Людвиг Витгенштейн
12 декабря 2017, 08:12

*Exact Thinking in Demented Times*

Where?, I hear you asking.  No, that is the title of a new book by Karl Sigmund and the subtitle is The Vienna Circle and the Epic Quest for the Foundations of Science.  I enjoyed this book very much, though I don’t recommend it as a balanced introduction to its chosen topic.  I liked it […] The post *Exact Thinking in Demented Times* appeared first on Marginal REVOLUTION.

Выбор редакции
10 декабря 2017, 15:06

«Русские усадьбы» Ленобласти: борьба за выживание

В Гатчинском районе, кроме известных музея художника Щербова и сохранившегося дома Демидовых в Сиворицах, большой заботы и крупных вложений требует дом Демидовых в Тайцах, по которому уже готов проект реконструкции.

25 ноября 2017, 22:21

Мероприятия представителей Баварского дома

Глава Баварского дома Франц Баварский с китайским художником Яном Фудуном.18 ноября в Мюнхене прошла вечеринка PIN Party 'Let's party 4 art', которую посетили глава Баварского дома герцог Франц Баварский и его дальние родственники - принц Мануэль Баварский с сестрой Филиппой.Герцог Франц, неизвестная дама и баронесса Катарина фон Перфаль:Герцог ФранцПринц Мануэль Баварский, его сестра Филиппа и её муж Кристиан ДайнстПринц МануэльА 24 ноября супруга Мануэля принцесса Анна Баварская (урождённая принцесса Сайн-Витгенштейн-Берлебургская) присутствовала на 66м балу "Bundespresseball" в Берлине.Честно говоря, странный выбор бального платья у принцессы...

Выбор редакции
22 сентября 2017, 13:30

Княгиня Мария-Луиза Шаумбург-Липпе на AmFar Milan 2017 21 сентября

Княгиня Мария-Луиза - первая жена князя Александра Шаумбург-Липпе, главы дома Шаумбург-Липпе, урождённая принцесса Сайн-Витгенштейн-Берлебург. Она 1972 года рождения, мать наследного принца Шаумбург-Липпе.

Выбор редакции
14 июля 2017, 15:09

Вадим Руднев. Энциклопедический словарь культуры XX века

Руднев В. Энциклопедический словарь культуры XX века. - Азбука, Азбука-Аттикус, 2017. - 864 с. ISBN: 978-5-389-11844-7.Вадим Петрович Руднев (р. 1958) — известный российский культуролог, семиотик и специалист в области психоанализа. Эта книга представляет собой уникальный словарь-гипертекст, предлагающий взгляд на историю культуры XX века как на единый синхронический срез. В ней содержится более 180 статей, посвященных понятиям и текстам, игравшим важнейшую роль в исследованиях и интеллектуальных дискуссиях ушедшего века. Перед нами как бы словарь языка интеллектуала, но адресованный широкой читательской аудитории — от студентов гуманитарных вузов до научных сотрудников. При этом большая часть включенных в словарь понятий продолжает широко использоваться как в науке, так и в масс-медиа. Автор доступно и в то же время глубоко истолковывает «деконструкцию» и «постмодернизм», «карнавализацию» и «семиосферу», «эдипов комплекс» и «экзистенциализм». Помимо этого, словарь содержит анализ ключевых, с точки зрения автора, художественных произведений XX века («Волга-Волга», «Мастер и Маргарита», «Доктор Фаустус» и др.), а также статьи, посвященные культовым фигурам в развитии гуманитарных дисциплин (З. Фрейд, Л. Витгенштейн, Ю. Лотман и др.).Вы также можете подписаться на мои страницы:- в фейсбуке: https://www.facebook.com/podosokorskiy- в твиттере: https://twitter.com/podosokorsky- в контакте: http://vk.com/podosokorskiy- в инстаграм: https://www.instagram.com/podosokorsky/- в телеграм: http://telegram.me/podosokorsky- в одноклассниках: https://ok.ru/podosokorsky

09 июля 2017, 15:25

The town of Toropets: Living between lakes, churches and legends

When you walk through the town of Toropets, you can feel the past everywhere. In addition to this town’s ancient architecture local residents also love to tell you a few stories about past centuries.  The Church of the Nativity of Mary. There were more than 50 churches in Toropets before the 1917 Revolution. Today, only 12 are left / Peggy Lohse Crossing the wide Lake Solomennoye that divides the city is almost impossible unless you have a boat. It takes more than 30 minutes to walk around the lake, which is why locals (who call themselves toropchanye) dreamed for centuries about a tunnel under the lake. In the Middle Ages, Toropets used to be a border town between Russia and the Kingdom of Poland and the Grand Duchy of Lithuania. Urban legend has it that there was an underground tunnel from Red Island to the monastery, and in case of an attack civilians and monks would hide there. Even today the locals, particularly children, are looking for this ‘secret way to the other side.’ Sunset at Lake Solomennoye. What else do you need for a romantic evening? Actually, anti-mosquito spray is very helpful / Peggy Lohse Toropets is a tiny provincial town in the western part of the Tver Region (about 300 miles west of Moscow). About 15,000 residents live among 300 lakes and dozens of churches. Toropets is one of these spots in Russia where time seems to stand still. Locals are very religious Orthodox Christians, and they are active citizens as well: they look after the streets because not all have asphalt. Toropets’ spiritual center - the Cathedral of the Korsun Mother of God Icon and the local historical museum - are in the center of Lake Solomennoye / Peggy Lohse Many are searching for the treasures of medieval merchants and for an aquatic monster in nearby Lake Udbishe. The 20-meter-deep lake is an inexhaustible source of local legends. Like in the case of the Loch Ness monster, local fishermen claim to have seen a huge dinosaur-like reptile swimming in the lake. Occasionally, strange flying fish have been caught in Ubdishe. One can’t simply confirm or disprove these legends – maybe thanks to the fact that Udbishe is a favorite vacation place for locals, and after a lot of picnicking with beer, kvas and shashlik you just want to believe. Peggy Lohse In the 18th-19th centuries Toropets was part of the Pskov Governate and a successful merchant town. Tradesmen came here from the East, the Baltic regions and the West, which is proven by the wide marketplace in the city center and the main street. Urban legend also claims that retreating Napoleonic troops hid countless treasure and dozens of barrels of gold near Toropets. There’s evidence for these legends. In 1812, when Napoleon was chasing troops of Russian commander Peter Wittgenstein, he stopped just a few kilometers from Toropets. When French troops pressed on towards Smolensk a large convoy of supplies for the Russian army was found in the town’s vicinity. In August 1812, the governor of Paris, General Jean-Andoche Junot, was brought to Toropets as a captive. No one can say why Napoleon possibly hid the plunder near Toropets, but treasure-hunters today are inspired not only by historical facts, but also are motivated by adrenaline and romanticism. So, when on one April 1 in the 1990s a local newspaper published news about the `discovery’ of the Napoleonic treasure, the locals were excited and discussed the ‘breaking news’ with the utmost seriousness. Imagine their disappointment when in the next issue they read a refutation from the editorial office. Treasure hunters in Toropets often look for one more artifact. According to one of the most popular local legends, the merchants of Toropets were once granted a giant cast iron medal by Catherine the Great. She was very angry with them, as you can tell by the medal’s weight – 1,474 kilograms (3,250 pounds). The reason for her displeasure with the local merchants was that they tricked their German colleagues and took a large amount of money from them. The Germans appealed to the Empress, and an investigation began, but the local merchants managed to confuse investigators and they could not find any evidence. Every resident seems to own a large piece of land, and the streets are long to walk. Maybe it's easier to take a bike? / Peggy Lohse Eventually, Empress Catherine paid the debt out of her personal treasury. Later, she sent a heavy cast iron medal with allusion to Toropets. Since then the local community has the saying ‘Do you want to get a cast iron medal?’ meaning ‘Don’t think you are so clever, because otherwise you are really going to get it.’ How to get there Take a train from Moscow to Velikiye Luki and get off at the Staraya Toropa station. It takes about 15 minutes to get from the station to Toropets by taxi. The Lastochka regional train from Moscow to Tver is also convenient. Buses and marshrutkas cruise from Tver to Toropets every day.   

09 июля 2017, 10:15

Свадьба в Ганновере: прием в замке Мариенбург

Вчера вечером в замке Мариенбург прошел прием по случаю свадьбы Эрнста-Августа и Екатерины. Поскольку прием был частным, то фотографий и нет, но в Сети появились некоторые фото.Татьяна КазирагиАлессандра де ОсмаНаследная пара Греции со старшими детьмиАлана Бунте, невеста принца Казимира цу Сайн-Витгенштейн-Сайн (бывшего мужа скандально известной принцессы Коринны)Больше фото по ссылке: http://www.haz.de/Hannover/Fotostrecken-Hannover/Welfenhochzeit-So-schoen-war-die-Abendgarderobe#p1 (спасибо aryschka)

08 июля 2017, 22:59

For the Weekend: Quantum Mechanics in Your Face!

**Sidney Coleman** (1994): _Quantum Mechanics in Your Face!_ * Now if there is anyone who has any questions about the material on the screen at this moment, please leave the auditorium, because you won't be able to understand anything else in the lecture... * The problem there—the confusion that was removed—was refusing to think of the cloud chamber as a quantum mechanical system. The problem here is refusing to think of Sidney as a quantum mechanical system... * Now people say the reduction of the wave packet occurs because it looks like the reduction of the wave packet occurs, and that is indeed true. What I'm asking you in the second main part of this lecture is to consider seriously what it would look like if it were the other way around—if all that ever happened was causal evolution according to quantum mechanics. What I have tried to convince you is that what it looks like is ordinary everyday life. Welcome home. Thank you for your patience... ---- **Quantum Mechanics in Your Face** Howard: Our next speaker is Sidney Coleman, who is the Donner Professor of Science at Harvard. He was educated at the Illinois Institute of Technology and Caltech,...

08 июля 2017, 22:55

Франц Ксавер Винтерхальтер (1805–1873) немецкий живописец-портретист.

Это цитата сообщения OksGurbanova Оригинальное сообщениеФранц Ксавер Винтерхальтер (1805–1873) немецкий живописец-портретист. ADELINA PATTI ALBERT EDWARD, PRINCE OF WALES Queen Victoria ТВОРЧЕСТВО ФРАНЦА КСАВЕРА ВИНТЕРХАЛЬТЕРА Он не был мастером психологического портрета, да от него заказчики этого и не ждали. Их привлекало в его творчестве другое – искреннее поклонение красоте. При Наполеоне III он стал главным портретистом императорской семьи и суда Франции. Среди его многочисленных царственных натурщиков также королева Виктория. Winterhalter впервые посетил Англию в 1842 году и несколько раз возвращался, чтобы нарисовать Викторию, Альберта и их растущую семью, он сделал, по меньшей мере, 120 работ на них. Winterhalter также нарисовал несколько портретов английских аристократов, в основном, членов придворных кругов. Русским аристократическим гостям Парижа, также нравилось, чтобы их портреты были выполнены знаменитым мастером. Хотя Winterhalter не получили высокую оценку за свою работу от серьезных критиков, его королевские покровители высоко оценили его способности. В Париже Винтерхальтер быстро заслужил репутацию модного художника. Он был назначен придворным художником Луи-Филиппа, короля Франции, который доверил ему создание индивидуальных портретов своей многочисленной семьи. Винтерхальтеру предстояло выполнить для него более тридцати заказов. Так написать женский портрет, как это делал Франц Великолепный (такое прозвище Франц Ксавьер Винтерхальтер получил в светских салонах Франции), умели в Европе середины XIX века немногие живописцы. Заказчицам импонировало, что он, как никто, умел придать фигуре грациозность и изящество, глазам – таинственность, а улыбке – легкое лукавство. Caroline Elisabeth de Lagrange — Франц Ксавер Винтерхальтер Albert, Prince Consort — Франц Ксавер Винтерхальтер Portrait of Countess Olga Shuvalova  Prince Alfred and Princess Helena Charlotte Stuart, Viscountess Canning — Франц Ксавер Винтерхальтер ELISABETH KAISERIN VON OSTERREICH  Florinda — Франц Ксавер Винтерхальтер Girl from Sabin Mountains — Франц Ксавер Винтерхальтер Il dolce Farniente — Франц Ксавер Винтерхальтер Karl Josef Berkmuller — Франц Ксавер Винтерхальтер La Siesta — Франц Ксавер Винтерхальтер Leonilla Wittgenstein — Франц Ксавер Винтерхальтер Императрица сидит чуть левее центра картины в белом платье с сиреневыми бантами. Слева от императрицы, в розовом платье принцесса Анна Эсслинг (d’Essling) (1802-1887), статс-дама. Между ней и императрицей на первом плане две дамы в белом – баронесса Жанна де Пьер (de Pierres) (1821-1873) в белом платье с синими бантами, и виконтесса Луиза де Лезей- Марнезиа (de Lezay-Marnesia), в белом платье с розовым бантом (1826-1891). Рядом с императрицей дама в черном, герцогиня Паулина Бассано (Bassano) 1814-1867. В центре картины одетая в зеленое платье маркиза Адрианна де Монтебелло (Montebello) 1826-1870. И справа группа фрейлин: баронесса Натали де Маларе (Malaret) в желтом (1827-1910), маркиза де Лас Марисмас (Vicomtesse Aguado, Marquise de Las Marismas del Guadalquivir) в белом (1817-1905), и маркиза де Ла Тур-Мабур (de la Tour Mabourg) в синем (1829-1900).   The Empress Eugenie Portrait of a lady with a fan — Франц Ксавер Винтерхальтер Leopold I Maria Luisa von Spanien — Франц Ксавер Винтерхальтер Victoria, Princess Royal — Франц Ксавер Винтерхальтер Portrait of Francisca Caroline de Braganca — Франц Ксавер Винтерхальтер Portrait of Leonilla, Princess of Sayn Wittgenstein — Франц Ксавер Винтерхальтер Portrait of Princess Tatiana Alexanrovna Yusupova — Франц Ксавер Винтерхальтер Portrait of Victoria of the United Kingdom Princess Pauline de Metternich — Франц Ксавер Винтерхальтер The daughters of Queen Victoria and Prince Albert — Франц Ксавер Винтерхальтер The Royal Family in 1846 — Франц Ксавер Винтерхальтер

06 июля 2017, 08:19

В каких сражениях русские побеждали армии, превосходившие их по численности

С давних времен русская армия славится своей силой и мощью. Но особую ценность имеют победы в битвах, в которых противник обладал численным превосходством. И таких виртуозных военных операций у русской армии немало.

04 июля 2017, 06:15

Принц Казимир Сайн Витгенштейн- Сайн женится на американской модели

И еще про свадьбу у немцев. Принц Казимир Сайн Витгенштейн- Сайн женится на американской модели Алане Бунте. Алана родилась в Калифорнии, обучалась дизайну в университете Лондона. А Казимир известен тем, что был вторым  мужем небызызвестной Коринны Ларсен, которая ушла от него, влюбившись в тогдашнего короля Испании Хуана Карлоса. У Коринны и Казимира есть сын Александр.

Выбор редакции
17 июня 2017, 06:00

Софья Данько - Подходы к прочтению Витгенштейна

Философ Софья Данько о «Логико-философском трактате» Витгенштейна, понимании слова «факт» и двух уровнях смысла и ценностей.Речь пойдет о Людвиге Витгенштейне — знаменитом философе XX века. Но начну я не с него, а с автора довольно известного романа «Путеводитель вольного путешественника по Галактике» (или «Автостопом по Галактике» — есть разные переводы на русский) Дугласа Адамса. Существует одноименный фильм, называется он просто «Автостопом по Галактике», я очень коротко скажу о ядре сюжета. Дело в том, что группа продвинутых цивилизаций собралась и построила сверхмощный компьютер, который должен был за 7,5 миллионов лет ответить на очень важный вопрос — о смысле жизни, мира и вообще. У этого вопроса была именно такая формулировка. Когда через положенный срок компьютер выдал ответ на вопрос, то ответ не порадовал тех, кто был в ожидании. Ответ был такой: «Сорок два». Конечно, все возмутились и настаивали, что ответ должен быть гораздо более серьезным, но машина потешалась и говорила: «А что у вас за вопрос, вы понимаете, о чем спрашиваете?»Я не случайно привела такую аналогию. Это аналогия тому, как рассуждал Витгенштейн. С какой-то стороны его собственный ответ — это тоже «сорок два», но не нужно пугаться, что мы на этом останавливаемся. Все не так просто, потому что Витгенштейн все-таки не компьютер, а человек. Поэтому его ответ интереснее, чем тот, который дал компьютер. Ответ, о котором я буду сегодня говорить, содержится в раннем произведении, единственном, которое было опубликовано при жизни, ― я имею в виду «Логико-философский трактат» (дальше я буду коротко говорить «Трактат»). Если говорить об интерпретациях Витгенштейна, то можно выделить два основательных подхода, альтернативных друг другу: так называемое решительное прочтение текста Витгенштейна и трансценденталистское прочтение.Сторонники первого говорят, что Витгенштейн не постулирует никаких смыслов, он четко говорит, что наш язык не подогнан под абсолютные этические смыслы, говорить о них вообще не следует. Надо обратить внимание на то, что Витгенштейн сделал в области логики. Альтернативный подход говорит, что это не так, и обращает внимание на фразу Витгенштейна, что главная часть «Трактата» не та, которая написана, а та, которая не написана. То есть своим анализом языка Витгенштейн, наоборот, старался подчеркнуть те смыслы и ценности, о которых нельзя говорить. Эти смыслы существуют в трансцендентной реальности ― над миром, вне мира, вне предложений. А сторонники решительного прочтения Витгенштейна потешаются над таким прочтением и считают его немного лузерским.Читать полностью здесьВы также можете подписаться на мои страницы:- в фейсбуке: https://www.facebook.com/podosokorskiy- в твиттере: https://twitter.com/podosokorsky- в контакте: http://vk.com/podosokorskiy- в инстаграм: https://www.instagram.com/podosokorsky/- в телеграм: http://telegram.me/podosokorsky- в одноклассниках: https://ok.ru/podosokorsky

08 июня 2017, 10:30

Bluets by Maggie Nelson review – heartbreak and sex in 240 turbocharged prose poems

Published in the UK following the success of The Argonauts, this set of meditations on the colour blue is full of wisdom and beautyBluets is a meditation on love and grief; an exploration of loss; a reverie of blue; a syncopated arrangement of 240 prose poems – at least bookshops often file it under “poetry”. Maggie Nelson calls them “propositions”, evoking pre-Socratic philosophical fragments or the Remarks on Colour jotted down by Wittgenstein in the months before he died. The propositions that compose Bluets were collected across three years of slowly dwindling sadness, from 2003 to 2006, as Nelson recovered from caring for a close friend rendered quadriplegic. She knows her own sufferings and those of her friend are incommensurable: “Is it a related form of aggrandisement, to inflate a heartbreak into a sort of allegory?” she asks. But her friend “has never held any hierarchy of grief, either before her accident or after, which seems to me nothing less than a form of enlightenment”. Bluets was first published in 2009 in the US but, with the success of The Argonauts, her similarly unclassifiable bestseller of 2015, it’s now thankfully being released in the UK.The propositions pose questions, then answer them in analogies and parables – an antiphonal, rhythmic reflection on art, literature and emotion. Nelson describes how collecting objects and images of blue distracted her from the worst passivity of her years of depression; the book was her “way of making my life feel ‘in progress’ rather than a sleeve of ash falling off a lit cigarette”. She wonders if she has become a kind of bowerbird, decorating her nest with blue mementos and encounters with others similarly obsessed: “I have met a man who is the primary grower of organic indigo in the world, and another who sings Joni Mitchell’s ‘Blue’ in heartbreaking drag, and another with the face of a derelict whose eyes literally leaked blue.” Continue reading...

22 мая 2017, 01:43

Пересмотр системы: власти ФРГ борются с радикальными настроениями в рядах военнослужащих

Министр обороны Германии заявила о необходимости переименовать военные казармы, названные в честь нацистских офицеров. Это одна из мер по борьбе с распространением экстремизма в рядах служащих бундесвера. Инициатива связана со скандалом, вызванным задержанием 28-летнего немецкого офицера, выдававшего себя за беженца и планировавшего совершить теракт. После его разоблачения власти запустили процедуру пересмотра ходатайства о предоставлении убежища. Ошибки были обнаружены в почти 15% проверенных дел. Член партии «Альтернатива для Германии» Дорис Сайн-Витгенштейн считает, что существующая система приёма беженцев в Германии не работает. Читать далее

21 мая 2017, 17:23

Власти ФРГ борются с радикальными настроениями в рядах военнослужащих

Министр обороны Германии заявила о необходимости переименовать военные казармы, названные в честь нацистских офицеров. Это одна из мер по борьбе с распространением экстремизма в рядах служащих бундесвера. Это связано с сообщениями о действиях задержанного старшего лейтенанта Франко А., который выдавал себя за беженца и собирался совершить теракт. Власти также пересматривают ходатайства о предоставлении убежища. Пока ошибки были обнаружены в почти 15% проверенных дел. Член партии «Альтернатива для Германии» Дорис Сайн-Витгенштейн считает, что существующая система приёма беженцев не работает. Подписывайтесь на RT Russian - http://www.youtube.com/subscription_center?add_user=rtrussian RT на русском — http://russian.rt.com/ Vkontakte — http://vk.com/rt_russian Facebook — http://www.facebook.com/RTRussian Twitter — http://twitter.com/RT_russian Periscope — http://www.periscope.tv/RT_russian/ Livejournal — http://rt-russian.livejournal.com/ Odnoklassniki — http://ok.ru/rtnarusskom Telegram — https://telegram.me/rt_russian Viber — https://chats.viber.com/rtrussian

11 мая 2017, 22:34

Вот он каков, этот Мир!

Когда говорят, что Мирский замок построил Ильинич, Радзивилл или Святополк-Мирский - это лишь малая толика правды, на самом деле наибольший вклад в "дело замка в Мире" внес один человек - А.Г.Лукашенко - без него (и денег союзной РФ) тут стояли бы невзрачные развалины с убогим краеведческим музеем в подвале.Существовал даже (возможно еще и не до конца похоронен) план создания туристического "кольца замков" в республике - другое дело, что необходимого числа их просто не сохранилось в состоянии для реставрации, хотя можно как в Японии - из бетона по произвольно-типовому проекту налепить...Так что еще есть Несвиж (о нем отдельно) и на ступеньку ниже (по состоянию, но работы продолжаются) - гродно и Лида.Вообще идея колец всевозможных весьма привлекательна - в Минске даже мечтали о водном кольце - соединении судоходными каналами бассейнов Немана (а, возможно, и Зап.Двины) и Днепра - но вовремя вспомнили о том, что вода  зимой имеет свойство замерзать в России надолго...Так что пока осталась в советском виде Вилейско-Минская водная система, питающая столицу Белорусии водой и позволившая создать в центре города симпатичный пейзаж (напомню, что воду забирают из Вилии - притока Немана, в бывш. ЛитССР река почему-то называется "Нярис", хотя на ней стоит Вильна...).Так вот, своему возникновению в 1-й пол. 16 в. замок обязан некоему амбициозному ополячившемуся землевладельцу Ильиничу - необходимые для вступления в кооператив "Озеро" ряды шляхты бумаги ему выправили местные евреи (с этим проблем не возникало - были бы деньги - как и сейчас генетическая экспертиза кого угодно запишет в родственники Наполеону или Тамерлану, но в бывш. "Ржечи Посполитой" с этим была полная беда - к моменту похорон этого нелепого гос.образования Россией и двумя кусками Германии чуть ли не 20% поляков числились "шляхтичами" - т.е. ничего не умели, кроме как орать и как-то махать саблей - желательно за деньги - свои то все спустили на родословные и попойки), но кроме этого нужна была "элитная недвижимость" - т.е. замок!Так что согнал он своих крепостных - православных русских, само собой - для начала собрать ВСЕ крупные камни в округе (до сих пор в радиусе 10 км ни одного найти невозможно!) и начали они строить - "говорят" безо всякого проекта - но в это верится с трудом - ведь вышло то оч. интересно - в плане замок представляет собой квадрат со стороной 75м с башнями ("восьмерик на четверике") высотой 25м - эдакий русский Эскориал - только тот построен на полвека позже - как это еще бандеровские шизоиды и туда и туда "древних укров" не вплели...Правда малоросийский след в истории замка действительно есть - в 1655 г. казацкая братва его взяла штурмом...Но это уже при Радзивиллах - как-то им удалось, подозреваю, весь род этих Ильиничей непутевых приморить и недвижимость прибрать к рукам - реейдерский наезд, вкупе с мошенничеством (в итоге вышло что-то типа ухаживания за стариком в обмен на квартиру - ничто не ново под Луной!).После воссоединения Белорусии с остальной Россией замок перешел к Витгенштейну ("спасителю Петербурга" в 1812 г.) - через женитьбу, затем к кн. Святополк-Мирскому (иноподданным нельзя было владеть недвигой в РИ - ! - и немецкие родственники Витгенштейна, после его смерти, вынуждены были замок продать).После поражения в советско-польской войне Мирский замок остался на захваченных поляками русских землях, после 1944 г. тут жили люди (о ВОВ и ее последствиях для Мира - отдельно...), зато сейчас он полностью восстановлен (по некоему проекту), наполнен экспонатами (местного - практически ничего, все из других музеев республики), кроме того тут же есть гостиница, ресторан и магазин...Да, с последним владельцем связана легенда - якобы в замковом пруду утонула его дочка - проблема в том, что у Николая Святополк-Мирского дочерей не было, а его сын Михаил так и умер в 1938 г. холостяком - но как бы то ни было, "говорят", что работники местного спиртзавода продолжают традицию - регулярно тонут в этом пруду, отмечая трудовые успехи...В общем смотрим, каков он, этот Мир:Справа от замка- злосчастный пруд, а на 2-м фото, вдалеке - спиртзавод...ТуалетГостиничное крылоСовременная "легенда" - вроде бы "комиссары" - при отступлении в 1920 г. приказали стрелять из 3-дюймовки в образ Христа, но попали только в герб, а потом солдаты "в ужасе" разбежались...Кто, когда и зачем приляпал тут этот балкон - непонятно!Почти как в Трансильвании - дома с глазами - http://nosikot.livejournal.com/1944586.htmlПроект реконструкции?Мир, Лида, ГродноВ 1568 г. род основателей замка пресекся, как я уже написал...Забавная буржуйка слева от стола!Местные народные инструменты - волынку позже "древние укры" довезут до ШотландииПерчатки - из шкуры 2-х недельных щенков (новодел?!)P.S. Всего лишь один пример нашей постсоветской шизофрении - Советское шампанское "Радзивилл":Еще по бывш. БССР:БелАзы: http://nosikot.livejournal.com/3931442.htmlГостинца и рестораны Минска: http://nosikot.livejournal.com/3938424.html

24 апреля 2017, 07:47

Владимир Прохватилов: "Adversus Mathematicos" (Против математиков)

  • 0

К вопросу о кризисе оснований в отечественной теории информационных противоборств Against the mathematiciansTo a question about the foundational crisis in the domestic theory of information warfareАннотация:Автор анализирует проблемы моделирования информационных войн с позиций метаматематического подхода. Выдвинут принцип информационной неопределенности и принцип наименьшего действия. Применен эргодический подход для измерения информационной семантики. Выдвинуты структурные и вариационные принципы моделирования информационных войн. Annotation:The author analyzes the problem of modeling information war from positions of metamathematical approach. Nominated information uncertainty principle and the principle of least action. Ergodic approach used to measure the information semantics. Nominated structural and variational principles of modeling information warfare.Ключевые слова: кризис оснований, теорема Тарского о невыразимости, принцип информационной неопределенности, пси-бит, принцип наименьшего действия, структурные и вариационные принципы.Keywords:  Foundational crisis, Tarski's undefinability theorem, the principle of information uncertainty, psy-bit, principle of least action, the structural and variational principles. «Немецкий философ и математик XVII века Готфрид Вильгельм Лейбниц считал возможным создать «исчисление» рассуждений, которое когда-нибудь позволит улаживать все споры с помощью слов: «Давайте вычислим, господа!». К началу нашего столетия прогресс в разработке символической логики дал основание немецкому математику Давиду Гильберту заявить, что все математические вопросы в принципе разрешимы, и провозгласить окончательную кодификацию методов математического рассуждения. В 30-е годы нашего столетия этот оптимизм совершенно развеялся под влиянием удивительных и глубоких открытий К. Гёделя и А. Тьюринга». Грегори Чейтин "На мой взгляд, аргумент Гёделя говорит нам, что мы не просто вычислительные машины; что наше понимание - это нечто вне вычислений. Он не говорит нам, что это нечто нематериальное, однако есть важная вещь, которую мы упускаем, которая имеет отношение к квантовой механике."Роджер Пенроуз«Тот, кто живет результатами Тарского и Геделя, тот и умирает вместе с ними».Яакко Хинтикка«Даже если сущее и постигается, оно неизъяснимо другому. Действительно, если сущее есть то, что предлежит извне, видимо, слышимо и вообще чувственно воспринимаемо, причем видимое из этой области постигается зрением, а слышимое слухом, а не наоборот, то как оно может быть показано другому? Ведь то, чем мы объявляем, есть слово. Слово же не есть ни субстрат, ни сущее. Значит, мы объявляем своим ближним не сущее, но слово, которое от субстрата отлично. Следовательно, как видимое не может стать слышимым, и наоборот, так и наше слово не может возникнуть, если сущее предлежит извне».Sextus Empiricus .Adversus mathematicos.1. Принцип информационной неопределенностиТо, что можно показать, нельзя высказатьЛюдвиг ВитгенштейнНе будет большим преувеличением утверждать, что российская наука в целом и теория информационных противоборств переживает не лучшие времена. Во втором случае это не связано с недостатком финансирования. Это связано с недостатком цивилизационной идентичности и инерцией мышления.После того как мы отказались от марксистско-ленинских пропагандистских парадигм, в области идеологической надстройки( это, кстати, марксистский термин) образовался вакуум, который первоначально был заполнен эрзацами либерального толка. От этих кустарных поделок серьезным исследователям пришлось отказаться и тут настал звездный час физиков и математиков, выходцев из советского ВПК, которые стали разрабатывать в довольно большом количестве разнообразные математические модели информационных войн и конфликтов. Отдал должное этому увлечению и автор этих строк(1), построив модель инфовойн в виде формализации постулатов Карла Густава Юнга на основе комплексных четырехмерных векторов-кватернионов. Было бы небезынтересно сделать модель более детальной, применив методы кватернионного анализа. Или углубиться в дебри соционических аспектов, алгебраизировав и их вослед за юнговскими осями восприятия.. Что в общем-то является чисто технической задачей. Но бездумному следованию этим путем препятствует теорема Тарского( 6 ) .Она относится, как известно, к области метаматематики, созданной Давидом Гильбертом в лихую пору так называемого кризиса оснований математики. Теорема Тарского гласит, что в теории чисел, а следовательно в любой науке, использующей арифметику, не существует универсального критерия истины. Иными словами, арифметическую истину невозможно выразить арифметическими средствами. Теорема Тарского является своего рода усиленной теоремой Геделя о неполноте и подтверждением мысли Секста Эмпирика, что сущее неизъяснимо. В силу явного сходства с известным в физической науке принципом неопределенности, не позволяющим одновременно измерить точные координаты и импульс материального тела, предположим и примем как аксиому следующее. F S ≥ k (1) для любой математической модели, относящейся к социальным процессам здесь F – степень формализованности модели S – семантическая наполненность модели k- константаМожно назвать формулу (1) принципом информационной неопределенности. Из него следует, что увеличивая математическую(формальную) составляющую того или иного социального процесса (информационной войны в нашем случае), мы на столько же уменьшаем семантическое наполнение(смысловую часть) этой модели. А следовательно, уменьшаем и операциональное значение, то есть пригодность нашей модели к практическому применению. Наши выводы хорошо коррелируют с выводами, содержащемся в знаменитом докладе академика Владимира Арнольда «О мягких и жестких математических моделях»( 11). Арнольд подчеркивает необходимость структурной устойчивости моделей как непременного условия их практического применения. Во многих случаях жесткие математические модели тех или иных процессов, в нашем случае социально-информационных, структурно неустойчивы из-за того, что учитывают слишком мало переменных. Казалось бы, что для получения более точной модели следует усложнить ее, ввести большее количество переменных. Однако, это не в силах человеческого разума и техники. Вспомним, что американский метеоролог Лоренц, первооткрыватель странных аттракторов, вводил в свои расчеты менее десяти переменных(обычно –шесть), в то время как на погодные условия влияют миллионы неизвестных нам параметров. В метеорологии прогнозисты в общем-то смирились, что не только долгосрочные, но и среднесрочные прогнозы погоды невозможны, так как все переменные невозможно учесть никогда и ни при каких условиях. Невозможно даже приблизиться к приемлемому уровню достоверности. Более-менее точным считается прогноз погоды на три дня вперед. Дальше точность снижается на порядок. Сопоставив формулу (1) с выводами Арнольда, можно предположить, что многие жесткие модели слишком формализованы. Безусловно, степень формализованности всегда зависит от конкретного случая и априори не определяема. Если наш вывод верен, то получается что усложняя ту или иную математическую модель с благой целью детальней описать тот или иной процесс, мы в некоторых случаях снижаем ее структурную устойчивость. Из принципа информационной неопределенности, который в сущности просто иными словами передает смысл теоремы Тарского(которую называют принципом неопределенности для теории чисел) следует, что степень формализации в обратной пропорции коррелирует со степенью структурной устойчивости. Можно выразиться так, что семантическое наполнение модели прямо пропорционально ее устойчивости.Если та или иная модель структурно неустойчива, причина в том, что у нее низкое семантическое наполнение. Попросту говоря, такая модель лишена реального смысла или его в ней слишком мало. В моей работе (1) показано, что любую информацию можно представить в виде комплексного четырехмерного вектора-кватерниона. Q = A + iS + jE + kU (2)Здесь Q – информация о моделируемом процессе, содержащаяся в некоей математической модели, A – скалярная часть( количество дивизий, радиостанций, газет, журналистов и т.д.), S, E, U – векторная часть, несущая информацию о боевом духе, уровне мастерства, сплоченности, общей культуре, уровне коррупции и т.д). Эту простейшую формулу можно назвать кватернионной моделью контуров мышления(далее К-модель). Интуитивно понятно, что скалярную часть можно сколь угодно точно описать и смоделировать при условия полноты информации(как пример – уравнения Ланкастера) , а вот для векторной составляющей подходит только мягкое моделирование. Как выразился академик Арнольд, пример мягкой модели - «чем дальше в лес, тем больше дров»(11). То есть процесс последовательных приближений с помощью простых моделей, хорошо работающих на ограниченном участке. В общем-то это синергетический подход, прочно входящий в теорию и практику западных проектировщиков социальных процессов, в частности оранжевых революций.Интересно, что известный автор теории рефлексивного управления Владимир Лефевр в своей книге «Формула человека»( 12 ) призывает, напротив, к тотальной формализации социальных наук, обвиняя в непонимании необходимости этого, в частности, современных психологов. Еще более интересно, что в своей ранней работе «Конфликтующие структуры» Лефевр( 13) позиционировал противоположную точку зрения. Математика описывает, но не объясняет, писал он, поэтому следует двигаться в направлении психографической математики( формулы плюс иллюстрации). Кстати, крайне интересно, что забавные рожицы и стрелки, которые использовал Лефевр как пример психографической математики напоминают схемы из различных моделей теории категорий. Возможно Лефевр пережил эволюцию личных взглядов на будущее математического моделирования. Нам представляется, что эта эволюция носит деградационный характер. Во всяком случае нам неизвестны случаи практического применения моделей Лефевра в социальной и политической области. С высокой степенью вероятности можно предположить, что слухи о востребованности Лефевра в различных областях ни что иной как западный пиар, призванный направить российских исследователей по ложному пути подобно рейгановской СОИ. Также можно предположить, что последние книги Лефевра типичны для вышедших на пенсию экспертов спецслужб, которым разрешают опубликовать неоперациональные выжимки из их спецпроектов.Кстати, довольно молодая , но успешно применяемая на практике аспектоника(производная от соционики) при детальном рассмотрении являет собой пример именно лефевровской психографической математики как минимум на уровне используемых в ней пиктограмм. Еще один пример сверхформализованной модели – разработка российским экспертом Андреем Хренниковым, в настоящее время работающим в Швеции, модели мышления на основе p-адических чисел( 14 ). Судя по большому количеству его выступлений по приглашениям западных корпораций, работами Хренникова вплотную интересуются эксперты серьезных спецслужб. По Хренникову пространство мышления – ультраметрическое, то есть иерархическое неархимедово пространство, свойственное, кстати, всем естественным языкам. Местами Хренников делает оговорки, что скорее всего реальное пространство мышление не ультраметрическое, а адельное, то есть представляет собой наложение архимедова и неархимедова пространства.Это крайне интересная работа, столь нетривиальную модель мышления было бы интересно применить к моделированию инфовойн, если бы не серьезный на наш взгляд недостаток. Огромный контраст между громоздкими формулами и крайне простыми, если не сказать примитивными примерами, иллюстрирующими применимость этой модели. Ну и если автор признает, что реальное пространство мышления носит адельный характер, а исследует только лишь ультраметрическую его часть, то он тем самым ограничивает себя лишь скалярной составляющей мышления, упуская из вида всю эмоциональную, идеологическую и подсознательную семантику. Затрудняет понимание модели А.Хренникова неряшливое, со множеством опечаток изложение и серьезные гносеологические противоречия. Отметим, что ультраметрическое пространство мышления(по Хренникову) совпадает с ультраметрическим пространством естественных языков, подробно, хотя и чисто феноменологически исследуемым выдающимся лингвистом современности Ноамом Хомски, чьи работы, наряду с работами основоположника общей семантики Альфреда Коржибски(18) легли в основу психотехник НЛП.2. Измеряем неизмеримое. Сколько стоит один пси-бит.« Измерить все, что измеримо, и сделать измеримым то, что неизмеримо.»Г.ГалилейТеорема Тарского вносит и еще один запрет, причем весьма жесткий. Невозможно точно измерить векторную, то есть семантическую часть любой информации. Это следует и из принципа информационной неопределенности (1). Измерить S – составляющюю формулы (1) означало бы свести ее к F – составляющей, что не возможно по определению.Показав невозможность измерения, попробуем показать возможность обойти этот запрет косвенными методами. Применим эргодический подход. Как выразился академик Арнольд(11), эргодический подход заключается в том, что для того, чтобы определить потенциальную высоту саженца в лесу, нет нужды сидеть и ждать, пока он вырастет. Достаточно взглянуть на соседние взрослые деревья в лесу. То есть заменить усреднение по времени усреднением по ансамблю.Введем специальное обозначение для социально-психологической информации, которую мы собрались измерить. В квантовой теории информации используют термин «квантовые биты» или Q – биты. Для нашего случая, то есть информационно-психологической войны, введем пси-биты. Ψ-бит – единица социально-психологической информации. И если скалярный бит уменьшает степень определенности в два раза, то условимся, что один Ψ-бит – это количество социально-психологической информации, увеличивающее определенность аудитории в заданном направлении аудитории в те же два раза.Предположим, что мы ведем информационную войну, целью которой является снижение популярности того или иного политика( например, Барака Обамы) в ходе избирательной компании. Если в начале информационного противоборства за Барака отдавали свои голоса 80 процентов избирателей, а в конце – 40, то можно сказать, что объем подрывной информации, направленной на целевую аудиторию, составил один Ψ-бит.Большого смысла в таком измерении нет, по крайней мере на сегодняшний день, прежде всего потому, что количество необходимой пропагандистской информации уже давно весьма точно измеряется мастерами пиара, но только в долларах, рублях и прочих денежных единицах. Однако, кто может поручиться , что в будущем всеобщим эквивалентом не станут именно пси-биты, а не деньги?3. Структурные и вариационные принципы Любая теория или модель, кроме своего основного ядра — закона изменчивости объектов теории, или "уравнения движения" этих объектов, содержит компоненты, вводящие элементарные объекты теории и допустимые способы их преобразований. А.Ньюэл и Г. Саймон назвали эти компоненты "структурными принципами" наук. Примерами структурных принципов могут служить атомистическое учение о строении вещества, планетарная модель атома, гео- или гелиоцентрическая системы устройства ближнего космоса, космология расширяющейся вселенной, клеточная теория строения организмов, бактериальная природа инфекционных болезней, тектоника плит в строении Земли, классовая структура общества… Структурные принципы на многие годы определяют рамки, в которых функционируют целые науки. Структурные принципы представляют "само собой разумеющуюся", часто не осознаваемую альтернативной, неотрефлексированную, но обязательную и внутренне присущую любому знанию его часть. В теории рефлексивного управления в качестве структурного принципа избрана одномерная модель психики конфликтующего субъекта. В уравнениях Ланкастера и моделях, построенных на основе этих уравнений – все та же одномерная модель психики информационных армий, руководствующихся соображениями только лишь формальной логики, вернее заложенными в них программами и стереотипами поведения. В сущности такие модели подходят для описания битвы двух муравейников, в которых каждый солдат или командир знает свою программу и ни на йоту от нее не отходит. Если обратиться к формуле( 2), то можно заключить, что сознание таких конфликтующих субъектов и структур сведено к А-компоненте, это психика роботов, а не мыслящих социальных субъектов. Конфликты роботов легко формализуются и моделируются, но неизбежна практически нулевая операциональность этих моделей.Если же в качестве структурного описания социального или личностного психоинформационного конфликта взять признанные экспертным сообществом постулаты Карла Густава Юнга, (кстати, более наглядно сформулированные Петром Успенским в его книге «Терциум органум») и формализацию этих постулатов ( 1 ), то эта модель по крайней мере будет соответствовать действительности. Любая естественнонаучная теория имеет, как верно заметили Г.Голицын и А.Левич(2 ), два этажа: помимо «эмпирически выведенных законов, связывающих друг с другом различные явления и образующих первый этаж теории, должен существовать второй этаж, который состоит из дедуктивных (логических) связей между самими законами. Эти логические связи позволяют выводить сами законы из других, или, следуя А. Эйнштейну, “понять эмпирическую закономерность как логическую необходимость”. Если этот второй этаж отсутствует, то данная область может рассматриваться только как совокупность эмпирических знаний, но не как теория».(2 )Яркие примеры такой совокупности эмпирических знаний - психология, реклама и маркетинг. Здесь найдено огромное количество закономерностей и фактов, многие из них даже выражены в математической форме (Закон Вебера-Фехнера, закон Йеркса-Додсона и пр.). Но теории в строгом смысле, в каком употребляется это слово в точных науках, не существует. Причина в том, что эти законы разрознены, никак не связаны между собой и не выводятся друг из друга или из каких-либо общих принципов. Отсутствие жесткой дедуктивной структуры, образующей второй этаж теории в этих областях на наш взгляд не случайно. Сложившаяся ситуация дает огромные преимущества западной цивилизации, которая собственно говоря и наработала все это эмпирическое богатство психоинформационных технологий. Все цивилизационные конкуренты Запада вынуждены питаться объедками с барского стола, в том что касается передовых разработок в области информационных противоборств, в то время как Запад постоянно изобретает все новые и новые инновации, побеждая благодаря этому во всех цивилизационных столкновениях. Понятно, что одномоментно создать дедуктивным способом операционально пригодный второй этаж теории информационных противоборств вряд ли возможно. Однако, существует другой путь, который подсказывает история науки. Дедуктивная структура любой эффективной теория постоянно развивается, стремясь к тому чтобы «Объяснить как можно большее количество фактов как можно меньшим числом исходных положений», как выразился Исаак Ньютон.(2 )Все эффективно работающие теории(оптика, механика, термодинамика) пришли к тому, что их логическая структура имеет единый центр( 2 ), некий общий принцип.И мы действительно наблюдаем, пишут Г.Голицын и А.Левич(2), «как в ходе эволюции теории число объясняемых фактов возрастает, а число исходных приложений (постулатов, принципов) – сокращается. В итоге оказывается, что все теории, завершившие свое развитие (такие как механика, термодинамика, геометрическая оптика и т.п.) сходны по своей логической структуре: их дедуктивные связи (образующие “второй этаж”) имеют единый центр – некоторый общий принцип.В центре каждой из этих теорий стоит принцип оптимальности (иначе его называют еще экстремальным или вариационным принципом) – утверждение о минимуме (или максимуме) некоторой величины (“функционала”, “целевой функции”). В оптике это – принцип скорейшего пути Ферма, в механике – принцип наименьшего действия, в термодинамике – принцип максимума энтропии».Это не случайно, ибо экстремальный принцип наиболее универсален.4. Принцип наименьшего действияНаш разум, по своей лености и косности, занят обычно лишь тем, что ему легко или приятно; эта привычка ограничивает наши познания, и никто еще не дал себе труда обогатить и расширить свой разум до пределов возможного.ЛарошфукоНам представляется, что разум ленив. Это вытекает из внимательного рассмотрения вероятностной модели сознания Василия Налимова(1 ) дополняющей ее модели барьеров академика Кедрова( 1 ). Эти модели отражают антиэнтропийную сущность процесса мышления. А.Ньюэлл и Г.Саймон(3) показали, что основным свойством интеллекта является способность отличать существенное от несущественного, то есть сознание выделяет информационный пакет с высоким весовым коэффициентом(по Налимову). А в трактовке Кедрова сознание распаковывает только тот информпакет, который способен перепрыгнуть через барьер Кедрова. В работе Дика Грегори «Разумный глаз»(4) показано, что сознание приоритетно реагирует на изменяющуюся информацию окружающей среды. Не изменяющийся в течении долгого времени фон перестает восприниматься. Сознание распаковывает только тот информационный пакет, который резко отличается от окружающего фона(высокий весовой коэффициент). Воспринимается та информация, которая «интересна» - в геделевском смысле этого слова. Даже в ситуациях, требующих высокой координации движений(вождение автомобиля, ходьба) зачастую происходит переключения управления движением на низший, менее энергоемкий уровень сознания - уровень субличности, то есть автоматизма. «Леность» сознания- это другое название его антиэнтропийности. Исходя из вышесказанного, мы можем заключить, что в качестве интегрального экстремального принципа целесообразно принять принцип наименьшего действия. Впервые сформулировавший это принцип Пьер Мопертюи пришёл к нему из ощущения, что совершенство Вселенной требует определенной экономии в природе и противоречит любым бесполезным расходам энергии. Соответственно совершенство разума требует экономии и не допускает бесполезного расхода мыслительной энергии на распаковку априори известных информпакетов. В итоге сознание работает как дифференцирующая цепочка в радиотехнической цепи. Распакованная, о есть сознательно воспринятая сознанием ифнормация, если она преодолевает барьер Кедрова может быть представлена в виде Z out = dZin/dt - B (4)Здесь Zout – распакованная информация, B – барьер КедроваZin – внешняя информация. Если Zin не преодолевает барьер Кедрова, то Zout равна нулю.Напомним, что Z – комплексный инфомационный кватернион в К-модели. Принцип наименьшего действия можно представить как закон сохранения. Сознание склонно сопротивляться внешним воздействиям, смещающим в ту или иную сторону существующее «окно в мир». Исходя из этого принципа, можно ожидать и прогнозировать, что информационная перегрузка любого из четырех контуров К-модели(2) ведет к автоматическому отключению других контуров или минимизации их активности. 5. Об операциональной пригодности структурных и вариационных принциповПрирода всегда действует простейшим путем.И.БернуллиМожно ли оценить применимость изложенных выше подходов к моделированию инфовойн?В арсенале психологии есть, например, так называемый основной психофизический закон Вебера-Фехнера, связывающий ощущение и раздражитель, его вызывающий. Например, яркий свет и ощещение степени яркости. Этот закон, выведенный экспериментально, устанавливает логарифмическую зависимость ощущения от раздражителя. В ряде случаев такая зависимость не подтверждается и для этих случаев существует другой вариант «основного психофизического закона» - закон Стивенса. По Стивенсу описываемая зависимость носит степенной характер. В течение ста лет психологи всего мира спорят, кто прав – Вебер с Фехнером или Стивенс.Российский ученый Юрий Забродин(16) предложил свой вариант связи ощущения и стимула. dEn/E=dR/R (5)Е- ощущение,R – стимул,n – константа,зависящая от степени осведомленности испытуемого о цели эксперимента.При полной неосведомленности (n =0) закон имеет логарифмический характерПри полной осведомленности (n= 1) закон принимает степенной характер.Нетрудно увидеть, что вариант основного психофихического закона, предложенный Ю.Забродиным соответствует психофизическому принципу наименьшего действия, предложенному нами. Если человек смотрит на лампочку, не зная, что ее яркость будет возрастать, он склонен недооценивать степень увеличения яркости. Когда же его поставили в известность, что свет будет неуклонно становится все ярче и ярче, то сознание преувеличивает это возрастание. Разум ленив и склонен к сохранению итнформационного статус кво, иными словами существующего на данный момент «окна в мир». . Обратим также внимание на то, что формула Забродина практически повторяет формулу ( 4 ).Отметим, что во всех вариантах упомянутого психофизического закона существует нижний предел различимости, соответствующий психологическому барьеру Кедрова( 1 ), что подтверждает наши выводы , сделанные выше.Просчет зарубежных психофизиологов(Вебера, Фехнера и Стивенса) заключался в том, что на протяжении ста лет они пытались вывести чисто экспериментальным путем фундаментальный психофизический закон, не озаботившись уяснением фундаментальных вариационных принципов, то есть «законов движения» человеческой психики. Еще один психофизический закон- Йеркса-Додсона – связывает результаты той или иной деятельностью с уровнем мотивации. Экспериментально доказано, что оптимальная мотивация не должна быть слишком сильна, существует верхний предел, превышение которого ухудшает результат. Оптимальной является средняя интенсивность мотивации. Также экспериментально доказано, что интенсивная интеллектуальная деятельность наиболее продуктивна при невысоких уровнях мотивации. Этот закон в принципе мог быть выведен дедуктивно, исходя из принципа наименьшего действия. Так, при значительном увеличении мотивации, то есть перегрузке E –контура К-модели, активность остальных контуров блокируется. Например, футбольная команда, проигрывая матч. На последних минутах игры, бросается в атаку с запредельным эмоциональным настроем. И в таких случаев сбивается в «навал», то есть силовое неосмысленное давление. И наоборот, усиленная интеллектуальная работа требует сосредоточения всех ресурсов сознания. Ученый, работающий над сложной проблемой, забывает о еде и питье и даже сне. И если его отвлечь каким-либо эмоциональным или чувственным мотиватором, то его работа застопорится. Отметим, что это второй важнейший психофизический закон, который выводится дедуктивно исходя из вариационного принципа наименьшего действия и структурного принципа – К-модели, основанной на вероятностной модели смыслов Василия Налимова и постулатов Карла Густава Юнга.В психологии существует весьма интересная методика или психотехника – тройная спираль Милтона Эриксона. Она используется в НЛП и гипнозе. Рассказывается некая история, которая прерывается на самом интересном месте. Начинается вторая история, которая также прерывается. Третья история рассказывается полностью, так как в нее встроен элемент внушения или программирования. Действие спирали Эриксона основано на перегрузке А-контура К-модели трудно запоминаемым контентом, и, в условиях ослабленного информационного сопротивления, целевого воздействии на E контур.Можно также упомянуть, что как изложено в ( 1 ) широко применяемая в маркетинге и рекламе EL- модель(модель вероятностного выбора) полностью соотвествует налимовской вероятностной модели мышления.Таким образом, мы описали четыре важнейших экспериментально выведенных закона, которые подтвержают предложенные нами структурные и вариационные принципы. Логично предположить, что при сосредоточении достаточных организационных и финансовых ресурсов, такому сравнительному анализу можно было бы подвергнуть наиболее важные с точки зрения информационных противоборств PR – технологии западной цивилизации с тем, чтобы построить не уступающие этим технологиям отечественные разработки, способные к саморазвитию.Иначе мы бесконечно будем идти на поводу западных манипуляторов сознания. Так например, известные работы Аркиллы и Ронфельдта(15), раскрывающие секреты цветных революции, появились сразу после победы оранжевой революции на Украине и были восприняты как последнее слово в информационной войне. А когда грянула арабская весна, оказалось, что ключевую роль в организации протестного движения играют социальные сети, о которых в книгах Аркиллы и Ронфельдта по понятным причинам не говорилось ни слова. Зато в разгар Болотной революции в России в либеральной прессе появились ссылки и цитаты из работы американского исследователя безмасштабных сетей Альберта-Ласло Барабаши «Управляемость сложных сетей» («Controllability of Complex Networks»), опубликованной в журнале «Нейчур»( 5 ), в которых утверждалось, что в короткий срок с помощью социальных сетей Твиттер и Фейсбук можно будет сменить авторитарную власть в России на власть либералов. Поскольку у нас нет отечественных исследований на эту тему, мы вынуждены верить таким авторам на слово. Отставание отечественных разработок, а точнее их полное отсутствие, вызвано на наш взгляд отсутствием госзаказа на них. Хотя потенциал отечественной научной школы позволял и позволяет стать на данном направлении мировыми лидерами. Возвращаясь к структурным и вариационным принципам, можно сделать прогноз относительно того, к каким выводам может привести мониторинг всего накопленного западными информационными технологами тезауруса.Бог войны, и бог информационной войны, в частности не любит дифференциальных уравнений, с прохладцей относится к умеренным формализациям, то есть алгебраическим моделям, и обожает простые одноходовые комбинации – сложение и вычитание. Бог войны любит арифметику(не следует понимать это буквально). «Природа действует всегда простейшим образом» - говорил еще Иоганн Бернулли. Возможна и другая точка зрения – не будем забывать, что речь идет о моделировании инфовойн – бог войны знает и умеет применять уравнения любой сложности, но мы не в силах их постичь, как и предупреждал Секст Эмпирик в своем трактате «Против математиков». Впрочем, не исключено, что это просто две стороны одной медали.Видимо, к этому пришли и американские эксперты, создав совершенно новую математику для социальной инженерии. И теперь мы увлеченно заводим знакомства в американских социальных сетях Фейсбук и Твиттер, даже не пытаясь создать хоть какой-то отечественный аналог этим инструментам цивилизационного порабощения. Похоже, информационное сопротивление российской цивилизации близко к нулю, а коллективный разум крайне ленив. Список литературы1. В.В.Прохватилов .Церковь мыслящей паутины, Информационные войны. 2011.№1.2. Г.А.Голицын, А.П.Левич. Вариационные принципы в научном знании. Философские науки, 2004, № 1, с. 105-136.3. Newell A., Simon H.A. The Informatics as Empirical Investigation: Symbol and Search // ACM Turing Award Lectures. New York: ACM Press. 1987.4. Р. Л. Грегори. Разумный глаз. Как мы узнаем то, что нам не дано в ощущениях. Либроком. 2009.5. http://www.nature.com/nature/journal/v473/n7346/full/nature10011.html6. А.Букалов. Мышление и квантовая физика: теоремы Геделя, Тарского и принцип неопределенности. Журнал «Физика сознания и жизни, космология и астрофизика», № 2, 2001 .7. Секст Эмпирик . Соч. в двух томах. М., Мысль, 1976. 8. Грегори Чейтин. Случайность в арифметике.В МИРЕ НАУКИ N 9 1988 г. (Scientific American. Издание на русском языке) 9. Роджер Пенроуз. Новый ум короля. О компьютерах, мышлении и законах физики. ЛКИ. 200810. Я.Хинтикка. Логико-эпистемологические исследования. М.Прогресс. 1980.11. В.Арнольд. Жесткие и мягкие математические модели.М. МЦНО.200012. В.Лефевр. Формула человека. М. Когито-Центр. 201213. В.Лефевр. Конфликтующие структуры. М. «Советское радио». 197314. А. Хренников.Моделирование процессов мышления в p-адических системах координат. М. ФИЗМАТЛИТ. 200415. John Arquilla, David Ronfeldt. Networks and NetwarsThe Future of Terror, Crime, and Militancy. RAND Corporation. 2001.16. С.Голев, О.Голева, Математические методы в психологии. ИПИС ХГУ . 2008 г.17. Н.Хомски, Дж. Миллер. Введение в формальный анализ естественных языков. М. Едиториал УРСС. 200318. http://www.generalsemantics.org/19. Людвиг Витгенштейн. Логико-философский трактат. http://philosophy.ru/library/witt/01/01.html20. А.Н.Колмогоров. Теория информации и теория алгоритмов. М.»Наука».1987.

21 апреля 2017, 10:00

Rules Don't Apply review – Warren Beatty's unbearable vanity project

Beatty’s first film in 15 years – co-written, produced, directed by and starring himself as Howard Hughes – is a plodding, airless exercise in narcissismLudwig Wittgenstein once said that we cannot experience death because death is not an event in life. But then Wittgenstein never had to sit through this unbearable new film from Warren Beatty, his first in 15 years, co-written, produced and directed by its star, Warren Beatty, who may well be affecting a kind of kinship with his subject, the crazy but allegedly lovable billionaire recluse Howard Hughes. Continue reading...

09 апреля 2017, 14:44

Насколько богаты аристократы?

Самые крупные ЧАСТНЫЕ землевладельцы Австрии - все аристократические семьи.Скрин-шот из недавней передачи по австрийскому ТВ:Как видим, у Габсбургов не все конфисковали, кое-что осталось.В таблице цифры по лесу, но я видела примерно те же цифры по ВСЕЙ недвижимости, не только леса. Но не думаю, что данные сильно отличаться будут.По Шварценбергам непонятно, это только их австрийские владения или также и чешские учтены.Граф (титулы в Австрии отменены) Станислав Черни́н-Кински (его нет в топ-6) владеет 6.000 га земли с оценочной стоимостью 150 млн евро.Граф Петер Гёс владеет 2.000 га земли стоимостью 25 мл евро. 56.000 евро в году ему приносят лицензии на право охотиться в его угодьях. В 10 раз больше дохода приносит ему продажа леса.Но самый большой землевладелец Австрии (861.000 га) это государство, а не частные лица.А что же в Германии?В Германии 66% земли находится в частной собственности.12 самых крупных ЧАСТНЫХ землевладельцев Германии -  тоже аристократические семьи:Thurn und Taxis - 20.000 ha (это только в Германии)Fürstenberg - 18.000 ha (плюс земли в Австрии и в Канаде)Hohenzollern - 15.000 haRiedesels - 14.000 haSayn-Wittgenstein - 13.100 haWittelsbacher - 11.840 haOettingen-Wallerstein - 11.000 haWaldburg zu Zeil und Trauchburg - 10.000 haArenberg - 9.500 haYsenburg - 10.000 haSachsen-Coburg und Gotha - 9.000 ha (плюс в Австрии)Hohenlohe-Oehringen - 8.600. haи дальше в списке еще долго идут сплошь аристократические семьиВажное замечание: даже если лес в частной собственности, доступ в него обычно все равно открыт всем. Там можно гулять, собирать цветы, травы, ягоды и грибы (конечно, не в промышленных масштабах). Только костры жечь нельзя кроме отведенных для этого мест.П.С. Кто на мой ЖЖ не подписан - я уже выложила историю из 5 частей о "зимней королеве" Элизабет Стюарт.

07 апреля 2017, 01:48

Как Аристотель создал компьютер

Философы, на которых он повлиял, подготовили почву для технологической революции, перевернувшей наш мир.История компьютеров часто рассказывается как история объектов, от счётов до машины Бэббиджа и кодовых машин Второй мировой войны. На самом деле это больше история идей, возникших из математической логики, неясной и почти религиозной дисциплины, которая впервые возникла в XIX веке. Математическая логика была впервые разработана философами-математиками, в первую очередь Джорджем Булом и Готлобом Фреге, которые сами были вдохновлены мечтой Лейбница об универсальном «понятийном языке» и древней логической системой Аристотеля.Математическая логика изначально считалась безнадёжно абстрактным предметом без мыслимых приложений. Как замечал один компьютерный учёный: «Если в 1901 году талантливому и отзывчивому наблюдателю было бы предложено изучить науки и назвать отрасль, которая будет наименее плодотворной в предстоящем столетии, его выбор вполне мог бы пасть на математическую логику. И все же, именно она обеспечила бы основу для области, которая оказала большее влияние на современный мир, чем любая другая.Эволюция информатики из математической логики достигла своей кульминации в 1930-х годах, и была связана с двумя важными статьями: «Символический анализ коммутационных и релейных схем» Клода Шеннона и «О вычислимых числах с приложением к задаче Entscheidungs» Алана Тьюринга. В истории компьютерной науки Шеннон и Тьюринг – значимые фигуры, но важность философов и логиков, которые им предшествовали, часто упускается из виду.Известная история информатики описывает работу Шеннона как «возможно, самый важный, а также самый известный, магистерский тезис века». Шеннон написал её будучи студентом-электротехником в Массачусетском технологическом институте. Его советник Ванневар Буш построил прототип компьютера, известного как Дифференциальный анализатор, который мог быстро вычислять дифференциальные уравнения. Устройство было главным образом механическим, с подсистемами, управляемыми электрическими реле, которые были организованы определённым образом, поскольку ещё не существовала систематическая теория, лежащая в основе схемы. Тема тезисов Шеннона возникла, когда Буш рекомендовал попытаться найти такую ​​теорию.Математика может быть определена как предмет, в котором мы никогда не знаем, о чем мы говоримРабота Шеннона во многом является типичной статьёй из области электромеханики, наполненной уравнениями и схемами электрических цепей. Что необычно, так это то, что основной ссылкой в ней было произведение из математической философии возрастом 90 лет, «Законы мышления» Джорджа Буля.Сегодня имя Буля хорошо известно компьютерным учёным (многие языки программирования имеют базовый тип данных, называемый булевым), но в 1938 году его редко знали за пределами философских факультетов. Сам Шеннон столкнулся с работой Буля изучая философию на бакалавриате. «Просто случилось так, что никто больше не был знаком с обеими сферами одновременно» — рассказывал он позже.Буля часто описывают как математика, но он считал себя философом, следующим по стопам Аристотеля. «Законы мышления» начинаются с описания целей — изучения фундаментальных законов действия человеческого разума:«Цель следующего трактата состоит в том, чтобы исследовать фундаментальные законы тех операций ума, посредством которых осуществляется рассуждение; Выражать их на символическом языке Исчисления и на этом основании устанавливать науку о Логике … и, наконец, собрать… некоторые вероятные зацепки относительно природы и строения человеческого разума».Затем он воздаёт должное Аристотелю, изобретателю логики, оказавшему первостепенное влияние на его собственную работу:«В своей древней и схоластической форме предмет логики почти исключительно связан с великим именем Аристотеля. Поскольку она была представлена ​​Древней Греции в частично технических, частично метафизических исканиях «Органона», и, почти без существенных изменений, она доступна и по сей день».Попытка улучшить логическую работу Аристотеля была интеллектуально смелым шагом. Логика Аристотеля, представленная в его шеститомной книге «Органон», занимала центральное место в академическом каноне уже более 2000 лет. Широко распространено мнение, что Аристотель написал почти все, что можно было сказать по этой теме. Великий философ Эммануил Кант говорил, что, начиная с Аристотеля, логика была «неспособна сделать ни шага вперёд, а потому выглядит законченной и завершённой».Центральное наблюдение Аристотеля состояло в том, что аргументы основываются на их логической структуре, независимо от нелогичных слов в них включённых. Наиболее известная схема аргументов, которую он обсуждал, называется силлогизмом:Все люди смертны.Сократ — человек.Поэтому Сократ смертен.Вы можете заменить «Сократа» любым другим объектом и «смертный» любым другим предикатом, и аргумент останется в силе. Справедливость аргумента определяется исключительно логической структурой. Логические слова — «все», «есть», и «поэтому» — не имеют значения.Аристотель также определил ряд базовых аксиом, из которых он вывел остальную часть своей логической системы:Объект есть то, что он есть (Закон Идентичности).Никакое утверждение не может быть одновременно как истинным, так и ложным (Закон непротиворечия).Каждое утверждение либо истинно, либо ложно (Закон Исключенного Ближнего).Эти аксиомы не предназначались для описания того, как люди на самом деле думают (это область психологии), но как должен мыслить идеализированный, совершенно рациональный человек.Аксиоматический метод Аристотеля повлиял на ещё более известную книгу «Элементы Евклида», которая, по оценкам, уступает только Библии в количестве напечатанных копий.Фрагмент «Элементов» Евклида (Wikimedia Commons)Несмотря на то, что это труд якобы о геометрии, Элементы стали стандартным учебником для обучения строгим дедуктивным рассуждениям. (Авраам Линкольн однажды сказал, что он научился здравой юридической аргументации у Евклида). В системе Евклида геометрические идеи были представлены как пространственные диаграммы. Геометрию продолжали практиковать таким образом, пока Рене Декарт в 1630-х годах не показал, что её можно представить в виде формул. Его «Дискурс о методе» был первым математическим текстом на Западе, популяризовавшим то, что теперь является стандартной алгебраической записью — x, y, z для переменных, a, b, c для известных величин и т. д.Алгебра Декарта позволила математикам выйти за пределы пространственной интуиции, манипулируя символами, используя строго определённые формальные правила. Это перевело доминирующий способ математики с диаграмм на формулы, что привело, среди прочего, к развитию исчисления (calculus), которое изобрели примерно через 30 лет после смерти Декарта  Исаак Ньютон и Готфрида Лейбниц независимо друг от друга.Целью Буля было сделать для аристотелевской логики то, что Декарт сделал для евклидовой геометрии: освободить его от пределов человеческой интуиции, придав ему точную алгебраическую нотацию. Приведём простой пример. Когда Аристотель писал:Все люди смертны.Буль заменил слова «люди» и «смертный» на переменные, а логические слова «все» и «есть» на арифметические операторы:X = x * yЧто можно было бы интерпретировать как «Все в множестве x также находится в множестве y».«Законы мышления» создали новую научную дисциплину: математическую логику, которая в последующие годы стала одной из самых активных областей исследований для математиков и философов. Бертран Рассел назвал «Законы мышления» «работой, в которой была открыта чистая математика».Понимание Шеннона заключалось в том, что система Буля может быть отображена непосредственно на электрических цепях. В то время в основе электрических схем не было систематической теории, определяющей их конструкцию. Шеннон понял, что правильная теория будет «в точности аналогична исчислению высказываний, используемых в символическом изучении логики».Он показал соответствие между электрическими цепями и булевыми операциями в простой схеме:Отображение электрических цепей Шеннона в символической логике (Университет Вирджинии)Эта переписка позволила учёным-компьютерщикам использовать десятилетия работы по логике и математике Буля и последующих логиков. Во второй половине своей работы Шеннон показал, как Булевую логику можно использовать для создания схемы с добавлением двух бинарных значений.Схема цепи Шеннона (Университет Вирджинии)Объединив эти схемы, оказалось возможным построить произвольно сложные арифметические операции. Эти схемы стали основами того, что сейчас известно, как арифметические логические блоки, ключевой компонент современных компьютеров.Другим способом охарактеризовать достижения Шеннона является то, что он первым выделил логический и физический уровни компьютеров (это различие стало настолько фундаментальным для компьютерной науки, что для современных читателей это может показаться удивительным, как поразительно оно было для своего времени – излишнее напоминание о том, что «философия одного столетия — это здравый смысл следующего»).Со времени работы Шеннона был достигнут значительный прогресс на физическом уровне компьютеров, включая изобретение транзистора в 1947 году Уильямом Шокли и его коллегами из Bell Labs. Транзисторы — это значительно улучшенные версии электрических цепей Шеннона — самый известный способ физически кодировать логические операции. В течение последующих 70 лет полупроводниковая промышленность упаковывала все больше и больше транзисторов в меньшие пространства. В 2016 году iPhone имеет около 3,3 млрд. транзисторов, каждый из которых является «реле-переключателем», как показано на диаграммах Шеннона.Пока Шеннон демонстрировал как привнести логику в физический мир, Тьюринг показал, как проектировать компьютеры с помощью языка математической логики. Когда Тьюринг написал свою статью, в 1936 году он пытался найти ответ «проблему решения» (decision problem – ред.), впервые определённую математиком Дэвидом Гильбертом, который задался вопросом, существует ли алгоритм, который мог бы определить: является ли произвольное математическое выражение истинным или ложным. В отличие от материала Шеннона, статья Тьюринга очень технична. Главное историческое значение этого труда заключается не в его ответе на решение проблемы, а в шаблоне для создания компьютера.Тьюринг работал в традиции, уходящей к Готфриду Лейбницу, философскому гиганту, который развивал исчисление независимо от Ньютона. Среди многочисленных вкладов Лейбница в современную мысль одной из самых интригующих была идея нового языка, которую он назвал «универсальной характеристикой», который, по его представлениям, смог бы представить все возможные математические и научные знания. Вдохновлённый отчасти религиозным философом 13-го века Рамоном Ллуллом, Лейбниц предположил, что язык будет идеографическим, как египетские иероглифы, за исключением того, что символы будут соответствовать «атомным» понятиям математики и науки. Он утверждал, что этот язык дал бы человечеству «инструмент», который мог бы усилить человеческий разум «в гораздо большей степени, чем оптические инструменты», такие как микроскоп и телескоп.Он также представлял себе машину, которая могла бы обрабатывать язык, который он называл рационализатором исчисления.«При возникновении разногласий между двумя философами необходимости в диспутах будет не больше чем между двумя бухгалтерами. Ибо будет достаточно просто взять карандаши в руки и сказать друг другу: Calculemus — Давайте вычислим».У Лейбница не было возможности развить свой универсальный язык или соответствующий ему аппарат (хотя он и изобрёл относительно простую вычислительную машину, ступенчатый счётчик). Первая заслуживающая доверия попытка осуществить мечту Лейбница появилась в 1879 году, когда немецкий философ Готлоб Фреге опубликовал свой знаменитый логический трактат «Begriffsschrift». Воодушевлённый попыткой Буля улучшить логику Аристотеля, Фреге разработал гораздо более продвинутую логическую систему. Логика, преподаваемая сегодня в классах философии и компьютерной науки — логика первого порядка или предикатов, — это лишь небольшая модификация системы Фреге.Фреге обычно считают одним из самых важных философов XIX века. Среди прочего, ему приписывают катализирование того, что известный философ Ричард Рорти назвал «лингвистическим поворотом» в философии. Поскольку философия Просвещения была одержима вопросами знания, философия после Фреге стала одержима вопросами языка. Среди его учеников были два самых важных философа XX века — Бертран Рассел и Людвиг Витгенштейн.Важнейшим новшеством логики Фреге является то, что она намного точнее представляет логическую структуру обычного языка. Среди прочего, Фреге был первым, кто использовал квантификаторы («для каждого», «существует») и отделил объекты от предикатов. Он также первым разработал то, что сегодня является фундаментальными понятиями в компьютерной науке, например, рекурсивные функции и переменные с областью действия и привязки.Формальный язык Фреге — то, что он назвал своим «концепт-скриптом» — состоит из бессмысленных символов, которые управляются чётко определёнными правилами. Языку присваивается значение только посредством интерпретации, которая указана отдельно (это различие позже будет называться синтаксисом или семантикой). Это превратило логику в то, что выдающиеся компьютерные ученые Аллан Ньюэлл и Герберт Саймон назвали «символьной игрой», «в которую играют бессмысленными токенами в соответствии с определёнными чисто синтаксическими правилами».«Все значения были очищены. Появилась механическая система, в которой можно было доказать различные вещи. Таким образом, прогресс был достигнут прежде всего путём ухода от всего, что казалось релевантным смыслу и человеческим символам».Как Бертран Рассел когда-то точно подметил: «Математика может быть определена как предмет, в котором мы никогда не знаем, о чём говорим, и не является ли то, о чём мы говорим, верным».Неожиданным следствием работы Фреге было обнаружение слабых сторон в основах математики. Например, «Элементы» Евклида, считавшиеся золотым стандартом логической строгости в течение тысяч лет, оказались полными логических ошибок. Поскольку Евклид использовал обычные слова типа «линия» и «точка», он — и вековые читатели — обманывал себя, делая предположения в предложениях, содержащих эти слова. Один простой пример: в обычном использовании слово «линия» подразумевает, что, если вам даны три различные точки, одна точка должна находиться между двумя другими. Но когда вы определяете «линию» с использованием формальной логики, выясняется, что понятие «между объектами» также должно быть определено это Евклид упустил. Формальная логика делает такие пробелы легко различимыми.Это осознание привело к кризису в фундаментальной математике. Если «Элементы» — библия математики — содержала логические ошибки, то что же говорить о других областях? Что можно сказать о науках, подобных физике, которые были построены на основе математики?Хорошей новостью является то, что те же логические методы, которые используются для выявления этих ошибок, также можно использовать для их исправления. Математики начали перестраивать основы своей науки с самого начала. В 1889 году Джузеппе Пеано разработал аксиомы для арифметики, и в 1899 году Дэвид Гильберт сделал то же самое для геометрии. Гильберт также изложил программу формализации остальной части математики с особыми требованиями, которым должна удовлетворять любая такая попытка, среди них:Полнота. должно быть доказательство того, что все истинные математические утверждения могут быть доказаны в формальной системе.Разрешимость. Должен существовать алгоритм для определения истины или ложности любого математического утверждения. (Это «проблема Entscheidungs» или «проблема решения», упомянутая в статье Тьюринга.)Восстановление математики таким образом, чтобы удовлетворить этим требованиям, стало известно как программа Гильберта. Вплоть до 1930-х годов это было в центре основной группы логиков, включая Гильберта, Рассела, Курта Гёделя, Джона фон Ноймана, Алонзо и, конечно же, Алана Тьюринга.В науке новизна возникает только в результате преодоления сложностейПрограмма Гильберта продолжалась по крайней мере по двум направлениям. На первом логики создали логические системы, которые пытались доказать, что требования Гильберта либо выполнимы, либо нет.На втором математики использовали логические понятия для восстановления классической математики. Например, система Пеано для арифметики начинается с простой функции, называемой функцией-преемником, которая увеличивает любое число на единицу. Она использует функцию-преемник для рекурсивного определения сложения, дополнение для рекурсивного определения умножения и т. д., пока не будут определены все операции теории чисел. Затем она использует эти определения вместе с формальной логикой для доказательства теорем арифметики.Историк Томас Кун однажды заметил, что «в науке новизна возникает только в результате преодоления сложностей». Логика в эпоху программы Гильберта — бурный процесс творения и разрушения. Один логик должен был создать сложную систему, а другой — разрушить её.Благоприятным инструментом разрушения было построение самоориентированных, парадоксальных заявлений, которые показали, что аксиомы, из которых они были получены, являются противоречивыми. Простой формой этого парадокса лжеца является предложение:Это предложение ложно.Если это правда, тогда оно ложно, и если оно ложно, то оно истинно, приводя к бесконечной петле самопротиворечия.Рассел впервые обратил внимание на парадокс лжеца в математической логике. Он показал, что система Фреге позволила вывести противоречивые множества:Пусть R — множество всех множеств, которые не являются членами самих себя. Если R не является членом самого себя, то его определение диктует, что оно должно содержать себя, а если оно содержит себя, то оно противоречит своему определению как множество всех множеств, которые не являются членами самих себя.Это стало известно как парадокс Рассела и было расценено как серьёзный недостаток в работе Фреге. (Сам Фреге был шокирован этим открытием и ответил Расселу: «Ваше открытие противоречия вызвало у меня наибольшее удивление и, я бы сказал, ужас, поскольку оно поколебал основание, на котором я намеревался построить свою арифметику»).Рассел и его коллега Альфред Норт Уайтхед предложили самую амбициозную попытку завершить программу Гильберта с Principia Mathematica, опубликованную в трёх томах между 1910 и 1913 годами. Метод Principia был настолько подробным, что потребовалось более 300 страниц, чтобы добраться до доказательства того, что 1 + 1 = 2.Рассел и Уайтхед пытались разрешить парадокс Фреге, представив так называемую теорию типов. Идея состояла в том, чтобы разделить формальные языки на несколько уровней или типов. Каждый уровень мог ссылаться на уровни ниже, но не на свои или более высокие уровни. Это разрешило самоориентированные парадоксы, по сути, запретив самореференцию. (Это решение не пользовалось популярностью у логиков, но оно повлияло на компьютерную науку — большинство современных компьютерных языков имеют функции, основанные на теории типов).Самореференциальные парадоксы в конечном итоге показали, что программа Гильберта никогда не сможет быть успешной. Первый удар случился в 1931 году, когда Гёдель опубликовал свою знаменитую теорему о неполноте, которая доказала, что любая последовательная логическая система, достаточно мощная для того, чтобы охватить арифметику, должна также содержать утверждения, которые являются истинными, но не могут быть доказаны, что они истинны. (Теорема Гёделя о неполноте является одним из немногих логических результатов, получивших широкую популярность, благодаря таким книгам, как «Гёдель, Эшер, Бах» и «Новый ум Короля«).Последний удар наступил, когда Тьюринг и Алонсо Черч независимо доказали, что не существует алгоритма, определяющего, было ли произвольное математическое утверждение истинным или ложным. (Церковь сделала это, изобрести совершенно другую систему, называемую лямбда-исчислением, которая позже вдохновит компьютерные языки, такие как Lisp). Ответ на проблему решения был отрицательным.Ключевое понимание Тьюринга появилось в первом разделе его знаменитой статьи 1936 года «О вычислимых числах с приложением к задаче о проблемах энцелад». Чтобы строго сформулировать проблему решения («проблема энцеладности»), Тьюринг сначала создал математическую модель понятия «компьютер» (сегодня машины, соответствующие этой модели, известны как «универсальные машины Тьюринга»). Как описывает это логик Мартин Дэвис:Тьюринг знал, что алгоритм обычно определяется списком правил, которым человек может следовать в точном механическом порядке, как рецепт в кулинарной книге. Он смог показать, что такого человека можно ограничить несколькими чрезвычайно простыми базовыми действиями, не изменяя конечный результат вычисления.Затем, доказав, что ни одна машина, выполняющая только эти основные действия, не может определить, следует ли данный предполагаемый вывод из заданных помещений с использованием правил Фреге, он смог сделать вывод о том, что алгоритм для проблемы Entscheidungs ​​не существует.В качестве побочного продукта он нашёл математическую модель универсальной вычислительной машины.Затем Тьюринг показал, как программа может быть сохранена внутри компьютера наряду с данными, на которых она работает. В сегодняшнем лексиконе мы бы сказали, что он изобрел архитектуру «хранимой программы», которая лежит в основе большинства современных компьютеров:До Тьюринга общее предположение заключалось в том, что при работе с такими машинами три категории — машина, программа и данные — были совершенно отдельными объектами. Машина была физическим объектом; сегодня мы бы назвали её аппаратным. В программе был план выполнения вычислений, возможно, воплощённый в перфокартах или соединениях кабелей в коммутационной панели. Наконец, данные представляли собой числовые данные. Универсальная машина Тьюринга показала, что чёткость этих трёх категорий является иллюзией.Это была первая строгая демонстрация того, что любая вычислительная логика, которая может быть закодирована на аппаратном уровне, также может быть закодирована в программном обеспечении. Описанная архитектура Тьюринга позже была названа «архитектурой фон Неймана», но современные историки, как, по-видимому, и сам фон Нейман, в целом согласны, что она была создана Тьюрингом.Хотя на техническом уровне программа Гильберта была неудачной, усилия на этом пути продемонстрировали, что большие области математики могут быть построены на логике. И после интерпретации Шеннона и Тьюринга — показавшей связи между электроникой, логикой и вычислительной техникой — теперь стало возможным экспортировать этот новый концептуальный механизм в компьютерный дизайн.Во время Второй мировой войны эта теоретическая работа была претворена в жизнь, когда в правительственных лабораториях работал целый ряд элитных логиков. Фон Нейман присоединился к проекту атомной бомбы в Лос-Аламосе, где он работал над компьютерным дизайном для поддержки физических исследований. В 1945 году он написал спецификацию EDVAC — первого логического компьютера, который обычно считается основным источником создания современного компьютера.Тьюринг присоединился к секретному подразделению в Блетчли-парке, северо-западнее Лондона, где он помог создавать компьютеры, которые способствовали дешифровке немецких кодов. Его самым долговременным вкладом в практический компьютерный дизайн была его спецификация ACE, или Automatic Computing Engine.Как и первые компьютеры, основанные на булевой логике и архитектурах с хранимой программой, ACE и EDVAC были во многом схожи. Но у них также были интересные различия, некоторые из которых предвосхитили современные дебаты в компьютерном дизайне. Привилегированные проекты фон Неймана были похожи на современные CISC («сложные») процессоры, обеспечивающие богатые функциональные возможности аппаратным средствам. Дизайн Тьюринга больше походил на современные RISC («уменьшенные») процессоры, сводя к минимуму аппаратную сложность и заставляя больше работать с программным обеспечением.Фон Нейман считал, что компьютерное программирование — утомительное дело. Тьюринг, напротив, говорил, что компьютерное программирование «должно быть очень увлекательным. Нет никакой реальной опасности, что оно когда-либо станет нудным, поскольку любые процессы, которые являются механическими, могут быть переданы самой машине».С 1940-х годов компьютерное программирование стало значительно более сложным. Одна вещь, которая не изменилась, заключалась в том, что оно по-прежнему зависит от программистов, определяющих правила для компьютеров. С философской точки зрения, мы бы сказали, что компьютерное программирование следовало традиции дедуктивистики, ветви логики, рассмотренной выше, которая касается манипулирования символами в соответствии с формальными правилами.В последнее десятилетие или около того, программирование начало меняться с ростом популярности машинного обучения, которое включает в себя создание структур для машин, способных обучаться с помощью статистического вывода. Это приблизило программирование к другой основной ветви логики — индуктивной логике, которая имеет дело с выводом правил из конкретных экземпляров.В самых перспективных машинных технологиях обучения используются нейронные сети, которые были впервые изобретены в 1940-х годах Уорреном Маккаллохом и Уолтером Питтсом, чья идея состояла в том, чтобы разработать исчисление для нейронов, которое могло бы, подобно булевой логике, использоваться для построения компьютерных схем. Нейронные сети оставались экзотическими до того момента, пока их не объединили со статистическими методами, что позволяло им улучшаться по мере накопления большего количества данных. В последнее время, когда компьютеры становятся все более искусными в обработке больших наборов данных, эти методы дали замечательные результаты. Программирование в будущем, скорее всего, означает развитие нейронных сетей всему миру и предоставление им возможности учиться.Это было бы подходящим вторым актом в истории компьютеров. Логика начиналась как способ понять законы мысли. Затем она помогла создать машины, которые могли бы рассуждать в соответствии с правилами дедуктивной логики. Сегодня дедуктивная и индуктивная логика объединяются для создания машин, которые и рассуждают, и учатся. То, что началось, по словам Буля, с исследования «о природе и строении человеческого разума» может привести к созданию новых умов — искусственных умов — которые когда-нибудь могут сравняться или даже стать лучше человеческих.Оригинал: The Atlantic, перевод

21 марта 2017, 15:45

Похороны принца Ричарда цу Сайн-Витгенштейн-Берлебургского

Сейчас в Евангелической городской церкви Бад-Берлебурга проходит церемония похорон принца Ричарда цу Сайн-Витгенштейн-Берлебургского, супруга датской принцессы Бенедикты, который скончался 13 марта 2017 года.На похороны прибыли представители королевских семей Дании, Греции, Швеции, Норвегии, Нидерландов и Иордании.Фотографии с отправления гроба покойного принца из замка Берлебург в церковьСписок гостей на похоронах

21 декабря 2016, 13:00

Дни Людвига Витгенштейна в Институте философии РАН

Art Electronics представляет Дни Витгенштейна в Институте философии РАН. Три январских дня будут посвящены Людвигу Витгенштейну — самому парадоксальному и харизматичному философу XX века, автору знаменитого «Логико-философского трактата», который даже спустя почти сто лет после издания остается неразрешенной загадкой.24 января — День первый: открытые лекцииНачало в 15:00, Красный зал Института философии, 6 этаж.А.Л. Никифоров «Трактат и логический позитивизм»О главном произведении «раннего» Витгенштейна, его ключевых идеях и «подводных камнях», а также о влиянии «Трактата» на логический позити­визм и аналитическую философию ХХ века – в лекции профессора, доктора философских наук Александра Никифорова (ИФ РАН).В.В. Васильев «Московские адреса Витгенштейна»В 1935 году Людвиг Витгенштейн с загадочными целями посетил Советский Союз. То ли он собирался преподавать философию и математику в Казани, то ли готовился к экспедиции на Крайний Север. Доподлинно известно, что в Москве его принимала Софья Яновская. С кем еще мог встречаться Витгенштейн во время этой поездки в Россию? О чем он беседовал с советскими философами и математиками? Какие московские адреса связаны с именем кембриджского философа? На эти вопросы попробует ответить профессор, доктор философских наук Вадим Васильев (МГУ).Е.Г. Драгалина-Чёрная «Уловка – 6.54»В лекции профессора, доктора философских наук Елены Драгалиной-Чёрной (НИУ ВШЭ) речь пойдет о «логической петле» заключительных афоризмов «Трактата». «Мои предложения, – говорит Витгенштейн, – служат прояснению: тот, кто поймет меня, поднявшись с их помощью – по ним – над ними, в конечном счете признает, что они бессмысленны… Ему нужно преодолеть эти предложения, тогда он правильно увидит мир. О чем невозможно говорить, о том следует молчать». Здесь – двойное перформативное противоречие. Во-первых, правильное понимание предложений Витгенштейна ведет к осознанию их бессмысленности. Но возможно ли понимание бессмысленных предложений? Во-вторых, отнесение афоризма 6.54 к его собственному содержанию должно привести, коль скоро он принадлежит самому Витгенштейну и выражается «его предложением», к уяснению его бессмысленности. Но как можно следовать бессмысленным указаниям?В. А. Куренной «Философия оставляет все, как оно есть»Эдмунд Гуссерль и Людвиг Витгенштейн, два выдающихся аналитика ХХ века, и их парадоксальные высказывания о работе мысли, которая «оставляет все как было», – ­тема лекции профессора, кандидата философских наук Виталия Куренного (НИУ ВШЭ).П. В. Шулешко «Трёхмерный трактат»Трактат Витгенштейна как пример нелинейного текста. Графические модели трактата, их смысл, цели и ассоциативное поле. О том, как геометрические координаты «переодевают» язык – сообщение основателя и продюсера журнала Art Electronics Павла Шулешко.25 января — День второй: круглые столы по темам «Правила и индивидуальный язык», «Значение и языковая игра», «Добро и красота»Начало в 15-00, ауд. 313, зал заседаний Ученого совета.Участвуют исследователи из МГУ, НИУ-ВШЭ, РГГУ, ИФ РАН, аспиранты и студенты.Ведущие: В. А. Лекторский, З. А. Сокулер, Л. Б. Макеева, А. А. Веретенников.26 января — День третий: кинолекторийНачало в 15-00, ауд. 313, зал заседаний Ученого совета.Просмотр фильма Дерека Джармена «Людвиг Витгенштейн» и его обсуждение с главным редактором порталов W-O-S и Активный возраст Дарьей Борисенко.24-26 января 2017.Институт философии РАН. Москва, ул. Гончарная. д. 12, стр. 1.Вход свободный.ОтсюдаВы также можете подписаться на мои страницы:- в фейсбуке: https://www.facebook.com/podosokorskiy- в твиттере: https://twitter.com/podosokorsky- в контакте: http://vk.com/podosokorskiy

04 сентября 2016, 12:05

Утонченный немецкий философ в дерьме войны... (34 фото)

Оригинал взят у oper_1974 в Утонченный немецкий философ в дерьме войны... (34 фото)        28 июля 1914 года Австрия объявила воину Сербии. Витгенштеин был непригоден к военнои службе из–за грыжи, но 7 августа все равно записался добровольцем. В течение всеи воины он продолжал заниматься философиеи.        Его метод - и тогда, и позднее - состоял в том, чтобы записывать приходившие в голову мысли в записную книжку в форме отдельных, но тем не менее взаимосвязанных заметок. Иногда это были одно-два предложения, содержавшие высококонцентрированную мысль, траектория которои указывалась, но без приведения подробностеи.        Витгенштеин напишет не менее пяти рукописеи, прежде чем летом 1918 года сочтет книгу законченнои. Таким образом, он сочинил весь "Трактат" во время воины, находясь на фронте, иногда в окопах, во время передышек между страшными боями.       "Мне кажется, по сути очевидно, что нам не одолеть Англию. Англичане - лучшии? народ на земле - не могут проиграть. Мы, однако, можем и должны проиграть, если не в этом году, то в следующем. Мысль, что наш народ будет разбит, вгоняет меня в жуткую депрессию, потому что я абсолютнеи?шии? немец".         "Внезапно проснулся в час ночи. Меня поднял леитенант, которыи приказал сразу идти к прожектору: "не одеваться". Я выбежал на мостик почти голыи. Ледянои ветер, дождь. Я был уверен, что погибну на месте.      Я был страшно взволнован и стонал вслух. Я почувствовал весь ужас воины. Теперь (вечером) я преодолел страх. Если мои нынешнии настрои не изменится, я буду всеми силами стараться остаться в живых".     На прожекторе должен был находиться рядовои, и выполняемая им задача была достаточно опаснои?. Однако настоящая проблема заключалась не в риске, а в том, что Витгенштеи?н терпеть не мог своих сослуживцев - и на этои канонерке, и позднее на Восточном фронте.       С его точки зрения, они, за редкими исключениями, представляли собои "сборище пьяниц, подлецов и тупиц", "злобных и бессердечных", "ужасающе ограниченных", совершенно бесчеловечных, как писал он в дневнике веснои 1916 года.    В большинстве своем эти люди происходили из рабочего класса, и у Витгенштеина с ними было мало общего. Жизнь на тесном судне, постоянно на грани между жизнью и смертью, еще сильнее высветила разницу между Витгенштеи?ном и ними.Он чувствовал, что его ненавидят, и в ответ ненавидел их. Его манеры и причуды, брезгливость и рафинированность в таких обстоятельствах оказались дополнительным раздражителем, особенно с учетом того, что они никак не соответствовали его низкому званию.Как когда-то в линцскои школе, Витгенштеин снова чувствовал себя отверженным и преданным. Он неоднократно пытался проявить христианское смирение, хотел заставить себя понять и принять своих товарищеи?.Но даже когда удалось побороть ненависть, неприязнь осталась. Тем не менее - и это было типичное для Витгенштеина самоистязание - он не искал избавления от своего положения. Хотя ему как выпускнику линцского училища были положены определенные льготы, он долгое время не хотел ими пользоваться.         Витгенштеин оказался в самои гуще злосчастнои Восточнои кампании 1914 года, в результате которои в начале ноября австрииское наступление остановилось и воиска едва не обратились в бегство.      В своем дневнике Витгенштеин приводит точное описание упадка боевого духа австрии?цев. В нем также содержатся зашифрованные записи - ценнеишии источник информации об эволюции его философских и личных взглядов.     Примерно в начале своеи военнои службы Витгенштеин зашел в книжныи магазин в Тарнове и обнаружил, что помимо открыток там продается лишь одна книга: "Краткое изложение Евангелия" Толстого.    Он купил ее, прочитал, перечитал и потом все время держал при себе (за что сослуживцы стали называть его "библеистом").       По мнению Макгиннеса, в толстовском варианте христианства Витгенштеин увидел путь к счастью, которыи показался ему привлекательным на фоне его безотрадного положения в армии, а может, и при воспоминаниях о более ранних мучениях, поскольку давал рецепт, как перестать зависеть от унижении и страдании, причиняемых внешними факторами.        Толстои определенно стал утешением для Витгенштеина: "Новости все хуже. Сегодня вечером будет объявлена постоянная готовность. Работаю более или менее каждыи день, с достаточнои. уверенностью. Я снова и снова проговариваю слова Толстого в уме. "Человек бессилен во плоти и свободен духом".      Да пребудет дух со мнои! Как я себя поведу, когда надо будет стрелять? Я боюсь не того, что будут стрелять по мне, а того, что не выполню свои? долг как следует. Боже, даи мне сил! Аминь. Аминь. Аминь" ( 13 сентября 1914 г.).      Через день он записал: "Теперь у меня есть возможность быть достоиным человеком, потому что я нахожусь перед лицом смерти". Здесь, без сомнения, звучит голос религиозныи, но христианскии? он лишь настолько, насколько можно считать христианством толстовскую интерпретацию.    Так или иначе, Витгенштеин стал христианином в достаточнои степени, чтобы возмутиться ницшевским "Антихристом", которого прочел ближе к концу 1914 года:   "Меня сильно задела ницшевская враждебность по отношению к христианству, поскольку в его сочинениях доля правды все-таки есть. Христианство, несомненно, единственныи бесспорныи путь к счастью, но что если кому-то на это счастье начхать?   Не лучше ли сгинуть несчастным в безнадежнои борьбе с внешним миром Но такая жизнь бессмысленна. Что мне делать, чтобы моя жизнь не оказалась потеряннои для меня. Я должен это постоянно сознавать" ( 8 декабря 1914 г.).       Вопрос о жизни и смерти в то время занимал Витгенштеина с личнои, а не с философскои точки зрения; в дневнике зашифрованные записи стоят рядом с обширными, но не имеющими к ним отношения и незакодированными заметками об основаниях логики, о языке и онтологии.          Следующии, 1915-и, год Витгенштеин провел в относительнои безопасности в артиллериискои мастерскои в Кракове, где его инженерные навыки оказались весьма востребованы.Летом при взрыве в мастерскои он получил небольшое ранение и некоторое время пролежал в госпитале. После этого он попал в другую артиллериискую мастерскую, которая располагалась в поезде, стоявшем недалеко от Львова-Лемберга.       Наконец в марте 1916-го Витгенштеина по его собственнои просьбе перевели в гаубичныи полк на русском фронте в Галиции. Здесь он добровольно вызвался дежурить по ночам на артиллерииском наблюдательном пункте - в том месте и в то время, где опасность была наибольшеи.      Он мучился от пищевых отравлении и других болезнеи, чувствовал себя затравленным сослуживцами, а в конце апреля - в первыи раз на своем наблюдательном пункте - оказался в зоне боевых деиствии, под прямым огнем противника.      Тем не менее он почувствовал, что наложит на себя руки, если его вдруг соберутся перевести оттуда в другое место. "Возможно, близость к смерти наполнит мою жизнь светом" (4 мая 1916 г.).         "Делаи что можешь. Выше головы не прыгнешь. Будь бодр. Довольствуися собои. Потому что другие не будут тебя поддерживать, а если и будут, то недолго (и тогда ты станешь для них обузои). Помогаи сам себе и другим своеи силои.     И в то же время будь бодр. Но сколько силы человек должен расходовать на себя и сколько на других? Сложно прожить благую жизнь. Но благая жизнь - это что-то хорошее. И да свершится воля твоя, а не моя" (30 марта 1916 г.).    Только после нескольких месяцев, проведенных в опаснеиших обстоятельствах, эти личные записки стали соединяться с философскои системои, которую разрабатывал Витгенштеин, приобретя вид незашифрованных общих заметок о Боге, этике и смысле жизни; некоторые из них попали на последние страницы "Трактата".    Они отражают не только его недавнии опыт, но и впечатления от чтения Шопенгауэра, Ницше, Эмерсона, Толстого и Достоевского (он так часто перечитывал "Братьев Карамазовых", что знал целые пассажи из романа наизусть).        Витгенштеин сознавал, что рамки его изыскании расширились. Ближе к концу лета 1916 года он писал: "Я работаю теперь не только над основаниями логики, но и над сущностью мира" (28 августа 1916 г.).     Дневник он ведет в это время гораздо реже, чем раньше, но удивительно, что он вообще занимается философиеи в таких обстоятельствах, потому что лето тогда выдалось особенное.Дивизия, в которои? он служил, оказалась под ударом русскои армии во время Брусиловского прорыва и была вынуждена отступить с тяжелыми потерями (по разным оценкам, они составили до 80% личного состава).    Затем были бои в Буковине, сражение при Коломые. Витгенштеин воевал образцово - это известно из отчетов его начальства.     В одном из таких отчетов говорилось, что, "не обращая внимания на плотныи артиллериискии огонь по каземату и рвущиеся мины, Витгенштеин наблюдал, откуда стреляют минометы, и определил их расположение. Таким примерным поведением он оказал успокаивающее воздеиствие на своих сослуживцев". Его наградили двумя медалями и произвели в капралы.         За такое поведение на фронте в октябре 1916 года Витгенштеи?на направили в офицерскую школу в моравском Ольмюце. Здесь он познакомился с Паулем Энгельманом, молодым евреем-архитектором, учеником Лооса и другом Крауса, которыи разделял бoльшую часть художественных взглядов Витгенштеи?на и иногда публиковался в Die Fackel.      Они быстро подружились. Это была замечательная дружба, она длилась больше десяти лет и привела к тому, что Витгенштеин и Энгельман вместе работали над строительством знаменитого особняка Маргарете Витгенштеин в конце 1920-х годов.     В Ольмюце Витгенштеин вошел в литературныи кружок Энгельмана, которыи в основном состоял из образованных молодых евреев: интеллектуалов, художников и т. д. Витгенштеин сразу оказался в самом центре этого кружка, по сути став в нем звездои.    Ведь он происходил из знаменитои венскои семьи, обладал утонченным чувством культуры, изучал философию и логику у Рассела в Кембридже, разрабатывал собственную философскую систему и, наконец, что не менее важно, только что вернулся с Восточного фронта, где находился лицом к лицу со смертью.     Знакомство с членами ольмюцкого кружка можно расценить как примечательное еще в однои ретроспективнои связи: это было единственное соприкосновение Витгенштеина с евреискои? средои, хотя евреиство этих молодых людеи и не было столь уж содержательным.     Его связывала с ними скорее общая "потребность в самодельнои религии" (По мнению Макгиннеса, Витгенштеин искал замену своему традиционному христианскому воспитанию, а интеллектуалы из Ольмюца - альтернативу евреиству, потерявшему для них свои традиционныи смысл).        В январе 1917-го Витгенштеин вернулся на Восточныи фронт уже офицером. Перед этим он пожертвовал австрии?скому правительству один миллион крон на разработку двенадцати-дюимовои гаубицы.      Вскоре он снова участвовал в тяжелых боях во время июньского наступления русскои армии, после чего был награжден еще однои медалью за храбрость и представлен к очередному званию.     В феврале 1918 года его произвели в леитенанты, а в марте перевели на Итальянскии фронт. В ходе июньского наступления австрииских воиск он проявил исключительное мужество и спас жизнь нескольким сослуживцам, за что был представлен к золотои медали "За храбрость", но в итоге получил награду более низшеи степени.      В характеристике Витгенштеина читаем: "Его исключительно отважное поведение, спокоиствие, хладнокровие и героизм завоевали всеобщее восхищение в воисках. Своим поведением он подал замечательныи пример преданного и храброго выполнения воинского долга".          Год 1918-и оказался для Витгенштеина важным в нескольких отношениях. Во-первых, закончилась воина, а для него даже на неделю раньше установления окончательного перемирия, так как недалеко от Тренто его взяли в плен итальянцы.       Во-вторых, в этом году он потерял своего близкого друга Дэвида Пинсента. Дэвид не был призван в деиствующую армию, но учился на летчика-испытателя. В мае 1918 года во время пробного полета Пинсент разбился.      Это была страшная потеря для Витгенштеина, и, возможно, именно ею можно объяснить желание покончить с собои, возникшее у него во время отпуска в Австрии. По некоторым сведениям, жизнь ему спас его дядя Пауль.       Пинсент и Витгенштеин переписывались во время воины (через Швеицарию), и письма Дэвида служили для Людвига большим утешением.        Получив в 1914 году первое письмо от Пинсента, Витгенштеин от радости даже расцеловал конверт. Он очень хотел снова увидеться со своим другом, называл его "мои? дорогои Деиви" и писал в дневнике: "Чудесное письмо от Дэвида... Ответил Дэвиду. Очень чувственно" (16 марта 1915 г.).     По этим фразам видно, что Людвиг деиствительно был безответно влюблен в Дэвида и сам это вполне сознавал, записывая в дневнике: "Интересно, думает ли он обо мне хотя бы в половину тои силы, с которои думаю о нем я".Перевод: Максим Шер.