• Теги
    • избранные теги
    • Люди1729
      • Показать ещё
      Страны / Регионы893
      • Показать ещё
      • Показать ещё
      Международные организации92
      • Показать ещё
      • Показать ещё
      • Показать ещё
      • Показать ещё
08 декабря, 19:50

Populism In America: "Follow The Money"

Submitted by Charles Hugh-Smith via OfTwoMinds blog, If you want to understand today's populism, don't look to the mainstream media's comically buffoonish propaganda blaming the Russians: look at the four issues listed below. One of the most disturbing failures of the mainstream media in this election cycle was its complete lack of historical context for Trump's brand of populism. If you consumed the mainstream media's coverage of the campaign and election, you noted their obsession with speech acts (as opposed to concrete actions), personalities and conspiracy theories pinning American populism on Russian propaganda. The mainstream media dismisses populism by pushing two absurdly ignorant narratives: 1. Populism (we're told) always leads to authoritarian rules and/or fascism (i.e. Nazism). All populist movements are therefore tarred with the Nazism brush: no good could possibly come from Populist movements because they always lead to fascism. This is convenient for the apologists of the embattled status quo, but it's utterly false: America's enormous populist movements have never led to fascism. 2. Since the status quo is wonderful and America's economy is strong, dissent or populism cannot be home-grown--it must be the work of the Devil, in the guise of "foreign propaganda." Notice the classic propaganda ploy being deployed here: since dissent is impossible in a regime as well-managed and prosperous as America's status quo, populism must be driven and controlled by evil foreign agents. This is laughably absurd: America's populist movements, including the present one, have been revolts against the concentrated wealth and power of self-serving status quo elites. If the mainstream media actually employed well-informed analysts rather than empty-headed politically correct parrots, you might have learned that America has a long and rich history of populism that did not lead to authoritarianism or fascism. Mike Swanson of WallStreetWindow.com and I recently discussed Populism and political realignments in a 34-minute podcast: Charles Hugh Smith on The Mainstream Media and the Populist Global Revolt. There have been several major populist movements against the ruling elites: Andrew Jackson's election in 1828 stemmed from such a revolt, and the Populist Party (a.k.a. People's Party) and Socialist Party movements of the late 1800s and early 1900s were progressive/left-wing reactions to the enormous concentrations of wealth and power in the elites of the day. Both movements attacked the money and credit mechanisms of the elites: in Jackson's case, the target was the Second Bank of the United States; in the Populist Party era, the issue was free silver, i.e. the expansion of the money supply via issuing silver coinage. There are two dynamics at work beneath the surface of populist movements. One is a transformation in the dominant mode of production, i.e. the organization and ownership of the productive assets that power economic growth, and the second is the political realignment that results from a transformation in the mode of production. In the 19th century, agrarian interests that were losing power to industry and banking/ finance typically found expression in populist movements. Such movements included an elite faction that saw its power and wealth being threatened by new elites. For example, England's landed gentry resisted the political and economic power of industrialists, who sought an expansion of the engines of their wealth: global trade and a poorly paid, mobile urban workforce. Mike mentioned a seminal book, Golden Rule: The Investment Theory of Party Competition and the Logic of Money-Driven Political Systems, which proposes there is actually only one party in America: the property party, i.e. those who own the productive assets of the nation. The winds of change can be understood by tracking which wealthy factions are funding the two political parties. Author Thomas Ferguson makes the case that Franklin Roosevelt won the presidency partly as a result of the financial support of large multinational corporations with global interests. Roosevelt's opponents were typically domestic companies that depended on cheap labor and stiff tariffs to keep out competition. The current era of populism is perhaps best typified by Bernie Sanders, who raised a phenomenal $234 million from individuals, with Political Action Committees (PACS) contributing a thin sliver of $6.3 million to his campaign. There is no better proof that today's populism is deep-rooted and broad-based than Sanders' astounding $234 million contributions from individuals, not elites. Please name me another presidential candidate who raised 97% of their funding from small donors. Hillary Clinton raised a gargantuan $1.3 billion,of which $188 million came from Super-PACs. A tiny percentage of her total funds came from small donors; her campaign raised $556 million and the Democratic Party's (elitist) fund-raising committees ponied up another $544 million. (source) Trump's campaign raised about 27% of its funds from small donors, compared to the Romney campaign's 6%. Today's populism has drawn funding from individuals and enterprises who have been left out of globalism's massive increase in elitist wealth. If we look for issues that crossed party lines, i.e. that drew support from both Sanders and Trump supporters, we find four core issues: 1. Anti-globalism 2. disgust with the Establishment's self-serving corrupt elites, i.e. anti-elitism 3. Economic nationalism 4. Anti-endless-neocon-wars, drone strikes, foreign entanglements Issues 1, 3 and 4 were encapsulated in Democrat George McGovern's 1972 campaign slogan come home, America, a message disdained by today's Democratic Party elites, who have skimmed hundreds of millions in campaign contributions from global finance and corporate interests. Take a look at these charts of U.S. corporate profits and the decline of labor's share of GDP, and ask: isn't the source of today's populist disgust and anger at America's ruling elites rather obvious? Is it coincidence that corporate profits skyrocketed from about 2001, right when labor's share of GDP fell off a cliff? If you want to understand today's populism, don't look to the mainstream media's comically buffoonish propaganda blaming the Russians: look at the four issues listed above and these two charts. Mike Swanson and Charles Hugh Smith on The Mainstream Media and the Populist Global Revolt (34 minute podcast).

08 декабря, 12:05

Политика: Василий Дымов: В коляске сидит худощавый человек. Я понял, что это Рузвельт

«Прошли мы через овальные помещения, зашли в какую-то комнату. Смотрю: в коляске сидит худощавый человек. Я понял, что это Рузвельт. Вспомнил его по фотографиям. Сидит, значит, Рузвельт, а сбоку от него стоят два негра...» – рассказал газете ВЗГЛЯД в канун Дня Героев Отечества ветеран, капитан I ранга Василий Дымов, который был откомандирован в США для встречи с Франклином Рузвельтом. Ему ровно сто лет. Он участник Северных конвоев PQ-17 и БД-5. Награжден орденом Отечественной войны II степени, двумя орденами Красной Звезды, двумя медалями «За боевые заслуги», еще 20 медалями, в том числе «За боевые заслуги», «За оборону Советского Заполярья» и «За победу над Германией в Великой Отечественной войне 1941–1945 гг.». Но форма, ордена и медали давно отправлены в Петербург, сыну – сейчас в Эстонии, в Таллине, где Василий Андреевич Дымов живет совсем один, «советская символика» оказалась под запретом. Вот только разве могут искусственно созданные (и очень не всегда мудрые) решения законодателей убить человеческую память? Нет, конечно! А потому капитан I ранга Дымов, выпив для поддержания сил корвалолу, рассказал газете ВЗГЛЯД, как все было. ВЗГЛЯД: Вы ведь, Василий Андреевич, попали на Северный флот задолго до войны? Василий Дымов: В 1938-м. Сначала просто матросом служил. Потом окончил Морское инженерное училище в Ленинграде. Должность у меня была – начальник боевой механической части корабля. А когда началась война, работа нашего тральщика заключалась в сопровождении конвоев – в Америку и назад... ВЗГЛЯД: Погодите, погодите, Василий Андреевич! Вы помните, как узнали, что началась война?  В. Д.: Еще бы! Я выходил из кабинета начальника политуправления, и вдруг слышу – по радио правительственное сообщение, а потом сразу речь Молотова услышал. Но это было официальное объявление. На самом-то деле война на Севере началась не 22-го, а 17 июня. Тогда немецкие самолеты начали летать над Ваенгой, фотографировать нашу базу. Мы Сталину сразу доложили: так, мол, и так – немец низко летает, ничего не боится! А чего ему было бояться, когда истребители – «Чайки» – имели скорость 350, а их «Юнкерсы» – 500! Василий Дымов в молодости (фото: из личного архива) В общем, доложили мы Сталину, а он нам: «Не трогайте, пусть летают!» Ну и что из этого приказа вышло? 22-го числа немцы налетели и разбомбили наш новейший эсминец, который стоял в Полярном, в Екатерининской бухте. Тогда 100 с лишним человек погибли, да и потонули тоже – вода-то холодная на Севере. ВЗГЛЯД: Как Мурманск бомбили – видели? В. Д.: Да... Мы пришли с моря, а город весь горит. Он же деревянный был, тушить бесполезно. Немец бомбит, бомбит, а там круглые сутки был день, светло... ВЗГЛЯД: Нигде не спрячешься, не укроешься... В. Д.: Такая была обстановка, что ужас. И так день за днем. Постепенно мы начали привыкать, ни на что не обращать внимания. Гибель кораблей, гибель людей – все казалось нам обычным явлением. ВЗГЛЯД: То есть потери были большие? В. Д.: Огромные! Особенно когда мы ходили в Америку или обратно. Вот вы представьте – наша армада из 50 кораблей типа «либерти» шла с транспортами. А в 50 метрах за нами – 15 торпедоносцев непрерывно выстреливают торпеды. Наши стреляют, немец бомбит и преследует... Вот смотрите, конвой PQ-17 состоял из 50 транспортов. Но в Архангельск вернулись только семь...   ВЗГЛЯД: Что вы возили в Америку и что оттуда? В. Д.: К нам – в основном танки, самолеты и продовольствие, которые давали нам американцы. А от нас к ним – нефть и хороший лес. Туда и обратно – беспрерывный поток. Но меня это тогда совсем не интересовало. Знаете, я ведь вижу, как сейчас: наши транспорты разламываются пополам, на одной половине – люди, а на другой – танки и самолеты, что перевозили в трюмах. И все идет ко дну. Проходит немного времени, немцы опять нападают, и следующий корабль разваливается... Правда, нам, на тральщике, было не так страшно, потому что фашисты целились в основном в транспорты, мы – сопровождение – им были не сильно нужны. Ну, сбрасывали, конечно, и на нас, отгоняли от каравана глубинными бомбами... В целом американцы и наши старались давать транспортам большое сопровождение. Но понимаете, в чем проблема – у нас был мелкий флот. Только когда в 1943 году Рузвельт дал нам крейсер ПВО, на котором стояло 90 пушек, дело уже было другое. Немцы, когда мы шли с этим крейсером, по-другому летали, не так безбоязненно. ВЗГЛЯД: Рассказывают, когда очередной ваш караван пришел в США, то делегацию советских моряков в 1943 году принимал сам президент Рузвельт, в том числе и вас. Как вы, Василий Андреевич, попали к Рузвельту? В. Д.: Да как-как... Вызвали меня, сказали, что я должен лететь по одному делу. А куда и зачем – не объяснили. Правда, предупредили: если откажешься – сразу под трибунал. Короче, полетели мы на самолете неизвестно куда. Когда приземлились, на машине подъехали офицеры. Забрали нас, подвезли к какой-то калитке. Я вижу – мать честная! – это ж Белый дом! ВЗГЛЯД: А откуда вы знали, как выглядит Белый дом? В. Д.: Так на рисунках видел! Прошли мы через овальные помещения, зашли в какую-то комнату. Смотрю: в инвалидной коляске сидит худощавый человек. Я понял, что это Рузвельт. Вспомнил его по фотографиям... Сидит, значит, Рузвельт, а сбоку от него стоят два негра. Поздоровался он с нами по-русски и спрашивает нас: «Вам девочки дали доллары?» ВЗГЛЯД: Страшновато было? В. Д.: Да нет, что нам этот Рузвельт! Ничего особенного, посмотрели на него – и все... Рузвельт спрашивает: где были самые страшные бои? Мы говорим: около острова Медвежий. Он опять: «Чем я могу вам помочь?» Ну, я, как это услышал, взял да и попросил помочь с зенитными средствами. Рузвельт сказал: «Хорошо» – и дал нам тогда тот самый крейсер ПВО. Потом еще один линкор. Так что помогала нам Америка. ВЗГЛЯД: Англичане тоже помогали? В. Д.: Нет... Черчилль не любил Советский Союз. Когда шел конвой PQ-17, на нем везли и танки, и хорошие самолеты «Кобра». Но как только стало известно, что немцы выпускают большой линейный корабль «Тирпиц», который легко разгромил бы сразу все английские корабли, Черчилль приказал своим военным оставить конвой. Сказал: транспорты пусть одни идут. Они пошли, и немецкие подводные лодки их раз и атаковали...   ВЗГЛЯД: В ваш корабль тоже были попадания? В. Д.: Ну, я же сказал, что немцев корабли сопровождения не очень интересовали. Но однажды был случай. Мы шли с кораблем «Марина Раскова» на Новую Землю. Большой такой транспорт, на нем и оружие было, и продовольствие. Вдруг акустик нам говорит: «Вижу подводную лодку». Эта подлодка хотела, конечно, торпедировать не наш тральщик, а большой корабль с грузом. Ну а наш капитан, чтобы спасти транспорт, подставил под удар наш тральщик. Попала в нас торпеда, и все, кто были на палубе, оказались в воде. Командиру – капитану I ранга Филиппову – перебило ноги. Он крикнул раза два в воде и утонул. А меня вытащили, спасли. Вообще я бы не сказал, что немецкие подлодки были сильнее наших. Просто их было побольше.  ВЗГЛЯД: Случаи трусости, паники встречались? В. Д.: Такого на кораблях вообще не могло быть! Все люди были проверенные. Каждый знал, что не предаст.   ВЗГЛЯД: А за что конкретно вы были награждены орденами и медалями? В. Д.: Ну как... За бои, за охрану, за конвой. Мы же не на суше из винтовки стреляли, чтобы нас за что-то конкретное награждать. У нас было по-другому. Вот идет, к примеру, корабль. Если идет хорошо и стреляет хорошо, значит, командир знает, кого и чем награждать. ВЗГЛЯД: А как узнали, что война закончилась, помните? В. Д.: Конечно! Мы все кричали «Ура!» ВЗГЛЯД: После войны вы остались на Северном флоте? В. Д.: Нет, меня перевели на Балтийский. ВЗГЛЯД: Но со своими сослуживцами все-таки поддерживали отношения? В. Д.: А как же! Ездили друг к другу в гости. Правда, теперь почти никого не осталось. Только и слышишь: умер, умер, умер... Сейчас я и вообще один живу. Сын и его семья – в Питере, так что никого здесь, в Эстонии, нет. Но меня тут все знают, если помру – похоронят.   ВЗГЛЯД: А правда, Василий Андреевич, что вы не только свои награды, но даже офицерский китель сыну отправили? В. Д.: Конечно. В Эстонии же не только ордена и медали, но даже форма советского офицера запрещена. Вот так-то... Теги:  ветераны, Великая Отечественная война, Иосиф Сталин, история СССР, США и СССР

08 декабря, 10:37

Основная причина Второй мировой войны — «ненасытное стремление Соединённых Штатов к мировому господству»

75 лет назад, 8 декабря 1941 года, японские вооруженные силы начали операцию по захвату американской колонии Филиппин и одновременно атаковали британскую колонию Гонконг. В этот же день началась битва за Уэйк, атолл на полпути между Гавайями и Гуамом, где располагалась американская база. Соединенные Штаты объявляют войну Японской империи и официально вступают во Вторую мировую войну.

08 декабря, 07:50

Андрей Фурсов: «Американский социолог говорил мне: «Наша перестройка будет более кровавой»

Журнал Time накануне признал Дональда Трампа человеком года. Между тем у него по-прежнему есть основания опасаться за свою жизнь, считает известный историк и философ Андрей Фурсов. В преддверии голосования выборщиков, которые должны утвердить Трампа, Фурсов рассказал «БИЗНЕС Online», почему в США назрела своя «перестройка», как американские элиты строят города-ковчеги, чтобы бежать туда от кризиса, а у европейцев идет процесс уменьшения мозга, вследствие чего финал ЕС может быть трагичным.

08 декабря, 06:05

Основная причина Второй мировой войны — «ненасытное стремление Соединённых Штатов к мировому господству»

75 лет назад, 8 декабря 1941 года, японские вооруженные силы начали операцию по захвату американской колонии Филиппин и одновременно атаковали британскую колонию Гонконг. В этот же день началась битва за Уэйк, атолл на полпути между Гавайями и Гуамом, где располагалась американская база. Соединенные Штаты объявляют войну Японской империи и официально вступают во Вторую мировую войну.

08 декабря, 00:00

The Collapse of the Political Left

Michael Barone, Washington ExaminerIt's been a tough decade for the political left. Eight years ago a Time magazine cover portrayed Barack Obama as Franklin Roosevelt, complete with cigarette and holder and a cover line proclaiming The New New Deal. A Newsweek cover announced We Are All Socialists Now. Now the cover story is different. Time has just announced, inevitably though a bit begrudgingly, that its Person of the Year for 2016 is Donald Trump. No mention of New Deals or socialism. It's not surprising that newsmagazine editors expected a move to the left. The history they'd been taught by New Deal admirers, influenced by...

07 декабря, 19:31

Making and Remembering History: Celebrating Our Filipino World War II Veterans This Holiday Season

The holidays are intended to be a time for renewal and hope, but in a political season that's already topsy turvy for a number of reasons, many of us enter the holidays with lots of complex feelings. Regardless of how you feel about last month's elections, there is a lot of uncertainty and many unanswered questions as a new Administration prepares to enter the White House. For the Filipino Veterans Recognition and Education Project, where I serve proudly on its Executive Committee, we choose to take this holiday season as an opportunity to celebrate the Congress' passage of the Filipino Veterans of World War II Congressional Gold Medal Act and to be thankful for everyone who made this moment possible. On November 30, the House of Representatives joined the Senate and passed this historic bill, which will ensure the lasting legacy of the brave Filipino soldiers of WWII who fought under U.S. command and were responsible for holding the line against enemy forces, playing a critical role in achieving final victory in the Pacific theater. Caption: Rep. Tulsi Gabbard (D-HI) thanking Mr. Rudy Panaglima, Filipino WWII veteran This bill's passage is particularly poignant, occurring as it does on the cusp of the 75th anniversary of the attack on Pearl Harbor. December 7, 1941, literally by proclamation of President Franklin Delano Roosevelt, has become "a day which will live in infamy." While we now remember the bombing of Pearl Harbor as the catalyst that moved the United States to take military action in WWII and the seismic impact that would have on world events, his words at the time were as much performative as they were descriptive- by saying it will live in infamy, he wanted to make it so. While we remember the opening of his speech and the phrase "a day which will live in infamy," we don't remember that the President went on to enumerate the acts of aggression beyond Pearl Harbor that built the argument for the United States to enter the war. Bombings across the Pacific were listed in a trail of destruction that ultimately became too devastating to ignore. Included in that list that remains largely unremembered, was the Philippines. Our history books do not sufficiently tell the full story of the soldiers, American and Filipino, who fought in the Philippines. While World War II movies remind us of the Bataan Death March (and even the Raid at Cabanatuan in 2005's "The Great Raid"), we don't remember that after the war, the 1946 Rescission Act proactively took away these soldiers' status as U.S. veterans, effectively saying to them that their service didn't matter. This Congressional Gold Medal marks a significant opportunity to right this wrong, at least by correcting the record and making sure their stories get told. To be Filipino American is often to be told that your history doesn't count. That while Filipinos taught the world what People's Power meant and the power of non-violent protest, what's more important to remember are Imelda Marcos' shoes. That while we honor Cesar Chavez and the emergence of the United Farmworkers movement, we don't have enough nuance to remember the Filipino farmworkers like Larry Itliong and Philip Vera Cruz who first started the worker's strike that brought Chavez to prominence. So this holiday season then, and in this moment as we note the 75th anniversary of Pearl Harbor and Manila, we take the passage of the Congressional Gold Medal Act and look for President Obama's final signature to make it official. This holiday season then, we take note of the outpouring of support from the Senate, the House of Representatives, and of countless volunteers, advocates, and leaders who put the Filipino WWII veterans front and center to get this legislation passed. But most importantly, this holiday season, we hold the veterans and their families a little closer in our hearts and recommit ourselves to making sure their lives and their legacies are made even more meaningful. From the Filipino Veterans Recognition and Education Project, from our families to yours- Happy Holidays! Caption: Senator Mazie Hirono (D-HI) with the FilVetREP team ### The Filipino Veterans Recognition and Education Project is a nonpartisan, community-based, all-volunteer national initiative whose mission is to raise awareness through academic research and public information and obtain national recognition of Filipino and Filipino-American WWII Soldiers across the United States and Philippines for their wartime service to the U.S. and the Philippines from July 1941 to December 1946. For more information, and to find out how to donate and show your support for the veterans this holiday season, visit our web site: www.filvetrep.org. You can also find us on Facebook, Twitter, and Instagram. -- This feed and its contents are the property of The Huffington Post, and use is subject to our terms. It may be used for personal consumption, but may not be distributed on a website.

07 декабря, 18:37

Pearl Harbor: The Big Lessons Today’s Leaders Need to Learn From History

Brian Slattery, Jacob Jordan History, America today may not face the same imminent danger it faced in 1941, but our leaders should still take lessons from the events that preceded Pearl Harbor. At sunrise on this day in 1941, the Japanese launched a surprise attack on the American Naval base at Pearl Harbor, Hawaii, having sailed across the Pacific Ocean unnoticed. In addition to the 19 ships destroyed, 2,403 American soldiers were killed and 1,178 wounded in the attack. While this attack was 75 years ago, there are pertinent lessons for today’s leaders to learn from how America handled it. The Japanese were motivated by many factors in striking the U.S., among them deterring America from intervening in their imperial conquests in the Pacific. Though the Japanese succeeded in temporarily crippling the U.S. Navy, their gamble backfired and inadvertently facilitated America’s rise as a global military power and the defeat of the axis powers. America responded to the attack quickly and decisively. President Franklin Delano Roosevelt addressed Congress on December 8, calling the attack “a date which will live infamy.” In that speech, he also declared that “all measures be taken for our defense.” The next day, the U.S. Senate voted 82-0 to declare war on Japan, while the House of Representatives approved the resolution 388-1, officially entering the United States into World War II. Hundreds of American men volunteered upon learning this news. Women entered the labor force at unsurpassed levels, not merely to replace the jobs vacated by men at the time, but to do their part to support the war effort—immortalized by the image of “Rosie the Riveter.” In the ensuing months, the country rebuilt its navy, thousands of men enlisted, and America took its first steps in fighting back against the oppressive forces on both sides of the planet. The war effort displayed the resolve, commitment, and patriotism of the American people, and in the ensuing campaigns of the Pacific our military did not falter amid enormous sacrifices and losses. Ultimately, in both Asia and Europe, America’s commitment and the dedication and heroism of its service members saved the world from tyranny and the destruction of free society. Read full article

07 декабря, 16:30

Пёрл-Харбор. Японское поражение, советская победа

Как "Снег" накрыл Гавайи Большинство политических руководителей тратит значительную часть своих умственных ресурсов на то, чтобы прийти к власти и удержаться у неё. Это значит, что у них часто нет возможности получить хорошее разносторонне образование, позволяющее самостоятельно анализировать сложные процессы в самых разных областях. Однако невозможно управлять процессами, которых не понимаешь. Поэтому политики критически зависят от мнения и рекомендаций так называемых экспертов — лиц, получивших профильное образование и потому способных разобраться в том, что реально происходит в той или иной важной области. Такая отработанная тысячелетиями схема имеет одно слабое место. В ряде случаев политик не может понять, компетентен ли на самом деле эксперт в своей области и не манипулирует ли он политиком в своих личных целях. Если "специалист" просто липовый — особых проблем нет, потому что он недостаточно умён, чтобы долго изображать из себя знатока. Более сложным является второй случай. Настоящий эксперт, который хочет, внушив политику своё видение проблемы, "немного порулить", часто может быть неглуп. Иногда — существенно умнее, чем политик, которого он консультирует. Вскрыть такую манипуляцию самостоятельно руководство часто не в силах. Со значительной долей вероятности именно такая история и привела к Пёрл-Харбору. В 1940 году советские разведчики Виталий Павлов и Исхак Ахмеров задумались над тем, как можно обезопасить СССР от нападения Японии в момент, когда Москва сцепится с Берлином. Исходно это была их собственная инициатива, однако начальство её быстро подхватило. Вначале Павел Фитин, глава соответствующего ГУГБ НКВД, а затем и сам нарком Берия ознакомились с планом операции. Оценив её потенциал, они среагировали быстро: "Сейчас же, — строго наказал Берия, — готовь всё необходимое и храни всё, что связано с операцией, в полнейшей тайне. После операции ты, Ахмеров, и Павел Михайлович [Фитин] должны забыть всё и навсегда. Никаких следов её ни в каких делах не должно остаться", — описывает эту ситуацию в своих мемуарах генерал-лейтенант Павлов. В НКВД решили убедить американское руководство, что у него есть необходимая военная и экономическая мощь, чтобы заставить Японию остановить агрессию в Китае. Для этого США следовало выдвинуть империи требование вывести войска с азиатского континента. В качестве канала обработки американской верхушки был выбран Гарольд Уайт, заместитель министра финансов США. Этот человек, будучи блестяще образованным и широко мыслящим (МВФ — его детище), обладал значительным интеллектуальным влиянием на министра финансов и его шефа — Франклина Делано Рузвельта. В мае 1941 года Павлов и Ахмеров провели с Уайтом встречу, на которой изложили свои тезисы. 6 июня и 17 ноября 1941 года Уайт составил два документа. Их содержимое с подачи его шефа Моргентау широко циркулировало в правительственных кругах, включая Госдепартамент. Идеи оттуда вошли в меморандум Моргентау для главы Госдепа Хэлла и президента Рузвельта от 18 ноября того же года. 26 ноября сходный по содержанию текст в виде ноты Хэлла был вручён японскому послу в США. К тому же ещё с лета 1941 года Штаты прекратили возить нефть в Японию. После исчерпания её запасов не только экономика, но и военный флот этой страны были обречены. Технически эта нота начала войну. В Японии до 1945 года господствовали устаревшие взгляды, согласно которым требование вывода войск и корректировки внешней политики является оскорбительным для суверенного государства. Страна, породившая бусидо и "Хагакурэ", просто не могла позволить другому государству угрозами сменить курс. Правительство Японии было элементарно неспособно позволить себе настолько непопулярные шаги. В XIX веке принятие гораздо более скромного американского ультиматума в конечном счёте привело японцев к гражданской войне. В 1936 году группа молодых офицеров подняла мятеж лишь из-за того, что правительство, по их мнению, недостаточно энергично вело завоевание Китая. В 1932 году премьер-министр Инукаи Цуёси был убит молодыми офицерами, вознегодовавшими из-за его попыток остановить японско-китайскую войну. После ноты Хэлла для Японии уже не стоял вопрос, воевать или не воевать. Императору Хирохито надо было решить, начать ли ему гражданскую войну, подчинившись унизительным требованиям гайдзинов, либо начать войну с самими гайдзинами. Логично, что он выбрал второе. Ахмеров и Уайт победили. Япония не только была отвлечена от советских границ новой войной, но и стала предметом дележа между СССР и Штатами в 1945 году. Это позволило вернуть Южный Сахалин и Курилы. Приятным бонусом для советской стороны стало импульсивное решение Гитлера вступиться за Японию, объявив войну США 11 декабря 1941 года. Так операция "Снег" (из-за фамилии Уайта — "белый") принесла своим инициаторам даже больше, чем они ожидали.  Кстати, это не последнее большое дело Уайта. В 1944 году при его участии в Минфине США был подготовлен план Моргентау. Он предполагал ликвидацию промышленности в Германии. Её сделали бы чисто сельскохозяйственной страной, чтобы исключить опасность в будущем и, одновременно, оставить без работы основную часть немецкого населения. Чтобы исключить возрождение рейха, предлагалось запретить Германии внешнюю торговлю и вырубить все леса. Последующая "случайная" утечка плана в прессу (осуществлённая "неизвестным лицом" из департамента Уайта) была использована немецкой пропагандой и немало сделала для предупреждения попытки мирных переговоров союзников с немцами. Учитывая, что в мае 1945 года Британия планировала использовать военнослужащих вермахта в ходе внезапного удара по советским войскам в Европе, эта предосторожность могла быть не лишней. Увы, самому Уайту его сотрудничество с НКВД впоследствии стоило обвинения в работе на СССР и смерти от сердечного приступа.  Измена или всё-таки глупость? И всё же было бы неправильно повторить вывод Джона Костера: "Уайт дал нам Пёрл-Харбор". Да, эта точка зрения популярна среди определённых кругов в США (её придерживался и известный конгрессмен и современник событий Хамильтон Фиш III). Ведь она снимает с американской дипломатии все вопросы, выставляя её невинной жертвой интриганов с Лубянки. Но склонить кого-то к тому, чего он сильно не хочет, — сложно. Средства влияния Уайта были чисто интеллектуальными — скорее агитация, нежели прямое давление. Трудно сказать, как развернулись бы события без советского вмешательства в работу американского госаппарата. Дело в том, что, в отличие от НКВД, Госдепартаментом США в этот момент руководили люди, которые в принципе не понимали, что традиционная Япония вообще не может пойти на подчинение воле Вашингтона. Поэтому, разумеется, они не могли предупредить об этом главу своей страны. То, что Уайт делал от большого ума, другие чиновники делали от его нехватки. Дин Ачесон из Госдепа, злоупотребив служебным положением и отъездом Рузвельта, летом 1941 года превратил заморозку японских счетов в фактическое эмбарго на поставку нефти. Когда президент вернулся, он уже ничего не мог сделать. Прекращение эмбарго значило бы, что он пошёл на односторонние уступки японцам, потерял лицо. Быть может, цепочка некомпетентных решений внешнеполитического ведомства заставила бы Рузвельта действовать так и без записок Уайта. Если Уайт не был главным фактором формирования американской политики, заставившей Японию воевать, то им были "эксперты", манипулировавшие государством на своё усмотрение и вопреки воле Франклина Рузвельта. Высокопоставленные американские чиновники вели себя так рискованно потому, что просто слишком мало знали о Японии. Они позволяли себе в отношении неё всё, что считали нужным, не боясь возмездия. Токио считался слишком слабым в военном отношении. Поэтому вероятность того, что после ноты Хэлла японцы вдруг нападут, никого не пугала. Министр обороны США так отразил в своём дневнике позицию Рузвельта перед Пёрл-Харбором: "...нападут... они известны внезапными нападениями. Вопрос только в том, как бы нам поставить их в такое положение, при котором они сделали бы первый выстрел, но тот не причинил бы нам большого вреда". Сама постановка этого вопроса означает, что и Рузвельт, и его военные жили в вымышленном мире, где величайшая военно-морская сила того времени считалась чем-то вроде испанского флота, не сумевшего защитить Кубу от американского десанта за сорок лет до того.  Неизбежный разгром Благодаря перехватам японских шифрограмм у США в начале декабря 1941 года было общее понимание, что Токио планирует удары по американским базам. Японцы предполагали после них без помех захватить Индонезию, откуда они могли бы брать нефть (так и случилось в 1942-м). Однако американские военные ничуть не переживали по этому поводу. Считалось, что азиатский противник хуже вооружён, хуже обучен, наконец, японские солдаты физически меньше и слабее американских — этим объяснялся меньший калибр японских винтовок (на деле они были точнее американских). Добавлял сложностей в адекватной оценке и расизм: утверждалось, что японцы из-за иного строения глаза близоруки, то есть непригодны к воздушному бою. Реальность оказалась совершенно иной. Истребители Mitsubishi A6M были быстрее, легче и потому намного манёвреннее американских соперников. Что ещё важнее — их пилоты был лучше обучены. Личный состав армии был настолько бесстрашен, насколько вообще могут быть бесстрашными массовые армии, и имел неограниченный запас моральной устойчивости. Не менее важно было и то, что японские адмиралы раньше американских поняли, что авиация корабельного базирования может эффективно топить линкоры, даже не заходя в зону их огня.   Американские флотоводцы куда слабее осознавали, что новые технологии радикально изменили природу войны на море. У них были авианосцы, но на них смотрели скорее как на средство ослабления противника, а не его уничтожения. В 1930-х штабные учения дважды показали, что японский флот может вывести из строя американский в Пёрл-Харборе. Однако морские волки отнеслись к этому как к штабной игре. В реальности, считали они, корабельная авиация не может утопить крупные корабли: не попадут, а если и попадут, то бомбы их окажутся слишком слабы. Из-за этого случившееся 7 декабря было предсказуемо для специалистов, но совершенно неожиданно для американских адмиралов. Шесть японских авианосцев в двух волнах отправили к американскому флоту в Пёрл-Харборе 350 самолётов. Японские лётчики положили на дно 4 американских линкора из 8, не говоря о менее важных кораблях. Будь в гавани в тот день американские авианосцы, утопили бы и их.   В теории США располагали средствами отражения атаки. На острове Оаху было больше боевых самолётов, чем направили на него японцы, а ещё — радар, исключавший внезапное нападение. На практике американские истребители на фоне "Зеро" смотрелись утюгами, а азиатские пилоты были намного лучше подготовлены. В итоге соотношение потерь по самолётам составило 29 к 188 — в пользу потомков самураев. Подавляющее большинство машин японцы потеряли от зенитного огня. За 90 минут атаки американцы потеряли 3600 человек, а их противники — 65. Не помогло и технологическое превосходство в виде радара. Плохо подготовленный и расслабленный личный состав решил, что это не японские самолёты, а американские, просто летящие из континентальных США (хотя и в этом случае они, конечно, не стали бы лететь с севера).    Японское поражение И всё же следует признать: Пёрл-Харбор стал роковой ошибкой для Страны восходящего солнца, навсегда лишившей её статуса великой державы. Для победы над США не нужно было бомбить их флот в гавани. Хотя нашим современникам уже трудно представить такое положение вещей, Америка в те годы промышленно примерно соответствовала всему остальному миру. Япония в индустриальном плане была в десять раз слабее. Строить корабли и самолёты американскими темпами островное государство физически не могло. Через полгода у Мидуэя США смогли поймать врасплох четыре японских авианосца и корабельная авиация двух стран сравнялась. Вскоре Вашингтон получил в ней неоспоримое превосходство. Определённо, это не значило, что Токио не мог попытаться сыграть на равных с промышленным колоссом из-за океана. Многочисленность далеко не всегда равна победе. Александр Македонский или ИГИЛ* никогда не попали бы на страницы учебников истории, если бы численность была главным фактором военных успехов. Слабое место было и у США. Их флот был бессилен без моряков. А их, в отличие от кораблей, нельзя за 2–3 года построить на верфи. Опытный личный состав — огромная ценность, без которой даже лучший авианосец сам по себе вообще ничего не значит. Что бывает, когда его нет, все мы хорошо знаем по недавним событиям на "Адмирале Кузнецове": запутанная история с аэрофинишными тросами корабля стоила ему пары самолётов, а корабельные Су-33 уже замечены на снимках с Хмеймим. Как мы видим, корабельная авиация без опытного персонала быстро может стать сухопутной. У японцев была возможность в одном крупном сражении лишить американский флот личного состава. По предвоенным планам, Токио намеревался обороняться от него в открытом море. Серией торпедных атак звёздно-полосатый флот планировалось постепенно ослабить (японские торпеды на сжатом кислороде были мощнее и в разы дальнобойнее американских), а затем добить авианосцами и линкорами. Разгром в открытом море, своего рода Цусима 2.0, был вполне осуществим. У императорского флота было лучше качество материальной части, лучше подготовка людей, а самое главное — в Вашингтоне обо всём этом никто не знал. Крупное морское сражение типа Цусимы стало бы для Штатов настоящей катастрофой. Будь корабли, атакованные в Пёрл-Харборе, потоплены в открытом море, с ними бы ушло не 3600, а 40 000 человек личного состава. Отказ от этих планов был продиктован тем, что в Токио из-за ноты Хэлла посчитали нужным не обороняться от США, а напасть на них первыми. Адмирал Ямамото, отвечавший за планирование войны на море, не предполагал, что война продлится долго. Быстрого удара по Пёрл-Харбору было бы достаточно, чтобы надолго выбить американский флот из игры, а далее ветеран Цусимы считал возможным мир с Вашингтоном. Здесь злую шутку с японцами сыграл опыт русско-японской войны. Она принесла им убеждённость, что страны, населённые европеоидами, не склонны упорно сражаться и после серии поражений легко отдают требуемое. Придерживайся Япония исходного плана, долгосрочная война для неё пошла бы по более выгодному сценарию. Да, Соединённые Штаты могли построить десяток авианосцев и дюжину линкоров, чтобы заменить флот, потерянный в сражении над глубокими водами. Но даже первая промышленная держава мира не смола бы добиться сплаванности их экипажей сразу после спуска на воду. А как мы уже знаем, авианосцы с плохо подготовленными экипажами заканчивают тем, что их самолёты бомбят с наземных аэродромов. В случае такой Цусимы 2.0 ещё три года императорский флот доминировал бы на море. И если бы он этого хотел, то захватил бы Гавайи или даже Панамский канал. Отвоёвывание этих ключевых точек, без которых нельзя выиграть войну на Тихом океане, заняло бы много времени. Вряд ли Рузвельт пошёл бы на такой сложный вариант. Особенно если альтернативой ему стал бы мир с Японией — на условиях возврата к довоенному положению вещей минус американское нефтяное эмбарго. * Деятельность организации запрещена на территории России по решению Верховного суда.

07 декабря, 09:30

Навстречу Москве. План для Трампа по нормализации отношений с Россией

Не секрет, что за последние годы отношения России и Америки опустились до стадии новой холодной войны. Страны поочерёдно разрывают двусторонние договоры, наступают и защищаются в информационном поле, ведут гибридные войны. США при президенте Бараке Обаме пошли дальше: переманили на свою сторону страны Европы, начали активную антикремлёвскую пропаганду и запустили санкции против России.  Однако с приходом к власти 45-го президента США Дональда Трампа в отношениях между мировыми державами вполне может наметиться определённый прогресс и сдвиг в позитивном направлении.  Следуя из его заявлений, а также некоторых политических шагов, можно сделать вывод, что после инаугурации Дональда Трампа, которая пройдёт 20 января наступающего 2017 года, Россия и Соединённые Штаты могут попытаться перевернуть негативную страницу в своих отношениях и начать выстраивать их с рациональных позиций взаимной выгоды в тех сферах, в которых есть интерес или взаимное пересечение. Стоит отметить, что если для России, которая давно призывает западное сообщество, и США в частности, к трезвой оценке всех отрицательных последствий навязанной нам геополитической конфронтации, шаг навстречу новой администрации Белого дома будет довольно простым действием, то этого же нельзя сказать о Дональде Трампе, который крайне стеснён в своих решениях довлеющим пропагандистским фоном и возможным саботажем его политики со стороны госаппарата и политического истеблишмента на Капитолийском холме. Чтобы не допустить сближения Вашингтона с Москвой, даже Конгресс США предпринимает попытки ограничить возможности Дональда Трампа в этом направлении. Так, было, например, предложено создать в рамках исполнительной власти межведомственный комитет по "противодействию и вскрытию тайных активных мероприятий России по скрытому политическому влиянию", который будет в обход действующего президента подчиняться Конгрессу. О чём уже ранее писал Лайф. Чтобы избежать внутриэлитного столкновения, американский стратегический исследовательский центр RAND выпустил "план действий" для 45-го президента США. Исследователи предлагают ему пошаговую инструкцию, как наладить отношения с Россией и при этом не вызвать недовольства со стороны американских граждан и американского истеблишмента. Так как, по мнению экспертов центра, интерес избранного президента Дональда Трампа к улучшению отношений с Россией чреват риском для его президентства, поэтому они заявляют, что в этом вопросе важно всё сделать "с позиций дипломатии". Как утверждают аналитики, если выполнить всё "должным образом", то это сможет помочь "обратить вспять дестабилизирующую нисходящую спираль в отношениях и взять курс на нормализацию отношений с Россией". Что именно предстоит сделать Дональду Трампу, по мнению аналитиков исследовательского центра RAND, разбирал Лайф.  Для начала, следуя логике американских аналитиков, Дональду Трампу следует подумать о том, как не растерять союзников, а в придачу с ними и американские элиты, а там и свое президентское кресло. Для этого новому неопытному президенту все таки придется придерживаться нужного и общепринятого курса Вашингтона. Во-первых, 45-й президент США должен подтвердить приверженность США своим обязательством в рамках Североатлантического альянса. Что ни говори, а НАТО — это серьёзный военно-политический блок, объединяющий большинство стран Европы, США и Канаду ещё с 1949 года. В одночасье, по инициативе одного человека, вывести США из альянса, и при этом без последствий, кажется практически нереальным. Поэтому Трампу пора прояснить позиции по своим громким, а то и скандальным заявлениям — о пересмотре значения НАТО.  Следует отметить, что ключевой линией Дональда Трампа, обозначенной ещё во время избирательной кампании, станут внутренние проблемы США, на которых он и призвал сконцентрироваться свою команду. При этом он не раз отмечал, что США больше не могут "кормить" всех своих союзников и поэтому необходимо пересмотреть внешние приоритеты. Как отмечает ряд международных экспертов, "времена, когда США платили за военнослужащих, танки, авианосцы и дроны для всех, могут остаться в прошлом". Директор Фонда изучения США имени Франклина Рузвельта Юрий Рогулёв считает, что Трамп, конечно, от НАТО не отойдёт и отказываться от них не будет, но всё-таки добьётся пересмотра действий альянса, потому что "одно дело помогать, а другое дело — вместо них эту безопасность обеспечивать". — Трамп делает упор на то, чтобы бремя существования в НАТО было распределено между всеми странами-участниками, чтобы Соединённые Штаты не тащили на себе 80% всех расходов этого военного блока. Отсюда и все его заявления. Если они будут делать аналогичный вклад, то зачем ему отказываться от альянса? Он им послал такой сигнал, и главное, что они уже готовы, уже принимают решение об увеличении расходов на оборону. Получается, что Трамп ещё не приступил к обязанностям, а уже добился своего. Единственное, что характеризует позицию Трампа, — это то, почему Соединённые Штаты многие вещи должны делать себе в ущерб. Если их союзники беспокоятся о своей безопасности, то это беспокойство должно выражаться в каких-то реальных шагах, — заявил эксперт. Во-вторых, перед встречей с Путиным Трамп должен посетить ключевых союзников, таким образом показать свои приоритеты. Несмотря на желание нормализовать отношения с Россией, Трампу все-таки придётся сначала отдать дань своим союзникам.  Так или иначе, но исторически сложилось так, что США имеют тесные отношения с Великобританией, Германией, Францией и рядом других европейских стран-лидеров.  В-третьих, прежде чем идти на сближение с российскими партнёрами, Дональд Трамп должен договориться с лидерами конгресса. Многие из них рассматривают политику Кремля как враждебную. Например, американские элиты обвиняют Москву в ряде "агрессивных" шагов, например, кибератаки, "фейковые" новости, "аннексия" Крыма, вторжение в Сирию и Украину, а также ряд "неуправляемых" военных манёвров. Именно в этих вопросах, по мнению экспертов RAND,  45-й президент США должен показать силу перед "закалённым российским президентом", чтобы не сплоховать за рубежом и не совершить ряд стратегических ошибок в начале своего президентства, как это сделал, например, в своё время Джон Кеннеди. Аналитики отмечают, что Трампу не следует недооценивать свои рычаги и возможность влияния на то, чтобы получить "хорошую сделку".  Они обосновывают это, например, одним из опросов "Левада-центра", который показывает, что 71% россиян высказывается в пользу более тесных связей и сотрудничества с Западом. "По мере падения уровня жизни русские утомлены расточительностью войн в Донбассе и Сирии, а также непрекращающейся жёсткой антизападной пропагандой", — утверждают аналитики.  Поэтому Трамп должен чётко обозначить и свою позицию, и свои условия. Например, он должен заявить, что только выход России из Восточной Украины позволит встать на путь к нормализации отношений со Штатами. Трамп должен добавить скорость переговорам по украинскому вопросу, проследить за тем, чтобы минские договорённости не зашли в тупик, а также увеличить военную поддержку Украине, подтвердив, что санкции не будут сняты до тех пор, пока Россия не выполнит обязательства, данные в Минске. Однако любопытно отметить, что именно украинская сторона затягивает минские переговоры. Как уже не раз заявляла Лайфу исполняющая обязанности главы МИД ДНР Наталья Никанорова, правительство Украины всячески пытается блокировать работу экономической подгруппы в Минске. Кроме того, сам Трамп заявлял о том, что ему неинтересно тянуть лямку чужих экономических и военных проблем. В самом Киеве опасаются, что они перестали быть интересны Вашингтону. Старший научный сотрудник Института мировой экономики и международных отношений Виктор Надеин-Раевский также считает, что у правительства Украины есть "все основания бояться".  — Обоснование таких страхов может быть только в одном: Европа начала понимать, с кем имеет дело. Речь идёт и о России, и о новом президенте США. Что касается Трампа, то понятно, что он ставит вопрос о том, что каждая страна за свою безопасность должна платить самостоятельно. И поэтому новый президент постарается отмежеваться от дополнительных растрат американского бюджета на сторонние государства. Но надо понимать, что другие страны Европы с помощью СМИ и других различных ухищрений будут пытаться вернуть политику США в то самое русло, к которому они привыкли, — заявил эксперт. Ещё один важный пункт действий Трампа в отношении России, по мнению докладчиков, — это то, что в Сирии Трамп может "уменьшить градус накала со стороны России", сосредоточив внимание её президента на ключевых интересах: победить ИГИЛ* и предотвратить дальнейшую гуманитарную катастрофу, "большая часть которых подстрекается со стороны российских войск".  Также Трамп должен уменьшить риски возникновения военных учений, о которых заранее не уведомили. Например, в апреле прошлого года в Балтийском море "российские боевые самолёты выполнили бочки над самолётами-разведчиками США и совершили близкий подход к военному кораблю США". Такие действия могут иметь обоснованные риски, по мнению исследователей RAND.  Должен быть составлен новый договор "о сокращении стратегических наступательных вооружений, о снижении угрозы со стороны ядерных сил дальнего радиуса действия". Этот вопрос сохраняет свою актуальность, и обе стороны должны подтвердить свою заинтересованность. Возможности могут существовать и для сотрудничества по ПРО, до сих пор Россия не возражала по этому поводу. В то же время Трамп должен вести диалог по вопросам кибербезопасности. Однако, по мнению международного политолога Сергея Филатова, хоть Дональд Трамп и "самостоятельный и независимый человек", но исследовательский центр RAND — "один из самых авторитетных мозговых центров в США", поэтому не прислушаться к их позиции будет сложно.  — Трамп, конечно, может поступить как угодно, но это, безусловно, авторитетное мнение. Одна из самых мощных аналитических организаций, которая заточена на конфронтацию с Москвой еще с советских времен. И, безусловно, в той или иной мере он прислушается. Они сейчас пытаются перехватить инициативу, в их позиции всё понятно: сначала надо обсудить с одной группой, потом с другой, а потом уже России выставлять требования. Это, безусловно, их стиль. Но всё равно у Трампа, как у президента, есть определённая свобода действий, неполная, конечно, но есть. И он может поступить по-другому, но элиты американские через RAND намекнули ему, что мы будет тебя толкать на этот путь: сначала ты с нами всё согласуешь, а потом будешь России требования предъявлять.  * Организация запрещена в РФ решением Верховного суда.

07 декабря, 07:46

Colorado secretary of state slams rogue electors

Colorado's Republican secretary of state lashed out Tuesday at a lawsuit filed by two of the state's Democratic presidential electors in support of their national push to stop Donald Trump's election.The electors, Polly Baca and Robert Nemanich, are suing in federal court to overturn a Colorado law that forces them to support the statewide popular vote winner -- in their case, Hillary Clinton. It's part of a strategy to undermine similar laws in 28 other states and encourage Republican electors there to buck Trump when the 538 members of the Electoral College vote on Dec. 19.But Colorado Secretary of State Wayne Williams thrashed the push as an "illegal conspiracy" to subvert the will of Colorado's voters and pledged to fight against their suit."Make no mistake, this is not some noble effort to fight some unjust or unconstitutional law; rather, this is an arrogant attempt by two faithless electors to elevate their personal desires over the entire will of the people of Colorado," Williams said in a statement. "The very notion of two Colorado electors ignoring Colorado’s popular vote in an effort to sell their vote to electors in other states is odious to everything we hold dear about the right to vote," he continued." It is this type of evil that President Franklin Roosevelt warned us about when he cautioned that voters – not elected officials such as these faithless electors – are 'the ultimate rulers of our democracy.'"Baca, a former Democratic National Committee vice chair, is a veteran of Colorado politics. Nemanich is a high-school math teacher and self-described liberal activist. Yet they're part of a long-shot effort -- along with half a dozen other Democratic electors and one Texas Republican elector -- to elect an alternative Republican candidate. They argue that Trump is uniquely unqualified for the presidency and that the country's Founders intended the Electoral College to be a safeguard against his election.Nemanich told POLITICO that Williams' sharp reaction may be the result of the fact that his office has promised specifically to remove Nemanich as an elector if he attempts to cast his vote for anyone other than Clinton. That comment became part of his suit to overturn the state's law."It was so over the top that it makes him look very weird," Nemanich said in an email. "Evil? Is it evil to sue for constitutional affirmation of civil rights like Free Speech in carrying out the duties of an elected official? Is it a cabal where one seeks counsel from other elected officials in carrying out own's duty? Is it a conspiracy to talk to Republican Electors about a candidate for President that one believes unfit by their daily actions?"Electoral College members will meet in their respective state capitals on Dec. 19 to cast the only constitutionally official vote for president. So far, the eight Democrats and one Republican elector signaling that they'll reject their party's nominees would represent the largest-ever level of "faithless" electoral votes against presidential candidates in American history.In support of their lawsuit, Baca and Nemanich cite Alexander Hamilton's initial conception of the Electoral College in the Federalist Papers, in which he argues that the body should be deliberative to ensure the election of a highly qualified candidate.In his retort, Williams cites the same document. "Indeed, the very Federalist 68 they cite cautions us that 'every practical obstacle should be opposed to cabal, intrigue, and corruption,'" he notes. "Yet that is exactly what the electors here have succumbed to: cabal, intrigue and corruption."

07 декабря, 00:03

Жертвуя пешками. Как президент Рузвельт поймал Японию в смертельную ловушку

7 декабря 1941 года японская авиация совершила нападение на американский флот на базе в Перл-Харбор.

06 декабря, 17:47

ООН: вето, Алеппо и кому возле чего место. Колонка Олега Денежки

Что значит пикировка Великобритании и Китая во время голосования в Совбезе ООН по проекту резолюции по Алеппо, размышляет колумнист ФАН.

05 декабря, 16:59

MY USA TODAY COLUMN: Trump as FDR with the Fireside Tweet: Democrats think caring means a governme…

MY USA TODAY COLUMN: Trump as FDR with the Fireside Tweet: Democrats think caring means a government program. Trump thinks caring is getting to keep your job, just as he promised. President Clinton said, “I feel your pain.” President Franklin Roosevelt had “fireside chats.” And now President-elect Donald Trump is reaching out to forgotten Americans […]

05 декабря, 10:46

Нищета — не просто игнорируемое слово

Если мы чему-то научились во время прошедших президентских выборов, так это тому, что в американском политическом ландшафте слово «нищета» по-прежнему игнорируется. Хотя политики избегают использовать это слово, как безоружный человек сторонится ядовитой змеи, но нищета является неотъемлемой частью социального и политического ландшафта Соединённых Штатов и никуда не исчезнет, если её просто игнорировать.

05 декабря, 10:43

История американского популизма

Поговаривают, что основной смысл консерватизма и популизма — в вопросах власти, существующего положения дел и отказе от поддержки интересов коррумпированного «большого бизнеса» в пользу интересов граждан. Временами против сложившегося коррумпированного порядка ополчались демократы, как это делали Франклин Делано Рузвельт, Джимми Картер, Билл Клинтон или Барак Обама. Иногда это делают республиканцы, как Авраам Линкольн, Теодор Рузвельт, Барри Голдуотер или Рональд Рейган.

04 декабря, 21:02

ЦРУ выложило в сеть десятки секретных карт — с 1941 года до наших дней

В 2016-м исполнилось 75 лет картографическому центру ЦРУ, который с начала 1940-х годов занимается подготовкой карт для военного и политического руководства США, - сообщает "Медуза". Этими картами американцы пользовались в ходе Второй мировой войны и войны во Вьетнаме, в годы противостояния с СССР и кампаний в Ираке и Афганистане. Все карты — секретные, но в честь дня рождения картографического отдела ЦРУ выложила несколько десятков в открытый доступ.Президент США Франклин Делано РузвельтВы также можете подписаться на мои страницы:- в фейсбуке: https://www.facebook.com/podosokorskiy- в твиттере: https://twitter.com/podosokorsky- в контакте: http://vk.com/podosokorskiy

03 декабря, 15:00

Why Hillary Clinton Lost

Hillary Clinton’s top aides would like the world to know they are morally superior to Donald Trump and his staff, who ran an ugly campaign courting white nationalists. The Clinton team is right. And it doesn’t matter. At a vicious Harvard University post-mortem seminar on the 2016 election, top staffers for Clinton excoriated Team Trump. “If providing a platform for white supremacists makes me a brilliant tactician, I am proud to have lost,” Clinton aide Jennifer Palmieri declared. “I would rather lose than win the way you guys did.” There are three possible choices to be made in the logical universe in which a political party is running a fascist campaign. People can 1) join the fascists, 2) lose to the fascists or 3) defeat the fascists. The Clinton campaign wants credit for not choosing door No. 1. Their job was to make option three a reality. History will remember them for number two. Listen to HuffPost’s analysis of the 2016 mess in the latest episode of the politics podcast So, That Happened, embedded below: Clinton ran against the single most unpopular candidate in the history of American presidential polling, and lost. Was this because Russians hacked the Democratic National Committee? Because FBI Director James Comey recklessly interfered? Because a tiny fraction of the electorate voted for Jill Stein? Because Clinton didn’t really bother to campaign in the Rust Belt? Why, yes! In an election decided by 110,000 votes, just about every factor can be considered decisive. But Clintonia’s (persuasive) defense of its own righteousness helps explain why the election was close to begin with. Trump ran a deeply bigoted campaign that whipped up and played off of white resentment. But his dominant performance among white working-class voters wasn’t due to his campaign message alone. Much of Clinton’s poor performance resulted from her campaign’s strategic decision to not even contest the demographic. A good chunk of the Democratic Party intelligentsia applauded Clinton for taking the moral high ground, declaring the entire white working class to be a deplorable racist swamp. The notion that economic issues played literally no role ― zero ― in Trump’s appeal became a common Democratic talking point. Democrats were Good People, and anyone even considering voting for Trump was a Bad Person. There is no need to pretend the white working class is a monolith of moral excellence. Many working-class people, like many middle- and upper-class people, are bigoted, hostile to all kinds of people and lifestyles. But the job of a presidential candidate is to appeal to our better angels and win votes anyway. In 2008, the Democratic coalition included millions of black churchgoers who opposed same-sex marriage. In 2012, Democrats welcomed millions of Catholic Latino voters who opposed abortion. These people were not scolded for their shortcomings but celebrated for their virtues. This year, Democratic elites decided that the entire white working class was unworthy of sharing their company. The town of Nelsonville, Ohio, went for Barack Obama by 40 points in both 2008 and 2012. It’s 94 percent white, and, as Dave Jamieson reported for The Huffington Post, Trump narrowly carried it in 2016. Is this because Nelsonvillers are all morally repugnant slime? A lot of them were enthusiastic about the Trump Wall. But somehow the Democratic Party was OK with these same people voting for Obama, twice. This year, the party decided it was above such compromises. In an era of extreme economic inequality, the votes are where the money isn’t ― the working class. Writing off the white working class is a pretty bad way to start, especially if the party can’t run up the score with the black and brown working class. And the Clinton campaign didn’t run up the score. Trump ― who opened his campaign by deriding Mexicans as “rapists” ― outperformed Mitt Romney’s presidential campaign among black and Latino voters.  Being pro white working class doesn’t mean being anti-brown working class. True, Bill Clinton campaigned on white working-class grievances against the black and brown working class, and he governed with tragic results (welfare reform, the crime bill). But Obama aggressively courted working-class voters of all colors with a populist economic assault straight out of Franklin Delano Roosevelt’s campaigns. Obama’s entire 2012 message was devoted to trashing Romney as a corporate raider who said “corporations are people.” Obama ran ads blasting Romney’s tax-dodging Cayman Islands investment funds. The Obama campaign relentlessly touted the Detroit auto bailout as a win for working people. At the time, nobody in the Democratic Party’s chattering class saw a conflict between the first black president courting black voters and white working-class voters at the same time. Today, we are told that “identity politics” and “economic justice” are incompatible. This is ridiculous. But it’s not fair to blame it all on the Clinton campaign. Democratic elites cleared the nomination field for a candidate who was being criminally investigated by the FBI, a woman with a nine-figure net worth who was still pursuing six-figure Wall Street speeches when she announced her presidential bid. Her “identity politics” record with the black and brown working class was awful. She had supported her husband’s racist welfare reform and crime legislation, and warned against the threat of black “super-predators.” The problems weren’t all ancient ’90s history. In 2014, Clinton said that child refugees seeking asylum in the United states “should be sent back.” And, you know, the Iraq war thing. All of this was obvious to the Democratic Party, which plowed ahead anyway, insisting that anyone who wasn’t on board with the first woman president was a vile sexist.  “Stronger together,” in retrospect, was a pretty good campaign theme. It’s too bad the Clinton camp didn’t think it applied to people living below the median household income. “So, That Happened” is hosted by Jason Linkins, Zach Carter and Arthur Delaney. It is produced, edited and engineered by Christine Conetta. To listen to this podcast later, download our show on iTunes. While you’re there, please subscribe to, rate and review our show. You can check out other HuffPost podcasts here. -- This feed and its contents are the property of The Huffington Post, and use is subject to our terms. It may be used for personal consumption, but may not be distributed on a website.

02 декабря, 09:35

Кукловоды: вы о них даже не слышали

Ещё в 1770 году Уильям Пит отмечал: «За любым троном есть нечто большее, чем король».Как ни странно, но с тех пор мало что изменилось, и все революции и общественные трансформации рано или поздно приводятся к одному знаменателю – подчинению золотому тельцу. Для того чтобы аргументировать сказанное, поделюсь некоторыми материалами о деятельности человека, о котором сейчас мало что знают и не пишут.В 50-60-х годах прошлого века по вашингтонскому и нью-йоркскому центральным паркам любил прогуливаться хорошо одетый высокий мужчина довольно респектабельной наружности. Нередко рядом на скамеечку к нему подсаживались персоны, в которых прохожие узнавали крупнейших государственных деятелей и бизнесменов. Особенно выделялась колоритная фигура Уинстона Черчилля.Звали этого общительного и улыбчивого человека Бернард Маннес Барух, состояние которого к концу жизни перевалило за триллион долларов, хотя в списках богатейших людей он никогда не фигурировал.Свидетельством особого отношения к этому человеку является то, что в 1960 году на 90-летие в парке напротив Белого дома была поставлена мемориальная скамейка в его честь. В негласной табели о рангах тайных воротил всемирной экономики и геополитики Барухи стоят гораздо выше, нежели Рокфеллеры, Ротшильды и иже с ними.Бернард Барух был первым, кто увидел в тесном взаимодействии капитала с властью способ сосредоточения в своих руках рычагов управления мировыми процессами. Одногодок Ленина, он родился в Южной Каролине в семье немецкого иммигранта – врача Симона Баруха.Симон Барух с младенцем В 1881 году семья Барухов переезжает в Нью-Йорк и юноша Бернард поступает в Сити-колледж, окончив который, работает брокером на Нью-Йоркской фондовой бирже, а в 1903 году учреждает собственную брокерскую компанию.С этого момента начинает просматриваться стиль деятельности богатейшего человека на Земле. Вопреки тогдашней моде на объединения в трастовые компании, Бернард Барух ведёт свой довольно успешный брокерский бизнес в одиночку, за что получает прозвище «Одинокий волк Уолл-стрит».Молодой Барух – владелец брокерской компании К тридцати трём годам Барух становится миллионером, и что примечательно – умудряется наращивать свои капиталы в условиях непрекращающихся кризисов в США.С 1912 года Барух разыгрывает политическую карту, финансируя предвыборную кампанию Вудро Вильсона. В благодарность за поддержку Вильсон вводит его в Ведомство национальной обороны.В годы Первой мировой войны Барух становится главой Военно-промышленного комитета США и раскручивает маховик наращивания вооружений, который позволяет на некоторое время преодолеть череду кризисов в экономике страны.Именно Барух, как советник президента, склонил Вильсона поддержать идею создание ФРС, и с 1913 года правительство США делегирует полномочия по изготовлению долларовых купюр коммерческой структуре – Федеральной резервной системе.После революции в России Барух неожиданно становится сторонником сотрудничества с Советским Союзом. Вместе с Хаммером и Гарриманом Ленин приглашает его на восстановление народного хозяйства Страны Советов.Одними из первых заводов, построенных американцами в России в 1920-1930 годах, были тракторные заводы в Волгограде, Харькове и Челябинске. Конечно же, эти заводы имели двойное назначение: кроме тракторов здесь стали производить танки, бронемашины и прочее вооружение.Необходимые для армии автомобили производили на двух главных заводах – Горьковском и им. Лихачёва, который был построен на субсидии Генри Форда в 1930-х годах. Американскими компаниями были также построены два огромных сталеплавильных завода – в Магнитогорске и Кузнецке.Магнитогорск, 1931 г. Предчувствуя развитие ситуации в мире, Барух с солидарными с ним американскими и британскими банкирами в конце 20-х годов проводит креативный манёвр. Он добивается переориентации американской экономии на обслуживание военно-промышленного комплекса через её искусственный обвал и погружение в кризисное состояние.Свои действия он демонстрирует довольно перспективному британскому политику Уинстону Черчиллю, которого приглашает в Америку под предлогом выступления с лекциями. 24 октября 1929 года, в день крушения Нью-Йоркской биржи, Барух привозит Черчилля на Уолл-стрит.В то время когда возбуждённая толпа бушевала у здания Нью-Йоркской биржи, он делится с Черчиллем информацией, что ещё за год до обвала прекратил играть на фондовом рынке, продал все свои акции и купил вместо них облигации правительства США, обеспечив сохранение своих капиталов от обесценивания. На Черчилля это произвело огромное впечатление, и с тех пор их дружба с Барухом приобрела не только личный характер, но и черты стратегического партнёрства.Барух и Черчилль Именно Барух и Черчилль стали активными организаторами игры по укреплению, а затем сталкиванию лбамиГермании и СССР.Пресс-секретарь Гитлера Эрнст Ханфштангль (который, кстати, ввёл в ритуал нацистское приветствие) подтверждал, что сначала сын Черчилля Рэндольф сопровождал Гитлера во время его знаменитых предвыборных полётов «Гитлер над Германией», а потом и сам Черчилль пожелал встретиться с Гитлером в отеле «Кайзерхоф», но Гитлер ему отказал.Однако обиды обидами, а замысел нужно воплощать в жизнь, и в январе 1933 года Гитлера всё же продвигают во власть. Соответствующие шаги предпринимались и на востоке Европы.В том же 1933 году США в полном объёме устанавливают дипломатические отношения с СССР, и Бернард Барухс видными американскими политиками встречает в Америке советских полпредов: Максима Литвинова и Евгения Розенгольца, чтобы выработать совместную линию поведения.Не следует забывать, что после революции Литвинов был посланником большевиков в Лондоне и в декабре 1917 года написал весьма любопытное рекомендательное письмо британскому дипломату и разведчику Локкарту о Троцком: «Я считаю его пребывание в России полезным с точки зрения наших интересов».Конечно же, интересы Баруха не ограничивались европейским театром.В 1934 году он во взаимодействии с министром финансов США Генри Моргентау провёл беспрецедентную операцию по обмену китайского золотого запаса на пачку бумажных облигаций.Загнанный в угол Чан Кайши, терпящий одно поражение за другим, согласился на этот «обмен», в результате которого дельцы из США получили не менее 100 тонн золота в слитках и огромное количество серебра, драгоценностей и антиквариата, а Чан Кайши – 250 листов бумаги и спокойную старость на острове Тайвань.К началу 40-х Барух уже был миллиардером, но пик дивидендов от его замешанного на политике бизнеса пришёлся на годы Второй мировой войны и послевоенной гонки ядерных вооружений.Нападение японцев на американскую морскую базу Пёрл-Харбор 7 декабря 1941 года, возможно, для кого-то и было сюрпризом, но не для Баруха и банковской олигархии.Из рассекреченных документов о нападении на базу следует, что президент Рузвельт, Ален Даллес и банковская верхушка знали о намерениях японцев, однако пошли на уничтожение флота и убийство тысяч своих сограждан.Бернард Барух и Франклин Делано Рузвельт Ценой этой провокации Америку втянули во Вторую мировую войну, а олигархи, и в первую очередь Барух, сорвали огромный куш.После войны разоблачительные материалы просочились в прессу. Американцы, конечно же, ужаснулись, так как Рузвельт был для многих идеалом, но рассекреченные документы не стали разглашать, а тем, кто их обнародовал, укоротили языки.Во время Второй мировой войны Барух продолжал консультировать правительство и оказывал сильнейшее влияние на распределение государственных военных заказов. Миллиарды долларов шли на финансирование направлений, им предложенных.В 1944 году, благодаря умелой игре Баруха и его партнёров в Бреттон-Вудсе, потрёпанная войной Европа и СССР согласились признать доллар США мировой резервной валютой.Барух беседует с солдатами, 1940-е гг. После Второй мировой войны Барух взялся курировать ядерную программу США и подмял под себя атомную промышленность.Кстати, выражение «холодная война» принадлежит вовсе не Черчиллю. Оно впервые прозвучало из его уст в речи перед палатой представителей Южной Каролины 16 апреля 1947 года для обозначения остроты конфликта между США и СССР.«Барух желает править миром, Луной и, возможно, Юпитером, – но это мы ещё посмотрим», – записал в своём дневнике президент Трумэн. Эта фраза наглядно демонстрирует, кто в действительности принимал значимые решения, а кто завидовал, но открыто противодействовать не мог.С началом гонки вооружений, приносившей подрядчикам американского ВПК баснословные прибыли, Барух лично контролировал производство американской атомной бомбы под девизом: «Мы должны идти вперёд с атомной бомбой в одной руке и крестом в другой».Французский физик-ядерщик Фредерик Жолио-Кюри вспоминал:«Когда я был в Америке, известный банкир Барух, представитель Соединённых Штатов в Комиссии ООН по атомной энергии, предложил мне переехать на работу в США. Он обещал мне золотые горы при условии… впрочем, вы понимаете, что это было за условие! Я отказался, конечно. Но мне отомстили…»Вскоре дочь великого учёного, Ирен, посетившая США по приглашению Комитета помощи эмигрантам-антифашистам, была посажена в тюрьму, а в 1950 году под нажимом американцев французское правительство освободило физика от руководства Комиссариатом по атомной энергии.После демонстрации могущества США атомной бомбардировкой японских городов Хиросима и Нагасаки 6 и 9 августа 1945 года, Советский Союз предпринял все меры по восстановлению ядерного паритета.В сложившейся ситуации США поспешили, с одной стороны, убедить мировую общественность в своих миролюбивых устремлениях, а с другой – провели хитроумную комбинацию с целью подчинить Америке развитие ядерной энергетики во всём мире.Конечно же, инициатором столь масштабного замысла был ни кто иной, как Барух, которого президент Гарри Трумэн назначает представителем США в Комиссии ООН по атомной энергии. На первом же её заседании 14 июня 1946 года американская делегация оглашает план тотального запрещения ядерного оружия, вошедшего в историю под названием «План Баруха».Внешне план предусматривал вроде бы благие цели, однако предполагал проведение международных инспекций комиссией ООН по атомной энергетике с одновременным предоставлением ей полномочий принятия принудительных мер к нарушителям. Более того, на её решения не распространялось бы право вето постоянных членов Совета Безопасности ООН.На заседании Комиссии ООН по атомной энергии в октябре 1946 года. Бернард Барух – седовласый мужчина, сидящий сразу за табличкой «U.S.A.». За табличкой «U.S.S.R.» – Андрей Громыко И вот тут замыслы Баруха столкнулись с недоверием Сталина, который понимал, что их реализация замедлит движение СССР к созданию своего ядерного потенциала, необходимого для обеспечения собственной безопасности. Советская делегация на конференции ООН воспользовалась тем, что предложения американцев коренным образом расходятся с Уставом ООН и его структурой, и наложила вето.Весьма интересен тот факт, что американский дипломат и историк Б. Бечхофер, принимавший участие в переговорах по разоружению, отмечал: «Позиция Баруха в отношении вето является экстремальным примером его изоляции от генеральной линии внешней политики США».Чем же всё закончилось для Баруха? А ничем. С 1949 года в мире началась гонка ядерных вооружений, сопровождаемая разработкой тактики и стратегии идеологических диверсий, где Бернард Барух чувствовал себя как рыба в воде.До глубокой старости Барух лично занимался делами. К концу его жизни активы подконтрольных ему фирм и фондов достигали триллиона долларов.Удивительно, но вершитель судеб не прятался от людей, был весьма прост в общении, беседовал в парке с отдыхающими, узнавал, какие у них настроения и пожелания, причём охраны возле него видно не было.Упокоился Барух в 1965 году на простом кладбище на окраине Нью-Йорка – рядом с женой, умершей на много лет раньше. Ни оград, ни помпезных памятников на его могиле нет. Лишь скромная небольшая плита на газоне.Необычной является вовсе не скромность самого влиятельного человека планеты того времени – многие выдающиеся деятели проявляли скромность. Удивительно то, что сегодня вообще ничего не известно о наследниках триллионного состояния Бернарда Маннеса Баруха – его внуках и правнуках. Кто-то всемогущей рукой удалил всю информацию.Нет и коллективных фотографий с похорон Бернарда Баруха, поскольку на них наверняка присутствовали его правопреемники, не желающие засветиться. Кто сейчас управляет колоссальными активами владельца триллионного состояния – неизвестно.Один изобретательный человек в сентябре 2013 года провёл любопытный эксперимент. Он пару дней прохаживался по 6-й авеню к Центральному парку Нью-Йорка в майке с портретом Баруха на груди, а сзади красовалась надпись: «Mom! Why my grandfather isn’t Baruch?», что в переводе на русский означает: «Мам, а почему мой дедушка не Барух?»Во время этих вояжей его супруга, следовавшая в нескольких метрах позади, вела съёмку. В начале авеню лишь несколько человек обратили на него внимание, а одна девушка похвасталась, что знает, где находится колледж Баруха. Вот как дальше описывает свой эксперимент сам устроитель:«Возле Центрального парка есть целый сонм пятизвёздочных отелей, и в каждом из них – конференц-залы… Хозяева жизни неспешно плыли по улице, но при встрече со мной их глаза, аккомодированные ранее на бесконечность, вылавливали из пространства портрет Баруха, и их взгляд становился заинтересованным. Когда я равнялся с ними на тротуаре – они поворачивали свои головы и читали надпись на моей спине. Далее их брови ползли на лоб, а в глазах читался вопрос: кто ты, чёрт тебя побери?Мой эксперимент дал неожиданный результат: обычные американцы не знают Баруха… Для большинства его портрет был просто информационным шумом, однако была прослойка людей, для которых Baruch – это не просто шесть английских букв. Эти люди прекрасно знают, кто он такой, так как его дела, скрытые в тумане прошлого, и дела его преемников в настоящем – входят в круг их насущных интересов…»Один из лидеров влиятельного движения антиглобалистов приводит любопытный пример своего общения с бывшим министром финансов США Робертом Рубином, который показал ему уже напечатанные банкноты номиналами свыше тысячи долларов. На этих купюрах уже не было портретов президентов.Рубин сказал: «Президенты – это крепостные, а вот где рабовладельцы» – и показал купюры с портретами Баруха, Шиффа, Лоеба, Куна. Однако самые богатые финансисты в мире не хранят свои богатства в известных банках.Попробуйте найти сведения о «Стандарт Чартер Банк», основанном аж в 1613 году. Какие-то похожие отделения в Гонконге и кое-где ещё светятся, но самого банка нет в ни одном списке, однако он контролирует все расчёты в мире. И всем этим дирижируют семейства Барухов, Лоебов, Шиффов и Кунов, которые породнились между собой.Финансист Бернард Барух на встрече с Джоном Кеннеди 26 июля 1961 года. Конечно, многое со времён активной деятельности Бернарда Маннеса Баруха изменилось. Ушли в далёкое прошлое те времена, когда миллиардер мог спокойно пройтись по парку, посидеть на скамейке и побеседовать с прохожими. Завеса тайны окружила мир неприкасаемых, и в общении с людьми они уже не нуждаются. А это значит, что люди стали расходным материалом для воплощения замыслов затворников.И когда мы наблюдаем крокодильи слёзы, потоками льющиеся из глаз западных политиков по поводу страданий жителей в Алеппо или ещё где-нибудь, то сразу надо вспоминать об их абсолютном безразличии к погибшим под бомбёжками мирным жителям в Югославии, Афганистане, Ираке, Ливии и на контролируемых правительством территориях Сирии.Надо понимать, что всё это делается для манипуляции мнением обывателя. Ведь он, обыватель, – главный поставщик пушечного мяса на бойню в интересах тех, кто ближе к дыханию золотого тельца, изначально лишённого совести.ИсточникИщите в интернете:  Банк Банков Барухи, Рокфеллеры, Ротшильды. 1 частьИщите в интернете: Банк Банков Барухи, Рокфеллеры, Ротшильды. 2 частьУспешного тренда!

30 ноября, 20:04

Goldman Sachs poised for return to power in Trump White House

NEW YORK — Government Sachs is returning to Washington.After a decade in the wilderness, Wall Street’s most powerful firm, Goldman Sachs, is dominating the early days of the incoming Trump administration. The newly picked Treasury Secretary, Steven Mnuchin, spent 17 years at Goldman. Trump’s top incoming White House adviser, Steve Bannon, spent his early career at the bank. So did Anthony Scaramucci, one of Trump’s top transition advisers. Goldman’s president, Gary Cohn, spent an hour schmoozing with President-elect Donald Trump on Tuesday and could be up for an administration job, possibly as director of the Office of Management and Budget, people close to Cohn and the transition said. Cohn, a long-time commodities trader, is friendly with Trump’s powerful son-in-law, Jared Kushner. It’s a stunning reversal of fortune for Goldman, a long-time Washington power that fell out of favor following the financial crisis. CEO Lloyd Blankfein got hauled before Congress along with other Wall Street executives to account for their behavior. And Trump, who ran as a populist and bashed Wall Street on the campaign trail, featured Blankfein as a shady and dangerous character in his final campaign ad. Rolling Stone’s Matt Taibbi famously labeled Goldman the “great Vampire Squid” on the face of America. Had Hillary Clinton won the White House, Goldman faced a virtual lock-out from Washington with Sens. Elizabeth Warren and Bernie Sanders poised to block and major picks from the bank or any other firm on Wall Street. Now Goldman, whose proximity to the levers of power dates to the early 20th Century and the creation of the Federal Reserve, stands to return to a level of influence unmatched by any other company in America. And Warren and her allies are left throwing darts from the sidelines.“We are talking about a massive change in tone in literally just three weeks,” said William Cohan a former banker and author of “Money and Power: How Goldman Sachs Came to Run the World. “If this had gone as the cognoscenti thought it was going to go we would be hearing Elizabeth Warren with her megaphone saying no one with a Wall Street background is getting anywhere near a Washington job.” The rise of Goldman is also filled with ironies for Trump, even beyond his recent bashing of Blankfein.Like many Wall Street banks, Goldman stopped doing business with the real estate mogul years ago, scared off by his bankruptcy filings. Many of the firm’s top executives made it clear they preferred Clinton for president. Now Mnuchin, whose father was also a powerful Goldman banker, will be Trump’s top economic adviser, and he is already promising an agenda that thrills Wall Street and terrifies many Democrats. “Our number one priority will be tax reform. This will be the largest tax change since Reagan,” Mnuchin said on CNBC’s “Squawk Box” on Wednesday, flanked by Wilbur Ross, the billionaire investor tapped by Trump to serve as Commerce secretary. “We’re going to cut corporate taxes … we’re going to get to 15 percent,” said Mnuchin, who also argued for changing parts of the Dodd-Frank financial reform law that curtailed many of Wall Street’s swashbuckling ways. “The number one problem with Dodd-Frank is it’s way too complicated and it cuts back on lending,” Mnuchin said. “So we want to strip back parts of Dodd-Frank that prevent banks from lending. And that will be the number one priority on the regulatory side.” Those kinds of comments and the rise of Goldman and Wall Street influence in Trump’s Washington is sending progressive Democrats into a panic. Liberals fear an agenda that will slash tax rates for the wealthy and corporations and gut regulations while allowing Wall Street to go back to the kind of trading practices that helped fuel the financial crisis. Even many reform-minded conservatives wanted Trump to pick a different Treasury Secretary, someone like House Financial Services Chairman Jeb Hensarling or former BB&T CEO John Allison for the job. Both have strong views on increasing bank capital requirements and fighting so-called “Too Big to Fail” institutions. It’s much less clear that Mnuchin will do anything to make life difficult for large banks. Warren came out firing against Mnuchin on Tuesday night. And Democrats plan to hammer the Treasury nominee’s record as head of OneWest, a California bank derided as a “foreclosure machine” during the depths of the crisis. “Steve Mnuchin is the Forrest Gump of the financial crisis — he managed to participate in all the worst practices on Wall Street,” Warren said in a statement on Tuesday night. “He spent two decades at Goldman Sachs helping the bank peddle the same kind of mortgage products that blew up the economy and sucked down billions in taxpayer bailout money before he moved on to run a bank that was infamous for aggressively foreclosing on families.”Sen. Ron Wyden (D-Ore.), ranking Democrat on the Senate Finance Committee, which will consider Mnuchin’s nomination, promised thorough hearings including a focus on Mnuchin’s time at OneWest. The attacks may not be enough to derail Mnuchin, but they will add to a developing Democratic strategy of undercutting Trump’s blue-collar credentials by portraying him as a billionaire plutocrat governing with the interests of his rich friends in mind. “There are a number of serious problems raised by populating the most senior positions in government from a single bank and from a single industry,” said Dennis Kelleher, CEO of financial reform group Better Markets. “Whether it’s true or not, Goldman Sachs will be perceived as having privileged access and influence throughout the government. What we need most, and Candidate Trump seemed to understand this, is a view that prioritizes what’s good for Main Street and the real economy.” Goldman defenders say a negative focus on Mnuchin’s time at the bank is unfair and that he has the economic and markets expertise to help create faster economic growth that lifts wages across the board. “I commend President-elect Trump on his outstanding selection of Steven Mnuchin to be Secretary of the Treasury,” former Goldman CEO and George W. Bush Treasury Secretary Hank Paulson said in a statement on Wednesday. “Steven embodies the characteristics necessary to be a very good Treasury secretary. He is a doer with the analytic and political skills to get things done in a complex environment.” Goldman supporters also note that had Clinton won, the left would have pushed for Gary Gensler, former head of the CFTC and himself a long-time Goldman banker, to be Treasury secretary or take some other high-profile post. “Throughout its 147-year history, Goldman Sachs has encouraged its employees to give back to the community while they are working here and after they leave,” said Jake Siewert, communications director at Goldman. “We are proud that many have gone on to serve their country and their communities after they have left.”The return of Goldman to prominence in Washington restores a tradition that waned in recent years. The relationship dates to back at least to 1913 when one of the firm’s founding partners, Henry Goldman, helped create the Federal Reserve. The influence declined during the Depression only to rise again with Goldman head Sidney Weinberg’s close relationship with President Franklin Delano Roosevelt. More recently, Goldman held sway in President Bill Clinton’s White House with the elevation of former co-chairman Robert Rubin to Treasury secretary during a period that saw significant deregulation of the banking industry and the repeal of the Depression-era Glass-Steagall law separating the activities of retail and investment banking. And when the financial crisis hit in 2008, then-president Bush turned to Paulson to help design a Wall Street bailout package that pumped hundreds of millions of taxpayer dollars into the financial industry. Defenders of the bailout say it saved the economy from potential ruin and most banks including Goldman quickly paid back all federal funds. But Wall Street critics worry that the return of Goldman to such levels of power will ensure friendly treatment of the industry that could spark more crises in the future. “My real issue with Mnuchin is that it really is a start the countdown clock moment to the next crash,” said Kelleher. “That is the inevitability if the Wall Street view of the world once again becomes policy.”

03 февраля, 17:23

Нацистские связи семьи Буш

Прескотт Буш, дед Джорджа Буша младшего, и Джордж Герберт Уолкер, его прадед, в честь которого был назван его отец, сотрудничали с нацистами, и которых должны были судить за государственную измену. Прескотт Буш – дед Джорджа Буша младшего и отец Джорджа Буша старшего. Джордж Буш старший или Джордж Герберт Уолкер Буш получил имя своего деда Джорджа Герберта Уолкера.

25 ноября 2015, 20:25

Как США выходили из Великой депрессии.

Рыночные условия.Как США выходили из Великой депрессииВеликая депрессия остается классическим примером финансового кризиса рыночной экономики. Изучение методов выхода из неё, которые были применены разными странами, может оказаться полезным для проверки моделей кризиса на соответствие реальности. Модель финансового кризиса в виде роста денежного пузыря должна быть проверена на основе анализа имеющихся исторических материалов, показывающих, как развивались предыдущие кризисы и какие меры оказались успешными в их преодолении. Наиболее интересным является опыт ведущих экономик мира. В данной статье речь пойдет о США.ГУВЕР Распространённая легенда, будто администрация Гувера в условиях кризиса бездействовала, весьма далека от реальности. Президент Гувер не стал уповать на саморегулирование экономики и решил смягчить удары кризиса с помощью активного государственного вмешательства. Он развил бурную деятельность". Уже в ноябре 1929 года был обнародован президентский план «Направить мощь государства на спасение экономики». Предполагалась активная государственная поддержка банковской системы, промышленности и сельского хозяйства. Только Сельскохозяйственной сбытовой ассоциации, созданной в 1929-м, было выделено 600 миллионов долларов кредитов. Правительство Г. Гувера пыталось ослабить действие кризиса путем оказания финансовой помощи банкирам и промышленникам, чтобы спасти их от банкротства. Была создана «Реконструктивная финансовая корпорация», которая, кредитуя кампании, истратила миллиарды долларов, спасая от неминуемого банкротства неплатежеспособные банки, предприятия, железные дороги и фермерские хозяйства. Скачок государственных расходов при Гувере был самым большим за всю американскую историю в мирное время. 9 марта 1931 г. был принят чрезвычайный закон о банках, главным положение которого было предоставление Федерально-резервной системой США (аналог Центрального банка) займов частным банкам. Одновременно были предприняты меры по предотвращению массового изъятия вкладов из банков. Установлен запрет на экспорт золота. Проведены банковские каникулы, т.е. почти все банки были закрыты для проведения финансовой проверки (не путайте эти каникулы с банковскими каникулами Рузвельта, см. ниже). После нее к концу марта 80% банков было открыто, а 20% ликвидировано. Но это помогло мало. В последний год своего президентства Гувер отчаянно пытался реализовать другие планы по оздоровлению банковской системы. Однако не получилось, так как для принятия решения в Конгрессе было необходимо заручиться поддержкой демократического большинства. Вторым пунктом была справедливая социальная политика. Осенью 1929 года президент провел ряд встреч с крупными промышленниками и заставил их торжественно пообещать не снижать заработную плату своим работникам. Обещание честно выполнялось до лета 1931-го. В 1930-м было предпринято снижение налогов: налоги семейного американца с доходом в 4000 долларов упали на 2/3. Всячески поощрялась гуманитарная деятельность муниципальных структур и частная благотворительность. Наконец, были организованы масштабные общественные работы по строительству инфраструктурных объектов. Уже весной 1930-го на общественные работы было выделено 750 миллионов долларов — баснословная сумма. Повсеместно возводились новые административные здания. За четыре года президентства Гувера в США затеяли больше крупных строек, чем за предыдущие 30 лет. Именно при Гувере началось строительство моста «Золотые ворота» в Сан-Франциско и гигантской плотины на реке Колорадо. А теперь сравните с планом Обамы. Очень похоже. Не правда ли? Тщетно пыталось изъять с рынка излишки сельскохозяйственной продукции образованное правительством «Федеральное фермерское бюро», оказавшее практически помощь лишь крупным фермерам. Следующим элементом плана была защита национального производителя. В 1930 году был принят закон Смута-Холи о таможенных тарифах, внесенный однопартийцами президента сенаторами Смутом и Хоули и вводивший высокие таможенные пошлины на импортные товары. Новые таможенные пошлины, одобренные Гувером, были рекордно высокими, а круг охватываемых товаров — рекордно широким. В итоге объем импорта сократился в несколько раз. Между тем, сейчас этот закон, считают одним из факторов, подстегнувших наступление Великой депрессии. Высокий таможенный тариф способствовал резкому сокращению ввоза в США товаров из-за границы. Это в свою очередь снизило и без того неважную покупательную способность населения, а также вынудило другие страны применить контрмеры, навредившие американским экспортерам – иностранцы в ответ ввели тарифы против США. Все это привело к сокращению международной торговли. В результате все экономики проиграли и ещё больше усугубили кризис. Потом, как обычно, все свои внутренние беды в массовом сознании американцы свалили на происки иностранцев. Именно поэтому главным решением двадцатки в ноябре 2008 года был мораторий на протекционистские меры в течение года. По мере развития Великой депрессии в наиболее пострадавших странах стали принимать меры по недопущению Великой депрессии в будущем, поняли опасность зависимости от США. Поэтому там установили контроль за иностранным капиталом, возник государственный сектор экономики и кое-где было ограничено господство латифундистов, особенно в Бразилии, Чили, Мексике… В Мексике реформы были настолько глубоки, что были национализированы железные дороги, нефтяная промышленность. Лишь в середине 30-х годов после вступления в силу Закона о соглашениях о взаимной торговле, существенно снизившем таможенные пошлины, международная торговля начала восстанавливаться, оказывая позитивное влияние на мировую экономику.К чему же привели героические попытки мистера Гувера уменьшить масштабы кризиса? Несмотря на принятые меры, началась дефляция — общее снижение индекса цен за 1929-1932 г. составило 25%. Хотя учетная ставка последовательно снижалась с 6% в октябре 1929 г. до 1,5% в сентябре 1931 г. В 1932 году депрессия достигла апогея: 12 миллионов безработных, двукратное сокращение промышленного производства, тысячи разорившихся компаний и лопнувших банков… Компании и банки, которые президент пытался спасти с помощью государственных вливаний, вылетали в трубу после мучительной агонии. Удержать зарплаты на прежнем уровне не удалось. Беспрецедентный рост государственных расходов вынудил администрацию Гувера резко повысить налоги. Своими действиями Гувер лишь отсрочил падение американской экономики на самое дно. Герберт Гувер с треском проиграл выборы 1932 года: он был самым ненавистным человеком в стране, его имя ассоциировалось с кризисом и нищетой, на встречах с избирателями действующего президента забрасывали гнилыми овощами. В результате президентских выборов 1932 года хозяином Белого Дома стал Франклин Делано Рузвельт.ШАГИ РУЗВЕЛЬТА. БАНКОВСКАЯ РЕФОРМА Популярные аналогии между экономическим кризисом-2008 и Великой депрессией заставляют повторять имя Рузвельта. Его рецепты активно вспоминают и рекомендуют властям для спасения отечественной экономики. Между тем Рузвельту повезло: он пришел в Белый дом, когда низшая точка кризиса осталась позади. Причем, придя к власти, Рузвельт не знал, что делать. Первое время своего президентства Рузвельт атаковал менял (банкиров) как виновников депрессии. Хотите — верьте, хотите — нет, но вот слова, сказанные им 4 марта 1933 года в обращении к народу по поводу инаугурации: «Нечистоплотные действия менял заклеймены судом общественного мнения, они противны сердцу и разуму народа… Менялы подлежат смещению с пьедестала, который занимают в храме нашей цивилизации». Но далее Рузвельт действовал решительнее и тоньше. Так в качестве первого шага к преодолению Великой депрессии он сказал: «Давайте перестанем врать друг другу». Как только Рузвельт занял свой пост, были срочно предприняты чрезвычайные меры по выводу банковской системы из кризиса. 6 марта 1933 года, всего через два дня после инаугурационной речи Рузвельта, были объявлены недельные «банковские каникулы». Указом президента были закрыты ВСЕ банки США и взяты под контроль полиции с тем, чтобы провести проверку их деятельности и исключить малейшие намеки на махинации. Далее с целью «очистки» банковской системы была проведена тотальная ревизия всех банков. Разорившиеся банки попали под внешнее управление. Устойчивые банки получили право на дальнейшую работу.11 марта президент выступил сначала перед прессой, 12 марта — уже по радио, объясняя ситуацию и меры правительства по выходу из кризиса. Постепенно паника пошла на убыль, 15 марта открылись примерно 30% всех банков. В результате этих мер произошло укрупнение банковской системы, поскольку большинство банков, признанных «здоровыми», были крупными. Был резко усилен контроль Федерального Резерва над денежным обращением, увеличен контроль за выдачей кредитов, за созданием кредитных денег. Были приняты два важнейших закона, регулирующих банковскую сферу — 21 июня 1933 г. — Закон Гласса-Стигалла, а в 1935 г. — Закон Флетчера-Стигалла. Именно тогда была создана современная финансовая система США. Изменения в её характер работы стали делать только после недавней серии скандалов (Enron, WorldCom, Артур Андерсен и т.п.) Закон Гласса-Стигалла запрещал коммерческим банкам работать с ценными бумагами, это право получали специализированные финансовые организации — тем самым были снижены риски, которым подвергались средства вкладчиков банка. Были разъединены инвестиционные и коммерческие банки. Банкам, которые принимали депозиты, было запрещено вкладывать деньги в ценные бумаги, предприятия, пускаться в рисковые операции со средствами клиентов. С целью пресечения привлечения средств по повышенным ставкам, характерных для проведения высокорискованных операций, был введен запрет на выплату процентов по текущим счетам, проценты по депозитным счетам стали регулироваться Федеральным Резервом. Был принят закон о страховании депозитов и создана Федеральная корпорация страхования депозитов — банки отчисляли взносы в страховой фонд, в случае банкротства корпорация санирует банк и выплачивает вклады в пределах установленного законом лимита на вклад в одном банке. Именно эта мера во многом позволила в итоге стабилизировать ситуацию с «бегством вкладчиков». Была создана Федеральная корпорация, которая страховала вклады клиентов коммерческих банков. Президент США получил право назначать членов Совета Управляющих Федерального Резерва. Совет устанавливал не только нормы резервов для банков-членов Федерального Резерва, но и учетную ставку для федерально-резервных банков. Он полностью контролировал иностранные операции федерально-резервных банков, а также операции на открытом рынке. Одновременно был усилен контроль над биржей и рынком ценных бумаг.1. Устанавливался контроль над выпуском акций и других долговых обязательств фирм в ценных бумагах. Директора компаний-эмитентов несли персональную ответственность за выпуск ценных бумаг.2. Приняты нормативные акты, которые ограничивали использование банковских кредитов в биржевых операциях.3. Вводилась ежегодная публичная отчетность корпораций, зарегистрированных на бирже.4. Были ужесточены условия включения компаний в биржевые списки, установлены пределы колебаний котировок на торгах. Для организации контроля над рынком ценных бумаг была создана Комиссия по ценным бумагам и биржам . Все эти меры привели к усилению контроля Федеральной Резервной Системой (аналог ЦБ) над частными банками и денежным обращением. Только после этого Федеральный Резерв начал «развязывать кошелек» и подпитывать голодающий американский народ новыми деньгами.ОТМЕНА ЗОЛОТОЙ ПРИВЯЗКИ Во время Великой депрессии в США рушилось всё, кроме курса доллара — доллар стоял как стена, так как он был привязан к золоту. Федеральный Резерв продолжал упрямо сокращать денежную массу, еще более усугубляя депрессию. Вследствие чего между 1929 г. и 1933 г. объем денег в обращении сократился на 33%. Если учесть, что производство тоже сократилось, то нехватка денег стала угрожающей. В день своей инаугурации 5 марта 1933 года вновь избранный президент Рузвельт объявил о почти двукратном снижении курса доллара по отношению к золоту — или, что-то же самое, об удорожании золота в долларовом выражении. «Одновременно с золотым „ограблением века“ были объявлены недельные банковские каникулы (то есть попросту принудительные выходные в финансовых учреждениях), из-за которых ни один частный вкладчик не мог в экстренном порядке извлечь свои враз обесценившиеся сбережения». До этого момента цена золота в долларах была жестко зафиксирована, и правительство не имело права ее менять. Рузвельт не только сделал банковский выходной — отдал распоряжение о временном прекращении работы банков и запрещении дальнейшего выпуска вспомогательной валюты, но и убеждал общественность расстаться со своим золотом, говоря, что «консолидация ресурсов страны необходима, чтобы вывести Америку из депрессии». Президентским декретом население обязывалось сдавать все имевшиеся у него золотые слитки и монеты государству — причем по старой, гораздо более низкой цене золота. Население заставили сдать все золотые украшения. Разрешалось оставить только по две золотые монеты. Вопреки расхожим представлениям, первой реальной мерой президента Рузвельта был банальный дефолт. Механизм прост [8]: допустим, вы англичанин и у вас был 1 млн. фунтов стерлингов, которые вы обменяли на доллары по курсу 2 доллара за фунт. Полученные 2 млн. долларов вы вложили в американские облигации и через год получили их обратно вместе с небольшим доходом. Допустим, этот доход составил 100 тыс. долларов — таким образом, всего у вас теперь 2.1 млн. долларов. Но за это время американское правительство провело полуторакратную девальвацию своей валюты, так что теперь за 1 фунт дают уже не 2, а 3 доллара. В результате ваши 2.1 млн. долларов превращаются всего лишь в 0.7 млн. фунтов, в то время как изначально вы имели 1 млн., так что итогом всех ваших операций становится убыток в размере 30%. Тем, кто сдал свое золото, выплачивалась фиксированная цена в $20,66 за унцию. Эта конфискационная мера была столь непопулярна, что никто в правительстве не взял на себя смелость признаться в авторстве. Интересно, но на церемонии подписания постановления Рузвельт недвусмысленно объяснил всем присутствующим, что автором документа является не он и он его даже не читал. Даже Секретарь Казначейства заявил, что не был ознакомлен с документом, лишь добавив — «…это то, на чем настаивали эксперты». После банковского выходного частное владение золотыми слитками и монетами, за исключением коллекционных, было объявлено незаконным. Большая часть золота, находившаяся в то время в руках средних американцев, была в форме золотых монет. Новый закон на самом деле означал не что иное, как конфискацию. Нарушителям грозило 10-летнее тюремное заключение и штраф $10.000, эквивалент $100.000 сегодня. Некоторые люди не верили в указание Рузвельта. А многие разрывались между желанием сохранить заработанное тяжким трудом и лояльностью к правительству. В 1935 году, как только золото было собрано, официальную цену золота резко повысили до $35 за унцию. Эта цена сохранилась до 1971 г., когда был запрещен свободный обмен золота на доллары. Однако по новой, более высокой цене, продавать золото имели право только иностранцы. Менялы же, заранее получившие предупреждение о грядущем кризисе от Уорберга, скупившие золото по цене $20,66 за унцию, а затем вывезшие его в Лондон, имели возможность вернуть его обратно и продать американскому правительству по цене $35 за унцию, получив при этом почти 100% доход, в то время как среднестатистический американец голодал. С большой помпой было объявлено о строительстве национального хранилища золота Форт-Нокс, что в штате Кентукки. К 1936 году строительство нового национального хранилища в Форт-Ноксе было завершено и в январе 1937 года туда начало поступать золото. Спустя 4 года все отобранное государством золото было туда торжественно свезено. Когда 13 января 1937 года золото начало сюда поступать, были приняты беспрецедентные меры безопасности. Тысячи официально приглашенных лиц наблюдали за прибытием поезда из 9 вагонов из Филадельфии в сопровождении вооруженных солдат, почтовых инспекторов, секретных агентов и охранников с американского монетного двора. Все выглядело как огромная театральная постановка — собранное со всей Америки золото сосредотачивалось в одном месте, предположительно для пользы общества. Итак, первым делом были приняты меры к уменьшению цены денег и увеличению доверия к деньгам. Затем Рузвельт отнял у населения золото, чтобы не мешать государству самому решать, сколько выпускать денег. Второй важной мерой стало увеличение денег в обороте через государственные структуры. Деньги же, утраченные во время депрессии большинством американцев, не просто потерялись. Они перетекли в руки тех, кто заранее знал о биржевом крахе и вложил свои деньги в золото перед самой депрессией. Золото же всегда было самым надежным способом сбережения средств.УЖЕСТОЧЕНИЕ ПРАВИЛ ИГРЫ В ЭКОНОМИКЕ 16 июня 1933 г. Конгресс принял Закон НИРА о реконструкции национальной промышленности, который устанавливал государственную помощь индустрии и государственный контроль за честностью взаимоотношений в бизнесе. В условиях отмены анти-трестового законодательства бизнес получил возможность саморегулироваться, а профсоюзы право на коллективную защиту. Главной целью было прекращение конкуренции за счет рабочих, отсюда повышение покупательной способности населения и все это способствовало выходу из кризиса. Всем ассоциациям предпринимателей предписывалось вырабатывать кодексы «честной конкуренции», определявшие условия, объем производства, минимальный уровень цен. Кодекс должен был разрабатываться торговыми группами, а если их нет, то вводился без особых оговорок сверху. — право рабочих на организацию; — запрет дискриминации при найме на работу членов профсоюзов; — минимальный уровень зарплаты; — максимальная продолжительность рабочего дня; — фиксация цен; — продавать продукцию по ценам, ниже минимально установленных, нельзя.Во 2-ом и 3-ем разделах речь шла об оказании помощи нуждающимся, о создании организации общественных работ (финансируемых за счет налогоплательщиков) [4].РЕФОРМЫ СЕЛЬСКОГО ХОЗЯЙСТВА В области сельского хозяйства «новый курс» состоял в попытках остановить процесс разорения фермеров, и поднять цены на сельскохозяйственную продукцию путем сокращения производства и уменьшения посевных площадей, за что фермерам выплачивались премии. 12 мая 1933 г. был принят парадоксальный закон «О регулировании сельского хозяйства», устанавливающий субсидии за сокращение производства продукции аграрного сектора. Поскольку рынок сельскохозяйственной продукции, на который работали фермеры США, вдруг оказался для них закрытым благодаря принятым многими странами протекционистским мерам, пришлось принимать меры по сокращению поголовья скота и посевных площадей, чтобы повысить цены до уровня, при котором хотя бы окупались затраты. Фермерам предоставлялась компенсация за каждый незасеянный гектар и средства брались из налогов на компании и из 30% налога на муку и хлопчато–бумажную пряжу. До этого цены были очень низкими. 10 млн. акров под хлопок, 1/4 посевных площадей зерновых уничтожено, 6 млн. свиней ушло под нож. Сама природа способствовала успеху в борьбе с понижением цен, т.к. в 1936г. в США была жесточайшая засуха, песчаные бури, что привело к снижению урожая и повышению цен на сельскохозяйственную продукцию. Также были приняты меры по консолидации фермерской задолженности, фермерам предоставлялись кредиты и скоро прекратилась массовая продажа ферм с аукционов. Таким образом, к 1936 г. доходы фермеров были вполне нормальными, но 10% фермеров за эти смутные годы разорилось. Аграрная политика Ф. Рузвельта была на руку крупным фермам, которые могли сравнительно безболезненно сократить часть своих посевных площадей. Эти фермы, пользуясь правительственными субсидиями, в большом количестве приобретали сельскохозяйственные машины и химические удобрения, что повышало производительность труда и урожайность, и, несмотря на снижение посевных площадей, позволяло сохранить размеры производства на прежнем уровне. Благодаря этому процесс концентрации земельной собственности усилился, о чем свидетельствовало сосредоточение к 1940 г. в руках 1,6% общего числа ферм 34 % сельскохозяйственных площадей. В то же время 38% ферм использовало менее 5 % этих площадей, и эту группу ферм правительственная помощь, как правило, обходила.РЕФОРМЫ В СОЦИАЛЬНОЙ СФЕРЕ «Новый курс» предусматривал также ряд социальных мероприятий, направленных, прежде всего на сокращение безработицы. Была принята программа общественных работ (строительство автострад, аэродромов, мостов и т.д.) с привлечением безработных. Была введена система выдачи минимальных пособий бедствующим безработным. В марте 1933 г. на базе Закона НИРА был создан Гражданский корпус сохранения ресурсов. Задачей было направление безработной молодежи в лесные регионы для сохранения ресурсов. К лету для этой цели были созданы спецлагеря, где побывало 250 тыс. молодых людей (от 18 до 25 лет), которым предоставлялась бесплатная еда, жилье, форменная одежда и зарплата в 1 доллар в день. Руководили ими офицеры из резерва Вооруженных Сил. Работами по сохранению ресурсов являлись: строительство автомагистралей, очистка лесов, создание лесонасаждений, благоустройство парков, т.е. общественно-полезные работы. В январе 1934 г. на них было занято 5 млн. человек, а пособия получали 20 млн. человек. В мае 1933 г. был принят Закон о федеральной чрезвычайной административной помощи. По нему штатам предоставлялись средства для оказания помощи нуждающимся. Был принят закон о социальной обеспеченности, по которому создавались пенсионные фонды, выплачивались пособия по безработице. Государство признало права профсоюзов. К 1936 г. Кодексами честности, разработанными на основе Закона НИРА, охвачено 99% промышленных компаний и хотя консервативно настроенный Верховный суд, блюдя «священные принципы» отменяет NIRA, как антиконституционный акт, — но кодексы де-факто сохраняются: игра по правилам предпочтительнее. В 1935 г. был принят закон Вагнера-Коннэри «О трудовых отношениях», который провозглашал необходимость коллективной защиты трудящихся через профсоюзы, запрещал преследование рабочих за создание профсоюзов и участие в стачках и подтверждал право рабочих заключать с предпринимателями коллективные договора. Закон запрещал дискриминацию членов профсоюзов. Однако для урегулирования споров между рабочими и предпринимателями вводился принудительный арбитраж. Устанавливалось обязательное заключение коллективного договора. Была создана комиссия по борьбе с дискриминацией при найме на работу.В 1937 г. был принят Закон о справедливых условиях труда, согласно которому — запрещалось использование детского труда; — устанавливался минимум З./п. (25 центов в час, а в течение 6-ти лет был доведен до 40 центов в час); — устанавливалась максимальная продолжительность рабочей недели (44 часа, а затем в течение 2-х лет до 40 часов);Рузвельт также пытался реформировать Верховный Суд, опасаясь, что он отменит законы Вагнера и социального обеспечения. И хотя реформа суда не удалась, но и законы остались, так как Верховный Суд не стал их отменять. Для борьбы с безработицей американское правительство организовало общественные работы, затратив в 1933-1939 годах на их финансирование более 12 млрд. долларов. Рабочие строили дороги и мосты, которые работают до сих пор. И эта работа давала им возможность не умереть с голоду. Для сокращения молодёжной безработицы в 1933 году власти создали также полувоенную организацию Cи-Си-Си: Civilian Conservation Corps. Через трудовые лагеря ССС, размещённые по всей стране, за десятилетие прошло около двух миллионов молодых людей в возрасте от 18 до 25 лет, которые трудились там на общественных работах за 30 долларов в месяц. В 1938 г. Рузвельт объявил о начале осуществления плана «Подкачки насоса». Суть его состояла в том, что спрос должен был повыситься с помощью гос. инъекций в экономику (строительство жилья, автомагистралей и т.д.). Было увеличено количество людей, получающих пособия. Во время Великой депрессии в США для расшивки нехватки денег и недопущения их оттока в виртуальные пузыри использовались псевдо-деньги, а также сегментация денежного рынка. Так, существовали деревянные деньги в Тенино, штат Вашингтон, картонные деньги в Рэймонде, штат Вашингтон, обеспеченные кукурузой деньги в Клиар Лейк, штат Айова. Были выпущены купоны, которые обменивались на товары и услуги там, где не хватало федеральных долларов. Купонами платили учителям в Вилдвордебе штат Нью-Джерси, зарплаты в Филадельфии и многих других штатах. Купоны выпускали правительства штатов школьные округа, торговцы, ассоциации предпринимателей, различные агентства и даже частные лица. Издатель газеты «Springfield Union» в штате Массачусетс Сэмюель Боулз рассказал историю эмиссии купонов его газетой. Во время банковского кризиса 30-х годов она платила сотрудникам купонами. Их можно было потратить в магазинах, дававших объявления в газете, а магазины затем расплачивались купонами за рекламу в этой газете, замыкая круг. Как видим, никаких правительственных долларов не понадобилось. Купон был так популярен, что клиенты стали просить выдавать им сдачу купонами: они знали издателя и больше верили в его деньги, чем в федеральные доллары". Итак, были приняты все меры, чтобы успокоить население реформами в социальной сфере и не допустить в дальнейшем паники. Были точно определены границы уступок трудящимся (представители профсоюзов не входили в правительство). Хотя и возникло недовольство крупных бизнесменов, но оно было устранено. РЕЗУЛЬТАТ Все эти меры оказались весьма эффективными. За несколько месяцев 1933 г. объем промышленного производства возрос на 70%, а к июлю этого года он равнялся 90% от уровня 1928 г. Но развитие было очень медленным — после 1929-33 гг. снова небольшая депрессия на 2-3 года, и лишь затем подъем и в 1937 г. — снова кризис. Можно выделить следующие способы борьбы с кризисом. Это, прежде всего общественные работы, через которые деньги доставлялись непосредственно потребителям. Далее получив деньги, работники шли на рынок продовольствия и запускали спрос там. Сельское хозяйство, потребляя машины, запускало спрос в промышленности. Но этот путь оказался ограниченным. Экономическая политика Ф. Рузвельта не смогла спасти страну от очередного экономического кризиса, наступившего в 1937 г. и вновь поразившего экономику США сильнее других стран. За два года уровень промышленного производства в США упал на 21 %. Кризис 1937-1938 гг. вновь отбросил американскую экономику на полтора десятка лет назад. Объем промышленного производства в целом по капиталистическим странам упал на 11% (в США на 21%). Наиболее пострадавшими оказались выплавка стали (в США на 21%), судостроение (на 40%), в новых отраслях также отмечалось падение производства (в отличие от 1929-33 гг., когда авиапромышленность, радиопромышленность понесли незначительные потери). В 1937 г. производство автомобилей в США упало на 40%. Развития этот кризис не получил, т.к. был прерван подготовкой к войне. В целом, восстановление американской экономики заняло около 20 лет — окончательно США встали на ноги и вышли из депрессии только в 50-е годы. Помог американской экономике принятый 11 марта 1941 года закон о ленд-лизе, в рамках которого США впоследствии смогли осуществить колоссальные по объёмам поставки вооружений и военных материалов Британии, России, Китаю, Бразилии и многим другим странам. За один 1944 год национальный доход США составил $183 млрд., из которых $103 млрд. было потрачено на войну. Это в 30 раз превосходило темпы расходов, достигнутые во время Первой Мировой. На самом деле американский налогоплательщик оплатил 55% всех расходов Второй Мировой войны. Но, что не менее важно, практически каждая страна, вовлеченная в эту войну, многократно увеличила свой долг. Например, в США долг федерального правительства вырос с $43 млрд. в 1940 г. до $257 млрд. в 1950 г. — увеличение на 598%. За тот же период долг Японии увеличился на 1348%, Франции — на 583%, Канады — на 417%. Итак, последовательная, но интуитивно выработанная программа Рузвельта дала результат, но ничего нового в этой программе не было. Она была, по сути, продолжением реформ Гувера. Фактически рузвельтовский «Новый курс» был продолжением антикризисных мероприятий Гувера. К тому же Рузвельт был долгожданным новым лидером, обладал харизмой и умел вселять в людей оптимизм. Высокий авторитет Рузвельта позволил все эти реформы успешно осуществить. Американцы поверили Рузвельту и стойко переносили затяжной и болезненный процесс выздоровления экономики. Так Рузвельту досталась репутация спасителя Америки" . Нынешний мир и американское общество многому научились и сильно изменились за прошедшие десятилетия. Впрочем, как выразился бывший Госсекретарь США Генри Киссинджер, «человечество не повторяет своих старых ошибок, но постоянно делает новые» .

20 апреля 2015, 22:42

Франклин Рузвельт и золото. 1933

Некоторые фотографии прошлого цепляют нас за живое. Одни из них вызывают кучу ассоциаций, другие - желание "поговорить об этом". Сегодня меня впечатлило фото, на котором изображён Франклин Рузвельт в окружении золотых слитков. Вот оно: Видите, с какой любовью 32-й президент США смотрит на золото? Между тем, отношения у него с золотым запасом своего государства были сложные. Ни для кого ни секрет, что американский доллар начал свою дорогу по миру с 1914 года, когда началась Первая Мировая Война. Именно в то время появились долларовые зоны в Латинской Америке и Северной.Тогда доллар был подкреплён золотом. Существовало правило "золотого стандарта". К 1933 году США успели пережить серьёзный кризис и даже начали выходить из него, но экономика всё-равно была шаткая. Франклин Рузвельт решился на рискованный в то время шаг - отменил правило "золотого стандарта" и пустил доллар в свободное плавание. Через несколько месяцев он осознал, что свободное плавание доллара - дело хорошее, но для экономики проблемное. Тогда в январе 1934 года он решил немножко подправить экономический курс и ратифицировал "золотой резервный акт", в котором фиксировалось соотношение доллара к золоту. Тройская унция стала стоить 35 долларов.