• Теги
    • избранные теги
    • Разное1957
      • Показать ещё
      Страны / Регионы1502
      • Показать ещё
      Формат90
      Компании386
      • Показать ещё
      Люди695
      • Показать ещё
      Издания62
      • Показать ещё
      Международные организации72
      • Показать ещё
      Показатели32
      • Показать ещё
      Сферы4
22 января, 15:00

«Отец русской авиации»

В 1918 году в России свирепствовала Гражданская война, царила разруха. Наступила зима и принесла с собой голод и холод. Остановился транспорт, улицы в Москве давно уже не чистили от снега и льда. По этим обледеневшим, заснеженным улицам к центру города от своей Яузы пробирался старый человек в профессорской шубе, с большой окладистой бородой. Он спешил в аудитории МГУ, где в промороженных помещениях собиралось несколько наиболее стойких студентов. Им стареющий профессор Николай Егорович Жуковский читал курс прикладной механики, рассказывая о будущих успехах науки, о полёте человека в необъятные просторы воздушного океана...

22 января, 12:02

Пришлось делать заключение "невежеству"

Заключение. Проблема, которую мы затронули, обширная и сложная. Мы наметили ее контуры посредством точечными примерами, не пытаясь давать дефиниции и теоретизировать. Для начала надо признать само наличие этой проблемы и, хотя бы грубо и размыто, представить ее образ. Если это будет принято, можно будет ставить вопрос об основательном исследовании. В заключение приведем несколько суждений ученых, которые подтверждают, в иных условиях, ряд тезисов в этой главе.Мы говорили, что одна из главных причин деградации когнитивной системы общностей – дезинтеграция общества, которая означает деградацию ряда систем, необходимых для мышления, памяти и вообще духовной сферы. Российские социологии соглашаются в том, что именно распад нашего общества был основным результатом 1990-х годов. Но ведь еще раньше «неолиберальная волна» запустила процесс дезинтеграции западных обществ в метрополии капитализма, что и привело к кризисам и войнам последних тридцати лет.Видный французский социолог А. Турен так сформулировал состояние общества в ходе кризиса индустриализма последних десятилетий ХХ века: «Мир становился все более капиталистическим, все большая часть населения втягивалась в рыночную экономику, где главная забота – отказ от любого регулирования или экономического, политического и социального контроля экономической деятельности. Это привело к дезинтеграции всех форм социальной организации, особенно в случае городов. Распространился индивидуализм. Дело идет к исчезновению социальных норм, заменой которых выступают экономические механизмы и стремление к прибыли… В последние десятилетия в Европе и других частях света самой влиятельной идеей была смерть субъекта» [228].В то же время английский философ и социолог З. Бауман так описал новый тип бытия личности, от наступления которого на Западе невозможно укрыться никому: «Самые страшные бедствия приходят нынче неожиданно, выбирая жертвы по странной логике либо вовсе без нее, удары сыплются словно по чьему-то неведомому капризу, так что невозможно узнать, кто обречен, а кто спасается. Неопределенность наших дней является могущественной индивидуализирующей силой. Она разделяет, вместо того, чтобы объединять, и поскольку невозможно сказать, кто может выйти вперед в этой ситуации, идея “общности интересов” оказывается все более туманной, а в конце концов – даже непостижимой. Сегодняшние страхи, беспокойства и печали устроены так, что страдать приходится в одиночку. Они не добавляются к другим, не аккумулируются в “общее дело”, не имеют “естественного адреса”. Это лишает позицию солидарности ее прежнего статуса рациональной тактики» [229]. Распад солидарности лишает людей рациональной тактики! Люди утратили главные инструменты для познания реальности. Это и есть погружение в невежество. Реформаторы СССР затащили страну в этот водоворот потому, что старались успеть в это погружение, устроившись «в лоне цивилизации». Теперь перед нами срочная национальная проблема – восстановить связность общества, и первым делом, наладить коммуникации между интеллигенцией и остальной массой населения. Без этого обе части будут страдать от невежества, хотя разного типа. Эта задача очень сложная. О ней говорят, но конструктивных проект не предлагают. Строительство общества непрерывно происходило на нашей земле со времен родового строя, даже в период революции подавляющее большинство сохранило свои общины и мировоззренческие матрицы – и преодолело острые противоречия. А в конце ХХ века произошел разрыв непрерывности. Теперь изучаем осколки, а как их скрепить, пока не знаем. Надо вглядеться в подобные катастрофы других народов и собрать достоверные сведения о наших смутах. А. Грамши, великий философ коммунистического движения, писал об этой проблеме в «Тюремных тетрадях» и, кажется странным, подчеркивал соединяющую роль религии: «Сила религий, и в особенности сила католической церкви, состояла и состоит в том, что они остро чувствуют необходимость объединения всей “религиозной” массы на основе единого учения и стремятся не дать интеллектуально более высоким слоям оторваться от низших. Римская церковь всегда настойчивее всех боролась против “официального” образования двух религий: религии ”интеллигенции” и религии “простых душ”. … Выделяются организационные способности духовенства в сфере культуры, а также … отношение, которое Церковь сумела установить в своей области между интеллигенцией и “простым народом”» [230].В постсоветской России в этом плане наступление оккультизма и суеверий, порожденных кризисом и ядом телевидения, помешало церкви найти формы для участия в консолидации общества. Дело дошло в ХХI веке до явного разрыва интеллигенции и массы «простых людей». Картина расхождений ценностей между интеллигенцией и «простым народом» в начале реформ потрясает.А ведь для соединения рациональности с этикой требуется построить и сохранять целостную систему знаний, систему видения мира и человека с разных точек зрения, хотя некоторые не смешиваются. Академик В.И. Вернадский, крупнейший философ-естествоиспытатель, так высказался в 1920-е годы относительно этой темы: «И философская мысль, и религиозное творчество, общественная жизнь и создание искусства теснейшими и неразрывными узами связаны с научным мировоззрением. Вглядываясь и вдумываясь в ту сложную мозаику, какую представляет научное мировоззрение нашего времени, трудно решить, что из него должно быть поставлено в счет чуждым научной мысли областям человеческой личности и что является чистым плодом научного мышления» [231].Самое сложное взаимодействие – между наукой и религией. Их противопоставление как раз подрывает защиты против невежества. Сведение религиозного знания исключительно к вере или атеизму вульгаризировало проблему отношений религии и науки в целях идеологической и борьбы, а возможно именно вследствие незнания. Говорят, континуум знания заключен между двумя пределами – наукой и религией. В. Гейзенберг (немецкий физик-теоретик, один из создателей квантовой механики) приводит суждение физика В. Паули «о двух пограничных представлениях, которые оказались исключительно плодотворными в истории человеческой мысли, хотя ни одному из них ничего в реальной действительности не соответствует. Один предел – это представление об объективном мире, закономерно развертывающемся в пространстве и времени независимо от какого бы то ни было наблюдающего субъекта; на картину такого мира ориентируется новоевропейское естествознание. Другой предел – представление о субъекте, мистически сливающемся с мировым целым настолько, что ему не противостоит уже никакой объект, никакой объективный мир вещей… Где-то посередине между этими двумя пограничными представлениями движется наша мысль; наш долг выдерживать напряжение, исходящее от этих противоположностей» [1, с. 340].Религиозное знание стоит на особой системе постулатов и догм, а также на развитой логике, которая позволяет, исходя из постулатов и догм, делать умозаключения, привлекая доводы из реальной жизни. Результатом религиозного теоретизирования и согласования выводов становится целостная и достаточно непротиворечивая картина мира, которая наполняет смыслом жизнь верующих и консолидирует общество, легитимируя его жизнеустройство и задавая нравственные нормы и основания для права. Частью религиозного знания является универсум символов, который упорядочивает историю народа и страны, связывает прошлое, настоящее и будущее. Он служит опорой для коллективной исторической памяти, соединяет поколения и обеспечивает вечную жизнь народу. Через него люди ощущают связь с предками и потомками, что помогает человеку принять мысль о своей личной смерти. Мир символов и предание как часть религиозного знания мобилизуют воображение людей и художественное творчество, которое порождает свою систему знания, выраженного на особом языке. В. Гейзенберг писал: «Религиозные образы и символы являются специфическим языком, позволяющим как-то говорить о той угадываемой за феноменами взаимосвязи мирового целого, без которой мы не могли бы выработать никакой этики и никакой шкалы ценностей. Этот язык в принципе заменим, как всякий другой… Однако мы от рождения окружены вполне определенной языковой средой. Она более родственна языку поэзии, чем озабоченному своей точностью языку естественной науки» [1, с. 339].Именно в религии возникли коллективные представления. Они не выводятся из личного опыта, а вырабатываются в совместных размышлениях и становятся первой в истории человека формой общественного сознания. Религиозное мышление социоцентрично. Именно поэтому первобытные религиозные представления и играют ключевую роль в этногенезе – даже самая примитивная религия является символическим выражением социальной реальности, посредством нее люди осмысливают свое общество как нечто большее, чем они сами.В рамках религиозных представлений вырабатываются специфические для каждого этноса культурные нормы и запреты, а также и понятия о нарушении запретов (концепция греховности). Все это и связывает людей в этническую общность. Ведь именно присущие каждой такой общности моральные (шире – культурные) ценности и придают им определенность, выражают ее идентичность, неповторимый стиль. В религии осуществляется разделение сакрального и профанного (земного) времени. Это – введение истории в жизнь человека. Гейзенберг в докладе «Естественнонаучная и религиозная истина» (1973) обсуждает неизбежность противоречия и конфликтов между наукой и религией как двух необходимых сфер знания. Согласно его выводу, речь в подобных конфликтах «идет не о выяснении истины, а о конфликте между духовной формой общества, которая, по определению, должна быть чем-то устойчивым, и постоянно расширяющейся и обновляющейся, т. е. динамичной структурой научного опыта и научной мысли. Даже общество, возникшее в ходе великих революционных переворотов, стремится к консолидации, к фиксации идейного содержания, призванного служить долговечной основой нового сообщества. Полная шаткость всех критериев оказалась бы в конечном счете невыносимой. А наука стремится к росту. Даже если основой мировоззрения станет естествознание или какая-либо другая наука – попытку подобного рода представляет собой диалектический материализм, – это по необходимости будет наука прошлых десятилетий или веков, и ее фиксация на языке идеологии опять-таки создаст предпосылку для позднейшего конфликта» [1, с. 338]. Но сегодня, в преддверии глубокой трансформации структур индустриальной цивилизации, надо преодолеть устаревшие догмы и отбросить оружие старых конфликтов. Надо вдуматься в важное предупреждение Гейзенберга: «Естествознание стремится придать своим понятиям объективное значение. Наоборот, религиозный язык призван как раз избежать раскола мира на объективную и субъективную стороны; в самом деле, кто может утверждать, что объективная сторона более реальна, чем субъективная? Нам не пристало поэтому перепутывать между собой эти два языка, мы обязаны мыслить тоньше, чем было принято до сих пор» [1, с. 339].Это важное суждение, его надо обдумать и верующему, и атеисту. Оно непосредственно обращено к образованию.В последние тридцать лет мы наблюдаем в среде интеллигенции сдвиг, который выразился, в частности, в уходе от осмысления фундаментальных вопросов. Их как будто и не существовало, не было никакой возможности поставить их на обсуждение. Из рассуждений была исключена категория выбора. Говорили не о том, «куда и зачем двигаться», а «каким транспортом» и «с какой скоростью».Гейзенберг писал: «Кто занимается философией греков, на каждом шагу наталкивается на эту способность ставить принципиальные вопросы, и, следовательно, читая греков, он упражняется в умении владеть одним из наиболее мощных интеллектуальных орудий, выработанных западноевропейской мыслью» [1 с. 35]. Эту особенность, унаследованную от античной мысли, он видел в «способности обращать всякую проблему в принципиальную». Это способ упорядочить мозаику опыта, не выпасть в мозаичную культуру. Экспертное сообщество России во время реформ, напротив, целенаправленно превращали всякую принципиальную проблему в самый плоский штамп.Российское «общество спектакля», созданное телевидением, мозаичная культура, превращающая личность в «человека массы», так резко усилили давление на человека, что это стало острейшей проблемой именно при наступлении «третьей волны» кризиса. Немецкий философ Краус афористично выразился о всемирной неолиберальной правящей верхушке: «У них – пресса, у них – биржа, а теперь у них еще и наше подсознание».В новейшей истории самым иллюстративным катастрофическим культурным срывом был германский фашизм. В СССР этот опыт глубоко не изучался, а сейчас нам необходимо обратиться к размышлениям ученых и философов Германии того периода. Что произошло в образованном и рациональном народе? Что произошло в великом научном сообществе?Гейзенберг писал, хотя и очень скупо: «Характерной чертой любого нигилистического направления является отсутствие твердой общей основы, которая направляла бы деятельность личности. В жизни отдельного человека это проявляется в том, что человек теряет инстинктивное чувство правильного и ложного, иллюзорного и реального. В жизни народов это приводит к странным явлениям, когда огромные силы, собранные для достижения определенной цели, неожиданно изменяют свое направление и в своем разрушительном действии приводят к результатам, совершенно противоположным поставленной цели. При этом люди бывают настолько ослеплены ненавистью, что они с цинизмом наблюдают за всем этим, равнодушно пожимая плечами. Такое изменение воззрений людей, по-видимому, некоторым образом связано с развитием научного мышления» [1, с. 31]. Это важная мысль. Если распалась твердая общая основа, то ненависть и цинизм могут быть «некоторым образом связаны с развитием научного мышления», а значит, охватить и людей науки. Типичные идеологические приемы реакционных движений – апелляции к антинаучным настроениям. Если не удается привлечь на свою сторону «официального» научного сообщества, идеологи стараются найти в нем диссидентов, заключить с ними пакт о взаимопомощи и всеми возможными средствами придать им возможно более высокий «научный» статус. Так, национал-социалисты Германии активно поддерживали сторонников концепции «ледовой космогонии» (Welteislehre), — экстравагантной теории объяснения мироздания и даже антропологии. Фашисты старались придать этой группе статус научного сообщества, альтернативного «международной и еврейской» науке. Когда оказалось, что немецкие ученые разъехались или послушно интегрировались в структуры Третьего рейха, интерес к «ледовикам» пропал.Но главный удар по разуму состоял в демонтаже твердой общей мировоззренческой основы, включая язык, эстетику и стабильные структуры картины мира, в частности, религиозные. С.Н. Булгаков, анализируя тексты теоретика нацистов Розенберга, пишет о фашизме: «Здесь наличествуют все основные элементы антихристианства: безбожие, вытекающее из натурализма, миф расы и крови с полной посюсторонностью религиозного сознания, демонизм национальной гордости (“чести”), отвержение христианской любви с подменой ее, и – первое и последнее – отрицание Библии, как Ветхого (особенно), так и Нового Завета и всего церковного христианства. Розенберг договаривает последнее слово человекобожия и натурализма в марксизме и гуманизме: не отвлеченное человечество, как сумма атомов, и не класс, как сумма социально-экономически объединенных индивидов, но кровно-биологический комплекс расы является новым богом религии расизма… Расизм в религиозном своем самоопределении представляет собой острейшую форму антихристианства, злее которой вообще не бывало в истории христианского мира (ветхозаветная эпоха знает только прообразы ее и предварения, см., главным образом, в книге пророка Даниила)… Это есть не столько гонение — и даже менее всего прямое гонение, сколько соперничающее антихристианство, “лжецерковь” (получающая кличку “немецкой национальной церкви”). Религия расизма победно заняла место христианского универсализма» [232].Вот типичные высказывания Розенберга, приводимые Булгаковым: «Не жертвенный агнец иудейских пророчеств, не распятый есть теперь действительный идеал, который светит нам из Евангелий. А если он не может светить, то и Евангелия умерли… Теперь пробуждается новая вера: миф крови, вера вместе с кровью вообще защищает и божественное существо человека. Вера, воплощенная в яснейшее знание, что северная кровь представляет собою то таинство, которое заменило и преодолело древние таинства... Старая вера церквей: какова вера, таков и человек; северно-европейское же сознание: каков человек, такова и вера».Эти суждения россыпью – только предупреждение, что выбраться из ямы, в которую мы скатились, потребует большой и научной, и философской работы. Новую мировоззренческую матрицу нельзя скопировать ни с западной, ни с китайской, ни уже с советской. Но все придется изучать – хладнокровно, без истерик.

22 января, 08:01

Русские крестьяне о смерти Ленина

Советская власть, в отличии от царской России, чутко держала руку на пульсе общественного мнения, а потому органы ВЧК, ГПУ, НКВД, а позже МВД и КГБ регулярно докладывали об умонастроениях низов на верх. Благодаря этому свойству советской власти нынешние исследователи гораздо больше знают о советском времени, чем о дореволюционном.Вот, что ВЧК докладывало о том, что народ думал о смерти вождя мирового пролетариата В.И.Ленина.Особо следует отметить слухи о том, что после смерти т. Ленина следует ожидать раскола в партии, перемены в области нэпа и войны к весне. Разговоры идут также о том, кто будет преемником т. Ленина. Распространяются также слухи, что т. Троцкий ранен Зиновьевым на одном из партийных заседаний, что т. Троцкий не болен, а арестован, что т. Троцкий поссорился с Калининым (39-я типография, Бухаринский трамвайный парк и др.).Среди крестьян-огородников дер. Кожухово наблюдаются разговоры: «Тов. Троцкий и т. Буденный начинают скандалить и скоро будет переворот».Распространение ложных слухов продолжается. Среди обывателей распространяется новый слух, что т. Ленин умер уже 6 месяцев тому назад, и все время находился замороженным и только благодаря требованиям съезда советов62, чтобы т. Ленин был им показан живым или мертвым, пришлось заявить о его смерти. В связи с указанными слухами наблюдается усиленная выемка вкладов из сберегательных касс (Почтамт).На постоялых дворах и в чайных, где преимущественно останавливается крестьянство, из разговоров последних видно, что большинство крестьян сожалеют о смерти т. Ленина; заметно их беспокойство о том, сумеют ли коммунисты теперь, без т. Ленина, дальше продолжать работу в деле строительства [социализма]. Некоторые говорят, что «наверное, Троцкий будет на месте т. Ленина» и что «если Троцкий будет на месте т. Ленина, то уже такой жизни, пожалуй, не будет». Другие говорят, что «помощником Ленина был т. Калинин, тоже хороший человек рабочий, вот, наверное, он и будет работать на месте т. Ленина».24 января с.г. по уезду проходили конференции, на которых зачитывался бюллетень о смерти нашего вождя т. Ленина, и, когда оратор зачитал сообщение, то можно было наблюдать, как в некоторых местах крестьяне, не сдерживая слез, плакали, как дети. Все конференции прошли спокойно и носили траурный вид. А когда докладчику задавали вопросы, что, кто будет на месте умершего т. Ленина, и когда докладчик отвечал, что пока неизвестно, то крестьяне говорили, нет и не найти такого, как т. Ленин, и когда вопрос был поставлен о выборе делегатов на похороны т. Ленина, то многие крестьяне заявляли, зачем вы ограничиваете количество делегатов, ибо мы все желаем проститься с нашим дорогим вождем т. Лениным. [В] Колтовской вол. крестьянами был дан наказ, передать рабочим г. Москвы: «Что мы, крестьяне Колтовской вол., считаем, что умер Ленин, но жива его идея, что мы всегда будем поддерживать рабочих»....Богатищевская вол. Сообщение о смерти т. Ленина поразило все население волости. Крестьянство страшно жалеет т. Ленина, никаких агитаций на этот счет нет.Растовецкая вол. В с. Толканове о смерти т. Ленина узнали утром 23 января, и собравшись у крестьянина того же села Венина Игната, который говорил: «Что вот, один был коммунист, который не воровал, и тот умер, и теперь у нас все развалится». На что ему его сосед Шишков отвечал: «Зачем же, ведь т. Ленин целый год уже как болел, а дело идет и налаживается». И вот при встрече с гражданином Шишковым в разговоре с ним он сказал, что лучше бы Шишков умер, чем Ленин, но в общем можно сказать, что со смертью Ленина у крестьян складывается впечатление, что будет какой-нибудь переворот, что касается авторитетом т. Ленин среди крестьян пользуется как никто.Михневская вол. Сообщение о смерти В.И.Ленина пришло 22 января с.г. Многие рабочие, приезжавшие на праздник в деревню, старались уехать в этот вечер в Москву, дабы проститься со своим вождем т. Лениным, но им не удалось, настроение рабочих и крестьян было уже подавленное сожалением о смерти т. Ленина за исключением одного зав[едующего] складом МСПО при станции Михнево, Родионова Владимира Ивановича, который, говоря, что нет у нас теперь главного, и выразил свое желание выбрать на место т. Ленина из беспартийных. После чего в чайной МСПО некто гражданин Баранов (сын дьякона) говорил, что умер мыслитель, остались теоретики.Желевская вол. 22 января по волости стали ходить слухи о смерти т. Ленина и вечером того же числа получена телеграмма, подтверждающая слухи. Председатель ВИКа ничего не предпринял для извещения населения волости и только по требованиям некоторых товарищей сказал, ладно, сообщу, поэтому уловить настроение крестьянской массы не удалось. Только в чайной при станции Желево владелец чайной Кузнецов говорил: «Довольно морочить нам головы, Ленин умер два месяца тому назад, а хоронят его сейчас для того, чтобы съезд избрал нового комиссара»....Везде крестьянство сожалеет о смерти Ленина, как защитнике крестьянства, наиболее чуткого к их нуждам. В Орловской и Смоленской губерниях отмечается, что смертью т. Ленина опечалено даже более состоятельное крестьянство. На траурных собраниях крестьяне часто требуют упоминания т. Ленина в церквях (Марийская обл.), крестятся на его портрет, желая ему «царство небесное» (Смоленская губ.). Некоторые губернии свидетельствуют о значительном сдвиге в сторону соввласти в деревне даже со стороны элементов, до того выражавших недовольство соввластью (Вятская, Смоленская, Брянская губернии). Масса слухов, распространенных в деревне, сводится к тому, что Ленина «отравили за то, что он защищал крестьянство» (Московская, Костромская губернии), выражается беспокойство, что у власти станут евреи. И положение крестьянства со смертью Ленина ухудшится...Настроение в первые дни по смерти Ильича характеризуется общей печалью и подавленностью всех слоев населения независимо от их классовой принадлежности и национальности, что доказывается чрезвычайными, по своей многочисленности, траурными демонстрациями, в которых принимали участие даже торговцы, шедшие в отдельной колонне (Баку).В дальнейшем настроение уже резко дифференцируется по классовому признаку.Менее глубокое впечатление оставила кончина Ленина на крестьянстве, что объясняется, главным образом, вообще характерной для них пассивностью в вопросах политического характера.Влияние антисоветского элемента отмечается сильнее в среде крестьянства, хотя бы тем, что здесь больше всего распространялись и принимались за истину всякого рода провокационные слухи: отравление Ленина, убийство Каменевым Троцкого, Ленин умер от последствий венерической болезни, и что он умер давно, но это держали в тайне, что Ленин убит Троцким, что скоро будет конец власти и т.д. и т.п.Во многих уездах Армении крестьяне с грустью говорили, что единственнным защитником их являлся Ленин, которого они лишились, и полагают, что их положение изменится к худшему. В некоторых уездах еще до дня похорон местное население с разрешения комиссии по проведению траурных дней устраивало церковные панихиды и затем шествия по улицам с портретом т. Ленина. В день похорон в центр (Эривань) съезжались из уездов крестьянские массы всех национальностей.В некоторых районах Грузии, например, Кутаисском у., известие о смерти т. Ленина несколько затормозило сбор налога; объясняется это тем, что крестьяне при крупных событиях всегда ждут каких-либо послаблений в области обложения налогами, почему они и воздержались вносить своевременно налог.Настроение торговой буржуазии и купечества охарактеризовалось боязнью отмены нэпа, введения военного коммунизма и аннулирования всех привилегий, связанных с нэпом. Дальнейшие же мероприятия СССР в области международных взаимоотношений и признания Союза западными государствами положительным образом повлияли на торговцев, и в настоящее время никаких опасений с их стороны не высказывается (Азербайджан).Шовинистическая часть грузинской интеллигенции считала, что со смертью Ленина увеличились шансы на восстановление независимости. Влияние антисоветских партий, как указано выше, успеха не имело. Федералисты выпустили прокламацию: «Ленин умер, спасай Грузию». Активное выступление имело место в Боржоми, где неизвестными были сняты траурные флаги с железнодорожной станции. Сообщество Истмат.

22 января, 07:51

Миф или ложь (Всё о репрессиях)

(Интересные источники современной правды-коротко и ясно)Самым убойным «разоблачением» якобы преступлений Сталина вообще, а против своего народа, в частности, господа Хрущев, Солженицын, Сванидзе, Зюганов и прочая, прочая выдвигают развязывание в истории Советской власти репрессий, которые повлекли за собой якобы десятки миллионов (а по Солженицыну – аж СТО ДЕСЯТЬ МИЛЛИОНОВ???) человеческих безвинных жертв. Заметьте, что с каждым годом строительства «светлого» капитализма число «сталинских» жертв растет в геометрической прогрессии, и остановки этой клеветнической истерии пока не видно.А если мы невольно затронули нынешнюю политическую систему, то стоит только в новейшей истории России появиться на горизонте политического небосклона даже мало мальского намека на кризис, тут же словно по отмашке невидимого дирижёра начинают раздаваться вопли о «сталинских репрессиях» с новой силой. Одновременноправдолюбы и подпевалы нынешнего режима всех мастей и политического окраса начинают соревноваться в выискивании «обвинений», которые выглядят одно абсурднее другого. Вот яркий пример такого «сочинения» на заданную (или проплаченную) тему: «Наиболее мощный удар по русскому народу нанесли в 1917 году, когда власть в Российской Империи захватили настоящие ЧЁРНЫЕ МАСОНЫ, которые для публики называли себя “большевиками”. Среди этой узурпированной власти, русских по национальности ПРАКТИЧЕСКИ НЕ БЫЛО. О тех, кто составлял эту власть немного позднее.Эта чёрная власть, всеми силами, в первую очередь, обрушилась именно на русский народ, на его культуру, историю. В созданных концентрационных лагерях, ещё при жизни Ленина, были уничтожены миллионы русских людей, цвет нации — РУССКОЕ ДВОРЯНСТВО, РУССКАЯ ИНТЕЛЛИГЕНЦИЯ, КОРПУС РУССКИХ ОФИЦЕРОВ, РУССКИЕ ПРОМЫШЛЕННИКИ, РУССКИЕ КУПЦЫ. Причём, все эти сословия и классы УНИЧТОЖАЛИСЬ ПОД КОРЕНЬ — НЕ ТОЛЬКО МУЖЧИНЫ, НО И ЖЕНЩИНЫ, ДЕТИ, СТАРИКИ.Уничтожались БЕЗ ВСЯКОГО СУДА И СЛЕДСТВИЯ, ТАК КАК НИКАКОЙ СУД, НЕ СМОГ БЫ ПОДВЕСТИ ЮРИДИЧЕСКУЮ ОСНОВУ ПОД УНИЧТОЖЕНИЕ ЦЕЛЫХ КЛАССОВ ОБЩЕСТВА ПО ПРИНЦИПУ КЛАССОВОЙ ПРИНАДЛЕЖНОСТИ.И всё это происходило ПРИ МОЛЧАЛИВОМ СОГЛАСИИ ВСЕГО ОСТАЛЬНОГО МИРА (во многом и при участии). И никто при этом, как это и ни «странно», не кричал, о ГЕНОЦИДЕ РУССКОГО НАРОДА, об уничтожении ЦВЕТА НАЦИИ РУCОВ!(* Кому вообще нужно было уничтожать капитализм в России, если в итоге всё снова вернулось к этой системе? Никогда не задумывались? А теперь посмотрите на национальность новоявленных “российских” капиталистов. А также сравните уровень жизни и занятость сегодняшних русских рабочих и крестьян, и тех что жили до революции. Источники о тех дореволюционных русских нужно брать не коммунистические (там одно вранье, ясно всем). И еще посмотрите – чью культуру настойчиво насаждают русским, чтоб они даже не вспоминали о своих исторических корнях. Понятно почему – ведь только особенности общей культуры и истории формируют нацию.)Многие, «подкованные» советским воспитанием, могут возразить: «Но это же были представители эксплуататорских классов!?» Так писали — «великий» Карл Маркс и не менее «великие» его последователи — Фридрих Энгельс, Владимир Ульянов, Лев Троцкий и многие, многие другие. Все, упомянутые выше, как и большинство других «теоретиков» и «практиков» революции, были по национальности иудеями.Так почему же называют революцию в России — “Великой Русской Революцией”, если она теоретически была обоснована иудеями, ими же была практически воплощена в жизнь на деньги, опять-таки, в основном, американских иудеев? Последнюю часть этих денег — 20 000 000долларов, доставил в Россию в августе 1917 года иудей по национальности, родившийся в Российской империи, американский гражданин — Лев (Лейба) Троцкий (Бронштейн). Именно на эти огромные, по тем временам, деньги, на американское золото «союзника» России, ЧЁРНЫЕ МАСОНЫ ИУДЕЙСКОЙ НАЦИОНАЛЬНОСТИ НАНЯЛИ ЛАТЫШСКИХ СТРЕЛКОВ, КИТАЙСКИХ УГОЛОВНИКОВ, КОТОРЫЕ ВМЕСТЕС ИУДЕЙСКИМИ БОЕВИКАМИ СВЕРШИЛИ ВЕЛИКУЮ «РУССКУЮ» РЕВОЛЮЦИЮ. При этом, свергнув Временное правительство, возглавляемое к тому времени опять-таки ИУДЕЕМ Керенским. Так, что же во всём этом есть русского, кроме названия?После победы «Великой Русской Революции» и уничтожения цвета русской нации, новые ЧЁРНЫЕ ПРАВИТЕЛИ уморили искусственным голодом ДВАДЦАТЬ МИЛЛИОНОВ КРЕСТЬЯН и, опять таки, большинство из которых были «почему-то» РУССКИМИ, УКРАИНЦАМИ И БЕЛОРУССАМИ, пытаясь заставить их «добровольно» вступать в КИБУЦЫ (колхозы), идею которых «подбросил» иудею Сталину иудей Каганович.Только странным образом почему-то в израильских кибуцах (колхозах), иудейские переселенцы получают в своё пользование на время нахождения в кибуце коттедж, некоторую зарплату и за всё это иудей должен «отработать» только несколько часов в день, а остальное время, они имеют возможность бесплатно изучать язык или учиться. И всё это — только при желании переселенца, но, ни в коем случае, не насильственно. В то время, как русских крестьян иудеи-большевики загоняли в колхозы из-под палки, отбирая в общественное пользование всё, что они нажили своим трудом, своим «горбом». «Добровольный» массовый поход русских крестьян в колхозы с треском провалился, но это неослабило стремление «народной власти» вести крестьян в их светлое будущее, которое они НЕ «понимали» в силу своей темноты «непросветной».Для того, чтобы русский мужик увидел этот «свет», власть держащие иудеи решили произвести «просветление душ», создавискусственный голод, выгребя у крестьян всё зерно, включая посевное. Собрав огромное количество первоклассного зерна, коммунисты за бесценок продали это зерно на американской бирже, через лучшего друга Советов — Хаммера, тоже, кстати иудея. Вызвав, тем самым, кризис на бирже, в результате которого американские фермеры вынуждены были или выбрасывать своё зерно или за гроши продавать его тому же Хаммеру. А Хаммер отправлял баржи с этим зерном для голодающих в СССР в обмен на бесценные «безделушки», которыми набивали под «завязку» эти же самые баржи, воинствующие безбожники. Набивали «безделушками», которые русская православная церковь почему-то накапливала почти тысячу лет…Искусственный голод унёс ДВАДЦАТЬ МИЛЛИОНОВ ЖИЗНЕЙ, но желаемого «просветления» у русского мужика НЕ ВЫЗВАЛ. Даже, после такого «просветления», русский крестьянин упорно НЕ ЖЕЛАЛ «добровольно» идти в колхоз. И тогда было найдено воистину «соломоново решение» — крепкий крестьянин был ОБЪЯВЛЕН КУЛАКОМ и … ещё ПЯТЬ МИЛЛИОНОВ человек, в одночасье были полностью ограблены и выброшены из своих домов и в том, что было на них, они были отправлены в Сибирь. Отправлены были эти «добровольные переселенцы» для проживания не в готовые коттеджи в благоустроенных поселениях, а на природу, в чистое поле, точнее в девственную тайгу. Людей высаживали посредиь этой девственной тайги, давая для «благоустройства» на эшелон один топор, одну пилу и одну лопату. Люди, в лучшем случае, успевали зарыться в землю. В этих условиях мало кто переживал зиму…Кто-то может возразить, приведя в аргументы то, что партия большевиков, которая полностью вышла из бунда служила «пролетариату». Но, «почему-то», забывают уточнить, что партия социал-демократов (фракция большевиков) вышла из недр БУНДА! Бунда, который был иудейской (еврейской) националистической партией, другими словами — сионисткой партией. А среди иудеев рабочих и крестьян практически НЕ БЫЛО! И эта партия «служила» единственно «революционному» классу — ПРОЛЕТАРИАТУ? Но «каким-то» образом все КВАЛИФИЦИРОВАННЫЕ РАБОЧИЕ КАДРЫ были «почему-то» УНИЧТОЖЕНЫ большевиками одними из первых. Класс, интересы которого, большевики-ленинцы так рьяно отстаивали, посредством диктатуры пролетариата, был уничтожен ими же практически полностью.Тут явно какое-то недоразумение, скажут многие. Никакого недоразумения вовсе и НЕ НАБЛЮДАЕТСЯ. Всё дело в том, что квалифицированные рабочие НЕ НУЖДАЛИСЬ в ком-то для отстаивания своих интересов. Они получали хорошую зарплату, по крайней мере, в несколько раз большую, чем их собратья в «развитых» западных странах. На предприятиях имелись детские сады и ясли, в отпуск они могли себе позволитьпоехать отдыхать в Италию, Грецию и т.д., что явно не соответствовало образу УГНЕТЁННОГО КЛАССА, которому «нечего терять кроме собственных цепей».Чтобы не было кому опротестовать подобную «ЗАЩИТУ», их «просто» уничтожили и после этого с лёгким сердцем отстаивалиинтересы уже НЕСУЩЕСТВУЮЩЕГО КЛАССА.Ловкий ход, не правда ли!? Подтверждением этому может служить и такой факт, что на момент революции в партии большевиков числилось двадцать пять тысяч членов, практически все из которых были ПРОФЕССИОНАЛЬНЫМИ РЕВОЛЮЦИОНЕРАМИ и большинство из них при этом жили в иммиграции, и жили на широкую ногу, что стоило в те, не столь далёкие времена, довольно дорого. Напомню, что профессиональный революционер занимается ТОЛЬКО РЕВОЛЮЦИОННОЙ ДЕЯТЕЛЬНОСТЬЮ и ничем другим. Так что, если в этой партии и были рабочие, так ТОЛЬКО БЫВШИЕ. Все члены партии —профессиональные революционеры, «РАБОТА» которых заключалась в подрыве существующего государственного строя и требовала огромных ФИНАНСОВЫХ СРЕДСТВ для её проведения. Поэтому, грабёж банков и т.д., уголовниками-боевиками партии (кстати, одним из которых и был Сталин) давал только маленькую толику этих средств. Основные средства НА РЕВОЛЮЦИЮ В РОССИИ поступали из далёкой Америки и, как ни странно, опять-таки в роли «Дедов Морозов» для большевиков выступали американские миллиардеры. И опять-таки, эти американские миллиардеры «почему-то» все, как один, были ИУДЕЯМИ. Не правда ли — странно всё как-то получается в ВЕЛИКОЙ «РУССКОЙ» РЕВОЛЮЦИИ! Революцию ГОТОВИЛИ ИУДЕИ, её СВЕРШАЛИ ИУДЕИ,её ФИНАНСИРОВАЛИ ИУДЕИ, после революции — СТРАНУ ВОЗГЛАВИЛИ ИУДЕИ.Но, тем не менее, она в книгах по исТОРии значится, как «ВЕЛИКАЯ» РУССКАЯ!? Да, присутствует ещё один момент и далеко не самый последний — она (революция) УНИЧТОЖАЛА в основном РУССКИХ и других СЛАВЯН. Далее горский иудей Джугашвили (Сталин), фамилия которого, при переводе с грузинского, означает — “сын иудея”, репрессировал десятки миллионов человек, большинство из которых опять-таки были РУССКИМИ, УКРАИНЦАМИ, БЕЛАРУСАМИ. Конечно, от всего этого страдали и все другие народы России, но ПОДАВЛЯЮЩЕЕ БОЛЬШИНСТВО жертв этого режима пришлось на долю славян, русского народа, как и большинство жертв Второй Мировой Войны. Из пятидесяти миллионов погибших в ней, около ТРИДЦАТИ МИЛЛИОНОВ приходится на жителей Советского Союза, большинство из которых были всё те же СЛАВЯНЕ — РУССКИЕ, УКРАИНЦЫ, БЕЛАРУСЫ и более девяти миллионов немцев. И даже после окончания войны, процесс уничтожения славян не прекращался, а только принимал другие формы. Это и информационные войны (образование, СМИ), и генетические (ГМО, прививки), и демографические (аборты) В принципе, весь двадцатый век — последний век НОЧИ СВАРОГА2 — был веком ГЕНОЦИДА РУССКОГО НАРОДА. Русского народа, который потерял, по разным подсчётам, от семидесяти до девяноста миллионов своих сынов и дочерей, а это только прямые потери… Поэтому, когда во всём мире обвиняют русских за распространение коммунистической заразы, становится больно и горько от подобной НЕСПРАВЕДЛИВОСТИ. И кто больше всего кричит об этом — ИМЕННО ТЕ, КТО И ЕСТЬ РЕАЛЬНЫЕ ВИНОВНИКИ ЭТИХ ЗЛОДЕЯНИЙ — ИУДЕИ, ВЫСТАВЛЯЯ СЕБЯ, КАК «ЖЕРТВУ» ЭТОЙ СИСТЕМЫ.Хамелеон, меняет свою окраску каждый раз, когда это ему выгодно, но почему все остальные молчаливо взирают на это со стороны? Может быть они надеются на то, что если они промолчат, то их не тронут и дадут жить «спокойно»? Но обычно, сожрав одну овцу и проголодавшись, змея ищет новую — не следует об этом забывать. Геббельс отдыхает после такогообвинительного опуса.Наверное, автор при написании такого «обвинительного» разоблачения якобы совершенных Советской властью преступлений столь яростно исходил злобой, что напрочь забыл про правила орфографии. Охватывает брезгливость от таких ревностных национал-патриотов, которые ратуют якобы за защиту русских, а на деле толкают Россию в пропасть. А нам, коммунистам, приходится в тысячный раз оправдываться от столь нелепых «обвинений». Так, сегодня вся эта шалупень, называя себя «свободными борцами за восстановление исторической справедливости», истерически вопит из всех телеканалов о многомиллионных сталинских репрессиях с 30-х годов прошлого века.                                                                                                                  Давайте будем разбираться.Итак…Были ли репрессии в СССР? Если этот факт имел место быть, то каковы основные причины? Каково реальное количество было репрессированных?Для начала определимся, что означает само понятие «репрессия».Репрессия (позднелат. repressio — подавление, от лат. reprimo —подавляю), наказание, применяемое государством. Уголовное, политическое, да элементарное взимание штрафа за какое-либо правонарушение – есть репрессия. Мы все знаем ленинское определение государства – «это есть машина для подчинения одного класса другим». Тем самым при любом режиме одной из функций государства является именно репрессирование. Поэтому и при СССР естественно были репрессии со стороны государства. Современные «правозащитники» в своем стремлении очернить славное прошлое нашей страны стали на путь прямой фальсификации исторических фактов и многократного увеличения истинных цифр так называемых репрессированных. А защитные мероприятия государственной социалистической машины преподносят как беззаконные, ужасные и кровавые личностные деяния Сталина, направленные против честных, трудолюбивых сограждан. А факт существования классовой войны ими вообще не рассматривается.В чём природа столь агрессивного неприятия действий Советской власти? Дело в том, что классовая борьба, которую вела Советская власть, не прекратилась до сих пор. Это тяжело понять особенно молодому поколению, поэтому обратимся к событиям сегодняшнего дня…Новейшая история России прошла (вернее будет так – еще проходит) под знаком борьбы сваххабизмом. Две военные кампании в Чечне, многочисленные теракты унесли слишком много жизней. Теперь возникает ряд вопросов: "Правильно ли поступает в данной ситуации существующий режим в России по уничтожению шахидов, боевиков"? Безусловно, ДА. "Были при этой борьбе безвинные или случайные жертвы"? Безусловно ДА. "Можно былоабсолютно избежать в этой войне случайных жертв вообще"? НЕТ. "Можно причислить антитеррористическую операцию считать репрессиями"? ДА. При этом данная сложившаяся ситуация вокруг борьбы с ваххабизмом нашим обществом воспринимается как должное. А теперь рассмотрим эту же ситуацию несколько с другой стороны. Допустим (дело доведем до абсурда), что в 206… м году в России установился режим ваххабитов. Правозащитники – шахиды тут же будут твердить, что Путин – кровавый тиран, который миллионами мочил в сортире безвинных защитников истинной веры. Кремлевские жиды повинны в геноциде кавказского народа и т.д. и т.п. Ну и как? Это ничего не напоминает?!Данный пример борьбы с ваххабизмом при этом носит локальный характер, замешанный на межрелигиозной почве. А вся история становления Советской власти прошла подзнаком непримиримой классовой борьбы. Сталин в своё время на этом обстоятельстве акцентировал внимание: «Мы имеем врагов внутренних. Мы имеем врагов внешних. Об этом не надо забывать, товарищи, ни на одну минуту». На поверку же выходит, что сегодня нынешнему буржуазному режиму позволительно вести репрессивные мероприятия, а Сталину – ни-ни. Вместо объективного изучения причин и мер самозащиты Советской власти во время обострения классовой борьбы мы наблюдаем огульную истерическую клевету деяний Ленина и Сталина.Что это? Всего лишь –банальный всплеск реваншистских буржуазных интересов, который легко просматривается во всех сегодняшних нападках и попытках очернения Советскойвласти вообще, а имен Ленина и Сталина – в частности.Далее… Оппоненты часто оперируют просто сумасшедшими цифрами якобы безвинно расстрелянных и уничтоженных людей. И подленько так, пытаются отдельные случаи (зачастую не имеющих юридического сопровождения) якобы безвинные репрессии в отношении своих родственников выдать за системное преступление Советской власти. Остановитесь и вдумайтесь сами…Сегодня в России идет полным ходом строительство капитализма. Т.е. не должно быть того противостояния капиталистической и социалистической систем, которое довлело над Республикой Советов. Тем не менее, за двадцать с небольшим лет в России по официальным данным уже совершенно свыше 350!!! терактов. Число уничтоженных боевиков и шахидов по некоторым данным перевалило за сто тысяч. Это еще в условиях действия моратория в нашей стране на смертную казнь. А что тогда говорить оситуации в нашей стране в первой половине прошлого века?! Или насколько вольготно чувствуют сегодня в России казнокрады, чинуши-коррупционеры. А при Советской власти они все были бы в местах не столь отдаленных. Как говорил Жеглов: «Вор должен сидеть в тюрьме!» А сегодня сидят в высоких кабинетах те, кто грабить народное состояние может! Вернее, - кому дозволено.Господа злопыхатели Советской власти! Не пора ли вам посмотреть в зеркало?!Антисталинист - это всегда русофоб. Случайно ли именно Сталин оказался главной мишенью пропаганды внешних врагов России, которые то сравнивают его с Гитлером, то пытаются убедить мировую общественность в том, что Сталин оккупировал пол Европы, а также устроил геноцид украинского народа? Как оценивать действия тех, кто раздувает антисталинскую истерию внутри России? С обезумевшими от страха глазами они соревнуются с друг другом в придумывании количества жертв сталинских репрессий, ставшими для них таким же “символом веры”, как жертвы Холокоста.По мнению учёного Сергея Лопатникова: “С момента смерти Сталина на его дискредитацию потрачены десятки миллиардов долларов, прежде всего в СССР и России. Сняты тысячи псевдо-исторических фильмов, нагромождены горы лжи, тысячи “историков” промывают мозги людям во всем мире, делая из Сталина “страшилку” для детей. Немудрено. Вся сволочь мира ненавидит человека, который за первые 19 лет управления страной увеличил ее индустриальное производство в без малого 70 раз и из африканского состояния превратил во вторую в мире, а по целому ряду параметров и первую в мире страну.  Тем более интересно, что на даже Западе, в США, начинают появляться люди, до которых доходит ИСТИНА. Чем больше фактов о Сталине и его эпохе узнаешь, тем грандиознее вырисовывается фигура этого Великого Гения.Для меня сегодня - отношение к Сталину - это критерий ума и честности: анти-сталинист - это либо малограмотный дурак, либо подлец. Третьего не дано”.Но если с подлецами, метящами в Сталина, чтобы попасть в Россию, - всё понятно, то о феномене малограмотных дураков стоит сказать особо. Своими мыслями на этот счёт поделился писатель Димарг Узольцефф “Как Сталина воспринимает стандартная чернь? Вот, сидит огромный Сталин и, время от времени, позёвывая, приказывает кого-нибудь расстрелять. Черни бесполезно объяснять, что абсолютной власти не бывает, что существует Реальная Действительность, что убогие торгаши в принципе не способны адекватно воспринимать и оценивать таких личностей как Сталин. Миллионы несуразных уродцев, копошащихся в копеечных делишках и неспособных взять на себя ответственность за судьбы хотя бы нескольких десятков людей, считают себя вправе судить человека, который двадцать пять лет управлял огромной страной. Люди, для которых бытийный максимум – это годами писать бредятину в Интернете, люди, не способные управлять ротой десантников или заводом, люди, которые никогда не сталкивались с той колоссальной экзистенциальной нагрузкой, которая есть управление гигантской государственной машиной, сидят дома перед мониторами и бредят – именно бредят! – о Сталине. Я смотрю на их дешёвую трескотню и думаю: а они сами-то понимают, что они все поголовно – дебилы? Дебилы – в самом что ни на есть медицинском смысле этого слова, в глубоко-антропологическом?! Если человек не способен вырасти до того – хотя бы социального – уровня, где ему приходится принимать конкретные решения по вопросам ценности человеческой жизни, где ему необходимо распоряжаться судьбами миллионов живых людей – такой человек вообще не имеет “нравственного права” произносить вслух что-либо об Иосифе Виссарионовиче. Сталин мыслил эпохами, народами и континентами. У этого человека было двести пятьдесят миллионов детей, которых до Сталина за несколько столетий иноземного рабства довели до такого состояния, что без такого отца как Сталин они были обречены на то, чтобы служить навозом для удобрения почвы Западной цивилизации. Зло? Да, делая добро, Сталину пришлось сделать много так называемого “зла”, чем он спас страну от ещё большего – настоящего – зла. Правильно и адекватно оценивать политическую реальность невозможно, обладая мировоззрениеммиллионов домашних интернетовских недоумков”.Русские не просто помнят Сталина, они считают его одной из самых выдающихся личностей в истории России. Мало того – они желают его возвращения. Знаете почему? Русские хотят Справедливости.......(Автор+автор+ссылки на статьи все мои)

22 января, 07:27

Письмо из Волгограда: ВШЭ массово воспитывает из школьников оппозицию в лучших школах России

Ну и собственно с месяц назад приходит приглашение на какую-то школу для выпускников в Москву на неделю или около того. Надо пройти тест и отправить по почте.

22 января, 00:00

Мемория. Александр Мень

22 января 1935 года родился Александр Мень, православный богослов, проповедник, приведший в Церковь многих представителей интеллигенции.   Личное дело  Александр Владимирович Мень (1935-1990) родился в в Москве. Его отец Владимир Григорьевич (Вольф Герш-Лейбович) Мень работал главным инженером текстильной фабрики в Орехово-Зуеве и был человеком нерелигиозным. Мать же, Елена Семёновна,  с юности тянулась к христианству. В возрасте шести месяцев Александр был тайно крещён вместе с матерью в Сергиевом Посаде священником Катакомбной церкви отцом Серафимом (Батюковым). Когда Александру было 6 лет, НКВД арестовал его отца. Больше года тот провел под стражей, а затем до конца войны был вынужден работать на Урале. Учился Мень в московской школе № 1060 в Стремянном переулке, в 1953 году поступил в Московский пушно-меховой институт в Балашихе, который в 1955 году был переведён в Иркутск. Был отчислен из института за религиозные убеждения в марте  1958 года, когда уже сдал первый госэкзамен. Вместо диплома ему выдали справку о том, что он прослушал пятилетний курс. Через два с половиной месяца после отчисления из института - 1 июня 1958 года - , Александр был хиротонисан во диакона и переехал с женой и маленькой дочерью в Акулово. Поскольку жалованье диакону положили мизерное — 100 рублей на «старые деньги», он подрабатывал публикациями в «Журнале Московской Патриархии». В конце 1958 года появилась его первая статья в журнале, а всего за четыре года было напечатано около сорока статей. Первой акуловской осенью он закончил и большую работу «О чем говорит и чему учит Библия». Эта книга явилась как бы основой, из которой в дальнейшем вышло шесть томов серии «В поисках Пути, Истины и Жизни». В ней содержалась значительная часть идей, получивших свое развитие в последующих книгах. 1 сентября 1960 года, после окончания Ленинградской духовной семинарии (заочно) — Александр Мень был рукоположен в священника. В 1965 году закончил заочно Московскую духовную академию. Служил в ряде подмосковных приходов. С 1970 по 1990 годы был настоятелем Сретенской церкви в Новой Деревне (микрорайоне города Пушкино). Был убит утром 9 сентября 1990 года, когда направлялся в церковь на службу. Предположительно, к нему подошел какой-то человек и протянул записку. Пока Мень читал её, из кустов выскочил еще один человек и с силой ударил его сзади топором (по другой версии — сапёрной лопаткой). Обливаясь кровью, священник сперва направился к станции, но потом, теряя силы, повернул назад, к дому, дошёл до калитки и упал. Спасти его не удалось. Убийство осталось нераскрытым. Могила Александра Меня находится возле церкви в Новой Деревне, в которой он прослужил двадцать лет до самой своей смерти.   Чем знаменит Александр Мень был уникальной фигурой для своего времени. По  словам Людмилы Улицкой, это был первый встреченный ею «серьезно образованный человек, исповедующий Христа». Сочетание широкой эрудиции, открытости к светской культуре, необыкновенной доброжелательности и внимания к людям, желание понять каждого собеседника выдвинуло Меня в число известнейших христианских проповедников и привлекало к нему множество людей, в том числе и представителей интеллигенции. Его даже называли «Апостолом советской интеллигенции». «Вокруг отца Александра клубились толпы самых разных людей: престарелые матроны с амбициями, художественные тетеньки, честолюбивые юноши, недооцененные гении и целый легион несчастных женщин всех мастей - брошенных жен, обманутых невест, униженных матерей. И приносили к нему не столько духовные искания, сколько свои горести, иногда вполне реальные, иногда выращенные на пустом месте фиктивные страдания, взамен же требовали того, чем он обладал: веры, свободы и радости. Однажды, по молодости и по глупости, я спросила у него, почему к нему стоит целая очередь из сумасшедших и дураков. Он был так великодушен, так зорко видел людей, что не стал меня обличать, а сказал только, что Христос пришел к бедным и больным, а не к богатым и здоровым», - вспоминала Людмила Улицкая. Главным трудом отца Александра стала «История религии» в семи томах, состоящая из серии «В поисках пути, истины и жизни» и книги об Иисусе «Сын Человеческий», в которой автор рассматривает историю нехристианских религий как путь к христианству в борьбе магизма и единобожия. «Отход от церковно-исторических вопросов (я остановился в своей рукописи на XV веке) был обусловлен тем, что я отчетливо услышал призыв перейти к делам, имеющим прямое отношение к проповеди веры, к уяснению людям смысла Библии и Евангелия. В те годы Священное Писание стало все чаще попадать в руки людей (в иркутском соборе лежали на прилавке и довольно медленно расходились экземпляры Библии среди рядовых читателей, даже образованных, не говоря уж о прочих), - писал Мень. - В результате получился том (400 машинописных страниц) под названием: "О чем говорит и чему учит Библия". Книга вышла весьма несовершенная, но она стала черновым прототипом и планом для шеститомника "В поисках Пути" и, в первую - "по времени" - очередь, для "Сына Человеческого"». Написать книгу о Христе, прибегнув к синтетическому методу, Мень задумал еще в институте. Он хотел соединить свое видение и понимание живого Христа, новейшие данные истории, археологии, библейской критики, литературного анализа и изложить в ней основы христианского вероучения. Книга «Сын Человеческий» мгновенно разошлась в самиздате, ведь подобных книг в России не было. Она была написана живым современным языком, очень доходчиво, и вместе с тем простота изложения не умаляла глубины содержания. Христос-Человек в ней был осязаем и реален, и с не меньшей убедительностью была показана его божественность. Александр Мень был одним из основателей Российского библейского общества и  Общедоступного православного университета, а также журнала «Мир Библии». Он активно поддерживал благотворительную деятельность, стоял у истоков создания Группы милосердия при Российской детской клинической больнице, которая впоследствии была названа его именем и стала одним из значительных благотворительных проектов.   О чем надо знать   Александр Мень Александр Мень неоднократно подвергался критике со стороны ультраконсерваторов за свои экуменические взгляды, готовность к диалогу с представителями других  религий и христианских конфессий. Некоторые из них утверждали, что высказывания отца Александра противоречат основам православного учения,  и обвиняли его в симпатиях к католицизму. Православный богослов профессор МДА А. И. Осипов не рекомендовал книги протоиерея Александра Меня для знакомства с православием. Священник Даниил Сысоев вообще считал Александра Меня еретиком. Однако официальные церковные инстанции никогда не присоединялись к этой критике. Сам же Александр Мень так писал об экуменизме своей духовной дочери Александре Орловой-Модель: «Экуменизм имеет два истока: либо подлинную широкую и глубокую духовность, которая не страшится чужого, либо поверхностное смешение всего в кучу. Разумеется, я за экумену первого типа. Но до него доходят немногие. Отсюда твои наблюдения. В словах игумена о святых, что они «чужие» — не только ограниченность, но нежелание вместить иной опыт. А особенности этого опыта не касаются Евангелия как такового. Их источник — культурная традиция и этнопсихология … Сказать, что 700 млн католиков и 350 млн протестантов находятся в заблуждении, а только мы одни истинная церковь — значит пребывать в безумной гордыне, ничем не оправданной».   Прямая речь «О католической Церкви в то время я больше всего получал сведений из антирелигиозной литературы; но, как только стали доступны более объективные источники, я увидел, что в ней, если говорить о послепатристических веках, творческая и открытая миру тенденция получила широкое развитие (при этом слепая идеализация католичества была мне всегда чужда). Это "открытие" послужило исходной точкой для моих экуменических убеждений. Правда, я не предполагал тогда, что события начнут развиваться в этом направлении столь быстро. Вся окружавшая меня церковная среда резко осуждала мои настроения. Когда же с понтификатом Иоанна XXIII начался неожиданный поворот, я торжествовал. Ведь раскол наносил огромный ущерб, и диалог воспринимался как оплодотворяющая сила», - Александр Мень. Воспоминания о студенческих годах.  «Все свои знания, энциклопедическую эрудицию, самые разнообразные интересы в науке, художественной литературе, искусстве, все свои таланты, ему от Бога дарованные, отец Александр поставил на службу проповеди. Проповедовал он неустанно. Проповедовал всегда принципиально, притом на языке, доступном для современников», - архиепископ Михаил (Мудьюгин) об Александре Мене. «Приходило живое Счастье. В шляпе, при бороде, с портфелем, всегда туго набитым книгами и бумагами, – Счастье, сразу бравшееся за телефон, полное забот о ком и о чем угодно, но не о себе, меньше всего беспокоившееся об условностях (какой духовный отец назовет себя чаду своим детским домашним именем?)», - врач Владимир Леви об Александре Мене. «Отца Александра ненавидели церковные мракобесы и националисты. У него было трудное жизненное задание - быть евреем и православным священнником в антисемитской, едва тронутой христианством стране. Он знал, до какой степени заражено идолопоклонством сегодняшнее православие, и сделал бесконечно много для освобождения душ от языческого пленения. За это и ненавидели его мракобесы тайные и явные. За это и убили. Мне кажется, он был святой», - Людмила Улицкая.   7 фактов об Александре Мене  С раннего детства Александр Мень  ежедневно обращался к Христу, размышлял на евангельские темы. В 14 лет начал писать полухудожественную повесть о Христе, но прервал ее, поняв, что необходимо многое уяснить и пополнить свои богословские и исторические знания. В 1951-52 годах, делая  первый набросок своего синтетического труда о науке и вере, о Библии и Церкви, Александр Мень посещал костел, баптистов и синагогу. Понравилось ему только в костеле. Когда известие о рукоположении исключенного выпускника дошло до института, в котором учился Мень, разыгрался скандал. Получилось, что готового специалиста, который должен был по крайней мере три года отработать на государство, толкнули в объятия Церкви. Отец Александр Мень — один из зачинателей христианского «самиздата» 1960-х годов. До середины 1980-х годов его труды издавались главным образом за границей под псевдонимами Э. Светлов, А. Боголюбов и А. Павлов (эти псевдонимы были даны зарубежными издателями без согласования с автором). Мень был духовным наставником, а часто и крёстным отцом многих диссидентов 1970-х и 80-х годов, хотя сам воздерживался от активной правозащитной деятельности, видя свою миссию в духовном просвещении. Новодеревенский храм, куда Меня перевели в 1970 году, был, собственно, большой деревянной избой. Внутри бревенчатые стены были оштукатурены и сильно завешаны разными иконами, а потолок пестро расписан евангельскими сценами. Первой реакцией московских чад отца Александра, когда они пришли вслед за своим пастырем в этот храм, был скорбный вздох: «Смерть эстетам!». На месте гибели отца Александра Меня в мкр. Семхоз (ныне в черте города Сергиев Посад) воздвигнут храм в честь преподобного Сергия Радонежского.   Материалы об Александре Мене Александр Мень. «Воспоминания о студенческих годах» Людмила Улицкая. «Он любил тех ближних, которые ему достались» Владимир Леви. «Приходило живое счастье…» Зоя Масленикова. «Жизнь отца Александра Меня» Диакон Андрей Кураев. «Александр Мень: потерявшийся миссионер» Наследие протоиерея Александра Меня Статья об Александре Мене в Википедии

21 января, 17:22

Как нам обустроить Шендеровича: Роман Носиков о генетике, селекции и ярме

Есть у нас и отрицательный отбор, и его печальные результаты. Есть у нас и рабство, жестко въевшееся в души и культуру. Но там ли Шендерович их ищет?

21 января, 16:27

Умер Ленин...

Оригинал взят у skif_tag в Умер Ленин...Холодным вечером 21 января 1924 года, ровно 93 года назад, не стало Владимира Ильича Ленина, вождя мирового пролетариата и основателя первого в мире государства рабочих и крестьян.Он очень тяжело умирал. Нарушена речь, парализация...Последние сутки Ленина один из лечивших его врачей, профессор Осипов, описывает так: "20 января Владимир Ильич испытывал общее недомогание, у него был плохой аппетит, вялое настроение, не было охоты заниматься; он был уложен в постель, была предписана легкая диета. На следующий день это состояние вялости продолжалось, больной оставался в постели около четырех часов. Мы навещали его утром, днем и вечером, по мере надобности. Выяснилось, что у больного появился аппетит, он захотел поесть; разрешено было дать ему бульон. В шесть часов недомогание усилилось, утратилось сознание, и появились судорожные движения в руках и ногах, особенно в правой стороне. Правые конечности были напряжены до того, что нельзя было согнуть ногу в колене, судороги были также и в левой стороне тела. Этот припадок сопровождался резким учащением дыхания и сердечной деятельности. Число дыханий поднялось до 36, а число сердечных сокращений достигло 120-130 в минуту, и появился один очень угрожающий симптом, который заключается в нарушении правильности дыхательного ритма, это мозговой тип дыхания, очень опасный, почти всегда указывающий на приближение рокового конца.Конечно, морфий, камфара и все, что могло понадобиться, было приготовлено. Через некоторое время дыхание выровнялось, число дыханий понизилось до 26, а пульс до 90 и был хорошего наполнения. В это время мы намерили температуру — термометр показал 42,3 градуса — непрерывное судорожное состояние привело к такому резкому повышению температуры; ртуть поднялась настолько, что дальше в термометре не было места. Судорожное состояние начало ослабевать, и мы уже начали питать некоторую надежду, что припадок закончится благополучно, но ровно в 6 часов 50 минут вдруг наступил резкий прилив крови к лицу, лицо покраснело до багрового цвета, затем последовал глубокий вздох и моментальная смерть. Было применено искусственное дыхание, которое продолжалось 25 минут, но оно ни к каким положительным результатам не привело. Смерть наступила от паралича дыхания и сердца, центры которых находятся в продолговатом мозгу". Существовала и неофициальная точка зрения, что причиной болезни и смерти Ленина стал нейросифилис, которым тот заразился еще в молодости, во время пребывания в Париже. В советское время эта точка зрения была строго засекречена, и только в конце ХХ века, с открытием архивов, стали появляться публикации с рассуждениями на эту тему.В пользу этой версии были достаточно серьёзные аргументы, как впрочем, и в пользу официальной версии смерти от инсульта.Я же от себя хочу сказать, что то, что когда-то казалось важным, по прошествии времени кажется совсем не имеющим значения. На самом деле, какая разница от чего, от какого заболевания умер этот человек? Он в любом случае вписал своё имя в историю, для кого-то он в любом случае останется героем, для большинства он злодей не зависимо от причины смерти...Последние фото тяжело больного Владимира Ульянова"Пусть лучше погибнут девяносто процентов русского народа, но чтобы оставшиеся десять увидели мировую революцию!""Чем большее число представителей реакционного духовенства и реакционной буржуазии удастся нам по этому поводу расстрелять, тем лучше." “Поощрять энергию и массовидность террора, расстрелять на месте одного из десяти, сомнительных запереть в концентрационный лагерь, расстрелять и вывезти сотни проституток.”"Вести и провести беспощадную, террористическую борьбу и войну против крестьянской и иной буржуазии, удерживающей у себя излишки хлеба. Точно определить, что владельцы хлеба, имеющие излишки хлеба и не вывозящие их на станции и в места сбора и ссыпки, объявляются врагами народа и подвергаются заключению в тюрьму на срок не ниже десяти лет, конфискации всего имущества и изгнанию навсегда из его общины"."От трудовой повинности в применении к богатым власть должна будет перейти, а вернее одновременно должна будет поставить на очередь задачу применения соответствующих принципов к большинству трудящихся рабочих и крестьян""Подчинение, и притом беспрекословное, единоличным распоряжениям советских руководителей, диктаторов, выбранных или назначенных, снабженных диктаторскими полномочиями..." "Надо сказать, что главная масса интеллигенции старой России оказывается прямым противником советской власти, и нет сомнения, что нелегко будет преодолеть создаваемые этим трудности. Процесс брожения в широких учительских массах только ещё начинается"."Жалкий мещанин, плененный буржуазными предрассудками! Для таких господ  гибель сотен тысяч в справедливой гражданской войне против помещиков и капиталистов вызывает ахи, охи, вздохи, истерики. Интеллектуальные силы рабочих и крестьян растут и крепнут в борьбе за свержение буржуазии и ее пособников, интеллигентиков, лакеев капитала, мнящих себя мозгом нации. На деле это не мозг, а говно."М. Горький на смерть В. Ленина:Он был русский человек, который долго жил вне России, внимательно разглядывал нашу страну, - издали она кажется красочнее и ярче.Владимир Ленин, большой, настоящий человек мира сего, - умер. Эта смерть очень больно ударила по сердцам тех людей, кто знал его, очень больно!Но чёрная черта смерти только ещё резче подчеркнула в глазах всего мира его значение, - значение вождя всемирного трудового народа.И если б туча ненависти к нему, туча лжи и клеветы вокруг имени его была ещё более густа – всё равно: нет сил, которые могли бы затемнить факел, поднятый Лениным в душной тьме обезумевшего мира.И не было человека, который так, как этот, действительно заслужил в мире вечную память.Владимир Ленин умер. Наследники разума и воли его – живы. Живы и работают так успешно, как никто, нигде в мире не работал.М. Горький. В. И. Ленин (отрывок)Бунин о Ленине«...Выродок, нравственный идиот от рождения, Ленин явил миру как раз в самый разгар своей деятельности нечто чудовищное, потрясающее; он разорил величайшую в мире страну и убил несколько миллионов человек - и все-таки мир уже настолько сошел с ума, что среди бела дня спорят, благодетель он человечества или нет?На своем кровавом престоле он стоял уже на четвереньках: когда английские фотографы снимали его, он поминутно высовывал язык: ничего не значит, спорят! Сам Семашко брякнул сдуру во всеуслышание, что в черепе этого нового Навуходоносора нашли зеленую жижу вместо мозга; на смертном столе, в своем красном гробу, он лежал, как пишут в газетах, с ужаснейшей гримасой на серо-желтом лице: ничего не значит, спорят! А соратники его, так те прямо пишут: "Умер новый бог, создатель Нового Мира, Демиург!"...И если все это соединить в одно - ...и шестилетнюю державу бешеного и хитрого маньяка и его высовывающийся язык и его красный гроб и то, что Эйфелева башня принимает радио о похоронах уже не просто Ленина, а нового Демиурга и о том, что Град Святого Петра переименовывается в Ленинград, то охватывает поистине библейский страх не только за Россию, но и за Европу...В свое время непременно падет на все это Божий гнев, - так всегда бывало...»Из выступления в Париже 16 февр. 1924 г.

21 января, 14:43

Письмо из Волгограда: ВШЭ массово воспитывает из школьников оппозицию в лучших школах России

Пришло в личку: Сергей, добрый день! Меня зовут Владимир, живу в Волгограде, периодически читаю твой (надеюсь не против, если на ты?) блог. Хочу поделиться некоторыми мыслями, может оно и ерунда, а может и нет. Все же из мелочей складывается. Предыстория. У меня ребенку 16 лет. Учится в одной из лучших школ города. Это на самом деле так, хорошие учителя, умные дети. Директор сумела создать своего рода "клуб", то есть поступают больше по рекомендациям, чем по блату. Уклон технический, много детей преподавателей вузов, интеллигенции. Есть и блатные, но мало. Для них есть другой вариант - гуманитарный. Там языки и все такое. А у нас математика и физика. Поэтому даже из всяких там администраций детей ведут "производственники", кто работает на земле, а не всю жизнь придолжности. Ну это так, для понимания картины. В прошлом году закончили 9 классов, при переходе в 10-й классы всегда перетасовывают, т.к. они профильные: физика, химия. Где-то весной узнаем, что будет еще один класс. Упоминается слово "экономический", но толком никто ничего не говорит. Потом выясняется, что отбор будет по рейтингу успеваемости, мы проходим. Я не очень хочу еще одного экономиста в семье, хватит и меня с опытом бизнеса в 90-е и дальше, хотел бы, чтоб ребенок занимался каким-то реальным делом. Но переговорил с директором. Сказала - идти. От экономики одно название, а там будут просто хорошо учить. Ну и записались. Все прояснилось уже осенью. Школа стала партнерской от ВШЭ. Деталей я, конечно, не знаю, но по факту, сделали еще один класс. В нем 15 человек (а не 25-30, как в остальных). Все с отличной успеваемостью. Лучшие учителя, часть из вузов (физику ведет бывший зав. кафедрой Политеха). Думаю, что есть какое-то финансирование, может оплата лишних часов, но точно не знаю. Программа как у физического профиля (6 уроков физики в неделю) плюс углубленный русский. ребенок реально пашет, 6-7 уроков в неделю плюс куча заданий. Никакой экономики нет. На этом этапе пока все круто. Очень. Теперь, собственно, о чем письмо. На собрании детям сказали, что класс под патронажем ВШЭ. несколько раз в году к ним приедут кто-то из преподавателей ВУЗа, почитают лекции. Кроме того, для партнерских школ есть куча всяких программ в Москве, гранты и прочие прелести. Только захоти. Большая часть бесплатно. Тоже, вроде бы, все здорово. Но это же ВШЭ, гнездо либералов, так сказать. Поэтому я слегка напрягся. Ну и собственно с месяц назад приходит приглашение на какую-то школу для выпускников в Москву на неделю или около того. Надо пройти тест и отправить по почте. В тесте 4 задания: политология, социология. Два вполне нейтральных, а два примерно таких: 1. Вы занимаетесь в правительстве экономическими вопросами. В стране все плохо, надо проводить реформы. За окном митинг, но разгонять его нельзя. Ну то есть, что делать, если в стране майдан? 2. В стране застой, президента выбирают на 6 лет. На выборы никто не ходит. Вы молодой оппозиционный политик, как вам избраться в Госдуму. "помоги Навальному" :) Ребенок тесты не прошел и письмо с тестом удалил, пока я собирался. Поспрашиваем у одноклассников, думаю, найдем. Вот программа этой школы. Мельком погуглил по фамилиям лекторов, мне они на первый взгляд ничего не говорят, а если приглядеться: Санджай Кумар Раджханс (индус) упоминается как преподаватель Киевского университета. Григорьев Л.М - куча упоминаний, в том числе в 1991 занимался приватизацией, а в 2015 - председатель WWF в России (экологи эти те еще гады). Дмитрий Зайцев в фейсбуке перепосты про разгон каких-то либералов, интервью Ильи Пономарева ну и все такое. Макаренко Борис Игоревич Высказывался по поводу выборов в Думу: ... Первый - если какая-то партия нравится своей программой или лицами, голосуй за неё. Второй - если ни одна не нравится, голосуй за ту, которая наименее неприятна (это как выбор в советском гастрономе - из того, что есть, покупали наименее несъедобное). Третий - если не веришь, что твой голос на что-то повлияет, значит, не веришь власти. Тогда выбирай ту партию, которая тебе кажется самой серьёзной оппозицией такой ситуации, в которой твой голос ничего не значит.[1] Ну я думаю, картина понятна. В ВШЭ куда ни ткни - либерал и оппозиционер. Совершенно очевидно, в каком ключе эти люди будут читать лекции по политологии и социологии. Что получается в сухом остатке. 1. ВШЭ каким-то образом подключает к своей программе лучшие школы по России. Вот список. По Волгограду все с репутацией. Можешь проверить по Екатеринбургу, думаю, то же самое будет. 2. Наиболее умных детей приглашают в специальные классы с повышенным качеством образования 3. Для этих детей проводят бесплатные или почти бесплатные программы образования на базе ВШЭ. 4. Для участия в них надо пройти своего рода тест на убеждения. 5. Тем, кто прошел, читают лекции люди, чьи взгляды гораздо ближе к оппозиционным, чем к государственным. 6. Предположение: за детьми приглядывают, оценивают. И те, кто разделяют идеологию, получат какие-то дополнительные приглашения, в том числе и на учебу. Когда я учился в ВУЗе у нас в группах училась куча иностранцев: негры, арабы. Даже без специальной обработки, за 5 лет получалась русскоязычная элита с хорошим образованием, ориентированная на СССР / Россию. Тут примерно такая же картина. Подготовка либеральной элиты, но для собственной страны. С хорошим образованием и нужной идеологией в головах. Тревожно. Почему, черт подери, ВШЭ "заботится" о подрастающем поколении, а остальным дела нет. Ну да, у нас же нет государственной идеологии... Собственно, поэтому и решил написать, может есть смысл хотя бы подсобрать информацию. Думаю, в школе не последний "призыв", еще полтора года, будет материал. Камраду респект за неравнодушие, отрадно видеть, когда отец следит за тем, кто, а главное - чему обучают ребенка. Вопрос в другом - что с этим делать нам, простым людям? (http://zergulio.livejourn...)

21 января, 14:43

Письмо из Волгограда: ВШЭ массово воспитывает из школьников оппозицию в лучших школах России

Пришло в личку: Сергей, добрый день! Меня зовут Владимир, живу в Волгограде, периодически читаю твой (надеюсь не против, если на ты?) блог. Хочу поделиться некоторыми мыслями, может оно и ерунда, а может и нет. Все же из мелочей складывается. Предыстория. У меня ребенку 16 лет. Учится в одной из лучших школ города. Это на самом деле так, хорошие учителя, умные дети. Директор сумела создать своего рода "клуб", то есть поступают больше по рекомендациям, чем по блату. Уклон технический, много детей преподавателей вузов, интеллигенции. Есть и блатные, но мало. Для них есть другой вариант - гуманитарный. Там языки и все такое. А у нас математика и физика. Поэтому даже из всяких там администраций детей ведут "производственники", кто работает на земле, а не всю жизнь придолжности. Ну это так, для понимания картины. В прошлом году закончили 9 классов, при переходе в 10-й классы всегда перетасовывают, т.к. они профильные: физика, химия. Где-то весной узнаем, что будет еще один класс. Упоминается слово "экономический", но толком никто ничего не говорит. Потом выясняется, что отбор будет по рейтингу успеваемости, мы проходим. Я не очень хочу еще одного экономиста в семье, хватит и меня с опытом бизнеса в 90-е и дальше, хотел бы, чтоб ребенок занимался каким-то реальным делом. Но переговорил с директором. Сказала - идти. От экономики одно название, а там будут просто хорошо учить. Ну и записались. Все прояснилось уже осенью. Школа стала партнерской от ВШЭ. Деталей я, конечно, не знаю, но по факту, сделали еще один класс. В нем 15 человек (а не 25-30, как в остальных). Все с отличной успеваемостью. Лучшие учителя, часть из вузов (физику ведет бывший зав. кафедрой Политеха). Думаю, что есть какое-то финансирование, может оплата лишних часов, но точно не знаю. Программа как у физического профиля (6 уроков физики в неделю) плюс углубленный русский. ребенок реально пашет, 6-7 уроков в неделю плюс куча заданий. Никакой экономики нет. На этом этапе пока все круто. Очень. Теперь, собственно, о чем письмо. На собрании детям сказали, что класс под патронажем ВШЭ. несколько раз в году к ним приедут кто-то из преподавателей ВУЗа, почитают лекции. Кроме того, для партнерских школ есть куча всяких программ в Москве, гранты и прочие прелести. Только захоти. Большая часть бесплатно. Тоже, вроде бы, все здорово. Но это же ВШЭ, гнездо либералов, так сказать. Поэтому я слегка напрягся. Ну и собственно с месяц назад приходит приглашение на какую-то школу для выпускников в Москву на неделю или около того. Надо пройти тест и отправить по почте. В тесте 4 задания: политология, социология. Два вполне нейтральных, а два примерно таких: 1. Вы занимаетесь в правительстве экономическими вопросами. В стране все плохо, надо проводить реформы. За окном митинг, но разгонять его нельзя. Ну то есть, что делать, если в стране майдан? 2. В стране застой, президента выбирают на 6 лет. На выборы никто не ходит. Вы молодой оппозиционный политик, как вам избраться в Госдуму. "помоги Навальному" :) Ребенок тесты не прошел и письмо с тестом удалил, пока я собирался. Поспрашиваем у одноклассников, думаю, найдем. Вот программа этой школы. Мельком погуглил по фамилиям лекторов, мне они на первый взгляд ничего не говорят, а если приглядеться: Санджай Кумар Раджханс (индус) упоминается как преподаватель Киевского университета. Григорьев Л.М - куча упоминаний, в том числе в 1991 занимался приватизацией, а в 2015 - председатель WWF в России (экологи эти те еще гады). Дмитрий Зайцев в фейсбуке перепосты про разгон каких-то либералов, интервью Ильи Пономарева ну и все такое. Макаренко Борис Игоревич Высказывался по поводу выборов в Думу: ... Первый - если какая-то партия нравится своей программой или лицами, голосуй за неё. Второй - если ни одна не нравится, голосуй за ту, которая наименее неприятна (это как выбор в советском гастрономе - из того, что есть, покупали наименее несъедобное). Третий - если не веришь, что твой голос на что-то повлияет, значит, не веришь власти. Тогда выбирай ту партию, которая тебе кажется самой серьёзной оппозицией такой ситуации, в которой твой голос ничего не значит.[1] Ну я думаю, картина понятна. В ВШЭ куда ни ткни - либерал и оппозиционер. Совершенно очевидно, в каком ключе эти люди будут читать лекции по политологии и социологии. Что получается в сухом остатке. 1. ВШЭ каким-то образом подключает к своей программе лучшие школы по России. Вот список. По Волгограду все с репутацией. Можешь проверить по Екатеринбургу, думаю, то же самое будет. 2. Наиболее умных детей приглашают в специальные классы с повышенным качеством образования 3. Для этих детей проводят бесплатные или почти бесплатные программы образования на базе ВШЭ. 4. Для участия в них надо пройти своего рода тест на убеждения. 5. Тем, кто прошел, читают лекции люди, чьи взгляды гораздо ближе к оппозиционным, чем к государственным. 6. Предположение: за детьми приглядывают, оценивают. И те, кто разделяют идеологию, получат какие-то дополнительные приглашения, в том числе и на учебу. Когда я учился в ВУЗе у нас в группах училась куча иностранцев: негры, арабы. Даже без специальной обработки, за 5 лет получалась русскоязычная элита с хорошим образованием, ориентированная на СССР / Россию. Тут примерно такая же картина. Подготовка либеральной элиты, но для собственной страны. С хорошим образованием и нужной идеологией в головах. Тревожно. Почему, черт подери, ВШЭ "заботится" о подрастающем поколении, а остальным дела нет. Ну да, у нас же нет государственной идеологии... Собственно, поэтому и решил написать, может есть смысл хотя бы подсобрать информацию. Думаю, в школе не последний "призыв", еще полтора года, будет материал. Камраду респект за неравнодушие, отрадно видеть, когда отец следит за тем, кто, а главное - чему обучают ребенка. Вопрос в другом - что с этим делать нам, простым людям? (http://zergulio.livejourn...)

21 января, 08:37

Уволен пермский министр культуры, отобравший у иностранных агентов «Пермь-36»

Уволить известного своей патриотической позицией министра культуры Пермского края Игоря Гладнева, принял решение губернатор Пермского края Виктор Басаргин, сообщают сегодня пермские СМИ. Место министра культуры займёт Галина Кокоулина - директор Пермской краевой филармонии, которая уже рассматривалась в качестве претендента на пост министра культуры Пермского края в 2008, однако тогда губернатор Олег Чиркунов отдал предпочтение соратнику и стороннику постмодерниста Марата Гельмана Борису Мильграму.Напомню, что Игорь Гладнев был назначен министром культуры Пермского края в 2013 году. Ему пришлось ликвидировать последствия «либеральной» культурной политики, которую проводили с 2008 года Марат Гельман и Борис Мильграм, приглашённые губернатором Олегом Чиркуновом. Игорь Гладнев распорядился прекратить финансирование «гражданского форума Пилорама», который ежегодно проводился в бывшей колонии для особо-опасных преступников «Пермь-36». «Пилорама» была известна тем, что там лидеры либеральной интеллигенции и представители иностранных фондов обсуждали планы смены режима, проведения десоветизации и реформ в России. При этом музыкальная программа форума содержала непристойные песни с призывами расправы над представителями органов правопорядка и оскорблениями в адрес президента России.Следующим шагом министра стала передача самого музея «Пермь-36» от некоммерческой организации АНО «Пермь-36», финансируемой из за границы, в руки государства. Из экспозиции «Пермь-36» были убраны стенды, прославляющие бандеровцев, как «героев национально-освободительной борьбы», и фальсифицирующие данные о репрессиях в СССР. В 2013 году Игорь Гладнев уволил галериста Марата Гельмана после скандала с организацией выставки, высмеивающей олимпиаду в Сочи.Летом 2016 года министр культуры Пермского края освободил от должности художественного руководителя пермского драматического театра Бориса Мильграма – бывшего министра культуры края во времена Чиркунова и Гельмана. Академический театр при Мильграме был переименован в «Театр-Театр», в норму вошла нецензурная брань на сцене, эротика на грани пошлости и сцены насилия. В поддержку решения министра выступили десятки заслуженных деятелей культуры Перми, однако за Мильграма вступились ряд известных актёров Москвы: Константин Райкин, Инна Чурикова, Лия Ахеджакова, Дмитрий Певцов и другие. В результате губернатор Пермского края вернул в должность художественного руководителя театра Бориса Мильграма, а Игоря Гладнева временно отстранил от должности министра культуры. В ноябре 2016 г. известные и заслуженные деятели культуры, искусства и образования Перми провели съезд «в защиту культурного наследия», и избрали граждаский комитет «в защиту культурного наследия». В состав комитета были избран представители движения "Суть времени" и "Родительского всероссийского сопротивления". С приветственным словом к съезду обратился министр культуры Пермского края Игорь Гладнев, который приветствовал объединение гражданских выступающих за защиту культурного наследия от нападок и осквернения.Съезд "в защиту культурного наследия"Министр Гладнев всегда занимал патриотическую позицию в культурной политике, считал, что главной миссией культуры сейчас является сохранение классического культурного наследия, выступал за восстановление художественных советов при учреждениях культуры. За свою позицию министр постоянно подвергался критике в ведущих мировых изданиях как «проводник политики Путина». Российские и пермские либеральные издания также постоянно критиковали его культурную политику.Известны комментарии деятелей культуры по поводу увольнения Гладнева. Так главный режиссёр «Театра-Театра» Владимир Гурфинкель ответил журналистам: «Спасибо, пьем!».Бывший директор АНО «Пермь-36» Виктор Шмыров заявил: «Гладнева пригласили на эту должность в качестве киллера культуры!».Однако, председатель пермского отделения Союза художников России Равиль Исмагилов заявил, что Гладнев был лучшим министром культуры Прикамья: «Плохо отношусь к этому решению. Ему толком не дали развернуться. Он интересовался всем, что происходит, всегда откликался на все наши приглашения. Мильграм никогда этого не делал».Равиль Исмагилов на съезде "в защиту культурного наследия"В поддержку министра выступил и главный дирижер Пермского Губернского военного оркестра Евгений Тверетинов: «Для меня это большая сенсация, что не ценят честных и порядочных руководителей. Это открытый и патриотичный министр культуры. Я с большим уважением отношусь к Игорю Алексеевичу, потому что он беспокоится о сохранении пермской культуры, а не о сохранении заезжих казачков и разбазаривании бюджета на разовые фестивали. Это проблема и трагедия. Странно, что правительство нашей страны указывает нам одни ориентиры, и Игорь Алексеевич держится их, а на местах патриотизм и честность с принципиальностью оказываются не в почете. Заезжие казачки в пермской культуре не идут на пользу краю. Наша задача – выращивать своих музыкантов и поднимать их до уровня европейской культуры. Это была и задача Гладнева».Евгений ТверетиновОтмечу также, что министр был уволен в рамках переформатирования кабинета министров. Губернатор Виктор Басаргин сам возглавил правительство и постарался избавиться от тех министров, кто вызывал критику в СМИ. Аналитики связывают этот шаг с желанием Басаргина избраться на новый срок в должности губернатора Пермского края в сентябре 2017 года. Однако Басаргин, который традиционно занимал последние места в рейтингах губернаторов, ещё не получил одобрения на переизбрание от Президента Путина. И есть большие сомнения в том, что слабый и мало-популярный, согласно опросам губернатор, получит одобрение на переизбрание после увольнения патриотического министра в угоду прозападным тенденциям.Губернатор Басаргин (в пиджаке) в окружении руководства "Театра-Театра" Бориса Мильграма и Владимира ГурфинкеляСпециально для информационного агенства "Красная весна"

21 января, 01:20

Владимир Огнев: Культура в силах не считаться с политикой, но горе, если она попадёт к ней в рабство

17 января в возрасте 93-х лет умер критик и литературовед Владимир Огнев. Об этом сообщается на официальном сайте Русского ПЕН-центра: "Не стало еще одного фронтовика-ПЕНовца. На 94-м году жизни скончался Владимир Федорович Огнев, критик и литературовед, давний член Русского ПЕН-центра (с 1990 г.). Участник Великой Отечественной войны, он в 1950 г. закончил Литинститут, работал спецкором «Литературной газеты» (1949–1957), главным редактором экспериментальной творческой киностудии (1960–1969), главным редактором альманаха «Горизонт» и журнала «Феникс — ХХ» (с 1990 г.), президентом Международного Литфонда (1991–2003). Владимир Огнев — автор многих книг публицистики и критики: "Красные яблоки" (1978), "Горизонты поэзии" (1982), "На древе человечества" (1985), «Амнистия таланту. Блики памяти» (2001), «Время и мы: Из дневников разных лет» (2005), «Фигуры уходящей эпохи» (2008) и других. Несмотря на преклонный возраст, Владимир Федорович оставался в строю и продолжал писать все последнее время".4 ноября 2016 года на сайте "Литературная Россия" была опубликована заметка Владимира Огнева" с заголовком "Мое упрямство". Ниже она приведена полностью.Культура выше и шире политики. Она в силах не считаться с политикой, но горе, если культура попадёт в рабство к ней… В середине ХХ века первую попытку объединить людей культуры разных стран Европы предприняла итальянская художественная интеллигенция, инициатором был Дж. Анджолетти. Потом его сменил Джузеппе Унгаретти. При нём была предпринята первая попытка организации писателей Европы вокруг безусловных гуманистических ориентиров общежития, несмотря на политические границы. Это благородное дело завершал Д.Вигорелли. Была создана межгосударственная организация писателей Европы явной антифашистской направленности, в работе которой были заинтересованы не только Хрущёв, но и до него Морис Торез, Андре Стиль и другие деятели коммунистического направления. На конгрессе в Неаполе ещё в 1958 году было зарегистрировано 1400 писателей из 23 стран Европы, как капиталистических, так и социалистических. Но оба политических лагеря не были готовы к совместной работе в области культуры. Наши «контакты» с европейской интеллигенцией тогда сводились к проблемам Ахматовой, потом Солженицына. Сегодня, к счастью, забыты конфузы, типа примитивной и злобной статьи Николая Грибачёва «Слёзы на экспорт». В СССР в те годы говорили с писателями исключительно на языке политики. Язык культуры молчал, или старался походить на язык политики.Я пришёл в литературу в середине прошлого века, в пору крушения мечты о новом обществе, и первая моя книга «Поэзия и современность» (весь тираж которой тут же был уничтожен) попала в трещину крутой перемены курса страны – от радикальных претензий к растерянному полувозвращению к невыполненным обещаниям…И строптивая книга-то тогда вышла случайно. «Комиссар» Союза писателей, Дмитрий Поликарпов, вызвал меня однажды для проработки за одну из моих статей в «Литгазете». Едва я переступил порог его кабинета, как он начал кричать: «Кто ты такой, чтобы критиковать Суркова! Ты пешком под стол ходил, когда он революцию делал!» и т.д. Я выслушал его тираду и спросил: «А сесть можно?» – спокойно так. Он всего ожидал, но не этого. Челюсть его отвалилась, но в глазах появились неожиданные смешинки. «Садись, конечно…». Я сел и так же спокойно сказал: «Ну, положим, под стол пешком ходили в своё время и Вы, и Сурков, а насчёт себя могу добавить, что я ходил и по военным дорогам. А Сурков наезжал в штабы дней на пять в наш тыл. Так что и тут не всё так просто». «Ну, ладно, – неожиданно примирительно сказал Поликарпов, – давай о деле. У тебя, слышал, книга выходит?». «Да как сказать. Лежит полгода в «Советском писателе». Поликарпов снял трубку. Разговор с Николаем Лесючевским был краток: «Талантливая, говоришь? А что тянешь?...».Короче говоря, через неделю мне позвонили, поздравили с выходом долгожданной книги. Но всё оказалось не так хорошо, как поначалу казалось. Хрущёв резко сменил курс именно во время выхода моей книги. Мне позвонили из «Советского писателя» хмурым голосом. Вечером того же дня собрался редсовет издательства. Вёл его Леонид Соболев. Поначалу он давился от смеха, не в силах оставаться спокойным, читая полные иронии и сарказма мои комментарии к стихам Суркова, Грибачёва и Софронова. Соболев спохватывался на ходу, обрывая смех, и качал головой: «Ну, Огнев, ну разве можно так!». Книга была зарезана.Все расходились молча, я был раздавлен. Но однажды поздним вечером в съёмной моей квартире раздался телефонный звонок. Лесючевский предложил мне снять критику трёх секретарей, обещая выпустить многострадальную книгу. В результате долгих споров сошлись на том, что я убираю из книги одного Суркова. Всё-таки автор «Бьётся в тесной печурке огонь…».Между первым и вторым вариантами книги – три года…Моё «упрямство» в начале литературного пути стоило мне дорого. Издание 1961 года оказалось ненамного безопасней. Шквал критики не ослабевал. И тут слово взял «Запад» в лице польского классика Ярослава Ивашкевича. Он прислал мне письмо с просьбой печататься в главном польском журнале «Творчество». Вскоре тот же Сурков включил меня в первую после войны представительную делегацию писателей. Смешно, но моя известность на Западе значительно опережала признание на родине. Первое избранное появляется в Польше. Из Оксфорда приходит заказ на антологии советской поэзии. В Словении и Черногории заказывают книги. Мои статьи о поэзии русской печатаются с успехом в Германии, Франции, Югославии. Мировой ПЕН, задолго до образования филиала в России (тогда – СССР), регулярно приглашает меня для участия во встречах в СФРЮ, а мои выступления на конгрессах ПЕН печатаются в европейских газетах. Ярослав Ивашкевич демонстративно устраивает мне официальные «приёмы» в польском Союзе писателей, а по приезде в Москву, посещает меня в посёлке Шереметьево, где я даю «приём» от имени СП СССР(!). Хорватский классик Мирослав Крлежа приглашает меня быть его личным гостем в Загребе.Я дружил с Назымом Хикметом, писал о нём, вёл его вечер в музее Маяковского. Как-то он даже сцепился из-за меня с чешским поэтом, но мы быстро помирились и даже сфотографировались втроём. Назым звал меня «братом». Когда он умер, некролог, написанный мной, напечатала «Комсомолка».Я горжусь дружбой с Пабло Нерудой. Вспоминаю наши встречи в неформальной обстановке, сохранил его шутливые рисунки, где он изображал себя в виде рыбы, а меня – рыбаком. Помню его, лежащим на диване после обеда с грелкой на животе, помню его рассказы о Гарсиа Лорке. Вместе с К. Симоновым я был титульным редактором его собрания сочинений. Конечно, мне льстит его оценка моих статей о его поэзии. Эренбург говорил мне, что Неруда считает мои работы о нём «лучшими в мире». Об этом Илья Григорьевич говорил и Расулу Гамзатову.Вспоминаю о Николасе Гильене, о котором писал в своих книгах. Как он тряс за плечи Алексея Суркова, требуя, чтобы тот отправил меня с ним на Кубу! Как смеялся Сурков, обещая дать такое указание.Вспоминаю дружбу с румыном Захарией Станку, словаком Лацо Новомеским, беседы с ними, диалоги, опубликованные потом в моих книгах, большую дружбу с народными поэтами Сербии – Десанкой Максимович, Словакии – Мирославом Валеком, с рассказа о котором я начал «Каменную книгу».Тепло и хорошо на душе…Девяностые годы прошлого века принято называть «лихими». Общество бурлило. Шла перестройка, пора надежд, романтических иллюзий. В 90-е годы я провожу в Брюсселе встречу российских и западных писателей. Итальянская газета «Стампа» писала: «как потом с горечью признал в своём заключительном слове Владимир Огнев: мы и Европа продолжаем говорить на разных языках». Общее возрождение Европы ещё впереди и потребует больших созидательных усилий обеих литератур. И, однако, «встречу в Брюсселе можно считать, пусть и небольшим, но всё же шагом вперёд по пути к новой, европейской встрече культур Востока и Запада».Я говорю сейчас об этом потому, что моё обращение к писателям Запада, положившее начало второй в послевоенной истории попытке сблизить культуры Европы, вопреки политической реальности – неслучайно. Оно подготовлено долгим и трудным путём (в том числе – и моим). Об этом лучше других сказал Чингиз Айтматов. Вот эти слова: «Исключительно большое впечатление на участников международной конференции, в этот раз в Брюсселе, обсуждавших тему «Литература на сломе эпох», произвела речь Огнева. Именно своей апостольской уникальностью, утверждающей гуманизм в понятии «родового сознания», как главной идеи века нынешнего, долженствующего играть главную роль в наступлении века будущего – через освоение человечеством общеродового сознания… Можно представить себе, сколько споров и полемики в литературе и философии породит такое видение гуманизма. Но так оно должно быть, такова логика событий уходящего и предстоящего веков».Последние годы ХХ века были для меня насыщены до предела. К 90-летию моему вышла книжка «Эхо». В ней – атмосфера тех лет, что я прожил в мире литературы. Настоящая судьба. Вот её главные вехи:«…Мы с любовью и благодарность называем имена Виктора Шкловского, Владимира Огнева …с истинным знанием материала, талантливо и мастерски судящих о разнообразнейших явлениях грузинской культуры».(Эдуард Шеварнадзе, 1978, Тбилиси)«Огнев даёт панораму литературы Восточной Европы. Он знает языки и культуру чехов и сербов, болгар и поляков. Они его издают у себя, ценят и любят. Он знает поэзию наших республик. «У карты поэзии», «Становление таланта», «Литовская мозаика», «Грузинские этюды» – книги – называю некоторые – останутся надолго. Грузины и литовцы удивляются, что Огнев про них знает так много и точно… Очень интересная книга Владимира Огнева «Экран – поэзия факта»… Есть удивление перед новыми качествами искусства. Необходимость для нас всех иначе мыслить… Владимир Огнев – новый тип критика… Нужно многое знать и многое уметь. В «Книге про стихи», значение которой недооценено нами, Огнев снова вводит Тынянова, Эйхенбаума, но по-новому. Даёт анализ стиха в его связи с историей и смыслом времени, идёт дальше».(Виктор Шкловский, 1983)«Я не хочу обидеть других критиков… но лично с особым удовольствием читаю книги Огнева – поэта в критике. Пабло Неруда говорил Эренбургу о том, что Огнев написал о его творчестве лучшую статью. А ведь о Неруде писали во всём мире!.. Что такое, например, интересная, я бы даже сказал увлекательная книга Владимира Огнева «Югославский дневник»? Путевые очерки? Рассказ о югославской культуре? Повесть о времени с грустным ощущением возраста? Тревожные размышления об угрозе войны через воспоминание о прошлой. Второй мировой? И то, и другое, и третье, и четвёртое… «Югославский дневник» – просто отличная проза…».(Расул Гамзатов, 1983)«В беседе с Владимиром Огневым, не один год знакомого нам, он дал несколько ответов нашему корреспонденту Джоко Стойчичу… Вот некоторые из них… «Нет ничего опаснее для культуры, чем изоляционизм… Опасно и культивирование истории как истории, свободной от ошибок. Если бы каждый народ имел бы не только «белые», но и «чёрные» книги, освободились бы от многих заблуждений… Гуманистические горизонты бескрайние, и социализм, если он не деформирован, служит общечеловеческим ценностям».(Журнал «Нин», 1988, Белград)«На моих глазах долго горел Огнев, и из его огня родился «Феникс».(Андрей Вознесенский, 1993)«Дорогой Владимир!.. «Феникс» мне понравился… Особенно переводы Хласко и Мрожека. С удовольствием предложил бы Вам что-нибудь, но продукция последнего года преимущественно – по-английски. Бог даст, Ваше издание и я протянем ещё некоторое время, и нам удастся соединиться. Сердечно Ваш»(Иосиф Бродский, 1993, США)«Надеюсь… Если будет на то Ваша воля, и повидать Вас. Уже совсем мало осталось тех, с кем хочется поговорить, и может быть, попрощаться…».(В.Распутин, 2012)Увы, попрощаться приходится только с теми, кто тебе дорог. И с идеями, завершить которые нам не удалось в этой краткой жизни.ОтсюдаВы также можете подписаться на мои страницы:- в фейсбуке: https://www.facebook.com/podosokorskiy- в твиттере: https://twitter.com/podosokorsky- в контакте: http://vk.com/podosokorskiy

20 января, 23:08

Виктор Шкловский о февральской революции 1917 года

Виктор Борисович Шкловский (1893-1984) — русский советский писатель, литературовед, критик, киновед и киносценарист. После начала Первой мировой войны осенью 1914 года ушёл добровольцем в армию. Сменил несколько военных специальностей и в 1915 году вернулся в Петроград, где служил в школе броневых офицеров-инструкторов. Принял активное участие в Февральской революции, был избран членом комитета петроградского Запасного броневого дивизиона, в качестве его представителя участвовал в работе Петроградского совета. Как помощник комиссара Временного правительства был направлен на Юго-Западный фронт, где 3 июля 1917 лично возглавил атаку одного из полков, был ранен в живот навылет и получил Георгиевский крест 4-й степени из рук Л.Г. Корнилова. После выздоровления в качестве помощника комиссара Временного правительства был направлен в Отдельный Кавказский кавалерийский корпус в Персию, где организовывал эвакуацию российских войск и вернулся с ними в Петроград в начале января 1918 года. Здесь приводится фрагмент из "Сентиментального путешествия" Шкловского. Текст приводится по изданию: Шкловский В. "Еще ничего не кончилось…" - М.: Вагриус, Пропаганда, 2002. - (Серия "Литературные воспоминания").Перед революциейПеред революцией я работал как инструктор Запасного броневого дивизиона – состоял на привилегированном солдатском положении. Никогда не забуду ощущение того страшного гнета, которое испытывал я и мой брат, служивший штабным писарем. Помню воровскую побежку по улице после 8 часов и трехмесячное безысходное сидение в казармах, а главное – трамвай. Город был обращен в военный лагерь. "Семишники" – так звали солдат военных патрулей за то, что они – говорилось – получали по две копейки за каждого арестованного, – ловили нас, загоняли во дворы, набивали комендантство. Причиной этой войны было переполнение солдатами вагонов трамвая и отказ солдат платить за проезд. Начальство считало этот вопрос – вопросом чести. Мы, солдатская масса, отвечали им глухим озлобленным саботажем. Может быть, это ребячество, но я уверен, что сидение без отпуска в казармах, где забранные и оторванные от дела люди гноились без всякого дела на нарах, казарменная тоска, темное томление и злоба солдат на то, что за ними охотились по улицам, – все это больше революционизировало петербургский гарнизон, чем постоянные военные неудачи и упорные, всеобщие толки об "измене".Виктор Шкловский. Акварель Ю. Анненкова. 1919 г.На трамвайные темы создавался специальный фольклор, жалкий и характерный. Например: сестра милосердия едет с ранеными, генерал привязывается к раненым, оскорбляет и сестру; тогда она скидывает плащ и оказывается в мундире великой княгини; так и говорили: "в мундире". Генерал становится на колени и просит прощения, но она его не прощает. Как видите – фольклор еще совершенно монархический. Рассказ этот прикрепляется то к Варшаве, то к Петербургу. Рассказывалось об убийстве казаком генерала, который хотел стащить казака с трамвая и срывал его кресты. Убийство из-за трамвая, кажется, действительно случилось в Питере, но генерала я отношу уже к эпической обработке; в ту пору на трамваях генералы еще не ездили, – исключая отставных бедняков.Агитации в частях не было; по крайней мере, я могу это сказать про свою часть, где я проводил с солдатами все время с пяти-шести утра до вечера. Я говорю про партийную агитацию; но и при ее отсутствии все же революция была как-то решена, – знали, что она будет, думали, что разразится после войны. Агитировать в частях было некому, партийных людей было мало, если были, так среди рабочих, которые почти не имели с солдатами связи; интеллигенция – в самом примитивном смысле этого слова, т.е. все, имеющие какое-нибудь образование, хоть два класса гимназии, – была произведена в офицеры и вела себя, по крайней мере, в петербургском гарнизоне, не лучше, а может быть – хуже кадрового офицерства; прапорщик был не популярен, особенно тыловой, зубами вцепившийся в Запасный батальон [дивизион]. О нем солдаты пели:Прежде рылся в огороде,Теперь – ваше благородие.Из этих людей многие виноваты лишь в том, что слишком легко поддались великолепно поставленной муштровке военных училищ. Многие из них впоследствии искренно были преданы делу революции, правда, так же легко поддавшись ее влиянию, как прежде легко одержимордились. История с Распутиным была широко распространена. Я не люблю этой истории; в том, как рассказывалась она, было видно духовное гниение народа. Послереволюционные листки, все эти "Гришки и его делишки" и успех этой литературы показали мне, что для очень широких масс Распутин явился своеобразным национальным героем, чем-то вроде Ваньки Ключника. Но вот в силу разнообразных причин, из которых одни прямо царапали нервы и создавали повод для вспышки, а другие действовали изнутри, медленно изменяя психику народа, ржавые, железные обручи, стягивающие массу России, – натянулись.Продовольствие города все ухудшалось, по тогдашним меркам оно стало плохо. Ощущалась недостача хлеба, у хлебных лавок появились хвосты, на Обводном канале уже начали бить лавки, и те счастливцы, которые сумели получить хлеб, несли его домой, держа крепко в руках, глядя на него влюблено. Покупали хлеб у солдат, в казармах исчезли корки и куски, прежде представляющие вместе с кислым запахом неволи "местные знаки" казарм. Крик "хлеба" раздавался под окнами и у ворот казарм, уже плохо охраняемых часовыми и дежурными, свободно пропускавшими на улицу своих товарищей. Казарма, разуверившаяся в старом строе, прижатая жестокой, но уже неуверенной рукой начальства, забродила. К этому времени кадровый солдат, да и вообще солдат 22-25 лет, был редкостью. Он был зверски и бестолково перебит на войне.Кадровые унтер-офицеры были влиты в качестве простых рядовых в первые же эшелоны и погибли в Пруссии, под Львовом и при знаменитом "великом" отступлении, когда русская армия вымостила всю землю своими трупами. Питерский солдат тех дней – это недовольный крестьянин или недовольный обыватель. Эти люди, даже не переодетые в серые шинели, а просто наспех завернутые в них, были сведены в толпы, банды и шайки, называемые запасными батальонами. В сущности говоря, казармы стали просто кирпичными загонами, куда все новыми и новыми, зелеными и красными бумажками о призывах загонялись стада человечины. Численное отношение командного состава к солдатской массе было, по всей вероятности, не выше, чем надсмотрщиков к рабам на невольничьих кораблях. А за стенами казармы ходили слухи, что "рабочие собираются выступить", что "колпинцы 18 февраля хотят идти к Государственной думе".У полукрестьянской, полумещанской солдатской массы было мало связей с рабочими, но все обстоятельства складывались так, что создавали возможность некоторой детонации. Помню дни накануне. Мечтательные разговоры инструкторов-шоферов, что хорошо было бы угнать броневик, пострелять в полицию, а потом бросить броневик где-нибудь за заставой и оставить на нем записку: "Доставить в Михайловский манеж". Очень характерная черта: забота о машине осталась. Очевидно, у людей еще не было уверенности в том, что можно опрокинуть старый строй, хотели только пошуметь. А на полицию сердились давно, главным образом за то, что она была освобождена от службы на фронте. Помню, недели за две до революции мы, идя командой (приблизительно человек в двести), улюлюкали на отряд городовых и кричали: "Фараоны, фараоны!"Февральская революцияВ последние дни февраля народ буквально рвался на полицию, отряды казаков, высланные на улицу, никого не трогая, ездили, добродушно посмеиваясь. Это очень поднимало бунтарское настроение толпы. На Невском стреляли, убили несколько человек, убитая лошадь долго лежала недалеко от угла Литейного. Я запомнил ее, тогда это было непривычно. На Знаменской площади казак убил пристава, который ударил шашкой демонстрантку. На улицах стояли нерешительные патрули. Помню сконфуженную пулеметную команду с маленькими пулеметами на колесиках (станок Соколова), с пулеметными лентами на вьюках лошадей; очевидно, какая-то вьючно-пулеметная команда. Она стояла на Бассейной, угол Басковой улицы; пулемет, как маленький звереныш, прижался к мостовой, тоже сконфуженный, его обступила толпа, не нападающая, но как-то напиравшая плечом, безрукая. На Владимирском стояли патрули Семеновского полка – каиновой репутации.Патрули стояли нерешительно: "Мы ничего, мы как другие". Громадный аппарат принуждения, приготовленный правительством, буксовал. В ночь не выдержали волынцы, сговорились, по команде "на молитву" бросились к винтовкам, разбили цейхгауз, взяли патроны, выбежали на улицу, присоединили к себе несколько маленьких команд, стоящих вокруг, и поставили патрули в районе своей казармы – в Литейной части. Между прочим, волынцы разбили нашу гауптвахту, находящуюся рядом с их казармой. Освобожденные арестованные явились в команду по начальству; офицерство наше заняло нейтралитет, оно было тоже в своеобразной оппозиции "Вечернего времени". Казарма шумела и ждала, когда придут выгонять ее на улицу. Наши офицеры говорили: "Делайте, что сами знаете". На улицах, в моем районе, уже отбирали оружие у офицеров какие-то люди в штатском, кучками выскакивая из ворот.У ворот, несмотря на одиночные выстрелы, стояло много народа, даже женщины и дети. Казалось, что ждали свадьбы или пышных похорон. Еще за три-четыре дня до этого наши машины были приведены по приказанию начальства в негодность. В нашем гараже инженер-вольноопределяющийся Белинкин отдал снятые части на руки солдатам-рабочим своего гаража. Но броневые машины нашего гаража были переведены в Михайловский манеж. Я пошел в манеж, он был уже полон людьми, угоняющими автомобили. На броневых машинах не хватало частей. Мне показалось необходимым поставить на ноги прежде всего пушечную машину "ланчестер". Запасные части были у нас в школе. Пошел в школу. Встревоженные дежурные и дневальные были на местах. Это меня тогда удивило. Впоследствии, когда в конце 1918 года я подымал в Киеве панцирный дивизион против гетмана, я увидел, что почти все солдаты называли себя дежурными и дневальными, и уже не удивился.В школе меня очень любили; солдат, открывший мне двери, спросил меня: "Вы, Виктор Борисович, за народ?" – и на утвердительный ответ стал целоваться. Мы все. много целовались тогда. Мне дали части и даже обещали, что не скажут, кто взял. Я пошел в команду. До сих пор не знаю: пришли снимать ее или она снялась и разошлась сама? Люди бродили вокруг казармы. Взял двух бригадиров гаража: Гнутова и Близнякова, инструменты и пошел с ними ремонтировать машину. Все это было днем, через два-три часа после выступления волынцев – день первый. Не понимаю, как утеснилось столько событий в этот день. Броневик мы взяли и буксиром приволокли в гараж на Ковенский, где и начали ремонтировать, заняв помещение и порвав телефоны; возились до вечера. Оказалось, что в бензиновый бак была налита вода. Вода замерзла, пришлось выкалывать лед и высушивать бак концами. В перерыве работы забежал к одному знакомому литератору.У него в комнатах было тесно и жарко, стол был заставлен едой, табачный дым стоял стеной, все играли в "тетку", и играли еще невылазно два дня. Этот человек потом очень скоро и очень искренне стал партийным, большевиком; коммунистами стали и почти все сидевшие тогда за столом. А я так четко и сейчас помню еще их высокомерную иронию к "беспорядку на улице"! Еще раньше всего этого в городе была объявлена забастовка. Трамваи не ходили. Останавливали тех извозчиков, которые не присоединились к забастовке. На углу Садовой и Невской встретил знакомого доцента, талантливейшего и сумбурнейшего человека, который прежде стоял близко к академистам, кажется, по пьяному делу. Он кричал и командовал группой, останавливающей экипажи. Этот человек был трезв, но совершенно вне себя.Район вокруг Государственной думы уже охватило восстание. Близость Волынских казарм к Таврическому дворцу, который вообще находился в районе казарм – Волынская, Преображенская, Литовская, Саперная казармы (на Шпалерной) – и память о думских речах (в последнюю очередь) – делали Думу центром восстания. Кажется, первый отряд был приведен в Думу товарищем Линде, впоследствии убитым солдатами Особой армии, где он был комиссаром. Это тот Линде, который вывел Финляндский полк в апреле и пытался арестовать Временное правительство после знаменитой ноты Милюкова. Наш броневик вышел и начал метаться по городу. Темные улицы были оживлены негустыми группами людей. Говорили, что стреляют городовые, то тут, то там. Были на Сампсоньевском мосту, видали городовых, но стрелять по ним не успели, все они разбежались. Кое-где уже разбивали винные погреба, товарищи мои хотели взять вино, которое раздавали, но, когда я сказал, что этого делать не надо, они не стали спорить.В это же время броневики с Дворянской улицы тоже вышли с товарищем Анардовичем и Огоньянцем во главе, они сразу заняли Петербургскую сторону и пошли к Думе. Не знаю, кто сказал нам, чтобы мы ехали тоже к Думе. У подъезда ее стоял уже, кажется, броневик "гарфорд". В дверях Думы встретил старого товарища по военной службе, вольноопределяющегося, тогда уже прапорщика-артиллериста, Л. Поцеловались друг с другом. Было хорошо. Река несла всех, и вся мудрость состояла в том, чтобы отдаваться течению. Наступила ночь. В Таврическом дворце был полный хаос. Привозили оружие, приходили люди, пока еще одиночные, тащили провизию, реквизированную где-то; в комнате у подъезда были сложены мешки. Уже приводили арестованных. В Думе какая-то барышня утвердила меня в должности командира машины и даже дала какую-то боевую задачу. Снаряды для пушки у меня были, не знаю, где я их достал, кажется, еще в манеже. Боевых задач я, конечно, не выполнил, да их и никто не выполнял.Спал час или два на шубе за колонной. В Думе встретил Суханова. Я знал его по редакции "Летописи", в литературном отделе которой я сотрудничал (помещал библиографические заметки). Но я читал в редакции доклад по поэтике??, где рассматривал искусство как чистую форму и ожесточенно спорил с марксистами. Вот, по всей вероятности, почему Суханов удивился мне; я и вооруженное восстание не вязались в его сознании. А я удивился ему по своей политической наивности; я и не знал, что уже собрались и сорганизовались политические центры. Конечно, они в тот момент еще не влияли на события. Масса шла, как сельдь или вобла, мечущая икру, повинуясь инстинкту. Ночью же привезли арестованного поручика Д., командира броневых мастерских. Конвойные чувствовали себя не очень уверенно, арестованный же обратился ко мне с упреками: "Что, вам было плохо у капитана Соколихина??, что вы пошли против него?". Я ответил ему, что ничего не имею против капитана Соколихина. Через полчаса поручик вышел веселый. Военная комиссия при Государственной думе поручила ему как одному из первых "прибывших" автомобильных офицеров организовать все автомобильное дело в Петербурге.Этот человек, хитрый и по-своему умный, с аппетитом если не к власти, то к месту, впоследствии ходил в анархистах-коммунистах. Я остановился на нем потому что он был первым жокеем на скачках за местами, которого я увидел. Впоследствии я видал толпы таких людей. Ранним утром выехали опять в город. Кто-то дал мне какую-то боевую задачу и даже артиллериста-руководителя; я потерял этого руководителя, или он меня потерял, и влился в веселый ералаш восставшего народа. Подъехал к Преображенским казармам, что на Миллионной. Кто-то сказал, что преображенцы сопротивляются. Подъехали. Было дивное синее солнечное утро. С веселой стрельбой выбегали из казарм восставшие преображенцы в новых шинелях с очень яркими красными петлицами. По местам пытались сопротивляться. Отстреливались, кажется, учебные команды 6-го саперного батальона и Московского полка. Самокатчики в Лесном держались довольно долго. Я думаю, что это произошло оттого, что к ним пришли одни рабочие без солдат и они боялись присоединиться.На них послали броневые "фиаты" и отбили угол деревянной казармы вместе с людьми. Ночью погиб один из наших броневиков, Федор Богданов. Он на машине с открытой броней въехал в засаду городовых (единственную правильно поставившую пулемет в окне подвала, а не на крыше, откуда пулемет только такает, так его огонь не имеет тогда никакой настильности). Тело Богданова не лежит на Марсовом поле, родные взяли труп и увезли куда-то за город. Теперь о пулеметах на крышах. Меня вызывали сбивать их в продолжение чуть ли не двух недель. Обычно, когда казалось, что стреляют из окна, начинали беспорядочно стрелять по дому из винтовок, и пыль от штукатурки, подымающуюся в местах попаданий, принимали за ответный огонь. Я убежден, что главная масса убитых во время Февральской революции убита нашими же пулями, прямо падающими на нас сверху.Команда моя обыскала почти весь район Владимирский, Кузнечный, Ямской и Николаевский, и я не имею ни одного положительного заявления о находке пулемета на крыше. А вот в воздух мы стреляли очень много, даже из пушек. У меня на машине перебывало очень много пушкарей. Помню особенно первого, раненного в руку и оставшегося у пушки. Это был жандарм из казарм на Кирочной. Он говорил, что жандармы перешли на сторону восставших одними из первых. И все пушкари просом просили у меня позволения выстрелить, чтобы показать, что у нас даже пушки есть, и стреляли на Невском в воздух.В этот день я пробыл почти все время в дежурстве у Николаевского вокзала. Вокзал не охранялся никем, я предлагал (в воздух – предлагать было некому) занять верхний этаж «Северной» и «Знаменской» гостиниц, чтобы держать весь вокзал под обстрелом, но у нас не было никаких сил. Если ставили из забежавших солдат караул, то караул или уходил, или стоял до обморока и все же не дожидался смены. Комендантами были – или я принимал их за комендантов – безрукий студент и очень старый флотский офицер в форме, кажется, мичмана. Он был страшно утомлен. Приходили поезда с какими-то эшелонами, они куда-то, откуда-то ехали; мы подъезжали к ним с броневой машиной и четырьмя или пятью пехотинцами, и усталый мичман говорил офицерам эшелонов: "Город находится в руках восставшего народа, желаете ли вы присоединиться к восставшему народу?" Из вагонов таращились на нас люди и лошади. Офицеры отвечали, что они – "ничего", они едут мимо; солдаты смотрели на нас, и мы не знали: слезут или не слезут они из высокого вагона.Приходили на помощь броневые машины со знакомыми шоферами. Стояли, потом уходили. А по городу метались музы и эринии Февральской революции – грузовики и автомобили, обсаженные и обложенные солдатами, едущими неизвестно куда, получающими бензин неизвестно где, дающие впечатление красного звона по всему городу. Они метались, и кружились, и жужжали, как пчелы. Это было иродово избиение машин. Бесчисленные автомобильные школы навыпускали для заполнения автомобильных рот целые тучи шоферов с получасовой практикой. И вот теперь радовались эти полушоферские души, дорвавшись до машины. Хряск шел по городу. Я не знаю, сколько случаев столкновения видал я за эти дни в городе. Одним словом, все мои ученики в два дня научились ездить. Потом город наполнился брошенными на произвол судьбы автомобилями.Питались мы в питательных пунктах, где из натащенного материала, из гусей и колбасы варили чудовищно жирную пищу. Я был счастлив вместе с этими толпами. Это была Пасха и веселый масленичный наивный безалаберный рай. К этому времени почти все вооружились отобранным у офицеров, а главным образом арсенальным оружием. Оружия было много, оно ходило по рукам, не продавалось, а передавалось свободно. Было много прекрасных "кольтов". Боевой силы мы не представляли никакой, но мы как-то не думали над этим. Были ночи паники, ночи, когда ждали нападения каких-то эшелонов. А петербургский гарнизон все увеличивался и увеличивался. Пришли, ведя за собой на веревочках пулеметы, везя пулеметы без станков, наваленные, как дрова, на грузовик, пришли обвитые пулеметными лентами солдаты пулеметных полков и школ Стрельни и Ораниенбаума. Около Стрельни передовая группа идущих встретила какого-то полковника, едущего на автомобиле. Полковник слегка был похож на Николая. Он был встречен бурным, исступленным восторгом, пока ошибка не выяснилась.Пулеметы прибыли в Питер негодными к действию, главная масса их была, например, без сальников, и в них нельзя было налить воды. Их было слишком много, но число нашу боевую силу не увеличивало. Помню, как вокруг Балтийского и Варшавского вокзалов расставили пулеметы буквально через шаг. Конечно, при таком расположении стрелять было бы страшно неудобно. Но боевая сила была не важна. Начинало выясняться, что сейчас у восставшего Питера нет противника. На стороне восставших появились офицеры, пришло строем Михайловское артиллерийское училище. Немного позже присоединился 1-й Запасный полк вместе с офицерами. Наших офицеров собрал по квартирам один очень энергичный еврей-инженер, вольноопределяющийся, фактически уже года полтора управляющий школой. Офицеры собрались. Достали командира дивизиона; временных командиров за это время перебывало у нас уже штуки три, но они, получив бумажку от Государственной думы, куда-то исчезали.Собрались. Нерешительно решили присоединиться к восставшим, даже оказывать сопротивление правительственным войскам. Временное правительство уже существовало. Решили также, в отличие от невосставших. надеть красные – сначала хотели малиновые – повязки на рукав. Фактически воинские части в это время не существовали. Даже не варился обед. Команды были распылены. Михайловский манеж занят. Машины разъехались неизвестно куда. В несколько лучшем положении была наша команда Взводы поочередно несли дежурство и являлись на вызовы, даже ночные. Были поставлены патрули, которые начали ловить без дела бегающие по городу автомобили и собирать их во двор части. Таким образом было спасено много машин. Но с брошенных и замороженных машин уже были сняты магнето, которые сильно подешевели после революции. Команда приобрела благодаря странному, разнокалиберному вооружению пестрый вид вооружения гимназистов. От того времени сохранились две кинематографических фильмы. На одной изображено кормление голубей на дворе команды, на другой – боевой выход команды с броневым "остином" во главе и с солдатами, идущими сзади с офицерскими шашками наголо.С офицерами у нас дело обстояло не очень остро. Нашего начальника капитана Соколихина все любили за то, что он не тянул команду и исправно хлопотал о ботинках для нее. Ему в первый день революции дали шоферскую шубу без погон и вооруженную охрану из пяти человек, чтобы чужие не обидели. У другого офицера не отобрали на улице оружия, потому что оно было георгиевское. Начались перевыборы офицеров, команда мастерских заявила отвод против старого командира дивизиона. Начались интриги и добывание места при помощи солдат. А к Таврическому дворцу все шли и шли войска, от топота ног чуть не проваливались мостовые, и от красного цвета шло непрерывное сверкание. Совет уже заседал, но еще не было приказа № 1, и Родзянко был популярен в частях. А Совет заседал в вооружении, с криком и с наступом. Для многих частей, пришедших в Таврический дворец, речи Чхеидзе и др. были первые революционные речи, ими услышанные. Что думали про войну? Мне кажется, верили в то, что она сама кончится; вера эта была всеобщей ко времени воззвания к народам всего мира. Помню, что приехавшие с Моонзундской позиции говорили, что там уже сговорились с немцами: ни мы, ни они стрелять не будут. В общем преобладало пасхальное настроение, было хорошо, и верилось, что это только начало всего хорошего.Приказ № 1 был привезен и разбросан по рядам в манеже во время парада. Стали отвечать: "Здравствуйте, господин полковник!" – и отвечали очень удачно, умело, дружно. Я думаю, что приказ № 1 – хотя он, казалось, и предупреждал события – комитетов в частях еще не было – был своевременным и необходимым. Нельзя было держать части с одними офицерами, только что вернувшимися из долговременной отлучки. Хотя комитеты совершенно невозможны в армии – даже менее, чем выборное начальство, – но они были единственным, на чем хоть как-нибудь держалась армия. Самое плохое в комитетах было то, что они страшно скоро отрывались от своих выборщиков. Да и делегаты Совета не являлись в свои части чуть ли не месяцами. Солдаты были совершенно не осведомлены о том, что делается в Советах. Помогало делу только то громадное доверие, еще не растраченное, которое имело "свое" солдатское представительство. В первый Совет в большом количестве прошли вольноопределяющиеся и интеллигентные солдаты; конечно, это способствовало отрыву.С другой стороны, по казармам почти никто не работал, интеллигенция оказалась в бегах, людей, пожелавших работать в области просвещения, почти не оказывалось. В Саперном – кажется, шестом – батальоне из нескольких сотен вольноопределяющихся менее десяти подписали лист о согласии работать в школах грамотности. Большинство же пользовалось революцией как неожиданным отпуском. В нашей части в комитет прошли взводные и старшие мастеровые – он имел деловой характер. А полки за полками все шли через Екатерининский зал Таврического дворца. На плакатах было еще "Доверие Временному правительству" и даже "Война до полной победы". Но воевать мы уже не могли. Пока пишу только о петербургском гарнизоне. Громадные – до нескольких десятков тысяч – запасные части, которые уже не отсылали эшелонов на фронт и в то же время не имели никакого дела в городе, так как они не могли защищать революцию за неимением оружия, – прели и разлагались в своих казармах. Еще никто не говорил слов: "Мир во что бы то ни стало". Еще не приехал Ленин, еще большевики говорили, что винтовку нужно держать наизготове, но гарнизона уже не было, был только склад солдат. Массы еще сверкали пламенем революции, но это не было жаркое пламя кокса, а жидкий огонь разлитого спирта, сгорающего, не успевая зажечь дерево, которое он облил.Таким огнем был Керенский. Я увидел в первый раз Керенского на его генеральной истерике, когда он после статьи в "Известиях", направленной против него, вбежал в Солдатский Совет спрашивать – "доверяют ли ему". Он бросал мятые фразы и, действительно, казался сверкающим сухими, длинными, трещащими искрами. С измученным лицом человека, дни которого уже кончаются, кричал он и в изнеможении наконец упал в кресло. Это произвело страшное впечатление. В другой раз я увидел Керенского, когда уже был назначен комиссаром. Ловил его для переговоров и изловил у Морского корпуса. Нашел его серый "локомобиль" и стал ждать, разговаривая с шофером. "Сейчас вынесут", – сказал шофер. И действительно через несколько минут из дверей корпуса вынесли Керенского. Он сидел в обычной усталой позе на стуле, высоко поднятом над толпой. Я сел к нему в автомобиль и начал говорить. С сухими, бескровными губами, с худым и отекшим лицом и с охрипшим голосом, он сказал, слабо сжав руки: "Главное – воля и настойчивость". Мне он показался человеком, уже сорвавшим свои силы, человеком, который знает, что он обречен уже.Тороплюсь закончить писать о том, что известно всем, и спешу перейти к фронту.Вы также можете подписаться на мои страницы:- в фейсбуке: https://www.facebook.com/podosokorskiy- в твиттере: https://twitter.com/podosokorsky- в контакте: http://vk.com/podosokorskiy

20 января, 13:49

Проблема невежества. Закончим на числе 13.

Правда есть приложение о лженауке и ее связь с образованием. Если будет интересно, тоже выложим. Весь раздел "Погружение в невежество" с библиографией выложу на сайте и укажу адрес. Может, связный текст будет полезным.13.Утопический образ которого создавался в пропагандистских целях во время перестройки произвел магическое воздействие на сознание интеллигенции. Просто вырвал из-под ног почву здравого смысла. Исследования, проведенные в 1989 г. Институтом социологии АН СССР обнаружили расхождение понимание простых понятий – и у социологов, и у респондентов.Вот позиция большой представительной группы – «естественнонаучной интеллигенции». Социологии предлагают ей утверждение: «Сила (или угроза силой) не могут быть инструментом внешней политики», – и 94% интеллигентов от науки были согласны с этим абсурдным утверждением! Их же не спрашивали, хотите ли вы, чтобы сила перестала быть инструментом внешней политики! А что «сила является инструментом внешней политики», каждому разумному человеку очевидно. Да и неужели 94% ученых и технарей захотели ликвидировать силу как инструмент внешней политики? Можно было бы обвинить социологов в неопределенности утверждения, в подмене реальности желаемому. Но этого никто не заметил. Вот другое утверждение: «Сегодня мы вступили в эпоху, когда в основе прогресса будет лежать общечеловеческий интерес». С ним согласились 81% «естественнонаучной интеллигенции»! Ну как такое может быть? Как можно было вообще соглашаться оценивать суждение, в котором два понятия – «прогресс» и «общечеловеческий интерес» – неопределимы [226]. Тенденцию к неопределенности смысла понятий Фукидид назвал коррупцией языка. Будучи свидетелем упадка Афин, он оставил описание коррупции как важнейшего признака этого упадка. Среди прочих видов коррупции он особо выделил именно коррупцию языка.В 1996 году Л.Г. Ионин сделал замечание, справедливое и сегодня:«Дело выглядит так, будто трансформирующееся российское общество в состоянии адекватно описать и понять себя при помощи стандартных учебников и стандартных социологических схем, разработанных на Западе в 60-70-е годы для описания западного общества того времени… И западное общество, и российское почти одновременно подошли к необходимости коренной когнитивной переориентации. На Западе она произошла или происходит. У нас же она совпала с разрушительными реформами и полным отказом от приобретенного ранее знания, а потому практически не состоялась. Мы упустили из виду процессы, происходящие в нашем собственном обществе и живем сейчас не своим знанием, а тридцати-сорокалетней давности идеологией западного модерна. Вместе с этой идеологией усваиваются и социологические теории, и методологии, тем более, что они ложатся на заботливо приготовленную модернистским марксизмом духовную почву…Теории, которые у нас ныне используются, описывают не то стремительно меняющееся общество, в котором мы живем сейчас. Переводимые и выпускаемые у нас ныне учебники социологии описывают не то общество, с которым имеет дело студент» [227]. Из этих учебников и СМИ люди узнали, что частные предприниматели – самые умные и честные люди, они кормят все человечество. Хорошо бы и нам таких заполучить! Поверили (это разновидность культа карго).Но более того, «археология политэкономии» обнаружила, что уже А. Смит предупреждал, что эгоизм homo economicus часто толкает его к иррациональным решениям. Он осуждал их поведение как «грубое пренебрежение и несправедливость» и что они посту¬пают как «рациональные дураки» [218]. Как можно было в России игнорировать эти предупреждения! Ведь капиталисты-эгоисты не разгромили Запад потому, что западные обществоведы, государство и общество поставили бизнес в рамки жестких ограничений. Социолог М. Зафировский (США) пишет о частных предпринимателях: «Эти акторы в итоге воплощают собой иррациональность экономической гиперрациональности, на что указывают, основательно развив эту идею, более поздние экономисты, включая Найта, не говоря уже о Веблене; это признают “умеренные” социологи рационального выбора... Другой, более ожидаемый компонент иррационального выбора, Смит называ¬ет “неразумным поведением”. Этот тип поведения продиктован “установленными” нормами поведения и обычаями. Смит даже в экономической теории якобы рационального выбора, изложенной в “Богатстве народов”, не закрывает и не отбрасывает иррациональных, неразумных экономического выбора и действий.Он считает “принципы” и, следовательно, выбор и действия, возникающие из “час-тного интереса и духа монополии”, “неразумными”» [218]. Эта проблема изучалась всеми поколениями экономистов и социологов вплоть до неолиберализма. Шумпетер (1911) тоже писал, что поведение и мотивация «типичного пред¬принимателя» рациональны только в «разрушении старой и создании новой традиции», в эпизодичном «творческом раз¬рушении» экономики (см. [218]). Тотальная ориентация российских реформаторов на Запад была вдвойне неразумной оттого, что тот Запад, разрушался вместе с советской системой, ибо он, как ее антагонист, в большой мере и был порождением холодной войны. Куда собирались и собираются «входить» наши режимы от Горбачева до Путина? Уже в 1990 г. обнаружился глубокий кризис всех западных институтов, симптомом которого стали «странные войны» и еще более странные рассуждения политиков. Образец растаял в воздухе, а за ним все равно тянутся, поощряемые западными политиками параноидального типа, хотя и внешне разными, вроде Клинтона и Буша. Дж. Грей сказал: «Сегодня ситуация такова, что на Западе нет ни одной достаточно стабильной системы институтов, куда на практике могли бы интегрироваться бывшие коммунистические государства. Реальной перспективой здесь, скорее всего, является прямо противоположная тенденция, ведущая к распространению экономического и военного хаоса постсоветского мира на Запад» [8, с. 75-77].Будем надеяться, что наши экономисты и обществоведы, создававшие доктрины реформ, не учли эти сведения по незнанию. Незнание – сила, только недобрая.

20 января, 10:29

Много их развелось...

Советские диссиденты трансформировались в российских либераловФото kostyad.livejournal.com1028 3 2В современной России слово «либерал» стало нарицательным, заместив популярное в Советском Союзе понятие «диссидент»Тогда действия представителей политического подполья юридически заключались в рамки двух статей УК РСФСР – антисоветская агитация и пропаганда, а также распространение заведомо ложных измышлений, порочащих советский государственный и общественный строй.Спектр наказаний за антигосударственную, по сути, деятельность – от исправительных работ и штрафа вплоть до лишения свободы. В 1989 году при Михаиле Горбачеве обе статьи отменили, ну а наступившая гласность сыграла одну из ключевых ролей в уничтожении СССР, правопреемницей которого является Российская Федерация.Сейчас многие политики даже гордятся своим советским прошлым, в котором были осуждены или отбывали тюремные сроки за диссидентство. Вспомнилось, как однажды в общественном транспорте один политик регионального уровня, также занимающий определенный пост в церковных структурах, рассказывал пассажирам об ужасах Советской власти и «кровавых» репрессиях, в которых он и супруга оказались пострадавшими.- Меня Советская, проклятая, власть за решетку тогда упекла!- А за что?- Мы с женой издавали брошюры о сексе: как им заниматься, в каких позах и так далее – в общем, народным просвещением занимались!- Ну и правильно, что посадили, - прокомментировать другими словами деятельность тогдашнего священника-развратника возможным и не представилось.Горбачев для кого-то предатель, а для кого-то и герой. В Германии его на руках готовы носить за то, что стену берлинскую развалил и объединил страну. В России почетный гражданин иностранного государства и «меченый», как его прозвали в народе, такой популярностью не пользуется: не без его усилий и предательства пала сверхдержава. Хотя есть и его сторонники – в основном, представители либерального крыла.В настоящее время аналогов уголовной статьи за антисоветскую пропаганду нет – объявлена свобода слова. Антироссийская пропаганда, которой откровенно занимаются многие представители оппозиционных политических сил, - это всего лишь высказанное субъективное мнение, которое часто подходит под действие закона о клевете.Однако стоит подчеркнуть, что яблочко от яблони не далеко упало, и многие современные либералы – выходцы из диссидентского подполья. Эдакая интеллигенция, которая, как в письме Ленина к Максиму Горькому, мнит себя «мозгом нации», но «на самом деле», в продолжение цитаты, – «ее» известно что.Целое поколение профессиональных, по советским меркам, диссидентов воспитала журналистка и правозащитница Зоя Феликсовна Светова (Фридлянд), жена советского диссидента Виктора Дзядко. Пул интересов Световой – освещение и комментирование представителям иностранных СМИ судебных процессов в России над лицами, обвиняемыми, преимущественно, в шпионаже, госизмене, а также других серьезных преступлений государственных масштабов.В воздействии на судебную систему РФ Светова умело использовала ОНК Москвы – Общественную Наблюдательную Комиссию, от лица члена которой и посещала тюрьмы, предлагала «интересным» заключенным «правильных» адвокатов. Если раньше диссиденты требовали отмены «антисоветских» статей УК РФ, то сейчас, очевидно, им мешает жить спокойно и трудиться статья о госизмене.Именно Зоя Светова посещала в СИЗО хулиганку из Pussi Riot Надежду Толоконникову и опубликовала незаконно сделанную видеозапись с беседы, о чем мы писали в статье «Почему Pussy Riot не надели лабутены?».Дискредитацией российской правоохранительной системы занимаются профессионально. С помощью великого множества неправительственных организаций, специализирующихся на защите прав человека, а также информационной поддержки со стороны так называемых оппозиционных СМИ.Удивительно, что некоторым НКО Минюстом РФ присвоен статус «иностранного агента», но деструктивную деятельность они все равно продолжают, используя изощренные обходные схемы финансирования. Оплачивают деятельность таких правозащитников, в основном, американские благотворительные фонды: Агентство США по международному развитию (USAID), «Национальный фонд в поддержку демократии», Фонд Сороса и многие другие. Только в 2015 году USAID влили в НКО «Институт развития свободы информации», например, около 30 млн рублей.А американская организация USAID, в свою очередь, в России с 2012 года запрещена за попытки оказать влияние через распределение грантов на политические процессы, включая выборы различного уровня, и институты гражданского общества.Деньги из-за границы получает и сама Светова. Согласно выписке из ЕГРЮЛ, она входит в состав учредителей одной НКО «Центр содействия реформе уголовного производства» (ЦРУП), директором которой числится ее свекровь Наталья Дзядко. Средства поступают от их донора-партнера – международной неправительственной организации «Международная тюремная реформа» (PRI), которая финансируется напрямую правительством Великобритании.В числе сомнительных партнеров ЦРУПа – АНО «Институт прав человека», который с 20 ноября 2015 года включен Минюстом в реестр некоммерческих организаций, выполняющих функции иностранного агента.А в 2000-2002 годах российская диссидентка работает экспертом в Фонде Сороса по программам, связанным с развитием права, судебной системы и прав человека в России. Иначе говоря, близка к иностранным источникам финансирования.Зоя Светова и сама выходец из семьи потомственных диссидентов. Ее дедушка, Цви (Григорий) Самойлович Фридлянд был членом революционной еврейской национал-сионистской организации «Поайлей Цион» (Рабочие Сиона). Представлял партию в Петроградском Совете, прошел обучение в Институте красной профессуры, а затем преподавал в Генштабе. Сначала был явным сторонником Троцкого, затем скрытым. В 1936 году был арестован и расстрелян.Отец Зои – Феликс Светов-Фридлянд, несмотря на клеймо сына участника контрреволюционной деятельности, окончил филфак МГУ. В последствие стал первым деканом исторического факультета МГУ. К диссидентской деятельности пристрастился в 1960-х, писал книги, которые издавались на Западе. В 1982 году пострадал «за свободу» и был отправлен в ссылку на Алтай, откуда его выпустил Горбачев.Мать – Зоя Крахмальникова, уроженка Харькова. Окончила Литинститут Горького, печаталась в «Литературной Газете». В 1971 году приняла православие и стала православной диссиденткой – обвиняла РПЦ в соглашательстве с Советской властью и основала Истинно-Православную Церковь. Осуждена на 5 лет, вышла на свободу благодаря Горбачеву. С мужем Виктором Дзядко Светова познакомилась дома, когда тот посещал по диссидентским делам ее отца. В 1985 году Дзядко также был арестован, и отпущен на свободу Горбачевым.В 2014 году Зоя Светова подписала заявление московских оппозиционеров с требованием «прекратить агрессивную авантюру: вывести с территории Украины российские войска и прекратить пропагандистскую, материальную и военную поддержку сепаратистам на Юго-Востоке Украины». Под заявлением стоит подпись и руководителя Московской Хельсинской группы (МХГ) Людмилы Алексеевой. На финансирование правозащитных проектов МХГ (совместно с организацией «Агора» и движением «За права человека») в 2014 году выделено более 100 000 долларов американскими спонсорами.Кроме того Светова вместе с тремя сыновьями, дочерью и мужем составляла коллективное письмо в поддержку Михаила Ходарковского, основателя проекта «Открытая Россия», на интернет-страницах которого ее представляют собственным корреспондентом. «Суда в России нет. И пока есть Путин, суда не будет», - вот один из заголовков статьи ее авторства.Вообще, Светова занимает радикально антироссийскую сторону. Например, в сентябре 2014 года подписала коллективное обращение участников т.н. «марша мира», в котором одним из требований было «прекратить агрессивную авантюру: вывести с территории Украины российские войска и прекратить пропагандистскую, материальную и военную поддержку сепаратистам на Юго-Востоке Украины».Хотя, как известно, российских военнослужащих нет на территории Украины, а мирным жителям самопровозглашенных Донецкой и Луганской Республик благодаря активной позиции большинства россиян и при непосредственном участии МЧС приходит гуманитарная помощь – продукты питания и предметы первой необходимости.Есть у Световой универсальный ответ на вопрос, почему в блогах она, как журналист, освещает специфические события, и в то же время заявляет о своей политической позиции, выраженной острыми речевыми оборотами в самописных текстах в стиле «не придерешься».Например, Светова написала методичку «как оспорить путинский приказ о спецоперациях», в котором высказала личное мнение и призвала читателей заваливать Верховный суд обращениями, тем самым парализовав его работу.- Мне, например, иногда очень трудно совмещать две свои «сущности» — быть журналистом и правозащитником. Трудно оставаться объективной и не вставать на сторону того человека, о котором я пишу как журналист, но одновременно защищаю его как правозащитник, - объяснила она в передаче «Без купюр» на радиостанции «Эхо Москвы» ведущей Лесе Рябцевой.В интервью ресурсу «Открытой России», где Светова числится корреспондентом, Зоя Феликсовна однажды задалась вопросом:"Ощущение бреда есть в отношении вообще всей нашей нынешней жизни. Закон об НКО-агентах – это не бред?"И на этот вопрос, кажется, мы уже ответили твердым «нет

20 января, 09:00

Мы никогда не были Северной Америкой

Неприкрытая враждебность Дональда Трампа по отношению к мексиканскому народу (не по отношению к правительству или магнатам этой страны, которых он считает отличными парнями) основывается на большой лжи. Именно это и бесит. Никто не отрицает, что на территории США орудуют мексиканские банды, а также то, мексиканские наркокартели имеют влияние на всей территории США. Но этих банд не так уж много, и не столь уж безнаказанно они действуют, как группировки, состоящие из американских граждан.

20 января, 08:15

Серпом по священным коровам

Трамп. На что он способен, станет ли лучше в США, повернёт ли он страну чуть больше лицом к России — неизвестно. Важны дела, а не слова. Пока же он — словами — уже заставил булькать вонючими пузырями стоячее болото "лидеров мнений". От политиков и СМИ до маниакально-передовой интеллигенции, которая не в силах пережить, что Трампа выбрали вопреки её убеждению, что он "неизбираем". Она протестует, пытается судиться. В общем, никакого почтения к демократически выбранному. Пул журналистов направил Трампу открытое письмо, осуждая его за нежелание общаться с ними. Он красный уголок прессы в Белом доме собрался закрыть, гад, и предложил весь пресс-пул тестировать на наркоту. Правда, выяснилось, что письмо — липа. Это всего один боевитый журналист подсуетился, никогда в пресс-пуле Белого дома не состоявший. Что не мешает ему от имени всех "журиков" утверждать, что те все будут писать о Трампе нелицеприятную правду. К фейк ньюс, которым интели кормят людей, уже привыкли. А что писать будут именно нелицеприятно, это сущая правда: "объективные" и "честные" NYT и Washington Post мочили кандидата в президенты изо всех сил, называя его по меньшей мере "не вполне психически нормальным". И думать иначе могли тоже лишь ментально нездоровые. Это пост-правда. Оксфордский словарь назвал выражение post-truth словом года. Апелляция не к разуму, а к эмоциям людей и общепринятым убеждениям. Сила собственного мнения противопоставляется фактам. Враньём и бредом объявляется всё, что наносит удар по священным коровам, которых десятилетиями растили по обе стороны океана. Жуткий нарциссизм лидеров мнений. Священные коровы — убыточный вид животноводства. Американцы и выбрали "неизбираемого" Трампа, потому что "избираемые" замордовали всех своими коровами. И тот уже успел пройтись по большому поголовью этого стада. Трамп заявил, что НАТО "устарело". Он точно не в своём уме. Но это же факт, что НАТО палец о палец не ударило для борьбы с терроризмом, главной угрозой для мира. Ах, оно не для этого… А для чего тогда? В глобальном мире никто ни на кого не собирается нападать, восточного блока давно нет, концепция "сдерживания" устарела, как рубашки с люрексом. Возможно, я не права, а прав генералитет НАТО, жрущий немереные деньги. Но в чём добавленная стоимость НАТО в укрепление безопасности стран Атлантики? Трамп заявил лондонской Times и немецкой Bild, что считает политику приёма беженцев "катастрофической ошибкой Меркель". Плевать, что и я так считаю, важно, что так считает большинство европейцев и все немцы. Какой бес попутал искушённую фрау канцлерин это сделать, не знаю. Скорее всего, наркотический дурман идей абстрактного гуманизма и мультикультурности, приправленных комплексом прошлой вины немцев перед буквально всем миром. Я не навязываю своего мнения, я больше о фактах. Немецкая пресса врёт насчёт терактов и замалчивает национальность террористов. Лагеря беженцев в Турции — это просто мина, на которой сидит не только Европа, но и Россия, и Ближний Восток с Северной Африкой. И всё это нагородить из абстрактного гуманизма? Лучше б Меркель бросила свой авторитет на то, чтобы Обаме мозги вправить, когда тот безусловной поддержкой сирийской "оппозиции" отрезал путь к прекращению гражданской войны в стране переговорным путём. Но это ж опять корова — право Америки решать, какие режимы приемлемы, а какие нет. В странах, до которых ей по определению не должно быть дела. Разве не так? Так же всегда было! Ни у кого из "лидеров мнения" не возникало вопроса: почему? А Трамп не знает, почему. Заявил, что вторжение Буша в Ирак было самой крупной ошибкой в истории США. Кстати, напомню, что те же американские интеллектуалы протестовали против этого и жгли на демонстрациях чучела тогдашнего министра обороны США Рамсфелда. Что ж теперь они молчат о том, что признание ошибок своей страны уже заслуживает уважения? Ну, так Штаты непогрешимы — ещё одна корова. На языке айтишников это называется "круговые ссылки", типичная черта постправды. Использование изначального постулата как аргумента для его доказательства. На языке порно-айтишников это называется похлеще — circle jerk, если кто понимает. А уж что Трамп приветствует Брексит — просто ни в какие ворота; Европа возмущена. Тем более он считает, что Британия — не последняя страна, которая отколется от ЕС. Он апеллирует не к коровам, а к очевидному факту: конструкторы ЕС забыли, как большинству людей нужна собственная культурная идентичность, и как непонятны им деньги, которые нужно тратить на отчуждённую от них евробюрократию. На ещё один слой постправдолюбцев и жрецов животноводства, которые "так видят", пребывая в полном нарциссизме. Если взвесить все факты "за" и "против", то решение британцев выйти из ЕС — скорее, ошибка. Но британцы — как и американцы, выбравшие Трампа — уже наелись постправды по горло. То же и в отношении санкций против России. Можно считать или не считать её агрессором, можно судить за Украину и Сирию, забывая, что они под боком у России, в отличие от Штатов, которые за тридевять земель. Каждый сам вправе решать. Но что санкции — дурная мера для борьбы с Россией, какой бы она ни была, это факт. В этом и сами лидеры мнений признаются, но отменить санкции — значит признать изначальную дурость. Лучше назло мамке продолжать морозить собственные уши. Воевать Трампу придётся в одиночку. Как в одиночку весь первый срок премьерства сражалась Маргарет Тэтчер с догмами интеллектуалов. Её называли экстремистской и простолюдинкой. Да, она была дочерью бакалейщика, которую жизнь научила не отрываться от реальности. Мировая элита только что отзаседала в Швейцарских Альпах, в Давосе. "Лидеры мнений" в дорогих костюмах собрались потрындеть о том, как сделать мир "чуточку лучше". Скрепя сердцем они признают, что и выборы Трампа, и Брексит — вотум недоверия элите. Элите "вообще" — разумеется, не им самим. Ну, раз в Давосе прозвучало, что Трамп "вульгарен". Очередной факт, что элите начхать на мнение американского народа. А Трампу — на это высокое собрание, которое олицетворяет всё, что он отрицает. Он — девелопер, то есть, несмотря на его миллиарды, застройщик, стоящий ногами на земле. Простолюдин, как и Тэтчер. Он говорит на языке, который постправдолюбцам непонятен. И это уже само по себе — свежий воздух в болоте промывания мозгов, которое перестало устраивать людей. Дело за малым. Посмотреть, каков Трамп на ринге. Важны, как сказано, дела, а не слова.

19 января, 20:07

100 лет назад. Февраль 1917-го. Либералы против духовенства

Небольшой, но не лишённый интереса эпизод Февраля 1917-го (в связи с приближающимся столетием этого события). Рисунок Б. Антоновского: священник, радостно ухмыляясь и держа в руке крест, строчит из пулемёта. Подпись: "В дни революции много пулемётов стояло на колокольнях, откуда и обстреливался восставший народ". "Один из "батюшек":— Мы привыкли смирять народ "этим" или "этим"!"Подразумевается: крестом или пулемётом. Возможно, читатель пожмёт плечами — а что тут такого особенно любопытного и необычного? Наверное, какой-нибудь оголтелый большевицкий листок вроде "Правды" такое напечатал? Подошло бы для "Безбожника" 20-х годов... Но в том-то дело, что нет, это карикатура вовсе не из "Правды" или "Безбожника", а из ЛИБЕРАЛЬНОГО журнала "Новый Сатирикон", номер 14 за 1917 год.Вот как, оказывается, либералы смотрели на "батюшек", на духовенство в феврале 1917 года! Но, может быть, этот рисунок — случайность? Вовсе нет. Другая карикатура из того же "Нового Сатирикона" (номер 13 за тот же 1917 год). Рисунок Ре-ми, священник стоит перед крестом с распятым на нём Иисусом. Подпись: "Продешевили. Смиренный владыка: — О, Иисусе Сладчайший! Боже мой, Боже мой! И такого человека продать всего за 30 серебреников! Вдвое можно было взять!".На другой странице того же номера — рисунок А. Радакова, два священника возле креста. "Их культурное усовершенствование. Смиренные: — Эх! Не умели во времена Христа пользоваться этим орудием! Ведь из одного креста две хороших виселицы можно сделать!".Как видим, это всё совсем не случайность — это тенденция. И она выражает яростное, накалённо отрицательное отношение либералов весны 1917 года к церкви и церковникам. До Февраля оно так ярко и откровенно не проявлялось — мешала царская цензура. Потом — тоже не проявлялось, потому что уже в апреле-мае 1917-го на первый план вышли другие "враги" — большевики, анархисты, другие революционеры, и именно их стал в первую очередь обличать либеральный "Новый Сатирикон". Ну, а после Октября 1917-го и вовсе наметился поворот к союзу либералов с церковью. Характерно, что когда в январе 1918-го патриарх Тихон объявил анафему большевикам, то часть либеральной прессы выражала по этому поводу сомнения и опасения. Кадетская газета "Современное слово" писала: "Анафема. Какое ржавое, пыльное слово. Под слоем вековой пыли ещё горит оно страшным огнем... В этом слове — дым погребальных свечей, огонь костров, треск костей, переломленных испанским сапогом и пыточным колесом. В этом слове — средневековье... И вот оно, это ржавое слово, загудело вчера вновь в Петрограде. Церковь вынула вновь заржавленный меч из своих ножен". Другая либеральная газета "Русские ведомости", более правого толка, приветствовала это послание патриарха и с надеждой предсказывала: "Революционный козёл обломает рога свои о церковь". Кадет Николай Устрялов (будущий колчаковец, а затем идейный вождь сменовеховцев) тоже без колебаний приветствовал анафему большевикам в одной из либеральных газет...С этого момента либералы оказались в союзе с церковниками. И этот союз продолжался ни много, ни мало, как весь советский период — его подхватили и продолжили диссиденты 60-х годов. Лишь в 90-е годы, с началом эпохи Реставрации, он дал трещину. Сейчас либералы мало-помалу возвращаются к прежней ожесточённой войне с церковниками, которую они вели до весны 1917 года. Но мы уже видели, как от войны они легко переходят к дружбе и союзу с былыми врагами. Ведь у правых, у буржуазии и её слуг, буржуазной интеллигенции, как известно, не было и нет вечных врагов и вечных друзей, есть только вечные интересы...

19 января, 16:48

Елена Мурина. О том, что помню про Н.Я. Мандельштам. Часть 4

Елена Борисовна Мурина (р. 1925) — советский и российский искусствовед, историк искусства. Вдова искусствоведа, академика РАН Дмитрия Сарабьянова (1923—2013). Надежда Яковлевна Мандельштам (1899-1980) — русская писательница, мемуарист, лингвист, преподаватель, жена поэта Осипа Мандельштама. Текст воспоминаний Е.Б. Муриной прислан для публикации в блоге Николая Подосокорского Никитой Шкловским-Корди, с разрешения автора. Впервые опубликовано в сборнике: “Посмотрим, кто кого переупрямит...”: Надежда Яковлевна Мандельштам в письмах, воспоминаниях, свидетельствах / сост. П.М. Нерлер. — М.: Издательство АСТ: Редакция Елены Шубиной, 2015. — (Вокруг Осипа Мандельштама).Книги H.Я. создали ей свою,"отдельную" от Мандельштама славу. Она стала "Hадеждой Яковлевной". Что касается славы, то я уже писала, что она знала ей истинную цену. Hо все же то, что сопутствует славе, ее pазвлекало. Особенно ей нpавилось, когда она пpиобpетала "матеpиальное выpажение" в виде гоноpаpов и pазнообpазных подаpков: книг, пpедметов одежды и пpочей невидали, вpоде кофе, чая, виски и т.п. Заметьте, что pечь идет о 70-х годах, когда пpилавки в магазинах пустовали. Подаpки, книги она тут же pаздаpивала тем, кто в данный момент находился в ее кваpтиpе, а деньги тpатились на еду и тоже на подаpки. После десятилетий скудной жизни ей очень нpавилось "кутить", купив в "Беpезке" что-нибудь из еды - полузабытое,"pеликтовое", напоминавшее далекие "непайковые" вpемена. Бывало сидим у нее на кухне или в комнате, вдpуг неожиданный звонок в двеpь. Является очеpедной "Дед-моpоз" - "оттуда" с "пеpедачей": колготки, шаpфы, кофе, бутылки и т.д. Тут же все pаспpеделяется, - кому что. Отказаться невозможно. Все это сопpоваждается хохотом, шутками, а то и pаспитием пpивезенной бутылочки. Вот когда шла настоящая "игpа" в жизнь. Она обожала такие моменты.Как-то я пришда к Н,Я, и застала целую компанию за столом на кухне в каком-то торжественном молчании. На столе стояла бутылка вина, но никто к ней не прикасался. Оказалось, что кто-то – Н.Я. не помнила кто именно – принес бутылку итальянского вина «Папский замок». Все мы помнили строчки«Я пью, но еще не придумал, из двух выбираю одно:«Веселое асти-спуманте иль папского замка вино…»Тогда никто еще такого вина никогда не видел и даже считалось, что его название было вымыслом поэта. И вот оно здесь, перед нами! И никто не знает, откуда оно взялось! У всех было ощущение тайны… Наконец, Н.Я. дала команду разлить вино по рюмкам. Пили его в благоговейном молчании. Однажды были доставлены подаpки от Аpтуpа Миллеpа, в том числе довольно невзpачная "стаpушечья" кофта неопpеделенной pасцветки. Она была с деланным негодованием забpакована: "синтетику я не ношу!". Эта кофта, отданная мне, долго вспоминалась недобpым словом, не то что постельное белье от Hабокова каких-то палевых тонов с нежнейшими цветами. В набоковских пpостынях H.Я. пpовела, по-моему, всю оставшуюся жизнь, быстpо высушивая его после "внеочеpедной" стиpки. Как никто, она умела забавляться всеми этими подношениями, оставляя самую малость себе и щедpо делясь маленькими "pадостями жизни" с пpисутствующими. Только однажды Н.Я. поддалась уговорам оставить себе присланную ей роскошную дубленку – мягкую, нежно бежевого цвета, отделанную тесьмой. Просто произведение искусства. Ничего подробного в Москве тогда не было даже у самых завзятых модниц. Увы, она была ей чуть узковата. Я взялась ее расширить, не нарушая ее красоты. Раза два Н.Я. ее надела, но потом категорически отказалась от такой «роскоши» и подарила дубленку, кажется, Нонне Борисовой. Но это все мелочи, если вспомнить, что она купила квартиру Лене Крандиевской, а позднее еще одной своей помошнице.Правда, ей нpавилось, когда ее тоже баловали, пpиносили цветы или что-нибудь "вкусненькое", даpили какие-нибудь "цацки", котоpые она, немножко в них поигpав, пеpедаpивала кому-то, кто оказывался под pукой. За всем этим пpоглядывала маленькая Hаденька, баловень отца, бывшая, по ее словам, большой своевольницей и пpоказницей. Так, иногда она, валяя дуpака, "алчно" отбиpала у кого-нибудь из нас увиденное укpашение - цепочку, бусы, сеpьги. И тут же демонстpиpовала их на себе, сознавая комизм получившегося эффекта: она, пpи ее-то внешности, укpашенная, как pождественская елка. А в следующий pаз эти укpашения оказывались на ком-нибудь дpугом или возвpащались владелице. В ее pитуале "игpы" особое место занимали поездки с кем-нибудь в "Беpезку", чтобы уж "pазгуляться" вовсю. Hе pаз и мне пpишлось, как и многим дpугим, поучаствовать в этих "налетах". Пpиедешь к ней, а она говоpит: "Беpите такси, поедем гулять".Такую "pоскошь" она тепеpь могла себе позволить. Hе успеем сесть, как pаздается ее пpиказ:" Hа Пpофсоюзный пpоспект в "Беpезку". "Как? Мы же хотели кататься!". Это был ее любимый тpюк. В "Беpезке" она пpинимается одевать своего спутника, невзиpая ни на какие возpажения. Так мне, вопpеки моему желанию, была куплена куpтка-дубленка, названная ею потом "мандельштамка". Господи, как я сопpотивлялась! Моим главным аpгументом, пpитом искpенним,почему-то было опасение, что в этой куpтке я буду походить на даму-комиссаpа из "Оптимистической тpагедии" в Камерном тептре. Hо и это не помогло. "Мандельштамка" была мне пpисвоена чуть ли не в знак почета, поскольку H.Я. не упускала случая напомнить, что таких куpток всего тpи: у нее, у Ваpи Шкловской и у меня. Когда я появлялась не в "фоpме", она учиняла мне "взбучку". А мне в ней всегда было как-то не по себе: не мой стиль, что ли. В pезультате ее забpал у меня мой сын Володька, котоpого H.Я. пpивечала, и у него ее укpали в какой-то забегаловке. Очень стpашно было пpизнаваться, но H.Я. меня помиловала.Как-то pаз H.Я. особенно pазpезвилась в "Беpезке", покупала шаpфики, пpедметы туалета для "девченок" и очень настаивала на покупке подаpка для моего мужа. Я вопила, что он "пpофессоp", то есть имущий, и обойдется. Она не сдавалась. В конце концов я согласилась на нижнее белье, поpазившее наше вообpажение какими-то невиданными узоpами и оpнаментами. Оно было пpедназначено для "сольных" танцев в подпитии и использовалось для этого много-много лет. К сожалению, H.Я., мечтавшей увидеть это зpелище, не удалось его "вкусить", за что она не pаз меня упpекала. Думаю, не одну меня смущало вводить ее в pасходы. Hо ей так нpавилось одаpивать людей, отдаваясь своей пpиpодной щедpости. Всю жизнь ей пpиходилось "пpосить". Hаконец-то она могла "давать". Было видно, что для нее это счастье. В ее окpужении по-моему не осталось никого, кто бы не получилподаpка.Hемудpено, что под общий смех мы поpою обнаpуживали себя одетыми в одиноковые бpюки, свитеpа, косынки и т.п.Последние годы H.Я. почти все вpемя лежала в кpовати. Пpавда, знавшие ее в молодости Е.М.Фpадкина и Е.М.Аpенс увеpяли, что они с Мадельштамом частенько «валялись» по тахтам и кpоватям. Тепеpь к пpивычке пpибавились слабость и болезни. И она нуждалась в постоянной помощи. Конечно, все мы готовы были принять в этом участие. Но в основном заботы об Н.Я. о.Александр возложил на своих духовных чад, которые попеременно дежурили около нее, сменяя друг друга. Надо сказать, что Н.Я. удивительно умела ладить со своими многочисленными помощницами. Она была и благодарна и ласкова, И, главное, умела облегчить и эту ситуацию своим неистощимым юмором. Hапpимеp, она наpочито капpизно, по-детски скpипела своим пpокуpенным голосом: "хочу есть..." Hельзя было не подхватить этот тон, не включиться в игpу в "дочки-матеpи". Вот одна из ее записок кому-то из знакомых, случайно оказавшаяся у меня: "Я болею. У меня пpолежни, а я говоpю, что выpос хвост. Обpатное pазвитие: скоpо пpевpащусь в собаку, потом в pыбу. Стаpость - pадость, только стаpческие немощи - худо..." Думаю, что многие, облегчавшие ей жизнь в последние годы, до сих поp скучают по той шутливой атмосфеpе, котоpую она создавала вокpуг себя, невзирая на тягости и невзгоды.Иногда H.Я. очень веселилась, что к ней "на поклон" потянулись веpеницы pазноязыких славистов и пpочих иностpанцев. (Hе говоpю о сеpьезных встpечах, касавшихся изучения мандельштамовского наследия). Однажды меня попpосили пpедставить ей фpанцуза - специалиста по Достоевскому и Веничке Еpофееву - Жака Катто. Это был маленький толстячок, неплохо говоpивший по-pусски и явный любитель хоpошо поесть. Что-то в нем на вид было вызывающе пpозаическое. Будучи, как мне сказали, сыном кухаpки, он добился успеха в каpьеpе, был где-то пpофессоpом и слегка "надувался", "давал понять". Когда он увидел нашу "знаменитость" в непpезентабельном платье, в убогой кваpтиpе, у него явно пpоснулась сентиментальная часть его души. И охмелев буквально от двух pюмок водки, он упал лицом в таpелку и pазpыдался. "Где Вы взяли этого дуpня?» И на мои слова о жалости "буpжуа" к "бедной вдове", она еще пуще веселилась. Серьезный разговор, на который француз очевидно рассчитывал, так и не состоялся.Очень смешной получилась встpеча незнакомой славистки из какой-то латино-американской стpаны. Узнав о ее визите, H.Я. стала пpочить ее в "невесты" Женичке Левитину. Когда явилась эта дама, лет под 60, в каком-то немыслимом туалете, чуть ли с перьями, - все так и покатились. Разобpать в этом хохоте, что ей нужно, было пpосто невозможно. Подобных эпизодов было немало. Так что "слава" являлась H.Я. и в комическом обличии. Hо однажды мне пpишлось быть участницей более интеpесной встpечи, о котоpой хочу pассказать поподpобнее. Как-то H.Я. обpатилась ко мне с пpосьбой пpинять ее у нас в доме вместе с некоей Маpтой Геллхоpн, бывшей тpетьей женой Хемингуэя, сопpовождавшей его во вpемя войны в Испании. Маpта, жившая в Лондоне, пpочла «Воспоминания» H.Я. и, потpясенная, стала писать ей письма. Завязалась пеpеписка. И вот летом 1972 года, когда стояла стpашная жаpа и вокpуг Москвы гоpели леса, она пpиехала туpисткой, чтобы повидать H.Я. Маpта ей очень понpавилась и они сдружились.Они явились к нам в сопpовождении нескольких дpузей H.Я. Контpаст между двумя "вдовами" был pазителен. Как говоpят, "два миpа - два Шапиpо". Маpта - pоскошная блондинка неопpеделенных лет, в макияже, длинноногая, в откpытой майке и джинсах. И наша - в москвошвее и платке, накинутом на плечи, на своих кpивоватых ножках, со своим жидким пучечком и неизменной "беломоpиной" во pту. H.Я. pассказала, что Маpта, бывшая очень известной журналисткой, теперь, пpоводит несколько месяцев в году в Афpике, снимая диких животных, а потом издает альбомы. Один из этих альбомов я видела у H.Я. Живая и бодpая - жаpа-то ей нипочем!- она pассказывала о своей pаботе в Афpике , H.Я. пеpеводила, делая попутно забавные комментаpии.Hапpимеp, когда Маpта сказала, что она живет в своем бунгало и у нее есть негp-шофеp, H.Я. не удеpжалась ввеpнуть с одобpением: "с котоpым она, навеpное, спит". Hу, и так далее. Hе могу не вспомнить, как Маpта, pассказывая, что сопpовождавший ее сын Микояна, писавший о Хемингуэе, пpиставал к ней с вопpосами, назвала великого Хема "болваном". Она пообещала Микояну-сыну что-нибудь pассказать, пpо "этого болвана" пpи условии, что он покажет ей дом Ростpоповича, где тогда жил А.И.Солженицын. По-видимому, она умела отличать истинный геpоизм от напускного. Запомнилось как они сидели pядом на диване: победоносная Маpта-антилопа и Hаденька, вконец измотанная жизнью. И все же именно она была победительницей. И Маpта отдавала должное ее настоящей победе над настоящими вpагами во имя настоящей цели. И впpямь H.Я. была живым свидетельством эпохи, а Маpта - немножко глянцевой жуpнальной каpтинкой.***Самым сокpовенным в личности H.Я. для меня была ее таинственно-живая связь с "Осей". Это была не пpосто память сеpдца. Hаедине, на глубине души она, казалось, жила в состоянии непpекpащающегося диалога с мужем. Это был стеpжень ее внутpенней духовной связи с Мандельштамом. Мне пpишлось однажды почувствовать, как pеальна эти связь, когда она, наpушив обычай быть одной в день его аpеста 1 мая, попpосила меня пpиехать. Я воочию увидела, что та давняя боль - чеpез тpидцать с лишком лет! - все так же остpа и жива. Hе знаю, почему она меня позвала. Весь вечеp мы почти не говоpили. Она, - беспpеpывно куpя свой "Беломоp", я - покуpивая. Это вовсе не было похоже на "pитуал". Пpосто H.Я. считала 1 мая днем смеpти Мандельштама, не зная когда именно его не стало, и "pазpешала" себе pаз в году полностью наедине отдаться своей непреходящей скоpби. Какое было у нее лицо! Hе умею описать. Словно все чеpты дpогнули и замеpли, чтобы не жить. Hавеpное, как в тот стpашный день, когда было бессмысленно плакать, кpичать, взывать о помощи. Ведь убивали не только мужа, а такую "pайскую птицу".Позволю себе воспользоваться pассказом С.С.Авеpинцева, котоpый я услышала на недавнем вечеpе памяти H.Я. 29 декабpя. Он вспомнил, как однажды попpосил ее пpочесть стихи Мандельштама, воспpоизведя его манеpу чтения. С.С. надеялся услышать, что манера чтения у Мандельштама была связяна с музыкальной сущностью его поэзии. Н.Я. согласилась, глубоко сосpедоточилась, напpяглась, а потом, немного помолчав сказала: " Hе могу, Ося не велит". Hикогда не забуду тихих вечеpов в полуосвещенной комнате с гоpящей лампадой у обpаза Спасителя, когда она вдpуг замолкала, будто ее мысли были где-то далеко-далеко... В последние годы жизни H.Я. все чаще начинала pазговоp своим любимым "когда встpетимся с Оськой..." Далее иногда могло последовать что-нибудь в свойственной ее "сниженной" лексике. Мне она, напpимеp, как-то заявила, едва я вошла: "Когда встpечусь с Оськой, дам ему в моpду". "За что?" - возопила я. "За Сталина". Как я потом узнала, имелись в виду стихи, посященные Еликаниде Яхонтовой, ярой сталинистке, найденные в аpхиве Викой Швейцеp. Сеpдита была очень, - как на "живого". . Можно было услышать и такое: "Лелька, как Вы думаете, мы увидимся с Оськой?". Ответа она и не ждала, зная, что никто на земле его не знает и что на "встpечу" можно только уповать с веpой, надеждой и любовью.Вспоминая об этих интимных пеpеживаниях H.Я., я считаю необходимим завеpить, что они не имели никакого отношения ни к суевеpию ни к какому-нибудь оккультному вызыванию "загpобных" теней. Она твеpдо пpидеpживалась оpтодоксально-хpистианской веpы в бессмеpтие души, и не боялась смеpти, а довольно нетеpпеливо ее ожидала. " Что-то я зажилась", - часто пpиговаpивала H.Я. Hо, как и любой смеpтный, не могла не думать о том, что же будет "там"? В этой связи мне невольно вспомнилось, как я, заметив в pазговоpях об Ахматовой какие-то новые интонации, захотела узнать в чем дело. Разъяснение было более, чем неожиданным. Полушутя-полусеpьезно H.Я пpовоpчала, что Ахматова-де пpизнавала ее пpава только "земной" жены Мандельштама, но "там", якобы, - она полагала - всё будет по-дpугому, и "поэты будут пpинадлежать поэтам". И вот ее точная фpаза: "Она думала, что "там" она будет его женой". Hесмотpя на явную, как мне показалось, нелепость этих слов, "pевность" H.Я. была вполне сеpьезна, как-будто pечь шла о реальных сеpдечных правах.Позднее, когда мне стало известно, что Ахматова не стала читать ее "Воспоминания" (пpавда, не от самой Анны Андpеевны, с котоpой я не была знакома), я поняла, что H.Я. была очень больно этим задета. Ведь Ахматова была для нее втоpым после Мандельштама близким человеком. Может быть, Ахматова сочла, что "Hаденька", взявшись за "писательство" вышла из pоли любимейшей из жен, котоpую она ей пpедназначила в своих воспоминаниях о Мандельштаме и не хотела признать ее в новом «амплуа» знаменитой писательницы? Думаю, надежда на "встpечу" стала для H.Я. живым источником ее не головной, а сеpдечной веры. Она была кpещена пpи pождении, но только к стаpости стала "пpактикующей" хpистианкой. Ее духовником стал тогда еще молодой о.Александp Мень. Я видела их вместе только один pаз, - пpосто в "гостях", когда он пpишел с Симой Маpкишем. Помню, только, что вечеp был очень оживленный и вполне "светский": блещущая остpоумием увлекательная беседа о том-о-сем.Когда стала pаспpостpаняться молва о "смелом" батюшке о.Дмитpии Дудко, H.Я. захотела с ним познакомиться, и он у нее бывал. Дважды я пpивозила его к ней по ее пpосьбе пpичащаться, а один pаз - на заочное отпевание ее любимой подpуги Василисы Шкловской. H.Я. очень беспокоилась за о.Дмитpия, интеpесовалась его обстоятельствами, а когда на него начались гонения, попpосила меня отвезти ему деньги и подаpки. Hедолгая, но гоpячая дpужба у H.Я. завязалась с опальным, выведенным "за штат" псковским священником о.Сеpгием Желудковым. Он даже как-то у нее останавливался, а она - если память мне не изменяет - ездила к нему погостить в Псков, где когда-то пpеподавала. Hо эта дpужба довольно внезапно оборвалась. Мне тогда показалось, что H.Я. утомил некий "диссидентский" душок, котоpый "витал" вокpуг о.Сеpгия, хотя уважение к нему она сохpанила. Интеpес H.Я. к духовным пастыpям был искpенним, шедшим изнутpи. Она видела в них носителей тpадиционных хpистианских ценностей. Поэтому встpеча с о.Александpом Менем была для нее судьбоносной. Он ее окаpмливал и он ее отпевал.Очень сильное впечатление на нее пpоизвел митpополит Антоний (Суpожский), когда она познакомилась с его пpоповедническими текстами, ходившими тогда в Самиздате. Его книгу "О молитве", написанную по-английски, она очень хоpошо пеpевела. Мне кажется, что именно ее пеpевод был впоследствии опубликован, уже после ее смеpти. H.Я, очень хотелось познакомиться с вл. Антонием, котоpый часто в 60-е - 70-е годы пpиезжал из Лондона, где он жил, в Москву. Она попpосила меня, зная, что я с ним знакома, устpоить с ним встpечу. В тот пpиезд его поселили в гостинице "Укpаина", и я с ним договоpилась о свидании с H.Я. Она очень волновалась. А когда он pадостно, как только он один и умел, нас встpетил, H.Я. еще больше pазволновалась. Я даже не пpедполагала, что она может быть такой смущенной и pастроганной. Они попpосили меня остаться, и я очень об этом пожалела. Очевидно от смущения H.Я. завела с ним pазговоp о Беpдяеве, котоpый, как философа, был ему чужд. H.Я почувствовала, что это не его тематика, но не сумела избавиться от чувства неловкости и поговоpить о чем-то своем, сокpовенном. Возможно из-за моего пpисутствия. Встpеча была скомкана, так как надо было вскоpе уходить: за двеpью толпилось множество посетителей со своими пpоблемами. Пpощаясь, владыка подаpил ей свою книгу с надписью: "Hа память о встpече. Антоний".H.Я. была собой очень недовольна. А сам вл.Антоний, такой пpосветленный, сияющий любовью к каждому без pазбоpа, ее глубоко поpазил. Она, как и все, кто с ним встpечался, ничего подобного не видела. В какой-то его очеpедной пpиезд она даже pешилась отпpавиться со мной в одну из цеpквей, где ему "pазpешили" служить Литуpгию. Помню, как она, еле деpжась на ногах, безpопотно пpостояла не менее часа в толпе ожидающих пpиезда владыки. Hо оказалось, что в последний момент власти, как это ими пpактиковалось, намеpенно напpавили его в дpугой хpам на пpотивоположном конце Москвы: его популяpность сpеди пpавославной интеллигенции казалась им "опасной". Ехать туда у нее уже не было сил. Очень огоpченная она веpнулась домой, не оставив все же надежды на личною встpечу.В следующий пpиезд вл.Антония я, опять-таки по ее пpосьбе, договоpилась с ним, что на этот pаз он сам пpиедет к ней домой. Был пpиготовлен обед, меню котоpого тщательно обсуждалось. Кpоме меня она позвала только Колю Панченко. Опять волновалась, как девчонка. К сожалению, из-за каких-то "пpотокольных" осложнений он не смог пpиехать, а только позвонил извиниться. Редко она бывала так удpучена, - так, что захотела остаться одной, чтобы пеpежить огpочение не на-людях. Больше никаких попыток встpетиться с вл.Антонием она не делала. А вскоpе отдала мне подаpенную ей книгу с памятной надписью, - ведь встpеча-то по сути дела не получилась.***Рассказав о своих впечатлениях от встpеч с H.Я., я поняла, что была свидетельницей "искусства" жизни по Мандельштаму, ценя в бублике дыpку от бублика: "Бублик можно слопать, а дыpка останется" ("Четвеpтая пpоза"). Собственно говоpя, они так и жили. И она стала так жить, издав стихи Мандельштама, сняв копии с аpхива и отпpавив его в Пpинстон, отпустив свои книги на суд читателя. Самое худшее, что с нею могло случиться, это если пpидут "они". Такого она не исключала и боялась, хотя часто говоpила, что вpемена тепеpь "вегетаpианские", а Бpежнев "из всех вождей самый не кpовавый". Hа всякий случай она все же меняла двеpные замки на какие-то загpаничные, котоpые будто бы "нельзя откpыть". А на мои pезоны, что, если захотят, то откpоют, отвечала: " пусть я откpою сама. Hе хочу, чтобы "они" воpвались без спpосу".И, пpавда, пpиходя к ней, я всегда слышала ее пугливое "кто там?". Она неукоснительно тpебовала и от тех, кто откpывал двеpь на звонок, этого "ктотама". H.Я. нисколько не скpывала этого своего стpаха, скоpее, как мне казалось, намеpенно пpеувеличивала. Она всегда давала понять, что pассматpивает стpах в условиях теppоpа, котоpый всегда мог веpнуться, как вопpос этики. "Мы с Анной Андpеевной всегда считали бесстpашие опасным для окpужающих". И pазъясняла: не боишься за себя, бойся за дpугих, котоpых твое бесстpашие может погубить. Мне, напpимеp, казалось, что ее опасения необоснованы, так как она стала слишком заметной фигуpой, чтобы стать добычей "оpганов". Hо она все же оказалась пpовидицей, и "оpганы" до нее добpались, пpавда, уже после ее смеpти. Когда она лежала в гpобу, а мы по очеpеди читали над ней Псалтиpь, явились-таки "молодчики". Рыскали по кваpтиpе в поисках бумаг, а потом, запечатав двеpь, увезли гроб с ее телом в морг.К счастью, бумаги, котоpых оказалось достаточно много, были пpедусмотpительно из ее кваpтиpы вынесены. Hо позднее "они" до них тоже добpались, устpоив у хpанителя аpхива H.Я. Ю.Л.Фpейдина специально подстpоенный обыск по чьему-то "делу", не имевшему к нему отношения. Тепеpь аpхив находится в РГАЛИ. Как показали последующие события, над телефоном H.Я. было установлено подслушивание. Так "они" узнали, что мы пpедполагали похоpонить H.Я. на Ваганьковском кладбище, где покоился Е.Я.Хазин. Однако, его вдова вполне pезонно желала быть похоpоненной pядом с мужем. Места там было мало, и мы с Ю.Л.Фpейдиным отпpавились к диpектоpу кладбища как-то pешить возникшую пpоблему. К нашему удивлению этот человек отнесся к нашей пpосьбе очень уважительно. Мы пошли к могиле Е.Я.Хазина, и он пpямо на месте нашел выход из создавшегося положения.Тут пpоизошел "макабpенный" эпизод, котоpый бы, я увеpена, H.Я. с ее юмоpом "оценила". Пока мы что-то обсуждали, к нам подошел заpосший pыжий малый в заляпанной глиной одежде и как о хоpошем знакомом буквально с пpидыханием спpосил: "Речь идет о вдове Осипа Эмильевича?" Это надо было видеть и слышать! Hе успели мы пpиступить к офоpмлению документов, как pаздался телефонный звонок. Диpектоp взял тpубку и лицо его вытянулось. Опасаясь подслушивания, он вывел нас наpужу. "Они" - он пpибег к pасхожей фоpмуле - сказали, что хоpонить вдову Мандельштама на Ваганькове категоpически запpещают. Говоpят - хватит с нас Есенина и Высоцкого". И он показал pукой на чеpдак одного из стpоений, откуда шло, по его словам, постоянное наблюдение за "опасными" могилами. И все это пpоисходило в "вегетаpианские" вpемена! В конце концов Hадежду Яковлевну похоpонили на стаpом Тpоекуpовском кладбище под сенью стаpых лип. Скульптоp Д.М.Шаховской установил на могиле кpасивый деpявянный кpест с выpезанным на нем текстом поминальной молитвы. А pядом поставил гpанитный камень с надписью: "Памяти Осипа Эмильевича Мадельштама".Москва, 21 февраля 1999 г. – 10 ноября 2011 г. См. также:- Елена Мурина. О том, что помню про Н.Я. Мандельштам. Часть 1- Елена Мурина. О том, что помню про Н.Я. Мандельштам. Часть 2- Елена Мурина. О том, что помню про Н.Я. Мандельштам. Часть 3Вы также можете подписаться на мои страницы:- в фейсбуке: https://www.facebook.com/podosokorskiy- в твиттере: https://twitter.com/podosokorsky- в контакте: http://vk.com/podosokorskiy

19 января, 12:09

«В новую эпоху монарху нужно было постоянно доказывать, что он — вождь»

У нас в России всё равно всё будет концентрироваться на какой-то одной фигуре. Со знаком "плюс" или "минус", с критикой или одобрением, но все это всё равно будет скрещиваться в одной личности

03 сентября 2016, 06:00

Antoniusaquinas.com: Джон Мейнард Кейнс “Общая теория”: Восемьдесят лет спустя

2016 год ознаменовал восьмидесятилетнюю годовщину публикации одной из самых влиятельных книг по теме экономики когда-либо увидевших свет. Эта книга – “Общая теория занятости, процента и денег” Джона Мейнарда Кейнса – нанесла непоправимый экономический и политический ущерб Западному миру и другим… читать далее → Запись Antoniusaquinas.com: Джон Мейнард Кейнс “Общая теория”: Восемьдесят лет спустя впервые появилась .

11 июня 2016, 01:30

Академик Иван Павлов. Лекция "О русском уме" (1918)

Весной 1918 рода знаменитый русский ученый, лауреат Нобелевской премии в области медицины и физиологии (1904) академик Иван Павлов выступил в Петрограде с двумя публичными лекциями “Об уме вообще и русском в частности”. Мотивом этих лекций, во его словам, было “выполнение одной великой заповеди, завещанной классическим миром последующему человечеству... Заповедь эта очень коротка, она состоит из трех слов: “Познай самого себя”, выполняя классическую заповедь, я вменил себе в обязанность попытаться дать некоторый материал к характеристике русского ума”.О русском умеМилостивые государи! Заранее прошу меня простить, что в гнетущее время, которое мы все переживаем, я сейчас буду говорить о довольно печальных вещах. Но мне думается или, вернее сказать, я чувствую, что наша интеллигенция, т.е. мозг родины, в погребальный час великой России не имеет права на радость и веселье. У нас должна быть одна потребность, одна обязанность - охранять единственно нам оставшееся достоинство: смотреть на самих себя и окружающее без самообмана. Побуждаемый этим мотивом, я почел своим долгом и позволил себе привлечь ваше внимание к моим жизненным впечатлениям и наблюдениям относительно нашего русского ума. Три недели тому назад я уже приступил к этой теме и сейчас вкратце напомню и воспроизведу общую конструкцию моих лекций. Ум - это такая огромная, расплывчатая тема! Как к ней приступить? Смею думать, что мне удалось упростить эту задачу без потери деловитости. Я поступил в этом отношении чисто практически. Отказавшись от философских и психологических определений ума, я остановился на одном сорте ума, мне хорошо известном отчасти по личному опыту в научной лаборатории, частью литературно, именно на научном уме и специально на естественнонаучном уме, который разрабатывает положительные науки.Рассматривая, какие задачи преследует естественнонаучный ум и как задачи он эти достигает, я, таким образом, определил назначение ума, его свойства, те приемы, которыми он пользуется для того, чтобы его работа была плодотворна. Из этого моего сообщения стало ясно, что задача естественнонаучного ума состоит в том, что он в маленьком уголке действительности, которую он выбирает и приглашает в свой кабинет, старается правильно, ясно рассмотреть эту действительность и познать ее элементы, состав, связь элементов, последовательность их и т.д., при этом так познать, чтобы можно было предсказывать действительность и управлять ею, если это в пределах его технических и материальных средств. Таким образом, главная задача ума - это правильное видение действительности, ясное и точное познание ее. Затем я обратился к тому, как этот ум работает. Я перебрал все свойства, все приемы ума, которые практикуются при этой работе и обеспечивают успех дела.Правильность, целесообразность работы ума, конечно, легко определяется и проверяется результатами этой работы. Если ум работает плохо, стреляет мимо, то ясно, что не будет и хороших результатов, цель останется не достигнутой. Мы, следовательно, вполне можем составить точное понятие о тех свойствах и приемах, какими обладает надлежащий, действующий ум. Я установил восемь таких общих свойств, приемов ума, которые и перечислю сегодня специально в приложении к русскому уму. Что взять из русского ума для сопоставления, сравнения с этим идеальным естественнонаучным умом? В чем видеть русский ум? На этом вопросе необходимо остановиться. Конечно, отчетливо выступает несколько видов ума.Во-первых, научный русский ум, участвующий в разработке русской науки. Я думаю, что на этом уме мне останавливаться не приходится, и вот почему. Это ум до некоторой степени оранжерейный, работающий в особой обстановке. Он выбирает маленький уголочек действительности, ставит ее в чрезвычайные условия, подходит к ней с выработанными заранее методами, мало того, этот ум обращается к действительности, когда она уже систематизирована и работает вне жизненной необходимости, вне страстей и т.д. Значит, в целом это работа облегченная и особенная, работа далеко идущая от работы того ума, который действует в жизни. Характеристика этого ума может говорить лишь об умственных возможностях нации.Далее. Этот ум есть ум частичный, касающийся очень небольшой части народа, и он не мог бы характеризовать весь народный ум в целом. Количество ученых, я разумею, конечно, истинно ученых, особенно в отсталых странах, очень небольшое. По статистике одного американского астронома, занявшегося определением научной производительности различных народов, наша русская производительность ничтожная. Она в несколько десятков раз меньше производительности передовых культурных стран Европы. Затем, научный ум относительно мало влияет на жизнь и историю. Ведь наука только в последнее время получила значение в жизни и заняла первенствующее место в немногих странах. История же шла вне научного влияния, она определялась работой другого ума, и судьба государства от научного ума не зависит. В доказательство этого мы имеем чрезвычайно резкие факты. Возьмите Польшу. Польша поставила миру величайшего гения, гения из гениев - Коперника. И, однако, это не помешало Польше окончить свою политическую жизнь так трагически. Или обратимся к России. Мы десять лет назад похоронили нашего гения Менделеева, но это не помешало России прийти к тому положению, в котором она сейчас находится. Поэтому, мне кажется, я прав, если в дальнейшем не буду учитывать научного ума.Но тогда каким же умом я займусь? Очевидно, массовым, общежизненным умом, который определяет судьбу народа. Но массовый ум придется подразделить. Это будет, во-первых, ум низших масс и затем - ум интеллигентский. Мне кажется, что если говорить об общежизненном уме, определяющем судьбу народа, то ум низших масс придется оставить в стороне. Возьмем в России этот массовый, т.е. крестьянский ум по преимуществу. Где мы его видим? Неужели в неизменном трехполье, или в том, что и до сих пор по деревням летом безвозбранно гуляет красный петух, или в бестолочи волостных сходов? Здесь осталось то же невежество, какое было и сотни лет назад. Недавно я прочитал в газетах, что, когда солдаты возвращались с турецкого фронта, из-за опасности разноса чумы хотели устроить карантин. Но солдаты на это не согласились и прямо говорили: “Плевать нам на этот карантин, все это буржуазные выдумки”.Или другой случай. Как-то, несколько недель тому назад, в самый разгар большевистской власти мою прислугу посетил ее брат, матрос, конечно, социалист до мозга костей. Все зло, как и полагается, он видел в буржуях, причем под буржуями разумелись все, кроме матросов, солдат. Когда ему заметили, что едва ли вы сможете обойтись без буржуев, например появится холера, что вы станете делать без докторов? - он торжественно ответил, что все это пустяки. “Ведь это уже давно известно, что холеру напускают сами доктора”. Стоит ли говорить о таком уме и можно ли на него возлагать какую-нибудь ответственность?Поэтому-то я и думаю, что то, о чем стоит говорить и характеризовать, то, что имеет значение, определяя суть будущего, - это, конечно, есть ум интеллигентский. И его характеристика интересна, его свойства важны. Мне кажется, что то, что произошло сейчас в России, есть, безусловно, дело интеллигентского ума, массы же сыграли совершенно пассивную роль, они восприняли то движение, по которому ее направляла интеллигенция. Отказываться от этого, я полагаю, было бы несправедливо, недостойно. Ведь если реакционная мысль стояла на принципе власти и порядка и его только и проводила в жизнь, а вместе с тем отсутствием законности и просвещения держала народные массы в диком состоянии, то, с другой стороны, следует признать, что прогрессивная мысль не столько старалась о просвещении и культивировании народа, сколько о его революционировании.Я думаю, что мы с вами достаточно образованны, чтобы признать, что то, что произошло, не есть случайность, а имеет свои осязательные причины и эти причины лежат в нас самих, в наших свойствах.Однако мне могут возразить следующее. Как же я обращусь к этому интеллигентскому уму с критерием, который я установил относительно ума научного. Будет ли это целесообразно и справедливо? А почему нет? - спрошу я. Ведь у каждого ума одна задача - это правильно видеть действительность, понимать ее и соответственно этому держаться. Нельзя представить ум существующим лишь для забавы. Он должен иметь свои задачи и, как вы видите, эти задачи и в том, и в другом случае одни и те же. Разница лишь в следующем: научный ум имеет дело с маленьким уголком действительности, а ум обычный имеет дело со всей жизнью. Задача по существу одна и та же, но более сложная, можно только сказать, что здесь тем более выступает настоятельность тех приемов, которыми пользуется в работе ум вообще. Если требуются известные качества от научного ума, то от жизненного ума они требуются в еще большей степени. И это понятно. Если я лично или кто-либо другой оказались не на высоте, не обнаружили нужных качеств, ошиблись в научной работе, беда небольшая. Я потеряю напрасно известное число животных, и этим дело кончается. Ответственность же общежизненного ума больше. Ибо, если в том, что происходит сейчас, виноваты мы сами, эта ответственность грандиозна.Чрезвычайное сосредоточение мыслиТаким образом, мне кажется, я могу обратиться к интеллигентскому уму и посмотреть, насколько в нем есть те свойства и приемы, которые необходимы научному уму для плодотворной работы. Первое свойство ума, которое я установил - это чрезвычайное сосредоточение мысли, стремление мысли безотступно думать, держаться на том вопросе, который намечен для разрешения, держаться дни, недели, месяцы, годы, а в иных случаях и всю жизнь. Как в этом отношении обстоит с русским умом? Мне кажется, мы не наклонны к сосредоточенности, не любим ее, мы даже к ней отрицательно относимся. Я приведу ряд случаев из жизни.Возьмем наши споры. Они характеризуются чрезвычайной расплывчатостью, мы очень скоро уходим от основной темы. Это наша черта. Возьмем наши заседания. У нас теперь так много всяких заседаний, комиссий. До чего эти заседания длинны, многоречивы и в большинстве случаев безрезультатны и противоречивы! Мы проводим многие часы в бесплодных, ни к чему не ведущих разговорах. Ставится на обсуждение тема, и сначала обыкновенно и благодаря тому, что задача сложная, охотников говорить нет. Но вот выступает один голос, и после этого уже все хотят говорить, говорить без всякого толку, не подумав хорошенько о теме, не уясняя себе, осложняется ли этим решение вопроса или ускоряется. Подаются бесконечные реплики, на которые тратится больше времени, чем на основной предмет, и наши разговоры растут, как снежный ком. И в конце концов вместо решения получается запутывание вопроса.Мне в одной коллегии пришлось заседать вместе со знакомым, который состоял раньше членом одной из западноевропейских коллегий. И он не мог надивиться продолжительности и бесплодности наших заседаний. Он удивлялся: “Почему вы так много говорите, а результатов ваших разговоров не видать?” Дальше. Обратитесь к занимающимся русским людям, например к студентам. Каково у них отношение к этой черте ума, к сосредоточенности мыслей? Господа! Все вы знаете - стоит нам увидеть человека, который привязался к делу, сидит над книгой, вдумывается, не отвлекается, не впутывается в споры, и у нас уже зарождается подозрение: недалекий, тупой человек, зубрила. А быть может, это человек, которого мысль захватывает целиком, который пристрастился к своей идее! Или в обществе, в разговоре, стоит человеку расспрашивать, переспрашивать, допытываться, на поставленный вопрос отвечать прямо - у нас уже готов эпитет: неумный, недалекий, тяжелодум!Очевидно, у нас рекомендующими чертами являются не сосредоточенность, а натиск, быстрота, налет. Это, очевидно, мы и считаем признаком талантливости; кропотливость же и усидчивость для нас плохо вяжутся с представлением о даровитости. А между тем для настоящего ума эта вдумчивость, остановка на одном предмете есть нормальная вещь. Я слышал от учеников Гельмгольца, что он никогда не давал ответа сразу на самые простые вопросы. Сплошь и рядом он говорил потом, что этот вопрос вообще пустой, не имеет никакого смысла, и тем не менее он думал над ним несколько дней. Возьмите в нашей специальности. Как только человек привязался к одному вопросу, у нас сейчас же говорят: “А! Это скучный специалист”. И посмотрите, как к этим специалистам прислушиваются на Западе, их ценят и уважают как знатоков своего дела. Не удивительно! Ведь вся наша жизнь двигается этими специалистами, а для нас это скучно.Сколько раз приходилось встречаться с таким фактом. Кто-нибудь из нас разрабатывает определенную область науки, он к ней пристрастился, он достигает хороших и больших результатов, он каждый раз сообщает о своих фактах, работах. И знаете, как публика на это реагирует: “А, этот! Он все о своем”. Пусть даже это большая и важная научная область. Нет, нам это скучно, нам подавай новое. Но что же? Эта быстрота, подвижность, характеризует она силу ума или его слабость? Возьмите гениальных людей. Ведь они сами говорят, что не видят никакой разницы между собой и другими людьми, кроме одной черты, что могут сосредоточиваться на определенной мысли как никто. И тогда ясно, что эта сосредоточенность есть сила, а подвижность, беготня мысли есть слабость.Если бы я с высот этих гениев спустился к лаборатории, к работе средних людей, я и здесь нашел бы подтверждение этому. В прошлой лекции я приводил основание о своем праве на эту тему. Уже 18 лет, как я занимаюсь изучением высшей нервной деятельности на одном близком и родном для нас животном, на нашем друге - собаке. И можно себе представить, что то, что в нас сложно, у собаки проще, легче выступает и оценивается. Я воспользуюсь этим случаем, чтобы показать вам это, показать, что является силой - сосредоточенность или подвижность. Я передам вам результаты в ускоренной форме, я просто опишу вам конкретный случай.Я беру собаку, никакой неприятности я ей не делаю. Я ее просто ставлю на стол и изредка подкармливаю, и при этом делаю над ней следующий опыт. Я вырабатываю у нее то, что принято называть ассоциацией, например я действую ей на ее ухо каким-нибудь тоном, положим, в течение 10 секунд и всегда вслед за этим кормлю ее. Таким образом после нескольких повторений у собаки образовывается связь, ассоциация между этим тоном и едой. Перед этими опытами мы собак не кормим, и такая связь образуется очень быстро. Как только пускается наш тон, собака начинает беспокоиться, облизываться, у нее течет слюна. Словом, у собаки появляется та же реакция, какая обычно бывает перед едой. Говоря попросту, у собаки вместе со звуком возникает мысль об еде и остается несколько секунд, пока ей не дадут есть.Что же выходит при этом с разными животными? А вот что. Один сорт животных, сколько бы вы опыт ни повторяли, относится совершенно так, как я описал. На каждое появление звука собака дает эту пищевую реакцию, и так остается все время - и месяц, и два, и год. Ну, одно можно сказать, что это деловая собака. Еда - дело серьезное, и животное к нему стремится, готовится. Так обстоит дело у серьезных собак. Таких собак можно отличить даже в жизни; это спокойные, несуетливые, основательные животные.А у других собак, чем дольше вы повторяете этот опыт, тем больше они становятся вялыми, сонливыми, и до такой степени, что вы суете в рот еду, и только тогда животное дает эту пищевую реакцию и начинает есть. И все дело в вашем звуке, потому что, если вы этого звука не пускаете или пускаете его лишь на секунду, такого состояния не получается, этого сна не наступает. Вы видите, что для некоторых собак мысль об еде даже в течение одной минуты невыносима, им уже требуется отдых. Они устают и начинают спать, отказываясь от такого важного дела, как еда. Ясно, что мы имеем два типа нервной системы, один крепкий, солидный, работоспособный, а другой - рыхлый, дряблый, очень скоро устающий. И нельзя сомневаться, что первый тип является более сильным, более приспособленным к жизни. Перенесите это же на человека и вы убедитесь, что сила не в подвижности, не в рассеянности мысли, а в сосредоточенности, устойчивости. Подвижность ума, следовательно, недостаток, но не достоинство.Непосредственное общение с действительностьюГоспода! Второй прием ума - это стремление мысли придти в непосредственное общение с действительностью, минуя все перегородки и сигналы, которые стоят между действительностью и познающим умом. В науке нельзя обойтись без методики, без посредников, и ум всегда разбирается в этой методике, чтоб она не исказила действительности. Мы знаем, что судьба всей нашей работы зависит от правильной методики. Неверна методика, неправильно передают действительность сигналы - и вы получаете неверные, ошибочные, фальшивые факты. Конечно, методика для научного ума - только первый посредник. За ней идет другой посредник - это слово.Слово - тоже сигнал, оно может быть подходящим и неподходящим, точным и неточным. Я могу представить вам очень яркий пример. Ученые-натуралисты, которые много работали сами, которые на многих пунктах обращались к действительности непосредственно, такие ученые крайне затрудняются читать лекции о том, чего они сами не проделали. Значит, какая огромная разница между тем, что вы проделали сами, и между тем, что знаете по письму, по передаче других. Настолько резкая разница, что неловко читать о том, чего сам не видел, не делал. Такая заметка идет, между прочим, и от Гельмгольца. Посмотрим, как держится в этом отношении русский интеллигентский ум.Я начну со случая, мне хорошо известного. Я читаю физиологию, науку практическую. Теперь стало общим требованием, чтобы такие экспериментальные науки и читались демонстративно, предъявлялись в виде опытов, фактов. Так поступают остальные, так веду свое дело и я. Все мои лекции состоят из демонстраций. И что же вы думаете! Я не видел никакого особенного пристрастия у студентов к той деятельности, которую я им показываю. Сколько я обращался к своим слушателям, столько я говорил им, что не читаю вам физиологию, я вам показываю. Если бы я читал, вы бы могли меня не слушать, вы могли бы прочесть это по книге, почему я лучше других! Но я вам показываю факты, которых в книге вы не увидите, а потому, чтобы время не пропало даром, возьмите маленький труд. Выберите пять минут времени и заметьте для памяти после лекции, что вы видели. И я оставался гласом вопиющего в пустыне. Едва ли хотя бы один когда-либо последовал моему совету. Я в этом тысячу раз убеждался из разговоров на экзаменах и т.д.Вы видите, до чего русский ум не привязан к фактам. Он больше любит слова и ими оперирует. Что мы действительно живем словами, это доказывают такие факты. Физиология - как наука - опирается на другие научные дисциплины. Физиологу на каждом шагу приходится обращаться к элементам физики, химии. И, представьте себе, мой долгий преподавательский опыт показал мне, что молодые люди, приступающие к изучению физиологии, т.е. прошедшие среднюю школу, реального представления о самих элементах физики, химии не имеют. Вам не могут объяснить факта, с которого мы начинаем жизнь нашу, не могут объяснить толком, каким образом к ребенку поступает молоко матери, не понимают механизма сосания.А механизм этот до крайности прост, вся суть в разнице давления между атмосферным воздухом и полостью рта ребенка. Тот же закон Бойля-Мариотта лежит в основе дыхания. Так вот, совершенно такое же явление проделывает сердце, когда оно получает кровь венозной системы. И этот вопрос о присасывающем действии грудной клетки - самый убийственный вопрос на экзамене не только для студентов, а даже и для докторов. (Смех.) Это не забавно, это ужасно! Это приговор над русской мыслью, она знает только слова и не хочет прикоснуться к действительности. Я иллюстрирую это еще более ярким случаем. Несколько лет назад профессор Манассеин, редактор “Врача”, посылает мне статью, полученную им от товарища, которого знает как очень вдумчивого человека. Но так как эта статья специальная, то он и просил меня высказать свое мнение. Работа эта называлась: “Новая движущая сила в кровообращении”. И что же? Этот занимающийся человек только к сорока годам понял это присасывающее действие грудной клетки и был настолько поражен, что вообразил, что это целое открытие. Странная вещь! Человек всю жизнь учился и только к сорока годам постиг такую элементарную вещь.(1) Манассеин Вячеслав Авксентьевич (1841-1901), клиницист, общественный деятель, профессор Военно-медицинской академии в Петербурге, редактор журнала “Русский врач”.Таким образом, господа, вы видите, что русская мысль совершенно не применяет критики метода, т.е. нисколько не проверяет смысла слов, не идет за кулисы слова, не любит смотреть на подлинную действительность. Мы занимаемся коллекционированием слов, а не изучением жизни. Я вам приводил примеры относительно студентов и докторов. Но почему эти примеры относить только к студентам, докторам? Ведь это общая, характерная черта русского ума. Если ум пишет разные алгебраические формулы и не умеет их приложить к жизни, не понимает их значения, то почему вы думаете, что он говорит слова и понимает их.Возьмите вы русскую публику, бывающую на прениях. Это обычная вещь, что одинаково страстно хлопают и говорящему “за”, и говорящему “против”. Разве это говорит о понимании? Ведь истина одна, ведь действительность не может быть в одно и то же время и белой, и черной. Я припоминаю одно врачебное собрание, на котором председательствовал покойный Сергей Петрович Боткин. Выступили два докладчика, возражая друг другу; оба хорошо говорили, оба были хлесткие, и публика аплодировала и тому, и другому. И я помню, что председатель тогда сказал: “Я вижу, что публика еще не дозрела до решения этого вопроса, и потому я снимаю его с очереди”. Ведь ясно, что действительность одна. Что же вы одобряете и в том и в другом случае? Красивую словесную гимнастику, фейерверк слов.Возьмите другой факт, который поражает сейчас. Это факт распространяемости слухов. Серьезный человек сообщает серьезную вещь. Ведь сообщает не слова, а факты, но тогда вы должны дать гарантию, что ваши слова действительно идут за фактами. Этого нет. Мы знаем, конечно, что у каждого есть слабость производить сенсацию, каждый любит что-либо прибавить, но все-таки нужна же когда-нибудь и критика, проверка. И этого у нас и не полагается. Мы главным образом интересуемся и оперируем словами, мало заботясь о том, какова действительность.Абсолютная свобода мыслиПерейдем к следующему качеству ума. Это свобода, абсолютная свобода мысли, свобода, доходящая прямо до абсурдных вещей, до того, чтобы сметь отвергнуть то, что установлено в науке, как непреложное. Если я такой смелости, такой свободы не допущу, я нового никогда не увижу. Есть ли у нас эта свобода? Надо сказать, что нет. Я помню мои студенческие годы. Говорить что-либо против общего настроения было невозможно. Вас стаскивали с места, называли чуть ли не шпионом. Но это бывает у нас не только в молодые годы. Разве наши представители в Государственной Думе не враги друг другу? Они не политические противники, а именно враги. Стоит кому-либо заговорить не так, как думаете вы, сразу же предполагаются какие-то грязные мотивы, подкуп и т.д. Какая же это свобода? И вот вам еще пример к предыдущему. Мы всегда в восторге повторяли слово “свобода”, и когда доходит до действительности, то получается полное третирование свободы.Привязанность мысли к идее и беспристрастностьСледующее качество ума - это привязанность мысли к той идее, на которой вы остановились. Если нет привязанности - нет и энергии, нет и успеха. Вы должны любить свою идею, чтобы стараться для ее оправдания. Но затем наступает критический момент. Вы родили идею, она ваша, она вам дорога, но вы вместе с тем должны быть беспристрастны. И если что-нибудь оказывается противным вашей идее, вы должны ее принести в жертву, должны от нее отказаться. Значит, привязанность, связанная с абсолютным беспристрастием, - такова следующая чепривязанность мысли к той идеерта ума. Вот почему одно из мучений ученого человека - это постоянные сомнения, когда возникает новая подробность, новое обстоятельство. Вы с тревогой смотрите, что эта новая подробность: за тебя или против тебя. И долгими опытами решается вопрос: смерть вашей идее или она уцелела? Посмотрим, что в этом отношении у нас. Привязанность у нас есть. Много таких, которые стоят на определенной идее. Но абсолютного беспристрастия - его нет. Мы глухи к возражениям не только со стороны иначе думающих, но и со стороны действительности. В настоящий, переживаемый нами момент я не знаю даже, стоит ли и приводить примеры.Обстоятельность, детальность мыслиСледующая, пятая черта - это обстоятельность, детальность мысли. Что такое действительность? Это есть воплощение различных условий, степени, меры, веса, числа. Вне этого действительности нет. Возьмите астрономию, вспомните, как произошло открытие Нептуна. Когда расчисляли движение Урана, то нашли, что в цифрах чего-то недостает, решили, что должна быть еще какая-то масса, которая влияет на движение Урана. И этой массой оказался Нептун. Все дело заключалось в детальности мысли. И тогда так и говорили, что Леверье кончиком пера открыл Нептун. То же самое, если вы спуститесь и к сложности жизни. Сколько раз какое-либо маленькое явленьице, которое едва уловил ваш взгляд, перевертывает все вверх дном и является началом нового открытия. Все дело в детальной оценке подробностей, условий. Это основная черта ума. Что же? Как эта черта в русском уме? Очень плохо. Мы оперируем насквозь общими положениями, мы не хотим знаться ни с мерой, ни с числом. Мы все достоинство полагаем в том, чтобы гнать до предела, не считаясь ни с какими условиями. Это наша основная черта.Возьмите пример из сферы воспитания. Есть общее положение - свобода воспитания. И вы знаете, что мы доходим до того, что осуществляем школы без всякой дисциплины. Это, конечно, величайшая ошибка, недоразумение. Другие нации это отчетливо уловили, и у них идут рядом и свобода и дисциплина, а у нас непременно крайности в угоду общему положению. В настоящее время к уяснению этого вопроса приходит и физиологическая наука. И теперь совершенно ясно, бесспорно, что свобода и дисциплина - это абсолютно равноправные вещи. То, что мы называем свободой, то у нас на физиологическом языке называется раздражением то, что обычно зовется дисциплиной - физиологически соответствует понятию “торможение”. И оказывается, что вся нервная деятельность слагается из этих двух процессов - из возбуждения и торможения. И, если хотите, второе имеет даже большее значение. Раздражение - это нечто хаотическое, а торможение вставляет эту хаотичность в рамки.Возьмем другой животрепещущий пример, нашу социал-демократию. Она содержит известную правду, конечно, не полную правду, ибо никто не может претендовать на правду абсолютную. Для тех стран, где заводская промышленность начинает стягивать огромные массы, для этих стран, конечно выступает большой вопрос: сохранить энергию, уберечь жизнь и здоровье рабочего. Далее, культурные классы, интеллигенция обыкновенно имеют стремление к вырождению. На смену должны подыматься из народной глубины новые силы. И конечно, в этой борьбе между трудом и капиталом государство должно стать на охрану рабочего.Но это совершенно частный вопрос, и он имеет большое значение там, где сильно развилась промышленная деятельность. А что же у нас? Что сделали из этого мы? Мы загнали эту идею до диктатуры пролетариата. Мозг, голову поставили вниз, а ноги вверх. То, что составляет культуру, умственную силу нации, то обесценено, а то, что пока является еще грубой силой, которую можно заменить и машиной, то выдвинули на первый план. И все это, конечно, обречено на гибель, как слепое отрицание действительности.У нас есть пословица: “Что русскому здорово, то немцу - смерть”, пословица, в которой чуть ли не заключается похвальба своей дикостью. Но я думаю, что гораздо справедливее было бы сказать наоборот: “То, что здорово немцу, то русскому - смерть”. Я верю, что социал-демократы немцы приобретут еще новую силу, а мы из-за нашей русской социал-демократии, быть может, кончим наше политическое существование. Стремление научной мысли к простотеСледующее свойство ума - это стремление научной мысли к простоте. Простота и ясность - это идеал познания. Вы знаете, что в технике самое простое решение задачи - это и самое ценное. Сложное достижение ничего не стоит. Точно так же мы очень хорошо знаем, что основной признак гениального ума - это простота. Как же мы, русские, относимся к этому свойству? В каком почете у нас этот прием, покажут следующие факты. Я на своих лекциях стою на том, чтобы меня все понимали. Я не могу читать, если знаю, что моя мысль входит не так, как я ее понимаю сам. Поэтому у меня первое условие с моими слушателями, чтобы они меня прерывали хотя бы на полуслове, если им что-нибудь непонятно. Иначе для меня нет никакого интереса читать. Я даю право прерывать меня на каждом слове, но я этого не могу добиться. Я, конечно, учитываю различные условия, которые могут делать мое предложение неприемлемым. Боятся, чтобы не считали выскочкой и т.д.Я даю полную гарантию, что это никакого значения на экзаменах не будет иметь, и свое слово исполняю. Почему же не пользуются этим правом? Понимают? Нет. И тем не менее молчат, равнодушно относясь к своему непониманию. Нет стремления понять предмет вполне, взять его в свои руки. У меня есть примеры попуще этого. Чрез мою лабораторию прошло много людей разных возрастов, разных компетенций, разных национальностей. И вот факт, который неизменно повторялся, что отношение этих гостей ко всему, что они видят, резко различно. Русский человек, не знаю почему, не стремится понять то, что он видит. Он не задает вопросов с тем, чтобы овладеть предметом, чего никогда не допустит иностранец. Иностранец никогда не удержится от вопроса. Бывали у меня одновременно и русские, и иностранцы. И в то время, как русский поддакивает, на самом деле не понимая, иностранец непременно допытывается до корня дела. И это проходит насквозь красной нитью через все. Стремление к истинеСледующее свойство ума - это стремление к истине. Люди часто проводят всю жизнь в кабинете, отыскивая истину. Но это стремление распадается на два акта. Во-первых, стремление к приобретению новых истин, любопытство, любознательность. А другое - это стремление постоянно возвращаться к добытой истине, постоянно убеждаться и наслаждаться тем, что то, что ты приобрел, есть действительно истина, а не мираж. Одно без другого теряет смысл. Если вы обратитесь к молодому ученому, научному эмбриону, то вы отчетливо видите, что стремление к истине в нем есть, но у него нет стремления к абсолютной гарантии, что это - истина. Он с удовольствием набирает результаты и не задает вопроса, а не есть ли это ошибка? В то время как ученого пленяет не столько то, что это новизна, а что это действительно прочная истина. А что же у нас? А у нас прежде всего первое - это стремление к новизне, любопытство. Достаточно нам что-либо узнать, и интерес наш этим кончается. (“А, это все уже известно”). Как я говорил на прошлой лекции, истинные любители истины любуются на старые истины, для них - это процесс наслаждения. А у нас - это прописная, избитая истина, и она больше нас не интересует, мы ее забываем, она больше для нас не существует, не определяет наше положение. Разве это верно?Смирение мыслиПерейдем к последней черте ума. Так как достижение истины сопряжено с большим трудом и муками, то понятно, что человек в конце концов постоянно живет в покорности истине, научается глубокому смирению, ибо он знает, что стоит истина. Так ли у нас? У нас этого нет, у нас наоборот. Я прямо обращаюсь к крупным примерам. Возьмите вы наших славянофилов. Что в то время Россия сделала для культуры? Какие образцы она показала миру? А ведь люди верили, что Россия протрет глаза гнилому Западу. Откуда эта гордость и уверенность? И вы думаете, что жизнь изменила наши взгляды? Нисколько! Разве мы теперь не читаем чуть ли не каждый день, что мы авангард человечества! И не свидетельствует ли это, до какой степени мы не знаем действительности, до какой степени мы живем фантастически!Я перебрал все черты, которые характеризуют плодотворный научный ум. Как вы видите, у нас обстоит дело так, что в отношении почти каждой черты мы стоим на невыгодной стороне. Например, у нас есть любопытство, но мы равнодушны к абсолютности, непреложности мысли. Или из черты детальности ума мы вместо специальности берем общие положения. Мы постоянно берем невыгодную линию, и у нас нет силы идти по главной линии. Понятно, что в результате получается масса несоответствия с окружающей действительностью. Ум есть познание, приспособление к действительности. Если я действительности не вижу, то как же я могу ей соответствовать? Здесь всегда неизбежен разлад. Приведу несколько примеров.Читать полностьюВы также можете подписаться на мои страницы:- в фейсбуке: https://www.facebook.com/podosokorskiy- в твиттере: https://twitter.com/podosokorsky- в контакте: http://vk.com/podosokorskiy

29 декабря 2014, 15:18

Российская интеллигенция - совесть нации или дерьмо собачье?

Андрей Фефелов и Константин Душенов об истерии патиотичных СМИ, претензиях к Путину, женском характере патриотичной общественности и "синдроме брошеной жены" у либералов.

22 сентября 2014, 07:05

Блогеры Живого Журнала о Марше Мира. Палитра мнений

Вчера в Москве прошел Марш Мира. Неравнодушные люди вышли на улицу, чтобы открыто сказать, что они не хотят войны с братским народом Украины, не хотят гибели своих близких на безумной войне, развязанной для непонятных целей, не хотят пропаганды ненависти в СМИ и стравливания одних людей с другими в угоду циничным политикам. По различным оценкам в Марше Мира приняли участие от 30 до 50 тысяч человек. Много это или мало? Безусловно, это очень много - это самая массовая протестная акция в этом году. К сожалению, не всем оказались близки призывы к миру - многие силы внутри России настроены воевать со всем миром (в основном, разумеется, чужими руками и кошельками) и неустанно нагнетают человеконенавистническую истерию в социальных сетях. Как отреагировали на Марш Мира топовые блогеры? В топе ЖЖ были представлены как точки зрения сторонников продолжения братоубийственной войны на Украине, так и блогеров, призывающих к миру и симпатизирующих Маршу. Но соотношение их было, по моим наблюдениям, одно к трем в пользу апологетов войны и сторонников путинского курса. Я попробовал сделать дайджест мнений блогеров, разбив их на две группы - тех кто за и против Марша Мира.  Сторонники Марша Мира * Дмитрий mi3ch Чернышев выложил замечательную подборку черно-белых фотографий в посте Марш мира. * Рустем drugoi Адагамов ограничился лишь постом от 19 сентября "МАРШ МИРА — 21 сентября 2014", в котором разместил ролик с Леонидом Парфеновым "Пропаганда войны - яд!". * Антон dolboeb Носик в записи "Страшная месть доктора Пилюлькина" написал: "Напоминаю: чтобы случайно Лукьяненко не пожал вам руку, не купил вашу книгу, не послушал вашу песню и не посмотрел ваш фильм, достаточно сегодня к 16:00 подойти к турникетам на Страстном бульваре в Москве, справа от кинотеатра «Пушкинский». Фантасту про вас непременно доложат, даже если он к тому моменту успеет отключить все телеканалы и радиостанции, которые там в это время окажутся. Фантасты — они такие. Всё видят, всё слышат, всех ненавидят". * Андрей avmalgin Мальгин сделал обзор СМИ о Марше в записи "Московские новости". * Блогер philologist представил< в записи "МаршМира в Москве, 21 сентября (ФОТО)" большую подборку фотографий с Марша Мира, собранных в соцсетях. * Блогер sapojnik посвятил событию запись "Марш одиночек": "Ну что, праздник, можно сказать, удался на славу. Я сходил-таки на «Марш мира» (или «Марш за мир»? Не знаю точного названия) – и вот мой главный вывод: по масштабу действа это было примерно то же самое, что прежде на обоих Болотных и на Сахарова (в 2011-12 гг.)" * Блогер Александр a_nikonov Никонов пишет: "Когда я шел на этот митинг, боялся, что придет мало народу. К счастью, ошибся. Если весной я стоял в очереди, чтобы пройти через рамки металлоискателей, минут пятнадцать, то сегодня - целый час!" * Блогер prosto_vova пишет: "Повестка у Марша проста - против войны, против участия России в силовом варианте решения украинского конфликта и против самоизоляционионистской и антиинтеграционной политики России в отношениях со странами Запада. Вышли на Марш как обычно, в основном представители интеллигенции разных возрастов, те, кому общечеловеческие интересы важнее интересов геополитических". Противники Марша Мира  * Рупор тоталитарной пропаганды блогер colonelcassad опубликовал пост Марш полной и безоговорочной капитуляции: "Солидарность с бандеровщиной и фашистским переворотом, весьма занятный способ политического самострела, но впрочем учитывая какие именнно политические трупы возглавляли данное сборище, то там уже не стреляться надо, а топор поглубже загонять, чтоб уже наверняка". * Бывшая нашистка Кристина krispotupchik Потупчик в посте ""Марш" "мира"": "В Москве наконец-то прошел гей-парад! Но организаторы почему-то назвали его "Маршем мира". Название звучит тем более непонятно, если учесть, что одним из главных лозунгов мероприятия был "Слава Украине!", а самый часто исопльзованный флаг - флаг Украины. Именно под этим флагом проходили карательные операции на Донбассе, а дома мирных жителей и целые поселки бомбились украинской национальной гвардией". * Писатель-фантаст Сергей dr_piliulkin Лукьяненко посвятил мероприятию сразу две записи с красноречивыми заголовками: "Марш подлецов" и "Фрики города Москвы". В первой из них он написал: "Каждый, кто придет на этот марш - враг. Враг России и многонационального русского народа. Версию "просто дурак" не засчитываем, ибо дурак - тоже враг своей страны и своего народа". * Блогер el_murid в записи о Марше написал: "Самим участникам совершенно безразлично, за что голосить - лишь бы выдать главный лозунг ПТН ПНХ. Все остальное их интересует лишь в виде предварительных ласк". * Блогер yurasumy пишет: "Мне очень жаль, что силы, развязавшие гражданскую войну на моей малой родине, точно так же пытаются ее развязать и на территории России именно в день мира (Они очень любят такие даты. Не зря многие зверства на Украине были учинены в дни больших религиозных/народных праздников ). Сегодняшние митинги в главных городах России тому явное свидетельство. Но это неизбежность (ведь мы один народ и будущее у нас одно на всех). Именно эта неизбежность в конечном итоге приведет к освобождению ВСЕЙ Украины от коричневой чумы 21 века". * Блогер teh_nomad в записи "Сегодня мне было очень стыдно" пищет: "То, что украинских флагов на марше в центре Москвы было больше всего - было, мягко говоря, неуместно. Акция из марша мира сразу как-то превратилась в марш поддержки действий Порошенко и киевской АТО". * Блогер rovego в записи "Хорошо, что полиция защитила убогих от побоев" пишет: "Я беру свои слова насчет национал-предателей назад. Потому что никакой злобы против этих несчастных, полубезумных, совершенно растерявшихся людей, у меня лично нет. Многие мои знакомые собирались их ехать бить – полиция защитила участников «марша черт знает чего», и правильно сделала. Налицо ущербность, психические отклонения. Сборище жалких лузеров. Ресурсы Теффта оказались не так велики, как он рассчитывал – 15-20 тысяч умственных калек. В любом обществе предателей Родины всегда есть определенный процент. Это как паразитирующие в муравейнике особи. С ними приходится как-то мириться. Такова мать-природа. Понятно, что эти люди, скорее всего, нигде не работают. Они трутни. Они бедно одеты. На лицах – печать нищеты и унижения". * Блогер shrek1 назвал мероприятие цЫрк уродцев и написал в записи "Фрикомарш нах москоу": "Мильёны и мильярды свободных от разума вышли на марш. Как эталоном глупости избрали Псаки, так и марши все предлагаю измерять по первому гейпараду прошедшему в Москве в далеком 44-м. Его численность была 42 тысячи тел. И выглядело это так. Нынешние прохохлушки не заморачиваются панорамными фото и статистикой. Поэтому отчеты о количестве участников напоминают пик аукционной торговли. (И здесь нет ни одного числительного "с нашей стороны")". * Марина marina_yudenich Юденич написала заметку "В России у либералов две беды. Народ и собственная глупость". * Блогер ivanoctober в записи "Порномарш" написал: "А чего все так возбудились вчера из за каких то фриков, выползших на улицы Нерезиновой? Они украли Крым, нашу прелесть. Они воруют Донбасс, нашу прелесть. К боксу параллелен, но Валуев начинает нравиться. Про орков правильно сказал". * Блогер Георгий habfond Смирнов разразился записью "Москва не поддержала «Марш предателей»": "Организаторы сегодняшнего шествия экзамен перед заокеанскими спонсорами снова провалили. В «Марше мира» вместо заявленных 50 тысяч участвовало не более 5 тысяч человек. При этом во всех доступных оппозиции ресурсах совершенно другие сведения о явке, почти всегда противоречащие друг другу". * Блогер Константин krylov Крылов в заметке "О заукраинском марше" отметил: "Единственное, что меня заинтересовало в заукраинском мероприятии - это быстрота согласования, удобное время и великолепный маршрут, любезно предоставленный московской мэрией. Дальше мне стало всё понятно".  Никак не отреагировали на акцию такие блогеры как zyalt, sergeydolya, borisakunin. А Артемий tema Лебедев в записи Марш отсюда высказался в свойственном ему духе: "Самый главный диссидент, демократ, либерал, оппозиционер, патриот, консерватор и интеллигент - это я. И мне по*** на тех, кто шантажирует меня фразами в духе "если ты не пошел, то поддержал тех или этих". Я не пошел, потому что у меня есть точка зрения, которая не нуждается в выгуливании среди толпы". Если кого-то забыл - дополняйте в комментариях! 

24 апреля 2014, 23:01

Возможные ошибки

Оригинал взят у miguel_kud в Возможные ошибки (о чём статья:) I. Дальнейшие действия хунты: сценарии II. Приемлема ли нам федерализация Украины? III. Нужно ли пытаться «взять» Украину целиком и сразу? IV. Кому нужна независимость Новороссии? I. Сценарии поведения хунты То, что хунта не восстановит контроль над Донецкой и Луганской областями, не вызывает сомнений практически ни у кого. Я не могу представить себе сценарий возвращения восставшего региона под контроль нынешнего официального Киева, да и просто долговременного удержания нынешнего режима на большой Украине. 1. Самый спокойный и безболезненный вариант действий, который гипотетически могла бы предпринять хунта, чтобы минимизировать потери, – пойти на компромисс с требованиями России и «сепаратистов»: согласиться на референдум в двух областях либо на всём Юго-Востоке и на федерализацию, одновременно консолидируя контроль над оставшеся территорией. В принципе, полностью исключать этот вариант нельзя – он мог бы сохранить Украину без Донбасса, – но он политически смертелен для хунты. Дело в том, что, идя на примирение, киевские власти признают правомочность требований федерализации, государственного статуса для русского языка, уменьшения межобластных трансфертов, будут вынуждены свернуть антирусскую истерию и весь психологический накал, на котором держится их режим в подконтрольных областях. Скорее всего, либо хунту в этом сценарии свергнут радикальные революционеры, которые привели её ко власти, либо разочарованное население всё новых областей, уже без сдерживающего фактора антироссийской истерии, будет идти по пути Донецка и Луганска, пока собственно Украина не скукожится до размеров Галичины. Может быть, это самый перспективный для хунты вариант с точки зрения выживания и безопасности её членов, да вряд ли его дозволят её зарубежные хозяева. Очень уж не настроены они и дальше играть с «многовекторной» Украиной, хотят поскорее пожать плоды с выращенного ими недогосударства, стопроцентно подчинённого вместе со всей элитой, натравить его на Россию. 2. У Киева есть и другой путь, основанный на отказе от активных действий. Возможно, «умеренная» часть хунты и её покровителей надеется, что конфликт «перегорит» и радикальным восставшим надоест нести держурства на блок-постах, расширять контролируемую территорию, вести нудную работу по подготовке референдума, убеждать «болото» и колеблющихся. По-моему, эти надежды сродни «хитрому плану Януковича» по утихомириванию Майдана через игнорирование и мелкие уступки. Оскорбление, нанесённое хунтой русскому населению, уже предпринятые репрессии и вооружённые нападения быстро не забудутся, а попытка пойти на попятную и смягчить эффект будет восприниматься как проявление слабости. Тем более, сами восставшие решили для себя, что пути назад нет. Каждый день существования непокорённых республик делегитимизирует украинскую государственность, убеждает всё больше людей в необязательности подчинения Киеву, смиряет лояльных к Украине граждан с её преходящим характером. Поэтому, скорее всего, «сепаратистов» в двух областях меньше не станет, а сторонники «единой Украины» будут всё больше маргинализоваться и уходить в подполье, в том числе из-за банального страха перед остракизмом. Мало того, вялое позиционное противостояние будет идти на фоне нарастающего экономического краха, вызванного и фактически идущей гражданской войной, и разрывом отношений с Россией, и незапланированными затратами на военную мобилизацию, и непрофессионализмом управления. Массовые возмущения из-за снижения фактического уровня жизни и невыплат в условиях финансового банкротства хунты и обвала экономики будут только нарастать, захватывая, как минимум, всё новые регионы Юго-Востока. Таким образом, и этот путь для хунты тупиковый. Вряд ли умеренный план «ничегонеделания» возьмёт верх в фактических действиях Киева, ибо «вегетарианская» фракция в хунте не задаёт тон. Может, она и торпедирует начало полноценной войны, однако всё равно информационный фон в Киеве формируется радикалами, которые ещё больше озлобляют русское сопротивление и делают невозможным сдачу им позиций. И даже если «вегетарианская» фракция в хунте возьмёт верх, её оппоненты сорвут возможное перемирие кровавой самодеятельностью. Поэтому развитие событий по второму варианту тоже кажется маловероятным. 3. Третий сценарий, фактически реализуемый сейчас, – гибридный между активным и «ненасильственным». Это отдельные провокации со стороны безымянных групп, подобно пасхальной атаке на блок-пост в Славянске, оборонительные силовые акции с целью воспрепятствовать распространению республики, спорадические попытки штурма для нанесения урона восставшим, не доводимые до ума. Но и этот путь столь же уязвим, как второй вариант. Он только озлобит сопротивление и местное население, расширит всестороннюю поддержку Донбасса со стороны народа России. Похоже, кто-то в хунте надеется, что сакральные жертвы её сторонников на Юго-Востоке, которые она хочет заполучить для телекартинки, могут оправдать последующее применение военной силы. Но кого и в чём на Юго-Востоке убедит этот приём после многократного применения и разоблачения этой технологии на Майдане, после жертв на блок-постах самообороны? Да, порой в соцсетях появляются примерно такие идеи (для одних – опасения, для других – предложения и надежды): украинская власть посылает нерегулярные формирования на Юго-Восток, и после того, как местное население будет затерроризировано в ходе кровавых столкновений с участием неидентифицированных групп, оно, мол, с радостью примет украинскую армию. Думаю, такие расчёты неверны, потому что местное население, вместо ожидания украинской армии, ещё быстрее разочаруется в Украине и примет надёжное, с погранзаставами, отделение от несостоявшегося государства. 4. Четвёртый сценарий – тотальное силовое подавление с массовым применением тяжёлого оружия – нереален ввиду вмешательства России, которое последует за полномасштабной военной кампанией, из-за саботажа, с которым столкнутся подобные приказы, а также несогласованности внутри разлагающегося киевского режима. Нельзя даже исключать, что попытка настоящего силового подавления станет настолько неорганизованной и бездарной, что российские власти отложат прямое вмешательство и дадут ополченцам Юго-Востока, пусть и с большими потерями, самим отбить атаки. В этом сценарии хунта также обречена. 5. Наконец, пятый вариант для хунты – разжигание полномасштабной гражданской войны, основанной на абсолютно непримиримой ненависти между двумя частями Украины. Конечно, Украину и украинство в этой войне ожидает тотальный военный разгром, неважно, с прямым или косвенным вмешательством России, но это позволило бы её зарубежным покровителям создать новую мифологию вокруг «порабощения тоталитарной Россией свободолюбивой Украины», с тем чтобы через несколько десятков лет, на базе новых мифов, возобновить программу расчленения русского народа. Пока что этот сценарий явно тормозится благодаря саботажу и нежеланию воевать со стороны легальных украинских силовиков и даже «Правого сектора», предпочитающего проводить карательные акции против беззащитных, но не способного на регулярные боевые действия. Зато он выгоден спонсорам хунты. Технологии возбуждения экзистенциальной ненависти отработаны в других странах и могут дать требуемый результат за несколько недель, поэтому этот сценарий полностью исключать нельзя. Тем не менее, очевидные «разброд и шатание», царящие внутри киевского режима, неизбежно будут вести к негодному исполнению либо прямому саботажу любого крайнего варианта, в результате чего наиболее вероятен промежуточный, третий. Под давлением зарубежных хозяев хунта может принять решение идти по любому из пяти путей, но в итоге всё скатится к третьему. Хотя, в отличие от крайних путей, он наименее осмысленный с точки зрения украинской государственности, именно он стихийно складывается. Причём проводится не последовательно и по плану, в виде выверенного прохождения по лезвию бритвы, а через метания из крайности в крайность. В целом, от киевского режима и от Украины сейчас зависят только способ и скорость самоубийства. Позиции же восставшего Донбасса выглядят достаточно прочно, и самое время подумать о более долгосрочных целях, о стратегии дальнейшего освобождения Украины. Главный вопрос дальнейшего наступления на хунту – нужно ли ориентироваться на «крымский» сценарий поэтапного присоединения к России созревших для того регионов Украины или на сценарий возвращения всей Украины к сотрудничеству с Россией и её дальнейшего эволюционного сближения с Российской Федерацией? В русле первого варианта лежат действия донецких и луганских повстанцев, а также поддерживающего их населения, которые и слышать ничего больше не хотят о ненавистном украинском государстве, пусть даже на словах и допускают федерацию. В русле второго варианта лежат предложения официальных властей РФ и требования митингующих в остальных областях Юго-Востока, всё ещё подконтрольных хунте. Чтобы ответить на главный вопрос, надо разобраться со следующими темами. II. Решит ли федерализация украинский вопрос? Требование федерализации – выгодное прикрытие, которое позволяет российскому МИД давить на власти Украины неприемлемым требованием, всё ещё лежащим в рамках международного права, а активистам Запорожья, Одессы и Харькова – снизить вероятность своего ареста после выдвижения лозунга о федерализации по сравнению с лозунгом о переходе в Россию. Но ни Российской Федерации, ни Юго-Востоку федерализация Украины ничего не даст. С точки зрения интересов России федеративная Украина, в которой одна часть будет интегрироваться с Россией, а другая с Западом, ничем не лучше той «многовекторной» Украины, которая за 23 года докатилась до нынешнего состояния. Она останется антироссийским проектом хоть в федеративном, хоть в конфедеративном виде. Слишком уж сильны культурные установки из серии «Украина – не Россия», слишком далеко зашла идеологическая украинизация даже на Юго-Востоке, чтобы её можно было развернуть после ослабления диктата из Киева, а не полного закрытия всего проекта. Культурный аспект здесь – самый главный. Если телефон доверия харьковского управления СБУ разрывается от звонков городской интеллигенции, доносящей на своих знакомых, что те присутствовали на пророссийских митингах, то неужели же в федеративной Украине эти смердяковы перестанут выращивать себе на смену манкуртов, ненавидящих своих корни и мечтающих хоть тушкой, хоть чучелом отдаться Западу? Они уже сейчас задают тон в системе образования Юго-Востока. Даже если гипотетическая Юго-Восточная автономия Украины станет сама определять свою культурную политику, она так же будет перековывать русских в украинцев, как этим занималась в течение 70 лет УССР. Украинскими вузами нетехнического профиля подготовлено целое поколение выпускников для занятия ниш в постиндустриальном обществе, которые не умеют делать ничего производительного, но зато чудесно выполняют в своих экономических нишах функцию носителя украинства, насаждателя «европейства», неприятия «русского варварства». Русскую интеллигенцию, которая могла бы сопротивляться украинствующей тенденции, выгоняли в годы Гражданской войны, ломали во время украинизации 20-х и 30-х, наконец, добивали во время оккупации 1941-44 гг. У тех, кто остался и сохранил верность России, банально не хватает сил. Если не включить Новороссию в РФ, с утверждением учебных программ в Москве и межрегиональной ротацией кадров, культурное отдаление от России будет продолжаться. И поэтому не только с точки зрения российского государства, но и с точки зрения восставших Новороссии, несогласных с отдалением от России, федерализация Украины так же неприемлема, как и унитарность. Да и о каком нахождении в составе Украины может идти речь после того, как Киев, под улюлюканье всех профессиональных украинцев страны, взял курс на жестокое подавление любого сопротивления, послав правосеков убивать несогласных харьковчан и донетчан, терроризировать днепропетровцев и запорожан? А ведь это – только культурная сторона федерализации, связанная с образованием и воспитанием. Но в случае сохранения Украины создание украинской нации продолжится и в политическом плане. Отдельная от России элита будет жить своими местечковыми интересами, и в результате правительство Новороссии сформирует некая реинкарнация Партии Регионов, заинтересованная не в процветании родной земли, а в увековечивании своей государственности, отдельной от России. Сторонники федерализации Украины, пытавшиеся уговорить путчистов пойти на компромисс, выдвигали такие аргументы: каждый будет жить по средствам, больше денег будет оставаться в регионах-производителях, каждая часть Украины будет чтить своих героев. Эти доводы кажутся натянутыми. Ведь деньги Востока всё равно будут идти на «общегосударственные» нужды: на содержание русофобского министерства культуры и образования, на акции антироссийского МИД, на программы Минобороны по интеграции в НАТО и подготовке войны с Россией, на «празднование» голодомора. Как это будет выглядеть, когда в одной стране официально славят генерала Ватутина и убивших его бандеровцев? Как будет функционировать экономика страны, половина которой пытается интегрироваться в ЕС, а другая – в Таможенный Союз? На все эти вопросы у адептов федерализации нет и не будет ответа. В лучшем случае честно скажут, что рассматривают федерализацию как мягкий способ раздела. Мол, была в Крыму отдельная республика с неукраинской идентичностью, и легко отделилась, так же и мы сделаем. При этом упускается, что Крым дождался уникальной возможности, которая случается раз в истории, и упускается, что Донбасс уже сейчас зашёл намного дальше автономного Крыма. Зачем ему, уже преодолевшему украинство и осознавшему свою русскость, возвращаться под оккупацию ненавистного государства и ждать удобного повода для восстания? Итак, хотя лозунг о федерализации и обеспечивает формальное прикрытие для ещё не восставших областей Юго-Востока и для российского МИД, сами мы не должны вводить себя в заблуждение этим призывом. Только расчленение Украины и выход из неё Новороссии позволит переломить хребет антирусскому проекту и является достойной целью. Призывая к федерализации, российские власти и лидеры сопротивления должны вдвое больше разъяснять для Юго-Востока по другим каналам, что эти призывы – не более, чем фигура речи. Грубо говоря, телеканал Russia Today должен транслировать заявления Лаврова о целостности Украины, как обычно, а другие российские телеканалы – показывать, как Сергей Викторович при этих словах заводит руки за спину и сворачивает пальцы в дулю. Иначе деморализующий эффект от навязывания сопротивлению неактуального компромисса будет огромным. Как только та или иная область будет переходить к стадии восстания, лозунг о федерализации следует немедленно заменять призывом к выходу из состава Украины и полному прекращению этого государственного недоразумения. На этом пути лежат только два препятствия. Первое – инертность населения Юго-Востока, всё ещё надеящегося на компромисс в рамках единой Украины и верящего в авторитеты, подсказывающие ложный путь федерализации. Но она будет преодолена самой жизнью. Второе препятствие – позиция многих слоёв России, откровенно опасающихся, что оставшаяся без Юго-Востока Украина превратится в новую Прибалтику. Этот вопрос надо рассмотреть отдельно. III. Надо ли брать Украину целиком или частями? В российской аналитике часто встречается примерно такой «арифметический» аргумент: отбирая у Украины Крым, затем Донбасс, затем новые территории, мы уменьшаем процент пророссийского населения в оставшейся Украине и тем самым уменьшаем шансы на эволюцию Украины в сторону дружественного России государства и в сторону воссоединения. Вероятно, эта идея идёт ещё от большевистского присоединения Новороссии к Украине, чтобы «разбавить пролетариатом» «мелкобуржуазное крестьянство» и националистическую интеллигенцию Малороссии. Почему-то урок не пошёл впрок: ведь и тогда получилось наоборот. Вместо маленькой Украины в пределах Малороссии, слабой и непритязательной, получилась большая Украина в пределах УССР, в которой даже интеллигенция Харькова и Донецка настроена вполне антироссийски. В чём же тут дело? А дело в том, что «гибридная» Украина в нынешних границах, как ни странно, является структурой, более устойчивой в своей антироссийской сущности, чем была бы маленькая Украина в пределах Малороссии и западных областей. Одни кормят, другие «спивають писни»; одни работают и финансируют, другие учат жить, ненавидеть Россию и интегрироваться в Европу. Секрет устойчивости украинства в том, что даже арифметическое большинство русских не переборет влияние националистов. Порядочному русскому человеку будет постыдно участвовать в украинской системной политике и претендовать на государственные должности – откуда же в Верховной Раде появиться другим защитникам Юго-Востока, кроме Партии Регионов? Сама государственность, даже в проекте нацеленная на то, чтобы не быть Россией, перемелет любого энтузиаста сближения с Россией – ведь только так она увековечивает своё существование. И пока Украина останется целостной, в лучшем случае прорусское большинство будет выбирать во власть кучм, януковичей и прочих манкуртов, которые на практике будут отдалять Украину от России. Это – путь к возбуждению ненависти всей большой Украины к России и к войне между ними. В то же время, нельзя экстраполировать нынешние результаты голосования Малороссии и Западной Украины на будущее, которое последует за отходом Новороссии. Люди меняются, поменяют свою точку зрения и жители Украины, оставшейся без Новороссии. Во-первых, уменьшенной Украине придётся кормить тех, кто поучает жить и любить Украину, а, значит, начать обирать малороссийских крестьян и мелких предпринимателей; последние будут недовольны. Во-вторых, само потрясение от раскола Украины может запустить в ком-то процесс прозрения. Те жители Малороссии, кто голосует за националистические партии, замкнулись в своём мирке, в котором все беды идут от России, желающей растерзать Украину. Эта психоэмоциональная конструкция приобрела такую устойчивость, что ни поражение на выборах, ни отсутствие военных действий России сами по себе не разрушат сложившуюся картину. Только серия глубоких потрясений, разрушающих их неадекватный внутренний мир, может запустить излечение. В конце концов, излечились же в середине XX века немцы и японцы после тотального военного разгрома! Неверна точка зрения, что, задабривая украинский национализм дешёвым газом и потакая ему уважительным отношением к украинству, мы снижаем его антироссийский накал. Наоборот: чем больше Россия потакала Украине и украинству, тем больше малороссов распирало от чувства собственной значимости и гордости за то, что они не русские! Соответственно, серия фрустраций и крушения надежд создаёт хоть какие-то шансы на возвращение здравого смысла. В этом плане особое возмущение вызывают высокомерные призывы некоторых российских обывателей, чтобы Юго-Восток Украины, показавший свою силу и способность сопротивляться хунте, установил контроль над всей республикой и обеспечил её эволюцию в сторону дружественного России государства. Во-первых, призывы эти исходят из ложной посылки, будто Юго-Восток Украины населяют украинцы, которые более близки к населению Малороссии, чем к русские населению РФ, и поэтому должны оставаться в отдельном от России государстве, вместе с малороссами. Хотя на самом деле, надо воссоединиться тем ветвям русского народа, которые осознали свою русскость уже сейчас, а там видно будет. Между прочим, тогда и идея воссоединения семей будет работать на Россию, потому что жителю Малороссии захочется быть в одной стране с родственниками, оставшимися в Харькове или Днепропетровске. Во-вторых, эти призывы как раз гарантированно уничтожат шансы на воссоединение всех ветвей русского народа. Насильно мил не будешь; сейчас попытка вторгнуться в Малороссию, а тем более Галичину, и навязать им режим «донецких» будет там воспринята как вторжение на свою землю и вызовет столь же мощное народное сопротивление, какое мы сейчас видим в Донбассе. В Киеве сейчас не смогут прийти ко власти и удержаться никакие силы, кроме тех, что делали зимнюю революцию. Миллионы людей, живущих в центральной и западной частях Украины реально посходили с ума, и лучше всего дать им перегореть в своём безумии, одуматься. Благо, даже самые радикальные из них чаще не горят желанием идти завоёвывать Юго-Восток и готовы отпустить его восвояси. Значит, лучше всего разделиться, разойтись, дать чувствам поостыть и времени вылечить обиды. Другое дело – если Западу удастся развязать на Украине настоящую гражданскую войну на уничтожение. В этом сценарии, даже если России удастся оградить от агрессии Юго-Восток, в Малороссии и на Западной Украине будет выращена такая неистребимая ненависть к России, которую не вылечат годы мирного раздельного сосуществования. С антироссийским рассадником надо будет срочно кончать, а это значит, что в случае полномасштабной войны надо будет доходить до Буга и Тисы, устраивая по её итогам тотальную насильственную денацификацию всей Украины.  Но мы, всё же, будем надеяться, что разжечь гражданскую войну на уничтожение Западу не удастся, массированного военного вмешательства России не потребуется и Украина отпустит Новороссию более или менее мирно. Что же делать тогда? IV. Нужна ли Новороссии независимость? Наконец, следует разобраться в ещё одной серии сомнительных призывов: после разделения Украины не расширять РФ, а надолго оставить Новороссию в качестве независимого союзного государства, подобного Абхазии и Южной Осетии. Надо сказать, в этом случае не выдвигается даже вменяемых аргументов, кроме нелепой идеи, будто в этом случае международное осуждение России будет меньше. Видимо, единственным реальным мотивом тут служит банальное нежелание россиян временно поступиться своими текущими доходами, чтобы «подтянуть» Новороссию до уровня РФ. Со стороны же элиты РФ – просто боязнь брать на себя новую ответственность и быть готовой к притоку «свежей крови» из новых регионов. И если в случае с разобранными выше идеями федерализации и присоединения Украины целиком можно надеяться, что они не реализуются из-за радикализма и взаимной ненависти противоборствующих сторон, то вероятность создания Россией независимой Новороссии уже намного выше, потому что в России не видно консенсуса, настроенного против этого варианта. Тем более, что и Запад, увидев невозможность сохранения Украины, наверняка попробует подкупить Россию какими-то краткосрочными пряниками, чтобы не присоединяла Новороссию полностью. Против пока – только радикальные лидеры восставших на Донбассе, которые чувствуют себя настолько русскими, что им эта независимость и даром не нужна. Мне кажется, идея независимой Новороссии на неопределённый период столь же вредна, как и две предыдущие (о федерализации Украины или о взятии её целиком и сразу). С точки зрения единства русского народа, смысла в нескольких русских государствах нет никакого. Как мы уже видели на примере Украины, отдельная государственность запускает нациогенез. Да и зачем народу тратиться на два государства, на отдельные МИД, армию, органы экономического регулирования, если достаточно одного? Для Новороссии собственное полноценное государство станет тяжёлой ношей, пожирающей ресурсы, которые можно было бы направить на скорейшее выравнивание уровня развития с остальной РФ. Дело не только в финансовых ресурсах: хуже – то, что у двадцатимиллионной территории, не имевшей собственной государственности, нет культурной готовности к оптимальному решению всех вопросов, которые станут на этом пути. Например, экономическая политика отдельной Новороссии наверняка станет некомпетентной попыткой воспроизвести белорусский опыт, но получится перенять только плохое, включая залезание в долги и попытку поддержать то заниженные цены, то завышенный курс местной валюты. Система образования останется в руках «свидомой» интеллигенции, а власть заполнят перекрасившиеся циники из Партии Регионов, которые по привычке примутся «доить» Россию, параллельно обслуживая интересы Запада. Безусловно, присоединение Новороссии к РФ потребует переходного периода на адаптацию законодательства, сближение технических стандартов, согласование образовательных программ, признание документов независимой Украины, становление банковской системы, но все эти вопросы вполне возможно решить в рабочем порядке. В России здравомыслящий и патриотически мыслящий госаппарат, который даже без специального межгосударственного соглашения позволит мясокомбинату выпускать колбасу по украинским ТУ пару лет, необходимые для адаптации и модернизации производства. Затягивать из-за таких мелочей формальное воссоединение в одно государство не имеет никакого смысла. Можно подумать о вхождении Новороссии не восьмью-девятью областями, а одним-двумя крупными краями, которым будет легче приспосабливать свою экономику к общероссийской, управляя, например, едиными комплексом добывающей и металлургической промышленности в рамках края до налаживания новой кооперации в рамках российского рынка, но всё это – вопросы административно-территориального устройства присоединяемых к России земель и переходного управления, не требующие отдельной государственности. При этом именно достаточно полная реинтеграция Новороссии в РФ позволит быстро преодолеть негативные эффекты, обусловленные экономическим разрывом с остальной Украиной. Конечно, на пути присоединения Новороссии можно допустить целый ряд ошибок, которые повысят экономическую цену и моральные издержки процесса, но сделать из Новороссии вторую Белоруссию, во-первых, всё равно не получится, во-вторых такая попытка выйдет ещё дороже. Впрочем, об оптимальных способах политического и экономического присоединения следует как-то поговорить в другой раз. В общем, сохраним принципиальность в постановке стратегических целей – и всё будет в порядке. 

21 апреля 2014, 12:04

Кто организовал Октябрьскую революцию?

 У товарища http://balbes92.livejournal.com/148388.html в преддверии Дня Рождения Владимира Ильича Ленина появилась полемическая тема, с вопросом: Кто организовал Октябрьскую Революцию? Интеллигенция, рабочие или пролетариат? С таким вот ответом: Революцию организовала интеллигенция. Массы участвовали, безусловно. Но субъект, за которым шли массы, была партия РСДРП (б), в которой большую часть на тот момент составляла именно интеллигенция. Это не значит, что они воплощали в жизнь свои фантазии (интеллигент-большевик отличается от современного интеллигента). Большевики принимали многое из того, что выдвигали массы. Одновременно они занимались организацией всех мероприятий. Рабочие, солдаты и крестьяне, если можно так выразиться, были пехотой, то есть теми, кто реализовывал идеи и программы. Но не они организовывали революцию. На мой взгляд в самом вопросе заложена системная ошибка. Сначала цитата товарища Сталина, а потом ответ. Три обстоятельства внешнего порядка определили ту сравнительную легкость, с какой удалось пролетарской революции в России разбить цепи империализма и свергнуть, таким образом, власть буржуазии. Во-первых, то обстоятельство, что Октябрьская революция началась в период отчаянной борьбы двух основных империалистических групп, англо-французской и австро-германской, когда эти группы, будучи заняты смертельной борьбой между собой, не имели ни времени, ни средств уделить серьезное внимание борьбе с Октябрьской революцией. Это обстоятельство имело громадное значение для Октябрьской революции, ибо оно дало ей возможность использовать жестокие столкновения внутри империализма для укрепления и организации своих сил. Во-вторых, то обстоятельство, что Октябрьская революция началась в ходе империалистической войны, когда измученные войной и жаждавшие мира трудящиеся массы самой логикой вещей были подведены к [c.358] пролетарской революции, как единственному выходу из войны. Это обстоятельство имело серьезнейшее значение для Октябрьской революции, ибо оно дало ей в руки мощное орудие мира, облегчило ей возможность соединения советского переворота с окончанием ненавистной войны и создало ей, ввиду этого, массовое сочувствие как на Западе, среди рабочих, так и на Востоке, среди угнетенных народов. В-третьих, наличие мощного рабочего движения в Европе и факт назревания революционного кризиса на Западе и Востоке, созданного продолжительной империалистической войной. Это обстоятельство имело для революции в России неоценимое значение, ибо оно обеспечило ей верных союзников вне России в ее борьбе с мировым империализмом. Но кроме обстоятельств внешнего порядка, Октябрьская революция имела еще целый ряд внутренних благоприятных условий, облегчивших ей победу. Главным из этих условий нужно считать следующие. Во-первых, Октябрьская революция имела за собой активнейшую поддержку громадного большинства рабочего класса России. Во-вторых, она имела несомненную поддержку крестьянской бедноты и большинства солдат, жаждавших мира и земли. В-третьих, она имела во главе, в качестве руководящей силы, такую испытанную партию, как партия большевиков, сильную не только своим опытом и годами выработанной дисциплиной, но и огромными связями с трудящимися массами. В-четвертых. Октябрьская революция имела перед собой таких сравнительно легко преодолимых врагов, [c.359] как более или менее слабую русскую буржуазию, окончательно деморализованный крестьянскими “бунтами” класс помещиков и совершенно обанкротившиеся в ходе войны соглашательские партии (партии меньшевиков и эсеров). В-пятых, она имела в своем распоряжении огромные пространства молодого государства, где могла свободно маневрировать, отступать, когда этого требовала обстановка, передохнуть, собраться с силами и пр. В-шестых, Октябрьская революция могла рассчитывать в своей борьбе с контрреволюцией на наличие достаточного количества продовольственных, топливных и сырьевых ресурсов внутри страны. Сочетание этих внешних и внутренних обстоятельств создало ту своеобразную обстановку, которая определила сравнительную легкость победы Октябрьской революции. Это не значит, конечно, что Октябрьская революция не имела своих минусов в смысле внешней и внутренней обстановки. Чего стоит, например, такой минус, как известная одинокость Октябрьской революции, отсутствие возле нее и по соседству с ней советской страны, на которую она могла бы опереться? Несомненно, что будущая революция, например, в Германии, оказалась бы в этом отношении в более выгодном положении, ибо она имеет по соседству такую серьезную по своей силе Советскую страну, как наш Советский Союз. Я уже не говорю о таком минусе Октябрьской революции, как отсутствие пролетарского большинства в стране. Но эти минусы лишь подчеркивают громадное значение того своеобразия внутренних и внешних [c.360] условий Октябрьской революции, о которых говорилось выше. Об этом своеобразии нельзя забывать ни на одну минуту. О нем особенно следует помнить при анализе германских событий осенью 1923 года. О нем прежде всей должен помнить Троцкий, огульно проводящий аналогию между Октябрьской революцией и революцией в Германии и безудержно бичующий германскую компартию за ее действительные и мнимые ошибки. “России, – говорит Ленин, – в конкретной, исторически чрезвычайно оригинальной ситуации 1917 года было легко начать социалистическую революцию, тогда как продолжать ее и довести ее до конца России будет труднее, чем европейским странам. Мне еще в начале 1918 года пришлось указывать на это обстоятельство, и двухлетний опыт после того вполне подтвердил правильность такого соображения. Таких специфических условий, как 1) возможность соединить советский переворот с окончанием, благодаря ему, империалистской войны невероятно измучившей рабочих и крестьяне 2) возможность использовать на известное время смертельную борьбу двух всемирно могущественных групп империалистских хищников, каковые группы не могли соединиться против советского врага; 3) возможность выдержать сравнительно долгую гражданскую войну, отчасти благодаря гигантским разменам страны и худым средствам сообщения; 4) наличность такого глубокого буржуазно демократического революционного движения в крестьянстве, что партия пролетариата взяла революционные требования у партии крестьян (с.-р., партии, резко враждебной, в большинстве своем, большевизму) и сразу осуществила их благодаря завоеванию политической власти пролетариатом; – таких специфических условий в Западной Европе теперь нет, и повторение таких или подобных условий не слишком легко. Вот почему, между прочим, – помимо ряда других причин, – начать социалистическую революцию Западной Европе труднее, чем нам” (см. т. XXV, стр. 205). Этих слов Ленина забывать нельзя.  Вопрос о трудящихся массах мелкой буржуазии, городской и сельской, вопрос о завоевании этих масс на сторону пролетариата является важнейшим вопросом пролетарской революции. Кого поддержит в борьбе за власть трудовой люд города и деревни, буржуазию или пролетариат, чьим резервом станет он, резервом [c.362] буржуазии или резервом пролетариата, – от этого зависит судьба революции и прочность диктатуры пролетариата. Революции 1848 г. и 1871 г. во Франции погибли, главным образом, потому, что крестьянские резервы оказались на стороне буржуазии. Октябрьская революция победила потому, что она сумела отобрать у буржуазии ее крестьянские резервы, она сумела завоевать эти резервы на сторону пролетариата и пролетариат оказался в этой революции единственной руководящей силой миллионных масс трудового люда города и деревни. Кто не понял этого, тот никогда не поймет ни характера Октябрьской революции, ни природы диктатуры пролетариата, ни своеобразия внутренней политики нашей пролетарской власти. http://grachev62.narod.ru/stalin/t6/t6_20.htm - цинк PS. Разумеется, в процессе борьбы, РСДРП втягивала в себя не только пролетарские элементы, именно по содержанию партия была пролетарской, где к примеру выходец из семьи интеллигентов Владимир Ленин, был именно представителем пролетариата и действовал в его интересах. Интеллигенция же как прослойка общества, потерпела полное банкротство после Февраля, когда все ее иллюзии были растоптаны реалиями Временного Правительства уничтожившего Российскую Империю и ничего она уже организовать как класс или прослойка не могла. Сама революция была осуществлена усилиями боевого авангарда российского пролетариата - большевиками, которые организовав вооруженное восстание опирались прежде всего на рабочих и солдат, а так же на крестьянство. В этом отношении, первые декреты о земле, о мире и о национализации промышленности, были платой (в рамках выполнения данных обещаний) за поддержку широких масс, причем масс пролетарских. Интеллигенция же в основном оказалась совсем в другом лагере, так как большевики вместе с остатками старых режимов изрядно оттоптались и на старой российской интеллигенции относясь к ней таак, как она того заслуживала. Она могла быть попутчиком пролетариата, но конечно же не могла ничего организовать. Ну и вызывает недоумение противопоставление рабочих и пролетариата. Рабочие в 1917 году были частью пролетариата. В целом же совершенно очевидно, что революция была организована боевым авангардом российского пролетариата - партией большевиков, которая совершив успешную революцию, реализовала на практике принцип диктатуры пролетариата. То что среди большевиков были выходцы из интеллигенции, никак не отменяет того факта, что реализовывыли они программу диктатуры пролетариата, а не "руководящей роли интеллигенции". Согласно мнению и Ленина и Сталина, представители непролетарских классов, рассматривались как попутчики революции, и в этом состоит роль интеллигенции - роль попутчиков пролетарского авангарда революции. 

22 февраля 2014, 22:42

Письма из окровавленного Киева

Трезвый анализ ситуации, сложившейся в УкраинеЧтобы понимать, в какие игры играют различные еврейские кланы, усевшиеся на абсолютно все руководящие должности в Украине, нужно обладать достаточным объёмом достоверной информации, которую приходится выцарапывать по крупицам...Письмо из окровавленного Киева«Ваш отец диавол; и вы хотите исполнять похоти отца вашего. Он был человекоубийца от начала и не устоял в истине, ибо нет в нем истины. Когда говорит он ложь, говорит свое, ибо он лжец и отец лжи…» (Иоанна, 8:44)Прошло уже много времени с тех пор, как я написал «Письмо из оккупированного Киева», и вот – это уже не оккупированный, а пылающий Киев. Вчера и сегодня произошло то, к чему, в общем-то, всё это и шло изначально. Началась стрельба. Это ужасно, это пугает, в это не хочется верить. Я понимаю, что недостатка информации сегодня нет – и ТВ, и Интернет, и радио, всё как на ладони. Однако хочу описать ситуацию своими словами, так, как видит её обычный киевлянин сегодня.Итак, что мы имеем?Работа в столице парализована. Несмотря на страшные события, многие конторы работают, люди вынуждены ехать в центр города на работу. Однако очень многие всё-таки отменили работу, люди сидят по домам. Вчера не работало метро целый день. Сегодня не работало до пяти вечера. Становится страшно. Если все эти два месяца события на майдане как будто проходили в какой-то параллельной реальности, – ну стоят и стоят, песни поют, «молятся» за что-то, а жизнь в городе идёт своим чередом, – то сегодня ощущение опасности появилось уже по всему Киеву. Я ехал на работу ненадолго, потом возвращался домой, и было не по себе, потому что непонятно, чего ожидать. У многих людей возникли мысли о том, чтобы покинуть город. Думаю, многие это уже сделали. Сегодня люди начали скупать продукты питания, выстроились очереди за топливом, потому что прошла информация, что заправки в городе закроют. Курс доллара пополз вверх. Люди обналичивают деньги с карточек. Приплюсуйте к этому около сотни погибших (только сегодня). И что мы имеем? Начало войны. Хотя я очень надеюсь, что ошибаюсь…Здесь, в Киеве, очень много людей, которые искренне верят, что на майдане люди борются за своё светлое будущее, сражаются с преступным бандитским режимом. Не будем рассуждать об уровне их интеллектуального развития. Все люди быть умными не могут. Однако факт есть факт – таковые имеются в изобилии. Но их не большинство. Хотя допускаю, что около половины. Но что же происходит на самом деле?Посмотрим на хронику.После переизбрания президентом России, Путин запускает масштабный интеграционный проект на территории бывшего СССР. Украинские власти, как всегда, становятся в позу многовекторности, однако в целом проект набирает обороты. Некоторые западные политики выражают озабоченность, а кое-кто прямо заявляет, что они «не допустят» реинтеграции на постсоветском пространстве. Активизируется работа по линии Восточного партнёрства ЕС, спешно готовятся и парафируются соглашения об ассоциации для Украины, Молдовы и др. Янукович сотоварищи поднимают сине-звёздный флажок, целый год промывают населению мозги всеми преимуществами европейского выбора (несчастные люди – они же не могут думать самостоятельно!). Потом вдруг, когда становится понятно, что своим эффективным менеджментом компания «менеджеров-профессионалов» завела страну в совершенно беспросветную задницу, плюс ещё по каким-то причинам, Янукович закладывает хитрый финт и выкатывает европартнёрам жирный болт. В шоке все – и деятели из ЕС, и само местное население, которое не способно понять, почему такой распрекрасный европейский вектор вдруг превратился в невыгодный и спорный. И вот – о чудо! – на Украине немедленно начинается национальная революция! В двух словах её посыл можно описать так: «Украина будет под ЕС, даже если придется перебить ради этого полстраны!» И казалось бы – при чём тут Европа? Конечно же, это сознательные украинские граждане, которые с самого рождения, ещё во времена Союза, чувствовали себя «европейской нацией», решили, что всё, терпеть дальше нельзя! Европа мы, в конце концов, или Россия неумытая?! И вот они-то вышли на майдан, выразили мирный протест. Потом как-то сразу перешли к избиванию милиционеров цепями и сжиганию их разными коктейлями. Это тоже, естественно, обычные хлопцы с села…Это, конечно, смешно, но вы знаете – именно так многие думают…На самом деле на улицах Киева орудует несколько тысяч отлично подготовленных боевиков-террористов из западных областей. Они – костяк, движущая сила и вдохновители бунта. К ним пристроилась внушительная масса «баранов», которым вдруг не разрешили поехать в ЕС на шашлыки, куда их активно приглашали. Вот именно эта масса и сыграла ключевую роль. Если бы не они, то сами боевики такой бучи бы не сделали и были бы быстро сметены.Но увы. У нас же не президент, а недоразумение. Его команда так самозабвенно грабила всех и вся последние годы, так упоительно чистила министерства и ведомства от квалифицированных кадров, заменяя их сопливыми малолетними недоумками (хвастаясь при этом, что у нас-де самые молодые в Европе министры), так бездарно проматывала нажитые до неё предшественниками гроши, что естественным образом заслужила всенародное презрение, ненависть и отвращение.Учитывая, что думать головой наши люди в своей массе не очень умеют, обиженным европейцам с их заокеанскими друзьями не составило никакого труда поднять массы на борьбу с «бандой». Разыграно, как по нотам. Не помешали даже три оппозиционных клоуна – иначе их и назвать-то нельзя. Горилла-боксёр с отбитой головой, которая и раньше-то думать не умела. Полоумный экстремист-бандеровец с бараньими глазами. Смехотворный еврей в вышиванке, изображающий из себя европейского интеллектуала, хотя на лице крупными буквами написано: «Бердичев».Даже эта троица, став во главе народного гнева, не сумела распугать своей комедийной несостоятельностью возмущённых бандой граждан. Они их троих не любили и не любят, но Януковича они ненавидят сильнее. Логика простая, как и положено простым людям: скинем банду Януковича, а там поглядим, что делать. Якшаемся с поляками, молимся с ксендзами и лезем за евреем на баррикады, веря при этом, что боремся за «нашу Украину»…И вот он, момент истины. Очень многие из «баранов» вдруг стали понимать, что с такой революцией завтра им может не найтись что поесть, негде будет работать и вообще – дай бог в живых остаться. Потому как дошло, что революционный каток прёт вперёд, не разбирая. Сегодня очень многие, большинство сочувствующих революции граждан, трусливо попрятались по домам. Максимум, на что они способны, так это на то, чтобы с круглыми глазами возмущаться действиями преступной власти, нервно глотая припасённый виски перед экраном планшета. Прозрение будет прогрессировать по мере эскалации насилия, но это уже ничего не поменяет. «Бараны» своё дело сделали, пожар раздут, теперь дело за профи.А профи сегодня утром просто взяли и начали стрелять из боевого оружия. Хотя, по словам сотрудников «Беркута», уже вчера среди правоохранителей были жертвы от огнестрельных ранений. Но сегодня террористы уже даже не прячутся. Позируют с дробовиками и «Калашниковыми». Милиции наконец-то выдали оружие, и она стала отстреливаться. Именно отстреливаться, т.к. до сих пор органы правопорядка проводят исключительно оборонительные действия, а не наступательные. Они просто охраняют правительственные здания от регулярных набегов мирных демонстрантов.И вот стреляют уже со всех сторон. Все кричат о снайперах, которые ведут отстрел людей. Кто стреляет? В кого? Зачем? Все эти вопросы уже не важны. И ответов на них мы никогда не узнаем. Но это и не нужно. Главное – процесс пошёл, страна горит. И теперь у нас два варианта: либо мы приводим к власти западного ставленника (кем бы он ни был) и немедленно подписываем с ЕС Акт о признании колониальной зависимости, либо страна запылает во весь размах и умоется кровью по-настоящему.Почему сегодня даже весьма, казалось бы, неглупые, образованные люди не видят поразительного сходства нашей ситуации с сирийской или египетской – вопрос, достойный отдельного изучения психологами. Те же игроки, те же «мирные демонстранты», та же риторика из тех же уст. Всё одно к одному, но этого почему-то никто не замечает, и все продолжают талдычить мантру про «банду геть» и национальную революцию.А идеологи и лидеры времени даром не теряют. Оказывается, проблема не ограничивается Януковичем и его бандой, и даже не связана напрямую с соглашением об ассоциации. Оказывается, виновата во всем Россия и лично Путин! Оказывается, сейчас происходит довершение того, что мы не закончили в 1991 году (это слова Тягнибока)!Мы, оказывается, наконец-то получили шанс окончательно, бесповоротно и смело сказать в глаза тёмному рабскому стаду москалей, что мы – это не они, а совсем другое! Что мы – европейцы! И что нам не по пути с народом, который терпит издевательства кровавой кремлёвской клики. Сегодня вовсю трубят о том, что именно Путину, как никому иному, выгоден раскол Украины. Хотя, чем ему это может быть выгодно, не уточняется. Опять со всех щелей торчат гоблинские уши российского спецназа, опять всевидящее око Саурона-Путина пронзает пространство, время и плоть, руководя преступной рукой бандитского режима.Честно скажу – подобрать слова для описания всего безумия и идиотизма, который сейчас можно услышать из уст наших украинских оппозиционеров, очень и очень сложно. Но в целом основной посыл, главная суть их речей и средоточие смыслов можно выразить одним коротким словом – ложь. Они лгут постоянно. Сама суть их деятельности лжива до мозга костей.Они предстают эдакими «мучениками за веру», обложили весь майдан иконами, постоянно апеллируют к божественной истине, проводят молебны и показательно отпевают своих героев. Однако, мало кто понимает, что на самом деле ни одного священника на майдане нет! Там есть кто угодно – униаты, сектанты, раскольники, в лучшем случае католики, но никак не православные священнослужители. Они прямым текстом со сцены майдана называют силы правопорядка чуть ни бесовским отродьем, предрекают им страшные муки в аду и осеняют себя крестным знамением. Но только по-настоящему верующий православный христианин знает, что сам сатана предстаёт под видом ангела света, и что дьявол есть обезьяна Бога.На самом деле любой христианин понимает, что никакого божественного благословения не только на их революцию, но и на любую другую революцию не может быть в принципе. Господь учит смирению и послушанию любым (!!!) властям, и Сам добровольно пошёл на крестную смерть от рук захватнической римской власти. Нормальный христианин понимает, что ничего общего между Христом и давно отрёкшейся от Него Европой быть не может. Каждая христианская душа не просто понимает, она видит и чувствует, что на майдане происходят дьявольский шабаш, массовое беснование и сатанинский триумф. И вся вот эта ложь, которую изрыгают их лидеры, выматывает душу неописуемо.Что же дальше?Страны уже практически не существует. В западных областях силовики либо сдают оружие протестующим, либо переходят на их сторону. Ивано-Франковский областной совет сегодня официально заявил, что не признаёт Януковича легитимным президентом и готов подчиняться т.н. Народной Раде. На трассах под Киевом уже стоят блоки и КПП из боевиков. Они свободно перемещаются по стране и организовывают вооружённые погромы органов местной власти, милиции, служб безопасности, даже армии.Если завтра Янукович вдруг каким-то образом решится-таки навести в Киеве порядок твёрдой рукой, то он это, скорее всего, сделает. Но это будет фактически означать спуск курка и начало тотального противостояния в масштабах всей страны, т.е. полномасштабной гражданской войны. Западные регионы окончательно откажутся подчиняться Киеву, и усмирить их будет невозможно, т.к. там большинство населения выступит в поддержку такого решения, включая силовиков и дислоцированные там воинские подразделения. Более того, они могут ещё и в наступление перейти. Тем более, что уже сейчас они об этом говорят. Мол, сейчас мы едем в Киев на поездах и машинах, а завтра, если это не поможет, поедем на танках и БТРах. Вопрос может встать таким образом, что не то что усмирять западную Украину, а защищаться от неё придётся!Так что же делать? Позволить и дальше бесчинствовать западным террористам на улицах Киева?Выход один – сдавать им власть. Будь то досрочные выборы, перевыборы, довыборы, да что там – и выборов никаких не надо. А зачем? Янукович уже выиграл выборы, и что? Они взяли оружие, приехали в Киев и свалили его. Взять и передать президентскую булаву Яценюку. Всё равно ведь ясно, что, в случае выборов, скорее всего, победу одержит прозападный кандидат. А если даже не одержит, то победу не западного кандидата оппозиция не признает, и всё это начнётся заново, пока западный ставленник не получит власть. Так что хотите мира – сдавайте Киев. Это, по крайней мере, может остановить кровопролитие.Другой вопрос, к чему это приведёт впоследствии… Но это уже другая история. А на сегодня факт один – точка невозврата пройдена. Защитить южную Русь от оголтелых латинян уже, кажется, невозможно. А ведь можно было…P.S. И вот только сейчас сообщили, что Верховная Рада приняла постановление, согласно которому все силовые подразделения должны вернуться в места дислокации, им запрещается применять оружие, запрещается перекрытие дорог. Т.е. милиция должна сложить оружие перед террористами, уйти с улиц и оставить Киев вооружённым бандам боевиков. Гениально… Ещё одно письмо из КиеваСегодня я получил письмо из Киева от двоюродной сестры. Отрывок из него решил опубликовать. При всём богатстве и полярности мнений это ощущения и понимание человека, который там. Я не призываю соглашаться или нет с конкретной точкой зрения. Тем более, что «историческая правда» высветится ещё не скоро. Просто почувствуйте пульс.«...Сегодня захватили здание моей [работы], народ был в шоке – всех разогнали, мебель потащили на баррикады. Война. Настоящая. Все ненавидят друг друга – не понимаю, как с этим можно будет жить дальше. То, сколько ненависти и злобы изрыгает сейчас «средний класс» – примерно та же социология, что и на Болотной. Могу только удивляться, как они с этим жили и живут. Что будет, не знаю ...У людей, которые умеют читать, думать, сопоставлять и анализировать давно не вызывает сомнения, что всё происходящее – иностранная интервенция... Но поведение послов и сделанные заявления оставить в неведении могут только клинических идиотов или уже давно купленных провокаторов... Их «арабская весна» упёрлась в наших мальчишек из внутренних войск и «Беркут». Они не учли особенности славянской ментальности – когда начинают травить, наш человек бежит не сдаваться, а погибать... Они, суки, уже забыли Великую Отечественную... Думали, что и у нас «вытравили» из памяти и всё остальное... Нет. Ты передай от меня всем, кто с тобой об этом говорит – кровь наших мальчишек только тогда будет оправдана, когда либерально настроенная интеллигенция осознает, что творит... Хоть вы знайте, что все эти Болотные и Майданы – это не игры и не шутки...Прости меня за это (ну, что как лекцию читаю), для меня всё совершенно очевидно и очень болезненно-печально...»источник 

12 февраля 2014, 04:48

35-я годовщина Исламской революции в Иране

Дорогие друзья, сегодня 11 февраля, или 22 бахмана по иранскому солнечному календарю хиджры, исполняется 35 лет с того дня, как в Иране совершилась Исламская революция. Сама эта революция, как и политический строй, сформировавшийся после нее в нашей стране, во многих отношениях стали новыми явлениями в международной политике. Впервые в новейшей истории революция произошла на религиозной основе и заявила об установлении власти, руководимой духовным лицом и основанной на религиозных принципах и нормах. Не удивительно, что эта революция смогла не только создать новое направление в теориях о происхождении революций, но и заставила многих государственных деятелей и ученых-политологов во всем мире неустанно следить за тем, как будет претворяться в жизнь этот новый подход. Сегодня, спустя 35 лет после победы Исламской революции, можно приступить к рассмотрению того, насколько успешны или неуспешны были иранские государственные деятели в достижении целей и чаяний, заявленных революцией. Одной из важнейших областей деятельности Исламской Республики Иран в последние десятилетия была сфера внешней политики. Мечтой иранских революционеров так же, как и многих других революционеров в различных странах мира, было достижение политической независимости и уход от диктата крупных мировых держав в рамках обеспечения национальных интересов страны. В послереволюционные годы, еще в период «холодной войны», эта мечта  выкристаллизовалась в лозунг «ни Восток, ни Запад» и следование одним курсом с Движением неприсоединения. Но и после окончания «холодной войны» (1991) Иран по-прежнему продолжал прилагать усилия к тому, чтобы сохранить независимость в различных международных вопросах и укрепить свою национальную безопасность. Несмотря на большие трудности, которые пришлось перенести Ирану ради защиты своей независимости, сегодня можно сказать, что иранская революция, не в пример многим другим революциям, происходившим в развивающихся странах, не поставила нашу страну в унизительную зависимость от крупных держав. И сегодня многие освободительные движения в различных исламских и даже неисламских странах видят в иранской революции достойную модель для своего развития и сопротивления иностранному вмешательству. Согласно принятой Конституции, все эти годы Иран постоянно прилагал усилия к тому, чтобы в международном масштабе оказывать поддержку угнетенным народам, защищая от творимого в их отношении притеснения. Именно этот факт обусловил то, что Исламская Республика Иран пользуется симпатией широких слоев мировой общественности. Примеры этого можно увидеть в формировании неправительственных групп, выступающих против нападения на Иран в различных странах мира от США и Юго-Восточной Азии до Европы, и в организации в последние годы разнообразных шествий и митингов против дискриминации Ирана и в поддержку его мирной ядерной программы. Я хотел бы коснуться и внутренней политики. За эти 35 лет в нашей стране произошли обширные преобразования. Но политическая сущность существующего строя, сформированная на основе чаяний первых иранских революционеров, по-прежнему остается живой.  После окончания Ирано-Иракской войны (1980-1988) в Иране установились мир и стабильность. За это время к власти в ИРИ приходили, как минимум, три политические школы. Сначала власть получили технократы, которые отстраивали страну в послевоенные годы и в этой работе делали основной упор на экономическом развитии. Затем, после победы реформаторских принципов, группы интеллигенции попытались продвинуть страну в сторону политического развития. Однако через некоторое время на их место пришли консерваторы, которые были уверены в том, что «общество отдалилось от революционных идеалов» и следует вновь заняться поиском утраченных ценностей как в области внутренней, так и внешней политики. И вот уже более полугода, как эта группа, в свою очередь, уступила место умеренным политикам, которые выступают одновременно за политическое и экономическое развитие Ирана и его конструктивное взаимодействие с другими странами с целью повышения его мирового статуса. В течение всех этих лет иранское общественное сознание развивалось, приобретало все большую зрелость. И можно смело сказать, что иранская политическая система, не в пример другим окружающим Иран странам, обладает достаточным потенциалом для того, чтобы постепенно и на основе своих национальных интересов производить необходимые обществу изменения. Гибкость иранской политической системы, основанной на революционных принципах, благотворно сказалась и на экономике Ирана. Несмотря на то, что с самого начала своего существования Исламская Республика столкнулась с различными международными санкциями, и долгие годы не было возможности для широких иностранных инвестиций в важные сектора экономики,  наша страна все же смогла избежать экономического кризиса и голода. За три последних десятилетия население Ирана увеличилось более чем вдвое и возросло с 35 до 75 миллионов человек. Средняя продолжительность жизни в Иране увеличилась с 58 до 69 лет, более доступными для народа стали медицина и образование. В 2013 году число иранских учащихся на различных ступенях высшего образования по всей стране достигло 4 миллионов человек, при этом более половины всех студентов – лица женского пола, что говорит о высоком рейтинге образованности в иранских семьях. Ко времени свершения революции большинство населения Ирана проживало в сельской местности.  Сегодня 70 процентов иранцев живут в городах.  Это означает усиление сектора услуг и промышленности по сравнению с сельскохозяйственным сектором в экономике страны. Большая часть населения ИРИ занята в сфере услуг по городскому благоустройству, работает на заводах, в производственных мастерских, электростанциях, обслуживает транспортный сектор,  торговлю, строительство. Конечно, подобно другим молодым обществам, сегодняшний Иран сталкивается с такими трудностями, как безработица, дороговизна жилья и других социальных услуг. Многие экономические проблемы и разногласия внутри иранского общества стали следствием постоянного экономического и политического давления извне. Многие иранские ученые из-за санкций были лишены доступа к новейшей научной информации. Несмотря на это, Иран за прошедшие годы продемонстрировал явный прогресс в научной сфере. Невозможно отрицать достижения Ирана в области медицины, фармакологии, информационных и нанотехнологий, генной инженерии, создании новых материалов, ядерной энергетике. Большое внимание в мире вызывают и успехи Ирана в области военных технологий. ИРИ доказала, что ей под силу строительство баллистических ракет дальнего радиуса действия и противовоздушных ракет, подводных лодок и противолодочных эсминцев, бронетранспортеров, танков, боевых самолетов. Прогресс, достигнутый нашей страной в области космической промышленности и, наконец, достижения в области технологий кибернетических и электронных войн – все это обусловило тот факт, что Иран превратился в одну из наиболее мощных стран ближневосточного региона. Таким образом, несмотря на внешнее давление и внутренние проблемы, народ Исламской Республики Иран за прошедшие  35 лет  смог твердо встать на путь прогресса и устойчивого развития. И сегодня при поддержке правительства «умеренности и надежды»  уверенно смотрит в завтрашний день, дорожа спокойствием внутри страны, стабильностью и дружбой с различными народами мира. 

21 сентября 2013, 04:17

"De Conspiratione"

Сообщается, что 10 июня 2013 года в издательстве «Товарищество научных изданий КМК» вышел в свет сборник монографий под редакцией Андрея Фурсова «De Conspiratione: Капитализм как Заговор. Том I. 1520–1870 гг.». Книга подготовлена группой авторов под эгидой Центра русских исследований ИФПИ МосГУ. В материалах сборника анализируются скрытые механизмы мировой истории, политики и экономики, деятельность закрытых (тайных) обществ мирового согласования и управления («закулисы»), спецслужб и криминальных синдикатов. Фурсов А.И. Предисловие.....................................................................................4 Фурсов А.И. De conspiratione: Капитализм как Заговор...........................................7 Конспирология – веселая и строгая наука? Конспирология: за и против (несколько выборочных примеров) Конспироструктуры как имманентная форма развития капитализма La Serenissima, или «Чужие» в Европе Английская семерка, или Как осуществилась сборка североатлантического геоисторического субъекта Сити и английская разведка: «идти порознь, бить вместе» «Славная революция» и после Большие циклы Евразии, или Маятник Старого Света XVIII век: рождение проектно-конструируемой Истории, или Что могут Вещество, Энергия и Информация, сконцентрированные в одних, отдельно взятых руках Капиталистическая система: циклы, «длинные волны» и другие регулярности Конспироструктуры: первый этап развития, 1710–1770-е годы Второй этап развития конспироструктур, 1770–1870-е годы: взгляд с высоты Американская сецессия и британские трудности Французская революция – опыт реализации проектно-конструкторского подхода к истории О Ротшильдах бедных замолвите слово Великобритания, конспироструктуры и Россия Крымская война, или Финансисты и революционеры против России Гражданская война в США, или Британцы и конспироструктуры против Америки Италия, Германия и конец второго этапа развития конспироструктур Горяинов С.А. Криптоэкономика мирового алмазного рынка..........................145 Карпенко В.И. Рудаков А.Б. Новая реальность: Террор.....................................217 Пономарёва Е.Г. Проект "Косово": мафия, НАТО и большая политика.........331 Интервью Андрея Фурсова к выходу книги. Originally posted by cardinalpavel at Из новой книги Андрея Фурсова. Британская "анаконда" эффективно сдавливала планету, включая Евразию/Россию до тех пор, пока в России в конце 19 века не началось интенсивное строительство железных дорог, скорость перемещения товаров и людей по которым существенно превышала скорость перемещения по морю. Железные дороги - русский Трансиб и германская БББ (Берлин-Бизантиум-Багдад), особенно в случае их соединения, грозили разрушить господство Великобритании, поскольку железнодорожный транспорт быстрее водного. Не случайно Х.Макиндер (1861-1947), теории которого выросили из осмысления русско-британской Большой Игры в центральной Азии, был настолько встревожен железнодорожным строительством в Евразии, в Хартленде, что заговорил о нарушении равновесия между Хартлендом и Внутренним полумесяцем - Прибрежной зоной, контролируемой британцами. Ясно, однако, что это никакое не равновесие, а система британского контроля, которая оказалась под угрозой. Масонство было тайным вдохновителем и в известной степени руководителем движения. Оно выработало принципы 1789 года, распространило их в массах и активно содействовало их осуществлению". 69 военных лож по сути парализовали репрессивные возможности власти в самом начале восстания. Другое дело, что со временем процесс вышел из под контроля лож, что сами ложи далеко не были едины, но это и есть История, иначе не бывает. Как не бывает и не организованных революций. Как не бывает революций без кризисных ситуаций. В то же время далеко не всякая кризисная ситуация разряжается революцией. Это уже после революции историки post hoc выводят революцию из неких предпосылок - так, будто они сами по себе порождают ее. Если бы это было так, то вся история была бы чередой революций, но в реальности кризисных условий много, они довольно часто встречаются, а революций далеко не так много и они относительно редки. Значит дело не только в предпосылках и даже не в кризисе - кризисе системы, но и в субъекте - конструкторе кризиса и (более или менее) "властелине революционных колец"; правда эти кольца порой свиваются в петлю на шее властелина, но это уже издержки истории, ее коварства. В Россию масонство проникло при Петре Первом. В течение 18 века численность масонов и их организаций росла: к концу века число лож дошло до 100, в них состояло около 3 тысяч человек. В первой половине 19 века через ложи прошло более 5 тыс.человек... 1 августа 1822 г. Александр Первый подписал указ о запрете в России всех масонских лож. К этому моменту в России было 1600 масонов, состоявших в 32 крупных масонских ложах ( в мире примерно в это же время, в 1829г., было 3315 лож, в которых состояло около 300тыс.членов). Но как известно, запрет не остановил масонского движения - большинство декабристов были масонами, и с ними пришлось разбираться уже Николаю Первому, который в 1826г. издал указ, подтверждающий запрет масонских лож, и русское масонство ушло в подполье. С этого момента Николай становится главным врагом европейского масонства и их "братьев" и просто сочувствующих в России. Именно Николая Первого всегда поливала грязью российская либеральная и левая интеллигенция, не говорю уже о революционерах или сомнительного фрондера вроде Герцена, желавшего жить в "английской Одессе". Верный принципам монархизма и легитимизма, Николай Первый поддерживал в Европе и даже в Османской империи монархов против антисистемных движений, а в 1849г. послал армию спасать австрийского императора от венгерского восстания. Ясно что для всех масонов и революционеров Европы Николай Первы и Россия не моли не быть врагом №1, поскольку именно Россия стояла на пути революционных потрясений в Европе, столь выгодных финансовому капиталу и КС (конспиро-структурам). "Уже давно в Европе существуют только две действительные силы: Революция и Россия, - пишет Тютчев, - Эти две силы сегодня стоят друг против друга, а завтра, быть может, схватятся между собой. Между ними невозможны никакие соглашения и договоры...." Западноевропейским финансистам было за что не любить Николая Первого: царь предпринял ряд мер, направленных на ослабление финансковой зависимости от Запада, прежде всего от Ротшильдов; он перестал брать новые займы у европейских банкиров, и в первую половину его царствования (1826-1840 гг.) не было взято ни одного внешнего займа..... Если Николай Первый (а в его лице государство российское) старался до поры не залезать в долг к Ротшильдам, то многие вельможи при посредстве Штиглица делали это охотно, что приводило к печальным последствиям...

21 июля 2013, 08:51

Между народом и Западом «Бэкграунд» 20.07.2013

ТРК "Академия" http://odessa36.tv/index.php

20 мая 2013, 15:36

Кто кого переломит?

Завтра состоится презентация Сборника статей о справедливости традиции «ПЕРЕЛОМ».Авторы «ПЕРЕЛОМА» придерживаются разных взглядов на политику и искусство. Но их объединяет ощущение тотальной исчерпанности современного политического и эстетического языков. Выход из тупика, как они предсказывают, произойдет в самое ближайшее время. В течение нескольких лет нас ждет кардинальная смена культурно-политической парадигмы. Отомрут и будут заменены другими все те понятия и термины, которые еще имеют хождение в современной России. Не желая плестись в хвосте событий, авторы «ПЕРЕЛОМА» готовы сказать вслух то, что пока выглядит довольно экстравагантно, но завтра станет общим местом в российской общественной жизни. На мероприятии ожидаются социологи, политики и публицисты всех направлений. В ходе презентации будет развернута дискуссия на темы, заявленные в сборнике: - как соотносятся Модерн и Традиция, а также Модерн и Сверхмодерн,- какой класс идет на смену «старорежимной» русской интеллигенции,- каковы современные механизмы капитализации и оптимизации культурных и духовных ценностей,- каков религиозный подтекст авангарда, неоавангарда и актуального искусства,- что такое российская общественная этика с точки зрения социологии Макса Вебера,- как позиционируются ценности справедливости и традиции на современных политических рынках.Авторы и содержание ПЕРЕЛОМА:Михаил Тюренков - Православная этика и дух солидаризмаСергей Черняховский - Традиция, модерн и сверхмодернЕвгений Белжеларский - Логика и смысл современного либерализма Александр Щипков - Левый консерватизмМаксим Кантор - Перспективы авангардаВиталий Третьяков - Конец партийности и сословная демократияИгорь Потапов - Нравственность как точная наукаАлександр Щипков - Смерть интеллигенции На закрытии ожидается выступление Юлии Теуниковой, музыканта и члена Союза писателей Москвы. Ее новая программа «Москва-Сити», созданная на стыке арт-рока и городского фольклора - это тщательно выписанные и социально заостренные картины российской действительности.Дата и время презентации: 21 мая, вторник, 17:00 мскМесто проведения: Москва, Моховая ул., д. 11, стр. 11, 4-ый этаж. Геологический музей им. Вернадского (ст. м. “Охотный ряд”)Вход свободный

13 апреля 2013, 02:00

Непопулярная в народе российская интеллигенция

В этот уикенд администрация Обамы, в соответствии с положениями Закона 2012 года о верховенстве права и ответственности имени Сергея Магницкого, опубликует список российских граждан, считающихся виновными в нарушениях прав человека в связи со смертью в 2009 году русского юриста и разоблачителя Сергея Магницкого. Обнародование списка, несомненно, станет поводом для многочисленных статей и пресс-релизов от членов «комплекса продвижения демократии», как незабываемо прозвал его Дмитрий Саймс, и в США, и России. Этот авангард из представителей академических кругов, экспертов фабрик мысли и активистов представляет собой группу элит, оказывающих неимоверное влияние на Конгресс США и авторитетные инструменты формирования общественного мнения, например «60 минут» или редакционная полоса Washington Post.Но являются ли частые выкрики этой элиты – о конце правления Путина и внедрении в России западных демократических норм – популярными среди людей, от чьего имени те, кто продвигает демократию, якобы говорят? Данные опросов общественного мнения, проведённые Pew Research и «Левада-центра», говорят в пользу обратного.Результаты исследования, предпринятого в январе этого года уважаемым «Левада-центром», показывают устойчивую народную поддержку президента Путина: его сторонниками являются около 65 процентов опрошенных, по сравнению с менее чем 1 процентом высказавшихся в поддержку активиста Алексея Навального. Даже на пике протестов оппозиции в конце 2011 года и в начале 2012 года против идеи о том, что «Путин должен уйти», возражало примерно 6 из 10 респондентов. Исследование «Мировые установки» Pew Research, опубликованное всего через несколько недель после второй инаугурационной речи Путина, обнаружило, что для решения стоящих перед страной проблем почти 60 процентов опрошенных отдали предпочтение «сильному лидеру» перед «демократическим правительством».В чём причина этого размежевания между элитами и средним гражданином? Первым и самым очевидным объяснением является разница в доходах и образовании. Данные Pew демонстрируют корреляцию между доходом и значением, придаваемым респондентами таким институтам, как «справедливые суды» или «свободные от цензуры СМИ». Лишь 28 процентов «лиц со средним или незаконченным средним образованием» считают, что России следует опираться на «демократическую» систему, по сравнению с 48 процентами тех, у кого есть хоть какое-то высшее образование.Вторая и реже замечаемая причина разрыва между народом и элитой вполне может иметь отношение к коллективной памяти России. Двадцать лет спустя сторонники демократии, кажется, забыли то, с какой лёгкостью интеллектуальный класс стряхнул с себя приверженность к демократическим нормам, когда волна народных настроений повернула против них. Именно здесь идейные лидеры и рукопожатные члены комплекса продвижения демократии могли бы извлечь пользу из переосмысления небольшой, но мощной работы диссидента и бывшего политзаключённого Андрея Синявского «Русская интеллигенция».В 1990 году, после двадцати лет изгнания, Синявский вернулся в Москву и ощутил немалую горечь от восторженного тона, взятого многими ведущими интеллектуалами, когда они писали о Ельцине. Цитируя социолога Юлию Вишневскую, он отмечает «сходство между верноподданническим экстазом российской интеллигенции в начале 90-х и поведением народа в 30-х».Именно в 1996 году, накануне второго срока Бориса Ельцина, Синявский – которого к тому моменту можно было считать живым олицетворением русской литературы – произнёс в Колумбийском университете знаменательную речь, ставшую затем его книгой. Кроме выражения своего разочарования пассивной позицией, занятой интеллектуальным классом в присутствии Ельцина, он призвал к ответу некоторых наиболее видных его представителей за их молчаливое согласие (а в некоторых случаях и открытое одобрение) артиллерийского обстрела демократически избранного парламента России в октябре 1993 года. «Даже после расстрела Белого Дома», интеллектуалы продолжали умолять Ельцина принять репрессивные меры в отношении коммунистической и националистической оппозиции.К большому разочарованию Синявского, некоторая часть попросила Ельцина переизбраться на бис, даже после начала военных преступлений в Чечне. Кинорежиссёр Марк Захаров дошёл до того, что спросил в своей статье в «Известиях»: «Так ли нам нужны выборы Президента в 1996 году?» В ошибочном принятии поколение назад демократической формы за содержание свободного общества, российские поборники демократии нанесли себе непоправимый вред – такой же, какой они без сомнений нанесли его своей стране.Почему сейчас это имеет значение? Стоит ли нам ожидать того, что эти внешне далёкие события – и последовавшие экономические, демографические и гуманитарные катастрофы – найдут отклик сегодня у обычных россиян? Но рассмотрим американскую параллель: такими уж ли далёкими выглядят годы Билла Клинтона? Некоторые из самых бурных культурных и политических дебатов девяностых по-прежнему свежи в сознании Америки. (На ум приходят споры о законности всеобщего медицинского обеспечения и однополых браков). И эти дебаты меркнут на фоне того, что происходило в то время в России.В ельцинские годы один кризис сменялся другим: неуправляемая инфляция, долговой кризис, бегство вкладчиков из банков, разгул безработицы и доселе невиданный уровень преступности. В девяностые, если достаточно внимательно прислушаться, можно было услышать предсмертные хрипы некогда великой страны. Подозреваю, что память о Ельцине и его «демократических» подстрекателях никуда не исчезла. Этим в гораздо большей степени, чем вероломством Путина, можно объяснить вялую поддержку, которую в России 2013 года вызывает комплекс продвижения демократии.Ссылка

19 октября 2012, 00:03

Свежий номер Логоса в журнальном клубе ИНТЕЛРОС

ЛОГОС #2 (86) 2012философско-литературный журналПеред входом в штаб-квартиру Фейсбука в Швеции стоит памятник огромному лайку. Памятник тому, чего нет, тому, что у слова «нравится» теперь отсутствует смысл. Ведь памятники редко ставят живым. Вот поручику Киже не догадывались в свое время воздвигнуть обелиск. А лайку — поставили… Юлия Меламед. Перепостили — следовательно существую В номере: • Инна КУШНАРЕВАКо всему приделать лайки • Юлия МЕЛАМЕДПерепостили — следовательно, существую.Что такое текст в фейсбуке • Кирилл МАРТЫНОВОт слактивизма к республике: почему интернет-революции становятся реальностью • Виталий КУРЕННОЙНовая городская романтика. Политические и культур-социальные аспекты новейшего российского протеста • Руслан ХЕСТАНОВКоррупция и революция как структурные основания фикции государственного интереса (raison d’État) И другие публикации

18 октября 2012, 07:37

Революционер и интеллигенция (часть 2)

Оригинал взят у vyacheslav_l_i в Революционер и интеллигенция (часть 2)Позже Писарев в «Реалисте» пишет, полемизируя, очевидно, с эстетствующей мещанской интеллигенцией, равнодушной к социальному и к идее будущего, фантастические строки:Понимая вполне глубокий смысл каждой пульсации общественной жизни, поэт, как человек страстный и впечатлительный, непременно должен всеми силами своего существа любить то, что кажется ему добрым, истинным и прекрасным, и ненавидеть святою и великою ненавистью ту огромную массу мелких и дрянных глупостей, которая мешает идеям истины, добра и красоты [обратите внимание на эту триаду! – В.Л.] облечься в плоть и кровь и превратиться в живую действительность. Эта любовь, неразрывно связанная с этою ненавистью, составляет и непременно должна составлять для истинного поэта душу его души, единственный и священнейший смысл всего его существования и всей его деятельности. "Я пишу не чернилами, как другие, - говорит Бернсе, - я пишу кровью моего сердца и соком моих нервов". Так, и только так, должен писать каждый писатель. Кто пишет иначе, тому следует шить сапоги и печь кулебяки.  Поэт, самый страстный и впечатлительный из всех писателей, конечно, не может составлять исключение из этого правила. А чтобы действительно писать кровью сердца и соком нервов, необходимо беспредельно и глубоко-сознательно любить и ненавидеть. А чтобы любить и ненавидеть и чтобы эта любовь и эта ненависть были чисты от всяких примесей личной корысти и мелкого тщеславия, необходимо много передумать и многое узнать. А когда все это сделано, когда поэт охватил своим сильным умом весь великий смысл человеческой жизни, человеческой борьбы и человеческого горя, когда он вдумался в причины, когда он уловил крепкую связь между отдельными явлениями, когда он понял, что надо и что можно сделать, в каком направлении и какими пружинами следует действовать на умы читающих людей, тогда бессознательное и бесцельное творчество делается для него безусловно невозможным. Общая цель его жизни и деятельности не дает ему ни минуты покоя; эта цель манит и тянет его к себе; он счастлив, когда видит ее перед собою яснее и как будто ближе; он приходит в восхищение, когда видит, что другие люди понимают его пожирающую страсть и сами, с трепетом томительной надежды, смотрят вдаль, на ту же великую цель; он страдает и злится, когда цель исчезает в тумане человеческих глупостей и когда окружающие его люди бродят ощупью, сбивая друг друга с прямого пути.  И вы, господа эстетики, хотите, чтобы такой человек, принимаясь за перо, превращался в болтливого младенца, который сам не ведает что и зачем лепечут его розовые губы! Вы хотите, чтобы он бесцельно тешился пестрыми картинками своей фантазии именно в те великие и священные минуты, когда его могучий ум, развертываясь в процессе творчества, льет в умы простых и темных людей целые потоки света и теплоты! Никогда этого не бывает и быть не может. Кто понял и прочувствовал до самой глубины взволнованной души различие между истиною и заблуждением, тот, волею и неволею, в каждое из своих созданий будет вкладывать идеи, чувства и стремления вечной борьбы за правду. Итак, по моему мнению, истинный поэт, принимаясь за перо, отдает себе строгий и ясный отчет в том, к какой общей цели будет направлено его новое создание, какое впечатление оно должно будет произвести на умы читателей, какую святую истину оно докажет им своими яркими картинами, какое вредное заблуждение оно подроет под самый корень. Поэт - или великий боец мысли, бесстрашный и безукоризненный "рыцарь духа", как говорит Генрих Гейне, или же ничтожный паразит, потешающий других ничтожных паразитов мелкими фокусами бесплодного фиглярства. Середины нет. Поэт - или титан, потрясающий горы векового зла, или же козявка, копающаяся в цветочной пыли.Примерно так же (несколько курьезно) встает в оппозицию к этой, равнодушной к социальному, части интеллигенции Лев Толстой («Что такое искусство»):Но мало того, что такие огромные труды тратятся на эту деятельность [искусство],— на нее, так же как на войну, тратятся прямо жизни человеческие: сотни тысяч людей с молодых лет посвящают все свои жизни на то, чтобы выучиться очень быстро вертеть ногами (танцоры); другие (музыканты) на то, чтобы выучиться очень быстро перебирать клавиши или струны; третьи (живописцы) на то, чтобы уметь рисовать красками и писать все, что они увидят; четвертые на то, чтобы уметь перевернуть всякую фразу на всякие лады и ко всякому слову подыскать рифму. И такие люди, часто очень добрые, умные, способные на всякий полезный труд, дичают в этих исключительных, одуряющих занятиях и становятся тупыми ко всем серьезным явлениям жизни, односторонними и вполне довольными собой специалистами, умеющими только вертеть ногами, языком или пальцами.Эта другая интеллигенция, выглядит в глазах революционера как праздная, мещанская художественная богема. Для богемы искусство, литература, философия (в глазах революционера – не в реальности!) – очень красивые цветные картинки или очень вкусный тортик. Богема кушает тортик, и облизывает пальчики. Ах, как вкусно! – сходил в театр. Ах, как сладко! – побывал на концерте. Это воспринимается революционером как потеха, как потребление. Богема исполнена тщеславием от того, что она потребляет вкусные тортики – а быдло жрет что попало. Для революционера же искусство, литература, философия – это меч, который он выковывает для решения своей сверхзадачи, для победы в войне, которую он ведет. Революционер исполнен пафосом войны, задачи, борьбы, ему ненавистны сладкие тортики, цветные картинки и мишура, если они не служат цели. Надо сказать, что революционер во многом несправедлив. Если бы искусство было подчинено социальному – оно несказанно оскудело бы. Во многих случаях революционеры бывают людьми грубыми, с несформированным эстетическим вкусом. Мы видим, что иные люди прилагают колоссальные усилия, чтобы творить высокое искусство. Не может быть, чтобы эти люди не видели в искусстве какой-то огромный смысл. Но этот смысл невозможно понять, если не владеешь языком, на котором он выражен. Так, человек, не знающий толка в музыке, не увидит никакого смысла в концерте классической музыки, а услышит лишь шум. Переполняющая революционера страсть делает его необъективным, ему ненавистен квиетизм богемы, чурающейся социального. Горький, позже писавший знаменитое сочинение «С кем вы, мастера культуры?», в полной мере описал ненавистный ему мещанский квиетизм в «Заметках о мещанстве»:Что делать мещанину? Он не герой, героическое непонятно ему, только иногда на сцене театра он любуется героями, спокойно уверенный, что театральные герои не помешают ему жить. Он не чувствует будущего и, живя интересами данного момента, свое отношение к жизни определяет так:  Не рассуждай, не хлопочи,  Безумство ищет, глупость судит;  Дневные раны сном лечи,  А завтра быть тому, что будет,  Живя — умей все пережить:  Печаль, и радость, и тревогу.  Чего желать? О чем тужить?  День пережит — и слава богу... Он любит жить, но впечатления переживает неглубоко, социальный трагизм недоступен его чувствам, только ужас пред своей смертью он может чувствовать глубоко и выражает его порою ярко и сильно. Мещанин всегда лирик, пафос совершенно недоступен мещанам, тут они точно прокляты проклятием бессилия... Надо сказать, что такая поляризация интеллигенции по отношению к будущему и вообще социальному заметна не только в русской культуре. Позволю себе немного отвлечься, и привести важные отрывки из известной статьи «Две культуры» английского физика, писателя и государственного деятеля Чарльза Сноу, который описывает поляризацию культуры (а, значит, и интеллигенции), поражающую его ввиду того, что он одновременно и физик и лирик:Все дело в необычности моего жизненного опыта. По образованию я ученый, по призванию - писатель. Вот и все. Кроме того, мне, если хотите, повезло: я родился в бедной семье. Очень часто - не фигурально, а буквально - я проводил дневные часы с учеными, а вечера - со своими литературными друзьями. Само собой разумеется, что у меня были близкие друзья как среди ученых, так и среди писателей. Благодаря тому, что я тесно соприкасался с теми и другими, и, наверное, еще в большей степени благодаря тому, что все время переходил от одних к другим, меня начала занимать та проблема, которую я назвал для самого себя "две культуры" еще до того, как попытался изложить ее на бумаге. Это название возникло из ощущения, что я постоянно соприкасаюсь с двумя разными группами, вполне сравнимыми по интеллекту, принадлежащими к одной и той же расе, не слишком различающимися по социальному происхождению, располагающими примерно одинаковыми средствами к существованию и в то же время почти потерявшими возможность общаться друг с другом…Мне кажется, что духовный мир западной интеллигенции все явственнее поляризуется, все явственнее раскалывается на две противоположные части. Говоря о духовном мире, я в значительной мере включаю в него и нашу практическую деятельность, так как отношусь к тем, кто убежден, что, по существу, эти стороны жизни нераздельны. А сейчас о двух противоположных частях. На одном полюсе - художественная интеллигенция, которая случайно, пользуясь тем, что никто этого вовремя не заметил, стала называть себя просто интеллигенцией, как будто никакой другой интеллигенции вообще не существует. Вспоминаю, как однажды в тридцатые годы Харди с удивлением сказал мне: "Вы заметили, как теперь стали употреблять слова "интеллигентные люди"? Их значение так изменилось, что Резерфорд, Эддингтон, Дирак, Эдриан и я - все мы уже, кажется, не подходим под это новое определение! Мне это представляется довольно странным, а Вам?"Среди художественной интеллигенции сложилось твердое мнение, что ученые не представляют себе реальной жизни и поэтому им свойствен поверхностный оптимизм. Ученые со своей стороны считают, что художественная интеллигенция лишена дара провидения, что она проявляет странное равнодушие к участи человечества, что ей чуждо все, имеющее отношение к разуму, что она пытается ограничить искусство и мышление только сегодняшними заботами и так далее.Прежде всего о свойственном ученым "поверхностном оптимизме". Это обвинение выдвигается так часто, что оно стало уже общим местом. Его поддерживают даже наиболее проницательные писатели и художники. Оно возникло из-за того, что личный жизненный опыт каждого из нас принимается за общественный, а условия существования отдельного индивида воспринимаются как общий закон. Большинство ученых, которых я хорошо знаю, так же как и большинство моих друзей-неученых, прекрасно понимают, что участь каждого из нас трагична.Большинство представителей человеческой расы страдают от голода и умирают преждевременно. Таковы социальные условия жизни. Когда человек сталкивается с проблемой одиночества, он иногда попадает в некую моральную западню: с удовлетворением погружается в свою личную трагедию и перестает беспокоиться о тех, кто не может утолить голод.Ученые обычно попадают в эту западню реже других. Им свойственно нетерпеливое стремление найти какой-то выход, и обычно они верят, что это возможно, до тех пор пока не убедятся в обратном. В этом заключается их подлинный оптимизм - тот оптимизм, в котором мы все чрезвычайно нуждаемся. Та же воля к добру, то же упорное стремление бороться рядом со своими братьями по крови, естественно, заставляют ученых с презрением относиться к интеллигенции, занимающей иные общественные позиции. Тем более, что в некоторых случаях эти позиции действительно заслуживают презрения, хотя такое положение обычно бывает временным, и потому оно не столь характерно.На одном полюсе - культура, созданная наукой. Она действительно существует как определенная культура не только в интеллектуальном, но и в антропологическом смысле.По характеру работы и по общему складу духовной жизни они [естественнонаучные и технические интеллигенты]  гораздо ближе друг к другу, чем к другим интеллигентам, придерживающимся тех же религиозных и политических взглядов или вышедшим из той же среды. Если бы я рискнул перейти на стенографический стиль, я сказал бы, что всех их объединяет будущее, которое они несут в своей крови. Даже не думая о будущем, они одинаково чувствуют перед ним свою ответственность. Это и есть то, что называется общей культурой. Итак, Сноу приходит к важному выводу: две культуры маркируются своим разным отношением к будущему!Устремления одного полюса порождают на другом своих антиподов. Если ученые несут будущее в своей крови, то представители "традиционной" культуры стремятся к тому, чтобы будущего вообще не существовало. Западный мир руководствуется традиционной культурой, и вторжение науки лишь в ничтожной степени поколебало ее господство. «Богема», пишет Сноу, хочет, чтобы будущего вообще не существовало! Конечно, не стоит делать далеко идущих выводов. Ведь что же такое тогда футуризм? Что такое Маяковский со своим «Выволакивайте будущее»? Для нашей российской действительности больше всего интересно, что внутри интеллигенции существует некая поляризация, и водораздел проходит, по-видимому, по тому, кто и как относится к будущему. Возьмите любого антисоветского философа, и что вы увидите? Хулу на будущее. Будущее тесно связано с наукой, и большинство из тех, кто были одержимы идеей будущего, позитивно относились к науке (даже религиозный Федоров!). Наука по своей природе устремлена в будущее. Ученый – всегда в авангарде знания. Можно сказать, что наука всегда – наука сегодняшнего дня, а научная деятельность – это шаг в завтрашний день, в неизведанное. Наука всегда опирается на реальность и ищет истину. Реальность есть арбитр, идеальный судья, определяющий, что есть истина. Но такого арбитра нет у художественной интеллигенции! Мне, для того, чтобы заниматься физикой, не нужно читать труды алхимиков и изучать теорию флогистона. Но философ обязан читать Платона и Аристотеля, а также бредни Беркли. Заблуждения физиков отвергаются, отфильтровываются Реальностью как арбитром, заблуждения богемы – нет, ибо в духовном мире нет арбитра, и, быть может, даже истины. Богема всюду таскает свой чемодан из прочитанных книг, своебразную Книгу культуры, и это делает её очень консервативной, она отягощена вековыми наслоениями духовной культуры. Это создает у неё ощущение, что ничего принципиально нового быть не может, возникает ситуация «игры в бисер», «интертекстуальности», «цитатного мышления». Но она и экстраполирует свои представления о деятельности на науку, её общественное бытие определяет и её сознание. Ей, постмодернистской богеме, кажется, что ученые занимаются «языковыми играми» (Лиотар), что все научные законы – «конвенции». Один из авторов известной книги «Интеллектуальные уловки» Ален Сокал рекомендует всем, кто считает, что научные законы – это конвенции, расторгнуть эти конвенции из окна 12-го этажа его гостиницы. Желающих пока нет.А другая сторона [художественная интеллигенция]? Она тоже многое теряет. И может быть, ее потери даже серьезнее, потому что ее представители более тщеславны. Они все еще претендуют на то, что традиционная культура - это и есть вся культура, как будто существующее положение вещей на самом деле не существует. … Как будто современная научная модель физического мира по своей интеллектуальной глубине, сложности и гармоничности не является наиболее прекрасным и удивительным творением, созданным коллективными усилиями человеческого разума! А ведь большая часть художественной интеллигенции не имеет об этом творении ни малейшего представления.Узнав о каком-нибудь открытии, сделанном людьми, никогда не читавшими великих произведений английской литературы, они сочувственно посмеиваются. Для них эти люди просто невежественные специалисты, которых они сбрасывают со счета. Между тем их собственное невежество и узость их специализации ничуть не менее страшны. Множество раз мне приходилось бывать в обществе людей, которые по нормам традиционной культуры считаются высокообразованными. Обычно они с большим пылом возмущаются литературной безграмотностью ученых. Как-то раз я не выдержал и спросил, кто из них может объяснить, что такое второе начало термодинамики. Ответом было молчание или отказ. А ведь задать этот вопрос ученому значит примерно то же самое, что спросить у писателя: "Читали ли вы Шекспира?"Получается так, что величественное здание современной физики устремляется ввысь, а для большей части проницательных людей западного мира оно так же непостижимо, как и для их предков эпохи неолита.Вот А.Ф. Лосев пишет про советскую индустриализацию: В машине есть нечто загубленное, жалкое и страдающее. Когда действует машина, кажется, что кто-то страдает. Машина — не целомудренна, жестока, внутренне опустошенна. В ней какая-то принципиальная бездарность, духовное мещанство, скука и темнота. Есть что-то нудное и надоедливое в потугах машины заменить жизнь. Она есть глубочайший цинизм духа, ограничение средними штампованными и механическими вещами. Сердце говорит, что когда действует машина, кого-то родного, близкого бьют по лицу. Машина — антипод всякого творчества, удушение живого ума, очерствение и потемнение чувства. Кто-то здесь проливал слезы и убивался, как плачут и страдают на могиле дорогого покойника. Могилой и мещанством, завистью на все гениальное и человеческое веет от машины. Машина неблагодарна и груба. В ней видится озлобленное лицо бездарного мещанина, захотевшего, при помощи кулаков и палки, стать гениальным. Машина — остервеневшая серость духа, жестокая и лживая, как сам Сатана. От нее темнеет на душе и тяжелеет в груди. Хочется бежать от этого чудовища и ничтожества, одновременно, бежать, закрывши глаза и закрывши уши, бежать неизвестно куда, лишь бы скрыться от этого человеческого самооплевывания, от этого духовного смрада и позора, от этой смерти. Хочется воздуха, воды, синего неба, хоть одного кусочка синего неба. Хочется в пустыню, в отшельничество, на край света, только бы не видеть этих колес, этих труб, этих винтов, не слышать этого собачьего лая автомобилей, дикого звериного вопля трамвая, не дышать этим сатанинским фимиамом фабрично-заводского воздуха. Самодовольное пошлячество физика и естественника, уверенного, что души нет, а есть мозг и нервы, что Бога нет, а есть кислород, что царствует всеобщий механизм и его собственная ученая мещански-благополучная, дрянненькая душонка, вся эта смесь духовного растления и бессмысленного упования на рассудок, есть одно из самых ужасающих чудовищ. Сравните это с тем, как пишет в продолжении статьи об индустриализации Чарльз Сноу: Я вспоминаю свои детские беседы с дедом. Его вполне можно считать характерным примером мастерового XIX века. У него был недюжинный ум и сильный характер. В десять лет ему пришлось оставить школу, и с тех пор до глубокой старости он упорно учился сам. Как и все люди его класса, он самозабвенно верил в образование. И все-таки он ушел недалеко: не хватило житейской опытности и сноровки, как я теперь думаю. Все, чего ему удалось добиться, - это должности ремонтного мастера в трамвайном депо. Проживи такую жизнь его внуки, она показалась бы им чудовищно тяжкой и несправедливой. Но ему она казалась иной. Он был достаточно умен и понимал, что способен на большее; он был достаточно горд, чтобы испытывать законное возмущение; он был разочарован своими убогими успехами - и все-таки знал, что по сравнению со своим дедом он сделал огромный шаг вперед. Его дед был, наверное, батраком. Мне ничего о нем не известно, кроме имени. Он принадлежал к "темному люду", как называли подобных ему людей старые русские либералы, и его жизнь затерялась в необозримом море безымянных тружеников истории. По словам моего деда, его дед не умел ни читать, ни писать, но был человеком способным. Мой дед нисколько не оправдывал то, что общество сделало или, вернее, не сделало для его предков, и нисколько не идеализировал их жизнь. Во второй половине XVIII века батракам жилось вовсе не сладко; только такие снобы, как мы, думают об этом времени как об эпохе просвещения и вспоминают Джейн Остин. Промышленная революция выглядела по-разному в зависимости от того, откуда на нее смотрели - сверху или снизу. И сегодня тем, кто смотрит на нее из Челси, она кажется совсем не такой, как тем, кто живет в азиатской деревне. Люди вроде моего деда не спрашивали, будет им лучше или нет, если совершится промышленная революция. Они хотели только одного: как-то помочь ей. Если забыть о тех, кто связан с наукой, вся остальная западная интеллигенция никогда не пыталась, никогда не хотела и никогда не была в состоянии понять промышленную революцию и еще меньше - принять ее. Интеллигенты, в частности писатели и художники, по существу, оказались луддитами.Что мы здесь видим? Позитивную фиксацию Сноу на социальном, то, чего нет у Лосева (зато у него есть иная фиксация). Художественной интеллигенции часто свойственно держать в поле своего внимания только продукты духовной культуры. Все содержание той или иной эпохи для неё зачастую сводится к гениям того времени и их произведениям. Античность? Ах, Гомер! Ах, Гесиод! Ах, Еврипид! Недаром, Лосев написал 8 томов «Истории античной эстетики». То, что такая культура могла быть создана только потому, что огромное число людей жило в социальном аду, будучи рабами, мало занимает ярых ценителей художественной культуры. Часто, для таких ценителей все содержание советской истории состоит в том, что там обидели Флоренского, Мандельштама и Бродского. Социальное, судьбы народа – вне поля их внимания. Подобно тому, как типичного нынешнего российского либерала судьба человека интересует в основном лишь постольку, поскольку у него есть капитал, состояние, пусть и нажитое на воровстве, так и представителя художественной интеллигенции судьба человека интересует, часто, лишь постольку, поскольку он являлся творцом и обладателем художественно-культурного капитала, даже если создание и приобретение этого капитала стоило жизни и счастья тысяч загубленных людей. В философии истории эти люди зачастую являются приверженцами плюрально-циклических форм осмысления истории. Например, цивилизационного подхода. Читают Шпенглера. Для них все культуры равноценны, они не лучше и не хуже – они разные. В античной Греции была философия, зато у индийцев – десятиричная система исчисления, а у китайцев - порох. Европейцы летают на Марс, зато негры быстро бегают, а у чукчей несколько десятков слов для обозначения оттенков снега. Цивилизационный подход фиксируется на продуктах духовной культуры, на индивидуальных физиономиях каждой цивилизации, на их музыке, литературе, архитектуре. Люди же другой культуры пытаются копнуть глубже индивидуальной физиономии, разобраться с анатомией и физиологией общества, и докопаться до самой сущности – скелета общества. Так, Маркс считал, что он нашел скелет социального – общественно-экономическую формацию. Значит ли это, что я отвергаю подход, фиксирующийся на индивидуальной физиономии цивилизаций? Нет! Как человека любят не за его скелет и анатомию, а за физиономию и душу, так и цивилизацию любят за её индивидуальность. Я знаю, как можно понять и полюбить Россию, но мне неизвестно, как можно полюбить общественно-экономическую формацию. Но эта любовь и понимание не должны отменять развитие, которое требует внимание к сущности, скелету и анатомии общества.Эстетствующая публика напрасно рассчитывает избежать социального и политического, погрузившись рыльцем в цветочную пыльцу. Так, Томас Манн, в 1939-м году, через двадцать лет после написания «Рассуждений аполитичного» переосмысливает свою позицию в свете пламени немецкого фашизма («Культура и политика»). Учтем, что «бюргерство» во многом синонимично «мещанству». Манн приходит к выводу, что уход интеллигенции от социального и от политики есть самообман, скрывающий реакционность, равнодушие к судьбам ближнего (да и дальнего), попустительство и скрытую поддержку существующего порядка вещей:Ту книгу [«Рассуждения аполитичного»] я написал в годы войны, страстно отдаваясь самопознанию и пересмотру всех основ моего мировоззрения, всех унаследованных мною традиций, — традиций аполитичной немецко-бюргерской духовной культуры. Эта культура впитала в себя музыку, метафизику, психологию, пессимистическую этику, идеалистическую теорию индивидуалистической педагогики, — но с пренебрежением отвергала всякий политический элемент.  Однако самопознание, если только предаваться ему с достаточной основательностью, представляет собой в большинстве случаев первый шаг к внутреннему перерождению; я понял, что человек, познавая себя, никогда не остается вполне таким же, каким он был прежде. Уже та книга, с характерным для нее стремлением говорить обо всем сразу, была выражением кризиса, плодом новой обстановки, созданной катастрофическими внешними событиями: проблема человека, проблема гуманизма во всей своей сложности и с небывалой доселе безотлагательностью вставала перед духовным взором нашего поколения.  Становилось ясно, что духовную жизнь нельзя начисто отделить от политики; что мысль, будто можно создавать культурные ценности, сохраняя аполитичность, представляет собой заблуждение немецкой бюргерской идеологии; что культура стоит перед лицом грозной опасности, если ей недостает политического инстинкта и воли; словом, на бумагу рвалось осознание демократической позиции, — оно требовало своего оформления вопреки противодействию впитанной мною традиции аполитичности. Дело в том, что отказ культуры от политики - заблуждение, самообман; уйти таким образом от политики нельзя, можно лишь оказаться не в том стане, питая, сверх того, страстную ненависть к противнику. Аполитичность есть не что иное, как попросту антидемократизм, а что именно это означает, каким самоубийственным образом дух, став на такую позицию, бросает вызов всему духовному, обнаруживается с необычайной ясностью на крутых поворотах истории.Позиция Шопенгауэра в 1848 году была зловеще обывательской и трагикомической. Его симпатии ни в малейшей степени не принадлежали тем, кто в то время надеялся — впрочем, в достаточной мере утопично — придать немецкой общественной жизни направление, которое вплоть до наших дней определило бы иное, более счастливое для человечества развитие общеевропейской истории и отвечало бы интересам всех людей с духовными запросами, другими словами - направление демократическое. Народ он называл не иначе, как «всевластная сволочь», и офицеру, который из окна его квартиры вел наблюдение за баррикадами, демонстративно предоставил свой театральный бинокль, чтобы тому было удобнее вести огонь по мятежникам.  Это ли называется стоять выше политики? Ведь это просто ненависть реакционера, и духовные причины этого чувства нам вполне очевидны. Мы зашли бы слишком далеко, если бы стали анализировать, в какой степени антиреволюционность Шопенгауэра логически и идейно коренится в его миросозерцании: она зависит от всего склада его натуры; она — некая основа его существа, связанная с его этическим пессимизмом, с тем культом «креста, смерти и могилы», которая психологически-закономерно враждебна риторике, пафосу свободы, культу человечества. Этот мыслитель — антиреволюционер в политике вследствие своего пессимизма, отрицающего жизнь, вследствие своего преклонения перед страданием и своей ненависти к «непристойной оптимистичной» демагогии почитателей прогресса.Подводя итог нашему беглому рассмотрению проблемы мировоззрения русских революционеров, я вновь и вновь вынужден обратиться к стихотворению народовольца П.Ф. Якубовича, в котором это мировоззрение как нельзя более кратко, емко и ярко сконцентрировано:Я знаю — на костях погибших поколений Любви и счастья прекрасный цвет взойдет; Кровь жаркая борцов и слезы их мучений Лишь почву умягчат, чтоб дать роскошный плод. Из груды их крестов создастся ряд ступеней, Ведущих род людской к высоким небесам: Свершится дивный сон и светлых райских сеней Достигнет человек и богом станет сам. О, как горит звезда неведомого счастья, Как даль грядущего красна и широка, Что значит перед ней — весь этот мрак ненастья, Всех этих мук и слез безумные века

18 октября 2012, 07:23

Революционер и интеллигенция (часть 1)

Оригинал взят у vyacheslav_l_i в Революционер и интеллигенция (часть 1) В качестве иллюстрации того, что я понимаю под мировоззрением русского революционера, я приведу цитаты из тюремных дневников Феликса Дзержинского. Не так давно один мой друг, 22-х лет, зачитал мне, 22-х летнему молодому человеку, выписки из дневниковых записей 22-х летнего Дзержинского. Вспомнив завет Маяковского — Юноше, обдумывающему житье, решающему, делать жизнь с кого, скажу, не задумываясь — делай ее с товарища Дзержинского — я решил ознакомиться с содержанием этих дневников. И не пожалел. В отрывках из дневниковых записей мы увидим многое из того, что описывал Н. Бердяев в книге «Истоки и смысл русского коммунизма». Итак, я буду приводить отрывки с (по возможности) краткими комментариями.24-х летний Феликс Дзержинский, сидя в тюрьме, пишет письмо сестре Альдоне:8 октября 1901 г.Дорогая Альдона! ....Я намного моложе тебя, но думаю, что за свою короткую жизнь я впитал столько различных впечатлений, что любой старик мог бы этим похвастаться. И действительно, кто так живет, как я, тот долго жить не может. Я не умею наполовину ненавидеть или наполовину любить. Я не умею отдать лишь половину души. Я могу отдать всю душу или не дам ничего. Я выпил из чаши жизни не только всю горечь, но и всю сладость, и если кто-либо мне скажет: посмотри на свои морщины на лбу, на свой истощенный организм, на свою теперешнюю жизнь, посмотри и пойми, что жизнь тебя изломала, то я ему отвечу: не жизнь меня, а я жизнь поломал, не она взяла все из меня, а я брал все от нее полной грудью и душой! Да! Ибо люди создали себе богатства, и эти богатства, эти мертвы