Институт Брукингса
Институт Брукингса
Брукингский институт (Brookings Institution) —   Один из важнейших аналитических центров (think tank), специализируется на общественных науках, муниципальном управлении, внешней политике и мировой экономике. Находится в г. Вашингтон. C 2002 года президентом института является Ст ...

Брукингский институт (Brookings Institution) —   Один из важнейших аналитических центров (think tank), специализируется на общественных науках, муниципальном управлении, внешней политике и мировой экономике. Находится в г. Вашингтон. C 2002 года президентом института является Строуб Тэлботт, бывший заместитель государственного секретаря США.

 

Организация основана в 1916 году американским бизнесменом Робертом Брукинсом под названием «Институт правительственных исследований» (Institute for Government Research). В 1927 года она была объединена с двумя другими организациями Institute of Economics( Институт экономики, 1922 г.) и Robert Brookings Graduate School (Высшую школу Роберта Брукингса, 1924 г.), получив современное название.

В период великой депрессии в США в 1930-х годах институт подвергал критике политику «нового курса» Франклина Рузвельта. После окончания Второй мировой войны участвует в разработке программы восстановления Европы и плана Маршалла.

В 2002 году новым президентом института стал Строуб Тэлботт, бывший заместитель госсекретаря США в период президентства Билла Клинтона и сосед Клинтона по комнате во время учёбы в Оксфордском университете. В административном совете института работали Джон Торнтон, бывший президент Goldman Sachs, и Тереза Хайнц, жена Джона Керри.

На конец 2004 года институт располагал активами в 258 млн долл., потратив 39,7 млн в этом(?) году. Согласно финансовому отчёту института, крупнейшими спонсорами в 2004 году являлись Pew Charitable Trusts, Фонд Макартуров, Корпорация Карнеги, а также правительства США, Японии и Великобритании.

 

  • В 2003 году вышла книга сотрудников института Фионы Хилл и Клиффорда Гэдди «Сибирское проклятье», в которой авторы утверждают, что из-за низких температур производство на территории Сибири нерентабельно и затраты на жизнеобеспечение сибирских городов неоправданно высоки. Согласно рекомендациям авторов, следует переселить часть населения сибирских регионов, которое называется «избыточным», а работы на территории вести вахтовым методом. Книга получила неоднозначную оценку. Положительные отзывы оставили разработчик концепции «шоковой терапии» в России Джеффри Сакс, бывший член Совета по национальной безопасности США Ричард Пайпс, бывший помощник президента США по национальной безопасности 3бигнев Бжезинский. С другой стороны, ряд авторов в России критически отозвались о книге.
  • В 2006 году сотрудник института Клиффорд Гэдди обвинил Путина в плагиате при написании диссертации на соискание учёной степени кандидата экономических наук. Сообщение получило широкую огласку в СМИ.
  • После вступления Барака Обамы на пост президента США в 2009 году, многие сотрудники института перешли на высокопоставленные должности в его администрацию и Госдеп США.
  • 5 января 2009 года Университет Пенсильвании представил первый глобальный рейтинг экспертно-аналитических центров мира — The Think Tank Index, составленный на основе опроса нескольких тысяч учёных и экспертов, которые оценивали результаты работы этих организаций. На первое место составители рейтинга поставили Институт Брукингса, как лучший исследовательский центр мира и лучший в США. В целом, на звание лучшего исследовательского центра мира претендовали 407 организаций.
  • 13 апреля 2010 года Президент России Дмитрий Медведев выступил в Брукингском институте с речью о российско-американских отношениях и российском видении международных отношений. вики

 

http://www.brookings.edu/

http://inosmi.ru/brookings_edu/

ИМЭМО РАН совместно с Институтом Брукингса (США) ведет уникальный проект, посвященный сотрудничеству России и США в области ядерного разоружения

Развернуть описание Свернуть описание
31 декабря 2017, 19:59

Here Are the Surprising First World Problems You Should Actually Care About

We all make fun of first world problems, but there are some that really matter. See how many you struggle with!

24 декабря 2017, 18:55

"These Were The People Investigating Hillary": Trump Escalates War With FBI

It has been a scorched earth weekend in the PR war between Donald Trump and the FBI. In the aftermath of the report that the FBI’s top lawyer - and suspected FBI leaker - James Baker, had been reassigned, and at the same time as news hit that FBI Deputy Director Andrew McCabe was set to retire as a result of the "Trump Insurance Policy" debacle (but only once he becomes eligible for pension benefits), Trump lashed out at top FBI officials on Saturday and Sunday, his latest in a stream of criticism aimed at an agency that has seen a sudden spike in high profile departures after Peter Strzok's publicly disclosed text message revealed a stunning climate of extreme anti-Trump bias at the FBI - including one still to be determined "Trump Insurance Policy" - just as Trump had suggested all along.  Trump swiped at multiple agency officials in a string of tweets Saturday afternoon, suggesting that FBI Deputy Director Andrew McCabe may have been compromised by political donations and ripping former FBI Director James Comey as a leaker. "How can FBI Deputy Director Andrew McCabe, the man in charge, along with leakin’ James Comey, of the Phony Hillary Clinton investigation (including her 33,000 illegally deleted emails) be given $700,000 for wife’s campaign by Clinton Puppets during investigation?" Trump tweeted. How can FBI Deputy Director Andrew McCabe, the man in charge, along with leakin’ James Comey, of the Phony Hillary Clinton investigation (including her 33,000 illegally deleted emails) be given $700,000 for wife’s campaign by Clinton Puppets during investigation? — Donald J. Trump (@realDonaldTrump) December 23, 2017 The tweet was followed moments later by a comment on reports that McCabe is looking to retire from the bureau in the coming months as reported yesterday, in the aftermath of the "Trump Insurance Policy" fiasco. Trump noted that McCabe may seek retirement in March, when he would receive his full pension benefits. Trump wrote that the deputy bureau chief was "racing the clock to retire with full benefits," adding, "90 days to go?!!!" FBI Deputy Director Andrew McCabe is racing the clock to retire with full benefits. 90 days to go?!!! — Donald J. Trump (@realDonaldTrump) December 23, 2017 Rounding off the Saturday tweetstorm was a reference to reports that James Baker, the FBI's top lawyer, had been reassigned. Trump reacted to that development with a simple "Wow" on Twitter, though news of Baker's reassignment had surfaced days earlier. Wow, “FBI lawyer James Baker reassigned,” according to @FoxNews. — Donald J. Trump (@realDonaldTrump) December 23, 2017 The tweets Saturday from Trump, who has repeatedly jabbed at McCabe by citing his wife's ties to prominent Democrats, came after the FBI deputy testified for many hours behind closed doors on Capitol Hill this week, responding to questions from lawmakers on three congressional panels probing the Trump campaign's ties to Russia and the bureau's work. As we reported, Congressional investigators said that McCabe dodged questions on the "Trump-Russia" dossier, and his testimony "contained numerous conflicts with the testimony of previous witnesses" so much that the House Intelligence Committee is planning to issue new subpoenas next week to Justice Department and FBI Personnel. “It’s hard to know who’s telling us the truth,” said one House investigator after McCabe’s questioning - which was reportedly spearheaded by Rep. Trey Gowdy (R-SC).  When asked about funding for the "Trump dossier", McCabe claimed he could not recall whether or not the Clinton campaign and the DNC funded the report - despite the alleged existence of documents which McCabe signed establishing his knowledge of its financing and provenance.  Curiously, ahead of McCabe's Thursday appearance in front of the House Judiciary Committee for a "transcribed interview," the DOJ announced that FBI Deputy Director Andrew McCabe "will not be in a position to discuss matters that are within the scope of the investigation of Special Counsel Robert S. Mueller III." On Sunday, Trump's feud with the FBI resumed, when the president used a tweet to quote Fox, stating that that FBI’s Andrew McCabe, “in addition to his wife getting all of this money from M (Clinton Puppet), he was using, allegedly, his FBI Official Email Account to promote her campaign. You obviously cannot do this. These were the people who were investigating Hillary Clinton.” [email protected]’s Andrew McCabe, “in addition to his wife getting all of this money from M (Clinton Puppet), he was using, allegedly, his FBI Official Email Account to promote her campaign. You obviously cannot do this. These were the people who were investigating Hillary Clinton.” — Donald J. Trump (@realDonaldTrump) December 24, 2017 To be sure, Democrats argue that the Republican criticisms of McCabe and the FBI are an effort to undermine Mueller as his investigation ramps up, and to give Trump cover should he try to remove Mueller, a step the White House insists is not on the table. Adam Schiff, the ranking Democrat on the House Intelligence Committee, responded to Trump's criticisms Saturday afternoon. "FBI would set a dangerous precedent if it forced out dedicated career public servants in capitulation to Trump and (White House) pressure," Schiff tweeted. "President has already removed one top FBI leader — Comey — over Russia; McCabe would be another." None other than James Comey, now in active marketing mode for his upcoming book, tweeted that "Sadly, we are now at a point in our political life when anyone can be attacked for partisan gain. James Baker, who is stepping down as FBI General Counsel, served our country incredibly well for 25 years & deserves better. He is what we should all want our public servants to be" to which some twitter commentators had a sarcastic response... If by that you mean Leaking classified information for political gain No wonder @realDonaldTrump sacked your unethical incompetent a$$ https://t.co/x6zAxzbes7 — Jim Hanson (@Uncle_Jimbo) December 24, 2017 As a reminder, what really happened according to the Washington Post, Baker, the FBI's general counsel, communicated with Mother Jones reporter David Corn in the weeks leading up to the November 2016 election. Corn was then the first to report the existence of the Trump dossier on Oct. 31. Meanwhile, some Republicans have called for McCabe's ouster, accusing him of political bias, particularly over the fact that his wife received hundreds of thousands of dollars in contributions to her 2015 Virginia state Senate campaign from a super PAC led by a Clinton ally. At the same time, Benjamin Wittes, a fellow at the Brookings Institution and friend of Comey, cautioned in a tweet on Saturday that the deputy director's exit from the FBI may not be part of any kind of larger "purge" at the bureau. Then again, if more evidence of FBI collusion against Trump emerges, the "purge" - or the draining of the FBI/DOJ swamp as some have dubbed it - may just be getting started. Further stoking the PR war between Trump and the FBI, a number of Republican lawmakers have questioned the FBI's objectivity and fairness in recent months, particularly regarding McCabe's work at the agency, while recent revelations that FBI Peter Strzok - who was in charge of the FBI's probe into Hillary's email server and was leading the investigation into Trump's Russian collusion - had sent text messages critical of Trump during the presidential race, only served to undescore speculation that the FBI may have been the critical cog in the "deep state's" plan to avoid a Trump presidency.

23 декабря 2017, 08:46

США не считают, что ИГИЛ в Сирии полностью разбит

С созданием "Новой сирийской армии" политика Трампа на Ближнем Востоке возвращается в прежние рамки традиционного сдерживания Ирана за счет дестабилизации его ближайших союзников – Сирии и Ирака. В отношении Сирии в докладе Брукингского института черным по белому прописана задача "обеспечить безопасность и экономическую помощь регионам, свободным от власти Асада, а также "Исламского государства"". При этом "некоторые" из данных регионов рассматриваются в качестве "временных автономных зон" с американским управлением.

21 декабря 2017, 21:43

Republicans Exact Their Revenge Through a Tax Bill

Instead of eliminating favoritism, the GOP’s reforms load the costs of the state upon disfavored persons, groups, and regions.

21 декабря 2017, 09:55

Трамп и Китай: 2018 год будет "горячим"

Отношения США с Китаем в 2017 г. можно было назвать торговой войной, которая так и не реализовалась. Но 2018 г. может быть другим.

21 декабря 2017, 09:55

Трамп и Китай: 2018 год будет "горячим"

Отношения США с Китаем в 2017 г. можно было назвать торговой войной, которая так и не реализовалась. Но 2018 г. может быть другим.

20 декабря 2017, 21:52

Tax reform flaws build the case for a new consumption tax

Can ballooning deficits and distortions in the tax code lead both parties toward a value-added tax as an eventual fix?

Выбор редакции
20 декабря 2017, 02:00

Exodus Starts: Millennials Ditch City Life

The urban revival of America’s core inner cities has been a decades-long failed experiment, as deindustrialization coupled with failed liberal policies have created a growing problem of inequality and violent crime. Middle-class advancement was once localized in the core of America’s cities, but that is not so much the case today, as those areas are labeled a “barbell economy,” divided between highly-paid professionals and low-skill service workers. Brookings Institution notes as early as the 1970s, middle-class income in the inner cities started to shrink more than anywhere else. Today, in most US inner cities, the cores are more unequal than their surrounding suburbs, noted geographer Daniel Herz. As the failed American inner city experiment nears the latter stages before a collapsing point, a new report from Time could be the final nail in the coffin for some American inner cities, as the article suggests “cities have already reached ‘Peak Millennial’ as young people begin to leave.”  According to the latest Census data, after years of growth, the population of millennials in Boston and Los Angeles have declined since 2015, as a mass exodus from city life starts to take shape. Other cities such as Chicago, New York, and Washington, D.C., are experiencing similar issues but not as severe while growth rates of millennials plateau. Dowell Myers, professor of demography at the University of Southern California, called the peak of the millennial population in major U.S. cities back in 2015, with the largest birth group of the cohort turning 27 this year. To note, Myers could be a far better forecaster than Dennis Gartman, but we’ll leave that for another conversation. Myers said at the critical age of 27 and above, that is the time when the millennial generation will participate in, what we call, ‘millennial flight’ to the suburbs. Such a trend could be the final nail in the coffin for some American inner cities, who were expecting the millennial generation to lead the charge in the revival process, as what we’ve learned from Myers– that may not be the case. The Times explains how Myers coined the term— ‘peak millennial’. Interesting, the plateauing of millennial populations are occurring in East Coast cities, while the West Coast is still drawing in young people. To see which cities have reached “peak millennial” — a term Myers coined —we analyzed a decade of Census data through 2016. We found that while tech hubs like San Francisco and Seattle are still drawing young people, large East Coast cities, like New York and D.C., are fast approaching peak millennial, with plateauing populations of those born between 1980 and 1996.   And then there are cities like Boston, which already appear to have reached their peak. Boston lost roughly 7,000 millennials in 2016, after a record high of 259,000 the previous year. In the explanation of millennial flight from America’s inner cities, Jim Rooney, president of the Greater Boston Chamber of Commerce said, “they’re doing what every generation does — they get married, start a family and think about having a backyard and looking at school systems” in the suburbs. While that is definitely true, and what we’ve mentioned above, millennials tend to live in core inner cities, where inequality and violent crime are sometimes out of control. Also, many millennials are becoming priced out of real estate in these areas, as wage stagnation is drowning many millennials into more and more debt, on top of their already ballooning balance sheet of liabilities. Think student loans…. In Boston, the millennial peak was confirmed in 2014 through 2015, as it appears it’s all downside from here. Rooney’s findings conclude millennials in the region are being priced out of homes with the median home in Boston around $561,000, according to Zillow. In Chicago, the millennial plateau occurred in 2014 through 2015, hitting a high of 814,000 millennials in 2015 and falling by a few hundred in 2016. Jack Lavin, president of the area’s Chamber of Commerce said millennials are moving to the suburbs to start a family— ditching urban areas. Nevertheless, the article does not mention— the out of control homicides adding to the fear of city life. In Los Angeles, the millennial peak was confirmed in 2015, which saw a decline of about 2,500 millennials in 2016. “It’s hard for millennials to achieve a middle-class lifestyle that they think they deserve”, said Myers. With that being said, millennials are moving out. Bottomline: The ruling elite and their inner-city playground planners who were expecting the millennial generation to revive their decades-long failed experiment are about to come to harsh terms with the reality of a millennial exodus.

19 декабря 2017, 20:10

The Dilemma of the D.C. Think Tank

Conservative think tanks are weighing the relative risks and rewards of independence and influence—an old dilemma made newly relevant by President Trump.

19 декабря 2017, 03:40

Don’t call Trump strategy a ‘return to sanity,’ aide says

Even as he unveiled a strategy document warning about Moscow's intentions, the president still hailed cooperation with Vladimir Putin.

17 декабря 2017, 04:41

10 Things the Middle Class Can’t Afford Anymore

The middle class are not rich, they're not poor, but they are somewhere in between. You'd think the middle class would be able to afford these basics.

15 декабря 2017, 12:44

Обзор финансово-экономической прессы: В США женщина использовала биткойны для помощи ИГ

BuzzFeed Биткоин и его конкуренты становятся проблемой для американских санкций "В то время как цена биткоина взлетает до небес, некоторые финансовые эксперты и аналитики в киберсфере начинают опасаться, что цифровая криптовалюта отлично подходит странам вроде России, стремящимся увернуться от американских санкций", - пишет журналист BuzzFeed Отиллия Стедман. В частности, финансист Уильям Браудер намерен заявить об этом в Хельсинкской комиссии США, которая мониторит политику в области безопасности и прав человека в Европе. В комментарии BuzzFeed Браудер отметил: "Эти криптовалюты - божий дар преступникам и диктаторам, которые хотят обезопасить свои деньги". Brookings Institution Роль Америки в новой геополитике Американская политика полностью утратила состоятельность и погрязла в раздорах. Внимание политиков сегодня сосредоточено на экономических вопросах, страсти разгораются вокруг культурных войн, предметом споров является и роль США в войнах настоящих. А мир стремительно меняется, и мы вступаем в новую фазу, оставив позади короткий период всеобъемлющего американского господства. Washington Post От санкций против России пострадала Германия Согласно результатам исследования, за период с начала 2014 года по конец 2015 года санкции привели к потере бюджетных поступлений на общую сумму 114 миллиардов долларов. Но ущерб понесла не только Россия, бюджет которой лишился более 65 миллиардов долларов. Почти в такой же степени санкции отразились и на США и Евросоюзе, у которых доходы сократились в совокупности более чем на 50 миллиардов. ВВС В США женщина использовала биткоины для помощи ИГ В Нью-Йорке женщине предъявлены обвинения в том, что она занималась отмыванием биткоинов и других криптовалют и отправляла полученные деньги на помощь экстремистской группировке "Исламское государство" (запрещена во многих странах, включая Россию). 27-летняя Зубия Шахназ также обвиняется в банковском мошенничестве и организации отмывания денег. Она остается под стражей, в освобождении под залог ей отказано. Суд признал Улюкаева виновным Суд признал бывшего министра экономического развития России Алексея Улюкаева виновным в получении взятки в 2 млн долларов от главы "Роснефти" Игоря Сечина. Оглашение приговора продолжается. Прокуратура просила для Улюкаева десять лет лишения свободы. Улюкаев взял взятку лично, будучи должностным лицом, говорится в решении судьи Ларисы Семеновой, передает корреспондент Русской службы Би-би-си. Улюкаев осознавал, что без его решения не было бы сделки по продаже "Башнефти" "Роснефти", сказано в приговоре. Поэтому обвиняемый решил "использовать авторитет своей должности" и потребовал у Сечина взятку во время саммита БРИКС в Гоа. Сечин согласился на требование. DW Трамп и Путин обсудили ядерную программу КНДР Президенты США Дональд Трамп и России Владимир Путин в четверг, 14 декабря, обсудили по телефону ситуацию в Северной Корее. Сообщения российских СМИ об этой беседе подтвердила пресс-секретарь Белого дома Сара Сандерс, не приведя каких-либо подробностей. По словам Сандерс, заявление Вашингтона о деталях разговора Трампа и Путина будет обнародовано позднее. В свою очередь пресс-служба Кремля сообщила что Дональд Трамп и Владимир Путин коснулись "ситуации в кризисных точках с акцентом на урегулирование ядерной проблемы Корейского полуострова". По данным российской стороны, инициатором беседы был Трамп. Помимо положения в КНДР, главы государств обсудили "актуальные вопросы двусторонних отношений". Евросоюз отмежевался от позиции Трампа по Иерусалиму Политические лидеры стран Европейского Союза отмежевались от недавней смены курса президента США Дональда Трампа относительно статуса Иерусалима. Позиция ЕС в этом вопросе остается "неизменной", заявил председатель Евросовета Дональд Туск в четверг, 14 декабря, от имени 28 глав государств и правительств, участвующих в саммите ЕС в Брюсселе. Ранее Трамп признал Иерусалим единой столицей Израиля и распорядился перенести туда американское посольство из Тель-Авива. РБК Bank of America назвал главного «черного лебедя» для России в 2018 году Введение санкций США, предусматривающих запрет на покупку российских ОФЗ, маловероятно, но в любом случае именно это станет основным риском для Москвы в 2018 году, считает Bank of America Merrill Lynch Вероятность расширения санкций США на российский суверенный долг низкая, однако этот фактор остается главным в следующем году риском для России, последствия которого можно просчитать, говорится в отчете Bank of America Merrill Lynch «Лебединое озеро в 2018 году» . Информационно-аналитический отдел TeleTradeИсточник: FxTeam

14 декабря 2017, 19:05

Tax reform gets in the way of Pence’s Jerusalem victory lap

The vice president said he'd stay in Washington — where he may need to cast a tie-breaking Senate vote.

12 декабря 2017, 09:22

Global U.S. military presence questioned

Despite President Donald Trump’s pledge to adopt an "America First" foreign policy that disentangles the U.S. military from many global hot spots, Washington just can’t get seem to get out of the business of policing the world — even when its military posture might damage its interests.That was the takeaway from a spirited debate in Las Vegas on Monday featuring leading experts with starkly different views about the role — or overreach — of the U.S. military that was co-hosted by POLITICO, the Charles Koch Institute, and the Brookings Institution.From beefing up NATO to confront Russia to dispatching thousands more troops to the 16-year-old war in Afghanistan and maintaining more than 100,000 troops in East Asia, the American military is operating in nearly every corner of the world much as it did throughout the Cold War.But does the robust American military presence overseas “shape” the international security situation or merely “nettle” in it, stoking more instability?“I’d ask you today, after 25 years of a bipartisan policy of deep engagement and primacy, do you feel more secure, more prosperous and more free in your domestic liberty? If not, you ought to try something different,” said Michael Desch, director of the International Security Center at the University of Notre Dame. He advocated for a more restrained U.S. military role in the world. “I was raised as a good Catholic boy and I learned among other things that the road to hell is often paved with good intentions,” he added. Exhibit A … is Iraq. If you need an Exhibit B, ask if you think things are better in Libya today than they were before NATO’s intervention there. I think the list goes on and on. “Restraint, which is not isolation — it is a different form of internationalism — is prudent and humble,” he argued. Desch was joined in his arguments in the debate at the University of Nevada Las Vegas by Eugene Gholz, an associate professor of political science at Notre Dame. The pair faced off against retired Gen. John Allen, who commanded the war in Afghanistan and is now president of the Brookings Institution, and Mara Karlin, a senior fellow at the centrist think tank and a longtime Pentagon official. Karlin derided the notion that the United States has the luxury to pull back from the world militarily in any significant way without serious consequences. “We like unfair advantages and we like to fight away games,” she argued. “And the way we fight away games is by being there — there being Europe, there being Asia, there being the Middle East.”She said the stabilizing role of the American military in the world is an outgrowth of World War II that continues to pay dividends. “What you see is a maintenance of this posture,” Karlin said. “Over the last 70 years, you have seen the most economically prosperous and peaceful time in world history and that has happened because we have not only been the big players in the game, we have also been the referees.” “The world is not self-regulating,” she added. “We should not delude ourselves into thinking it is. ... Short of undergirding the system with U.S. military power we will not have stability and security. … Alternatives like let’s let the Russians do it, let’s let the Chinese do it, let’s pull back and see what happens with some sort of anarchic system that comes from a flawed understanding of the U.S. way of war, it comes from a flawed understanding of how we have fought and won." Karlin added: "Frankly, I don’t think we want to see a situation where we are so focused on turning inward that we are unable to prevent the eruption and explosion of disarray in this system.” Allen, who served for 40 years in the Army and was a top adviser to Hillary Clinton during the 2016 election, also said that in his experience in numerous regions of the world America’s allies — and even some potential enemies — view the American presence as more positive than negative. “While there could be a sense by some that we are addicted to power,” Allen said, “there was a very clear need in the minds of so many of these leaders that the American presence in the world was a stabilizing presence. In many respects it was a beneficent presence. It was a presence that facilitated a world order that gave the capacity for global economic intercourse but largely was a presence that benefited the world order and benefited humankind. “We’ve has some spectacular policy failures,” he added, “but it doesn’t lessen the importance of the United States in the world today.”The participants locked horns on several occasions on the question of the threat posed by Russia. “The Soviet Union was a serious threat,” contended Desch. “The Russia of today is a rump of the Soviet Union — a country with severe demographic crisis, certainly a troublemaker in its near-abroad but hardly an existential threat.”Allen countered that Russia poses a serious challenge. “If we don’t think that Russia is acting as though it is a military threat to the eastern flank of NATO, Zapad 2017, their major exercise this year may have had as many as a quarter million troops involved in it. Along the NATO border. Why would that be necessary if they weren’t trying to intimidate the NATO states on the eastern flank?But whether discussing Russia or the war in Afghanistan, the participants had starkly different views about the impact the U.S. military has had since the end of the Cold War in 1991. “As the threats of changed in the world today you have to ask yourself: ‘Is it best for the United States to lead with its military as its mechanism for responding to the world?" asked Gholz, one of the Notre Dame professors who advocated a more defensive U.S. military posture. “How effective is our military in dealing with these threats? Our track record is lousy, and we could do better with a different posture.”Gholz cited the enormous price tag of U.S. military expenditures — more than other leading nations combined. “The reason we are spending so much,” he argued, “is we’re spending on high-end technologies and very difficult technologies to enable us to play the away game — to constantly project power. Projecting power is super-expensive, whereas being on defense — if we shifted the kinds of investment we were remaking to stress a defensive posture as opposed to an offensive posture — we would be able to achieve our strategic goals of defending our way of life and even help many of our friends without spending as much as we do.”

10 декабря 2017, 15:00

Tech's new D.C. partner: Charles Koch

Libertarian billionaire Koch and left-leaning Silicon Valley are working together to advance the argument that innovation is most likely to flourish when government leaves it alone.

06 декабря 2017, 22:32

How Unusual Is It for An Incoming Administration to Talk to Russian Leaders?

Those who want to impeach Trump say his contacts (through Flynn and others) with high-level Russians, such as Russian Ambassador Kislyak, was treason … or at the very least an impeachable offense. Others – without any proof – say that the president-elect’s team contacting foreign leaders is normal. Who’s right? The New York Times reports: It is common and not improper for transition officials to meet with foreign officials. Jack Matlock, the 4-year U.S. Ambassador to the Soviet Union from 1987-1991, at the time that the USSR dissolved, writes: Our press seems to be in a feeding frenzy regarding contacts that President Trump’s supporters had with Russian Ambassador Sergei Kislyak and with other Russian diplomats. The assumption seems to be that there was something sinister about these contacts, just because they were with Russian diplomats. As one who spent a 35-year diplomatic career working to open up the Soviet Union and to make communication between our diplomats and ordinary citizens a normal practice, I find the attitude of much of our political establishment and of some of our once respected media outlets quite incomprehensible. What in the world is wrong with consulting a foreign embassy about ways to improve relations? Anyone who aspires to advise an American president should do just that.   ***   Anyone interested in improving relations with Russia and avoiding another nuclear arms race—which is a vital interest of the United States—should discuss current issues with him and members of his staff. To consider him “toxic” is ridiculous. I understand that Michael Flynn resigned because he failed to inform the vice president of the full content of his conversation. I have no idea why that happened, but see nothing wrong with [Michael Flynn’s] contact with Ambassador Kislyak so long as it was authorized by the president-elect. Certainly, Ambassador Kislyak did nothing wrong.   ***   If you want to understand the policy of another country, you need to consult that country’s representatives. It is quite common for foreign diplomats to cultivate candidates and their staffs. That is part of their job. If Americans plan to advise the president on policy issues, they would be wise to maintain contact with the foreign embassy in question to understand that country’s attitude toward the issues involved. Certainly, both Democrats and Republicans would contact Soviet Ambassador Dobrynin during the Cold War and discuss the issues with him. As the person in charge of our embassy in Moscow during several political campaigns, I would often set up meetings of candidates and their staffs with Soviet officials. Such contacts are certainly ethical so long as they do not involve disclosure of classified information or attempts to negotiate specific issues. In fact, I would say that any person who presumes to advise an incoming president on vital policy issues needs to understand the approach of the country in question and therefore is remiss if he or she does not consult with the embassy in question.   ***   The whole brou-ha-ha over contacts with Russian diplomats has taken on all the earmarks of a witch hunt. President Trump is right to make that charge …. We have leaks that imply that any conversation with a Russian embassy official is suspect. That is the attitude of a police state, and leaking such allegations violates every normal rule regarding FBI investigations. President Trump is right to be upset, though it is not helpful for him to lash out at the media in general.   Finding a way to improve relations with Russia is in the vital interest of the United States. Nuclear weapons constitute an existential threat to our nation, and indeed to humanity. We are on the brink of another nuclear arms race which would be not only dangerous in itself, but would make cooperation with Russia on many other important issues virtually impossible. Those who are trying to find a way to improve relations with Russia should be praised, not scapegoated. Michael McFaul, the U.S. Ambassador to Russia under President Obama, also confirms  that the Russian Ambassador’s contacts with U.S. officials under an incoming administration are not unusual, and that accusing the Russian Ambassador of being a “spymaster” flies in the face of reality. ABC News reports: CNN cited anonymous current and former U.S. intelligence officials on Thursday as saying they believed Kislyak was a top spy and recruiter of spies. But former U.S. ambassadors, as well as analysts that know Kislyak, expressed strong skepticism about the claim, cautioning that besides Sessions’ failure to acknowledge it there was little unusual that he had met with Kislyak.   “If he’s a spy then all ambassadors are spies,” said the former ambassador, Beyrle [John Beyrle, U.S. ambassador to Russia between 2008 and 2012]. “He’s not a spy. To call him a spy is to misunderstand what a diplomat, even a Russian diplomat, does.” Steven Pifer, an expert at the Brookings Institution and a former U.S. ambassador to Ukraine, said he also thought Kislyak’s meeting with Sessions was more likely standard ambassadorial work.   “Short take: he was doing his job and trying to talk to someone who might give a sense of Trump’s policy leanings,” Pifer wrote in an email reply to ABC News.   Kislyak’s meeting with Sessions would be standard work for any ambassador, Beyrle said, saying it is the job of ambassadors to seek meetings with high-level officials in order to convey their government’s position, as well as trying to glean that of the U.S.   “Kislyak is doing what he’s supposed to be doing. He’s out there talking to as many influential Americans as he can. That’s his job,” Beyrle said. “It’s frankly not odd in the least for him to have met Jeff Sessions, a senior senator on the Armed Services Committee, up on Capitol Hill.” Foreign Policy writes: Is it normal for presidential candidates to insert themselves into global events by dialing up heads of state? In fact, Obama did pretty much the same thing — multiple times, no less — as a candidate during the 2008 campaign.   Obama, like Romney, embarked on a foreign trip as a candidate, meeting face-to-face with leaders such as Afghan President Hamid Karzai, German Chancellor Angela Merkel, Iraqi Prime Minister Nouri al-Maliki, and Israeli Prime Minister Ehud Olmert (headline: “Obama Talks Tough About Iran During Visit to Israel”). But he also placed several phone calls.   In January 2008, for example, Obama reached out to the two leaders at the center of a bitterly disputed election in Kenya, his father’s homeland. “What I urged was that all the leaders there, regardless of their position on the election, tell their supporters to stand down,” Obama explained at the time. The Bush-era State Department, which coordinated the calls with Obama, praised the effort. “Any time you have a person of stature … who is pushing for a peaceful, political resolution, that’s a positive thing,” State Department spokesman Sean McCormack said.   Then, after hostilities erupted between Georgia and Russia in August 2008, both Obama and Republican challenger John McCain phoned Georgian President Mikheil Saakashvili, while condemning Russia for violating Georgia’s sovereignty. In fact, the candidates called Saakashvili so frequently — the Georgian leader said he heard from them “pretty often” — that it became a bit of a contest; when pressed by Fox News, Saakashvili conceded that McCain had called first but that Obama was “very supportive.” In September, the prime minister requested a call with Obama to thank him for mentioning Georgia in his convention speech.   The campaign-trail diplomacy didn’t stop at phone calls. McCain sent two of his allies in the Senate — Joe Lieberman (I-CT) and Lindsey Graham (R-SC) — to Georgia at the height of the conflict, while Joe Biden, then a leading contender to be Obama’s running mate, made the trip himself. And see this. Former National Defense University and Marine Corps University instructor, and special assistant to the secretary of Defense, James Robbins writes: There was ample precedent for the president-elect to put out feelers to foreign leaders.   A memo from the Podesta files released by WikiLeaks shows that the Obama team had planned for the “president-elect and senior officials (to) begin confidential policy consultations with key actors in U.S. and abroad” between Thanksgiving and Inauguration Day. Obama also openly used emissaries and go-betweens to meet with foreign leaders during his transition. And for overwrought members of “the resistance” who think the unenforceable Logan Act is suddenly in play, recall that in 2008 then-candidate Obama arranged substantive foreign policy discussions with numerous foreign dignitaries and leaders during an overseas campaign trip before the election. Slate notes: In a 2008 article on President-elect Obama’s reluctance to meet personally with foreign leaders during the transition, the New York Times noted that “the Obama team is scrambling to arrange for surrogates to meet with visiting foreign officials.” During Ronald Reagan’s transition, Vice President-elect George H.W. Bush, a former CIA director, was delegated with taking most of the calls from foreign ambassadors.   “Foreign governments are always interested in feeling out the incoming administration and it’s certainly not uncommon for representatives of the president-elect to have discussions with representatives of foreign powers just as an informational exercise to allow each side to get to know each other,” says David Clinton, chair of the political science department at Baylor University and co-author of Presidential Transitions and American Foreign Policy. “Such exchanges are part of modern day transitions.”   Peter Feaver, a National Security Council staffer in Bill Clinton and George W. Bush administrations who is now a professor at Duke, says this type of meeting “would be done quietly, it would be done without giving away any policy positions, binding the administration in any way or undercutting the current administration.”   ***   Conversations that actively contradict the current administration’s foreign policy are problematic, but not unprecedented. The most famous example of this took place before an election, when Richard Nixon’s team reportedly urged South Vietnamese officials to scuttle peace talks organized by the Johnson administration, promising them a better deal under the new administration. And in 1980, the Washington Post reported that Jimmy Carter’s ambassador to El Salvador criticized President-elect Ronald Reagan’s advisers for undermining him by promising a shift in U.S. policy toward the country, then sliding into civil war.   ***   The Verdict   Meetings between the president-elect’s team and foreign officials are Normal.  

06 декабря 2017, 01:00

‘Jerusalem Is Not the Explosive Device—It’s the Detonator’

President Trump’s announcement on the status of the holy city could spark a crisis across the Middle East.

06 декабря 2017, 01:00

‘Jerusalem Is Not the Explosive Device—It’s the Detonator’

President Trump’s announcement on the status of the holy city could spark a crisis across the Middle East.

05 декабря 2017, 14:18

Israel Needs a Divorce — From the Palestinians and Its Own Prime Minister

A provocative Global Politico conversation with former Israeli Prime Minister Ehud Barak.

05 декабря 2017, 09:25

Аббаси: Никто не хочет мира в Афганистане больше, чем Пакистан

В случае ухудшения связей США также могут многое потерять. Пакистан контролирует маршруты американских военных поставок в не имеющий выхода к морю Афганистан и может перекрыть их, как это уже случалось в 2011 году. США также хотели бы, чтобы Пакистан сократил темпы ядерной модернизации, улучшил отношения с Индией и включился в широкую борьбу с исламскими боевиками.

26 июля 2017, 18:29

Банк «Открытие» может последовать за «Югрой»

Госкомпании и крупные фирмы кредитной организации забирают деньги со своих счетов, а совладельцы активов продают свои долиПрезидент группы «Промышленные инвесторы» мультимиллионер Сергей Генералов вышел из капитала сейсморазведочной компании IGSS( Integrated Geophisics Seismic Services) , продав 9.99% акций компании кипрской Otkritie Investments Cyprus Ltd (структура группы «ФК Открытие»), одного из миноритарных акционеров IGSS.Сергей Генералов пользуется авторитетом среди участников инвестиционного и финансового рынка РФ, как опытный предприниматель, тонко чувствующий кризисную конъюнктуру. Его выход из числа миноритариев нефтесервисной компании IGSS связывают прежде всего с неблагоприятными прогнозами в отношении перспектив финансовой группы Вадима Беляева. Не исключено, что «Открытие» может стать следующей после банка «Югра» кредитной организацией, на которую обрушится карающей меч российского регулятора. Среди банков, входящих в топ-100, наибольший отток активов в июне текущего года показала именно эта банковская группа: минус 109,02 млрд рублей. Со счетов «Открытия» стали снимать свои средства госкомпании и крупные фирмы, на которые приходится 72,5% выведенных средств.Ранее, «Открытие Холдинг» и Otkritie Investments Cyprus Ltd объявили о намерении направить оферту о выкупе 55% платёжной системы Qiwi. Участники рынка платежных систем связали это решение с намерением руководства «ФК Открытие» подстраховаться от возможной процедуры введения внешнего управления диверсификацией своих бизнесов и расширением социально важного сегмента банковских услуг. Однако решение Сергея Генералова, тонко чувствующего рыночную конъюнктуру, свидетельствует, скорее, о необоснованности надежд команды Вадима Беляева, основного бенефициара «Открытия». Кроме того, в реальности, скупка топ-менеджерами «Открытия» акций системы Qiwi может означать, что они явочным порядком избавляются от собственных активов. В целом, вывод средств из «Открытия» последовал за снижением его рейтингов. Еще в начале июля сообщалось, что Аналитическое кредитное рейтинговое агентство (АКРА) присвоило банку «ФК Открытие» самый низкий в истории группы Вадима Беляева публичный рейтинг ВВВ- со стабильным прогнозом. Месяцем ранее международное рейтинговое агентство S&P понизило рейтинг «Открытия» с уровня ВВ- до B+. К этому времени рейтинг от Moody’s у банка уже находился на уровне Ba3, причем, с негативным прогнозом.Старший научный сотрудник Института Брукингса (США), первый зампред ЦБ в 1995–1998 годах, Сергей Алексашенко считает, что рейтинг банка «Открытие» установлен АКРА «на таком низком уровне, что банк теряет возможность привлекать бюджетные и пенсионные деньги, а ЦБ больше не станет принимать его облигации в качестве залога». В ближайшее время банку придется в большей степени опираться на вклады населения, полагает аналитик S&P Дмитрий Назаров. Соответственно, вырастет стоимость привлечения частных вкладов – вероятно, процентные ставки «Открытия» могут стать выше, чем у других крупных банков из первой десятки, считает эксперт.Комментируя беспрецедентно низкий рейтинг «ФК Открытие», АКРА отметило, что большое давление на кредитоспособность «ФК Открытие» оказывает слабое качество его активов и вероятность негативного влияния на его ликвидность и достаточность капитала со стороны материнской финансовой структуры. «Рейтинговое агентство впервые присвоило столь низкий рейтинг частному системообразующему банку», - отмечает РБК.По оценке аналитика рейтингового агентства «Эксперт РА2 Юрия Беликова, в числе основных явно идентифицируемых по публичной отчетности проблем банка «ФК Открытие» стоит отметить крайне высокий уровень кредитования связанных сторон. «По консолидированной отчетности по МСФО на конец 2016 года активы, приходящиеся на связанные стороны (преимущественно, ссуды акционерам группы) составили 478 млрд рублей, что эквивалентно 17,7% валовых активов, или 206,1% относительно капитала группы банка. Акционер банка, АО «Открытие Холдинг», характеризуется высоким уровнем долговой нагрузки, поэтому погашение этих кредитов в среднесрочной перспективе, скорее всего, невозможно и, конечно, нежелательно для акционера», - сказал он информационному агентству «Прайм». «Фактически это иммобилизованные активы банка. Кроме того, подобный уровень концентрации активов на связанных сторонах генерирует регулятивные риски», - отметил эксперт.Вторая проблема: небольшой буфер капитала под потенциальные убытки от обесценения активов. На 01.06.2017 норматив достаточности основного капитала Н 1.2 – 9,0%, что позволяет выдержать обесценение не больше 2,9% ссудного портфеля банка. Ситуация осложняется тем, что на докапитализацию от акционеров банку, вероятно, рассчитывать сейчас не приходится, а возможности пополнения капитала за счет прибыли ограничены невысокими показателями эффективности деятельности (чистая процентная маржа – 1,1% за период с 01.04.2016 по 01.04.2017). Соответственно, источники поддержки финансовой устойчивости банка в случае ухудшения качества активов и падения рентабельности остаются неопределенными. При этом с начала 2016 года и вплоть до настоящего времени наблюдается рост просроченной задолженности на балансе банка – ее доля в совокупном ссудном портфеле возросла с 3,2% до 6,7% за период с 01.01.2016 по 01.06.2017.В такой ситуации нельзя не привести аналогию с недавно рухнувшим банком «Югра», который не устоял после того, как ЦБ предписал всем федеральным бюджетным структурам и пенсионным фондам забрать из банка деньги. «Югра» пыталась поправить свои дела за счет частных вкладчиков, агрессивно привлекать их средства. Однако это не спасло банк Алексея Хотина от падения рейтингов и последующего банкротства. Хуже того, именно агрессивная «работа» с частными вкладами была представлена Центробанком как обоснование ввода в «Югру» временной администрации. Не получается ли теперь, что уже «Открытие» активно начинает «пылесосить" на рынке, завлекая вкладчиков завышенными ставками по депозитам?Парадоксально, что «ФК Открытие» входит в число банков-агентов для выплаты страхового возмещения вкладчикам, в том числе индивидуальным предпринимателям, кредитной организации ПАО БАНК «ЮГРА».20 июля банк «Открытие» начал выплату страхового возмещения вкладчикам банка «Югра», проживающим в Ханты-Мансийском автономном округе.Сообщается, что Банк «ФК Открытие» к концу второго дня проведения выплат выдал уже более трети от запланированного объема страхового возмещения вкладчикам (физическим лицам и индивидуальным предпринимателям) «Югры». Причем, что примечательно, более 50% клиентов, получивших возмещение, приняли решение о вкладе в «ФК Открытие».Таким образом, всего лишь за два дня работы с вкладчиками обанкротившегося банка «Югра» менеджеры «Открытия» уговорили половину из них вложить свои накопления в «Открытие»! Вряд ли жителей Ханты-Мансийского АО информировали при этом о кризисном состоянии «Открытия». Им просто, похоже, предложили более выгодные условия размещения их депозитов, то есть просто «Открытие» повторяет то, чем занималась «Югра» непосредственно перед введением временной администрации, за что и была обанкрочена.Тем не менее есть все основания полагать, что регулятор не позволит «Открытию» слишком уж «напылесосить» на рынке. Во-первых, даже у ныне приказавшей долго жить «Югры» не было столь низкого рейтинга, как у «Открытия». Во-вторых, не будет же госпожа Набиуллина публично наступать на одни и те же грабли, причем почти одномоментно! Похоже, она в ближайшее же время может сделать суровый выговор своим подчиненным, не отстранившим вовремя проблемный банк от работы со вкладчиками «Югры». Единственное, что можно пожелать российскому регулятору, так это большей последовательности в санации отечественной банковской системы. Негативные тренды в стратегии «ФК Открытие» были видны достаточно давно и грядущее банкротство этой кредитной организации, которого, как представляется, структуре Вадима Беляева не избежать, могло произойти гораздо раньше и с меньшими последствиями для российской экономики.

11 февраля 2017, 20:20

Дойдут ли США до прямого военного конфликта с Ираном?

Испытание Ираном новой баллистической ракеты средней дальности привело к резкому обострению отношений Исламской республики с США. Президент Трамп сразу же заявил в своем твиттере, что «Иран играет с огнем - они не оценили, насколько «добр» был к ним президент Обама. Он, но не я!»Советник Трампа по национальной безопасности генерал Майкл Флинн подтвердил его слова: «Вместо того, чтобы быть благодарным Америке за эти соглашения (по ядерной сделке — В.П.), Иран теперь чувствует себя поощренным. Поэтому мы берем его на заметку» («on notice»).Во время испытаний, которые состоялись 29 января, Иран запустил ракету средней дальности «Сумар», способную нести ядерную боеголовку. Ракета пролетела не более 600 км, но ее максимальная дальность действия составляет от 2 до 3 тыс км.По данным американской разведки, 6 декабря 2016 года Тегеран провел пуск еще одной баллистической ракеты средней дальности «Шахаб-3» (Метеор-3) с дальностью 1,3 тыс км. Причем эта ракета была создана на базе северокорейской разработки.Отвечая на вопрос журналиста о том, исключается ли военный ответ на действия Ирана, Дональд Трамп сказал: «Ничего не исключается». В ответ на испытания иранских ракет четверо конгрессменов-республиканцев подготовили и внесли новый законопроект о введении санкций против Ирана. Законопроект предусматривает новые санкции против Корпуса стражей исламской революции (КСИР) и иранской авиакомпании Mahan Air, которая, по мнению конгрессменов, помогает КСИР «в распространении терроризма и воинственности». Предлагается также расширить существующие и ввести новые санкции за «вопиющие нарушения прав человека». Старт продаж! Уютные квартиры возле метро "Аэропорт" Сестра Гиви рассказала о его странном предупреждении матери Секрет экономных автовладельцев: цена ремонта получается в 2 раза ниже Новые, безопасные, недорогие: шины всех марок по спецценам Тройное удовольствие при покупке Mazda CX-5 в GenserПредусматриваются новые санкции также против лиц, оказывающих Ирану поддержку «в области разработки баллистических ракет» и тех, кто «задействован в секторах экономики Ирана, осуществляющих прямую или косвенную поддержку программе разработки баллистических ракет».Российский военный эксперт Илья Плеханов обратил внимание на то, что конфронтация между США и Ираном развивается практически по сценарию, разработанному Институтом Брукингса в 2009 году:«...Любая военная операция против Ирана, вероятно, будет очень непопулярна во всем мире и потребует надлежащего международного контекста, как для обеспечения материально-технической поддержки операции, так и для сведения к минимуму ответной реакции. Лучший способ свести к минимуму международное осуждение и обеспечить максимальную поддержку (какая бы она ни была — неприязненная или скрытая) — это нанести удар только тогда, когда будет существовать широко распространенное убеждение в том, что иранцам было предложено превосходное соглашение, но они его отвергли. Это предложение должно быть настолько хорошим, что только режим, который решил приобрести ядерное оружие и приобрести его по неправильным причинам, мог бы его отвергнуть. В этих обстоятельствах, Соединенные Штаты (или Израиль) могут представить операцию как печальную необходимость, а не как ярость. По крайней мере, некоторые члены международного сообщества придут к заключению, что иранцы «сами навлекли беду на себя», отказавшись от отличного соглашения». «Берем на заметку» Флинна широко разошлось по всем мировым СМИ», - пишет российский аналитик, - «но гораздо любопытнее здесь первая часть фразы про неблагодарность Ирана. Именно это вступление отсылает нас к забытому, но все более интересному и актуальному документу, датированному июнем 2009 года».Институт Брукингса — один из ведущих аналитических центров Америки. Именно в этом «мыслящем танке» разрабатывались сценарии ряда цветных революций». Анализ доклада 2009 года позволяет в общих чертах представить, какими могут быть действия США и их союзников в рамках антииранской стратегии. Так, перед атакой на Иран рекомендуется заключить сделку с Россией, используя для политического торга с руководством РФ возможность прекращения развертывания системы ПРО в Европе, а также добиться невмешательства России в войну с Ираном в обмен на признание интересов России на Кавказе, Украине и Балканах.Китай рекомендуется нейтрализовать обещанием сократить импорт ближневосточной нефти с тем, чтобы избыток нефти арабских стран пошел в Китай. Институт Брукингса считает, что Китай реально интересуют на Ближнем Востоке только поставки нефти, и США следует оказать ему оказать ему поддержку в реализации нефтегазовых проектов в обмен на невмешательство в гипотетическую войну с Ираном. Если же эти дипломатические и экономические меры не принесут результата и Россия с Китаем не поддержат жесткие санкции против Ирана, то США следует перейти к альтернативной стратегии. Такой альтернативой являются прямые военные действия против Исламской республики, в которых на определенных условиях, как считают в институте Брукингса, мог бы участвовать Израиль.В докладе отмечается, что Израиль будет готов нанести удар по Ирану только тогда, когда не будет опасности, что Сирия сможет вмешаться в военные действия на стороне Ирана. То есть, перед тем как атаковать Иран, необходимо тем или иным путем лишить сирийское руководство возможности принимать самостоятельные решения.В докладе говорится, что для вооруженного вторжения в Иран необходим какой-то «ужасающий повод». Таким поводом может стать, скажем, информация американской разведки о наличии у Ирана ядерных боеголовок северокорейсокого происхождения. Сценарием предусмотрена также поддержка различных антиправительственных движений и вооруженных формирований и фирменная «фишка» «The Brookings Institution» - «бархатная революция» (velvet revolution).Авторы доклада считают, что смена теократического режима в Иране без вооруженного вторжения в страну возможна, так как многие иранцы не симпатизируют власти Великих Аятолл. Локомотивом бархатной революции должна стать коалиция «интеллигенции, студентов, крестьян, предпринимателей, марксистов, конституционалистов и священнослужителей».Поскольку подготовка масштабного социального протеста, который бы привел к свержению клерикального режима, может занять годы и десятилетия, как отмечается в докладе, и нет никакой гарантии, что пришедший к власти демократический режим откажется от ядерной программы и откажется от борьбы за влияние в регионе, то нынешняя американская администрации вряд ли возьмет на вооружение этот сценарий.Иранская дорожная карта, разработанная в 2009 году в институте Брукингса, многовариантна, но последние события (испытания баллистических ракет Ираном и последовавший жесткий ответ США) ведут по всей видимости в сторону военного сценария. Собственно говоря, об этом недвусмысленно заявил сам Президент Трамп.Сопоставление основных положений доклада американских аналитиков, написанного восемь лет назад, с последними событиями вокруг Ирана создает впечатление, что команда Трампа уже приступила к реализации рекомендаций стратегистов из «The Brookings Institution».Как поведут себя в реальной жизни фигурирующие в американских сценариях Иран, Россия, Китай и Израиль — это пока прогнозируется с большими допущениями.Премьер-министр Израиля Биньямин Нетаньяху на днях заявил, что «агрессия Ирана не должна остаться без ответа, и что он намерен «нажать» на Трампа, чтобы возобновить санкции против Ирана и «позаботиться о неудачной ядерной сделке». Что касается России, то очевидно лишь, что какой-либо долгосрочной стратегии у нашей страны в наличии нет. И не только в части реагирования на изменившуюся политику США по отношении к Ирану. Отсутствие стратегического уровня планирования в какой-то мере может быть компенсировано быстрым и эффективным реагированием на тактическом и оперативном (текущем) горизонтах. Но для этого необходим высокий уровень принимающего решения командного интеллекта. События последних лет показывают, что в этом плане у нас большие проблемы. А запоздалое или неадекватное реагирование на возможное изменение конфликтной конфигурации в регионе может привести к новым репутационным и ресурсным потерям, а также к новым «ударам в спину». Автор: Владимир Прохватилов, президент Академии реальной политики (Realpolitik), эксперт Академии военных наук http://argumentiru.com/politics/2017/02/455719

08 декабря 2016, 09:00

Конгресс боится, что Россия и Китай угрожают праву США на мировое "господство"

Несмотря на надежды всего мирового сообщества на "оттепель" в отношениях двух великих держав после победы Дональда Трампа на президентских выборах в США 8 ноября, американские элиты всё ещё не намерены прекращать антироссийскую риторику в вопросах ведения внешней и внутренней политики страны. Главным врагом Америки, по мнению ведущих политиков, так и остаётся Россия, особенно в связке с Китаем. Российские эксперты отмечают, что США пугает независимость РФ и Поднебесной, а надеяться на сильное улучшение российско-американских отношений нам не стоит. Комитет Сената США по вооружённым силам во вторник, 6 декабря, провёл заседание, посвящённое борьбе американцев с мировыми угрозами. На обсуждении вопросов обороны помимо сенаторов присутствовал и ряд экспертов в вопросах безопасности и военного дела, высказавших свои соображения по этой теме, которые не содержат и намёка на возможную "оттепель" в российско-американских отношениях. Наибольшим русофобством отличаются заявления старшего научного сотрудника "Проекта международного порядка и стратегии" Института Брукингса и по совместительству колумниста ведущего американского издания The Washington Post Роберта Кагана. Он называет возросшее мировое влияние России и Китая и их возможный союз самой большой угрозой, с которой Америке предстоит столкнуться в ближайшие десятилетия. По мнению Кагана, эта угроза важнее терроризма, поскольку она способна перевернуть весь мир. — Другие угрозы создают серьёзные проблемы и, в случае терроризма, требуют максимальной бдительности. Но только эти две великие державы обладают способностью перевернуть мировой порядок, который уже давно обеспечивал благополучие и безопасность американцев. Безошибочные гегемонистские амбиции Китая и России угрожают стабильности и безопасности в двух наиболее важных регионах — Восточной Азии и Китае, — заявил Роберт Каган в ходе заседания комитета. Колумнист WP отмечает, что Россия и Китай во многом похожи: оба государства представляют собой классический пример ревизионистских сил (недовольных своим положением на мировой арене. — Прим. Лайфа) и никогда ещё не были настолько сильно защищены от нападения извне, как сейчас. Кроме того, оба государства стремятся "восстановить свою гегемонию в регионах, где она была в прошлом": доминирование в Восточной Азии в случае Китая и в Восточной и Центральной Европе в случае России. — Будучи автократиями, оба государства чувствуют угрозу со стороны доминирующих на международной арене демократических сил и демократий на их границах, — считает Каган. — Обе страны рассматривают США в качестве главного препятствия на пути их амбиций и, следовательно, стремятся ослабить американское руководство международным порядком и безопасностью, стоящее на пути достижения того, что Россия и Китай считают своей судьбой. Несмотря на схожесть целей и наличие общего врага, две мировые державы, по мнению научного сотрудника Института Брукингса, различаются в методах достижения целей. Так, Китай сейчас "осторожен как никогда", он наращивает своё могущество в регионе за счёт усиления экономического влияния и роста военной мощи, которая используется в настоящее время как инструмент сдерживания и устрашения. Россия же ведёт себя "более агрессивно" — это выражается в её "нападениях" на Украину в 2014 году и Грузию в 2008-м, а также в переброске российских вооружённых сил в Сирию. Так называемая российская агрессия выражается и в ведении кибер- и информационных войн, и во "вмешательстве" в западные избирательные процессы "с целью дискредитации демократии". — Россия в какой-то мере является более слабой из этих двух великих держав, но она добилась большего успеха, чем Китай, в достижении своей цели — разделении и разрушении Запада, — считает Роберт Каган. После "обличительной" речи в сторону России и Китая колумнист Washington Post даёт совет новой американской власти: прекратить "отступление" внешней политики США от мирового господства, иначе страны Восточной и Центральной Европы и Восточной Азии будут захвачены Россией и Китаем. Каган также советует обратить особое внимание на расследование "российского вмешательства" в американские президентские выборы и в избирательные процессы в европейских странах. В обсуждении угроз в Комитете Сената США по вооружённым силам участвовал и генерал Джон Кин, председатель Института изучения войны, не раз призывавший к ужесточению санкций против России и более активной помощи украинскому народу. Его речь, в отличие от заявлений Кагана, не была полностью направлена на обвинение России, однако вопрос "агрессии" со стороны РФ всё же поднимался. Генерал Кин призвал взаимодействовать с Россией "через силу и решимость" — он считает, что нужно "не просто расширять военные возможности, но и заставить противника поверить, что они будут использованы против него". Кин добавил, что США должны вести диалог с Россией, но при этом не идти на уступки в спорных вопросах. Генерал также отметил, что США уже давно не имеет технологических преимуществ: Россия, Китай и в меньшей степени Северная Корея и Иран, развивают собственные технологии. В этой связи Джон Кин особо отметил российский танк "Армата", который не имеет аналогов в мире. Ещё одним экспертом на заседании Комитета по вооружённым силам выступил вице-президент Центра новой американской безопасности Шон Бримли. Он отмечает, что "обеспокоен, но не удивлён" поведением России и Китая, поскольку оба этих государства являются "значимыми международными субъектами, которые преследуют свои интересы". Бримли советует администрации Трампа сосредоточиться на средствах "поддержания мира посредством силы" с начала 2017 года. Предлагаемая им стратегия предполагает подачу сигналов на улучшение отношений, одновременно усиливая военное присутствие США в регионе. При этом Шон Бримли подчёркивает, что Владимир Путин Соединённым Штатам "не друг". Руководитель Центра изучения общественных прикладных проблем национальной безопасности Александр Жилин считает, что США в первую очередь пугает экономическая и политическая независимость России и Китая. — Фактически, Россия и Китай — практически единственные — не попадают под прямой диктат англо-саксов — американцев и Великобритании. Все остальные страны уже ограниченно независимы: они исповедуют консолидированную политику, у них нет возможности самостоятельно принимать решения по многим вопросам. Но дело не только в этом. Китай в 2017 году начинает реализацию программы пояса экономического развития нового Шёлкового пути, колоссальной программы, куда вложат более 8 трлн долларов. Россия тоже будет принимать участие в этом проекте, в том числе и двумя своими базами в Сирии, куда выходит морская часть этого проекта. Это всё является главным раздражителем для американцев, которые сейчас находятся в кризисе, — говорит эксперт. — Они рассматривают Россию и Китай как своих врагов. При этом ни Россия, ни Китай ни разу не предпринимали каких-либо мер для того, чтобы посягнуть хоть на какие-то приоритеты США. Получается, что страна, которая обеспечивает экономическую и политическую независимость, автоматически угрожает Соединённым Штатам, а это бред. Профессор кафедры теории и истории политики факультета политологии МГУ Сергей Черняховский придерживается схожего мнения, добавляя, что у США в Китае есть свой интерес. — Идея о том, что есть два конкурента США, которым нельзя ни в коем случае дать соединиться, очень старая и принадлежит ещё дипломату Генри Киссинджеру. Кроме того, Россия и Китай — это две страны, которые не зависят от США и отстаивают свои интересы. Скорее всего, с приходом к власти Трамп будет пытаться разделить союз ресурсов, военной мощи и технологий России и Китая, который кажется угрозой для США, и в этом нет ничего удивительного, — считает политолог. — Трамп, выступая, с одной стороны, за рационализацию отношений с нами, хочет наладить отношения с Китаем. Здесь есть конкретный интерес — китайская промышленность, которая составляет конкуренцию американской. Очень много товаров по технологиям Штатов производится в Китае, который забирает возможность получения прибыли из Америки. Трамп хочет этот вопрос пересмотреть, потому что его основная установка — это установление промышленной мощи Америки, создание рабочих мест. Российские эксперты сходятся во мнении, что ждать "глобального потепления" в отношениях России и США не приходится даже с избранием Трампа. — Я смотрю, как формируют команду Трампу — именно Трампу, потому что он формирует её не самостоятельно. Смотрю, кого назначат министром обороны США, этого Бешеного Пса (отставной генерал корпуса морской пехоты Джеймс Маттис. — Прим. Лайфа). И у меня нет никаких иллюзий по поводу радикального изменения взаимоотношений России и США. Тем более что мы отчётливо видим, как реагируют политические элиты на Трампа в Европе и других странах. Американский президент весьма ограничен в своих полномочиях, он будет вынужден выполнять поставленные перед ним условия. Я бы не стал испытывать иллюзий, что Трамп сможет решить что-то самолично. К тому же отношения с Россией умышленно обостряют везде — и по Украине, и по Сирии, и по Европе, — отмечает эксперт Александр Жилин. Политолог Сергей Черняховский придерживается мнения, что политика США в отношении России будет целиком и полностью зависеть от того, насколько мощной будет наша страна. — Если мы в конечном счёте будем сильными, тогда американцы будут считаться с нами. Будем обладать мощью и промышленным потенциалом, сопоставимым с мощью СССР, американцы будут считаться и советоваться с нами на каждом шагу и говорить что-то против только на уровне пропаганды, — объясняет он. — А если экономическая политика будет такой же, как в 90-е годы, то никто не будет нас рассматривать всерьёз.   Отметим, что на прошлой неделе стал известен бюджет Министерства обороны США на 2017 год. Главной "страшилкой" в финансовом документе американского ведомства вновь стала Россия: на сдерживание её "агрессии" выделяется самая большая сумма — $3,4 млрд, что почти в четыре раза больше, чем в 2016-м, когда сумма составила 789 млн долларов. Также в составе пятёрки главных угроз американской безопасности оказались упоминаемые и на заседании комитета сената Китай, Иран и Северная Корея.

14 июня 2016, 00:00

Бильдерберг-2016. Всевластие «элит» и бесправие «плебса»

С 9 по 12 июня в отеле Taschenbergpalais в Дрездене прошла 64-я встреча членов Бильдербергского клуба, которая на этот раз не вызвала прежнего ажиотажа. Несмотря на присутствие на собрании важных фигур, таких как директор-распорядитель МВФ Кристин Лагард, гендиректор Ройял Датч Шелл Бен ван Берден, бывший госсекретарь США Генри Киссинджер, гендиректор Дойче Банк Джон Крайан, гендиректор BP Роберт Дадли, главный редактор Bloomberg Джон Миклетвей и...

12 апреля 2016, 07:06

Панамагейт - дело рук Путина и(или) ЦРУ?

Старший научный сотрудник отдела международных отношений в Центре изучения США и Европы Института Брукингса Клиффорд Дж. Гэдди предполагает, что за утечкой панамских документов на самом деле могут стоять «российские спецслужбы и лично сам президент Путин. Изъяв из документов данные об американцах, Россия получила мощное орудие шантажа».https://russian.rt.com/inotv/2016-04-09/Ekspert-Instituta-Brukingsa-Panamskij-skandalГэдди считает панамский скандал весьма подозрительный и похожим на  сюжетный ход из дешевого шпионского боевика. Хронология панамагейта такова: В начале 2015 года некий аноним  высылает  газете Süddeutsche Zeitung 11,5 миллионов документов о панамской  фирме Mossack Fonseca, связанной с офшорами. В результате расследования  Международным  консорциумом журналистских расследований (ICIJ),  в котором приняли участие около 400 журналистов из 80 стран, через год была вскрыта масштабная  схема отмывания денег и  коррупции, в которых были засвечены  свыше  140 мировых лидеров.Однако, прямых фактов причастности  Путина к какой-либо незаконной деятельности в этих документах нет. В России никакого ажиотажа по поводу панамагейта не возникло. А вот  на Западе такие скандалы уже начались.Гэдди  сомневается в достоверности  документов, присланных неищзвестным: «Откуда уверенность, что они  «настоящие, полные и не искаженные?» Гэдди считает,  что «у анонима был доступ к весьма впечатляющей базе данных, что может указывать на вовлеченность некой разведывательной организации». Гэдди  предполагает, что за вбросом панамских документов мог стоять Путин, желающий отомстить Западу за «кампанию против путинской коррупции».Сотрудник Брукингского института предполагает, что за атакой на  Mossack Fonseca могла стоять Федеральная служба  по финансовому мониторингу, личная разведка Путина(формулировка Гэдди). И что американцы заглотили эту приманку. Гэдди обращает внимание на то, что в опубликованных документах не упоминаются граждане США и предполагает, что это - следствие того, что  ICIJ финансируется США. Возможно,документы, обличающие США, просто изъяли перед тем как передать немецкой газете, предполагает  Гэдди. Цель всего этого проекта, как считает Гэдди, шантаж США:«Те, кого упомянули в утекших документах — не цели. Цели те, кто в них не был упомянут».На мой взгляд, этот  вывод притянут за уши. Я хотел, чтобы это было так, но это не так.Компания  Mossack Fonseca - проект ЦРУ: «…Один из основателей  Mossack Fonseca — Юрген Моссак (Jürgen Mossack) — сын офицера Ваффен СС, который перебрался в Панаму, чтобы «начать новую жизнь». Другой основатель — Рамон Фонсека (Ramón Fonseca) — работал советником президента Панамы.https://meduza.io/feature/2016/04/04/mossack-fonseca-terabayty-tayn(04.04.2016) Mossack Fonseca появилась в 1977 году, когда панамские предприниматели Рамон Фонсека и Юрген Моссак объединили свои небольшие фирмы. Оба основателя компании были прекрасно образованны и обладали обширными связями в финансовых кругах.Рамон Фонсека — панамец, он учился в Лондонской школе экономики и писал романы. Юрген Моссак по происхождению немец, он оказался в Панаме в начале 1960-х. Отец Моссака во время Второй мировой войны служил в Ваффен-СС, а после окончания боевых действий предложил правительству США сотрудничество. По данным Международного консорциума журналистов-расследователей (ICIJ), в конечном итоге Моссак перебрался в Панаму и стал работать на ЦРУ, добывая информацию о коммунистах на Кубе. Его сын получил образование в Панаме, затем уехал работать в лондонскую юридическую фирму, а в начале 1970-х вернулся обратно и открыл свое дело(конец цитаты).В 1977 году Панамой управлял Омар Торрихос (Omar Efraín Torrijos Herrera), который в 1956 году был начальником охраны находящегося в изгнании президента Аргентины Хуана Перона, который значительно помог легализации у себя в стране серьезных представителей Третьего рейха.Начальником Управления военной разведки и контрразведки при О. Торрихосе был Мануэль Норьега (Manuel Antonio Noriega), который сотрудничал с ЦРУ и помогал отмывать деньги Медельинского наркокартеля.Соответственно, создание Mossack Fonseca изначально было спланировано под операции ЦРУ».Сайт ПРАВОСУДИЯ.НЕТ:http://pravosudija.net/article/scofield-proekt-klintonyКак я уже неоднократно писал, этот сайт не искажает факты. На этот раз и интерпретирует их грамотно.Автор цитируемой публикации   считает, что «за созданием Mossack Fonseca… стоял Д. Буш-старший и компания Вангард».http://pravosudija.net/article/scofield-proekt-klintonyВозможно, это соответствует действительности. Но выводы автора, пишущего под псевдонимом Скофилд, какие-то вялые и расплывчатые, сводящие все к внутриполитическим разборкам в США.А между тем, настоящий адресат информационной атаки просматривается весьма отчетливо. Это премьер-министр Великобритании Джеймс Кэмерон.Парламентская оппозиция  Великобритании  «призвала провести независимое расследование в связи с упоминанием родственника премьера в так называемых "панамских документах". Кроме того, о намерении тщательно их изучить заявила Служба по налогам и таможенным вопросам Соединенного Королевства.Речь идет о документах панамской офшорной компании Mossack Fonseca,опубликованных 3 апреля. В них говорилось, что отец премьера Иэн Кэмерон возглавлял созданный в 1980-х годах офшорный фонд, через который якобы уклонялись от налогообложения состоятельные британцы».http://112.ua/mir/panamskiy-skandal-kemeron-rasskazal-o-poluchenii-pribyli-v-ofshore-303455.htmlНанести мощный удар гордым бриттам - в этом намерении могли вполне сойтись интересы и ЦРУ(или каких-то иных  американских акторов) и Владимира  Путина, предположительно стремящегося отомстить «англичанке» за  все те потоки информационной грязи, которые с этого небольшого острова  льются  на голову президента РФ. А как же пресловутые особые отношения США и Великобритании? Так называемые "special relationship", то есть   военно-стратегическое  партнерство. Возможно, США недовольны слишком активной ролью Великобритании как в событиях на их внутреннем политическом рынке, так и в мире. Англия слишком активна в Китае и на Ближнем Востоке. Корона   восстанавливает свою мировую империю, пытаясь вывести ее из тени на свет. Вот Черный  Властелин и показывает  младшему партнеру его место - на приставном стульчике. Что касается участия Владимира Путина во всех этих вбросах и выбросах, то это очень спорно. Скорее всего он знал о грядущем панамагейте  и принял необходимые меры самозащиты. Но это уже детали. Ситуативный союз спецслужб США и РФ вполне мог быть в рамках панамагейта. Может быть, именно эта тема и обсуждалась во время недавнего визита шефа ЦРУ Джона Бреннана в Москву.Все это не отменяет  курса США на разрушение исторической России. И Участия Англии в этой стратегии. Но уже в более скромной роли - подносчика патронов, а не наводчика.

16 апреля 2015, 17:05

Бернанке будет работать с торговыми роботами

Бывший глава Федеральной резервной системы США (ФРС) Бен Бернанке согласился стать старшим советником хедж-фонда Citadel Investment Group. Об этом сегодня сообщили крупнейшие СМИ.

28 ноября 2014, 09:00

Фабрики мысли в США

Система аналитических центров представляет собой совокупность конкурирующих организаций, преследующих цель создания максимально объективной, достоверной, качественной информации, востребованной заказчиком, роль которого исполняют государственные, общественные и бизнес структуры. Указанные структуры в процессе подготовки и принятия политических решений выступают в качестве властных субъектов (субъектов влияния), и именно благодаря их запросам «фабрики мысли» актуализируются и становятся востребованными. Любая из перечисленных политических сил заинтересована в доминировании на информационном рынке, следовательно, структура «фабрик мысли» и их позиции на рынке информационных услуг обусловлены потребностями политических сил, с которыми они ассоциированы, и актуальной конъюнктурой этого рынка. Структура расходов США на НИОКР, % Источник: The FY 2012 Science and Technology R&D Budget. Office of Science and Technology Policy. Ex­ecutive Office of the President. Так, утрачивая декларируемую непредвзятость, «фабрики мысли» практически с начала своего существования подстраиваются под ту или иную авторитетную доктрину и в дальнейшем не имеют возможности ее изменить. Субординация по отношению к властному центру постепенно окостеневает, и организация становится фабрикой по производству программ и моделей их построения для конкретной политической группы. Этот довольно стандартный набор воззрений на природу «фабрик мысли» не носит ни полного, ни исчерпывающего характера, однако может быть принят в качестве отправной точки настоящего исследования. Такое исследование целесообразно осуществлять в кросс-национальном контексте. В противовес традиционной и широко распространенной концепции, рассматривающей «фабрики мысли» как результат прямой экстраполяции американского опыта развития аналитических организаций на самые разные страны независимо от их исторического, культурного и политического своеобразия, в данном исследовании предлагается концепция, основанная на мультимодельном подходе, который фокусирует внимание на различиях в институциональном оформлении «фабрик мысли» на национальном уровне. Более подробно особенности мультимодельного подхода будут показаны ниже при сравнении американской модели «фабрики мысли» с европейской и азиатской моделями. Ведущая и, можно сказать, пионерная роль в использовании «фабрик мысли» как инструмента разработки и принятия политического решения, бесспорно, принадлежит США, поэтому отталкиваться целесообразно именно от опыта данной страны. Анализ организационной модели «фабрик мысли», существующей в ней, может позволить выявить ключевые характеристики института, вариации которых в дальнейшем могут быть рассмотрены на примере иных стран, где «фабрики мысли» так или иначе существуют. Это важно, в частности, для России, где весьма актуальна потребность в выстраивании механизма адекватной аналитической поддержки принятия политических решений. ТРИ МОДЕЛИ ОРГАНИЗАЦИИ "ФАБРИК МЫСЛИ" В ГЛОБАЛЬНОМ КОНТЕКСТЕ Понятию «фабрики мысли» («think tanks») в современной политической науке даются разнообразные дефиниции и трактовки (в частности, распространены организационные, функциональные, структурные определения «фабрик мысли»). Автор исходит из того, что «фабрики мысли» — это разнообразные институты, занимающиеся изучением и анализом политических процессов и проблем, а также предоставляющие заинтересованным акторам (как собственно политическим, так и общественным и бизнес структурам) разработки и рекомендации по вопросам внутренней и внешней политики в целях принятия ими обоснованных политических решений. Финансирование федеральных исследований и разработок (запрос на 2014 фин. г.), млн. долл. Источник: Federal Research and Development Funding:FY2014. Congressional Research Service. July 30, 2013. P. 4. Тогда подлежит изучению не только та или иная наличествующая сегодня модель «фабрики мысли», но и ее генезис. Сложность анализа обусловлена невозможностью создания типичной схемы включения «фабрик мысли» в разработку политических решений, так как на нее воздействует множество политических, социальных, экономических и иных факторов, имеющих национальные или региональные особенности. Эти же факторы оказывают влияние и на часто принимаемую за «стандартную» институциональную структуру «фабрик мысли», которая в действительности всегда мимикрирует под окружающую ее социальную среду. Можно (сугубо схематически) выделить три основные модели функционирования «фабрик мысли»: американскую, европейскую и азиатскую. Разделение на модели само по себе является принципиальным, так как ранее дифференциация «фабрик мысли» проводилась преимущественно по критерию их большего или меньшего соответствия американскому образцу. Это обусловлено доминированием в литературе американских работ по «фабрикам мысли» и экспансией американских политико управленческих форм, хорошо заметной на примере Японии, Гонконга, Макао, Индии, Мексики и большинства стран Восточной Европы, в том числе России и Украины. Такой взгляд, среди прочего, приводит к безусловному доверию к американской исследовательской практике, как, например, в отчете «Non governmental Think Tanks in Ukraine: Capabilities, Challenges, Prospects», опубликованном Украинским центром экономических и политических исследований, ключевым источником для которого выступают, в свою очередь, отчеты Научно-исследовательского института внешней политики (Филадельфия, США). Такая ситуация характерна не только для Украины, но и для многих других развивающихся стран, осуществляющих некритическое заимствование иностранных институциональных и интеллектуальных конструктов. ОПЫТ США: ФОРМИРОВАНИЕ И ЭТАПЫ РАЗВИТИЯ "ФАБРИК МЫСЛИ" Опыт США показывает один из возможных вариантов истории становления «фабрик мысли», а также масштаба и результативности их деятельности. Американские «фабрики мысли» в указанном выше смысле исторически создавались прежде всего военными ведомствами, заинтересованными в разработке комплексной технологии аккумулирования информации — с привлечением гражданских специалистов, обладающих широкими познаниями в различных (в том числе политических) аспектах стратегического анализа. Схема расчета налоговых льгот в США Источник: Налоговое стимулирование инновационных процессов/ Отв. Ред. — Н.И. Иванова. — М.:ИМЭМО РАН, 2009. С.142 В 1956 г. по инициативе министра обороны США пять крупнейших университетов создали некоммерческую исследовательскую организацию под названием «Институт оборонного анализа». Менее чем за 10 лет институт вырос в крупное научное учреждение со штатом 600 человек. В 1960 е годы в США насчитывалось уже около 200 «фабрик мысли» самого разного профиля. Наиболее известными и влиятельными среди них были так называемые «финансируемые правительством центры НИОКР» (среди них RAND, Институт оборонного анализа, Институт военно морского анализа, корпорация «Aerospace»). Они напрямую поддерживались конгрессом США, который в конце 1960 х годов выделял им до 300 млн. долларов ежегодно. Необходимо подчеркнуть важный аспект в истории американских исследовательских центров. Руководство Пентагона изначально отказалось от создания аналитических центров внутри военного ведомства, хотя содержание независимых или частично независимых бесприбыльных (non profit) центров обходилось намного дороже. Заработная плата в «фабриках мысли» значительно превышала оклады государственных служащих. Руководство Пентагона исходило из того, что в результате опоры на «внутренние» центры пострадало бы качество научного консультирования, утратив широту и глубину охвата, присущие независимым научно исследовательским организациям. В конце 1970-х и начале 1980-х годов в США стал появляться новый тип «фабрик мысли». Это были идеологизированные, ориентированные на политическую активность организации, основанные, как правило, с целью продвижения определенных идейных ценностей или, точнее, образцов мышления. Среди них стоит выделить Институт Катона и Фонд Наследия — идеологически окрашенные организации, занимающиеся не отвлеченными политическими теориями, а пропагандой неоконсервативных идей в политической и особенно экономической сферах. В 1980-х годах такие центры были на подъеме своего влияния. С начала 1990-х годов в развитии американской политической мысли наметился поворотный момент, связанный с общесистемным сдвигом в международных отношениях.  Он привел к более четкому идеологическому оформлению различных «фабрик мысли»: обозначились как продемократические, так и прореспубликанские (более консервативные) институты, каждый из которых стремился продвигать собственную, по возможности уникальную концепцию, способную обеспечить аналитическую и консультативную поддержку принятия политических решений в новых условиях окончания «холодной войны» и превращения США в единственную сверхдержаву. Результатом стали бурные дебаты как в академической среде, так и в публичной сфере, однако практическая деятельность большинства подобных интеллектуальных центров в 1990-е годы сосредоточилась в основном на решении «прикладных» задач, то есть в большей степени на политической технологии, чем на выработке действительно инновационных концептуальных подходов. Прямое финансирование государством НИОКР, осуществляемых бизнесом и налоговое стимулирование инновационной деятельности Источник: OECD, Main Science and Technology Indicators (MSTI) Database, June 2012; OECD R&D tax in­centives questionnaires, January 2010 and July 2011, and national sources, based on OECD (2011), OECD Science, Technology and Industry Scoreboard 2011, OECD, Paris В плане же идеологических ориентиров в 2000-е годы американское экспертное сообщество все же преимущественно оставалось под влиянием консервативных идей, что в первую очередь связано с приходом к власти команды Дж.Буша. Следует констатировать, что вне зависимости от этапа своего развития «фабрики мысли» США всегда преследовали, строго говоря, одну цель: привлечение людей, способных генерировать идеи, к решению политически значимых проблем. При этом виды решаемых проблем, форма организации «фабрик мысли», заказчик, виды отчетности и т.д., естественно, различались. ОСНОВНЫЕ ХАРАКТЕРИСТИКИ АМЕРИКАНСКОЙ МОДЕЛИ Американский опыт создания «фабрик мысли» как специализированных организаций, занимающихся производством особого интеллектуального продукта — предлагаемого к реализации заказчиком политического решения, характеризуется несколькими основополагающими чертами: — правительство США неизменно демонстрирует заинтересованность в развитии «фабрик мысли» и расширении их научно исследовательского потенциала; — сами «фабрики мысли» создаются и функционируют преимущественно как неправительственные структуры, роль правительственных аналитических центров в сравнении с крупнейшими негосударственными «фабриками мысли» относительно второстепенна; — стремясь к диверсификации круга клиентов и партнеров, «фабрики мысли» тем не менее уделяют особое внимание поддержанию постоянных связей с государственными учреждениями. Рассмотрим выделенные характеристики подробнее. Правительственное внимание к развитию «фабрик мысли» подтверждается как заявлениями, так и практическими действиями представителей государственных структур. «Наиболее распространенная до настоящего времени среди членов федерального правительства точка зрения хорошо сформулирована в докладе, представленном в 1945 г. президенту Рузвельту Ванневаром Бушем, ученым, который возглавлял во время войны Управление научных исследований и разработок. Буш писал: „Основная политика Соединенных Штатов заключалась в том, что правительство должно способствовать достижению новых рубежей. Оно открыло морские просторы клиперам и обеспечило землей первых поселенцев. Налоговое стимулирование частных затрат на инновационную деятельность для крупных, малых и средних компаний в странах ОЭСР (налоговые субсидии на 1 долл. затрат на НИОКР) Источник: OECD Science, Technology and Industry Outlook 2012. P. 167. Несмотря на то что эти рубежи уже в значительной степени не существуют, рубеж науки остался. Более того, поскольку здравоохранение, благосостояние и безопасность входят в компетенцию правительства, научный прогресс представляет и должен представлять первостепенный интерес для правительства“». Реализация этого курса находит свое выражение в следующих обстоятельствах. Во-первых, в четкой дифференциации аналитических работ, установленной Национальным научным фондом, однако, что показательно, используемой не только правительственными, но и практически всеми иными структурами. Она включает три вида аналитической деятельности, а именно: — фундаментальные исследования — «изучение неизвестного». Такие исследования иногда называют ненаправленными, и они оказывают мотивирующее воздействие, выраженное в стремлении к знанию ради самого знания. Чарльз Э.Уилсон, первый министр обороны президента Эйзенхауэра, говорил о них как о деятельности, когда «...вы не знаете, что вы делаете». Примером мог бы служить химик, работающий с каким либо соединением просто для того, чтобы получить неизвестные до сих пор сведения об этом соединении. Он что то ищет, но что — не знает сам; — прикладные исследования — исследования, направленные на удовлетворение какой либо существующей потребности, например на создание лекарства от известной болезни или на нахождение новых способов повышения скорости самолета. Они опираются на фундаментальные исследования и, как правило, порождают дополнительные знания. Если продолжить наш пример с химиком, то нужно сказать, что он вступит в область прикладных исследований, как только предпримет попытки обнаружить, не позволяет ли изучаемое им соединение предупредить какое либо заболевание; — разработки — систематическое использование фундаментальных и прикладных исследований для создания и производства конкретных объектов (от сывороток до космических кораблей), систем, методов и материалов. Они обычно включают проектирование и эксперименты с неким изделием или процессом, но никогда — его непосредственное производство. Если, например, наш химик обнаружил бы, что изучаемое им соединение потенциально может использоваться в качестве противомалярийного препарата, то тогда разработки включали бы в себя очистку соединения, его проверку и подготовку к массовому производству. Во-вторых, в объеме финансирования «фабрик мысли». За период с 1957 по 1964 г., на который пришлось рождение самого феномена «фабрик мысли», общие расходы на них увеличились с 3 до 15 млрд. долларов. На пике популярности «фабрик мысли» в США — с 1960 по 1970 г. — на них было израсходовано более 150 млрд. долларов. Сегодня бюджет только одной RAND Corporation составляет 10-12 млрд. долларов в год. Показатель налоговых льгот на 1 долл. затрат на НИОКР Источник: Global R&D Report 2008 Magazine. P. 11; 2009 Global R&D Funding Forecast. P. 27. В-третьих, в структуре финансирования научной деятельности. Средства на поддержание научной деятельности предоставляются, конечно, не только федеральным правительством, но и колледжами, университетами, некоммерческими организациями и фондами, промышленностью (осуществляющей исследования и разработки как по собственной инициативе, так и в соответствии с заказами, полученными оттого же правительства), наконец, частными лицами. Однако, по данным П.Диксона сорокалетней давности, около 60% средств, направленных на эти цели, в то время предоставлялось федеральным правительством. По прошествии сорока лет такое распределение практически не изменилось и фактически стало модельным. Создаются же и функционируют претенденты на дележ этого «пирога» по инициативе не столько государства, сколько независимых от него структур. Так, бизнес среда порождает специфические «фабрики мысли» на базе исследовательских групп, действующих практически при любой крупной фирме (характерная их черта — высокая степень региональной привязанности, или анклавности). Впрочем, удельный вес социально и особенно политически референтных разработок в этой подгруппе американских «фабрик мысли» довольно низок. В массовом порядке «фабрики мысли» создаются при университетах. В 1969 г. количество таких центров составляло 5329; сегодня их число возросло примерно в полтора-два раза и иногда просто отождествляется с количеством кафедр в ведущих университетах. Впрочем, эту динамику следует скорее связывать с внутренним ростом самих университетов и их инфраструктуры, не смешивая со спонтанным образованием полноценных «фабрик мысли», число которых определяется прежде всего спросом и «естественным отбором». Как уже говорилось, в рамках американской модели правительственные аналитические центры играют — в сравнении с крупнейшими негосударственными «фабриками мысли» — второстепенную роль. Например, почти каждое федеральное агентство в правительстве США имеет свои собственные исследовательские учреждения, однако они заняты в большей степени техническим анализом, то есть сбором статистики и архивированием поступающих данных. Независимые «фабрики мысли» поддерживают тесные связи с государственными учреждениями. Правительственные акторы (как федеральные, так и местные) являются постоянными потребителями аналитических услуг: они нуждаются в широком спектре интеллектуальных продуктов, включая разработку долгосрочных планов развития той или иной отрасли и предложений по разрешению проблем текущей политики. Вместе с тем «фабрики мысли» сотрудничают с негосударственными фондами (такими, как Фонд Форда) и с бизнес структурами, заинтересованными в некоторых специфических видах аналитической деятельности (анализ рисков и возможностей в развитии компании, детализация рынка и т.п.). Вероятно, наиболее ярким примером этой «всеядности» американских «фабрик мысли» является история всемирно известной корпорации RAND. Предпринимательские расходы на НИОКР по отраслям в 2009 г., млрд. долл. по ППС Источник. OECD Statistics (http://www.oecd.org/statistics/). Будучи основанной в 1946 г. министерством военно воздушных сил США в сотрудничестве с авиакомпанией Douglas Aircraft, в мае 1948 г. организация приобрела статус независимого аналитического центра, перейдя тем самым из государственной в неправительственную сферу. Стартовый капитал для ее развития в этом качестве был предоставлен в том числе Фондом Форда. При этом, несмотря на смену статуса, корпорация сохранила налаженные организационные связи с государственными учреждениями, что позволило ей активно привлекать для собственных разработок экспертов как из правительственных агентств, так и из университетов и из частного сектора. «Фабрики мысли», особенно плотно взаимодействующие с правительством при сохранении формальной независимости от него, образуют, если можно так выразиться, «прогосударственный» сектор аналитических центров, отличающийся повышенным уровнем авторитетности. В нем больше всего отставных политиков, и он финансируется преимущественно за счет бюджетных средств. Одним из самых характерных примеров такой «прогосударственной» организации является Институт Брукингса. Эта организация была основана еще в 1916 г. бизнесменом и филантропом Робертом Брукингсом в качестве Института правительственных исследований (Institute for Government Research), причем одновременно Брукингс профинансировал также учреждение еще двух центров: Экономического института (Institute of Economics) и Школы Роберта Брукингса (Robert Brookings Graduate School). В 1927 г. эти три организации были объединены в единый Институт Брукингса. «В течение ряда лет влияние Института на правительство было значительным. Хотя он лишь в особых случаях работает непосредственно на правительство (и то только при условии, что работа будет не секретной и может быть опубликована), его исследованиям часто уделяют более серьезное внимание, чем исследованиям групп, пользующихся поддержкой федеральных властей. В прошлом он содействовал организации и разработке процесса составления федерального бюджета, сформулировал политику в отношении военных долгов и принципа тарифной реформы в 20-х годах». Одним из наиболее известных глобальных проектов Института была помощь правительству в разработке плана восстановления послевоенной Европы (European Recovery Program), подготовленного в 1948 г. и ставшего основой «Плана Маршалла» по реконструкции западноевропейской экономики. В начале 1950 х годов Институт был реорганизован и стал профилироваться по трем основным направлениям: экономические исследования, политические исследования (государственное управление) и внешнеполитические программы. В 1967 г. в партнерстве с федеральным правительством Институт начал реализацию долгосрочной программы под названием «Определяя национальные приоритеты» и в течение всех 1970-х годов получал заказы от правительственных департаментов, несмотря на напряженные отношения с Р.Никсоном. Количество исследователей на тысячу занятых, в эквиваленте полной занятости Источник: Factbook 2012. С началом в 1980 х годах эры рейганизма Институт вновь реорганизовался, в его составе появился Центр образования в области публичной политики (Center For Public Policy Education), который занимался в том числе и привлечением заказчиков для разрабатываемых Институтом проектов. Следующее расширение произошло в середине 1990-х годов, когда было учреждено несколько междисциплинарных центров, например Центр городской политики (Center on Urban and Metropolitan Policy). С 2002 г. и по настоящее время президентом Института является Строуб Тэлботт, в прошлом один из наиболее значимых членов команды президента У.Клинтона. Об уровне эффективности Института Брукингса говорит тот факт, что в 2009 г. он занял первое место в глобальном рейтинге экспертно-аналитических центров мира, составленном Университетом Пенсильвании на основе опроса нескольких тысяч ученых и экспертов. Всего на звание лучшего исследовательского центра мира претендовали 407 организаций. Таким образом, можно заключить, что «фабрики мысли» в США представляют собой преимущественно самостоятельные организации, тесно взаимодействующие как с политической, так и с бизнес элитой. В большинстве случаев они приближены к власти, но не включены в нее, что позволяет сохранять объективность и в то же время дает возможность компетентного критического анализа правительственной деятельности. Миссия государства в большинстве американских «фабрик мысли» сводится к роли заказчика интеллектуального продукта и соучредителя (в некоторых случаях) той или иной организации, а также, что особенно важно, аналитика особого рода — сравнивающего тысячи исследований сотен фирм, извлекающего самую ценную информацию, делающего ставку на наиболее эффективные центры, но не отрекающегося от остальных. Впрочем, кроме «прогосударственных» организаций, в США можно обнаружить «фабрики мысли», не входящие в сферу влияния власти и находящиеся на «службе по крайней мере у части общественности». По идеологической окраске они сильно различаются, объединяющими же признаками для организаций данного типа являются следующие: — отвергается сама возможность принятия федерального финансирования; — результатам работы никогда не придается характер промышленной собственности; — результаты работы не привязаны к заказчику; — главной целью является оказание на общественность и правительство внешнего критического влияния; — обычная форма финансирования — субсидии благотворительных фондов, завещания, дары, иные общественные пожертвования и доходы от продажи публикаций. Расходы системы высшего образования на НИОКР Источник. OECD Statistics (http://www.oecd.org/statistics/). «Будучи независимыми от поддержки тех, кого они консультируют, эти „фабрики мысли“ находятся в уникальном положении. Они не присутствуют на закрытых заседаниях, где формируется политика, и в этом смысле их влияние ограничено. Поскольку их нельзя взять на службу и они ни от кого не зависят, их позиция очень выгодна для развертывания острой общественной критики и привлечения большей аудитории к участию в дискуссиях по основным политическим проблемам. Именно эта способность делать обсуждение вопросов политики живым, конкретным и открытым должна лежать в основе оценки „общественных фабрик мысли“». Одной из наиболее известных «прообщественных» «фабрик мысли» является Центр по изучению демократических институтов. Работа Центра состоит в ежегодно организуемых исследованиях, семинарах, учебных курсах и экспериментах. Среди наиболее заметных результатов его деятельности — подготовка масштабного проекта реформы американской Конституции, призванного «обеспечить соответствие Конституции современным условиям, политике и проблемам». По этому факту можно судить и о масштабах амбиций Центра, и о масштабах его реального влияния. В схематическом виде основные особенности американской модели взаимодействия «фабрик мысли» с их основными контрагентами отражены на рис. 1. Рисунок 1. Распределение интеллектуального продукта "фабрик мысли" США АМЕРИКАНСКАЯ МОДЕЛЬ В СРАВНИТЕЛЬНОМ АСПЕКТЕ: ПРЕИМУЩЕСТВА И НЕДОСТАТКИ Американская модель организации «фабрик мысли» обладает неоспоримыми достоинствами. Успешно пользующиеся заинтересованностью правительства США в развитии и расширении научно исследовательского потенциала, однако привлекающие, наряду с государственными, значительные ресурсы общественных и бизнес структур и умело маневрирующие ими, «фабрики мысли» в США представляют собой в высокой степени самостоятельные организации, приближенные к власти, но не включенные в нее непосредственно (в отличие от того, что часто имеет место, например, в российской ситуации). Такая «трехмерная» система способствует выработке адекватных управленческих рекомендаций, отвечающих критериям достоверности и функциональности. Система информационно аналитической поддержки, предоставляемой «фабриками мысли» США, является исключительно прагматичной. Прагматична даже сама структура типичной американской «фабрики мысли», сочетающая характерную для коммерческих организаций гибкость, присущее общественным организациям диверсифицированное финансирование и высокую степень «кадровой интегрированности» в научную, политическую и бизнес среду. Американская модель «фабрики мысли», по сути, является проекцией американской идеи демократии. Аналитические центры представляют различные группы интересов, действуют в системе рыночных отношений и доступны общественному контролю. Единственным, но значимым минусом американской модели является ее ограниченная применимость в иных социальных средах, особенно когда речь идет о «фабриках мысли» стран, относимых к европейской и азиатской культурным зонам. По мнению Д.Стоун, «в США влияние на формирование „фабрик мысли“ оказывают не только политические факторы, но и сильная филантропическая культура и благоприятный налоговый режим». Влияние филантропической культуры на функционирование «фабрик мысли» в США подчеркивается также в работах Д.Абельсона и К.Вейс. Внутренние затраты на гражданские исследования и разработки в России и зарубежных странах в расчете на одного исследователя Источник. Программа кандидата в президенты Российской академии наук академика В.Е. Фортова. Ос­новные направления развития Российской академии наук. Москва, 10 мая 2013 г. С. 27. Между тем ни в Европе, ни в Азии социальная среда не способна предоставить эффективную поддержку независимым «фабрикам мысли». В китайской практике в ряде случаев вообще наблюдается «финансовое подавление» независимости гражданских «фабрик мысли» через механизмы Национального научного фонда и прямого государственного заказа. Крайне мало (по сравнению с США) существует и специализированных налоговых послаблений, равно как и частных фондов, способных финансировать аналитические центры. Поэтому с конца 1990-х годов в ведущих странах Евросоюза и Китае наметилась тенденция к созданию собственных оригинальных моделей интеллектуального обеспечения политико управленческого процесса, в гораздо большей степени ориентированных на государство, нежели американская. Образцом европейских «фабрик мысли» могут служить так называемые «старт фабрики» («start up tanks»). Подобно своим американским аналогам, «старт фабрики» представляют собой независимые научно-исследовательские центры, деятельность которых направлена на поддержку принятия политических решений. Однако, в отличие от США, они создаются не гибким взаимодействием власти, науки и бизнеса, а их изначально жестко формализованной кооперацией, причем власть, как правило, представлена только молодым поколением, лишь начинающим свою карьеру и потому заинтересованным в интеллектуальном стимуле. Примерами «старт фабрик» могут служить Лиссабонский совет в Брюсселе или BerlinPolis. Еще больше отличается от американской азиатская модель «фабрик мысли». Наиболее показателен в этом плане опыт Китая, где три типа «фабрик мысли» образуют сеть информационного анализа и консалтинга, охватывающую практически все общество. В схематическом виде китайская модель формирования «фабрик мысли» отображена на рис. 2. Рис. 2. Три типа "фабрик мысли" в КНР В систему входят официальные институты, полуофициальные институты и гражданские исследовательские центры. Внешне возникает иллюзия некоего подобия американской модели, однако при формальном совпадении ряда ключевых акторов отсутствует развитая система фондового спонсорства и получения негосударственных заказов. «Фабрики мысли» в КНР используются официальными структурами прежде всего как поставщики проверенной и обобщенной информации о тех социальных группах, с которыми они связаны. Даже в Японии, стране, которая на протяжении нескольких десятилетий после второй мировой войны находилась в фарватере американской политики, была в итоге сформирована модель «фабрик мысли», отличающаяся от образца, существующего в США, хотя надо признать, что долгосрочное американское влияние наложило свой отпечаток на функционирование японских аналитических центров (как, впрочем, и на иные стороны японской жизни). «Фабрики мысли» в Японии, как и в США, занимаются в первую очередь специализированным анализом, причем преимущественно экономическим, поскольку глобальных политических амбиций Япония, по крайней мере официально, не имеет. Вместе с тем, в отличие от США, в Японии «фабрики мысли» стремятся не столько к независимости, сколько к максимально тесной кооперации с государственными институтами и бизнес организациями, обеспечивающей гарантии постоянного сотрудничества и востребованности. Таким образом, организационная модель «фабрик мысли», изначально родственная американской, все же подстраивается под специфику национальной политической культуры и социально экономической сферы. В КАКОЙ МЕРЕ ВОЗМОЖНО ЗАИМСТВОВАНИЕ АМЕРИКАНСКОЙ МОДЕЛИ В ИНЫХ НАЦИОНАЛЬНЫХ И КУЛЬТУРНЫХ УСЛОВИЯХ? Мультимодельный подход, в отличие от традиционалистского, в соответствии с которым американская модель трактуется как «чистая», то есть вообще не отягощенная национальной спецификой и потому применимая к любой социальной системе, предполагает рассмотрение «фабрик мысли» как организаций, обладающих не только институциональной, но и региональной и национальной спецификой. В свою очередь, соотнесение инновационных и автохтонных элементов, интегрирующихся в ту или иную устойчивую модель «фабрики мысли», позволяет скорректировать господствующий в литературе «панамериканский» подход к вопросу. Сопоставление расходов на НИР и НИОКР и количества статей в Web of Science в 2011 году по странам Источник. Москалева О.В. Можно ли оценивать труд ученых по библиометрическим показателям? // Управление большими системами. 2013. Специальный выпуск 44: «Наукометрия и экспертиза в управле­нии наукой». С. 327—328. В результате становится возможным констатировать взаимосвязь таких параметров, как структура аналитических центров, их информационный потенциал и достоверность рекомендаций, с одной стороны, и качество политических решений, принимаемых правительственными и общественными структурами, — с другой. Качество информационных услуг, представляемых «фабриками мысли», напрямую коррелирует с их независимостью, конкурентностью среды, вариативностью аналитических подходов, а также с национальной спецификой, делающей (или не делающей) институциональную структуру «фабрик мысли» органично встроенной в систему разработки и принятия политических решений. Отличительной чертой американских «фабрик мысли» является их включенность в механизмы принятия решений при сохранении высокой институциональной автономности от акторов, принимающих решения, а также от параллельно действующих экспертных центров. Несмотря на активные попытки заимствования американской модели, при организации аналитических центров в странах Европы и тем более Азии такой автономности удается достичь далеко не всегда. Сравнительный анализ позволяет определить пределы возможного заимствования — это преимущественно внешняя имитация, поскольку сохранение сути организации требует адаптации к местным условиям всех структурообразующих элементов. Более масштабная имитация, как ни парадоксально, ведет либо к утрате содержания деятельности, либо к падению степени независимости аналитических центров. Поэтому целесообразна комбинация заимствований, обеспечивающих адаптацию «фабрики мысли» к региональным условиям при сохранении ее «институциональной идентичности», подразумевающей, помимо прочего, и определенную степень независимости в сборе и проверке достоверности данных. Очевидно, что именно поиском такой комбинации и заняты все участники продолжающегося уже не первое десятилетие процесса конструирования центров политической аналитики в современной России. Вопрос о том, насколько она возможна и имеет шансы быть востребованной в рамках национальной политической культуры, остается, однако, открытым. http://rusrand.ru/analytics/analiticheskie-tsentry-v-politicheskom-protsesse-amerikanskaja-model-fabrik-mysli

11 марта 2014, 10:35

Ангажированный трест

От редакции: Портал Terra America начинает исследование одного из старейших и наиболее влиятельных мозговых центров США – Института Брукингса. Выбор на него пал неслучайно, и неслучайно мы подробно разобрали на нашем сайте один из докладов Института в декабре прошлого года. Сегодня считается, что если Хиллари Клинтон включится в президентскую гонку, то именно эта «фабрика мысли» будет снабжать ее программами и идеями. Для граждан нашей страны эта организация интересна еще и тем, что ее руководитель, Строуб Тэлботт (замгоссекретаря США в 1994-2001 годах) является общепризнанным на Западе специалистом по России, свободно говорит по-русски и прекрасно разбирается в политической кухне по обе стороны Атлантики. Сегодня мы предлагаем вниманию наших читателей первую, вводную статью цикла, посвященного Brookings Institute, написанную Константином Аршиным. Обычно мы называем think tank’и мозговыми центрами, но в данном случае решили сохранить авторское – «трест». * * * В 2008 году Филадельфийский Институт внешнеполитических исследований подвел итог своей многолетней программы исследований «Мозговые тресты и программы по развитию гражданского общества». В ходе исследования было изучено 5080 мозговых трестов по всему миру, из которых 1776 мозговых трестов были сугубо американскими. Интересно, что в соответствии с данными исследования 91% из обследованных мозговых трестов возникли после 1951 года. Впрочем, в США, которым в общем-то и относят сам факт возникновения феномена мозговых трестов, первые представители аналитических центров, работающих по заказу Правительства США или частных корпораций, возникли еще в начале XX столетия. И те из них, что дожили до сегодняшнего дня, уже готовятся праздновать столетний юбилей. Один из таких мозговых трестов долгожителей – «Институт Брукингса», мозговой трест, чья история оказалась крепко переплетена и практически неотделима от истории внешней политики Соединенных Штатов. Мозговой трест «Институт Брукингса» был основан в 1916 году, впрочем это имя он получил несколько позднее. В момент своего создания он именовался «Институт правительственных исследований», а цель, которую поставили перед новой институцией его создатели, состояла ни много, ни мало в создании эффективной гражданской службы и «научном» изучении деятельности правительства. Столь амбициозные задачи родились из потребности дня. Дело в том, что основатель мозгового треста Роберт С. Брукингс, талантливый бизнесмен, в период I Мировой войны работал в администрации президента США Вудро Вильсона в качестве члена Совета по военной промышленности и председателя Комитета по замораживанию цен. Именно здесь Брукингс осознал, насколько гражданской службе Соединенных Штатов не хватает грамотных управленцев и экономистов. Впрочем, у службы Брукингса в администрации Вудро Вильсона была и другая сторона. С момента своего создание детище предпринимателя оказалось связано тесными узами с Демократической партией. В 1922 году Роберт Брукингс основал «Институт экономики», а в 1924 году «Высшую школу Роберта Брукингса». В 1927 году все три институции были объединены в «Институт Брукингса», которому было суждено превратиться в один из крупнейших мозговых трестов Соединенных Штатов и всего мира. Более того, многие эксперты полагают, что именно «Институт Бругингса» оказывает наибольшее воздействие на государственную политику США, чему есть ряд оснований. Например, в 1921 году эксперты «Института Брукингса» участвовали в создании первого в истории США Бюро по бюджету, в задачи которого входило планирование финансовых расходов Правительства. Впрочем, это была только первая ласточка, которую президент Уоррен Хардинг назвал «величайшей реформой правительства с момента учреждения республики». Дальше больше, в период Второй мировой войны Лео Пасловски, эксперт «Института Брукингса» и сотрудник Государственного департамента, участвовал в создании ООН, подготовив для президента Франклина Рузвельта, соответствующий доклад, в котором были шаги по созданию подобного рода международного объединения. Кроме того, тот же Пасловски, уже в послевоенный период входил в группу экспертов «Института Брукингса», перед которыми была поставлена задача по экспертному сопровождению «Плана Маршалла». Необходимо, кстати, отметить, что к работе над «Планом Маршалла» представителей Института привлек председатель сенатского комитета по международным отношениям сенатор-республиканец Артур Ванденберг, специально попросивший у тогдашнего президента «Института Брукингса» Гарольда Моултона помощи. Буквально в течение двух недель после получения запроса из сената, Институт 22 января 1948 года представил 20-страничный доклад, в котором содержалось 8 рекомендаций по структуре, задачам и оперативной реализации «Плана Маршалла», который был официально назван «Программа восстановления Европы». Среди рекомендаций Института содержалось требование создания специального правительственного агентства, в чьи задачи входила бы координация усилий по восстановлению разрушенной экономики Европы. Причем глава этого агентства, по мысли экспертов, должен был иметь право напрямую обращаться к президенту Трумену. Интересно, что несколько десятилетий спустя другой представитель «Института Брукингса» Пол Лайт, возглавлявший группу исследователей программы «Величайшие достижения Федерального правительства», включил в число этих достижений «План Маршалла». Также нельзя не отметить причастность «Института Брукингса» к двум наиболее значимым событиям политической истории США середины XX столетия – избрания Джона Ф. Кеннеди на пост Президента США и Уотергейтскому скандалу. Как известно, Джон Кеннеди, кандидат от Демократической партии на выборах 1960 года, отнюдь не рассматривался в качестве фаворита – слишком молод, слишком ирландец, наконец католик. Только в ходе официальных президентских дебатов, которые, кстати, проходили впервые, ему удалось убедить публику в том, что именно он будет лучшим президентом, чем баллотировавшийся от Республиканской партии Ричард Никсон. Не в последнюю очередь Кеннеди удалось убедить американцев в своем превосходстве благодаря изданной незадолго до выборов книге эксперта «Института Брукингса» Лорин Генри «Presidential Transitions», в которой эксперт описал наиболее безболезненные формы трансформации администрации в целях ее приспособления к новым вызовам. Что касается Уотергейтского скандала, то одна из расхожих версий гласит, будто бы проникновение в офис Демократической партии было предотвращено охранником «Института Брукингса» Родриком Уорвиком, который задержал двоих человек, один из которых был бывшим сотрудником того же «Института Брукингса», Лесли Гельбом, в тот момент, когда они пытались проникнуть в здание отеля «Уотергейт» теплым вечером 17 июня 1971 года. Таким образом, можно констатировать, что несмотря на завещанное создателем «Института Брукингса» Робертом Брукингсом указание на необходимость «освободить основу всей деятельности Института Брукингса составляет убежденность в необходимости точного и беспристрастного подхода к формулированию и изучению вопросов, а также в представлении идей без какой-либо идеологии», созданная им институция практически всю историю своего существования была политически ангажированной одной из политических сил США – Демократической партией. Особенно заметно это стало в последнее десятилетие, когда во главе «Института Брукингса» встал Строуб Тэлботт, личный друг Билла Клинтона и бессменный заместитель государственного секретаря в период его президентства. Важно отметить, что именно Тэлботт, назначенный курировать российско-американские отношения, во многом сформировал тот геополитический ландшафт, с которым столкнулась Российская Федерация в 2000 годах. Занятно, но именно в период президентства Тэлботта в «Институте Брукингса» в рамках академических штудий в 2003 году была издана книга Фионы Хилл и Клиффорда Гэдди «Сибирское проклятье». В книге утверждаются, что Сибирь, в силу особенностей климата, не является территорией, на которой рентабельно развивать производство. Как следствие, ее необходимо избавить от лишнего населения, просто переселив его на более теплые территории, а основные работы вести вахтовым методом. Наделавшая много шума книга была тепло встречена такими одиозными «друзьями» России как бывший член Совета по национальной безопасности США Ричард Пайпс и бывший помощник президента США по национальной безопасности 3бигнев Бжезинский. Кстати, оба симпатизируют демократам. На этом нападки «Института Брукингса» на Россию и ее руководство не прекратились. В 2006 году научный сотрудник Института Клиффорд Гэдди заявил, что в тексте диссертации на соискание учёной степени кандидата экономических наук президент Российской Федерации Владимир Путин допустил некорректное цитирование ряда источников, не сделав на них ссылок. Иными словами, обвинил президента России в плагиате. Впрочем, и сам Строуб Тэлботт не отличался особой щепетильностью. В 2003 году была издана его книга «Рука России. Воспоминания о президентской дипломатии», в которой он на примере различных сюжетов из российско-американских отношений продемонстрировал, как Соединенные Штаты добивались своих целей в отношениях с Российской Федерацией. По сути дела «Рука России» – это приговор отечественной дипломатии 1990-х годов, поскольку Тэлботт на нескольких сотнях страниц описывает как они и тогдашнее российское руководство «сдавали» интересы своей страны. Кстати, необходимо отметить, что работы эти появились в период президентства Джорджа Буша-младшего, когда отношения между Россией и США стали разворачиваться в иной плоскости, нежели при Билле Клинтоне, превратившись из отношений хозяина и подчиненного, в отношения партнеров, пусть не равных по статусу, но пользующихся взаимным уважением. В этот же период Тэлботт превращает Институт в инкубатор для будущих лидеров Демократической партии. Безусловно «Институт Брукингса» всегда был связан с правящей элитой, но именно в период руководства Тэлботта количество «ученых-практиков», тех, научных работников, «которые периодически занимают должности в органах государственной власти, где могут на практике проверить свои научные выводы», а также бывших государственных служащих, «которые приходят в Институт Брукингса после определенного срока работы на государственной службе» стало расти. Как писал сам Тэлботт в статье «Институт Брукингса. Как работает мозговой трест»: «Более десяти “ученых-практиков” Института Брукингса работали в Государственном департаменте или в Совете национальной безопасности, включая Джеймса Стейнберга, вице-президента и директора Программы внешнеполитических исследований Института Брукингса (бывшего заместителя помощника президента по вопросам национальной безопасности и директора отдела политического планирования в Государственном департаменте), Хельмута Зонненфельдта (члена Совета национальной безопасности в администрации Ричарда Никсона и бывшего руководителя исследовательского отдела, занимавшегося Советским Союзом и странами Восточной Европы, в Государственном департаменте) и Мартина Индика, директора нашего Центра ближневосточной политики имени Сабана (ранее Индик занимал должность помощника Государственного секретаря по ближневосточным делам и дважды был послом США в Израиле». Поэтому неудивительно, что как только демократы сменили республиканцев из Института Брукингса начался настоящий исход на государственную службу, в частности в Государственный департамент, который возглавила жена лучшего друга Тэлботта – Хиллари Клинтон. «Кадровый резерв» Демократической партии, как неофициально называют «Институт Брукингса» оправдал свое прозвище. Впрочем, его история еще не закончена. Он продолжает жить и развиваться. И вероятно еще не одно поколение политической элиты Соединенных Штатов пройдет через его стены. Единственное с чем можно поспорить, так это с утверждением Строуба Тэлботта, что неизменным остался завещаный Робертом Брукингсон «внепартийный, ориентированный исключительно на разработку политики метод исследования». «Институт Брукингса» – это давно уже чисто партийный проект, распространяющий вполне определенную идеологию. Идеологию Демократической партии США. Константин Аршин