• Теги
    • избранные теги
    • Разное1378
      • Показать ещё
      Люди1060
      • Показать ещё
      Страны / Регионы1539
      • Показать ещё
      Компании375
      • Показать ещё
      Формат123
      Международные организации169
      • Показать ещё
      Издания113
      • Показать ещё
      Показатели91
      • Показать ещё
      Сферы9
      • Показать ещё
26 мая, 00:00

Дональд Трамп и Джаред Кушнер у папы римского

Встреча президента Трампа с папой римским носила символический характер. И хотя длилась встреча всего 30 минут, она должна была подтвердить единство стратегических целей Вашингтона и Ватикана, их согласие в ключевых вопросах мировой политики. Если в строящемся новом мировом порядке Вашингтон «отвечает» за финансово-экономическую и военно-политическую глобализацию, то Ватикан выполняет духовную миссию – не только даёт...

25 мая, 18:07

Текст: Европе нужна модель управления многообразием ( Федор Лукьянов )

Великобритания - страна с мощными спецслужбами и богатыми традициями противостояния разного рода экстремистам. Однако и здесь бессильны гарантировать гражданам защиту от террористических нападений. Так же как и в Бельгии, Франции или Германии. И обвинять одни только "органы" несправедливо - источник зла находится внутри обществ, которые структурно не готовы к мировым условиям XXI века. Стирание границ и открытость как главный (по крайней мере - провозглашаемый) принцип организации жизни не выдерживают столкновения с реальностью. Следовательно, неизбежны коррективы, которые, собственно, уже и начались. Но принесут ли они результат? Не стоит упрощать картину и сваливать все на глобализацию, как это делают приверженцы протестных партий и движений. И сама глобализация - пл...

25 мая, 08:49

Counter Punch: Путин не должен нравиться Штатам – он должен нравиться русским

У Штатов получилось убить Советский Союз, пишет журналист, и каждому гражданину некогда великой страны, которая на равных общалась с США, был дан выбор: «помереть с голоду или сдохнуть молодым».  Безусловно, когда так свежи в памяти воспоминания о страшных девяностых, россияне будут выбирать такого лидера как Владимир Путин – сильного и независимого. Его действия, его слова и поступки, объясняет Пол Стрит, и не должны нравиться Вашингтону – они должны нравиться гражданам России, которая, наконец, спустя 26 лет возвращает былые позиции на мировой арене.  Ни один русский в здравом уме не станет голосовать за ставленника Запада - уверен журналист.

Выбор редакции
25 мая, 06:51

Добровольная резервация Украины: языковой аспект

Как бы люди ни относились к глобализации, процесс этот объективен и, похоже, необратим. Развитие коммуникационных технологий, международное разделение труда, научные и технологические связи выводят на первый план важность языкового вопроса. Украине и в этом плане повезло. Практически все население страны владеет одним из международных языков - русским. Хотя он и не является наиболее распространенным, но дает огромное конкурентное преимущество Украине.

24 мая, 21:35

Важнейшие события чаще всего решаются втайне и не фиксируются документально

А.Фурсов пишет о тенденциях, которые открыл Мангейм («Идеологии и утопии») и вместе со словом "парадигма") Райта Миллс, но все они не влезут в одну заметку,поэтому сначала фрагмент из эссе А.Фурсова в книге De secreto:"...профессиональная аналитика не хуже, а нередко лучше и точнее социально-исторической науки.как говорил непопулярный сегодня Ленин, тот, кто берётся за решение частных вопросов без предварительного решения вопросов общих, будет на каждом шагу натыкаться в решении частных вопросов на эти нерешённые общие.К сожалению, официальная наука, та, которую называют «conventional science» или «conventional scholarship», мало занимается острыми вопросами, делая вид, что официальные схемы и интерпретации в главном бесспорны, а дискутировать можно только по поводу деталей, мелких частностей. Причины очевидны. Во-первых, сама наука в её нынешнем состоянии и её организационных формах — структура довольно ригидная и иерархическая; пересмотр, тем более кардинальный, схем, которые подаются в качестве незыблемых и в подтверждение которых написаны тонны диссертаций, обесценивает или, как минимум, ставит под сомнение и написанное, и иерархию. И может вскрыться: король-то голый — кандидат «А» вовсе не кандидат, а недоросль, доктор «Б» вовсе не доктор, а двоечник, академик «В» — в лучшем случае продвинутый семиклассник.Во-вторых, наука — только в идеале поиск истины. Когда-то в «Зияющих высотах» А.А. Зиновьев заметил, что современная наука не есть сфера человеческой деятельности, участники которой только и заняты поисками истины. Помимо научности в науке содержится и антинаучность, которая нередко выглядит более научно, чем научность; антинаучность, согласно А.А. Зиновьеву, паразитирует на научности и соотносится с ней как сорняк и культурное растение. Сам факт существования антинаучности объясняется тем, что наука — массовое явление, управляемое социальными законами. В реальности же это один из организованных способов «жизнедеятельности множества людей, добывающих себе жизненные блага и добивающиеся жизненного успеха (известности, степеней, званий, наград)», а формальная основа этого способа — деятельность, именуемая научной; формальная — поскольку «лишь для ничтожной части этих профессионалов научное познание есть самоцель». В связи с этим, фиксирует А.А. Зиновьев, третье, и, пожалуй, главное препятствие на пути научного познания социальных объектов — гигантская армия людей, профессионально занятых в сфере науки. Парадокс? Отнюдь нет. По достижении определённого количества занятых лиц в любой организации происходят качественные изменения: мало того, что всё большая часть работы выполняется всё меньшим числом сотрудников, т. е. нарастает балласт, который социально играет всё большую роль, а его представители часто выталкиваются на руководящие должности со всеми вытекающими последствиями. Но, главное, на смену реализации содержательных, сущностных задач приходит воспроизводство функциональных и формальных сторон и прежде всего поддержание и укрепление иерархии. Последняя в науке лишь внешне имеет респектабельный академический вид, а по сути это обычная чиновничья «контора дяди Никанора», в которой старшие чиновники провозглашаются «крупными учёными», «членами» различных степеней. Как говаривал чеховский герой, а «заглянешь в душу — обыкновенный крокодил».Теоретически в науке как форме профессиональной интеллектуальной деятельности авторитет должен определяться прежде всего профессиональными интеллектуальными достижениями. Однако на практике, поскольку наука развивается по социальным законам вообще и по законам социальности данной системы в частности, профессиональный (интеллектуальный, деловой) авторитет часто имеет тенденцию подменяться и вытесняться авторитетом социальным, ранговым, начальническим — и чем крупнее, а, следовательно, бюрократичнее организация, тем в большей степени. Результат прост — крупными учёными, научными авторитетами провозглашаются (назначаются) начальники — вожди «научных племён» или даже вожди «союзов научных племён», короче, если не научные ханы, то уж точно паханы. Такие паранаучные авторитеты — С.П. Новиков определил их как «стопроцентно фальсифицированных крупных учёных» — получают соответствующие звания, автоматически дающие право на совершение (в реальности — присвоение чужих) «выдающихся открытий».«Фальшивые учёные» нередко входят в роль и начинают всерьёз считать себя не просто учёными, но выдающимися учёными, много сделавшими для науки, почему-то полагая объём корыта, в которое удалось всунуть рыло, показателем научных достижений. Как социальные персонажи «фальшаки» обрастают кликами, кланами, камарильями, челядью, которые выступают в качестве ядер «научных племён» («scientific tribes»), т. е. именно того, что Т. Кун называл парадигмой — единством совокупности определённых подходов (способов видения реальности и постановки вопросов) и научного сообщества, продвигающего или даже навязывающего эти подходы в качестве доминирующих. Парадигма, дополним мы Куна советским опытом (впрочем, почему только советским? в западной науке дела обстоят во многом так же, но там начальническая бездарь лезет не в членкоры и академики — там это не приносит значительных материальных благ, — а в мэтры научных школ и т. п.), есть иерархия авторитетов. Исследование происходит в определённом поле, по «понятиям» этого поля, часто с учётом мнения живого фальш-классика или установок усопшего (тотем, божок) авторитета, «приватизированного» стаей более или менее бездарных учеников или выдающих себя за таковых.Покушение на племенные авторитеты, как правило, карается — от мелких подлостей (при защите диссертации, прохождении монографии, избрании по конкурсу на должность, например, профессора и т. п.) до остракизма или войны на социо-профессиональное уничтожение, на вытеснение из дисциплины. Иными словами: авторитет есть социальное оружие, кистень парадигмы как социального индивида. Он — одно из средств поддержания традиции, т. е. господства продукта (по)знания над процессом (по)знания, знания — над познанием, знания — над пониманием. Попробуй поставить под вопрос теорию относительности, Большого Взрыва или дарвиновскую теорию эволюции или теорию помельче, и на тебя обрушатся тысячи стрел научно-племенных лучников.Известный науковед П. Фейерабенд верно заметил, что в науке оппонентов не столько убеждают, сколько подавляют: «Скептицизм сводится к минимуму; он направлен против мнений противников и против незначительных разработок… идей, однако никогда против самых фундаментальных идей. Нападки на фундаментальные идеи вызывают такую же “табу”-реакцию, как “табу” в так называемых примитивных обществах… фундаментальные верования защищаются с помощью этой реакции, а также с помощью вторичных усовершенствований, и всё то, что не охватывается обоснованной категориальной системой или считается несовместимой с ней, либо рассматривается как нечто совершенно неприемлемое, либо — что бывает чаще — просто объявляется несуществующим».Разбитая на зоны «научных племён», наука как иерархическая структура, освящённая определёнными интерпретациями, теориями, способами видения болезненно реагирует на то, что может поколебать «средства освящения». В результате «нормальная наука» (Т. Кун) вытесняет всё острое либо на свою периферию, либо вообще за свои пределы, объявляя ненаучным.«Цель нормальной науки, — писал Т. Кун, — ни в коем случае не требует предсказания новых видов явлений: явления, которые не вмещаются в эту коробку, часто, в сущности, упускаются из виду». И далее: «Учёные в русле нормальной науки не ставят себе цели создания новых теорий, обычно они к тому же нетерпимы к созданию таких теорий другими. Напротив, исследование в нормальной науке направлено на разработку тех явлений и теорий, существование которых парадигма заведомо предполагает». Ну а то, что не предполагается, но возникает, объявляется либо «ненормальной наукой», либо «нормальной ненаукой», табуизируется или, в лучшем случае, маргинализируется в виде публицистики, «научпопа» и т. п.Узкоспециализированная, бисерно-мозаичная наука продуцирует соответствующий ей тип образования, в котором узкая спецподготовка развивается в ущерб общетеоретической, панорамной, с одной стороны, и аналитике — с другой. Результат — «специалист-функция», «специалист-муравей». Тех, кто сопротивляется, стараются отсечь как можно раньше, не допустив в парадигму, а, следовательно, и в науку, — отчислить, не взять в аспирантуру, не дать защититься и т. п. Круг замыкается, нормальная наука торжествует в своем марше к импотенции и смерти, т. е. к кризису и крушению парадигмы, которая редко способна к саморазвитию. Реальное качественное развитие чаще всего происходит за пределами этого круга, куда, помимо прочего, выталкивают из нормальной науки тех, кто пытается заниматься, выражаясь куновским языком, не загадками, а тайнами — т. е. прежде всего теорией и методологией, ставит под сомнение парадигму. В таких случаях сообщество меняет тип отношения с surveiller («надзирать») на punir («карать») — привет Мишелю Фуко — и стремится нейтрализовать угрозу тем или иным «дисциплинарным» (во всех смыслах) способом. Не случайно серьёзные учёные заговорили о «новой инквизиции» в науке.Мягкая форма «научно-инквизиционного» воздействия — это призыв не строить теории, а заниматься фактами, т. е. работать в сфере индуктивного знания. Важное само по себе, в «нормальной науке» оно получает гипертрофированное значение. «Нормальная наука» ориентирована на эмпирические факты, которые её представители принципиально путают с научными. А ведь научный факт — это эмпирический факт, включённый в ту или иную теорию: вне теории, вне системы причинно-следственных связей, которые определяются только на основе теории, нет научных фактов, только эмпирические, стремительно превращающиеся в мусор вне каузальной системы. Это — не говоря о том, что эмпирический и источниковедческий идиотизм («идиот» — по-гречески «человек, который живёт так, будто окружающего мира не существует») не учитывает: это природа коварна, но не злонамеренна (Эйнштейн), а человек в качестве объекта исследования или источника (хронист, летописец, историк, респондент) могут не просто ошибаться, а сознательно искажать реальность. Причём одно искажение ложится на другое — и это подаётся в качестве эмпирической реальности. Я уже не говорю о переписывании и уничтожении письменных источников, а также об изготовлении, порой поточном, фальшивых источников.Механику нормальной науки И. Солоневич описывал таким образом: «Профессор получает явление по меньшей мере из третьих рук. Явление попадает в профессорский кабинет, во-первых, с запозданием, во-вторых, в чьей-то упаковке и, в-третьих, подгоняется под уже существующую философскую теорию… гуманитарные науки недобросовестны…они сознательно искажают факты, явления и события — в большинстве случаев даже и небескорыстно. Но дело-то обстоит так, что при данной методике общественных наук они ничего не могут понять, даже если бы и пытались сделать это добросовестно. Институты общественного мнения, вероятно, могли бы уловить сдвиги в психологии или в настроениях масс, установить некую закономерность этих сдвигов и на основании этого делать прогнозы, которые, по крайней мере, не были бы промахом на все 180 градусов. Но то, что мы называем гуманитарными науками, есть не только приблизительные науки. Это, если можно так выразиться, есть науки наоборот».Эта «наука наоборот», — профессорско-профанная наука (поскольку обратная сторона «сухого профессорства» — профанация), по поводу которой, на примере истории Гёте заметил, что она не имеет отношения к реальному духу прошлого — это «дух профессоров и их понятий, / Которой эти господа некстати / За истинную древность выдают». Всё это не значит, что «нормальная наука» абсолютно бесплодна, нет; более того, бывают периоды (например, 1950-1970-е годы для социальных наук), когда она на подъёме, но эти периоды для нормальной науки, во-первых, довольно кратки; во-вторых, развитие здесь всё равно идет по логике «нормальной науки», а потому достижения носят скорее количественный, чем качественный характер. В любом случае, однако, сегодня «золотой век» «нормальной науки» далеко позади.В равной степени сказанное выше не означает, что в «нормальной науке» нет сильных, великолепных учёных — конечно, есть, и немало. Но чаще всего существуют они и добиваются результатов вопреки принципам организации «профессорско-профанной» науки, на борьбу с которыми у них уходит столько сил, что КПД значительно снижается. При прочих равных чем меньше деятельность исследователя определяется правилами, принципами и логикой нормальной науки, тем результативнее (в смысле «наука больших достижений») его работа. Наконец, значительно расширяет информационные и концептуальные возможности учёного, а также его сделочную позицию в «нормальной науке» функционирование в иной социо-информационной среде, будь то практическая политика, разведдеятельность и т. п. Так, Арнольд Тойнби-младший каждый год писал не только очередной том «Исследования истории» или заготовку к нему, но и — в качестве директора Королевского института международных отношений, одной из «фабрик мысли» «закулисы» — «Мировое обозрение», представлявшее не что иное как комбинацию политической и разведаналитики. Поэтому работы Тойнби свободны от типичных огрех профессорско-профанной науки, и он, как правило, не ловился на те глупости, на которые покупались даже такие мэтры, как Макс Вебер, чьим единственным locus standi и field of employment было «поле чудес» профессорско-профанной науки. Так и вспоминаются слова из песни: «Поле, поле, поле чудес — в стране дураков», где это поле чудес было помойкой, на которую «старшие товарищи» Лиса Алиса и Кот Базилио привели «младшего научного сотрудника» Буратино закапывать золотые. Профессорская наука чаще всего плохо связана с реальностью, поэтому когда её представителей выносит, например, во власть, то возникают конфузнокатастрофические ситуации, будь то профессора Муромцев и Милюков в 1906 г. или уж совсем фарсовые фигуры лаборантов и младших научных сотрудников в 1992 г. Впрочем, как правило, профессора во власти (да и в реальной жизни) самостоятельными фигурами не являются — и это тоже говорит об их науке.Наконец, в-третьих, наука существует не сама по себе, она элемент властноидеологической системы, того, что М. Фуко назвал «власть-знанием» (pouvoir-savoir). Впрочем, задолго до Фуко Велимир Хлебников написал: «Знание есть вид власти, а предвидение событий — управление ими». Классовый интерес, интерес верхов, господствующих групп встроен в научный дискурс. Как заметил И. Валлерстайн, поиск истины — это вовсе не бескорыстная индивидуальная добродетель, а корыстная социальная рационализация отношений господства, эксплуатации и накопления капитала.«Поиск истины, — писал он, — провозглашённый краеугольным камнем прогресса, а значит, благосостояния, как минимум созвучен сохранению иерархически неравной социальной структуры в ряде специфических отношений». И далее: «Научная культура представляла собой нечто большее, чем простая рационализация. Она была формой социализации различных элементов, выступавших в качестве кадров для всех необходимых капитализму институциональных структур. Как общий и единый язык кадров, но не трудящихся, она стала также средством классового сплочения высшей страты, ограничивая перспективы или степень бунтовщической деятельности со стороны той части кадров, которая могла бы поддаться такому соблазну. Более того, это был гибкий механизм воспроизводства указанных кадров. Научная культура поставила себя на службу концепции, известной сегодня как “меритократия”, а раньше — как “la carriere ouverte aux talents”. Эта культура создала структуру, внутри которой индивидуальная мобильность была возможна, но так, чтобы не стать угрозой для иерархического распределения рабочей силы. Напротив, меритократия усилила иерархию. Наконец, меритократия как процесс (operation) и научная культура как идеология создали завесу, мешающую постижению реального функционирования исторического капитализма. Сверхакцент на рациональности научной деятельности был маской иррациональности бесконечного накопления». Иными словами, общественная механика социальных интересов способна превратить рациональную по определению деятельность — науку — в иррациональную, где бесконечное накопление фактов будет соответствовать бесконечному накоплению капитала (или власти), где описание всё более мелких деталей вытеснит опасную для иерархии теоретическую деятельность, где тайны систематически скрываются, а в качестве проблем подсовываются и рекламируются головоломки.Иными словами, наука как исследовательский комплекс становится элементом того, что А. Грамши называл «культурной гегемонией» господствующего класса. Особенно ярко это проявляется в социальных и гуманитарных науках, которые нередко превращались не то что в системную функцию идеологии господствующего класса в целом (то, что К. Мангейм называл «тотальной идеологией»), а в конъюнктурную функцию идеологических представлений и заказа отдельных представителей или даже отдельного представителя этого класса.существуют серьёзные внутринаучные и общесоциальные причины и механизмы вытеснения из сферы научного рассмотрения целого ряда проблем или недопущения целого ряда вопросов в научный дискурс. Речь, понятное дело, идёт об острых проблемах, которые либо бросают интеллектуальный вызов научному истеблишменту, грозя сдернуть с его мэтров тогу научности, либо угрожают социальным, классовым интересам тех, кто заказывает «научную музыку» и в случае чего может обратиться к «научной инквизиции». Зеркально этому существует комплекс вопросов, сомнительное официальное решение которых фиксируется как единственно правильное, в котором нельзя сомневаться, а потому даже научное рассмотрение этих вопросов трактуется в качестве преступления — как минимум, интеллектуального. Ясно, что всё это ведёт к деинтеллектуализации науки, и если конец XIII в. в Европе ознаменовался разводом между Верой и Разумом, то в конце XX в. наметился развод между Интеллектом и Наукой. С 1980-х годов, не случайно совпав с враждебными острой научной мысли неолиберальной контрреволюцией и её производным — глобализацией, процесс деинтеллектуализации, банализации и одновременно детеоретизации науки об обществе шёл по нарастающей, и только после кризиса 2008 г. ситуация начала меняться — но только начала, даже до рассвета ещё не так близко.Куда же вытесняются острые, неудобные проблемы, исследование которых угрожает существованию научной иерархии и её отношениям с властями предержащими? Кто подхватывает брошенное другими в панике или в приступе алчности («доллар мутит разум») оружие и начинает действовать по принципу, который один датский учёный сформулировал как «В задачах тех ищи удачи, где получить рискуешь сдачи»? Сферы вытеснения — аналитически ориентированные журналистика, научно-популярная литература, эссеистика. Причем журналистика и т. п. здесь — форма, а аналитика, причём очень острая, — содержание. Агенты этой сферы — журналисты, писатели, выходцы из спецслужб, МВД, фрилансеры, наконец, те учёные, которые не могут реализовать себя в системе существующих парадигм по научно-профессиональным или идеологическим причинам, короче говоря, с точки зрения конвенциональной науки — аутсайдеры.За последние десятилетия в мировом интеллектуальном пространстве произошла интересная вещь: рядом со всё больше превращающимся в «игру в бисер» научным дискурсом возник и быстро набрал силу интеллектуальный дискурс, который выполняет те функции и пытается решать те задачи, которые не выполняет и не решает «нормальная», т. е. профессорско-профанная, наука. Именно в его рамках создано немало сильных работ, бросающих вызов «профессорской» науке со стороны — from outside. «Аутсайдеры» свободны от сковывающих и деформирующих исследования догматических установок, причёсывающих исследователей под общую гребёнку как в интеллектуальном, так и в социопрофессиональном плане. Они не связаны дисциплиной, установками и мифами научного племени, поскольку чаще всего работают в одиночку или небольшой группой. Они вне мейнстрима с его оргструктурами, на иерархию и дутые авторитеты которых им глубоко плевать. Они, подчеркну, как правило, скептически относится к авторитетам — и групповым (традиция, школа), и индивидуальным (власть начальника). Именно поэтому «аутсайдерами» нередко становятся в результате вытеснения из «ниши» (ср. рецессивная мутация в биологии). Нередко же «аутсайдерами» становятся, напротив, из-за принципиального нежелания делать социоиерархическую карьеру (в большой научной организации последнее есть необходимое условие карьеры собственно научной, профессиональной, деловой — «Служенье муз не терпит суеты» и крысиных бегов), поэтому проблема авторитета как власти для «аутсайдера» существует минимально и не сковывает его: он может позволять себе не заниматься головоломками, а приступить к разрешению тайн, т. е. базовых фундаментальных проблем, для него наука — это творчество, радость бытия, удовольствие, а это эмоциональное состояние, как заметил когда-то Гегель, резко повышает интеллектуальные возможности. Собственно, точный смысл слова «дилетант» — этот факт очень любил подчёркивать наш замечательный биолог А.А. Любищев — означает не что иное, как «человек, получающий удовольствие от своей работы». Наконец, аутсайдеры, как правило, редко бывают узкими специалистами, в основном это универсалы-системщики, мастера синтеза, синопсиса и интеграции. И это ещё одна причина, почему они оказываются на периферии оргструктур. Отсюда же их конфликты с системой рутинного, узкоспециализированного образования.Это не значит, что в «аутсайдерском секторе» нет шарлатанов, сбежавших туда непрофессионалов, авторов завиральных идей, «непризнанных гениев», — есть, но не больше, чем в «нормальной науке». Это не значит, что в «аутсайдерском секторе» нет слабых работ — есть, и много. Более того, даже в сильной аутсайдерской работе узкий специалист может найти уязвимые места — «срезать», как это проделывал один шукшинский герой, срезать — по мелкому, частному вопросу, за пределами которого узкий специалист не знает… ничего. Знать всё больше и больше о всё меньшем и меньшем — принцип «нормальной науки».Кто-то скажет: надо объединить десяток узких специалистов. Но в том-то и штука, что, как говорил Эйнштейн, мир — понятие не количественное, а качественное: из тысячи джонок не сделать один броненосец, а из ста мышей — одну кошку. На экспертов, узких специалистов можно полагаться в решении только узкоспециальных, экспертных вопросов. Во всём, что выходит за эти рамки, у них нет никаких преимуществ перед неспециалистами. Скорее наоборот: бремя мелкотемья, профессиональной ограниченности или даже «узкопрофессионального идиотизма», система корпоративных табу и т. п. — всё это вкупе с принципиальной неполнотой индуктивного знания ставит специалиста, особенно в периоды кризиса нормальной науки (а мы сегодня переживаем именно такой кризис), в менее выгодное положение по сравнению с теми, кто анализирует проблему, рассматривая её по-азимовски «с высоты».Персонификатор нормальной науки концентрирует внимание на небольшой узкой сфере, исследуя «некоторый фрагмент природы (или общества. — А.Ф.) так детально и глубоко, как это было бы немыслимо при других обстоятельствах». В результате детализация частностей подменяет исследование целого, которое исчезает как объект исследования, сначала теоретические обобщения вытесняются эмпирическими, а эти последние — описаниями. В результате «нормальная наука» с определённого момента начинает превращаться в «бессмысленное нагромождение по существу бессмысленных фактов» (И. Солоневич) и в ней начинают культивировать тех, кто не умеет «находить суть за ворохом бросовых фактов» (О. Маркеев), тех у кого отсутствует быстролёгкость мышления и концептуальная комбинаторика. Более того, именно этот тип начинает задавать тон в нормальной науке, принципиально отрицая необходимость и возможность теоретических обобщений, как сейчас принято говорить, «большого нарратива». Есть такие «экземпляры», которые открыто отрицают возможность создания на научной основе обобщающих, т. е. теоретических трудов по истории мира в целом и крупных стран, потому что, видите ли, все темы прошлого дискуссионны; утверждается, что создание единой концепции будет носить идеологический характер, а потому надо писать работы, в которых просто перечисляются существующие точки зрения.Читаешь такие перлы и задаешься вопросом: а имеют ли высказывающие их представление о том, что такое наука вообще и научная теория и методология в частности?Во-первых, где гарантия, что множественность различных точек зрения — гарантия свободы от идеологии?Во-вторых, общие концепции, теории строятся на основе не идеологии, а регулятивов научного знания — принципиальной проверяемости (верификация — фальсификация); максимальной общности, предсказательной силы (правило «бритвы Оккама» — entia non sunt multiplicanda praeter necessitatem); преемственной связи (позитивная — негативная), или принцип соответствия и некоторых других.В-третьих, совершенно убого и нелепо выглядит тезис о том, что отсутствие единой точки зрения по большинству вопросов в той или иной области знания, будь то физика или история, биология или социология, делает невозможной создание общей теории. Если бы это было так, то наука — а это и есть прежде всего теоретическое знание — была бы невозможна, но мы-то знаем, что это не так. Разбирая различные точки зрения на природу поля, Эйнштейн писал, что «сохраняется стремление к тому, чтобы многообразие явлений сводилось в чисто теоретическую систему из как можно меньшего числа элементов». Интересно, какую идеологическую схему собирался построить Эйнштейн? Зачем ему «большой нарратив»? А затем, что индуктивное знание имманентно носит незавершённый и недостаточный по своей природе характер; завершённость научному знанию обеспечивают дедукция и теория — несмотря на наличие различных точек зрения. Ну а тезис о том, что теория невозможна, потому что не может учесть всех деталей, попросту антинаучен: теория не может и не должна учитывать все детали — это функция описания; теория абстрагируется от деталей, отражая главное, сущностное, системообразующее, находя простое и ясное в сложном и запутанном.В-четвёртых, подмена единой концептуальной интерпретации (или 2–3 конкурирующих) перечислением точек зрения вообще выводит исследование за пределы научного знания, поскольку:а) в таком случае предполагается, что все точки зрения равноценны, т. е. отсутствуют научные принципы и регулятивы сравнения различных интерпретаций;б) в таком контексте «точка зрения» может быть только описанием;в) «мозаичный» подход исходит из ложной посылки о том, что исследователь идет от конкретного к абстрактному; на самом деле он идет от абстрактного к конкретному (метод восхождения от абстрактного к конкретному), а затем от конкретики — к более тонкой и содержательной абстракции; т. е. опять налицо принципиальное непонимание природы научного знания.Впрочем, в-пятых, довольно часто всё объясняется очень просто. Как правило, о невозможности теории, «большого нарратива» говорят те, кто не способен на работу такого уровня — это примерно так же; как если бы импотенты или кастраты убеждали всех нормальных людей в невозможности секса. О невозможности теории говорят, как правило, те, кто не способен ею заниматься. Рожденный ползать летать не может, но почему он думает, что ползать рождены все? Почему полагает, что ползание (в данном случае — эмпирическое) — единственный способ передвижения? Да потому, что полёты других демонстрируют его убожество и неполноценность, причём в обсуждаемом случае не только профессиональную, но и общеинтеллектуальную.Интеллектуальная импотенция, о которой идёт речь, небезобидна. Она выполняет вполне определённую социальную функцию, как и постмодернизм, отрицающий возможность теории, большого нарратива. Теоретическое объяснение истории — прошлой или настоящей — это всегда опасность для господствующих слоёв, поскольку оно вскрывает причинно-следственные связи (этим и занимается теория), без понимания которых факты — это мусор, помойка, которую импотенты от науки тщатся представить в виде «различных точек зрения». Не случайно западные фонды охотно выделяют гранты на эмпирические и третьестепенные проблемы, но практически не поддерживают серьёзные теоретические исследования — опасно. Поэтому гранты на изучение переживаний идентичности у геев и лесбиянок или гендерных отношений в Бирме XV в. — пожалуйста, а на анализ политической стратегии буржуазии современного Запада — нет. И, естественно, «нет» теоретическим штудиям; «да» в лучшем случае — эмпирическо-обобщающим, хотя эмпирическое обобщение и теоретическое обобщение суть принципиально разные, разнопорядковые процедуры.Таким образом, сознательная детеоретизация и сознательный же отказ от исследования острых эмпирических проблем, событий — две стороны одной медали, одного дискурса. Именно это заставляет пристальнее присмотреться к другому дискурсу — так называемому «аутсайдерскому знанию», которое в противовес профессорско-профанному можно назвать инженерно-конструкторским, а ещё точнее — аналитическим, поскольку к его достоинствам можно отнести системноконструкторский подход к реальности.Инженерно-конструкторский подход становится стержнем не столько дисциплины, сколько научной программы «аналитика». Разумеется, аналитический метод присутствует во всех дисциплинах, у которых самые разные реальные объекты исследования. Аналитика в качестве особой научной программы — это нечто иное. Это некий информпоток, в котором спрессована некая реальность и который и является объектом исследования; спрессованная реальность сквозь призму этого информпотока не столько исследуется, сколько расследуется. Специалист, занимающийся прошлым, в данном контексте выступает не столько как историк, сколько как следователь по особо важным историческим делам. Аналитика отличается от стандартных научных дисциплин не столько объектом исследования, сколько методом работы с информацией, который носит не междисциплинарный, а над- и трансдисциплинарный характер. К этому подталкивает острота анализируемых проблем, связанных со спорными, неудобными, а нередко опасными вопросами, в связи с чем данная аналитика часто оказывается острой аналитикой, и сама острота накладывает на эту сферу свой специфический отпечаток.Внешне аналитика может выглядеть как журналистика, эссеистика или что-то ещё. Но это внешнее, оболочка. В действительности мы имеем дело с реальным исследовательским комплексом, который, развиваясь параллельно с «нормальной наукой», является в сфере рационального знания компенсаторной реакцией на эту науку. И, скажу прямо, при всех неточностях, погрешностях или даже ошибках этот комплекс в силу его эвристического потенциала намного более интересен, чем узкоспециализированная профессорско-профанная наука.Особенно инженерно-конструкторский, остро-аналитический подход важен для изучения такой реальности, которая сознательно искажается — как правило, это относится к политике, причём тайной: к переворотам, заговорам, геополитическим спецоперациям и т. п. «Настоящий политический заговор, — пишет В.А. Брюханов, — весьма сложная система. Недаром гениальные заговорщики-практики совершали роковые ошибки, и редкий из заговоров достигал поставленных целей. В то же время к сегодняшнему дню создались и получили практическую отладку многие методы исследования сложных систем и управления ими — и дело не в формальном применяемом аппарате, а в принципах подхода к решению задач.Мне трудно понять, как могут заниматься историей заговоров учёные, не знающие, как проходит сигнал по сложной радиотехнической схеме, или как работает система управления сборочным конвейером, или какие трудности встречаются при распределении финансов в крупных фирмах или государствах». В похожем ключе высказывался шеф гестапо Мюллер: «Надо бы поручить полицейским детективам писать историю. Она будет, возможно, не такой захватывающей, но во всяком случае куда более точной. Опирающейся на реальные факты».К сказанному В.А. Брюхановым добавлю: мне трудно понять, как могут анализировать социальную и историческую реальность те, кто не имеет навыков работы с огромными быстротекущими массивами информации, кто не умеет систематизировать информацию и выдавливать из неё, как из тюбика, знание, кто не умеет плавать в информпотоках и работать, отталкиваясь от совокупности косвенных свидетельств, как это делают разведчики, аналитики спецслужб и криминальные журналисты. Важнейшие события чаще всего решаются втайне и не фиксируются документально (это — не говоря о том, что реальная власть есть тайная власть). Такие события можно вычислить только по косвенным свидетельствам, а для этого нужна дедукция — надо знать, где искать. И нужно воображение — то качество, которое так ценили у учёных В. Гейзенберг, Ж. Гимпель и др. — список величин можно продолжать, если не ad hoc infinitum, то долго".

24 мая, 13:00

Про теракты в Манчестере.

Оригинал взят у iskra0000 в Про теракты в Манчестере.Опять пошли высказывания на тему того, что Европа зря согласилась быть доброй и толерантной. Не с теми она стала проявлять доброту и т.п. Это все чушь.Многие не понимают простых вещей. Никакая Европа не добрая. Всех цветных и неевропейцев они как считали за скотов так и считают .Посмотрите на реакции европейцев на теракты в других регионах. А может кто то льет слезы в Европе по поводу того что на Донбассе от рук ВСУ погибло более 100 детей? Многие европейцы даже не в курсе того, что фашисты на территории СССР творили массовый беспредел и убийства. Про сожженых в печах евреев они в курсе. Про русских, украинцев и белорусов соженных в своих деревнях они понятия не имеют и знать не хотят. Теракты с многочисленными жертвами за пределами Европы, тем же англичанам вообще не интересны. Взорвали самолет с россиянами? Да и фиг с ними. Расстреляли несколько десятков африканцев? Ничего страшного. Везут мигрантов в Европу по тем же причинам по которым везут мигрантов в Москву. Или кто то всерьез думает, что Лужков, Собянин и весь строительный комплекс столицы были преисполнены терзаниями совести из за тяжелой жизни людей в Средней Азии? Ничего личного - только бизнес. Местному бизнесу нужно много дешевых рабочих рук, а заодно сократить расходы на воспроизводство своего населения. Очень дорого лечить и обучать с детства будущих работников. Лучше привезти готовых.А чтоб ксенофобские европейцы не возмущались (а национализм в Европе это основа государственности), им стали впаривать толерантность и все такое прочее.Но европейцы не в курсе что такое многокультурность и многонациональность в стране и связанные с этим трудности. Последние столетия они тщательно выстраивали мононациональные государства всеми силами сглаживая возможные различия придя в итоге к идеологии глобализации. Как итог: "что то пошло не так".Вместо миллионов покорных холопов готовых трудиться за три копейки, европейцы получили себе огромную проблему. Кто виноват? Капитализм и его дикие аппетиты.

24 мая, 12:05

Moodyʼs впервые за 28 лет понизило кредитный рейтинг Китая

В Китае решение кредитного агентства назвали "абсолютно беспочвенным".

Выбор редакции
24 мая, 12:00

"Один пояс, один путь". Как Китай планирует "колонизировать" более 60 стран

Пекин хочет использовать промышленные ноу-хау для создания нового вида глобализации.

24 мая, 10:00

Британский халифат. Откуда в Манчестере исламский терроризм

Полиция Манчестера назвала имя смертника, подорвавшего себя на городском стадионе, — 22-летний Салман Абеди, родившийся в этом британском городе в семье иммигрантов из Ливии. В то время как власти страны ужасаются, откуда мог взяться нелюдь, пронёсший взрывчатку на проходивший на "Манчестер-арене" концерт популярной певицы, надо признать, что рано или поздно это в городе, ставшем некогда символом хлопчатобумажной промышленности Запада, должно было произойти. В 1960-е годы на местные фабрики начали массово завозить дешёвую рабочую силу из получивших в 1947 году независимость Индии и Пакистана. Аборигенов Туманного Альбиона при этом успокаивали тем, что, мол, это бывшие подданные Британской империи, практически "свои", к тому же отцы и деды гастарбайтеров когда-то воевали плечом к плечу с британцами на фронте против Германии. Однако всё это была игра в одни ворота: как и для взорвавшегося в питерском метро Акбаржона Джадилова и его ошских подельников, всё это мало что значило для иммигрантов в отношении "неверных". За полвека иммигранты не ассимилировались, а создали в агломерации Большого Манчестера настоящие гетто. На улицах — смуглокожие люди в восточной одежде, магазины и рестораны с южноазиатской кухней и названиями. С местными не общались, питались и одевались только у единоверцев, жён привозили с Индийского полуострова. "Мировая фабрика хлопка" за считаные десятилетия сменила облик: заводы закрывались из-за глобализации, зато умножившиеся иммигранты построили тут 62 мечети. Три года назад популярная газета The Daily Mail опубликовала карту страны с флажками, маркировавшими наиболее мощные диаспоры — и именно на агломерации Манчестера реял зелёный флаг со звездой и полумесяцем Исламской Республики Пакистан. Наиболее остро вопрос встал в пригородах Манчестера, например двухсоттысячном Олдеме, где доля иммигрантов и их потомков выросла, по данным переписей, с 13,9% в 2001 году до 22,5% в 2011 году (из которых 17,7% мусульман, что совпадает с долей пакистанцев и бангладешцев). В мае 2001 года мусульманская молодёжь уже провозгласила в городе "зоны, закрытые для белых" и начала наводить свои порядки. Полутысячная толпа погромщиков с замотанными лицами забросала коктейлями Молотова редакции газет, дом заместителя мэра (кстати, тоже мусульманина) и популярные у белой молодёжи пабы, где продавали запретный по шариату алкоголь. Мирные горожане в страхе прятались по квартирам. Расовый бунт, как окрестила его пресса, вызвал ответную мобилизацию в город ультраправых футбольных ультрас со всей страны. Уличную войну с трудом погасила полиция, но напряжение в городе до сих пор столь высоко, что через несколько часов после теракта на "Манчестер-арене" неизвестные попытались поджечь в Олдеме мечеть, нарисовав на ней сердце с надписью "ИГИЛ"* внутри. Мол, знаем мы, кого вы любите тут. И ведь одними приказами террористов из Сирии теракт в городе не объяснишь. В 2012-м, за два года до того, как Абу Бакр аль-Багдади провозгласит в Мосуле новый всемирный халифат, в Олдеме была осуждена пакистанская пара, собиравшая дома бомбы по рецептам, предлагаемым в Интернете "Аль-Каидой"*. Что интересно, недавно Насима Ашрафа, брата осуждённой тогда на восемь лет тюрьмы любительницы террора, обвинили в угрозах завучу манчестерской муниципальной школы. Например, он угрожал сжечь её автомобиль, потому что та пыталась помешать ему превращать школу в подобие медресе — с "исламскими учебными занятиями", принуждением учительниц к ношению паранджи и запретом для учащихся на "греховную музыку". Ненавистью к последней ИГИЛ, кстати, аргументировало сейчас убийство 30 человек на "Манчестер-арене". Такое вот наглядное торжество мультикультурализма в одном отдельно взятом западном городе. * Деятельность организации запрещена в России решением Верховного суда.

24 мая, 09:59

Роль Германии в европейской интеграции

Сегодня ЕС является одним из центральных элементов расстановки сил в современном мире, и его участники играют в настоящее время более существенную роль, чем в недавнем прошлом. Это обусловлено целым рядом внешних и внутренних факторов. Происходящие в современном мире экономические и политические изменения, такие как глобализация международных экономических отношений, требуют быстрой и адекватной реакции на них. Вопрос о «новом мировом порядке» в настоящее время не утратил свою актуальность, одним из центров которого является ЕС. Поэтому интеграционные процессы, начавшиеся развиваться с самого начала как чисто экономические, приобретают всё больший политический вес.

24 мая, 08:14

Политика: Нападки Трампа на Иран призваны обогатить Америку

Визит Трампа на Ближний Восток запомнится посещением святых мест, рекордными продажами оружия и резкими нападками на Иран. Американский президент грозит Тегерану точно так же, как он грозит Северной Корее – но воевать с ними он не собирается. Его цель – используя внешнюю угрозу, выбить из ближне- и дальневосточных стран деньги на реконструкцию Америки. И пока это у него неплохо получается. Трамп очень воинственен и опасен – одни действительно так думают, другие сознательно пропагандируют эту мысль с целью дискредитации нового американского президента. Впрочем, и сам Трамп отчасти подыгрывает своей «демонизации», делая громкие заявления – а уж его противники придают всему сказанному им на порядок преувеличенное значение. В ходе первого внешнеполитического турне Трампа мы наблюдаем это в полной мере. Что объединяет посещение Трампом Саудовской Аравии и Израиля – центра исламского мира (куда на встречу с президентом США собрались главы полусотни исламских и полуисламских государств) и еврейского государства? Резкие антииранские высказывания. В Иерусалиме и Эр-Рияде Трамп обзывал Иран последними словами. Выступая перед исламскими лидерами с длинной и патетичной речью, в которой он призвал их самим бороться с терроризмом, потому что «нации на Ближнем Востоке не могут ожидать того, что американская сила сокрушит за них этого врага», Трамп обрушился на Иран: «Однако ни одна дискуссия по поводу искоренения этой угрозы не будет полной без упоминания тех правительств, которые обеспечивают террористам все три возможности – безопасное убежище, финансовую поддержку, а также социальный статус, необходимый для рекрутирования новых членов. Я говорю, конечно же, об Иране. От Ливана до Ирака и Йемена – везде Иран финансирует, вооружает и тренирует террористов, боевиков, а также другие экстремистские группировки, распространяющие разрушение и хаос по всему региону. В течение десятилетий Иран подливает масла в огонь межконфессиональных конфликтов и террора. Это правительство, которое открыто говорит о массовых убийствах, обещает уничтожить Израиль, добивается гибели Америки, а также смерти многих лидеров и наций, присутствующих в этом зале. Одним из наиболее трагических и дестабилизирующих вмешательств можно назвать действия Ирана в Сирии. Поддерживаемый Ираном Асад совершает чудовищные преступления... Ответственные нации должны работать сообща для того, чтобы положить конец гуманитарному кризису в Сирии, искоренить «Исламское государство» и восстановить стабильность в этом регионе. Больше всего по времени страдает от иранского режима его собственный народ. Иран имеет богатую историю и культуру, однако иранский народ испытывает лишения и впадает в отчаяние из-за безрассудной поддержки его лидерами конфликтов и террора. Пока Иран не захочет стать партнером в борьбе за мир, все сознательные нации должны работать вместе для того, чтобы изолировать Иран и помешать ему финансировать терроризм, и мы должны молиться, ожидая тот день, когда иранский народ получит честное и справедливое правительство, которого он заслуживает». Это Трамп говорил в воскресенье мусульманам, а вот что он сказал в понедельник президенту Израиля: «Израиль и США могут заявить в один голос, что никогда нельзя допустить, чтобы у Ирана появилось ядерное оружие. Никогда... Тегеран должен прекратить финансирование, подготовку и снаряжение террористов и боевиков, и прекратить должен немедленно. На эту тему есть однозначный консенсус наций мира, включая многие мусульманские страны... Существует растущее понимание среди ваших арабских соседей того, что у них есть общее дело с вами и общая угроза со стороны Ирана. Это действительно угроза, никаких сомнений здесь быть не может». Очень грубо – и, главное, несправедливо. Иран не имеет никакого отношения к международному терроризму – об этом Трампу могло бы рассказать и ЦРУ, и британская МИ-6. Но реальная непричастность Ирана к терроризму не имеет для Трампа никакого значения – потому что ему важно было сказать то, что от него хотели услышать. Трамп прилетел на Ближний Восток за двумя вещами – восстановлением влияния США в регионе и деньгами арабских шейхов. Для восстановления влияния Трамп избрал простой путь – ругать того, в ком видят для себя главную угрозу часть арабских правителей. Сейчас для саудитов главной проблемой является Иран – они боятся усиления шиитов, боятся того, что в хаосе идущей на территории Сирии и Ирака войны укрепляют свое влияние с одной стороны Иран, а с другой – радикальные исламисты-салафиты («халифат» и т. д.), для которых саудовская власть над Меккой и Мединой является оскорблением самого духа ислама. Ну и, конечно, Иран ненавидят в Израиле – как единственную совершенно самостоятельную и сильную в военном плане страну региона. После примирения с Египтом (при посредничестве США) главным врагом для Израиля стали Ирак и Иран. Но Ирак сейчас разрушен – а Иран выходит из режима санкций и будет только крепнуть. Для монархий Залива и для Израиля Иран является вызовом – и они хотят, чтобы США продолжали делать все для сдерживания, а то и для сокрушения Ирана. Вот поэтому Трамп и обрушивается на Иран, выступая в Эр-Рияде и Иерусалиме. Но означает ли это, что США будут воевать с Ираном? Конечно же, нет. Никакой альтернативы мирным соглашениям по иранскому атому, заключенным при Обаме благодаря посредничеству России, нет. Более того – Трамп хочет еще сильнее уменьшить вовлеченность США в ближневосточные дела – то есть не только не влезать в новые войны, но и закончить со старыми. В частности, с афганской войной – в этой стране войска США находятся уже 16-й год, и просто так уйти оттуда невозможно, ведь проамериканский режим тут же падет. Но и оставаться в том же Афганистане имеет смысл только в том случае, если долгосрочная стратегия США состоит в блокировании Ирана, окружении Китая и борьбе с Россией за влияние в Центральной Азии. То есть если США по-прежнему намерены пытаться быть глобальным гегемоном – а если нет, если возобладает линия Трампа на то, чтобы сосредоточиться на американских делах, отремонтировать приходящую в упадок американскую инфраструктуру, «сделать Америку снова великой»? Одним словом, что делать со всем этим грузом проблем, от Ближнего Востока до Дальнего, нести который у Америки, если она хочет снова стать национальным государством, а не орудием глобализации, просто нет сил? Если Трамп будет осуществлять то, о чем он говорил и в Эр-Рияде: «Что касается Америки, то (...) мы избавимся от тех стратегий, которые не работают – и будем использовать новые подходы, основанные на опыте и анализе. Мы берем на вооружение принципиальный реализм, корни которого состоят из общих ценностей и совместных интересов. Наше партнерство будет способствовать укреплению безопасности с помощью стабильности, а не с помощью радикального разрушения. Мы будем принимать решения на основе реалистичного подхода – а не на основе жесткой идеологии. Мы будем руководствоваться уроками опыта, а не рамками негибкого мышления. И всегда, когда это будет возможным, мы будем опираться на постепенные реформы – а не на внезапные интервенции. Мы должны заниматься поиском партнеров, а не гнаться за совершенством, а также делать союзниками всех тех, кто разделяет наши ценности. И, прежде всего, Америка ищет мира – а не войны». Если руководствоваться таким реализмом, то ни о какой войне с Ираном не может быть и речи – на такую войну не решились 10 лет назад даже неоконы и сторонники глобального интервенционизма из администрации Буша-младшего. А уж неоизоляционисту Трампу воевать с Ираном и вовсе не с руки – ведь такая война не только будет стоить Америке десятков тысяч жизней ее солдат, но и обрушит весь регион в состояние «вечной» войны на всем пространстве от Средиземного моря до Афганистана. Ни о каком снижении американского присутствия на Ближнем Востоке тогда можно будет даже не мечтать – сотни миллиардов долларов будут уходить ежегодно на войну, по сравнению с которой операция в Ираке покажется детским утренником. Но, может быть, США рассчитывают воевать чужими руками? Тот же Израиль запускает слухи о планах создания «арабского НАТО» – организации, сформированной вокруг Саудовской Аравии, в которой основные арабские страны объединятся для противостояния Ирану, а США и Израиль будут закулисными союзниками этого военного блока. Утопическая идея подобного панарабского союза на антииранской основе может увлечь только далеких от реалий региона людей – к тому же создание подобной организации стало бы угрозой в первую очередь для самого Израиля. Все гораздо проще – США хотят оставаться для арабских монархий гарантом их безопасности. И для этого эксплуатируют иранскую угрозу – понуждая саудовцев покупать ненужное им американское оружие. Вот и сейчас Трамп привезет с собой заказов на 100 миллиардов – хорошее подспорье для американского ВПК, то есть для реального сектора американской экономики. Будут и прямые инвестиции в американскую инфраструктуру – то есть то, что в самом деле нужно сейчас Америке, и то, что обещал ей Трамп. А как же сдерживание или блокада Ирана? Как же грозные призывы? Никак – все это пустые слова, призванные усладить уши арабских шейхов и израильских политиков. Но если с Израиля Америке получить нечего (наоборот, она сама щедро спонсирует это маленькое государство), то страны Залива будут охотнее вкладывать деньги в США, если увидят, что «Америка с ними». Ведь в последние годы у них стали возникать серьезные сомнения в этом – сначала, во второй половине нулевых, США, вопреки намекам, не стали нападать на Иран, потом, уже в 2013-м, не нанесли обещанный удар по Сирии и заключили «ядерную сделку» с Тегераном. Параллельно на Ближний Восток активно возвращалась Россия – предлагавшая свою дружбу и проекты для инвестиций. После начала военной операции в Сирии интерес арабских стран к России стал еще более серьезным. Страны Залива могут купить у США оружия на 300 миллиардов долларов – вот только ни воевать от этого они лучше не станут, ни спокойней за свое будущее не будут. Армия Саудовской Аравии и так напичкана огромным количеством современнейшего оружия – но это никак не помогает ей даже в войне в Йемене, с плохо вооруженным, но боевым и защищающим свою территорию народом. Воюют за саудовскую коалицию все равно наемники – включая колумбийских. А уверенности в будущем мешают не агрессивные намерения Ирана или шиитов как таковых, а противоречия как внутри самого королевства, так и между различными арабскими странами. Так что гарантом безопасности стран Залива все равно останутся США – вдобавок к крупнейшим поставкам оружия. Возвращение к политике санкций и тем более блокада Ирана невозможна, причем даже в том случае, если бы США и правда этого хотели. Во-первых, потому что для этого им для начала пришлось бы разорвать «ядерную сделку» – а это выставило бы США в глазах всего остального мира (кроме Израиля и Саудовской Аравии) как зачинщиков конфликта. Во-вторых, против санкций в отношении Ирана будут резко возражать Россия и Китай – тем более что в ближайший год начнется процедура вступления Ирана в ШОС. Да и Европа не поддержит давление на Иран – французы и немцы кругами ходят вокруг будущих персидских контрактов. Так что весь шум вокруг Ирана так и останется шумом – а для смягчения противоречий между Ираном и Саудовской Аравией нужно восстанавливать единство Ирака и вести дело к завершению войны в Сирии и договоренностям о ее послевоенном устройстве. И в этом деле роль России будет решающей – вопрос только в том, насколько США готовы действовать в координации с Россией. Скоро мы узнаем ответ на этот вопрос. Теги:  Иран, Ближний Восток, Израиль, внешняя политика США, Саудовская Аравия, Дональд Трамп

24 мая, 07:09

Европе нужна модель управления многообразием

Великобритания - страна с мощными спецслужбами и богатыми традициями противостояния разного рода экстремистам. Однако и здесь бессильны гарантировать гражданам защиту от террористических нападений. Так же как и в Бельгии, Франции или Германии. И обвинять одни только "органы" несправедливо - источник зла находится внутри обществ, которые структурно не готовы к мировым условиям XXI века. Стирание границ и открытость как главный (по крайней мере - провозглашаемый) принцип организации жизни не выдерживают столкновения с реальностью. Следовательно, неизбежны коррективы, которые, собственно, уже и начались. Но принесут ли они результат? Не стоит упрощать картину и сваливать все на глобализацию, как это делают приверженцы протестных партий и движений. И сама глобализация - плод естественного развития западной цивилизации, экспансивной и мессианской по определению. И, что еще важнее, корни нынешней ситуации уходят в более ранний период, середину прошлого столетия, когда окончательно закончилось колониальное устройство мировой периферии. Все бывшие колониальные империи сталкиваются с террористической и экстремистской опасностью в большей степени, чем страны с иным прошлым. И уровень этой опасности не слишком зависит от характера бывшей империи и формы расставания с ней. Так, считается, что Великобритания сумела мудро и элегантно распрощаться с прежними территориями, а Франция оставила крайне недобрую память своими попытками сохранить достояние. Но нельзя сказать, что это как-то сказывается на нынешней ситуации. Важнее другое - взаимное переплетение метрополии и окраин, возникавшее в имперских образованиях, сохранялось, меняя содержание. Неспособность большого количества стран, которые обрели независимость в середине ХХ века, построить дееспособные благополучные государства не только стимулировала желание возложить ответственность на бывших хозяев, но и подпитывала стремление переселиться в культурно близкие метрополии.

23 мая, 19:36

Постоянные внешние факторы и величины, влияющие на сценарий развития России

Эти относительно постоянные факторы и величины, которые будут мало меняться в перспективе 10-30 лет в отличие от переменных величин, и которые можно пытаться относительно точно прогнозировать. Собственно именно эти стабильные и достаточно прогнозируемые факторы позволяют говорить о возможностях научного прогнозирования. Соответственно, чем полнее и подробнее они рассматриваются, тем точнее может быть прогноз. Это прежде всего те объективные географические, геополитические и природные условия, которые следует учитывать при развитии любых сценариев России:  – Фактор территории и географического положения России.   Территория России, охватывающая значительную, северо-восточную часть Евразии, составляющая 1/7 часть мировой суши и граничащая со всеми основными центрами силы и ЛЧЦ.   Эта территория, с одной стороны, исключительно обособлена, даже изолирована пространствами Арктики и малонаселенных районов центральной Азии, а с другой стороны, позволяет России одновременно граничить как с большинством стран Европы, так и стран бассейна Тихого океана. Подобное географическое положение позволяет России развиваться в будущем достаточно автономно, используя при необходимости как все преимущества глобализации и международной торговли, так и (при необходимости) игнорировать их недостатки.  Россия всегда являлась «ядром» евразийской интеграции, без сотрудничества с которым трудно развивать отношения западных, южных и восточных регионов Евразии. Это стратегическое положение страны делает её ключом к формированию системы безопасности на всем континенте: ни Индия, ни Китай, ни Европа, ни страны центральной Азии не могут существовать в безопасности без учета интересов России, что делает её положение исключительно выгодным с точки зрения любых инициатив по созданию систем безопасности в Евразии.  Но это же ключевой положение России превращает её в приоритетный объект для внешнеполитического влияния и военно-политического давления. Так, например, США и НАТО:  – не могут эффективно влиять на ситуацию в центральной Азии и на политику целого ряда стран – от Ирана до Афганистана  - без учета позиции России;  – не могут оказывать давления на КНР с севера, северо-запада и запада, не получив одобрения со стороны России, что позволяет ей обеспечить сильные позиции в отношениях с КНР;  – не могут влиять эффективно на страны Ближнего м Среднего Востока, которые (как показала Сирия) могут получить поддержку России.   Таким образом в будущем на развитие России и её базовые сценарии будет оказывать влияние как фактор роста значения России в мире и в Евразии, так и необходимости учета её роли в мировой политике. С точки зрения западной ЛЧЦ и США это означает только одно: растущую актуальность вовлечения России в свою внешнюю политику, либо её подчинение своей воле.  – Факторы, связанные с концентрацией в России значительных природных ресурсов.  По мере роста населения в мире и его потребностей, вытекающих в том числе из появления почти 1 млрд человек, представляющих средний класс КНР и Индии, а также целого ряда других стран, совершенно по-новому встает вопрос о природных ресурсах, которые могут обеспечить этот быстрый рост потребностей огромных масс населения:  – продовольственных (в связи с ростом потребления мяса и других продуктов) питания;  – питьевой воды, недостаток которой испытывал в 2017 году уже 1 млрд человек;  – энергоресурсов, связанных с ростом экономик новых центров силы в КНР, Индии, Индонезии и других странах;  – природных ресурсов, составляющих значительную часть мировых природных ресурсов, от распределения которых зависят экономика и безопасность многих государств;  Эти и другие факторы будут объективно усиливать значение России в мире как государства, контролирующего огромные запасы природных ресурсов, от использования которых зависит благополучие целых регионов.   Вместе с тем, эти же обстоятельства будут способствовать развитию внешних угроз, связанных с потребностями – настоящими и мнимыми – к получению доступа к этим ресурсам. Западная ЛЧЦ может быть заинтересована:  – в получении льготного доступа к таким ресурсам;  – международному «переделу» этих ресурсов;  – подчинению России и получению права пользования этих ресурсов.  Эти же обстоятельства могут привести к отдельным конфликтам по поводу использования ресурсов – от питьевой воды и энергоресурсов до лесных, земельных, либо экологических ресурсов – с широким кругом стран, представляющих прежде всего западную ЛЧЦ.  – Геополитическое значение России и возможностей её транспортных коридоров.  Невыгодная «вытянутость» России в прошлом может превратиться для России в огромное преимущество в связи с усилением товарообмена между  КНР, странами Юго-Восточной Азии, с одной стороны, и европейскими странами, с другой. Кратчайшие авиационные, железнодорожные и автомобильные пути в Евразии с запада на восток и с севера на юг могут проходить через территорию России. Это обеспечит нашей стране колоссальные преимущества.  И не только транзитной торговли, но и военно-политические: развитые коммуникации могут быть единственными или в числе ограниченного спектра средств доставки грузов.   Вытянутость территории с запада на восток, значительная роль мировых транспортных коридоров, пролегающих через Евразию, и обособленность отдельных регионов, особенно Арктики, неизбежно будет повышать значение России в мире, но, одновременно, и стремление других стран контролировать транспортные коридоры. В истории человечества яркими примерами борьбы являются конфликты вокруг Суэцкого, Панамского каналов, черноморских проливов и пр. стратегических объектов.  Значение транспортных коридоров России может в еще большей степени вырасти в связи с ограничениями по использованию возможностей прежних транспортных путей. Расширение пропускной способности Суэцкого и Панамского канала может быть недостаточно, а блокировка (пираты) и другие препятствия могу еще больше поднять значение «российского транзита».  – Слабость заселения территорий, а также низкие темпы воспроизводства демографического и в целом человеческого капитала в России как долговременный фактор влияния на развитие страны.  Большое негативное и долгосрочное значение для развития России будет иметь сохраняющаяся угроза демографической катастрофы и снижения качества национального человеческого капитала, которая носит взаимосвязанный, объективно-субъективный характер.  С одной стороны, даже самые решительные меры власти не исправят быстро демографическую ситуацию в стране, в особенности в её восточных регионах, а с другой стороны, исключительные меры в области увеличения качества НЧК могут резко изменить в пользу России перспективы её развития и относительную роль в мире.  Эти и другие внешние факторы объективно влияют на военную и государственную мощь России, предоставляя ей «от Бога» статус великой державы (но не сверхдержавы). Они будут играть важную роль в формировании сценариев развития России и их следует учитывать при любых прогнозах, что далеко не всегда делается, например, при подготовке долгосрочных прогнозов социально-экономического развития России. Автор: А.И. Подберезкин 23.05.2017 Tweet май 2017

Выбор редакции
23 мая, 16:44

Глобализация по-китайски

Грандиозный международный проект открывает для нас новые возможности. // Виктор Пироженко

23 мая, 14:43

КНИГА. Амелина Я.А. ««Группы смерти» как угроза национальной безопасности России»

Опубликовано: Амелина Я.А. «Группы смерти» как угроза национальной безопасности России. Аналитический доклад (18+) / Кавказский геополитический клуб. — М.: Издатель А.В. Воробьев, 2017. — 72 с. ISBN 978–5–93883–344–9 ЧИТАТАТЬ (скачать): Амелина Я.А. «Группы смерти» как угроза национальной безопасности России [5,76Mb PDF] Кавказский геополитический клуб представляет аналитический доклад политолога, секретаря-координатора КГК Яны Амелиной «Группы смерти» как угроза национальной безопасности РФ» (в подготовке принимала участие Эмилия Челерина). Несмотря на широкое общественное внимание, привлеченное к проблеме суицидальных сообществ в социальной сети вКонтакте, в настоящее время околосуицидальный и в целом депрессивно-(ауто)агрессивный контент составляет значительную часть содержания сотен постоянно обновляемых пабликов, целевой аудиторией которых являются подростки. Создатели сети данных сообществ, активно раскручивающие антирелигиозные, антигосударственные и иные деструктивные «идеи», постепенно переходят к решению задач общественно-политического характера, прямо угрожающих национальной безопасности РФ. Одна из наиболее серьезных угроз, которую влечет массовое распространение подобного контента, — потенциальная возможность использования  молодежи для совершения террористических актов, в том числе религиозно и политически немотивированных. Кавказский геополитический клуб (www.kavkazgeoclub.ru) — многопрофильная площадка, объединяющая специалистов в сфере геополитики, а также общественно-политической и религиозно-идеологической проблематики. Среди важнейших направлений экспертно-аналитической работы КГК — Ближний Восток, Северный Кавказ и Закавказье, радикальный исламизм, прикладные вопросы глобализации и культурологии и ряд других. Материалы доклада будут полезны сотрудникам правоохранительных органов, политологам, психологам, специалистам […]

23 мая, 12:30

Мнения: Арно Дюбьен: Чем удивит новый президент Франции

Главный вызов сейчас для Эммануэля Макрона – это закрепить победу на парламентских выборах. Как же эволюционирует политическая ситуация во Франции после формирования нового правительства и выборов в парламент, которые пройдут в два тура 11 и 18 июня? В понедельник, 22 мая, появилась информация о визите президента России Владимира Путина в Париж по случаю открытия выставки, посвященной визиту Петра I во Францию ровно 300 лет назад. Именно по итогам пребывания во Франции, которое длилось более полутора месяцев, было подписано соглашение об установлении дипотношений между странами. Визит состоится менее чем через месяц после избрания нового президента Франции, которым по итогам второго тура стал Эммануэль Макрон. Последние опросы общественного мнения во Франции, проведенные за два дня до первого тура президентских выборов, то есть 23 апреля, в отличие от печальных для социологов инцидентов в США и Великобритании, не ошибались. Результаты первого тура они предсказали с точностью до процентов. Также во втором туре этих выборов во Франции – и это надо обязательно понимать – была более низкая явка, чем обычно, и нетипично большое количество «белых» бюллетеней. Это говорит о том, что волны поддержки Макрона не было. Половина его избирателей во втором туре заявила, что голосовала не за него, а против Ле Пен. Для нее эти выборы в целом и 34% во втором туре оказались провальными, разочарованием и плохим сюрпризом (если вспомнить опросы). Результаты президентских выборов выявили два момента. Во-первых, они обозначили географический водораздел между избирателями Макрона из числа крупных городов и электоратом Марин Ле Пен с северо-востока страны, регионов, наиболее пострадавших от деиндустриализации. Столкнулись успешная Франция и Франция, проигрывающая от идущей глобализации. Что хочет Эммануэль Макрон получить от своей победы? Его главная задача – разрушить традиционную партийную систему и переформатировать вокруг себя политический ландшафт. Он позиционирует себя не как правый, не как левый, а как политик «над всеми». Как же эволюционирует политическая ситуация во Франции после выборов, после формирования нового правительства и в свете предстоящих – и в этот раз поистине решающих! – выборов в парламент, которые пройдут в два тура 11 и 18 июня? Де-факто Макрон уже разрушил прежнюю систему и привлек к себе умеренную часть электората Социалистической партии. На очереди – то же самое с правоцентристами и с республиканцами. Это его стремление абсолютно очевидно после объявления премьер-министра и состава правительства. Эдуард Филипп, новый глава правительства, до своего назначения 15 мая был членом партии «Республиканцы» и сторонником Алена Жюппе, который проиграл на праймериз правоцентристов Франсуа Фийону. Другой проигравший на выборах правоцентристов (тому же Фийону) – республиканец Брюно Ле Мэр – согласился занять важную должность в правительстве Макрона, министра экономики Франции. Макрон также назначил тяжеловеса, центриста Франсуа Байру, который до этого трижды баллотировался в президенты Франции (в 2002, 2007 и 2012 годах), министром юстиции. Мэр Лиона Жерар Коломб из Социалистической партии Франции, который при этом, однако, не входил в правительство Олланда и с самого начала поддержал Макрона (когда другие в него не верили), получил пост главы МВД. То есть Макрон привлек в правительство людей, которые изначально поддержали его, при этом вне зависимости от партийной принадлежности. Половину правительства составляют женщины. Человеком номер два в правительстве стал Николя Юло – видный общественный деятель в области экологии и представитель гражданского общества. Избранный президент отразил в своем правительстве запрос французского общества на обновление – обновление лиц, обновление практик, при этом собрав вокруг себя гвардию из опытных политиков – помимо уже упомянутых Байру и Коломба, это Жан-Ив Ле Дриан. Бывший министр обороны при Олланде – при этом он считался по результатам своей работы самым успешным министром – сейчас возглавил МИД Франции. Это правительство тех, кто, как и Макрон, хочет отбросить водораздел правые–левые, кого объединяют прагматизм, идеи либерализации экономики и твердые проевропейские позиции. Главный вызов для Макрона на данном этапе – это закрепить победу на парламентских выборах, так как без парламентского большинства президент не может править страной, в его исключительных полномочиях находятся только оборона и внешняя политика. Каков самый вероятный сценарий? Первые опросы показывали, что французы не хотят, чтобы у него было абсолютное большинство в парламенте. Но при этом очевидны: складывающаяся «восходящая» динамика Макрона после избрания президентом и полная деморализация противников (для республиканцев большим ударом по имиджу стали «перебежчики» в правительство Макрона; из Национального фронта на почве начавшегося после проигрыша брожения вышла Марион Марешаль Ле Пен, многообещающий и молодой лидер; а Меланшон просто не сможет найти во всех избирательных участках подобных себе ярких лидеров, которые смогли бы пройти в парламент). Так что, по всей вероятности, Макрону удастся заполучить большинство – хотя и неоднородное! – в следующем созыве. Также вероятно, что республиканцы не исчезнут с политической арены и составят основную оппозицию Макрону в парламенте. Франция и Макрон многих удивили в последний месяц, могут удивить они и Владимира Путина в ближайшее время. Теги:  Франция, парламентские выборы, Эммануэль Макрон

23 мая, 12:13

Разломы Арабского Востока

Итоги опроса молодёжи региона говорят о смене внешнеполитических приоритетов Социологическая служба ASDA`A Burson-Marsteller, специализирующаяся на опросах в странах Ближнего Востока и Северной Африки, представила  результаты масштабного исследования настроений арабской молодежи в социальной и политической сферах под названием Arab Youth Survey 2017[1]. Итоги опроса свидетельствуют о растущих диспропорциях в развитии арабских стран, а также о смене […]

23 мая, 09:00

Узбеков нанимают на рабочие места россиян

Узбекистан набирает работяг для России. У нас свои что ли кончились? При этом зарплаты для гастарбайтеров предлагают хорошие - до 60 тысяч рублей! Почему россиян не зовут работать за эти деньги? СКОЛЬКОВО-СКОЛЬКОВО? В Узбекистане объявили о массовом наборе рабочих рук для России. «Хотите работать за рубежом? Есть работа!» - радостно сообщило узбекское Агентство по вопросам […]

22 мая, 15:44

Путин призвал разделить выгоды глобализации по справедливости

Путин призвал разделить выгоды глобализации по справедливости

22 мая, 15:06

Путин направил приветственную телеграмму участникам ПМЭФ-2017

Президент отметил, что на мероприятии предстоит оценить риски, связанные с внедрением новых технологий

04 апреля, 17:32

Дмитрий Перетолчин. Константин Черемных. "Глубинное государство" против Дональда Трампа

Как устроено американское государство, почему у Трампа так мало возможностей проводить самостоятельную политику. Кто управляет США на самом глубинном уровне. Кто входит в ближний круг Трампа, и какое влияние они на него оказывают. #ДеньТВ #Перетолчин #Трамп #Черемных #американскиеэлиты #Богемскаяроща #закрытыеклубы #мироваяэлита #глобализация #глубинноегосударство #Бэннон #Турция #спецслужбы #консерваторы #Тиллерсон

20 марта, 18:25

Миллиардер Рокфеллер скончался в возрасте 101 года

Американский миллиардер Дэвид Рокфеллер скончался в США в возрасте 101 года, сообщила газета The New York Times.

10 февраля, 02:50

АЛЕКСАНДР НЕКЛЕССА. СОЗИДАНИЕ БУДУЩЕГО

«Активное представление будущего – своего рода извилистая дорожная карта опознания и решения критических задач, возникающих при прохождении исторических развилок. Стратегическое планирование существенно отличается от оперативного: доминанта первого – контекст, результативность второго – текст. Тактические и стратегические цели порою противоречат друг другу, рефери тут – горизонт планирования. Будучи асимметричным и скачкообразным, преодолевая инволюции и рекурентности, процесс перемен реализуется не обязательно в жесткой хронологической последовательности – по крайней мере, не для всей планеты и популяции. Хроники глобального сообщества имеют пространственное выражение, мир не без химеричности: Амазония и Силиконовая долина расположены на одной планете...»

04 февраля, 20:43

"Э" -- экономическое. Из серии "придумайте выход", когда выхода нет...

В "день перепоста" этого блога -- краткий экскурс в экономическую ситуацию от главного экономиста движения "Сути времени" Бялого: ...мировые экономические структуры, которые определяют глобальную экономическую политику, проявляют некий странный оптимизм, надежды на то, что вот-вот всё это, кошмар закончится, мы перейдем к быстрому экономическому росту.Самая главная из таких структур, вроде бы обязанная этим заниматься, Международный валютный фонд, она тоже этим грешит.Линия изменения темпов роста мирового ВВП и прогнозы ежегодные, которые давал Международный валютный фонд.Можно сказать с уверенностью, что сейчас снова ошибаются.Каждый год объявляют переход к росту, причем ошибаются в этом довольно сильно и болезненно, потому что, не зная прогноза, не понимая, что будет происходить, крупные экономические проекты совершенно невозможно как-то планировать.Глядя на эту картинку, люди не верят, что снова не ошибка, а потому черта с два они инвестируют в развитие своего производства, черта с два инвестируют в новые предприятия, в новые товары, в новые услуги и так далее.То есть это прямым образом сказывается на проблеме экономического роста.Темпы роста сегодня, как мы видим, упали мировые до 3% в год примерно.Это крайне мало по сравнению с тем, что было совсем недавно.если говорить о развитых экономиках, которые давно когда-то были локомотивом мирового роста, то там ситуация совсем печальная – от 0 до минимальных процентов.Экономический рост в развитых именно странах довольно сильно сфальсифицирован. Сфальсифицирован статистикой и сфальсифицирован новыми системами счета валового внутреннего продукта, куда что только ни помещают, ни пересчитывают.То какие-то гедонистические коэффициенты, якобы новая продукция почему-то в два раза лучше удовлетворяет потребности.То в ВВП начали, официально, без дураков, включать проституцию, спекуляции валютные, торговлю людьми, торговлю наркотиками, нелегальную торговлю оружием – всё это сегодня уже в счете ВВП, я не шучу.Если говорить не о долларах, а считается-то всё в долларах, а в физическом объеме выпуска, то ситуация еще хуже.Промышленный спад в ведущих странах за редким исключением идет давно и достаточно быстро.То же самое происходит в мировой торговле.Ее объемы впервые за много десятков лет не растут, а падают даже вот в этом самом искаженном долларовом выражении.Начиная примерно с 2000 года почти стагнация, поскольку речь идет о долларовых переоценках, а не о физических объемах экспорта.И это показывали индексы, там, Baltic dry и другие, по перевозкам товаров, по международным. А здесь уже начался спад не только по физическим объемам, но и по денежному эквиваленту, долларовому этому.Основную роль в выходе из этой рецессии взяли на себя центральные банки, которые развернули гигантские, в триллионы долларов, евро, йен, фунтов, франков и так далее программы накачки экономик свежими деньгами.На сегодняшний день формально завершена программа количественного смягчения в Соединенных Штатах.Реально она продолжается.То есть скупаются уже не долговые расписки, не облигации компаний и банков, а скупаются активы.А программы ЕЦБ, банка Японии, других ЦБ продолжаются.И в результате с начала кризиса активы на балансах основных центральных банков мира выросли почти в 6 раз.Вот 100% в 2007 году.В 6 ра рост за короткий промежуток времени.Это фактически, скажем так, дутые деньги.Деньги, которые не обеспечены никакими товарами и услугами.Это деньги страшные, потому что они копятся, их некуда девать.Большинство мировых ЦБ снизили свои ставки.Ключевые ставки у некоторых центральных банков сегодня являются отрицательными.Стоимость кредитования около нулевая или отрицательная.фактически большинство банков кредитуют получателя кредита, то есть приплачивают получателю кредита за то, чтобы взял кредит.это – и закачка денег, и практически бесплатные кредиты, - делается для того, чтобы хоть как-то заставить мировую экономику работать.Чтобы появились инвестиции, чтобы был экономических рост.Но серьезных инвестиций нигде практически нет, и роста тоже, соответственно, почти нет. Причины главные две.Первая в том, что в условиях кризиса бизнес просто не видит крупных прибыльных проектов для того, чтобы вкладывать деньги.не вижу, поэтому сижу на деньгах или использую куда-то в другое место.вторая причина – кризисная неопределенность, непредсказуемость экономической ситуации.глобальные финансовые власти постоянно ошибаются, причем ситуация с мировым производством и спросом не улучшается.В попытках хоть как-то спасти ситуацию, обозначить перелом вот этой трагической глобальной тенденции к какому-то лучшему, центральные банки начинают фактически рисовать благополучие.Во-первых, они проводят массированные скупки долговых обязательств корпораций других государств.То есть повышают спрос на активы на глобальном рынке и, значит, цену этих активов.Соответственно фондовые индексы будут расти.Более того, в последнее время ЦБ начали скупать не только государственные и корпоративные облигации, но еще и акции компаний.Опять-таки — совершенно невиданные меры в современной экономической истории. Не бывало такого.Покупают не только корпоративные облигации, не только государственные облигации, но и акции компаний, корпораций с рынка.ЦБ в результате такой макрофинансовой химии задирают, с одной стороны накапливают гигантские деньги (активы), а с другой стороны задирают вверх фондовые индексы, несмотря на то, что в кризис никакого улучшения нет.Картинка индекса Доу-Джонс: с минимума примерно в 7 тысяч в провале кризиса сегодня он добрался до 20 тысяч.В 3 с лишним раза -- экономика не растет, а цена активов в 3 с лишним раза выросла.Как это может быть?В логике любой внятной этого быть не может.Но это сделано.Это якобы должно побудить инвесторов к тому, чтобы кредитоваться и инвестировать.Расчет на то, что у большинства обывателей, которые работают на рынке с арифметикой начальной плохо, и они на 3 делить и умножать не умеют, поэтому им поверят, раз индекс растет, значит, можно инвестировать.Но к сожалению, почти нет таких, которые не умеют делить на 3, а в результате все деньги, которые бизнес получает с рынка, в инвестиции не идут.Они идут на то, чтобы наращивать дивиденды акционерам и зарплаты и бонусы менеджменту корпораций, а также на то, чтобы проводить сделки по слиянию и поглощению.В результате идет бешенное укрупнение капитала, олигархизация всех рынков.На рынках все меньше субъектов, которые способны конкурировать, значит, рынок со свободной конкуренцией не существует.О нем уже давно можно было забыть в большинстве отраслей вроде информации или радиоэлектроники, или автомобилей, теперь этот процесс олигархизации, то есть создание негласных пулов компаний распространяется на всё более мелкие, всё более менее значительные рынки, то есть рыночной экономики в классическом понимании в мире уже практически нет.Ее остатки сохранились где-нибудь в совсем периферийных экономиках.Нет капитализма в классическом понимании.Есть что-то совсем другое и достаточно мрачное.Но это — не бесплатное удовольствие.До такой бешенной скорости роста стоимости потребления без реального роста производства в экономической теории прямо и просто называется пузырем.На фондовых рынках быстро надувается новый, причем еще более крупный пузырь, и конечно же, более опасный, чем тот, что лопнул в 2007 году.Это был знаменитый пузырь доткомов, когда вот эти новые интеллектуальные информационные компьютерные системы пытались внедрить их, обещали, что они обеспечат невиданный экономический рост, в них вкладывали бешеные деньги, надули пузырек.Второй пузырь — это тот, из-за которого грохнулся весь мир глобальной экономики в 2007 году и далее.Пузырь на рынке стандартной ипотеки, мусорных ипотечных облигаций.Сейчас надут третий пузырь по масштабу по сравнению с реальным номинальным ВВП, который — подчеркну, к тому же задран, реально провал гораздо глубже — этот пузырь не может не взорваться. Так и он непременно взорвется, и все напряженно думают, когда и именно, и кому достанется больнее всего.В результате в мировой экономической прессе всё больше рассуждений (вполне авторитетных, между прочим) о том, что центральные банки уже полностью исчерпали свои возможности управления национальными экономиками и глобальными процессами роста.Нет у них инструментария, нет методов в существующей структуре экономики, которую сейчас часто называют сейчас «финансовым капитализмом», хотя это — ёмкое определение, но недостаточное.В ней уже нет тех механизмов, нет регулятивных мер ни у кого для того, чтобы хоть как-то управлять и как-то исправлять ситуацию.И при этом все чаще говорится о том, что мы сегодня сталкиваемся с такой системой глобальных рисков, которая требует фундаментальной перестройки мировой рыночной системы.Но при этом я нигде не встречал рассуждений почему-то, в которых говорится о том, что именно пул мировых центробанков и приближенных к ним транснациональных как правило банков или финансовых холдингов, который скупает активы, он фактически становится совокупным хозяином львиной доли мирового богатства.То есть уже не распределенный рыночный капитал, а центробанки и приближенные к ним транснациональные финансовые холдинги становятся потихоньку (это как бы малозаметно) реальными хозяевами мира экономическими (финансовыми).Но об этом почему-то в качестве глобальных рисков никто не говорит.Уже произошла или происходит вот эта катастрофическая перестройка глобальной рыночной экономики, она уже совсем другая, но об этом не говорят.В появляющихся в экономической прессе прогнозных перечнях рисков, если на это и намекается, то очень невнятно и где-то в конце списка.Штаты накопили совершенно беспрецедентный долг -- $20 трлн государственного долга.Причем $10 трлн из этих $20 трлн были накоплены всего в последние 8 лет при Обаме.Ну и остальное разное еще $60 трлн.Откуда прежде всего берется главный, наиболее болезненный государственный долг.Это прежде всего отрицательное сальдо внешнеторгового баланса Соединенных Штатов, которое много лет стабильно держится на очень высоких уровнях.Его динамика за 10 месяцев последнего года.Помесячно нигде меньше 36-38 миллиардов долларов разбаланса, дефицита не было.Это за год 900 миллиардов долларов.В 2015 году дефицит был огромный, почти 740 миллиардов долларов.Неподъемная ситуация на долге, это не единственная проблема.В Америке после кризиса достаточно быстро и резко падает средний реальный доход домохозяйств.За период кризиса он упал примерно с 5750 долларов до 5350 долларов, на 400 долларов.Далее, заметно, с 308 примерно долларов на человека в 2011 году на 20 долларов, до 328 долларов в 2016, повысились расходы на стоимость медицинских услуг.И здесь, конечно большую роль сыграла продавленная Обамой программа Obamacare, программа медицинского страхования.Все эти признаки государственного экономического неблагополучия США приводят к серьезному негативному процессу в сфере государственных финансов, а именно к утрате доверия к надежности долговых обязательств Америки и, соответственно, продажам американских гособлигаций Treasuries, прежде всего зарубежными центральными банками.Общий объем Treasuries в держании зарубежных центробанков и других инвесторов зарубежных более 6 триллионов долларов.Но более 400 миллиардов долларов падения в последнее время, оно продолжается, по последнем данным наиболее крупные держатели Treasuries.Большинство экспертов считает, что главная причина именно в росте недоверия к финансово-экономической устойчивости Соединенных Штатов.Вот на таком вот экономическом фоне в Соединенных Штатах неожиданно, почти для всего мира неожиданно, подчеркиваю, победил Дональд Трамп.Представляется, что победил он в роли ставленника системных элитных групп, которые понимают, что прежняя экономическая политика, которая олицетворялась Клинтоном, Бушем младшим, Обамой, а также которую заявляла претендентка на президентский пост Хилари Клинтон, это полный тупик.Америка заведена в тупик, и весь ведомый Америкой глобальный экономический мир заведен в тупик, выхода из которого никто не видит.Для Соединенных Штатов главная проблема этого тупика – перманентный дефицит внешнеторгового баланса и вот этот самый переваливший за 20 триллионов долларов госдолг.видимо Трамп поддержан именно для того, чтоб вот эти две главные глобальные проблемы, глобальные американские, начать решать.Предшественники Трампа и Хилари в своей политике по сути представляли интересы транснациональных корпораций и банков.Именно они были и являются главными бенефициарами, как мы уже говорили, и интересантами, соответственно, финансово-торговой глобализации.Именно на этой глобализации они устроили тот пылесос, который позволял Соединенным Штатам Америки накапливать чужие деньги и свободно ими играть, вот именно финансовому пулу свободно этими деньгами играть, ну и накопить соответствующий долг, голова о котором должна болеть у кого-то другого, наверное, у кредиторов, но не у американской администрации, не у американской элиты, не у американского истеблишмента.Представляется, что Трампу фактически назначено или поручено стать, если, естественно, у него получится, лидером фундаментальной смены экономической политики США, то есть с опорой на национальные корпорации и банки.для того, чтобы это реализовать, нужно, чтобы эти национальные корпорации и банки были, чтобы они были сильными, чтобы стать вот этой самой опорой нового курса Трампа. То есть американский бизнес нужно вернуть в Америку. Именно это есть главное, о чем регулярно говорит Трамп. И знаменательно, между прочим, что в публикуемых в США и во всем мире сводных таблицах, которые призваны представить экономическую программу нового президента Соединенных Штатов, вот это самое главное постоянно опускается или прячется в деталях.

24 января, 07:56

Андрей Девятов: Битва конца: судьба США и шанс России

Оценка событий вокруг вступления в должность 45-го президента США Гвалт и хипеш (на идиш – крик и шум) наших замечательных политологов вокруг фигуры 45-го Президента Североамериканских Соединенных Штатов Дональда Джона Трампа (родился в1946 году красной собаки) демонстрируют неспособность российского экспертного сообщества «за деревьями разглядеть лес». Опять российско-американский двоичный «шахматный» формат. А вот «Большой Игры» за карточным столом истории в СМИ не видят. Стратегичность утрачена. А поэтому печален будет и результат политологической «Трампомании»: проиграют наши любезные американисты, а не выиграют; и не в шахматы, а в карты; и не Трампу, а Китаю и Финансовому интернационалу евреев. «Большая Игра» – этот термин в политологический оборот в 1901 г. ввел писатель и знаменитый масон Р. Киплинг – ныне идет между шестью игроками (мировыми проектами) по правилам карточной игры в бридж. Образ «Большой Игры» после Второй Мировой войны, когда Британия ещё находилась в имперской фазе, в романе «Казино Рояль» создал другой британский писатель Ян Флеминг. Выдающимися мастерами бриджа были Дэн Сяопин и М. Тэтчер. По матрице бриджа, в наше время, глобальное партнерство КНР и Британии вошло в десятилетие «золотой эпохи» (до 2025г.). Пекин, 19.12.1984   Лондон, 20.10.2015 В 1993 году американский политолог выпускник Йельского университета Самюэль Хантингтон «Большую Игру» представил как грядущее столкновение цивилизаций Мира Запада с Миром Ислама. В библейской традиции это столкновение называется «Битва Конца» между «царем северным» и «царем южным». Планировщиком «Большой Игры» (хозяином Казино) являются каббалисты. Об этом 28.10.15 открыто заявил уполномоченный «рупор заказчика», член «Всемирного совета мудрецов» Михаэль Лайтман (см. VID-20170123-WA0003.mp4). Игроками за «Карточным столом истории» в начале XXI века выступают следующие 6-ть орденских структур концептуальной власти:   Каббалисты: Хабад и Фининтерн под флагом Мошиаха   Общество: Мальтийцы, Опус Деи… под флагом Ватикана    Драконы: Китайские военные кланы глубокого залегания    Группа (МЫ): Пилигримы и пр. под короной Виндзоров    Орден: Йельские иллюминаты под флагом Череп и Кости    Новый Халифат: Воины священно войны под флагом ИГ*   Россия, не имея своей концептуальности, в игре пока находится под управлением каббалистов (хасидов Хабада).     Розыгрыши «Большой Игры» уже как «Битвы Конца» идут с 2013 года. Игру в коне 2013 года заказал Новый Халифат. Тогда было провозглашено создание Исламского государства Ирака и Леванта (ИГИЛ). Выигрышем кона должно было бы стать взятие воинами священной войны (джихада) столицы Халифата династии Омейядов города Дамаск. Стараниями Ордена (глобалистов США) ИГИЛ, как олицетворение «царя южного» (наследника Халифата), было запрещено. А на роль «царя северного» (наследника Рима) Хабад вытолкнул Россию демократического выбора (с доктриной «Москва – Третий Рим»). 30.09.15 строго по дорожной карте планировщика Воздушно-космические силы РФ нанесли первый удар по целям ИГИЛ в долине Евфрата. Библейский «Гог из пределов Севера с полчищем персов при нем» сорвал взятие Дамаска. Новый Халифат свой кон, заявленный на козырях духовных ценностей (♥), проиграл. Конец 2016 года, начиная с сентябрьского Саммита G-20 в Ханчжоу, был годом торга за заказ игры в новом коне 2017-2020 гг. Именно в ракурсе торга «Большой Игры» следует рассматривать президентские выборы в США, где Орден противостоял Группе. При этом Х.Клинтон представляла Орден (Йельских иллюминатов), а Трамп (с немецко-шотландским происхождением) – Группу. В противостоянии победила Группа, однако кон 17.01.17 на Всемирном экономическом форуме в Давосе заказали партнеры Группы китайские Драконы. В связи с посрамлением доктрины Ордена «глобализации по-американски» и уходом администрации Трампа в изоляционизм Драконы в лице Председателя КНР Си Цзиньпина объявили в Давосе старт глобализации по-китайски. В газете КПК Жэньминь Жибао от 18.01.17 были объявлены и козыри на кон – культура и вся сфера общественных отношений (♠). Символом же глобального всестороннего стратегического партнерства в «Большой Игре» британской Группы (Виндзоры + Ротшильды) и китайских Драконов (клан Си) стал отправленный из Китая (г. Иу) 01.01.17 первый китайский контейнерный поезд, который прибыл в Лондон аккурат перед инаугурацией Трампа – 18.01.17.     Что же касается роли Трампа как президента Североамериканских Соединенных Штатов, то с поражением глобалистов Ордена, теперь он назначен планировщиком на роль Гога в библейской «Битве Конца»: Третьей Мировой войне столкновения цивилизаций наследников Рима (Мир Запада) с наследниками Халифата (Мир Ислама). Об этой роли на инаугурации (Римское «посвящение») Трампа сказал раввин Хайер, выступивший сразу после «тронной речи» Трампа.     Вознеся молитву к Богу иудеев, раввин благословил президента Дональда Трампа и Америку, сказал о правом деле восседающего на Святой Горе (намек на Вашингтон как Град на Холме – Новый Иерусалим) и, говоря о ценностях американской нации, вспомнил Сион и плен евреев на брегах Вавилонских. Трамп же в инаугурационной речи (наследника Рима) прямо ополчился на радикальный ислам, как на цивилизационного врага.     Все признаки того, что по замыслу планировщика теперь Трамп, а не Путин будет выполнять роль «царя северного» в Битве Конца наследников Рима с наследниками Халифата проявились. У России же появился шанс выскользнуть из расставленной Орденом засады Сирийской военной кампании. Для этого нужно в начавшемся розыгрыше кона 2017-2020 годов занять позицию «вооруженного нейтралитета» в отношении Нового Халифата, не мешать Группе и подыгрывать Драконам в противостоянии Ордену.   Один Путь в глобализацию Великого Единения народов   По заданию Московской концептуальной группы небополитиков Исполнил Андрей Девятов No509 от 24.01.17 *- запрещенная в Росии террористическая организация

19 января, 12:25

Давос-2017 как символ завершения эпохи глобализации

В эти дни, 17-20 января, в Давосе проходит очередная, 47-я по счёту ежегодная встреча. Официально Давос считается главным мероприятием швейцарской неправительственной организации Всемирный экономический форум (ВЭФ). Форумы в Давосе имеют свое лицо, отличающее их от саммитов G20  или заседаний Бильдербергского клуба. Если G-20 – встречи официальных лидеров, а Бильдербергские ежегодные встречи абсолютно непрозрачны, то форумы в...

18 января, 16:10

Ольга Четверикова. Дмитрий Перетолчин. "Стратегия дехристианизации"

Дмитрий Перетолчин и кандидат исторических наук Ольга Четверикова о глобальной проблеме гонений на христиан по религиозному признаку. Для многих наблюдателей давно стал очевидным факт, что христианство остается самой преследуемой религией в мире. Ближний Восток стал ареной беспрецедентных гонений на христиан. Если в XIX и XX веках страны Запада стремились оказывать поддержку ближневосточным христианам, то теперь, юридически и фактически открестились от своих христианских корней. По-иезуитски, в латентной форме идет широкая, незаметная ревизия основ учения о нравственности католической церкви. Чем христианская вера мешает мировым элитам, как они хотят её "модернизировать", и почему это представляет опасность для России. #ДеньТВ #Четверикова #Перетолчин #религия #христианство #БлижнийВосток #католичество #православие #протестантизм #оккультизм #масонство #НьюЭйдж #экуменизм #будущее #иезуитство

10 января, 09:18

Папа римский Франциск стал теперь международным монетарным гуру

Антоний Аквинский (Antonius Aquinas) Случилось так, что с началом нового года текущий обитатель престола Святого Петра, похоже, решил взять на себя новую функцию, которая не входит в область его ответственности, очерченную святым основателем этого учреждения. Провозгласив самого себя экспертом по…читать далее →

08 января, 04:32

Широкое недовольство вызвано "концом экономического роста"

Широкое недовольство вызвано "концом экономического роста"Ложное обещание глобальных элит, что неолиберальная экономика излечит все беды посредством эликсира бесконечного экономического роста, помогает объяснить возмущенные националистические движения, которые раздирают политику Запада, отмечает бывший британский дипломат Алистер Крук. Рауль Илархи Мейхер, давно пишущий комментатор, написал кратко и вызывающе: "Всё! Модели, на которой базировались наши общества в течение, как минимум, того времени, что мы живем, пришел конец! Вот поэтому есть Трамп." "Экономического роста больше нет. Реального роста нет уже несколько лет. Все, что осталось, это пустые несерьезные радостные цифры индекса фондового рынка S&P, поддерживаемые ультрадешевым заемным капиталом и выкупом акций, и цифры трудовой занятости, которые прячут неисчислимые миллионы, которые не входят в число работающих. Но больше всего имеется задолженности, как государственной, так и частной, которая служила для сохранения иллюзии роста, а теперь она больше не может это делать."У этих ложных цифр роста только одна цель: чтобы общественность сохранила в их роскошных креслах действующих лиц, облеченных властью. Но они могут вводить людей в заблуждение с помощью занавеса Оз [Волшебника страны Оз - Волшебника Изумрудного города в русской версии, прим. перев.] лишь какое-то время, и это время уже прошло. "Вот что означает восхождение Трампа, а также Брекзит, Ле Пен и все остальные. Это конец. То, что двигало нас всю нашу жизнь, потеряло и направление и свою энергию". Мейхер продолжает: "Мы находимся в центре самого важного глобального события за многие десятилетия, в некоторых отношениях, пожалуй, даже за многие столетия, это настоящая революция, которая останется самым важным фактором влияния на мир на многие годы вперед, и я не вижу, чтобы кто-то говорил об этом. Это меня озадачивает. "Событие, о котором речь, это конец мирового экономического роста, что неумолимо приведет к концу централизации (включая глобализацию). Это также будет означать конец существования большинства, и особенно наиболее влиятельных, международных институтов. "Аналогичным образом это станет концом для - почти - всех традиционных политических партий, которые правят своими странами в течение десятилетий, и уже сегодня имеют рекордно низкие уровни поддержки или близки к этому (если вам не ясно, что происходит, то посмотрите на Европу!)"Дело не в том, чего хочет или что предпочел бы кто-то или какая-то группа людей, дело в "силах", которые не поддаются нашему контролю, которые сильнее и масштабнее, чем просто наши мнения, хотя они и могут быть созданы человеком."Множество умных и не таких умных людей ломают головы над тем, откуда взялись Трамп, Брекзит и Ле Пен, и все эти "новые" и страшные вещи, люди и партии - и они придумывают небольшие, но ненадежные теории о том, что это все из-за более пожилых людей, из-за более бедных, расистски настроенных и нетерпимых людей, глупых людей, людей, которые никогда не голосовали, и тому подобного. "Но никто в реальности не знает и не понимает. Что странно, потому что это не так трудно. Говоря иначе, все это происходит потому, что рост закончился. А если рост закончился, то значит закончилось и расширение и централизация во всем бесчисленном множестве их видов и форм, в которых они проявляются".Мейхер пишет далее: "Глобального как движущей силы нет, панъевропейского нет, и останутся ли Соединенные Штаты едиными, совсем не является закрытым вопросом. Мы идем к массовому движению десятков отдельных стран и государств и обществ к замыканию в себе. И все они в том или ином виде испытывают - неминуемые - трудности. "Что делает всю эту ситуацию настолько труднообъяснимой для всех, так это то, что никто не хочет признать все сказанное. Хотя часто рассказы об ужасной нищете исходят как раз из тех самых мест, откуда также взялись Трамп, Брекзит и Ле Пен."То, что политико-экономическо-медийная машина круглосуточно фабрикует новости о положительном росте, помогает в какой-то мере объяснить отсутствие осознания ситуации и самокритики, но лишь в какой-то мере. Остальное связано с тем, кем мы являемся. Мы думаем, что мы заслуживаем вечного роста".Конец "роста"Так что же, мировой "рост закончился"? Конечно, Рауль Илархи говорит о "совокупной" величине (и при любом спаде будут иметься примеры роста). Но ясно, что инвестирование, приводимое в движение кредитованием, и политика низких процентных ставок оказывают все меньше и меньше воздействия - или никакого воздействия вообще - на генерацию роста - будь то с точки зрения внутреннего роста или роста торговли, как пишет Тайлер Дерден в ZeroHedge:"После почти двух лет программы количественного смягчения в еврозоне экономические цифры остаются очень слабыми. Как подробно излагает GEFIRA, инфляция все еще колеблется рядом с нулем, в то время как рост ВВП в регионе начал замедляться, а не ускоряться. Согласно данным ЕЦБ, для роста ВВП в 1,0 евро нужно было напечатать 18,5 евро по программе количественного смягчения, ... В этом году ЕЦБ напечатал почти 600 миллиардов евро в рамках программы покупки активов (количественного смягчения)". Центральные банки могут и создают деньги, но это не то же самое, что создание богатства или покупательной способности. Направляя создание кредитов посредством банков, выдающих займы их привилегированным клиентам, центральные банки предоставляют одной группе субъектов покупательную способность - покупательную способность, которая неизбежно должна была быть передана от другой группы субъектов в Европе (т.е. передана от обычных европейцев в случае с ЕЦБ), которые, конечно, будут иметь меньше покупательной способности, меньше доходов для произвольных трат.Обесценивание покупательной способности не является таким очевидным (отсутствует безудержная инфляция), потому что все основные валюты девальвируются более или менее pari passu (наравне и одновременно - лат.) - и потому что власти периодически подавляют цену золота, чтобы не было наглядного стандарта, с помощью которого люди могли бы сами "видеть" степень общего понижения курса их валют. Мировой торговле также наносится большой урон, как довольно элегантно объясняет Ламберт Стретер с сайта Corrente: "Вернемся к перевозкам грузов: я начал отслеживать перевозку грузов ... частично потому, что это интересно, но больше потому, что перевозка грузов связана с товаром, а отслеживание товара казалось намного более привлекательным способом разобраться с "экономикой", чем экономическая статистика, не считая того, о каких книгах говорили обитатели Уолл-Стрит в любой отдельно взятый день. И даже не заставляйте меня начинать о Ларри Саммерсе."И то, что я увидел, - это спад, и не идущие вниз отметки, за которыми следует восстановление, а спад в течение месяцев, а затем года. Сокращение железнодорожных перевозок, даже если вычесть уголь и зерно, и сокращение спроса на грузовые вагоны. Сокращение перевозок на грузовых автомобилях и сокращение спроса на грузовики. Неустойчивый воздушный фрахт. Никакого рождественского отскока в тихоокеанских портах. И теперь у нас есть крах компании Hanjin - весь этот капитал, заблокированный в судах "на мели", хотя согласен, это всего лишь 12 миллиардов долларов или около того - и всеобщее признание, что каким-то образом "мы" инвестировали сли-и-и-ишком много денег в крупные суда и корабли, подразумевая (я предполагаю), что нам нужно перевозить намного меньше товара, по крайней мере, чем мы думали, через океаны."Тем временем, и находясь в видимом противоречии не только с медленным крахом мировой торговли, но и с сопротивлением "торговым соглашениям", складское хранение грузов является одним из немногих положительных моментов в недвижимости, а управление цепочкой поставок - это перспективная сфера. В ней непропорционально много социопатов, и поэтому она растущая и динамичная!"А экономическая статистика, судя по всему, не говорит о том, что что-то не так. Потребители являются мотором экономики и они чувствуют себя уверенно. Но в конечном итоге людям нужны товары; жизнь проходит в материальном мире, даже если вы думаете, что живете без какой-либо помощи. Это загадка! Так что я вижу противоречие: товаров перемещается меньше, но цифры говорят "все прекрасно". Я ведь прав? Так что в дальнейшем я буду исходить из того, что цифры не важны, а важны товары".Фальшивый эликсирТо есть, если быть более фальшиво-эмпиричным: как отмечает "Блумберг" в статье "Ослабленная валюта больше не является эликсиром, как раньше": "мировые центральные банки 667 раз понижали ключевые ставки с 2008 года, согласно "Банку Америки". За этот период времени 10 основных конкурентов доллара обесценились на 14%, однако экономики стран "большой восьмерки" выросли в среднем всего на 1%. С конца 1990-х годов снижение стоимости валют 23 промышленно развитых экономик на 10% с учетом инфляции увеличило объем чистого экспорта всего на 0,6% ВВП, согласно "Голдман Сакс". Это по сравнению с 1,3% ВВП в предыдущие два десятилетия. Торговля США со всеми странами сократилась до 3,7 триллионов долларов в 2015 году по сравнению с 3,9 триллионов долларов в 2014 году".С "концом роста" закончилась и глобализация: Даже "Файнэншл Таймс" согласна, как пишет ее комментатор Мартин Вулф в своей статье "Ситуация с глобализацией кардинально меняется": "Глобализация в лучшем случае буксует. Может ли она дать задний ход? Да. Для этого нужен мир между великими державами ... Имеет ли значение пробуксовка глобализации? Да."Глобализация буксует - не из-за политической напряженности (это удобный "козел отпущения"), а из-за того, что экономический рост является вялым в результате настоящего соединения факторов, вызывающих его остановку - и из-за того, что мы вступили в дефлирование долга, которое ограничивает то, что осталось от личных доходов для потребления. Но Вулф прав. Усиление напряженности с Россией и Китаем не решит каким-то образом проблему слабеющего контроля над глобальной финансовой системой - даже если бегство капитала в доллар, возможно, дает американской финансовой системе ощущение преходящей "эйфории".Так что же может реально означать "кардинальное изменение" ситуации с глобализацией? Означает ли это конец неолиберального, финансиализированного мира? Трудно сказать. Но не ждите быстрого "разворота" - и никаких извинений. Великий финансовый кризис 2008 года - на тот момент - как многие считали, означал конец неолиберализма. Но этого так и не произошло - напротив, был навязан период бюджетной экономии и мер жесткой экономии, способствовавший усилению недоверия к существующему положению дел и кризису, заложенному в широко распространенном, общепринятом мнении, что "их общества" идут в неправильном направлении.Неолиберализм глубоко укоренен - в особенности в европейской "тройке" и в еврогруппе, которая следит за интересами кредиторов, и которая по правилам Европейского Союза доминирует в финансовой и налоговой политике ЕС.Слишком рано говорить, откуда появится экономический вызов господствующим взглядам, но в России существует группа известных экономистов, объединенных в "Столыпинский клуб", которые снова проявляют интерес к этому старому противнику Адама Смита, Фридриху Листу (умер в 1846 году), разработавшему "национальную систему политической экономии". Лист отстаивал (различающиеся интересы) государства перед интересами индивидуума. Он придавал особое значение национальной идее и настаивал на особых требованиях каждой страны в соответствии с обстоятельствами, и особенно в соответствии с уровнем ее развития. Он, как известно, сомневался в честности призывов к свободной торговле со стороны развитых стран, в особенности со стороны Британии. Он был, что называется, отъявленным анти-глобалистом.Пост-глобализмЗаметно, что это может вполне соответствовать текущим пост-глобалистским настроениям. Одобрение Листом необходимости национальной промышленной стратегии и подтверждение роли государства как решающего гаранта социальной сплоченности не является какой-то причудой кучки российских экономистов. Это привлекает общественное внимание. Правительство Мэй в Соединенном Королевстве как раз отходит от неолиберальной модели, правившей в британской политике с 1980-х - и движется в сторону подхода Листа.Как бы то ни было (вернется ли этот подход снова в моду), очень даже современный британский профессор и политический философ Джон Грэй утверждает, что важным вопросом является: "Воскрешение государства - это один из способов, которым настоящее время отличается от "новых времен", обнаруженных Мартином Жаком и другими обозревателями в 1980-е. В то время казалось, что национальные границы растворяются и возникает глобальный свободный рынок. Эту перспективу я никогда не считал убедительной."Глобализированная экономика существовала и до 1914 года, но она опиралась на отсутствие демократии. Необузданная мобильность капитала и рабочей силы может увеличивать производительность и создавать стоимость в беспрецедентных масштабах, но она также крайне разрушительна своим воздействием на жизни рабочих - особенно, когда капитализм оказывается в одном из своих периодических кризисов. Когда у глобального рынка начинаются серьезные проблемы, неолиберализм сдают в утиль, чтобы удовлетворить массовое требование безопасности. И это то, что происходит сегодня."Если напряженность между глобальным капитализмом и национальным государством была одним из противоречий тэтчеризма, то конфликт между глобализацией и демократией ударил по левым. От Билла Клинтона и до Тони Блэра левоцентристы приняли проект глобального свободного рынка с таким же горячим энтузиазмом, что и правые. Если глобализация не в ладах с социальной сплоченностью, то общество надо перестроить, чтобы оно стало придатком рынка. Результатом стало то, что большие сегменты населения были оставлены разлагаться в застое или нищете, некоторые без каких-либо перспектив найти полезное место в обществе".Если Грэй прав, что когда в глобализированной экономике начинаются проблемы и люди требуют, чтобы государство обратило внимание на их собственную местечковую, национальную экономическую ситуацию (а не на утопические заботы централизующей элиты), то это говорит о том, что как только глобализация закончится, закончится и централизация (во всех ее многих проявлениях).ЕС, конечно, как символ интровертированной централизации, должен прислушаться. Джейсон Коули, редактор (левого) издания "New Statesman", говорит: "В любом случае ... как бы вы это не определяли, [наступление "новых времен"] не приведет к социал-демократическому возрождению: кажется, что во многих западных странах мы вступаем в эпоху, когда левоцентристские партии не могут формировать правящее большинство, передав поддержку националистам, популистам и более радикальным альтернативам".Проблема самообманаИтак, возвращаясь к сути сказанного Илархи, что "мы находимся прямо в центре самого важного глобального события за многие десятилетия ... и я не вижу, чтобы кто-то говорил об этом. Это меня озадачивает", и на что он отвечает, что в конечном счете это "молчание" связано с нами самими: "Мы думаем, что заслуживаем вечного роста".Он точно прав в том отношении, что это как-то отвечает христианской идее линейного прогресса (здесь - материального, а не духовного); но с более прагматичной точки зрения, разве "рост" не лежит в основе всей западной финансиализированной, глобальной системы: "речь шла о выведении "других" из их нищеты"?Вспомните, как Стивен Хэдли, бывший американский советник по национальной безопасности президента Джорджа У. Буша, ясно предупреждал, что внешнеполитическим экспертам следует пристально следить за растущим недовольством общественности: что "глобализация была ошибкой" и что "элиты, не осознавая последствий, вовлекли [США] в опасную ситуацию". "Эти выборы связаны не только с Дональдом Трампом", - утверждал Хэдли. "Они связаны с недовольством нашей демократии и с тем, как мы будем с этим разбираться ... кого бы не избрали, ему придется заниматься этим недовольством".Одним словом, если глобализация уступает место недовольству, то отсутствие роста может подорвать весь финисиализированный глобальный проект. Стиглиц говорит нам, что это было очевидно в последние 15 лет - в прошлом месяце он отметил, что он тогда предупреждал о: "растущем сопротивлении в развивающемся мире глобализирующим реформам: Это казалось загадкой: людям в развивающихся странах сказали, что глобализация увеличит общее благосостояние. Так почему же так много людей стали так враждебно к ней относиться? Как может то, что наши политические лидеры - и многие экономисты - сказали сделает всех обеспеченными, так осуждаться? Один ответ, который иногда можно услышать от неолиберальных экономистов, выступавших за эту политику, заключается в том, что благосостояние людей улучшится. Они просто не знают этого. И их недовольство является вопросом для психиатров, а не экономистов". Это "новое" недовольство, говорит теперь Стиглиц, распространяется и на развитые экономики. Вероятно, Хэдли это имеет ввиду, когда он говорит, что "глобализация была ошибкой". Теперь это угрожает американской финансовой гегемонии и, следовательно, ее политической гегемонии тоже.Алистер Крук - бывший британский дипломат, являвшийся высокопоставленным сотрудником британской разведки и дипломатом Европейского Союза. Он является основателем и директором Conflicts Forum, который выступает за взаимодействие между политическим Исламом и Западом.http://perevodika.ru/articles/1175741.html - цинк

18 ноября 2016, 18:04

Дмитрий Перетолчин. Владимир Павленко. "ФРС против американских президентов"

Доктор политических наук Владимир Павленко об истории борьбы банкиров за контроль над Соединенными Штатами, как создание ФРС изменило американское общество и всю мировую финансовую систему. #ДеньТВ #Перетолчин #ФРС #доллар #экономика #Ротшильды #Рокфеллеры #банкиры #Трамп #элиты #Морганы #история #Павленко #Шифф #Барух

25 октября 2016, 10:07

Дмитрий Перетолчин. "Кланы Америки". Константин Черемных

Дмитрий Перетолчин и аналитик Института динамического консерватизма Константин Черемных о том, кто стоит за американскими президентами и борьбе американских кланов, которая охватывает все властные структры США. #ДеньТВ #Перетолчин #Черемных #тайны #КланыАмерики #США #элиты #глобализация #манипуляциясознанием #сокращениенаселения #ХилариКлинтон #Обама #ЛеоШтраус #неоконы #демократы

19 октября 2016, 10:01

Ольга Четверикова. Глобализация, религии и вера. 10.10.2016 [РАССВЕТ]

Подпишитесь на наш новый канал: https://www.youtube.com/c/RASSVETTV Расчленение Руси продолжается; Ватикан и Украина; Ватикан в схеме глобального управления; экспансия Ватикана на примере постсоветских республик; иудаизация Христианства; принудительная глобализация в духовной сфере; дискредитация Православия официальной церковью и др. 00:10 – Расчленение Руси продолжается 12:22 – Ватикан и Украина 24:36 – Ватикан в схеме глобального управления 30:09 – Экспансия Ватикана на примере постсоветских республик 36:31 – Иудаизация Христианства 39:08 – Принудительная глобализация в духовной сфере 42:36 – Дискредитация Православия официальной церковью 50:01 – Маски сняты Подписаться на канал: https://www.youtube.com/channel/UCc-OSFoYXFuDjZkcK0osUVg Смотреть больше видео: https://www.youtube.com/playlist?list=PL5Dp3frI99iqwpKB9Nj6uuIGjKvxslM39 ПОДДЕРЖАТЬ КАНАЛ Яндекс Деньги: 410014420769282 (https://goo.gl/97xTfy) PayPal: [email protected]

12 октября 2016, 20:02

Владимир Павленко. Дмитрий Перетолчин. "Международное лобби климатической аферы"

"Парижское соглашение, которым заменяют Киотский протокол, — это именно «заигрались»: от добровольных обязательств, из которых всегда можно выйти, докатились до обязательных. Да еще и жестко контролируемых каждые пять лет, причем с обязанностью дальнейшего снижения выбросов. Очень просто: правительственные либералы, которые сели на раздачу, были «в доле» не с собственным народом и страной, а с Западом, который платил им гранты". Доктор политических наук Владимир Павленко о том как контроль за выбросами становится удавкой для российской промышленности. #ДеньТВ #Перетолчин #климат #киотскийпротокол #ООН #промышленность #пределыроста #мироваяэлита #Рокфеллер #Печчеи #Римскийклуб #Трехсторонняякомиссия #Гвишиани #распадСССР

31 июля 2016, 23:11

Константин Черемных. БЕНЕФИЦИАРЫ «НОВОГО СРЕДНЕВЕКОВЬЯ»

Что происходит с государственной властью в западной цивилизации? Почему с карты Европы исчезают яркие, самостоятельные, волевые политики? Почему в Вашингтоне внешнеполитические и даже важнейшие кадровые решения столь «дёрганы» и хаотичны? Как может получиться, что глава государства, упорно считающего себя единственной и исключительной сверхдержавой, утверждает, что подлинное лидерство состоит в борьбе с глобальным потеплением, а в это время в центральной европейской стране-союзнице, в столице — символе Европы на сцену выходит невесть кем управляемая антигосударственная сила и хладнокровно сеет смерть налево и направо

10 июля 2016, 07:55

Zerohedge.com: Начало Великого рыночного отлива

Автор Charles Hugh-Smith. Инвестор в обычных условиях всегда стоит перед выбором одного из двух классов активов: рискованные активы (инвестиции с большими рисками и большей потенциальной доходностью), к которым относятся акции, и безрисковые активы (инвестиции с меньшей доходностью и меньшим риском),…читать далее →

14 июня 2016, 00:00

Бильдерберг-2016. Всевластие «элит» и бесправие «плебса»

С 9 по 12 июня в отеле Taschenbergpalais в Дрездене прошла 64-я встреча членов Бильдербергского клуба, которая на этот раз не вызвала прежнего ажиотажа. Несмотря на присутствие на собрании важных фигур, таких как директор-распорядитель МВФ Кристин Лагард, гендиректор Ройял Датч Шелл Бен ван Берден, бывший госсекретарь США Генри Киссинджер, гендиректор Дойче Банк Джон Крайан, гендиректор BP Роберт Дадли, главный редактор Bloomberg Джон Миклетвей и...

04 мая 2016, 00:38

Бюллетень Комиссии по социальным и культурным проблемам глобализации РАН (Рабочие материалы). Вып. №3 (78) апрель 2016

В номере: Александр Неклесса. Война в сложном мире. Деструкция и порядок. О гибридной метаморфозе, сложной реальности, производстве неопределенности и недостатках стратегии апгрейда. Беседовал Николай Ютанов. «Человечество переходит от индустриальной цивилизации к постиндустриальной», – примерно так принято рассуждать, однако префиксы «пост», «нео», «транс» лишь констатируют новизну, не определяя ее характер. Думаю, содержательной дефиницией новой реальности является «сложный мир». Мир, в котором явления, процессы, институты преображаются, обретая комплексный характер, в том числе – война. В эпоху Модернити эта предельная форма силового конфликта была институализирована в соответствии с индустриальным форматом цивилизации. Сегодня же в ситуации универсального транзита не только совершенствуются вооружения и военные прописи, меняется само понимание деструктивного феномена. Бюллетень Комиссии по социальным и культурным проблемам глобализации РАН (Рабочие материалы). Вып. №2 (77) март 2016

26 февраля 2016, 17:21

Дмитрий Перетолчин. "Корпорация монстров Google и цифровая диктатура будущего"

Выступление писателя и историка Дмитрия Перетолчина на круглом столе в дискуссионном клубе партии "Родина". Для оказания поддержки каналу День-ТВ можно использовать следующие реквизиты: - Яндекс–кошелек: 4100 1269 5356 638 - Сбербанк : 6761 9600 0251 7281 44 - Мастер Кард : 5106 2160 1010 4416

28 января 2016, 19:18

Цены на сырье

Цены на сырье находятся на многолетних минимумах, а с учетом инфляции на минимумах за пол века.Например, цены на энергосырье (нефть, газ, уголь) в номинальном выражении на минимуме с 4 кв 2003, а с учетом инфляции находятся на средних значениях 80-х годов и примерно также, как было в 74 году, т.е. более 40 лет назад.Композитный индекс на энергосырье с 1960 по декабрь 2015, т.е без учета тенденций в январе 2016 (в номинальном и реальном выражении по ценам 2015 года):Развесовка и структура композитных индексов на основе моих расчетов и Всемирного Банка:Цены на промышленные металлы (алюминий, медь, никель, цинк, олово, свинец) более, чем в ДВА раза НИЖЕ, чем в 60-х годах прошлого века (с учетом инфляции) и всего лишь на 20% выше, чем самые низкие уровни в современной истории (конец 90-х годов).Но даже по номиналу они обновляют минимумы 2008 года и могли быть еще ниже, если бы не относительно высокие цены на медь. Цены на пром.металлы по номиналу такие же, как в конце 80х (с учетом инфляции в 2.5 раза ниже).Композитный индекс на драгметаллы (золото, серебро, платина) почти в два раза упал от максимумов 2011,но в три раза выше, чем исторические минимумы начала нулевых (даже с учетом инфляции)По удобрениямПо продовольствию (состав указан в начале статьи)По прочим сельхоз товарам (типа хлопка, каучука)Как видно, падает не только нефть. Промметаллы вообще в два раза ниже, чем в 1960-хЗа последние 60-70 лет по сырью было два периода затяжной стагнации, т.е. околонулевых среднесрочных (3-5 лет) темпов роста относительно долларовой инфляции. Это 50-60-е года и 80-90-е. И два периода фронтального раллирования с многократным превосходством темпов роста сырьевых активов относительно долларовой инфляции. Это с 1972 по 1980 и с 2002 по 2011. В первом случае рост сырья совпал с отменой золотого стандарта с глобальной переоценкой активов и чередой энергетических кризисов. Во втором случае рост сырья был сопряжен с:1. C мощным внедрением инвестиционных фондов на рынок комодитиз, начиная от фондов, аффилированных с первичными дилерами, заканчивая более мелкими частными структурами Товарные фьючерсы бурно развивались как раз на траектории входа институциональных инвесторов с 2002 по 2008, чему также способствовало развитие электронной торговли и фактор глобализации, когда стали распихивать активы всюду, куда только возможно. Это в свою очередь было возможно с либерализации законодательства по инвестиционным банкам со снятием ряда ограничений на торговлю, часть которых действовали после времен Великой Депрессии до конца 90-х.2. Стремительный рост всех развивающихся рынков и в особенности по азиатскому направлению и если быть точнее – Китай, который потреблял свыше трети сырьевых ресурсов от чистого годового приращения глобального потребления сырья на тот период.Т.е. играл фактор физического спроса на сырье, который в определенные периоды рос существенно быстрее возможности по предложению сырья + либерализация законодательства по инвест.банкам + передозировка свободных средств на счетах, которые не знали, куда девать + сверхмощный импульс развития взаимных фондов, инвест.банков, которые в свои портфели внедряли сырьевые инструменты + упрощение торговли и расчетов после повсеместного внедрения удаленных торгов + общая искусственно нагнетаемая истерия по дефициту сырья на рынке и байки о том, что эпоха дешевого сырья закончена + действия американских и европейских нефтекартелей с договоренностью с правительством США.Что имеем сейчас? Первичные дилеры отказались от торговли сырьем в прошлом формате еще в 2012 году (о чем ранее писал). Многие продали свои сырьевые подразделения или существенно их сократили. Глобальная денежная масса хоть и растет, но в темпах раза в три меньше, чем в 2002-2007, да и то за счет Китая. Прироста финансовых активов (за вычетом бумажной оценки фондовых рынков) в США, Европе и Японии не происходит с 2007. Ожидания роста глобальной экономики крайне сдержанные и более того, есть все основания полагать о возобновлении мировой рецессии уже в 2016-2017. Многие факторы, которые стимулировали рост сырья в 2002-2008 нейтрализовались.Учитывая, что1. Чистые экспортеры сырья – это, как правило, недоразвитые или слабо развитые страны2. Чистые импортеры сырья – это США, Европа и Япония (те, то контролирует и формирует цены на сырье)3. Сырьевое лобби хоть и присутствует в развитых странах, но не является доминирующим в настоящий момент, т.к. в иерархии приоритетов все большее значение приобретают финансовое лобби, биотехнологическое, фармацевтическое и ИТ лобби (технологические корпорации)4. Мировой спрос на сырье начал стагнировать с 2011То в рамках снижения издержек и повышения нормы прибыли на траектории построения постиндустриального, высокотехнологического общества при подавлении Бундустана (группа недоразвитых и слаборазвитых сырьевых стран) вполне выгодно и разумно запустить сырьевой рынок в третий по счету ценовой дрейф. Когда цены на сырье в среднем растут в рамках долларовой инфляции. По крайней мере, определенные предпосылки к этому имеются. Это может реализоваться при условии, если Китай в плане социально-экономического развития ляжет в диапазон 2-3% роста, а фактор Индии (как новый Китай) не реализуется в перспективе 10 лет. Если же Китай продолжит от текущей высокой базы расти по 4% и больше, а Индия по 7-8%, то удержать сырье от роста будет невозможно.Низкие цены наложат ряд ограничений на альтернативные проекты в энергетике, которые невозможны при ценах на нефть ниже 80, также ограничат разведку и добычу трудно извлекаемой нефти, что в перспективе может ограничить предложение. Но нужно учитывать, что при цене нефти за 100, государство почти по всех странах экспортерах изымало 55-75 долларов (сверхдоходы) с каждого проданного барреля по 100, а степень раздутости расходов у нефтегаза относительно добычи пром.металлов достигала двух и более раз. Зарплаты, которые почти в три раза выше, неоптимизированные расходы, капексы, которые раз в 5-6 раздуты и так далее. Расходы вполне можно сократить минимум в 2 раза без потери эффективности. Т.е. даже при цене в 30 этот бизнес может приносить прибыль, а если бы функционировал по законам металлургов, то и по 20 возможно. Очевидно, что цены на нефть были раздуты, если при 100 баксах, около 60% забирало государство, 15-20% была чистая прибыль и расходы минимум в два раза раздуты. Т.е реальная себестоимость с учетом доставки 10-15 баксов по миру, остальное понты и сверхдоходы. Сколько у металлургов или агропрома забирает государство сверхдоходов? Нисколько, а агропром даже дотирует. Какая у них прибыль? Нулевая, многие в убытках, а расходы предельно оптимизированы. Поэтому высокие цены на нефть - заслуга преимущественно американских и европейских нефтекартелей с допущением правительства США.Так что Бундустан могут заслуженно гнобить еще лет 5-10 (энергосырье, пром.металлы). На графиках видно, что сельхоз сырье и пром.сырье в долгосрочной перспективе растут ниже долларовой инфляции, которая сейчас составляет меньше 2% в год . Естественно, в перспективе нескольких недель или месяцев возможны ценовые всплески с амплитудой до 30-50%, но среднегодовые цены будут стремиться к скользящей средней, находящиеся возле многолетних минимумов.Это не относится к драгметаллам, ценообразования на которые совершенно иное, и они больше коррелируют с глобальной долларовой денежной массой + факторы страха, диспропорций и кризисов на фин.рынках. Т.е. абсорбация активов в золоте и серебре по прежнему актуальна при высокой вероятности финансового шторма. Так же актуальны спекулятивные игры в нефти, которые при удачном раскладе могут пожизненно снять финансовой вопрос с повестки дня, т.к волатильность позволяет при должном мастерстве рубить деньги вагонами.Но начало нового суперцикла по сырью выглядит крайне сомнительным. Возврат нефти к 60? Элементарно, но среднегодовые цены будут балансировать около 45-50 много лет. Поэтому страны Бундустана по полной программе ощутят важность и необходимость диверсификации экономики.