• Теги
    • избранные теги
    • Разное1233
      • Показать ещё
      Страны / Регионы1425
      • Показать ещё
      Люди908
      • Показать ещё
      Формат69
      Международные организации98
      • Показать ещё
      Компании228
      • Показать ещё
      Сферы30
      • Показать ещё
      Издания29
      • Показать ещё
      Показатели33
      • Показать ещё
Изборский клуб
Изборский клуб
Экспертный «Изборский клуб» — сообщество известных экспертов (преимущественно консервативного толка), специализирующихся на изучении внешней и внутренней политики России.   ПРОХАНОВ Александр Андреевич, председатель клуба АВЕРЬЯНОВ Виталий Владимирович, исполните ...

Экспертный «Изборский клуб» — сообщество известных экспертов (преимущественно консервативного толка), специализирующихся на изучении внешней и внутренней политики России.

 

ПРОХАНОВ Александр Андреевич, председатель клуба

АВЕРЬЯНОВ Виталий Владимирович, исполнительный секретарь клуба

НАГОРНЫЙ Александр Алексеевич, исполнительный секретарь клуба

РОЗАНОВ Олег Васильевич, ответственный секретарь по регионам

АГЕЕВ Александр Иванович

АЛФЕРОВ Жорес Иванович

АЯЦКОВ Дмитрий Федорович

БАТЧИКОВ Сергей Анатольевич

БОРТКО Владимир Владимирович

ГЛАЗЬЕВ Сергей Юрьевич

ДЕЛЯГИН Михаил Геннадиевич

ДУГИН Александр Гельевич

ИВАШОВ Леонид Григорьевич

МАКСИМ КАЛАШНИКОВ (В.А.Кучеренко)

КОБЯКОВ Андрей Борисович

КОРОВИН Валерий Михайлович

ЛАСТОЧКИН Юрий Васильевич

ЛЕОНТЬЕВ Михаил Владимирович

МАЛИНЕЦКИЙ Георгий Геннадьевич

НАРОЧНИЦКАЯ Наталия Алексеевна

НОТИН Александр Иванович

ОВЧИНСКИЙ Владимир Семенович

ОХЛОБЫСТИН Иван Иванович

ПЛАТОНОВ Олег Анатольевич

ПОЛЯКОВ Юрий Михайлович

ЗАХАР ПРИЛЕПИН (Е. Н. Прилепин)

СИМЧЕРА Василий Михайлович

СТАРИКОВ Николай Викторович

СУЛТАНОВ Шамиль Загитович

ТАВРОВСКИЙ Юрий Вадимович

ФУРСОВ Андрей Ильич

ХАЗИН Михаил Леонидович

ЧЕРНЯХОВСКИЙ Сергей Феликсович

Архимандрит ТИХОН (ШЕВКУНОВ)

ШЕВЧЕНКО Максим Леонардович

ШУРЫГИН Владислав Владиславович

Изборский клуб экспертов – создан в сентябре 2012 года в городе Изборск Псковской области. Инициаторами клуба выступили известные политики, мыслители и общественные деятели государственно-патриотической направленности. Председателем клуба был избран А.А.Проханов, а исполнительными секретарями ‑ В.В.Аверьянов и А.А.Нагорный. Важную роль в создании клуба сыграл губернатор Псковской области А.А.Турчак.

К главным своим задачам Изборский клуб относит:

- создание и представление власти и обществу России аналитических докладов, направленных на формирование обновленной патриотически ориентированной государственной политики во всех сферах национальной жизни;

- выезд в регионы России, постоянное взаимодействие с интеллектуальной элитой страны без замыкания на столичных экспертах, создание подразделений клуба во всех федеральных округах РФ;

- формирование новой повестки дня в российских медиа, завоевание информационных ниш, объективно возникающих в связи с идейным и моральным упадком либерального сообщества, стремившегося до последнего времени контролировать основные электронные, а также большую долю бумажных и сетевых СМИ федерального уровня;

- способствование формированию мощной политико-идеологической коалиции патриотов-государственников, имперского фронта, противостоящего манипуляциям, осуществляемым в российской политике зарубежными центрами влияния и «пятой колонной» изнутри страны.

Идеологическое направление Изборского клуба можно обозначить как социальный консерватизм, синтез в единую идейную платформу различных взглядов русских государственников (от социалистов и советских патриотов до монархистов и православных консерваторов). Изборский клуб нередко рассматривается как альтернатива многочисленным клубам и площадкам либеральной направленности, долгое время претендовавшим на выражение и интеллектуальное обслуживание официальной политики РФ. В то же время необходимо видеть, что Изборский клуб отражает не новоявленный, а зрелый и давно сложившийся политико-идеологический полюс, который долгое время не удавалось институционализировать в силу различных субъективных факторов и целенаправленного регулирования экспертного поля со стороны властей, курирующих внутреннюю политику. О зрелости и укорененности в российской почве данного направления свидетельствуют дела, труды и биографии основных участников Изборского клуба.

Содержание первых 24 журналов за 2013-2014 гг.

Развернуть описание Свернуть описание
Выбор редакции
17 мая, 20:15

Киев зовет Донбасс "вернуться домой" по-хорошему

Республики в ответ выдвигают свои условия. Торг уместен?

15 мая, 20:47

Новости: Розанов: Украина променяла суверенитет на европейские бусы

Нынешняя вакханалия на Украине, связанная с предоставлением Евросоюзом безвизового режима заставляет усомниться в психическом здоровье киевских политиков, считает заместитель председателя Изборского клуба, политолог и публицист Олег Розанов. По мнению эксперта, утвержденный Порошенко план торжественного поднятия 11 мая 2017 года флагов Евросоюза во всех областях страны свидетельствует о том, что отношения между Украиной и ЕС носят ритуальный характер. «Суверенитет меняется на флаг Евросоюза как бусы на огромную территорию. Папуасы радуются и хлопают в ладоши, а очередной ультиматум МВФ прямо предписывает обязательную возможность продажи сельскохозяйственных земель иностранцам», - пояснил Розанов в беседе с корреспондентом портала Евразия. Эксперт рассказал, что на самом деле означает для украинцев вожделенный безвиз с Европой. Во-первых, речь идет не об отмене виз, а о туристических и бизнес-поездках на срок до 90 дней. Притом само разрешение вступит в силу лишь в середине лета. Во-вторых, точный перечень документов для посещения ЕС пока не опубликован, но, очевидно, что он будет внушительным. Гражданин Украины должен будет подтвердить свою платежеспособность, предъявить определенную сумму денег, обратные билеты и кредитную карту. Кроме того, могут потребоваться приглашения от друзей или родственников в случае поездки к ним, справки из пенсионного фонда и медицинские страховки. Розанов отметил, что в настоящее время туристические поездки в Европу могут себе позволить лишь 5% населения Украины, а потребность в деловых поездках есть только у 1% жителей страны. «Очевидно, что большинство украинцев будут ехать в ЕС, чтобы никогда не возвращаться обратно», - добавил собеседник «Евразии». «Чемоданное настроение обостряется также в связи с колоссальной безработицей, низкими доходами населения и опасностью в любой момент попасть под военную мобилизацию, - пояснил Розанов. - По официальным данным Службы занятости, в I квартале 2017 г. численность безработных составляла почти 439,3 тыс. Причем реальный уровень не занятого в хозяйстве населения может достигать более 13%, а число безработных — более 1,8 млн человек. Самый высокий уровень безработицы среди молодежи в возрасте от 15 до 25 лет — 25%. Отсюда, надо полагать, и активное вовлечение молодых людей в самые разные акции от факельных шествий до блокады отделений российских банков. В целом же за последние десять лет количество рабочих мест в стране сократилось в пять раз. По данным украинских же социологов, за чертой бедности на Украине проживает уже большая часть населения — 60%. Инфляция за три года достигла 95%, и это при том, что в 2013 она за год составила всего 0,5%. Все это вместе ставит как минимум под вопрос финансовую, а не фактическую возможность поездки в Европу. Однако самая тяжелая в долгосрочной перспективе ситуация складывается не в экономике, а в демографии. Полномасштабная перепись населения в стране не проводилась уже давно, но по данным социологов, население страны составляет не больше 36 млн. человек. Для сравнения, даже в послевоенные годы эта цифра была минимум на полтора миллиона больше. Максимум населения зафиксирован в 1993 году, когда на Украине проживало (вдумайтесь!) почти 52 млн. человек. За последние 25 лет общая численность сократилась на 9,5 миллионов человек. Это абсолютный мировой рекорд по темпам депопуляции. Стремительное опустошение и выезд населения из самой богатой и процветающей когда-то советской республики грозит стране неминуемой катастрофой, но украинские власти это не волнует». Эксперт добавил, что киевским режимом трагедия государственного масштаба подается как всенародный праздник. «Впрочем, для обслуживания остатков производства и сельского хозяйства сгодятся и десять миллионов полуграмотных аборигенов, - делает неутешительный вывод политолог. - Остальные заменят на европейском рынке поляков и румын». «Очень жаль, что наши хворые украинские братья этого пока не понимают. Отрезвление будет болезненным и страшным», - прогнозирует эксперт.

15 мая, 20:05

Новости: Гринкевич: Оппозиция делает ставку на «цветные» технологии ввиду своей непопулярности у населения

Согласно данным, опубликованным Фондом развития гражданского общества (ФоРГО), поддержка действующего президента России Владимира Путина почти за год до президентских выборов является безоговорочной при диапазоне явки в 67-72%. При этом эксперты утверждают, что существующую экономические трудности не только не привели к оттоку числа сторонников путинского курса, но и консолидировали «путинское большинство». «О затухании политического процесса такие цифры точно не говорят. Даже наоборот, настоящая внутренняя и внешняя политика возможны лишь при массовой поддержке национального лидера. Политика, то есть реализация задуманного проекта, невозможна, когда соревнуется десяток политических партий и лидеров. Политика превращается в театрализованное шоу, а ответственность на себя не берет ни один из публичных», - заявил порталу Евразия эксперт Изборского клуба, депутат Брянской областной думы Виктор Гринкевич. По словам эксперта, проведенный опрос опроверг мифы либеральной оппозиции о том, что львиную долю сторонников Владимира Путина составляют необразованные слои населения, а также люди среднего и старшего возраста. Так, в докладе утверждается, что сторонники действующего президента представлены во всех социально-демографических, политических, а также профессиональных группах общества всех регионов России. При этом среди избирателей в возрасте 18-24 года национального лидера поддерживают около 65% граждан, в возрастной группе 24-34 года - до 64%, а в возрасте 45-59 - 56% избирателей. При этом подчеркивается, что граждане на демократических выборах не хотят голосовать за кого-либо другого альтернативного кандидата на пост президента, кроме Владимира Путина. «Это самый страшный и убийственный аргумент для “демократической” оппозиции, которая теперь призывает Путина к отказу от выдвижения на новый президентский срок, хотя такая возможность не противоречит ни Конституции, ни мнению подавляющего большинства граждан. Поэтому ставку через год наши непримиримые оппозиционеры при поддержке из-за рубежа сделают на “цветные” технологии. Демократического способа прийти к власти у них попросту нет», - резюмировал Гринкевич.

15 мая, 16:00

Политика Трампа и неоконы

Изборский клуб и близкие к нему эксперты попытались осмыслить идущие в мире фундаментальные цивилизационные процессы в свете такого яркого и сенсационного события, как победа на президентских выборах в США кандидата от Республиканской партии Дональда Трампа. Именно этой теме посвящён целевой номер нашего журнала, в материалах которого «феномен Трампа» раскрывается с различных точек зрения и при […]

14 мая, 15:36

Текст: Ленин: вчера, сегодня, завтра ( zavtra.ru )

Александр НАГОРНЫЙ, заместитель председателя Изборского клуба. Уважаемые коллеги! Друзья! Сегодня у нас неординарная повестка дня — феномен Ленина в его историческом развитии, как видится нам его прошлое, настоящее и будущее в год столетия Октябрьской революции. Никаких ограничений и табу не предполагается, кроме того, что и негативные, и позитивные мнения должны быть основаны на фактах, а мнения — аргументированы. Михаил ХАЗИН, экономист. Есть одно обстоятельство, по которому я, возможно, имею право начать обсуждение, поскольку у меня с Лениным был общий знакомый, который сыграл достаточно важную, хотя и техническую роль в Октябрьской революции 1917 года. Это был мой сосед по даче, зва...

14 мая, 09:45

Текст: План Изборского клуба по разделу Восточной Европы между Германией и Россией ( шиза )

11.05.2017 Союз России и Германии позволит последней присоединить потерянные в ходе ВМВ территории: Судеты, Силезию, Восточную Пруссию. Польша, Венгрия и Румыния отрывают от Украины Буковину, Галицию и Волынь. Литву на двоих делят Германия и Польша. Россия получает обратно Прибалтику, Новороссию и Приднестровье, а также устанавливает протекторат над Белорусс...

14 мая, 08:00

В чем неправы Дугин и Проханов

Сайт "Русский Обозреватель" опубликовал фразу Александра Дугина десятилетней давности, посвященную ситуации в Зимбабве. Отдельный вопрос, зачем редакция сайта вытащила из нафталина эту ситуационную, выдернутую из контекста, цитату. Но вокруг этих нескольких предложений десятилетней выдержки завязался ряд острых дискуссий. В накале страстей обе стороны - как защитники, так и противники Александра Гельевича, позволяли себе довольно резкие […]

11 мая, 02:52

План Изборского клуба по разделу Восточной Европы между Германией и Россией

Союз России и Германии позволит последней присоединить потерянные в ходе ВМВ территории: Судеты, Силезию, Восточную Пруссию. Польша, Венгрия и Румыния отрывают от Украины Буковину, Галицию и Волынь. Литву на двоих делят Германия и Польша. Россия получает обратно Прибалтику, Новороссию и Приднестровье, а также устанавливает протекторат над Белоруссией. Германия выдаёт России деньги на новую индустриализацию. Таким рисует новый мир Восточной Европы «Изборский клуб». «Как нам обустроить весь мир?» «Мягкая сила» Кремля зиждется в том числе на наработках консервативного «Изборского клуба». Его глава Александр Проханов — завсегдатай на федеральных каналах, а видный член ИК Сергей Глазьев — помощник президента РФ. Свою деятельность ИК ведёт не только на территории России, но и в зарубежье. Его члены не так давно гордились, что президентом Молдавии стал их коллега по «Изборскому клубу» Додон, отделения ИК работают в Прибалтике, в планах — присутствие и в Европе. В первом номере одноимённого журнала за 2017 года свою концепцию «обустройства» Восточной Европы дал как раз председатель Прибалтийского отделения Изборского клуба Александр Гапоненко. Он также — доктор экономических наук, директор Института европейских исследований, почетный профессор Балтийской международной академии. Статья Гапоненко называется «Восточная Европа как поле сражения России с англосаксами» (pdf журнала). Статья отражает давнюю мечту российских евразийцев и «новых правых» о […]

07 мая, 19:08

Во имя, а не вопреки: в России и Европе предлагают создать Содружество славянских стран

Российские и европейские общественные движения предлагают создать Содружество славянских государств - международную организацию, призванную помочь преодолеть раскол в славянском мире, спровоцированный противостоянием России и Запада. Объединение должно консолидировать действия национальных правительств в политике и экономике, а также в гуманитарной сфере. Идею обсудят на Всеславянском съезде, который откроется в Москве 26 мая. Об этом RT сообщил член оргкомитета мероприятия Сергей Комков. Он пояснил, что на форуме участники планируют принять соответствующую резолюцию и направить её властям славянских стран. Инициативу уже поддержали в Госдуме. Славянские движения России и Европы предлагают создать Содружество славянских государств - международную организацию, которая поможет преодолеть раскол в славянском мире, вызванный противостоянием России и Запада. Она призвана консолидировать действия национальных правительств. Соответствующую инициативу обсудят на Всеславянском съезде, который откроется в Москве 26 мая. Позже выработанные предложения включат в итоговую резолюцию и направят документ властям славянских государств. Об этом RT сообщил член оргкомитета мероприятия Сергей Комков."Речь идёт о создании Содружества славянских государств. Это межпарламентская организация, помогающая выработать единую политику в гуманитарной области, в областях экономики и политики, а также в сфере сохранения мира и единства на славянском пространстве. Её инициативы будут влиять на действия руководств славянских стран", - пояснил Комков.Он добавил, что по замыслу руководящим органом содружества станет межпарламентский совет, который сформируют из депутатов парламентов славянских государств. Планируется, что совет будет разрабатывать рекомендации для работы правительств и политических структур, что поможет межгосударственному сближению.Предложение о создании содружества формировали и согласовывали два года с руководителями славянских организаций в Европе, отметил Комков. Теперь инициативу намерены официально оформить в резолюции Всеславянского съезда и направить документ правительствам стран - участниц форума."Задача состоит в том, чтобы убедить в необходимости этого (создания Содружества. - RT) наших политических лидеров", - заключил Комков. На форуме также обсудят пути преодоления раскола между славянскими государствами, вызванного текущим противостоянием России и Запада.Откроют мероприятие в Российской государственной библиотеке при участии общественных славянских организаций Европы из Украины, Сербии, Польши, Белоруссии, Чехии, Словакии, Македонии, Хорватии, а также из Болгарии, Черногории, Боснии и Герцеговины и других государств. На форум также приедут представители русинов, Республики Сербской, Приднестровья, ДНР и ЛНР.Ожидается, что начало съезда посетят представители МИД России и Россотрудничества, дипломаты славянских государств, а также российские парламентарии. На мероприятии также ожидают делегатов Русской православной церкви (и РПЦ за рубежом) и деятелей науки и культуры. В совокупности форум посетят до 300 человек. Съезд продлится больше недели - после пленарного заседания в Москве участники отправятся на теплоходе в Санкт-Петербург. Завершится форум 3 июня богослужением в Исаакиевском соборе.  Председатель президиума Всеславянского союза Олег Платонов, который организует съезд и принимает непосредственное участие в работе форума, полагает, что мероприятие внесёт вклад в дело поиска союзников в странах Европы и в укрепление положительного образа России в славянском мире."Съезд должен показать зарубежным славянам, что в современной России есть силы, готовые их поддержать. В нынешних условиях международной конфронтации славянская идея, наиболее мощным последователем которой выступает Россия, способна сыграть важнейшую роль в сплочении вокруг российского государства людей, готовых сопротивляться диктату США и их европейских сателлитов", - рассказал он RT.Это, в свою очередь, поможет России защитить себя и славянские страны от насаждения западных ценностей и интересов, добавил Платонов.Член комитета Госдумы по международным делам Алексей Чепа предложение поддержал:"Последние годы показывают, что парламентская дипломатия играет очень большую роль в деле урегулирования всевозможных международных конфликтов. А также способствует выстраиванию отношений не только между отдельными соседними странами, но и в регионах (мира. - RT). Примером тому служит и азиатская парламентская дипломатия, и дипломатия парламентов стран черноморского бассейна. Поэтому создание такой межпарламентской организации имеет смысл", - пояснил Чепа.  Писатель Александр Проханов рассказал RT, что лично знает организаторов Всеславянского съезда - они состоят в Изборском клубе (экспертное сообщество известных политиков, мыслителей и общественных деятелей государственно-патриотической направленности; Проханов - председатель клуба, а в его постоянных членах числятся Сергей Глазьев, Жорес Алфёров, епископ Тихон (Шевкунов), Михаил Леонтьев и другие)."Многие из членов Всеславянского союза, например Олег Платонов, являются членами нашего Изборского клуба. Они собирали по крупицам, по ниткам организации, которые готовы были войти в этот союз. Это российские, европейские организации - белорусские и украинские, сербские, болгарские и так далее. Они остро воспринимают раскол среди славян и выстраивают стратегию их дальнейшего сближения", - пояснил Проханов.По его словам, основная задача - сохранение межславянских связей."Когда Болгария перешла в западные структуры, мы почувствовали болгарский народ народом-предателем. Такие тенденции есть в нашем обществе. Сербия, ради которой Россия многим пожертвовала, защищала её во множестве военных конфликтов, спасла от ига, может войти в НАТО. Задача союза заключается в том, чтобы смягчать эти удары, хранить историческую память, пока объединение, включая политическое, не станет возможным", - рассказал Проханов.  Политолог Сергей Маркелов полагает, что сейчас мировая политика и геополитика находятся в "состоянии турбулентности", главный элемент которой - эксперименты. По мнению эксперта, нередко после создания организации её участники не знают, что делать дальше."Если группа людей, которая продумает, чем они будут заниматься, придумает новую форму объединения, придумает элементы, которые характерны только для славянских государств, - это интересно, - объясняет Маркелов. - Появится ещё один институт, ещё одна сфера, где мы сможем укрепляться. Но беда экспериментальной политики в том, что даже создатели таких организаций потом не знают, что с ними делать дальше. Можно придумать название организации, мудрую аббревиатуру, выделить какие-то стартовые деньги. А потом начинается освоение бюджетов и непонимание, как двигаться дальше, как работать".Он добавил, что если новую организацию не будут курировать президенты славянских стран или их представители, то деятельность прекратится.Ответственный секретарь межфракционной депутатской группы Госдумы по защите христианских ценностей Олег Ефимов назвал идею всеславянского единства родственной идее Русского мира, за которую проливалось много крови."Идея святая. Когда возникает ещё одна инициатива в поддержку всеславянского единства, наверное, это хорошо. Но обидно, когда люди, которые работают на церковно-общественном поприще, на поле защиты славянского мира узнают о мероприятиях друг друга от журналистов, - поясняет Ефимов. - Это говорит о том, что между самими организациями, перед которыми стоят одинаковые цели и задачи, мало единства".По мнению ответственного секретаря депутатской группы, это приводит к раскоординации общественных усилий в деле защиты славянского мира и к тому, что инициативы дублируются и "тонут в житейском море".Всеславянский съезд, который откроется 26 мая, приурочен к 150-летию Славянского съезда 1867 года в Москве и Санкт-Петербурге и станет 12-м по счёту. Главная позиция участников форума 1867 года была зафиксирована в документах - это "духовное единство всех славян с опорой на Россию". Итоги работы собрания дали толчок развитию славянского движения в мире. Свидетельством тому стало восстание славян в Боснии и Герцеговине и последующая их победа при поддержке России над Османской империей. Съезд и последовавшие за ним события позволили России обрести опыт применения мягкой силы во внешней политике.(https://russian.rt.com/wo...)

04 мая, 11:41

Александр Проханов (интервью) // "Реальное время", 1 мая 2017 года

Александр Проханов: «Татары сейчас переживают период духовного становления, восхождения»Председатель «Изборского клуба» рассказал о предстоящем открытии в Казани филиала своего сообщества.Скоро в Казани откроется филиал «Изборского клуба» — известного сообщества патриотов-консерваторов. Эта задумка витала в воздухе уже более года. Как рассказал корреспонденту «Реального времени» председатель клуба Александр Проханов, в столицу Татарстана приедут многие российские интеллектуалы. Выдающийся писатель и журналист объяснил нашей интернет-газете, почему открытие затянулось на год, и поделился своими планами на Казань. Кроме того, наш собеседник раскрыл миссию татар и рассказал об опасном «оранжевом зверьке» либерализма.«В ТАТАРСТАНЕ ХОТЕЛОСЬ БЫ ПРОЕХАТЬСЯ ПО ВОЛГЕ-МАТУШКЕ, ИСПИТЬ ЕЕ ВОДИЦЫ»— Александр Андреевич, когда конкретно открывается филиал «Изборского клуба» в Казани?— Запланировано на конец июня — начало июля. Согласована уже программа, есть коллеги, которые туда приедут. Мы открываем филиалы по всем субъектам: около 25 субъектов уже имеют наши представительства. Конечно, настало время открыть наш филиал в такой важной республике, как Татарстан. Что мы хотим сделать? Имейте в виду, что «Изборский клуб» — это надпартийная площадка, где люди могут участвовать в любых партиях или быть вне партий. Здесь интеллигенты, интеллектуалы, мыслители собираются, чтобы обсуждать насущные мировоззренческие и идеологические проблемы, которые волнуют регион: ни проблемы ЖКХ, ни проблемы дальнобойщиков, ни проблемы выборности власти — это политические проблемы. Нас интересуют идеологические проблемы. Вся Россия в целом и каждый из регионов имеют свою идеологическую составляющую. К сожалению, после 1990 года эта составляющая исчезла, все размыто, никто не знает, кто он, как соизмерить свое с соседями. Если мы откроем свое отделение в Татарстане, мы соберем туда наиболее выдающихся интересных, ярких, может быть, противоречивых представителей региона, чтобы вместе понять: а что же такое Татарстан сегодня, в чем его интегральная идея, в чем его татарстанская или татарская мечта? Нужно узнать, каково здесь высшее представление об идеале, о благе, о будущей красоте? Как эта мечта через различные исторические времена эпохи реализуется в нашей сегодняшней жизни?Ведь Татарстан стоит на Волге — на реке русского времени великого. К этому волжскому водопою выходит множество всяких народов, множество всяких регионов: конечно, русские — как в верховьях, так и в низовьях, и татары, и чуваши, и марийцы, и многие-многие другие. Все это сливается в великую волжскую цивилизацию, которая является частью русской цивилизации. У Татарстана и у татар в создании этой цивилизации и управлении есть особая роль, особая миссия. Потому что татары сегодня — это такой пассионарный развивающийся народ. В Татарстане складывается очень интересный синтез верований, религий, культур. Сами татары сейчас переживают период духовного становления, восхождения. Как это восхождение, становление слить с общероссийским, общерусским становлением? Об этом хотелось бы поговорить и, может быть, предложить казанским, татарстанским интеллектуалам включиться в это осознание.— Кто из татарстанцев будет вести работу «Изборского клуба» в республике?— Там есть близкие к президенту люди. Это все связано с администрацией. Мы тщательно готовимся к этому, потому что идеологические схватки, в которых сейчас мы пребываем, дело очень острое, может, даже опасное. Это вовсе не клуб, не за шашлыком или рюмкой красного вина. Это серьезная работа. По существу, идеологическое поле — это поле схваток, иногда жестких и порой смертельных. В эти схватки вмешиваются и противники, и соседи, и мировые силы, поэтому все должно быть согласовано с властью. В этом смысле мы рассчитываем на поддержку, патронаж власти. Естественно, мы не являемся президентской структурой, но очень хотели бы наладить отношения со всеми кругами вашей замечательной земли.— Расскажите, как пройдет презентация клуба? С кем приедете? Что посетите?— Мы бы хотели во время поездки повидаться с вашей политической элитой, провести встречи с молодежью, со студентами, прочитать лекции, наше сообщить об общении с вашими административными работниками, с вашим аппаратом. Затем мы бы хотели, конечно, выступить в каких-нибудь интеллектуальных кругах, может быть, академических. Я бы очень хотел посетить ваш Казанский авиастроительный завод, потому что у вас строятся дальние бомбардировщики. Один из таких бомбардировщиков, который базируется в Энгельсе и летает в Сирию на задание, носит название «Изборск». Мы этому грандиозному самолету подарили имя своего клуба, и он сейчас летает на задания. И мы бы хотели посмотреть, как сейчас подобные самолеты строятся у вас в Казани. Ведь это является символом высокой цивилизации. Естественно, мы бы хотели одновременно побывать и в православных, и в мусульманских местах, святынях. Если бог даст, хотелось бы проехаться по Волге-матушке, испить ее водицы.— Мы с вами разговаривали в прошлом году, и в интервью «Реальному времени» вы сказали, что планировали открыть филиал еще прошлой весной. С чем связан перенос этого события на целый год?— Это же небыстрая работа. Мы не лоток открываем, не ларек, в котором продают «Сникерс». Это серьезное дело, подбор персонажей, согласование тем. И в самом «Изборском клубе» есть движение, некоторые изменения есть и у вас в республике. Хотелось бы приехать в момент, когда была бы такая свобода, чтобы у людей была не какая-то замороченность, ущемленность заботами. Тем более, мы сейчас находимся в очень важном предвыборном периоде. Я думаю, что наш президент обязательно пойдет на выборы, поэтому идея будущего, идея мечты, идея следующего президентского срока, с которым президент, конечно, будет опираться на всю страну, на все элиты, на все круги, она [идея] будет очень актуальной. Я думаю, что наше появление в Татарстане в этом смысле — дело благое.«РОССИЯ ТОЖЕ ЯВЛЯЕТСЯ ИМПЕРИЕЙ, ХОТЬ ЭТОГО СЛОВА ПОБАИВАЮТСЯ»— Насколько татары и другие мусульманские народы интегрированы в российское интеллектуальное пространство?— Они интегрированы, потому что они едят один и тот же хлеб, пьют одну и ту же воду, слушают одни и те же радиостанции, изучают одни и те же памятники и святыни. И они идут в свои храмы, молятся Всевышнему об одном — о благе. Этот вопрос вообще раньше не стоял — интегрированы или не интегрированы. Конечно, интегрированы, просто мусульманские татарские мыслители вносят в общероссийскую чашу свой священный напиток, делая его вкус более сладостным, глубоким, неповторимым. В такой же степени в эту чашу вливают свои напитки народы Кавказа; Марий Эл, которая, по существу, языческая республика, в которой поклоняются священным деревам и молят языческих духов о благоденствии; Якутия, где половина якутов православная, а другая половина — шаманы. Это все драгоценность, потому что Россия всегда была империей — российской царской, сталинской. И сегодня Россия тоже является империей, хотя этого слова побаиваются. Империя в том смысле, что это симфония пространств, симфония народов, симфония верований, симфония потенциалов. И чем мы больше разнообразны, чем множественней наши возможности и знания, тем мы богаче. В нашем «Изборском клубе» мы проповедуем эту цветущую сложность, дорожим каждой новизной, каждой неожиданной формой поведения сознания. В этом смысле, конечно, татары — грандиозное явление в русской истории.— Нередко заявляют о конфликте в Европе исламской цивилизации с европейской. В России нет такого конфликта?— Смотрите, существует конфликт между шиитами и суннитами. Это конфликт кого с кем? Исламской цивилизации с какой цивилизацией?— Это уже внутриисламский конфликт.— Но сейчас главная грызня идет между ними. Ближний Восток пылает огнем вот этой вражды — шиитско-суннитской. А вся эта саудийская ваххабитская тенденция всех грызет, подрывает как шиитские храмы, так и суннитские храмы. Какой конфликт? Внутриисламская бойня. А то, что ислам пришел в Европу… А когда фашистская Германия пришла в Россию со своими войсками — какой был конфликт? Внутриевропейский? Все человечество дышит, живет, конфликтует, пытается выработать высшие смыслы. Если не удается, оно попадает в ловушки интеллектуальных обобщений. А что происходит в Америке? Черная исламская Америка и белая Америка. А Трамп, который опирается на одну часть против другой части? Мы живем в конфликтном мире. Поэтому разговоры о войне цивилизаций в России — это все задумки, которые вбрасывают нам чужие люди. Я, например, очень часто бываю в Чечне. Я восхищаюсь чеченским народом, который сумел преодолеть эту рознь и сейчас стремительно развивается вместе со всеми народами России.«ЛИБЕРАЛЫ СТРАШНО НАС НЕНАВИДЯТ, НАЗЫВАЮТ «ИЗБОРЩИНОЙ»— Александр Андреевич, «Изборский клуб» создавался как союз патриотических, в какой-то степени консервативных, сил. Какие у сообщества есть достижения за пять лет существования?— Мы предотвратили таяние льдов в Антарктиде, мы предотвратили умирание целых областей Вселенной и оживили несколько звезд, которые погасли; мы, «Изборский клуб», выиграли Пунические войны и т. д. Какие достижения?— А если серьезно? Прислушиваются ли к вам элиты?— Мы издаем журналы и создаем идеологические формулы. Этих формул много, пишется много очень интересных работ, докладов. Мы считаем, что отчасти сегодняшняя власть говорит уже языком «Изборского клуба». Работаем над сознанием сегодняшнего народа. Либералы, которые, казалось бы, еще недавно господствовали повсюду — и в прессе, и в культуре, и в идеологии, и в экономике, — страшно нас ненавидят, называют нас «изборщиной» и т. д. Мы — заметное явление.— После событий 26 марта, когда по стране прошли массовые протесты, какие выводы сделали члены «Изборского клуба»?— «Изборский клуб» зародился после бунта Болотной площади — сразу после волнений, очень опасных. Все это свидетельствует о возможных «оранжевых» революциях. Когда была попытка устроить в России «оранжевую» революцию, несколько патриотов выступили на Поклонной горе, в том числе и ваш покорный слуга, с контридеями и с контрмиссией. И мы своей энергетикой оттеснили, подавили этот либеральный бунт. И угроза «оранжевой» революции никуда не исчезла: этот оранжевый зверек сидит в норке и время от времени вылезает, что и было на Тверской — детский поход. А президентские выборы, итоги выборов очень опасны, так как чреваты возможными брыканиями. Мы, интеллектуалы, знающие технологии современного мира, технологии «оранжевых» революций, холодной войны, раскрываем эти технологии, создаем антидоты этим ядам.— Спасибо! Ждем вас на казанской земле и открытия здесь вашего представительства!Беседовал Тимур Рахматуллин

03 мая, 14:59

Письмо. Корпорация Добра

Позвольте вставить свои пять копеек в великолепную картину всеобщего процветания под мудрым руководством Изборского клуба. Не секрет, что в определённых кругах отлично известно, кто правит миром

02 мая, 11:50

Александр Проханов: Татары сейчас переживают период духовного становления

Скоро в Казани откроется филиал «Изборского клуба». https://izborsk-club.ru/13193

Выбор редакции
02 мая, 11:16

Руслан Бах. Открытое письмо «Изборскому клубу»

Прочитав, статью Виталия Аверьянова «Кто поднимет знамя?», я не увидел, чтобы кто-то что-то ответил на поднимаемые вопросы автора. Статью расцениваю как приглашение к диалогу или обсуждению, поэтому и отвечаю.

Выбор редакции
30 апреля, 23:12

Текст: Открытое письмо «Изборскому клубу» ( Руслан Бах )

Прочитав, статью Виталия Аверьянова «Кто поднимет знамя?», я не увидел, чтобы кто-то что-то ответил на поднимаемые вопросы автора. Статью расцениваю как приглашение к диалогу или обсуждению, поэтому и отвечаю. Прошу расценивать это письмо как личное мнение обывателя, наблюдающего, читающего и слушающего некоторых ваших членов 5–10 лет, каждый день. На экспертность вашего уровня я не претендую, могу и ошибаться. Но почти уверен, что моё мнение разделяют очень многие ваши читатели. Описанные ниже идеи и предложения – были предварительно опубликованы в моих предыдущих статьях на этом ресурсе и получили много комментариев в поддержку. Похоже они ...

Выбор редакции
30 апреля, 17:14

Открытое письмо «Изборскому клубу»

Очень конструктивный текст

Выбор редакции
24 апреля, 22:40

президентские выборы будут, скорее всего, последними.

Ленинградский поэт и публицист Товарищ Краснов рассказал «Фразе» о российской цензуре, ряженых патриотах, перспективах революции в Москве будущей осенью и угрозах гибели русского народа.В эти дни в Нижнем Новгороде выходит сборник прозы и поэзии «Души прекрасные порывы» с нашими с тобой рассказами. Ребята, выпускающие книгу, рассказывали, что подобная продукция в РФ зачастую изымается со складов ещё до поступления в магазины. Как часто в РФ альтернативное искусство приравнивают к экстремизму?Пока, к счастью, никогда не сталкивался с подобными явлениями. В редакциях толстых журналов намекали, что рассказы «неполиткорректны», это было. Вообще, под «разжигание социальной розни» и под «разжигание ненависти к социальной группе» можно подвести абсолютно любое высказывание, тем более что люди, которые делают экспертизу, связаны с карательными органами.Твоя сатира часто переходит грань. Насколько безопасно так шутить?По указанным выше причинам такая опасность есть. Но я бы не стал драматизировать. Наша карательная машина слепа и тупа. Хватают по совершенно случайному принципу, то за смс-ку, то за репост, то за превышение заявленной численности пикетчиков: вместо четырёх человек — пять.Таким образом, кажется, вообще никто не застрахован от посадки. Но и вероятность этого не велика, не думаю, что она выше, чем шанс попасть под машину. Любого и в любой момент могут прижучить за репост, независимо от того, каких человек придерживается взглядов. Но реальная вероятность этого события не больше, чем упавший на голову кирпич. Поделать с поджидающим вас кирпичом или пьяным водителем на дороге ничего нельзя, вам либо повезёт, либо нет, и к этому надо просто отнестись философски.Беда не в цензуре и усилиях полусумасшедших органов. Не в том, что тебе затыкают рот, а в том, что голос тонет в свином чавканье, в разговорах про Евровидение, шутках камеди-клаба и т. д.Сегодня российскую литературу заполонили такие персонажи, как Захар Прилепин. Как ты к ним относишься?У меня про подобных персонажей есть стихотворение «Горький нашего времени», написанное сильно раньше того, как Прилепин решил поиграть в батяню-комбата. Добавить к сказанному могу только одно: если бы Россия его выдала украинской стороне в обмен на того же Вороненкова (предположим, что он жив), то Вороненков бы быстро перестроился и вновь стал российским патриотом, а Прилепин бы стал командиром украинского добробата. Профессиональным патриотам всё равно, на кого патриотить. Такова эта шкурная система, гибнут холопы, а паны только ругаются друг с другом в твиттере. И зарабатывают на гибели «холопов».Объектами твоего нынешнего гражданского творчества часто становятся «ватники» — ряженые казаки, члены секты НОД и прочие персонажи. Конфликты в связи с этим на бытовой почве случались?У меня были неприятные эпизоды, в т. ч. и едва не закончившиеся печально. Но это на бытовом уровне. Дело здесь в массовом психозе, в который погружена страна, и в повышенной агрессивности. В условиях годами тщательно нагнетаемой истерии это неудивительно. Население зомбируют и вводят в эмоциональную экзальтацию, чтобы на эмоциях протащить мимо сознания все алогичные решения, принимаемые властью. Этот нагнетаемый пар обязательно рванёт, но власть, кажется, не способна этого просчитать. Или понимает, но не видит другого выхода, кроме нагнетания истерии, и каждый «боярин» надеется при взрыве котла успеть отскочить в сторону.Украинские СМИ рассказывают, что после обработки пропагандой вести диалог с россиянами бесполезно. Если выключить телевизор, насколько трезво российское общество оценивает нынешнюю ситуацию?Российское общество намного вменяемее, чем кажется в телевизоре. Как и украинское. Но перед «боярами» обеих стран стоит одна задача: нагнетать истерию.Перед годовщиной революции, ноябрём 2017 года, нагнетается истерия в соцсетях. Что-то будет или снова — разговоров на рубль?Я не вижу, чтобы как-то особо много говорили о революции. Вижу попытки срубить бабла и попиариться на теме. А какого-то спланированного замысла не вижу. Понятно, что аналогии вполне прозрачные: тот же кризис выродившейся, продающей страну и сходящей с ума власти, те же патриотические лозунги. Но в истории ничего никогда не повторяется с зеркальной точностью. На то она и история.В своей недавней публикации я назвал Алексея Навального «консервой», которую Кремль будет использовать в качестве спарринг-партнёра ещё лет двадцать. Как ты относишься к его антикоррупционной деятельности?Алексей Навальный — спойлер-проект Кремля, причём проект для идиотов. Представьте себе ситуацию. Некто заходит в хлев, подходит к какой-то одной свинье и с умным видом говорит: смотрите, это копыта, а это рыло, а это хвост. А тут у нас что? Да не может быть, щетина! Ба! Так это же свинья! Смотрите, люди, это же свинья! Потом подходит к следующей свинье, потом ещё... При этом у самого разоблачителя отчётливо просматривается пятачок, хвостик крючком и розовая кожица.Разоблачения отдельных свиней (которые и не маскируются под что-то другое) в хлеву, где, кроме свиней, никого нет, — это и есть деятельность Навального. Проблема не в том, сколько украл Якунин или Медведев. А в том, что вся система с самого начала устроена таким образом, чтобы они воровали. Советский Союз ломали для этого. Причём сам Навальный — часть этой же системы, как показал процесс «Киров-леса». К тому же деятельность Навального направляется именно из Кремля. Это самый удобный спарринг-партнёр, послушная часть системы, причём уже один раз сыгравшая ту же самую роль в 12-м году — перед прошлыми выборами. Его тогда тоже использовали как пугало, на фоне которого 90% россиян не видели альтернативы Путину. Потом — в 13-м, кажется, выборы московского мэра выиграл Собянин, тоже использовавший Навального в роли спарринг-партнёра. Тогда для Навального собирали необходимые для выдвижения подписи московские депутаты от «Единой России».Так что, да. Навальный, в силу своей молодости, может использоваться ещё лет 25. Примерно столько же сидят в оппозиции Явлинский, Зюганов, Жириновский и другие. Они скоро умрут физически, их надо на кого-то менять. Для либерального пугала кандидата удобнее Навального нет.Ты часто говоришь и пишешь об «охранителях». Объясни украинским читателям, кто это.Есть среди российского правящего класса специфическая прослойка «нетрудового элемента». «Аналитики» и «политологи», гнездящиеся в странных организациях со странными названиями — в фондах, институтах из 4 человек, экспертных центрах, аналитических группах, и прочая, и прочая. Чем эти граждане живут и кто их финансирует — великая тайна. Но они активно ездят по стране, проводят всевозможные семинары, встречи и совещания, заседают в изборских клубах, одновременно выпуская книгу за книгой со скоростью, которой позавидует сама Дарья Донцова.И при всём при этом успевают штамповать статьи, вести ЖЖ с блогами и периодически попадать на ТВ, где с умным видом рассуждают на абсолютно любые темы (от принца Чарльза до свиного гриппа и от съезда китайской компартии до ордена иллюминатов). Причём всё это они делают как бы в свободное от основной работы (в своём фонде или экспертном центре) время. В чём эта основная работа заключается, они не говорят, но намекают, что это что-то тайное, интеллектуальное и очень важное для страны. И они, приобщённые к высшим сферам, приоткрывают теперь покров тайны нам, простым смертным. За что мы — простые смертные — должны быть им, во-первых, очень благодарны. А во-вторых, ловить с величайшим вниманием каждое их отлитое в граните слово.Причём у этих профессиональных телепатриотов биографии сделаны, как под копирку. Номенклатурная семья, активное участие в развале страны в Перестройку, затем отъезд на Запад и проживание там в «лихие 90-е». В нулевые — триумфальное возвращение в РФ... И вот теперь они все такие патриоты, ну прямо такие патриоты, что я, как их послушаю, так сразу начинаю себя ощущать белоленточной мразью. Интересно, что биографии наших профессиональных телепатриотов мало кого настораживают. Большинство слушает и радуется.Твои прогнозы на президентские выборы 2018 года?Ещё в феврале 14-го года я написал большую статью на эту тему, где подробно изложил свои мысли. Если коротко, то в РФ будет повторён сценарий выборов 12-го года. Активизация либералов и примкнувших к ним профессиональных русских, запугивание ими населения с помощью СМИ, с криками «иначе будет, как на Украине». А затем — спокойная победа Путина в первом туре. Путин, конечно, всем надоел, но альтернативы-то, якобы, нет. Либо Путин, либо специально подобранный Кремлём же Навальный. Поэтому выберут Путина. В принципе, вместо Путина может пойти на выборы преемник (скорее всего, Шойгу). Это зависит от состояния здоровья Путина, а мне об этом не докладывают. Но результат будет тот же: «если не он, то кто»?Другое дело, что ельцинско-путинская система настолько прогнила, что эти президентские выборы будут, скорее всего, последними. Дальше она, система, начнёт сыпаться.Могут ли под выборы начать борьбу с коррупцией?Могут. И наверняка начнут и посадят кого-нибудь образцово-показательно. Весь мой сознательный возраст Путин борется с коррупцией и кого-то раз в год сажает. С громким шумом и криками вышеупомянутых охранителей «Ну вот видите! Началось! Россия с колен начала подниматься!». Кстати, если уж мы вспомнили выбора мэра Москвы Собянина, то перед ними ещё и борьба с нелегальной миграцией началась. Даже лагерей понаделали вокруг Москвы, куда свозили нелегалов. И круглосуточно об этом голосили по телевизору. На следующий день после выборов всякая борьба с мигрантами кончилась, а интернированные в лагеря незаконные мигранты вернулись на свои рабочие места в Москве.Возможны ли вообще кардинальные изменения в РФ в ближайший год?В ближайший год ничего не случится, разве что тунгусский метеорит упадёт. До выборов у системы хватит прочности. А вот дальше — всё посыпется.Как ты относишься к Игорю Стрелкову и есть ли в РФ сегодня организованные патриоты — правые или левые националисты?Я не знаю, что скрывается за терминами «левые и правые». Предпочитаю социалистов называть социалистами, националистов националистами, либералов либералами, а педерастов педерастами. Точность формулировок делает жизнь удобнее. Организаций более или менее численных и при этом не управляемых Кремлём в стране нет. Но, как показала практика Украины, решающего значения это не имеет. Когда система идёт вразнос, то всё выходит из-под контроля, в т. ч. и старые проверенные провокаторы. А дальше — «новые родятся командиры». Что касаемо Стрелкова — человек всю жизнь отдал системе, а теперь выходит и говорит: «Я против неё». Причём при этом остаётся на свободе и чувствует себя неплохо. С трудом верится. Впрочем, про альянс либералов и националистов, которым будут запугивать электорат перед выборами, я, кажется, уже говорил. Думаю, Стрелкову здесь отведена определённая роль.Когда-то написал большую статью о «русских национализмах». В предельном упрощении всё многообразие русских национализмов можно разбить на два больших кластера. Один из них можно назвать «нерусским русским национализмом», а другой — «русским русским национализмом». Мечты одних напоминают желания наиболее остервенелых либералов. Торжество закона, святость частной собственности, европейские ценности. Их идеал — «просвещённая Европа». Бюргерство, уютненькая европейская страна с «нормальной» конституцией и её неукоснительным соблюдением.А вот вековечная русская азиатчина (она же совковость) им мешает, а потому ненавистна. Не даёт она вернуть Россию в лоно «единственно правильной» европейской цивилизации!И если за это великое счастье (жить как белые люди в пресвящённой стране, в которой соблюдаются права человека) придётся заплатить большую цену, то торг уместен! И даже если эта новая «европейская Россия» будет размером с Бельгию, то иные из этих русских националистов готовы и эту цену заплатить за своё персональное нацдемское счастье. Тот факт, что их представление о счастье бесконечно далеко от представлений подавляющего большинства жителей России, как правило, их не смущает. Либералам на Россию откровенно наплевать. А национал-либералы и подавно с радостью избавятся от чуждых европейским ценностям нерусских регионов. Да и от многих русских регионов тоже. Русские ведь действительно какой-то неправильный народ. Не хотят по закону, хотят по справедливости; частному предпочитают коллективное, общественное; демократия (по крайней мере, «нормального» европейского образца) у них никак не приживается, вечные имперские амбиции их так и мучают; а уж азиатчина — та вообще так и прёт из каждого.Он опасен для режима?Конечно же, нет. Более того, трудно придумать что-то более для режима полезное. Карикатурные нацики с лозунгами «за великую Россию от Ладожского до Онежского озера» — отличное пугало. Это пугало можно использовать для шокирования электората, что порой и делается: в 2012 году во время операции «Зловещий Оранж», сделавшей Путина президентом, это пугало тоже было задействовано. Интересно, что большинство людей в России, называющих себя националистами, понимают под национализмом вовсе не то, что понимают под ним нацдемы или либералы.«Патриотизм — любовь к Родине, национализм — любовь к нации», — говорят сегодня в народе. Может быть, это и неправильно с точки зрения словаря под редакцией Бодуэна де Куртенэ начала прошлого века. Но таковы реалии сегодняшнего дня, так сегодня понимает «национализм» молодёжь.Русский народ находится в опасности, и его надо спасать как от физического вымирания, так и от гибели его культуры, его ценностей и его самосознания. То есть от чуждых химер, которые пытаются привить ему либералы.Насколько всё плохо?Если каждого, кто понимает, что русский народ находится в опасности и его надо спасать как от физического вымирания, так и от гибели его культуры, его ценностей и его самосознания, считать «русским националистом», то таких «русских националистов» в России подавляющее большинство.Причём среди «русских националистов» оказывается и множество людей с явно нерусской внешностью — от Чукотки до Калмыкии и от Осетии до Ненецкого Автономного Округа.И вот это уже по-настоящему опасно для режима. Парадокс, но этот «русский русский национализм» парадоксальным образом не только не ущемляет достоинства других российских народов, но и даёт им шанс на выживание. А вот «нерусский русский национализм» вреден всем народам России, и русским — в первую очередь.«Русский русский национализм» — поле, по которому хочет скакать сам Путин верхом на своём «народном фронте». Сам и больше никто. И всех остальных с этого поля он будет выгонять всеми силами. Путин, запускающий новый виток приватизации, Путин, разрушающий русскую школу и советскую науку; Путин, при котором вместо интеграционных процессов в бывшем СССР нарастают центробежные; Путин, при котором ТВ превратилось в такую клоаку, что не снилось и Ельцину... В общем, Путин может притворяться консерватором и патриотом только при одном условии — при полном отсутствии конкуренции.Так есть ли для русских патриотов или, условно, для «русских русских националистов» выход? Он только в понимании одной простой вещи. Россия и в рамках глобальной мировой капиталистической системы может быть только банановой республикой, населённой туземцами. Вместо сырья у нас углеводороды, но нам, туземцам, от этого не легче. И для «просвещённой Европы» и не менее просвещённой Америки всё в России, кроме этой трубы, — лишнее и ненужное. Поэтому и гибнут наша промышленность и сельское хозяйство. Поэтому и вымирает население — в рамках капиталистической системы русский народ просто не нужен в том количестве, в котором он есть. Да и разницы, кто будет добывать это сырьё (русские или более дешёвая рабочая сила), для капитала нет ни малейшей.От того, насколько быстро поймут это «русские националисты» («националисты» в широком смысле этого слова, т. е. русские патриоты) и насколько глубоко они это поймут, зависит многое. От того, насколько быстро и насколько прочно соединятся русский патриотизм и социализм, зависит сегодня судьба всего русского народа. И не только его. Если местные — татарские, якутские и прочие — националисты думают, что, освободившись от «русского гнёта», они встретят распростёртые объятия «просвещённой Европы» или «Золотой Азии», то они ошибаются ещё сильнее, чем «нерусские русские националисты».Один из твоих самых известных проектов — «Чекист», где в сатирической форме собраны сотни досье на российских политиков и медиа-персон. Веришь ли ты в народное возмездие и в какой форме?«Чекист» изначально был коллективным сатирическим проектом, хотя автором идеи и основным «исполнителем» был я. Когда в 2007 году он появился, был сильно ощутим соцзаказ на подобные вещи. Дескать, каким-то образом у власти окажутся другие люди. Принципиально другие, с другими представлениями о нравственности, справедливости, неворующие, честные. Одним словом, близкие к идеальной власти, о которой мечтают люди. И вот тогда эти люди начнут карать воров, растлителей, казнокрадов, иностранных агентов влияния — всю свору, захватившую страну.Года примерно с 2011-го интерес к «Чекисту» начал неуклонно снижаться. Это связано с тем, что никакие другие люди к власти в стране не придут. А если придут, то в результате таких чудовищных потрясений, когда всё, описанное в «Чекисте», станет уже неактуальным. Как после гражданской войны, в пламени которой сгорели все властители дум старой эпохи. Куда делись все рябушинские, морозовы, кшесинские, гучковы, адвокаты Кони и т. д.? Кто вспомнил о них после Революции, кроме специалистов-историков? Думаю, что массовое сознание редко ошибается. В 2007-2011 годах, когда «Чекист» был очень популярен, можно было спасти страну от краха введением жёстких мер, и этого ждали от действующей власти или от тех, кто придёт к ней с помощью выборов или даже переворота, неважно. Но действовать можно было в рамках существующей системы. После 2011-го года стало понятно, что точка невозврата пройдена и теперь -- только развал страны и её пересборка на новых началах. После этого никто и не вспомнит о многих героях «Чекиста». Массовое сознание перестроилось на новую волну, поэтому проект стал терять популярность и я перестал им заниматься. Не без удовольствия, «Чекист» мне уже тогда надоел хуже горькой редьки.Возможна ли в РФ революция в принципе? И когда?Революция должна вызреть. Должны созреть неразрешимые мирным путём социальные противоречия, и только затем может последовать взрывное решение этих противоречий. Сейчас противоречие одно: слишком мало делятся с населением нефтяными доходами. Так что революции в марксистском смысле, т. е. революции, которая приведёт к переформатированию общества, я не вижу. Смена одних воров другими — сколько угодно.Война за перераспределение сырьевых доходов (с использованием уличных протестов) — да. Революция — нет.Возможен скорее другой сценарий. Борьба за нефтяную трубу между различными группами олигархии с постепенным вовлечением в неё всё более широких слоёв населения вплоть до перерастания в гражданскую войну. Теоретически, победившая группа может выгнать проигравших из офисов.Заставит пахать землю и работать у станка, опираясь на грубое насилие. После чего в деклассированной ныне стране, в которой почти отсутствует производство, начнётся процесс образования классов с их противоречиями. Если это и можно назвать революцией, то это будет очень нестандартная, неклассическая революция. Но либо так, либо Россия догниёт до конца. Этот же сценарий касается и Украины.https://fraza.ua/interview/18.04.17/258873/tovarisch-krasnov-russkij-narod-nahoditsja-v-opasnosti-.html

24 апреля, 19:34

Киев оставит Донбасс без света и воды

Украина готовит новую блокаду для ЛНР и новые диверсии

09 октября 2016, 09:30

Андрей Кобяков. ДРАКОН, ОРЕЛ И МЕДВЕДЬ

Авторский доклад Изборскому клубу Будущее Русского мира как субъекта геоэкономики будет зависеть от активных усилий России по формированию третьего полюса силы       Авторский доклад Изборскому клубу Будущее Русского мира как субъекта геоэкономики будет зависеть от активных усилий России по формированию третьего полюса силы   Новый расклад сил в новом контексте Возвышение Востока на фоне заката Запада – чрезвычайно модная тема в СМИ, в научной, специальной и популярной литературе, в профессиональных дискуссиях и в телевизионных ток-шоу, вот уже два-три десятилетия непременно преподносимая как «горячая новость», интерес и внимание к которой не ослабевают, а только все более усиливаются. Почему со временем она лишь «горячее», становится понятным, если задаться вопросом, а что в этой «новости» действительно нового. Смещение центра тяжести в мировых процессах – постоянное явление в исторической жизни человечества. Сама история цивилизаций, параллельно с развивающимися или приходящими на смену друг другу, говорит об этом. Периоды, когда Восток по уровню экономической активности и богатству многократно превосходил Запад, не раз имели место и в глубокой древности, и в ещё сравнительно недавней истории человечества. Собственно, именной такой была историческая реальность как минимум до промышленной революции в Англии (которая впоследствии стала общезападным феноменом). Учёные, специализирующиеся на исторических экономических сопоставлениях, отмечают, что, основываясь на современных показателях, например, Индия того периода превосходила Англию на порядок, в частности, по показателю валового внутреннего продукта (ВВП) в расчете на душу населения. И даже ещё спустя 100 лет, то есть к моменту образования Британской империи, по уровню накопленного богатства Восток оставался далеко впереди Запада, хотя по показателям текущего производства и производительности труда Запад уже вырвался в лидеры. Таким образом, может представляться, что нынешнее, начавшееся несколько десятилетий назад возвышение Востока воспроизводит ситуации, которые уже не раз бывали в истории: ничто не ново... Однако это не так. Как нельзя дважды войти в одну и ту же реку, так же обстоят дела и с рекой Истории. Благодаря развитию транспортных, военных и коммуникационных технологий наш мир стал гораздо компактнее, а основанная на этих технологиях интенсивность торговых, финансовых, информационных, да и непосредственно физических взаимодействий стран, народов, экономических систем и отдельных людей вышла на уровень, не имеющий аналогов в мировой истории. Количественные изменения породили совершенно новое качество. Финансовые процессы, происходившие в древности в Индии или Персии, в Японии или Китае, были автономны и практически никак не отражались на других регионах мира. Более того, люди, в том числе и профессиональные финансисты, жившие в других регионах, могли об этих процессах просто вообще ничего не знать. Сегодня какой-нибудь обвал на бирже в Сингапуре или Гонконге мгновенно сказывается на поведении инвесторов и спекулянтов в Лондоне и Нью-Йорке. Торговля между отдаленными друг от друга регионами либо не существовала, либо имела эпизодический характер, осуществлялась в очень узком сегменте товаров, не приводя к сколь-нибудь существенной конкуренции для местных производителей и никак не сказываясь на ценах местных товаров. Сегодня уровень производственной, технологической и торговой конкуренции вырос настолько, что маленькая оплошность компании немедленно приводит к вытеснению её с рынка, география производства товаров все время меняется, а развитие специализации и кооперации привело к тому, что определение национальной идентичности того или иного конечного товара становится подчас нерешаемой юридической проблемой с учётом географического разнообразия составляющих его компонентов. Дальние военные походы и в древности, и в Средние века временами осуществлялись и даже были весьма масштабными, но с точки зрения современных военных реалий они долгое время оставались не столь уж и «дальними», и уж, во всяком случае, по понятным причинам их нельзя было отнести к мгновенным событиям: они требовали очень длительной подготовки, а сами военные кампании затягивались на многие десятилетия. Сегодня для подлёта межконтинентальных баллистических ракет требуются немногие часы, а для крылатых ракет средней дальности – иногда десятки минут. Разрушительная сила и современная точность даже неядерного вооружения таковы, что при массированном их применении последствия могут быть сопоставимыми с ограниченной ядерной войной. Мир стал иным. Мир стал больше – население земного шара только за последние 100 лет выросло на порядок и продолжает расти. В результате этого резко обостряется борьба за ресурсы экономического развития – энергию, минералы, лес, воду, землю, рынки, причём уже непосредственно в глобальном масштабе. Мир стал меньше – какое-то важное событие или изменение ситуации в одном конце земного шара почти мгновенно вызывает реакцию и приводит к изменениям в другом его конце. В этом контексте анализ расклада мировых экономических сил и среднесрочный прогноз его динамики позволяют не просто выделить господствующие количественные тенденции и тренды, но и дать основания для предвидения масштабных качественных метаморфоз в геополитике и геоэкономике. Для нас также принципиально важно, что этот анализ и прогноз задаёт объективные рамки для обсуждения вопроса о будущем месте Русской цивилизации в мире, о пресловутом «окне возможностей» – о том, что в силах изменить в свою пользу наша страна, а что нет и какими должны быть направления наших усилий. Без задания этих объективных рамок все рассуждения на данную тему имеют характер пустого фантазирования, произвольно варьирующего между крайностями «непременно светлого» или, напротив, «беспросветно мрачного» будущего, поскольку определяются не жёсткой реальностью, не «упрямыми фактами», а индивидуальными субъективными пристрастиями участников дискуссии. Пора снимать затемнённые очки – вне зависимости от того, в какой тон окрашены их стекла, – розовый или чёрный.     Методические замечания Для оценки расклада мировых экономических сил и его изменения во времени я пользовался данными всемирно известного независимого компаративиста (специалиста по межстрановым сопоставлениям) профессора Гронингенского университета Ангуса Маддисона (Angus Maddison), а именно его получившими популярность таблицами с данными по ВВП различных стран, регионов и мира в целом в неизменных ценах (в долларах 1990 года) с учётом паритета покупательной способности (ППС) валют с Рождества Христова и заканчивая 2008 годом (профессор А. Маддисон скончался в феврале 2010 года). На 2015 и 2030 годы в данном докладе сделана прогнозная экстраполяция на основе этих данных. Данные А. Маддисона представляются мне гораздо более репрезентативными и менее спорными по сравнению с соответствующими базами данных МВФ и Всемирного банка, в которых весьма заметна политическая ангажированность. В частности, обе эти базы были радикально пересмотрены после 2005 года, и пересмотр был осуществлён совершенно очевидно в угоду политической конъюнктуре, так как на основе старых баз данных Китай обгонял США уже около 2006-2007 годов, о чём я писал на сайте «Мировой кризис – хроника и комментарии» ещё в 2005 году. Позволю себе привести несколько цитат из той публикации. «К концу 2005 года Китай заготовил для мирового сообщества сенсацию. Сначала сведём информацию, изложенную в сообщениях агентства Reuters от 19, 20 и 22 декабря. Национальное бюро статистики Китая (НБС КНР) провело «первую экономическую перепись» страны, в которой было задействовано 13 млн человек – сборщиков информации. По результатам переписи НБС пересмотрело данные о ВВП Китая за 2004 год. Он оказался на 16,8% больше по сравнению с ранее публиковавшимися официальными данными и составил 15,99 трлн юаней. Пересмотрены также и данные ВВП Китая за 2004 год, выраженные в долларах – с 1,67 трлн долларов до 1,93 трлн долларов. При этом для пересчёта в доллары использовался официальный курс юаня на конец 2004 года (8,276 юаня за доллар). На основании этих данных делаются выводы, что экономика Китая в результате пересмотра переместилась якобы с шестого на четвёртое место – оттеснив Великобританию и Италию, но всё ещё уступая США, Японии и Германии. Также делается вывод о том, что ВВП на душу населения в результате пересмотра составил около 1500 долларов вместо 1272 долларов. Заявлено, что в ближайшее время будут произведены перерасчёты данных о ВВП в ретроспективе начиная с 1993 года. Эксперты отмечают, что уже сейчас понятно, что в результате пересчёта годовые темпы роста ВВП окажутся двузначными (в процентах) как минимум за весь последний десятилетний период. По оценкам главного экономиста НБС КНР Яо Цзинюаня, в 2005 году экономический рост в стране составит около 9,5% (не менее 9,3%). Уже на следующий день после сенсационного заявления Китай распространил 32-страничный документ под названием «Мирный путь развития Китая» (China's Peaceful Development Road), цель которого – успокоить международное сообщество (и, прежде всего, США), встревоженное угрозой, исходящей от стремительно растущей китайской мощи. В документе даже сменился лексикон: вместо ранее широко использовавшегося выражения «peaceful rise» (мирный подъём, восхождение, возвышение) применено «peaceful development» (мирное развитие). Видимо, в нынешних условиях (после пересмотра данных о ВВП) слова о восхождении и возвышении начинают звучать слишком вызывающе и амбициозно для западной публики, повергая её в шок. Главный тезис документа: не надо пугаться развития Китая – оно не несёт с собой угроз миру, а, напротив, представляет дополнительные возможности для роста мировой экономики». Однако «все растиражированные агентством Reuters расчёты необходимо «слегка» подправить – на величину разрыва официального курса и курса, рассчитанного на основе паритета покупательной способности. На этот счёет существуют различные оценки – особенно в отношении Китая. Обратимся к данным Всемирного банка (World Bank), ибо их расчёты показателей на основе PPP (Purchasing Power Parity – паритета покупательной способности) в глазах «экспертного сообщества» имеют, пожалуй, самое «респектабельное» реноме. Итак, World Development Indicators 2005. В 2003 году ВВП в Китае по официальному курсу – 1416,8 млрд долларов, а по курсу, рассчитанному на основе PPP, – 6410 млрд долларов (на душу, соответственно, 1100 и 4980 долларов). Таким образом, официальный курс юаня занижен по сравнению с паритетным, по данным Всемирного банка, чуть более чем в 4,5 раза (4,525 раза). В 2004 году это соотношение осталось примерно таким же. Проведём нехитрые подсчёты. 1,93 трлн долларов (новые данные о ВВП Китая в 2004 году по официальному курсу) умножаем на 4,525. Получаем 8,733 трлн долларов. Таким образом, Китай занимает уже второе место, а не четвёертое, уступая только США (около 11 трлн долларов). Заметим, что по размеру ВВП Китай превосходит Японию (3,629 трлн долларов), Германию (2,279 трлн долларов) и Великобританию (1,643 трлн долларов) вместе взятые и почти равен суммарному ВВП этой тройки плюс Франция (1,652 трлн долларов). Теперь учтём рост ВВП Китая в 2005 году ещё на 9,5%. Получим 9,563 трлн долларов. Что же получается? Если отнять из ВВП США приписную (или вменённую) ренту, то есть расчётную величину, применяемую в американской системе национальных счетов, равную условной арендной плате собственников жилья самим себе, а также сделать поправку на манипуляции с гедонистическими индексами цен, окажется, что китайская экономика больше американской (как, впрочем, и любой другой в мире). Но и этот результат, напомню, был получен лишь на основе весьма умеренных оценок паритетного курса юаня Всемирным банком. Между тем, по ряду других оценок, паритетный курс юаня занижен не в 4,5 раза, а в 6-8 раз. И это означает, что экономика Китая больше американской уже далеко не первый год, а так примерно уже годков с десять!!!» «Как всё, что делает Китай, нынешняя сенсация напоминает хорошо спланированную операцию. Данные опубликованы в тот момент, когда все аналитические службы – и частные, и государственные – находятся на рождественских каникулах. Таким образом, до общественного мнения (да и для лиц, принимающих решения) информация будет доходить так сказать «дозами» – такими, чтобы избежать слишком сильного шока публики, а также панических и истерических реакций политического истэблишмента Запада. Но час прозрения назначен, и результатом этого прозрения станет осознание абсолютно иной геополитической реальности – новой картины мира. Конец «Pax Americana», как и было сказано»[1]. Однако признавать новую реальность международные финансовые институты, контролируемые Соединёенными Штатами, очень не хотели, поэтому в угоду стремительно стареющему и теряющему былую мощь глобальному гегемону МВФ и Всемирный банк пошли на беспрецедентный и, без преувеличения, скандальный пересмотр своих баз данных, который коснулся только одной страны – Китая: в новых базах данных экономические показатели для Китая были уменьшены почти в два раза! Правда, скорость передвижения Китая в мировых табелях о рангах столь велика, что даже сильно отретушированная картина, получаемая на основе манипулятивно отредактированных данных международных сопоставлений МВФ – Всемирного банка, уже не позволяет замаскировать реальное положение дел. Согласно новым данным МВФ, Китай превзошел США по показателю ВВП с учетом ППС в апреле 2014 года. В соответствии с данными А. Маддисона, это произошло около 2010 года – то есть в промежутке между оценками, сделанными на основе «старой» и «новой» баз данных МВФ и Всемирного банка (так что данные сравнительной экономической статистики профессора Маддисона можно считать вполне умеренными).     Наша страна в мировой экономике: вниз по лестнице В послевоенный период и вплоть до начала 1980-х годов СССР стабильно удерживал долю в мировой экономике около 9,5%, при этом доля главного геополитического конкурента – США медленно, но неуклонно снижалась – с более чем 30% сразу после Второй мировой войны до примерно 20-21% в начале 1980-х (то есть разрыв сокращался в пользу СССР) (см. графики 1 и 2). Однако застойные явления в советской экономике в 1980-е годы одновременно с фактором ускоренного роста Китая и Японии (в Японии – вплоть до 1990 года; в 1991 году в этой стране начался кризис, после чего развитие практически остановилось и началась стагнация, длящаяся до сих пор) привели к тому, что к моменту развала СССР по своей доле в мировой экономике он опустился со 2-го на 4-е место (график 3). Отметим, что на момент окончания существования СССР как единого государства доля России (в составе СССР, то есть в нынешних границах, без учёта недавнего присоединения Крыма) в мировой экономике составляла более 4,2%, и по этому показателю РФ занимала 5-е место, уступая помимо первой «тройки» (США, Японии и Китаю) ещё и объединённой Германии, хотя и незначительно (у РФ – 4,2%, у Германии – 4,7%). Дальнейшие десять лет сложились для России трагично: страна в условиях мирного времени (1990-е) в результате «шоковой терапии» безграмотных (если не сказать вредительских) либеральных экспериментов, по недоразумению названных «реформами», испытала экономический обвал, сопоставимый с хозяйственными бедствиями Великой Отечественной войны. В результате в абсолютных показателях (в терминах ВВП по ППС в долларах 1990 года) российская экономика вернулась на уровень 1990 года лишь в 2006-2007 годах, то есть уже в «тучные нулевые годы», перед самым началом глобального финансового кризиса, при этом удельный вес России в мировой экономике снизился с 4,2% до 2,5%, и по этому показателю наша страна опустилась с 5-го на 8-е место (график 4). С учётом анемичного состояния экономики в 2012-2014 гг. (с затуханием темпов роста до практически полной его остановки), а также с учётом экономического спада в 2015 году более чем на 3%, по итогам 2015 года Россия опустилась на 10-е место с долей около 2,0%, пропустив вперёд себя Бразилию и Италию. Причём «снизу» (11-е и 12-е места) её подпирают быстроразвивающиеся экономики Индонезии и Южной Кореи, которые при сохранении нынешних тенденций имеют высокие шансы обойти Россию уже в ближайшие два-три года.     Сдвиги в соотношении экономических сил Для целей анализа расклада собственно мировых экономических сил мы сгруппировали некоторые страны и регионы следующим образом. До 1990 года мы рассматриваем в качестве самостоятельной, весьма высокоинтегрированной силы группу советского блока (СССР + страны СЭВ + Югославия + КНДР); также в качестве единой силы мы предлагаем рассматривать и Западную Европу (а не только страны ЕС). После 1990 года (и до 2030 года) в качестве самостоятельной силы мы выделяем всю Европу (Западную, Восточную и страны Прибалтики). Также в качестве самостоятельной единицы в раскладе мировых экономических сил мы выделили Северную Америку (США + Канада + Мексика) из-за высокой степени интеграции этих экономик и ведущего положения капитала США в них. В течение первых трёх послевоенных десятилетий расклад основных экономических сил на мировой арене сложился таким образом (см. графики 5 и 6). В основных чертах данный расклад характеризовался высокой степенью стабильности: наблюдалось незначительное снижение доли Северной Америки (с 30,5% в 1950 году до 25% в 1975-1980 гг.) в силу более быстрого (в том числе восстановительного послевоенного) роста в некоторых других регионах мира. В частности, существенно укрепила своё положение в мировой табели о рангах экономика Японии (с 3% до 7,6%). Доли «советского блока» (около 13,5%), Западной Европы (25-56%) и Китая (4,6-4,8%) практически не менялись. К 1990 году произошли более видимые изменения (график 7). Советский блок существенно снизил свою долю («эпоха застоя») – с 13,5% до 10,3%. Доля Японии достигла своего исторического максимума (8,6%). Китай начал проводить реформы (начало реформ Дэн Сяопина обычно датируется 1979 годом), которые привели к резкому экономическому ускорению, в результате доля Поднебесной выросла очень существенно – с 4,8% до 7,8%. Доля Северной Америки (около 25%) не изменилась: главная экономическая сила региона пережила серьёзный кризис во второй половине 1970-х, сменившийся весьма мощным подъёмом времён «рейганомики» в 1980-е. Доля Западной Европы снизилась с 25% до 22% – в отличие от США кризис 1970-х годов в этом регионе сменился не подъёмом, а весьма анемичным ростом. С началом нового тысячелетия и вплоть до периода активной фазы глобального финансового кризиса (2008-2009 гг.) расклад мировых геоэкономических потенциалов претерпел уже кардинальные изменения (график 8). Доля Европы снизилась ещё на 3 процентных пункта (до 19,3%), причём реальный масштаб падения удельного веса европейской экономики ещё более ярко выражен, если учесть, что состав региона в нашем сопоставлении количественно увеличился за счёт прибавления стран Восточной Европы и стран Прибалтики. Доля Северной Америки также снизилась на 3 процентных пункта (до 22%). Доля Японии снизилась в полтора раза – с 8,6% до 5,7%. Основной причиной снижения этих долей был уверенный ускоренный рост «новых» азиатских экономик, прежде всего Китая. Доля Китая в мировой экономике выросла радикально: к концу 2008 года она поднялась почти до 18% (!), вплотную приблизившись к США (исходя из данных А. Маддисона, заканчивающихся 2008 годом, и данных о темпах роста в последующие годы эти экономики сравнялись в районе 2009-2010 годов). Обращает на себя внимание и начало восхождения индийской экономики (с 4% в 1990 году до 6,7% в 2008 году; а по сравнению же с 1975 годом эта доля удвоилась). Среди главных факторов этого периода также был распад СССР, после чего экономика РФ погрузилась в тяжелый длительный кризис, лишь с 1999 года сменившийся относительно ускоренным ростом. Итогом этого стало то, что доля РФ, на момент распада СССР составлявшая 4,25% от мировой экономики, снизилась до 2,5%, и, таким образом, наша страна перестала играть сколь-нибудь существенную роль в глобальном раскладе экономических сил. По итогам 2015 года соотношение основных экономических сил в мире выглядит следующим образом (график 9). С учётом того, что за период с начала активной фазы глобального экономического кризиса в 2008-м и до конца 2015 года экономики Северной Америки, Европы и России (в последней – в том числе и из-за начавшейся в 2015 году открытой рецессии) в абсолютном измерении практически не изменились, это означает, что их доли в мировой экономике снизились, соответственно, до 18,5%, 15,5% и 2,0%. Доля Китая – самой крупной экономики мира – к окончанию 2015 года выросла до 23,8%, а доля Индии – до 7,3%.     Снова двухполюсный мир? Однако самые радикальные изменения произойдут, согласно нашему прогнозу, за следующие 15 лет. В предлагаемом прогнозе до 2030 года сделана попытка смоделировать расклад мировых экономических сил и определить место в нём России с учётом весьма оптимистических (с точки зрения нашей страны) предположений. В частности, среднегодовые темпы роста для российской экономики заложены на практически максимальном уровне (+5,5% в год). Предполагается также, что темпы роста китайской экономики должны замедлиться с 7,5% до 3,5% в конце периода, и, таким образом, среднегодовые темпы, заложенные в прогноз для этой страны, также составляют 5,5%. Аналогичные темпы роста (+5,5%) мы предполагаем и для Индии (потенциальные темпы для этой экономики выше, но, как показывает практика, они отличаются нестабильностью). Для остальных важных экономически сил заложены следующие прогнозные среднегодовые темпы роста на этот период: Европа (+1,5% в год), Северная Америка (+2,5%), Япония (+1,0%), вся мировая экономика (+3,25% в год). Тогда глобальный геоэкономический расклад будет выглядеть в 2030 году следующим образом (график 10). Как видим, к 2030 году расстановка экономических сил в мире примет качественно иной характер: в мире появится явно выраженный гегемон – Китай, доля которого в глобальной экономике превысит даже уровень, который имели США сразу после Второй мировой войны. С учётом этих обстоятельств становится понятным стратегический смысл стремления США к организации Трансатлантического партнерства с Европой. К 2030 году по объёму ВВП Китай превзойдет Северную Америку и Европу, вместе взятые. Даже если предположить, что затухание темпов роста в Китае пойдёт быстрее (и среднегодовые темпы за 2016-2030 гг. составят не 5,5%, а 5,0%), то и в этом случае доли в мировой экономике Китая и Трансатлантической зоны свободной торговли (Европа + США + Канада + Мексика) будут примерно равны. Таким образом, нынешняя стратегия США по созданию Трансатлантического партнёрства – это и есть, по сути, план образования двухполюсного мира, «мира на двоих», где одним из полюсов будет «объединённый Запад» (Северная Америка + Европа), а другим – Китай.     Третья сила Потеснить кого-то за геополитическим шахматным столом и стать полноценным игроком в предстоящей партии нашей стране уже никак не удастся. Тихо и незаметно отсидеться в сторонке – тоже. Стать, в зависимости от обстоятельств, пешкой, важной фигурой или главным трофеем в чужой шахматной партии – варианты для России совсем не подходящие. Во всех этих вариантах не просматривается не только намёка на восстановление собственной геоэкономической субъектности, но и на сохранение относительного суверенитета. Однако окончательный приговор истории ещё не вынесен. В этой на первый взгляд безысходной ситуации у России всё ещё сохраняется возможность организации асимметричной контригры, связанной с формированием некоей «третьей силы», пусть и не равной двум первым. Потенциал этой «третьей силы», с учётом прогнозных расчётов, может выглядеть таким образом (таблица 1). Первый вариант в качестве «третьей силы» (самостоятельного полюса, имеющего влияние на мировые процессы) несостоятелен: Россия со странами экс-СССР (без Прибалтики) в 2030 году будет иметь примерно такую же долю в мировой экономике, как Индия в 1990 году, и в два раза меньшую, чем у Японии в том же 1990 году. Эта доля даже меньше доли Российской Федерации на момент распада СССР. Второй вариант практически так же мало состоятелен, как и первый: интеграция постсоветского пространства с включением в это объединение Турции, Ирана и Сирии позволяет выйти только на долю примерно 6,5% в мировой экономике – это примерно столько же, сколько у Индии в 2008 году, и на треть меньше, чем у Японии в 1990 году. Правда, в такой конфигурации можно претендовать на относительную самодостаточность, то есть на формирование весьма автаркичного (относительно замкнутого в воспроизводственном отношении) «мира-экономики»: такое объединение будет в 2030 году располагать численностью населения 500-600 млн человек, что достаточно для организации оптимального по своим размерам рынка с учётом необходимого уровня концентрации промышленного производства (экономии на издержках с учётом масштабов производства). Правда, этот рынок (по общей численности потребителей) будет всё же существенно уступать объединённому рынку Европы и Северной Америки, не говоря о Китае. Только третий вариант – вариант интеграции вышеуказанных стран с Индией позволяет рассчитывать на формирование альтернативного глобального полюса силы, хотя даже он будет по объединённому экономическому потенциалу практически в два раза уступать Китаю. Четвёртый и пятый варианты не могут представлять собой интеграционные объединения – как в силу очень большого числа стран, так и в силу географической удалённости Латинской Америки. В то же время указанные страны и регионы могут в ряде вопросов, касающихся принципов будущего мироустройства, находить общий язык и выступать с единых согласованных позиций, тем самым позиционируя себя в качестве «третьей силы», способной изменить расклад сил в противостоянии первых двух полюсов силы. Однако следует иметь в виду, что геополитическая ориентация Латинской Америки или арабского мира и их согласованные позиции (действия) будут во много зависеть от того, состоится ли третий полюс (третий вариант), или мир будет иметь двухполюсную конфигурацию – в случае двухполюсного мира более вероятно отсутствие единства и лишь тактические и не очень устойчивые альянсы с одной из двух доминирующих сил в мире.     «Окно возможностей»: оптимизм, пессимизм и реализм Здесь следует сделать ряд важных оговорок. Задача, которая ставится в данном докладе, – оценить потенциал «окна возможностей» для России, в том числе с учётом собственных активных действий. Поэтому для нашей страны я вполне сознательно заложил темпы роста, по сути, максимально возможные исходя из предположения о позитивных сдвигах в экономической политике, которые только и смогут обеспечить указанные темпы роста (в «пассивном», инерционном варианте эти темпы окажутся гораздо ниже, поскольку нынешняя модель экономического развития в России себя полностью исчерпала). То есть в отношении России сделанная оценка имеет характер скорее даже нормативного (целевого), а не трендового (экстраполяционного) прогноза, а изложенный сценарий, несмотря на его жёсткость, следует рассматривать как построенный на основе «оптимистического реализма» (или «реалистического оптимизма»). Кроме того, следует иметь в виду, что темпы роста главного на данный момент мирового игрока – Китая, от которого радикальным образом будет зависеть расклад мировых сил, по оценкам ряда китайских экспертов, могут оказаться и существенно больше, чем в нашем прогнозе. Например, профессор Исследовательского института государственного развития при Пекинском университете Лу Фэн полагает, что Китай располагает потенциалом для сохранения «средневысокого темпа роста» ВВП (около 7%) в течение ещё 20 лет. Хотя китайский профессор говорит лишь о потенциале, который ещё надо суметь реализовать, мне данная оценка представляется всё же завышенной и скорее её следует рассматривать как благое пожелание. Тем не менее и игнорировать такие оценки не стоит. Таким образом, если усилия по перестройке российской хозяйственной модели окажутся недостаточными или неэффективными (что, должен признать, представляется весьма высоковероятным), а период сохранения экстенсивных факторов развития Китая и, соответственно, высоких темпов роста окажется более продолжительным (что теоретически возможно, хотя представляется мне менее вероятным), «окно возможностей» для России окажется ещё уже, чем в вышеприведённом анализе и прогнозе. Оценивая прочитанное, читатель также должен иметь в виду, что мы сознательно ограничили прогнозный горизонт 2030 годом, поскольку, чем длиннее период прогнозирования, тем менее надёжным становится применение экстраполяционного метода. Хотя применённый нами прогнозный подход основан не на чистой экстраполяции (мы закладываем сценарные гипотезы относительно изменения темпов роста), тем не менее указанная закономерность остаётся верной, так как на более длинных периодах прогнозирования возрастает вероятность нелинейных процессов, случайных событий, субъективных (политических) факторов, способных изменить логику не только экономических, но даже исторических процессов, поэтому и сами гипотезы относительно динамики темпов роста объективно становятся всё менее обоснованными и надёжными. В этой связи следует отметить ещё одно важное обстоятельство, которое позволяет сделать ряд принципиальных выводов на более отдалённую перспективу. Закладывая среднегодовые темпы роста ВВП Китая на период 2016-2030 гг. на уровне 5,5%, мы исходили из того, что в течение ближайших 15-20 лет у этой страны остаются ещё существенные резервы развития за счёт чисто экстенсивных факторов роста (например, за счёт миграции в города рабочей силы из сельской местности вплоть до достижения «нормального» – на уровне 70% – уровня урбанизации страны; такая миграция сопровождается значительным повышением производительности общественного труда в силу более эффективных – механизированных – видов деятельности, связанных с городским расселением). Однако наличие этих факторов постоянно сокращается, поэтому китайская экономика уже сталкивается (и данная тенденция будет продолжаться) со снижением темпов роста. Цифра 5,5% (среднегодовой темп роста на период 2016-2030 гг.), как уже было отмечено выше, получена как средняя между 7,5% (темпы роста ВВП Китая на уровне двух-трёх прошлых лет) и 3,5%, которые, как нам представляется, будут характерны для Китая уже около 2030 года. Это означает, что к 2030-2035 гг. темпы роста Китая не будут превышать среднемировые темпы экономического роста. Таким образом, доля Китая около 32-35% (третья часть мировой экономики), видимо, окажется максимумом, после чего она не будет больше увеличиваться – сначала стабилизируется на этом уровне, а затем, скорее всего, даже будет снижаться. В то же время некоторые страны и регионы (Индия, Южная Азия, некоторые страны Юго-Восточной Азии, возможно, Африка и пр.) после 2030 года будут сохранять немалые возможности для ускоренного развития за счёт наличия экстенсивных факторов и, соответственно, иметь темпы экономического роста существенно выше среднемировых. Это обстоятельство чрезвычайно важно для осознания потенциала «третьей силы» уже за пределами прогнозного горизонта 2030 года: этот потенциал будет возрастать. Иными словами, усилия по созданию третьего геоэкономического полюса, которые следует затратить в ближайшие 15 лет, впоследствии окупятся сторицей. Всё сказанное выше задаёт рамки того «окна возможностей», которое объективно существует для России, если она стремится сохранить роль самостоятельного субъекта, а не объекта геоэкономических отношений. Это окно, как вытекает из проведённого анализа, очевидно, отнюдь не столь широкое, как могут себе представлять некоторые «оптимисты», не очень осведомлённые в межстрановых экономических сопоставлениях, опирающиеся на ностальгические воспоминания о былой роли и возможностях СССР. Причём это окно возможностей действительно могло быть иным – даже с учётом распада СССР и советского блока. 25 лет российская экономика практически топчется на месте. Если бы вместо этого на вооружение в России была принята модель управляемого развития, аналогичная «азиатским» (японское, корейское, сингапурское, китайское «чудо»), и темпы роста весь 25-летний период «реформ» были бы ускоренными – на уровне 6-7% годовых, то есть примерно в два раза выше среднемировых, то доля России в мировой экономике по сравнению с 1990 годом могла бы увеличиться практически вдвое и составлять на данный момент 8-8,5% – такой удельный вес в глобальной экономике, несомненно, предполагал бы субъектность и совершенно другие возможности по организации третьего геоэкономического полюса. Однако история не знает сослагательного наклонения. И нужно понять, что такой уровень возможностей для России утрачен окончательно – и в силу этого необоснованный оптимизм совершенно не оправдан. Несмотря на это, не следует впадать и в другую крайность. Я не могу согласиться с утверждениями, что России уготован только подчинённый статус в международных экономических отношениях, что она может быть только частью какого-то другого полюса, региональной (или глобальной) системы более высокого уровня, не имея никаких шансов на собственную геоэкономическую субъектность. Шансы на это сохраняются, и в основном они будут связаны, как было сказано выше, с усилиями по созданию «третьей силы» совместно с другими амбициозными странами, которых также не устраивает статус сателлита или вассала при том или ином мировом гегемоне. Но шансы эти небезграничны, время объективно работает не на нас, и успех или неуспех будет прежде всего определяться активными действиями по реализации существующих возможностей. Приступать же к их реализации надо прямо сейчас, немедленно.     Сколачивание своей группировки В одной из своих статей я уже писал, что в условиях идущих в мире интеграционных процессов «геоэкономическое противостояние не исчезает, а всё явственнее переходит с межстранового уровня на уровень борьбы макрорегионов. Что в уличных драках, что в глобальных «разборках» бесполезно поодиночке пытаться противостоять сплочённой группе – надо сколачивать собственную. Направление и характер современной интеграции позволяют сделать вывод не столько об оптимизации экономических пропорций и процессов в глобальных масштабах, сколько об оптимизации форм международного экономического соперничества»[2]. В современном мире границы блоков определяются не столько военно-политическими соглашениями, сколько соглашениями о торговле, таможенной политикой и принципами валютного регулирования, принятыми в тех или иных странах. И в этом свете становится яснее значимость единого таможенного пространства и такого проекта, как ЕАЭС, для стран, которые он объединяет, при условии, конечно, что единые таможенные границы перерастут в границы финансовые, как это уже ранее произошло с ЕС. Речь идёт о том, чтобы объединить производительные силы в рамках единой системы тарифов и регулирования, что позволит создать более ёмкий рынок. Однако потенциал постсоветского пространства, в рамках которого пока реализуется проект евразийской интеграции, в первую очередь демографический, слишком мал для того, чтобы союз играл значимую роль в мире в своём нынешнем составе. Наше «окно возможностей» – альянс с «пограничными» в цивилизационном отношении странами. России следует собрать вокруг себя партнёров, которые объединились бы на принципах «неприсоединения», подобно тому, как в 1956-м на основе инициативы трёх стран – Индии, Египта и Югославии - зародилось существующее до сих пор «Движение неприсоединения» к военно-политическим блокам. Смысл такого объединения «неприсоединившихся» в ближайшем будущем будет заключаться в том, чтобы оказаться за пределами неизбежного противостояния Запада и Китая, предоставить миру третью точку опоры, сформировать гармонизирующую силу, не позволяющую ни одному из двух главных полюсов обрести абсолютное доминирование и обеспечивающую мировой системе баланс и устойчивость, о чём мы с моими коллегами по Фонду интеграционного развития Азиатско-Тихокеанского региона уже не раз писали[3]. Если ставить себе цель не быть раздавленными в среднесрочной исторической перспективе противостоянием Запада и Китая, между которыми наша страна, вероятно, окажется в скором будущем как между молотом и наковальней, у России нет альтернативы усилению сотрудничества с Индией и той частью исламского мира, которая стремится к независимому от США или Китая развитию. При опредёленных политических обстоятельствах в составе этой «третьей силы» могут оказаться даже такие страны как Япония, Южная Корея, Вьетнам и др.     Российско-индийский альянс как основа третьего полюса Но главным и очевидным партнером на этом пути является Индия. Индия – незаменимая сила, без которой невозможен баланс в любой конфигурации двухполярного мира. В прошлом раунде глобализации Индия успешно держала доброжелательный нейтралитет между Западным и Восточным блоками. В будущем мире противостояния китайского и атлантического полюсов ей предстоит та же роль. Индия – родоначальник «Движения неприсоединения», и идея участия в создании нейтрального международного экономического баланса ей, безусловно, будет близка. Индия – вторая по демографическому потенциалу держава в мире, её присоединение к любому общему рынку автоматически делает потенциальную ёмкость рынка сопоставимой с рынком ЕС, США или Китая. Индия – страна, прошедшая за полвека путь от отсталой британской колонии до космической и ракетно-ядерной державы, и, что немаловажно, значительную поддержку на этом пути Индии оказал СССР. Отношения нашей страны и Индии имеют выделенный, особый характер, по крайней мере со времен Индиры Ганди. Долгосрочные угрозы для России и Индии имеют однонаправленный характер, а долгосрочные интересы преимущественно совпадают, либо же взаимно дополняют друг друга. Трудно представить себе антагонизм интересов России и Индии на Ближнем Востоке или в Средней Азии – регионах, играющих ключевую роль в обеспечении евразийской стабильности. Так, бывший заместитель министра иностранных дел Индии и бывший посол Индии в России (до начала 2016 года) П.Ш. Рагхаван в редакционной статье в The Asian Age подчёркивает, что в основе российско-индийских отношений лежит взаимно признаваемая геополитическая логика. У наших двух стран есть общие проблемы и сходные задачи в единой сфере интересов в более широком соседнем окружении в Западной и Центральной Азии. Причём если на нынешние отношения «стратегического партнёрства» России с Китаем всегда будет отбрасывать тень их былая конфронтация, российско-индийские отношения такая тень никогда не омрачала[4]. Сфер, где Россия и Индия выступают экономическими конкурентами, не так много; пожалуй, единственная такая крупная отрасль – металлургия. В будущем, по мере развития Индии, мы можем получить в лице этой страны конкурента и в сфере торговли оружием, но это не вопрос краткосрочной исторической перспективы. В случае общей гармонизации двусторонних отношений на долгосрочной основе такие сферы могут быть предметом взаимного согласования и регулирования, а в ряде случаев – превратиться в сферы сотрудничества. Индия – особая цивилизация, и мыслит она себя не столько в терминах региональной державы и уж тем более не в терминах концепции nation-state (нации-государства), а именно в качестве цивилизации. У России тоже присутствует подобное самоопределение в качестве особой цивилизации. В России, как и в любой стране, в которой существуют национальные автономии и религиозное разнообразие, с той или иной степенью остроты стоят проблемы сепаратизма и религиозного экстремизма. Для Индии проблемы сопряжения множества культур, религий, языков и национальностей потенциально являются ещё более острыми, чем для России. А как подобные проблемы могут быть использованы Западом для разрушения неугодных стран, мы много раз уже видели. Культурно-цивилизационные особенности предрасполагают и Россию, и Индию к непосредственно глобальному, а не региональному мышлению, к активной позиции в деле формулирования и продвижения глобальных инициатив и альтернативного мирового устройства. При этом колониальное прошлое и история национально-освободительной борьбы предопределяют склонность Индии к определённым глобальным альянсам, а именно – направленным против всех форм неоколониализма и имеющим своей целью построение более справедливого мирового устройства. Но именно в силу тех же особенностей своего прошлого Индия пойдёт на участие в этих альянсах только в том случае, если в них она будет выступать в качестве равноправного партнёра, а не зависимого от другой силы участника. В этом отношении Россия и Индия – идеально дополняющие друг друга партнёры. И Россия без Индии, и Индия без России резко сокращают свои шансы на отстаивание собственных интересов в средне- и долгосрочной перспективе. Особый фактор риска для Индии – состоявшийся и крепнущий альянс Китая с Пакистаном. Он развивается на фоне фундаментальной слабости индийской дипломатии в деле выстраивания плодотворных отношений с исламским миром. Сегодня индо-пакистанский конфликт заморожен, в том числе благодаря тому, что Индия и Пакистан обзавелись ядерным оружием. Тем дороже обеим сторонам может обойтись разморозка этого конфликта в будущем. Учитывая степень влияния США на исламский мир и глобальные процессы в целом, а Китая – на Пакистан, потенциальная угроза разморозки конфликта может исходить как от Китая, так и от Запада. Индо-пакистанский конфликт – лишь наиболее яркое проявление стратегической проблемы, стоящей перед Индией. Если мы предполагаем столкновение Запада и Китая в будущем, то оно будет развиваться в обоих измерениях геополитики – на море, прежде всего в Азиатско-Тихоокеанском регионе, где уже сейчас обострились территориальные споры, и на суше, на территории, по которой будет проходить «Новый Шёлковый путь» – китайский проект континентальной глобализации. На суше росту торгового влияния Китая США противопоставят управляемый хаос радикального ислама. Эта стратегия представляет значительную угрозу России, но для Индии радикализация ядерного Пакистана представляет угрозу не просто значительную, но смертельную. С другой стороны, если Китай будет успешен в деле взятия под контроль Средней Азии и мирного продвижения своих интересов в исламском мире, что останется Индии в Евразии? Какие рынки и партнёры, с которыми она могла бы успешно сотрудничать и торговать? Нельзя не отметить растущую обеспокоенность Индии по поводу содержания инициативы создания Китаем «Нового Шёлкового пути». Например, индийский военный эксперт Анкита Датта в своей статье в Indian Defence News прямо указывает на то, что план Китая по созданию «Морского Шёлкового пути ХХI века» в рамках инициативы «Один пояс и один путь» является вызовом для морской безопасности Индии[5]. Стабильность в Евразии – в интересах всех трёх основных континентальных держав: и России, и Китая, и Индии. Однако Индия, обладая значительным потенциалом экономического роста, не обладает достаточным политическим влиянием. России есть что предложить от себя: объединить экономический потенциал Индии с дипломатическим влиянием России. Помимо политических существует немало и чисто экономических аспектов взаимных интересов. Правда, на сегодняшний день Россия привыкла связывать развитие своего международного экономического сотрудничества, прежде всего, с нефтегазовой сферой. Как раз именно в этой сфере у России и Индии практически нет точек соприкосновения. Однако у обеих стран есть потенциал взаимодействия, выходящий далеко за рамки торговли нефтью или газом. Углубление сотрудничества с Индией с учётом перспектив бурного роста её экономики открывает целый пласт возможностей для России в плане возрождения и развития своей технологической базы. Индия, страна с более дешёвой рабочей силой, была бы заинтересована в России как в рынке сбыта своей недорогой конечной продукции, мы же могли бы использовать спрос индийского бизнеса на технологии для развития своего научно-технологического комплекса. В отличие от Китая экономический рост на основе форсированного создания современной инфраструктуры в Индии только начинается. Если мы умело воспользуемся будущим индийским спросом на технологии, связанные с созданием инфраструктуры, мы получим рынок сбыта для своих технологий и заказы для своих компаний. Кроме того, для модернизации старой инфраструктуры и создания новой нужна энергия. В сфере ядерной энергетики России есть что предложить Индии, и спрос со стороны Индии будет только расти. Уже цитировавшийся выше П.Ш. Рагхаван отмечает: «Около 60% нашего вооружения – советского или российского производства. Россия – единственное иностранное государство, участвующее в развитии индийской атомной промышленности. Сейчас реализуется амбициозная программа по строительству 12 атомных энергоблоков, нацеленная на производство более 13 тысяч МВт энергии к 2025 году. Россия – крупнейший экспортёр необработанных алмазов в мире, а Индия – крупнейший производитель обработанной алмазной продукции. Существуют и другие совместные проекты в сфере передачи промышленных технологий, инвестиций в добывающий сектор России, образования, науки и технологий, туризма и других; их слишком много, чтобы детально останавливаться на всех» [6]. Обстоятельством, до некоторой степени осложняющим сближение наших двух стран, является традиционное англосаксонское тяготение, характерное для ряда индийских элит. Однако его можно обратить и на пользу нашему взаимодействию – индийские связи с англосаксонским миром могут выступать в качестве балансирующего фактора, столь нужного для «третьей силы», чтобы не скатиться в отрытую конфронтацию с одной из двух сил, которые будут доминировать в середине XXI века. Кстати, такую же балансирующую роль для Индии в какой-то мере могут играть «теплеющие» отношения России с Китаем. В нынешних условиях форматирование двусторонних стратегических отношений между нашей страной и Индией, в том числе установление теснейших экономических связей – вплоть до создания зоны свободной торговли (а в будущем, возможно, и экономического союза) должно стать важнейшим приоритетом российской внешней политики. Логичным шагом на этом пути является подключение Индии к процессу евразийской интеграции. Со стороны Индии интерес к такому сближению подтверждён на официальном уровне. Так, бывший посол Индии в РФ Пунди Шринивасан Рагхаван заявил, что всеобъемлющее экономическое соглашение о сотрудничестве Индии с ЕАЭС может быть обоюдовыгодным и, возможно, распространится далеко за пределы зоны свободной торговли. Он считает, что сближение Индии и ЕАЭС позволит совершить «квантовый скачок в экономическом сотрудничестве»[7].     Перспективы валютного союза С раскладом мировых сил тесно связан вопрос о структуре будущей мировой валютно-финансовой системы. Вопрос этот ключевой, с учётом главенствующей роли международных финансовых отношений в современной экономической парадигме. Напомню также, что совсем недавно президент Путин давал поручение правительству и Центробанку форсировать разработку предложений по созданию валютного союза в связи с необходимостью углубления процесса евразийской интеграции. (Правда, затем, из-за случившейся обвальной девальвации и последовавшей курсовой нестабильности рубля, данная тема была несколько «подморожена», однако в стратегическом отношении поставленная задача имеет принципиальный характер.) Нам представляется важным в рамках нашего анализа попытаться уточнить, на чём может быть основана актуальность данного поручения Путина и каковы могут быть перспективы валютного союза исходя из его возможных конфигураций с учётом меняющегося глобального расклада экономических сил, а также – в зависимости от конфигураций – каковы должны быть задействованные механизмы, направления активности, как должны быть выстроены приоритеты. Итак, в первом из перечисленных выше вариантов евразийской интеграции – Россия + экс-СССР (без Прибалтики) – рубль может функционировать в качестве валюты весьма скромного в мировых масштабах регионального интеграционного объединения. Причем смысл создания специальной коллективной валюты в этом случае совершенно не очевиден: в силу доминирования экономики России в этом объединении с функцией коллективной валюты рубль справится лучше любой искусственно созданной наднациональной валюты (во всяком случае, издержки создания особой валюты в этом случае явно неоправданны). Валюта интеграционного объединения в рамках такой конфигурация сможет претендовать преимущественно на статус ведущей валюты межстрановых торговых и платежных расчётов внутри объединения, резервные же функции её (особенно за пределами объединения) будут крайне ограничены. Во втором варианте – РФ + экс-СССР + Иран + Сирия + Турция – рубль (или специально созданная коллективная валюта) может иметь значение региональной валюты и одной из мировых валют второго эшелона (подобно роли йены или фунта стерлингов в современной валютной системе). Только в третьем варианте – РФ + экс-СССР + Иран + Сирия + Турция + Индия – рубль (или даже скорее специальная коллективная валюта) может претендовать на одну из ведущих мировых ролей, войдя в четвёрку-пятёрку основных валют (наряду с долларом, юанем, евро), имея все шансы превзойти по своей роли йену. В этом варианте валютного союза его валюта имеет также все шансы обрести статус одной из мировых резервных валют. Таким образом, если исходить из провозглашенного президентом Путиным курса на построение валютного союза, нужно иметь в виду, что архитектура такого союза, цели, методы и инструменты его строительства будут зависеть от вариантов конфигурации будущих интеграционных процессов с участием России. Идея создания полноценной валюты мирового значения может быть реализована лишь при достижении практически максимально возможных рамок интеграционных процессов в Евразии – если принять во внимание (в качестве ограничения рамок такого интеграционного процесса) как самостоятельные амбиции Китая, так и твёрдое желание США воспрепятствовать сближению Европы с Россией. Учитывая стремительность происходящих геоэкономических процессов, Россия уже сейчас должна многократно нарастить свои дипломатические усилия на «восточном направлении» и соответствующим образом переориентировать свои внешнеэкономические приоритеты, имея в виду указанную выше третью конфигурацию.     Вертикальное измерение Евразийского проекта Таким образом, защитить свой суверенитет и вновь обрести активную роль в мировых делах Россия может только на путях создания союза или достаточно широкой и сплочённой коалиции стран, стремящихся сохранить свою самостоятельность в обостряющемся противостоянии Китая и объединённого Запада. Задача в том, чтобы сформировать силу, достаточно весомую как для защиты собственных интересов, так и для того, чтобы воспрепятствовать любому из двух основных полюсов занять абсолютно доминирующую позицию в мире. В свете этого принятое несколько лет назад президентами России, Казахстана и Белоруссии решение, касающееся общего вектора на евразийскую интеграцию, без всяких сомнений, является стратегически верным. Однако, как представляется, оно больше основано на некоем интуитивном ощущении его полезности, а не на бескомпромиссном осознании императивного характера требований времени. Отсюда, на наш взгляд, проистекает отсутствие понимания необходимой конфигурации будущего интеграционного объединения. И отсюда же ограниченность политических усилий чисто техническими процедурами и очевидный дисбаланс в пользу сугубо практицистских (с виду) подходов к интеграционным процессам в ущерб разработке базовых принципов более высокого порядка, только и способных выполнить задачу сплочения наций в рамках широкой коалиции и быть полноценной основой, цементирующей будущий союз. Процесс евразийской экономической интеграции нужно резко интенсифицировать, придать ему статус абсолютного политического приоритета. Это предполагает скоординированные усилия и комплексные действия в области экономики, торговли, финансов, права, политики, дипломатии, идеологии. Трезвая оценка перспектив требует резкого расширения рамок интеграционных процессов и создания такой конфигурации Евразийского союза, которая максимально комфортно и надёжно позволит России реализовать сохраняющийся у неё потенциал геоэкономической субъектности в рамках гармонизации интересов с возможными союзниками и их совместного продвижения и отстаивания. Следует отметить, что новые инициативы российского президента дают основание для надежд на переформатирование Евразийского интеграционного проекта с учётом необходимости вывода его за пределы постсоветского пространства и создания на его основе полноценного геоэкономического полюса. Выступая на пленарном заседании Петербургского международного экономического форума в этом году, Владимир Путин заявил: «Видим большие перспективы во взаимодействии Евразийского экономического союза с другими странами и интеграционными объединениями. Кстати, желание создать зону свободной торговли с Евразийским экономическим союзом выразили уже более 40 государств и международных организаций. Мы с нашими партнёрами считаем, что Евразийский экономический союз может стать одним из центров формирования более широкого интеграционного контура»[8]. Однако на сегодняшний день пока отсутствует видение комплексной модели интеграции – в существующем интеграционном проекте превалирует прагматическая экономическая идея. На фоне относительной разработанности экономической составляющей интеграционной инициативы зияющей лакуной остаётся её идеологическая компонента, в частности, не артикулированы социальная модель интеграции, ценностные установки, историко-культурная основа и пр. Сегодня Евразийский союз не предлагает идеологии, которая была бы привлекательна как мировоззренческая и ценностная модель. Однако проекту нужна сверхзадача, измерение «вверх», вдохновляющие идеи, способные создать новую идентичность. Если объединительные идеи не получат отклика в виде резонанса с ценностями, идеалами и чаяниями в душах людей и народов на евразийском пространстве, существует большой риск, что проект, основанный на голом прагматизме, потерпит фиаско. В целях успешного создания действительно прочного образования, обладающего привлекательностью и способного к расширению, на повестку дня следует срочно поставить вопрос о разработке проблемы евразийской идентичности. Необходимо, чтобы люди на евразийском пространстве ощущали свою принадлежность к чему-то общему, необходим единый мировоззренческий базис и единый общественный идеал, благодаря которым все они, несмотря на разные национальности и вероисповедание, стали бы общностью. Нужно сформулировать собственные идеологемы и устойчивые позитивные образы, соответствующие менталитету народов региона: «евразийскую мечту» (по аналогии с «американской мечтой»), «евразийские ценности» (в противовес нынешним «европейским ценностям» или «общечеловеческим ценностям» западного розлива), собственную идеальную модель общественных отношений и общественного устройства, основанную на правде и справедливости. От идеальной мировоззренческой стороны интеграционного проекта (измерения «вверх») во многом зависят и возможности его развития «вширь», в том числе перспектива включения в этот проект государств из-за пределов постсоветского пространства (Индия, Иран, Турция, Вьетнам и др.). Интеграционный проект может и должен позиционироваться не только как взаимовыгодная торгово-экономическая инициатива, но и как цивилизационная альтернатива, нацеленная на истинный прогресс человечества. Чисто «прагматичный» подход имеет тупиковый характер. История свидетельствует, что самую высокую практическую ценность и надежность демонстрируют как раз идеальные ценности, и только с опорой на них можно выстроить по-настоящему прагматический проект, рассчитанный на долгую жизнь.     [1] Андрей Кобяков. «Китай изменил конфигурацию геоэкономики», интернет-сайт «Мировой кризис – хроника и комментарии», 29.12.2005, http://worldcrisis.ru/crisis/178908 [2] Андрей Кобяков. «Стратегическая необходимость», журнал «Однако», № 169, август-сентябрь 2013 г. [3] См. в настоящем номере статью А. Отырбы «О месте России в формирующемся мироустройстве». См. также: Анатолий Отырба, Андрей Кобяков, Дмитрий Голубовский. «Формула третьей силы: хинди руси бхай-бхай», «Экономические стратегии», № 5, 2016; Анатолий Отырба. «Мир на трёх ногах», журнал «Однако», № 176, октябрь-ноябь 2014 г.; Дмитрий Голубовский. «Геостратегический джокер», журнал «Однако», № 174, июнь-июль 2014. [4] P.S. Raghavan, India at a Strategic Crossroads, The Asian Age, May 29, 2016, http://www.asianage.com/editorial/india-strategic-crossroads-656; русский перевод - http://inosmi.ru/politic/20160601/236731334.html [5] Анкита Дата. "Индия не знает, как противостоять «большой стратегии» Китая", 16.05.2016, http://inosmi.ru/politic/20160516/236537200.html [6] P.S. Raghavan, India at a Strategic Crossroads, The Asian Age, May 29, 2016, http://www.asianage.com/editorial/india-strategic-crossroads-656; русский перевод - http://inosmi.ru/politic/20160601/236731334.html [7] Сближение с ЕАЭС позволит Индии совершить квантовый скачок в экономическом сотрудничестве. Интервью с чрезвычайным и полномочным послом Республики Индия в Российской Федерации Пунди Шринивасан Рагхаваном, «Экономические стратегии», № 7, 2015. [8] Стенограмма выступления Владимира Путина на ПМЭФ-2016, https://rg.ru/2016/06/17/reg-szfo/stenogramma-vystupleniia-vladimira-putina-na-pmef-2016.html     Дополнительно:

20 сентября 2016, 12:00

Культурная мощь Русского мира

«Круглый стол» Изборского клуба Сергей ЧЕРНЯХОВСКИЙ, профессор, доктор политических наук.На мой взгляд, ментальность, родившая отечественную культуру как уникальное явление, сформирована тремя основными алгоритмами: это эгалитаризм, мессианство и радикализм. Причём радикализм выражается как в последовательности радикальных действий и целей, так и в нетерпимости к любым проявлениям зла.При работе над концепцией государственной культурной политики нам удалось несколько сдвинуть официальные основы в более правильном направлении. И мы там определяли понятие культурного суверенитета, которое, кстати, вошло в подписанную 31 декабря прошлого года президентом новую редакцию концепции "Стратегии национальной безопасности", где целый раздел посвящён культуре. Там говорится о защите культурного суверенитета от угроз со стороны внешней информационной агрессии и энтропии массового потребительского общества. Понятие "культурный суверенитет" подразумевает право каждого народа и страны руководствоваться образцами, ценностями и нормами поведения, выработанными в ходе их истории. У страны и народа есть право противодействовать распространению информационной продукции, угрожающей историко-культурной самоидентификации и разрушению значимых для народа образцов поведения, ценностей, этических, эстетических и бытовых норм.Основная уникальность и значимость русской культуры заключается в том, что это открытая интегративная система: всё время насыщая себя и принимая иные культурные образцы, русская культура преобразовывала их, предоставляя более высокие достижения. Когда дан старт европейского театра и привычного русского театра? В XVIII веке начинает развиваться почти с нулевой отметки, но через сто лет — это лучший театр в мире! Когда появились первые романы в Западной Европе? Это XIV-XVII века. В России принято считать первым романом "Евгений Онегин", но к концу XIX века у нас — лучшие романы в мире, как и балет, и живопись. В мире почти не сохранилось школы классической живописи, и изучать её едут сюда. На фоне неспособности Европы сопротивляться массовой культуре потребления наша страна сумела вместить в себя лучшие чужие образцы как мировую сокровищницу и одновременно капитал, способный к воспроизводству. Русская культура могла брать чужие сюжеты, чужие образы и создавать из них то, что отличало её в системе национальных ценностей и художественных приоритетов, и что было, по сути дела, принято другими народами — то есть она дарила это другим народам. Наша отечественная культура — это последнее, что осталось от культуры классики и модерна Западного мираМы шли в гору, и это было одно направление, одно знамя — сейчас мы покатились с горы. И в этом отношении лидером будет не тот, кто побежит быстрее всех с горы вниз, а тот, кто сможет поднять знамя сопротивления этому откату, сможет сохранить. В этом отношении прогрессом становится консерватизм.Виталий АВЕРЬЯНОВ, заместитель председателя Изборского клуба, доктор философских наук.Когда вы говорите про возможность обращения широкой аудитории к высшим культурным образцам, сразу возникает вопрос: как можно обеспечить донесение высоких культурных образцов и их усвоение на массовом уровне. Я склонен думать, что всё качественное, всё глубокое воспитывается в человеке только под большим давлением. Оно не будет усваиваться само по себе.Есть определённое недоумение, связанное с тем, что расслоение культуры зашло уже очень далеко. Что я имею в виду? В России с некоторым запозданием — и в этом наше историческое преимущество — наблюдается расслоение культуры, которое можно описать по трём линиям. Во-первых, это расслоение между культурными кодами поколений. Ещё есть вещи, объединяющие разные поколения, но языки культурного потребления уже в значительной степени разные. Во-вторых, это расслоение между классикой, фольклором, церковной, бытовой, экспериментальной ветвями культуры и т.д. Идёт разделение на мелкие субкультуры, возникает изоляционизм этих "мирков". Третий момент — это расслоение между так называемой элитарной, эксклюзивной культурой и тем, что называется многотиражной, массовой культурой. Формируются касты культурного потребления. Но элитарность сегодняшняя — ложная, потому что язык этой культуры не обеспечивает глубину понимания реальности — это, скорее, определённое зазеркалье символических решений и художественного языка.Сегодня упаднические образцы массовой культуры вытесняют высокие. Потому что сам процесс культурного выбора уже в значительной степени спонтанный. Но что в этой ситуации в принципе можно сделать? На мой взгляд, едва ли не единственный ответ: для остановки регресса и утверждения высоких культурных образцов необходим общественный класс — носитель высокой культуры. На сегодня такой класс в России есть — эта наша "постсоветская" интеллигенция, хотя на первый взгляд она разделяется на внутренние партии. Но как показывает опыт общения Изборского клуба в регионах, с местными интеллектуалами, в большинстве своём наша интеллигенция настроена на то, чтобы воспроизводить и транслировать культурную "контрреформацию". Проблема в том, что данный класс у нас никак в этом отношении не объединён.Что необходимо сделать, чтобы вдохновить и сплотить этот класс? Этого можно достичь через преодоление текущего распада культуры и идею нового Большого стиля. Большой стиль может быть реализован не на теоретическом уровне, а только на уровне конкретных символов, художественных и культурных решений — это конкретные фильмы, полотна, акции, выдающиеся произведения. Естественно, оружием нового класса высокой культуры будет и старая культура, и старые образцы, которые мы при всём нашем желании не сможем превзойти, и не надо их превосходить, они всегда стоят выше нас. Мы стоим на плечах великанов. Но мы тогда уже, в новом культурном контексте, сможем органично включать в него и высшие образцы прошлого.В значительной степени тема Русского мира в последние десять лет, когда она активно муссируется, построена на идее экспансии русского языка, проведения мероприятий лингвистов, филологов, тотальный диктант, ставка на русскоязычную диаспору и так далее. Первоначально концепция Русского мира родилась в конце 80-х — в 90-х годах у тех авторов, которые действовали на волне распада, разрушения всей национальной системы нашей жизни и предложили удовольствоваться определённым паллиативом, смириться с тем, что нет больше мощной русской цивилизации, но зато — странный обмен! — есть большая русскоязычная диаспора за рубежами территориально сжавшейся страны.Давайте сравним ситуацию, которая была в конце 80-х годов, с нынешней. Мы увидим, что русский язык при всей его огромной лингвистической мощи, при всём том, что он всё такой же великий и могучий, безусловно, утратил за эти 25 лет огромное пространство культурной и смысловой гегемонии. Почему он потерял его? Потому что в конце 80-х годов на русском языке можно было соприкоснуться практически со всей полнотой мирового культурно-научного тезауруса. Все последние изобретения, исследования — всё на русском языке можно было увидеть и почерпнуть. В этом смысле русский язык был передовым и адекватным инструментом овладения миром. Сегодня только английский претендует на такие возможности, и в какой-то второстепенной роли немецкий, французский подтягиваются к английскому. Русский язык очень сильно отстаёт — вместе с русскоязычной наукой, образованием, культурой в целом… Уже по этой одной причине русский язык не может считаться сегодня ключевым инструментом продвижения, в том числе и русской культуры. Ему нужно вместе с наукой, вместе с образованием, вместе с культурой и другими нашими сферами жизни возвращать этот потенциал, расти, подрастать до утраченного уровня, для того чтобы стать действительно конкурентным и чувствовать себя сильным.Владимир ЕЛИСТРАТОВ, доктор культурологии, профессор МГУ.Относительно Русского мира я и соглашусь, и не соглашусь. Действительно, паллиатив полный, и я как раз в конце 80-х впервые столкнулся с понятием Русского мира. Это была какая-то абсолютная абстракция, и было непонятно, что с ней делать. Я в течение уже почти десяти лет везде езжу с фондом "Русский мир" и вижу всё это изнутри. Пусть будет этот фонд "Русский мир", он делает немало полезного. При этом большие средства тратятся на представительские дела, на фуршеты. Когда мы приезжаем, например, куда-нибудь в Абхазию, приходят учителя, которые сходят с гор буквально, и у них учебники 60-х годов. Они говорят: "Дайте нам хотя бы учебники". А мы не можем их дать, мы обязаны их продавать.Безусловно, перед нами стоит вызов массовой культуры, которая страшна тем, что она разъединяет людей, создаёт всеобъемлющий супермаркет, и поэтому люди просто перестают общаться друг с другом. Фактически дело не в том, что все смотрят голливудские фильмы, а в том, что все расселись по полочкам, и уже нет такой консолидации, какая была в советское время. В этом смысле современные люди стали слабее.Русский язык — флективно-синтетический. Это тот язык, на котором лучше передавать аксиологические вещи, лучше передавать ценности. Другие языки, аналитические, более прагматичные, они больше левополушарные, наш же больше правополушарный. В этом смысле в порядке дискуссии определённый лингвоцентризм для продвижения ценностей и идей Русского мира необходим. И свой родной язык, так сказать, правополушарный, я всячески хочу возвысить.Что надо сделать в первую очередь? Нужно ввести один предмет — русский язык и литературу, или по крайней мере при двух предметах вернуться к форме сочинения как основного экзамена. Я убеждён, что это фундаментальный момент. Сегодня курс "Русская и всемирная литература" может занимать 8 часов на факультете иностранных языков в международном университете. За восемь часов я должен от Гомера до Бодлера всё рассказать!И для всех поступающих во все вузы на все факультеты этот экзамен должен быть обязательным. Все говорят — зачем физику Наташа Ростова? А вот пусть будет, и всё! И я с вами согласен, что здесь определённый элемент насилия есть. Все традиционалистские культуры — это культуры, которые не боятся насилия в хорошем смысле. Ведь толерантность доходит до того, что я не имею права, к примеру, американских студентов заставлять учить наизусть два четверостишия, потому что это, дескать, нарушение прав человека.По-моему, надо всячески лоббировать детские каналы и детскую литературу. У меня младший сын "Карусель" смотрит. В прайм-тайм по "Карусели" идут исключительно американские, английские, какие угодно мультфильмы. Какой язык-то там? Вот есть огромное число русских междометий — "Господи ты, Боже мой!", "ой", "аиньки" и так далее. Сейчас все междометья фактически заменяются одним — это междометье "О, нет!" Это какая-то чёрная дыра, а на деле это калька с английского "Oh, no!". У меня есть один акушер знакомый, у него уже рожающие девицы кричат во время родов: "О, нет!".Владимир БОРТКО, кинорежиссёр, депутат Госдумы.Меня в нашем разговоре интересуют прежде всего две вещи: что есть Русский мир и что такое сама культура. Ибо, насколько я знаю, культура — понятие изначально чисто агрономическое, то есть это возделывание растений, сельскохозяйственная деятельность. А что имеется в виду под культурой сейчас, и зачем она вообще? Культура есть, мне кажется, какой-то код, скрепляющий даже не жителей страны — скрепляющий племя. И поэтому меня очень беспокоит в последнее время существование русского народа не где-то там, а в самой России. Я спрашиваю себя: где я чаще всего вижу русские лица? И обнаруживаю их в охране. Это не шутка. Они ещё существуют и в армии, слава Богу. Здесь, очевидно, сказывается национальный менталитет.Что есть Русский мир? Русский мир — это пределы того сужающегося пространства, где ещё сохраняется русский народ. Тут было сказано, что культура наша чуть ли не является доминирующей в мире. Но это далеко не так! Если нас где-то похвалили за экранизацию западной классики — это подачка с царского плеча, и только. Мы же на задворках мировой истории сейчас находимся. И сегодня здесь было правильно сказано, что ареал Русского мира сузился очень сильно, в том числе и влияние нашего языка сузилось…Я бы сказал несколько слов по той тематике, в которой я специалист. Почему американское кино лучшее в мире? Оно, во-первых, профессиональное, чего в России нет. Во-вторых, оно дорогое, а это означает простую вещь: кино, да будет вам известно, посещают люди в возрасте от 12 до 36 лет. Дальше люди смотрят телевизор. Это совершенно два разных пласта, которые никак не связаны друг с другом — кинозритель и телевизионный зритель. Кинозритель вместе с современным дорогим кино вкушает плоды новейших достижений науки и техники. В кинотеатре скоро будет трястись пол и потолок, будет полное впечатление, что вы находитесь внутри этого фильма. Можем мы пытаться такое делать? Нет, не можем. По одной простой причине: один такой кинофильм стоит дороже, чем вся наша кинематография.Итак, на кино воспитывается молодое поколение. И дело не в том, что американский фильм плохой. Нет, он хороший, он всегда несёт только положительный заряд. Но — с американским флагом в конце, это обязательно, это стопроцентно. Когда говорят, что молодёжь ушла с телевидения в интернет — это не так. Какая-то часть и хотела бы уйти, но всё равно смотрит телевизор. А в телевизоре сегодняшнем абсолютно нет ничего общего с русской культурой.У нас есть несколько вещей, скрепляющих этот несчастный, уничтожающий себя Русский мир. Во-первых, это, конечно, язык. Во-вторых, как ни странно мне, коммунисту, говорить об этом, — Церковь. Это последняя скрепа, которая скрепляет народ. Почему? А что ещё у нас есть? Да ничего! В былые времена царь-батюшка был скрепляющим началом. Потому, когда начали выделяться национальные элиты, тогда и пришёл конец империи. И произошла при советской власти удивительная вещь — очень мощное скрепление страны на одной идее: нет ни эллина, ни иудея, и провозглашено строительство Нового Человека. Плохо это или хорошо, но это работало. И война доказала, что эта система работала: мы выдержали войну! Ибо Адольф Алоизович думал, что мы расколемся, разбежимся, но этого не произошло.А что сегодня скрепляет страну кроме языка и веры? Три вещи. Первая — Владимир Владимирович Путин, плох он или хорош, относиться к нему так или эдак, но он скрепляет страну. Второе — СОБР, ОМОН, а теперь вот Национальная гвардия. И третья — телевизор! Уберите любую из этих скреп, и от страны не останется ничего. А хотелось бы, чтобы осталось.Значит, нужна какая-то другая идея, объединяющая всех нас. И это никак не идея демократии, что я могу доказать наглядно. Допустим, я — татарин и хочу избираться, а у нас полная демократия, я прихожу к татарам и говорю: "Татары, угнетаемые пятьсот лет русским империализмом! Голосуйте за меня! Вот, текут наши сердца по Волге к нашим братьям!". Я выиграю выборы запросто. Что делают здесь, в Москве? Либералы, не либералы, не важно — сразу ОМОН вызывают! И правильно делают! И так происходит суверенная демократия. Наша страна устроена совершенно иначе, чем, например, Франция, Англия. У нас есть национальные территории, которые даже имеют гимн, имеют флаг, имеют президента, свою столицу.И по поводу скрепы телевидения. Как я уже сказал, телевидение такое же имеет отношение к Русскому миру, к России вообще, как я к китайскому императору… И непонятно, что с этим делать, потому что телевидение ничем и никем не управляется. А ведь оно при этом существует для того, чтобы скреплять страну… В отличие от него, кинематограф ещё как-то управляется министерством культуры.Самое главное, что я хотел сказать: фронт борьбы за Русский мир, за русскую культуру проходит не там, а здесь — в Москве! Вот здесь начинается Русский мир, вот здесь надо что-то делать и бить во все колокола! Потому что конец Русскому миру придёт не откуда-то оттуда, а отсюда.Римма СОКОЛОВА, доктор философских наук, ведущий научный сотрудник Института философии РАН.Давно назрела необходимость перейти от тревожных описаний проблем России к поиску глубинных потенций и возможностей её развития. И в этом отношении выдвижение культуры в центр общественного внимания, конечно, является очень актуальным и своевременным. В литературе существует около 300 определений культуры. Возникает вопрос, а в чём же различие культур? Казалось бы, все народы, все традиции занимаются преобразованием природы, и, тем не менее, такие разительные отличия. Убедительный ответ на этот вопрос дал Данилевский. Он показал, что определяющим фактором бытия любой культуры является память о предбытии культуры. То есть в любой цивилизации есть очень длительный подготовительный период, который может длиться тысячелетиями. Именно в этот период и закладывается тот тип людей со своим образом мышления, со своей волей, со своими особенностями — и в каждой стране он формируется по-разному.Данилевский говорил, что для западной культуры характерна насильственность, а для российской — терпимость. И сегодня в России также есть исследования, которые в качестве методики берут принцип цивилизационной антропологии. Известный филолог Татьяна Миронова в своей книге пишет о том, что язык-то у нас у всех разный, воспринимаются одни и те же понятия по-разному. Возьмём, к примеру, слово "война". В других языках это означает "хватать", "грабить", а у нас война в своём корне — это "вина". Когда уж русские поймут, кто виноват, тогда уж держитесь. То же самое относится и к понятию "раба", и к понятию "совести".Между тем в России сложилось представление, что мы — часть западной цивилизации. Это господствующее представление привело к заимствованию западных идей, ценностей, концепций, и в результате возникли даже настроения катастрофизма. В связи с этим возникает ассоциация с первородным грехом, если учитывать, что в Новом Завете грех переводится как "промахнуться", "не попасть" в свою цель, в своё предназначение. Вот таким первородным грехом и явилось утверждение о том, что Россия — часть западной цивилизации. Однако ещё в 1993 году было проведено научное исследование в 60 странах планеты. Это исследование основывалось на эмпирических данных с использованием специальной методики по так называемому проекту "GLOBE". В результате этих исследований выяснилось, что российская культура в высшей степени своеобразна и далека от западноевропейской и от североамериканской, англосаксонской культуры.Алексей БЕЛЯЕВ-ГИНТОВТ, художник.В моём представлении подразумеваемый "большой стиль" включает в первом приближении такую весьма очевидную вещь, как традиция. Традиция с большой буквы — православие и ислам в каких-то ситуациях, а в то же время и социализм не догматический, не марксистский, а народнический, идущий от общины. А отсюда и континентализм, евразийство, по отношению к которому на другом полюсе оказываются ценности англосаксонского мира с его индивидуализмом, позитивизмом, либерализмом и компьютером как производной этого мироощущения.Последние два года мы наблюдаем нечто невиданное, когда централизованное зрелище встречается с идеальными представлениями малых групп. Большой стиль присутствует, но он пока не явлен. Но встреченные мною в Донбассе вооружённые идеалисты говорят о том, что рано или поздно он должен состояться. И сам факт их существования убеждает меня в такой возможности. Я готов представить, что в самое ближайшее время мир изменится, и изменится до неузнаваемости. Это будут резкие лавинообразные перемены. На этом месте, на месте той жизни, которой мы сейчас здесь живём, должно быть что-то иное, а его всё нет и нет.Олег КАССИН, лидер движения "Народный собор".Задача культуры — это вести общество, человека по нравственному, духовному пути. Мы проанализировали Конституцию и пришли к выводу, что у нас, в отсутствие закреплённых Конституцией идеологий, де-факто господствует идеология рынка. Нас ведут обратно к обезьяне — к безнравственности, к аморальщине. Естественно, всё это отразилось на состоянии культуры и, в том числе, на деградации части культурной элиты. Мы с этим столкнулись, когда с большим трудом нам удалось добиться запрета нецензурной брани на телевидении, в кино. Мы написали заявление в Генпрокуратуру. Итог: по 147 фильмам, содержащим нецензурную брань, были отозваны прокатные удостоверения. Такой прецедент мы создали. И тут что произошло? Часть деятелей культуры во главе с Михалковым заявили о том, что нет, надо оставить право давать на всю страну этот мат — и на телевидении, и на радио.У нас рынок, к сожалению, определяет всё до сих пор. И мы видим итог этого навязывания современного искусства, современной постановки "Тангейзера", против которой мы выступали, "Винзавод" и все эти поганые выставки Марата Гельмана, на которые были потрачены миллионы долларов бюджетных денег. И нам говорят, что "вы ничего не понимаете, вы маргиналы, а это новые тренды такие". И ответить мы ничего не можем, потому что у общественности нет в команде мощного экспертного пула, который бы чётко дал аргументированный ответ.И буквально год назад наконец-то общество получило очень серьёзный рычаг воздействия. Я говорю о принятых Основах государственной культурной политики. Там есть приоритет и русской культуры, и традиционных духовно-нравственных ценностей. И когда мы приходили к чиновникам, которые поощряли разные похабные выставки, спектакли и прочее, и трясли перед носом этим документом, им ответить было просто нечего. И нам удавалось пресекать очень много подобных безобразий.Я предлагаю и призываю объединить усилия общества и деятелей культуры, экспертов, чтобы отстоять этот рычаг общественного воздействия, который у нас реально сейчас есть, добившись того, чтобы был сформирован общественный совет с нашим участием, который был бы наделён полномочиями отслеживать соответствие культурных явлений основам госполитики в области культуры, концепции и стратегии такой политики. У нас есть общественные организации, есть большое количество деятелей культуры, но не хватает экспертов, кандидатов, докторов наук, которых можно было бы использовать в качестве подкрепления здоровой позиции. Чтобы не происходило такого, как было во время пермского проекта Гельмана, когда для всех нас было очевидно, что инсталляция в виде буквы "П" из брёвен, на которую 20 миллионов рублей потратили, — это фактически хищение средств. Однако нам отвечали: "Нет, это гениальный шедевр, вы — никто, у вас нет степеней, вы ничего не понимаете в современном искусстве, мы так видим". И так они освоили несколько миллиардов рублей, потом, уйдя из этого региона, перебросили следующие проекты в другие регионы.Данная публикация осуществляется в рамках проекта Изборского клуба "Русский мир", в котором используются средства государственной поддержки, выделенные в качестве гранта в соответствии c распоряжением президента Российской Федерации №79-рп от 01.04.2015 и на основании конкурса, проведённого Общероссийской общественной организацией "Союз пенсионеров России".Источник

21 июля 2016, 20:59

Цепная реакция: началась эпоха глобальных трансформаций

Россия снова вернулась "на линию атаки", снова провозглашена "империей зла", снова подвергается ударам со стороны "коллективного Запада" во главе с США. Однако кризис такого масштаба не может быть полностью "экспортирован" из стран "первого мира", "золотого миллиарда" в остальное человечество. Мы видели, как попытки такого "экспорта" бумерангом возвращаются в государства "коллективного Запада", переживающие — за показательным исключением Японии — "миграционный кризис", удары террористов, а также — без всяких исключений — невиданную экономическую рецессию и долговой шок. Можно ли нам надеяться на то, что элиты "коллективного Запада" — в каком-то обозримом будущем — поймут, что они натворили, в какой тупик завели человечество и самих себя, перейдут от политики агрессии и конфронтации к политике сотрудничества перед лицом глобального системного кризиса?Подробнее...

06 июля 2016, 11:47

Глобальные элиты и Русский Мир в начале XXI века

Александр НагорныйЗа прошедшие три года Изборский клуб провёл серию исследований, посвящённых современным глобальным элитам: как важнейших метарегионов (США, Китай, Европа, Исламский мир, Индия, Россия, Латинская Америка), так и «отраслевым»: финансовым, военным, религиозным, медийным, криминальным и т.д. Результаты этой работы были представлены в материалах журнала «Изборский клуб», включая два тематических номера 2016 года (№ 1 и 4), в книжных изданиях, других публикациях. В ходе этого начинания была собрана группа наиболее ярких учёных-обществоведов, политологов, экономистов, страноведов и публицистов, которые ¾ каждый со своей спецификой, но чрезвычайно объективно, ¾ осуществили системно-динамическую оценку этой проблематики, приоритетно значимой для позиционирования Российской Федерации на международной арене, а также для её дальнейшего существования и развития в нынешних кризисных условиях. На основе полученного материала можно сделать следующие предварительные выводы:Первое. Глобальная элита как таковая ещё не представляет собой единый политико-идеологический и финансово-экономический комплекс с близкой перспективой формирования единого управляющего центра в виде «мирового правительства». В этой связи можно сделать заключение, что национально-государственный принцип всё ещё является главенствующим, хотя транснациональные факторы и общие финансовые активы сильно воздействуют на местные и региональные группировки, примером чего может служить проект Европейского союза.Второе. На формирование единой элитной системы главенствующее воздействие оказывают США, которые в результате двух мировых войн и трансформации противостоящих им элитных систем, включая советскую партийно-государственную элиту и элиты Старого Света, сумели вплотную подойти к рубежу руководства мировым сообществом через национальные элитные группировки, которые воспитываются под сильнейшим идеологическим влиянием Pax Americana.Третье. Сама политико-финансовая верхушка Америки, действующая с опорой на англо-саксонскую и еврейскую элитные группы, испытывает в начале XXI века нарастающие трудности в удержании своего «глобального лидерства» ¾ в результате как внутренней системной деградации, так и быстрого развития новых «центров силы», ¾ таких как Китай, Индия и Бразилия. Реальный геостратегический (идеологический, экономический, финансовый, военный, информационный и т.д.) потенциал США и их ближайших союзников в форматах «золотого миллиарда», «Большой семёрки», НАТО, «коллективного Запада» и т.д. стремительно сокращается и начал уступать геостратегическому потенциалу остального мира, что неизбежно ведёт к тектоническим потрясениям как внутри Pax Americana, так и во всём мире. В самих США уже налицо конфликт между тремя главными элитными группировками: финансовой, военно-энергетической и «неотехнологической», что находит яркое выражение в ходе кампании по выборам 45-го президента США.Четвёртое. Несмотря на внутренний системный конфликт, американские элитные группировки США сохраняют консенсус относительно «глобального лидерства США», подразумевающего, прежде всего, их привилегированный статус по сравнению с другими странами мира. «Величие Америки», «исключительная нация», «никто не должен диктовать правила игры, кроме нас» и тому подобные тезисы ¾ не просто коммуникативные аттракторы предвыборной борьбы. Это «целеуказатели» американской геостратегии, направленной на замедление развития всех своих конкурентов и даже союзников путём «экспорта хаоса», «экспорта инфляции» ¾ с тем, чтобы сконцентрировать у себя максимум финансового, ресурсного и креативного потенциала, тем самым обеспечив конкурентное преимущество в переходе на новый глобальный технологический уклад.Пятое. В настоящих условиях наиболее сильное противодействие американскому движению к формированию единого и подконтрольного им «глобального мира» оказывает, прежде всего, Китайская Народная Республика, которая сохраняет жёсткую комбинаторную коммунистическую идеологию, синтезированную с традиционными формами китайской цивилизации. Китай уже стал «экономикой номер один» современного мира и выполняет роль «аттрактора» для всех «неамериканских» и «антиамериканских» сил современного мира, включая Индию, Иран, часть государств АСЕАН и Латинской Америки, а также Россию.Шестое. Нейтрализация, ослабление или захват геостратегического потенциала России, стоящего на «трёх китах»: военного паритета, богатейших природных ресурсов и идеологии Русского мира, ¾ США и их союзники в нынешних условиях считают своей приоритетной задачей, поскольку Вооружённые силы РФ мешают им в полной мере использовать своё военное преимущество над остальным миром и проводить современный вариант «политики канонёрок», отсутствие «свободного доступа» западных ТНК к богатствам российских недр накладывает на их действия серьёзные ресурсные ограничения, а идеология Русского мира не позволяет установить полное доминирование в системе ценностей современного человечества. При этом в самой России на всех уровнях власти за истекшую четверть века сложилась и действует прозападная и проамериканская «агентура влияния», тесно завязанная на компрадорскую социально-экономическую модель и выступающая в качестве «пятой колонны» для США и их союзников.Поэтому,седьмое, перед всеми державно-патриотическими силами Российской Федерации как государственного объекта, российского общества как социального субъекта и Русского мира как цивилизационного проекта стоит задача сохранить свою общность, цельность и единство перед лицом агрессии «коллективного Запада».Характеризуя современную глобальную ситуацию, следует заметить, что в истории бывают вроде бы случайные, но странные, необъяснимые и, можно сказать, символические совпадения.Так, согласно записям арабских и китайских астрономов, 4 июля 1054 года до нашей планеты долетел свет от взрыва сверхновой звезды, на месте которой теперь располагается Крабовидная туманность. Вспышка была видна на протяжении 23 дней невооружённым глазом даже в дневное время.Судя по всему, это «ложное солнце» должно было сиять над Константинополем 16 июля 1054 года, когда в Софийском соборе Константинополя легаты римского папы Льва IX объявили константинопольского патриарха Керулария низложенным и отлученным от церкви, что положило начало «Великой Схизме» и формированию т.н. «западной цивилизации».Её «инкубационным периодом» можно считать эпоху Крестовых походов, начатую в 1095 году и ознаменованную первым падением Константинополя в 1204 году. Однако уже через сто лет стало ясно, что попытка западных «крестоносцев» утвердиться в Восточном Средиземноморье, бывшем тогда главным центром мировой торговли, привела к исламизации практически всех восточно-христианских государств, не поддержавших римский Святой престол. Точка в этом процессе была поставлена османским завоеванием Константинополя в 1453 году. После чего единственным некатолическим христианским государством (с учётом личной Кревской унии Королевства Польского и Великого княжества Литовского в 1385 году, а затем Виленско-Радомской унии 1401 года) оставалось только Великое княжество Московское.Поскольку «пробить» мусульманскую стену на Востоке «западной» цивилизации, несмотря на все усилия, не удалось, в чём особую роль сыграли три пандемии чумы, «чёрной смерти» 1346-13б9 годов, ставка была сделана на то, чтобы эту стену «обойти». Результаты оказались более чем впечатляющими и привели ¾ в результате эпохи великих географических открытий XV-XVII веков — к глобальному доминированию сначала «западноевропейской», а в XX столетии, после Первой мировой войны, ¾ «общезападной цивилизации», во многом на новом уровне воспроизводящей характерные черты цивилизации античной, греко-римской. Её Mare Nostrum вместо Средиземноморья стал весь Мировой океан, а границы «ойкумены» расширились на всю планету. Но с прекращением возможностей внешней экспансии «западной цивилизации» её глубинные идеологемы: «Быть или не быть?» (Гамлет у Шекспира) и «Остановись, мгновенье!» (Фауст у Гёте) явным образом перестали быть реально продуктивными, через деятельность транснациональных корпораций и ведущих государств «коллективного Запада» они превратились в паразитические и саморазрушительные.В этих условиях, как отмечалось нами в докладе «Элиты» и глобальный мир XXI века» («Изборский клуб», № 1, 2016): «Главные задачи, стоящие сегодня перед человечеством, можно сформулировать следующим образом:— предотвратить глобальную катастрофу;— минимизировать текущие потери в ходе глобального системного кризиса;— найти новую «траекторию развития» человеческой цивилизации.Вернее, это даже не три разные задачи, а одна триединая задача — проект, для реализации которого пока очевидно не существует адекватного субъекта, — ни в масштабе всей планеты, ни в масштабе каких-либо государств или межгосударственных объединений».Исходя из материалов проведённых исследований (которые далеко не закончены и будут продолжаться), можно выдвинуть предположение о том, что такой субъект сегодня формируется на основе двух взаимосвязанных процессов: формирования российско-китайского стратегического союза, дошедшего пока только до политического уровня, и противостояния двух «элитных» антикризисных сценариев на «коллективном Западе», вступивших между собой уже в открытый конфликт. Причём, как это почти всегда бывает в конфликтных взаимодействиях «больших систем», «пожар» идёт от их периферии к центрам, «пограничные бои» сменяются «захватами столиц». Данное положение можно проиллюстрировать на примере текущей президентской кампании в США.Исходные позицииПосле уничтожения в 1991 году Советского Союза «коллективный Запад» во главе с Соединёнными Штатами провозгласил победу «однополярного мира» и «конец истории», некогда предсказанный классиками марксизма, — правда, в «коммунистическом», а не в «либеральном», как получилось на деле, варианте. США утвердились в роли единоличного «глобального лидера», определяющего не просто «правила игры», но и «быть или не быть».Это «глобальное лидерство» означало формирование Pax Americana («американского мира», или «мира по-американски»), будучи реинкарнацией давнего Pax Romana («римского мира»). За прошедшую четверть века США нарастили свой долг с 3,2 трлн долл. в 1990 году до 19,2 трлн долл. в 2015 году. Суммарный накопленный торговый дефицит «глобального лидера» за этот же период приближается к 13 трлн долл. И если задаться вопросом о том, что же все эти годы «продавала» Америка внешнему миру, то самый общий и самый точный ответ на него прозвучит так: она продавала своё «глобальное лидерство», получая взамен реальные товары и услуги.К началу 2016 года полученный ранее запас «глобального лидерства» США, можно сказать, истрачен полностью: причём не только в «позитивном» аспекте, как было до 2001 года, но и в аспекте «негативном», когда «глобальное лидерство» сохранялось путём предложенного и осуществлённого «неоконскерваторами» («неоконами») экспорта «управляемого хаоса» в различные точки планеты.У любого лидера есть два пути: или расти и совершенствоваться самому, или унижать и ослаблять других. США в настоящее время уже не могут ни того, ни другого. Де-факто они уже перестали быть «глобальным лидером» и остаются таковыми разве что в речах американских политиков. Китай, несмотря на все ухищрения американской статистики, стал первой экономикой мира и крупнейшим держателем золотовалютных запасов. С военно-политической точки зрения Россия успешно противодействует американской стратегии «управляемого хаоса» как в Сирии, так и на Украине. Остальной же мир видит сегодня в «дяде Сэме» только глобального паразита и глобального агрессора, препятствующего нормальной жизни и развитию остального человечества. Пожалуй, это — основной и невосполнимый ущерб для США как государства.Конечно, формальных военно-политических союзников у Америки сегодня больше, чем у кого бы то ни было на планете, но эти союзники — союзники даже не «из интереса", а из страха, — выбирают этот статус прежде всего для того, чтобы самим не попасть под сокрушающий удар «американской дубинки»: о каком-либо совместном развитии или даже о надеждах что-то приобрести от новой добычи «белоголового орлана» для них после Ирака и Ливии даже речи не идёт: лишь бы ничего не потерять, и пусть «они» умрут сегодня, а «мы» — потом… Немногие, весьма малоприятные и весьма недолгие исключения типа ИГИЛ (террористическая организация, запрещённая в России. — «ИК»), украинских неонацистов-бандеровцев или Эрдогана лишь подтверждают это правило. «Еды» Америке уже «не хватает» самой.При этом не стоит забывать о неизбежной «инверсии» отношений патрон—клиент в рамках концепции «однополярного мира», когда различные группы американской «элиты» оказываются связаны с различными группами «элит» ближней и дальней периферии Pax Americana, что оказывается существенным фактором возникновения и углубления конфликта в самой метрополии. Так, в Древнем Риме гражданским войнам предшествовала Югуртинская война, а партии «оптиматов» и «популяров» при небольшой коррекции «исторической оптики» вполне могут быть соотнесены с республиканской («красные», «слоны») и демократической («синие», «ослы») партиями в современных США.Разумеется, все аналогии или проекции подобного рода не будут являться адекватной моделью действительности, но определённую «нить Ариадны» в лабиринте современного глобального системного кризиса они дают, а большего от них ждать и приходится.США: вниз по лестнице, ведущей внизОдним из признаков утраты Соединёнными Штатами позиции «глобального лидера» является углубляющийся после консенсуса 2001 года (события 9/11) раскол между американскими политическими элитами, который вылился в беспрецедентную по своему характеру президентскую кампанию 2016 года, главный водораздел которой пролегает вовсе не по партиям и штатам, а по приверженцам прежнего «статус-кво» и, условно говоря, «революционным популистам» — с нарастанием преимущества последних.Если ещё в начале 2016 года Дональд Трамп у республиканцев и Берни Сандерс у демократов выглядели типичными «спойлерами», функцией которых была концентрация и последующая канализация протестных настроений американского общества: как «правых», так и «левых», — в пользу «системных» кандидатов типа Джеба Буша и Хиллари Клинтон, то сегодня, когда избирательная компания 45-го президента США подходит к ключевому пункту партийных съездов, политический пейзаж выглядит совершенно иным, словно после тайфуна или землетрясения.Дональд Трамп, скандальный нью-йоркский мультимиллиардер, сделавший своё состояние на строительном бизнесе, азартных играх и шоу-бизнесе, уже к началу мая остался единственным кандидатом «красных», не только нокаутом «выбросив за канаты» всех своих многочисленных оппонентов, от Джеба Буша до Теда Круза, но и, несмотря на оголтелую диффамационную кампанию, преодолев сопротивление значительной части республиканской партийной машины, многие функционеры которой заявляли: «Кто угодно, только не Трамп!» ¾ вплоть до обещаний голосовать за Хиллари Клинтон. Это выдвижение означает прорыв в высшую политическую лигу США представителя дотоле «маргинальных» группировок американской «элиты» — судя по всему, при поддержке «периферийных» элит «коллективного Запада». От гарантированного выдвижения съездом «красных» в Кливленде, намеченного на 18 июля, отделяет меньше сотни депутатских позиций. Их он получит не позднее 7 июня, когда проголосуют Калифорния, Монтана, Нью-Мексико, Северная и Южная Дакота. Поскольку Трамп родился 14 июня 1946 года, это будет для него неплохим подарком к собственному юбилею…Конечно, нельзя исключить, что республиканские элиты попытаются каким-то образом саботировать на партийном съезде окончательную номинацию Трампа, но вряд ли эти попытки увенчаются успехом — остановить The Donald`а можно только неким физическим образом, как это уже не раз случалось в США в прошлом. Но надо ли реальным хозяевам политического и финансового мира Америки останавливать «выскочку» Трампа? Не является ли он всего-навсего подставной фигурой политического театра, где сценарий, режиссура и актёрская игра (не только главного героя, но и его соперников) направлены на успешное продвижение нового политического продукта как внутри американского общества, так и на внешних рынках? Ответ на эти вопросы нам ещё предстоит получить: как в ходе дальнейшей избирательной кампании, так и после выборов 8 ноября 2016 года.Стоит отметить, что в своей триумфальной кампании праймериз, то есть первичных выборов внутри партии, Трамп сыграл на серьёзнейшем недовольстве значительной части населения США, так называемого среднего класса, и WASP (белых англосаксов-протестантов), падением уровня жизни, который сейчас фактически вернулся к показателям 1958 года. Ещё одной составляющей протестного голосования широких масс американцев является неприятие ими идеологии «политкорректности и толерантности", под флагом которой осуществляется демонтаж привычного образа жизни.Восемь лет президентства Барака Обамы стали пиком внутриамериканской «цветной революции", с привилегиями «небелому» населению, беженцам-иммигрантам, сексуальным и конфессиональным меньшинствам, в первую очередь — мусульманам.Повторимся: все эти процессы шли на фоне падения реального уровня жизни, реальной занятости и реального уровня доходов большинства населения Соединённых Штатов. Прибавьте к этому гигантский рост задолженности всех структур американского государства и общества, от федерального бюджета до домохозяйств, — так что нет ничего удивительного в том, что самый откровенный и «неполиткорректный» критик нынешнего статус-кво, причем критик «справа», получил такую ошеломляющую поддержку избирателей.При этом не надо забывать, что сам Трамп — вовсе не плоть от плоти среднего класса и «васпов". Он — мультимиллиардер, сын мультимиллионера, а его давние и прочные связи с «несистемными элитами», контролирующими игорный бизнес в США (да и повсюду в мире), являются бесспорным фактом. Не учитывать эти моменты, оценивая успех Трампа и прогнозируя его дальнейшие действия, нельзя. Сейчас в России — прежде всего в околокремлёвских кругах — налицо некая «трампомания", поскольку Трамп, единственный из всех участников президентской гонки в США, достаточно позитивно отзывался о России и президенте Путине. А раз так, считают «трампоманы", с ним можно будет договориться «по понятиям", как некогда удалось договориться с Джорджем Бушем-младшим. Удивительная близорукость! Возможно, она усиливается тем фактом, что и российские, и европейские, и прочие либералы, и многие авторитетные американские республиканцы предпочитают демонстрировать своё неприятие Трампа как «расиста» и «непрогнозируемого» политика, высказываясь в пользу Хиллари Клинтон.Но Трамп даже против Клинтон выступает только до тех пор, пока их «спонсоры» не договорятся между собой. Трамп готов дружить с российскими элитами, чтобы оказывать совместное давление на «спонсоров» Клинтон, — то есть только до тех пор, пока те упрямятся и надеются или вообще не делиться с теми, кто стоит за Трампом, или же делиться какими-то второстепенными активами.Поэтому те пропагандистские схемы и обещания, которые сегодня можно слышать от Трампа, не стоит воспринимать всерьёз — делать он будет ровно то, что ему говорят его спонсоры.У Хиллари Клинтон, «победительницы Никсона и Каддафи», которую считают основным «системным» кандидатом крупного транснационального капитала, ситуация куда менее благоприятная. Её главный и единственный внутрипартийный конкурент, сенатор от штата Вермонт Берни Сандерс, несмотря на вроде бы катастрофическое отставание в депутатских позициях, продолжает выигрывать одни праймериз за другими.Да, до гарантированной победы на съезде «синих» (25 июля, Филадельфия) «миссис Вау» остаётся всего ничего: меньше сотни «уполномоченных», в то время как Сандерсу — более 800, а в оставшихся штатах будет «разыгрываться» чуть больше 700 «связанных» голосов. Но в этом-то и заключается главная интрига: свыше 600 «свободных» «суперделегатов» демократического съезда (у республиканцев такая привилегированная прослойка аппаратчиков с правом голоса отсутствует), 590 из которых пока числятся в сторонниках Хиллари Клинтон, вполне могут изменить свою позицию — сделать это им принципиально ничто не препятствует.Отмеченное выше противостояние «верхов» и «низов» в ходе демократических праймериз показало не только неожиданно широкую, но и постоянно растущую поддержку избирателями квазисоциалиста Берни Сандерса, который в своих заявлениях и документах бросал открытый вызов Уолл-стриту и его представителю Хиллари Клинтон. И надо сказать, что эта популярная демагогия (поскольку Сандерс тоже «играет роль") не только до сих пор сохраняет электоральную интригу внутри формально «правительственной» партии США, но и вполне может сказаться на формировании окончательной выборной платформы Хиллари Клинтон, потребовав от неё «дрейфа влево". Не исключено, что в её команду войдёт и сам Сандерс, который не только одержал победу более чем в половине проголосовавших штатов, но может стать своего рода «демократическим анти-Трампом", способным противопоставить зажигательной «правоконсервативной» риторике нью-йоркского миллиардера не менее яркую «левосоциалистическую» риторику, его среднему классу и «васпам» — своё «потерянное мясное поколение».Череда внутрипартийных поражений в штатах плюс явное неумение вести публичные дискуссии и «держать удар» делают супругу 43-го президента США аутсайдером в предполагаемой схватке с Трампом. И то, что, например, после поражения на праймериз в штате Вашингтон Клинтон отказалась от дебатов на Fox news с Сандерсом, мотивировав это тем, что не намерена терять время и хочет сосредоточиться на подготовке к «испытанию Трампом», по меркам американской политики вообще является если не проявлением высокомерия или банальной слабости и трусости, то плохим тоном, который для политика, претендующего на президентский пост, тем более недопустим.Так что если госпожа Клинтон намерена продолжать в том же духе, то Сандерсу остаётся с максимальным отрывом одержать победы в большинстве из оставшихся штатов, прежде всего в Калифорнии, где «на кону» стоят 475 депутатских мест, сократив или даже преодолев нынешнее, вовсе не катастрофическое отставание в «связанных» голосах (около 150). И тогда на съезде в Филадельфии будут не исключены, мягко говоря, неожиданности.При этом официальным кандидатом от «синих» может стать не только Берни Сандерс, но и некая третья сила, в качестве которой всё чаще называется нынешний вице-президент США Джозеф Байден. Конечно, «старина Джо» по уши завязан в делах «команды Обамы» и своих собственных (взять хотя бы нынешнюю украинскую эпопею или дела компании Halliburton — в Ираке, Сирии и на всем Ближнем Востоке). Конечно, он представляет штат Делавэр — негласную столицу американского офшорного бизнеса, через своего главного лоббиста ведущего жёсткую глобальную войну со всеми конкурентами: от швейцарских «гномов» и ватиканских кардиналов до британской королевы и китайских «мандаринов».Но выдвижение Байдена, по сути, единственный шанс «остановить Трампа», не прибегая к помощи леворадикального Сандерса, то есть сохранив статус-кво США от угроз любого резкого поворота: как «правого», так и «левого», как «белого», так и «цветного». Хиллари Клинтон, даже в неизбежной связке со своим супругом, который в случае избрания первой женщины-президента будет исполнять при ней роль «принца-консорта», на эту функцию просто не тянет — с каждым днём эта неприятная для олигархической Америки истина становится всё очевиднее. И какие-то меры по преодолению этого дисбаланса ей неизбежно придётся предпринимать.Если же, подобно сейсмологам, обращать внимание на «малые толчки» — «форшоки», как правило, предшествующие главному удару, то их совокупность: от передачи поста главнокомандующего силами НАТО в Европе от Филипа Бридлава Кертису Скаппаротти до смены посла в Киеве, где творец и куратор Евромайдана Джеффри Пайетт освобождает место для Мари Йованович, трудившейся здесь ещё при Джордже Буше-младшем, — свидетельствует скорее о том, что 8 ноября 2016 года победу на выборах отпразднует представитель не демократической, а республиканской партии.

01 марта 2016, 17:20

Китайские элиты вчера, сегодня и завтра

Юрий ТавровскийКитайские элиты издавна являются предметом внимания и изучения мировой науки. Ещё бы — ведь именно они обеспечили устойчивость китайской цивилизации: единственной непрерывно существующей и развивающейся вот уже почти пять тысяч лет. Никакие нашествия «варваров» или вторжения «цивилизованных наций», никакие катастрофы и невзгоды не смогли уничтожить «матрицу» из иероглифики, традиционных философских и этических учений, а также уверенности в превосходстве Поднебесной над ближними и дальними соседями, не смогли вытеснить эту «матрицу» из китайской нации, и особенно из её элиты. При соприкосновении с другими цивилизациями китайцы заимствовали от них полезные элементы и применяли к собственным нуждам, китаизировали. Так было с пришедшим из Индии буддизмом, с тюркскими приёмами ведения войны, с монгольскими административными нормами, с советской социалистической системой, с американской капиталистической системой… Правящие элиты вместе со своими царствами, империями и республиками переживали периоды расцвета и упадка, но в Китае всегда находилось достаточно пассионарных, умных и умелых людей, чтобы снова нарастить плоть на костяк, который из века в век держит государство и общество. Элиты современного Китая вызывают самое пристальное внимание именно сейчас, поскольку КНР достигла небывалого за последние столетия уровня экономического, военного и политического могущества. Впереди открываются просторы, по которым китайские кормчие ещё никогда не прокладывали путь. Силы, вовлечённые в обсуждение дальнейшего курса, придерживаются подчас противоположных взглядов, и поиск «золотой середины» идёт с видимыми трудностями. Это касается как экономики и внутренней политики, так и глобальной стратегии. От выбора долгосрочного курса и даже от принимаемых тактических решений всё явственнее зависят не только будущее самого Китая, но и соседей, всего мира. Сами же решения зависят от качества элиты. Формирование новой китайской элиты началось в рамках компартии Китая ещё в 20-е годы ХХ века, ускорилось после прихода КПК к власти в Китае в 1949 году. Всего через 20 лет в ходе «культурной революции» первое поколение коммунистической элиты было в значительной степени ликвидировано. Создание, по существу, новой элиты с использованием остатков кадров предыдущего поколения приняло упорядоченный характер только после преодоления «смутного времени» маоцзэдуновских экспериментов 60–70-х годов. Отбором кадров для продвижения вместо узкого круга приспешников Мао Цзэдуна и его жены Цзян Цин снова занялся Организационный отдел ЦК КПК, во многом копировавший методы деятельности соответствующей структуры ЦК КПСС. Растущую роль при решении судьбы перспективных кадровых работников стали играть успехи в выполнении партийных решений, особенно параметров экономического развития. Дело дошло до того, что в партию стали принимать успешных предпринимателей, хотя для этого и пришлось принять целый ряд решений, включая изменения в Устав компартии. Элита приобрела национальный, а не классовый характер. Меритократический принцип стал определяющим в немалой степени благодаря совпадению с традиционным для китайского общества механизмом выдвижения талантов, который просуществовал почти две тысячи лет, вплоть до начала ХХ века. Этот механизм под названием «кэцзюй» состоял из экзаменов нескольких уровней и служил «кадровым лифтом», позволявшим провинциалам и простолюдинам занимать ключевые посты в столице и даже при дворе Сына Неба. Как в старину, так и сейчас немалую роль играют родственные и земляческие связи, но на первый план выходят всё же «деловые и политические качества». Ещё один механизм формирования, а точнее — селекции нынешней элиты называется «Комиссия по проверке партийной дисциплины ЦК КПК». По существу, это важнейшая спецслужба, возглавляемая сейчас Ван Цишанем, одним из семи членов Постоянного комитета Политбюро ЦК. Типичным примером формирования китайских элит сегодня может служить судьба двух наших современников, председателя КНР Си Цзиньпина и его отца Си Чжунсюня. ЗАВХОЗ С МАУЗЕРОМ Как и многие другие создатели КНР, Си Чжунсюнь вырос в провинции (Шэньси, северо-запад Китая) в зажиточной крестьянской семье. Он родился в 1913 году, всего через пару лет после свержения маньчжурской династии Цин. Семи лет от роду пошёл в начальную школу, где, наряду с традиционным конфуцианским образованием, получал начатки «западного знания». В 13 лет он, уже ученик средней школы, вступил в комсомол, а через два года, будучи студентом педучилища, за участие в демонстрации был арестован и оказался в тюрьме. Вышел он оттуда уже членом компартии и профессиональным революционером. В то время Китай напоминал лоскутное одеяло из больших и малых территорий, подконтрольных тем или иным «милитаристам», местным военачальникам. По решению компартии Си Чжунсюнь идет служить в гоминьдановскую армию с заданием со­здавать коммунистические ячейки. Задание было выполнено — в 1932 году поднимается восстание. Вместе с группой сослуживцев Си Чжунсюнь идёт на соединение с другими мелкими отрядами солдат и партизан, становится партийным секретарём небольшого опорного района, а на следующий год вместе с кадровым военным Лю Чжиданем, выпускником созданной в 1924 году офицерской школы Хуанпу, создаёт освобождённый район Шэньси—Ганьсу. Стратегия компартии в то время заключалась в создании опорных баз, их расширении, слиянии и формировании освобождённых районов. На северо-западе эта тактика приносила успех — к 1935 году в составе Шэньси — Ганьсу числилось целых 22 уезда. Несмотря на свою молодость, двадцатилетний Си Чжунсюнь получил целый букет должностей в комсомольских, партийных, военных органах власти. Пожалуй, главным из них был пост председателя правительства освобождённого района. В Центральном Китае у коммунистов успехи были меньше. Выбитые войсками Чан Кайши со своих опорных баз в провинции Цзянси, бойцы Красной Армии под руководством Мао Цзэдуна, Чжу Дэ и Чжоу Эньлая были вынуждены с боями отступать через весь Китай. Эта почти непрерывная битва на марше получила в истории название «Великий поход». За 370 дней, с октября 1934-го по октябрь 1935 года, бойцы прошли 9000 километров. Из 100 тысяч участников Великого похода в начале пути до укреплённой базы Лю Чжиданя и Си Чжунсюня добрались только 8 тысяч. Именно там, в мягких лёссовых почвах, был создан пещерный город Яньань, откуда до 1947 года Мао руководил революцией, сопротивлением японским войскам и гражданской войной. В Китае часто говорят: Лю Чжидань и Си Чжунсюнь спасли Мао Цзэдуна и всю компартию. Но Мао Цзэдун, в свою очередь, спас Лю Чжиданя и его соратников. Среди окопавшихся в горах и пещерах коммунистов непрерывно велась идейная борьба. То одних, то других объявляли «контрреволюционерами», «уклонистами», «капитулянтами». Лю Чжидань и другие командиры были раскритикованы прибывшими из шанхайского подполья борцами за идейную чистоту и приговорены к смерти. Си Чжунсюнь вспоминал, что от расстрела его отделяло всего четыре дня. Но тут со своим отрядом появился Мао Цзэдун. Решения заезжих комиссаров были отменены. Лю Чжидань и Си Чжунсюнь снова стали уважаемыми товарищами. Взявший власть в свои руки Мао Цзэдун вскоре отправил отряд Лю Чжиданя сражаться с местным «милитаристом» Янь Сишанем, и в феврале 1936 года партизанский герой погиб при не выясненных до конца обстоятельствах. Си Чжунсюню повезло больше. Он продолжил революционную карьеру, занимал всё новые административные и партийные посты. Главной его заботой было снабжение быстро растущих вооружённых сил, политического руководства во главе с Мао Цзэдуном, партийных школ и военных училищ, были ещё революционные газеты и издательства, ансамбли песни и пляски… Председатель правительства отвечает за всё. Знающему местные реалии уроженцу провинции Шэньси пришлось отбиваться от настойчивых советов раскулачить зажиточных крестьян и расправиться с крупными землевладельцами. Он настоял на снижении арендной платы и ссудного процента, что помогло земледельцам увеличить производство продовольствия. Впрочем, «яньаньскому завхозу» приходилось заниматься и другими делами. Ещё в июне 1945 года на VII съезде КПК Си Чжунсюнь стал кандидатом в члены ЦК, а в августе получил назначение на пост заместителя заведующего организационным отделом ЦК, который отвечал за кадровые назначения. Но это было не главное испытание — в марте 1947 года Яньань захватили войска Гоминьдана. Си Чжунсюнь снова берёт в руки маузер и в качестве политкомиссара воюет рядом с уже тогда прославленным командиром Пэн Дэхуаем. Череда битв приводит к освобождению Яньани и переходу всего Северо-Западного Китая под контроль компартии. Но даже после провозглашения 1 октября 1949 года Китайской Народной Республики бои продолжались на юге и западе, неспокойно было и на северо-западе — бунтовали племена тибетцев, не сложили оружие и привыкшие за годы смуты к самостийности отряды китайских мусульман. Партийное руководство предложило Си Чжунсюню войти в руководство Северо-западным бюро ЦК, обеспечить там стабильность. В зону ответственности попали не только хорошо известные ему провинции Шэньси, Ганьсу и Нинся, но и обширные сопредельные территории, населённые беспокойными национальными и религиозными меньшинствами. Следуя конфуцианской идее «золотой середины» и используя врожденные дипломатические таланты, молодой руководитель отложил маузер в сторону и предложил мирное решение. Он добился посредничества высокоуважаемых религиозных деятелей, освободил уже схваченных главарей и добился умиротворения без «классовой борьбы». ИЗ ГОРНЫХ ПЕЩЕР — В ЗАПРЕТНЫЙ ГОРОД Многочисленные таланты Си Чжунсюня оказались востребованы в Пекине, и он в сентябре 1952 года получил довольно неожиданное назначение — руководителем отдела пропаганды ЦК КПК. Вместе с женой его поселили в Чжуннаньхае, юго-западном углу Запретного города, до 1911 года служившего резиденцией Сына Неба. Там с помощью советских архитекторов было создано «царское село» с резиденциями для высшего руководства, зданиями важнейших учреждений, залами заседаний, а также службами жизнеобеспечения, включая распределители, больницы, кинозалы, Именно в Чжуннаньхае и родился Си Цзиньпин, там его отдали в специальный детский сад, а затем в специальную школу… Вчерашние бойцы и командиры Красной Армии, преимущественно крестьянские дети, стали новыми хозяевами жизни. Впитав историю Китая из классических романов и спектаклей народного театра, они воспринимали приход к власти коммунистов как победу очередного крестьянского восстания, а в своем руководителе Мао Цзэдуне видели основателя новой династии. Сами они тоже становились персонажами классических романов: генералами, сановниками, министрами, судьями… Сохранившие связи с Мао Цзэдуном и его ближайшими сподвижниками заняли посты в Пекине. Служившие у командиров армий, которые стали секретарями провинциальных парткомов, ехали в непривычные большие города и, как могли, управляли ими — ведь большинство чиновников отбыло на Тайвань. Остатки элиты гоминьдановской эпохи сократились до минимума в результате кампании борьбы с «правыми элементами» в 1957 году, ударившей по предпринимателям и промышленникам, творческой интеллигенции, чиновникам. Новая элита называлась ганьбу, «кадровые работники». По традиции ещё императорского чиновного сословия их разбили на разряды, от которых зависели зарплаты и иные блага. Они постепенно меняли свои ватные куртки и штаны защитного цвета на костюмы, щеголяли в шляпах и габардиновых плащах, привыкали к езде на лимузинах и жизни на государственных виллах. Недостаток образования восполнялся за счёт ускоренного обучения в партийном Народном университете и «кузнице кадров» для высшего руководства — Партийной школе ЦК КПК. Складывавшаяся на глазах новая элита в своем большинстве оставалась искренне привержена высоким революционным идеалам, стремилась к облегчению жизни простого народа, была настроена очень патриотически. Эта элита могла гордиться не только личными успехами, но и своим вкладом в возрождение Родины. Китай, подобно сказочной птице феникс, восставал из пепла. Задания первого пятилетнего плана развития народного хозяйства были выполнены и перевыполнены. Промышленное производство в 1957 году превысило показатели 1952 года на 141 %. Тяжёлая промышленность и машиностроение устанавливали рекорды — КНР стала на 60 % удовлетворять свои потребности в машинном оборудовании. Появились отсутствовавшие ранее отрасли: автомобилестроение, тракторостроение, авиастроение, военная промышленность. Руководство СССР оказывало КНР всемерную экономическую и научно-техническую помощь. В 1953–1956 годах были заключены соглашения о содействии в реконструкции и строительстве 156 крупных индустриальных объектов, выданы льготные кредиты на осуществление этих и других проектов. В 1954 году Москва безвозмездно передала Пекину свыше 1400 проектов промышленных предприятий и свыше 24 тысяч комплектов различной научно-технической документации. Тысячи высококвалифицированных специалистов из СССР стали советниками практически во всех сферах жизни КНР. В свою очередь, тысячи студентов приехали в советские университеты, сотни китайских технических специалистов повышали квалификацию на наших заводах и в конструкторских бюро. В 1959 году в свою первую зарубежную поездку отправился Си Чжунсюнь — в качестве вице-премьера он побывал в Советском Союзе, где изучал опыт развития металлургии и тяжёлой промышленности.Впечатляющий успех первой китайской пятилетки, достигнутый в значительной мере благодаря массированной помощи СССР, не только доказал эффективность советской модели, но и вскружил головы Мао Цзэдуну, а также его сторонникам в руководстве КПК, которые задумали превратить страну в «чистый лист бумаги, на котором можно писать самые красивые иероглифы». Мао настаивал на создании десятилетнего плана развития, причём призывал выполнить его за три года под лозунгом «три года упорного труда — десять тысяч лет счастья». За 36 месяцев Мао Цзэдун надеялся сравняться по сельскому хозяйству с Японией, за 15 лет догнать Англию, а за 20 лет — США. Был разработан фантастический план на первые 5 лет «десятилетки». Промышленное производство в 1958–1962 годах предполагалось увеличить в 6,5 раз, сельскохозяйственное — в 2,5 раза. Рекордные ориентиры в сельском хозяйстве должны были быть достигнуты за счёт масштабных ирригационных работ, глубокой вспашки земли, загущения посадок злаков, а также борьбы против «четырёх вредителей»: крыс, воробьёв, мух и комаров. «ОГОНЬ ПО ШТАБАМ!» УНИЧТОЖЕНИЕ РЕВОЛЮЦИОННОЙ ЭЛИТЫ Обрушившееся на страну рукотворное бедствие было сравнимо с результатами японской агрессии, продолжавшейся с 1931 по 1945 год. По официальным данным, жертвы китайской нации за 14 лет сопротивления Японии составили 35 миллионов убитых, погибших от ран, эпидемий и голода. Лучи «красного солнышка Мао» всего за три года «большого скачка» в промышленности и «народных коммун» на селе сожгли от 20 до 35 миллионов человек. Первое поколение новой элиты, всё ещё тесно связанное с народом, не могло не сопереживать своим родным и землякам, не могло не видеть приближения катастрофы общенационального масштаба. Летом 1959 года «восстал» маршал Пэн Дэхуай. На Лушаньской парткоференции овеянный славой герой китайской революции и командующий китайскими войсками в Корейской войне (1950–1953), министр обороны, вице-премьер и член Политбюро ЦК КПК осудил «большой скачок». Он поставил вопрос о личной ответственности руководителей партии, включая Мао Цзэдуна, за катастрофу, критиковал отступление от принципов коллективного руководства. Пэн Дэхуая поддержали три члена Политбюро. Мао Цзэдун публично признал допущенные ошибки и отказался от поста председателя КНР, хотя и оставался председателем КПК и, главное, председателем Военного совета ЦК КПК. Но «великий кормчий» не был бы ещё самим собой, если бы не отомстил коварно и жестоко. Вскоре Пэн Дэхуая обвинили в «военном заговоре против центральной линии партии». Основания — пребывание в СССР в течение месяца с официальным визитом в конце 1957 года и четырёхдневная остановка в Москве на пути из Восточной Европы в июне 1959-го. Сотрудничество с советскими коллегами становилось компрометирующим обстоятельством на фоне резкого ухудшения межпартийных и межгосударственных отношений после разоблачения культа личности Сталина на ХХ съезде КПСС. Конечно, на таком фоне не могла остаться безнаказанной и поездка Си Чжунсюня в Советский Союз. Вместе со своим начальником, премьером Госсовета (правительства) Чжоу Эньлаем, вице-премьер Си Чжунсюнь старательно избегал участия во внутрипартийных дрязгах и сосредотачивался на хозяйственных делах, пытаясь уменьшить ущерб от «большого скачка». Но неутомимые сотрудники партийной спецслужбы во главе с палачом компартии ещё с яньаньских времен и одиозным помощником Мао по имени Кан Шэн собирали на всех компромат. Час Си Чжунсюня пробил в августе 1962 года, когда по инициативе Кан Шэна на пленуме ЦК был заслушан вопрос о романе «Лю Чжидань». Согласие бывшего начальника агитпропа Си Чжунсюня на публикацию книги о своём старом товарище по освобождённому району Шэньси сочли «контрреволюционным поступком» — ведь среди действующих лиц романа присутствовали также Гао Ган и Пэн Дэхуай, видные деятели компартии, которые теперь были врагами «великого кормчего». Избранная обвинительная формулировка означала тяжкие последствия как для самого «виновного», так и членов его семьи. Только заступничество Чжоу Эньлая спасло его заместителя, хотя Кан Шэн уже сшил дело о «контрреволюционной группировке Си Чжунсюня» и требовал для её членов смертной казни. Следствие партийных спецслужб по делу Си Чжунсюня продолжалось 16 лет, и всё это время он был разлучен с женой и детьми. Сначала «контрреволюционеру» пришлось пройти много сеансов «самокритики», а затем в 1965 году последовало назначение на пост заместителя директора тракторного завода в городе Лоян. Но уже на следующий год развернулась «великая пролетарская культурная революция», и начались настоящие испытания: Си Чжунсюня доставили в пекинскую тюрьму, допрашивали «с пристрастием». Такая же судьба ждала тысячи, десятки тысяч не только ганьбу, но также учёных и военных, журналистов и артистов. По существу, шло политическое, моральное и физическое уничтожение целого поколения элиты, сложившейся в «яньаньский период» (1935-1947) и после создания КНР в 1949 году. Под лозунгом «Огонь по штабам!» юные учащиеся из отрядов хунвэйбинов и молодые рабочие цзаофани по наводке органов госбезопасности выбили из системы управления накопивших опыт кадровых работников. Мао Цзэдун добился поставленной цели — он создал «чистый лист бумаги»». Но «написать на нём самые красивые иероглифы» не удалось. Действовавшая от имени «красного солнышка» его жена Цзян Цин смогла сколотить немногочисленные объединения ультралевых деятелей в ведущих университетах, вооружённые рабочие отряды в своём родном Шанхае и в нескольких городах поменьше. Но ревкомы, сменившие традиционные органы власти на местах, просуществовали недолго из-за своей полной управленческой беспомощности. Неудивительно, что после смерти Мао Цзэдуна в декабре 1976 года Цзян Цин и другие члены «банды четырёх» вместе со всеми своими сторонниками на местах были мгновенно сметены в результате бескровного переворота, осуществлённого остатками «старой гвардии» в Политбюро при поддержке верхушки армии и госбезопасности. ЛАПТИ ДЛЯ ХОДЬБЫ ПО ГРЯЗИ По существу, Мао Цзэдун вычеркнул из созидательной жизни сразу два поколения пассионариев: старую элиту и шедшую ей на смену грамотную молодёжь. Выполнившие роль погромщиков активные хунвэйбины были сосланы в деревни для «перевоспитания со стороны бедняков и низших середняков». В глухих деревнях они на многие годы прервали учёбу и лишились возможности получить высшее образование. Некоторые успели обзавестись семьями и не смогли вернуться в города даже после окончания ссылки. Миллионы молодых людей стали одноразовыми «лаптями для ходьбы по грязи», которые после использования брезгливо выкидывают… Сыну «контрреволюционера» Си Чжунсюня в общем-то сильно повезло — он остался в живых. Да, его как «черное отродье контрреволюционера» сначала изгнали из уютной квартиры и престижной школы в Чжуннаньхае. Затем стали таскать на допросы, сажать в камеру, отправили в колонию — «учебную группу по исправлению малолетних преступников». Он бежал, голодал, скитался по улицам, как беспризорник. Самого худшего ему удалось избежать, только добравшись до деревни, где жила бабушка. Каждый день она давала внуку пить козье молоко и спасла будущего председателя КНР от смерти. В декабре 1968 года началась кампания высылки молодёжи в сельскую местность. Си Цзиньпин оказался в глухой деревне одной из беднейших китайских провинций — Шэньси. Местные жители относились к «городским умникам» плохо, хотя те трудились из последних сил. Жили горожане в пещерах, вырытых в мягком лёссе. Эти норы кишели блохами, и для борьбы с ними под циновки, выполнявшие роль матрасов, подкладывали принесенные с полей гербициды. В отчаянии Си Цзиньпин сбежал к матери в Пекин и там снова попал в «учебную группу». Полгода спустя его освободили, и молодой человек почёл за благо вернуться в Шэньси. Там он получил обучение на разных «факультетах деревенского университета»: пахал землю, носил на коромысле навоз и уголь, строил дамбы. Си Цзиньпин из последних сил урывками читал учебники и немногие оставшиеся незапрещёнными литературные произведения из стоявшего рядом с койкой деревянного ящика. Внутренняя энергия переполняла «грамотного молодого человека», ему хотелось учиться. В 1973 году сосланным пекинцам предложили заочно пройти вступительные экзамены в престижный столичный университет Цинхуа. Си Цзиньпин успешно выдержал испытание и вошёл в квоту из двух человек, выделенную на весь уезд. Но университет не мог принять юношу с «контрреволюционной» биографией. К счастью, в том же году дело его отца, Си Чжунсюня, было переквалифицировано с «контр­революционной деятельности» на «противоречия внутри народа», что позволило Си Цзиньпину в 1974 году с десятой попытки вступить в партию. Вскоре его даже избрали секретарем партячейки деревни, а в октябре 1975 года, после семи лет ссылки, — зачислили на химико-технологический факультет престижного столичного университета Цинхуа как «представителя рабочих, крестьянских и солдатских масс». Но долгожданная учёба началась не сразу — в университете развернулась кампания «критиковать Дэн Сяопина, давать отпор правой тенденции пересмотра приговоров». Со всей страны в Цинхуа за опытом потянулись любители и профессионалы «классовой борьбы». Учеба в университете Цинхуа, ставшем штабом новой погромной кампании, была приостановлена. Закончить университет ему удалось в 1979 году, но химиком Си Цзиньпин так и не стал…

11 декабря 2015, 17:31

В Изборском клубе прошла презентация книги Уильяма Энгдаля

Вчера в Изборском клубе прошла презентация книги Уильяма Энгдаля “Священные войны Западного мира” издательства Селадо.Во время своего выступления, автор отметил: когда он общается с европейцами, то на вопросы об истории, глобальной политике, они предпочитают отмалчиваться, чего не скажешь про русских. "Вы интересуетесь историей, помните и знаете, кто вы есть, это очень важно в современном, унифицировано-глобализированом мире".Священные войны Западного мира” является раскрытие широкой аудитории истинной природы современных исламских джихадистов. Чтобы понять безумный фанатизм наёмников ИГИЛ и других террористических группировок, необходимо обратиться к их историческим корням. Они ведут к временам Первой мировой войны, Египту 1920-х годов и основанию там секты “Братья-мусульмане”. Они ведут к союзам «Братьев-мусульман» с различными секретными службами немусульманских государств — от британской МИ-6 до Генриха Гимлера, нацистской СС и, наконец, ЦРУ в 1950-х. Автор тщательно отслеживает этапы формирования и развития сетей исламистских террористических группировок по всему миру, их непосредственное участие в боевых действиях в горячих точках планеты в течение последних 40 лет от Афганистана и Боснии до Ирака и Сирии. При помощи многочисленных иллюстраций и ссылок на первоисточники Уильям Энгдаль разоблачает прямую связь между спецслужбами и влиятельными кланами США с “борцами за всемирный Халифат”. В специальном вступлении к русскому изданию, написанном в ноябре 2015 года, Уильям Энгдаль акцентирует важность затрагиваемых в книге вопросов именно для России, напрямую вовлечённой в войну с Исламским Государством. Информация о книге взята с сайта издательства Селадо: https://celado.ru/catalog/william_engdahl_holy_war/

04 декабря 2015, 12:35

Сергей Глазьев. Экономика нарастающего хаоса

Выступление Сергея Глазьева на круглом столе Изборского клуба "Православный социализм".

04 июля 2015, 10:55

Новый номер журнала "Изборский клуб. Русские стратегии"

Вышел новый номер журнала "Изборский клуб. Русские стратегии", №5 за 2015 год.Читать журнал в пдф формате.

03 июля 2015, 14:00

ВСПЛЫВАЮЩАЯ ИМПЕРИЯ. Об имперском переломе и запросе на Империю

Из доклада Изборскому клубу под редакцией В.В.АверьяноваРазрушение Советского Союза прошло под аккомпанемент публицистических заклинаний о временности любой империи, о том, что все империи рано или поздно разрушаются. Происхождение этого мотива у идеологов и обслуги перестройки не так легко объяснить. В самом деле, что они хотели этим сказать? Ведь факт разрушения империй не опровергает ни того, что они востребованы человеческой историей, ни того легко доказуемого факта, что они являются более долговечными, чем другие политические формы. Если бы разрушители СССР взаправду захотели учредить на большей части его территории стабильное и жизнеспособное политическое устройство, то следовало бы вновь выбрать именно имперскую форму.Может быть, конструкторы антисоветской идеологии почерпнули этот мотив у одного из главных гуру англосаксонской историософии Арнольда Тойнби? Тойнби в «Постижении истории» поражался необыкновенному упорству, с которым «универсальные государства» борются за свою жизнь, как будто они и есть «конечная цель существования», действительно Вечный Город, Бессмертная Империя. Тойнби признавал, что труднообъяснимая вера людей в бессмертие их держав, которая проявлялась даже после крушения империй, порой позволяла возрождать эти империи в новой форме, как будто «мертвая цивилизация и живая связаны между собой сыновне-отеческим родством»[1]. Эта вера сродни той, что, по евангельскому слову, движет горами. Не значит ли это, что заклинания о смертности империй в конце 80-х годов были призваны внушить позднесоветскому, а затем и постсоветскому обществу обратные убеждения, так сказать, вакцинировать его от «имперского синдрома»?Другой мотив, связанный с предыдущим, и имеющий хотя бы какую-то внутреннюю логику, заключался в том, что империя как политическая форма в принципе уходит в прошлое, то есть попросту устарела. Действительно, XX век стал веком небывалых антиколониальных и национально-освободительных движений, в результате которых пали ведущие державы-метрополии от империи Габсбургов на Западе до царства династии Цин на Востоке, а затем с мировой карты исчезли колонии Великобритании, Франции и Португалии. В этой оптике СССР мог показаться последним образованием имперского характера, чем-то вроде реликта русского имперского проекта, получившего за счет левой революции отсрочку собственной гибели. Такую трактовку нередко можно встретить у неолиберальных публицистов – и теперь уже не только в отношении СССР, но и современной, путинской России, новый консервативный курс которой, как говорят некоторые, призван вновь отсрочить неизбежный и окончательный развал нашего государства, столь для них желанный.Не в последнюю очередь разрушение СССР рассматривалось политическими элитами британского мира как своего рода «месть» за освободительное движение, которое было спровоцировано социалистическим блоком в его противостоянии с миром капитализма. В настоящем докладе мы приходим к выводу, что тезис о «конце всех империй» был справедлив по отношению к западным колониальным империям Нового времени, а потому западные идеологи и ученые спроецировали его и на «восточные» державы. Это была «месть» не только политическая, но и, в некотором роде, методологическая, поскольку западный человек разочаровался в своих империях, убедительно продемонстрировав себе и всему миру свою «имперскую несостоятельность». Так называемый «викторианский синдром», который крайне болезненно переживала британская элита в 60-е – 70-е годы XX века, до сих пор не изжит. К примеру, воссоединение России с Крымом отзывается имперскими фантомными болями (принц Чарльз, встречаясь с меджлисом крымских татар, декларировал собственное родство с крымскими ханами). Дополнительная фантомная боль провоцируется тем фактом, что Крым не стал-таки яблоком раздора между Россией и Турцией.Антиимперский и антиимпериалистический пафос коммунистов и социалистов первой половины века был взят на вооружение неолибералами. До сих пор в представлении западной политологии, во многом наследующей штампы «революции 1968 года», империя сводится к захвату ресурсов, подчинению слабых государств и ограблению населения. Но на практике «молодежный класс» мобилизуется часто против правительств, старательно внедряющих демократическую модель с разделением властей, в то время как реальные вассальные диктатуры (напр., монархии Персидского залива) получают «иммунитет».Вместе с тем гипотеза о смерти всех империй, этот своеобразный аналог мифа о «конце истории», будучи удачно примененной как инструмент демонтажа восточного блока и СССР, оказалась сама по себе мимолетной. Лишь в 90-е годы идея освобождения от бремени и наследия империи лежала в основе целой волны внешне объективных академических исследований, проводившихся в основном при поддержке западных фондов. Правительствам «переходных экономик» внушалась модель национального государства как естественного воплощения демократии. При этом параллельно происходило конструирование Евросоюза и разворачивались программы партнерства с НАТО в Восточной Европе, что означало реальное имперостроительство и учреждение «вассалитетов» на освободившихся от советского влияния территориях.Тем не менее, в те годы встречались и откровенные признания со стороны ведущих западных ученых. Так, например, Хью Тревор-Ропер уже в 1993 году, отбрасывая камуфляж, утверждал, что малые нации не могут обладать полным суверенитетом, поскольку так или иначе являются частями имперских систем[2]. Тогда это был один из немногих голосов, затерявшихся в хоре политкорректности и эйфории «конца истории».В течение одного десятилетия ситуация с трактовками империи сильно изменилась и наметился так называемый «имперский перелом»[3]. Размытость понимания империи привела и к размытости ее критики. Одновременно произошла деконструкция понятия «нации» и производного от него «национального государства». Национальное государство как ориентир 90-х годов, по выражению К. Кейдера, все больше утрачивало «очарование». Попытки представить понятие империи в виде «воображаемого сообщества» в целом оказались безуспешными. Ученые заговорили о «когнитивном расстройстве» имперских исследований. По выражению Марка Бейссингера, «денатурализация» нации привела к опасности романтизации былого имперского разнообразия, и теперь империя – о, ужас! – может занять ставшее вакантным место основополагающего элемента истории[4].Объявление о «конце империй» оказалось ничтожным перед лицом истории, и от разговоров об имперском реваншизме все чаще стали переходить к констатации неустранимости имперского начала в российской политике[5]. С другой стороны, американская имперская традиция также возрождается, и все отчетливее звучат голоса о строительстве всеобъемлющей империи как однополярного мира, а не просто абстрактного global state. Об этом пишут и противники американской империи, такие как Энтони Негри и Майкл Хардт, и её апологеты, вроде неоконсерваторов Роберта Кейгана и Уильяма Кристола или менее идеологизированный Параг Ханна.В России, наряду с неолиберальной и нигилистической волной, существовала и развивалась собственная традиция описания империи. Суть ее может быть охарактеризована словами В.П. Булдакова об отказе воспринимать империю как исключение, а не правило всемирной истории или тем более как «дурное прошлое», от которого необходимо открещиваться[6]. К заметным проектам апологетического по отношению к имперскому опыту России характера можно отнести дискуссии в журналах «Родина» (1995-1997 гг.) и «Философия хозяйства» (1999 – 2005 гг.). Идеологами империи в этом ключе выступили митрополит Иоанн (Снычев), В.Л. Махнач, Ю.М. Осипов, А.Г. Дугин, A.C. Панарин и др. В наиболее зрелом виде неоимперский подход проявился в работах второй половины нулевых и последующих годов[7].Один из пороков постмодернистских подходов к истории заключался в том, что историки этой генерации зачастую игнорировали глубинные, свойственные коренному большинству населения той или иной страны установки и предпочтения и сосредотачивали свои исследования на наиболее заметных «пограничных» меньшинствах. Такой подход был выгоден для тех сил, которые рассматривали научный и концептуальный анализ не как средство подлинного понимания объекта, а как поиск и конструирование наиболее эффективных способов манипуляции объектом, в том числе его разрушение.Именно стремлением найти идеальный способ манипуляции и разрушения объясняются многие структурные исследования империй, в том числе Российской империи и СССР. Вычленение слабых мест, уязвимых сообществ, тех меньшинств, которые склонны к поддержке процессов политического разложения и распада, конструирование протестной субъектности даже тогда, когда она носит явно искусственный характер – вот фирменный стиль этой манипулятивной империологии[8]. Сработав в 80-е годы в восточном блоке, метод разжигания межнациональных конфликтов был спроецирован и в прошлое (историю Российской империи), и в будущее (современная РФ). Видные теоретики ослабления империй через рост национализмов (Д.Ливен, Р.Суни и др.) заложили неплохой фундамент для этого подхода. В национализме видели главный «мотор развития» (читай: дезинтеграции империи), а в качестве аксиомы насаждался тезис об «искусственном сдерживании национального развития» в империи. Тем не менее, золотой век идеализации «национальных государств» – в прошлом. Те, кто связал себя с таким ложно понятым национализмом, игнорировали существовавший всегда опыт постижения империи, который отражен, к примеру, в высказывании Поля Мари Вейна: «Политический порядок парил над этническим разделением, подобно тому как у нас цивилизация парит над национальными границами и не является поводом для шовинизма»[9]. Несмотря на то, что метод один раз сработал, он не может считаться совершенным – напротив, в новых исторических условиях он выдает регулярно повторяющийся порок западных обобщений – упрощение и недооценку незападных культур.В целом на сегодня на Западе пытаются построить подход, связанный с членением имперских пространств не на народы в чистом виде, а на «регионы», абстрактные территориальные единицы, в которых аналитик наблюдает уникальное сочетание различных компонентов: этносов, национальностей, политических традиций, религий, имущественных и потребительских особенностей и т.д. Соответственно, в современной практике манипуляции каждый регион рассматривается как объект, для которого создается неповторимая, специально под него рассчитанная манипулятивная стратегия.В этом подходе как в искривленном зеркале отражается традиционная имперская стратегия, где в каждом элементе титула императора символизируется своеобразный тип правления империи в конкретном регионе. Логика собирания земель в империи у современных глобальных субъектов превращается в логику «рассыпания» земель – с тем чтобы затем унифицировать и нивелировать их уже в новой, глобальной системе. Стратегически речь идет о строительстве мировой гиперимперии, которое осуществляется через расчистку поля, через «игру на понижение» в отношении религиозных, этнокультурных, государственных традиций. Возникающая гиперимперия вынуждена критиковать все бывшие до нее империи, поскольку они были не чем иным как вариантами «альтернативной глобализации» на своих локальных участках, то есть фактически ее конкурентами, почему и добрая память о них или попытки их возрождения совершенно неприемлемы. С другой стороны, она вынуждена критиковать и традиционную культуру, мораль и религиозные убеждения как недостаточно соответствующие ценностям индивидуальной «свободы».Ставка на меньшинства при этом сохраняется, и, несмотря на ее неосновательность, в настоящее время оказывается оправданной исходя из опыта так называемых революций-2.0. Режиссеры этих революций, похоже, полагают, что чаяния обществ и элит заведомо существуют в непересекающихся измерениях, и если большинство еще не противопоставлено власти усилиями активного меньшинства, значит, это большинство пассивно (равнодушно, пребывает в «темном», «рабском» состоянии и т.п.). Таким образом, разложение незападных обществ выдают за своего рода «просвещение». В других докладах Изборского клуба уже неоднократно проводилась мысль о том, что в реальности новейшие массовые движения базируются на новом поколении технологий, предполагающих более низкий уровень образования, психологической самодостаточности, целостности ментальной «картины мира» и меньшей индивидуальной зрелости агентов этих движений, чем ранее (например, в той же революции 1968 года, не говоря уже о классических революциях)[10].В информационных войнах ключевым зажигательным элементом эпохи технологий 2.0 была признана «картинка», а не вербальное сообщение. К примеру, в российских политических новостях знаковой картинкой был пожар в московском Манеже в день инаугурации Путина, с Раушской набережной выглядевший как зрелище горящего Кремля; другой знаковой картинкой – панк-молебен в главном соборе Москвы, участницам которого были в деталях знакомы египетские прецеденты создания революционных «картинок».Однако, все это вмиг померкло перед кадрами ликующей человеческой массы у здания Верховного совета Крыма, а следом, вскорости – километровой очереди на референдуме донетчан и луганцев в Москве. Обе эти незапрограммированные картинки и были основанием для термина «информационные войска Путина» – поскольку иначе как прямым производным от государственной пропаганды стандартная западная аналитика этот феномен рассматривать не могла. Прошло некоторое время, прежде чем Москве была предъявлена претензия в имперском реваншизме, с соответствующими заявлениями на саммите НАТО и после него. Пропагандистское усилие со стороны РФ сыграло вспомогательную роль: оно само по себе не генерировало запроса на империю, а лишь открыло шлюзы для выхода в публичное пространство этого накопленного под спудом общественного запроса. Когда этот факт стал уже неопровержимо очевиден для глобальных экспертных кругов, последовали глобальные оргвыводы.Последовательность этих оргвыводов обернулась еще одним просчетом: так называемый «ближний круг» российского лидера сплотился, не смутившись как экономическим, так и статусным ущербом. Более того, обнаружилось, что критерий личного статуса для сообщества-мишени не тождественен допуску в наднациональные клубы; более того, глобальный корпоративный мир не проявил ожидавшейся решимости к отторжению российских участников: пришлось прибегать к персональному давлению и даже точечным ликвидациям (Кристофа де Маржори).Как итоги референдума в Крыму, так и (в еще большей степени) опросы граждан России об отношении к присоединению Крыма, или замеры рейтинга президента России – недвусмысленно свидетельствовали о том, что колоссальные средства, вложенные в «ломку русского менталитета» через государственные (связанные с USAID), квазинезависимые (многочисленные НКО – иностранные агенты) и частные каналы, были потрачены во многом впустую. Общество, от которого ожидалось «несогласие» с властью, ответило «несогласием» с манипуляторами.Несмотря на то, что сети публично интерпретировались в период «арабской весны» лишь как технический инструмент, как «модератор коммуникации», энтузиасты «технологий 2.0» исходили из аксиомы о том, что степень интернетизации пропорциональна степени «правильной» трансформации обществ-мишеней. В то же время сеть, транслирующая не либеральные, не радикально-националистические, а имперские смыслы, в представлении экспериментаторов – просто нонсенс: ее «не может быть, потому что не может быть никогда». Ведь имперское мышление – возврат в XIX век (как и говорилось с высоких трибун), а в XIX веке сетевых сообществ не было.Симптомы возрождения имперского сознания на уровне элит целого ряда государств с имперских прошлым лежали на поверхности – от посещений первыми лицами Японии храма Ясукуни до присвоения новому мосту через Босфор в Стамбуле имени султана, не говоря уже о том, что китайцы даже в государственной прессе стали именовать свою страну не только народной республикой, но и Поднебесной (империей). Если эта тенденция отметалась как некая случайная аномалия, обусловленная причудами или «заскоками» отдельных амбициозных лидеров, то этот факт можно объяснить исключительно идеологической установкой, стереотипом, исходящим из «желаемого» (wishful thinking).Поэтому, когда западная публицистика рассчитывает на действие антироссийских санкций как на «победу (пустого) холодильника над телевизором», эта вульгарно-материалистическая метафора неточна: чтобы превратить русских людей в животных, их, кроме телевизора, нужно лишить по крайней мере еще и компьютера. Того самого средства, которое задумывалось как инструмент деидентификации, а стало в России рупором имперских смыслов.............................[1] Тойнби А. Постижение истории. М. 1991. С. 485-489.[2] Trevor-Roper H. Aftermaths of Empire – in: End of Empire. The Demise of the Soviet Union / ed. by G.Urban. Washington 1993. С. 93.[3] Он отразился в большом количестве работ о России, таких как: Wortman R. Scenarios of Power: Myth and Ceremony in Russian Monarchy. Princeton: Princeton University Press, 2000; Imperiology: From Empirical Knowledge to Discussing the Russian Empire / Ed. by Kimitaka Matsuzato. Sapporo: Slavic Research Center, Hokkaido University, 2007; Russian Empire: Space, People, Power, 1700–1930 / Ed. by J. Burbank, M. von Hagen, A. Remnev. Bloomington: Indiana University Press, 2007 и мн. др.При этом в России неспроста в тот же самое время продолжаются разработки, призванные объяснить «отмирание» империи становлением «наций» и предупредить против опасностей, сопряженных с возрождением имперских комплексов: сборники российско-американского журнала «Ab Imperio»; Миллер А. Империя Романовых и национализм. М., 2006; Западные окраины Российской империи / Под ред. М.Д. Долбилова и А.И. Миллера. М.: НЛО, 2007; Сибирь в составе Российской империи / Под ред. Л.М. Дамешека, A.B. Ремнева и др. М.: НЛО, 2007; Северный Кавказ в составе Российской империи / Под ред. В.О. Бобровникова и И.Л. Бабич. М.: НЛО, 2007; После империи / Под ред. И.М.Клямкина. М., 2007 и мн. др.[4] Beissinger M.R. The Persistence of Empire in Eurasia // NewsNet: News of the American Association for the Advancement of Slavic Studies. Vol. 48 (2008). № 1.[5] Rоsefelde S. Russia in the 21-st Сentury. The Prodigal Superpower. Cambridge University Press, 2005; Паин Э. Россия между империей и нацией // Pro et Contra. 2007. Май-июнь; King Ch. Crisis in the Caucasus: A New Look at Russia’s Chechen Impasse // Foreign Affairs. 2003. March-April.[6] Булдаков В.П. Империя и смута: К переосмыслению истории русской революции // Россия и современный мир. 2007 № 3. С. 7.[7] Русская доктрина / под общ.ред. А.Кобякова и В.Аверьянова. М., 2005; Крепость «Россия» / М.Леонтьев, М.Юрьев, А.Невзоров, М.Хазин и др. М., 2005; Проханов А. Симфония Пятой империи. М., 2006; Проханов А., Кугушев С. Технологии Пятой империи. М., 2007; Бабурин С.Н. Мир империй. М. 2010; Аверьянов В. Империя и воля // Москва 2012 № 1 и др.[8] Это напоминает анекдот о конкурсе на лучшую книгу о слонах. В нем немцы привезли на тележке многотомный труд «История изучения слонов – Введение», американцы – брошюру «Все, что вы хотели знать о слонах», французы – изящный альбом «Сексуальная жизнь слонов», а англичане – том в кожаном переплете «Как охотиться на слонов». Подход англичан в этом анекдоте – красноречивая метафора того, что такое «имперские исследования России» на Западе в постколониальную эпоху.[9] Paul Veyne. L’Empire romain. – In: Maurice Duverger (ed.) La Concept d’Empire. Paris: Presses Univ. des France, 1980. С. 122.[10] Черемных К., Восканян М., Кобяков А. Анонимная война (доклад) // Изборский клуб, 2013, № 6; Доклад «Линии раскола в российском обществе» / под ред. А. Кобякова // Изборский клуб, 2014, № 6 (18) и др.Полностью читать доклад на сайте Изборского клуба

30 мая 2015, 17:30

Киберцели Пентагона

Владимир ОвчинскийСледуя доктрине американского превосходства, администрация Соединенных Штатов изложила новую стратегию защиты киберпространства, со всей определенностью заявив о том, что страна без каких-либо колебаний примет ответные меры в случае кибератак, при необходимости даже используя военную силу.Разработчики новой киберстратегии исходят из того, что все более широкоеиспользование кибератак в качестве политического инструмента отражает опасную тенденцию в международных отношениях. Уязвимости в кибербезопасности государственных структур и бизнеса делают нападение на территорию США привычным и приемлемым для противников США делом.Достигнутый программный уровень позволяет противникам Америки впервые в истории получить эффективные средства нанесения разрушительных, парализующих атак, с неприемлемыми для США последствиями.В стратегии прямым текстом заявлена задача выработать комплексные меры по противодействию, а если необходимо, «уничтожению противника, осмелившегося вступить в схватку с Соединенными Штатами в киберпространстве».В стратегии выделяется несколько ключевых направлений обеспечения кибербезопасности.Обмен информацией и межведомственная координация. Для обеспечения безопасности и продвижения интересов США по всему миру в киберпространстве Министерство обороны стремится обмениваться информацией и координировать свою деятельность на комплексной основе по целому ряду вопросов кибербезопасности со всеми соответствующими федеральными органами власти США. Например, если Министерство обороны, благодаря своим возможностям узнает о вредоносных программах и акциях, которые могут быть нацелены на нанесение ущерба критической инфраструктуре США, то Министерство обороны немедленно поделится информацией и начнет действовать совместно с такими структурами как Министерство внутренней безопасности и ФБР. Министерство обороны США также предоставляет всю необходимую информацию для того, чтобы другие правительственные агентства могли наиболее успешно защититься от атак хакеров и шпионов. Министерство обороны выступает также за создание единой информационной базы распознавания и определения кибератак на государственные учреждения, создание в последующем единой системы управления инцидентами.Строительство мостов с частным бизнесом. Свою первоочередную задачу Министерство обороны США видит в налаживании контактов и взаимодействия с частным бизнесом. Министерство обороны постоянно обменивается с поставщиками интернет-услуг, производителями софта информацией, необходимой для стойкого отражения кибервторжений, не только в отношении государственных учреждений, но и в корпоративную среду.Создание альянсов, коалиций и партнерств за рубежом. Министерство обороны США осуществляет прямые непосредственные контакты с союзниками США и партнерами за рубежом, ведет работу по укреплению различного рода альянсов и коалиций, включая, в том числе, решение вопросов защиты критических инфраструктур, сетей и баз данных. Стратегически единая коалиция, которую формируют Соединенные Штаты, должна, в конечном счете, сформировать единое киберпространство. Оно будет защищеносоответствующими актами о коллективной оборонеМинистерство обороны США выполняет три основных миссии в киберпространстве:Во-первых, Министерство обороны защищает собственные сети, системы и базы данных. Зависимость успеха военных миссий от состояния кибербезопасности и эффективности киберопераций побудило еще в 2011 г. объявить киберпространство оперативной областью действия вооруженных сил США.Во-вторых, Министерство обороны США готовится защищать Соединенные Штаты и их интересы от разрушительных глобальных кибератак. Хотя пока подавляющая часть кибератак нацелена на кражу данных, Президент США, Совет национальной безопасности и Министерство обороны считают вполне вероятной ситуацию, когда противник постарается нанести максимальный материальный ущерб инфраструктуре США, действуя не традиционными видами вооружений, а используя программный код. По указанию Президента или Министра обороны американские военные могут и будут осуществлять кибероперации, нацеленные на ликвидацию возможностей неминуемого или осуществляемого нападения на территорию и народ США, и ущемление интересов страны в киберпространстве.В-третьих, в соответствии с указанием Президента или Министра обороны американские вооруженные силы готовятся обеспечить возможности киберподдержки для реализации планов действий в чрезвычайных ситуаций и при ведении военных действий. В рамках этой миссии Министерство обороны в соответствии с указанием Президента или Министра обороны должно быть способно к наступательным кибероперациям, включая подавление военных киберсетей противников и выведение из строя их критической инфраструктуры.Полностью читать доклад на сайте газеты Завтра