• Теги
    • избранные теги
    • Люди18
      • Показать ещё
      Страны / Регионы46
      • Показать ещё
      Разное50
      • Показать ещё
      Формат10
      Показатели10
      • Показать ещё
      Издания2
      Международные организации6
      Компании13
      • Показать ещё
      Сферы1
Кайрат Келимбетов
23 января, 00:00

Айдархан Кусаинов: Сегодня идет поиск виноватых в экономических и финансовых проблемах

АйдарханКусаинов: Сегодня идет поиск виноватых в экономических и финансовых проблемахКазахстанскийбанковский сектор встретил новый 2017-й год в статусе пациента в критическомсостоянии. Дефолт двух финансовых организаций средней руки, сливы относительно«Казкоммерцбанк», скандал вокруг Единого накопительного пенсионного фонда подорвалидоверие к отечественному финансовому сектору. Что ждет казахстанские банки в2017-м году? Какие процессы происходят в финансовой системе республики? На этитемы корреспондент Пресс-клуба «Содружества» побеседовал с генеральным директоромконсалтинговой компании Almagest АйдарханомКусаиновым. — Айдархан Маратович, как Вы считаете, ждут ли казахстанские банки массовые банкротствав 2017 году, постигнет ли ряд других финансовых организаций судьба«Казинвестбанка» и «Дельта Банка»? — Наверняка, банковскийсектор страны претерпит в течение 2017 года изменения. Совсем не обязательно,что финансовый сектор ожидают массовые банкротства, хотя это не исключено. Вероятно,многие банки будут стоять перед выбором – объединяться или ликвидироваться.Необязательно, что это будут банкротства, возможно также, что отдельные финансовыеорганизации вынуждены будут пойти на передачу бизнеса.Иными словами, да,казахстанский банковский сектор находится под напряжением, он претерпитизменения в предстоящем году — и этот процесс будет достаточно значительным. Вероятно,что какие-то банки не переживут 2017 год, но в каком виде это произойдет, покаконкретно сказать сложно. — Коснется ли это десяти крупнейших или так называемых системообразующих банков? — Полагаю, чтонаибольшее давление как раз-таки испытывают крупные банки, им и придетсятруднее всего в предстоящий период. Насколько мне известно, среди топ-10, естьбанки, которым придется крайне трудно в 2017 году. Таким образом, реорганизациякоснется не только мелких финансовых организаций, крупные банки также будут вынужденыискать выход из ситуации. И я убежден, что государству придется в итоге кому-топомочь. — В чем были системные просчеты отечественных банков, приведшие их кнынешней ситуации? — Большой системныйпросчет казахстанского банковского сектора был связан с макроэкономическимипараметрами казахстанской экономики. В силу экономической политики последнихпятнадцати лет, сформировавшейся еще до кризиса 2008 года, в стране неразвивался производственный сектор и, соответственно, долгосрочноекредитование. Иначе говоря, в стране закрывались заводы и открывались торговыецентры. А кредитование сектора строительства и торговли, как известно,предполагает короткий оборот денег.Отсутствие отраслей,пригодных для долгосрочных инвестиций, обусловило ограниченность ресурсовотечественного банковского сектора: иностранным инвесторам не интересны короткиеобороты, их привлекают проекты с долгосрочной отдачей.Таким образом, попричине того, что в стране невыгодно было создавать производства – из-закрепкого тенге и отсутствия рынка сбыта – иностранные кредиторы, в случае еслиим неинтересен был нефтяной сектор, в Казахстан со своими деньгами не заходили.В результате того, чтоэкономика подстроилась под короткий бизнес-цикл, продолжительность которогосоставляет от нескольких месяцев до года, длинные деньги серьезных зарубежныхинвесторов в страну не привлекались, а вклады населения также были рассчитанына краткосрочный период.По сути, странапогрузилась в короткий торговый бизнес: импортировал товар – продал – начал следующийбизнес-цикл. А когда банковский сектор нацелен на кредитование торговли – длянего не имеет смысла удлинять сроки депозитов. Таким образом, фондированиебанков, которые получили ликвидность из вкладов населения, оказалось коротким.Получилось следующее: в2015 году, когда казахстанские денежные власти упорно не проводили девальвацию,население и бизнес в течении нескольких месяцев конвертировали свои депозиты изтенге в валюту. Банки ничего с этим поделать не могли – это было законноетребование вкладчиков.В итоге оказалось, чтообязательства банков все в валюте, а кредиты, которые они выдавали, — в тенге.И с этим ни один банк ничего поделать не мог. В результате у финансовыхорганизаций образовалась солидная брешь.Если бы девальвация в2015 году произошла резко, по крайне мере, не все вкладчики успели бы перевестисвои депозиты в тенге. Звучит это, конечно, достаточно жестко по отношению кдержателям вкладов, в то же время, это позволило бы распределить потери на всехучастников процесса.Однако из-за того, чторешение о проведении девальвации оттягивалось так долго, как только это быловозможно, все убытки сконцентрировались в банках.-Связаны ли проблемы банковского сектора такжес коррупционной составляющей? — Полагаю, в незначительноймере. Конечно, нужно было давно расчищать банки, кроме того, чересчурзатянулись разбирательства с наследием БТА банка…Но большая частьпроблем связана все-таки с финансовой и экономической политикой государства.Сильный шок, который испытывал банковский сектор из-за длительного удержаниякурса тенге, в итоге аукнулся, многократно усложнив проблемы, которые и безтого были характерны для нашей финансовой системы. — После новогодних праздников финансовый сектор потряс еще один скандал, на этотраз связанный с задержанием топ-менеджмента Единого накопительного пенсионногофонда (ЕНПФ). Как вы считаете, не поставит ли этот эпизод крест на накопительнойпенсионной системе, которая и так не пользуется большим доверием населения? — Думаю, что большой ролиэтот инцидент в судьбе ЕНПФ не сыграет. Реальная проблема пенсионной системыКазахстана в другом – в том, что у пенсионных фондов нет возможностейинвестировать внутри страны, а это связано, прежде всего, с экономическойполитикой. А инвестировать за рубежом им не дают, потому что это «непатриотично»и «аполитично». Кроме того, это связано со страхом утратить контроль надпенсионными накоплениями. — В последнее время глава Нацбанка Данияр Акишев подвергается массированнойинформационной атаке. Недавно бизнес-портал AtamekenBusinessChannelопубликовал статью, в которой автор предположил, чтоза этой кампанией стоят банки второго уровня, недовольные политикойпредседателя Национального банка. Что вы думаете по этому поводу? — Не думаю, что этотак. Политика Данияра Акишева, которая, к сожалению, вызывает напряжение вбанковском секторе, очень правильна. Я считаю, что это, действительно, очень сильныйи профессиональный менеджер, у которого, по-видимому, есть карт-бланш. Бывшийглава Нацбанка Григорий Марченко хотел сделать практически то же самое, что иАкишев, но у него, вероятно, не было на то полномочий.В то время, какполитика, которую проводил предыдущий председатель Нацбанка – Кайрат Келимбетов– физически привела отечественный финансовый сектор к краю пропасти, за что егоочень сильно критиковали, в том числе и я.Все то, что ставитсядействующему главе Нацбанка в вину: девальвация, недовольство населения, перекрытиеликвидности банкам, дедолларизация экономики – на самом деле являетсяправильными, необходимыми и неизбежными шагами. Естественно, это больно.Обмороженный человек проклинает того, кто его растирает. Поэтому-то Акишевоказался сегодня под ударом.То, что глава Нацбанкане общается с прессой, в чем его сегодня обвиняют СМИ, на мой взгляд, абсолютнонормально. Председатель Национального Банка не должен ходить и раздаватькомментарии всем желающим. Это совершенно нормальное отношение профессионала ксредствам массовой информации. Это вовсе не означает, что он их не уважает.Просто ему достаточно было заявить официальную позицию – он не обязан бегать иразжевывать собственные слова.Думаю, что Акишев и синформационной точки зрения ведет себя грамотно и профессионально. — В последние двадцать дней Астану сотрясают громкие отставки и аресты, которые вобщественном мнении связываются с развернувшейся наверху элитной борьбой. Можетли нынешняя ситуация в банковском секторе, слухи и сливы, которые будоражатего, быть отражением этого обострившегося противостояния? — Подчеркну еще раз:слухи, касающиеся казахстанской банковской системы, — не беспочвенны. Вфинансовом секторе, действительно, есть напряжение. Но оно есть и в экономике.Что касается вашеговопроса, то, полагаю, все наоборот. Как раз-таки экономические и финансовыепроблемы обострили элитную борьбу, стали причиной отставок и громких уголовныхдел. Иными словами, после того, как пришло понимание больших проблем вэкономике и финансах, начался поиск виноватых. — Насколько это эффективный метод решения экономических проблем? — Позитив в этом я вижуследующий: осознание того, что необходимо срочно что-то менять, вынуждаетвласти идти на резкие меры. Впрочем, на этом позитив заканчивается, посколькуодни элитные группы для того, чтобы не оказаться виноватыми в сложившейсяситуации, спешат подставить под удар другие. Вероятно, логика происходящеготакова.ЖанарТулиндинова (Астана)

20 января, 00:00

Келимбетов дал интервью агентству Bloomberg

Кайрат Келимбетов дал интервью агентству, в котором рассказал об инвестиционным климате в Казахстане, а также был вынужден ответить на вопрос о скандальной сделке ЕНПФ. 17 января Келимбетов, управляющий Международным финансовым центром “Астана”, обсуждал пути развития Казахстана с репортером Bloomberg Стивеном Энглом. Вопрос о ЕНПФ не был центральным и прозвучал в финале интервью, но акцент был поставлен четко. Портала 365 Info.kz приводит полный текст беседы.Перспективы — Ваша задача — создать финансовую индустрию услуг в центральноазиатской стране. Вкратце, в двух словах расскажите нам о главной цели и задачах.— Цель — создать новую платформу в Казахстане, которую мы называем Международный финансовый центр “Астана”. Это очень похоже на Дубайский международный финансовый центр или на Глобальный рынок Абу-Даби.— Я люблю эту цитату: вы хотите стать “пряжкой в Поясе и Пути”. Насколько это амбициозно? Вы не только выполняете роль перевозчика и посредника между Китаем и западными странами, но сами можете в этом процессе участвовать, тем самым повышая уровень вашей экономики.— Абсолютно. В центральноазиатских странах большой рынок, 70 млн человек. Казахстанская граница с Китаем составляет более 2000 километров. Мы уже начали реализовывать программу восстановления Великого Шелкового пути, который связывает Китай с другими странами. Казахстан был выбран Китаем из трех стран (включая Пакистан и Иран) в качестве ключевого партнера программы “Один пояс — один путь”.— Казахстану отказали в проведении зимней Олимпиады, но в этом году у вас есть ЭКСПО. Я недавно посмотрел на уровень иностранных инвестиций в вашу страну. Любопытно, что Нидерланды, Великобритания и США занимают первые три места, Китай — четвёртое. Как вы намерены стимулировать инвестиции со стороны Китая? — 50% торговли Казахстана — это ЕС, по 20% — у России и Китая. Казахстан хочет диверсифицировать свою экономику. Мы сосредоточены на создании новых индустриальных активов, а также инфраструктуры и новой экономики в сфере обслуживания. Я думаю, что Китай будет играть в этом немаловажную роль.Цена экономической стабильности — Насколько сильно ощущается резкое падение цены на нефть? Да, есть улучшения, но в России кризис, против неё введены санкции. Как вы собираетесь выйти из сложной финансовой ситуации, с учётом того, что ваша банковская система находится под огромным давлением? Возможно, что самый большой кредитор испытывает нужду в государственной финансовой помощи.— Думаю, что казахстанское государство и Национальный банк выбрали правильную стратегию. В августе 2015 года Казахстан перешел на новый режим денежно-кредитной государственной политики — мы осуществляем таргетирование инфляции для свободного плавания валютного курса. Это позволит нам действительно пережить любые внешние шоки. В Казахстане в связи с падением цен на нефть и экономическим кризисом в России был двойной шок. Мы стали проводить ответственную фискальную политику — в бюджете на следующие три года заложена 40-долларовая цена на нефть.Но самое главное — структурные реформы в вопросах верховенства закона, диверсификации экономики, приватизации и создание центра финансовых услуг в Казахстане.— Если учесть возможность того, что самый большой кредитор, Казкоммерцбанк, испытает нужду в государственной финансовой помощи, может ли экономика Казахстана потерпеть очередную реструктуризацию задолженности?— Этот вопрос сейчас обсуждается в Национальном банке и финансовом секторе в целом. В 2008-2010 годах ситуация в финсекторе Казахстана тоже была очень сложная. Два из четырех системообразующих банка обанкротились. Но я считаю, что Национальный банк и Суверенный фонд способствуют восстановлению финансового сектора.Приманка для инвесторов — Как вы будете изменять представление иностранных инвесторов о ситуации в Казахстане? Как восстановить их доверие? Потому что по глобальным данным S&P (Standard & Poor’s Financial Services LLC) один из трёх займов либо недействующий, либо заново рассматривается.— Я считаю, что к категории недействующих займов относятся меньше 10%, и это большое достижение за последние пять лет. Думаю, что Международный финансовый центр «Астана» является доказательством того, что мы создаём новый инвестиционный климат в Казахстане. Кстати, центр основан на общем английском праве (English common law), что для нас в этой части мира уникально.— Там будут говорить только по-английски?— Только по-английски.— Английский будет официальным языком?— Абсолютно.Скандал с ЕНПФ интересует Bloomberg — Понятно. А как насчет корпоративного управления? Вы подняли этот вопрос, но есть проблемы. Недавно случился инцидент с Национальным пенсионным фондом, который принадлежит Национальному банку. Даже идет расследование сделки в связи с возможным криминальным фактором. Так есть ли проблемы в корпоративном управлении? Ситуация улучшается?— Да, мы сосредоточены на улучшении корпоративного управления в Казахстане. Один из способов — массовая приватизация, которую мы ожидаем, когда все государственные компании, принадлежащие суверенному фонду “Самрук-Казына”, будут приватизированы в течение следующих 3-5 лет. Это примерно 19 крупных предприятий, которые составляют около 40% ВВП страны. И мы понимаем, что более прозрачная и эффективная структура государственных компаний пойдет Казахстану на пользу.Кристон Мисаhttps://365info.kz/2017/01/kelimbetov-daet-intervyu-bloomberg-o-potentsi...