страха и ненависти. Сейчас, когда прежде всего нужны кубинцы, готовые принести себя в жертву, чтобы спасти гражданскую совесть нашего народа, мы с удовольствием предлагаем себя. Мы молоды и не страдаем от ублюдочных амбиций. Так что пусть нас не боятся политиканы, которые но разным более или менее замаскированным дорожкам уже спешат на карнавал личных вожделений, позабыв об огромной несправедливости, от которой страдает родина.  И теперь не только амнистии, но даже улучшения условий тюремного содержания, через которые режим проявляет всю свою ненависть и ярость в отношении нас, мы не будем просить. Единственное, что мы приняли бы от наших врагов с удовлетворением, как сказал однажды Антонио Масео, так это окровавленный эшафот, на который другие наши товарищи, более счастливые, чем мы,сумели взойти с высоко поднятой головой и спокойной совестью человека, приносящего себя в жертву снятому и справедливому делу родины.В ответ на позорное соглашательство мы сегодня, 77 лет спустя после героического протеста Бронзового Титана, провозглашаем себя его духовпыми сыновьями.2 мая 1955 года...Что касается материальных удобств, то, если бы не необходимость жить при минимальном материальном благополучии, иоверь мне, я был бы счастлив, имея пристанище в коммунальной квартире и ложась спать на кушетку с ящиком для хранения постельного белья. Мне достаточно одного блюда из маланги или картошки, которые я нахожу столь же изысканными, как манна небесная. Несмотря на всю дороговизну жизни, я могу роскошно жить на 40 разумно использованных сентаво в день. Это никакое не преувеличение, я говорю откровенно. От меня будет меньше проку, если я стану привыкать к необходимости иметь больше для жизни, если забуду о том, что можно быть лишенным всего и не чувствовать себя несчастным. Именно так научился я жить, и это делает из меня грозного, страстного, закаленного самопожертвованием идейного борца. Я смогу вести пропаганду собственным примером, что красноречивее всяких слов. Насколько меньше будут связывать меня нужды материальной жизни, настолько независимее и полезнее я буду.Зачем я должен идти на жертвы, чтобы купить гуайяберу, брюки и все такое прочее? Я выйду отсюда в своем поношенном шерстяном костюме, хотя сейчас и разгар лета. Разве я не возвратил другой костюм, который мне не по карману и в котором у меня никогда не было нужды? Не думай, что я эксцентрик или стал таковым, просто нужно по одежке протягивать ножки — я бедняк, у меня ничего нет, я ни разу не украл ни одного сентаво, ни у кого не попрошайничал, а своей карьерой пожертвовал ради нашего дела. Ради чего я должен носить гуайяберы из тонкой хлопчатки, будто я богач, или чиновник, или казнокрад?Если сейчас у меня совсем нет заработка и, чтобы иметь что-нибудь, кто-то должен дать мне это, я не могу, не должен и не соглашусь быть хоть в какой-то мере нахлебником у кого бы то ни было. С того момента, как я оказался здесь, самые большие мои усилия были направлены на то, чтобы дать понять, и я, не уставая, делал это, что мне совершенно ничего не нужно. Мне необходимы лишь книги, а книги я рассматриваю как духовные ценности. Словом, я не могу не беспокоиться по поводу всех затрат, которые делаются в связи с нашим выходом из тюрьмы. И даже те, которые совершенно необходимы, очень беспокоят меня, потому что мне до сих пор не пришло в голову спросить, как ты выходишь из положения. Это не недовольство, а горечь от всего этого. Вы не можете чувствовать себя спокойно, пока так или иначе не покажете свою любовь и заботу в отношении меня.Я крепок как дуб, безразличен к лишениям, мои нужды не стоят тех жертв, которые вы приносите и за которые я искренпе выговариваю вам. Что за нужда каждый раз доказывать любовь, о которой я и так очень хорошо знаю? И нена словах. Это реальность, в которой нужно отдавать себе отчет.Меня очень трогает стремление доставить мне как можно больше маленьких радостей. Но ведь это прекрасно можно сделать и без материальных жертв!Хочешь пример? Увидеть мои книги в полном порядке по прибытии доставило бы мне удовольствие и радость, сделало бы меня более счастливым, чем что-либо еще, и в то же время не вызывало бы печаль, недовольство и горечь. Я не имею права на слабости. Какими бы маленькими они ни были сегодня,завтра от меня уже ничего нельзя было бы ждать...* * *Примерно через 2 года, Фидель Кастро и небольшая группа его соратников высадилась с маленькой яхты "Гранма" на Кубе, чтобы изменить историю.Так этот человек начинал, а сегодня он ушел и весь мир провожает его в вечность. Кто искренне, кто лицемерно, кто шипя ему вслед.Кастро выковал себя как человека, изменил себя, изменил Кубу, изменил мир.Очень немногим людям удается справиться даже с первой задачей. Кастро же смог достичь успеха в тех задачах, которые он планировал, когда вокруг него была лишь горстка единомышленников и когда его мятежный дух был скован тюремными стенами. В этом его подлинное историческое величие.Спи спокойно Фидель и Спасибо за Все!

01 ноября 2016, 22:15

Самые невероятные попытки убить Фиделя Кастро

Команданте пережил самое большое число покушений на свою жизнь. Глава личной охраны Кастро уверяет, что с 1959 года, когда его шеф пришел к власти, попытки убить Фиделя предпринимались более 600 раз, а если точнее, то 637!С 2006 года, когда в прессе впервые появились сообщения об ухудшении здоровья Фиделя Кастро и он формально отошел от власти, мы привыкли считать Кубу уходящей натурой. Умрет Фидель — и удивительная страна, где переплетаются нищета, свобода, красивые, готовые на все женщины, не запятнанные индустриализацией антикварные городские пейзажи, — этот тропический рай из снов наших отцов исчезнет мгновенно, как мираж. Почти десять лет прошло с тех пор, однако же Фидель по-прежнему показывает фигу старухе с косой. И знаешь, в этом нет ничего удивительного, ведь команданте вошел в историю как главный специалист в этом вопросе: он пережил самое большое число покушений на свою жизнь.« Существует даже анекдот на эту тему. Кастро дарят галапагосскую черепаху. Кубинский лидер интересуется, как долго они живут, и, узнав, что около 150 лет, отказывается принимать подарок. «Не люблю я всех этих домашних животных, — ворчит команданте. — Только привяжешься к ним, как уже пора хоронить!»В свое время покушения на кубинского лидера стали настоящей идеей фикс для США. В 1961 году, сразу после провала американского контрреволюционного десанта в заливе Свиней (залив Кочинос), ЦРУ инициировало специальную операцию «Мангуст», целью которой стала смена власти на Кубе. Всего было разработано 33 проекта (по количеству видов мангустов) — начиная от уничтожения урожая сахарного тростника и минирования основных кубинских портов и заканчивая, естественно, убийством команданте. Все могло бы быть методично, кроваво и печально. Однако история сделала удивительный фортель, который обеспечил хлеб не одному десятку журналистов будущего, ибо главой операции «Мангуст» по части уничтожения Фиделя был назначен Эдвард Лансдейл, человек с поистине неуемной фантазией, весьма специфическим чувством юмора и неизбывным энтузиазмом, который превратил серьезную операцию в нескончаемую череду удивительных прожектов, достойных пера сценаристов бондианы.Роковая женщина, 1960 годЕе звали Марита Лоренц. Она была дочерью немецкого капитана и американской актрисы, черноволосой красавицей и отчаянной авантюристкой. В 1959 году, как раз после свержения Батисты и прихода к власти Фиделя, корабль отца Мариты, на котором юная леди путешествовала вокруг света, причалил в порту Гаваны. Фидель с визитом посетил судно и был так впечатлен карими глазами 19-летней капитанской дочки, что пригласил ее остаться на Острове свободы. Марита не смогла устоять против революционного обаяния и сошла на берег.Несколько месяцев прошло как в тумане, затем последовали аборт (так и не ясно, кто был его инициатором) и эмиграция в США. Во Флориде Марита сошлась с группой кубинских эмигрантов, осуждавших «кровавый коммунистический режим», и была завербована агентом ЦРУ Фрэнком Стурджисом. Это было еще до начала операции «Мангуст», однако американское разведывательное управление уже тогда прощупывало все возможные способы разрешения «кубинского кризиса». Был разработан план: Марита получает безвкусные пилюли с сильным ядом, едет в Гавану, снова соблазняет команданте и за романтическим ужином добавляет отраву в еду.Поначалу план сработал как по нотам. Кастро с нежностью встретил бывшую любовницу и согласился «вспомнить прошлые ночи». Марита положила пилюли в баночку со своим ночным кремом и даже пронесла их в спальню к Фиделю, где с ужасом обнаружила, что желатиновая оболочка растворилась и таблетки пришли в негодность.Дальше все было еще хуже: обернувшись, незадачливая отравительница поняла, что за спиной у нее стоит сам команданте и смотрит, как она выковыривает из крема остатки пилюль. Марите ничего не оставалось, как устроить покаянную истерику, в ходе которой сострадательный Фидель даже давал ей пистолет, чтобы девушка уже успокоилась и получила желаемое. Это был сильный психологический ход: Марита совсем стушевалась и заявила, что ни за что не будет стрелять, потому что по-прежнему любит его.После этого эпизода Марита была окончательно выслана с Острова свободы. Однако в скором времени она нашла себе завалящего венесуэльского диктатора и даже родила от него ребенка.В 1981 году в составе съемочной группы, снимавшей о ней биографическое кино, Марита посетила Гавану еще раз. Фидель отказался встретиться с ней.Отравленные сигары, 1960 годВ рамках постуотергейтской кампании по обнародованию секретных документов ЦРУ, имевших отношение к покушениям на международных лидеров, в ноябре 1975 года была опубликована служебная записка Медицинского подразделения. Согласно документу, в феврале 1960 года этим подразделением была изготовлена коробка сигар, обработанных ботулином, любимого сорта Фиделя — Cohiba. Этот токсин настолько силен, что было бы достаточно на секунду взять в рот одну отравленную сигару, чтобы получить смертельную дозу. К сожалению, из записки неясна дальнейшая судьба коробки. Однако начальник кубинских спецслужб Фабиан Эскаланте вспоминает, как во время выступления Фиделя Кастро в ООН в 1960 году его службой была обнаружена отравленная сигара Cohiba, лежавшая на столе рядом с команданте. Источник ее появления остался неизвестным. Этот случай был, пожалуй, самой серьезной угрозой жизни кубинского лидера.Морская ракушка, 1963 год Эта замечательная идея Эдварда Лансдейла была прекрасна, как подвод­ный мир Карибского бассейна. В буквальном смысле. Одной из страстей Фиделя (помимо роковых брюнеток, хороших сигар и публичных выступлений) было подводное плавание. Именно на этой страсти и решил сыграть глава операции «Мангуст». В бухте, где обычно совершал погружения команданте, Лансдейл задумал положить раковину, начиненную взрывчаткой и покрашенную в необычные цвета для привлечения внимания. Где-нибудь неподалеку должна была совершенно незаметно разместиться американская подводная лодка, из которой можно было бы наблюдать за любопытным кубинским лидером и активировать бомбу в нужный момент. Проект дошел до стадии, когда Лансдейл лично купил два справочника, описывавших моллюсков Карибского бассейна, и остановился ровно на этом месте, так как оказалось, что ни одна ракушка, как это ни прискорбно, не подходит по размерам для того, чтобы разместить мало-мальски подходящую бомбу.Снайперская винтовка, 1961 годОдним из главных и заклятых врагов Фиделя был Феликс Родригес, сын партийного чиновника в правительстве Батисты. После переворота он эмигрировал из Кубы в США и был завербован спецслужбами в возрасте 17 лет как идеологический боец с режимом Кастро. Именно он впоследствии стал человеком, который поймал и последним допрашивал Че Гевару, он же вел повстанческую войну во Вьетнаме и поставлял оружие никарагуанским контрас. В общем, человек вел насыщенную жизнь.В 1961 году, незадолго до вторжения в залив Свиней, Родригес был отправлен на Кубу с группой разведчиков, целью которых было собрать данные для контрреволюционной атаки. Именно в этот момент Феликс, вооружившись телескопической винтовкой, поклялся лично пристрелить Фиделя и таким образом покончить со всей операцией. Однако коллеги остудили пыл юного героя, убедив его дать поучаствовать в перевороте и другим кубинским изгнанникам. С их стороны это было явной ошибкой, вероятно срежиссированной бессменными ангелами-хранителями Фиделя. Впрочем, у Родригеса были и собственные связи в этом подразделении: он оказался одним из десяти спасшихся из залива Свиней повстанцев и получил после этого кличку Лазарь.Костюм для дайвинга, 1962 годНа Рождество 1962 года в ходе длительных переговоров с правительством Фиделя Кастро американский юрист Джеймс Донован достиг небывалых дип­ломатических успехов: ему удалось согласовать освобождение 1113 заключенных, взятых в заложники после нападения в заливе Свиней. В обмен США высылали гуманитарную помощь в размере 53 миллионов долларов. По случаю весьма знаменательного события, подкрепленного замечательным праздником, Донован планировал преподнести кубинскому лидеру памятный подарок — водолазный костюм самой новой модификации.Как известно, кубинский лидер очень увлекался дайвингом. ЦРУ не могло упустить такую возможность, чтобы не добавить под елочку Фиделю кое-что от себя: нижняя часть костюма должна была быть обработана бактериями, вызывающими редкую болезнь под названием «мадурская стопа», а дыхательные фильтры — туберкулезными возбудителями. Однако костюмчик с сюрпризом был доставлен слишком поздно: Донован проявил недюжинную дипломатическую осторожность и уже выслал обычную версию подарка.Перьевая ручка, 1963 годРоландо Кубела, соратник Рауля Кастро в партизанской войне, сам вышел на агентов ЦРУ в Париже. Он заявил, что имеет личные счеты к команданте и готов взять на себя «по-настоящему серьезную работу». Кубела подходил по всем параметрам: он был близко знаком с Кастро и даже располагал соседним с Фиделем пляжным домиком на Кубе. Единственное, что он просил предоставить, — подходящее орудие убийства, которое позволило бы сделать дело без лишнего риска и шума. Через месяц после обращения агент ЦРУ встретился с инициативным партизаном, чтобы передать ему такое орудие. Это был замечательный инструмент агента из шпионского кино будущего: позолоченная перьевая ручка, из стержня которой при нажиме выдвигался супертонкий шприц с ядом — такой тонкий, что жертва даже не чувствовала его укола. Тут ангелы-хранители Фиделя поднапряглись и выдали удивительное совпадение. В тот момент, когда агент ЦРУ объяснял Роландо особенности ручки, у него зазвонил телефон. Вашингтон сообщал о чрезвычайной ситуации и необходимости свернуть все операции: только что в США был застрелен президент Джон Кеннеди. Кубела так и не смог подержать чудо-ручку в своих руках. После покушения на американского президента все американские заговоры в отношении зарубежных лидеров были свернуты на продолжительное время.Мафия, 1960-63 годВ 2007 году были рассекречены документы, согласно которым в планировании покушений участвовали не только особо одаренные руководители операции «Мангуст», но и самые высокие начальники ЦРУ, в том числе глава управления Аллен Даллес. Именно с его подачи к делу была подключена чикагская мафия.План был действительно изящным. Роберт Мэхью, бывший сотрудник ЦРУ, чтобы не оставить никаких следов причастности государственных структур, связывался с боссами мафии и заявлял, что есть некие «международные компании», обиженные нынешним коммунистическим строем и заинтересованные в том, чтобы жизнь Кубы вернулась в прежнее капиталистическое русло. За помощь чикагских головорезов «компании» готовы заплатить 150 тысяч долларов. Мафия в общем-то и сама была заинтересована, чтобы на Кубу вернулась прежняя знаменитая ночная жизнь с казино, борделями и прочими прелестями. В итоге к делу были подключены как минимум двое фигурантов из списка десяти самых разыскиваемых преступников США. Они наладили связь с отставным чиновником из Гаваны, который в свое время собирал откаты с игорного бизнеса, с ностальгией вспоминал об этом и до сих пор был вхож во властные структуры Кубы. Ему были переданы шесть отравляющих пилюль. Однако уже на третьей попытке чиновник заявил, что умывает руки: он не смог переиграть охрану Фиделя и понял, что вот-вот будет разоблачен. Тут как раз разразились бои в заливе Свиней, и на какое-то время план был отозван. В 1963 году ЦРУ снова вернулось к идее Даллеса. Был разработан еще один план — с участием бывшего члена кубинского правительства в изгнании. На этот раз исполнитель заказа потребовал предоставить ему не только пилюли, но также «оружие и боеприпасы в достаточном количестве». Получив требуемое, изгнанник исчез в неизвестном направлении. В дальнейшем контакты с мафией были потеряны, и к этому плану больше не возвращались.ЛСД, 1961 годВ течение 1961 года ЦРУ разрабатывало план дискредитации Кастро. Согласно докладу 1967 года, Техническое подразделение ЦРУ рассматривало возможность распыления вещества, аналогичного галлюциногену ЛСД, в радиостудии, из которой Кастро обычно обращался к народу. Фидель очень гордился своим ораторским искусством. Его речь в ООН была одной из самых длинных в истории организации и длилась четыре с половиной часа. Но самая длинная речь была произнесена на Третьем съезде Коммунистической партии Кубы в 1986 году и продолжалась 7 часов 10 минут, при этом кубинские агентства считают, что исторический спич длился никак не меньше 27 часов.Подразумевалось, что галлюциногены заставят Фиделя сбиться во время обращения, что нанесет непоправимый ущерб его имиджу. Увы, мир не узнал, что ему скажет Фидель Кастро под действием ЛСД: план остался на бумаге, так как в Техническом подразделении не смогли разработать достаточно эффективный галлюциногенный аэрозоль.Носовой платок, 1960 год Год, предшествовавший вооруженному вторжению на Кубу, был плодотворным на сумасшедшие идеи ЦРУ. В частности, подразделение, которое сами агенты называли «Комитет здоровья», предложило использовать для покушения на Фиделя носовой платок, зараженный смертоносными бактериями. В случае с команданте идея так и не была воплощена, однако в недрах разведывательного управления ничто не пропадает даром. Известно, что подобный платок, украшенный изящно вышитыми инициалами, был отослан другому неугодному иностранному лидеру — иракскому премьеру Абделю Кериму Касему. Впрочем, то ли в силу безалаберности почтовых служб, то ли в силу разгильдяйства агентов милый подарочек так и не дошел до адресата.Взрывающаяся сигара, 1960-62 годВ 1963 году эта история стала темой для юмористической обложки журнала MAD, она же навсегда запомнилась как символ покушений на Фиделя Кастро. Можно сказать, что это была первая официально разоблаченная безуспешная попытка убить кубинского лидера.Газета Saturday Evening Post сообщала, что полиция серьезно рассматривала план по изготовлению компактной взрывающейся сигары, которая могла бы нанести смертельные ранения. Коварную бомбу планировалось подсунуть команданте во время его выступления в ООН (похоже, это был один из самых опасных зарубежных выездов Кастро). Впрочем, изготовить подходящую сигару так и не удалось. Впоследствии ЦРУ заявило, что эта «идиотская история» была спущена в СМИ специально, чтобы отвлечь внимание общественности от настоящих планов управления, которые, надо отдать им должное, в некоторых случаях были гораздо более идиотскими.Ботинки, 1961 год Одновременно с опылением команданте ЛСД рассматривался и другой коварный план — подсыпать в ботинки Кастро соль таллия. Этот медленный яд, популяризованный в романе Агаты Кристи «Вилла «Белый конь», помимо тошноты, тремора, ломоты в суставах и других милых симптомов, которые доктора обычно списывают на самые различные заболевания, обладает любопытным побочным эффектом: от него вылезают волосы. Именно этот аспект ЦРУ и рассматривало как основной: в первую очередь таллий должен был лишить команданте его знаменитой бороды! Согласно плану, таллий планировали подсыпать в обувь во время очередного зарубежного визита Фиделя, когда он выставит ботинки за дверь гостиничного номера для чистки. Однако кубинский лидер будто почувствовал неладное и откладывал визит за визитом. Тут разразилась военная операция США в заливе Свиней, и ботиночный заговор был окончательно забыт.Молочный коктейль, 1963 год Начальник охраны Фиделя Фабиан Эскаланте уверяет, что ближе всего к цели ЦРУ подошло в 1963 году в отеле Havana Hilton. Управлению удалось получить достоверные сведения, согласно которым команданте иногда посещал бар отеля, чтобы выпить молочный коктейль. Агенты сумели подкупить местного официанта, которому была передана специальная ботулиновая пилюля. Ее действие начиналось не сразу, таким образом можно было скрыть источник отравления. Однако ангелы-хранители Кастро и тут пришли на помощь. Официант положил пилюлю в морозильную камеру холодильника, где она намертво примерзла к стенке. При попытке отделить ее капсула лопнула, и гениальный план провалился. Чуть позже официант поплатился за сотрудничество с империалистическими агентами: он попался на попытке избавиться от отравленного холодильника.Иисус Христос, 1963 год Пожалуй, самым невероятным планом начальника операции «Мангуст» Эдварда Лансдейла стал проект «Антихрист». Идея была поистине масштабной. Для начала на территорию Кубы должны были быть засланы агенты-проповедники, которые провели бы среди католического населения пропагандистскую работу, предрекая скорый конец света, второе пришествие и тому подобные религиозные радости. Фидель Кастро при этом, само собой, провозглашался Антихристом. К моменту, когда население было бы обработано в достаточной мере, ЦРУ планировало нанести финальный удар: из вод у берега Гаваны должна была появиться американская субмарина, на носу которой в подходящем световом оформлении (допустим, это еще две субмарины с прожекторами) явился бы Иисус Христос в белоснежных одеждах. После исполнения арии «Покайтесь, ибо грядет!»  подводный Иисус должен был призвать жителей Кубы прикончить Антихриста. План, безусловно, был впечатляющим, но, увы, в Центральном штабе сочли его все-таки излишне эксцентричным, и дальше изложения на совещании дело не пошло.  [link]Способы Фиделя избежать покушенийДвойникиВ течение жизни у команданте было несколько двойников, которые вместо него совершали малозначительные официальные визиты, где не требовалось говорить или принимать решения — например, на фабрики и в школы. Двойникам полагался усиленный паек — сгущенка и свежая говядина, чтобы они могли поддерживать подобающую форму.Круглосуточная охрана спецслужбДо прихода к власти Фидель обожал в одиночку бродить по городу. В первые годы он продолжал появляться на улицах запросто, однако после встречи с парой снайперов эта привычка исчезла.Смена адресаФидель не менее 20 раз менял место проживания в Гаване. У него не существует официальной резиденции. Его местонахождение всегда строго засекречено, в документах оно значится как «точка ноль».Передвижная токсикологическая лабораторияГде бы ни путешествовал Фидель, с ним всегда находилась специальная команда докторов, которые проверяли всю еду и напитки на наличие яда непосредственно перед тем, как подать ему. Также Фидель никогда не ел в ресторане гостиницы, в которой останавливался. Он посылал за едой в соседние заведения, причем каждый раз называл новое число ресторанов, которое нужно отсчитать от гостиницы, прежде чем зайти и купить еду.Команда саперовВ свиту Кастро неизменно входили специалисты по взрывчатым веществам. Именно они в 2000 году предотвратили последнее покушение на команданте — достали 90 килограммов взрывчатки из-под трибуны Фиделя, когда он приезжал с визитом в Панаму.

13 августа 2016, 16:21

Лучший мир возможен

К 90-летию легендарного Фиделя КастроЛучший мир возможенВзять интервью у Фиделя - мечта любого журналиста. Особенно такого, который выучил испанский, чтобы говорить на одном языке с Команданте. Многим эта мечта кажется недостижимой. Журналист "Советской России" Ольга Гарбуз доказывает обратное. Фидель доступен для общения. Каждое его слово - статья, выступление или совсем коротенькое размышление, - переведено на все языки народов мира. В них можно найти ответы на любой вопрос. Именно такое интервью, основанное на выступлениях, статьях и размышлениях Команданте разных лет предлагается сегодня Вашему вниманию.– Как можно осознать себя революционером?– В университете, куда я пришел, просто обладая мятежным духом и некоторыми элементарными идеями о справедливости, я стал революционером, я стал марксистом-ленинцем и приобрел чувства, в отношении которых я на протяжении лет имел привилегию никогда не почувствовать искушения, даже самого малого, когда-нибудь отказаться от них.  Поэтому я осмеливаюсь утверждать, что никогда от них не откажусь.…Когда я окончил этот университет, я считал себя большим революционером, а я просто начинал другой, намного более долгий путь. Если я чувствовал себя революционером, если я чувствовал себя социалистом, если я приобрел все идеи, которые сделали из меня – и не было никаких других – революционера, заверяю вас со всей скромностью, что сейчас я чувствую себя в десять раз, в двадцать раз, быть может, в сто раз большим революционером, чем тогда. Если тогда я был готов отдать жизнь, сейчас я в тысячу раз более, чем тогда, готов отдать свою жизнь.– Разве цена жизни – мерило революционности?– Человек даже отдает жизнь за благородную идею, за этический принцип, за чувство достоинства и чести еще до того, как стать революционером… Десятки миллионов человек погибли на полях битв… почти что влюбленные в символ, в знамя, которое они считали прекрасным, в гимн, который они считали волнующим, какой была «Марсельеза» в свое революционное время… Человеческое существо – единственное, способное сознательно перешагнуть через все инстинкты; человек – это существо, полное инстинктов, эгоизма – он рождается эгоистом, природа вкладывает в него это; природа вкладывает инстинкты; образование вкладывает добродетели; природа навязывает действия через инстинкты – инстинкт выживания один из них, которые могут привести его к подлости, в то время как другая сторона сознания может привести к самым великим актам героизма. Неважно, каков каждый из нас, какими разными мы являемся, но все вместе мы составляем одно.– Как происходит революционизация народных масс?– Удивительно, что, несмотря на различия между людьми, они могут в какой-то момент… быть миллионами, и миллионами они могут быть только через идеи. Никто не следовал за Революцией в силу культа кого бы то ни было или в силу личных симпатий к кому-то. Когда народ достигает той же готовности к самопожертвованию, как любой из тех, кто с верностью и искренностью пытается руководить им и пытается вести его к определенной цели, это возможно только через принципы, через идеи.  Вы постоянно читаете произведения мыслителей, постоянно читаете историю, и в истории нашей родины читаете труды Марти, читаете труды многих других видных патриотов в истории мира, в истории революционного движения, вы читаете труды теоретиков, великих теоретиков, которые никогда не отступали от революционных принципов. Это – идеи, которые нас объединяют, это – идеи, которые делают нас народом-бойцом, это – идеи, которые делают нас уже не только индивидуально, но и коллективно революционерами, и тогда соединяется сила всех, тогда народ никогда нельзя победить, и когда число идей намного больше, когда число идей и ценностей, которые он защищает, умножается, тем более народ нельзя победить.– Но есть революционная наука, есть научные теории, которые надо постичь, прежде чем выстраивать революционную стратегию.– Однажды я сказал: «В этом университете я стал революционером», но это случилось, потому что я столкнулся с этими книгами, а до того, как я их нашел, я сам, не прочитав еще ни одной из этих книг, уже ставил под сомнение капиталистическую политэкономию, потому что уже в то время она мне казалась нерациональной...Это была политэкономия, объяснявшая законы капитализма, там упоминались различные теории о происхождении стоимости, упоминались также марксисты, утописты, коммунисты – в общем, давались самые разнообразные экономические теории. Однако, изучая политэкономию капитализма, я начал испытывать большие сомнения, ставить это под вопрос, потому что я прежде жил в латифундии и кое-что вспоминал, у меня появлялись спонтанные идеи, как у многих утопистов в мире.Потом, когда я узнал, что такое утопический коммунизм, я обнаружил, что был утопическим коммунистом, потому что все мои идеи исходили из мысли: «Это нехорошо, это плохо, это глупость. Как могут наступать кризисы перепроизводства и голод, когда есть больше угля, больше холода, больше безработных, потому что именно имеется больше возможности создавать богатства. Не было бы проще производить их и распределять между всеми?»В то время казалось, как казалось и Карлу Марксу во времена Готской программы, что предел изобилия заключается в социальной системе; казалось, что по мере развития производственных сил они смогут производить, почти безгранично, то, что нужно человеку для удовлетворения своих насущных потребностей – материальных, культурных и так далее.Все читали эту Программу, и, несомненно, она достойна уважения. Она ясно устанавливала, каким было в ее понимании различие между социалистическим и коммунистическим распределением, и Марксу не нравилось предсказывать или рисовать будущее, он был очень серьезным и никогда этого не делал. Когда он написал политические книги, такие как «Восемнадцатое брюмера», «Гражданская война во Франции», он был гениален, он очень четко видел. Его «Коммунистический манифест» – это классическое произведение. Вы его можете анализировать, можете быть более или менее удовлетворены тем или другим. Я перешел от утопического коммунизма к коммунизму, основанному на серьезных теориях социального развития, таких как исторический материализм. В философском плане он опирался на диалектический материализм. Было много философии, много споров и дискуссий. Естественно, всегда надо уделять должное внимание различным философским течениям.В этом реальном мире, который нужно изменить, каждый революционер как революционный тактик и стратег обязан разработать тактику и стратегию, ведущую к главной цели – изменить этот реальный мир.– Можно ли определить кратко вклад Кастро в революционную стратегию?– Думаю, мой вклад в кубинскую революцию состоит в том, что я свел воедино идеи Марти и идеи марксизма-ленинизма и последовательно применил этот синтез в ходе нашей борьбы.– Почему коммунисты 1950-х, такие видные революционеры, как Блас Рока и другие, не могли оказаться тогда во главе революционного процесса на Кубе?– Я видел, что кубинские коммунисты изолированы, изолированы потому, что их изолировал климат, созданный вокруг них империализмом, маккартизмом и реакцией; говорю тебе прямо: что бы они ни делали, этот климат изолировал их. Они сумели укрепиться в рабочем движении, много коммунистов работало среди кубинского рабочего класса, посвятили себя делу рабочих, сделали много для трудящихся и пользовались среди них большим авторитетом; но я видел, что в этих обстоятельствах у них не было никаких политических перспектив.– Синтез идей Марти и марксизма-ленинизма революционизировал массы?– В то время я выстраиваю революционную стратегию, чтобы осуществить глубокую социальную революцию, но по стадиям, по этапам; и, главное, понимаю, что надо делать ее силами большой, мятежной массы, которая не обладает зрелым политическим сознанием для совершения революции, но составляет огромное большинство народа. Я говорю себе: эта мятежная, здоровая масса – вот сила, которая может сделать революцию, вот решающий фактор в революции; надо привести эту массу к революции, и привести ее по этапам. Потому что такое сознание не создашь разговорами, за один день. И я ясно увидел, что эта большая масса составляет главный фактор, эта масса, еще не имеющая ни о чем ясных представлений, даже во многих случаях полная предубеждений против социализма, против коммунизма, масса, которая не могла получить настоящей политической культуры и испытывала на себе влияние со всех сторон, находясь под воздействием всех средств массовой информации: радио, телевидения, кино, книг, журналов, ежедневной прессы и антисоциалистических и реакционных проповедей, доносящихся отовсюду…Почти с самых ранних лет я слышал, что социализм отрицает понятие родины, отнимает землю у крестьян, личную собственность – у всех людей, не признает семьи и тому подобное. Уже во времена Маркса его обвиняли в том, что он проповедуетобобществление женщин, что вызвало со стороны великого социалистического мыслителя решительную отповедь. Изобретали самые страшные, самые абсурдные вещи, чтобы отравить народ, настраивая его против революционных идей. Среди народной массы было много антикоммунистов, нищих, которые могли быть антикоммунистами, побирушек, безработных-антикоммунистов. Они не знали, что такое коммунизм и что такое социализм. И, однако, этот страдающий народ страдал от бедности, от несправедливости, от унижений, от неравноправия, потому что страдание народа измеряется не только в материальных терминах, но и в терминах моральных, и люди страдают не только потому, что потребляют тысячу пятьсот калорий, а им требуется три тысячи; на это накладывается и дополнительное страдание – социальное неравноправие, когда ты постоянно чувствуешь, что тебя попирают, унижают твое человеческое достоинство, потому что тебя считают никем, на тебя смотрят как на ноль без палочки, как на пустое место: тот – всё, а ты – ничто. И я начинаю сознавать, что эта масса – решающий фактор и что она чрезвычайно раздражена и недовольна: она не понимает социального существа проблемы, она сбита с толку, она приписывает безработицу, бедность, отсутствие больниц, отсутствие работы, отсутствие жилья – всё это, или почти всё, она приписывает административной коррупции, растратам, извращенности политиков…– Можно сказать, что вовлечение мятежных масс в кубинскую революцию было преодолением известных догм о пролетарском авангарде?Ссылаясь на опыт русской революции:– …То была первая пролетарская революция, основанная на идеях Маркса и Энгельса, развитая другим великим гением – Лениным.Ленин особенно изучал вопросы государства; Маркс не говорил о союзе рабочих и крестьян, он жил в промышленно развитой стране; Ленин видел отсталый мир, видел страну, где 80 или 90% населения составляли крестьяне, и, хотя там была мощная рабочая сила на железных дорогах и на некоторых фабриках и заводах, Ленин совершенно отчетливо видел необходимость союза рабочих и крестьян, о котором никто раньше не говорил, все философствовали, но никто не говорил об этом. И именно в огромной полуфеодальной, полуотсталой стране совершается первая социалистическая революция, первая настоящая попытка создать равноправное общество; ни одна из предыдущих – рабовладельческих, феодальных, средневековых или антифеодальных, буржуазных, капиталистических революций, хотя там много говорилось о свободе, равенстве и братстве, – никто никогда не задался целью создать справедливое общество.С догматизмом никогда не создали бы стратегии. Ленин научил нас многому… Маркс научил нас понимать общество; Ленин научил нас понимать государство и роль государства.– В арсенале империалистического обличения социальной революции само словосочетание «классовая борьба» превращено в ядовитое клеймо, в символ насилия, ненависти, бесчеловечности. Особенно это усиливается ныне для подавления сознания миллионов гигантскими тиражами и сокрушительными децибелами.– Ни Маркс, ни марксизм не выдумали существование классов, не выдумали классовую борьбу; они просто в очень ясной форме проанализировали, изучили и доказали существование классов и углубились в этот вопрос, в эту историческую реальность. Они открыли законы, которые управляют именно этой борьбой и которые управляют эволюцией человеческого общества. Они не выдумали ни классов, ни классовой борьбы, так что нельзя приписывать это марксизму; во всяком случае, надо было обвинять в том историю, это она несет большую ответственность за проблему. Так вот, насчет классовой ненависти – порождает ненависть вовсе не марксизм-ленинизм, который не проповедует собственно классовую ненависть, он просто говорит: существуют классы, классовая борьба, а борьба порождает ненависть…Что в действительности порождает ненависть? Порождает ненависть эксплуатация человека, угнетение человека, сталкивание его на дно, социальная несправедливость – вот что объективно порождает ненависть, а не марксизм… Речь идет не о том, что проповедуется классовая ненависть, а о том, что объясняется социальная реальность, объясняется то, что происходило на протяжении истории.Если ты станешь изучать, например, революционную мысль на Кубе, идеи нашей собственной революции, тут никогда не произносилось слово «ненависть». Даже больше, у нас был мыслитель огромного масштаба, исключительного масштаба – Марти. И Марти уже в семнадцать лет в документе под названием «Каторжная тюрьма на Кубе», в рассказе о своих страданиях и обвинениях против Испанской Республики, республики, которая возникла в Испании и ставила вопрос о правах для испанского народа, но отказывала в правах народу Кубы; которая провозглашала свободу и демократию в Испании, но отказывала Кубе в свободе и демократии, как было всегда, Марти произносит удивительные слова, когда утверждает: ни хлыст, ни оскорбления, ни звон цепей не смогли научить меня ненавидеть; примите мое презрение, ибо я никого не могу ненавидеть. В течение всей своей жизни Марти проповедовал борьбу за независимость, за свободу, но не проповедовал ненависти к испанцам.Опыт Марти показывает, как можно проповедовать дух борьбы и борьбу ради завоевания независимости, не проповедуя ненависти к тем, кого он называл своими испанскими отцами; и я заверяю, что наша революция глубоко проникнута идеями Марти. Мы – революционеры, социалисты, марксисты-ленинцы – не проповедуем ненависть как философию, не проповедуем философию ненависти. Это не значит, что мы чувствуем какую-то симпатию к системе угнетения и что мы не боролись против нее, вкладывая в это все силы; но я думаю, что мы выдержали высшую проверку, и она заключается в следующем: мы ведем упорнейшую борьбу против империализма, империализм совершал против нас всяческие агрессии и наносил нам всяческий ущерб…Однако, когда североамериканский гражданин приезжает в нашу страну, все оказывают ему большое внимание, потому что, действительно, мы не можем ненавидеть североамериканского гражданина, мы отвергаем систему, мы ненавидим систему. И в моей интерпретации и, я полагаю, в интерпретации революционеров-марксистов речь идет не о ненависти к индивидуумам, а о ненависти к подлой системе эксплуатации…– Враги революции действуют подчас изуверски. У русских красноармейцев вырезали на груди звезды, их распинали на кресте, миллионы жертв гибли в крематориях. Неужели это не заслуживает отмщения?– Думаю, что многие из этих преступников – полные психопаты; я предполагаю, что Гитлер был больным, я не могу представить его здоровым человеком; думаю, что все эти люди, которые послали миллионы жертв в крематории, были душевнобольными… Конечно, я ненавижу фашизм, я ненавижу нацизм, я ненавижу эти отвратительные методы. Я даже могу сказать: ответственные за это должны быть наказаны… Надо было отправить их в тюрьму или даже расстрелять, поскольку они причинили людям огромный вред. Но когда мы наказываем человека, который совершил серьезное кровавое преступление, или даже контрреволюционера, или предателя революции, мы не делаем это из духа мести – я говорил это много раз, – месть не имеет смысла. Кому ты мстишь: истории, обществу, которое породило подобные чудовища, болезням, которые могли побудить этих людей совершать ужасные преступления? Кому ты будешь мстить? Так вот, мы не мстим никому. Мы много боролись и сражались в эти годы, и, однако, мы не можем сказать, что здесь существует чувство ненависти или мести против отдельных личностей, потому что мы видим, что личность часто, к сожалению, бывает продуктом целой совокупности ситуаций и обстоятельств и что в их поведении есть значительная степень предопределенности……Для нас – или, по крайней мере, для меня лично – любой случай контрреволюционной, реакционной деятельности людей, которые находятся полностью в здравом уме, когда надо было наказать саботажника, предателя, убийцу, мы делали это не из ненависти или из духа мести, но из-за необходимости защитить общество, обеспечить выживание революции, защитить то, что она означает, неся народу справедливость, благополучие и благосостояние. Вот так мы рассматриваем этот вопрос…И думаю, что это заключено в самом существе наших политических идей, думаю, что Маркс тоже не питал ненависти ни к одному человеку, даже к царю. Думаю, что Ленин ненавидел имперскую, царскую систему, систему эксплуатации, систему помещиков и буржуазии; думаю, что Энгельс ненавидел систему. Они не проповедовали ненависти к людям, они проповедовали ненависть к системе.– Но все-таки произнесена классическая фраза-формула: «Религия – опиум народа», и живет она в сознании общества не один век.– Было вполне логично, что с момента, когда религия… начала использоваться как орудие порабощения, это вызвало у революционеров антиклерикальную и даже антирелигиозную реакцию, и я прекрасно понимаю, в каких обстоятельствах возникла эта фраза. Но когда Маркс создал Интернационал трудящихся, насколько я знаю, в том Интернационале трудящихся было много христиан; насколько я знаю, во время Парижской коммуны среди тех, кто боролся и умирал за нее, было много христиан, и нет ни единой фразы Маркса, которая исключала бы этих христиан из направления, из исторической миссии совершения социальной революции. Если мы пойдем немного дальше и вспомним все дискуссии вокруг программы партии большевиков, основанной Лениным, ты не встретишь ни единого слова, которое действительно исключало бы христиан из партии; главным условием для того, чтобы стать членом партии, называется принятие программы партии. Словом, эта фраза, или лозунг, или постановка вопроса имеет историческое значение и абсолютно справедлива в определенный момент. Даже в современной ситуации могут сложиться обстоятельства, когда она будет выражением реальности.В любой стране, где высшая иерархия католической или любой другой церкви тесно связана с империализмом, с неоколониализмом, эксплуатацией народов и людей, с репрессиями, не надо удивляться, если в этой конкретной стране кто-нибудь повторит фразу о том, что религия – опиум народа, и также вполне понятно, что никарагуанцы, исходя из своего опыта и из позиции, занятой никарагуанскими священниками, пришли к выводу, на мой взгляд, тоже очень справедливому, о том, что, следуя своей религии, верующие могут встать на революционные позиции, и не должно быть противоречий между его состоянием верующего и состоянием революционера. Но, разумеется, насколько я понимаю, эта фраза никоим образом не имеет и не может иметь характера догмы или абсолютной истины; это истина, приспособленная к определенным конкретным историческим условиям. Думаю, что абсолютно по-диалектически и абсолютно по-марксистски делать подобный вывод.По моему мнению, религия, с точки зрения политической, сама по себе, не опиум и не чудодейственное средство. Она может быть опиумом или замечательным средством в зависимости от того, используется ли она, применяется ли она для защиты угнетателей и эксплуататоров или угнетенных и эксплуатируемых, в зависимости от того, каким образом подходит к политическим, социальным или материальным проблемам человеческого существа, который, независимо от теологии и религиозных верований, рождается и должен жить в этом мире. С точки зрения строго политической, – а я думаю, что немного разбираюсь в политике, – я считаю даже, что можно быть марксистом, не переставая быть христианином, и работать вместе с коммунистом-марксистом ради преобразования мира.– И вот один из отчаянно горьких вопросов – об обратимости революционных процессов, когда вдруг опрокидывается целый выстроенный мир…– Думаю, что опыт первого социалистического государства, государства, которое следовало привести в порядок, но никак не разрушать, был очень горьким. Не думайте, что мы не задумывались часто над этим невероятным явлением, в результате которого одна из самых могущественных держав мира, которая сумела сравняться силой с другой сверхдержавой, страна, заплатившая жизнью более 20 миллионов граждан за борьбу против фашизма, страна, растоптавшая фашизм, развалилась таким образом, как она развалилась. Неужели революции призваны разрушаться, или эти люди могут сделать так, что революции разрушатся? Могут люди или не могут, может общество или не может помешать падению революции? Сразу же мог бы добавить еще один вопрос: как вы думаете, этот революционный, социалистический процесс может развалиться или нет?.. Вы когда-нибудь задумывались над этим? Глубоко задумывались?..Я задаю этот вопрос, чтобы вы обратились к известному вам историческому опыту, и прошу всех, без исключения, подумать: может революционный процесс быть необратимым или нет? Какими должны быть идеи или уровень сознания, которые сделали бы невозможным обратимость революционного процесса? Когда те, кто был первым, ветераны исчезают и уступают место новым поколениям руководителей, что делать и как это делать? Ведь мы в конце концов были свидетелями многих ошибок и даже не догадывались об этом. Руководитель обладает огромной властью, когда пользуется доверием масс, когда они верят в его способности. Ужасны последствия ошибки тех, кто имеет самую большую власть, и в ходе революционных процессов это случалось не раз. Это вещи, над которыми размышляешь. Изучаешь историю, что произошло здесь, что произошло там, что произошло в другом месте, размышляешь над тем, что произошло сегодня и что произойдет завтра, куда ведут процессы каждой страны, куда войдет наш, как он будет идти, какую роль будет играть Куба в этом процессе……Кое-кто думал, что построят социализм при помощи капиталистических методов. Это одна из крупных исторических ошибок. Не хочу говорить об этом, не хочу теоретизировать, но у меня есть масса примеров того, как неправильно поступали во многом из сделанного те, кто считал себя теоретиками, кто начитался до дури книг Маркса, Энгельса, Ленина и всех остальных.…Одной из самых больших наших ошибок в начале, а часто и на протяжении всей Революции, было думать, будто кто-то знает, как строится социализм.Сегодня у нас имеются, по моему мнению, довольно ясные идеи о том, как должен строиться социализм, но нам нужно много очень ясных идей и много вопросов, направленных вам, кто несет ответственность, о том, как можно сохранить социализм или как он сохранится в будущем.…Страна потерпела ошеломляющий удар, когда совершенно внезапно рухнула великая держава, мы остались одни, одни-одинешеньки, и потеряли все рынки для сахара, и перестали получать продукты питания, топливо, даже дерево, чтобы по-христиански похоронить своих мертвецов. И все думали: «Это рухнет», и большие идиоты продолжают думать, что это рухнет, и если не сейчас, то потом. И чем больше они строят иллюзий и чем больше думают, тем больше должны думать мы, и тем больше должны делать выводы, чтобы никогда не потерпел поражение этот славный народ, который так верил в нас всех…Революция может разрушиться, но… это было бы по нашей вине.Чтобы никогда не было здесь… распавшихся, рассыпавшихся социалистических лагерей! Чтобы империя не являлась сюда устраивать секретные тюрьмы, чтобы пытать прогрессивных мужчин и женщин остального континента, который сегодня поднимается, решившись завоевать вторую и окончательную независимость!Пусть лучше не останется ни тени памяти ни о ком из нас и ни о ком из наших потомков, чем нам придется снова жить такой отвратительной и жалкой жизнью.– Людям свойственно стремление к благополучию. При определенном достатке возникает желание комфорта. Не подстерегает ли их ненавистное потребительство?– Разумеется, я нисколько не умаляю важность удовлетворения материальных потребностей. Всем известно, чтобы учиться, чтобы улучшать условия жизни, необходимо удовлетворять определенные физические и материальные потребности. Но качество жизни – в знаниях, в культуре. Именно эти ценности определяют настоящее качество жизни, ее высшее качество, а не качество пищи, крыши над головой и одежды…Потребительское общество – это одно из самых зловещих изобретений развитого капитализма, которое сейчас находится на этапе неолиберальной глобализации. Оно тлетворно. Я пытаюсь, но не могу представить себе миллиард триста китайцев – владельцев автомобилей в такой же пропорции, как в США. Я не могу представить себе Индию с населением свыше миллиарда человек, живущих в обществе потребления; не могу представить себе общество потребления на Африканском континенте южнее Сахары, где у 600 миллионов жителей нет даже электричества и где в некоторых местах более 80% людей не умеют ни читать, ни писать.В условиях дьявольского и хаотичного экономического порядка за 5–6 десятков лет максимум общество потребления израсходует реальный и вероятный запасы минерального топлива… Отсутствует даже более-менее целостное и ясное понятие об энергии, которая через 50 лет будет приводить в движение миллиарды автомобилей, заполонивших города и дороги богатых стран и даже многих стран «третьего мира». Это отражение абсолютно нерационального стиля жизни и политики потребительства, которые никогда не могут послужить образцом для 10 миллиардов человек предположительного населения планеты, когда фатальная нефтяная эра подойдет к концу.Такой экономический порядок и такие образы потребительства губительны для главных природных ресурсов, запас которых ограничен и невосстановим, они несовместимы с законами природы и жизни на Земле, поскольку вступают в конфликт с элементарными этическими принципами, культурой и моральными ценностями, созданными человеком.– Характерные черты нового мирового порядка.– При капитализме, даже в самых промышленно развитых странах, в действительности правят крупные национальные и транснациональные предприятия. Они решают вопросы инвестиций и развития. Они отвечают за материальное производство, за основные экономические услуги и большую часть социальных услуг. Государство просто взимает налоги, распределяет и расходует их. Во многих из этих стран правительство может целиком уйти на каникулы, и никто ничего не заметит.Развитая капиталистическая система, позже превратившаяся в современный империализм, в конце концов навязала миру неолиберальный глобализированный порядок, являющийся совершенно невыносимым. Она породила мир спекуляции, создание фиктивных богатств и ценностей, не имеющих ничего общего с реальным производством, и сказочные личные состояния, некоторые из которых превосходят валовой внутренний продукт десятков бедных стран. Излишне добавлять к этому грабеж и растрату природных мировых ресурсов, а также жалкую жизнь миллиардов людей. Эта система ничего не обещает человечеству и не нужна ни для чего, кроме самоуничтожения, причем вместе с ней будут, возможно, уничтожены природные ресурсы, служащие опорой для жизни человека на планете.…Часто вспоминают ужасы холокоста и акты геноцида, имевшие место на протяжении этого века, но, похоже, забывают, что каждый год, по причине экономического порядка, о котором мы говорим, от голода и болезней, которые можно предупредить, умирают десятки миллионов человек. Можно потрясать положительными с виду статистиками роста, но в конце концов для стран «третьего мира» все остается по-прежнему или становится еще хуже. Рост часто опирается на накопление потребительских товаров, которые ничем не способствуют подлинному развитию и лучшему распределению богатств. Большая правда состоит в том, что после нескольких десятилетий неолиберализма богатые становятся все богаче, а бедные – все беднее и беднее.Раньше говорили об апартеиде в Африке, сегодня мы можем говорить об апартеиде в мире, где более 4 миллиардов человек лишены самых элементарных человеческих прав: на жизнь, на здравоохранение, на образование, на питьевую воду, на питание, на жилье, на работу, на веру в будущее для себя и для своих детей.Cудя по тому, как развиваются события, скоро для нас не останется даже воздуха, чтобы дышать, воздуха, который все больше отравляют расточительные потребительские общества, заражающие жизненно важные элементы и разрушающие среду обитания человека.…После последней мировой войны нам обещали мир во всем мире, снижение неравенства между богатыми и бедными, что более развитые страны будут помогать менее развитым. Все это оказалось просто фальшью. Нам навязали мировой порядок, который уже невозможно поддерживать и невозможно терпеть. Мир ведут в тупик.– В повседневной борьбе с человеком и человечеством империалисты создали и успешно испытали оружие массового подавления.– Они обманули мир. Когда возникли средства массовой информации, они завладели умами и правили не только путем лжи, но и путем условных рефлексов. Ложь и условный рефлекс – не одно и то же: ложь влияет на знания; условный рефлекс влияет на способность думать. И не одно и то же быть дезинформированным и потерять способность думать, потому что у тебя уже создали рефлекс: «Это плохо, это плохо; социализм – это плохо, социализм – это плохо», и все невежды, и все бедняки, и все эксплуатируемые стали говорить: «Социализм – это плохо». «Коммунизм – это плохо», и все бедняки, все эксплуатируемые и все неграмотные стали повторять: «Коммунизм – это плохо».«Куба плохая, Куба плохая», – сказала империя, сказала в Женеве, сказала в двадцати местах, и приезжают все эксплуатируемые этого мира, все неграмотные и все, кто не получает ни медицинской помощи, ни образования, не имеет гарантированной работы, не имеет ничего гарантированного, говоря: «Кубинская революция плохая, Кубинская революция плохая»…Что делает неграмотный? Как он может знать, хороший или плохой Международный валютный фонд, и что процентные ставки выше, и что мир непрерывно подчиняют и грабят тысячей способов этой системы? Он этого не знает.Они не учат массы читать и писать, они тратят ежегодно миллион на рекламу; но они его не то что тратят, они тратят на то, чтобы создавать условные рефлексы… Это сказали сто раз, создали ассоциацию с красивым изображением и посеяли, врезали в мозг. Они, кто столько говорит о промывании мозгов, вырезают его, придают ему форму, лишают человека способности думать…Что может прочесть неграмотный? Как он может узнать, что его облапошивают? Как может узнать, что самая большая ложь в мире – говорить, что это демократия, прогнившая система, которая царит там и в большей части, чтобы не сказать почти во всех странах, скопировавших эту систему? Они причиняют ужасный вред. И каждый постепенно начинает понимать это, день за днем, день за днем; день за днем больше презрения, больше отвращения, больше ненависти, больше осуждения, больше желания бороться. Вот то, в силу чего каждый по прошествии времени может стать во много раз большим революционером, чем был, когда не знал многое из этого и знал только элементы несправедливости и неравенства.– Но лучший мир возможен?– Обратите внимание, насколько стала популярной фраза… «Лучший мир возможен». Но когда мы достигнем лучшего мира, который возможен, мы должны повторять, не переставая: лучший мир возможен – и продолжать опять повторять: лучший мир возможен. Потому что мир стоит перед альтернативой: стать лучше или исчезнуть.Я верю в идеи, я верю в сознание, знания, в культуру и особенно в политическую культуру. Мы посвятили многие годы формированию сознания и глубоко верим в образование и культуру, прежде всего в политическую культуру…Почти во всех школах мира учат догмам, даже здесь учили догмам. Я в корне против догм… Наш народ верит в потрясающую силу идей, в то, что мы научились… относительно ценностей, идей и знаний. Тем не менее существует опасность, и мы всегда стараемся лучше воспитывать новые поколения. Потому что сегодня глобализированный мир заставляет расширять запас знаний, искать и находить глобальные решения.С моей точки зрения, нет задачи более срочной, чем всемирное формирование сознания, нужно донести суть проблемы до сознания миллиардов мужчин и женщин всех возрастов и детей, которые населяют планету. Объективные условия и тяготы, которые испытывает огромное их большинство, создадут субъективные условия для выполнения задачи по повышению сознательности. Все взаимосвязано: безграмотность, безработица, нищета, голод, болезни, недостаток питьевой воды, жилья, электричества, расширение пустынных площадей, изменение климата, исчезновение лесов, наводнения, засухи, эрозия почвы, биодеградация, паразиты и прочие трагедии…Человеческое общество совершило колоссальные ошибки и продолжает их совершать, но я глубоко убежден, что человек способен на самые благородные идеи, самые великодушные чувства, он способен, преодолевая мощный инстинкт, которым его наделила природа, отдать жизнь за то, что чувствует и думает. Это человек много раз демонстрировал в течение всей истории.…Я думаю, – потому что я оптимист, – что этот мир может спастись, несмотря на совершенные ошибки, несмотря на создавшуюся безграничную и одностороннюю власть и господство, потому что верю в превосходство идей над силой.Это идеи, дающие миру свет, и когда я говорю об идеях, у меня в мыслях только справедливые идеи, которые могут принести миру мир, которые могут отвести угрозу войны и положить конец насилию. Поэтому мы говорим о борьбе идей.Фидель КАСТРОhttp://sovross.ru/articles/1440/25546 - цинк (полностью здесь)С Днем Рождения, Фидель!

18 мая 2016, 09:54

Его убили, но мы не можем доказать

Вице-президент Венесуэалы заявил, что Уго Чавес был убит.Приведшее к смерти президента Венесуэлы Уго Чавеса заболевание было спровоцировано, чтобы не дать ему возможность покончить с диктатурой доллара. Об этом на встрече с сотрудниками сферы здравоохранения заявил исполнительный вице-президент Боливарианской Республики Аристобуло Истурис."Чавес превратился в главную цель, во врага номер 1 крупных мировых финансовых центров, и поэтому его убили, мы все это осознаем, но не можем доказать", - цитирует Истуриса ТАСС.Он отметил, что у ряда политиков, на тот момент возглавлявших страны региона, с небольшой разницей во времени также были выявлены онкологические заболевания. Он упомянул президента Парагвая Фернандо Луго, его аргентинскую коллегу Кристину Фернандес де Киршнер, бразильских лидеров Луиса Инасиу Лулу да Силву и Дилму Руссефф, возглавившую крупнейшую страну Южной Америки в 2011 году.По его словам, Чавес собирался сбросить "одну из самых сильных удавок для доминирования над народами: международную валютную систему и диктатуру доллара".При всей казалось бы невероятности данной версии, стоит вспомнить как ЦРУ пытались заразить Фиделя Кастро туберкулезом.Один из самых враждебных к Кубе органов печати США, издающийся во Флориде, рассказывает о событиях следующим образом:"Воспользовавшись переговорами, которые велись в целях освобождения пленных, захваченных в бухте Кочинос, ЦРУ попыталось использовать ключевое лицо этих переговоров американского адвоката Джеймса Донована, чтобы он вручил Фиделю Кастро смертоносный подарок: неопреновый костюм, зараженный грибком, поражающим кожу, и аппарат для дыхания под водой, зараженный туберкулезом... Кубинский руководитель получил снаряжение в ноябре 1962 года..."Это разоблачение является одной из многих историй, приводимых в книге "После Бухты Свиней" (После бухты Кочинос), в которой говорится о переговорах, имевших место с апреля по декабрь 1962 года между Комитетом родственников для освобождения пленных и кубинским правительством.Попытка заразить Фиделя провалилась из-за жадности ЦРУ. Зараженный костюм вручили адвокату Пересу Сиснерос, который был в свое время чемпионом по подводной охоте на Кубе, но тому показалось неуважительным дарить лидеру Острова Свободы дешевый простенький костюм и он купил в известном магазине на Таймс-сквер в Нью-Йорке неопреновый костюм за 130 долларов и снаряжение для подводного плавания за 215 долларов.Кастро получил их в ноябре 1962 года, и несколько недель спустя, во время нового приезда Донована, кубинский президент сказал адвокату, что уже пользовался ими...http://www.novorosinform.org/news/id/53056 - цинкPS. Тут стоит вспомнить, что одной из основных версий причин свержения Каддафи так же называлось намерение лидера Джамахирии покуситься на господство доллара, причем в случае с Каддафи это даже получило косвенное подтверждение во вскрытых документах закрытой переписки Хиллари Клинтон.В США продолжается публикация переписки бывшего госсекретаря, жены экс-президента и кандидата в новые президенты Хиллари Клинтон. Напомним, в Госдепе приняли решение опубликовать переписку экс-шефа после того, как Клинтон обвинили в том, что она использовала частную почту для сверхсекретной государственной переписки.В начале декабря было опубликовано около 5 тыс. страниц, притом что Клинтон передала Госдепартаменту более 55 тыс. При этом она удалила примерно 31 тыс. страниц, заявив, что эта часть почтового архива не связана с работой и содержит частную информацию. Критики Клинтон отметили, что теперь невозможно проверить, была ли это действительно частная информация или секретная переписка, и потребовали возбудить уголовное дело против экс-госсекретаря, но этого до сих пор не сделано.Итак, в свежей порции переписки говорится о причинах, по которым США активно поддержали свержение ливийского лидера Муаммара Каддафи. Это крупные золотые и нефтяные запасы Ливии, а также расширение французского влияния в североафриканском регионе. Более того, в переписке высказываются опасения, что золотые запасы Каддафи так велики, что могли стать основой для создания панафриканской валюты, которая, в свою очередь, могла конкурировать с долларом в регионе.В одном из писем говорится, что Ливия располагает 143 тоннами золота и сравнимым количеством серебра, что составляет в ценах 2011 года 7 млрд долларов. Адресат письма неизвестен – он скрыт под псевдонимом Сид. Хиллари Клинтон начали всерьез критиковать за вторжение в Ливию после того, как американской публике впервые стало понятно, что «что-то пошло не так». Это произошло после жестокого убийства американского посла Кристофера Стивенса в октябре 2012 года.Напомним, что сенатор Рэнд Пол, один из кандидатов в президенты от Республиканской партии, заявлял в 2013 году, что Стивенс и американское посольство в целом были причастны к поставкам оружия ливийским повстанцам. Подтверждал это и известный французский журналист Бернар-Анри Леви, участвовавший в переговорах с ливийскими повстанцами. В некрологе, написанном на смерть Стивенса, он называл посла «одним из тайных творцов ее освобождения», отмечают «ИноСМИ».Леви, напомним, является одним из главных сторонников «гуманитарных бомбардировок» – именно он рука об руку с недавно скончавшимся Андре Глюксманном активно призывал бомбить Сербию, Ирак, Сирию и Ливию. В некрологе Стивенсу приводится еще ряд интересных фактов: «Он (Стивенс) взялся за дело, засучив рукава. Он был одним из тех, кто выступал за активизацию действий его страны с воздуха и на земле с помощью отправки туда первых спецподразделений... Мне вспоминаются наши бурные, но откровенные и дружеские споры о перспективах ливийского варианта Дейтонских соглашений, в котором ставка делалась на раздел Ливии и создание конфедерации. Год спустя мы встретились с ним в Вашингтоне. История подходила к концу. Я приехал, чтобы поговорить с Хиллари Клинтон об этой войне за освобождение, в которой обе наших страны сражались плечом к плечу».Откровенность журналиста Леви шокирует, пожалуй, даже больше, чем тайная переписка госсекретаря. Дипломат, который выступает за бомбардировки и лоббирует отправку спецподразделений – а что такого? Раздел независимого государства – отлично!Но истинные причины участия США в ливийской войне являются той вишенкой на торте, без которой картина не будет завершенной. «Изящный и белозубый» Стивенс и десятки тысяч не столь изящных и белозубых ливийцев погибли вовсе не во имя свободы или борьбы с диктатурой. Они погибли ради 143 тонн золота. Ну и плюс нефть и прочие богатства Ливии, которые после свержения Каддафи почему-то не достались «освобожденному» народу. Ливия на самом деле разделена, и Запад не знает, что бы еще придумать для легитимации ее нынешнего бессильного правительства. Странно, что ливийским властям не дали Нобелевскую премию мира, как это произошло с тунисским «Квартетом национального диалога», который также весьма условно контролирует эту североафриканскую страну.http://vz.ru/world/2016/1/9/787685.html - цинкС другой стороны, было бы наивно полагать, что основные бенефициары поздневашингтонской системы мироустройства дадут региональным смутьянам покушаться на основы американского экономического господства. Эти истории скорее служат уроком на будущее для тех, кто захочет покуситься на эти самые основы.

28 сентября 2015, 12:38

К юбилею Генассамблеи ООН: Исторические речи и яркие демарши

На этой неделе весь мир наблюдает за юбилейной 70-й Генассамблеей ООН, событием, собравшим в Нью-Йорке лидеров мирового сообщества. История важнейшего собрания в мире полна не только исторических решений и судьбоносных речей, но и курьёзных моментов, а также различных демаршей, которые устраивали самые неординарные лидеры XX и XXI века.Читать далее

28 сентября 2015, 12:38

К юбилею Генассамблеи ООН: Исторические речи и яркие демарши

На этой неделе весь мир наблюдает за юбилейной 70-й Генассамблеей ООН, событием, собравшим в Нью-Йорке лидеров мирового сообщества. История важнейшего собрания в мире полна не только исторических решений и судьбоносных речей, но и курьёзных моментов, а также различных демаршей, которые устраивали самые неординарные лидеры XX и XXI века.Читать далее

14 июня 2015, 16:23

14 июня 1928 года родился Эрнесто Че Гевара

Эрнесто Гевара родился 14 июня 1928 года в аргентинском городе Росарио, в семье архитектора ирландского происхождения Эрнесто Гевара Линч (1900—1987). По матери — доньи Селии де ла Серна ла Льоса (1908—1965) Че Гевара имел испанские корни. Вопреки распространённому мнению, предпоследний вице-король Перу Хосе де ла Серна не был ему родственником. Селия унаследовала плантацию херба-матэ (парагвайский чай) в провинции Мисионес. Улучшив положение рабочих — в частности, начав выплачивать им зарплату деньгами, — отец Че вызвал недовольство окрестных плантаторов, и семья была вынуждена переселиться в Росарио, в то время — второй по размеру город Аргентины, открыв там фабрику по переработке чая иерба-матэ. В этом городе родился Че. Из-за мирового экономического кризиса семья через некоторое время вернулась в Мисионес на плантацию. Помимо Эрнесто, которого в детстве звали Тэтэ (в переводе «поросёнок»), в семье было ещё четверо детей: Селия (стала архитектором), Роберто (адвокат), Анна-Мария (архитектор), Хуан Мартин (проектировщик). Все дети получили высшее образование.[5] В Че Гевара все было неправильно. Вместо аристократического звучного имени Эрнесто Гевара де ла Серна - краткий, почти безликий псевдоним Че, даже смысла-то особого не имеющий. Просто междометие - ну, эй. Аргентинцы повторяют его через слово. А вот поди ж ты - прижился, запомнился, стал известен миру. Вместо щегольского наряда и напомаженных волос - помятая куртка, стоптанные башмаки, растрепанная шевелюра. Коренной аргентинец, а танго от вальса не мог отличить. И тем не менее именно он, а не кто-то из франтоватых сверстников пленил сердце Чинчины, дочери одного из богатейших помещиков Кордовы. Так и приходил на званые вечера в ее дом - лохматый, в потрепанной одежде, ужасая снобов-гостей. И все равно был для нее лучше всех. До поры, конечно. В конце концов проза жизни взяла свое: Чинчине хотелось спокойной, обеспеченной, комфортной жизни - нормальной жизни, одним словом. А вот для нормальной-то жизни Эрнесто как раз и не годился. Тогда, в юные годы, им владела мечта - спасти мир. Любой ценой. Вот, наверное, в чем секрет. Вот почему изнеженный, болезненный мальчик из родовитой семьи оказался революционером. А ведь в роду его матери - последний вице-король Перу, брат отца - адмирал - был аргентинским послом на Кубе, когда там партизанил его племянник. Его отец, тоже Эрнесто, говорил: "В жилах моего сына текла кровь ирландских мятежников, испанских завоевателей и аргентинских патриотов"... Революционер. В расхожем представлении - угрюмый немногословный субъект, чуждый радостям жизни. А он жил жадно, с удовольствием: взахлеб читал, любил живопись, сам рисовал акварелью, увлекался шахматами (даже совершив революцию, продолжал участвовать в любительских шахматных турнирах, а жену в шутку предупреждал: "пошел на свидание"), играл в футбол и регби, занимался планеризмом, гонял плоты по Амазонке, обожал велоспорт. Даже в газетах имя Гевары появилось в первый раз не в связи с революционными событиями, а когда он совершил на мопеде турне в четыре тысячи километров, исколесив всю Южную Америку. Потом на пару с другом, Альберто Гранадосом, Эрнесто путешествовал на дряхлом мотоцикле. Когда загнанный мотоцикл испустил дух, молодые люди продолжили путь пешком. О приключениях в Колумбии Гранадос вспоминал: "Мы прибыли в Летисию не только до предела измотанные, но и без сентаво в кармане. Наш непрезентабельный вид вызвал естественные подозрения у полиции, и вскоре мы очутились за решеткой. Нас выручила слава аргентинского футбола. Когда начальник полиции, страстный болельщик, узнал, что мы аргентинцы, он предложил нам свободу в обмен на согласие стать тренерами местной футбольной команды, которой предстояло участвовать в районном чемпионате. И когда наша команда выиграла, благодарные фанатики кожаного мяча купили нам билеты на самолет, который благополучно доставил нас в Боготу". Болезненный. 2 мая 1930 года (Тэтэ - так Эрнесто звали в детстве - было всего два года) у него случился первый приступ астмы. Врачи посоветовали сменить климат - семья, продав свою плантацию, перебралась в Кордову. Болезнь не отпускала Эрнесто всю жизнь. Даже в школу первые два года он не мог ходить - маме пришлось заниматься с ним дома. К слову сказать, с матерью Эрнесто повезло. Селия де ла Сер-на-и-де ла Льоса была женщиной незаурядной: владела несколькими языками, стала одной из первых в стране феминисток и едва ли не первой среди аргентинских женщин автолюбительницей, была невероятно начитанна. В доме была огромная библиотека, мальчик пристрастился к чтению. Обожал поэзию, сохранил эту страсть до самой смерти - в рюкзаке, найденном в Боливии после гибели Че, вместе с "Боливийским дневником" лежала тетрадь с его любимыми стихами. Человек, который всю жизнь не мог усидеть на месте. С детства. В одиннадцать лет Тэтэ вместе с младшим братом сбежал из дома. Их нашли только через несколько дней в восьмистах километрах от Росарио. В юности, уже будучи студентом медицинского факультета, Гевара завербовался на грузовое судно: семья нуждалась в деньгах. Потом - по собственному выбору - стажировался в лепрозории. Однажды судьба забросила Гевару и Гранадоса в Перу, к развалинам древнего индейского города Мачу-Пикчу, где последний император инков дал бой испанским конкистадорам. Альберто сказал Че: "Знаешь, старик, давай останемся здесь. Я женюсь на индианке из знатного инкского рода, провозглашу себя императором и стану правителем Перу, а тебя назначу премьер-министром, и мы вместе осуществим социальную революцию". Че ответил: "Ты сумасшедший, революцию без стрельбы не делают!" Окончив университет и получив диплом врача-хирурга, Эрнесто Гевара и не подумал остепениться. Можно было бы начать размеренную жизнь - профессия врача в Аргентине всегда была доходным делом, - но он... покидает родину. И оказывается в Гватемале в самый драматический для этой страны момент. В результате первых свободных выборов к власти в республике пришло правительство умеренно-реформаторского толка. В июне 1954 года президент Дуайт Эйзенхауэр организовал военную интервенцию против Гватемалы. Именно тогда Гевара утверждается в мысли: революцию без стрельбы не делают. Из всех рецептов избавления от социального неравенства Эрнесто избирает марксизм, но не рационально-догматический, а романтически-идеализированный. После Гватемалы Эрнесто оказался в Мехико, работал книготорговцем, уличным фотографом, врачом. И вот тут его жизнь круто изменилась - он познакомился с братьями Кастро. После неудачного штурма казармы "Монкада" 26 июля 1953 Кастро эмигрировали в Мексику. Здесь они разрабатывали план свержения диктатуры Фульхенсио Батисты. В тренировочном лагере под Мехико Эрнесто изучал военное дело. Полиция арестовала будущего повстанца. Единственным документом, найденным у Че, оказалась неизвестно как попавшая в карман справка о посещений курсов... русского языка. Выбравшись из тюрьмы, Че едва не опоздал на борт "Гранмы". Среди примерно ста повстанцев Эрнесто был единственным иностранцем. После недельного плавания яхта пришвартовалась у юго-восточной оконечности Кубы, но в момент высадки десант встретила засада. Часть повстанцев была убита, кого-то взяли в плен, Че ранили. Оставшиеся укрылись в лесистых горах Сьерра-Маэстры и начали 25-месячную борьбу. Все это время родители Эрнесто почти не получали от него вестей. И вдруг - радость. Около полуночи 31 декабря 1958 года (на следующий день на Кубе победила революция) в дверь их дома в Буэнос-Айресе постучали. Открыв дверь, отец Эрнесто не увидел никого, зато на пороге лежал конверт. Весточка от сына! "Дорогие старики! Самочувствие отличное. Израсходовал две, осталось пять. Однако уповайте, чтобы бог был аргентинцем. Крепко обнимаю вас всех, Тэтэ". Гевара часто повторял, что у него, как у кошки, семь жизней. Слова "израсходовал две, осталось пять" означали, что Эрнесто был дважды ранен. Кто принес письмо, семья Гевары так никогда и не узнала. А через неделю, когда Гавана уже была в руках повстанцев, с Кубы прибыл самолет за семьей Че. Через несколько дней после победы Че посетил Сальвадор Альенде. Будущий президент Чили оказался в Гаване проездом. Об этой встрече Альенде рассказывал: "В большом помещении, приспособленном под спальню, где всюду виднелись книги, на походной раскладушке лежал голый по пояс человек в зелено-оливковых штанах, с пронзительным взглядом и ингалятором в руке. Жестом он просил меня подождать, пока справится с сильным приступом астмы. В течение нескольких минут я наблюдал за ним и видел лихорадочный блеск его глаз. Передо мной лежал, скошенный жестоким недугом, один из великих борцов Америки. Он без рисовки мне сказал, что на всем протяжении повстанческой войны астма не давала ему покоя". Но повстанческая война закончилась. Наступили будни. Че - министр промышленности, руководитель комиссии по планированию, главный банкир. Его размашистая подпись из двух букв появляется на денежных купюрах. Он изучает высшую математику, пишет работу о теории и практике революции, в которой излагает теорию "партизанского очага": горстка революционеров, в основном из слоев образованной молодежи, уходит в горы, начинает вооруженную борьбу, привлекает на свою сторону крестьян, создает повстанческую армию и свергает антинародный режим. Кубинская революция нуждалась в международном признании, и Че возглавляет важные дипломатические миссии. В августе 1961 года он участвовал в межамериканском экономическом совещании на модном уругвайском курорте Пунта-дель-Эсте. Там была озвучена предложенная президентом Джоном Кеннеди программа "Союз ради прогресса". Куба в блокаде, правители латиноамериканских стран в обмен на экономическую помощь разрывают отношения с "островом Свободы". Советскому посольству в Уругвае из Москвы предписали оказать содействие миссии Че. После окончания его лекции в Монтевидео на слушателей обрушилась полиция. Грянул выстрел, и на мостовую упал сраженный пулей профессор. Профессора убивать не собирались - пуля предназначалась Че. Че первым из выдающихся деятелей кубинской революции приехал в Москву. Сохранились фотографии. Упакованный в шапку-ушанку Че на трибуне Мавзолея 7 ноября. Он искренне симпатизировал нашей стране и, может быть, поэтому был обеспокоен инициативой Хрущева "запустить американцам в штаны ежа", разместив на Кубе советские ракеты. Министр промышленности, банкир, дипломат... А в душе Че всегда оставался революционером - безоглядно верил в эффект "партизанского очага", в то, что Сьерра-Маэстру можно повторить в других странах "третьего мира". Восемь месяцев воевал он в Конго ради спасения режима преемника Лумумбы. Используя Танзанию как тыловую базу, Че возглавил отряд из чернокожих кубинцев. Найти общий язык с конголезцами ему не удалось: они стреляли из автоматов с закрытыми глазами. Поражение в Конго излечило Че от иллюзий о "революционном потенциале Африки". Оставалась "беременная революцией" Латинская Америка, ее слабейшее звено - обездоленная, отрезанная от внешнего мира Боливия, пережившая за недолгую историю независимости около двухсот путчей. Че торопится: США стремительно берут реванш за победу кубинской революции. В 1964 году в Бразилии на двадцать с лишним лет воцарился военный режим. А как говорил Никсон, "по тому пути, по которому пойдет Бразилия, пойдет весь континент". Континент явно дрейфовал вправо. Еще через год президент Линдон Джонсон организовал интервенцию против Доминиканской Республики. Созданием нового "партизанского очага" Че Гевара надеялся отвлечь внимание США от Кубы. В марте 1965 года Че Гевара вернулся на Кубу после трехмесячного отсутствия. И с тех пор... больше на публике не появлялся. Журналисты терялись в догадках: арестован? болен? бежал? убит? В апреле мать Эрнесто получила письмо. Сын сообщал, что собирается уйти от государственной деятельности и поселиться где-то в глуши. Вскоре после исчезновения Че Фидель в узком кругу оглашает его письмо: "Я официально отказываюсь от своего поста в руководстве партии, от своего поста министра, от звания команданте, от моего кубинского гражданства. Официально меня ничто больше не связывает с Кубой, кроме лишь связей другого рода, от которых нельзя отказаться так, как я отказываюсь от своих постов". Вот фрагменты письма, которое он оставил "дорогим старикам", своим родителям: "...Я вновь чувствую своими пятками ребра Росинанта, снова, облачившись в доспехи, я пускаюсь в путь. ...Многие назовут меня искателем приключений, и это так. Но только я искатель приключений особого рода, из той породы, что рискуют своей шкурой, дабы доказать свою правоту. Может быть, я пытаюсь сделать это в последний раз. Я не ищу такого конца, но он возможен... И если так случится, примите мое последнее объятие. Я любил Вас крепко, только не умел выразить свою любовь. Я слишком прямолинеен в своих действиях и думаю, что иногда меня не понимали. К тому же было нелегко меня понять, но на этот раз - верьте мне. Итак, решимость, которую я совершенствовал с увлечением артиста, заставит действовать хилые ноги и уставшие легкие. Я добьюсь своего. Вспоминайте иногда этого скромного кондотьера XX века... Крепко обнимает Вас Ваш блудный и неисправимый сын Эрнесто" А вот письмо детям: "Дорогие Ильдита, Алеидита, Камило, Селия и Эрнесто! Если когда-нибудь вы прочтете это письмо, значит, меня не будет среди вас. Вы мало что вспомните обо мне, а малыши не вспомнят ничего. Ваш отец был человеком, который действовал согласно своим взглядам и, несомненно, жил согласно своим убеждениям. Растите хорошими революционерами. Учитесь много, чтобы овладеть техникой, которая позволяет властвовать над природой. Помните, что самое главное - это революция и каждый из нас в отдельности ничего не значит. И главное, будьте всегда способными самым глубоким образом почувствовать любую несправедливость, совершаемую где бы то ни было в мире. Это самая прекрасная черта революционера. До свидания, детки, я надеюсь еще вас увидеть. Папа шлет вам большущий поцелуй и крепко обнимает вас". Надежда не сбылась. Он их больше не увидел. Эти письма были последней весточкой. Через полтора года после исчезновения Че окажется в Боливии во главе разноплеменного отряда из сорока человек: примерно с такой же "команды" начиналась герилья на Кубе. Но второй Сьерра-Маэстре состояться было не суждено. Крестьяне-индейцы ко всем белым - а уж к иностранцам тем более - относились как к чужакам. Вопреки ожиданиям не оказала помощи местная компартия, неизменно выполнявшая идеологический заказ Москвы. А Москве не нужна была еще одна совершаемая в нарушение кремлевских святцев (без участия гегемона-пролетариата) революция. Все одиннадцать месяцев пребывания Че в Боливии его деморализованный отряд преследовали неудачи. Петляя, повстанцы тщетно пытались уйти от натренированных американцами рейнджеров. Президент Джонсон дал добро на операцию "Синтия" - ликвидацию Че и его отряда. За сутки до развязки "Нью-Йорк тайме" опубликовала корреспонденцию под заголовком "Последний бой Че". 8 октября 1967 года Че попал в западню в ущелье Эль-Юро на юго-востоке Боливии. Истощенный, он еле двигался, давно не было лекарства от астмы, его трясла малярия, мучили желудочные боли. Че оказался в одиночестве, его карабин был разбит, сам он ранен. Легендарный партизан попал в плен. В близлежащем селе его заперли в хибару, именуемую школой. На появление высоких военных чинов Че никак не отреагировал. Его последний разговор - с молодой учительницей Хулией Кортес. На классной доске было написано мелом по-испански: "Я уже умею читать". Че сказал, улыбаясь: "Слово "читать" написано с ударением. Это ошибка!" 9 октября примерно в 13.30 унтер-офицер Ма-рио Теран из автоматической винтовки М-2 застрелил Че. В доказательство, что ненавистный Че погиб, его тело выставили на всеобщее обозрение. Индейцам Че напоминал Христа, и они, как амулеты, срезали пряди его волос. По указанию боливийского военного руководства и резидентуры ЦРУ с лица Че сняли восковую маску, отрубили кисти рук для идентификации отпечатков пальцев. Позже доброхот переправит на Кубу заспиртованные кисти рук Че и они станут предметом поклонения. Только почти через три десятилетия убийцы Че раскрыли правду о месте его захоронения. 11 октября тела Че и шестерых его соратников погребли в братской могиле, сровняли ее с землей и залили асфальтом на взлетно-посадочной полосе аэродрома в окрестностях поселка Валье-гранде. Позже, когда останки павших партизан доставят в Гавану, скелет с биркой "Е-2" опознают как останки Че. Торжественные похороны Че состоялись в канун открытия V съезда Компартии Кубы. Был объявлен недельный траур. Обелиски, мемориальные доски, плакаты с девизом Че: "Всегда до победы!" Сотни тысяч кубинцев прошли в молчании мимо семи контейнеров из полированного дерева. Партизан похоронили в трехстах километрах к востоку от Гаваны, в центре провинции Лас-Вильяс городе Санта-Клара, где Че одержал свою самую блистательную победу. А 17 октября 1997 года останки Че перевезли в мавзолей, устроенный в основании памятника, воздвигнутого к двадцатой годовщине его гибели. Среди многочисленных участников траурной церемонии - вдова французского президента Франсуа Миттерана, земляк Че прославленный форвард Диего Марадона. Отданы высшие военные почести, у места захоронения Фидель Кастро зажег вечный огонь. Кажется, поставлена точка в судьбе человека-легенды. ...Эрнесто Че Гевары нет в живых уже больше сорока лет. Его великие современники - Джон Кеннеди и Никита Хрущев, Шарль де Голль и Мао Цзэдун - заняли свои места в учебниках всемирной истории, а Че - по-прежнему кумир. Время Че продолжается. http://x3m-slider.org.ua/blog/content/ernesto-che-gevara-ernesto-che-gevara-biografiya

02 октября 2014, 10:07

Рассекречены документы, подтверждающие наличие планов военного удара США по Кубе

Рассекречены документы об указаниях государственного секретаря Генри Киссинджера о приведение в действие ряда секретных (чрезвычайных) планов в отношении Кубы. Планы включали авиаудары и минирование кубинских портов. Атака планировалась после решения Фиделя Кастро отправить кубинские войска в Анголу в конце 1975 года. "Если мы решим использовать военную силу, это должно принести успех. Не должно быть никаких полумер," - говорит Киссинджер и отдаёт поручения генералу Джорджу Брауну из Объединенного комитета начальников -- 24 марта 1976 года на совещание присутствовал и министр обороны Дональд Рамсфелд. Документы Документ 1 : Меморандум, 25 февраля 1976 Во время разговора с президентом Фордом в Овальном кабинете, государственный секретарь Киссинджер поднимает вопрос о военном вторжении Кубы в Анголе. Киссинджер: "I think we are going to have to smash Castro. We probably can't do it before the elections." Президент отвечает: «Я согласен». Документ 2 : Меморандум, 15 марта 1976 Киссинджер поднимает вопрос о кубинском военном вмешательстве в Африке и выражает обеспокоенность тем, что Кастро может развернуть войска в других странах региона. "Я думаю, что рано или поздно мы должны взломать [to crack] кубинцев ... I think we have to humiliate them"/ Далее Киссинджер предлагает блокаду Кубы. Документ 3 : Вашингтон. Конференция, 24 марта 1976 Киссинджер про специальные меры -- обсудить различные варианты и возможности нападения на Кубу. "Мы хотим, чтобы планирование началось в политической, экономической и военной областях, так что мы могли видеть то, что мы можем сделать, если мы хотим двигаться против Кубы" -- to move against Cuba. "В военной области -- это вторжение или блокада." "если мы решим использовать военную силу, это должно принести успех. Не должно быть никаких полумер -- - we get no reward for using military power in moderation". Киссинджер приказывает о разработке планов военного ответа, если кубинские войска выходят за рамки Анголы. Документ 4 : Кубинский план действий, апрель 1976 Представляет собой резюме по кубинскому опросу, учитывая возможные реакции США на продолжение действий кубинцев и СССР "вмешательства в ангольском стиле". "Легче оказать давление на Кубу, как более тесного и более слабого партнера в плотно переплетенных отношений, чем на Советский Союз." Документ 5: апрель 1976 Согласно этой обширной работе по планированию непредвиденных действий, цель планов США заключается в предотвращении ситуации, в которых Куба и СССР "присваивают себе право вмешиваться с использованием боевых сил в местные или региональные конфликты." Резервный план выделяет четыре направления действий, которые различаются по шкале от серьезности для сдерживания действий: -- политическое давление, -- политическое давление против СССР, -- объединения политических, экономических и военных мер -- военные меры Документ 6:  Статья охватывает несколько категорий действий США против Кубы: сдерживание, давлению, военный ответ. минирование кубинских портов и карательные авиаудары по выбранным целям. Документ 7: меморандум Киссинджера, 11 января 1975 Это примирительное послание Кубе, подготовленное помощником Киссинджера есть еще Документ 8 и 9 

05 июня 2014, 10:09

Архивные фотографии знаменитостей снятые в обычной жизни

За каждым снимком целая жизнь, судьба и своя история. Знаменитости, которых мы привыкли видеть на экране или в учебниках истории, вне всей этой шумихи вокруг — обычные люди. Они так же удивлялись, веселились и грустили как и все мы. В этой подборке мы собрали для вас редкие архивные кадры, которые откроют другую часть истории и помогут взглянуть на известных персонажей по-новому.Арнольд Шварценеггер первый раз в Нью-Йорке, 1968.   Мохаммед Али отговаривает самоубийцу прыгать, 1981.  Одри Хепберн и ее олененок, 1958.  Билл Гейтс, которого задержали за вождение без прав, 1977.  Барак Обама в школьной баскетбольной команде.  Джими Хендрикс и Мик Джаггер, 1969.  Мадонна, Стинг и Тупак Шакур.  Пол Маккартни, Джон Леннон и Джордж Харрисон на свадебном приеме, 1958.  The Rolling Stones, 1963.  Фото на паспорт Эрнеста Хемингуэя, 1923.  Робин Уильямс одет как чирлидер, 1980.  Операторы снимают рев льва для логотипа MGM.  Элтон Джон в пиано-баре на борту своего частного самолета, 1976.  Чарли Чаплин и Альберт Эйнштейн.  Королева Елизавета на службе во время Второй Мировой.  Элайджа Вуд и Маколей Калкин, 1993.  Дайан Китон и Аль Пачино на съемках фильма «Крестный отец», 1972.  Стивен Спилберг и Дрю Бэрримор на съемочной площадке.  Танцующий Брюс Ли.  Самый загадочный роман XX века. Кадр из документального фильма.  Усама бен Ладен (справа) на дзюдо.  Хатико перед похоронами, 1935.  Мартин Лютер Кинг и Марлон Брандо.  Стив Джобс и Билл Гейтс, 1991.  Марафонцы на первых современных Олимпийских играх, проходивших в Афинах, Греция, 1896.  Строительство моста Золотые Ворота, Сан-Франциско, 1937.  Владимир Путин, будучи подростком (2-й слева, в кепке).  Мэрилин Монро встречает королеву Елизавету II, 1956.  Стивен Хокинг со своей невестой Джейн Уайлд.  Гитлер на свадьбе Геббельса.  Последний концерт Beatles на крыше в Лондоне, 1969.  Говард Картер, английский археолог, рассматривает открытый саркофаг Тутанхамона.  Че Гевара и Фидель Кастро.  Строительство Горы Рашмор, 1939.  Шон Коннери в роли Джеймса Бонда позирует с Aston Martin DB5, 1965.  Элвис Пресли во время службы в армии США, 1958.  Строительство Эйфелевой башни, 1880.  Уильям Харли и Артур Дэвидсон — учредители мотоциклов Harley Davidson, 1914.  Пабло Пикассо и Бриджит Бардо, 1956.  Молодой Билл Клинтон и Джон Кеннеди.  Стивен Спилберг сидит в механической акуле.

12 февраля 2014, 11:52

Перестройка с латиноамериканским акцентом

От редакции: Портал Terra America продолжает цикл материалов, посвященных Кубе и американо-кубинской разрядке. Все наши авторы, равно как и их заокеанские коллеги, сходятся на том, что на Острове Свободы происходят большие перемены. Об этом же говорят и американские идеологи нормализации отношения с Кубой, аргументируя этими переменами возможность отмены эмбарго и начала диалога с режимом Кастро. Однако следует ли из такой возможности необходимость разрядки? Или разрядка продиктована другими причинами? Алексей Карякин в своей статье указал на немаловажное обстоятельство: США оказались в «добровольной экономической мини-изоляции по кубинскому вопросу», а Светлана Лурье справедливо заметила, что постепенно открывающийся кубинский рынок занимают китайские, европейские и российские компании, и, таким образом, степень изоляции Острова давно зависит от кубинских властей, а не от американских законов об эмбарго, за отмену которых вот уже который год голосует ООН, так что Штаты оказались в роли догоняющего… Так или иначе, но правительству Кубы пришлось пойти на экономические и – отчасти – политические реформы, чтобы такая ситуация стала возможной. И поэтому, в отличие от иранской разрядки, оттепель между Америкой и Кубой в любом случае оказывается завязанной на внутренние реформы на Острове Свободы. Но что из себя представляют и куда ведут эти реформы? Движется ли Куба целенаправленно к капитализму? Или режим Кастро будет пятиться назад, по мере сил сдерживая «стихию рынка»? Эта двойственность и неопределенность напомнила Наталье Быкадоровой начало советской перестройки… * * * Что такое Куба? Все ответят на этот вопрос по-разному. Маленькое государство в Карибском море. Остров Свободы. Кастро и Че. Белые песчаные пляжи и лазурное море, коммунизм, много танцев и рома. Но особое место в этом списке займет следующее определение: Куба – это место, где эксперимент, о котором в остальных местах давно забыли, не провалился с треском, а продолжается. После того, как США объявили экономическое эмбарго этой латиноамериканской республике, она много лет она жила более или менее сносно, благодаря помощи СССР. Но вот Советский Союз распался, а США продолжали ужесточать режим санкций. Куба приняла этот удар, и созданный Фиделем Кастро режим выжил. И вот вопрос: как? Гибель «мира социализма» и Куба Крах СССР в 1991 году нанес сильный удар по повседневной жизни Кубы. Раньше перепродажа советской нефти странам Латинской Америки была надежным источником твердой валюты, а поставки удобрений и кормов для животных, произведенных в СССР, держали кубинское сельское хозяйство на плаву. В 90-е электричество отключалось ежедневно по всей территории страны, было остановлено почти 40% автобусных и железнодорожных маршрутов, а площадь заброшенных сельскохозяйственных земель росла с каждым днем. Нехватка топлива также привела к закрытию более половины промышленных предприятий. Это повлекло за собой высокий уровень безработицы, бедность, местами голод и, как следствие, взрывной рост количества абортов. Власти США не только запрещали заходить в американские порты кубинским судам, но и всем кораблям тех стран, которые ведут торговлю с Кубой. Это было еще одним чувствительным ударом по кубинской экономике. Ограничен был и объем гуманитарной помощи, которую жители США кубинского происхождения могли посылать на Остров. Фактически в 90-е годы прошлого века Кубу постоянно ставили перед жестким выбором – либо капитулировать перед американцами, либо «отступиться от принципов социализма» и, таким образом, избежать полного краха. Правительство Кубы выбрало второе. Отступление, не поражение В первую очередь, на Кубе были легализованы маленькие рестораны и ремонтные мастерские на дому, ранее рассматривавшиеся как элементы черного рынка. Большие фермы были разделены на множество мелких кооперативов, а сами фермеры, которые до того были обязаны продавать продукцию правительству по фиксированным ценам, теперь могли торговать на фермерских рынках. Особое внимание уделялось развитию сахарного производства, туризма, биотехнологий и предприятий с иностранными инвестициями. При этом туризм стал той единственной индустрией, благодаря которой на Кубу бесперебойно поступала иностранная валюта, (после революции кубинское правительство считало туризм очень коррумпированной сферой и не было особо расположено развивать его). Развитие туризма способствовало также расширенному воспроизводству рабочих мест: одно новое рабочее место в туризме неизбежно влекло за собой создание двух новых в смежных отраслях. Отметим, что, хотя острый кризис сегодня и остался позади, туризм по-прежнему играет роль спасательного круга для многих кубинцев – в этой сфере самые высокие зарплаты. Все эти меры привели к тому, что в 1994 году, впервые с 1989-го, был зафиксирован небольшой экономический рост. Но скажем откровенно, сама бы Куба не справилась. Огромную помощь в попытках удержаться на плаву этому государству оказал Китай, торговый оборот с которым уже к 1990 году превышал 600 миллионов долларов и уступал только кубино-советскому. После развала СССР Китай стал главным торговым партнером Кубы. Пекин поставлял Гаване товары по сниженным ценам и списывал ей долги. Но до благосостояния стране было еще очень далеко, жизнь среднего кубинца по-прежнему была тяжелой. Пока остальной мир играл в Angry Birds, кубинские дети шли работать с 10-11 лет, и слово X-box им было просто незнакомо. Взрослые же трудились на нескольких работах, легальных и нелегальных. Значительный поворот произошел лишь тогда, когда Фидель Кастро по состоянию здоровья сначала отошел от дел, а потом ушел в отставку. В 2008 году страну возглавил более прагматичный политик – Рауль Кастро. Кубинцам разрешили пользоваться мобильной связью и брать автомобили в прокат. Постепенно был введен принцип дифференцированной оплаты труда и повышен уровень дохода госслужащих. Часть государственных земель передали в аренду фермерам и отменили запрет на владение земельными участками частными лицами. Впервые с 1960-х годов стали взиматься налоги на доход и на имущество. Негосударственным предприятиям предоставили свободу самостоятельно принимать бизнес-решения и устанавливать цены на продукцию, а также поставлять излишки производства на экспорт. В октябре 2013 года стало известно, что на Кубе планируется проведение финансовой реформы, суть которой заключается в унификации валюты. Сейчас в стране имеют хождение кубинский и конвертируемый песо. Конвертируемый песо является твердой валютой, и равен примерно 25 «обычных» песо. Ясное дело, на Острове слишком много товаров, которые можно приобрести только за конвертируемый песо, и это делает их труднодоступными для рядовых жителей (ведь средняя заработная плата составляет 465 кубинских песо, то есть около 20 долларов США). По мнению Хорхе Дуани, директора Института кубинских исследований Международного университета Флориды, именно длительное сохранение параллельной валюты порождало огромное социальное неравенство. Процесс унификации может положить конец состоянию «апартеида» для большинства граждан. К чему приведет реформа на самом деле, покажет только время. Кубинцы смотрят в глобальный мир Экономика – не единственная сфера, в которой стали происходить изменения. Коснулись они и миграционной политики. Раньше кубинцы, чтобы покинуть остров, должны были сначала доказать, что принимающая сторона их ждет и обеспечит жильем. Затем они должны были собрать множество справок и документов. Но главной преградой являлась стоимость оформления паспорта и разрешения на выезд, которая составляла около 300 долларов США, то есть более годового заработка среднего кубинца. Теперь же принят закон, в соответствии с которым желающим путешествовать необходимо иметь лишь заграничный паспорт, билет и визу принимающей страны. Этот же закон разрешает всем нелегальным мигрантам, в свое время сбежавшим с острова, безнаказанно возвращаться домой. Их даже называть стали иначе – понятие «подлые предатели» заменили на «экономические мигранты». Мигранты – важнейший политический вопрос для Кубы. На сегодняшний день только в США проживают 1.7 миллиона кубинцев. Это большая экономическая и политическая сила: в Палате Представителей Конгресса США – четыре кубино-американца. В Сенате их трое, и один из них – Марко Рубио, которого многие прочат в кандидаты от республиканцев на будущих президентских выборах 2016 года. Бóльшая часть кубинской диаспоры крайне отрицательно настроена по отношению к режиму Кастро, причем только 10% из них рассмотрели бы возможность вернуться на остров в случае падения семьи Кастро. И лишь недавно прибывшие в Штаты мигранты из Кубы желают отмены экономического эмбарго. Однако Барак Обама в сентябре прошлого года заявил, что США готовы пересмотреть санкции в отношении острова, так как они уже «не столь актуальны». Президент США уже ввел некоторые послабления, разрешив увеличить сумму денежных переводов на Остров и пересмотрев ограничения в отношении посещения Кубы гражданами США кубинского происхождения. Официальная Гавана в целом позитивно откликнулась на предпринятые Соединенными Штатами шаги. И вот в декабре 2013 года состоялось историческое рукопожатие Барака Обамы и Рауля Кастро. Тогда же портал Terra America первым из российских СМИ заговорил о неизбежной американо-кубинской разрядке. На пороге больших перемен Все признают, что на Кубе сейчас происходят большие изменения. Кто-то называет их «косметическими реформами», кто-то – «важными шагами по либерализации экономики и общества». Режим Кастро яростно опровергает все рассуждения о «начале эпохи капитализма на острове». Но чего тогда он хочет достичь? Сделать страну более привлекательной для своих же граждан? В таком случае руководству страны необходимо поднять уровень жизни своего населения и выстроить собственную устойчивую экономическую модель, а для этого нужны действительно радикальные перемены, причем уже в политической сфере. «Патриархи революции», которые когда-то боролись «за свободу Кубы» в горах Сьерра-Маэстра, будут до конца верны своим идеалам. Значит, они неспособны пойти на такие перемены. Лично мне все происходящее сегодня на Острове сильно напоминает начало советской перестройки. Как говорят, начали за здравие… А вот чем все это закончится, будет видно лет через десять. Но тем, кто любит Кубу такой, какая она есть сегодня, ее самобытность, я бы порекомендовала поторопиться и посетить ее, пока Остров не заполонили рестораны сети «Макдональдс» и сотни торговых центров, а живые звуки румбы на набережной Малекон не сменились музыкой из репертуара канала MTV. Наталия Быкадорова

10 января 2014, 12:20

Фидель Кастро Впервые За Девять Месяцев Появился На Публике

Фидель Кастро впервые с апреля 2013 года принял участие в публичном мероприятии. Бывший кубинский лидер появился на открытии арт-центра одного из своих любимых художников Алексиса Лейвы.