• Теги
    • избранные теги
    • Компании659
      • Показать ещё
      Страны / Регионы1218
      • Показать ещё
      Люди953
      • Показать ещё
      Международные организации237
      • Показать ещё
      Издания220
      • Показать ещё
      Разное921
      • Показать ещё
      Формат64
      Показатели123
      • Показать ещё
      Сферы8
Институт Брукингса
Институт Брукингса
Брукингский институт (Brookings Institution) —   Один из важнейших аналитических центров (think tank), специализируется на общественных науках, муниципальном управлении, внешней политике и мировой экономике. Находится в г. Вашингтон. C 2002 года президентом института является Ст ...

Брукингский институт (Brookings Institution) —   Один из важнейших аналитических центров (think tank), специализируется на общественных науках, муниципальном управлении, внешней политике и мировой экономике. Находится в г. Вашингтон. C 2002 года президентом института является Строуб Тэлботт, бывший заместитель государственного секретаря США.

 

Организация основана в 1916 году американским бизнесменом Робертом Брукинсом под названием «Институт правительственных исследований» (Institute for Government Research). В 1927 года она была объединена с двумя другими организациями Institute of Economics( Институт экономики, 1922 г.) и Robert Brookings Graduate School (Высшую школу Роберта Брукингса, 1924 г.), получив современное название.

В период великой депрессии в США в 1930-х годах институт подвергал критике политику «нового курса» Франклина Рузвельта. После окончания Второй мировой войны участвует в разработке программы восстановления Европы и плана Маршалла.

В 2002 году новым президентом института стал Строуб Тэлботт, бывший заместитель госсекретаря США в период президентства Билла Клинтона и сосед Клинтона по комнате во время учёбы в Оксфордском университете. В административном совете института работали Джон Торнтон, бывший президент Goldman Sachs, и Тереза Хайнц, жена Джона Керри.

На конец 2004 года институт располагал активами в 258 млн долл., потратив 39,7 млн в этом(?) году. Согласно финансовому отчёту института, крупнейшими спонсорами в 2004 году являлись Pew Charitable Trusts, Фонд Макартуров, Корпорация Карнеги, а также правительства США, Японии и Великобритании.

 

  • В 2003 году вышла книга сотрудников института Фионы Хилл и Клиффорда Гэдди «Сибирское проклятье», в которой авторы утверждают, что из-за низких температур производство на территории Сибири нерентабельно и затраты на жизнеобеспечение сибирских городов неоправданно высоки. Согласно рекомендациям авторов, следует переселить часть населения сибирских регионов, которое называется «избыточным», а работы на территории вести вахтовым методом. Книга получила неоднозначную оценку. Положительные отзывы оставили разработчик концепции «шоковой терапии» в России Джеффри Сакс, бывший член Совета по национальной безопасности США Ричард Пайпс, бывший помощник президента США по национальной безопасности 3бигнев Бжезинский. С другой стороны, ряд авторов в России критически отозвались о книге.
  • В 2006 году сотрудник института Клиффорд Гэдди обвинил Путина в плагиате при написании диссертации на соискание учёной степени кандидата экономических наук. Сообщение получило широкую огласку в СМИ.
  • После вступления Барака Обамы на пост президента США в 2009 году, многие сотрудники института перешли на высокопоставленные должности в его администрацию и Госдеп США.
  • 5 января 2009 года Университет Пенсильвании представил первый глобальный рейтинг экспертно-аналитических центров мира — The Think Tank Index, составленный на основе опроса нескольких тысяч учёных и экспертов, которые оценивали результаты работы этих организаций. На первое место составители рейтинга поставили Институт Брукингса, как лучший исследовательский центр мира и лучший в США. В целом, на звание лучшего исследовательского центра мира претендовали 407 организаций.
  • 13 апреля 2010 года Президент России Дмитрий Медведев выступил в Брукингском институте с речью о российско-американских отношениях и российском видении международных отношений. вики

 

http://www.brookings.edu/

http://inosmi.ru/brookings_edu/

ИМЭМО РАН совместно с Институтом Брукингса (США) ведет уникальный проект, посвященный сотрудничеству России и США в области ядерного разоружения

Развернуть описание Свернуть описание
24 апреля, 21:53

Ivanka Trump faces skeptical audience in Berlin

The first daughter's inclusion on a panel of world leaders gives insight into Angela Merkel’s strategy for diplomacy with the U.S. president.

24 апреля, 16:21

The Pivotal Importance Of Purposeful Philanthropy In The United States

President Trump’s “America First” federal budget proposes drastic cuts or the outright elimination of many programs that support the socially and economically disadvantaged; scientific and health research; education; and, the arts. If it is enacted in full, or in part, it will have a dramatic negative effect on this nation and many of its citizens. That will make philanthropy even more critical than it is today here in the United States for promoting the common good and equality of opportunity for all and not just the privileged few. Philanthropy takes many forms. The philanthropy that will be of pivotal importance in this regard, in our opinion, is what we call purposeful philanthropy. Purposeful philanthropy is making investments directed at creating a difference in pivot point areas that matter to the future of American society. The returns on those investments are changes to problematic conditions and/or the creation of individuals who will become change agents to address those conditions. There is a distinction between purposeful philanthropy and charity. The focus in charity is to provide a handout. The focus in purposeful philanthropy is to provide a hand-up. If there are huge federal cutbacks in domestic programs that benefit the poor and the working poor, there will definitely need to be increased charitable support to compensate somewhat for those losses. The handout approach, however, has serious limitations. It does not get at the root cause nor change the underlying reason for the need for the charity. By contrast, purposeful philanthropy focuses on improving circumstances and conditions. This hand-up approach can address a wide range of areas ranging from eliminating contaminated water that poisons those who drink or bathe in it to enhancing the safety of working conditions to developing the requisite knowledge, skills, abilities, attitudes and behaviors for a person to be successful in life. The pivot point areas – areas that can be leveraged and addressed effectively in order to effectuate change and achieve positive outcomes – for purposeful philanthropy are virtually endless. We both practice purposeful philanthropy. Frank Islam’s priority areas are education, arts, world peace, and civic engagement. He chose those areas because they are important to him and because he knows that improvement in them can make a substantial difference. The short reasons for his picking and investing in these areas are as follows: Education is the great equalizer and opportunity creator. It moves people up the ladder and to help others climb the ladder with them. It is the gift that keeps on giving. As President John F. Kennedy said, “Art nourishes the roots of a culture.” It connects and inspires citizens and communities. It has a unifying and healing power. We are living in an increasingly dangerous world and times. World peace is essential for the future of this planet. There is a deadly conflict now and threats of it around the globe which must be controlled. The United States of America and India are the world’s two largest democracies. Civic engagement is essential to keep those democracies vibrant and vital. Frank is actively involved in all of these areas contributing considerable time and financial support. He serves on a number of boards and advisory councils including the Kennedy Center Board of Trustees, the U.S. Institute of Peace, the Woodrow Wilson Center, and the Brookings Institution. He also serves on various boards and councils at more than half-dozen universities including Johns Hopkins University, American University, and George Mason University. In contrast to Frank, Ed Crego concentrates the bulk of his investments in a single area – a civics program for middle school students in Illinois called Our American Voice (OAV). OAV is operated by the Barat Education Foundation which is headed by Ed’s wife, Sheila Smith. Over the past seven years, OAV has engaged and empowered hundred of kids from disadvantaged communities across Illinois in its classroom and community projects designed “to create the citizens of tomorrow today.” We name these pivot point areas for illustration purposes only. Each citizen must choose an area or areas that matters to them for their purposeful philanthropy. The essential thing is to make that choice and to invest. The size of that investment isn’t what counts. The act of investment not only of money, but also of time and talent is what does. A federal budget of the type that has been proposed will put millions of Americans at risk. Purposeful philanthropy can help reduce and minimize that risk. It provides the platform for maximizing a citizen’s participation and contribution to assisting other citizens thus enabling the United States to achieve its full potential. It is a pivotal idea whose time has come. -- This feed and its contents are the property of The Huffington Post, and use is subject to our terms. It may be used for personal consumption, but may not be distributed on a website.

21 апреля, 19:08

Do Changes in the Economic Landscape Require a New Policy Framework?

I am here today: AGENDA 8:45 a.m. Welcoming Remarks and Introduction: John C. Williams, President, Federal Reserve Bank of San Francisco 9:00 a.m. Speaker: Lawrence H. Summers, Harvard University Interviewer: David Wessel, Brookings Institution 10:30 a.m. Robert E. Hall, Stanford...

20 апреля, 06:00

Earth 2.0: Is Income Inequality Inevitable?

In pursuit of a more perfect economy, we discuss the future of work; the toxic remnants of colonization; and whether giving everyone a basic income would be genius — or maybe the worst idea ever. The post Earth 2.0: Is Income Inequality Inevitable? appeared first on Freakonomics.

20 апреля, 00:16

What Does Russia Want? What Does America Need?

TNI Staff Security, Europe A recent panel discussion tries to tackle the issue head on.  Editor's Note: You can find a video of the event described below here. On April 17, the Center for the National Interest hosted a panel discussion entitled “What Does Russia Want? What Does America Need?” Speakers included Steven Pifer, director of the Arms Control and Nonproliferation Initiative and a senior fellow for 21st Century Security and Intelligence at the Center on the Unites States and Europe at the Brookings Institution and former U.S. ambassador to Ukraine under President Obama, Paul J. Saunders, executive director of the Center for the National Interest and a former State Department Senior Advisor during the George W. Bush administration, Angela Stent, director of the Center for Eurasian, Russia and East European Studies and a professor of Government and Foreign Service at Georgetown University, and Michael Kofman, a Research Scientist at CNA Corporation and expert on Russia’s military. Center President Dimitri K. Simes moderated. A summary of the event can be found below. What Does Russia Want? What Does America Need? Four prominent Russia experts agreed that while a rapprochement with Russia is still possible, it will be very difficult to achieve. Angela Stent, a former National Intelligence Officer for Russia and Eurasia and a former member of the State Department’s prestigious Policy Planning staff, said that if she had to boil down the question of what Russia wants into a Tweet, she would say that Russia would like the United States to treat it as if it were the Soviet Union. In other words, it wants to be treated as a great power with global reach, a country with a right to a seat at the table in all important global decisions, a nuclear superpower, a country that is respected and feared by the rest of the world, and one that the United States treats as an equal. This has been a theme throughout the last 25 years, according to Stent; the Kremlin has long felt that the U.S. has not treated its interests as legitimate. Read full article

19 апреля, 12:46

Republicans Are Killing This Regulation In Order To Save It

function onPlayerReadyVidible(e){'undefined'!=typeof HPTrack&&HPTrack.Vid.Vidible_track(e)}!function(e,i){if(e.vdb_Player){if('object'==typeof commercial_video){var a='',o='m.fwsitesection='+commercial_video.site_and_category;if(a+=o,commercial_video['package']){var c='&m.fwkeyvalues=sponsorship%3D'+commercial_video['package'];a+=c}e.setAttribute('vdb_params',a)}i(e.vdb_Player)}else{var t=arguments.callee;setTimeout(function(){t(e,i)},0)}}(document.getElementById('vidible_1'),onPlayerReadyVidible); WASHINGTON ― Republicans have been shredding Obama-era regulations with a special congressional power that not only kills a regulation but also is supposed to stop a federal agency from ever reissuing similar rules. When it comes to mandatory drug testing for unemployed people, however, Republicans actually want the U.S. Labor Department to reissue a rule that Congress and President Donald Trump killed last month. It remains unclear what will happen with the policy, but the episode has already demonstrated that even if Congress kills a regulation, there’s no guarantee it will stay dead. Federal agencies issue regulations to carry out laws Congress has passed. In the 1990s, Congress gave itself a special power when it passed the Congressional Review Act, which provides a shortcut for lawmakers to strike down recently issued regulations. The procedure is only effective when one party gains control of both Congress and the White House, since a sitting president of the opposite party could veto attacks on his regulations. Trump has signed more than a dozen Congressional Review Act resolutions since taking office. One of them nullified a rule the Labor Department issued last year that allowed states to drug-test people applying for unemployment insurance ― but only for unemployed people seeking work in a narrow range of occupations with a public safety component, such as commercial drivers and police officers. (Unemployment insurance is a federal-state program that replaces a portion of a person’s wages if she is laid off through no fault of her own. Before the regulation, the federal government has never allowed states to add a drug test as a condition of eligibility.) Republicans hated the rule the Obama Labor Department produced, because they wanted states to be able to drug-test unemployed workers in other occupations. Last month Congress approved and Trump signed a resolution throwing out the Obama rules. Once the regulation had been struck down, some Republicans seemed to think states could go ahead with making unemployment claimants take the tests, which has been something of an obsession for Republicans since about 2010. Sen. Roger Wicker (R-Miss.), for instance, said last month that “Mississippi should be free to pursue the drug testing reforms” the state had previously enacted. The state law had been on hold because the U.S. Labor Department hadn’t finalized its regulation until late last year. Here’s the problem with Wicker’s view: The underlying statute that authorized the drug testing ― which Congress passed in 2012 and which is still on the books ― says states can only test unemployment claimants who are seeking work in an occupation that regularly conducts drug testing “as determined under regulations issued by the Secretary of Labor.” Those regulations are gone now, and they’re not supposed to come back. The text of the Congressional Review Act states that a rule Congress has disapproved “may not be reissued in substantially the same form” unless lawmakers pass a new law specifically telling the relevant agency to do so. Congress hasn’t passed a new drug testing law, but some top Republicans nevertheless expect the Trump Labor Department to reissue the regulation with a broader testing mandate. “My understanding is that they will promulgate a new rule,” Rep. Kevin Brady (R-Texas), sponsor of the drug testing resolution in the House, told The Huffington Post last month. Another one heads to President Trump’s desk. This legislation allows states to have drug testing to receive federal unemployment benefits. pic.twitter.com/cFnvdeQqX1— Paul Ryan (@SpeakerRyan) March 19, 2017 Spokespeople for the Labor Department declined to say what the agency would do, though its current director has said the department “looks forward to examining additional flexibilities for states relative to the drug testing of persons seeking unemployment benefits.”  Mississippi, Wisconsin and Texas each created unemployment drug testing programs that are pending while the federal regulation is sorted out. A spokesperson for Texas Workforce Commission, which handles unemployment insurance in the state, told The Huffington Post on Tuesday that the agency hasn’t received any guidance from the federal government but is waiting for the Labor Department to issue a new regulation. Rena Steinzor, a University of Maryland law professor and co-founder of the Center for Progressive Reform, said a new regulation that is “substantially the same” as the old one would be vulnerable to a lawsuit.   “I don’t know why they were all in a fluster about this rule, but assuming there’s minor tweaking and they put it out again, somebody would have to dislike it and bring it to court,” Steinzor said. Steinzor said she believed the Occupational Safety and Health Administration has shied away from issuing regulations to protect poultry workers from injuries in large part because Congress struck down an ergonomics regulation in 2001. Before Trump took office, the ergonomics rule was the only one that had been successfully targeted under the CRA.   Since the Congressional Review Act has been so rarely used, experts disagree on what could happen if an agency tried to replace a rule that had been nullified. Curtis Copeland, a former expert on rules with the Congressional Research Service, said it’s unlikely a lawsuit could succeed. “Someone could try and take the agency to court, saying that the new rule is ‘substantially the same’ and therefore should not have been issued without subsequent congressional authorization,” Copeland said in an email. But he pointed out that a section of the Congressional Review Act actually exempts actions taken under the law from judicial review. “And given this language, the courts have been generally unwilling to hear CRA-related cases, saying ‘Congress has said we have no role here,’” he said. If courts don’t want to overturn agency actions related to the Congressional Review Act, that leaves Congress as the arbiter of what counts as “substantially the same” under the law. So if the current Congress wants an agency to redo a nullified regulation and the executive branch is happy to do so, there’s nobody else who could stop it from happening. Some Republicans have reportedly toyed with the idea that the Trump administration could introduce liberal regulations just so the Republican Congress could permanently nullify them with the Congressional Review Act, thereby hamstringing any future Democratic presidents. The episode with the drug testing rule shows, however, that it’s mostly up to Congress whether an agency’s rules are kosher. That means the portion of Obama’s regulatory legacy that Trump has supposedly killed with the Congressional Review Act could be resurrected.   “The ‘substantially similar’ requirement of the CRA is essentially self-policed by Congress,” said Philip Wallach, a senior fellow with the Brookings Institution. “It’s not even that clear to me that Congress has really thought through all these rules and said to themselves, ‘Oh it’s really important that we never get another rule like this,’” Wallach said, adding that he thinks Republicans’ main motivation may have been simply to rebuke Obama. As for lawsuits, potential plaintiffs won’t necessarily need help from an arcane parliamentary law if they didn’t like a state’s unemployment drug testing scheme. George Wentworth, senior counsel for the National Employment Law Project, a worker advocacy group, pointed out that states have been stung by lawsuits over drug testing for other types of public benefits. Courts recognize that a drug test counts as a “search” by the government, and it’s up to states to make sure their programs don’t run afoul of the Constitution’s Fourth Amendment ban on unreasonable searches.   “A state that drug-tests individuals just because they are applying for unemployment benefits has got a constitutional problem,” Wentworth said. Arthur Delaney is co-host of “So That Happened,” the HuffPost Politics podcast:  -- This feed and its contents are the property of The Huffington Post, and use is subject to our terms. It may be used for personal consumption, but may not be distributed on a website.

Выбор редакции
19 апреля, 00:15

SENIOR OBAMA ENERGY OFFICIAL: ‘I Think the Keystone XL Pipeline Should Have Been Built’ Adam …

SENIOR OBAMA ENERGY OFFICIAL: ‘I Think the Keystone XL Pipeline Should Have Been Built’ Adam Sieminski, the former administrator of the Energy Department’s Energy Information Administration, told Axios on the sidelines of a Brookings Institution event that the pipeline should have been constructed. “One opinion I don’t have to stifle anymore is that I think […]

18 апреля, 22:00

What's So Bad About Trump Calling Erdogan?

There’s a long tradition of the U.S. subordinating human-rights concerns to other interests. But there was something remarkable about the president’s move.

18 апреля, 22:00

What's So Bad About Trump Calling Erdogan?

There’s a long tradition of the U.S. subordinating human-rights concerns to other interests. But there was something remarkable about the president’s move.

18 апреля, 17:59

Does the Quran Forbid Electing Christians?

A single verse, possibly misinterpreted, lies at the heart of a contentious election in the largest Muslim nation.

18 апреля, 13:31

Институт Брукингса: Трамп должен остановить НАТО для улучшения отношений с РФ

Американский Институт Брукингса опубликовал материал в преддверии первых 100 дней нового президента США Дональда Трампа. В докладе аналитиков отмечается, что США не могут себе позволить "плохих отношений" с другой ядерной державой.В институте определили основные причины, почему США и НАТО вызывают беспокойство у России. В докладе отмечается, что Вашингтон поддерживает "демократические силы", которые стояли у истоков революций на Украине, в Грузии и Кыргызстане. Также подчёркивается, что, по мнению Москвы, США атаковали Сербию, Ирак и Ливию, не имея на то правовых оснований. Ещё более серьёзной проблемой является безопасность в Европе, где напряжённость между Россией и НАТО возросла в течение последних трёх лет. В целом же альянс продвинулся на 1000 миль на восток и включил в свой состав десяток новых членов. По мнению аналитиков института, Трамп должен "попытаться снять это напряжение". В качестве решения вопроса предлагается заключить соглашение между странами НАТО, Москвой и нейтральными странами Европы, в котором будет прописываться обязанность НАТО не расширяться на восток. Но взамен, по мнению сотрудников института, Россия должна "пообещать" вывести вооружённые силы с территории "нейтральных стран" и прекратить поддержку Донбасса и Абхазии. В докладе отмечается, что, в случае продолжения нарастания напряжённости, война между США и Россией может произойти в Европе из-за "спорного района".

18 апреля, 09:34

Юг Сирии отдадут под протекторат Израиля?

Безрассудные действия Трампа в Сирии не оставили равнодушным никого. Пособники и отцы терроризма поддержали преступный обстрел Сирии, здоровые силы справедливо возмутились. Но давайте теперь послушаем авторитетных представителей Израиля, который как известно является активным участником конфликта и главным выгодополучателем.

18 апреля, 08:25

Утренний обзор

Доброе утро! Американские индексы на вчерашних торгах продемонстрировали рост порядка 1% на фоне ослабления геополитических рисков и отчетов компаний. Так Сьюзан Торнтон помощник госсекретаря США заявила, что США не намерены вступать в конфликт с КНДР или добиваться смены режима в этой стране, но новые ядерные испытания повлекут за собой серьезный ответ международного сообщества. Она сообщила, что что в Вашингтоне в настоящее время рассматривают возможности дополнительного экономического давления на Пхеньян с тем, чтобы изменить поведение северокорейского руководства. Кроме того, напомнила дипломат, США находятся в контакте по данному вопросу с Китаем. С.Торнтон сказала, что в выходные госсекретарь Рекс Тиллерсон поговорил по телефону с членом Госсовета КНР Ян Цзечи и обсудил в том числе способы усиления международного давления на КНДР. В свою очередь КНДР продолжит проводить ракетные испытания, несмотря на осуждение международного сообщества и рост напряженности в отношениях с США, сообщил в интервью британской телерадиокорпорации BBC заместитель министра иностранных дел страны Хан Сон Рель. «Мы будем проводить ракетные испытания еженедельно, ежемесячно и ежегодно», — сказал дипломат. В случае применения Вашингтоном военных мер в отношении КНДР результатом станет полномасштабная война, предупредил замглавы МИД Северной Кореи. Ранее вице-президент США Майкл Пенс заявил, что у Вашингтона закончилось стратегическое терпение в отношении КНДР. Добыча сланцевой нефти на месторождениях крупнейших нефтегазодобывающих регионов США в мае вырастет по сравнению с апрелем на 124 тысячи баррелей в сутки — до 5,193 миллиона баррелей, прогнозирует управление энергетической информации (EIA) Минэнерго страны. На данный момент оценка апрельской добычи составляет 5,069 миллиона баррелей в сутки. В марте ведомство прогнозировало, что добыча сланцевой нефти на основных месторождениях в апреле вырастет на 109 тысяч баррелей в сутки, до 4,962 миллиона баррелей. Прогнозы EIA по добыче нефти основаны на числе буровых установок в каждом нефтегазовом секторе по данным американской сервисной компании Baker Hughes. 22 апреля пройдет техническое заседание ОПЕК на нем будет обсуждаться вопрос о пролонгации соглашения о снижении добычи нефти, так же на этой неделе рынок ожидает снижения запасов на два миллиона баррелей и, если данные оправдают ожидания, это поддержит котировки. Восстановление мировой экономики после ряда фальстартов ускорилось и сейчас продолжается в стабильном режиме практически во всех регионах, хотя и не блещет особо высокими темпами, свидетельствуют данные совместного исследования газеты Financial Times и института Брукингса (США). В развитых странах экономика демонстрирует разумные темпы роста, угроза дефляции миновала, отмечает FT. Быстроразвивающиеся emerging markets, включая Китай и Индию, похоже, преодолели наиболее сложный период, и даже в наиболее уязвимых странах и регионах наблюдаются признаки оптимизма. Вместе с тем индекс TIGER (Tracking Indices for the Global Economic Recovery), рассчитываемый совместно FT и институтом Брукингса, показал, что под внешним спокойствием скрываются подводные течения политических рисков и геополитической напряженности. В числе стран с особенно слабым ростом авторы исследования выделяют Россию и Бразилию, а также Турцию и Венесуэлу, которые в этом году могут пострадать как от внешних, так и от внутренних потрясений. Как пишет FT, вялое восстановление и потенциальные риски для мировой экономики зададут тон весенним мероприятиям Международного валютного фонда и Всемирного банка, которые пройдут на этой неделе в Вашингтоне. На вчерашних торгах индекс ММВБ вошел в зону покупок и для закрепления результата нужно закрепляться над отметкой 1945п, зона продаж на данный момент находится под 1925п. фРТС так же вошел в зону покупок закрепившись над 108500п, о чем я писал в двух предыдущих блогах и на данный момент имеет шансы продолжить рост в район 110000п. Зона продаж на данный момент под 107500п. Для регулярного выхода утреннего обзора ставьте пожалуйста плюсы.

17 апреля, 20:10

Сирийские террористы поздравили Эрдогана с победой на референдуме

Заявление об этом появилось в аккаунте "твиттера" Мохаммеда Омрана — официального спикера группировки "Ахрар аш-Шам", действующей на северо-западе Сирии, вблизи границы с Турцией. — Мы поздравляем наших турецких братьев с результатами референдума и просим Аллаха помогать Реджепу Эрдогану и дать Турции и всему региону стабильности и процветания, — написал Омран на английском языке (в размещенной им затем турецкой версии сообщения говорится уже о "нашем брате президенте Реджепе Эрдогане"). О принадлежности этого аккаунта спикеру группировки, насчитывающей 20 тыс. боевиков и имеющей на вооружении танки и артиллерию и союзничающей с "Джебхат фатах аш-Шам" (ранее "Джебхат ан-нусра"*), ранее не раз упоминали западные эксперты, например, Чарльз Листер, сотрудничающий с Институтом Ближнего Востока и Институтом Брукингса (Вашингтон, США). Листер, работавший руководителем отдела Ближнего Востока и Северной Африки в Центре терроризма и повстанчества, мониторящем подобные группировки в знаменитом военном издательстве Jane, является автором книги "Сирийский джихад: "Аль-Каида"*, "Исламское государство"* и эволюция повстанческого движения" (2016 г.). О "близких отношениях" режима Эрдогана с "Ахрар аш-Шам" ещё в 2015 году писали западные эксперты по терроризму, даже назвавшие группировку "любимыми террористами Турции". * Организации запрещены в России Верховным судом РФ.

17 апреля, 17:25

Успехи правительства: реальные и не очень

Премьер Дмитрий Медведев сегодня отчитался о проделанной работе правительства. Какие успехи он решил показать, и почему?

17 апреля, 17:25

Успехи правительства: реальные и не очень

Премьер Дмитрий Медведев сегодня отчитался о проделанной работе правительства. Какие успехи он решил показать и почему?

17 апреля, 14:14

МВФ повысил прогноз роста ВВП России

Международный валютный фонд (МВФ) повысил прогноз роста ВВП России на 2017-2018 гг. до 1,4% в год. В свою очередь департамент исследования и прогнозирования ЦБ 12 апреля понизил ожидания по росту ВВП России в I и II кварталах с исключением сезонности.

17 апреля, 14:14

МВФ повысил прогноз роста ВВП России

Международный валютный фонд (МВФ) повысил прогноз роста ВВП России на 2017-2018 гг. до 1,4% в год. В свою очередь департамент исследования и прогнозирования ЦБ 12 апреля понизил ожидания по росту ВВП России в I и II кварталах с исключением сезонности.

16 апреля, 19:01

Dropping currency spat to benefit China, US

DESPITE speculation to the contrary, the US government has decided not to brand China a currency manipulator. After seeking truth from facts, the United States has chosen a direction that will benefit

16 апреля, 11:50

Donald Trump's Tilt Toward Convention

There aren’t many institutions in Washington and beyond championing the president’s nationalistic policies. But there are plenty trying to pull his agenda in a more traditional Republican direction.

11 февраля, 20:20

Дойдут ли США до прямого военного конфликта с Ираном?

Испытание Ираном новой баллистической ракеты средней дальности привело к резкому обострению отношений Исламской республики с США. Президент Трамп сразу же заявил в своем твиттере, что «Иран играет с огнем - они не оценили, насколько «добр» был к ним президент Обама. Он, но не я!»Советник Трампа по национальной безопасности генерал Майкл Флинн подтвердил его слова: «Вместо того, чтобы быть благодарным Америке за эти соглашения (по ядерной сделке — В.П.), Иран теперь чувствует себя поощренным. Поэтому мы берем его на заметку» («on notice»).Во время испытаний, которые состоялись 29 января, Иран запустил ракету средней дальности «Сумар», способную нести ядерную боеголовку. Ракета пролетела не более 600 км, но ее максимальная дальность действия составляет от 2 до 3 тыс км.По данным американской разведки, 6 декабря 2016 года Тегеран провел пуск еще одной баллистической ракеты средней дальности «Шахаб-3» (Метеор-3) с дальностью 1,3 тыс км. Причем эта ракета была создана на базе северокорейской разработки.Отвечая на вопрос журналиста о том, исключается ли военный ответ на действия Ирана, Дональд Трамп сказал: «Ничего не исключается». В ответ на испытания иранских ракет четверо конгрессменов-республиканцев подготовили и внесли новый законопроект о введении санкций против Ирана. Законопроект предусматривает новые санкции против Корпуса стражей исламской революции (КСИР) и иранской авиакомпании Mahan Air, которая, по мнению конгрессменов, помогает КСИР «в распространении терроризма и воинственности». Предлагается также расширить существующие и ввести новые санкции за «вопиющие нарушения прав человека». Старт продаж! Уютные квартиры возле метро "Аэропорт" Сестра Гиви рассказала о его странном предупреждении матери Секрет экономных автовладельцев: цена ремонта получается в 2 раза ниже Новые, безопасные, недорогие: шины всех марок по спецценам Тройное удовольствие при покупке Mazda CX-5 в GenserПредусматриваются новые санкции также против лиц, оказывающих Ирану поддержку «в области разработки баллистических ракет» и тех, кто «задействован в секторах экономики Ирана, осуществляющих прямую или косвенную поддержку программе разработки баллистических ракет».Российский военный эксперт Илья Плеханов обратил внимание на то, что конфронтация между США и Ираном развивается практически по сценарию, разработанному Институтом Брукингса в 2009 году:«...Любая военная операция против Ирана, вероятно, будет очень непопулярна во всем мире и потребует надлежащего международного контекста, как для обеспечения материально-технической поддержки операции, так и для сведения к минимуму ответной реакции. Лучший способ свести к минимуму международное осуждение и обеспечить максимальную поддержку (какая бы она ни была — неприязненная или скрытая) — это нанести удар только тогда, когда будет существовать широко распространенное убеждение в том, что иранцам было предложено превосходное соглашение, но они его отвергли. Это предложение должно быть настолько хорошим, что только режим, который решил приобрести ядерное оружие и приобрести его по неправильным причинам, мог бы его отвергнуть. В этих обстоятельствах, Соединенные Штаты (или Израиль) могут представить операцию как печальную необходимость, а не как ярость. По крайней мере, некоторые члены международного сообщества придут к заключению, что иранцы «сами навлекли беду на себя», отказавшись от отличного соглашения». «Берем на заметку» Флинна широко разошлось по всем мировым СМИ», - пишет российский аналитик, - «но гораздо любопытнее здесь первая часть фразы про неблагодарность Ирана. Именно это вступление отсылает нас к забытому, но все более интересному и актуальному документу, датированному июнем 2009 года».Институт Брукингса — один из ведущих аналитических центров Америки. Именно в этом «мыслящем танке» разрабатывались сценарии ряда цветных революций». Анализ доклада 2009 года позволяет в общих чертах представить, какими могут быть действия США и их союзников в рамках антииранской стратегии. Так, перед атакой на Иран рекомендуется заключить сделку с Россией, используя для политического торга с руководством РФ возможность прекращения развертывания системы ПРО в Европе, а также добиться невмешательства России в войну с Ираном в обмен на признание интересов России на Кавказе, Украине и Балканах.Китай рекомендуется нейтрализовать обещанием сократить импорт ближневосточной нефти с тем, чтобы избыток нефти арабских стран пошел в Китай. Институт Брукингса считает, что Китай реально интересуют на Ближнем Востоке только поставки нефти, и США следует оказать ему оказать ему поддержку в реализации нефтегазовых проектов в обмен на невмешательство в гипотетическую войну с Ираном. Если же эти дипломатические и экономические меры не принесут результата и Россия с Китаем не поддержат жесткие санкции против Ирана, то США следует перейти к альтернативной стратегии. Такой альтернативой являются прямые военные действия против Исламской республики, в которых на определенных условиях, как считают в институте Брукингса, мог бы участвовать Израиль.В докладе отмечается, что Израиль будет готов нанести удар по Ирану только тогда, когда не будет опасности, что Сирия сможет вмешаться в военные действия на стороне Ирана. То есть, перед тем как атаковать Иран, необходимо тем или иным путем лишить сирийское руководство возможности принимать самостоятельные решения.В докладе говорится, что для вооруженного вторжения в Иран необходим какой-то «ужасающий повод». Таким поводом может стать, скажем, информация американской разведки о наличии у Ирана ядерных боеголовок северокорейсокого происхождения. Сценарием предусмотрена также поддержка различных антиправительственных движений и вооруженных формирований и фирменная «фишка» «The Brookings Institution» - «бархатная революция» (velvet revolution).Авторы доклада считают, что смена теократического режима в Иране без вооруженного вторжения в страну возможна, так как многие иранцы не симпатизируют власти Великих Аятолл. Локомотивом бархатной революции должна стать коалиция «интеллигенции, студентов, крестьян, предпринимателей, марксистов, конституционалистов и священнослужителей».Поскольку подготовка масштабного социального протеста, который бы привел к свержению клерикального режима, может занять годы и десятилетия, как отмечается в докладе, и нет никакой гарантии, что пришедший к власти демократический режим откажется от ядерной программы и откажется от борьбы за влияние в регионе, то нынешняя американская администрации вряд ли возьмет на вооружение этот сценарий.Иранская дорожная карта, разработанная в 2009 году в институте Брукингса, многовариантна, но последние события (испытания баллистических ракет Ираном и последовавший жесткий ответ США) ведут по всей видимости в сторону военного сценария. Собственно говоря, об этом недвусмысленно заявил сам Президент Трамп.Сопоставление основных положений доклада американских аналитиков, написанного восемь лет назад, с последними событиями вокруг Ирана создает впечатление, что команда Трампа уже приступила к реализации рекомендаций стратегистов из «The Brookings Institution».Как поведут себя в реальной жизни фигурирующие в американских сценариях Иран, Россия, Китай и Израиль — это пока прогнозируется с большими допущениями.Премьер-министр Израиля Биньямин Нетаньяху на днях заявил, что «агрессия Ирана не должна остаться без ответа, и что он намерен «нажать» на Трампа, чтобы возобновить санкции против Ирана и «позаботиться о неудачной ядерной сделке». Что касается России, то очевидно лишь, что какой-либо долгосрочной стратегии у нашей страны в наличии нет. И не только в части реагирования на изменившуюся политику США по отношении к Ирану. Отсутствие стратегического уровня планирования в какой-то мере может быть компенсировано быстрым и эффективным реагированием на тактическом и оперативном (текущем) горизонтах. Но для этого необходим высокий уровень принимающего решения командного интеллекта. События последних лет показывают, что в этом плане у нас большие проблемы. А запоздалое или неадекватное реагирование на возможное изменение конфликтной конфигурации в регионе может привести к новым репутационным и ресурсным потерям, а также к новым «ударам в спину». Автор: Владимир Прохватилов, президент Академии реальной политики (Realpolitik), эксперт Академии военных наук http://argumentiru.com/politics/2017/02/455719

08 декабря 2016, 09:00

Конгресс боится, что Россия и Китай угрожают праву США на мировое "господство"

Несмотря на надежды всего мирового сообщества на "оттепель" в отношениях двух великих держав после победы Дональда Трампа на президентских выборах в США 8 ноября, американские элиты всё ещё не намерены прекращать антироссийскую риторику в вопросах ведения внешней и внутренней политики страны. Главным врагом Америки, по мнению ведущих политиков, так и остаётся Россия, особенно в связке с Китаем. Российские эксперты отмечают, что США пугает независимость РФ и Поднебесной, а надеяться на сильное улучшение российско-американских отношений нам не стоит. Комитет Сената США по вооружённым силам во вторник, 6 декабря, провёл заседание, посвящённое борьбе американцев с мировыми угрозами. На обсуждении вопросов обороны помимо сенаторов присутствовал и ряд экспертов в вопросах безопасности и военного дела, высказавших свои соображения по этой теме, которые не содержат и намёка на возможную "оттепель" в российско-американских отношениях. Наибольшим русофобством отличаются заявления старшего научного сотрудника "Проекта международного порядка и стратегии" Института Брукингса и по совместительству колумниста ведущего американского издания The Washington Post Роберта Кагана. Он называет возросшее мировое влияние России и Китая и их возможный союз самой большой угрозой, с которой Америке предстоит столкнуться в ближайшие десятилетия. По мнению Кагана, эта угроза важнее терроризма, поскольку она способна перевернуть весь мир. — Другие угрозы создают серьёзные проблемы и, в случае терроризма, требуют максимальной бдительности. Но только эти две великие державы обладают способностью перевернуть мировой порядок, который уже давно обеспечивал благополучие и безопасность американцев. Безошибочные гегемонистские амбиции Китая и России угрожают стабильности и безопасности в двух наиболее важных регионах — Восточной Азии и Китае, — заявил Роберт Каган в ходе заседания комитета. Колумнист WP отмечает, что Россия и Китай во многом похожи: оба государства представляют собой классический пример ревизионистских сил (недовольных своим положением на мировой арене. — Прим. Лайфа) и никогда ещё не были настолько сильно защищены от нападения извне, как сейчас. Кроме того, оба государства стремятся "восстановить свою гегемонию в регионах, где она была в прошлом": доминирование в Восточной Азии в случае Китая и в Восточной и Центральной Европе в случае России. — Будучи автократиями, оба государства чувствуют угрозу со стороны доминирующих на международной арене демократических сил и демократий на их границах, — считает Каган. — Обе страны рассматривают США в качестве главного препятствия на пути их амбиций и, следовательно, стремятся ослабить американское руководство международным порядком и безопасностью, стоящее на пути достижения того, что Россия и Китай считают своей судьбой. Несмотря на схожесть целей и наличие общего врага, две мировые державы, по мнению научного сотрудника Института Брукингса, различаются в методах достижения целей. Так, Китай сейчас "осторожен как никогда", он наращивает своё могущество в регионе за счёт усиления экономического влияния и роста военной мощи, которая используется в настоящее время как инструмент сдерживания и устрашения. Россия же ведёт себя "более агрессивно" — это выражается в её "нападениях" на Украину в 2014 году и Грузию в 2008-м, а также в переброске российских вооружённых сил в Сирию. Так называемая российская агрессия выражается и в ведении кибер- и информационных войн, и во "вмешательстве" в западные избирательные процессы "с целью дискредитации демократии". — Россия в какой-то мере является более слабой из этих двух великих держав, но она добилась большего успеха, чем Китай, в достижении своей цели — разделении и разрушении Запада, — считает Роберт Каган. После "обличительной" речи в сторону России и Китая колумнист Washington Post даёт совет новой американской власти: прекратить "отступление" внешней политики США от мирового господства, иначе страны Восточной и Центральной Европы и Восточной Азии будут захвачены Россией и Китаем. Каган также советует обратить особое внимание на расследование "российского вмешательства" в американские президентские выборы и в избирательные процессы в европейских странах. В обсуждении угроз в Комитете Сената США по вооружённым силам участвовал и генерал Джон Кин, председатель Института изучения войны, не раз призывавший к ужесточению санкций против России и более активной помощи украинскому народу. Его речь, в отличие от заявлений Кагана, не была полностью направлена на обвинение России, однако вопрос "агрессии" со стороны РФ всё же поднимался. Генерал Кин призвал взаимодействовать с Россией "через силу и решимость" — он считает, что нужно "не просто расширять военные возможности, но и заставить противника поверить, что они будут использованы против него". Кин добавил, что США должны вести диалог с Россией, но при этом не идти на уступки в спорных вопросах. Генерал также отметил, что США уже давно не имеет технологических преимуществ: Россия, Китай и в меньшей степени Северная Корея и Иран, развивают собственные технологии. В этой связи Джон Кин особо отметил российский танк "Армата", который не имеет аналогов в мире. Ещё одним экспертом на заседании Комитета по вооружённым силам выступил вице-президент Центра новой американской безопасности Шон Бримли. Он отмечает, что "обеспокоен, но не удивлён" поведением России и Китая, поскольку оба этих государства являются "значимыми международными субъектами, которые преследуют свои интересы". Бримли советует администрации Трампа сосредоточиться на средствах "поддержания мира посредством силы" с начала 2017 года. Предлагаемая им стратегия предполагает подачу сигналов на улучшение отношений, одновременно усиливая военное присутствие США в регионе. При этом Шон Бримли подчёркивает, что Владимир Путин Соединённым Штатам "не друг". Руководитель Центра изучения общественных прикладных проблем национальной безопасности Александр Жилин считает, что США в первую очередь пугает экономическая и политическая независимость России и Китая. — Фактически, Россия и Китай — практически единственные — не попадают под прямой диктат англо-саксов — американцев и Великобритании. Все остальные страны уже ограниченно независимы: они исповедуют консолидированную политику, у них нет возможности самостоятельно принимать решения по многим вопросам. Но дело не только в этом. Китай в 2017 году начинает реализацию программы пояса экономического развития нового Шёлкового пути, колоссальной программы, куда вложат более 8 трлн долларов. Россия тоже будет принимать участие в этом проекте, в том числе и двумя своими базами в Сирии, куда выходит морская часть этого проекта. Это всё является главным раздражителем для американцев, которые сейчас находятся в кризисе, — говорит эксперт. — Они рассматривают Россию и Китай как своих врагов. При этом ни Россия, ни Китай ни разу не предпринимали каких-либо мер для того, чтобы посягнуть хоть на какие-то приоритеты США. Получается, что страна, которая обеспечивает экономическую и политическую независимость, автоматически угрожает Соединённым Штатам, а это бред. Профессор кафедры теории и истории политики факультета политологии МГУ Сергей Черняховский придерживается схожего мнения, добавляя, что у США в Китае есть свой интерес. — Идея о том, что есть два конкурента США, которым нельзя ни в коем случае дать соединиться, очень старая и принадлежит ещё дипломату Генри Киссинджеру. Кроме того, Россия и Китай — это две страны, которые не зависят от США и отстаивают свои интересы. Скорее всего, с приходом к власти Трамп будет пытаться разделить союз ресурсов, военной мощи и технологий России и Китая, который кажется угрозой для США, и в этом нет ничего удивительного, — считает политолог. — Трамп, выступая, с одной стороны, за рационализацию отношений с нами, хочет наладить отношения с Китаем. Здесь есть конкретный интерес — китайская промышленность, которая составляет конкуренцию американской. Очень много товаров по технологиям Штатов производится в Китае, который забирает возможность получения прибыли из Америки. Трамп хочет этот вопрос пересмотреть, потому что его основная установка — это установление промышленной мощи Америки, создание рабочих мест. Российские эксперты сходятся во мнении, что ждать "глобального потепления" в отношениях России и США не приходится даже с избранием Трампа. — Я смотрю, как формируют команду Трампу — именно Трампу, потому что он формирует её не самостоятельно. Смотрю, кого назначат министром обороны США, этого Бешеного Пса (отставной генерал корпуса морской пехоты Джеймс Маттис. — Прим. Лайфа). И у меня нет никаких иллюзий по поводу радикального изменения взаимоотношений России и США. Тем более что мы отчётливо видим, как реагируют политические элиты на Трампа в Европе и других странах. Американский президент весьма ограничен в своих полномочиях, он будет вынужден выполнять поставленные перед ним условия. Я бы не стал испытывать иллюзий, что Трамп сможет решить что-то самолично. К тому же отношения с Россией умышленно обостряют везде — и по Украине, и по Сирии, и по Европе, — отмечает эксперт Александр Жилин. Политолог Сергей Черняховский придерживается мнения, что политика США в отношении России будет целиком и полностью зависеть от того, насколько мощной будет наша страна. — Если мы в конечном счёте будем сильными, тогда американцы будут считаться с нами. Будем обладать мощью и промышленным потенциалом, сопоставимым с мощью СССР, американцы будут считаться и советоваться с нами на каждом шагу и говорить что-то против только на уровне пропаганды, — объясняет он. — А если экономическая политика будет такой же, как в 90-е годы, то никто не будет нас рассматривать всерьёз.   Отметим, что на прошлой неделе стал известен бюджет Министерства обороны США на 2017 год. Главной "страшилкой" в финансовом документе американского ведомства вновь стала Россия: на сдерживание её "агрессии" выделяется самая большая сумма — $3,4 млрд, что почти в четыре раза больше, чем в 2016-м, когда сумма составила 789 млн долларов. Также в составе пятёрки главных угроз американской безопасности оказались упоминаемые и на заседании комитета сената Китай, Иран и Северная Корея.

14 июня 2016, 00:00

Бильдерберг-2016. Всевластие «элит» и бесправие «плебса»

С 9 по 12 июня в отеле Taschenbergpalais в Дрездене прошла 64-я встреча членов Бильдербергского клуба, которая на этот раз не вызвала прежнего ажиотажа. Несмотря на присутствие на собрании важных фигур, таких как директор-распорядитель МВФ Кристин Лагард, гендиректор Ройял Датч Шелл Бен ван Берден, бывший госсекретарь США Генри Киссинджер, гендиректор Дойче Банк Джон Крайан, гендиректор BP Роберт Дадли, главный редактор Bloomberg Джон Миклетвей и...

12 апреля 2016, 07:06

Панамагейт - дело рук Путина и(или) ЦРУ?

Старший научный сотрудник отдела международных отношений в Центре изучения США и Европы Института Брукингса Клиффорд Дж. Гэдди предполагает, что за утечкой панамских документов на самом деле могут стоять «российские спецслужбы и лично сам президент Путин. Изъяв из документов данные об американцах, Россия получила мощное орудие шантажа».https://russian.rt.com/inotv/2016-04-09/Ekspert-Instituta-Brukingsa-Panamskij-skandalГэдди считает панамский скандал весьма подозрительный и похожим на  сюжетный ход из дешевого шпионского боевика. Хронология панамагейта такова: В начале 2015 года некий аноним  высылает  газете Süddeutsche Zeitung 11,5 миллионов документов о панамской  фирме Mossack Fonseca, связанной с офшорами. В результате расследования  Международным  консорциумом журналистских расследований (ICIJ),  в котором приняли участие около 400 журналистов из 80 стран, через год была вскрыта масштабная  схема отмывания денег и  коррупции, в которых были засвечены  свыше  140 мировых лидеров.Однако, прямых фактов причастности  Путина к какой-либо незаконной деятельности в этих документах нет. В России никакого ажиотажа по поводу панамагейта не возникло. А вот  на Западе такие скандалы уже начались.Гэдди  сомневается в достоверности  документов, присланных неищзвестным: «Откуда уверенность, что они  «настоящие, полные и не искаженные?» Гэдди считает,  что «у анонима был доступ к весьма впечатляющей базе данных, что может указывать на вовлеченность некой разведывательной организации». Гэдди  предполагает, что за вбросом панамских документов мог стоять Путин, желающий отомстить Западу за «кампанию против путинской коррупции».Сотрудник Брукингского института предполагает, что за атакой на  Mossack Fonseca могла стоять Федеральная служба  по финансовому мониторингу, личная разведка Путина(формулировка Гэдди). И что американцы заглотили эту приманку. Гэдди обращает внимание на то, что в опубликованных документах не упоминаются граждане США и предполагает, что это - следствие того, что  ICIJ финансируется США. Возможно,документы, обличающие США, просто изъяли перед тем как передать немецкой газете, предполагает  Гэдди. Цель всего этого проекта, как считает Гэдди, шантаж США:«Те, кого упомянули в утекших документах — не цели. Цели те, кто в них не был упомянут».На мой взгляд, этот  вывод притянут за уши. Я хотел, чтобы это было так, но это не так.Компания  Mossack Fonseca - проект ЦРУ: «…Один из основателей  Mossack Fonseca — Юрген Моссак (Jürgen Mossack) — сын офицера Ваффен СС, который перебрался в Панаму, чтобы «начать новую жизнь». Другой основатель — Рамон Фонсека (Ramón Fonseca) — работал советником президента Панамы.https://meduza.io/feature/2016/04/04/mossack-fonseca-terabayty-tayn(04.04.2016) Mossack Fonseca появилась в 1977 году, когда панамские предприниматели Рамон Фонсека и Юрген Моссак объединили свои небольшие фирмы. Оба основателя компании были прекрасно образованны и обладали обширными связями в финансовых кругах.Рамон Фонсека — панамец, он учился в Лондонской школе экономики и писал романы. Юрген Моссак по происхождению немец, он оказался в Панаме в начале 1960-х. Отец Моссака во время Второй мировой войны служил в Ваффен-СС, а после окончания боевых действий предложил правительству США сотрудничество. По данным Международного консорциума журналистов-расследователей (ICIJ), в конечном итоге Моссак перебрался в Панаму и стал работать на ЦРУ, добывая информацию о коммунистах на Кубе. Его сын получил образование в Панаме, затем уехал работать в лондонскую юридическую фирму, а в начале 1970-х вернулся обратно и открыл свое дело(конец цитаты).В 1977 году Панамой управлял Омар Торрихос (Omar Efraín Torrijos Herrera), который в 1956 году был начальником охраны находящегося в изгнании президента Аргентины Хуана Перона, который значительно помог легализации у себя в стране серьезных представителей Третьего рейха.Начальником Управления военной разведки и контрразведки при О. Торрихосе был Мануэль Норьега (Manuel Antonio Noriega), который сотрудничал с ЦРУ и помогал отмывать деньги Медельинского наркокартеля.Соответственно, создание Mossack Fonseca изначально было спланировано под операции ЦРУ».Сайт ПРАВОСУДИЯ.НЕТ:http://pravosudija.net/article/scofield-proekt-klintonyКак я уже неоднократно писал, этот сайт не искажает факты. На этот раз и интерпретирует их грамотно.Автор цитируемой публикации   считает, что «за созданием Mossack Fonseca… стоял Д. Буш-старший и компания Вангард».http://pravosudija.net/article/scofield-proekt-klintonyВозможно, это соответствует действительности. Но выводы автора, пишущего под псевдонимом Скофилд, какие-то вялые и расплывчатые, сводящие все к внутриполитическим разборкам в США.А между тем, настоящий адресат информационной атаки просматривается весьма отчетливо. Это премьер-министр Великобритании Джеймс Кэмерон.Парламентская оппозиция  Великобритании  «призвала провести независимое расследование в связи с упоминанием родственника премьера в так называемых "панамских документах". Кроме того, о намерении тщательно их изучить заявила Служба по налогам и таможенным вопросам Соединенного Королевства.Речь идет о документах панамской офшорной компании Mossack Fonseca,опубликованных 3 апреля. В них говорилось, что отец премьера Иэн Кэмерон возглавлял созданный в 1980-х годах офшорный фонд, через который якобы уклонялись от налогообложения состоятельные британцы».http://112.ua/mir/panamskiy-skandal-kemeron-rasskazal-o-poluchenii-pribyli-v-ofshore-303455.htmlНанести мощный удар гордым бриттам - в этом намерении могли вполне сойтись интересы и ЦРУ(или каких-то иных  американских акторов) и Владимира  Путина, предположительно стремящегося отомстить «англичанке» за  все те потоки информационной грязи, которые с этого небольшого острова  льются  на голову президента РФ. А как же пресловутые особые отношения США и Великобритании? Так называемые "special relationship", то есть   военно-стратегическое  партнерство. Возможно, США недовольны слишком активной ролью Великобритании как в событиях на их внутреннем политическом рынке, так и в мире. Англия слишком активна в Китае и на Ближнем Востоке. Корона   восстанавливает свою мировую империю, пытаясь вывести ее из тени на свет. Вот Черный  Властелин и показывает  младшему партнеру его место - на приставном стульчике. Что касается участия Владимира Путина во всех этих вбросах и выбросах, то это очень спорно. Скорее всего он знал о грядущем панамагейте  и принял необходимые меры самозащиты. Но это уже детали. Ситуативный союз спецслужб США и РФ вполне мог быть в рамках панамагейта. Может быть, именно эта тема и обсуждалась во время недавнего визита шефа ЦРУ Джона Бреннана в Москву.Все это не отменяет  курса США на разрушение исторической России. И Участия Англии в этой стратегии. Но уже в более скромной роли - подносчика патронов, а не наводчика.

16 апреля 2015, 17:05

Бернанке будет работать с торговыми роботами

Бывший глава Федеральной резервной системы США (ФРС) Бен Бернанке согласился стать старшим советником хедж-фонда Citadel Investment Group. Об этом сегодня сообщили крупнейшие СМИ.

28 ноября 2014, 09:00

Фабрики мысли в США

Система аналитических центров представляет собой совокупность конкурирующих организаций, преследующих цель создания максимально объективной, достоверной, качественной информации, востребованной заказчиком, роль которого исполняют государственные, общественные и бизнес структуры. Указанные структуры в процессе подготовки и принятия политических решений выступают в качестве властных субъектов (субъектов влияния), и именно благодаря их запросам «фабрики мысли» актуализируются и становятся востребованными. Любая из перечисленных политических сил заинтересована в доминировании на информационном рынке, следовательно, структура «фабрик мысли» и их позиции на рынке информационных услуг обусловлены потребностями политических сил, с которыми они ассоциированы, и актуальной конъюнктурой этого рынка. Структура расходов США на НИОКР, % Источник: The FY 2012 Science and Technology R&D Budget. Office of Science and Technology Policy. Ex­ecutive Office of the President. Так, утрачивая декларируемую непредвзятость, «фабрики мысли» практически с начала своего существования подстраиваются под ту или иную авторитетную доктрину и в дальнейшем не имеют возможности ее изменить. Субординация по отношению к властному центру постепенно окостеневает, и организация становится фабрикой по производству программ и моделей их построения для конкретной политической группы. Этот довольно стандартный набор воззрений на природу «фабрик мысли» не носит ни полного, ни исчерпывающего характера, однако может быть принят в качестве отправной точки настоящего исследования. Такое исследование целесообразно осуществлять в кросс-национальном контексте. В противовес традиционной и широко распространенной концепции, рассматривающей «фабрики мысли» как результат прямой экстраполяции американского опыта развития аналитических организаций на самые разные страны независимо от их исторического, культурного и политического своеобразия, в данном исследовании предлагается концепция, основанная на мультимодельном подходе, который фокусирует внимание на различиях в институциональном оформлении «фабрик мысли» на национальном уровне. Более подробно особенности мультимодельного подхода будут показаны ниже при сравнении американской модели «фабрики мысли» с европейской и азиатской моделями. Ведущая и, можно сказать, пионерная роль в использовании «фабрик мысли» как инструмента разработки и принятия политического решения, бесспорно, принадлежит США, поэтому отталкиваться целесообразно именно от опыта данной страны. Анализ организационной модели «фабрик мысли», существующей в ней, может позволить выявить ключевые характеристики института, вариации которых в дальнейшем могут быть рассмотрены на примере иных стран, где «фабрики мысли» так или иначе существуют. Это важно, в частности, для России, где весьма актуальна потребность в выстраивании механизма адекватной аналитической поддержки принятия политических решений. ТРИ МОДЕЛИ ОРГАНИЗАЦИИ "ФАБРИК МЫСЛИ" В ГЛОБАЛЬНОМ КОНТЕКСТЕ Понятию «фабрики мысли» («think tanks») в современной политической науке даются разнообразные дефиниции и трактовки (в частности, распространены организационные, функциональные, структурные определения «фабрик мысли»). Автор исходит из того, что «фабрики мысли» — это разнообразные институты, занимающиеся изучением и анализом политических процессов и проблем, а также предоставляющие заинтересованным акторам (как собственно политическим, так и общественным и бизнес структурам) разработки и рекомендации по вопросам внутренней и внешней политики в целях принятия ими обоснованных политических решений. Финансирование федеральных исследований и разработок (запрос на 2014 фин. г.), млн. долл. Источник: Federal Research and Development Funding:FY2014. Congressional Research Service. July 30, 2013. P. 4. Тогда подлежит изучению не только та или иная наличествующая сегодня модель «фабрики мысли», но и ее генезис. Сложность анализа обусловлена невозможностью создания типичной схемы включения «фабрик мысли» в разработку политических решений, так как на нее воздействует множество политических, социальных, экономических и иных факторов, имеющих национальные или региональные особенности. Эти же факторы оказывают влияние и на часто принимаемую за «стандартную» институциональную структуру «фабрик мысли», которая в действительности всегда мимикрирует под окружающую ее социальную среду. Можно (сугубо схематически) выделить три основные модели функционирования «фабрик мысли»: американскую, европейскую и азиатскую. Разделение на модели само по себе является принципиальным, так как ранее дифференциация «фабрик мысли» проводилась преимущественно по критерию их большего или меньшего соответствия американскому образцу. Это обусловлено доминированием в литературе американских работ по «фабрикам мысли» и экспансией американских политико управленческих форм, хорошо заметной на примере Японии, Гонконга, Макао, Индии, Мексики и большинства стран Восточной Европы, в том числе России и Украины. Такой взгляд, среди прочего, приводит к безусловному доверию к американской исследовательской практике, как, например, в отчете «Non governmental Think Tanks in Ukraine: Capabilities, Challenges, Prospects», опубликованном Украинским центром экономических и политических исследований, ключевым источником для которого выступают, в свою очередь, отчеты Научно-исследовательского института внешней политики (Филадельфия, США). Такая ситуация характерна не только для Украины, но и для многих других развивающихся стран, осуществляющих некритическое заимствование иностранных институциональных и интеллектуальных конструктов. ОПЫТ США: ФОРМИРОВАНИЕ И ЭТАПЫ РАЗВИТИЯ "ФАБРИК МЫСЛИ" Опыт США показывает один из возможных вариантов истории становления «фабрик мысли», а также масштаба и результативности их деятельности. Американские «фабрики мысли» в указанном выше смысле исторически создавались прежде всего военными ведомствами, заинтересованными в разработке комплексной технологии аккумулирования информации — с привлечением гражданских специалистов, обладающих широкими познаниями в различных (в том числе политических) аспектах стратегического анализа. Схема расчета налоговых льгот в США Источник: Налоговое стимулирование инновационных процессов/ Отв. Ред. — Н.И. Иванова. — М.:ИМЭМО РАН, 2009. С.142 В 1956 г. по инициативе министра обороны США пять крупнейших университетов создали некоммерческую исследовательскую организацию под названием «Институт оборонного анализа». Менее чем за 10 лет институт вырос в крупное научное учреждение со штатом 600 человек. В 1960 е годы в США насчитывалось уже около 200 «фабрик мысли» самого разного профиля. Наиболее известными и влиятельными среди них были так называемые «финансируемые правительством центры НИОКР» (среди них RAND, Институт оборонного анализа, Институт военно морского анализа, корпорация «Aerospace»). Они напрямую поддерживались конгрессом США, который в конце 1960 х годов выделял им до 300 млн. долларов ежегодно. Необходимо подчеркнуть важный аспект в истории американских исследовательских центров. Руководство Пентагона изначально отказалось от создания аналитических центров внутри военного ведомства, хотя содержание независимых или частично независимых бесприбыльных (non profit) центров обходилось намного дороже. Заработная плата в «фабриках мысли» значительно превышала оклады государственных служащих. Руководство Пентагона исходило из того, что в результате опоры на «внутренние» центры пострадало бы качество научного консультирования, утратив широту и глубину охвата, присущие независимым научно исследовательским организациям. В конце 1970-х и начале 1980-х годов в США стал появляться новый тип «фабрик мысли». Это были идеологизированные, ориентированные на политическую активность организации, основанные, как правило, с целью продвижения определенных идейных ценностей или, точнее, образцов мышления. Среди них стоит выделить Институт Катона и Фонд Наследия — идеологически окрашенные организации, занимающиеся не отвлеченными политическими теориями, а пропагандой неоконсервативных идей в политической и особенно экономической сферах. В 1980-х годах такие центры были на подъеме своего влияния. С начала 1990-х годов в развитии американской политической мысли наметился поворотный момент, связанный с общесистемным сдвигом в международных отношениях.  Он привел к более четкому идеологическому оформлению различных «фабрик мысли»: обозначились как продемократические, так и прореспубликанские (более консервативные) институты, каждый из которых стремился продвигать собственную, по возможности уникальную концепцию, способную обеспечить аналитическую и консультативную поддержку принятия политических решений в новых условиях окончания «холодной войны» и превращения США в единственную сверхдержаву. Результатом стали бурные дебаты как в академической среде, так и в публичной сфере, однако практическая деятельность большинства подобных интеллектуальных центров в 1990-е годы сосредоточилась в основном на решении «прикладных» задач, то есть в большей степени на политической технологии, чем на выработке действительно инновационных концептуальных подходов. Прямое финансирование государством НИОКР, осуществляемых бизнесом и налоговое стимулирование инновационной деятельности Источник: OECD, Main Science and Technology Indicators (MSTI) Database, June 2012; OECD R&D tax in­centives questionnaires, January 2010 and July 2011, and national sources, based on OECD (2011), OECD Science, Technology and Industry Scoreboard 2011, OECD, Paris В плане же идеологических ориентиров в 2000-е годы американское экспертное сообщество все же преимущественно оставалось под влиянием консервативных идей, что в первую очередь связано с приходом к власти команды Дж.Буша. Следует констатировать, что вне зависимости от этапа своего развития «фабрики мысли» США всегда преследовали, строго говоря, одну цель: привлечение людей, способных генерировать идеи, к решению политически значимых проблем. При этом виды решаемых проблем, форма организации «фабрик мысли», заказчик, виды отчетности и т.д., естественно, различались. ОСНОВНЫЕ ХАРАКТЕРИСТИКИ АМЕРИКАНСКОЙ МОДЕЛИ Американский опыт создания «фабрик мысли» как специализированных организаций, занимающихся производством особого интеллектуального продукта — предлагаемого к реализации заказчиком политического решения, характеризуется несколькими основополагающими чертами: — правительство США неизменно демонстрирует заинтересованность в развитии «фабрик мысли» и расширении их научно исследовательского потенциала; — сами «фабрики мысли» создаются и функционируют преимущественно как неправительственные структуры, роль правительственных аналитических центров в сравнении с крупнейшими негосударственными «фабриками мысли» относительно второстепенна; — стремясь к диверсификации круга клиентов и партнеров, «фабрики мысли» тем не менее уделяют особое внимание поддержанию постоянных связей с государственными учреждениями. Рассмотрим выделенные характеристики подробнее. Правительственное внимание к развитию «фабрик мысли» подтверждается как заявлениями, так и практическими действиями представителей государственных структур. «Наиболее распространенная до настоящего времени среди членов федерального правительства точка зрения хорошо сформулирована в докладе, представленном в 1945 г. президенту Рузвельту Ванневаром Бушем, ученым, который возглавлял во время войны Управление научных исследований и разработок. Буш писал: „Основная политика Соединенных Штатов заключалась в том, что правительство должно способствовать достижению новых рубежей. Оно открыло морские просторы клиперам и обеспечило землей первых поселенцев. Налоговое стимулирование частных затрат на инновационную деятельность для крупных, малых и средних компаний в странах ОЭСР (налоговые субсидии на 1 долл. затрат на НИОКР) Источник: OECD Science, Technology and Industry Outlook 2012. P. 167. Несмотря на то что эти рубежи уже в значительной степени не существуют, рубеж науки остался. Более того, поскольку здравоохранение, благосостояние и безопасность входят в компетенцию правительства, научный прогресс представляет и должен представлять первостепенный интерес для правительства“». Реализация этого курса находит свое выражение в следующих обстоятельствах. Во-первых, в четкой дифференциации аналитических работ, установленной Национальным научным фондом, однако, что показательно, используемой не только правительственными, но и практически всеми иными структурами. Она включает три вида аналитической деятельности, а именно: — фундаментальные исследования — «изучение неизвестного». Такие исследования иногда называют ненаправленными, и они оказывают мотивирующее воздействие, выраженное в стремлении к знанию ради самого знания. Чарльз Э.Уилсон, первый министр обороны президента Эйзенхауэра, говорил о них как о деятельности, когда «...вы не знаете, что вы делаете». Примером мог бы служить химик, работающий с каким либо соединением просто для того, чтобы получить неизвестные до сих пор сведения об этом соединении. Он что то ищет, но что — не знает сам; — прикладные исследования — исследования, направленные на удовлетворение какой либо существующей потребности, например на создание лекарства от известной болезни или на нахождение новых способов повышения скорости самолета. Они опираются на фундаментальные исследования и, как правило, порождают дополнительные знания. Если продолжить наш пример с химиком, то нужно сказать, что он вступит в область прикладных исследований, как только предпримет попытки обнаружить, не позволяет ли изучаемое им соединение предупредить какое либо заболевание; — разработки — систематическое использование фундаментальных и прикладных исследований для создания и производства конкретных объектов (от сывороток до космических кораблей), систем, методов и материалов. Они обычно включают проектирование и эксперименты с неким изделием или процессом, но никогда — его непосредственное производство. Если, например, наш химик обнаружил бы, что изучаемое им соединение потенциально может использоваться в качестве противомалярийного препарата, то тогда разработки включали бы в себя очистку соединения, его проверку и подготовку к массовому производству. Во-вторых, в объеме финансирования «фабрик мысли». За период с 1957 по 1964 г., на который пришлось рождение самого феномена «фабрик мысли», общие расходы на них увеличились с 3 до 15 млрд. долларов. На пике популярности «фабрик мысли» в США — с 1960 по 1970 г. — на них было израсходовано более 150 млрд. долларов. Сегодня бюджет только одной RAND Corporation составляет 10-12 млрд. долларов в год. Показатель налоговых льгот на 1 долл. затрат на НИОКР Источник: Global R&D Report 2008 Magazine. P. 11; 2009 Global R&D Funding Forecast. P. 27. В-третьих, в структуре финансирования научной деятельности. Средства на поддержание научной деятельности предоставляются, конечно, не только федеральным правительством, но и колледжами, университетами, некоммерческими организациями и фондами, промышленностью (осуществляющей исследования и разработки как по собственной инициативе, так и в соответствии с заказами, полученными оттого же правительства), наконец, частными лицами. Однако, по данным П.Диксона сорокалетней давности, около 60% средств, направленных на эти цели, в то время предоставлялось федеральным правительством. По прошествии сорока лет такое распределение практически не изменилось и фактически стало модельным. Создаются же и функционируют претенденты на дележ этого «пирога» по инициативе не столько государства, сколько независимых от него структур. Так, бизнес среда порождает специфические «фабрики мысли» на базе исследовательских групп, действующих практически при любой крупной фирме (характерная их черта — высокая степень региональной привязанности, или анклавности). Впрочем, удельный вес социально и особенно политически референтных разработок в этой подгруппе американских «фабрик мысли» довольно низок. В массовом порядке «фабрики мысли» создаются при университетах. В 1969 г. количество таких центров составляло 5329; сегодня их число возросло примерно в полтора-два раза и иногда просто отождествляется с количеством кафедр в ведущих университетах. Впрочем, эту динамику следует скорее связывать с внутренним ростом самих университетов и их инфраструктуры, не смешивая со спонтанным образованием полноценных «фабрик мысли», число которых определяется прежде всего спросом и «естественным отбором». Как уже говорилось, в рамках американской модели правительственные аналитические центры играют — в сравнении с крупнейшими негосударственными «фабриками мысли» — второстепенную роль. Например, почти каждое федеральное агентство в правительстве США имеет свои собственные исследовательские учреждения, однако они заняты в большей степени техническим анализом, то есть сбором статистики и архивированием поступающих данных. Независимые «фабрики мысли» поддерживают тесные связи с государственными учреждениями. Правительственные акторы (как федеральные, так и местные) являются постоянными потребителями аналитических услуг: они нуждаются в широком спектре интеллектуальных продуктов, включая разработку долгосрочных планов развития той или иной отрасли и предложений по разрешению проблем текущей политики. Вместе с тем «фабрики мысли» сотрудничают с негосударственными фондами (такими, как Фонд Форда) и с бизнес структурами, заинтересованными в некоторых специфических видах аналитической деятельности (анализ рисков и возможностей в развитии компании, детализация рынка и т.п.). Вероятно, наиболее ярким примером этой «всеядности» американских «фабрик мысли» является история всемирно известной корпорации RAND. Предпринимательские расходы на НИОКР по отраслям в 2009 г., млрд. долл. по ППС Источник. OECD Statistics (http://www.oecd.org/statistics/). Будучи основанной в 1946 г. министерством военно воздушных сил США в сотрудничестве с авиакомпанией Douglas Aircraft, в мае 1948 г. организация приобрела статус независимого аналитического центра, перейдя тем самым из государственной в неправительственную сферу. Стартовый капитал для ее развития в этом качестве был предоставлен в том числе Фондом Форда. При этом, несмотря на смену статуса, корпорация сохранила налаженные организационные связи с государственными учреждениями, что позволило ей активно привлекать для собственных разработок экспертов как из правительственных агентств, так и из университетов и из частного сектора. «Фабрики мысли», особенно плотно взаимодействующие с правительством при сохранении формальной независимости от него, образуют, если можно так выразиться, «прогосударственный» сектор аналитических центров, отличающийся повышенным уровнем авторитетности. В нем больше всего отставных политиков, и он финансируется преимущественно за счет бюджетных средств. Одним из самых характерных примеров такой «прогосударственной» организации является Институт Брукингса. Эта организация была основана еще в 1916 г. бизнесменом и филантропом Робертом Брукингсом в качестве Института правительственных исследований (Institute for Government Research), причем одновременно Брукингс профинансировал также учреждение еще двух центров: Экономического института (Institute of Economics) и Школы Роберта Брукингса (Robert Brookings Graduate School). В 1927 г. эти три организации были объединены в единый Институт Брукингса. «В течение ряда лет влияние Института на правительство было значительным. Хотя он лишь в особых случаях работает непосредственно на правительство (и то только при условии, что работа будет не секретной и может быть опубликована), его исследованиям часто уделяют более серьезное внимание, чем исследованиям групп, пользующихся поддержкой федеральных властей. В прошлом он содействовал организации и разработке процесса составления федерального бюджета, сформулировал политику в отношении военных долгов и принципа тарифной реформы в 20-х годах». Одним из наиболее известных глобальных проектов Института была помощь правительству в разработке плана восстановления послевоенной Европы (European Recovery Program), подготовленного в 1948 г. и ставшего основой «Плана Маршалла» по реконструкции западноевропейской экономики. В начале 1950 х годов Институт был реорганизован и стал профилироваться по трем основным направлениям: экономические исследования, политические исследования (государственное управление) и внешнеполитические программы. В 1967 г. в партнерстве с федеральным правительством Институт начал реализацию долгосрочной программы под названием «Определяя национальные приоритеты» и в течение всех 1970-х годов получал заказы от правительственных департаментов, несмотря на напряженные отношения с Р.Никсоном. Количество исследователей на тысячу занятых, в эквиваленте полной занятости Источник: Factbook 2012. С началом в 1980 х годах эры рейганизма Институт вновь реорганизовался, в его составе появился Центр образования в области публичной политики (Center For Public Policy Education), который занимался в том числе и привлечением заказчиков для разрабатываемых Институтом проектов. Следующее расширение произошло в середине 1990-х годов, когда было учреждено несколько междисциплинарных центров, например Центр городской политики (Center on Urban and Metropolitan Policy). С 2002 г. и по настоящее время президентом Института является Строуб Тэлботт, в прошлом один из наиболее значимых членов команды президента У.Клинтона. Об уровне эффективности Института Брукингса говорит тот факт, что в 2009 г. он занял первое место в глобальном рейтинге экспертно-аналитических центров мира, составленном Университетом Пенсильвании на основе опроса нескольких тысяч ученых и экспертов. Всего на звание лучшего исследовательского центра мира претендовали 407 организаций. Таким образом, можно заключить, что «фабрики мысли» в США представляют собой преимущественно самостоятельные организации, тесно взаимодействующие как с политической, так и с бизнес элитой. В большинстве случаев они приближены к власти, но не включены в нее, что позволяет сохранять объективность и в то же время дает возможность компетентного критического анализа правительственной деятельности. Миссия государства в большинстве американских «фабрик мысли» сводится к роли заказчика интеллектуального продукта и соучредителя (в некоторых случаях) той или иной организации, а также, что особенно важно, аналитика особого рода — сравнивающего тысячи исследований сотен фирм, извлекающего самую ценную информацию, делающего ставку на наиболее эффективные центры, но не отрекающегося от остальных. Впрочем, кроме «прогосударственных» организаций, в США можно обнаружить «фабрики мысли», не входящие в сферу влияния власти и находящиеся на «службе по крайней мере у части общественности». По идеологической окраске они сильно различаются, объединяющими же признаками для организаций данного типа являются следующие: — отвергается сама возможность принятия федерального финансирования; — результатам работы никогда не придается характер промышленной собственности; — результаты работы не привязаны к заказчику; — главной целью является оказание на общественность и правительство внешнего критического влияния; — обычная форма финансирования — субсидии благотворительных фондов, завещания, дары, иные общественные пожертвования и доходы от продажи публикаций. Расходы системы высшего образования на НИОКР Источник. OECD Statistics (http://www.oecd.org/statistics/). «Будучи независимыми от поддержки тех, кого они консультируют, эти „фабрики мысли“ находятся в уникальном положении. Они не присутствуют на закрытых заседаниях, где формируется политика, и в этом смысле их влияние ограничено. Поскольку их нельзя взять на службу и они ни от кого не зависят, их позиция очень выгодна для развертывания острой общественной критики и привлечения большей аудитории к участию в дискуссиях по основным политическим проблемам. Именно эта способность делать обсуждение вопросов политики живым, конкретным и открытым должна лежать в основе оценки „общественных фабрик мысли“». Одной из наиболее известных «прообщественных» «фабрик мысли» является Центр по изучению демократических институтов. Работа Центра состоит в ежегодно организуемых исследованиях, семинарах, учебных курсах и экспериментах. Среди наиболее заметных результатов его деятельности — подготовка масштабного проекта реформы американской Конституции, призванного «обеспечить соответствие Конституции современным условиям, политике и проблемам». По этому факту можно судить и о масштабах амбиций Центра, и о масштабах его реального влияния. В схематическом виде основные особенности американской модели взаимодействия «фабрик мысли» с их основными контрагентами отражены на рис. 1. Рисунок 1. Распределение интеллектуального продукта "фабрик мысли" США АМЕРИКАНСКАЯ МОДЕЛЬ В СРАВНИТЕЛЬНОМ АСПЕКТЕ: ПРЕИМУЩЕСТВА И НЕДОСТАТКИ Американская модель организации «фабрик мысли» обладает неоспоримыми достоинствами. Успешно пользующиеся заинтересованностью правительства США в развитии и расширении научно исследовательского потенциала, однако привлекающие, наряду с государственными, значительные ресурсы общественных и бизнес структур и умело маневрирующие ими, «фабрики мысли» в США представляют собой в высокой степени самостоятельные организации, приближенные к власти, но не включенные в нее непосредственно (в отличие от того, что часто имеет место, например, в российской ситуации). Такая «трехмерная» система способствует выработке адекватных управленческих рекомендаций, отвечающих критериям достоверности и функциональности. Система информационно аналитической поддержки, предоставляемой «фабриками мысли» США, является исключительно прагматичной. Прагматична даже сама структура типичной американской «фабрики мысли», сочетающая характерную для коммерческих организаций гибкость, присущее общественным организациям диверсифицированное финансирование и высокую степень «кадровой интегрированности» в научную, политическую и бизнес среду. Американская модель «фабрики мысли», по сути, является проекцией американской идеи демократии. Аналитические центры представляют различные группы интересов, действуют в системе рыночных отношений и доступны общественному контролю. Единственным, но значимым минусом американской модели является ее ограниченная применимость в иных социальных средах, особенно когда речь идет о «фабриках мысли» стран, относимых к европейской и азиатской культурным зонам. По мнению Д.Стоун, «в США влияние на формирование „фабрик мысли“ оказывают не только политические факторы, но и сильная филантропическая культура и благоприятный налоговый режим». Влияние филантропической культуры на функционирование «фабрик мысли» в США подчеркивается также в работах Д.Абельсона и К.Вейс. Внутренние затраты на гражданские исследования и разработки в России и зарубежных странах в расчете на одного исследователя Источник. Программа кандидата в президенты Российской академии наук академика В.Е. Фортова. Ос­новные направления развития Российской академии наук. Москва, 10 мая 2013 г. С. 27. Между тем ни в Европе, ни в Азии социальная среда не способна предоставить эффективную поддержку независимым «фабрикам мысли». В китайской практике в ряде случаев вообще наблюдается «финансовое подавление» независимости гражданских «фабрик мысли» через механизмы Национального научного фонда и прямого государственного заказа. Крайне мало (по сравнению с США) существует и специализированных налоговых послаблений, равно как и частных фондов, способных финансировать аналитические центры. Поэтому с конца 1990-х годов в ведущих странах Евросоюза и Китае наметилась тенденция к созданию собственных оригинальных моделей интеллектуального обеспечения политико управленческого процесса, в гораздо большей степени ориентированных на государство, нежели американская. Образцом европейских «фабрик мысли» могут служить так называемые «старт фабрики» («start up tanks»). Подобно своим американским аналогам, «старт фабрики» представляют собой независимые научно-исследовательские центры, деятельность которых направлена на поддержку принятия политических решений. Однако, в отличие от США, они создаются не гибким взаимодействием власти, науки и бизнеса, а их изначально жестко формализованной кооперацией, причем власть, как правило, представлена только молодым поколением, лишь начинающим свою карьеру и потому заинтересованным в интеллектуальном стимуле. Примерами «старт фабрик» могут служить Лиссабонский совет в Брюсселе или BerlinPolis. Еще больше отличается от американской азиатская модель «фабрик мысли». Наиболее показателен в этом плане опыт Китая, где три типа «фабрик мысли» образуют сеть информационного анализа и консалтинга, охватывающую практически все общество. В схематическом виде китайская модель формирования «фабрик мысли» отображена на рис. 2. Рис. 2. Три типа "фабрик мысли" в КНР В систему входят официальные институты, полуофициальные институты и гражданские исследовательские центры. Внешне возникает иллюзия некоего подобия американской модели, однако при формальном совпадении ряда ключевых акторов отсутствует развитая система фондового спонсорства и получения негосударственных заказов. «Фабрики мысли» в КНР используются официальными структурами прежде всего как поставщики проверенной и обобщенной информации о тех социальных группах, с которыми они связаны. Даже в Японии, стране, которая на протяжении нескольких десятилетий после второй мировой войны находилась в фарватере американской политики, была в итоге сформирована модель «фабрик мысли», отличающаяся от образца, существующего в США, хотя надо признать, что долгосрочное американское влияние наложило свой отпечаток на функционирование японских аналитических центров (как, впрочем, и на иные стороны японской жизни). «Фабрики мысли» в Японии, как и в США, занимаются в первую очередь специализированным анализом, причем преимущественно экономическим, поскольку глобальных политических амбиций Япония, по крайней мере официально, не имеет. Вместе с тем, в отличие от США, в Японии «фабрики мысли» стремятся не столько к независимости, сколько к максимально тесной кооперации с государственными институтами и бизнес организациями, обеспечивающей гарантии постоянного сотрудничества и востребованности. Таким образом, организационная модель «фабрик мысли», изначально родственная американской, все же подстраивается под специфику национальной политической культуры и социально экономической сферы. В КАКОЙ МЕРЕ ВОЗМОЖНО ЗАИМСТВОВАНИЕ АМЕРИКАНСКОЙ МОДЕЛИ В ИНЫХ НАЦИОНАЛЬНЫХ И КУЛЬТУРНЫХ УСЛОВИЯХ? Мультимодельный подход, в отличие от традиционалистского, в соответствии с которым американская модель трактуется как «чистая», то есть вообще не отягощенная национальной спецификой и потому применимая к любой социальной системе, предполагает рассмотрение «фабрик мысли» как организаций, обладающих не только институциональной, но и региональной и национальной спецификой. В свою очередь, соотнесение инновационных и автохтонных элементов, интегрирующихся в ту или иную устойчивую модель «фабрики мысли», позволяет скорректировать господствующий в литературе «панамериканский» подход к вопросу. Сопоставление расходов на НИР и НИОКР и количества статей в Web of Science в 2011 году по странам Источник. Москалева О.В. Можно ли оценивать труд ученых по библиометрическим показателям? // Управление большими системами. 2013. Специальный выпуск 44: «Наукометрия и экспертиза в управле­нии наукой». С. 327—328. В результате становится возможным констатировать взаимосвязь таких параметров, как структура аналитических центров, их информационный потенциал и достоверность рекомендаций, с одной стороны, и качество политических решений, принимаемых правительственными и общественными структурами, — с другой. Качество информационных услуг, представляемых «фабриками мысли», напрямую коррелирует с их независимостью, конкурентностью среды, вариативностью аналитических подходов, а также с национальной спецификой, делающей (или не делающей) институциональную структуру «фабрик мысли» органично встроенной в систему разработки и принятия политических решений. Отличительной чертой американских «фабрик мысли» является их включенность в механизмы принятия решений при сохранении высокой институциональной автономности от акторов, принимающих решения, а также от параллельно действующих экспертных центров. Несмотря на активные попытки заимствования американской модели, при организации аналитических центров в странах Европы и тем более Азии такой автономности удается достичь далеко не всегда. Сравнительный анализ позволяет определить пределы возможного заимствования — это преимущественно внешняя имитация, поскольку сохранение сути организации требует адаптации к местным условиям всех структурообразующих элементов. Более масштабная имитация, как ни парадоксально, ведет либо к утрате содержания деятельности, либо к падению степени независимости аналитических центров. Поэтому целесообразна комбинация заимствований, обеспечивающих адаптацию «фабрики мысли» к региональным условиям при сохранении ее «институциональной идентичности», подразумевающей, помимо прочего, и определенную степень независимости в сборе и проверке достоверности данных. Очевидно, что именно поиском такой комбинации и заняты все участники продолжающегося уже не первое десятилетие процесса конструирования центров политической аналитики в современной России. Вопрос о том, насколько она возможна и имеет шансы быть востребованной в рамках национальной политической культуры, остается, однако, открытым. http://rusrand.ru/analytics/analiticheskie-tsentry-v-politicheskom-protsesse-amerikanskaja-model-fabrik-mysli

11 марта 2014, 10:35

Ангажированный трест

От редакции: Портал Terra America начинает исследование одного из старейших и наиболее влиятельных мозговых центров США – Института Брукингса. Выбор на него пал неслучайно, и неслучайно мы подробно разобрали на нашем сайте один из докладов Института в декабре прошлого года. Сегодня считается, что если Хиллари Клинтон включится в президентскую гонку, то именно эта «фабрика мысли» будет снабжать ее программами и идеями. Для граждан нашей страны эта организация интересна еще и тем, что ее руководитель, Строуб Тэлботт (замгоссекретаря США в 1994-2001 годах) является общепризнанным на Западе специалистом по России, свободно говорит по-русски и прекрасно разбирается в политической кухне по обе стороны Атлантики. Сегодня мы предлагаем вниманию наших читателей первую, вводную статью цикла, посвященного Brookings Institute, написанную Константином Аршиным. Обычно мы называем think tank’и мозговыми центрами, но в данном случае решили сохранить авторское – «трест». * * * В 2008 году Филадельфийский Институт внешнеполитических исследований подвел итог своей многолетней программы исследований «Мозговые тресты и программы по развитию гражданского общества». В ходе исследования было изучено 5080 мозговых трестов по всему миру, из которых 1776 мозговых трестов были сугубо американскими. Интересно, что в соответствии с данными исследования 91% из обследованных мозговых трестов возникли после 1951 года. Впрочем, в США, которым в общем-то и относят сам факт возникновения феномена мозговых трестов, первые представители аналитических центров, работающих по заказу Правительства США или частных корпораций, возникли еще в начале XX столетия. И те из них, что дожили до сегодняшнего дня, уже готовятся праздновать столетний юбилей. Один из таких мозговых трестов долгожителей – «Институт Брукингса», мозговой трест, чья история оказалась крепко переплетена и практически неотделима от истории внешней политики Соединенных Штатов. Мозговой трест «Институт Брукингса» был основан в 1916 году, впрочем это имя он получил несколько позднее. В момент своего создания он именовался «Институт правительственных исследований», а цель, которую поставили перед новой институцией его создатели, состояла ни много, ни мало в создании эффективной гражданской службы и «научном» изучении деятельности правительства. Столь амбициозные задачи родились из потребности дня. Дело в том, что основатель мозгового треста Роберт С. Брукингс, талантливый бизнесмен, в период I Мировой войны работал в администрации президента США Вудро Вильсона в качестве члена Совета по военной промышленности и председателя Комитета по замораживанию цен. Именно здесь Брукингс осознал, насколько гражданской службе Соединенных Штатов не хватает грамотных управленцев и экономистов. Впрочем, у службы Брукингса в администрации Вудро Вильсона была и другая сторона. С момента своего создание детище предпринимателя оказалось связано тесными узами с Демократической партией. В 1922 году Роберт Брукингс основал «Институт экономики», а в 1924 году «Высшую школу Роберта Брукингса». В 1927 году все три институции были объединены в «Институт Брукингса», которому было суждено превратиться в один из крупнейших мозговых трестов Соединенных Штатов и всего мира. Более того, многие эксперты полагают, что именно «Институт Бругингса» оказывает наибольшее воздействие на государственную политику США, чему есть ряд оснований. Например, в 1921 году эксперты «Института Брукингса» участвовали в создании первого в истории США Бюро по бюджету, в задачи которого входило планирование финансовых расходов Правительства. Впрочем, это была только первая ласточка, которую президент Уоррен Хардинг назвал «величайшей реформой правительства с момента учреждения республики». Дальше больше, в период Второй мировой войны Лео Пасловски, эксперт «Института Брукингса» и сотрудник Государственного департамента, участвовал в создании ООН, подготовив для президента Франклина Рузвельта, соответствующий доклад, в котором были шаги по созданию подобного рода международного объединения. Кроме того, тот же Пасловски, уже в послевоенный период входил в группу экспертов «Института Брукингса», перед которыми была поставлена задача по экспертному сопровождению «Плана Маршалла». Необходимо, кстати, отметить, что к работе над «Планом Маршалла» представителей Института привлек председатель сенатского комитета по международным отношениям сенатор-республиканец Артур Ванденберг, специально попросивший у тогдашнего президента «Института Брукингса» Гарольда Моултона помощи. Буквально в течение двух недель после получения запроса из сената, Институт 22 января 1948 года представил 20-страничный доклад, в котором содержалось 8 рекомендаций по структуре, задачам и оперативной реализации «Плана Маршалла», который был официально назван «Программа восстановления Европы». Среди рекомендаций Института содержалось требование создания специального правительственного агентства, в чьи задачи входила бы координация усилий по восстановлению разрушенной экономики Европы. Причем глава этого агентства, по мысли экспертов, должен был иметь право напрямую обращаться к президенту Трумену. Интересно, что несколько десятилетий спустя другой представитель «Института Брукингса» Пол Лайт, возглавлявший группу исследователей программы «Величайшие достижения Федерального правительства», включил в число этих достижений «План Маршалла». Также нельзя не отметить причастность «Института Брукингса» к двум наиболее значимым событиям политической истории США середины XX столетия – избрания Джона Ф. Кеннеди на пост Президента США и Уотергейтскому скандалу. Как известно, Джон Кеннеди, кандидат от Демократической партии на выборах 1960 года, отнюдь не рассматривался в качестве фаворита – слишком молод, слишком ирландец, наконец католик. Только в ходе официальных президентских дебатов, которые, кстати, проходили впервые, ему удалось убедить публику в том, что именно он будет лучшим президентом, чем баллотировавшийся от Республиканской партии Ричард Никсон. Не в последнюю очередь Кеннеди удалось убедить американцев в своем превосходстве благодаря изданной незадолго до выборов книге эксперта «Института Брукингса» Лорин Генри «Presidential Transitions», в которой эксперт описал наиболее безболезненные формы трансформации администрации в целях ее приспособления к новым вызовам. Что касается Уотергейтского скандала, то одна из расхожих версий гласит, будто бы проникновение в офис Демократической партии было предотвращено охранником «Института Брукингса» Родриком Уорвиком, который задержал двоих человек, один из которых был бывшим сотрудником того же «Института Брукингса», Лесли Гельбом, в тот момент, когда они пытались проникнуть в здание отеля «Уотергейт» теплым вечером 17 июня 1971 года. Таким образом, можно констатировать, что несмотря на завещанное создателем «Института Брукингса» Робертом Брукингсом указание на необходимость «освободить основу всей деятельности Института Брукингса составляет убежденность в необходимости точного и беспристрастного подхода к формулированию и изучению вопросов, а также в представлении идей без какой-либо идеологии», созданная им институция практически всю историю своего существования была политически ангажированной одной из политических сил США – Демократической партией. Особенно заметно это стало в последнее десятилетие, когда во главе «Института Брукингса» встал Строуб Тэлботт, личный друг Билла Клинтона и бессменный заместитель государственного секретаря в период его президентства. Важно отметить, что именно Тэлботт, назначенный курировать российско-американские отношения, во многом сформировал тот геополитический ландшафт, с которым столкнулась Российская Федерация в 2000 годах. Занятно, но именно в период президентства Тэлботта в «Институте Брукингса» в рамках академических штудий в 2003 году была издана книга Фионы Хилл и Клиффорда Гэдди «Сибирское проклятье». В книге утверждаются, что Сибирь, в силу особенностей климата, не является территорией, на которой рентабельно развивать производство. Как следствие, ее необходимо избавить от лишнего населения, просто переселив его на более теплые территории, а основные работы вести вахтовым методом. Наделавшая много шума книга была тепло встречена такими одиозными «друзьями» России как бывший член Совета по национальной безопасности США Ричард Пайпс и бывший помощник президента США по национальной безопасности 3бигнев Бжезинский. Кстати, оба симпатизируют демократам. На этом нападки «Института Брукингса» на Россию и ее руководство не прекратились. В 2006 году научный сотрудник Института Клиффорд Гэдди заявил, что в тексте диссертации на соискание учёной степени кандидата экономических наук президент Российской Федерации Владимир Путин допустил некорректное цитирование ряда источников, не сделав на них ссылок. Иными словами, обвинил президента России в плагиате. Впрочем, и сам Строуб Тэлботт не отличался особой щепетильностью. В 2003 году была издана его книга «Рука России. Воспоминания о президентской дипломатии», в которой он на примере различных сюжетов из российско-американских отношений продемонстрировал, как Соединенные Штаты добивались своих целей в отношениях с Российской Федерацией. По сути дела «Рука России» – это приговор отечественной дипломатии 1990-х годов, поскольку Тэлботт на нескольких сотнях страниц описывает как они и тогдашнее российское руководство «сдавали» интересы своей страны. Кстати, необходимо отметить, что работы эти появились в период президентства Джорджа Буша-младшего, когда отношения между Россией и США стали разворачиваться в иной плоскости, нежели при Билле Клинтоне, превратившись из отношений хозяина и подчиненного, в отношения партнеров, пусть не равных по статусу, но пользующихся взаимным уважением. В этот же период Тэлботт превращает Институт в инкубатор для будущих лидеров Демократической партии. Безусловно «Институт Брукингса» всегда был связан с правящей элитой, но именно в период руководства Тэлботта количество «ученых-практиков», тех, научных работников, «которые периодически занимают должности в органах государственной власти, где могут на практике проверить свои научные выводы», а также бывших государственных служащих, «которые приходят в Институт Брукингса после определенного срока работы на государственной службе» стало расти. Как писал сам Тэлботт в статье «Институт Брукингса. Как работает мозговой трест»: «Более десяти “ученых-практиков” Института Брукингса работали в Государственном департаменте или в Совете национальной безопасности, включая Джеймса Стейнберга, вице-президента и директора Программы внешнеполитических исследований Института Брукингса (бывшего заместителя помощника президента по вопросам национальной безопасности и директора отдела политического планирования в Государственном департаменте), Хельмута Зонненфельдта (члена Совета национальной безопасности в администрации Ричарда Никсона и бывшего руководителя исследовательского отдела, занимавшегося Советским Союзом и странами Восточной Европы, в Государственном департаменте) и Мартина Индика, директора нашего Центра ближневосточной политики имени Сабана (ранее Индик занимал должность помощника Государственного секретаря по ближневосточным делам и дважды был послом США в Израиле». Поэтому неудивительно, что как только демократы сменили республиканцев из Института Брукингса начался настоящий исход на государственную службу, в частности в Государственный департамент, который возглавила жена лучшего друга Тэлботта – Хиллари Клинтон. «Кадровый резерв» Демократической партии, как неофициально называют «Институт Брукингса» оправдал свое прозвище. Впрочем, его история еще не закончена. Он продолжает жить и развиваться. И вероятно еще не одно поколение политической элиты Соединенных Штатов пройдет через его стены. Единственное с чем можно поспорить, так это с утверждением Строуба Тэлботта, что неизменным остался завещаный Робертом Брукингсон «внепартийный, ориентированный исключительно на разработку политики метод исследования». «Институт Брукингса» – это давно уже чисто партийный проект, распространяющий вполне определенную идеологию. Идеологию Демократической партии США. Константин Аршин