• Теги
    • избранные теги
    • Разное779
      • Показать ещё
      Страны / Регионы531
      • Показать ещё
      Люди424
      • Показать ещё
      Компании197
      • Показать ещё
      Формат63
      Показатели34
      • Показать ещё
      Международные организации23
      • Показать ещё
      Издания44
      • Показать ещё
      Сферы5
27 апреля, 22:18

Андрей Кобяков о динамическом консерватизме

Сайт Царьград ТВ: http://tsargrad.tv/ Подписывайтесь: https://www.youtube.com/tsargradtv Facebook — https://www.facebook.com/tsargradtv ВКонтакте — https://vk.com/tsargradtv Twitter — https://twitter.com/tsargradtv Одноклассники — http://www.ok.ru/tsargradtv

27 апреля, 09:39

Итоги приватизации. Как квартирный вопрос испортил москвичей

«Собственная» недвижимость стала серьезной проблемой как на уровне отдельной семьи, так и на государственном. Теперь о реновациях властям предстоит договариваться с сотнями тысяч отдельных владельцев

25 апреля, 01:53

Нелегкий выбор Франции: политическая негодница или прохиндей

Марин Ле Пен решила временно оставить пост руководителя "Национального фронта". Своего рода отпуск она взяла, чтобы полностью сосредоточиться на борьбе за президентское кресло. Последние опросы показали, что шансов во втором туре у неё значительно меньше, чем у Эммануэля Макрона.

25 апреля, 01:53

Нелегкий выбор Франции: политическая негодница или прохиндей

Марин Ле Пен решила временно оставить пост руководителя "Национального фронта". Своего рода отпуск она взяла, чтобы полностью сосредоточиться на борьбе за президентское кресло. Последние опросы показали, что шансов во втором туре у неё значительно меньше, чем у Эммануэля Макрона.

25 апреля, 00:20

Михаил Смолин в программе Катехон-ТВ "Русский консерватизм и революция 1917"

Оригинал взят в club_katehonВ продолжении выходящей на Катехон-ТВ серии передач, посвященных осмыслению причин и последствий произошедшей сто лет назад русской катастрофы 1917 года, представляем вашему вниманию программу с Михаилом Борисовичем СМОЛИНЫМ - историком русской консервативной мысли, кандидатом исторических наук, публицистом, директором Фонда "Имперское возрождение", а с 2017 года редактором телеканала "Царьград", по теме: "РУССКИЙ КОНСКРВАТИЗМ И РЕВОЛЮЦИЯ 1917 ГОДА":- основные принципы русского консерватизма- православие, монархия и национализм- Константин Леонтьев, Лев Тихомиров, Иван Солоневич- отношение консерватизма к демократии и социализму- реакция консерваторов на революцию 1917 годаВедущий программы - Аркадий Малер.

24 апреля, 15:49

Русская эмигрантка Виктория Хогланд о Голландии: это шоу «Остаться в живых»

Уехавшая на ПМЖ в Европу российская эмигрантка Виктория Хогланд довольно скоро разочаровалась в Голландии, которая оказалась вовсе не веселой и благополучной страной.

24 апреля, 14:25

Робот-адвокат: как юристам не остаться без работы

Цифровые технологии уже привели к увольнению тысяч юристов по всему миру. Однако полностью переложить выполнение даже самых рутинных операций на машины и избавиться от человеческого фактора все равно не получится

24 апреля, 13:23

Круглый стол на тему «Политический реализм и международные отношения»

«Фонд исследований мировой политики» и журнал «Россия в глобальной политике» в рамках реализации научно-просветительского проекта «Российский консерватизм и международные отношения» провели 14 апреля 2017 г. круглый стол на тему «Политический реализм и международные отношения».

Выбор редакции
18 апреля, 00:08

Светлана Немоляева: внучку я не критикую. Знаю, как это ранит

К своему юбилею всенародно любимая актриса рассказала АиФ.ru о том, кто стал ее «крестным» в профессии и о том каково это — играть на одной сцене с самыми близкими и родными людьми.

17 апреля, 12:53

Университет монстров: почему бизнес и ученые не находят общего языка

Низкая эффективность научных разработок для предпринимателей и политический застой мешают развитию российских университетов

16 апреля, 18:16

Корейская весна

Мне очень нравится Северная Корея, в нашу эпоху, когда «везде одно и то же», эта страна по-настоящему самобытная, а не играющаяся в модный ныне фейковый консерватизм. Поэтому в последнее время пристально слежу за событиями вокруг Корейского полуострова. Как видим, обещанная война на Корейском полуострове не случилась, да и не могла случиться. Похоже, КНДР уже давно пересекла ту линию, за которой атака США на нее стала невозможна. Ведь янки могут нападать лишь на тех, кто гарантированно не может дать отпора (в этот они схожи с путинской Россией). Пусть у наследника Ким Ир Сена в запасе всего десяток ядерных зарядов, но «цивилизованный мир» очень труслив, и его пугает даже гипотетическая возможность их использования. Выжженный мегаполис Сеул это страшный сон для «взаимозависимой мировой экономики». Подобным образом, если бы у Саддама Хусейна было в запасе что-то по-настоящему ядерное, он до сих пор правил бы Ираком. Так что теперь Трампу остается только жевать гамбургер и ждать, пока ученые страны чучхе не создадут ракеты, способные долетать до его Белого дома.

15 апреля, 14:56

Андрей Зберовский: почему россияне протестуют?

В этом аналитическом материале, как профессор всеобщей истории, в популярной форме доношу власти и политической элите России суть тех протестных настроений в обществе, которые сами простые граждане не в состоянии четко сформулировать и правильно передать наверх. Как в виду отсутствия у них специального образования, так и незаслуженно низкого интереса к мотивам оппозиционного поведения граждан со стороны партии власти и бюрократии. 26 марта 2017 года почти в сотне городов России тысячи граждан страны вышли на протестные митинги и шествия, прозванные в народе "мартовскими гуляниями". Официальные лица и СМИ ничего серьезного в этом не увидели. Или все сделали так, чтобы ничего не увидеть. Большая часть митингов была не санкционирована. Во многих городах власть позволила проводить их только на окраинах. Практически нигде на мероприятиях не присутствовали представители действующей политической элиты – как избранные депутаты различных партий, так и представители правящей бюрократии. Ведущие федеральные и региональные СМИ не освещали протест в своих передачах. Как заместителю председателя общественной палаты миллионного Красноярска, мне приходится много общаться с государственными и муниципальными служащими высокого ранга, депутатами разного уровня, гражданами. Разговаривая с представителями власти по поводу событий 26 марта, я выделил семь значимых посылов. Чиновники вполне удовлетворены тем, что: 1. На несистемную оппозицию одета "шапка-невидимка", ее мероприятия пока не вызывают бурный общественный интерес, граждане мало знают о том, что делают те люди, которых сейчас принято называть "оппозиционерами". 2. Оппозиционеров пока относят к "маргиналам", среди них мало референтных лиц, то есть тех широко известных и узнаваемых людей, которые являются авторитетами для общества в целом или для своих конкретных социальных групп, оказывают на них влияние, формируют их оценки, определяют их поведение. 3. Оппозиция является пока общественно-эмоциональной, а не политически ориентированной. Она остается политически "безголовой", то есть среди тех людей, кто организует протестные акции и принимает в них личное участие, практически нет людей имеющих серьезный опыт публичной политики, ярких ораторов, талантливых полемистов, опытных орговиков-управленцев. Оппозиционеры по большей части являются возмущенными "любителями", а не продуманными профессионалами. Большая часть политического актива различных политических партий, даже тех, которые на словах относят себя к "оппозиционным", пока находится в стороне от протестного движения. Именно этим объясняется тот факт, что на прошедших митингах не были сформулированы какие-то конкретные требования к власти, а большинство акций имели разрозненный характер, не были связаны друг с другом в единую сеть. Число профессиональных, стабильных и последовательных оппозиционеров в стране крайне невелико, в сумме их не более нескольких тысяч человек. 4. СМИ сохраняют высокую лояльность Системе, искажая политическую, экономическую, социальную и культурную действительность под нужным углом. Причем, многие журналисты делают это без всякого подкупа и административного нажима, вполне искренне, что называется, по зову сердца. Абстрагируясь от собственного недовольства устройством жизни в стране. 5. Силовые структуры вполне готовы защищать существующий строй с оружием в руках. Во всяком случае, первое время. 6. Поведение оппозиционеров пока удачно удается объяснять обществу кознями "проклятой пятой колонны", которая на деньги беглых олигархов и западных спецслужб стремится запустить в стране Майдан и оранжевую революцию, лишить простых россиян стабильности, мира и благополучия. 7. В обществе сохраняется то высокое доверие власти – "крымский консенсус", которое достигнуто не за счет реального повышения жизненного уровня граждан, а благодаря удачным внешнеполитическим ходам – Крыму, Донбассу, Сирии. Абсолютно согласен с данной оценкой ситуации властью. Все эти семь пунктов, действительно, вполне успешно работают в общественном сознании страны. Не замечать этой реальности было бы наивно. Однако, являясь профессиональным историком, не могу не обратить внимания на то, что в январе 1917 года в предреволюционной царской России также имели место все семь выше перечисленных пунктов, вызывающих глубокое удовлетворение власти. Убедитесь в этом сами: 1. Большая часть оппозиционеров Романовым находилось либо за границей, либо в ссылке, либо в подполье. Деятельность оппозиции (кроме вопиющих терактов) была мало известна широким слоям общества. Информацией о целях и планах оппозиционных партий в стране владели очень немногие. 2. Не только Ленин, Троцкий, Каменев, Рыков, Зиновьев, Бухарин, Сталин, Свердлов и другие будущие революционные вожди, но и будущие руководители Временного Правительства в лице Львова, Керенского, Чхеидзе, Некрасова, Терещенкова январе 1917 года не являлись широко известными и популярными в стране персонажами. За исключением руководителей Государственной Думы Милюкова и Гучкова, назвать всех вышеперечисленных лидерами общественного мнения язык не поворачивается. Они были широко известны только в своих узких кругах. Их выход на авансцену истории весной 1917 года многих в стране очень удивил. До поры до времени, даже забавлял. Но потом оказалось поздно. 3. Можно заглянуть в учебники истории и прочесть там, что на момент своего возникновения февральская революция 1917 года оказалась полностью непредсказуемой как для власти, так и для самих революционеров. Потому что она была политически "безголовой": среди тех людей, кто ее случайно инициировал и спонтанно осуществил, вообще не было политических профессионалов. Простые люди, проявившие в Санкт-Петербурге и Москве инициативу к тем протестным действиям, в результате которых была свергнута династия Романовых, вообще не относились к оппозиции. Они начали погромы полицейских участков и магазинов только в ответ на заметное ухудшение своего экономического положения и были спровоцированы не в меру ретивыми полицейскими, которые избивали недовольных домохозяек и студентов. Имена этих россиян, возмущенных ухудшением социально-политической и экономической ситуации в стране истории даже не известны. Их политическая мотивация являлась минимальной, или отсутствовала напрочь. Совершая захват власти в столице, сами они к политической власти не стремились. Теоретики революции, ораторы, полемисты, политические манипуляторы и властолюбцы прибились к революции уже после ее победы, перебежав из других партий, как водится, воспользовавшись ее результатами. На момент февральской революции совокупное число профессиональных революционеров России из числа большевиков, меньшевиков, эсеров и анархистов было не более двух-трех тысяч. 4. На момент февральской революции 1917 года СМИ сохраняли высокую лояльность самодержавию, критикуя только конкретных министров и депутатов, фаворитов и временщиков (типа Распутина), но по большому счету не ставя под сомнение легитимность правящего режима и его право на существование. 5. Силовые структуры были готовы защищать монархию с оружием в руках. Дворяне и чиновники сами испугались вооруженной борьбы и сдались. 6. Для широких общественных слоев поведение оппозиционеров как до революции, так и после нее успешно объяснялось происками "немецкой пятой колонны", которая на деньги вражеских спецслужб любой ценой стремилась вывести вполне боеспособную Россию из Первой мировой войны. 7. В обществе сохранялось то высокое доверие монархии – "балканский консенсус", которое было достигнуто не за счет реального улучшения жизни в стране, а благодаря тому, что в обществе положительно оценивалось заступничество Романовых перед Турцией за "братьев – восточных славян на Балканах", а основные боевые действия Первой мировой войны пока еще протекали за пределами территории собственно России. Разумеется, сравнение России образца 2017 года с Россией 1917 года весьма условно. Однако очевидно: ровно те же самые обстоятельства, которые в период дискуссии с оппозицией "партия власти" искренне считает для себя "благоприятными", в примерно аналогичной ситуации сто лет назад не сыграли никакой положительной стабилизирующей роли, спасти Романовых не помогли. Поэтому радость многих чиновников по поводу того, что 26 марта 2017 года система благополучно пережила "еще один вызов" является наивной и преждевременной. Им следует помнить: не имея четких политических целей, в 1917 году россияне были приведены в революционное действие вовсе не оппозицией, а прежде всего собственным стремлением добиться той справедливости в устройстве общества, которую не могли предложить им правящие чиновники и политики. Оппозиция всегда лишь пользуется той обстановкой в обществе, заслуга по созданию которой полностью лежит на власти. Такая же жажда социальной справедливости все больше проникает в современное российское общество, мотивирует людей на мирный протест. Пока мирный протест. И меня беспокоит то, что понимая мотивы лидеров оппозиции – стремление к власти, мотивы простых людей сама власть анализировать даже не пытается, напрасно объясняя все политическими манипуляциями. Однако это не так: у людей действительно есть серьезные основания для недовольства и далее это будет показано с их собственных слов. Теперь важно обратить внимание на принципиальное обстоятельство: на явную разницу в возрастном и социальном составе протестующих 26 марта в российской столице и в регионах. В Москве было сравнительно много профессиональных общественных деятелей, интеллигенции и людей среднего возраста, в том числе – вполне обеспеченных. Но если внимательно отсмотреть видео с митингов в регионах, которое в изобилии лежит в интернете, очевидно, что состав митингующих здесь совершенно иной. Даже на глаз видно следующее: – Более 50% так называемых "оппозиционеров" – это молодежь от 16 до 25 лет. Причем, очень много явных школьников и студентов, которые не стоят в сторонке, а лезут в самую гущу митингов, не боятся общения с полицией. – Интеллигенции совсем мало – максимум 10% участников. – Зрелых обеспеченных людей не более 10% участников. – Примерно 20% участников – взрослые люди, которые явно относятся к числу необеспеченных. – Около 10% участников – пенсионеры, чаще всего – откровенно бедные. Веяние протеста 2017 года – много женщин во всех категориях граждан. Увеличение среди протестующих числа молодежи и женщин на фоне практически полного отсутствия профессиональных общественных и политических деятелей – очень тревожный для власти признак. Это означает, что самые эмоционально нестабильные слои общества, традиционно выступающие в качестве "живой силы" всех революций, постепенно выходят из-под влияния имеющихся политических партий, прежде всего – из-под контроля партии власти. Самоустраняющейся от живого диалога с недовольными гражданами, упорно отказывающейся принять законы, способные улучшить жизнь людей, в целях своего самосохранения последовательно заменяющей реальный политический процесс его имитацией. Очень показательно видео митинга 26 марта в Мурманске, где на площади одновременно с митингом оппозиции проходил живой концерт "Молодежь Мурманска", организованный управлением молодежной политики. Несмотря на явно интересную концертную программу и громкую музыку, у сцены было пусто – вся молодежь находилась именно на митинге. Отсюда победа на думских выборах 2016 года "Единой России" может оказаться для власти пирровой, обойтись себе дороже. Например, искусственное вытеснение с политической площадки Государственной Думы Партии СПРАВЕДЛИВАЯ РОССИЯ, единственной партии создавшей по всей России не просто формальные общественные приемные, а находящиеся в постоянном контакте с нуждающимися в помощи людьми Центры защиты прав граждан, серьезно оголило политический фронт страны. Так как разочаровавшимся в желании и способности власти помогать своим гражданам малообеспеченным людям в решении их насущных проблем теперь стало попросту не к кому обратиться. А последовательная блокировка "партией власти" в Государственной Думе пакета "справедливых законов" Сергея Миронова наглядно показывает миллиону проголосовавших за СПРАВЕДЛИВУЮ РОССИЮ граждан принципиальную невозможность улучшения жизни в стране конституционными методами. На что им остается надеяться, если в стране не слышен даже голос миллиона граждан и не дают работать даже парламентской партии? Важно и то, что среди протестующих значительное число той молодежи, которая ввиду своей молодости сама еще не имела возможности столкнуться с реальной действительностью современной России, явно зная о пресловутой "коррупции во власти" только понаслышке. Это наглядно указывает сразу на пять моментов: – на мощное проникновение в молодежную среду интернета, чей контент формируется за границей страны; – на реальную "кухонную" оппозиционность родителей, чей пессимистический настрой прямо мотивирует их детей к протестным действиям; – на общий кризис института российской семьи, когда родители в целом не могут контролировать своих детей, что особенно заметно на примере митингов даже в тех национальных республиках страны, где раньше авторитет старейшин и чиновников удерживал молодежь от протестных акций, а сейчас уже нет; – на отсутствие в настоящее время у власти тех общественных проектов, которые могли бы увлечь современных старшеклассников и студентов; – на ту привычку молодежи к безнаказанности, которая формируется у нее благодаря частым сообщениям в СМИ о хулиганских выходках мажоров, обычно сходящих им с рук. Стремление к эпатажу и самопиару у молодежи возрастает. Следует еще раз подчеркнуть: мировая практика революций явно показывает, что именно молодежь в возрасте от 16 до 25 лет и женщины – это самые эмоционально возбудимые группы общества, которым нечего терять, способные легко впитывать в себя экстремистские идеи и не останавливаться перед прямым насилием. Мужчины среднего возраста, обросшие семьями, недвижимостью и работой, кроме крайних жизненных ситуаций, склонны к более стабильным и конструктивным действиям. Именно поэтому они и более осторожны, если не сказать трусливы. Особенно тогда, когда исходя из прошлого печального опыта, вероятность политического успеха кажется им уже принципиально невозможной. Именно нынешняя вынужденная политическая пассивность отцов и мужей, являющаяся логичным следствием принципиальной невозможности улучшать жизнь, используя легальные политические инструменты – такие как выборы, демонстрации или содержательные дискуссии в парламенте, как раз объективно и выталкивает в реальную политику молодежь и женщин, в перспективе все более радикализируя ее. Примыкание к молодежи и протестному движению малообеспеченных слоев населения также является грозным признаком. Ведь современная политология знает, что революционным активом является вовсе не трудовой пролетариат, которому вполне есть что терять, а как раз люмпен-пролетариат, у которого нет ничего, кроме отчаяния и желания обрести деньги любым путем. И тема коррупции, как возбудитель раздражения от явного социального и имущественного неравенства, вполне подходит для возможного появления в будущем экспроприаторских, а по сути нередко откровенно грабительских лозунгов типа печально известного "Грабь награбленное!". Принципиальное отличие качественного состава протестующих в Москве и регионах также заставляет вспомнить историю России начала XX века. В тот период, когда сытая либеральная интеллигенция столиц изящно требовала расширения политических прав, обедневшие крестьяне и рабочие из регионов уже много раз брались за оружие, или сами становились жертвами полицейских расстрелов: яркий тому пример – Ленский расстрел 1912 года. Это те самые "разогревающие" кровавые "сакральные жертвы", без которых невозможна ни одна революция. В этих условиях достаточно единичной локальной кровавой стычки в одном из регионов, чтобы протестный процесс коренным образом изменил свой характер, вышел из-под контроля лидеров мирной оппозиции и начал развиваться в логике не легальных реформ, а насилия. Бедность регионов и сытость столиц приводит к тому, что под общими лозунгами типа "Долой коррупцию во власти!" может скрываться совершенно различная политическая и экономическая подоплека, которая может или разорвать страну в клочья, или натравить регионы на федеральный центр. Ни власть, ни оппозиция, находящиеся в Москве, пока не в состоянии увидеть и оценить те новые риски, что стали вызревать в процессе экономического кризиса 2014-2017 годов. Теперь самое главное. Систематическое общение с чиновниками и политиками из "партии власти" показывает, что эти люди искренне не понимают тех мотивов, которые заставляют оппозиционеров выходить сейчас на улицы России. По их мнению, состав и цели протестующих выглядят примерно так: – проплаченные Западом предатели страны, которые ради своего прихода к власти готовы к дестабилизации ситуации в стране; – нанятые ими маргиналы из числа малообеспеченных слоев, которые вообще ничего не хотят, кроме легких денег; – наивные демократически настроенные шизофреники из интеллигенции, желающие построить принципиально невозможный идеальный мир; – офисный "планктон", который много ездил в Европу и США и начал ошибочно думать, что в России можно жить по западным стандартам, не учитывая специфику большой страны; – молодежь и пенсионеры, которым все равно куда идти и где участвовать, лишь бы было интересно жить. Имея такое мнение, вникать в цели оппозиции вообще не имеет никакого смысла – этот сброд следует просто разогнать и наказать. В этой логике непонимания внутренней сути мотивации людей действия оппозиции, действительно, могут объясняться только кознями импортных врагов, корыстью, психологической ведомостью и психическими расстройствами. Именно такие оценки когда-то звучали в заявлениях правящей элиты России и перед революцией 1917 года. Отсюда можно сделать вывод: Непонимание правящей элитой сути оппозиционных настроений в обществе – одна из важных субъективных причин принципиальной невозможности переговорного процесса и итогового консенсуса. А значит – и одна из прямых причин революции, не менее значимая, чем причины объективные – экономические, социальные и культурные. Так что же вывело граждан на улицы 26 марта 2017 года? Триггером, в данном случае, как известно, являлось отсутствие реакции власти на фильм Фонда борьбы с коррупцией "Он вам не Димон!" и поставленные в нем вопросы. Однако мое общение с протестующими показало: спусковым крючком для уличного протеста в современной России может стать что угодно: отсутствие до сих пор информации об истинных причинах авиакатастрофы в Сочи в декабре 2016 года, факт комфортного нахождения под домашним арестом Улюкаева, бесконечные автогонки элитарных мажоров по Москве, протест водителей-дальнобойщиков против ПЛАТОНа, запредельное число стобальных ЕГЭ в некоторых регионах, разрешение легального ношения хиджабов в школах, требование граждан наконец-то принять в состав России нещадно обстреливаемый украинскими фашистами Донбасс и т.д. и т.п. Теперь конкретно изложу то, что смог выявить из общения с протестующими из Москвы и нескольких регионов России. Представления людей о том, что мотивирует их выйти на улицы, условно можно разделить на два типа. Первый тип представлений протестующих – эмоциональный, можно сказать – обывательский, характерен для не очень образованных, а также очень молодых и очень пожилых граждан. Люди говорят следующее: "У нас возникает психологический раздрай от явного несовпадения векторов внешней и внутренней политики". Обильно показываемая всеми СМИ внешняя и оборонительная политика представляется гражданам вполне удачной и вызывает полную поддержку, так как люди рады возвращению России статуса мировой державы. Одновременно с этим люди откровенно возмущены реальными условиями своей жизни, то есть результатами политики внутренней. Граждан в регионах душат высокие ставки по потребительским и ипотечным кредитам, раздражает низкое качество образовательных и медицинских услуг, жалкая заработная плата и оскорбительные пенсии, плачевное состояние дорог и общественного транспорта, рост алкоголизации и наркомании, тарифов на ЖКХ, стоимости топлива и электроэнергии, числа разводов и абортов, плохая экология и фальсификация продуктов питания, явное деление общества на всемогущую "элиту" и остальной "быдло-народ", всевластие криминала и чиновников, этнической преступности, паралич правоохранительной и судебной систем, реальная бесполезность депутатского корпуса и политических партий, пресловутая коррупция и т.д. У людей возникает раздвоение реальности и справедливый вопрос: "Если мы – мировая держава, такие молодцы, бьем ИГИЛ, у нас хватает средств помогать нуждающимся по всему миру, нас все боятся, то почему же у нас внутри страны все так запущено? Почему обживая Арктику, мы до сих пор не можем нормально обжить обычные районы страны, провести везде нормальные дороги, газ, интернет и т.д., ликвидировать бедность? Почему, помогая Сирии и государствам Латинской Америки, мы всей страной через СМС-сообщения собираем пожертвования на лечение собственных детей? Почему более десяти лет вкладывая миллиарды в модернизацию, мы до сих пор собираем пачки бумажных справок и не имеем качественной отечественной бытовой, автомобильной и компьютерной техники?". Исходя из этого люди убеждены: следует или прекратить тратить деньги на дорогую внешнюю политику и по примеру Китая вложить все силы в реальное улучшение жизни собственных граждан, или продолжить свою внешнюю экспансию, но тогда уж или беднеть всем разом, или получить от этого конкретные дивиденды: дешевые сирийские и латиноамериканские фрукты, снижение стоимости литра бензина и киловатт/часа, поездок на ЖД, авиаперелетов, тарифов на ЖКХ и т.д. Но самое главное – в условиях бедности населения прекратить позволять чиновникам жить в комфортных условиях, ездить на автомобилях премиум-класса, воровать и выводить огромные деньги из России во враждебно настроенные страны, учить там детей, покупать землю и дома, комфортно отдыхать и создавать там бизнес. В общем, обыватель желает, чтобы власть наконец-то определилась, что конкретно она хочет: или противостояние со всеми в мире, но тогда из солидарности с простым народом тяжело и бедно должны жить чиновники, политики и бизнесмены. То есть, если мы в кольце врагов, то в режиме сурового военного лагеря должны жить все, а излишества отдельных категорий общества, особенно – чиновников и власти в целом, недопустимы. Если же – мир со всеми в мире, то тогда и улучшение жизни также должно касаться не только элиты, но и большинства граждан. Это будет честно и справедливо, народ будет доволен. Проще говоря: общество желает, чтобы понятие "успехи государственной власти" начало совпадать с понятием "успехи общества в целом, всех его конкретных членов". Пока же эти понятия явно не совпадают, нередко – откровенно противоречат друг другу, как будто у общества и государства различные задачи. Государство отчитывается о победах, а простые люди живут все хуже. Получается такой же парадокс, как по известному мнению Сталина и Хрущева о том, что по мере приближения к коммунизму сложностей и конфликтов в обществе будет становиться все больше. И людям уже становится непонятно, зачем им такие победы, от которых так плохо? Как историку, мне это очень напоминает мемуары декабристов начала XIX века, когда у дворян и простых солдат возникал аналогичный когнитивный диссонанс: "Мы в 1812 году победили грозу всего мира – Наполеона, дошли до Берлина и Парижа, а вернулись обратно домой в бедность и бесправие. Как такое возможно?". Это необъяснимое раздвоение сознания общества властью своевременно преодолено не было. Что, в итоге, вытолкнуло героических солдат и офицеров на Сенатскую площадь в 1825 году. При этом, даже подавив восстание и выяснив мотивы восставших, Романовы ничего в стране не улучшили. Что, в перспективе, логично привело их и к поражению в Крымской войне и к революции 1917 года. Такое несправедливое противоречие, эту парадоксальную ментальную дихотомию простые люди просят устранить и сейчас. Второй тип представлений протестующих – интеллектуальный, более сложный, он характерен для образованных граждан, грамотного и начитанного ядра оппозиции. В нем присутствует сразу семь различных аспектов. Первое. Тотальная коммерциализация власти, ведущая к исчезновению государственной и муниципальной власти как явления. Почти все высшие чиновники из сферы государственного, регионального и муниципального управления, правоохранительных структур, а также многие депутаты и политики всех уровней имеют свои явно выраженные и, к большому неудобству для них самих, хорошо известные обществу коммерческие интересы. Они не просто кого-то там лоббируют, а либо явно работают на конкретные частные компании, либо имеют свой собственный бизнес, либо создают его с опорой на имеющиеся властные ресурсы. Либо осуществляют свою деятельность одновременно по всем трем данным направлениям. Практически все их должностные действия осуществляются только под углом защиты своих коммерческих или корпоративных интересов. Остальное им не интересно. Тем самым, в глазах общества, государственной и муниципальной власти в современной России не существует в принципе. Есть только ее видимость, внешняя форма, оболочка, занятая принципиально противоположным ей по духу содержанием. Так же как в современной России нет в чистом виде успешных крупных бизнесменов – они все аффилированы с властью. Власть есть бизнес, бизнес есть власть. В этом бесконечном кольце для граждан места нет. Зажатое властью и олигархами, общество может стать гражданским только в борьбе с собственной зажатостью. Отсюда и столь опасные для страны протесты, опасность которых вполне понимается и многими митингующими. Так рождается ощущение полной безысходности у многих россиян: молчать – больно, протестовать – опасно. И обратиться некуда: местные власти исходят не из логики развития страны и защиты интересов граждан, а из частных коммерческих интересов. Отсюда же рождается запрос на создание действительно государственной и действительно муниципальной власти. "Бизнес у нас уже есть, самое время создать государство. А то в его отсутствие новые хозяева страны скоро сделают всех крепостными!", – так говорят на митингах. Так грустно думают те, кто думает. Секуляризация, то есть отделение бизнеса от власти, а власти от бизнеса – становится важнейшей задачей для общества и государства России, без решения которой будущего у страны нет. Второе. Государственная и муниципальная власть распределяет бюджет только в интересах тех людей, что входят в узкий элитарный круг высших чиновников и богатейших бизнесменов. Отсюда – невозможность финансового успеха для честных предпринимателей, не имеющих "волосатой руки", не находящихся в вассалитете у региональных элит. Отсюда – договорной и откровенно управляемый характер формально "прозрачных и конкурентных" государственных и муниципальных тендеров и конкурсов. Ровно отсюда же явная неэффективность и бессмысленность для населения большей части крупных государственных, региональных и муниципальных программ, особенно строительных. Люди уверены в том, что все, что делается и строится в стране, имеет лишь одну задачу – дать формальный повод освоить огромные деньги тем, кому это позволено, в интересах тех, кто все это задумывает. На митингах говорят: "Целью государственных и муниципальных программ в большинстве своем является не принципиальная модернизация страны как единого организма, а обоснование и техническое прикрытие процесса расхищения бюджета. Процесс расхищения является самоцелью, прикрываемой фиговым листом каких-то программ, Олимпиад, Универсиад и т.д. Так – нельзя!". Люди уверены: "Государственные программы и крупные стройки – вузов, школ, стадионов, медицинских центров и т.д. призваны создать комфортные условия жизни для той новой элиты страны, которая в результате конфликта с Западом постепенно становится невыездной за границу, а желает жить, учиться, лечиться и проводить свой досуг именно в премиальных условиях. Большинство населения может пользоваться всеми этими благами научно-технического прогресса только по остаточному принципу или на основе личной лояльности к членам правящих кланов". Третье. Явное несовпадение центров реального принятия ключевых управленческих решений на уровне страны, регионов и муниципальных образований с формально имеющимися органами законодательной и исполнительной власти. У граждан страны сформировалось понимание того, что процесс управления жизнью страны не описывается Конституцией и нормативными актами, им не соответствует, явно противоречит. Отсюда недоверие публичной политике, которая представляется фикцией, лишь инструментом для озвучивания и проведения в жизнь тех решений, которые кулуарно принимаются людьми (как у братьев Стругацких – "неизвестными отцами"), не имеющими никаких формальных властных полномочий, нередко вообще не живущими в стране, возможно, даже не являющимися ее гражданами. Публичная политика в глазах многих граждан вообще перестает ассоциироваться с политикой, представляется имитацией. Отсюда же глубокое недоверие к институту выборов и к результатам выборов, так как они представляются заказными и формальными. Многие митингующие говорят: "Регулярные победы "партии власти" на выборах призваны просто заполнять депутатские кресла послушными марионетками, главная задача которых заключается в блокировании конституционных возможностей использования законодательных инструментов для реформирования страны теми людьми из других партий, кто вдруг пожелает это сделать. То есть функция депутатов из "партии власти" – не улучшение жизни граждан, а в принципиальном недопущении самого этого улучшения". Четвертое. Издевательство над самой идеей борьбы с коррупцией. Граждане ежедневно наблюдают по своим телевизорам различные антикоррупционные заседания высших федеральных, региональных и муниципальных чиновников и их соответствующие громкие заявления, при этом имея четкую информацию о вовлеченности большинства самих данных лиц в коррупционную деятельность. Периодические громкие задержания кого-либо из мэров и губернаторов только шокируют общество размерами полученного и изъятого, наглядно показывая ему гигантские масштабы явления. Показателен популярный среди митингующих анекдот: "Полицейский арестовывает чиновника-взяточника и достает из его портфеля миллион долларов. Спрашивает его: "Что, гад, наворовал у простого народа?!". Тот ему честно отвечает: "Да, ты что, рехнулся что ли? Откуда у народа такие деньги?!". Пятое. Явное прикрытие коррупции и иной другой противозаконной и откровенно уголовной деятельности высокопоставленных чиновников и бизнесменов руководством правоохранительных органов возмущает общество. Регулярные громкие дела, заканчивающиеся смешными приговорами, а также принципиальная невозможность отстаивания справедливости при споре с представителями правящей элиты, наглядно убеждают граждан в ее безнаказанности, и криминальном характере ее формирования и существования, что доводит людей буквально до отчаяния. Шестое. Отсутствие содержательного публичного диалога по основным насущным проблемам страны в сфере образования, здравоохранения, правопорядка, транспорта, строительства, предпринимательства, налогов, кредитов, миграции, культуры и т.д., по мнению многих граждан, в принципе ничем не объясняется и является для большинства невероятной загадкой. На фоне полного бездействия власти даже вполне разумные люди начинают всерьез задумываться: "А может чиновники, правда, ни о чем таком просто не знают?". Седьмое. Имеющиеся социальные лифты нередко унизительны и не дают чувства морального удовлетворения для тех граждан, что вполне искренне желают служить своему народу, стране и государству. Головокружительную карьеру "из низов в верхи" в современной России, несомненно, сейчас сделать можно. Но при формально имеющихся социальных лифтах, оказывается, что еще нужно договариваться с "лифтерами", угождать им и регулярно смазывать механизмы деньгами и услугами. Не все готовы ради этого вступать в "партию власти", обманывать людей показухой, обслуживать интересы коррупционеров, олигархов и преступников. Поэтому ряды власти пополняются нередко далеко не самыми лучшими представителями общества. В своей совокупности все это вызывает у граждан острое чувство несправедливости и нечестности устройства жизни, а потому – яркий эмоциональный протест. Один из сорокалетних участников митинга 26 марта сказал мне: "Наблюдая жизнь вокруг, все время ощущаю себя так, будто я стою в очереди на кассе в супермаркете всего лишь с булкой хлеба. Есть очень хочется, касса почему-то всего одна, очередь большая, очередь двигается крайне медленно, продавец на кассе откровенно ленится работать. Да плюс к этому, мимо всей очереди к кассе регулярно подходят "блатные" с огромными тележками с товарами, которых сразу обслуживают очень быстро, а они в благодарность к кассиру, не скрывая это от людей, оставляют ему приличные чаевые или дарят "Мартини". А когда я и другие люди из очереди вдруг начинаем высказывать вслух возмущение происходящим, продавцы, охранники и даже администрация супермаркета, вместо того, чтобы принимать нашу сторону и наводить порядок и справедливость, вдруг единым строем выступают против нас, защищая "блатных" и угрожая выгнать нас из магазина. Объясняя это тем, что даже все совокупные покупки рядовых покупателей дают собственникам бизнеса в разы меньше прибыли, чем один толстосум, который лезет без очереди. При этом, над кассой издевательски висят огромные таблички: "Магазин уважительного отношения к покупателям!", "Слово покупателя у нас закон!", "Все покупатели у нас равны!". Плюс, "блатные" тычут в нашу очередь пальцами и откровенно потешаются над покорно стоящими в ней "лохами и терпилами". Вот так я ощущаю себя в жизни перед лицом государственной и муниципальной системы. Хочется сказать власти: "Или не путайте людей и уберите из Конституции слова про демократию, равенство всех перед законом и т.д., или приведите свои собственные действия в соответствие с тем, что сами же декларируете! Или сделайте отдельную кассу для элиты, чтобы не дразнить простых людей, чтобы мы не чувствовали себя оскорбляемыми прямо в лицо! А если хотите, чтобы люди жили по закону, заставьте собственную же бюрократию соблюдать все законы страны!". На митинге 26 марта в Красноярске один молодой участник протеста держал в руках показательный плакат: "Жизнь в РФ: Родился. Потерпел. Умер". Этот текст наглядно дополняет ту картину, что была только что описана выше. Когда граждане страны, с одной стороны, воочию наблюдают явную несправедливость и незаконность устройства жизни в стране; с другой стороны – не получают помощи в устранении данных проблем от тех государственных и муниципальных инстанций власти, что вроде бы формально как раз и созданы с тем, чтобы данную помощь оказывать; с третьей – постепенно понимают, что главным источником этой явной несправедливости и незаконности парадоксальным образом являются как раз государственные и муниципальные власти. Обращаю внимание на важный момент: на митингах и шествиях 26 марта практически не звучали экономические лозунги! Я выделил лишь призывы к снижению стоимости услуг ЖКХ и отказу от ПЛАТОНа. Еще люди требовали законодательно ввести максимум ставки потребительского кредита в любых финансовых учреждениях и у физических лиц в 10% годовых, а ставки по ипотечному кредиту – в 7% годовых, в том числе, рефинансировав всю имеющуюся задолженность граждан России по кредитам. Только это, по мнению людей, спасет миллионы россиян от бедности и долгов, позволит реально развить бизнес. И с этим утверждением митингующих нельзя не согласиться. В целом же, россияне вполне понимают, что деньги и доходы не свалятся на них сами по себе, поэтому граждане и не требуют себе финансово необеспеченных подарков от власти. Людям в целом обидно за державу, за свою жизнь и поведение власти. Протестующие обращали внимание, прежде всего, на моральный аспект, где коррупция являлась лишь самым вопиющим примером общей несправедливости устройства жизни в стране! Уместно отвечая сейчас на вынесенный в заголовке статьи вопрос – "почему россияне протестуют?", скажу просто: потому что они не находят справедливости в том общественном устройстве, где даже в Преамбуле к Конституции черным по белому написано: "...чтя память предков, передавших нам любовь и уважение к Отечеству, веру в добро и справедливость, возрождая суверенную государственность России и утверждая незыблемость ее демократической основы...". Как бы не подгибали их коррумпированные чиновники, прокуроры и судьи, россияне желают отстоять свои права. Единственным щитом от коррупции и бесправия на митингах они прямым текстом называли именно справедливость, то есть достижение действительного равенства граждан и власти перед законом и активизации демократии и правоохранительной системы в интересах всего народа. По большому счету, те, кто выходил на митинги 26 марта, выступают не столько против коррупции, сколько против несправедливости устройства жизни, где коррупция – лишь один из частных примеров этой несправедливости. Граждане России выступают за справедливость. За ту справедливость, при которой для коррупции вообще не будет условий. Россияне требовали справедливости в начале XIX века, в начале XX века, вот и сейчас требуют, в начале века XXI! Им откровенно невдомек, почему власть никак не может услышать голос людей своевременно, то есть до того, как начинаются протесты. Разумеется, простые возмущенные граждане не понимают того, что очевидно историкам, экономистам и политологам: то, что сгоряча они называют "коррупцией", является единственно возможной формой сосуществования государства и бизнеса в тех условиях, когда государственные и муниципальные властные полномочия являются главным способом получения быстрого и крупного дохода, как коммерческого, так и спекулятивного или откровенно криминального. Сама же по себе неразделенность власти, бизнеса и криминала является характерной особенностью переходного, позднефеодального общества. Когда властная элита всеми силами желает приобщиться к новым рыночным веяниям, начать жить более комфортно, начать вести коммерческую деятельность, при этом не теряя своих внеэкономических властных ресурсов. С учетом же того, что чиновники обычно плохие бизнесмены, их "бизнесом" становится или откровенное воровство, или создание технической возможности заработать для реальных бизнесменов, которые готовы стать для них "ручными и карманными". А новая, пока еще не очень уверенно себя чувствующая буржуазная элита на всякий случай стремится сблизиться с властью: чтобы, с одной стороны, защитить себя от ее возможных нападок, а с другой – использовать ее внеэкономический потенциал, чтобы снизить конкуренцию и подавить других представителей бизнеса. Этот период времени характеризуется наличием четко выраженной корпоративной солидарности у старой правящей элиты, желающей на основе доступа к государству сохранить свое господство в экономике и политике внеэкономическими методами и отсутствием солидарности у бизнеса, пока еще не осознавшего своей пресловутой "протестантской этики", общего интереса сделать правила игры прозрачными, равными и потому необидными для всех и каждого. Но миллионы простых граждан России не будут вдаваться в научные тонкости неизбежного процесса становления рыночного общества после феодального или тоталитарного строя. "Обидно или не обидно, честно или нечестно, справедливо или несправедливо жить сейчас по данным правилам?", – так можно сформулировать тот запрос, что имеется сейчас в российском обществе. Он может звучать и так: "Будет ли государственная и муниципальная власть существовать в России как система равноудаленная от всех социальных слоев, а потому и всем им объективно равноблизкая, полезная для оперативного и справедливого устранения естественно возникающих внутри общества противоречий, в общих же интересах? Или она будет являться группой физических лиц, которые стремятся сконцентрировать в своих руках все основные ресурсы страны, ликвидировать обеспечивающую развитие страны и народа конкурентную среду, создать закрытый правящий класс и феодальную монархию?". Логика жизни, политики и экономики проста: только справедливость создает равные условия для работы и получения дохода в соответствии с затраченными интеллектуальными, волевыми и физическими усилиями. Только равные условия создают честную конкурентную среду в обществе и бизнесе. Только честная конкуренция обеспечивает развитие и модернизацию страны. Только развитие экономики и модернизация всех аспектов жизни общества и власти является способом повысить благосостояние россиян, улучшить качество их жизни, дать людям чувство уважения к самим себе и гордость за страну. По другому – никак! Отсюда очевидно: только идея социальной справедливости, а не консерватизм, либерализм или коммунизм может и должна лежать в основе тех преобразований и реформ, что желают увидеть сейчас россияне, и из-за многолетнего отсутствия которых они выходят на улицы. "Справедливая власть ради развития общества", "Модернизация страны на основе ликвидации коррупции", "Власть обществу, а не чиновникам" или в наиболее понятном варианте – "Справедливость во имя развития страны", "Справедливость во имя порядка и достатка граждан", – вот так, наряду с патриотизмом, с моей точки зрения должна звучать одна из национальных идей России в наши дни. Принимая эту концепцию, что необходимо сделать для ее реализации? Так как было бы очень наивным ожидать от привыкших к своей комфортной жизни чиновников-бизнесменов какого-то самоограничения в интересах общества, очевидно: речь может идти только о жесточайшем контроле за выполнением действующего законодательства, а также о создании условий для того, чтобы правоохранительные органы были в состоянии исполнять свои функции в полном объеме, без нажима коррумпированных чиновников. Отсюда очевидно, что Партия СПРАВЕДЛИВАЯ РОССИЯ может проявить инициативу, чтобы расширить свой уже внесенный в Государственную Думу пакет "справедливых законов", в том числе, предложив: – Ввести принцип выборности жителями муниципальных районов и населенных пунктов прокуроров, судей, руководителей полиции. Сократив при этом срок их полномочий до трех лет при невозможности продления полномочий на новый срок. Уже только введение данного принципа будет достаточным, чтобы реально обеспечить выполнение действующего законодательства во всех сферах жизни страны и нанести смертельный удар по коррупции во власти. Гражданское общество может возникнуть тогда, когда общество может не только с тоской наблюдать происходящее во власти, а само станет реальной властью. Кроме того, важно: – Законодательно приравнять должностные преступления и коррупцию государственных служащих к государственной измене. – Ужесточить наказание за административное давление с целью принуждения к голосованию на выборах за конкретного кандидата или партию и фальсификацию выборов. Только это позволит партиям, ориентированным на справедливые социальные реформы, эффективно противодействовать махинациям "партии власти" и вводить своих кандидатов в законодательные и представительные органы власти по всей стране. Если чиновники и "партия власти", наконец, проявят здравомыслие, и не станут препятствовать Партии СПРАВЕДЛИВАЯ РОССИЯ принимать в Государственной Думе справедливые законы, протестующие граждане страны смогут не только победить коррупцию, но и наглядно убедиться в том, что парламентские инструменты решения основных проблем общества и государства все-таки работают на практике. Только в этом случае, вместо митингов и шествий, наиболее активные представители общества включатся в созидательную работу вместе с легальными политическими партиями, пойдут вместе со СПРАВЕДЛИВОЙ РОССИЕЙ и другими партиями на выборы во все органы власти, сформируют в них необходимое большинство, превратят Россию в страну справедливости, материального и морального комфорта для своих граждан. Если же чиновники и "партия власти" не позволят уставшему от ожидания справедливости российскому обществу увидеть быструю и эффективную работу демократических институтов, сами не желая улучшать жизнь людей, не позволят сделать это здоровым политическим силам и партиям, стоящим на принципах справедливости, этим могут воспользоваться политические маргиналы, а столетие российской революции может оказаться для власти и общества шагом в неизвестность. Или началом очередного тупикового витка истории страны. Андрей Зберовский – доктор культурологии, профессор всеобщей истории КГПУ им. В.П. Астафьева.

14 апреля, 15:05

Пятьдесят оттенков левого и правого.

Проблема определения положения тех или иных политических сил в политическом спектре всегда вызывает много путаницы, споров, непонимания в многочисленных дискуссиях.Многие даже отказываются от самого этого деления на «правых» и «левых» и предпочитают просто называться и называть те или иные политические силы и идеи их собственными именами или пропагандистскими штампами.Нередко путаница «правых» и «левых» начинается с того, что обсуждение ведётся не с простого: с «откуда есть пошла» данная система деления на два политических лагеря и ху из ху «правый» и «левый» в многолетней пропаганде, кого обычно называют «правым», кого «левым», а сразу с какой-то неопределённой точки отсчёта. Споры идут обычно в ракурсе, кто «левее», кто «правее». Кто по отношению к кому «правый» или «левый»? Какие ценностные идеи делают того или иного политического персонажа «леваком» или «правым»? Потому что существует очень много самых разных новых идейных течений, огромное количество эклектических концепций и доктрин, ревизионистских взглядов на ту или иную политическую организацию, программу, идеологию. Зачем это людям вообще нужно? Чтобы определить «понятие политического»: понять «кто я» и «кто оппонент» в истории, в текущей современной политической реальности. Какие ценности отстаивать, каким противостоять, к каким идеалам стремиться. Но продолжим с путаницей. Особенно усиливается разноголосица по поводу левых и правых, когда начинают использовать многочисленные графические схемы политического спектра вне авторских работ, в которых они были использованы. То есть дефиниции правых и левых идут «от картинки», вне авторского текста, теории, политической системы, к которой она была приложена. И вот недавно я натолкнулся на интересную статью «Теория правой относительности» https://vk.com/great_and_sovereign?w=wall-32176202_57004 , в которой автор разобрал именно такой конфликт и показал несостоятельность споров в отрыве от конкретного разбора графических построений политического спектра. Там подробно разобраны варианты широко и часто безответственно использующейся в объяснении политического спектра диаграммы Нолана. Автор описал преимущества такого моделирования политического спектра, и выразил критические сомнения по поводу уместности её использования, как универсальной. Меня же выводы данной работы подвигли пойти немного дальше. Я задался вопросом: насколько оправдано использование многоосевого пространственного моделирования в духе Нолана в политическом спектре, как оно коррелирует с объективной реальностью, с настоящим положением дел левых и правых? Сама диаграмма Нолана и её варианты вводят многих в заблуждение уже по той причине, что данная пространственная модель включает больше осей координат, нежели первоначальная ось «левые»/«правые». Смотрим на диаграмму Джерри Пурнеля - вариант схемы Нолана (рис. 1). Рис. 1У нас получаются уже не просто левые-правые, а сектора в которых расположены какие-то разные правые и какие-то разные левые: условно - верхне-левые, нижне-левые, верхне-правые и нижне-правые. В реальности же, верхне-правые считаются у нижне-правых - левыми: коммунисты те же. Также и для верхне-левых верхне-правые - левые. Для самих же верхне-правых - нижне-правые - правые, верхне-левые тоже правые, а нижне-левые - «детская болезнь левизны» по Ленину и Сталину (он писал, что в своём политическом лагере ВКП (б) правые). То есть мы уже тут понимаем, что с точки зрения реальной эта схема требует отхода от лево-правой системы координат в какую-то искусственно привязанную к двум точкам зрения на государство и на рационализм и иррационализм философии правых и левых. Но то, что большевики основываются на рациональной философии ещё не делает их правыми, государство на деле у них должно отмереть - то есть они тут левые, причём старое государство должно быть полностью разрушено. Далее усложнённая диаграмма (рис. 2), которая превращает пространство в трёхмерное. И тут уже даже «по азимуту» не вырулишь. И мы сразу видим, что «третье пространство» перечисляет возможные варианты из первых двух. Рис. 2Сразу же понимаем, что многие из этих вариантов существуют лишь умозрительно, в реальных политических системах их просто нет. В реальности из всего «третьего пространства» в политике есть лишь «социал-демократия», как весьма широкое политическое движение, которое себя так называет. Есть ли другие из этого «пространства» движения, я не в курсе. Но даже если есть, сомневаюсь, что они себя вывели таковыми на основе этой схемы, а не самоопределились в самоназвании. Можно подогнать чисто аналитически, условно, например, династию Кимов под «социальный монархизм». Но кем они себя считают сами - «народной демократией»? Есть такая в этой схеме? Сама же страна считается республикой, но какие монархии-то в республиках? Рис. 3Вариант оригинальной диаграммы Нолана (рис. 3) – данная схема вводит ещё и понятие центризм. Центризм всегда был показателем лояльности к существующей власти или государству. Чем дальше от центра, тем движение радикальней, революционней или реакционней. Опять же противопоставляются некие «левые либералы» - «правым консерваторам». Это плеоназм в данном варианте схемы, так как либералы по отношению к консерваторам левые, а те соответственно правые. Левые либералы существуют, потому что есть правые либералы, консервативные либералы (либеральные консерваторы). Левых консерваторов можно, наверное, тоже найти, но они будут явно в глазах реальных консерваторов просто левыми, и их консерватизм им будет непонятен. Это уже не их лагерь, не их политическое поле. То есть в принципе реальным консерваторам хватит и самой простой схемы левые-правые без этих вот головоломок. Что собственно австриец Эрик Кюннельт-Леддин и делает, относя все идеологии для масс в «лефтизм» (1). По одному признаку – для масс: левачество, для элит – правые. Для теории это просто, для политической силы действующей в обществе – это неприемлемо, так как программа деятельности, развития включает гораздо больше ценностных ориентиров. Вот ещё одна схема на основе диаграммы Нолана (рис. 4) – это вообще уже Jenseits von Gut und Bose (2). Левое где-то вверху в квадрате, правое внизу в квадрате. Почему-то индивидуальная свобода и экономическая свобода движутся в разных направлениях. Популисты почему-то тоталитаристы и им противопоставлены в этом квадрате либертарианцы... Популисты к либертарианцам правые или левые, вот в чём вопрос? Какая-то ещё пунктирная линия чисто для красоты. К чему этот квадрат приложить? К какой реальной политической системе? В отрыве от авторского описания не понять. Рис. 4В чём изначальная порочность данной системы Нолана? В геометрическом пространственном подходе. Изначально левые/правые - это уже пространственная ось координат, плоская. И все отдельно взятые дихотомии в этих многоосевых схемах – тоже, по сути, плоская одноосевая система в виде левая ценность/правая ценность. То есть можно без квадратов и ромбов в два столбика раскидать что такое левое и что такое правое в виде обычной таблицы. Нолан же пытается эти дихотомии впихнуть в многоосевую пространственную модель и из неё уже получается что-то искусственное, что в реальной жизни вызывает много вопросов – почему это вдруг левое, почему это вдруг правое? Вызывают также смущение цифровые показатели на осях ординат (рис. 1). Что могут означать данные числа? Что они измеряют? И в чём? А ведь оси ординат служат именно не для показания точек в каком-то пространстве, а для определения конкретных числовых координат этих точек. В политическом же спектре вы можете показать лишь кто правее, кто левее, но насколько только по отношению к кому-то ещё более правому или более левому. Однако это выясняется не в числах, а в идеологиях, конкретной политической деятельности, дихотомиях ценностей. Кому, например, важней уничтожение института государства, кому его абсолютный приоритет, кому его подчинённая роль обществу, классу и т.д. В реальной жизни люди выбирают из обоих столбиков дихотомий и ценностей правых и левых то, что им ближе. И это типа «инь» и «янь», но порой с очень большими кружками противоположного внутри противоположного. Например, первый манифест фашистов написан анархо-синдикалистами. То есть программа левая, а главная ценность доктрины Муссолини – государство, идея правая. И вот теперь моделирование, которое манипулирует ценностями, абстракциями, приблизим к реальному положению вещей. Например, часто копья ломаются по поводу, кто «левак», кто «правый» в рамках обыденных дискуссий. Если одна сторона вдруг высказалась в духе левой повестки с точки зрения другой стороны, то эта другая сторона сразу же бросается вешать ярлыки - «левак», «совок» и далее по списку. Если диалог правого с левыми, то заканчивается - «фашист», «расист», «нацист» и далее по списку. Здесь мы имеем субъективизм поведения. То есть каждый самоопределяется, кто он - левый или правый, и каждый же определяет, кто его оппонент – левый или правый. Стереотипная многолетняя пропаганда, которая обобщает так как ей нравится, не желая разбираться в нюансах. Изначально важным аспектом является именно самоопределение субъекта - кем он себя считает - «правым» или «левым». Надо всё-таки audiantur et altera pars (3), прежде чем ставить на него «клеймо грешника». Вот он назвал себя «правым» или «левым» - далее спрашиваем, почему ты себя считаешь таковым? И он излагает систему ценностей, которая, как он считает, делает его правым или левым. Тут всё может уйти в философию и в гипотетику. Например, человек назовёт себя «правым евразийцем». А сами евразийцы – они кто, правые или левые по отношению к кому-либо ещё? То есть нужно знать номенклатуру текущей политической системы в том месте, где человек определяется. Например, в России. Какие политические силы левых и правых тут имеют место быть и имели место быть в истории? Насколько они реализуются в текущей политической жизни? То есть это действующая парламентская партия, или партия, которая участвует в выборах, или организация, которая стремится к участию в выборах, или несистемные организации, которые вообще за смену всей текущей политической системы, или субкультуры и политические кружки, ордена, секты. Неизбежно сравнения внутри одной политической системы переходят к сравнению с другими политическими системами и движениями, существующими в конкретно отдельно взятой стране. Например, либертарианцы и альт-райты в США с их системой ценностей, или, например, политическая парламентская система Австрии, Швейцарии, Норвегии, Франции и т.д. Или же какие-то международные движения – социал-демократия, либерализм, консерватизм. Постепенно всё идёт от субъекта и его позиции к глобальным обобщениям. Таким образом, мы отрываемся от геометрического, визуального, метафизического подхода Нолана и начинаем говорить о многоуровневом подходе к теме «правого» и «левого» в политике. Где графические построения могут лишь служить дополнительным наглядным пособием, помогающим понять описание политических систем, доктрин с разных ценностных позиций, дихотомий и т.д. Уровень субъективистский – кто я: левый или правый по ценностям. Уровень релятивистский – кто я в сравнении с другими участниками политического процесса в конкретном диалоге или в конкретной стране, в конкретной политической системе. Уровень условности – этот уровень сильно влияет на путаницу в определении левых и правых, кто левее, кто правее и т.д. Дело в том, что многие авторы, занимающиеся либо публицистикой, либо пропагандой, либо исследованиями, либо образовательными проектами делают допущения в терминологии для пояснения своих текстов, для характеристики тех или иных сил, для навешивания отрицательных ярлыков на оппонентов. Получается большое количество терминов. Некоторые из которых закрепляются в литературе. Например, «нацисты/нацизм» – сами члены НСДАП так себя не называли. Некоторые выполняют разъясняющую и уточняющую роль. К примеру, «социальный либерализм» в Википедии (4): «разновидность либерализма, выступающая (в отличие от неолиберализма) за вмешательство государства в экономические процессы. В политическом спектре находится правее социал-демократии». Даже указано, где в политическом спектре расположено данное учение. Далее есть ссылка на труд П. Б. Струве «Социальный либерализм», описывающий его и организацию, исповедующую эту доктрину - Конституционно-демократическая партия (Партия народной свободы, кадеты). Но многие из них могут быть спорными, потому что не соответствуют самоназваниям политических субъектов, хотя могут использоваться для описания их позиции. Например, одно время ходил термин «социал-фашизм» в отношении деятелей Второго Интернационала. Но позже его запретили использовать, как некорректный. Есть которые остаются как варианты, которых в природе не существует, только в концепции автора как на рис. 2 : «моральный монархизм», «моральный олигархизм» и т.д. А есть, которые представляют собой сочетание несочетаемого, но описаны и активно употребляются: «консервативная революция», «либеральный фашизм». Ещё существуют термины движений, маскирующие набор ценностей, непопулярных в официозе, но имеющий множество сторонников в социуме: например, «социал-консерватизм», недавние «альт-райт» и т.д. «Фашизм», кстати, самый некорректно использующийся термин, как в пропаганде, так и в научных исследованиях. Многие из тех, кого под него определяют научно, совсем не хотят под его лейбл из-за широкой обструкции в массовой пропаганде. Чехарда условностей нередко и приводит к непониманию в политическом спектре. Так что важно не забывать об этом уровне. Далее уровень самого участия: гипотетический – социальные науки, исследования, несистемный – субкультура, потенциальный – в организации, участвующей в политическом процессе борьбы за власть, и реальный уровень – непосредственно в текущем политическом процессе: в парламентских партиях, органах самоуправления, в органах исполнительной и судебной власти, их пресс-службах, то есть конкретные депутаты, чиновники, журналисты и т.д. Теперь непосредственно существующие политические системы, локальные и глобальные. Вы можете открыть, например, Википедию по любой нынешней западно-европейской стране и узнать её текущую политическую систему, какими партиями она представлена. И там вы увидите, что они чётко становятся по лево-правому ранжиру в соответствии с классической право-левой одноосевой схемой без всяких квадратов Нолана. США и Великобритания имеют «двухпартийную систему» уже много лет. И кто там правый и левый предельно понятно. Все остальные партии в этих системах практически несистемные, субкультурщики, маргиналы. Сама партийная система уже выходит на два уровня – международный уровень и внутрипартийный. Например, лейбористы в Великобритании - социал-демократы, марксисты, и им близки немецкая СДПГ или шведская СДПШ и т.д. То же с консерваторами, либерал-демократами и прочими схожими партиями в разных странах. Международные движения. Внутрипартийный уровень - это фракционный уровень, левое крыло и правое крыло той или иной партии - кто правее, кто левее. Например, Ленин осуждал «детскую болезнь левизны» - «левый уклон», ещё был «правый уклон». И тех и других товарищ Сталин приказал «расстрэлять». Хорошо видны фракции в США – откройте Вики и узнайте о 100 сортах республиканцев или демократов, кто из них против абортов, кто за гей-браки и т.д. То есть внутри движений и партий идёт деление на «левых» и «правых» по тем или иным текущим позициям, ценностям. На глобальном уровне мы приходим к нескольким «мир-системам» (4). По Фукуяме – коммунизм, либерализм, фашизм. Понятно, кто тут кому левый, кто кому правый. И можно туда запихать уже кого угодно из правых и левых. Есть те, кто вместо фашизма ставят консерватизм и туда и фашистов запихивают. Конечно же, не все могут согласиться с таким вот раскладом из чисто пропагандистских установок: вспоминаем уровень условности. Узковата схемка, стоит её расширить всё-таки. Реально ныне действующие мир-системы: коммунизм, синдикализм, социализм, либерализм, консерватизм, национализм, религиозный фундаментализм. Есть исторические маргинальные, идеологические – анархизм, фашизм. Кучи самых разных идеологий пока не могут считаться самостоятельными мир-системами, до этого уровня им ещё расти и расти, несмотря на их амбиции. Внутри они все отчасти переплетаются друг с другом. И это переплетение чем глубже, тем разнообразнее. В итоге и получается запутанный клубок левого и правого, который так трудно многим распутать: самоопределиться и определить место других. Поэтому важен ещё один уровень – уровень перспективы: исторический и политической повестки. Что в прошлом было хорошего, с чем согласны, что перестало работать, что подвергается ревизии? Какие современные вызовы и какие запросы у общества? Этот уровень заставляет, например, либерала Алексея Навального обращаться к левой популистской риторике: за пенсии, за зарплаты и т.д. Также как Бисмарка или Рузвельта вынуждал обращаться в прошлом к теме социального государства и социального страхования. Это нужно было текущей повестке государства, перспективе его развития. В итоге получается, что у того или иного субъекта политического процесса есть некий «символ веры», по которому он «правый» или «левый» - «инь», но для текущей перспективы развития он берёт из «янь» элементы для сохранения «инь». То есть у него набор из правого столбика и левого столбика ценностей. Уровень перспективы стремится показать качество «символа веры», вне зависимости от количества взятых текущей повесткой элементов из левого и правого столбика. Остаётся доминирование основной идеи – правой или левой. Уровень перспективы показывает, как эволюционирует, преображается та или иная политическая теория и её практика. По количеству ценностей (элементов) из левого и правого столбика можно судить о революционности, радикальности, умеренности, оппортунизма, реакционности субъекта. Видим ещё один уровень левого и правого: уровень манифестации (деятельности). Динамика левого и правого у субъекта. Получилось 10 уровней: уровень субъективный, уровень релятивистский (номенклатура политических сил и идей), уровень условностей (терминология), уровень участия (политическая зрелость), уровень государства (парламентская система), уровень международный (движения), уровень внутрипартийный (фракционный), уровень глобальный (мир-системы), уровень перспективы (эволюция), уровень манифестации (динамика). Рассмотреть политический процесс можно ещё и под другими углами, и выделить дополнительные уровни или же сжать до меньшего количества. Собственно рассмотрение под разными углами и есть основа философской категории «спектр». Подытожим. Геометрическое моделирование пытается компактно вместить в себя весь политический спектр в виде математических переменных, и точек на осях координат. И нередко отрывается в дискуссиях от авторского описания того или иного графического рисунка. Многомерная абстрактная картинка всё больше и больше отдаляется от реального положения вещей в мире. Уводит наблюдателя из реального пространства, где он живёт: история, теория, организация, страна, мир, в какие-то умозрительные геометрические пространства от изначально плоской одноосевой дихотомической модели. Многоуровневый подход – описательный, философский и требует более подробного раскрытия с примерами, более пространных и многословных текстовых конструкций в отличие от компактного геометрического рисунка с точками и линиями. Рисунки, графики, диаграммы могут помочь упростить многословное разъяснение. То есть дополняют его по необходимости. Геометрическая модель политического спектра приводит к сильной метафизической дезориентации в отрыве от конкретных политических систем, при массовых обобщениях. Описательный же подход последовательно, диалектически раскрывает условности политического спектра с разных сторон, как призма разделяющая единый луч света на его цветовые составляющие. Геометрический подход помогает разобрать политический спектр на составляющие, но вот сборку потом затрудняет произвести – то есть привести субъекта к пониманию его позиции в реальном политическом процессе с его шкалой ценностей, с его визионерством и протестом. Вроде он за вот это был и считал его правым, а оно в каком-то секторе не том, где левое и т.д. И оппонентов ему также тяжелее позиционировать. И он впадает в пропагандистскую эмоцию навешивания ярлыков. Ни себя описать не может из слишком абстрагированной многоэлементной геометрической схемы, ни соответственно грамотно определить оппонента. И в итоге выходит на позиции исторически накатанных стереотипов пропаганды: кто кого левым или правым считал в рамках истории. В данном случае геометрия опять стремится к двухмерной, спектр к простой и понятной, максимально примитивной чёрно-белой дихотомии. Описательный подход разных уровней помогает разобраться в истории, в настоящем, в перспективах той или иной позиции. Обозначить почему субъект «за» вот эти ценности и «против» вот этих, позволяет ему сформировать актуальную политическую повестку. Система Нолана, особенно в трёхмерных координатах может привести субъекта вообще в положение Солнечной системы во Вселенной. Где я – справа, слева, сверху, снизу – где эта точка на оси координат? Сами оси означают то экономику, то государство, то ещё что-то. Ты уже не левый и не правый, ты набор каких-то координат, которые не дают твёрдо стоять на реальной почве текущей действительности, где люди, страны, времена и нравы. В общем, совет читателю – не следует блуждать по дебрям координат Нолана и другой графики политического спектра без опоры на текст и контекст, в котором используется графическое моделирование. А лучше углубляться последовательно по линиям уровней, идти к нужной точке сборки, фокусировки, не ограничивая свои мысли схематизмом на тот или иной счёт по теме, через анализ и синтез описательного подхода, который может дополняться необходимой графикой. Примечания: (1) Erik von Kuehnelt-Leddihn. Leftism Revisited: From De Sade and Marx to Hitler and Pol Pot. (2) (нем.) По ту сторону добра и зла. (3) (лат.) Должна быть выслушана и другая сторона. (4) Теория и термин И. Валлерстайна. Богдан Заднепровский, 2017 год

13 апреля, 19:43

Индекс ММВБ к закрытию отыграл большую часть дневных потерь

Сегодня индекс ММВБ продолжил находиться под давлением господствующего на мировых рынках консерватизма, потеряв по итогам дня 0,2%, но сумев отыграть к закрытию сессии большую часть внутридневных потерь в надежде на улучшение настроений на мировых рынках. Торговая активность вновь заметно выросла, превысив на 30% среднемес.уровень впервые с середины марта. Ключевые сектора завершили торговую сессию сдержанным разнонаправленным изменением; внутри секторов росли перепроданные "идейные" бумаги. Индекс ММВБ10 потерял 0,1% благодаря восстановлению перепроданных акций Сбербанка (+1,1%). В финсекторе, помимо "Сбербанка" подрос курс акций "Мосбиржи" (+1,0%). Положительная динамика котировок преобладала в ключевых "фишках" электроэнергетики ("Россети": +2,6%; "РусГидро": +1,6%; ОГК-2: +2,0%; ФСК: +0,7%); из падающих бумаг тут отметим лишь ТГК-1 (-1,0%) и "Мосэнерго" (-3,0%).

11 апреля, 19:55

Мнения: Валерий Коровин: «Русский мир» за рамками модерна

Современные политические теории возникли и развивались строго в категориях модерна, ограниченного прогрессизмом, позитивизмом и материализмом. Но это ограничение не устраивает русских – их представления выходят далеко за рамки модерна. Сегодня на наших глазах снимаются табу с содержательного разговора о патриотизме, об идеологии, о Русском мире и русской идее. Это разительно отличается от того, что мы наблюдали в 1990-х годах, когда Россия капитулировала перед западным либерализмом, интегрируясь без всяких предварительных условий в глобалистский западный мир. В какой-то момент мы перестали существовать как самостоятельное явление, как суверенное государство. Не говоря уже о наших представлениях о том, как должны развиваться мир и человечество – с этим вообще никто не считался.  Конечно же, отрадно, что сегодня мы все чаще говорим о национальных интересах, о национальной безопасности. Но здесь все-таки стоит обратить внимание на то, что само понятие «национальный», и производные от него – national security, national ideology – есть некая калька, понятийное заимствование с Запада. Именно там возникло само понятие политической нации в период становления Нового времени. Во многом оно стало порождением Французской революции и, в более широком контексте, следствием возникновения такого парадигмального явления, как модерн, который, в свою очередь, выстраивался в течение нескольких столетий строго на отрицании традиции. Главным источником возникновения модерна стала возможность сознательного вынесения Бога за скобки человеческого бытия. То есть, основа модерна – это жизнь без Бога. Человек, поверивший в свой рассудок и в свою исключительность, решил: «Почему мы, прогрессивные люди Запада, – а это явление возникло, безусловно, на Западе, – должны исходить из каких-то нематериальных категорий, из чего-то, что стоит над нами? Мы же – венец творения, «человек – мера всех вещей», а значит, его сознание, его рассудок и должны быть источником смыслов, источником развития и создания, вообще бытия. Тогда причем здесь Бог?» – задались вопросом западные интеллектуалы и исключили Бога из философского, научного, просвещенческого, как они это обозначали, оборота. Новая форма политической организации пришла на смену традиционному государству, т.е. такому государству, где определяющими категориями были традиция, Бог и вера.  А на смену органической общности, то есть, народу, движимому к спасению, к Богу, пришла искусственная политическая общность, которая после Французской революции получила название État-nation – государство-нация. Или национальное государство. Или политическая нация. Или просто – нация. В основе нации лежит атомизированный индивид. То есть, человек, который не принадлежит к коллективной органической общности, человек, очищенный от коллективной идентичности, от традиционного, религиозного, сакрального содержания. То есть, человек сам по себе – как биологическая машина. Это определяющая категория понятия «нация». Другими базовыми категориями государства-нации являются административные границы и общественный договор, который создает политическую форму искусственной самоорганизации атомизированных индивидуумов. Такой индивидуальный субъект, гражданин, несет за себя персональную ответсвенность и не апеллирует к таким понятиям, как вера, сакральность, традиция, Бог, народ. Таким образом, сформированная из подобных индивидов гражданская политическая нация возникает через вынесение Бога за скобки – некое выхолащивание того, что мы понимаем под понятием «народ». Идеей существования такой политической нации становится некая политическая цель, политическое устремление, которое и определяется понятием «идеология», ideology – своего рода инструмент достижения политической идеи существования гражданской политической нации. Политическая цель – это то, что должно мобилизовать атомизированных индивидуумов на свершения. Граничные условия существования политической нации в категориях модерна определяются такими критериями, как позитивизм, прогрессизм и материализм. Позитивизм – это утверждение о том, что существует только то, что подтверждено опытом или установлено чувственно, путем визуализации. То есть позитивизм, как чувственное познание бытия – это совершенно нетрадиционная категория. На позитивизме основана современная (modern) наука. Прогрессизм видит человечество, как исключительно развивающуюся общность – от «темных», мрачных времен к лучшим, светлым, в материальном смысле, временам. Это следствие исключительно материального восприятия развития. В то время, как традиция видит все наоборот – как движение от Золотого века, от лучших, в категориях абсолюта, времен, от Адама – к упадку и духовному вырождению. Но так как в модерне Бог вынесен за скобки, то духовное не считается, а считается только материальное. Отсюда идея прогрессизма – идея исключительно материального развития: «вперед и вверх». И, наконец, материализм, легализующий ситуацию, в которой все цели политической нации определяются строго в материалистических категориях: достижение материального благосостояния, так называемого «бесконечного роста», который, по сути, стал религией современного мира и современной транснациональной глобалистской элиты. На различных комбинациях этих трех принципов строятся основные идеологии, или политические теории, эпохи модерна, которых насчитывается так же три.  Либерализм, который ставит индивида в основу развития и существования государства; марксизм, который ставит в основу развития общества разделение всего человечества, невзирая на то, к каким народам или политическим нациям относятся те или иные группы людей, на два класса – класс труда и класс капитала; и, наконец, фашизм, который ставит в основу именно политическую нацию как главный субъект истории, а национальную мобилизацию – как главную движущую силу. Эти три политические теории изначально возникли и развивались строго в категориях модерна, ограниченного прогрессизмом, позитивизмом и материализмом. Но это ограничение совершенно не устраивает русских – Русский мир, как цивилизационную матрицу, и русский народ, как органическую общность. Русские – с их сакральностью, верой в Бога, с их духом, с трансцендентностью и эсхатологизмом видения развития исторических процессов, как и их представления – выходят далеко за рамки модерна. Русские трансцендентны по отношению к модерну, и совершенно в него не укладываются. Все, что русские считают за благо, все, что ставят в основу своего бытия, своего существования и своего развития, выпадает за жесткие рамки модерна. То есть, в категориях идеологий модерна, таких, как либерализм, марксизм и фашизм, описать русское величие и русское многообразие, суть Русского мира – совершенно невозможно. Модерн отбрасывает все, что является для нас базовым, ценностным и определяющим. Таким образом, русская идея, выходя за рамки модерна, оказывается за рамками трех политических теорий. Ее творческое осмысление сегодня должно определяться как-то иначе, нежели – «национальная идеология», «национальная идея», «национальная безопасность», т.е. то, что мы не рефлексируя повторяем вслед за Западом. Конечно, это лучше, чем космополитическое прозябание в либеральном олигархическом мире современного американского доминирования. Но это пока лишь некое приближение к действительно русской идее. Такое творческое осмысление русской идеи философ Александр Дугин предлагает определять понятием «четвертая политическая теория», – как то, что преодолевая рамки трех политических теорий модерна, включает в себя сакральное, традиционное, божественное восприятие русскими как самих себя, так и окружающего мира. Отсюда понятие «Русский мир» само по себе уже изначально лежит за рамками модерна и за рамками этих ограничений. Оно шире, оно значимее, оно весомее, оно основано на традиции. Русский мир – это то, как русские понимают мир сквозь призму справедливости. А это совершенно не так, как на Западе. То, что для русского справедливо, для западного человека не прагматично. То, что для русского человека свято, для западного человека непрогрессивно, и воспринимается как какое-то мракобесие. То, что для русского человека фундаментально определяет основы его бытия, для западного человека лишь некое наносное, нематериальное, бесперспективное явление, которое нужно отбросить, освободившись от него, дав себе возможность без всяких ограничений постигать материальный мир, материальное благополучие, стремясь к своему комфорту и благосостоянию. Но это совершенно не русское восприятие мира. Где нет справедливости, там русский чувствует дискомфорт, пытаясь всей своей миссией, всей своей тысячелетней государственностью установить эту справедливость. Все эти надматериальные категории и предлагается включить в творческий процесс созидания русской идеи. Именно по той причине, что мы теперь можем не ограничивать себя модерном, не ограничивать себя этими жесткими материалистическими, прогрессистскими и позитивистскими рамками, а мыслить дальше, мыслить творчески и обращаться к своей сути, к своим онтологическим, бытийным основам, которыми являются Бог, традиция, русская вера, русская святость, русская самопожертвованность и русский консерватизм. Все это крайне необходимо включить в осмысление грядущей, приходящей на смену устаревшим трем политическим теориям, русской идеи. Теги:  национальность, идеология, русские, ценности, русский мир

11 апреля, 14:06

Новую партию "Основа", о которой заявлял Тарута, возглавил координатор "Украинской бизнес инициативы" Николaенко

Новая политическая партия, о создании которой ранее заявил народный депутат Украины (внефракционный), экс-глава Донецкой областной государственной администрации Сергей Тарута, получила название "Основа", ее главой является политик и дипломат, координатор "Украинской бизнес инициативы" Aндрей Николaенко, стало известно агентству "Интерфакс-Украина" из источников, близких к партии.

11 апреля, 12:56

Опрос: Более 20% врачей консультируют пациентов с помощью Skype и соцсетей

Русскоязычная социальная сеть для врачей "Доктор на работе" и мобильная клиника DOC+ провели опрос среди врачей, чтобы выяснить их отношение к телемедицине. В опросе приняло участие 2,5 тыс. медиков более из почти всех регионов России. Выяснилось, что у 21% опрошенных уже есть опыт проведения телемедицинских консультаций. По средствам связи статистика получилась такая.    — Опрос показывает очень высокую готовность врачей во всех регионах России к обучению и системному использованию телеконсультаций. Мы ожидали гораздо большего консерватизма по отношению к телемедицине в целом, – говорит Руслан Зайдуллин, директор и сооснователь "DOC+".  — По оценке врачей, 70% их пациентов не против воспользоваться телемедицинскими услугами, — сказал руководитель направления "Телемедицина" проекта "Доктор на работе" Иван Картовицкий.  В то же время 90% опрошенных врачей уверены, что для качественного лечения необходим личный контакт с пациентами. 

10 апреля, 17:12

Made in Russia: об особенностях национального бренда

Медийная культура Запада транслирует последовательный образ России как «отморозка» с заточкой в кармане и специфичными понятиями о добре и зле, поддерживающего режим в Сирии, который, по мнению международной аудитории, использует химическое оружие

10 апреля, 14:26

Молодость всегда права

Интернационал новой правой молодежи и будущее международных отношений   Последняя неделя марта в России прошла в бурных обсуждениях участия подростков в протестных политических акциях. Хотя сегодня эта тема далеко ушла из новостных топов, а все внимание переключилось на внешнюю политику, вне сомнения, у этого события будут серьезные последствия. Свои выводы сделали оба фланга — правые консерваторы и либеральная оппозиция. И для тех, и других тот факт, что сегодня власть в России не cпособна предложить молодежи адекватную идеологию в интересах государства, которая к тому же не будет отвергнута, является конкурентным преимуществом в политической борьбе. При этом не стоит рассматривать данную проблему исключительно во внутриполитическом контексте, она же   — с другими нюансами и акцентами — актуальна и для стран Запада, и решение здесь может быть общим и взаимовыгодным.   Нетрудно догадаться, что в России по уже отработанной схеме на направление идеологической работы с молодежью будут брошены силы политтехнологов и законодателей и потрачены немалые государственные бюджеты. Вопрос в том, будет ли результат — новейшая история России помнит немало примеров провала молодежной политики. Очередная бюджетная организация, с самого своего появления несущая налет бюрократической пыли, вряд ли станет здесь панацеей. Шансов на успех будет куда больше, если новый молодежный проект будет носить черты модной субкультуры. Инициатива должна идти из молодых сердец, а не сверху, сверху она должна быть поддержана. Другой важный момент — включенность этого молодежного проекта в  международный контекст, иными словами, речь идет о создании международного молодежного интернационала — в сегодняшних реалиях по большей части сетевого, но опирающегося на старую добрую Традицию.   И наконец, самое главное, что следует понять в кабинетах, где уже начинается смотр молодежных проектов, что искомая идеология уже существует  — молодая, сердитая, построенная на правых ценностях альтернатива, бросающая вызов как глобализму и либерализму, так и изжившему себя консерватизму старого типа.    Леонид Ротарь. Из проекта "Конец света" Правильный протест Конечно, заявления о высоком протестном потенциале среди российской молодежи сильно преувеличены. Но первые сигналы были мгновенно растиражированны в сети и средствах массовой информации, в результате чего cложилась определенная картина, уже способная формировать будущее. Молодое поколение россиян в основной своей массе политикой не интересуется, однако, как показал март, эту ситуацию легко переломить под нужным углом, пользуясь отсутствием идеологического стержня. И в умелых руках медиатехнологов прежде аполитичные школьники могут вполне убедительно рассуждать о том, сколь коррумпированно и недемократично наше государство и почему необходима смена власти. Следующий шаг переход к управляемым прямым действиям.   Что касается Запада, ситуация по разные стороны Атлантики кардинально отличается. Американскому обществу удалось сохранить традиционные устои, в нем сильнее связь поколений и, как следствие, гражданская позиция молодых. В Европе же конформизм  и равнодушие к политическим процессам готовящегося к вступлению во взрослую жизнь поколения может принести опасные последствия в будущем. Есть и другая сторона проблемы, когда духовный вакуум побуждает молодых европейцев искать ответы в радикальных течениях и в худшем варианте примыкать к рядам террористов. Но истеблишмент пока не может предложить что-то, кроме идеи всеобщего равенства и бесконечного потребления. В этом плане взаимодействие молодых здоровых сил США и России может стать спасительным мостом для погибающей старой  Европы.   Вплоть до недавнего времени казалось, что время молодежных бунтов уже навсегда осталось в 60-х, однако кризис идентичности и активизировавшая борьба глобалистов и суверенистов могут изменить статус-кво. Американская молодежь действительно активно участвовала в митингах против президента Дональда Трампа. Но надо учитывать, что здесь, с одной стороны, помогла и агитация в университетах, с другой - участие поп-звезд, а также тот факт, что протест удалось сделать всеамериканским. Любопытно, что сегодня протестные акции против Трампа, если говорить конкретнее, политики США в Сирии,  проводят сторонники движения Alt-right, изначально поддерживавшие будущего президента, а теперь увидевшие в нем воплощение консервативного мейнстрима и едва ли не преемника Джорджа Буша-младшего, развязавшего войну в Ираке, иными словами, все то, против чего яростно выступают.      www.youtube.com/watch?v=aqSr1FowFuE   Совершенно очевидно, что молодым людым в любой точке мира, свойственно желание протестовать. Но стоит ли протестовать против чего-то, внушенного в чужих политических интересах, и становиться объектом манипуяций? Как отмечают эксперты, российские подростки, вышедшие на митинги против коррупции, вряд ли хорошо представляют что-то это такое в силу своего возраста. Гораздо более честным, осмысленным и продуктивным будет протест против деструктивного либерализма, стирающего границы идентичности глобализма, порабощающей политической корректности, уничтожения традиционных устоев семьи и общества, который в то же время будет и вызовом бюрократическому подотчетному «патриотизму», костности и лицемерию тех, кто находясь у рычагов власти, лишь делает вид, что преследует интересы своего государства. В этом  — дух истинного бунтарства и вдохновение для юных идеалистов и максималистов, желающих вершить революцию. Эта революция может и должна быть консервативной и булыжники из мостовой, пусть виртуальные, полетят в истинных разрушителей того будущего, в котором жить молодым. Ностальгия по молодости Примеры действительно массовых и идеологизированных молодежных движений можно пересчитать по пальцам руки, самые известными из них являются скауты и изначально появившаяся как их преемница пионерская организация. Эти движения оставили яркие образы в истории, повлияли на целые поколения, затем были расформированы и забыты, или в той или иной форме возрождены.   Большой резонанс за рубежом вызвало появление в России военно-патриотического движения «Юнармия». И даже у главного либерального рупора  - «Радио Свобода» -  в отношении Юнармии или «детской армии Путина», как ее называют, проскальзывает романтическая ностальгия. Ролик, появившийся на сайте ресурса, назвать очерняющей пропагандой язык никак не поворачивается.   Meet Putin's Kiddie Army | Radio Free Europe/Radio Liberty 2017   В то же время невозможно всецело решить задачу воспитания молодого поколения, создавая ностальгические реплики прошлого в реальности, где бал правит интернет, а информации огромное количество и она распространяется с космической скоростью. Пришло время сетевых сообществ, и молодым людям необязательно бегать с автоматом и отжиматься, чтобы защитить сувенитет своего государства, собственную войну они могут вести, публикуя статьи и записи в блогах, обсуждая волнующие темы на форумах, создавая политические мемы или просто «лайкая» и делая репосты своих единомышленников. Интернационал новой правой молодежи уже складывается в глобальной сети,  и появление большого количества полиязыкововых площадок для общения и взаимодействия ускорило бы процесс развития нового культурно-политического движения. Более того, уже есть заинтересованные люди, вынужденные пока делать эту работу за свой счет и в свободное время. Вне сомнения, у этого движения есть потенциал стать действительно массовым и захватить умы тысяч миллениалов. Конечно, подотчетная бюджетная структура была бы более наглядна и осязаема с бюрократической точки зрения, но как показывает пример США, сетевое сообщество способно изменить политическую формацию страны и всего мира. Так вышло с Дональдом Трампом и частично ответственным за его приход  к власти движением альтернативных правых. Вопрос будущего В мире, заполненном бесконечным информационным шумом и то и дело захватывающими наше внимание breaking news, легко сначала отодвинуть на задний план, а потом и вовсе забыть о действительно реальных проблемах. Одна из которых — создание поддержка и молодежной интернациональной идеологии, основанной на традиционных ценностях и способной сменить изжившую себя политическую парадигму левых и правых, которая по словам Марин Ле Пен привела к катастрофе Францию, а развивая мысль политика и весь мир. В конце концов, не потому ли государства сегодня разговаривают языком силы и санкций, а мир в 21 веке снова оказывается на пороге мировой войны, что люди из разных стран, которые сейчас ответственны за принятие решений, не разделяли общих идей, не читали одни и те же медиа и не состояли в одних и тех же сообществах, когда были молоды.   Вышеописанный молодежный альтернативный правый интернационал может стать залогом стабильности мира в будущем. 

10 апреля, 14:26

Молодость всегда права

Интернационал новой правой молодежи и будущее международных отношений   Последняя неделя марта в России прошла в бурных обсуждениях участия подростков в протестных политических акциях. Хотя сегодня эта тема далеко ушла из новостных топов, а все внимание переключилось на внешнюю политику, вне сомнения, у этого события будут серьезные последствия. Свои выводы сделали оба фланга — правые консерваторы и либеральная оппозиция. И для тех, и других тот факт, что сегодня власть в России не cпособна предложить молодежи адекватную идеологию в интересах государства, которая к тому же не будет отвергнута, является конкурентным преимуществом в политической борьбе. При этом не стоит рассматривать данную проблему исключительно во внутриполитическом контексте, она же   — с другими нюансами и акцентами — актуальна и для стран Запада, и решение здесь может быть общим и взаимовыгодным.   Нетрудно догадаться, что в России по уже отработанной схеме на направление идеологической работы с молодежью будут брошены силы политтехнологов и законодателей и потрачены немалые государственные бюджеты. Вопрос в том, будет ли результат — новейшая история России помнит немало примеров провала молодежной политики. Очередная бюджетная организация, с самого своего появления несущая налет бюрократической пыли, вряд ли станет здесь панацеей. Шансов на успех будет куда больше, если новый молодежный проект будет носить черты модной субкультуры. Инициатива должна идти из молодых сердец, а не сверху, сверху она должна быть поддержана. Другой важный момент — включенность этого молодежного проекта в  международный контекст, иными словами, речь идет о создании международного молодежного интернационала — в сегодняшних реалиях по большей части сетевого, но опирающегося на старую добрую Традицию.   И наконец, самое главное, что следует понять в кабинетах, где уже начинается смотр молодежных проектов, что искомая идеология уже существует  — молодая, сердитая, построенная на правых ценностях альтернатива, бросающая вызов как глобализму и либерализму, так и изжившему себя консерватизму старого типа.    Леонид Ротарь. Из проекта "Конец света" Правильный протест Конечно, заявления о высоком протестном потенциале среди российской молодежи сильно преувеличены. Но первые сигналы были мгновенно растиражированны в сети и средствах массовой информации, в результате чего cложилась определенная картина, уже способная формировать будущее. Молодое поколение россиян в основной своей массе политикой не интересуется, однако, как показал март, эту ситуацию легко переломить под нужным углом, пользуясь отсутствием идеологического стержня. И в умелых руках медиатехнологов прежде аполитичные школьники могут вполне убедительно рассуждать о том, сколь коррумпированно и недемократично наше государство и почему необходима смена власти. Следующий шаг переход к управляемым прямым действиям.   Что касается Запада, ситуация по разные стороны Атлантики кардинально отличается. Американскому обществу удалось сохранить традиционные устои, в нем сильнее связь поколений и, как следствие, гражданская позиция молодых. В Европе же конформизм  и равнодушие к политическим процессам готовящегося к вступлению во взрослую жизнь поколения может принести опасные последствия в будущем. Есть и другая сторона проблемы, когда духовный вакуум побуждает молодых европейцев искать ответы в радикальных течениях и в худшем варианте примыкать к рядам террористов. Но истеблишмент пока не может предложить что-то, кроме идеи всеобщего равенства и бесконечного потребления. В этом плане взаимодействие молодых здоровых сил США и России может стать спасительным мостом для погибающей старой  Европы.   Вплоть до недавнего времени казалось, что время молодежных бунтов уже навсегда осталось в 60-х, однако кризис идентичности и активизировавшая борьба глобалистов и суверенистов могут изменить статус-кво. Американская молодежь действительно активно участвовала в митингах против президента Дональда Трампа. Но надо учитывать, что здесь, с одной стороны, помогла и агитация в университетах, с другой - участие поп-звезд, а также тот факт, что протест удалось сделать всеамериканским. Любопытно, что сегодня протестные акции против Трампа, если говорить конкретнее, политики США в Сирии,  проводят сторонники движения Alt-right, изначально поддерживавшие будущего президента, а теперь увидевшие в нем воплощение консервативного мейнстрима и едва ли не преемника Джорджа Буша-младшего, развязавшего войну в Ираке, иными словами, все то, против чего яростно выступают.      www.youtube.com/watch?v=aqSr1FowFuE   Совершенно очевидно, что молодым людым в любой точке мира, свойственно желание протестовать. Но стоит ли протестовать против чего-то, внушенного в чужих политических интересах, и становиться объектом манипуяций? Как отмечают эксперты, российские подростки, вышедшие на митинги против коррупции, вряд ли хорошо представляют что-то это такое в силу своего возраста. Гораздо более честным, осмысленным и продуктивным будет протест против деструктивного либерализма, стирающего границы идентичности глобализма, порабощающей политической корректности, уничтожения традиционных устоев семьи и общества, который в то же время будет и вызовом бюрократическому подотчетному «патриотизму», костности и лицемерию тех, кто находясь у рычагов власти, лишь делает вид, что преследует интересы своего государства. В этом  — дух истинного бунтарства и вдохновение для юных идеалистов и максималистов, желающих вершить революцию. Эта революция может и должна быть консервативной и булыжники из мостовой, пусть виртуальные, полетят в истинных разрушителей того будущего, в котором жить молодым. Ностальгия по молодости Примеры действительно массовых и идеологизированных молодежных движений можно пересчитать по пальцам руки, самые известными из них являются скауты и изначально появившаяся как их преемница пионерская организация. Эти движения оставили яркие образы в истории, повлияли на целые поколения, затем были расформированы и забыты, или в той или иной форме возрождены.   Большой резонанс за рубежом вызвало появление в России военно-патриотического движения «Юнармия». И даже у главного либерального рупора  - «Радио Свобода» -  в отношении Юнармии или «детской армии Путина», как ее называют, проскальзывает романтическая ностальгия. Ролик, появившийся на сайте ресурса, назвать очерняющей пропагандой язык никак не поворачивается.   Meet Putin's Kiddie Army | Radio Free Europe/Radio Liberty 2017   В то же время невозможно всецело решить задачу воспитания молодого поколения, создавая ностальгические реплики прошлого в реальности, где бал правит интернет, а информации огромное количество и она распространяется с космической скоростью. Пришло время сетевых сообществ, и молодым людям необязательно бегать с автоматом и отжиматься, чтобы защитить сувенитет своего государства, собственную войну они могут вести, публикуя статьи и записи в блогах, обсуждая волнующие темы на форумах, создавая политические мемы или просто «лайкая» и делая репосты своих единомышленников. Интернационал новой правой молодежи уже складывается в глобальной сети,  и появление большого количества полиязыкововых площадок для общения и взаимодействия ускорило бы процесс развития нового культурно-политического движения. Более того, уже есть заинтересованные люди, вынужденные пока делать эту работу за свой счет и в свободное время. Вне сомнения, у этого движения есть потенциал стать действительно массовым и захватить умы тысяч миллениалов. Конечно, подотчетная бюджетная структура была бы более наглядна и осязаема с бюрократической точки зрения, но как показывает пример США, сетевое сообщество способно изменить политическую формацию страны и всего мира. Так вышло с Дональдом Трампом и частично ответственным за его приход  к власти движением альтернативных правых. Вопрос будущего В мире, заполненном бесконечным информационным шумом и то и дело захватывающими наше внимание breaking news, легко сначала отодвинуть на задний план, а потом и вовсе забыть о действительно реальных проблемах. Одна из которых — создание поддержка и молодежной интернациональной идеологии, основанной на традиционных ценностях и способной сменить изжившую себя политическую парадигму левых и правых, которая по словам Марин Ле Пен привела к катастрофе Францию, а развивая мысль политика и весь мир. В конце концов, не потому ли государства сегодня разговаривают языком силы и санкций, а мир в 21 веке снова оказывается на пороге мировой войны, что люди из разных стран, которые сейчас ответственны за принятие решений, не разделяли общих идей, не читали одни и те же медиа и не состояли в одних и тех же сообществах, когда были молоды.   Вышеописанный молодежный альтернативный правый интернационал может стать залогом стабильности мира в будущем. 

15 февраля, 12:55

Религиозные войны XXI века: ваххабиты и доминионисты в битве за будущее?

Дональд Трамп, бонвиван и «теплохладный» евангелист по вере, вряд ли сверяется с Библией в своей практической деятельности, но доминионисты из его окружения (как Майк Пенс, Джеймс Мэттис), скорее всего, видят в нём таран, который разломает укрепления, выстроенные левыми и правыми глобалистами, и таким образом «расчистит поле» - в том числе для борьбы, понимаемой в духе крестоносцев, с мусульманским миром

09 февраля, 10:23

Генеральный прокурор США Джефф Сешнс. Досье

Генеральным прокурором США стал республиканец Джефф Сешнс.

10 января, 11:22

Зять Трампа займет пост в Белом доме, а дочь воздержится

Бизнесмен Джаред Кушнер, который занимается строительством недвижимости, как и его тесть, станет старшим советником президента США. В частности, родственник миллиардера займется вопросами торговли и Ближнего Востока. Адвокаты Кушнера утверждают, что это назначение не будет противоречить закону против кумовства, действующему в США.

07 января, 20:30

Александру Дугину - 55

Сегодня исполняется 55 лет философу Александру Дугину. Я не разделяю его политических взглядов и лично с ним не знаком, но как неординарная личность он мне, безусловно, интересен. Тем более что с нами уже нет ни Евгения Головина, ни Юрия Мамлеева, ни Гейдара Джемаля. Дугин - едва ли не последний живой член знаменитого Южинского кружка. Как писал Марк Сэджвик в своей книге о российском традиционализме (Сэджвик М. Наперекор современному миру: Традиционализм и тайная интеллектуальная история XX века / Пер. с англ. М. Маршака (1-5 главы) и А. Лазарева; научная редактура Б. Фаликова. — М.: Новое литератур­ное обозрение, 2014): "Кружок Головина почти не привлекал внимания властей, хотя Джемаля, по слухам, несколько раз сажали в сумасшедший дом (это был стандартный способ репрессий, направленных на диссидентов). КГБ явно терпел подобные кружки, но лишь в определенных рамках, которые Дугин заметно переступил. В 1983 году власти узнали о вечеринке в мастерской одного художника, на которой Дугин играл на гитаре и пел то, что он называл «мистическо-антикоммунистической песней». Его на недолгое время задержали. КГБ обнаружил в его квартире запрещенную литературу, в основном книги Александра Сол­женицына и Мамлеева (писателя, который входил в кружок Головина, но эмигрировал в США еще до того, как в нем по­явился Дугин). Дугина отчислили из МАИ, где он тогда учил­ся. Он нашел себе место дворника и продолжал посещать Ле­нинскую библиотеку по поддельному читательскому билету".Члены Южинского кружка: Александр Дугин, Гейдар Джемаль, Евгений Головин и Юрий Мамлеев.Далее приведены фрагменты из упомянутой книги Сэджвика.Политическая деятельность Дугина в 1990-е годыДля Дугина, которого некогда КГБ арестовал как диссидента, переход к сотрудничеству с Зюгановым, лидером КПРФ, был довольно удивительной трансформацией. Как мы еще увидим, позже с ним произошла еще одна трансформация того же масштаба, когда при президенте Путине он начал выходить из сферы влияния КПРФ и двигаться в сторону политического мейнстрима. Эти перемены не говорят о непостоянстве Дуги­на. Как и Эвола, он всегда был верен только своей собственной идеологии, а не существующим вокруг политическим партиям. Его собственное объяснение первого превращения — из диссидента-антисоветчика в товарища лидера коммуни­стов — двоякое. Во-первых, в 1989 году он совершил несколько поездок на Запад, читая лекции «новым правым» во Франции, Испании и Бельгии. Эти поездки значительно изменили пози­цию Дугина. Большую часть жизни он считал, что «советская реальность» — это «худшее, что можно себе вообразить», а тут, к своему изумлению, он обнаружил, что западная реальность еще хуже, и подобная реакция не была редкостью среди совет­ских диссидентов при столкновении с Западом. Во-вторых, его новая политическая позиция была сформирована событиями августа 1991 года, когда Государственный комитет по чрезвы­чайному положению (ГКЧП) не смог захватить власть путем плохо спланированного переворота, послужившего толчком к окончательному распаду Советского Союза. Документ, кото­рый обычно считают манифестом ГКЧП, «Слово к народу», был опубликован 23 июля 1991 года в газете «Советская Рос­сия» и написан будущими соратниками Дугина, Геннадием Зюгановым и Александром Прохановым. По собственным словам Дугина, вышедшие на улицы Москвы толпы, требую­щие демократии, свободы и рынка, внушили ему такое отвра­щение, что он в конце концов обнаружил, что является скорее просоветским человеком, — и это в тот самый момент, когда Советский Союз переставал существовать.Не ограничиваясь этими объяснениями, мы должны рас­смотреть, какие модификации привнес Дугин в традициона­листскую философию, а также каковы были особые характе­ристики российской политической жизни сразу после развала СССР. Первой модификацией Дугина было «исправление» геноновского понимания православия, что схоже с «исправлени­ем» взглядов Генона на буддизм, проделанным Кумарасвами. Это исправление наиболее четко выражено в его работе «Ме­тафизика благой вести: православный эзотеризм» (1996). Здесь Дугин следует за Жаном Бье (Bies), французом, православным шуонианцем, утверждая, что христианство, которое отвергал Генон,— это западное христианство. Генон правильно отвергал католичество, но ошибался в отношении восточного православия, которое он плохо знал. Согласно Дугину (и Бье), православие, в отличие от католичества, никогда не теряло своей инициатической ценности и поэтому оставалось тра­дицией, к которой может обратиться любой традиционалист. Затем Дугин перевел многие термины традиционалистской философии на язык православия. С новыми ориентирами традиционализм Дугина вел не к суфизму как эзотерической практике ислама, а к русскому православию как к экзотериче­ской и эзотерической практике. Разновидностью православия, которое Дугин избрал для себя лично, было старообрядчество в его «единоверческой» версии. Для будущих отношений Дугина с российским политическим мейнстримом важно то, что Единоверческая церковь (в отличие от большинства направ­лений старообрядчества) признает власть патриарха, а так­же, ответно, признается и Русской православной церковью.Второй и чуть более поздней модификацией традицио­нализма стало его соединение с идеологией, известной как евразийство. В результате возникло нечто, похожее по взгля­дам на систему представлений, изложенную в книге «Clash of Civilizations» («Столкновение цивилизаций») Самуэля Хантингтона, и почти столь же влиятельное. К концу 1990-х Дугин стал самым видным представителем неоевразийства. Первоначально движение и идеология евразийства воз­никли в Праге, Берлине и Париже в начале 1920-х благодаря деятельности русских эмигрантов-интеллектуалов, таких как географ П.Н. Савицкий, лингвист князь Н.С. Трубецкой и фи­лософ права Н.Н. Алексеев. Они опирались на славянофилов и панславистов XIX века, особенно на Константина Леонтье­ва и Николая Данилевского, и надеялись, что их учение рас­пространится в СССР среди советской элиты и породит «вну­треннюю оппозицию». Так случилось, что в Советском Союзе евразийство привлекло к себе внимание лишь в 1980-х, после публикации, и то в Венгрии, «Науки об этносе» Льва Гумиле­ва, но только в конце 1990-х при помощи Дугина и в модифи­цированной форме евразийство стало значимым явлением. Версия Дугина известна как неоевразийство, и этот же термин применяется в отношении теорий Гумилева и ряда других фи­гур, таких, например, как А.С. Панарин. Все они представляют собой различные версии евразийства 1920-х годов, но нас бу­дет интересовать только версия Дугина.Славянофилов и панславистов, а также евразийцев 1920-х и Дугина роднит убеждение, что Россия фундаментально от­личается от Запада своей духовностью и органическим харак­тером своего общества. Однако между этими интеллектуаль­ными движениями есть и ряд расхождений. Славянофилы были первыми российскими интеллектуа­лами, которые пытались определить русскую идентичность через противопоставление Европе, примерно также как запад­ные интеллектуалы в то же самое время определяли Запад по контрасту с заморскими европейскими колониями. Такое про­тивопоставление «другому» было центральным элементом национализма XIX века. Оно способствовало утверждению западной идентичности как цивилизованной и рациональ­ной, в отличие от якобы нецивилизованных и иррацио­нальных народов европейских колоний, и эта идентичность в значительной степени заменила прежнюю, представляю­щую европейцев как христиан. Однако славянофилы, вместо того чтобы также сместить акцент с религии на цивилизацию и рациональность, наоборот, подчеркивали религию и соци­альную солидарность, противопоставляя их сухой рациональ­ности и моральному разложению Европы. В этом они опира­лись на ту критику, которую романтики выдвинули против ранней модерности, причем так, как их западные коллеги пре­жде никогда не делали.Евразийцы 1920-х следовали той же схеме, что славянофи­лы и панслависты, слегка обновив свою критику западной современности, чтобы включить в нее отрицание «механи­цизма». Они признавали достижения Запада в технологиче­ской сфере, но позитивно противопоставляли им «органицизм», свойственный русской и евразийской цивилизации, а также критиковали Запад за секуляризацию и атомизацию общества, совершенные во имя индивидуализма. Их пред­ставления о Западе, по существу, мало чем отличались от взглядов Г енона. Нет свидетельств того, что кто-нибудь из евразийцев этого периода читал Генона (чьи работы тогда только начали завоевывать популярность), но и Генон, и ев­разийцы формулировали свои идеи в одно и то же время, по­этому в них отразились общие тенденции эпохи. Для Дугина синтезировать евразийские представления о Западе с представлениями, характерными для традиционализма, оказа­лось несложно.Чтобы завершить наше описание того, как традиционалисту удался союз с марксистами, мы должны ненадолго обратиться к некоторым специфическим характеристикам российской политической жизни раннего постсоветского периода6, когда перестало работать стандартное деление на левых, правых и центр. С самых первых дней перестройки либерализм был радикальным, а коммунизм — консерватив¬ным политическим феноменом. Когда в 1990 году в недрах Коммунистической партии зародилась и кристаллизовалась вокруг КПРФ, возглавляемой Геннадием Зюгановым, орга¬низованная политическая оппозиция перестройке, идеоло¬гически она объединилась с «патриотами» Проханова. Этот союз начался с образования общего фронта, который часто определялся как «красно-коричневый»: КПРФ выступала в роли «красных», а «патриоты» — «коричневых» (фашистов). Сам Дугин предпочитал обозначение «красно-белые».Более важным, чем деление на правых и левых, было деле¬ние на тех, кто, подобно Ельцину, разделял некое представ¬ление о либеральной, демократической России, поддержи¬вающей хорошие отношения с Западом (их стали называть «либералами»), и тех, кто его отвергал (их стали называть «оппозиция»). Разные части этой оппозиции в разное время принимали разные названия (коммунисты, «патриоты», на¬ционалисты или даже монархисты), но сама принадлежность к оппозиции была важнее, чем принадлежность к той или иной конкретной фракции. Схожая схема недолгое время су¬ществовала в Германии во время Веймарской республики, ког¬да в первые послевоенные годы внутри коммунистического движения развилось национал-коммунистическое направление, а среди правых в 1929 году— национал-большевистское, к которому примыкали и некоторые будущие нацисты. В 1991 году Дугин начал публиковаться в газете Проханова «День», у которой тогда было около 150 000 читателей. Идеи, которые Проханов позволял Дугину обнародовать в своем «Дне», были заимствованы у Эволы и Генона, а также у западноевропейских «новых правых»: «антикапиталистов» (формулировка Дугина), таких как итальянский мусульманин-эволианец Клаудио Мутти и самый крупный интеллектуальный лидер французских «новых правых» Ален де Бенуа.В этот период Дугин был решительным членом оппозиции, как и коммунисты Зюганова. Для Дугина принадлежность Зюганова к оппозиции значила больше, чем его «марксизм», который, в конечном счете, был не столь марксистским. По словам Александра Ципко, бывшего в те годы политическим советником Горбачева: «Сама мысль поставить идею “нации” и “государства” над идеей освобождения рабочего класса [что и делали в КПРФ] напрямую противоречит духу и доктрине марксизма». Таким образом, становится понятно, как такой традиционалист, как Дугин, мог войти в союз с КПРФ, но остается вопрос, что могло заинтересовать КПРФ в дугинском неоевразийстве. Ответ состоит в том, что многочисленные группы, составлявшие оппозицию, имели общие интересы и общих врагов, но у них не было объединяющей идеологии. Национализм на первый взгляд казался подходящим для целей оппозиции, но этнический национализм, знакомый Западной Европе со времен Французской революции, едва ли соответствовал российским условиям, так как Российская Федерация — многонациональное государство. Этнический национализм не мог играть никакой роли в легитимации царского или советского режимов, и даже лидер «Памяти» Дмитрий Васильев был вынужден прибавить к своей декларации, утверждавшей, что «наша цель — пробудить национальное самосознание русских людей», фразу «и всех других народов, проживающих на нашей родине».Этнический национализм, если брать его в самой крайней логической версии, в конце XX века мог привести к еще большему сокращению территории России, нежели это произошло в 1991 году. Хотя такой вариант развития событий и рассматривался некоторыми немногочисленными радикально-либеральными интеллектуалами в Москве, он стал бы проклятием для большинства обычных российских граждан. Приведению в жизнь этого плана мешало и то соображение, что большая часть этнических русских осталась бы за пределами любого чисто русского территориального ядра. Итак, дугинское неоевразийство было наиболее всеохватывающей формой национализма, наилучшим образом при¬способленной к российским условиям. Евразийский блок под руководством России включал бы не только всю Российскую Федерацию, но и, согласно большинству евразийских версий, территории Украины и Беларуси. Некоторые также предпола¬гали включить в него не только территории бывшего СССР, но и большую часть исламского мира.Отношения между Россией и исламским миром были цен¬тральным парадоксом в идеологии оппозиции и неоевра- зийской мысли. С одной стороны, события в Афганистане в 1980-х годах, в Чечне и в самой Москве в 1990-х годах должны были вызвать ощутимую враждебность по отношению к ис¬ламу и исламизму в российской армии и у широкой публики, к тому же антиисламские чувства поощрял и использовал в своих целях президент Ельцин. Какие-то расистские чувства против «черных» с Кавказа имели место, и порой они выли¬вались в чисто расистские уличные акции. Схожие расистские чувства регулярно эксплуатировали крупные группировки ультраправых на Западе. С другой стороны, Советский Союз долго культивировал дружеские отношения с арабским ми¬ром, видя в ближневосточных странах фактических или по¬тенциальных союзников в борьбе с США.Каковы бы ни были настроения в обществе, Русская церковь обычно с симпатией относилась к исламу. «Я уважаю ислам и другие религии, —заявил Дмитрий Васильев в 1989 году, —Хомейни великий человек, который борется за ислам и чистоту исламской традиции. Мы с теми, у кого есть вера в Бога». Схожей линии придерживались позже и более важные фигуры оппозиции. Дугин, Проханов и Зюганов высказывались в пользу союза с исламом. Для Дугина «Новая фаза мировой стратегии Зверя состоит в подчинении русского народа глобальной власти, с одной стороны, и атаки на самый мощный бастион традиции, ныне представленный исламом, с другой стороны». Для Зюганова «...в конце XX века все более и более очевидно, что исламский путь становится реальной альтернативой гегемонии западной цивилизации... Фундаментализм — это... возврат к многовековой национальной духовной традиции... к моральным нормам и отношениям между людьми».Зюганов был важной фигурой в российской политической жизни, а Проханов был важной фигурой для Зюганова. Некоторые комментаторы согласны в том, что Проханов был инструментом сближения Зюганова с оппозиционными группами, а также ключом к поразительному успеху его партии на выборах в Думу в декабре 1995 года, в результате которых КПРФ получила большинство парламентских места и удерживала его до выборов 1999 года, хотя ее значение после этого и стало снижаться. Также многие полагают, что газета Проханова «День» была чрезвычайно важна для популяризации неоевразийства и превращения его в «общий фокус “красно-коричневой” коалиции России». Один комментатор даже заявил (позволив себе некото¬рые преувеличения), что не партийный орган печати «Правда», а газета Проханова «представляла идеологию коммунистического мейнстрима». «Зюганов использовал евразийство для переоформления коммунистической партии, — писал другой обозреватель, — и добился в этом фантастических успехов». Роль неоевразийства и самого Дугина в рамках самой оппозиции была центральной. Таково мнение многих западных обозревателей, особенно после выхода в свет бестселлера Дугина «Основы геополитики: геополитическое будущее России» (1997)- «Основы геополитики» — это самый важный и успешный труд Дугина. В 1997 году он «был темой жарких споров среди военных и гражданских аналитиков в многочисленных институтах... [хотя у одного наблюдателя] создалось впечатление, что спорили больше, чем читали». Интерес российских военных к книге Дугина означал, что и в некоторых кругах за границей ей тоже уделяли больше внимания. Дугин также опубликовал статью «Геополитика как судьба» в армейской газете «Красная звезда» (выпуск за 25 апреля 1997 года). «Основы геополитики» получили поддержку армии по крайней мере в лице генерал-лейтенанта Николая Павловича Клокотова, инструктора при Военной академии генерального штаба, где Дугин выступал по приглашению Игоря Николаевича Родионова, позже министра обороны при президенте Ельцине.«Основы геополитики» ратовали за союз с исламом. Также в них содержался призыв создать ось Берлин-Москва-Токио (чтобы противостоять американо-атлантической угрозе), вернуть Германии Калининградскую область, а Японии Курильские острова — и то и другое было захвачено Советским Союзом после Второй мировой войны. «Сходство между иде¬ями Дугина и взглядами российского истеблишмента, — писал Чарльз Клоувер во влиятельном американском журнале Foreign Affairs, — слишком разительно, чтобы его игнориро¬вать». В доказательство своих слов Клоувер указывает на сде¬ланное в 1998 году Россией предложение вернуть Курилы и сближение России с Ираном и Иракомз. Конечно, и то и другое можно вполне удовлетворительно объяснить и без ссылок на Дугина или традиционализм, однако ясно, что идеи Дугина казались менее эксцентричными для российской публики, нежели для западной.Лучше всех, пожалуй, эти идеи проанализировал придерживающийся либеральных взглядов интеллектуал Игорь Виноградов, издатель журнала «Континент». Говоря о корнях евразийства, уходящих в 1920-е годы, Виноградов заявил, что «уже в ту пору это движение достаточно хорошо продемонстрировало свою омертвелую утопичность» — его возражение против утопичности, очевидно, состояло в том, что она имеет тенденцию завершаться тоталитаризмом. О неоевразийцах 1990-х Виноградов говорит следующее:Они предприняли гальванизацию реакционной утопии, которая давным-давно доказала свою несостоятельность, пытаясь оживить ее путем впрыскивания новой вакцины — комбинации «Православия» и «Ислама» во имя борьбы с коварным «Сионизмом», загнивающим западным «Католицизмом» и любым видом жидомасонства... При всей их [интеллектуальной] неумелости они опасны. Помимо прочего, соблазн религиозного фундаментализма в наш век неверия и общего духовного распада очень привлекателен для многих отчаявшихся людей, которые заблудились в этом хаосе. Ответственность за оживление «несостоятельной» идеологии должны нести Дугин и традиционализм, очевидные источники этой «новой вакцины».Дугинское неоевразийство не является традиционалистским в узком смысле. Хотя информированный читатель легко может заметить в нем влияние традиционализма и в «Основах геополитики» даже есть раздел, посвященный отношению современных геополитиков к сакральной географии, но слова «традиция» нет в тезаурусе этой книги, и среди отрывков важных для Дугина текстов, которые там приводятся и среди которых лидирует Хэлфорд Макиндер, нет ни традиционалистских, ни других философских текстов. Тем не менее «Ос¬новы геополитики» — еще один пример успешной реактуали¬зации «мягкого» традиционализма. Национал-болъшевистская партия При Ельцине самыми важными соратниками Дугина были Проханов и КПРФ, а после успеха «Основ геополитики» КПРФ официально закрепила это положение: в начале 1999 года Ду¬гина назначили особым советником Геннадия Николаевича Селезнева, спикера Думы и ее депутата от фракции коммунистов. Кроме того, он продолжал поддерживать контакты с западноевропейскими правыми. Дружеские отношения с некоторыми из них были установлены еще во время его пер¬вых поездок на Запад в 1989 году, затем они были подкреплены визитами в Россию де Бенуа и его бельгийского союзни¬ка Роберта Стейкера (его первый приезд состоялся в марте 1992 года), а также публикацией двух сборников статей Дугина на итальянском языке в 1991 и 1992 годах, что было сделано благодаря помощи Мутти4. Тем не менее политический союз, выдвинувший Дугина в действительно значительные публичные фигуры, был заключен с писателем совсем иного типа, нежели Проханов, а именно с Эдуардом Лимоновым. Дугин встретил Лимонова в оппозиционных кругах, связанных с Прохановым и Зюгановым. Лимонов тогда был готов порвать с Жириновским, в котором начали видеть беспринципного оппортуниста, и тут как раз выяснилось, что оба, и он и Дугин, разочаровались в «архаичности» существующей оппозиции. Они договорились о совместном демарше. Дугин хотел организовать общественное движение, но Лимонов настаивал на создании формальной политической партии, и в 1993 году они основали Национал-большевистскую партию (НБП) — это хлесткое название предложил Дугин, позаимствовав его скорее у русских эмигрантов 1920-х, чем у немцева. Третьим членом-основателем этой партии был музыкант Егор Летов, певец и анархист, чья рок-группа «Гражданская оборона» пользовалась значительной популярностью у слушателей в возрасте от 12 до 20 лет.Лимонов был публичным лидером НБП и «человеком действия», но им двигали скорее природная склонность к театральности и негативная реакция на западную культуру 1970-х годов, нежели традиционализм или какая-либо конкретная идеология. Первой акцией НБП была общемосковская кампания с плакатами, призывающими к бойкоту импортных товаров под лозунгом «Янки, прочь из России!». Это привлекло к партии благожелательное внимание многих. В числе последующих лозунгов был и такой: «Пейте квас, не кока-колу», придуманный Дугиным. Другие формы активности были менее успешными. Число членов в Москве никогда не превышало 500 человек и в целом по России могло достигать 2000, что вряд ли значимо для страны с населением в 150 миллионов человек. Альянсы Лимонова с двумя другими оппозиционными партиями были недолговечны. В 1995 году на выборах в Думу национал-большевики выдвигались как частные лица, после того как Министерство юстиции неоднократно отказывало в регистрации на выборах их партии. Дугин руководил предвыборной кампанией в Санкт- Петербурге, а Лимонов в Москве. Кампания Дугина получила широкую огласку благодаря поддержке Сергея Курехина, уважаемого рок- и джаз-музыканта, чья группа «Поп-механика» была очень популярна (по крайней мере в некоторых кругах). Популярность Курехина частично зижделась на его «мистификациях», самая известная из которых состояла в «научном доказательстве» того, что Ленин на самом деле представлял собой специфическую форму гриба. Он организовал бесплатный концерт под названием «Курехин за Дугина» и объяснял линию НБП в своих интервью различным изданиям. Несмотря на эту поддержку, Дугин набрал только 2493 голоса, что соответствовало 0,83% от числа участвовавших в выборах. Лимонов в Москве выступил чуть лучше, получив 1,84% (5555 голосов).Безусловно, в деятельности НБП присутствовали иронические и пародийные элементы, напоминающие прозу Лимонова. Ее политическая программа, например, включала право члена партии не прислушиваться к мнению своей девушки, а партийные инструкции по посещению кинотеатров (смотреть западные фильмы надлежало группами по 15 человек, а после просмотра предписывалось крушить зал), конечно, нельзя было воспринимать серьезно, хотя несколько кинотеатров действительно пострадало. Что можно сказать о таком обещании: «Мы сокрушим преступный мир. Его лучшие представители станут служить нации и государству. Остальные будут уничтожены военными методами»? Партийное приветствие — правая рука вскидывается, как у фашистов, а затем сжимается в кулак, как у большевиков, что сопровождается выкрикиванием «Да, смерть!» — также трудно воспринимать без намека на фарс. Эти элементы абсурда явно добавляли НБП привлекательности в контркуль¬турных кругах. Хотя это никогда не признавалось, НБП была скорее воплощением определенного отношения к жизни, чем серьезной политической организацией. Один критик, Илья Пономарев, даже назвал ее «постмодернистским эсте¬тическим проектом интеллектуальных провокаторов», что, вероятно, мало соответствует представлениям и деятельно¬сти региональных групп НБП, но не так далеко от истины в отношении ее центрального отделения. Претензию партии на абсолютную власть явно нужно принимать с долей иро¬нии. Для Дугина реальное значение НБП состояло в том, что в течение ряда лет она была базой для его публичных устных и письменных выступлений.Дугин-коммуникатор После того как Дугин покинул НБП, его базой стало его собственное издательство «Арктогея» (названное по имени скан¬динавского варианта Атлантиды). В «Арктогее» были опубликованы некоторые переводы западных традиционалистов, многие книги Дугина (он обычно писал по две книги в год) и некоторые романы Густава Майринка, немецкого писателя начала XX века, жившего в Праге и сильно интересовавшегося магией и оккультизмом. Дугин также пытался с переменным успехом распространять свою версию традиционализма через различные журналы, а также радио и интернет. И снова наиболыной популярно¬стью пользовалась самая «мягкая» версия традиционализма. Наиболее серьезный «теоретический» журнал «Милый ангел», выходивший с 1991 по 1997 год, имел небольшой тираж. Журнал более общей направленности «Элементы» начал выходить в 1993 году амбициозным тиражом в 50 000 экземпляров, но к 1996 году его тираж сократился до 2000 экземпляров, что тоже было внушительной цифрой. В 1998 году он вообще перестал выходить. Вероятно, столь же удачным оказался и веб-сайт Дугина, www.arctogaia.com (сейчас www.arcto.ru). Это был один из самых первых русскоязычных сайтов, созданный в 1998 году, за год до того, как использование интернета в России вышло за пределы ограниченного круга. (Рунет был запущен в 1995-1996 годах, но сперва не слишком активно использовался) Русский интернет в то время был столь плохо освоен, что ведущий политический блок «Единство» запустил свой сайт только за 12 дней до голосования на выборах 1999 года. К кон¬цу 1999 года «Арктогея» стала крупным сайтом с разделами по метафизике, политике, литературе и эротике и дискуссион¬ными форумами по традиционализму, герметизму, литературе и старообрядчеству. Один из первых пользователей Рунета вспоминает, что, учитывая общую малочисленность русских сайтов, «те, кто начинал активно использовать WWW, рано или поздно попадали на страницы [Дугина]».Доля Рунета, которую занимал сайт Дугина, с 1999 года суще¬ственно сократилась, так как сам русский интернет существен¬но вырос в объеме. Тем не менее присутствие Дугина где-то на краю киберпространства все еще ощущается. В одном обзоре политических веб-сайтов 2003 года они оценивались по шкале от 1 до 10 баллов за дизайн и контент («свежесть»), а также за удобство для пользователя. Сайт Дугина получил 5 за дизайн и контент против 5,6 балла, которые получили сайты веду¬щих американских и британских партий, 5,5 балла — ведущих российских партий и 1,6 — мелких российских партий. С оцен¬кой 9 за удобство для пользователя сайт Дугина легко обходил по средним показателям сайты всех ведущих партий России и других стран.Геноновский традиционализм в России Хотя все эти годы Дугин был самым видным традиционали¬стом России, менее политизированная разновидность тради¬ционализма, более соответствующая его западноевропейско¬му варианту и ставящая акцент на творчестве Генона, тоже присутствовала. Она возникла благодаря Юрию Стефанову, поэту и переводчику, который открыл Генона вместе с Головиным в начале 1960-х. Сразу же после распада СССР в 1991 году Стефанов опубликовал ряд статей о Геноне в «Вопросах философии», серьезном философском журнале, издававшемся Российской Академией наук, но имевшем более широкий круг читателей, чем обычно бывает у такого рода журналов. Ряд российских интеллектуалов, которые прочли этот номер, за¬интересовались традиционализмом в его неполитической форме. Наиболее активным среди них впоследствии стал Артур Медведев, сын офицера, как и Дугин, и выпускник факуль¬тета истории Российского государственного гуманитарного университета (РГГУ).Медведев стал главным учеником Стефанова, а после смерти учителя — самым заметным неполитическим традиционалистом России. В 1993 году, заканчивая университет, он основал журнал «Волшебная гора». Этот журнал, названный по роману Томаса Манна, изначально затевался как литературный и философский, что-то вроде площадки для встреч интеллектуалов разных убеждений. Однако начиная со второго номера он становился все более традиционалистским, пока не превратился в российский эквивалент «Традиционных исследований». С 1993 года Медведев выпускал примерно по номеру в год, но после 2000 года журнал стал выходить чаще. Каждый его номер насчитывает около 300 страниц, что делает его значительно толще, чем любой подобный журнал на Западе. Как и его европейские аналоги, он содержит переводы классических традиционалистских текстов, классических нетрадиционалистских авторов, таких как Мулла Садра, новые статьи современных авторов и книжные рецензии. Большую часть новых статей пишут русские или русскоговорящие традиционалисты, но порой это бывают и современные запад¬ные традиционалисты, что связывает русский традиционализм с остальным миром. С конца 1990-х годов «Волшебная гора» выходила тиражом в 500 экземпляров. Медведев посчитал, что сможет продать и больше, но, так как журнал был некоммерческим и существовал только на пожертвования благожелателей, добавочная стоимость на больший тираж сделала бы его либо тоньше, либо хуже оформленным (сейчас он печатается на дорогой бумаге и с хорошим качеством печати), а и то и другое для него было неприемлемо. По оценкам Медведева, за все годы у него опубликовалось около 200 авторов. Эта цифра дает некоторое представление о размерах российского неполитического традиционалистского сообщества, вполне сравнимого с сообществами в других странах. Оно достаточно велико, чтобы заинтересовать коммерческие издательства, например такое, как «Беловодье», которое начало печатать переводы работ Генона и Эволы еще в на¬чале 1990-х и продолжило печатать новые переводы Генона в 2005 году.Между сообществами «Волшебной горы» и политического традиционализма есть несколько точек пересечения. Хотя большинство авторов «Волшебной горы» мало вовлечены в политику Дугина, а некоторые даже являются либералами по своим политическим убеждениям, последователи Дугина и Джемаля часто печатали в журнале Медведева статьи, посвященные духовным вопросам, как и поэт-традиционалист Евгений Головин. Медведев тем не менее обычно не пропускал в номер сугубо политические статьи.Далекие от политики авторы "Волшебной горы" относятся примерно к тому же типу людей, что и авторы похожих журналов во всем мире, хотя, возможно, у них более выражены свя¬зи с научным миром и поэзией. Как и последователи Шуона, они публикуют книги по разным темам, в которых находит свое отражение и традиционалистская точка зрения. Однако они не связаны ни с одним суфийским орденом и не образу¬ют духовной общины. Объяснение этому скрывается в исто¬ках русского традиционализма, которые обсуждались выше, а также в том убеждении, что русское православие само по себе несет инициатическую ценность, которой Генон не находил в западном христианстве. Стефанов интересовался Каббалой и гностицизмом, но всегда считал себя православным христианином. Схожим образом духовным следствием встречи с Г еноном и Стефановым для Медведева стало то, что он начал регулярно посещать церковные службы. Два самых близких товарища Медведева среди традиционалистов были старо¬обрядцами, хотя и из разных направлений.Русские традиционалисты проявляют некоторый интерес к исламу, но мусульманин, наиболее тесно связанный с «Вол¬шебной горой», — это мусульманин по рождению Али Тургиев, кавказец-космополит, микробиолог по профессии, который впервые столкнулся с традиционализмом на страницах «Во¬просов философии», а потом стал помощником Медведева. Тур¬гиев не видит необходимости в личной инициации как в дополнении регулярной практики ислама и больше интере¬суется эзотерической шиитской литературой, чем суфизмом (хотя сам является суннитом). В последние годы небольшое количество русских традиционалистов перешло в ислам, но в целом их влечет шиизм, в чем видно влияние шиита Джемаля. Хотя деятельность Джемаля (рассматриваемая в следующей главе) изначально носит политический харак¬тер, он по-прежнему является самым заметным российским мусульманином-традиционалистом. Как выразился один из новообращенных, отвечая на вопрос о том, хотел ли он когда- нибудь вступить в суфийский орден (тарикат): «А разве ши¬изм — это не один огромный тарикат?» Это не совсем обще¬распространенный взгляд, но его можно встретить и среди практикующих мусульман, и у внешних наблюдателей. Ряд воззрений, которые в суннитском исламе характерны только для суфизма, в шиизме являются мейнстримом.Группа, объединившаяся вокруг «Волшебной горы»,— не единственная группа не связанных с политикой российских традиционалистов, хотя и наиболее важная среди них. Есть сведения о кружке россиян, следующих тиджанийа, весьма важному в исламском мире суфийскому ордену, возглавляемому шейхом-швейцарцем, который некогда был марьямия. Есть еще ряд организаций, таких как Византийский клуб, воз¬главляемый Аркадием Малером, евреем и бывшим членом НБП, который ушел из этой партии вместе с Дугиным, а за¬тем оставил и Дугина, после чего с двумя товарищами основал отдельную группу Евразийский клуб, который постепенно стал более православным и сменил название кг.Византийский клуб. Малер также периодически пишет для «Волшебной горы». Группа «Волшебной горы» и другие, более мелкие группы типичны для традиционализма повсюду. Но вот фигура Дугина 1990-х годов была для него нетипична. Проект Эволы был столь же амбициозен, но дугинский — более успешен. В первые годы XXI века, как мы увидим далее, Дугин добился еще больших результатов.Вы также можете подписаться на мои страницы:- в фейсбуке: https://www.facebook.com/podosokorskiy- в твиттере: https://twitter.com/podosokorsky- в контакте: http://vk.com/podosokorskiy

05 декабря 2016, 05:27

Умер Гейдар Джемаль

5 декабря на 70-м году жизни скончался известный исламский деятель Гейдар Джемаль. Об этом сообщается на его странице в фейсбуке. Гейдар Джахидович Джемаль (6 ноября 1947 — 5 декабря 2016, Москва) — председатель Исламского комитета России; сопредседатель и член президиума Общероссийского общественного движения «Российское исламское наследие»; постоянный член Организации Исламо-арабская народная конференция (ОИАНК); один из инициаторов создания и член координационного совета Левого фронта России. Принимал участие в Маршах несогласных.В 1979 году установил связи с исламскими кругами в Таджикской ССР. В то же время наряду с философом А.Г. Дугиным вступил в эзотерический кружок «Чёрный орден SS», группировавшийся вокруг Евгения Головина. Был участником знаменитого южинского кружка - он же «мамлеевский кружок» — неформальный литературный и оккультный клуб, первоначально собиравшийся на квартире писателя Юрия Мамлеева, расположенной в доме по Южинскому переулку. Считается, что собрания Южинского кружка оказали существенное влияние на идеологию и взгляды многих впоследствии известных российских гуманитариев. После высылки из страны самого Мамлеева кружок продолжил свои собрания на той же квартире и продолжил своё существование до начала 1990-х годов.Члены Южинского кружка: Александр Дугин, Гейдар Джемаль, Евгений Головин и Юрий Мамлеев.Марк Сэджвик в своей книге о российском традиционализме (Сэджвик М. Наперекор современному миру: Традиционализм и тайная интеллектуальная история XX века / Пер. с англ. М. Маршака (1-5 главы) и А. Лазарева; научная редактура Б. Фаликова. — М.: Новое литератур­ное обозрение, 2014) писал о Джемале следующее:"В кружок Головина входили Стефанов, Гейдар Джемаль и (чуть позже) Александр Дугин. Эти трое впоследствии стали самыми влиятельными традиционалистами России. Джемаль, вошедший в кружок в 1967 году, был москвичом азербайджан­ского происхождения, чье образование и воспитание было светским и советским, а не мусульманским. Еще юношей он открыл для себя философскую библиотеку своего деда по ма­тери, турка, который родился в Османской империи, эмигри­ровал в Россию, принимал участие в Октябрьской революции на стороне большевиков, а потом преподавал в престижном Государственном институте театрального искусства (ГИТИС). Дугин, присоединившийся к кружку в 1980 году, был сыном полковника советской армии.Головин, Стефанов, Джемаль и Дугин трудились над ре­конструированием традиционализма по книгам, которые они нашли в Ленинской библиотеке и Библиотеке ино­странной литературы, порой пытаясь угадать по контексту содержание недоступных книг, известных им только по на­званиям. Хотя «Symbolisme de la Croix» («Символизм креста») Генона был недоступен (он находился в «закрытом фонде» Ленинки), «Pagan Imperialism» («Языческий империализм») Эволы (в исправленном, более традиционалистском лейп­цигском издании 1933 года) в той же Ленинской библиотеке стоял в открытом доступе с самого момента приобретения в 1957 году — кто бы ни отвечал за такие решения, он явно не заглядывал в эти книги. Большинство российских традицио­налистов, хотя и опирались в конечном счете на объяснение модерности, которое дал Генон, все же откликнулись (после 1991 года, по крайней мере) на модель, предложенную Эволой.Стефанов, Дудинский, Головин и Джемаль Хотя Джемаль, может быть, и вступил в суфий­ский орден наюибандийа в 1980 году в Таджикистане, суфизм, судя по всему, не был для него чем-то особенно важным. Ког­да в 1980 или 1982 году он взял с собой Дугина в месячное путешествие по горам Зеравшана на северо-востоке Пами­ра, они посетили не шейха Джемаля, а могилы различных суфийских святых. Кружок Головина почти не привлекал внимания властей, хотя Джемаля, по слухам, несколько раз сажали в сумасшедший дом (это был стандартный способ репрессий, направленных на диссидентов). КГБ явно терпел подобные кружки, но лишь в определенных рамках, которые Дугин заметно переступил......Гейдар Джемаль вступил в общество «Память», а затем вышел из него вместе с Дугиным. После этого он стал одним из учредителей Партии исламского возрождения (ПИВ), основанной в 1990 году Ахмадом Кади Актаевым в Астрахани. Не будучи крупнейшей или важнейшей политической организацией мусульман на всем пространстве бывшего СССР, ПИВ тем не менее была единственной значи­тельной партией, охватывавшей всю Российскую Федерацию; все прочие группы были ограничены региональными или этническими рамками. Таким образом, ПИВ имела значение именно в России, то есть за пределами чисто мусульманских республик СССР.Джемаль был идеологом ПИВ, издателем ее печатного ор­гана Алъ-Вахдат {«Единение») и главой ее исследовательского центра в Москве. Ранние номера Таухид {«Единство»), малоти­ражного журнала, выпускаемого лично Джемалем, были от­четливо традиционалистскими по своей тональности. В его первом номере Джемаль анализировал статус ислама в терми­нах традиционализма, добавив исторический аспект, редкий где бы то ни было еще и извлеченный им из работ ислами­стов. Ислам, указывал он, существует во времени и подвержен упадку, как и все остальное. Далее он заявляет, что подлинного исламского правления не было с момента смерти Пророка и уж точно — начиная с монгольского завоевания. С тех пор дела шли только хуже, так как «постколониальные элиты» в исламском мире были либо националистами (а следователь­но, врагами универсального ислама), либо «атеистами-космо­политами», такими же врагами истинного ислама.Мэр Стамбула Тайип Эрдоган (ныне президент Турции) и Гейдар ДжемальСтатья Джемаля, опубликованная Дугиным в «Гиперборее» в 1991 году, показала, сколь многим он обязан Эволе. Сравнив экзистенциальное значение смерти в эволианском традицио­нализме с метафизическим значением смерти (конечное воз­вращение к Богу) в исламе, он утверждал, что «аутентичный ислам и аутентичные правые являются нонконформистами; их призвание в жизни — оппозиция, несогласие, неиденти- фикация». Рене Домаль, художник-сюрреалист, о котором рассказывалось в четвертой главе, одобрил бы это заявле­ние. Для христианина «Бог — это нечто синонимичное ги­перконформизму», тогда как ислам — «это протест... против сведения Бога к “консенсусу”». Политические правые и ис­лам борются с искушениями мира, включая такие духовные и интеллектуальные ловушки, как «самообожествление» и «профанный элитаризм», продолжал Джемаль.Такой традиционалистский исламизм для многих оказал­ся чрезмерным. Партия раскололась в 1992 году в связи с во­просом, как относиться к Ельцину и его проекту российской демократии: большинство членов ПИВ поддерживали этот проект, в то время как Джемаль увел более радикальное мень­шинство из партии, ища союза с радикальными исламиста­ми на Ближнем Востоке и с внутренней оппозицией Ельцину в лице КПРФ, руководимой Геннадием Зюгановым, правых «патриотов» Александра Проханова и прочих. Оба политика были знакомы Джемалю со времен его членства в «Памяти», и оба были связаны с другим главным традиционалистом Рос­сии, Дугиным. Этот «красно-коричнево-зеленый союз» и будет анализироваться ниже.Гейдар Джемаль и Александр Дугин на вечере, посвящённом барону фон Унгерну На Ближнем Востоке Джемаль связался с такими людьми, как Хасан аль-Тураби, вождь Суданского исламского фронта и в течение многих лет «серый кардинал» за спиной исламист­ского военного режима Судана. Так, вместо ПИВ в качестве своей институциональной базы Джемаль обрел Исламский ко­митет России — сеть таких исламских комитетов была созда­на под руководством аль-Тураби на конференции в Хартуме в 1993 году, их целью было объединение лидеров различных радикальных исламистских движений, подобно Националь­ному исламскому фронту самого Тураби, Хамасу в Палестине и Хизболле в Ливане. Джемаль стал главой московского отделе­ния Исламского комитета. В интервью 1999 года он говорил о своих контактах с Хамасом, Хизболлой, Волками ислама (чечен­ская группа) и афганскими талибами. В это время Джемаль был одним из двух-трех главных представителей радикально­го исламизма в Российской Федерации. Он прославился как «ваххабит»; правда, тут надо напомнить, что в России данный термин имеет несколько другое значение, не то, которое при­нято в академической среде. Учитывая хорошо известную антипатию саудийского ваххабизма к шиитам, многие удив­лялись, как Джемаль, мусульманин-шиит, может быть вах­хабитом. На самом деле противоречие здесь только кажуще­еся: Джемаль никогда не был ваххабитом в точном, строгом смысле этого слова.В России во времена Ельцина Джемаль поддерживал поли­тическое сотрудничество с оппозицией, и круг союзников у него был такой же, что и у Дугина. В середине 1999 года в прохановской газете «Завтра» было размещено интервью с Джемалем, в котором он объявил о создании объединенного фронта «зеленых и красных», включающего Исламский комитет России и Движение в поддержку армии, оборонной промышленности и во­енной науки, независимую группу, связанную с КПРФ и перво­начально возглавляемую председателем Комитета по обороне Государственной думы Львом Рохлиным (который был убит в 1998 году), а также генерал-полковником в отставке Альбертом Макашовым.Гейдар Джемаль, Илья Пономарев, Лев Пономарев, Евгения ЧириковаНевероятный союз между радикальным исламистом п Дви­жением в поддержку армии (ДПА), которая как раз тогда вступила во вторую фазу конфликта с исламистами на Кавказе, стал возможным благодаря особой разновидности неоевразийства, характерного для России. Как сказал один отставной офицер и региональный глава ДПА в это время: «Мы все дети одной матери, независимо от национальности и религии. И имя на­шей матери — Россия». С точки зрения ДПА, те, кто убивал русских солдат на Кавказе, были бунтовщиками, а не чечен­цами или мусульманами; против мятежников надо принимать соответствующие меры, будь они чеченцами или русскими, казаками, мусульманами или православными. Война, которая велась в 1999 года, велась, с их точки зрения, не с мусульмана­ми как таковыми.Для Джемаля и Движения в поддержку армии настоящим врагом был Ельцин, а также израильтяне: «Кто-то разыгры­вает свою карту, чтобы поссорить православие и ислам», — объявил Макашов на одной пресс-конференции и продол­жил, обвинив «тех на Ближнем Востоке, кому не нравится быть соседями арабского мира». Точно так же, по мнению Джемаля, конфликт на Кавказе служил интересам Ельци­на и израильтян. Согласно его логике, иностранные кон­фликты позволяли отвлечь внимание от провалов во вну­тренней политике и вели к росту российско-израильского сотрудничества, что помогало израильтянам добиваться экстрадиции некоторых арабских исламистов, живущих в России, а значит, играло на руку «атлантистскому лобби»8. Подобные объяснения близки взглядам многих сторонни­ков оппозиции, равно как и тех простых россиян, кто скло­нен доверять теориям заговора.Мамлеев, Джемаль, Головин и Дугин nu.arcto.ruРадикальный исламизм и традиционализм, как прави­ло, несовместимы. Они придерживаются фундаментально различных взглядов на традицию, на будущее человечества и на все религии помимо ислама. Вероятно, по этой при­чине Джемаль модифицировал свою собственную позицию до такой степени, что теперь его вряд ли можно назвать чи­стым традиционалистом; так, Дугин в частной беседе назвал его «посттрадиционалистом». Джемаль очень критично относится к очевидному противоречию между исламской практикой Генона и тем, что он пишет об индуизме, и по крайней мере формально осуждает Эволу за смешение по­литики с духовностью. Таким образом, его следует считать одним из тех, для кого традиционализм послужил лишь «ступенькой на пути». Но, несмотря на это, как было от­мечено в двенадцатой главе, он остается ориентиром для многих российских традиционалистов, проявляющих ин­терес к исламу.При президенте Путине, когда упало значение оппозиции ельцинского времени, Дугину потребовались новые союзни­ки. Тесные контакты с радикальными исламистами за рубе­жом становились все менее полезными, так как и простыми россиянами, и Кремлем исламизм и чеченский терроризм начали восприниматься как нечто очень близкое друг другу. Спустя какое-то время после 2001 года Джемаль основал но­вую организацию, пафосно названную Интернациональной социальной лигой (ИСЛ). Эта лига носит скорее анархистский характер и атакует «Систему» от имени «бездомных планеты», которые «Системе» не нужны, — а в число «бездомных плане­ты» входят все диаспоры и иммигранты, а не только мусуль­мане России".Вы также можете подписаться на мои страницы:- в фейсбуке: https://www.facebook.com/podosokorskiy- в твиттере: https://twitter.com/podosokorsky- в контакте: http://vk.com/podosokorskiy