• Теги
    • избранные теги
    • Издания348
      • Показать ещё
      Люди1184
      • Показать ещё
      Страны / Регионы1421
      • Показать ещё
      Компании669
      • Показать ещё
      Международные организации215
      • Показать ещё
      Разное625
      • Показать ещё
      Формат11
      Показатели38
      • Показать ещё
Foreign Policy
Foreign Policy
Foreign Policy («Форин полиси» ) — дословно «Внешняя политика» (то есть «Международные отношения»), американский журнал со штаб-квартирой в столице США. Тираж более ста тысяч экземпляров, выходит каждые два месяца (изначально выходила раз в квартал). Еж ...

Foreign Policy («Форин полиси» ) — дословно «Внешняя политика» (то есть «Международные отношения»), американский журнал со штаб-квартирой в столице США. Тираж более ста тысяч экземпляров, выходит каждые два месяца (изначально выходила раз в квартал). Ежегодно публикует собственную версию списка ста мировых мыслителей (The FP Top 100 Global Thinkers).

http://inosmi.ru/foreignpolicy_com/

Журнал основан в 1970 году Самюэлем Хантингтоном, американским политологом, автором концепции «столкновения цивилизаций», и Уорреном Маншелем, американским дипломатом и инвестором, при поддержке Фонда Карнеги.

Идея выпускать журнал раз в два месяца (вместо раза в квартал) принадлежит редактору Моисею Наиму (1996–2010), под чьим руководством журнал выигрывал премии National Magazine Awards в 2003, 2007 и 2009 годах. Журнал затрагивает темы глобальной политики, экономики, мировой интеграции, политических идеологий и теории международных отношений. 29 сентября 2008 года The Washington Post Company объявила о приобретении прав на издание журнала у Carnegie Endowment for International Peace.

В начале 2006 года запущен блог Foreign Policy Passport, а 5 января 2009 года перезапущен сайт издания, который репозиционирован как «ежедневный сетевой журнал».

В 2012 году Foreign Policy вырос до группы (The FP Group)  – расширение журнала включает ForeignPolicy.com и проект FP Events («FP События»).

По утверждению сайта The FP Group количество читателей онлайн версии журнала достигает 2,4 миллиона в месяц.

Foreign Policy издается сегодня под руководством генерального директора и главного редактора The FP Group Дэвида Роткопфа (David Rothkopf), который присоединился к FP в этой роли в 2012 году после того, как был постоянным автором этого издания с 1997 года.

https://www.youtube.com/user/FPRIVideo

http://www.foreignpolicy.com/

Развернуть описание Свернуть описание
27 июля, 03:18

Kansas Gov. Brownback nominated as ambassador at large for religious freedom

President Donald Trump has formally nominated Kansas Gov. Sam Brownback to serve as the State Department’s ambassador at large for international religious freedom. Brownback has served as Kansas governor since 2011. His name has been in the mix for the post for weeks, before the White House announced his pick.If confirmed, Brownback will serve effectively as the head of the Office of International Religous Freedom within the State Department. That office is charged with promoting religous freedom as a key objective of U.S. foreign policy, according to the State Department’s website. The office’s mission is to monitor “religious persecution and discrimination worldwide, recommend and implement policies in respective regions or countries, and develop programs to promote religious freedom.”Before serving as governor, Brownback represented the state in Congress — first as a representative in 1995 and 1996, then as a senator from 1996 to 2011. While in the Senate, in particular, Brownback focused on religious freedom and helped shape the International Religious Freedom Act, which passed in 1998.In Kansas, Brownback has proved to be a deeply unpopular governor, even in a bedrock conservative state. A recent survey by Morning Consult found he was the second-least popular governor in America, with only 25 percent of those surveyed approving of of his job performance, and a 63 percent disapproval rating. Brownback’s nomination comes as Secretary of State Rex Tillerson has tried — and struggled — to eliminate an array of envoy and ambassador-at-large positions as he reorganizes the State Department. Tillerson has left some envoy positions vacant, without nominees, as a way to force the issue, but the Senate Foreign Relations Committee is set Thursday to consider legislation that will give lawmakers a greater say over how special envoy jobs are filled.The position was last held by Rabbi David Saperstein, former director of the Union for Reform Judaism's Religious Action Center.

26 июля, 22:56

A Ray of Hope — Paul Craig Roberts

A Ray of Hope Paul Craig Roberts America has been a discouraging landscape ever since the neoconservatives took over US foreign policy during the Clinton regime and started the two decades of war crimes that define 21st century America and ever since US corporations betrayed the US work force by moving American jobs to Asia.… The post A Ray of Hope — Paul Craig Roberts appeared first on PaulCraigRoberts.org.

26 июля, 18:12

Europe Warns Against Tightened U.S. Sanctions on Russia

The reaction in Brussels was angry following a House vote that set up a showdown with the White House.

26 июля, 16:24

Trump’s Transgender Ban Could Force Out Thousands of Service Members

The president’s announcement reverses the Obama-era plan to phase in the open participation of these Americans.

26 июля, 15:04

Трамп готовится начать новую войну?

Во время своей президентской кампании Дональд Трамп всячески подчеркивал приверженность националистической внешней политике, которая подразумевала, что он хотел воздержаться от того, чтобы вмешиваться в иностранные локальные войны.

26 июля, 15:04

Трамп готовится начать новую войну?

Во время своей президентской кампании Дональд Трамп всячески подчеркивал приверженность националистической внешней политике, которая подразумевала, что он хотел воздержаться от того, чтобы вмешиваться в иностранные локальные войны.

26 июля, 12:13

Trump Is a Bad Negotiator

Forget the myth. Look at the man’s record so far: He’s making bad deals for America.

Выбор редакции
26 июля, 03:56

The Coming Drone Wars: A Headache in the Making for American Foreign Policy

Paul Scharre Security, Americas The widespread availability of drones brings new challenges to international security. In June, the United States shot down two Iranian-made armed drones used by Bashar al-Assad’s regime in Syria. The fact that the shoot down (and the existence of the armed drones themselves) barely registered as a significant news event shows the extent to which drones are becoming a normal feature of international conflicts. Drones are rapidly proliferating around the globe and are now in the hands of an increasing number of state and nonstate actors. The widespread availability of drones brings new challenges to international security. As more actors have access to drones, they are likely to use them in ways that challenge norms of sovereignty and change conflict dynamics. U.S. policymakers should begin thinking now about how to best prepare for these challenges and, to the extent possible, shape emerging patterns of behavior surrounding drone use. Over ninety nations and many nonstate actors have drones today. One of the first things that people seem to do once they get ahold of drones is send them someplace they don’t belong. With no person on board, actors can send a drone into hostile areas with fewer costs if it is shot down. Often, the result is that others do fire on drones. Again, because there is no person on board, the threshold for shooting down others’ drones is also lower. Read full article

26 июля, 03:52

America Historically Had a Restrained Foreign Policy: Its Time to Return to It

Enea Gjoza Security, Americas There is compelling evidence that a strategy of restraint would yield far better outcomes for the nation. A Note from John Allen Gay, executive director of the John Quincy Adams Society: There’s growing debate in America about the proper scale of our involvement abroad. But here in the Beltway, no matter what the question is, the answer always seems to be that the United States needs to do more: to risk its troops’ lives in more places, to sacrifice more in taxes, debts, and domestic investments to support overseas endeavors, to extend defense guarantees to more countries, and to involve itself more deeply in other countries’ civil wars and internal struggles. Yet “more” hasn’t been working. As a national network of college groups focused on foreign policy, we at the John Quincy Adams Society wanted to challenge our next generation of national security leaders to evaluate a different path. That’s why we partnered with the National Interest to sponsor an essay contest, asking students to answer the following question: “What benefits could a more restrained, careful foreign policy strategy offer to the United States?” We’re pleased to present the best, selected from among dozens of excellent entries. The essay below, by Enea Gjoza of the Harvard Kennedy School, was a runner-up in the contest. Since at least the end of the Cold War, the United States has pursued a foreign policy of primacy, seeking to shape the world through frequent military intervention and by maintaining and exercising overwhelming dominance over potential competitors. This strategy has proven exceeding costly and has failed to enhance either the security or prosperity of the American public. Recalibrating to a more prudent foreign policy that features a restrained use of force, disengages from problematic alliances, and forces other states to do their part in maintaining the global system would deliver substantial economic, political and social benefits for the United States. Read full article

26 июля, 03:52

America Cannot Become a Global Rome

Andrew Beddow Security, Americas A grand strategy is necessary. A Note from John Allen Gay, executive director of the John Quincy Adams Society: There’s growing debate in America about the proper scale of our involvement abroad. But here in the Beltway, no matter what the question is, the answer always seems to be that the United States needs to do more: to risk its troops’ lives in more places, to sacrifice more in taxes, debts, and domestic investments to support overseas endeavors, to extend defense guarantees to more countries, and to involve itself more deeply in other countries’ civil wars and internal struggles. Yet “more” hasn’t been working. As a national network of college groups focused on foreign policy, we at the John Quincy Adams Society wanted to challenge our next generation of national security leaders to evaluate a different path. That’s why we partnered with the National Interest to sponsor an essay contest, asking students to answer the following question: “What benefits could a more restrained, careful foreign policy strategy offer to the United States?” We’re pleased to present the best, selected from among dozens of excellent entries. The essay below, by Andrew Beddow of the University of Michigan, took first prize in the contest. In an 1815 letter, Thomas Jefferson wrote on Napoleon Bonaparte’s return to power and the consequent revival of major war on the European continent. Jefferson could not rejoice at the development—Bonaparte was “a political engine only and a very wicked one,” aiming at “the establishment . . . of another Roman empire, spreading vassalage and depravity over the face of the globe.” Yet Napoleon had reasserted the sovereignty of the people of France against a coalition of powers led by Britain, “the eternal disturber of the peace of the world.” Read full article

26 июля, 01:06

Bill Browder's Testimony to the Senate Judiciary Committee

“I hope that my story will help you understand the methods of Russian operatives in Washington and how they use U.S. enablers to achieve major foreign policy goals without disclosing those interests,” Browder writes.

Выбор редакции
23 июля, 00:00

Trump's Plan to Save Western Civilization

Stephen Wertheim, New York TimesThe president promised an America First foreign policy, but he's taken on something far more ambitious.

Выбор редакции
22 июля, 15:02

Book Bits | 22 July 2017

● Rethinking the Economics of Land and Housing By Josh Ryan-Collins, et al. Summary via publisher (Zed Books) Why are house prices in many advanced economies rising faster than incomes? Why isn’t land and location taught or seen as important in modern economics? What is the relationship between the financial system and land? In this […]

22 июля, 06:38

Coats says he intends to 'try to get some details' on Sessions report

ASPEN, Colorado – U.S. Director of National Intelligence Daniel Coats said Friday that he intends to “try to get some details” about a media report alleging that Attorney General Jeff Sessions discussed campaign-related matters, including policy issues important to Moscow, with Russia’s ambassador to the United States during the 2016 presidential race.The Washington Post reported Friday that Russian ambassador Sergey Kislyak told his superiors in Moscow that he discussed those issues with Sessions during the campaign when he was serving as a top foreign policy advisor to Republican candidate Donald Trump.Kislyak’s accounts of two conversations with Sessions were intercepted by U.S. spy agencies, which monitor the communications of senior Russian officials both in the United States and in Russia, the Post reported. It also noted that Sessions initially failed to disclose his contacts with Kislyak, that he then denied that the meetings were about the Trump campaign, and that he has testified that he has no recollection of such an encounter last April.One U.S. official told the Post said that Sessions has provided “misleading” statements that are “contradicted by other evidence.” And it reported that a former official said that “the intelligence indicates that Sessions and Kislyak had ‘substantive’ discussions on matters including Trump’s positions on Russia-related issues and prospects for U.S.-Russia relations in a Trump administration.”Sessions has repeatedly denied discussing campaign-related issues with Russian officials, and that the meetins with Kislyak were specifically in his capacity as a U.S. senator.As DNI director, Coats oversees the National Security Agency and other intelligence agencies that would have conducted any intercepts like those the Post reported. Asked about the report during a panel at the Aspen Security Forum here, Coats said, “I just learned about it. Also, I saw the headline. I have come to the point where I no longer put any stock in headlines or breaking news.”But, Coats continued in a somewhat disjointed response, “I tell my friends and if I was talking to the nation, which I don't, I would say ... actually my wife encouraged me to read this thing and [to] ask a question before you take something as truth. So So I’m going to ask, you know, is this for real? Is this the real thing? Try to get some details before I draw a conclusion. And I try to do that with everything.”Coats also said there is no dissent within U.S. intelligence agencies about the publicly announced conclusion that Russia meddled in the election through hacking and fake news stories. The comment put him at odds with Trump, who has repeatedly case doubt on the veracity and legitimacy of those findings.

22 июля, 05:30

Friends With Benefits? Israel’s Costly Deals with Dictators

Zach Shapiro Security, Middle East Israel has consistently sought strategic relationships to counter powerful regional adversaries—a policy that may soon be the source of new problems. This month, Israeli prime minister Benjamin Netanyahu took a controversial trip to Hungary to meet prime minister Viktor Orban. Despite Orban’s stated commitment to building “an illiberal state” in Hungary, the two oversaw the signing of a bilateral cultural agreement, as well as “declarations of intent” to increase Israeli-Hungarian technological cooperation. Approaching authoritarian regimes is not new to Israeli foreign policy. The country has remained consistently pragmatic, seeking strategic relationships to counter powerful regional adversaries. Yet as Netanyahu’s government assesses evolving geopolitical threats, he would do well to consider a doctrinal shift: to avoid establishing diplomatic relations with illiberal regimes where possible, and to scale back and restructure existing relationships with such countries. Doing so would preserve the safety of various diaspora Jewish communities and allow for greater foreign-policy flexibility. Dangerous Liaisons Despite ostensible short-term benefits, Israeli relations with authoritarian governments pose a threat to a core pillar of Israeli foreign-policy doctrine: the protection of diaspora Jews. Since its inception, the Jewish state has helped safeguard diaspora communities, even going so far as tasking the Israel Defense Forces with evacuating endangered Jews in Yemen and Ethiopia. Given the significance of this policy interest, the implications for Jewish communities of Israel’s relationships with various regimes could prove especially damaging. Read full article

22 июля, 05:27

Does the New York Times Want America In Iraq for One Hundred Years?

Curt Mills Security, Middle East And questions abound about why some might want to exaggerate Iranian power. The headline of the New York Times piece was breathless: “Iran Dominates in Iraq After U.S. Handed the Country Over.” The content was only slightly less so: “But after the United States’ abrupt withdrawal of troops in 2011, American constancy is still in question here—a broad failure of American foreign policy, with responsibility shared across three administrations.” The statement is curious. “What about U.S. history of involvement there tells you it’s going to end well?” asks Hussein Banai of Indiana University Bloomington. Arango’s reporting, which advocates for “American constancy” in Iraq, “contributes to this mythmaking on all sides that all Iraq might need is a U.S. stablizing force,” says Banai. “And it’s just ridiculous.” (Iran’s foreign minister, the veteran diplomat Javad Zarif, also complained about this piece in comments to the National Interest on Monday). The evidence suggests the 2011 withdrawal was anything but “abrupt.” Barack Obama, an original opponent of the war and supporter of withdrawal, won the 2008 election on an anti-war wave. Leading figures in U.S. life had been calling for withdrawal since the war took a turn for the worse shortly after the fall of Baghdad in 2003. But most importantly, the exodus of U.S. forces in 2011 had been negotiated in 2008 by President Bush; not abrupt. And “it had been working it ways through the Iraqi parliament for some time” before that, Banai notes. The importance of the American withdrawal, in terms of that event spurring a major upshoot in Iranian influence, is likely overstated. “Iran’s influence in Iraq is... ascendant,” Arango writes. But hasn’t it been for some time? Read full article

22 июля, 04:31

Former spy chiefs tear into Trump

John Brennan and Jim Clapper trash Trump for his relations with Putin, attacks on intelligence community.

22 июля, 03:52

Sessions Discussed Campaign Matters With Russian Ambassador

A new report from The Washington Post claims the attorney general had two “substantive” discussions with Sergey Kislyak about Trump’s stance on issues important to Russia.

21 июля, 23:11

Anthony Scaramucci Is the Right Answer to the Wrong Question

If Trump were right to blame all of his problems on messaging, perhaps the smooth-talking businessman could solve them. But he’s not.

Выбор редакции
24 июля 2016, 21:21

Константин Черемных. "Недопереворот в Турции и другие события в контексте внешней политики США."

Беседа Дмитрия Перетолчина и эксперта Клуба динамического консерватизма Константина Черемных о подоплёке событий в Турции, Франции и на Ближнем Востоке в свете борьбы за власть в высшем правительственном эшелоне США. #ДеньТВ #Перетолчин #Черемных #Турция #переворот #США #НАТО #ЕС #Великобритания #Франция #БлижнийВосток #Эрдоган #БорисДжонсон #теракт #Ереван #Ницца #Гюлен #исламисты #военные #Стамбул #Генштаб #суды #полиция #democracy #Foreignpolicy #NATO #USA #EU #Britain #Brexit #Turkey

18 июля 2016, 08:15

Станет ли Фетхулла Гюлен турецким Хомейни?

Президент Турции Эрдоган назвал организатором неудавшегося военного переворота Фетхуллу Гюлена, своего бывшего соратника, ныне проживающего в США, в штате Пенсильвания. Так оно или нет, проверить вряд ли удастся, но даже если знаменитый писатель и проповедник не причастен к попытке турецких военных свергнуть Эрдогана, его деятельность и влияние настолько масштабны, что в 2008 году Гюлен был назван самым влиятельным интеллектуалом мира по версии журналов Prospect и Foreign Policy, а журнал Time включает его в список «100 самых влиятельных людей мира».Гюлен реально один из наиболее влиятельных людей в мире хотя бы по той причине, что при его участии создана широкая сеть университетов и школ (свыше тысячи в более чем 160 странах, а общее количество выпускников составляет несколько миллионов человек.Известный российский аналитик Шамиль Султанов считает Гюлена «одним из наиболее талантливых, а может и гениальных специалистов в сфере оргоружия. Фактически он создал и руководит одной из самых крупных в мире многослойных эшелонированных масонских организаций («Хикмет» - В.П.)…Об этой корпорации мало, что известно. И это уже ее огромное преимущество в мире, где тайные организации становятся все более и более влиятельными».Основа «Хизмета»(по-турецки - служение) - классическая закрытая суфийская структура, основанная на принципах безусловного подчинения мюрида(ученика) шейху. Внешняя оболочка такой структуры - «Хизмет», вполне открытая организация, владеющая сотнями лицеев, колледжей, университетов, мечетей, молельных домов и общежитий по всему миру. Официальный мессидж «Хизмета»- идея служения обществу. Сам Гюлен пропагандирует духовное наследие великого поэта-суфия Джалаледдина Руми. А скрытая, и «гораздо более существенная ее функция», как пишет Шамиль Султанов, заключается в том, что «она ищет, вербует, готовит профессиональные кадры, причем особый упор делается на поиске талантливых людей».Вокруг «Хизмета» постепенно создается неформальная общественных и государственных организаций, куда команда Гюлена внедряет своих людей. В 90-е годы гюленисты прочно укрепились в жандармерии, прокуратуре, полиции и профсоюзах Турции. Общая численность гюленистов в Турции - от 3 до 6 миллионов членов «Хизмета» и «сочувствующих», причем значительная часть - в госаппарате.Турецкий исследователь Сонер Чагатай считает, что Гюлен прибрал к рукам более 70 проце6нтов личного состава полиции и полностью управляет спецслужбами страны. Турецкий историк Неджип Хаблемитоглу в книге «Крот» разоблачил приверженцев Гюлена в силовых структурах Турции. Незадолго до издания своей книги – 18 декабря 2002 года – Хаблемитоглу был убит у своего дома». Справка:Суфи́зм или тасаввуф — эзотерическое течение в исламе, проповедующее аскетизм и повышенную духовность, одно из основных направлений классической мусульманской философии. Последователей суфизма называют суфиями.В суфизме существует несколько тарикатов (направлений). Фетхулла Гюлен воспитывался в традициях одного из самых распространенных и влиятельных - тариката Накшбандийа. Кстати, знаменитый русский маг двадцатого века, капитан военной разведки российской императорской армии, Георгий Гурджиев во время выполнения своих спецзаданий на Востоке тесно контактировал с накшбандийскими суфиями. Великий шейх суфиев Идрис Шах, большую часть своей жизни проживавший в Лондоне(говорим - Лондон, подразумеваем - МИ-6), был одним из основателей Римского клуба. Идрис Шах в своих многочисленных книгах пишет о последователях Накшбанди как о главных хранителях суфийской традиции, «Материнском» тарикате.Будучи достаточно независимым мыслителем, Идрис Шах различал «Традицию Накшбанди» и «Орден Накшбанди». «Традиция Накшбанди» это способ передачи бараки- божественного благословения, благодеяния. Или Высшего Знания, по Идрис Шаху.А «Орден Накшбанди» – это уже социальная организация с чисто конкретными земными целями. Идрис Шах считал, что в двадцатом веке ведущие тарикаты выродились в ордена.Шамиль Султанов называет Фетхуллу Гюлена теоретиком и вождем «соглашательского, политического суфизма, то есть суфизма, который стремится не только к духовной, но и светской власти, используя самые различные технологии, приемы и методы». По мнению российского аналитика Гюлен вырос из рамок «Ордена Накшбанди» и создал свой собственный тарикат.В конце 90-х годов у Гулена сложился тактический союз с тогдашним мэром Стамбула - Реджепом Эрдоганом, видным деятелем того направления в исламском движении, которое практически смыкается с «Братьями-мусульманами». Союз этот продержался более десяти лет. Разрыв Гюлена с Эрдоганом во многом был спровоцирован расстрелом военными кораблями Израиля так называемой «флотилии свободы» - кораблей с гуманитарным грузом для населения заблокированной Газы. Эрдоган резко осудил действия Израиля, а Гюлен, напротив, дал интервью газете Wall Street Journal, где выразил негодование по поводу «безответственности турецкого правительства», которое «не попыталось заранее договориться с официальными представителями Израиля для того, чтобы получить у них официальное согласие на оказание гуманитарной помощи жителям Газы» и обвинил правительство Эрдогана в «игнорировании авторитета» Израиля.В российской и украинской прессе можно встретить публикации, в которых Гюлена подозревают в сотрудничестве с ЦРУ. «Именно ЦРУ «успешно» ходатайствовало о предоставлении ему вида на жительство в США», пишет Шамиль Султанов.Влияние Гюлена основано на том, что в суннитском секторе исламского мира возник серьезный вакуум влиятельных и харизматических лидеров. И если с помощью своих западных покровителей Гюлен сможет устранить с политической арены Эрдогана, то у него есть все шансы стать турецким аятоллой Хомейни и опровергнуть знаменитые слова Кемаля Ататюрка: «Турецкая Республика не может быть страной шейхов, дервишей, мюридов и их приверженцев».Версий по поводу неудавшегося переворота не так уж много - числом всего три.Американский след.То, что Гюлен живет в США, - в пользу этой версии. Против нее - неудача переворота. Экспертное сообщество склонно считать, что если уж американцы затевают переворот, то он удается, как это было на протяжении четверти века.Германский след.Эрдоган сильно разгневал ведущие державы Евросоюза своей жесткой позицией, а реально - выламыванием рук (читай - шантажом) - по поводу проблемы с беженцами. Но способна ли БНД организовать даже неудачный переворот? Сомнительно. Не говоря уже о том, что германские спецслужбы полностью контролируются американцами.Инсценировака самого Эрдогана.В пользу этой версии - бенефициаром подавления мятежа стал сам Эрдоган. То есть на вопрос, кому выгодно: ответ - Эрдогану.На мой взгляд - американский след не стоит сбрасывать со счетов. Непрекращающиеся теракты в Казахстане, теракт в Ницце, мятеж в Армении, - считать это случайным совпадением могут лишь домохозяйки, воспитанные на слезливых сериалах.Мой выбор - с вероятностью 60 процентов здесь «порылась» американская «собака», причем задача свержения Эрдогана не ставилась. С вероятностью 40 процентов - неудавшийся переворот является инсценировкой самого Эрдогана. Так в свое время поступили Шеварднадзе и Саакашвили с целью укрепления своей власти. У них получилось, а чем Эрдоган хуже?+Впрочем, с точки зрения российских интересов, всматриваться в кривое конспирологическое зеркало и гадать на кофейной гуще (кстати, эффективность такого гадания - около 80 процентов), кто устроил «активку» на Босфоре - мало пользы.Вместо этого я предложил бы отдать должное американским мастерам мягкой силы, которые бережно и неторопливо создают всецело зависящую от самого главного «Материнского тариката» ( и это вовсе не вполне управлемый своими предполагаемыми кураторами из Лэнгли суфий Гюлен с его «Хизметом») глобальную сеть агентов влияния, которые рано или поздно придут на смену импульсивному реаниматору Османской империи Эрдогану. Как говорил изобретатель голографии Нобелевский лауреат Дэннис Габор, - «будущее невозможно предсказать, его можно изобрести».Будущее за теми, кто его изобретает. Жаль, что это не мы.Автор: Владимир Прохватилов, Президент Фонда реальной политики (Realpolitik), эксперт Академии военных наук http://argumentiru.com/society/2016/07/433655

28 декабря 2015, 18:12

ДВА-ТАЛИБАНА-ДВА

Константин Черемных Третья мировая война не будет нефтяной НЕ СТУЧИТЕ, И НЕ СТУЧИМЫ БУДЕТЕ В 2015 году Foreign Policy включил в свою традиционную «десятку мыслителей современности» не Алексея Навального, а Владимира Путина. Тем не менее, освещение президентского послания Федеральному собранию в западной прессе навязчиво жонглировало двумя именами: Путин–Навальный, Путин–Навальный. По той причине, что бывший «мыслительный столп» подгадал ко дню послания детальнейший, в украинском стиле, компромат на руководство российской Генпрокуратуры.

24 октября 2015, 20:46

Возможности России в ведении электронной войны невероятны

Возможности России по ведению электронной войны произвели на армию США отрезвляющий эффект. Столкнувшись в Сирии и на Украине с комплексами радиоэлектронной борьбы «Красуха-4″, которые подавляют радары и авиационные системы, американские военные чиновники были вынуждены признать, что им не удается догнать Россию. Об этом пишет известный своим беспристрастным анализом мирового рынка вооружений Foreign Policy. Издание цитирует командующего военной группировкой США в Европе генерала Бена Ходжеса, который сказал, что «возможности России в ведении электронной войны невероятны». В свою очередь замначальника кибернетического командования американской армии Рональд Понтиус признал, что «продвижение США в этом вопросе не соответствует имеющимся угрозам». С начала операции в Крыму украинские военные отмечали, что их радиопередатчики и телефоны могли не функционировать в течение нескольких часов, пишет. А специальная мониторинговая миссия ОБСЕ сообщала, что их беспилотники сталкивались с глушением GPS, в связи с чем БПЛА приходилось сажать. У России есть целые боевые подразделения, которые занимаются ведением электронной войны, считает руководитель направления радиоэлектронной борьбы армии США Джефри Черч. По его словам, эти подразделения располагают специальной техникой, у них специальный порядок подчиненности для радиоэлектронной борьбы. При этом в американской армии данные задачи обычно выполняют два солдата из батальона, обеспечивающих круглосуточное функционирование. Всего в армии США предусмотрено более 1000 таких позиций, но реально существует только 813, говорит военный. Черч признает, что значительная часть имеющегося у американской армии оборудования, закупленного в последние 10 лет, было профинансировано из дополнительных средств, в связи с чем оно в основном лежит на полках и требует ремонта и переоборудования. «Без регулярного финансирования оно устаревает», — говорит специалист. Военные США разрабатывают несколько программ по обновлению и улучшению интеграции средств радиоэлектронной борьбы, однако ни одна из них не будет реализована в ближайшее время, пишет Foreign Policy.     Новая машина «Красуха-4″ — грозное оружие борьбы практически с любыми воздушными целями противника. Только побеждает она их не мощными ракетами, скорострельными орудиями или зенитными крупнокалиберными пулеметами. «Красуха» в буквальном смысле делает самолеты и ракеты слепыми и глухими. Репортах о новом уникальном комплексе радиоэлектронной борьбы подготовил телеканал «Россия-24″.   Еще вчера об этой машине нельзя было говорить не только в медиа, но и за пределами оборонных заводов и особо охраняемых воинских частей. Было, что скрывать. «Красуха-4″ — новейшая и одна из самых высокотехнологичных разработок российского ВПК.   «Система создает такие условия, что попасть противникам в нашу авиацию и сбить тот или иной самолет очень сложно при комплексе «Красуха-4″. 99%, что это невозможно», — рассказал гендиректор КРЭТ Николай Колесов. Такие умные машины — на вес золота. Их задача — действовать на стратегически важных направлениях. Там, где особенно активная разведовательная авиация и даже спутники-разведчики космической группировки противника. Тактико-технические характеристики «Красухи-4″ — военная тайна. Однако известно из открытых источников, что радиус ее действия превышает 300 км. На вопрос о высоте разработчики с улыбкой отвечают: «достаточно, мало не покажется».   При помощи уникального оборудования «Красуха-4″ может работать практически по любым воздушным целям одинаково эффективно. Невозможно, но факт: ни скорость, ни высота воздушного супостата на боевые качества комплекса не влияют. По словам Федора Дмитрука, гендиректора Брянского электромеханического завода, средство позволяет обнаружить воздушное судно, произвести захват-сопровождение и, в случае необходимости, поставить помеху.   Четвертая модель комплекса радиоэлектронной борьбы — усовершенствованная версия. Вместо аналога — цифра, вместо трех машин — две. Изделие «Красуха-4″ расположено на двух шасси, что является заметным преимуществом. Предыдудыщая модель располагалась на трех автомобилях. Каждая такая плата для «Красухи» изготавливается минимум две недели. Зато заменяет несколько громоздких шкафов с аппаратурой и километры проводов. Новые детали позволяют антеннам вращаться не просто на 360 градусов, а в абсолютно любых направлениях. Необычна и технология изготовления антенны. Форму тарелки ей придают в гидравлическом прессе. 400 литров воды и давление в 12 атмосфер обеспечивают идеальный силуэт приемного и передающего устройств. Первое антенное устройство обеспечивает прием сигнала, второе — передачу. Тарелка скрепляется с каркасом и устанавливается на колесную базу — четырехосный КАМАЗ-вездеход. Так что работать мобильный комплекс может и в Заполярье, и Аравийской пустыне. Надежность гарантирована при температурах от минус до плюс пятидесяти градусов.   «Красуха-4″ прошла государственные испытания. Выпущено и отдано в войска на сегодняшний день 10 комплексов. Это серьезная помощь для нашей стратегической авиации, истребительной авиации», — отмечает Николай Колесов.     Красуха в Сирии   Стало известно о прибытии в Сирию новейших комплексов радиоэлектронной борьбы «Красуха-4» вооруженных сил России. Так, новейшая и одна из самых высокотехнологичных разработок российского ВПК, комплекс «Красуха-4», был развернут в расположение российской военной базы вблизи населенного пункта Латакия в Сирии. А вот тут я вам подробно рассказывал про НЕВИДИМОЕ ОРУЖИЕ РОССИИ Вот еще РЛК «Барьер-Е» — нет аналогов в мире и РЭБ «Инфауна», «Лесочек» и «Дзюдоист» ну и конечно же ответ на вопрос Что делает «Ртуть» в войсках РФ ? Оригинал статьи находится на сайте ИнфоГлаз.рф Ссылка на статью, с которой сделана эта копия - http://infoglaz.ru/?p=79352

19 сентября 2015, 14:51

Пентагон и планы войны против России

В американском издании Foreign Policy вышла примечательная статья http://foreignpolicy.com/2015/09/18/exclusive-the-pentagon-is-preparing-new-war-plans-for-a-baltic-battle-against-russia/, где с ссылками на действующих и отставных сотрудников Пентагона рассматриваются актуальные планы войны США против РФ.Примечательные моменты:1. Вопросы военного противостояния с РФ за последнее время переходят у американцев из умозрительных построений к вопросам актуальной политики. Старые планы войны против РФ вновь стали актуальными. Россия открыто названа угрозой.2. В качестве возможного театра военных действий в статье рассматриваются страны Прибалтики, на территории которых идет "гибридная война", причем рассматривается как самостоятельное участие США, так и участие в составе НАТО.3. Утверждается, что еще в 2008 году после Олимпийской войны НАТО начало пересмотр своей стратегии в отношениях с РФ, однако США на тот момент продолжали рассматривать в качестве приоритетной угрозы "мировой терроризм", а не Россию.4. Длительное время, аналитики Пентагона ориентировались на то, что Россия слишком слаба, чтобы представлять угрозу, поэтому в качестве основных проблем указывался "терроризм" и возвышение Китая.5. Теперь же Россия называется "экзистенциальной угрозой" и политика в отношении нее должна выстраиваться как против безусловного соперника и даже врага. О концепции "партнерства" можно забыть.6. Недовольство Кремля расширением НАТО на восток не считалось чем-то существенным и этот порядок вещей считался на Западе вполне естественным по принципу "собака лает, караван идет".7. Олимпийскую войну в Пентагоне расценивали как разовую акцию Москвы и в повторение такого сценария не очень верили, потому что считали, что виноват Саакашвили, которого Россия поймала на военной авантюре.8. В целом же, в Пентагоне допускали, что Россия при определенных обстоятельствах может интегрироваться в западный мир и отношение к ней было "иногда боль в заднице, но не угроза".9. Крымская операция и "вежливые люди" как утверждается в статье, стали для Пентагона неприятным сюрпризом, их полностью проморгали и тут де-факто можно говорить о провале американской разведки.10. На военных играх, где прорабатывался сценарий боевых действий между американской и российской армиями на территории стран Балтии. Рассматривался сценарий задействования в боевых действиях всех американских сил в восточной Европе + переброски на ТВД 82-й воздушно-десантной дивизии.11. В процессе выяснилось, что даже в этом случае РФ сохранит на ТВД общее превосходство в силах и с военной точки зрения одержит безусловную победу. В ходе игры "красные" разгромили "синих" и Прибалтика была потеряна.12. На следующий день игру повторили с улучшенными для США и НАТО параметрами. Результат был примерно тот. Всего проводилось 16 игр, где обыгрывался сценарий войны США и НАТО против РФ в Прибалтике. Игры проводились в Пентагоне и на авиабазе в Рамштайне. Играло 8 разных команд. В подавляющем большинстве случаев результаты прямого столкновения были неблагоприятны для "синих".13. Были сделаны выводы, что в среднесрочной перспективе США и НАТО скорее всего потеряют Прибалтику в ходе прямого конфликта с РФ, но в долгосрочной перспективе ее как-нибудь да вернут в ходе дальнейшей войны.14. Отправка техники и войск США в Прибалтику, это элемент доктрины сдерживания России, хотя в Пентагоне особых иллюзий не питают насчет того, смогут ли эти войска защитить Прибалтику.15. В Пентагоне есть определенная оппозиция "конфронтационному сценарию" из числа желающих "вновь сотрудничать с Россией" и что несмотря на текущее положение дел, Россия лишь отвлекает США от более важных угроз, в первую очередь от Китая. И что совместные военные программы и распределение рынков оружия важнее, нежели суверенитет какой-то там Украины.16. По мнению этих условных "миротворцев", планы Пентагона и бряцанье оружием, лишь подпитывают "параноидальные фантазии Путина" и делают разборки РФ с США и НАТО из иллюзорных реальными. В итоге конфликт США и РФ стал реальностью. В этой связи постулируется, что Пентагон неизбежно будет планировать действия направленные против России.17. Под эту лавочку "ястребы" в Пентагоне и в Сенате уже ведут работу по приостановке процесса сокращения численности американских вооруженных сил и уменьшения их финансирования. Идущий конфликт, потенциал которого таков, что он может продолжаться годами, явно будет выгоден тем, кто зарабатывает на войне.В целом же, статья с одной стороны выражает обеспокоенность неготовностью США эффективно противостоять России (ветер тут конечно дует со стороны республиканцев обвиняющих Обаму в "неэффективной политике по отношению к России) и подспудно подводящая к мысли, что надо бы увеличивать армию и расходы на нее. С другой стороны, прослеживается мысль, что США слишком много времени уделяют России, которая конечно угроза, но не такая как Китай и в долгосрочной перспективе, эта холодная война с РФ может выйти боком. Разумеется, по одной только Прибалтике о ходе и исходе войны судить не стоит, все таки есть и другие потенциальные ТВД - Украина, Сирия, Арктика, Кавказ, страны Средней Азии и поэтому тут конечно надо смотреть в комплексе на возможные "гибридные" столкновения между США и РФ на территории других государств. В этом плане, открытый конфликт между США и РФ, который начался в ходе переворота на Украине ныне уже вышел за ее пределы и де-факто либо уже затрагивает, либо затронет в ближайшей будущем другие страны и народы.

29 января 2015, 15:22

Обострение интриг в Вашингтоне начало 2015

Кризис, поразивший правительственный аппарат США, представляет собой непосредственную угрозу для жизни Империи. И это не только мнение Тьерри Мейсана – теперь этот кризис наводит на правящий класс в Вашингтоне такой страх, что почётный президент Совета по международным отношениям (Council on Foreign Relations) требует отставки главных советников президента Обамы и назначения новой команды. Этот конфликт не имеет ничего общего с противостоянием демократов и республиканцев или голубей и ястребов. Под угрозой политика лидерства, проводимая Соединёнными Штатами и НАТО. Ракета «Смерч» угодила в жилой дом Собчак живьём. Александр Лукашенко В ПАСЕ издевались и ржали над Россией Бразильская полиция во время обыска склада обнаружила два танка Уже несколько месяцев я говорю и пишу о том, что у Вашингтона больше нет никакой внешней политики. Он разделён на две фракции, которые во всём противостоят друг другу, а их политические линии несовместимы и противоречивы [1]. Наибольшего обострения эта ситуация достигла в Сирии, где Белый Дом сначала поддержал организацию Даеш и направил её в Ирак для проведения этнической чистки, а затем стал её бомбить, хотя ЦРУ продолжало её поддерживать. Эта несогласованность постепенно дошла и до союзников. Франция, к примеру, вступила в коалицию по борьбе против Даеш, тогда как некоторые из её легионеров входят в состав руководства Даеш [2]. Когда министр Обороны Чак Хейгел затребовал письменное разъяснение, ему не только не дали никакого ответа, его просто послали куда подальше [3]. В самом НАТО, которое было создано для борьбы против СССР, а теперь используется против России, тоже воцарился беспорядок сразу после того, как президент Турции подписал масштабные экономические соглашения с Владимиром Путиным [4]. Нарушив молчание, почётный президент Совета по международным отношениям [5] Лесли Гелб бьёт тревогу [6]. По его мнению, «команда Обамы лишена основного инстинкта и не имеет решений по проведению политики национальной безопасности на ближайшие два года». И далее, от имени всего правящего класса США: «Президент Обама должен обновить свою команду сильными личностями и опытными специалистами. Он должен также заменить главных советников в министерстве Обороны и в Госдепе. Наконец, он должен проводить регулярные консультации с президентом Комиссии по международным отношениям Бобом Коркером и председателем Комиссии по вооружённым силам Джоном Маккейном [7]». Никогда за всё время своего существования с 1921 года Совет по международным отношениям не высказывал подобных суждений. Но теперь разногласия внутри государственного аппарата могут привести Соединённые Штаты к гибели. Среди главных советников, которые, по его мнению, должны уйти в отставку, г-н Гелб называет четырёх человек интеллектуально и эмоционально близких действующему президенту: Сьюзан Райс (советник по национальной безопасности), Денис Макдоноу (руководитель Администрации Белого дома), Бенжамин Родес (уполномоченный по связям) и Валери Джаретт (советник по внешней политике). Правящая верхушка Вашингтона обвиняет их в том, что они не представили президенту ни одного оригинального предложения, не противоречили ему, но всегда поддерживали его в заблуждениях. Единственный, кто пользуется благосклонностью в глазах Совета по международным отношениям, это «либеральный ястреб» Энтони Блинкен, второе лицо в госдепе. Совет по международным отношениям является двухпартийным органом, соответственно, г-н Гелб предлагает президенту Обаме ввести в своё окружение четырёх республиканцев и четырёх демократов, согласно приводимому им списку. Прежде всего, это демократы Томас Пикеринг (бывший представитель в ООН), Уинстон Лорд (бывший ассистент Генри Киссинджера), Френк Уиснер (официально один из руководителей ЦРУ и, между прочим, тесть Николя Саркози) и Мишель Флюрнуа (руководитель Центра новой американской безопасности) [8]. Затем республиканцы Роберт Зеллик (бывший патрон Всемирного Банка) [9], Ричард Армитидж (бывший ассистент Колина Пауэла) [10], Роберт Киммит (возможно, будущий патрон Всемирного Банка) и Ричард Берд (в прошлом, участник переговоров по сокращению ядерных вооружений). Для проведения бюджетных урезаний в министерстве Обороны г-н Гелб прочит раввина Доу Закгейма [11], адмирала Майка Мюллена (бывшего начальника межармейских штабов) и генерала Джека Кейна (бывшего начальника штаба Сухопутных войск). Наконец, г-н Гелб считает, что стратегия национальной безопасности должна быть разработана в тесном сотрудничестве с четырьмя «мудрецами»: Генри Киссинджером [12], Брентом Скоукрофтом, Збигневом Бжезинским [13] и Джемсом Бейкером [14]. При более тщательном анализе этого списка становится ясно, что Совет по международным отношениям не делает выбора между двумя фракциями, противостоящими друг другу в составе администрации Обамы, он лишь намеревается навести порядок на высшем уровне власти. В этом отношении нелишне упомянуть, что в стране, которой до последнего времени руководил белый англо-саксонский протестант, два советника, которых собираются отправить в отставку, являются чернокожими женщинами, а четырнадцать из пятнадцати предлагаемых кандидатур, являются белыми мужчинами, протестантами или ашкеназами. Таким образом, наведение порядка в политике сопровождается превращением власти в этническо-религиозную. [1] См. : « Есть ли у Обамы военная политика? », Тьерри Мейсан, Перевод Эдуард Феоктистов, Сеть Вольтер, 1 декабря 2014. [2] « D’"anciens" militaires français parmi les jihadistes de Daesh », интернет-издание Réseau Voltaire, 21 января 2015 г. [3] « Contre qui le Pentagone se bat-il en Syrie ? », интернет-издание Réseau Voltaire, 1 ноября 2014 г. [4] « Как Владимир Путин разрушил стратегию НАТО », Тьерри Мейсан, Однако (Российская Федерация), Сеть Вольтер, 8 декабря 2014. [5] « Как Совет по международным отношениям определяет дипломатию США », Сеть Вольтер, 25 июня 2004. [6] « This Is Obama’s Last Foreign Policy Chance », Лесли Гелб, The Daily Beast, 14 января 2015 г. [7] « Дирижёр «арабской весны» Джон Маккейн и халиф Ибрагим », Тьерри Мейсан, Перевод Эдуард Феоктистов, Сеть Вольтер, 18 августа 2014. [8] « ЦНАБ – демократический оплот колониального империализма », Тьерри Мейсан, Перевод Эдуард Феоктистов, Сеть Вольтер, 6 января 2015. [9] « Роберт Б. Золлик – идейный вдохновитель глобализации », Тьерри Мейсан, Сеть Вольтер, 10 марта 2005. [10] « Richard Armitage, le baroudeur qui rêvait d’être diplomate », Réseau Voltaire, 8 octobre 2004. [11] « Доув Закхейм, поручитель Пентагона », Поль Лабарик, Сеть Вольтер, 9 сентября 2004. [12] « Le retour d’Henry Kissinger », Тьерри Мейсан, интернет-издание Réseau Voltaire, 28 ноября 2002 г., 28 novembre 2002. [13] « Антироссийская стратегия Збигнева Бжезинского », Артур Лепик, Сеть Вольтер, 3 августа 2005. [14] « Джеймс А. Бейкер III, верный друг », Сеть Вольтер, 12 декабря 2003. Источник: http://www.voltairenet.org/article186521.html

11 января 2015, 17:18

ЦНАБ (CNAS) – демократический оплот колониального империализма (Ястребы США против Обамы)

Вашингтон не проводит единую внешнюю политику - он действует противоречиво и лишь в ответ на внешние вызовы, а «либеральные ястребы» объединяются вокруг генерала Дэвида Петреуса и Центра новой американской безопасности (ЦНАБ). Тьерри Мейсан представляет нам этот мозговой центр, который сегодня играет ту же роль, что и Проект нового американского века при Буше – обеспечивать американскую экспансию и доминирование над всём миром. Сирийский кризис, выход из которого был предложен ещё во время первой конференции в Женеве в июне 2012 г., продолжается, несмотря на все соглашения, заключённые с США. По-видимому, администрация Обамы не подчиняется президенту, и она разделена на две политические линии: с одной стороны, империалисты, склонные к разделу мира с Китаем и, возможно, с Россией (это позиция президента Обамы), а, с другой стороны, империалистические экспансионисты, объединившиеся вокруг Хиллари Клинтон и генерала Дэвида Петреуса. Ко всеобщему удивлению, отставка директора ЦРУ и госсекретаря после переизбрания Барака Обамы не только не положила конец разногласиям в администрации, но и обострила их. Именно экспансионисты возобновили войну против Корейской народной республики под предлогом кибер-атаки против Sony Pictures, якобы предпринятой Пхеньяном. Президент Обама, в конечном счёте, согласился с их доводами и подписал декрет о «санкциях». Представляется, что сторонники имперской экспансии первоначально объединились вокруг Центра новой американской безопасности, который в Демократической партии играл роль ту же самую роль, что и Проект нового американского века (а сегодня также и Foreign Policy Initiative) в Республиканской партии. Важную роль они играли и во время первого мандата Барака Обамы, и по некоторым данным образовали «глубинное государство», откуда продолжают дёргать за верёвочки. Либеральные ястребы Центр новой американской безопасности был создан в 2007 г. Куртом Кэмпбеллом и Мишель Флурнуа. Ранее оба эти интеллектуала работали в Центре стратегических и международных исследований (ЦСМИ - Center for Strategic and International Studies). В нём спустя два месяца после событий 11 сентября они руководили публикацией книги To Prevail : An American Strategy for the Campaign Against Terrorism (Всё для победы: американская стратегия по борьбе с терроризмом) [1]. В книге развивалась идея о том, что необходимо атаковать не только террористические группировки, о чём говорил президент Буш, но и государства, если им самим не удавалось эти группировки уничтожить на своей территории. Вдохновившись работами оперативной группы по борьбе с терроризмом из ЦСМИ, они выступали за значительное увеличение разведывательных агентств для наблюдения за всем миром. Короче, Кэмпбелл и Флурнуа принимали официальные представления о терактах и оправдывали «войну против терроризма», которая на целое десятилетие погрузила в траур весь мир. В 2003 году Кэмпбелл и Флурнуа вместе с другими тринадцатью демократами-интеллектуалами подписали документ под названием Progressive Internationalism : A Democratic National Security Strategy (Прогрессивный интернационализм: демократическая стратегия национальной безопасности) [2]. Этот манифест поддерживал все войны после 11 сентября и критиковал дипломатическую слабость президента Буша. После выборов кандидата-демократа в 2004 г. подписанты намеревались продвигать американский имперский проект (сторонником которого был Джордж Буш-младший) при этом критикуя его за то, что он оказывал пагубное влияние на руководителей, и, в частности, сеял сомнения среди союзников. Всем подписантам тогда приклеили ярлык «либеральных ястребов». ЦНАБ Во время своего создания в 2007 г. ЦНАБ выражал стремление обновить американскую стратегическую мысль после Комиссии Бейкера-Гамильтона и отставки министра Обороны Дональда Рамсфельда. На открытии центра присутствовали такие лица как Мадлен Олбрайт, Хиллари Клинтон и Чак Хейгел. В ту пору Вашингтон пытался выпутаться из трясины, в которую он попал в Ираке. Кемпбелл и Флурнуа выступали за военное решение, которое позволило бы американским войскам продолжать оккупировать Ирак, не истощая при этом свои силы. Для продолжения имперской экспансии американский империализм должен был прежде всего выработать определённую антитеррористическую стратегию, которая позволила бы сократить численность американских войск в Ираке. Нет никакого противоречия в том, что Кемпбелл и Флурнуа работали совместно с генералом Дэвидом Петреусом, которого только что назначили командующим военной Коалицией в Ираке, потому что он был автором пособия по предотвращению смуты в сухопутных войсках США. Они склоняют на свою сторону австралийского эксперта Дэвида Кикуллена, который станет гуру генерала Петреуса и разработчиком плана Surge (Удар). Согласно этому плану переориентация иракских повстанцев должна осуществляться путём использования двух факторов (пряник и кнут): с одной стороны, платить деньги боевикам, которые перейдут на сторону агрессора и будут устанавливать порядок на своей территории, а, с другой стороны, оказывать на них принудительное воздействие путём временного усиления военного присутствия США. Эта стратегия будет успешно использована: страна вначале погружается в фазу интенсивной гражданской войны, а затем после глубокой разрухи она медленно возвращается в состояние покоя. Но на самом деле частичная переориентация иракского сопротивления стала возможной лишь потому, что оно было организовано на племенной основе. Весь этот период ЦНАБ и генерала Петреуса водой не разлить. Килкуллен становится сначала советником Петреуса, а затем госсекретаря Кондолизы Райс. Сплав этот настолько прочен, что полковник Джон Нейгл, советник Петреуса, станет президентом ЦНАБа после того, как Кемпбелл и Флурнуа войдут в администрацию Обамы. Особенность ЦНАК состоит в том, что он является мозговым центром демократов, но с ним сотрудничают и в него входят республиканские ястребы. Впрочем, он не отказывается от встреч и дебатов с членами Проекта нового американского века. Финансирование центра осуществляется производителями вооружений и компаниями, сотрудничающими с оборонным ведомством (AccentureFederal Services, BAE Systems, Boeing, DRS Technologies, Northrop Grumman), финансовыми компаниями (Bernard L. Schwartz Investments, Prudential Financial), фондами (Carnegie Corporation of New York, The William and Flora Hewlett Foundation, PloughsharesFund, Smith Richardson Foundation, ZakFamily Charitable Trust) и иностранными правительствами (Израиль, Япония, Тайвань). Во время предвыборной кампании Кемпбелл и Флурнуа издают для будущего президента рекомендации The Inheritance and the Way Forward (Наследие прошлого и путь в будущее) [3]. Начиная с периода президентства Буша они ставят под сомнение принцип «превентивной войны» и использование пыток. Кроме того, они выступают за переориентацию войны с терроризмом с тем, чтобы избежать «столкновения цивилизаций», которое могло бы лишить Вашингтон его мусульманских союзников. Администрация Обамы После избрания президентом Барак Обама поручает Мишель Флурнуа контроль за перестройкой оборонного ведомства. По логике, она становится заместителем министра Обороны по политической части, то есть она должна вырабатывать новую оборонную стратегию. Она при этом считается вторым лицом в министерстве и распоряжается бюджетом в 200 миллионов долларов. Курт Кемпбелл, в свою очередь, назначается в госдепартамент и руководит в нём отделом по Дальневосточному и Тихоокеанскому регионам. И Кемпбелл, и Флурнуа придерживаются стратегии типа «оплот». Согласно этой стратегии США должны готовиться к будущему столкновению с Китаем. С этой точки зрения, они должны постепенно передислоцировать свои вооружённые силы из Европы и Большого Среднего Востока на Дальний Восток. ЦНАБ настолько популярен, что его сотрудники скоро войдут в состав администрации Обамы: Ренд Бирс станет секретарём госбезопасности, Эштон Картер, замминистра Обороны по закупкам, а затем министр Обороны, Сьюзан Райс, представитель ООН, а затем советник по национальной безопасности, Роберт Уорк, заместитель министра Обороны и далее: Шон Бримли, специальный советник министра Обороны, а затем директор по планированию в Совете национальной безопасности, Прайс Флойд, ассистент помощника министра Обороны по связям с общественностью, Элис Хант, специальный ассистент в министерстве Обороны, Колин Кал, ассистент министра Обороны по Ближнему Востоку, затем советник по национальной безопасности при вице-президенте, Джеймс Миллер, заместитель помощника министра обороны США по вопросам политики, Эрик Пирс, заместитель министра Обороны, ответственный за связи с Конгрессом, Сара Сьюэлл, назначена в 2014 году заместителем госсекретаря по вопросам демократии и прав человека, Уэнди Шерман, назначена в 2011 году заместителем госсекретаря по политическим вопросам, Викрам Сингх, специальный советник министра обороны по Афганистану и Пакистану, Гейл Смит, директор по развитию и демократии при Совете национальной безопасности, Джеймс Стейнберг, заместитель госсекретаря, Джим Томас, заместитель помощника министра Обороны США по финансам, Эдвард (Тед) Уорнер III, советник министра Обороны по контролю над вооружениями. В настоящее время ЦНАБ уже готовит программу для будущего президента США. Влияние ЦНАБ Мишель Флурнуа всё время стремилась занять пост министра Обороны, но не была допущена на эту должность в 2012 году, так как считалось, что она слишком тесно связана с Израилем. Однако сегодня она присутствует почти во всех инстанциях министерства Оброны, занятых планированием: она является членом научного Совета Обороны (Defense Science Board), политического Совета Обороны (Defense Policy Board) и консультативного президентского совета по разведке (President’s Intelligence AdvisoryBoard). Видно, что все её политические рекомендации учитываются как по «Большому Среднему Востоку», так и по Дальнему Востоку. ЦНАБ поддержал усилия Уэнди Шермана по возобновлению дипломатических отношений с Тегераном. Было отчётливо заявлено, что проблема Ирана в большей степени связана не с ядерным вопросом, а с экспортом иранской революции. Им была предложена серия чрезвычайно суровых мер по урезанию иранских трубопроводов в Африке, Латинской Америке и на Ближнем Востоке [4]. В отношении Сирии ЦНАБ считает, что невозможно свергнуть власть в республике в короткий срок. Поэтому он выдвинул «стратегию турникета» : использовать сложившийся против Исламского государства консенсус и принудить все вовлечённые в конфликт государства оказать давление на Дамаск и оппозиционные формирования для того, чтобы добиться военной деэскалации, при этом не вступая в коалицию с президентом аль-Ассадом против Исламского государства. Будут предприняты усилия по включению в состав правительства республики представителей проатлантической оппозиции и предоставлению гуманитарной и материально-технической помощи в районы, занятые повстанцами, с тем, чтобы привлечь к ним внимание. После того, как проатлантисты войдут в правительство, их задача будет состоять в том, чтобы распознать все секреты государственного аппарата, чтобы после этого уничтожить его. Но главная цель этого плана состоит в том, чтобы потребовать для повстанцев, которые отказываются войти в правительство, всю сирийскую пустыню. А эта пустыня представляет около 70% всей территории, и в ней расположены основные газовые месторождения [5]. Особое внимание в ЦНАБ уделяется Интернету. Речь идёт об ограничении правительственной цензуры с тем, чтобы облегчить контроль со стороны АНБ [6]. Вместе с тем там обеспокоены тем, что народный Китай защищает себя от шпионажа со стороны АНБ [7]. В тихоокеанском регионе ЦНАБ выступает за сближение с Индией, Малазией и Индонезией. С этой целью разработан план совершенствования механизма, направленного против Северной Кореи. Ответственные лица ЦНАБ из бывшего органа по сотрудничеству демократов с республиканскими неоконсерваторами постепенно превратился в главный исследовательский центр колониального империализма. Кроме Курта Кемпбелла и Мишель Флурнуа в состав администрации входят: генерал Джон Аллен, командующий Коалицией сил по борьбе с ИГИЛ, Ричард Эрмитейдж, бывший помощник госсекретаря, Ричард Данциг, вице-президент компании Rand Corporation, Джозеф Либерман, бывший пресс-секретарь израильского Сената, генерал Джеймс Маттис, бывший командующий ЦентрКома. ЦНАБ и в дальнейшем будет развиваться, потому что теперь он является главным мозговым центром, способным повлиять на оборонный бюджет и перевести экономику страны на военные рельсы. [1] To Prevail: An American Strategy for the Campaign Against Terrorism, Csis Significant Issues Series, CSIS, ноябрь 2001. [2] Progressive Internationalism: A Democratic National Security Strategy, Институт прогрессивной политики (Progressive Policy Institute), 30 октября, 2003 г. [3] The Inheritance and the Way Forward, Курь Кемпбелл, Мишель Флурнуа, ЦНАБ (CNAS), 2007. [4] Pushback Countering the Iran Action Network, Скотт Модель и Дэвид Ашер, Центр новой американской безопасности (Center for a New American Security), сентябрь 2013 г. [5] The Tourniquet. A Strategy for Defeating the Islamic State and Saving Syria and Iraq, Марк Линч, Центр новой американской безопасности (Center for a New American Security), октябрь 2014. А также How This Ends. A Blueprint for De-Escalation in Syria, Дафна Ранд и Николас Герас, Центр новой американской безопасности (Center for a New American Security), ноябрь 2014 г. « Американский «мирный план» для Сирии », Тьерри Мейсан, Перевод Эдуард Феоктистов, Al-Watan (Сирия), Сеть Вольтер, 1 января 2015. [6] Bringing Liberty Online. Reenergizing the Internet Freedom Agenda in a Post-Snowden Era, Ричард Фонтен, Центр новой американской безопасности (Center for a New American Security), сентябрь 2014 г. [7] Warring State: China’s Cybersecurity Strategy, Эми Чанг, Центр новой американской безопасности ( Center for a New American Security), декабрь 2014г. http://www.voltairenet.org/article186374.html

06 мая 2013, 05:45

Американский журнал Foreign Policy опубликовал список 500 самых влиятельных людей мира, в который вошли 23 россиянина

...Это российские политики и крупные бизнесмены, один военный и один криминальный авторитет. В список самых влиятельных людей по версии Foreign Policy вошли президент России Владимир Путин, глава правительства Дмитрий Медведев, министр иностранных дел Сергей Лавров, глава Мифина Антон Силуанов и глава Минобороны Сергей Шойгу, председатель Банка России Сергей Игнатьев, директор ФСБ Александр Бортников, мэр Москвы Сергей Собянин и другие.Из российских бизнесменов в список вошли также основатель USM Holdings Алишер Усманов (№1 в рейтинге 200 богатейших бизнесменов России — 2013, состояние — $17,6 млрд), совладелец «Альфа-Групп» Михаил Фридман (№2 в рейтинге 200 богатейших бизнесменов России — 2013, состояние — $16,5 млрд), председатель правления «Новатэка» Леонид Михельсон (№3 в рейтинге 200 богатейших бизнесменов России — 2013, состояние — $15,4 млрд), владелец «Реновы» Виктор Вексельберг (№4 в рейтинге 200 богатейших бизнесменов России — 2013, состояние — $15,1 млрд), президент нефтяной компании «Лукойл» Вагит Алекперов (№5 в рейтинге 200 богатейших бизнесменов России — 2013, состояние — $14,8 млрд), председатель совета директоров «Еврохима» Андрей Мельниченко (№6 в рейтинге 200 богатейших бизнесменов России — 2013, состояние — $14,4 млрд), глава холдинга «Интеррос» Владимир Потанин (№7 в рейтинге 200 богатейших бизнесменов России — 2013, состояние — $14,3 млрд), председатель совета директоров НЛМК Владимир Лисин (№8 в рейтинге 200 богатейших бизнесменов России — 2013, состояние — $14,1 млрд), глава «Газпрома» Алексей Миллер (№2 в рейтинге самых высокооплачиваемых топ-менеджеров России), совладелец Mail.ru Group Юрий Мильнер (№102 в рейтинге 200 богатейших бизнесменов России — 2013, состояние — $1,1 млрд), президент «Роснефти» Игорь Сечин  (№3 в рейтинге самых высокооплачиваемых топ-менеджеров России). Из иностранных политических лидеров журнал включил в список президента Палестины Махмуда Аббаса, лидера австралийской оппозиции Тони Эбботта и премьер-министра Японии Синдзо Абэ. По мнению издания, влиятельными также являются исполнительный директор газеты The New York Times Джил Абрамсон и "король игорного бизнеса", американский магнат Шелдон Адельсон. Список составлен в алфавитном порядке, в нем преобладают американцы — 142 человека. При составлении перечня редакция Foreign Policy пользовалась всеми доступными рейтингами влиятельности, в том числе публикациями Forbes, Times, Vanity Fair, Wall Street Journal, Global Finance и другими. Mahmoud Abbas President, Palestinian Authority West Bank Tony Abbott Liberal Party leader Australia Shinzo Abe Prime minister Japan Jill Abramson New York Times executive editor USA Sheldon Adelson Las Vegas Sands CEO and chair USA Aga Khan IV Ismaili Muslim imam Britain Daniel Akerson General Motors CEO and chair USA Rinat Akhmetov System Capital Management owner Ukraine Karl Albrecht Aldi Süd owner Germany Vagit Alekperov Lukoil president Russia Keith Alexander National Security Agency director USA Paul Allen Microsoft co-founder and Vulcan Inc. chair USA Yukiya Amano International Atomic Energy Agency director-general Japan Shlomo Amar Sephardic chief rabbi Israel Mukesh Ambani Reliance Industries chair and managing director India Yaakov Amidror National security advisor Israel Celso Amorim Defense minister Brazil Marc Andreessen Andreessen Horowitz co-founder USA A.K. Antony Defense minister India Catherine Ashton European Union foreign minister Britain Taro Aso Finance minister Japan Bashar al-Assad President Syria Ibrahim bin Abdulaziz al-Assaf Finance minister Saudi Arabia Aung San Suu Kyi Opposition leader Burma Jean-Marc Ayrault Prime minister France Alberto Baillères Grupo Bal chair Mexico John Baird Foreign minister Canada Bernard Bajolet Directorate-General for External Security head* France Steve Ballmer Microsoft CEO USA Ban Ki-moon United Nations secretary-general South Korea Mario Barletta Radical Civic Union president Argentina José Manuel Barroso European Commission president Portugal Bartholomew I Ecumenical patriarch of Constantinople Turkey Omar Hassan al-Bashir President Sudan Fatou Bensouda International Criminal Court prosecutor Gambia Ben Bernanke Federal Reserve chair USA Pier Luigi Bersani Democratic Party secretary Italy Jeff Bewkes Time Warner Inc. CEO and chair USA Jeff Bezos Amazon CEO USA Ted Bianco Wellcome Trust acting director Britain Joseph Biden Vice president USA Carl Bildt Foreign minister Sweden Robert Birgeneau U.C. Berkeley chancellor USA Tony Blair Former prime minister Britain Lloyd Blankfein Goldman Sachs CEO and chair USA Len Blavatnik Access Industries chair USA Michael Bloomberg New York mayor USA John Boehner Speaker of the House of Representatives USA Jean-Laurent Bonnafé BNP Paribas CEO and director France Alexander Bortnikov FSB director Russia Leszek Borysiewicz Cambridge University chief executive Britain John Brennan CIA director USA Sergey Brin Google co-founder USA Andrew Brown Church Commissioners CEO and secretary Britain Warren Buffett Berkshire Hathaway CEO USA Ursula Burns Xerox CEO USA David Cameron Prime minister Britain Bob Carr Foreign minister Australia Vicente Carrillo Fuentes Juárez cartel leader Mexico John Chambers Cisco CEO and chair USA Margaret Chan World Health Organization director-general China Norman Chan Hong Kong Monetary Authority CEO Hong Kong Stephen Chazen Occidental CEO and president USA Dhanin Chearavanont Charoen Pokphand Group chair Thailand Chen Yuan China Development Bank chair China Cheng Yu-tung Investor Hong Kong Palaniappan Chidambaram Finance minister India Jean-Paul Chifflet Crédit Agricole CEO France James Clapper Director of national intelligence USA Helen Clark U.N. Development Program administrator New Zealand Joseph Clayton Dish Network CEO and president USA Bill Clinton Former president USA Hillary Clinton Former secretary of state USA Tim Cook Apple CEO USA Jean-François Copé Union for a Popular Movement president France Michael Corbat Citigroup CEO USA Ertharin Cousin U.N. World Food Program executive director USA James Cuno J. Paul Getty Trust CEO and president USA Siyabonga Cwele State security minister South Africa Ophelia Dahl Partners in Health executive director USA Dai Xianglong National Council for Social Security Fund chair China Dalai Lama Tibetan spiritual leader Aliko Dangote Dangote Group CEO and president Nigeria Kim Darroch National security advisor Britain Ahmet Davutoglu Foreign minister Turkey Henri de Castries AXA CEO and chair France Michael Dell Dell CEO USA Leonardo Del Vecchio Luxottica chair Italy Thomas de Maizière Defense minister Germany Christophe de Margerie Total CEO and chair France Martin Dempsey Chairman of the Joint Chiefs of Staff USA Hailemariam Desalegn African Union chair Ethiopia Cobus de Swardt Transparency International managing director South Africa Philip de Toledo Capital Group Companies president USA Michael Diekmann Allianz CEO and chair Germany Jeroen Dijsselbloem Dutch finance minister and Eurogroup president Netherlands Sheila Dikshit New Delhi chief minister India Jamie Dimon JPMorgan Chase CEO, chair, and president USA Daniel Doctoroff Bloomberg L.P. CEO and president USA Tom Donilon National security advisor USA Thomas Donohue Chamber of Commerce CEO and president USA Jack Dorsey Twitter founder and Square Inc. CEO USA Mario Draghi European Central Bank president Italy Abu Dua al Qaeda in Iraq leader Iraq Jean-François Dubos Vivendi chair France Bob Dudley BP CEO USA Mike Duke Walmart CEO and president USA Mark Dybul Global Fund executive director USA Nabil Elaraby Arab League secretary-general Egypt Mohamed A. El-Erian Pimco CEO and co-CIO USA John Elkann Exor chair Italy Larry Ellison Oracle CEO and chair USA Erik Engstrom Reed Elsevier CEO Sweden Recep Tayyip Erdogan Prime minister Turkey Sergio Ermotti UBS CEO Switzerland Laurent Fabius Foreign minister France Richard Fadden Canadian Security Intelligence Service director Canada Teuku Faizasyah International affairs advisor Indonesia Mohsen Fakhrizadeh-Mahabadi Nuclear scientist Iran John Fallon Pearson CEO Britain Fan Changlong Central Military Commission vice chairman China Fang Fenghui People's Liberation Army chief of general staff China Drew Gilpin Faust Harvard University president USA Jon Feltheimer Lionsgate CEO and co-chair USA Hakan Fidan National Intelligence Organization undersecretary Turkey Laurence Fink BlackRock CEO and chair USA Chris Finlayson BG CEO Britain Jürgen Fitschen Deutsche Bank co-chair Germany James Flaherty Finance minister Canada Maria das Graças Silva Foster Petrobras CEO Brazil Mikhail Fradkov Foreign Intelligence Service head Russia Pope Francis Head of Catholic Church Vatican City Vagner Freitas Unified Workers' Central president Brazil Mikhail Fridman Alfa Group Consortium chair Russia Fu Chengyu Sinopec chair China Osamu Fujimura Chief cabinet secretary Japan Robert Gallucci MacArthur Foundation president USA Sonia Gandhi Indian National Congress party president India Bill Gates Bill & Melinda Gates Foundation co-chair and Microsoft co-founder USA Melinda Gates Gates Foundation co-chair USA Valery Gerasimov Armed forces chief of general staff Russia Rostam Ghasemi Iranian oil minister Iran Carlos Ghosn Nissan and Renault CEO and chair France Julia Gillard Prime minister Australia Ivan Glasenberg Glencore CEO South Africa Robert Glasser Care International secretary-general USA Pravin Gordhan Finance minister South Africa Terry Gou Foxconn CEO Taiwan Mario Greco Assicurazioni Generali CEO Italy Brad Grey Paramount Pictures CEO and chair USA William Gross Pimco co-CIO and managing director USA Sérgio Guerra Brazilian Social Democracy Party president Brazil Abdullah Gul President Turkey Fethullah Gulen Muslim religious leader Turkey Stuart Gulliver HSBC group CEO Britain Guo Jinlong Beijing Communist Party secretary China Guo Shengkun Minister of public security China Ángel Gurrí­a OECD secretary-general Mexico António Guterres U.N. high commissioner for refugees Portugal Javier Gutiérrez Ecopetrol CEO Colombia Joaquín Guzmán Loera Sinaloa drug cartel leader Mexico Fernando Haddad São Paulo mayor Brazil Chuck Hagel Defense secretary USA William Hague Foreign minister Britain Tony Hall BBC director-general Britain Andrew Hamilton Oxford University chief executive Britain Ingrid Hamm Robert Bosch Stiftung executive director Germany John Hammergren McKesson CEO, chair, and president USA Philip Hammond Secretary of state for defense Britain Han Zheng Shanghai Communist Party secretary China Jalaluddin Haqqani Haqqani network leader Afghanistan Stephen Harper Prime minister Canada Toru Hashimoto Osaka mayor Japan Gerald Hassell Bank of New York Mellon CEO and chair USA Jimmy Hayes Cox Enterprises CEO and president USA John Hennessy Stanford University president USA Jeanine Hennis-Plasschaert Defense minister Netherlands Stephen Hester Royal Bank of Scotland CEO Britain Christoph Heusgen National security advisor Germany Marillyn Hewson Lockheed Martin CEO and president USA Hisashi Hieda Fuji Media Holdings CEO and chair Japan Nobuyuki Hirano Mitsubishi UFJ Financial Group CEO and president Japan Ho Ching Temasek CEO and executive director Singapore Reid Hoffman LinkedIn co-founder and executive chair USA François Hollande President France Jan Hommen ING CEO Netherlands Mahabub Hossain BRAC executive director Bangladesh Hyun Oh-seok Finance minister South Korea Carl Icahn Icahn Enterprises chair USA Robert Iger Walt Disney Co. CEO and chair USA Sergei Ignatiev Central Bank of Russia chair Russia Jeffrey Immelt General Electric CEO and chair USA Naoki Inose Tokyo governor Japan Zaheer ul-Islam Inter-Services Intelligence director-general Pakistan Jonathan Ive Apple senior VP for industrial design Britain Paul Jacobs Qualcomm CEO and chair USA Mohammad Ali Jafari Islamic Revolutionary Guard Corps commander Iran Anshu Jain Deutsche Bank co-chair Britain Paul Jean-Ortiz Diplomatic advisor France Antony Jenkins Barclays Group CEO Britain Jiang Jianqing Industrial and Commercial Bank of China executive director and chair China Jiang Jiemin State-owned Assets Supervision and Administration Commission chair* China Jiang Zemin Former president China Edward Johnson Fidelity Investments CEO and chair USA Goodluck Jonathan President Nigeria Alok Joshi Research and Analysis Wing chief India Banri Kaieda Democratic Party of Japan president Japan Unni Karunakara Médecins Sans Frontières president India Hamid Karzai President Afghanistan Ashfaq Parvez Kayani Chief of army staff Pakistan Muhtar Kent Coca-Cola CEO and chair USA Neal Keny-Guyer Mercy Corps CEO USA John Kerry Secretary of state USA Ali Khamenei Supreme leader Iran Salman Khurshid Foreign minister India Paal Kibsgaard Schlumberger CEO Norway Kemal Kilicdaroglu Republican People's Party chair Turkey Kim Jang-soo National security advisor South Korea Jim Yong Kim World Bank president USA Kim Jong Un Supreme leader North Korea Kim Kwan-jin Defense minister South Korea Ian King BAE Systems CEO Britain Mervyn King Bank of England governor Britain Cristina Fernández de Kirchner President Argentina Fumio Kishida Foreign minister Japan Henry Kissinger Former secretary of state USA Susanne Klatten Investor Germany Bill Klesse Valero CEO and chair USA Philip Knight Nike chair USA Charles Koch Koch Industries CEO and chair USA David Koch Koch Industries executive VP USA Nobuaki Koga Japanese Trade Union Confederation, president Japan Larry Kramer Hewlett Foundation president USA William Kumuyi Deeper Christian Life Ministry general superintendent Nigeria Haruhiko Kuroda Bank of Japan governor Japan Raymond Kwok Sun Hung Kai Properties co-chair Hong Kong Thomas Kwok Sun Hung Kai Properties co-chair Hong Kong Oh-Hyun Kwon Samsung CEO South Korea Christine Lagarde IMF managing director France Arnaud Lagardère Lagardère CEO and chair France Pascal Lamy World Trade Organization director-general France Ryan Lance ConocoPhillips CEO and chair USA Germán Larrea Mota-Velasco Grupo México president Mexico Carol Larson Packard Foundation president USA Risa Lavizzo-Mourey Robert Wood Johnson Foundation CEO and president USA Sergei Lavrov Foreign minister Russia Jean-Yves Le Drian Defense minister France Lee Shau-kee Henderson Land Development chair Hong Kong Thierry Lepaon General Confederation of Labor secretary-general France Richard Levin Yale University president USA Jacob Lew Treasury secretary USA Li Hongzhi Falun Gong founder China Li Jianguo All-China Federation of Trade Unions chair China Li Ka-shing Hutchison Whampoa chair Hong Kong Li Keqiang Premier China Li Lihui Bank of China president China Robin Li Baidu CEO China Alfredo Lim Manila mayor Philippines Lim Siong Guan Government of Singapore Investment Corp. president Singapore Vladimir Lisin NLMK chair Russia Liu Zhenya State Grid Corp. president China Andrés Manuel López Obrador Opposition leader Mexico Hernán Lorenzino Economic minister Argentina Peter Löscher Siemens CEO and president Austria Lou Jiwei Finance minister China Emilio Lozoya Austin Pemex CEO Mexico Helge Lund Statoil CEO and president Norway Michael Lynton Sony Entertainment CEO and chair USA Peter MacKay Defense minister Canada Andrew Mackenzie BHP Billiton CEO South Africa Gregory Maffei Liberty Media CEO and president USA Mohammed bin Rashid Al Maktoum Defense minister UAE Miguel Ángel Mancera Mexico City mayor Mexico Guido Mantega Finance minister Brazil Lutz Marmor ARD chair Germany John Mars Mars Inc. chair USA Agus Martowardojo Finance minister Indonesia Masayuki Matsumoto NHK president Japan Isao Matsushita JX Holdings CEO and president Japan Shigeo Matsutomi Intelligence chief Japan Peter Maurer International Committee of the Red Cross president Switzerland Marissa Mayer Yahoo! CEO USA Timothy Mayopoulos Fannie Mae CEO USA Lowell McAdam Verizon CEO and chair USA Margot McCarthy National security advisor Australia Mitch McConnell Senate minority leader USA William McNabb Vanguard CEO and chair USA James McNerney Boeing CEO and chair USA José Antonio Meade Foreign minister Mexico Mourad Medelci Foreign minister Algeria Dmitry Medvedev Prime minister Russia Hakimullah Mehsud Pakistani Taliban leader Pakistan Andrey Melnichenko Siberian Coal Energy Co. chair Russia Shivshankar Menon National security advisor India Angela Merkel Chancellor Germany Khaled Meshaal Hamas leader West Bank Gérard Mestrallet GDF Suez CEO and chair France Yona Metzger Ashkenazi chief rabbi Israel Leonid Mikhelson Novatek executive director Russia Carolyn Miles Save the Children CEO and president USA Ed Miliband Labour Party leader Britain Alexey Miller Gazprom CEO and chair Russia Yuri Milner Digital Sky Technologies founder Russia Le Luong Minh Association of Southeast Asian Nations secretary-general Vietnam Lakshmi Mittal ArcelorMittal CEO and chair India Semion Mogilevich Mafia boss Russia Nadir Mohamed Rogers Communications CEO and president Canada Moon Hee-sang Democratic United Party leader South Korea Pedro Morenés Defense minister Spain Mohamed Morsy President Egypt Pierre Moscovici Finance minister France Heydar Moslehi Intelligence minister Iran Brian Moynihan Bank of America CEO USA Fahad al-Mubarak Saudi Arabian Monetary Agency governor Saudi Arabia Alan Mulally Ford CEO and president USA Tom Mulcair New Democratic Party leader Canada Rupert Murdoch News Corp. CEO and chair USA Elon Musk PayPal, SpaceX, and Tesla Motors founder USA Abdullah bin Zayed Al Nahyan Foreign minister UAE Mohammed bin Zayed Al Nahyan Abu Dhabi crown prince UAE Ali al-Naimi Minister of petroleum Saudi Arabia Hiroaki Nakanishi Hitachi president Japan Nam Jae-joon National Intelligence Service chief South Korea Janet Napolitano Homeland security secretary USA Óscar Naranjo National security advisor Mexico Hassan Nasrallah Hezbollah secretary-general Lebanon Marty Natalegawa Foreign minister Indonesia Mohammed bin Nayef Interior minister Saudi Arabia Benjamin Netanyahu Prime minister Israel Maite Nkoana-Mashabane Foreign minister South Africa Indra Nooyi PepsiCo CEO and chair USA Phebe Novakovic General Dynamics CEO and chair USA Christian Noyer Bank of France governor France Barack Obama President USA Michelle Obama First lady USA Frances O'Grady Trades Union Congress general secretary Britain Mullah Mohammed Omar Taliban leader Afghanistan Keith O'Nions Imperial College London rector Britain Itsunori Onodera Defense minister Japan Amancio Ortega Inditex founder Spain George Osborne Chancellor of the Exchequer Britain Paul Otellini Intel CEO and president USA Michael Otto Otto Group chair Germany Ricardo Paes de Barros Secretary of strategic affairs Brazil Larry Page Google CEO USA Tamir Pardo Mossad director Israel Park Geun-hye President South Korea Park Won-soon Seoul mayor South Korea Antonio Patriota Foreign minister Brazil Nikolai Patrushev National Security Council secretary Russia Enrique Peña Nieto President Mexico Yves Perrier Amundi CEO France Stefan Persson H&M chair Sweden Navi Pillay U.N. high commissioner for human rights South Africa François-Henri Pinault Kering CEO and chair France Juan Carlos Pinzón Defense minister Colombia Georges Plassat Carrefour CEO France Vladimir Potanin Interros owner Russia Scott Powers State Street Global Advisors CEO and president USA Sunil Prabhu Mumbai mayor India Vladimir Putin President Russia Yusuf al-Qaradawi Sunni cleric Egypt Thomas Rabe Bertelsmann CEO and chair Germany Bertrand Ract-Madoux Army chief of staff France Baba Ramdev Hindu spiritual leader India Rafael Ramírez PDVSA president Venezuela Anders Fogh Rasmussen NATO secretary-general Denmark Sumner Redstone Viacom and CBS chair USA Olli Rehn European Commission finance minister Finland Harry Reid Senate majority leader USA L. Rafael Reif MIT president USA Stephen Rigby National security advisor Canada Rebecca Rimel Pew Charitable Trusts CEO and president USA Georgina Rinehart Hancock Prospecting chair and director Australia Brian Roberts Comcast CEO and chair and NBCUniversal chair USA John Roberts Supreme Court chief justice USA Virginia Rometty IBM CEO, chair, and president USA Kenneth Roth Human Rights Watch executive director USA Dilma Rousseff President Brazil David Rubenstein Carlyle Group co-CEO USA George Rupp International Rescue Committee CEO and president USA Bader al-Saad Kuwait Investment Authority managing director Kuwait Alfredo Sáenz Banco Santander CEO Spain Joseph Safra Grupo Safra chair Brazil Atsuo Saka Japan Post Holdings CEO Japan Sheryl Sandberg Facebook COO USA Norio Sasaki Toshiba president Japan Yasuhiro Sato Mizuho Financial Group CEO and president Japan Abdullah bin Abdulaziz Al Saud King Saudi Arabia Salman bin Abdulaziz Al Saud Crown prince Saudi Arabia Saud bin Faisal bin Abdulaziz Al Saud Foreign minister Saudi Arabia John Sawers Secret Intelligence Service chief Britain Paolo Scaroni Eni CEO Italy Wolfgang Schäuble Finance minister Germany Gerhard Schindler Federal Intelligence Service president Germany Dieter Schwarz Schwarz Group owner Germany Igor Sechin Rosneft president and chair Russia Pierre Servant Natixis CEO France Sri Sri Ravi Shankar Hindu spiritual leader India Mohamed Raafat Shehata General Intelligence Service chief Egypt Abdul-Aziz al-Sheikh Grand mufti Saudi Arabia Salil Shetty Amnesty International secretary-general India Sergei Shoigu Defense minister Russia Faisal Al Shoubaki General Intelligence Department director Jordan Radoslaw Sikorski Foreign minister Poland Anton Siluanov Finance minister Russia Mehmet Simsek Finance minister Turkey Manmohan Singh Prime minister India Carlos Slim Helú Grupo Carso founder Mexico Yngve Slyngstad Norges Bank Investment Management CEO Norway James Smith Thomson Reuters CEO and president USA Stephen Smith Defense minister Australia Sergei Sobyanin Moscow mayor Russia Michael Sommer Confederation of German Trade Unions president Germany Masayoshi Son SoftBank Mobile CEO Japan George Soros Soros Fund Management chair USA Sterling Speirn Kellogg Foundation CEO and president USA Richard Stearns World Vision president USA Peer Steinbrück Social Democratic Party leader Germany Randall Stephenson AT&T CEO and chair USA John Strangfeld Prudential Financial CEO and chair USA Megawati Sukarnoputri Indonesian Democratic Party of Struggle chair Indonesia Bandar bin Sultan General Intelligence Presidency chief Saudi Arabia Arthur Ochs Sulzberger Jr. New York Times Co. chair USA William Swanson Raytheon CEO and chair USA Sushma Swaraj Bharatiya Janata Party opposition leader India Alwaleed bin Talal Kingdom Holding Co. chair Saudi Arabia Ahmed al-Tayeb Grand sheikh of al-Azhar Egypt Johannes Teyssen E.ON CEO and chair Germany Hamad bin Jassim bin Jabr Al Thani Foreign minister Qatar Hamad bin Khalifa Al Thani Emir Qatar Thein Sein President Burma Peter Thiel PayPal co-founder USA David Thomson Thomson Reuters chair Canada Shirley Tilghman Princeton University president USA Rex Tillerson Exxon Mobil CEO and chair USA Héctor Timerman Foreign minister Argentina Robert Tjian Howard Hughes Medical Institute president USA Alexandre Tombini Central Bank of Brazil governor Brazil Akio Toyoda Toyota CEO Japan Miguel Ángel Treviño Morales Zetas drug cartel leader Mexico Richard Trumka AFL-CIO president USA Kazuhiro Tsuga Panasonic president Japan Kevin Tsujihara Warner Bros. Entertainment CEO USA Yoshinobu Tsutsui Nippon Life Insurance president Japan Donald Tusk Prime minister Poland Luis Ubiñas Ford Foundation president USA Hiroo Unoura Nippon Telegraph and Telephone CEO Japan Alisher Usmanov Investor Russia Herman Van Rompuy European Council president Belgium Viktor Vekselberg Renova Group chair Russia Luis Videgaray Finance minister Mexico Antonio Villaraigosa Los Angeles mayor USA Ignazio Visco Bank of Italy governor Italy Peter Voser Royal Dutch Shell CEO Switzerland Abu Musab Abdel Wadoud al Qaeda in the Islamic Maghreb emir Algeria Jimmy Wales Wikipedia founder USA Peter Wall Chief of general staff Britain S. Robson Walton Walmart chair USA Wan Qingliang Guangzhou Communist Party secretary China Wang Yi Foreign minister China Wang Yilin CNOOC chair China Nick Warner Australian Secret Intelligence Service director-general Australia Rick Warren Evangelical pastor USA John Watson Chevron CEO and chair USA Jens Weidmann German Federal Bank president Germany Bob Weinstein Weinstein Company co-chair USA Harvey Weinstein Weinstein Company co-chair USA Justin Welby Archbishop of Canterbury Britain Guido Westerwelle Foreign minister Germany Guy Weston Garfield Weston Foundation chair Britain Meg Whitman Hewlett-Packard CEO and president USA Joko Widodo Jakarta governor Indonesia Steve Williams Suncor CEO and president Canada Oprah Winfrey Harpo Productions and Oprah Winfrey Network CEO and chair USA Martin Winterkorn Volkswagen CEO Germany Penny Wong Finance minister Australia Carolyn Woo Catholic Relief Services CEO and president USA George Wood Assemblies of God general superintendent USA Nasir al-Wuhayshi al Qaeda in the Arabian Peninsula emir Yemen Xi Jinping President China Xu Qiliang Central Military Commission vice chairman China Moshe Yaalon Defense minister Israel Yang Jiechi State councilor China Yi Gang Foreign exchange reserves administrator China Ismet Yilmaz Defense minister Turkey Susilo Bambang Yudhoyono President Indonesia Yun Byung-se Foreign minister South Korea Syed Hashim Raza Zaidi Karachi administrator Pakistan Lamberto Zannier Organization for Security and Cooperation in Europe secretary-general Italy Ayman al-Zawahiri al Qaeda leader Egypt Dieter Zetsche Daimler CEO Germany Zhang Jianguo China Construction Bank president and executive director China Zhang Yuzhuo Shenhua Group CEO and president China Zhou Jiping China National Petroleum Corp. and PetroChina chair* China Zhou Xiaochuan People's Bank of China governor China Helen Zille Democratic Alliance leader South Africa Robert Zimmer University of Chicago president USA Mark Zuckerberg Facebook CEO and founder USA Jacob Zuma President South Africa http://www.foreignpolicy.com/articles/2013/04/29/the_500_most_powerful_people_in_the_worldhttp://www.forbes.ru/news/238657-prezident-lukoil-stal-samym-vliyatelnym-v-mire-rossiyaninom