• Теги
    • избранные теги
    • Люди1863
      • Показать ещё
      Страны / Регионы927
      • Показать ещё
      Разное1202
      • Показать ещё
      Международные организации102
      • Показать ещё
      Издания178
      • Показать ещё
      Компании697
      • Показать ещё
      Формат54
      Показатели78
      • Показать ещё
      Сферы5
25 мая, 11:50

Democrats Need These California Seats to Win Back the House

Seven of the state’s Republican representatives look particularly vulnerable in 2018. And they share a few things in common.

23 мая, 16:40

Paying for social benefits: The “I’ve paid in all my life” fallacy

Main image:  SOCIAL security is often described as the “third rail” of American politics—touch it and you die. Britain’s prime minister has just tied herself into a tangle over the way to fund long-term care for the elderly.The problem is made more difficult because of the way that such benefit schemes were established and marketed to the public—as insurance schemes in which what you receive in benefits relates to what you put in. When pension schemes were set up by Franklin Roosevelt (pictured, left) in the 1930s or in Britain, by David Lloyd George (pictured, right) in the Edwardian era, the insurance notion was something people could easily grasp (private schemes already existed) and could be seen as fair. This was fine in the early years of such schemes when the number of people contributing was far greater than the number of people taking benefits. But as our societies age, the costs rise and the inadequacy of the “insurance approach” is made clear. When television or radio shows do a vox pop, people will often say “I’ve paid in all my life so why should my benefits be cut” or “why should my taxes rise” and so on.The problem with this thinking is threefold:What people pay in individually is not related to what they get outWhat people have paid as societies, in aggregate, is not enough to ...

23 мая, 11:50

Why U.S. Presidents Stopped Secretly Taping Their Conversations

Franklin Delano Roosevelt, Richard Nixon, and others in between generated thousands of hours of audio from meetings and telephone calls. Is Donald Trump reviving that practice?

23 мая, 05:37

Huffington Post рассказал, как Западу добиться доверия Путина

Русофобия, которая со времён Октябрьской революции лежала в основе внешней политики США по отношению к СССР и России, наносит Америке лишь вред, пишет Генри Роузмонт — младший для The Huffington Post. Указывая на отсутствие веских доказательств «злодеяний Путина», автор отмечает, что западным странам удастся завоевать доверие российского президента, если они первыми признают его достойным.

22 мая, 10:02

Семечки для Никсона. 45 лет историческому визиту президента США в Москву

22 мая 1972 года начался недельный визит в СССР президента США Ричарда Никсона с супругой Пэт.

21 мая, 21:21

President Trump’s Speech to the Arab Islamic American Summit

Remarks as prepared for delivery Thank You. I want to thank King Salman for his extraordinary words, and the magnificent Kingdom of Saudi Arabia for hosting today’s summit. I am honored to be received by such gracious hosts. I have always heard about the splendor of your country and the kindness of your citizens, but words do not do justice to the grandeur of this remarkable place and the incredible hospitality you have shown us from the moment we arrived. You also hosted me in the treasured home of King Abdulaziz, the founder of the Kingdom who united your great people. Working alongside another beloved leader – American President Franklin Roosevelt – King Abdulaziz began the enduring partnership between our two countries. King Salman: your father would be so proud to see that you are continuing his legacy – and just as he opened the first chapter in our partnership, today we begin a new chapter that will bring lasting benefits to our citizens. Let me now also extend my deep and heartfelt gratitude to each and every one of the distinguished heads of state who made this journey here today. You greatly honor us with your presence, and I send the warmest regards from my country to yours. I know that our time together will bring many blessings to both your people and mine. I stand before you as a representative of the American People, to deliver a message of friendship and hope. That is why I chose to make my first foreign visit a trip to the heart of the Muslim world, to the nation that serves as custodian of the two holiest sites in the Islamic Faith. In my inaugural address to the American People, I pledged to strengthen America’s oldest friendships, and to build new partnerships in pursuit of peace. I also promised that America will not seek to impose our way of life on others, but to outstretch our hands in the spirit of cooperation and trust. Our vision is one of peace, security, and prosperity—in this region, and in the world. Our goal is a coalition of nations who share the aim of stamping out extremism and providing our children a hopeful future that does honor to God. And so this historic and unprecedented gathering of leaders—unique in the history of nations—is a symbol to the world of our shared resolve and our mutual respect. To the leaders and citizens of every country assembled here today, I want you to know that the United States is eager to form closer bonds of friendship, security, culture and commerce. For Americans, this is an exciting time. A new spirit of optimism is sweeping our country: in just a few months, we have created almost a million new jobs, added over 3 trillion dollars of new value, lifted the burdens on American industry, and made record investments in our military that will protect the safety of our people and enhance the security of our wonderful friends and allies – many of whom are here today. Now, there is even more blessed news I am pleased to share with you. My meetings with King Salman, the Crown Prince, and the Deputy Crown Prince, have been filled with great warmth, good will, and tremendous cooperation. Yesterday, we signed historic agreements with the Kingdom that will invest almost $400 billion in our two countries and create many thousands of jobs in America and Saudi Arabia. This landmark agreement includes the announcement of a $110 billion Saudi-funded defense purchase – and we will be sure to help our Saudi friends to get a good deal from our great American defense companies. This agreement will help the Saudi military to take a greater role in security operations. We have also started discussions with many of the countries present today on strengthening partnerships, and forming new ones, to advance security and stability across the Middle East and beyond. Later today, we will make history again with the opening of a new Global Center for Combating Extremist Ideology – located right here, in this central part of the Islamic World. This groundbreaking new center represents a clear declaration that Muslim-majority countries must take the lead in combatting radicalization, and I want to express our gratitude to King Salman for this strong demonstration of leadership. I have had the pleasure of welcoming several of the leaders present today to the White House, and I look forward to working with all of you. America is a sovereign nation and our first priority is always the safety and security of our citizens. We are not here to lecture—we are not here to tell other people how to live, what to do, who to be, or how to worship. Instead, we are here to offer partnership – based on shared interests and values – to pursue a better future for us all. Here at this summit we will discuss many interests we share together. But above all we must be united in pursuing the one goal that transcends every other consideration. That goal is to meet history’s great test—to conquer extremism and vanquish the forces of terrorism. Young Muslim boys and girls should be able to grow up free from fear, safe from violence, and innocent of hatred. And young Muslim men and women should have the chance to build a new era of prosperity for themselves and their peoples. God’s help, this summit will mark the beginning of the end for those who practice terror and spread its vile creed. At the same time, we pray this special gathering may someday be remembered as the beginning of peace in the Middle East – and maybe, even all over the world. But this future can only be achieved through defeating terrorism and the ideology that drives it. Few nations have been spared its violent reach. America has suffered repeated barbaric attacks – from the atrocities of September 11th to the devastation of the Boston Bombing, to the horrible killings in San Bernardino and Orlando. The nations of Europe have also endured unspeakable horror. So too have the nations of Africa and even South America. India, Russia, China and Australia have been victims. But, in sheer numbers, the deadliest toll has been exacted on the innocent people of Arab, Muslim and Middle Eastern nations. They have borne the brunt of the killings and the worst of the destruction in this wave of fanatical violence. Some estimates hold that more than 95 percent of the victims of terrorism are themselves Muslim. We now face a humanitarian and security disaster in this region that is spreading across the planet. It is a tragedy of epic proportions. No description of the suffering and depravity can begin to capture its full measure. The true toll of ISIS, Al Qaeda, Hezbollah, Hamas, and so many others, must be counted not only in the number of dead. It must also be counted in generations of vanished dreams. The Middle East is rich with natural beauty, vibrant cultures, and massive amounts of historic treasures. It should increasingly become one of the great global centers of commerce and opportunity. This region should not be a place from which refugees flee, but to which newcomers flock. Saudi Arabia is home to the holiest sites in one of the world’s great faiths. Each year millions of Muslims come from around the world to Saudi Arabia to take part in the Hajj. In addition to ancient wonders, this country is also home to modern ones—including soaring achievements in architecture. Egypt was a thriving center of learning and achievement thousands of years before other parts of the world. The wonders of Giza, Luxor and Alexandria are proud monuments to that ancient heritage. All over the world, people dream of walking through the ruins of Petra in Jordan. Iraq was the cradle of civilization and is a land of natural beauty. And the United Arab Emirates has reached incredible heights with glass and steel, and turned earth and water into spectacular works of art. The entire region is at the center of the key shipping lanes of the Suez Canal, the Red Sea, and the Straits of Hormuz. The potential of this region has never been greater. 65 percent of its population is under the age of 30. Like all young men and women, they seek great futures to build, great national projects to join, and a place for their families to call home. But this untapped potential, this tremendous cause for optimism, is held at bay by bloodshed and terror. There can be no coexistence with this violence. There can be no tolerating it, no accepting it, no excusing it, and no ignoring it. Every time a terrorist murders an innocent person, and falsely invokes the name of God, it should be an insult to every person of faith. Terrorists do not worship God, they worship death. If we do not act against this organized terror, then we know what will happen. Terrorism’s devastation of life will continue to spread. Peaceful societies will become engulfed by violence. And the futures of many generations will be sadly squandered. If we do not stand in uniform condemnation of this killing—then not only will we be judged by our people, not only will we be judged by history, but we will be judged by God. This is not a battle between different faiths, different sects, or different civilizations. This is a battle between barbaric criminals who seek to obliterate human life, and decent people of all religions who seek to protect it. This is a battle between Good and Evil. When we see the scenes of destruction in the wake of terror, we see no signs that those murdered were Jewish or Christian, Shia or Sunni. When we look upon the streams of innocent blood soaked into the ancient ground, we cannot see the faith or sect or tribe of the victims – we see only that they were Children of God whose deaths are an insult to all that is holy. But we can only overcome this evil if the forces of good are united and strong – and if everyone in this room does their fair share and fulfills their part of the burden. Terrorism has spread across the world. But the path to peace begins right here, on this ancient soil, in this sacred land. America is prepared to stand with you – in pursuit of shared interests and common security. But the nations of the Middle East cannot wait for American power to crush this enemy for them. The nations of the Middle East will have to decide what kind of future they want for themselves, for their countries, and for their children. It is a choice between two futures – and it is a choice America CANNOT make for you. A better future is only possible if your nations drive out the terrorists and extremists. Drive. Them. Out. DRIVE THEM OUT of your places of worship. DRIVE THEM OUT of your communities. DRIVE THEM OUT of your holy land, and DRIVE THEM OUT OF THIS EARTH. For our part, America is committed to adjusting our strategies to meet evolving threats and new facts. We will discard those strategies that have not worked—and will apply new approaches informed by experience and judgment. We are adopting a Principled Realism, rooted in common values and shared interests. Our friends will never question our support, and our enemies will never doubt our determination. Our partnerships will advance security through stability, not through radical disruption. We will make decisions based on real-world outcomes – not inflexible ideology. We will be guided by the lessons of experience, not the confines of rigid thinking. And, wherever possible, we will seek gradual reforms – not sudden intervention. We must seek partners, not perfection—and to make allies of all who share our goals. Above all, America seeks peace – not war. Muslim nations must be willing to take on the burden, if we are going to defeat terrorism and send its wicked ideology into oblivion. The first task in this joint effort is for your nations to deny all territory to the foot soldiers of evil. Every country in the region has an absolute duty to ensure that terrorists find no sanctuary on their soil. Many are already making significant contributions to regional security: Jordanian pilots are crucial partners against ISIS in Syria and Iraq. Saudi Arabia and a regional coalition have taken strong action against Houthi militants in Yemen. The Lebanese Army is hunting ISIS operatives who try to infiltrate their territory. Emirati troops are supporting our Afghan partners. In Mosul, American troops are supporting Kurds, Sunnis and Shias fighting together for their homeland. Qatar, which hosts the U.S. Central Command, is a crucial strategic partner. Our longstanding partnership with Kuwait and Bahrain continue to enhance security in the region. And courageous Afghan soldiers are making tremendous sacrifices in the fight against the Taliban, and others, in the fight for their country. As we deny terrorist organizations control of territory and populations, we must also strip them of their access to funds. We must cut off the financial channels that let ISIS sell oil, let extremists pay their fighters, and help terrorists smuggle their reinforcements. I am proud to announce that the nations here today will be signing an agreement to prevent the financing of terrorism, called the Terrorist Financing Targeting Center – co-chaired by the United States and Saudi Arabia, and joined by every member of the Gulf Cooperation Council. It is another historic step in a day that will be long remembered. I also applaud the Gulf Cooperation Council for blocking funders from using their countries as a financial base for terror, and designating Hezbollah as a terrorist organization last year. Saudi Arabia also joined us this week in placing sanctions on one of the most senior leaders of Hezbollah. Of course, there is still much work to do. That means honestly confronting the crisis of Islamist extremism and the Islamist terror groups it inspires. And it means standing together against the murder of innocent Muslims, the oppression of women, the persecution of Jews, and the slaughter of Christians. Religious leaders must make this absolutely clear: Barbarism will deliver you no glory – piety to evil will bring you no dignity. If you choose the path of terror, your life will be empty, your life will be brief, and YOUR SOUL WILL BE CONDEMNED. And political leaders must speak out to affirm the same idea: heroes don’t kill innocents; they save them. Many nations here today have taken important steps to raise up that message. Saudi Arabia’s Vision for 2030 is an important and encouraging statement of tolerance, respect, empowering women, and economic development. The United Arab Emirates has also engaged in the battle for hearts and souls—and with the U.S., launched a center to counter the online spread of hate. Bahrain too is working to undermine recruitment and radicalism. I also applaud Jordan, Turkey and Lebanon for their role in hosting refugees. The surge of migrants and refugees leaving the Middle East depletes the human capital needed to build stable societies and economies. Instead of depriving this region of so much human potential, Middle Eastern countries can give young people hope for a brighter future in their home nations and regions. That means promoting the aspirations and dreams of all citizens who seek a better life – including women, children, and followers of all faiths. Numerous Arab and Islamic scholars have eloquently argued that protecting equality strengthens Arab and Muslim communities. For many centuries the Middle East has been home to Christians, Muslims and Jews living side-by-side. We must practice tolerance and respect for each other once again—and make this region a place where every man and woman, no matter their faith or ethnicity, can enjoy a life of dignity and hope. In that spirit, after concluding my visit in Riyadh, I will travel to Jerusalem and Bethlehem, and then to the Vatican – visiting many of the holiest places in the three Abrahamic Faiths. If these three faiths can join together in cooperation, then peace in this world is possible – including peace between Israelis and Palestinians. I will be meeting with both Israeli Prime Minister Benjamin Netanyahu and Palestinian President Mahmoud Abbas. Starving terrorists of their territory, their funding, and the false allure of their craven ideology, will be the basis for defeating them. But no discussion of stamping out this threat would be complete without mentioning the government that gives terrorists all three—safe harbor, financial backing, and the social standing needed for recruitment. It is a regime that is responsible for so much instability in the region. I am speaking of course of Iran. From Lebanon to Iraq to Yemen, Iran funds, arms, and trains terrorists, militias, and other extremist groups that spread destruction and chaos across the region. For decades, Iran has fueled the fires of sectarian conflict and terror. It is a government that speaks openly of mass murder, vowing the destruction of Israel, death to America, and ruin for many leaders and nations in this room. Among Iran’s most tragic and destabilizing interventions have been in Syria. Bolstered by Iran, Assad has committed unspeakable crimes, and the United States has taken firm action in response to the use of banned chemical weapons by the Assad Regime – launching 59 tomahawk missiles at the Syrian air base from where that murderous attack originated. Responsible nations must work together to end the humanitarian crisis in Syria, eradicate ISIS, and restore stability to the region. The Iranian regime’s longest-suffering victims are its own people. Iran has a rich history and culture, but the people of Iran have endured hardship and despair under their leaders’ reckless pursuit of conflict and terror. Until the Iranian regime is willing to be a partner for peace, all nations of conscience must work together to isolate Iran, deny it funding for terrorism, and pray for the day when the Iranian people have the just and righteous government they deserve. The decisions we make will affect countless lives. King Salman, I thank you for the creation of this great moment in history, and for your massive investment in America, its industry and its jobs. I also thank you for investing in the future of this part of the world. This fertile region has all the ingredients for extraordinary success – a rich history and culture, a young and vibrant people, a thriving spirit of enterprise. But you can only unlock this future if the citizens of the Middle East are freed from extremism, terror and violence. We in this room are the leaders of our peoples. They look to us for answers, and for action. And when we look back at their faces, behind every pair of eyes is a soul that yearns for justice. Today, billions of faces are now looking at us, waiting for us to act on the great question of our time. Will we be indifferent in the presence of evil? Will we protect our citizens from its violent ideology? Will we let its venom spread through our societies? Will we let it destroy the most holy sites on earth? If we do not confront this deadly terror, we know what the future will bring—more suffering and despair. But if we act—if we leave this magnificent room unified and determined to do what it takes to destroy the terror that threatens the world—then there is no limit to the great future our citizens will have. The birthplace of civilization is waiting to begin a new renaissance. Just imagine what tomorrow could bring. Glorious wonders of science, art, medicine and commerce to inspire humankind. Great cities built on the ruins of shattered towns. New jobs and industries that will lift up millions of people. Parents who no longer worry for their children, families who no longer mourn for their loved ones, and the faithful who finally worship without fear. These are the blessings of prosperity and peace. These are the desires that burn with a righteous flame in every human heart. And these are the just demands of our beloved peoples. I ask you to join me, to join together, to work together, and to FIGHT together— BECAUSE UNITED, WE WILL NOT FAIL. Thank you. God Bless You. God Bless Your Countries. And God Bless the United States of America.

21 мая, 20:34

Full transcript: Trump's speech to the Arab Islamic American Summit

President Donald Trump's remarks as prepared for delivery. Thank you. I want to thank King Salman for his extraordinary words, and the magnificent Kingdom of Saudi Arabia for hosting today’s summit. I am honored to be received by such gracious hosts. I have always heard about the splendor of your country and the kindness of your citizens, but words do not do justice to the grandeur of this remarkable place and the incredible hospitality you have shown us from the moment we arrived. You also hosted me in the treasured home of King Abdulaziz, the founder of the Kingdom who united your great people. Working alongside another beloved leader – American President Franklin Roosevelt – King Abdulaziz began the enduring partnership between our two countries. King Salman: your father would be so proud to see that you are continuing his legacy – and just as he opened the first chapter in our partnership, today we begin a new chapter that will bring lasting benefits to our citizens. Let me now also extend my deep and heartfelt gratitude to each and every one of the distinguished heads of state who made this journey here today. You greatly honor us with your presence, and I send the warmest regards from my country to yours. I know that our time together will bring many blessings to both your people and mine. I stand before you as a representative of the American People, to deliver a message of friendship and hope. That is why I chose to make my first foreign visit a trip to the heart of the Muslim world, to the nation that serves as custodian of the two holiest sites in the Islamic Faith. In my inaugural address to the American People, I pledged to strengthen America’s oldest friendships, and to build new partnerships in pursuit of peace. I also promised that America will not seek to impose our way of life on others, but to outstretch our hands in the spirit of cooperation and trust. Our vision is one of peace, security, and prosperity—in this region, and in the world. Our goal is a coalition of nations who share the aim of stamping out extremism and providing our children a hopeful future that does honor to God. And so this historic and unprecedented gathering of leaders—unique in the history of nations—is a symbol to the world of our shared resolve and our mutual respect. To the leaders and citizens of every country assembled here today, I want you to know that the United States is eager to form closer bonds of friendship, security, culture and commerce. For Americans, this is an exciting time. A new spirit of optimism is sweeping our country: in just a few months, we have created almost a million new jobs, added over 3 trillion dollars of new value, lifted the burdens on American industry, and made record investments in our military that will protect the safety of our people and enhance the security of our wonderful friends and allies – many of whom are here today. Now, there is even more blessed news I am pleased to share with you. My meetings with King Salman, the Crown Prince, and the Deputy Crown Prince, have been filled with great warmth, good will, and tremendous cooperation. Yesterday, we signed historic agreements with the Kingdom that will invest almost $400 billion in our two countries and create many thousands of jobs in America and Saudi Arabia. This landmark agreement includes the announcement of a $110 billion Saudi-funded defense purchase – and we will be sure to help our Saudi friends to get a good deal from our great American defense companies. This agreement will help the Saudi military to take a greater role in security operations. We have also started discussions with many of the countries present today on strengthening partnerships, and forming new ones, to advance security and stability across the Middle East and beyond. Later today, we will make history again with the opening of a new Global Center for Combating Extremist Ideology – located right here, in this central part of the Islamic World. This groundbreaking new center represents a clear declaration that Muslim-majority countries must take the lead in combatting radicalization, and I want to express our gratitude to King Salman for this strong demonstration of leadership. I have had the pleasure of welcoming several of the leaders present today to the White House, and I look forward to working with all of you. America is a sovereign nation and our first priority is always the safety and security of our citizens. We are not here to lecture—we are not here to tell other people how to live, what to do, who to be, or how to worship. Instead, we are here to offer partnership – based on shared interests and values – to pursue a better future for us all. Here at this summit we will discuss many interests we share together. But above all we must be united in pursuing the one goal that transcends every other consideration. That goal is to meet history’s great test—to conquer extremism and vanquish the forces of terrorism. Young Muslim boys and girls should be able to grow up free from fear, safe from violence, and innocent of hatred. And young Muslim men and women should have the chance to build a new era of prosperity for themselves and their peoples. With God’s help, this summit will mark the beginning of the end for those who practice terror and spread its vile creed. At the same time, we pray this special gathering may someday be remembered as the beginning of peace in the Middle East – and maybe, even all over the world. But this future can only be achieved through defeating terrorism and the ideology that drives it. Few nations have been spared its violent reach. America has suffered repeated barbaric attacks – from the atrocities of September 11th to the devastation of the Boston Bombing, to the horrible killings in San Bernardino and Orlando. The nations of Europe have also endured unspeakable horror. So too have the nations of Africa and even South America. India, Russia, China and Australia have been victims. But, in sheer numbers, the deadliest toll has been exacted on the innocent people of Arab, Muslim and Middle Eastern nations. They have borne the brunt of the killings and the worst of the destruction in this wave of fanatical violence. Some estimates hold that more than 95 percent of the victims of terrorism are themselves Muslim. We now face a humanitarian and security disaster in this region that is spreading across the planet. It is a tragedy of epic proportions. No description of the suffering and depravity can begin to capture its full measure. The true toll of ISIS, Al Qaeda, Hezbollah, Hamas, and so many others, must be counted not only in the number of dead. It must also be counted in generations of vanished dreams. The Middle East is rich with natural beauty, vibrant cultures, and massive amounts of historic treasures. It should increasingly become one of the great global centers of commerce and opportunity. This region should not be a place from which refugees flee, but to which newcomers flock. Saudi Arabia is home to the holiest sites in one of the world’s great faiths. Each year millions of Muslims come from around the world to Saudi Arabia to take part in the Hajj. In addition to ancient wonders, this country is also home to modern ones—including soaring achievements in architecture. Egypt was a thriving center of learning and achievement thousands of years before other parts of the world. The wonders of Giza, Luxor and Alexandria are proud monuments to that ancient heritage. All over the world, people dream of walking through the ruins of Petra in Jordan. Iraq was the cradle of civilization and is a land of natural beauty. And the United Arab Emirates has reached incredible heights with glass and steel, and turned earth and water into spectacular works of art. The entire region is at the center of the key shipping lanes of the Suez Canal, the Red Sea, and the Straits of Hormuz. The potential of this region has never been greater. 65 percent of its population is under the age of 30. Like all young men and women, they seek great futures to build, great national projects to join, and a place for their families to call home. But this untapped potential, this tremendous cause for optimism, is held at bay by bloodshed and terror. There can be no coexistence with this violence. There can be no tolerating it, no accepting it, no excusing it, and no ignoring it. Every time a terrorist murders an innocent person, and falsely invokes the name of God, it should be an insult to every person of faith. Terrorists do not worship God, they worship death. If we do not act against this organized terror, then we know what will happen. Terrorism’s devastation of life will continue to spread. Peaceful societies will become engulfed by violence. And the futures of many generations will be sadly squandered. If we do not stand in uniform condemnation of this killing—then not only will we be judged by our people, not only will we be judged by history, but we will be judged by God. This is not a battle between different faiths, different sects, or different civilizations. This is a battle between barbaric criminals who seek to obliterate human life, and decent people of all religions who seek to protect it. This is a battle between Good and Evil. When we see the scenes of destruction in the wake of terror, we see no signs that those murdered were Jewish or Christian, Shia or Sunni. When we look upon the streams of innocent blood soaked into the ancient ground, we cannot see the faith or sect or tribe of the victims – we see only that they were Children of God whose deaths are an insult to all that is holy. But we can only overcome this evil if the forces of good are united and strong – and if everyone in this room does their fair share and fulfills their part of the burden. Terrorism has spread across the world. But the path to peace begins right here, on this ancient soil, in this sacred land. America is prepared to stand with you – in pursuit of shared interests and common security. But the nations of the Middle East cannot wait for American power to crush this enemy for them. The nations of the Middle East will have to decide what kind of future they want for themselves, for their countries, and for their children. It is a choice between two futures – and it is a choice America CANNOT make for you. A better future is only possible if your nations drive out the terrorists and extremists. Drive. Them. Out. DRIVE THEM OUT of your places of worship. DRIVE THEM OUT of your communities. DRIVE THEM OUT of your holy land, and DRIVE THEM OUT OF THIS EARTH. For our part, America is committed to adjusting our strategies to meet evolving threats and new facts. We will discard those strategies that have not worked—and will apply new approaches informed by experience and judgment. We are adopting a Principled Realism, rooted in common values and shared interests. Our friends will never question our support, and our enemies will never doubt our determination. Our partnerships will advance security through stability, not through radical disruption. We will make decisions based on real-world outcomes – not inflexible ideology. We will be guided by the lessons of experience, not the confines of rigid thinking. And, wherever possible, we will seek gradual reforms – not sudden intervention. We must seek partners, not perfection—and to make allies of all who share our goals. Above all, America seeks peace – not war. Muslim nations must be willing to take on the burden, if we are going to defeat terrorism and send its wicked ideology into oblivion. The first task in this joint effort is for your nations to deny all territory to the foot soldiers of evil. Every country in the region has an absolute duty to ensure that terrorists find no sanctuary on their soil. Many are already making significant contributions to regional security: Jordanian pilots are crucial partners against ISIS in Syria and Iraq. Saudi Arabia and a regional coalition have taken strong action against Houthi militants in Yemen. The Lebanese Army is hunting ISIS operatives who try to infiltrate their territory. Emirati troops are supporting our Afghan partners. In Mosul, American troops are supporting Kurds, Sunnis and Shias fighting together for their homeland. Qatar, which hosts the U.S. Central Command, is a crucial strategic partner. Our longstanding partnership with Kuwait and Bahrain continue to enhance security in the region. And courageous Afghan soldiers are making tremendous sacrifices in the fight against the Taliban, and others, in the fight for their country. As we deny terrorist organizations control of territory and populations, we must also strip them of their access to funds. We must cut off the financial channels that let ISIS sell oil, let extremists pay their fighters, and help terrorists smuggle their reinforcements. I am proud to announce that the nations here today will be signing an agreement to prevent the financing of terrorism, called the Terrorist Financing Targeting Center – co-chaired by the United States and Saudi Arabia, and joined by every member of the Gulf Cooperation Council. It is another historic step in a day that will be long remembered. I also applaud the Gulf Cooperation Council for blocking funders from using their countries as a financial base for terror, and designating Hezbollah as a terrorist organization last year. Saudi Arabia also joined us this week in placing sanctions on one of the most senior leaders of Hezbollah. Of course, there is still much work to do. That means honestly confronting the crisis of Islamist extremism and the Islamist terror groups it inspires. And it means standing together against the murder of innocent Muslims, the oppression of women, the persecution of Jews, and the slaughter of Christians. Religious leaders must make this absolutely clear: Barbarism will deliver you no glory – piety to evil will bring you no dignity. If you choose the path of terror, your life will be empty, your life will be brief, and YOUR SOUL WILL BE CONDEMNED. And political leaders must speak out to affirm the same idea: heroes don’t kill innocents; they save them. Many nations here today have taken important steps to raise up that message. Saudi Arabia’s Vision for 2030 is an important and encouraging statement of tolerance, respect, empowering women, and economic development. The United Arab Emirates has also engaged in the battle for hearts and souls—and with the U.S., launched a center to counter the online spread of hate. Bahrain too is working to undermine recruitment and radicalism. I also applaud Jordan, Turkey and Lebanon for their role in hosting refugees. The surge of migrants and refugees leaving the Middle East depletes the human capital needed to build stable societies and economies. Instead of depriving this region of so much human potential, Middle Eastern countries can give young people hope for a brighter future in their home nations and regions. That means promoting the aspirations and dreams of all citizens who seek a better life – including women, children, and followers of all faiths. Numerous Arab and Islamic scholars have eloquently argued that protecting equality strengthens Arab and Muslim communities. For many centuries the Middle East has been home to Christians, Muslims and Jews living side-by-side. We must practice tolerance and respect for each other once again—and make this region a place where every man and woman, no matter their faith or ethnicity, can enjoy a life of dignity and hope. In that spirit, after concluding my visit in Riyadh, I will travel to Jerusalem and Bethlehem, and then to the Vatican – visiting many of the holiest places in the three Abrahamic Faiths. If these three faiths can join together in cooperation, then peace in this world is possible – including peace between Israelis and Palestinians. I will be meeting with both Israeli Prime Minister Benjamin Netanyahu and Palestinian President Mahmoud Abbas. Starving terrorists of their territory, their funding, and the false allure of their craven ideology, will be the basis for defeating them. But no discussion of stamping out this threat would be complete without mentioning the government that gives terrorists all three—safe harbor, financial backing, and the social standing needed for recruitment. It is a regime that is responsible for so much instability in the region. I am speaking of course of Iran. From Lebanon to Iraq to Yemen, Iran funds, arms, and trains terrorists, militias, and other extremist groups that spread destruction and chaos across the region. For decades, Iran has fueled the fires of sectarian conflict and terror. It is a government that speaks openly of mass murder, vowing the destruction of Israel, death to America, and ruin for many leaders and nations in this room. Among Iran’s most tragic and destabilizing interventions have been in Syria. Bolstered by Iran, Assad has committed unspeakable crimes, and the United States has taken firm action in response to the use of banned chemical weapons by the Assad Regime – launching 59 tomahawk missiles at the Syrian air base from where that murderous attack originated. Responsible nations must work together to end the humanitarian crisis in Syria, eradicate ISIS, and restore stability to the region. The Iranian regime’s longest-suffering victims are its own people. Iran has a rich history and culture, but the people of Iran have endured hardship and despair under their leaders’ reckless pursuit of conflict and terror. Until the Iranian regime is willing to be a partner for peace, all nations of conscience must work together to isolate Iran, deny it funding for terrorism, and pray for the day when the Iranian people have the just and righteous government they deserve. The decisions we make will affect countless lives. King Salman, I thank you for the creation of this great moment in history, and for your massive investment in America, its industry and its jobs. I also thank you for investing in the future of this part of the world. This fertile region has all the ingredients for extraordinary success – a rich history and culture, a young and vibrant people, a thriving spirit of enterprise. But you can only unlock this future if the citizens of the Middle East are freed from extremism, terror and violence. We in this room are the leaders of our peoples. They look to us for answers, and for action. And when we look back at their faces, behind every pair of eyes is a soul that yearns for justice. Today, billions of faces are now looking at us, waiting for us to act on the great question of our time. Will we be indifferent in the presence of evil? Will we protect our citizens from its violent ideology? Will we let its venom spread through our societies? Will we let it destroy the most holy sites on earth? If we do not confront this deadly terror, we know what the future will bring—more suffering and despair. But if we act—if we leave this magnificent room unified and determined to do what it takes to destroy the terror that threatens the world—then there is no limit to the great future our citizens will have. The birthplace of civilization is waiting to begin a new renaissance. Just imagine what tomorrow could bring. Glorious wonders of science, art, medicine and commerce to inspire humankind. Great cities built on the ruins of shattered towns. New jobs and industries that will lift up millions of people. Parents who no longer worry for their children, families who no longer mourn for their loved ones, and the faithful who finally worship without fear. These are the blessings of prosperity and peace. These are the desires that burn with a righteous flame in every human heart. And these are the just demands of our beloved peoples. I ask you to join me, to join together, to work together, and to FIGHT together— BECAUSE UNITED, WE WILL NOT FAIL. Thank you. God Bless You. God Bless Your Countries. And God Bless the United States of America.

21 мая, 20:16

President Donald J. Trump's Speech to the Arab Islamic American Summit

Remarks as prepared for delivery Thank you. I want to thank King Salman for his extraordinary words, and the magnificent Kingdom of Saudi Arabia for hosting today’s summit.  I am honored to be received by such gracious hosts. I have always heard about the splendor of your country and the kindness of your citizens, but words do not do justice to the grandeur of this remarkable place and the incredible hospitality you have shown us from the moment we arrived. You also hosted me in the treasured home of King Abdulaziz, the founder of the Kingdom who united your great people.  Working alongside another beloved leader – American President Franklin Roosevelt – King Abdulaziz began the enduring partnership between our two countries.  King Salman: your father would be so proud to see that you are continuing his legacy – and just as he opened the first chapter in our partnership, today we begin a new chapter that will bring lasting benefits to our citizens. Let me now also extend my deep and heartfelt gratitude to each and every one of the distinguished heads of state who made this journey here today. You greatly honor us with your presence, and I send the warmest regards from my country to yours.  I know that our time together will bring many blessings to both your people and mine. I stand before you as a representative of the American People, to deliver a message of friendship and hope.  That is why I chose to make my first foreign visit a trip to the heart of the Muslim world, to the nation that serves as custodian of the two holiest sites in the Islamic Faith. In my inaugural address to the American People, I pledged to strengthen America’s oldest friendships, and to build new partnerships in pursuit of peace. I also promised that America will not seek to impose our way of life on others, but to outstretch our hands in the spirit of cooperation and trust. Our vision is one of peace, security, and prosperity—in this region, and in the world.  Our goal is a coalition of nations who share the aim of stamping out extremism and providing our children a hopeful future that does honor to God.  And so this historic and unprecedented gathering of leaders—unique in the history of nations—is a symbol to the world of our shared resolve and our mutual respect.  To the leaders and citizens of every country assembled here today, I want you to know that the United States is eager to form closer bonds of friendship, security, culture and commerce. For Americans, this is an exciting time. A new spirit of optimism is sweeping our country: in just a few months, we have created almost a million new jobs, added over 3 trillion dollars of new value, lifted the burdens on American industry, and made record investments in our military that will protect the safety of our people and enhance the security of our wonderful friends and allies – many of whom are here today. Now, there is even more blessed news I am pleased to share with you.  My meetings with King Salman, the Crown Prince, and the Deputy Crown Prince, have been filled with great warmth, good will, and tremendous cooperation. Yesterday, we signed historic agreements with the Kingdom that will invest almost $400 billion in our two countries and create many thousands of jobs in America and Saudi Arabia. This landmark agreement includes the announcement of a $110 billion Saudi-funded defense purchase – and we will be sure to help our Saudi friends to get a good deal from our great American defense companies.  This agreement will help the Saudi military to take a greater role in security operations.   We have also started discussions with many of the countries present today on strengthening partnerships, and forming new ones, to advance security and stability across the Middle East and beyond. Later today, we will make history again with the opening of a new Global Center for Combating Extremist Ideology – located right here, in this central part of the Islamic World.  This groundbreaking new center represents a clear declaration that Muslim-majority countries must take the lead in combatting radicalization, and I want to express our gratitude to King Salman for this strong demonstration of leadership.  I have had the pleasure of welcoming several of the leaders present today to the White House, and I look forward to working with all of you. America is a sovereign nation and our first priority is always the safety and security of our citizens. We are not here to lecture—we are not here to tell other people how to live, what to do, who to be, or how to worship. Instead, we are here to offer partnership – based on shared interests and values – to pursue a better future for us all. Here at this summit we will discuss many interests we share together.  But above all we must be united in pursuing the one goal that transcends every other consideration. That goal is to meet history’s great test—to conquer extremism and vanquish the forces of terrorism. Young Muslim boys and girls should be able to grow up free from fear, safe from violence, and innocent of hatred.  And young Muslim men and women should have the chance to build a new era of prosperity for themselves and their peoples. With God’s help, this summit will mark the beginning of the end for those who practice terror and spread its vile creed.   At the same time, we pray this special gathering may someday be remembered as the beginning of peace in the Middle East – and maybe, even all over the world. But this future can only be achieved through defeating terrorism and the ideology that drives it. Few nations have been spared its violent reach. America has suffered repeated barbaric attacks – from the atrocities of September 11th to the devastation of the Boston Bombing, to the horrible killings in San Bernardino and Orlando. The nations of Europe have also endured unspeakable horror. So too have the nations of Africa and even South America. India, Russia, China and Australia have been victims.  But, in sheer numbers, the deadliest toll has been exacted on the innocent people of Arab, Muslim and Middle Eastern nations. They have borne the brunt of the killings and the worst of the destruction in this wave of fanatical violence.  Some estimates hold that more than 95 percent of the victims of terrorism are themselves Muslim. We now face a humanitarian and security disaster in this region that is spreading across the planet. It is a tragedy of epic proportions. No description of the suffering and depravity can begin to capture its full measure. The true toll of ISIS, Al Qaeda, Hezbollah, Hamas, and so many others, must be counted not only in the number of dead.  It must also be counted in generations of vanished dreams. The Middle East is rich with natural beauty, vibrant cultures, and massive amounts of historic treasures. It should increasingly become one of the great global centers of commerce and opportunity.  This region should not be a place from which refugees flee, but to which newcomers flock.   Saudi Arabia is home to the holiest sites in one of the world’s great faiths. Each year millions of Muslims come from around the world to Saudi Arabia to take part in the Hajj. In addition to ancient wonders, this country is also home to modern ones—including soaring achievements in architecture. Egypt was a thriving center of learning and achievement thousands of years before other parts of the world. The wonders of Giza, Luxor and Alexandria are proud monuments to that ancient heritage. All over the world, people dream of walking through the ruins of Petra in Jordan. Iraq was the cradle of civilization and is a land of natural beauty. And the United Arab Emirates has reached incredible heights with glass and steel, and turned earth and water into spectacular works of art. The entire region is at the center of the key shipping lanes of the Suez Canal, the Red Sea, and the Straits of Hormuz.  The potential of this region has never been greater. 65 percent of its population is under the age of 30.  Like all young men and women, they seek great futures to build, great national projects to join, and a place for their families to call home. But this untapped potential, this tremendous cause for optimism, is held at bay by bloodshed and terror. There can be no coexistence with this violence.  There can be no tolerating it, no accepting it, no excusing it, and no ignoring it.  Every time a terrorist murders an innocent person, and falsely invokes the name of God, it should be an insult to every person of faith. Terrorists do not worship God, they worship death. If we do not act against this organized terror, then we know what will happen. Terrorism’s devastation of life will continue to spread. Peaceful societies will become engulfed by violence. And the futures of many generations will be sadly squandered.  If we do not stand in uniform condemnation of this killing—then not only will we be judged by our people, not only will we be judged by history, but we will be judged by God. This is not a battle between different faiths, different sects, or different civilizations.  This is a battle between barbaric criminals who seek to obliterate human life, and decent people of all religions who seek to protect it. This is a battle between Good and Evil.  When we see the scenes of destruction in the wake of terror, we see no signs that those murdered were Jewish or Christian, Shia or Sunni. When we look upon the streams of innocent blood soaked into the ancient ground, we cannot see the faith or sect or tribe of the victims – we see only that they were Children of God whose deaths are an insult to all that is holy. But we can only overcome this evil if the forces of good are united and strong – and if everyone in this room does their fair share and fulfills their part of the burden. Terrorism has spread across the world.  But the path to peace begins right here, on this ancient soil, in this sacred land. America is prepared to stand with you – in pursuit of shared interests and common security. But the nations of the Middle East cannot wait for American power to crush this enemy for them.  The nations of the Middle East will have to decide what kind of future they want for themselves, for their countries, and for their children. It is a choice between two futures – and it is a choice America CANNOT make for you. A better future is only possible if your nations drive out the terrorists and extremists. Drive. Them. Out.  DRIVE THEM OUT of your places of worship.  DRIVE THEM OUT of your communities.  DRIVE THEM OUT of your holy land, and DRIVE THEM OUT OF THIS EARTH. For our part, America is committed to adjusting our strategies to meet evolving threats and new facts.  We will discard those strategies that have not worked—and will apply new approaches informed by experience and judgment.  We are adopting a Principled Realism, rooted in common values and shared interests.   Our friends will never question our support, and our enemies will never doubt our determination. Our partnerships will advance security through stability, not through radical disruption.  We will make decisions based on real-world outcomes – not inflexible ideology.  We will be guided by the lessons of experience, not the confines of rigid thinking.  And, wherever possible, we will seek gradual reforms – not sudden intervention. We must seek partners, not perfection—and to make allies of all who share our goals.  Above all, America seeks peace – not war. Muslim nations must be willing to take on the burden, if we are going to defeat terrorism and send its wicked ideology into oblivion. The first task in this joint effort is for your nations to deny all territory to the foot soldiers of evil. Every country in the region has an absolute duty to ensure that terrorists find no sanctuary on their soil.  Many are already making significant contributions to regional security: Jordanian pilots are crucial partners against ISIS in Syria and Iraq.  Saudi Arabia and a regional coalition have taken strong action against Houthi militants in Yemen. The Lebanese Army is hunting ISIS operatives who try to infiltrate their territory. Emirati troops are supporting our Afghan partners. In Mosul, American troops are supporting Kurds, Sunnis and Shias fighting together for their homeland. Qatar, which hosts the U.S. Central Command, is a crucial strategic partner.  Our longstanding partnership with Kuwait and Bahrain continue to enhance security in the region. And courageous Afghan soldiers are making tremendous sacrifices in the fight against the Taliban, and others, in the fight for their country. As we deny terrorist organizations control of territory and populations, we must also strip them of their access to funds. We must cut off the financial channels that let ISIS sell oil, let extremists pay their fighters, and help terrorists smuggle their reinforcements.  I am proud to announce that the nations here today will be signing an agreement to prevent the financing of terrorism, called the Terrorist Financing Targeting Center – co-chaired by the United States and Saudi Arabia, and joined by every member of the Gulf Cooperation Council.  It is another historic step in a day that will be long remembered. I also applaud the Gulf Cooperation Council for blocking funders from using their countries as a financial base for terror, and designating Hezbollah as a terrorist organization last year. Saudi Arabia also joined us this week in placing sanctions on one of the most senior leaders of Hezbollah.  Of course, there is still much work to do. That means honestly confronting the crisis of Islamist extremism and the Islamist terror groups it inspires. And it means standing together against the murder of innocent Muslims, the oppression of women, the persecution of Jews, and the slaughter of Christians. Religious leaders must make this absolutely clear: Barbarism will deliver you no glory – piety to evil will bring you no dignity.  If you choose the path of terror, your life will be empty, your life will be brief, and YOUR SOUL WILL BE CONDEMNED. And political leaders must speak out to affirm the same idea: heroes don’t kill innocents; they save them.  Many nations here today have taken important steps to raise up that message. Saudi Arabia’s Vision for 2030 is an important and encouraging statement of tolerance, respect, empowering women, and economic development.   The United Arab Emirates has also engaged in the battle for hearts and souls—and with the U.S., launched a center to counter the online spread of hate. Bahrain too is working to undermine recruitment and radicalism.  I also applaud Jordan, Turkey and Lebanon for their role in hosting refugees.  The surge of migrants and refugees leaving the Middle East depletes the human capital needed to build stable societies and economies.  Instead of depriving this region of so much human potential, Middle Eastern countries can give young people hope for a brighter future in their home nations and regions. That means promoting the aspirations and dreams of all citizens who seek a better life – including women, children, and followers of all faiths. Numerous Arab and Islamic scholars have eloquently argued that protecting equality strengthens Arab and Muslim communities.  For many centuries the Middle East has been home to Christians, Muslims and Jews living side-by-side. We must practice tolerance and respect for each other once again—and make this region a place where every man and woman, no matter their faith or ethnicity, can enjoy a life of dignity and hope. In that spirit, after concluding my visit in Riyadh, I will travel to Jerusalem and Bethlehem, and then to the Vatican – visiting many of the holiest places in the three Abrahamic Faiths.  If these three faiths can join together in cooperation, then peace in this world is possible – including peace between Israelis and Palestinians.  I will be meeting with both Israeli Prime Minister Benjamin Netanyahu and Palestinian President Mahmoud Abbas. Starving terrorists of their territory, their funding, and the false allure of their craven ideology, will be the basis for defeating them. But no discussion of stamping out this threat would be complete without mentioning the government that gives terrorists all three—safe harbor, financial backing, and the social standing needed for recruitment. It is a regime that is responsible for so much instability in the region. I am speaking of course of Iran. From Lebanon to Iraq to Yemen, Iran funds, arms, and trains terrorists, militias, and other extremist groups that spread destruction and chaos across the region. For decades, Iran has fueled the fires of sectarian conflict and terror. It is a government that speaks openly of mass murder, vowing the destruction of Israel, death to America, and ruin for many leaders and nations in this room. Among Iran’s most tragic and destabilizing interventions have been in Syria.  Bolstered by Iran, Assad has committed unspeakable crimes, and the United States has taken firm action in response to the use of banned chemical weapons by the Assad Regime – launching 59 tomahawk missiles at the Syrian air base from where that murderous attack originated. Responsible nations must work together to end the humanitarian crisis in Syria, eradicate ISIS, and restore stability to the region. The Iranian regime’s longest-suffering victims are its own people. Iran has a rich history and culture, but the people of Iran have endured hardship and despair under their leaders’ reckless pursuit of conflict and terror.  Until the Iranian regime is willing to be a partner for peace, all nations of conscience must work together to isolate Iran, deny it funding for terrorism, and pray for the day when the Iranian people have the just and righteous government they deserve.   The decisions we make will affect countless lives. King Salman, I thank you for the creation of this great moment in history, and for your massive investment in America, its industry and its jobs. I also thank you for investing in the future of this part of the world. This fertile region has all the ingredients for extraordinary success – a rich history and culture, a young and vibrant people, a thriving spirit of enterprise.  But you can only unlock this future if the citizens of the Middle East are freed from extremism, terror and violence. We in this room are the leaders of our peoples. They look to us for answers, and for action. And when we look back at their faces, behind every pair of eyes is a soul that yearns for justice.  Today, billions of faces are now looking at us, waiting for us to act on the great question of our time. Will we be indifferent in the presence of evil? Will we protect our citizens from its violent ideology? Will we let its venom spread through our societies? Will we let it destroy the most holy sites on earth? If we do not confront this deadly terror, we know what the future will bring—more suffering and despair. But if we act—if we leave this magnificent room unified and determined to do what it takes to destroy the terror that threatens the world—then there is no limit to the great future our citizens will have. The birthplace of civilization is waiting to begin a new renaissance. Just imagine what tomorrow could bring. Glorious wonders of science, art, medicine and commerce to inspire humankind. Great cities built on the ruins of shattered towns. New jobs and industries that will lift up millions of people. Parents who no longer worry for their children, families who no longer mourn for their loved ones, and the faithful who finally worship without fear. These are the blessings of prosperity and peace. These are the desires that burn with a righteous flame in every human heart. And these are the just demands of our beloved peoples. I ask you to join me, to join together, to work together, and to FIGHT together— BECAUSE UNITED, WE WILL NOT FAIL. Thank you. God Bless You. God Bless Your Countries. And God Bless the United States of America.

20 мая, 19:25

De-Demonizing Vladimir The Hateable

Last week a meeting was held between President Trump and Russian Defense Minister Sergei Lavrov, requested by President Putin, to discuss a new plan for ending the slaughter in Syria and dealing with Bashar al-Assad. A number of members of the foreign policy establishment were opposed to the meeting on the grounds that it was merely a PR ploy by Putin to show that he was as important as Trump in the global scheme of things. For these Kremlinologists and other foreign “experts,” it is difficult to imagine what might count as evidence that Putin might genuinely want a lasting peace. The negative spin makes sense only against a background of intense hostility to things Russian, as described, for example, by Steve Hall, former CIA Director of Russian Operations: Putin’s “major goal is to undermine Western liberal democracies.” The current hysteria about Russia from our Congress, pundits and standard media is not new: Russophobia has been the basic assumption underlying our dealings with that country ever since the Bolshevik Revolution a century ago, differing now only in its intensity and shrillness. Trump has been denounced far and wide for several statements implying President Putin is a full member of the human race, as are the Russian peoples he serves, and that it would be “nice if we all got along better with the Russians.” But how do people concerned with morality and justice negotiate with someone like Putin? He has variously been described as someone who “thinks like Hitler” at times (Hillary Clinton); or who “cannot be trusted” (Barack Obama); is a “thug” (ditto); who leads a nation whose citizens “are not our friends” (Mitch McConnell); who is very probably a “war criminal” (Marco Rubio and other senators); and who “poses a serious threat to our country’s democracy” (Patrick Leahy). These are strong condemnations, but we find relatively little evidence of evildoing on the part of Putin and his government to support them, or others of the same ilk. The standard media describes Russia’s entry into Crimea/Ukraine as an “invasion,” whereas the preponderance of the evidence gathered thus far seems to suggest nothing of the kind. Other evidence is conflicting, and still other evidence provides accounts of actions the U.S. has also engaged in with great frequency. If Putin and his minions are moral monsters, don’t we, too, have to suffer equally the wrath of the righteous?   This latter question goes far beyond a charge of hypocrisy. The U.S. has interfered in the democratic affairs of other sovereign nations dozens of times just since World War II, beginning early on in Greece and Italy, thence to other areas of Europe and extending to the middle East, Asia and Latin America, continuing to the plotting of the Ukrainian coup in 2014 (as the now-public telephone call from the State Department’s Victoria Nuland makes clear). Thus, absent a great deal more evidence, it is not any sense of Realpolitik but ideology that insists the Russians are not just more or less tawdry versions of ourselves when it comes to foreign policy. We must believe Putin and his minions are up to no good, as is obvious from considering what we would think if the DNC was really hacked by the Germans; wouldn’t the whole affair fade from our screens fairly quickly? (Think also of U.S. support for Boris Yeltsin). The importance of this Russophobia must be emphasized. It underlies much of our sclerotic foreign policy. How much of it is due simply to a residual anti-communism, how much to justifying an obscene defense budget, and/or how much to the financial drooling that must accompany contemplating the vast natural resources of the world’s largest land mass, we do not know and perhaps never will. Probably some of the Russophobes really did mean well by their words and deeds. But whatever the reasons, this ideology does not serve our country well, and should be abandoned in favor of a more productive background for our negotiating efforts, with more attention given to trust-building. No longer should we begin gathering, analyzing and evaluating Russian materials believing that they pose a major “threat to our democracy,” to quote Leahy again. Perhaps all of the charges raised against Putin by our establishment will turn out to be true, and we must therefore continue to take a hard line in our diplomacy. If so, so be it. But in the absence of such evidence, we might want to contemplate the advice of Henry Stimson, Secretary of War under Franklin Roosevelt during World War II. When writing his memoirs, he thought long and hard of how Roosevelt and Churchill had dealt with Stalin. Stimson had no illusions about the latter – claiming that he broke many of his promises made during the several summit negotiations – but also noted that Stalin had kept many of his promises, too, and following the recent horrors of the Nazi invasion had good reason to fear Western encroachment of any kind on or near the Motherland. In the end, Stimson went along with the two leaders and took a hard line on Stalin. But he later had regrets and the regrets remained, encapsulated in Stimson’s well-known quote qua folk wisdom: “The only way to make a man trustworthy is to trust him; and the surest way to make him untrustworthy is to distrust him and show your distrust.” And the first Cold War began. -- This feed and its contents are the property of The Huffington Post, and use is subject to our terms. It may be used for personal consumption, but may not be distributed on a website.

20 мая, 12:29

Американцы перевернули заявление Путина

Очень нехорошие события происходят у самых наших границ с Северной Кореей. Чем оборачивается вроде бы анекдот, на который "Вести в субботу" обратили внимание еще месяц назад?

20 мая, 12:29

Американцы перевернули заявление Путина

Очень нехорошие события происходят у самых наших границ с Северной Кореей. Чем оборачивается вроде бы анекдот, на который "Вести в субботу" обратили внимание еще месяц назад?

19 мая, 12:53

Миру покажут Трампа

Трамп покидает Белый дом и Америку – но не так, как это бы хотелось его противникам. Просто начинается первая зарубежная поездка нового президента. Он посетит шесть стран, но встретится при этом с руководителями почти 80 государств. Главным результатом визита станет то, что главы европейских и исламских стран познакомятся с Трампом, а сам президент выступит в роли миротворца и объединителя.

19 мая, 11:22

Политика: Миру покажут Трампа

Трамп покидает Белый дом и Америку – но не так, как это бы хотелось его противникам. Просто начинается первая зарубежная поездка нового президента. Он посетит шесть стран, но встретится при этом с руководителями почти 80 государств. Главным результатом визита станет то, что главы европейских и исламских стран познакомятся с Трампом, а сам президент выступит в роли миротворца и объединителя. Помощник Трампа по национальной безопасности уже назвал предстоящий визит шефа за границу историческим – и генерал Макмастер (который, кстати, не будет сопровождать президента) в этом случае ближе к истине, чем к штампам позднесоветских СМИ, приставлявших этот эпитет к разным визитам товарища Брежнева. Трампу действительно предстоит очень необычный визит – хотя у хозяев Белого дома вообще очень странные отношения с заграницей. Сейчас это сложно представить, но американские президенты стали выездными меньше века назад – при общей истории США почти в два с половиной века. С одной стороны, в XIX веке у них и выбора особого не было. К соседям не поедешь – на юге страна, у которой они отняли половину территории, а на севере колония той страны, от которой они сами еле завоевали независимость. Ну, а плыть в Европу – это долго. Да и не к кому – потому что там кругом были монархии (за исключением Франции), а с королями руководителям республики, видевшей себя продолжателем традиции республиканского Рима, общаться было еще опаснее, чем сейчас с Путиным. Да и сами монархи Старого Света не горели желанием познакомиться с масонами из Нового. Первым, кто все-таки решился отправиться с визитом за границу, был Вудро Вильсон – да и то лишь потому, что не ехать было нельзя: США стали фактически главным победителем в мировой войне, и нужно было обустраивать мир по собственным правилам. В январе 1919-го Вильсон прибыл в Париж на мирную конференцию, которая в итоге выработала столь несправедливые основы миропорядка, что фактически запрограммировала Вторую мировую. Президент США провел в Европе полгода, а вскоре после возвращения домой его разбил инсульт и Вильсон фактически утратил работоспособность. При этом и поездку Вильсона нельзя было назвать зарубежным визитом в конкретную страну – участие в международной конференции имеет мало общего с двусторонними отношениями. И пока не началась новая война, потребности уезжать за границу у американских президентов не возникало. Ну, если только в ближнее полуколониальное зарубежье, которое и заграницей-то не назовешь: так, президент Кулидж съездил на Кубу в 1928 году (точно так же, как Теодор Рузвельт стал первым президентом, впервые покинувшим территорию США, – в 1906-м он съездил в Панаму, формально независимое государство, которое американцы отделили от Колумбии за несколько лет до этого). Вторая мировая война заставила президента Франклина Рузвельта поездить по миру – не только в соседнюю Канаду, но и в Африку (Каир), Азию (Тегеран) и Европу (Ялта). Все эти поездки были на многосторонние конференции – с Черчиллем, Сталиным, Чан Кайши. Никаких двусторонних отношений. Так что, по сути, первым американским президентом, отправившимся за границу с обычным визитом, стал генерал Эйзенхауэр. Америка начала играть глобальную игру, да и сам генерал был нетипичным президентом – за время войны он и так уже «повидал» и Европу, и Азию. Эйзенхауэр, впрочем, не слишком часто практиковал двустороннюю дипломатию – но все-таки съездил в Лондон, то есть в бывшую метрополию, в Париж, в Дели. Объезжал он и «непотопляемые авианосцы» – Тайвань, Филиппины. А вот от поездки в Японию в 1960-м пришлось отказаться – слишком сильно было возмущение японцев новым договором о военном союзе (фактически продолжении оккупации), навязанным США. Как и от визита в СССР в том же году – поездка была отменена после уничтожения в нашем небе американского самолета-шпиона. Следующие президенты, Кеннеди и Джонсон, иногда покидали Штаты, но редко. По большому счету внешнеполитическая активность главы Белого дома приобрела регулярный и серьезный характер при Ричарде Никсоне, который посетил даже Пекин и Москву. Дальше все шло уже по накатанной – для семи последующих президентов поездки по миру стали естественной частью их работы. За полвека, прошедшие с Эйзенхауэра до Обамы, США стали сверхдержавой, а после 1991 года – и гегемоном. Внешние дела теперь значили больше, чем внутренние, – не для народа, а для президента. Сложилась даже некая традиция первых визитов после избрания – четыре последних президента сначала ездили к соседям, то есть канадцам (как правило) или мексиканцам (исключение). Для Трампа все эти традиции не имеют значения – он пришел менять правила. И поэтому он едет на Ближний Восток, то есть к мусульманам, которых пугали им всю предвыборную кампанию. Сейчас это уже подзабылось, но до «русских хакеров» главной темой в США было то, как же плохо, что Трамп такой исламофоб и мексиканоненавистник. С президентом Мексики Трамп переговорил сразу после избрания – а вот к мусульманам поедет с визитом. Его недельная поездка начинается с Саудовской Аравии, и хотя к Каабе, самому святому месту для мусульман, Трампа, естественно, не пустят, сам факт посещения королевства, возникшего вокруг Мекки и Медины, более чем показателен. Трамп хочет окончательно снять все возможности для спекуляции вокруг его личной исламофобии: «Я буду говорить с лидерами мусульманских стран, чтобы вызвать их на борьбу с радикальным исламским терроризмом и экстремизмом и подчеркнуть мирный характер их веры», – заявил президент США. Но не только визит в Саудовскую Аравию, но и вся поездка носит демонстративно символический характер. Как сказал помощник президента по национальной безопасности Макмастер, «ни один из президентов США еще не посещал священные места для иудеев, христиан и мусульман в ходе одной поездки». Действительно, 20–21 мая Трамп проведет в королевстве, потом поедет в Израиль, где посетит Иерусалим, и в Палестину, где приедет в Вифлеем. То есть 22–23 мая он будет и в храме Гроба Господня, и у Стены Плача, и у Аль-Аксы. 24-го Трампа ждет в Ватикане Папа Римский Франциск, а 25-го в Брюсселе для встречи с президентом США собираются саммиты НАТО и ЕС. Из столицы Евросоюза Трамп отправляется на Сицилию, где 26–27 мая в Таормине пройдет саммит «семерки», то есть к тем, кто уже провел с Трампом предыдущий день, присоединятся японский и канадский премьеры. И уже оттуда Трамп вернется в Штаты, если, конечно, у него не возникнет идея залететь по дороге домой еще куда-нибудь. Учитывая, что 21-го для встречи с Трампом в Эр-Рияде саудиты собирают Арабо-исламско-американский саммит, на котором будут представлены 55 стран (да, мусульманский мир простирается от Нигерии до Индонезии), а в Брюсселе Трампа ждут лидеры 27 стран НАТО и ЕС, вспомнив еще Нетаньяху, Аббаса, римского понтифика, добавив канадского и японского премьера, получается, что в течение одной недели перед глазами Трампа пройдут представители 87 государств – это немногим меньше половины существующих в мире стран. И большинство из них (уж точно не меньше 60, а то и 70) будут представлены на высшем уровне. То есть Трамп хотя бы коротко познакомится с третью глав государств всего мира. Это действительно необычно – еще не было прецедента, чтобы новый глава государства (у Трампа только прошли сто дней у власти) так быстро был «введен в свет». И это притом, что глобальные медиа, подконтрольные наднациональной, но западной в своей основе элите, создали Трампу репутацию едва ли не самого опасного человека в мире. Шок от избрания Трампа у той же европейской элиты был очень силен, латиноамериканских лидеров также трясло, а исламским странам рассказывали о том, что Трамп чуть ли не «враг ислама». И вот теперь все меняется – ради Трампа в Эр-Рияде собирают лидеров всех мусульманских стран мира, в Брюсселе европейцы будут конкурировать за внимание американского гостя – что, никто больше не боится страшного Трампа? Все проще – Трамп удержал власть и доказал, что он вовсе не сумасброд и не дилетант. И теперь весь мир понимает, что его намерение изменить отношения США с другими странами, систему альянсов и вообще место Америки в мире – это не пустые слова, а реальное намерение. Да, на пути к своей цели Трампу предстоит постоянно преодолевать сопротивление атлантических элит в самих США, но направление движения уже ясно. Как и манера Трампа вести дела – резко повышать ставки, оказывать давление на партнера-противника, но с целью договориться, прийти к соглашению, а не психологически или геополитически подавить. В нынешней поездке для России интересно то, как Трамп поведет себя с лидерами арабского мира и с европейцами. За последние годы Россия серьезно укрепила свое влияние на Ближнем Востоке, а Америка понесла очень сильные репутационные потери. Штатам не могут простить ни вторжения в Ирак, ни войны в Ливии, но еще больше им не могут простить предательства – Мубарака в Египте, идеи свержения Асада. Штатам не верят – причем уже и бывшие ближайшие союзники, такие как Израиль и Саудовская Аравия. И главное, что попытается сделать сейчас Трамп, – это вернуть доверие Ближнего Востока к американскому президенту. Одним из главных способов сделать это будет его попытка запустить снова процесс палестино-израильских переговоров. Но главное – он должен будет озвучить свое видение американской политики в регионе после ИГИЛ. То есть то, как США будут себя вести в регионе после того, как добьют «халифат», – вместе с Россией или же параллельно с ней. Сейчас популярна идея, что Трамп хочет поддержать идею арабского НАТО – чтобы сыграть на страхе части арабских стран перед Ираном. Как пишет Washington Post, в ходе визита в Эр-Рияд Трамп якобы представит свой план создания «арабского НАТО». Идея создания некой объединенной коалиции суннитских стран давно уже выдвигается саудитами – особенно активно они продвигали ее в ходе войны в Йемене (точнее было бы называть ее саудовско-йеменской войной). Но хотя саудитам и удалось привлечь к боевым действиям отдельных представителей стран Персидского залива, например летчиков из Объединенных Арабских Эмиратов, в целом никто из арабских стран не рвался воевать за саудовские интересы в Йемене. Даже в обмен на очень большие деньги. Так что идея создать «арабское НАТО» из Саудовской Аравии, ОАЭ, Египта, Иордании и других, конечно же, может быть озвучена – но практически неосуществима. Да и кто стал бы объединяющим врагом, стимулирующим создание такой организации? Иран – как этого хочет Израиль и некоторые силы в США? Или же Израиль – как этого тут же захотела бы арабская умма, которой сложно было бы объяснить, почему одни исламские страны объединяются для противостояния другой исламской стране, а не еврейскому государству. Для ближневосточных лидеров, привыкших в последние годы к постоянному общению с Путиным и к тому, что Россия стала самым активным внешним игроком в регионе, будет важно и то, как Трамп будет говорить о российском президенте. Будет ли он публично и в частных беседах говорить о необходимости сдерживания и вытеснения России из региона или, наоборот, призовет к совместным действиям как в сирийском, так и в палестино-израильском вопросах. Но еще больше отношение Трампа к Путину будет интересовать его собеседников на Сицилии – и что он скажет коллегам по «семерке». Хозяин встречи, итальянский премьер Джентилони, на днях специально приезжал в Сочи, чтобы на встрече озвучить позицию Путина по ряду важнейших международных тем. Да, Италия прямо выступает лоббистом России и самозваным посредником, потому что в Риме сильнее других хотят завершить навязанное атлантистами противостояние с Москвой. И понимая, что самостоятельно Италия (лишенная части суверенитета в пользу Евросоюза) сделать этого не может, пытаются разрулить ситуацию на уровне всего Запада. Приезд Трампа дает такую возможность – и как минимум два участника сицилийского саммита будут ждать от американского президента намека на предстоящее улучшение отношений с Россией. Кроме Италии это еще и Япония – причем Синтаро Абэ и так уже пошел на сближение с Москвой. Вообще этот саммит будет встречей новичков – солидный опыт таких встреч есть только у Меркель и Абэ, а для четверых (Трампа, Мэй, Джентилони и Макрона) это будет первый саммит в их карьере. Еще одна особенность есть у этой поездки – никогда еще проблема безопасности американского президента не имела такого значения, как в этот раз. И вопрос, вернется ли Трамп в Америку, сложно назвать паникерским. Теги:  саммит, Ближний Восток, внешняя политика США, встреча на высшем уровне, визит, Дональд Трамп

19 мая, 11:00

Conservative manifesto: post questions now and join our discussion

Guardian columnists joined readers to debate the Conservative manifesto and take your questions. Look back at the discussion below 1.37pm BST It’s been in interesting discussion – which continues below the line. Thank you for getting involved and setting the tone of the debate, we’ve enjoyed hearing from many of you and indeed putting your questions to our writers.We are hoping to run another similar debate this time next week on another theme from electionland: by then we’ll be just a dozen days from going to the polls ... hold on to your hats. You can let us know what sort of questions you’d like us to answer via our callout, here. Related: What election question would you like answered? 1.22pm BST Here’s a few points from dezilo (click the link to read the full comment):Love it or loathe it, this manifesto is at least an honest attempt (however imperfect) to puncture the sail of the erroneous belief by Corbyn, comrades and sympathisers that one is entitled to free giveaways by other individuals who are never acknowledged for their contribution to society. It is striking that the so-called "Brexit election" has so far contained very little actual debate about Brexit at all. There are many reasons for this: they include May's demand for a broad mandate not a detailed one, and Labour's fear of challenging on the issue for fear of being accused of remoaning. As a result, though, I increasingly think that the 2017 election can be seen as an election about the referendum rather than about Brexit terms. It's as though the election is necessary in order to bolt down the referendum vote within the parliamentary electoral system. Many pro-Europeans, like me, find this frustrating, but I think we ought to recognise that this is what is happening. The upside of all this, though, is that post-election politics will in fact be dominated by the Brexit terms - and the 2022 election (or perhaps even a 2020 or 2021 election) will be very fundamentally about the kind of relationship we want with the EU. If I am being optimistic, I think that one of the paradoxes of the Brexit vote is that Britain appears to be about to elect a Tory government that is strikingly Christian Democratic in outlook, on the European model. As we leave the EU, so we may in fact become more "European". If that's true - and I make no predictions at all - it could see the UK become a kind of EU fellow-traveller from outside the EU. This wouldn't be the worst of all outcomes for Britain. Continue reading...

19 мая, 08:00

Как связаны холокост и русофобия

После десятков лет задержек Организация Объединённых Наций наконец-то раскрыла архивы комиссии по военным преступлениям Второй Мировой войны, расследовавшей нацистский Холокост. Источником этих свидетельств о нацистских преступлениях были западные правительства, в том числе и правительства в изгнании во время войны, например бельгийское, польское и чехословацкое. Временной период охватывает 1943-1949 годы. Вашингтон и Лондон пытались воспрепятствовать раскрытию. […]

17 мая, 00:10

Инвесторы перестали бояться падения американских акций

Единственное, что мы должны бояться - это самого страха, как-то сказал президент США Франклин Рузвельт. Однако во время военного времени глава государства имел достаточно забот помимо индекса волатильности VIX.

16 мая, 06:33

How Bad Is Disclosing 'Code Word' Information?

If you’re known as someone who cannot keep a secret, the world’s secret-keepers are not going to tell you much.

16 мая, 06:33

How Bad Is Disclosing 'Code Word' Information?

If you’re known as someone who cannot keep a secret, the world’s secret-keepers are not going to tell you much.

16 мая, 00:17

Priming The GOP

President Donald Trump’s actions over the past couple weeks should be particularly alarming for all Americans, even for those who have steadfastly supported him.  His approval ratings are at an historic low for a president this early in their term.  Yet, for the most part, Congressional Republicans remain reticent, although pressure is building on them to show courage. In 1776, Thomas Jefferson warned, “Experience hath shewn, that even under the best forms, those entrusted with power have, in time, and by slow operations, perverted it into tyranny.”  Tyranny, the cruel, unreasonable, or arbitrary use of power or control, has been a growing characteristic of America’s 45th president, who wants to bring an end to the many investigations into Russia’s ties to the Trump campaign. The fact that Trump fired FBI Director James Comey, the man who was leading the FBI investigation, is chilling.  That the president would undercut his surrogates and admit flat out that the Comey firing was in part due to the Russian investigation is stunning and may be obstruction of justice.  Trump told NBC News’ Lester Holt last week, “I said to myself, I said, you know, this Russia thing with Trump and Russia is a made-up story; it’s an excuse by the Democrats for having lost an election that they should have won.”  Trump added that the investigation should have been “over with a long time ago,” and disingenuously continued, “I might even lengthen out the investigation, but I have to do the right thing for the American people.” The president took the trouble to note in his dismissal letter to Comey that the director told him, “on three separate occasions, that I am not under investigation.”  But according to those who know the director it is highly unlikely that Comey would give such assurances.  Of course, only an extreme egotist would invite the FBI director over for dinner and then ask if he is personally under investigation.   And only an extreme narcissist would ask Comey for his total loyalty before agreeing to keep him on at the FBI. The president regularly confuses ethical behavior with his personal interest, as if to say, “If it’s good for me, it’s ethical.”  He sees no boundaries when it comes to the FBI investigation.  He recognizes no lines when it comes to the many financial conflicts of interest he and his family have in the U.S. and around the world. Even so, Trump’s supporters still believe he will keep his campaign promises, that his obvious bluster is authenticity, that he truly cares about those left behind.   How’s that working now?  Obamacare is still the law, meaningful tax reform is boxed up behind health care legislation, the North American Free Trade Agreement is still in place, nothing has happened on infrastructure, the national debt continues to explode, job creation is modest, and American taxpayers will pay for whatever wall is ultimately built along the border with Mexico.  Meanwhile, North Korea is out of control, the Iran nuclear deal has not been altered, there is no “secret strategy” to defeat ISIS, the U.S. Embassy in Israel has not moved to Jerusalem, Trump now says China is not a currency manipulator, and Russians are taking advantage of the president in the Oval Office and in Syria. Thankfully many of Trump’s campaign promises have not come true.   His replacement for Obamacare would knock 20 million people out of coverage, and give an $800 billion tax break to the wealthy.  His “tax reform” plan would add trillions to the national debt, and his unconstitutional anti-Muslim travel bans have been blocked by the U.S. courts.   Last month Trump told Reuters, “This is more work than in my previous life.  I thought it would be easier.” Of course, Trump blames the the fake media for his failures and problems.  He has even proposed ending the daily White House briefings.  But even some leading Republicans think that’s a bad idea.   In 1776, Jefferson wrote on how to prevent tyranny, “It is believed that the most effectual means of preventing this would be, to illuminate, as far as practicable, the minds of the people at large.” Trump ridiculously claimed the other day that he came up with the term, “priming the pump.”  Apparently they don’t use that phrase at the Wharton School, even though President Franklin Roosevelt began using it in 1937 during the Great Depression.   But this is yet another example of how Trump makes it up as he goes.  And rumors of a massive White House staff shakeup once again highlights the fact that Trump will throw anyone under the bus for his own transgressions and shortcomings. Meanwhile, Congressional Republicans stand silently by as Democrats feel increased optimism about their chances in the 2018 midterm elections. -- This feed and its contents are the property of The Huffington Post, and use is subject to our terms. It may be used for personal consumption, but may not be distributed on a website.

15 мая, 20:29

Appeals court wrestles with Trump's revised travel ban order

Judges mull administration's request to revive directive blasted as 'Muslim ban.'

23 января, 11:26

Дмитрий Перетолчин. Фёдор Лисицын. "Неизвестная история. Новый курс Рузвельта"

Дмитрий Перетолчин и Фёдор Лисицын о фигуре одного из архитекторов того мира, в котором мы сейчас живём, Франклина Делано Рузвельта. Как именно изменились Соединённые Штаты во время правления Рузвельта, правдивы ли мифы, которые о нём существуют, какие неизвестные страницы американской истории раскрываются при пристальном взгляде на 32-го президента США. #ДеньТВ #Перетолчин #Рузвельт #США #тайны #загадки #история #мифы #мировоеправительство #экономика #новыйкурс #Трамп #Сталин #великаядепрессия #обществопотребления

03 февраля 2016, 17:23

Нацистские связи семьи Буш

Прескотт Буш, дед Джорджа Буша младшего, и Джордж Герберт Уолкер, его прадед, в честь которого был назван его отец, сотрудничали с нацистами, и которых должны были судить за государственную измену. Прескотт Буш – дед Джорджа Буша младшего и отец Джорджа Буша старшего. Джордж Буш старший или Джордж Герберт Уолкер Буш получил имя своего деда Джорджа Герберта Уолкера.

25 ноября 2015, 20:25

Как США выходили из Великой депрессии.

Рыночные условия.Как США выходили из Великой депрессииВеликая депрессия остается классическим примером финансового кризиса рыночной экономики. Изучение методов выхода из неё, которые были применены разными странами, может оказаться полезным для проверки моделей кризиса на соответствие реальности. Модель финансового кризиса в виде роста денежного пузыря должна быть проверена на основе анализа имеющихся исторических материалов, показывающих, как развивались предыдущие кризисы и какие меры оказались успешными в их преодолении. Наиболее интересным является опыт ведущих экономик мира. В данной статье речь пойдет о США.ГУВЕР Распространённая легенда, будто администрация Гувера в условиях кризиса бездействовала, весьма далека от реальности. Президент Гувер не стал уповать на саморегулирование экономики и решил смягчить удары кризиса с помощью активного государственного вмешательства. Он развил бурную деятельность". Уже в ноябре 1929 года был обнародован президентский план «Направить мощь государства на спасение экономики». Предполагалась активная государственная поддержка банковской системы, промышленности и сельского хозяйства. Только Сельскохозяйственной сбытовой ассоциации, созданной в 1929-м, было выделено 600 миллионов долларов кредитов. Правительство Г. Гувера пыталось ослабить действие кризиса путем оказания финансовой помощи банкирам и промышленникам, чтобы спасти их от банкротства. Была создана «Реконструктивная финансовая корпорация», которая, кредитуя кампании, истратила миллиарды долларов, спасая от неминуемого банкротства неплатежеспособные банки, предприятия, железные дороги и фермерские хозяйства. Скачок государственных расходов при Гувере был самым большим за всю американскую историю в мирное время. 9 марта 1931 г. был принят чрезвычайный закон о банках, главным положение которого было предоставление Федерально-резервной системой США (аналог Центрального банка) займов частным банкам. Одновременно были предприняты меры по предотвращению массового изъятия вкладов из банков. Установлен запрет на экспорт золота. Проведены банковские каникулы, т.е. почти все банки были закрыты для проведения финансовой проверки (не путайте эти каникулы с банковскими каникулами Рузвельта, см. ниже). После нее к концу марта 80% банков было открыто, а 20% ликвидировано. Но это помогло мало. В последний год своего президентства Гувер отчаянно пытался реализовать другие планы по оздоровлению банковской системы. Однако не получилось, так как для принятия решения в Конгрессе было необходимо заручиться поддержкой демократического большинства. Вторым пунктом была справедливая социальная политика. Осенью 1929 года президент провел ряд встреч с крупными промышленниками и заставил их торжественно пообещать не снижать заработную плату своим работникам. Обещание честно выполнялось до лета 1931-го. В 1930-м было предпринято снижение налогов: налоги семейного американца с доходом в 4000 долларов упали на 2/3. Всячески поощрялась гуманитарная деятельность муниципальных структур и частная благотворительность. Наконец, были организованы масштабные общественные работы по строительству инфраструктурных объектов. Уже весной 1930-го на общественные работы было выделено 750 миллионов долларов — баснословная сумма. Повсеместно возводились новые административные здания. За четыре года президентства Гувера в США затеяли больше крупных строек, чем за предыдущие 30 лет. Именно при Гувере началось строительство моста «Золотые ворота» в Сан-Франциско и гигантской плотины на реке Колорадо. А теперь сравните с планом Обамы. Очень похоже. Не правда ли? Тщетно пыталось изъять с рынка излишки сельскохозяйственной продукции образованное правительством «Федеральное фермерское бюро», оказавшее практически помощь лишь крупным фермерам. Следующим элементом плана была защита национального производителя. В 1930 году был принят закон Смута-Холи о таможенных тарифах, внесенный однопартийцами президента сенаторами Смутом и Хоули и вводивший высокие таможенные пошлины на импортные товары. Новые таможенные пошлины, одобренные Гувером, были рекордно высокими, а круг охватываемых товаров — рекордно широким. В итоге объем импорта сократился в несколько раз. Между тем, сейчас этот закон, считают одним из факторов, подстегнувших наступление Великой депрессии. Высокий таможенный тариф способствовал резкому сокращению ввоза в США товаров из-за границы. Это в свою очередь снизило и без того неважную покупательную способность населения, а также вынудило другие страны применить контрмеры, навредившие американским экспортерам – иностранцы в ответ ввели тарифы против США. Все это привело к сокращению международной торговли. В результате все экономики проиграли и ещё больше усугубили кризис. Потом, как обычно, все свои внутренние беды в массовом сознании американцы свалили на происки иностранцев. Именно поэтому главным решением двадцатки в ноябре 2008 года был мораторий на протекционистские меры в течение года. По мере развития Великой депрессии в наиболее пострадавших странах стали принимать меры по недопущению Великой депрессии в будущем, поняли опасность зависимости от США. Поэтому там установили контроль за иностранным капиталом, возник государственный сектор экономики и кое-где было ограничено господство латифундистов, особенно в Бразилии, Чили, Мексике… В Мексике реформы были настолько глубоки, что были национализированы железные дороги, нефтяная промышленность. Лишь в середине 30-х годов после вступления в силу Закона о соглашениях о взаимной торговле, существенно снизившем таможенные пошлины, международная торговля начала восстанавливаться, оказывая позитивное влияние на мировую экономику.К чему же привели героические попытки мистера Гувера уменьшить масштабы кризиса? Несмотря на принятые меры, началась дефляция — общее снижение индекса цен за 1929-1932 г. составило 25%. Хотя учетная ставка последовательно снижалась с 6% в октябре 1929 г. до 1,5% в сентябре 1931 г. В 1932 году депрессия достигла апогея: 12 миллионов безработных, двукратное сокращение промышленного производства, тысячи разорившихся компаний и лопнувших банков… Компании и банки, которые президент пытался спасти с помощью государственных вливаний, вылетали в трубу после мучительной агонии. Удержать зарплаты на прежнем уровне не удалось. Беспрецедентный рост государственных расходов вынудил администрацию Гувера резко повысить налоги. Своими действиями Гувер лишь отсрочил падение американской экономики на самое дно. Герберт Гувер с треском проиграл выборы 1932 года: он был самым ненавистным человеком в стране, его имя ассоциировалось с кризисом и нищетой, на встречах с избирателями действующего президента забрасывали гнилыми овощами. В результате президентских выборов 1932 года хозяином Белого Дома стал Франклин Делано Рузвельт.ШАГИ РУЗВЕЛЬТА. БАНКОВСКАЯ РЕФОРМА Популярные аналогии между экономическим кризисом-2008 и Великой депрессией заставляют повторять имя Рузвельта. Его рецепты активно вспоминают и рекомендуют властям для спасения отечественной экономики. Между тем Рузвельту повезло: он пришел в Белый дом, когда низшая точка кризиса осталась позади. Причем, придя к власти, Рузвельт не знал, что делать. Первое время своего президентства Рузвельт атаковал менял (банкиров) как виновников депрессии. Хотите — верьте, хотите — нет, но вот слова, сказанные им 4 марта 1933 года в обращении к народу по поводу инаугурации: «Нечистоплотные действия менял заклеймены судом общественного мнения, они противны сердцу и разуму народа… Менялы подлежат смещению с пьедестала, который занимают в храме нашей цивилизации». Но далее Рузвельт действовал решительнее и тоньше. Так в качестве первого шага к преодолению Великой депрессии он сказал: «Давайте перестанем врать друг другу». Как только Рузвельт занял свой пост, были срочно предприняты чрезвычайные меры по выводу банковской системы из кризиса. 6 марта 1933 года, всего через два дня после инаугурационной речи Рузвельта, были объявлены недельные «банковские каникулы». Указом президента были закрыты ВСЕ банки США и взяты под контроль полиции с тем, чтобы провести проверку их деятельности и исключить малейшие намеки на махинации. Далее с целью «очистки» банковской системы была проведена тотальная ревизия всех банков. Разорившиеся банки попали под внешнее управление. Устойчивые банки получили право на дальнейшую работу.11 марта президент выступил сначала перед прессой, 12 марта — уже по радио, объясняя ситуацию и меры правительства по выходу из кризиса. Постепенно паника пошла на убыль, 15 марта открылись примерно 30% всех банков. В результате этих мер произошло укрупнение банковской системы, поскольку большинство банков, признанных «здоровыми», были крупными. Был резко усилен контроль Федерального Резерва над денежным обращением, увеличен контроль за выдачей кредитов, за созданием кредитных денег. Были приняты два важнейших закона, регулирующих банковскую сферу — 21 июня 1933 г. — Закон Гласса-Стигалла, а в 1935 г. — Закон Флетчера-Стигалла. Именно тогда была создана современная финансовая система США. Изменения в её характер работы стали делать только после недавней серии скандалов (Enron, WorldCom, Артур Андерсен и т.п.) Закон Гласса-Стигалла запрещал коммерческим банкам работать с ценными бумагами, это право получали специализированные финансовые организации — тем самым были снижены риски, которым подвергались средства вкладчиков банка. Были разъединены инвестиционные и коммерческие банки. Банкам, которые принимали депозиты, было запрещено вкладывать деньги в ценные бумаги, предприятия, пускаться в рисковые операции со средствами клиентов. С целью пресечения привлечения средств по повышенным ставкам, характерных для проведения высокорискованных операций, был введен запрет на выплату процентов по текущим счетам, проценты по депозитным счетам стали регулироваться Федеральным Резервом. Был принят закон о страховании депозитов и создана Федеральная корпорация страхования депозитов — банки отчисляли взносы в страховой фонд, в случае банкротства корпорация санирует банк и выплачивает вклады в пределах установленного законом лимита на вклад в одном банке. Именно эта мера во многом позволила в итоге стабилизировать ситуацию с «бегством вкладчиков». Была создана Федеральная корпорация, которая страховала вклады клиентов коммерческих банков. Президент США получил право назначать членов Совета Управляющих Федерального Резерва. Совет устанавливал не только нормы резервов для банков-членов Федерального Резерва, но и учетную ставку для федерально-резервных банков. Он полностью контролировал иностранные операции федерально-резервных банков, а также операции на открытом рынке. Одновременно был усилен контроль над биржей и рынком ценных бумаг.1. Устанавливался контроль над выпуском акций и других долговых обязательств фирм в ценных бумагах. Директора компаний-эмитентов несли персональную ответственность за выпуск ценных бумаг.2. Приняты нормативные акты, которые ограничивали использование банковских кредитов в биржевых операциях.3. Вводилась ежегодная публичная отчетность корпораций, зарегистрированных на бирже.4. Были ужесточены условия включения компаний в биржевые списки, установлены пределы колебаний котировок на торгах. Для организации контроля над рынком ценных бумаг была создана Комиссия по ценным бумагам и биржам . Все эти меры привели к усилению контроля Федеральной Резервной Системой (аналог ЦБ) над частными банками и денежным обращением. Только после этого Федеральный Резерв начал «развязывать кошелек» и подпитывать голодающий американский народ новыми деньгами.ОТМЕНА ЗОЛОТОЙ ПРИВЯЗКИ Во время Великой депрессии в США рушилось всё, кроме курса доллара — доллар стоял как стена, так как он был привязан к золоту. Федеральный Резерв продолжал упрямо сокращать денежную массу, еще более усугубляя депрессию. Вследствие чего между 1929 г. и 1933 г. объем денег в обращении сократился на 33%. Если учесть, что производство тоже сократилось, то нехватка денег стала угрожающей. В день своей инаугурации 5 марта 1933 года вновь избранный президент Рузвельт объявил о почти двукратном снижении курса доллара по отношению к золоту — или, что-то же самое, об удорожании золота в долларовом выражении. «Одновременно с золотым „ограблением века“ были объявлены недельные банковские каникулы (то есть попросту принудительные выходные в финансовых учреждениях), из-за которых ни один частный вкладчик не мог в экстренном порядке извлечь свои враз обесценившиеся сбережения». До этого момента цена золота в долларах была жестко зафиксирована, и правительство не имело права ее менять. Рузвельт не только сделал банковский выходной — отдал распоряжение о временном прекращении работы банков и запрещении дальнейшего выпуска вспомогательной валюты, но и убеждал общественность расстаться со своим золотом, говоря, что «консолидация ресурсов страны необходима, чтобы вывести Америку из депрессии». Президентским декретом население обязывалось сдавать все имевшиеся у него золотые слитки и монеты государству — причем по старой, гораздо более низкой цене золота. Население заставили сдать все золотые украшения. Разрешалось оставить только по две золотые монеты. Вопреки расхожим представлениям, первой реальной мерой президента Рузвельта был банальный дефолт. Механизм прост [8]: допустим, вы англичанин и у вас был 1 млн. фунтов стерлингов, которые вы обменяли на доллары по курсу 2 доллара за фунт. Полученные 2 млн. долларов вы вложили в американские облигации и через год получили их обратно вместе с небольшим доходом. Допустим, этот доход составил 100 тыс. долларов — таким образом, всего у вас теперь 2.1 млн. долларов. Но за это время американское правительство провело полуторакратную девальвацию своей валюты, так что теперь за 1 фунт дают уже не 2, а 3 доллара. В результате ваши 2.1 млн. долларов превращаются всего лишь в 0.7 млн. фунтов, в то время как изначально вы имели 1 млн., так что итогом всех ваших операций становится убыток в размере 30%. Тем, кто сдал свое золото, выплачивалась фиксированная цена в $20,66 за унцию. Эта конфискационная мера была столь непопулярна, что никто в правительстве не взял на себя смелость признаться в авторстве. Интересно, но на церемонии подписания постановления Рузвельт недвусмысленно объяснил всем присутствующим, что автором документа является не он и он его даже не читал. Даже Секретарь Казначейства заявил, что не был ознакомлен с документом, лишь добавив — «…это то, на чем настаивали эксперты». После банковского выходного частное владение золотыми слитками и монетами, за исключением коллекционных, было объявлено незаконным. Большая часть золота, находившаяся в то время в руках средних американцев, была в форме золотых монет. Новый закон на самом деле означал не что иное, как конфискацию. Нарушителям грозило 10-летнее тюремное заключение и штраф $10.000, эквивалент $100.000 сегодня. Некоторые люди не верили в указание Рузвельта. А многие разрывались между желанием сохранить заработанное тяжким трудом и лояльностью к правительству. В 1935 году, как только золото было собрано, официальную цену золота резко повысили до $35 за унцию. Эта цена сохранилась до 1971 г., когда был запрещен свободный обмен золота на доллары. Однако по новой, более высокой цене, продавать золото имели право только иностранцы. Менялы же, заранее получившие предупреждение о грядущем кризисе от Уорберга, скупившие золото по цене $20,66 за унцию, а затем вывезшие его в Лондон, имели возможность вернуть его обратно и продать американскому правительству по цене $35 за унцию, получив при этом почти 100% доход, в то время как среднестатистический американец голодал. С большой помпой было объявлено о строительстве национального хранилища золота Форт-Нокс, что в штате Кентукки. К 1936 году строительство нового национального хранилища в Форт-Ноксе было завершено и в январе 1937 года туда начало поступать золото. Спустя 4 года все отобранное государством золото было туда торжественно свезено. Когда 13 января 1937 года золото начало сюда поступать, были приняты беспрецедентные меры безопасности. Тысячи официально приглашенных лиц наблюдали за прибытием поезда из 9 вагонов из Филадельфии в сопровождении вооруженных солдат, почтовых инспекторов, секретных агентов и охранников с американского монетного двора. Все выглядело как огромная театральная постановка — собранное со всей Америки золото сосредотачивалось в одном месте, предположительно для пользы общества. Итак, первым делом были приняты меры к уменьшению цены денег и увеличению доверия к деньгам. Затем Рузвельт отнял у населения золото, чтобы не мешать государству самому решать, сколько выпускать денег. Второй важной мерой стало увеличение денег в обороте через государственные структуры. Деньги же, утраченные во время депрессии большинством американцев, не просто потерялись. Они перетекли в руки тех, кто заранее знал о биржевом крахе и вложил свои деньги в золото перед самой депрессией. Золото же всегда было самым надежным способом сбережения средств.УЖЕСТОЧЕНИЕ ПРАВИЛ ИГРЫ В ЭКОНОМИКЕ 16 июня 1933 г. Конгресс принял Закон НИРА о реконструкции национальной промышленности, который устанавливал государственную помощь индустрии и государственный контроль за честностью взаимоотношений в бизнесе. В условиях отмены анти-трестового законодательства бизнес получил возможность саморегулироваться, а профсоюзы право на коллективную защиту. Главной целью было прекращение конкуренции за счет рабочих, отсюда повышение покупательной способности населения и все это способствовало выходу из кризиса. Всем ассоциациям предпринимателей предписывалось вырабатывать кодексы «честной конкуренции», определявшие условия, объем производства, минимальный уровень цен. Кодекс должен был разрабатываться торговыми группами, а если их нет, то вводился без особых оговорок сверху. — право рабочих на организацию; — запрет дискриминации при найме на работу членов профсоюзов; — минимальный уровень зарплаты; — максимальная продолжительность рабочего дня; — фиксация цен; — продавать продукцию по ценам, ниже минимально установленных, нельзя.Во 2-ом и 3-ем разделах речь шла об оказании помощи нуждающимся, о создании организации общественных работ (финансируемых за счет налогоплательщиков) [4].РЕФОРМЫ СЕЛЬСКОГО ХОЗЯЙСТВА В области сельского хозяйства «новый курс» состоял в попытках остановить процесс разорения фермеров, и поднять цены на сельскохозяйственную продукцию путем сокращения производства и уменьшения посевных площадей, за что фермерам выплачивались премии. 12 мая 1933 г. был принят парадоксальный закон «О регулировании сельского хозяйства», устанавливающий субсидии за сокращение производства продукции аграрного сектора. Поскольку рынок сельскохозяйственной продукции, на который работали фермеры США, вдруг оказался для них закрытым благодаря принятым многими странами протекционистским мерам, пришлось принимать меры по сокращению поголовья скота и посевных площадей, чтобы повысить цены до уровня, при котором хотя бы окупались затраты. Фермерам предоставлялась компенсация за каждый незасеянный гектар и средства брались из налогов на компании и из 30% налога на муку и хлопчато–бумажную пряжу. До этого цены были очень низкими. 10 млн. акров под хлопок, 1/4 посевных площадей зерновых уничтожено, 6 млн. свиней ушло под нож. Сама природа способствовала успеху в борьбе с понижением цен, т.к. в 1936г. в США была жесточайшая засуха, песчаные бури, что привело к снижению урожая и повышению цен на сельскохозяйственную продукцию. Также были приняты меры по консолидации фермерской задолженности, фермерам предоставлялись кредиты и скоро прекратилась массовая продажа ферм с аукционов. Таким образом, к 1936 г. доходы фермеров были вполне нормальными, но 10% фермеров за эти смутные годы разорилось. Аграрная политика Ф. Рузвельта была на руку крупным фермам, которые могли сравнительно безболезненно сократить часть своих посевных площадей. Эти фермы, пользуясь правительственными субсидиями, в большом количестве приобретали сельскохозяйственные машины и химические удобрения, что повышало производительность труда и урожайность, и, несмотря на снижение посевных площадей, позволяло сохранить размеры производства на прежнем уровне. Благодаря этому процесс концентрации земельной собственности усилился, о чем свидетельствовало сосредоточение к 1940 г. в руках 1,6% общего числа ферм 34 % сельскохозяйственных площадей. В то же время 38% ферм использовало менее 5 % этих площадей, и эту группу ферм правительственная помощь, как правило, обходила.РЕФОРМЫ В СОЦИАЛЬНОЙ СФЕРЕ «Новый курс» предусматривал также ряд социальных мероприятий, направленных, прежде всего на сокращение безработицы. Была принята программа общественных работ (строительство автострад, аэродромов, мостов и т.д.) с привлечением безработных. Была введена система выдачи минимальных пособий бедствующим безработным. В марте 1933 г. на базе Закона НИРА был создан Гражданский корпус сохранения ресурсов. Задачей было направление безработной молодежи в лесные регионы для сохранения ресурсов. К лету для этой цели были созданы спецлагеря, где побывало 250 тыс. молодых людей (от 18 до 25 лет), которым предоставлялась бесплатная еда, жилье, форменная одежда и зарплата в 1 доллар в день. Руководили ими офицеры из резерва Вооруженных Сил. Работами по сохранению ресурсов являлись: строительство автомагистралей, очистка лесов, создание лесонасаждений, благоустройство парков, т.е. общественно-полезные работы. В январе 1934 г. на них было занято 5 млн. человек, а пособия получали 20 млн. человек. В мае 1933 г. был принят Закон о федеральной чрезвычайной административной помощи. По нему штатам предоставлялись средства для оказания помощи нуждающимся. Был принят закон о социальной обеспеченности, по которому создавались пенсионные фонды, выплачивались пособия по безработице. Государство признало права профсоюзов. К 1936 г. Кодексами честности, разработанными на основе Закона НИРА, охвачено 99% промышленных компаний и хотя консервативно настроенный Верховный суд, блюдя «священные принципы» отменяет NIRA, как антиконституционный акт, — но кодексы де-факто сохраняются: игра по правилам предпочтительнее. В 1935 г. был принят закон Вагнера-Коннэри «О трудовых отношениях», который провозглашал необходимость коллективной защиты трудящихся через профсоюзы, запрещал преследование рабочих за создание профсоюзов и участие в стачках и подтверждал право рабочих заключать с предпринимателями коллективные договора. Закон запрещал дискриминацию членов профсоюзов. Однако для урегулирования споров между рабочими и предпринимателями вводился принудительный арбитраж. Устанавливалось обязательное заключение коллективного договора. Была создана комиссия по борьбе с дискриминацией при найме на работу.В 1937 г. был принят Закон о справедливых условиях труда, согласно которому — запрещалось использование детского труда; — устанавливался минимум З./п. (25 центов в час, а в течение 6-ти лет был доведен до 40 центов в час); — устанавливалась максимальная продолжительность рабочей недели (44 часа, а затем в течение 2-х лет до 40 часов);Рузвельт также пытался реформировать Верховный Суд, опасаясь, что он отменит законы Вагнера и социального обеспечения. И хотя реформа суда не удалась, но и законы остались, так как Верховный Суд не стал их отменять. Для борьбы с безработицей американское правительство организовало общественные работы, затратив в 1933-1939 годах на их финансирование более 12 млрд. долларов. Рабочие строили дороги и мосты, которые работают до сих пор. И эта работа давала им возможность не умереть с голоду. Для сокращения молодёжной безработицы в 1933 году власти создали также полувоенную организацию Cи-Си-Си: Civilian Conservation Corps. Через трудовые лагеря ССС, размещённые по всей стране, за десятилетие прошло около двух миллионов молодых людей в возрасте от 18 до 25 лет, которые трудились там на общественных работах за 30 долларов в месяц. В 1938 г. Рузвельт объявил о начале осуществления плана «Подкачки насоса». Суть его состояла в том, что спрос должен был повыситься с помощью гос. инъекций в экономику (строительство жилья, автомагистралей и т.д.). Было увеличено количество людей, получающих пособия. Во время Великой депрессии в США для расшивки нехватки денег и недопущения их оттока в виртуальные пузыри использовались псевдо-деньги, а также сегментация денежного рынка. Так, существовали деревянные деньги в Тенино, штат Вашингтон, картонные деньги в Рэймонде, штат Вашингтон, обеспеченные кукурузой деньги в Клиар Лейк, штат Айова. Были выпущены купоны, которые обменивались на товары и услуги там, где не хватало федеральных долларов. Купонами платили учителям в Вилдвордебе штат Нью-Джерси, зарплаты в Филадельфии и многих других штатах. Купоны выпускали правительства штатов школьные округа, торговцы, ассоциации предпринимателей, различные агентства и даже частные лица. Издатель газеты «Springfield Union» в штате Массачусетс Сэмюель Боулз рассказал историю эмиссии купонов его газетой. Во время банковского кризиса 30-х годов она платила сотрудникам купонами. Их можно было потратить в магазинах, дававших объявления в газете, а магазины затем расплачивались купонами за рекламу в этой газете, замыкая круг. Как видим, никаких правительственных долларов не понадобилось. Купон был так популярен, что клиенты стали просить выдавать им сдачу купонами: они знали издателя и больше верили в его деньги, чем в федеральные доллары". Итак, были приняты все меры, чтобы успокоить население реформами в социальной сфере и не допустить в дальнейшем паники. Были точно определены границы уступок трудящимся (представители профсоюзов не входили в правительство). Хотя и возникло недовольство крупных бизнесменов, но оно было устранено. РЕЗУЛЬТАТ Все эти меры оказались весьма эффективными. За несколько месяцев 1933 г. объем промышленного производства возрос на 70%, а к июлю этого года он равнялся 90% от уровня 1928 г. Но развитие было очень медленным — после 1929-33 гг. снова небольшая депрессия на 2-3 года, и лишь затем подъем и в 1937 г. — снова кризис. Можно выделить следующие способы борьбы с кризисом. Это, прежде всего общественные работы, через которые деньги доставлялись непосредственно потребителям. Далее получив деньги, работники шли на рынок продовольствия и запускали спрос там. Сельское хозяйство, потребляя машины, запускало спрос в промышленности. Но этот путь оказался ограниченным. Экономическая политика Ф. Рузвельта не смогла спасти страну от очередного экономического кризиса, наступившего в 1937 г. и вновь поразившего экономику США сильнее других стран. За два года уровень промышленного производства в США упал на 21 %. Кризис 1937-1938 гг. вновь отбросил американскую экономику на полтора десятка лет назад. Объем промышленного производства в целом по капиталистическим странам упал на 11% (в США на 21%). Наиболее пострадавшими оказались выплавка стали (в США на 21%), судостроение (на 40%), в новых отраслях также отмечалось падение производства (в отличие от 1929-33 гг., когда авиапромышленность, радиопромышленность понесли незначительные потери). В 1937 г. производство автомобилей в США упало на 40%. Развития этот кризис не получил, т.к. был прерван подготовкой к войне. В целом, восстановление американской экономики заняло около 20 лет — окончательно США встали на ноги и вышли из депрессии только в 50-е годы. Помог американской экономике принятый 11 марта 1941 года закон о ленд-лизе, в рамках которого США впоследствии смогли осуществить колоссальные по объёмам поставки вооружений и военных материалов Британии, России, Китаю, Бразилии и многим другим странам. За один 1944 год национальный доход США составил $183 млрд., из которых $103 млрд. было потрачено на войну. Это в 30 раз превосходило темпы расходов, достигнутые во время Первой Мировой. На самом деле американский налогоплательщик оплатил 55% всех расходов Второй Мировой войны. Но, что не менее важно, практически каждая страна, вовлеченная в эту войну, многократно увеличила свой долг. Например, в США долг федерального правительства вырос с $43 млрд. в 1940 г. до $257 млрд. в 1950 г. — увеличение на 598%. За тот же период долг Японии увеличился на 1348%, Франции — на 583%, Канады — на 417%. Итак, последовательная, но интуитивно выработанная программа Рузвельта дала результат, но ничего нового в этой программе не было. Она была, по сути, продолжением реформ Гувера. Фактически рузвельтовский «Новый курс» был продолжением антикризисных мероприятий Гувера. К тому же Рузвельт был долгожданным новым лидером, обладал харизмой и умел вселять в людей оптимизм. Высокий авторитет Рузвельта позволил все эти реформы успешно осуществить. Американцы поверили Рузвельту и стойко переносили затяжной и болезненный процесс выздоровления экономики. Так Рузвельту досталась репутация спасителя Америки" . Нынешний мир и американское общество многому научились и сильно изменились за прошедшие десятилетия. Впрочем, как выразился бывший Госсекретарь США Генри Киссинджер, «человечество не повторяет своих старых ошибок, но постоянно делает новые» .

20 апреля 2015, 22:42

Франклин Рузвельт и золото. 1933

Некоторые фотографии прошлого цепляют нас за живое. Одни из них вызывают кучу ассоциаций, другие - желание "поговорить об этом". Сегодня меня впечатлило фото, на котором изображён Франклин Рузвельт в окружении золотых слитков. Вот оно: Видите, с какой любовью 32-й президент США смотрит на золото? Между тем, отношения у него с золотым запасом своего государства были сложные. Ни для кого ни секрет, что американский доллар начал свою дорогу по миру с 1914 года, когда началась Первая Мировая Война. Именно в то время появились долларовые зоны в Латинской Америке и Северной.Тогда доллар был подкреплён золотом. Существовало правило "золотого стандарта". К 1933 году США успели пережить серьёзный кризис и даже начали выходить из него, но экономика всё-равно была шаткая. Франклин Рузвельт решился на рискованный в то время шаг - отменил правило "золотого стандарта" и пустил доллар в свободное плавание. Через несколько месяцев он осознал, что свободное плавание доллара - дело хорошее, но для экономики проблемное. Тогда в январе 1934 года он решил немножко подправить экономический курс и ратифицировал "золотой резервный акт", в котором фиксировалось соотношение доллара к золоту. Тройская унция стала стоить 35 долларов.