• Теги
    • избранные теги
    • Люди135
      • Показать ещё
      Страны / Регионы552
      • Показать ещё
      Компании471
      • Показать ещё
      Разное261
      • Показать ещё
      Издания51
      • Показать ещё
      Показатели112
      • Показать ещё
      Формат49
      Международные организации45
      • Показать ещё
      Сферы10
Марк Мобиус
Марк Мобиус
Марк Мобиус Родился в 1936 г. в Хэмпстеде (штат Нью-Йорк, США). В 1964 г. получил докторскую степень по экономике и политологии в Массачусетском технологическом институте 1983 президент тайваньской International Investment Trust Company 1987 президент Templeton Emerging Markets Fund 1994 Марк Мо ...
Марк Мобиус Родился в 1936 г. в Хэмпстеде (штат Нью-Йорк, США). В 1964 г. получил докторскую степень по экономике и политологии в Массачусетском технологическом институте 1983 президент тайваньской International Investment Trust Company 1987 президент Templeton Emerging Markets Fund 1994 Марк Мобиус признан лучшим управляющим года в рейтинге CNBC 1999 член Глобального форума по корпоративной ответственности Всемирного банка С 2010 — управляющий директор Templeton Asset Management, управляет 35 открытыми и закрытыми фондами в 15 странах
Развернуть описание Свернуть описание
23 марта, 22:07

Why Things Aren’t What They Used to Be in Emerging Markets

The prospect of stabilizing commodity prices and improving corporate earnings has helped rebuild investor interest in emerging markets over the past year. But returning investors may find the constituents of today’s emerging markets are very different from those of the past. I’ve invited my colleague Carlos Hardenberg to share some of his experiences of how emerging markets are not just emerging but evolving, too. Carlos Hardenberg Senior Vice President and Managing Director Templeton Emerging Markets Group When we look at the emerging-market companies in which we invest today, they are worlds away from the companies we were analysing a decade or two ago. The landscape of emerging-market corporations in general has undergone a significant transformation from the often plain-vanilla business models of the past that tended to focus on infrastructure, telecommunications, classic banking models or commodity-related businesses, to a new generation of very innovative companies that are moving into technology and much higher value-added production processes. Furthermore, we’re starting to see the establishment of some very strong globally represented brands which originate from emerging-market countries. Back in the late 1990s, when I was starting out in the emerging-market investing world, technology-oriented companies made up only around 3% of the universe, as represented by the MCSI Emerging Markets (EM) Index.1 Even six years ago, information technology (IT) represented less than 10% of investable companies in the index.2 Much has changed since then. Today, around a quarter of the MSCI EM Index is in the IT sector, which includes hardware, software, components and suppliers. And while much of this activity is originating in Asia, including Taiwan, South Korea and increasingly China, we are also seeing similar developments in Latin America, Central and Eastern Europe and even Africa. The IT sector can be a difficult space to understand and value. Business models are rapidly changing as they adapt to the shifting demands of consumers, and respond to new environmental requirements. Thus, one needs to spend more time understanding and evaluating individual companies before investing in the right stocks, also based on desired risk tolerance. Currently, we have identified opportunities among some larger-sized companies, but tend to generally favour mid-sized companies we think have the potential to outgrow the market as a whole. We look for companies we believe have the ability to adapt more efficiently and are more flexible in adjusting to a fast-changing environment, run by flexible and well-incentivised management teams. The Value of Active Management in Emerging-Market Investing While there has been a considerable evolution in the emerging-market investing universe over the last decade, we remain adamant in our belief that emerging markets remain an investment asset class in which active management should play a vital role for a number of reasons. Emerging markets tend to have their own business rules and regulations which affect companies, corporations differ largely in their attitude towards minority investors, governance standards vary significantly and local intricacies determine consumer trends and habits. We often need to develop fairly close relationships to gain a better understanding of business prospects and find successful management teams that respect the rules. We think these factors could be an important consideration as attention returns to emerging markets on the back of the generally improving performances we have seen in these markets recently. After more than three years of languishing at depressed levels, earnings in emerging-market companies are showing signs of recovery, and that is reflected in the attitudes of companies and their management as well as in their financial data. Recently, on a trip to Dubai, my team and I met a range of companies from Africa, the Middle East and other emerging markets, which were far more confident and open in sharing their outlook for the next 12-to-24 months. Even in regions that are still going through a phase of adjustment and rebalancing, we see improving visibility and increasingly evident robust underlying economic conditions such as low debt, stabilizing commodity markets, reduced currency volatility and improving consumer confidence. After a relatively bleak period for emerging markets, it seems that many of the factors that have attracted investors to the asset class, including stronger earnings growth, higher gross domestic product growth levels and far more attractive consumer trends, may be coming back into play. Carlos Hardenberg’s comments, opinions and analyses are for informational purposes only and should not be considered individual investment advice or recommendations to invest in any security or to adopt any investment strategy. Because market and economic conditions are subject to rapid change, comments, opinions and analyses are rendered as of the date of the posting and may change without notice. The material is not intended as a complete analysis of every material fact regarding any country, region, market, industry, investment or strategy. Important Legal Information All investments involve risks, including the possible loss of principal. Investments in foreign securities involve special risks including currency fluctuations, economic instability and political developments. Investments in emerging markets, of which frontier markets are a subset, involve heightened risks related to the same factors, in addition to those associated with these markets’ smaller size, lesser liquidity and lack of established legal, political, business and social frameworks to support securities markets. Because these frameworks are typically even less developed in frontier markets, as well as various factors including the increased potential for extreme price volatility, illiquidity, trade barriers and exchange controls, the risks associated with emerging markets are magnified in frontier markets. Stock prices fluctuate, sometimes rapidly and dramatically, due to factors affecting individual companies, particular industries or sectors, or general market conditions. ____________________________________ 1. Source: MSCI. The MSCI Emerging Markets Index captures large- and mid-cap representation across 23 emerging -market countries. Indexes are unmanaged, and one cannot directly invest in an index. They do not include fees, expenses or sales charges. See www.franklintempletondataservices.com for additional data provider information. 2. Ibid. Investment Adventures in Emerging Markets - Notes from Mark Mobius Mark Mobius, Ph.D., executive chairman of Templeton Emerging Markets Group, joined Templeton in 1987. Currently, he directs the Templeton research team based in 15 global emerging markets offices and manages emerging markets portfolios. As he spans the globe in search of investment opportunities, his “Investment Adventures in Emerging Markets” blog gives readers a taste for what he does, when, where, why and how. Dr. Mobius has written several books, including “Trading with China,” “The Investor’s Guide to Emerging Markets,” “Mobius on Emerging Markets,” “Passport to Profits,” “Equities—An Introduction to the Core Concepts,” “Mutual Funds—An Introduction to the Core Concepts,” ”The Little Book of Emerging Markets,” and “Mark Mobius: An Illustrated Biography."

01 марта, 13:40

Фондовые индексы АТР выросли в среду на фоне укрепления доллара, сильных статданных из КНР

Фондовые индексы АТР выросли в среду на фоне укрепления доллара, сильных статданных из КНР

28 февраля, 17:08

Мобиус: азиатские рынки пойдут в рост

Эйфория наступила на азатских рынках: акции пошли в рост, но раллии в Азии будут продолжаться, несмотря на угрозу со стороны политики Трампа, считает Марк Мобиус, исполнительный председатель Templeton Emerging Markets Group.

28 февраля, 17:08

Мобиус: азиатские рынки пойдут в рост

Эйфория наступила на азиатских рынках: акции пошли в рост, но ралли в Азии будут продолжаться, несмотря на угрозу со стороны политики Трампа, считает Марк Мобиус, исполнительный председатель Templeton Emerging Markets Group.

16 февраля, 21:08

An Emerging-Market Evolution

The way investors think about emerging markets has been evolving—along with the markets themselves. One thing we at Templeton Emerging Markets Group emphasize is that one can’t consider emerging markets as one asset class; the opportunities are very differentiated between regions, countries and markets, with different fundamentals shaping them. Here, I’ve invited Stephen Dover, managing director and chief investment officer of Templeton Emerging Markets Group and Franklin Local Asset Management, to share his view of how emerging markets have changed over time, how he thinks investors should think about them, and where he sees potential opportunities ahead. Stephen H. Dover, CFA Managing Director Chief Investment Officer Templeton Emerging Markets Group and Franklin Local Asset Management I think emerging markets are appropriately named—they are indeed emerging and have changed over time. With these changes, I believe the way people both think about and invest in the asset class also should evolve. One example of the evolution we have seen is in regard to market capitalization (market cap). In 1988, when the MSCI Emerging Markets Index was first launched, just two of the 10 countries in the index—Malaysia and Brazil—represented more than half of the index’s market cap.1 At that time, the entire market cap of the index was about US$35 billion, representing less than 1% of the world’s equity-market capitalization. 2 If we fast-forward to 2016, there were 23 countries in the index, and the market cap had grown to US$4 trillion, representing about 10% of world market capitalization.3 The mix of countries in the index has also evolved over time. In terms of country weights, today, India represents 8% of the MSCI Emerging Markets Index and China—which wasn’t represented at all in 1998—is nearly 27% of the index today. Meanwhile, Brazil’s representation is much less today, at only 8%.4 What constitutes an emerging market has also changed significantly over time, but the waters in emerging markets have not always been very clear. South Korea has been the subject of some debate in this regard. MSCI includes South Korea in the emerging-markets category, while another index provider, the FTSE Russell, considers it a developed market. This issue is quite important, as which countries are in which category and at what percentage in the indexes help determine how many investors position their portfolios. We have seen countries shift in and out of emerging-market status over time. For example, in 2013, MSCI reclassified Greece from developed to emerging-market status, and in 2016, MSCI announced Pakistan will be reclassified this year as an emerging market from frontier status.5 It really boils down to how one defines “emerging market,” and there is some disagreement about exactly what the criteria should be. MSCI and FTSE have their own criteria for inclusion in a particular index, including explicit requirements for market size and liquidity, a country’s openness to foreign ownership, foreign exchange and other aspects. If you were to follow the World Bank’s standards as to which countries are classified as “high-income” to determine developed-market status, you’d wind up with a very different set of constituents than the index providers—for example, Qatar’s per-capita income ranks above that of Australia, Denmark and the United States.6 That said, we at Templeton Emerging Markets Group are active managers and not confined to a particular benchmark classification or index weighting when we make our investment decisions. We employ a bottom-up approach and focus on the fundamentals we see in individual companies. We may even invest in a company that is located in a country considered to be developed—if the bulk of its profits come from emerging markets. Emerging Markets—Taking a Bigger Piece of the World’s Pie While emerging markets currently represent at least 10% of the world’s stock-market capitalization (based on MSCI indexes), in our various discussions with investors, we have found most have a smaller percentage of their portfolios invested in emerging markets. And worth noting, the 10% figure represents the traditional MSCI indexes—other measures of emerging-market capitalization show emerging markets more broadly represent an even higher percentage. We also have found that even though the world has become much more globalized, many investors still exhibit a “home-country bias,” investing solely within their own borders even if markets elsewhere look more promising. We see room for growth in the emerging-markets realm—and a great potential opportunity for diversification that many investors aren’t even considering. We also see many potential opportunities within frontier-market countries, many of which aren’t even included in global indexes. These markets represent a smaller subset of emerging markets that are even less developed, and include most countries on the African continent. Looking at other measures, we can see just how important emerging markets are to the global economy. Today, emerging markets represent nearly 50% of the world’s gross domestic product (GDP) measured in nominal terms (nearly 60% when using purchasing-power parity) and account for nearly 80% of global GDP growth.7 Changing Economies Emerging markets have also undergone structural changes. Over the past three decades, emerging markets largely achieved their phenomenal growth through exports—and many people have associated these markets with commodities. While many emerging-market countries still rely on exports, these economies are radically changing. As recently as 2008, commodities and materials stocks constituted 50% of the components of the MSCI Emerging Markets Index. Today, that category represents about 15% of the stocks in the index. To us, what’s really exciting about this shift is that it opens up many more investment opportunities that are focused on consumption and services. Many investors may not realize that some very sophisticated information technology companies are based in emerging markets. In 2008, information technology (IT) companies represented about 7% of the MSCI Emerging Markets Index, and today, the sector represents 24% of the index—in fact, the top four constituents by weight are IT companies. Consumer/consumption-oriented stocks represented 7% of the index in 2008; today their weighting is 17%. So it is really not accurate to say emerging markets are pure commodity plays anymore, even though many people still consider them to be... Investment Adventures in Emerging Markets - Notes from Mark Mobius Mark Mobius, Ph.D., executive chairman of Templeton Emerging Markets Group, joined Templeton in 1987. Currently, he directs the Templeton research team based in 15 global emerging markets offices and manages emerging markets portfolios. As he spans the globe in search of investment opportunities, his “Investment Adventures in Emerging Markets” blog gives readers a taste for what he does, when, where, why and how. Dr. Mobius has written several books, including “Trading with China,” “The Investor’s Guide to Emerging Markets,” “Mobius on Emerging Markets,” “Passport to Profits,” “Equities—An Introduction to the Core Concepts,” “Mutual Funds—An Introduction to the Core Concepts,” ”The Little Book of Emerging Markets,” and “Mark Mobius: An Illustrated Biography."

26 января, 23:43

Celebrating a 30-Year Anniversary

This month marks my 30-year anniversary with Templeton Emerging Markets Group! The opportunity to open up new emerging markets, learn about new industries, meet wonderful people around the world and most of all be part of the Templeton emerging-markets family has been a real blessing. This anniversary had me thinking about the many ways the world—and emerging markets—have changed over the past three decades. I am known around the world as a pioneer in the world of emerging-market investing, going places many tourists and investors alike often fear to tread. As such, I have been given some colorful nicknames over the years, including “The Indiana Jones of Emerging-Market Investing,” which I actually find flattering. That said, I am not a lone-wolf type action hero. I have had the support and great pleasure of working with a large team over the years and wouldn’t have achieved the success I have had without them. So much has happened over the past 30 years within the markets and our team, including the recent change of Stephen Dover taking over my CIO responsibilities of Templeton Emerging Markets Group in 2016. Even though Stephen has taken on the day-to-day management of the team, I continue to serve as executive chairman and enjoy my work exploring and sharing my views on emerging markets on behalf of Franklin Templeton. I have no plans to stop! I grew up in New York, and when I first graduated from college and went out in search of work, I contacted alumni who I hoped might help me find a professional job. I didn’t directly ask them for a job, but rather, for their advice on how to build a career. They were all gracious and their words still resonate with me. One consultant I visited had a plaque on his desk that I will never forget. It explained the success of his very prosperous firm. It said: “There is no limit to how far you can go as long as you don’t mind who gets the credit.” In a succinct and eloquent way it conveyed the most elemental truth: Your success depends on the success of other people around you, and by helping them succeed you also succeed. Meeting My Mentor: Sir John Templeton In the 1970s and early ’80s, I had been working as an analyst and broker in Asia and traveled periodically to Nassau in the Bahamas, where the legendary investor Sir John Templeton was based. During one of my presentations to the Templeton portfolio teams, he and I first became acquainted. One day he approached me to lead his new emerging-markets team and manage a new emerging-markets fund he was starting. The investment potential of developing markets had been recognized for a long time, but the actual birth and classification of emerging markets as an investment category in a more formal or recognized way probably could be tied to an event in 1986. The International Finance Corporation (IFC), a World Bank subsidiary, engaged in a campaign to encourage capital market developments in the less-developed countries, which had often been given unflattering designations such as “third-world” nations. At that point in time, a handful of institutional investors invested US$50 million in an emerging-markets strategy at the behest of the World Bank’s IFC. A year later, in 1987, MSCI developed its first emerging-markets indexes.1 In 1987, while working for Templeton, our fund became the first of its kind to be listed on the New York Stock Exchange, opening the world of emerging markets to mainstream investors. Back then, we had only a handful of markets to invest in. Today, the team, known as Templeton Emerging Markets Group, operates as part of Franklin Templeton Investments and we invest in more than 60 countries around the globe. When we started managing emerging-market portfolios, it was a difficult time to invest in many respects. Although there were many emerging-market countries in Asia, Africa, Latin America and Europe that looked exciting to us, very few of them were actually open to foreign investment. There were strict foreign exchange controls and limitations, in addition to a plethora of problems with market liquidity, corporate governance and safekeeping of securities. We were there at the start of many exciting developments, which included the opening of many markets to wider foreign investment. In the past 30 years, we’ve also seen the end of apartheid in South Africa, easier access to eastern European economies (including Russia), the opening up of India to foreign investment and, of course, China’s embrace of capitalism and rapid urbanization. Today we can invest in a wide variety of emerging markets around the world, as well as a host of “frontier markets,” a designation given to the lesser-developed subsector of emerging markets, which includes the majority of the African continent. We are very excited about the potential for these frontier countries in the next 30 years, as many are growing at a rapid pace and quickly assimilating the latest technological advancements, particularly in mobile finance and e-commerce. Generally, more youthful and growing populations mean consumer power has been on the rise, with a growing middle class. Keep Asking “Why?” In my investment career, I’ve found that you need to keep on asking the question: “Why?” Why is that person doing what he is doing? Why is that company making those decisions? What is behind them? By asking such questions, I’ve been able to miss a lot of possible disasters. Asking questions can be uncomfortable, but pioneers in any field have to get used to stepping outside the comfort zone. While the markets have changed quite a bit since I first met the late Sir John, our core investment philosophy remains true to his enduring approach. Sir John made his foray into Japan in the 1950s, which at the time, was considered a poor and developing country. He bravely invested there and other places in the world where others were not. He taught me many things, but one thing that I have certainly embodied is... Investment Adventures in Emerging Markets - Notes from Mark Mobius Mark Mobius, Ph.D., executive chairman of Templeton Emerging Markets Group, joined Templeton in 1987. Currently, he directs the Templeton research team based in 15 global emerging markets offices and manages emerging markets portfolios. As he spans the globe in search of investment opportunities, his “Investment Adventures in Emerging Markets” blog gives readers a taste for what he does, when, where, why and how. Dr. Mobius has written several books, including “Trading with China,” “The Investor’s Guide to Emerging Markets,” “Mobius on Emerging Markets,” “Passport to Profits,” “Equities—An Introduction to the Core Concepts,” “Mutual Funds—An Introduction to the Core Concepts,” ”The Little Book of Emerging Markets,” and “Mark Mobius: An Illustrated Biography."

05 января, 22:53

Vietnam’s Transformation

In just a few decades, Vietnam has undergone a dramatic transformation, from an agrarian society to one that has embraced the modern era. Its youthful population and growing middle class have helped drive solid growth—and opportunities for many global investors. This up-and-coming market hasn’t fully embraced capitalism—it remains a Communist state—but it has managed to achieve an interesting balance. There has been a bit of buzz about Vietnam among investors in the past few years, but given the election of Donald Trump as the next US president, the Trans Pacific Partnership (TPP), of which Vietnam would have been a key beneficiary, seems even less likely to move forward. However, new trade deals are in the works—including the Regional Comprehensive Economic Partnership (RCEP), which Vietnam has joined along with nine other members of the Association of Southeast Asian Nations as well as Australia, China, India, Japan, Republic of Korea and New Zealand. And, there could be new, bi-lateral trade deals in the future. Nevertheless, I believe Vietnam remains an attractive destination for both investors and tourists, and we think its future looks bright. I recently had the opportunity to visit Vietnam and see the latest wave of changes taking place. Vietnam has seen strong economic growth, with gross domestic product (GDP) growth averaging just shy of 7% from 2000–2015.1 This economic boom has also boosted consumer buying power. In 1990, gross national income (GNI) per capita was US$910, but by 2015, it had risen to $5,690.2 During my recent trip to Vietnam, I found tremendous opportunities in the consumer sector as a result of this rise in income levels. For example, we visited a dairy company and learned that while per-capita milk consumption in the United States has been above 100 liters per person per year, and in China it was 30 liters, in Vietnam it was only 16 liters. However, that number has been growing very quickly, and it’s no wonder the milk company we visited in Vietnam has seen profit growth every year for the last five years. The company produces fresh raw milk from local cows as well as reconstituted milk from powder, condensed milk, baby formula and yogurt. The company exports its products not only to its neighbors in Asia but also to some markets in the Middle East. Many companies in Vietnam are government-majority owned, but privatization is expanding with plans to publicly list shares of a number of companies in the future. Some will initially be listed on the Ho Chi Minh Stock Exchange’s secondary exchange, the UPCoM, which has less stringent disclosure requirements, but we think eventually many companies will likely be required to list on the main board and institute broader disclosure. We believe the sale of some state-owned enterprises should help lower Vietnam’s rising national debt, but foreign direct investments are strong, and industry and exports are doing well. As services (including tourism) represent more than 40% of Vietnam’s GDP, it is the area we are most interested in.3 Phu Quoc Island To study Vietnam’s tourist industry, my colleagues and I flew down to Phu Quoc Island off the coast of southern Vietnam. We landed at a new, modern airport capable of handling a growing influx of both local and foreign tourists. Local tourists can fly from Ho Chi Minh City for the equivalent of only US$30 to US$50 one way on Vietnam’s low-cost airline. While travel regulations can be tricky and ever-changing, today, foreign tourists can stay between 15 to 30 days without a visa in Phu Quoc, which is a unique concession not available for visitors to other parts of Vietnam. During our stay, we drove and cycled from one end of the island to the other and found a construction boom under way with new hotels, apartments, villas and a spectacular cableway under construction linking the island with other smaller islands. Phu Quoc itself is a large island (574 square kilometers compared with Singapore’s 719), and Vietnam’s government has designated it for tourist development. We drove to our hotel on a new four-lane highway, and as we toured the island we saw construction of a new north-south four-lane highway under way as well. The government has spent over US$1 billion thus far for infrastructure on the island, including more than US$700 million on the airport where we arrived. According to regional news reports, through summer of 2016, the government had approved and licensed more than 160 projects involving a total investment of more than US$6 billion. As a microcosm of the country as a whole, Phu Quoc has seen quite a transformation when we consider its history as a place of refuge. The island was also once a prison camp used during various regimes, from the French colonial period through the Vietnam War. One of the tourist attractions is a prison camp/museum, complete with barbed wire, guard towers, and models of guard soldiers and prisoners. The island is also famous for its fish sauce and for peppercorns; which we saw growing on vines around the island. Tourism is transforming the island’s economy, which had previously subsisted on fishing and the aforementioned peppers and fish sauce. A major Vietnamese developer constructed a huge complex at the northern part of the island, including 1,000 hotel rooms, 1,000 villas, a safari park (apparently one of the world’s largest), a water park and an amusement park featuring many types of roller coasters and other stomach-churning rides. There is also a 27-hole golf course, an international hospital and facilities for what could become a major casino. Another developer is building a complex on the southern part of the island, which includes a spectacular cable car that crosses the sea to neighboring islands. We also saw other new hotels being built along the beach. A pearl farm has also been introduced, so we saw a number of shops promoting the local pearls. Touring the villages around the island we noticed there was still a dire need for better roads and facilities. The influx of tourists and construction of high-end facilities to accommodate... Investment Adventures in Emerging Markets - Notes from Mark Mobius Mark Mobius, Ph.D., executive chairman of Templeton Emerging Markets Group, joined Templeton in 1987. Currently, he directs the Templeton research team based in 15 global emerging markets offices and manages emerging markets portfolios. As he spans the globe in search of investment opportunities, his “Investment Adventures in Emerging Markets” blog gives readers a taste for what he does, when, where, why and how. Dr. Mobius has written several books, including “Trading with China,” “The Investor’s Guide to Emerging Markets,” “Mobius on Emerging Markets,” “Passport to Profits,” “Equities—An Introduction to the Core Concepts,” “Mutual Funds—An Introduction to the Core Concepts,” ”The Little Book of Emerging Markets,” and “Mark Mobius: An Illustrated Biography."

28 декабря 2016, 10:23

Крепкий доллар и Китай — ключевые проблемы для мировой экономики в 2017 году

В 2016 году на развивающиеся рынки наибольшее влияние оказали колебания валютных курсов на фоне референдума по вопросу Brexit и выборов в США. Для инвесторов этот год оказался довольно непредсказуемым. В 2017 году влияние этих факторов сохранится. Как прогнозирует Bank of America, экономический рост на развивающихся рынках будет на уровне 4,7%. Рост в Латинской Америке должен составить 1,5%. В том, что касается России, аналитики полагают, что рост цен на нефть позволит укрепить рубль.

21 декабря 2016, 17:53

Мобиус: развивающиеся рынки остаются выгодными

Риски на развивающихся рынках могут расти, но в то же время такие рынки предоставляют ряд интересных возможностей, считает Марк Мобиус, исполнительный председатель Templeton Emerging Markets Group.

21 декабря 2016, 17:53

Мобиус: развивающиеся рынки остаются выгодными

Риски на развивающихся рынках могут расти, но в то же время такие рынки предоставляют ряд интересных возможностей, считает Марк Мобиус, исполнительный председатель Templeton Emerging Markets Group.

13 декабря 2016, 19:26

Focusing on Fundamental Improvement

I’m fortunate to be able to work with an outstanding team at Templeton Emerging Markets Group, which includes individuals with diverse backgrounds and areas of expertise. My colleague Carlos Hardenberg is a key member of our team and brings a wealth of experience as a research analyst, portfolio manager and world traveler who has lived in several different countries. I thought I’d invite Carlos to share his perspective on the opportunities and challenges he sees in emerging markets today and as we head into 2017. Carlos Hardenberg Senior Vice President and Managing Director Templeton Emerging Markets Group A cloud of skepticism still appears to be hanging over emerging markets, but we think it’s now time to focus on fundamental economic realities. Short-term market volatility aside, over the last couple of months we’ve seen significant improvements across the majority of metrics that we measure in emerging markets, including sentiment. In a number of emerging-market countries in both Latin America and Asia, we see economic activity that is still far below potential, but there have been signs on both the manufacturing and consumer sides that sentiment is improving. This is especially true in countries in Asia that have adopted reform processes, such as Indonesia and India. In India, in particular, we think that recent developments undertaken by the Narendra Modi-led government have shown it is really willing and able to implement reforms. Reforms appear to be on the agenda for China too, although in our view China is very good at making eye-catching announcements but perhaps not as good at delivering on the execution of all of its plans, notably in the field of privatization and other public sector reforms. Commodity Pricing Has Supported Improving Export Levels There is now clear evidence that export levels have been generally improving in emerging markets. Many countries have benefited to a great extent from commodity prices, which have been at more reasonable levels than in the past. Certainly, lower commodity prices are hurting businesses running a high-cost-base operation, but they have benefited those markets that are investing in infrastructure, especially the big consumer markets purchasing cheaper commodities. Lower commodity prices also have translated directly into better current account balances for almost all emerging markets. Don’t Underestimate Current Account Balance Improvement We think one should not underestimate the implications of the very sharp improvement in emerging-market current account balances, especially in the face of potentially rising US interest rates. In particular, we believe that the healthier shape of current accounts could serve as a significant mitigating factor for emerging-market currencies generally against the vulnerability associated with the higher cost of refinancing in hard currency should the US Federal Reserve (Fed) embark on a rate-raising path. It’s a further positive sign, in our view, that overall debt levels are low in emerging markets and that in many cases we’ve seen a gradual reduction in interest rates—notably in Brazil and a number of Asian countries. Of course, there are some exceptions; some countries haven’t done their homework, in our view. Impact of Rising US Interest Rates Our research shows that if one looks back at periods of previous US interest-rate increases (for example between 1998 and 2000 or 2003 and 2007) underlying emerging-market currencies rallied.1 It’s a similar story for emerging-market equities. In regard to emerging-market equities, the trend generally appears to be a period of weakness up to the actual event of the first increase in interest rates. Once that event has been priced in and absorbed, then in general emerging markets (six out of seven cases as reflected in the chart below) have been able to advance. Our opinion is that current market conditions—notably in terms of relative valuation, relative debt levels and current account balances in emerging markets—would support this scenario again should the Fed tighten rates.   How Does Economic Good News Translate to Corporate Earnings? Notwithstanding the raft of generally positive fundamental economic data, earnings at the corporate level in emerging markets have been through a weak period recently—almost all emerging markets have observed a contraction in absolute terms, and many have seen a contraction in relative growth—but for the first time in five years, we have begun to see a potential turnaround. An analysis of third-quarter 2016 reported results indicates that emerging-market corporate earnings outpaced developed countries by a wide margin and have begun to outpace their own five-year history. We have a fairly optimistic view of the nearer-term quarters from an earnings perspective and believe next year should be another supportive year for the corporate earnings recovery in emerging markets, albeit coming from a fairly low base.   Emerging economies in general are some of the world’s most vibrant and fastest-growing economies. However, we believe the challenges faced by some countries, sectors and companies—such as commodity or utility firms and the Chinese financial or real estate sectors—have at times obscured in investors’ minds the interesting opportunities within the emerging-markets space. Carlos Hardenberg’s comments, opinions and analyses are for informational purposes only and should not be considered individual investment advice or recommendations to invest in any security or to adopt any investment strategy. Because market and economic conditions are subject to rapid change, comments, opinions and analyses are rendered as of the date of the posting and may change without notice. The material is not intended as a complete analysis of every material fact regarding any country, region, market, industry, investment or strategy. Important Legal Information All investments involve risks, including the possible loss of principal. Investments in foreign securities involve special risks including currency fluctuations, economic instability and political developments. Investments in emerging markets, of which frontier markets are a subset, involve heightened risks related to the same factors, in addition to those associated with these markets’ smaller size, lesser liquidity and lack of established legal, political, business and social frameworks to support securities markets. Because these frameworks are typically even less developed in frontier markets, as well as various factors including the increased potential for extreme price volatility, illiquidity,... Investment Adventures in Emerging Markets - Notes from Mark Mobius Mark Mobius, Ph.D., executive chairman of Templeton Emerging Markets Group, joined Templeton in 1987. Currently, he directs the Templeton research team based in 15 global emerging markets offices and manages emerging markets portfolios. As he spans the globe in search of investment opportunities, his “Investment Adventures in Emerging Markets” blog gives readers a taste for what he does, when, where, why and how. Dr. Mobius has written several books, including “Trading with China,” “The Investor’s Guide to Emerging Markets,” “Mobius on Emerging Markets,” “Passport to Profits,” “Equities—An Introduction to the Core Concepts,” “Mutual Funds—An Introduction to the Core Concepts,” ”The Little Book of Emerging Markets,” and “Mark Mobius: An Illustrated Biography."

07 декабря 2016, 16:16

Мобиус предсказал ослабление доллара из-за политики Трампа

Курс доллара в 2017 году может снизиться на фоне увеличения расходов администрации президента США Дональда Трампа на оборону и инфраструктуру, считает глава инвестфонда Templeton Emerging Market Group Марк Мобиус. Ослабление американской валюты положительно скажется на развивающихся рынках.

30 ноября 2016, 12:01

Финансовая аналитика от Альпари: Мобиус посоветовал инвестировать в Россию в ожидании президентства Трампа

Известный гуру рынка акций Марк Мобиус уверен, что реализация политики Дональда Трампа приведет к ослаблению доллара и новому росту на развивающихся рынках. Он советует инвесторам выделить не менее 30% своих портфелей на покупки на развивающихся рынках. По его мнению, реализация экономической программы Трампа, предусматривающей резкое увеличение расходов на строительство дорог, мостов, аэропортов и другие инфраструктурные проекты, приведет к снижению курса доллара. В этой ситуации инвесторы должны вкладываться в Россию, Китай, Индию и Бразилию, считает Мобиус. Подробнее читайте на нашем сайте www.oilru.com

29 ноября 2016, 18:22

Мобиус посоветовал инвестировать в Россию в ожидании президентства Трампа

Марк Мобиус уверен, что реализация политики Дональда Трампа приведет к ослаблению доллара и новому росту на развивающихся рынках. Он советует инвесторам выделить не менее 30% своих портфелей на покупки на развивающихся рынках Подробнее читайте на нашем сайте www.oilru.com

29 ноября 2016, 16:20

Мобиус посоветовал инвестировать в Россию в ожидании президентства Трампа

Марк Мобиус уверен, что реализация политики Дональда Трампа приведет к ослаблению доллара и новому росту на развивающихся рынках. Он советует инвесторам выделить не менее 30% своих портфелей на покупки на развивающихся рынках

29 ноября 2016, 15:21

Марк Мобиус призвал инвестировать в Россию

Инвесторы должны обратить внимание на Россию, Китай, Индию и Бразилию и разместить как минимум 30% своего портфеля на развивающихся рынках, цитирует Bloomberg главу инвестфонда Templeton Emerging Market Group Марка Мобиуса.

26 ноября 2016, 14:18

Русская «щебёнка» для небоскребов Трампа

Для строительства новой экономики 45-у президенту США потребуются материальные ресурсы нашей страны

13 ноября 2016, 06:58

Трамп может заключить новое торговое соглашение с Россией

В последние несколько дней многие политические деятели, аналитики, эксперты и бизнесмены мучаются в догадках, как же сейчас изменятся отношения США с Российской Федерацией.

12 ноября 2016, 21:42

Марк Мобиус допустил заключение нового торгового соглашения России и США

Дональд Трамп на посту президента США может заключить с Россией новое торговое соглашение, считает один из самых известных в мире инвесторов в развивающиеся рынки Марк Мобиус.

12 ноября 2016, 16:48

Марк Мобиус: Трамп может заключить новое торговое соглашение с Россией

Американский бизнесмен и инвестор в развивающиеся рынки мира Марк Мобиус в своем блоге предположил, что Дональд Трамп сможет достичь соглашения о торговле с Россией на посту президента США. "Будучи бизнесменом, Трамп, скорее всего, ...

24 сентября 2014, 06:51

Кто делал из Гиркина Стрелкова и зачем? И за что его и Бородая убрали из Новороссии.

Бэкграунд Стрелкова и Бородая, как зеркало большой игры   Игорь Иванович Стрелков (Игорь Всеволодович Гиркин, 17.12.1970) – родился и вырос в Москве, увлекается военной реконструкцией и историей Белого движения. Закончил Московский государственный историко-архивный институт. Принимал участие в военных действиях в Приднестровье, в Боснии и в Чечне. В конце 90-х вместе с Бородаем работал корреспондентом газеты «Завтра», в 2011 был корреспондентом «ANNA-NEWS» в Абхазии. На пресс-конференции 10 июля 2014 года Стрелков сказал, что он полковник ФСБ, ушедший в отставку 31 марта 2013 года.  Александр Юрьевич Бородай (25.07.1972) – родился и вырос в Москве, закончил философский факультет МГУ. Принимал участие в составе одной из боевых групп в событиях сентября-октября 1993 года в Москве на стороне Верховного совета РСФСР, на пресс-конференции 10 июля 2014 года заявил, что воевал в Приднестровье. С середины 90-х годов печатается в газете «Завтра», занимается Pr и политическим консультированием. На момент начала войны в Новороссии был консультантом по пиару и возглавлял интернет-телеканал «День ТВ». Первая общая черта – они оба родились и выросли в Москве, получив гуманитарное образование, и никак не были связаны с Донбассом, оказавшись, тем не менее, во главе ДНР. На пресс-конференции 10 июля 2014 года Стрелков и Бородая заявили, что они познакомились в 1996 году на квартире у общей знакомой. Вторая общая черта – Стрелков и Бородай давние друзья, знакомые с 1996 года. Стрелков и Бородай неоднократно декларировали свои радикально-белые взгляды: Стрелков: «Хам — это всего лишь орудие… страшное и ржавое, но не более. Рука, управляющая этим орудием, скрыта за кулисами. Россия погибла из-за того, что Хама тщательно выпестовали и выпустили на волю, объяснив ему, что он — «соль земли» и «право имеет». Я неоднократно расписывался в уважении к Русскому Корпусу в Югославии. По моему глубоком убеждению, большевистская власть по сей день остается в России. Да, она мутировала почти до неузнаваемости. Да, формальная идеология этой власти сменила знак на прямо противоположный. Но она остается неизменной в основе: в своей антирусской, антипатриотической, антирелигиозной направленности. В ее рядах — прямые потомки тех самых людей, которые делали революцию 17-го. Они просто перекрасились, но сути не изменили. Отбросив идеологию, мешавшую им обогащаться и наслаждаться материальными благами, они остались у власти. В 1991 году был переворот. Контрреволюции до сих пор не состоялось. Голосовать на этих выборах [2011-2012 год] можно за кого угодно — они ничего не решают. Впереди — новая схватка. Стране она обойдется очень недешево, но лучше сгореть, чем сгнить. Где-то год назад, озверев от безнадеги, пробежался по вероятным спонсорам «патриотического проекта» — был в частности у г-на Юрьева (один из спонсоров «Проекта Россия», через Мишку Леонтьева на него выходил — по Чечне с ним знакомы) — все без толку — выслушал и «поклялся а вечной верности Путину». Еще кое с кем общался — результат тот же. Буквально перед НГ спять встречался с Мишкой по частному поводу — он в пьяном бреду трепался про то, что «через полтора года власть будет валяться на земле и некому будет ее поднять». Трепло он известнее, но все же настораживает такое заявление этого «верного путинца». Кое-кто из моих друзей-приятелей занимается «украинским проектом» и пытается его провернуть как-нибудь на что-то более реальное, чем тупой «распил» выделенных на это Старой Площадью бабок (для чего этот проект, собственно, и придуман, к сожалению). Не очень верится, но все же, если поднапрячься, возможен «Приднестровский вариант» — как думаешь? В России же, похоже, сейчас ни хрена не сделать — нет конфликта, кет катализатора (Кавказ не в счет — «отвлечение на ложный объект»), все плотно контролируется. И имей в виду на всякий случай, что десяток-другой «ветеранов» с реальным опытом и готовностью «рискнуть всем” в «час X» собрать смогу» Справочно, Русский Корпус в Югославии – это белогвардейцы, пошедшие на службу к Гитлеру, и жестоко подавлявшие антифашистское сопротивление сербов. Русский Корпус в Югославии входил в состав Вермахта и РОА. Прокляв революцию 1917 года и расписавшись в уважении к нацистским карателям, Стрелков заявляет, что нынешняя власть – это де-факто большевики. Так же весьма существенно заявление Стрелкова о личном знакомстве с Юрьевым, которому он предлагал организовать антипутинскую «движуху», заявляя о готовности принять в ней самое непосредственно участие. Эти заявления особенно ценны тем, что они сделаны Стрелковым в качестве полуанонимного и никому неизвестного реконструктора на форуме, а не раскрученной публичной фигуры. «ТАСС-Аналитика»: «Но, с другой стороны, среди некоторой части наших граждан есть интерес к генералу Власову…» Бородай: «Да есть часть патриотов, которые активно интересуются коллаборационистами и рассматривают Вторую мировую войну как продолжение гражданской. Ведь немалое число советских граждан повернуло винтовки против Советской власти. Речь не только о генерале Власове, но и о таких явлениях, как Локотская республика, дивизия Каминского и других. Это - идеалы некоторой части патриотов. И здесь они, конечно, входят в противостояние с патриотами-сталинцами» Бородай 21 февраля 2014 года (т.е. в момент кульминации кровавого Евромайдана) прямо называет власовцев и других коллаборационистов патриотами и осуждает антифашистский пафос Антимайдана, де-факто заявляя, что на Украине было противостояние оппозиции и власти, а не фашистский мятеж. Третья общая черта – радикально-белые настроения и симпатии к власовцам. В конце мая публикуется «переписка Стрелкова» (чью почту как бы сломали), где сам Стрелков пишет: «Уволен в запас по сокращению штатов в звании полковника. Оформляю пенсию. С весны работаю начальником службы безопасности в фирме «Маршал-Капитал» у Константина Малофеева» - подобные вбросы всегда являются проблематичным источником, и мы бы даже не стали на них ссылаться, если бы не несколько обстоятельств: Во-первых, приведенная в переписке фактура отчасти совпадает с заявлениями Стрелкова: он говорит, что был полковником ФСБ и 31 марта ушел в отставку, и в переписке сказано, что он полковник ФСБ, отправленный в отставку весной. Но и этого обстоятельства для серьезного рассмотрения данной информации было бы недостаточно, не появись и другие публичные подтверждения. Во-вторых, известный православный олигарх Малофеев, в интервью «Forbes», отрицая факт работы Стрелкова начальником его службы безопасности, заявляет следующее: «Это может быть правдой. И в Киеве, и в Симферополе, и в Севастополе охраной Даров занимались многие добровольцы, и среди них мог быть Гиркин. Обеспечить безопасность во время этого мероприятия было для нас очень важно». Т.е. мы можем уверено говорить о том, что Стрелков обеспечивал безопасность (разумеется в качестве добровольца) на мероприятиях Малофеева. В том же интервью Малофеев говорит о Бородае следующее: «Александр Бородай, действительно, до назначения на нынешнюю должность являлся моим консультантом по пиару, мы с ним работаем около трех лет. Он вел ряд проектов, связанных с деятельностью как «Маршала», так и Фонда Святителя Василия Великого. Я хочу пожелать ему удачи в его дальнейшей работе, но, конечно, в новом статусе он не сможет продолжать консультировать меня по пиару. Очень жаль, потому что он был прекрасным специалистом, на мой взгляд, одним из лучших в России. Он был консультантом не в персональном качестве, а представлял свою компанию, с которой контракт не расторгнут и с которой, думаю, я буду продолжать работать, но, во всяком случае, не с Александром... Я знаю только, что они [Бородай и Стрелков] друзья.» Таким образом в сюжет Стрелкова-Бородай образуется четвертая общая черта – Малофеев, чья фигура требует дополнительного рассмотрения.  Константин Малофеев — основатель инвестиционной группы «Маршал Капитал», крупнейший миноритарий и член совета директоров «Ростелекома», председатель Попечительского совета «Фонда Василия Великого», начинал свою деятельность в компании «Ренессанс Капитал» у Бориса Йордана. Малофеева часто называют «православным рейдером», см. подробнее об этом здесь. Вот что пишет о Малофееве журналист Олег Кашин (в целом Кашин очень хвалит Стрелкова): «Самого Малофеева все мои собеседники описывали одинаково – да, он искренне и всерьез помешан на духовности, державности, военной истории, у него огромная библиотека исторической литературы, еще в девяностые годы он был активным православным деятелем в Петербурге, общался с покойным ныне митрополитом Иоанном (Снычевым), имевшим в те годы репутацию открытого фашиста (ближайший соратник митрополита Константин Душенов отсидел в тюрьме по 282-й «экстремистской» статье), а после смерти митрополита Малофеев от церковных дел отошел, подружился с Александром Дугиным, потом с кем-то еще, и к началу десятых годов, параллельно своей карьере профессионального миноритария, превратился в ярчайшего представителя социальной группы «православные бизнесмены» – по словам знакомых с ним людей, могут быть вопросы к тому, каким способом он зарабатывает свои деньги, но нет вопросов к тому, как он их тратит – церкви, школы, исторические исследования и так далее. Человек, готовый тратить любые деньги на то, чтобы Россия стала похожей на ту, «которую мы потеряли» и о которой любит писать сайт «Спутник и погром»... знакомый из «Правого сектора» рассказал, что одним из спонсоров предвыборной кампании лидера этой организации Дмитрия Яроша стал крупный российский бизнесмен Константин Малофеев» Важная деталь – этот текст Кашин писал по итогам своей командировки в Крым, куда он ездил от лица «Спутника и Погрома» (Просвирнин утверждал, что Кашин работал на него бесплатно, расходы были только на оплату дороги). Александр Дугин так же является знаковой для процесса в ДНР фигурой, об этом написана серия статей с богатейшей фактурой: раз, два, три.  Мы лишь коротко напомним, что рассуждающий на тему «Русские патриоты близки к тому, чтобы отвернуться от Путина» оккультный фашист Дугин: - Вовсе не скрывает своих взглядов, цитируем: «Фашизм интересует нас с духовной, идеалистической стороны, как идеология, пытающаяся через обращение к национальному фактору преодолеть классовое противостояние в обществе»; - Является членом «Черного Ордена SS»; - Теснейшим образом связан с Губаревым (человек Дугина Александр Проселков является советником Губарева + Дугин открыл своей офис на его квартире); - Творит то, что сложно описать словами (посмотрите видео по ссылкам выше); - И, что нас особенно интересует, участвует в международных съездах «Черного интернационала», которые организуется и финансирует все тот же Малофеев. В июне в Вене состоялся организованный и профинансированный Малофеевым съезд «новых правых», который итальянская «La Repubblica» назвала съездом «Черного интернационала» (что в сущности правда). В этом съезде принял участие Дугин и, повторим еще раз, организацию и финансирование съезда «Черного интернационала» осуществлял Малофеев. Позднее Дугин заявил, что Стрелков, Бородай и Малофеев работали в одной связке в Донбассе: «На уровне крупного бизнеса среди православных магнатов, близких к Путину, одной из важных фигур, с самого начала занявшей строго патриотическую позицию, был Константин Малофеев, ранее известный больше своими связями с православной церковью и благотворительными проектами (Фонд Василия Великого)... Он и его близкие друзья и коллеги Игорь Стрелков и Александр Бородай принимали в крымских событиях самое деятельное участие... Этим объясняется и Стрелков и Бородай, вежливые люди в Славянске и сама тематика православия, русской идентичности и евразийской геополитики, которая доминировала в донецкой Революции. Малофеев оказался хотя и теневой, но ключевой фигурой продолжения Русской Весны... мандат Малофеева на Новороссию был отозван». Таким образом, Дугин прямо заявляет, что Бородай, Стрелков и Малофеев являются частью одной команды (близкими друзьями, коллегами и т.д.). И что теневой, но ключевой фигурой этой команды является Малофеев, который имел мандат от Кремля на работу в Донбассе. Этим Дугин объясняет появление Стрелкова и Бородая в ДНР и создание соответствующего идеологического конструкта (который Дугиным описывается весьма лукаво). «Спутник и Погром» (Просвирнин) де-факто стали главными пиарщиками Стрелкова, все эти «300СтрелковцевСлавяноград» и т.п. сделали они:  Т.е. важно, что «Спутник и Погром» (СиП) не просто всячески героизировал Стрелкова на своем сайте, он стал генератором контента в духе «300 стрелковцев», который очень широко пошел по Рунету. До начала антифашистского сопротивления Новороссии, СиП в том же духе героизировал Евромайдан и призывал повторить его в Москве:  Причем повтор Евромайдана в Москве главный редактор «Спутника и Погрома» Просвирнин хотел именно в нацистском ключе, цитируем его статью от 21 января 2014 года: «Ошибка русских ультраправых в том, что они, поставив себя выше общегражданской политической активности, стали ждать какого-то другого, нового протеста, который бы возглавил лично восставший Адольф Гитлер — и тогда десятки тысяч отечественных нацистов не побрезговали бы встать в строй. Украинцы же воскрешения Гитлера ждать не стали (хотя 14/88 на щитах свидетельствует об однозначных симпатиях), а вместо этого просто подмяли протест под себя грубой силой, как это бы сделал, собственно, настоящий Гитлер. Украинские фашисты, украинские нацисты, украинские националисты в решительный час повели себя как настоящие гитлеровцы, не став жеманиться... в буквальном смысле слова повернув курс украинской истории. Русские же фашисты, нацисты и националисты оказались гитлеровцами теоретическими, чтоб там поспорить про расовую теорию — да, а чтоб стащить Немцова со сцены и самому ее занять — нет. В духе царящего в нашем отечестве постмодернизма, официальные политические радикалы как раз оказались абсолютно нерадикальными. Возможен ли Русский Правый Сектор? Наша страна полна множеством правых и ультраправых организаций, из одних лишь футбольных фанатов можно сформировать отдельную штурмовую дивизию. Плюс многочисленные «Русские пробежки», плюс полулегальные группы по борьбе с мигрантами и наркоторговцами, плюс дети Тесака, плюс остатки РНЕ и ДПНИ, плюс казачьи и православные организации (особенно с подчинением РПЦЗ), плюс ультрарадикальные неоязыческие террор-группы, всевозможные Союзы Офицеров (после Квачкова смотрящие на власть известно как) и бесчисленное множество спортивных кружков, клубов и турниров с правым и ультраправым уклоном. Тут не то, что Правый Сектор — целый Правый Фронт сформировать можно, причем после Манежки у русских правых есть опыт неформальной координации и организации митингов, сходов и непубличных драк стенка на стенку. ВСЁ ЕСТЬ». После бандеровского гос. переворота, Просвирнин начал проклинать Украину (именно Украину и украинцев, а не бандеровцев) и всячески навязывал идею отказа от антифашистского духа сопротивления Новороссии, подробнее об этом здесь. Сопротивление Новороссии Просвирнин называет «Русским зверем» (статья опубликована 24 мая 2014): «в основание текста легла работа Майкла Келлога... русские белоэмигранты во многом способствовали радикализации нацизма и смещению его фокуса на антисемитизм. Та пылающая, безумная ненависть к большевикам просто не могла родиться в относительно тепличных условиях Германии, она была принесена с пылающих полей Русской Гражданской. Нацизм, в некотором роде, можно рассматривать как бактерию-носитель вируса священного русского безумия, безумия людей, потерявших всё, опаленных огнем преисподней и иссушаемых жаждой мести. И 22 июня эта месть, этот рессантимент, питавший сердца белогвардейцев, ставших нацистскими идеологами, сочившийся в венах НТСовцев, записавшихся в войска первой линии, бурливший под кожей крестьян и рабочих, что чуть позже уйдут к Дирлевангеру, — эта безумная, черная, всесокрущающая иррациональная месть прорвалась наружу... Само собой, что очень скоро борьба с большевиками вылилась в борьбу с русским народом, войну не с государственным аппаратом СССР, но с населением, опьяневшая от крови германская военная машина зарылась в горы трупов, в войну на уничтожение с самым большим белым народом мира. Войну, которую она не могла выиграть. Но сначала Русский Зверь на мгновение вырвался на свободу, и именно в эти короткие дни Сталин сбежал на дачу, где пил страшно, пил беспробудно... Написать же этот пост меня побудили две вещи: попытки использовать текст о 22 июня для организации информационной кампании против нас и (что более важно) стойкое ощущение того, что Зверь снова просыпается. На этот раз — в выжженных степях Донбасса» Вот как Просвирнин описывает деяния этого «Русского зверя» в своей статье «Тот бесконечный летний день»: «22 июня у нас отмечается как День Памяти и Скорби. Не думаю, что это день памяти и скорби. Это ДЕНЬ ОТМЩЕНИЯ... 22 июня 1941-го года Белая Европа вернулась в Россию. Небо потемнело от самолетов. Земля затряслась от танков. Деревья зашатались от хохота - это хохотали сотни, тысячи чинов Русской Императорский Армии, вступившие добровольцами в Вермахт, СС или создавшие свои подразделения. Белые русские возвращались в красную совдепию. Без жалости. Без пощады. Без сантимента. Без проблеска сочувствия. Партбилет, заветная Книжечка Всевластия, символ принадлежности к высшей советской расе, внезапно превратился в метку обреченного, в которой был записан приговор. Вырезали всех партийных. Сотрудничавших с партийными. Отдаленно похожих на партийных. Пощады не было никому. 70-летние кадровые царские офицеры добровольно записывались в полки рядовыми, лишь бы добраться до коммунистической глотки. Скалившаяся предыдущие 20 лет советская сволочь ощутила на своем горле холодные костлявые пальцы. Русские пальцы. Для немцев это была война за мировое господство и что там еще. Для русских это была война на истребление. Полное. Окончательное. Так, чтобы от красных даже памяти не осталось. Знаменитая зондеркомманда Дирлевангера, самое чудовищное и жестокое подразделение всей Войны, в отдельные моменты на 40% состояло из русских. Фашистские каратели. С рязанскими рожами. Он резали, сжигали заживо и хохотали. Они пили Смерть Красных и не могли напиться, жажда сжигала и сжигала их, гнала от горы трупов к горе, от горы к горе, от горы к горе. От мяса к мясу. И мяса всегда было мало... своей холодной мертвой рукой русский схватится за красное горло именно тогда, летом 41-го. 22 июня. В День Отмщения» Де-факто Просвирнин заявляет, что сопротивление Новороссии – это власовцы и славит их, как власовцев, как бы между делом заявляя, что нацизм есть порождение «священного русского безумия» (и что русские идеологи виновны в Холокосте, т.е. немцы были «распропагандированы» русскими, а сами ничего такого и не планировали). Между прочим, крайне символично то, что подобные заявления (будучи широко засвеченными) не вызвали минимально внятной реакции раскручивающих Стрелкова медиа, которые, наоборот, яростно вступились за Просвирнина («не смейте критиковать Просвирнина за нацизм, он ведь аж целый игрушечный беспилотник в Славянск послал!»). После всего этого Стрелков официально объявляет Просвирнину благодарность и, вызвав волну возмущения, поясняет, что певец власовский Новороссии Просвирнин – это не враг, цитируем: «В связи с резонансом в информационной среде, вызванным моей благодарностью организации «Спутник и Погром», хочу сказать, что мне без разницы кого благодарить, будь-то монархисты, анархисты и так далее, главное, что они оказывают реальную помощь Славянску и не являются врагами» Получив такой мандат от Стрелкова, Просвирнин в эфире «Дождя» заявил, что становление Новороссии разрушит Россию (вспомните его высказыванием: «возможный крах РФ от воссоединения — это не опасность, а БОНУС»), а Стрелков совершит вооруженный переворот, установив в России власть англосаксонской монархии: «Он [Стрелков] распространит фронт на всю Новороссию, после чего России придется трансформироваться... РСФСР [имеется ввиду РФ] начнет распадаться сама под действием этого национального притяжения... Я не думаю, что кто-то за Путина будет воевать против Стрелкова, я думаю, если Стрелков пойдет на Москву, то все соединения будут автоматом переходить на его сторону» «Если бы Стрелкову дали возможность переустроить Россию, то у нас была бы конституционная монархия... Винзоры, естественно – это единственная более ли менее нормальная монархия в современном мире... Майкла Кентского на царство!» По сути, Просвирнин осуществил очень грубую провокацию на разрыв связей между сопротивлением Новороссии и Россией, т.е. сработал на слив Новороссии. Но и это осталось без какой-либо внятной реакции со стороны раскручивающей Стрелкова медиа компании, никто Просвирнина даже не осудил (напомним, что у Стрелкова есть помощник по работе со СМИ Друзь, не говоря уже об огромном числе СМИ, никак этот демарш на «Дожде» даже не прокомментировавших).Весьма существенной является фигура вышеупомянутого Бориса Йордана, у которого начинал свою карьеру Малофеев. Не имея возможности детально рассматривать ее в данной статье, кратко сообщаем, что Борис Йордан, является создателем компании «Ренессанс капитал» и инвестиционной группы «Спутник».  Отец и дед Бориса Йордана служили в карательном Русском корпусе в Югославии (в уважении в которому неоднократно расписывался Стрелков). В последствии семья Йордана эмигрировала в США, где он и родился.  Йордан Алексей Борисович В 1999 году Йордан учредил Фонд содействия кадетским корпусам имени своего деда Алексея Йордана, воевавшего в частях Верхмата. Одним из доноров которого является «Спутник». Ежегодно фонд помогает более чем 60 кадетским корпусам по всей России.Крайне интересен и «Фонд Василия Великого», учредителем и председателем попечительского совета которого возглавляет Малофеев. Генеральным директором фонда является Зураб Чавчавадзе. Который следующим образом отзывается о Стрелкове и Бородае: «Я ведь лично знаю Игоря Стрелкова, а Сашу Бородая я вообще знаю с пеленок, что называется. Мы были очень близкими друзьями с его отцом Юрием Мефодиевичем Бородаем, крупным философом, доктором наук. Сашу я знаю с малых лет, с умилением наблюдал за его взрослением... Именно Бородай меня познакомил со своим самым близким другом Игорем Стрелковым, с которым судьба сдружила его на чеченской войне... Мы много разговаривали с Игорем [Стрелковым, прим. friend], вместе с Константином Малофеевым, объясняли наши позиции, поскольку нам предстояло сотрудничать, когда Стрелков еще до крымских событий вливался в нашу структуру, когда он пришел на работу в наш Фонд Василия Великого. Он сразу вызвал симпатию и у меня, и у Константина, с которым мы обменялись сразу своими впечатлениями. Мы заинтересованно с ним беседовали, нашли много общего. Выяснилось, что Стрелков - монархист, а мы с Константином Малофеевым монархисты убежденные, что называется, со стажем. С Константином я знаком очень давно, с тех пор, как передавал ему, пятнадцатилетнему мальчику ответ на его письмо к Великому князю Владимиру Кирилловичу. Я тогда был активным участником монархического движения. И на фоне всех ссор и дрязг в монархической среде искренняя и чистая позиция юного Кости меня просто подкупила. Я понял, вот он и является настоящим монархистом. Словом, для меня Костя - родной человек. И вот мы вместе с ним говорим: какой удивительный человек Игорь Стрелков!». Пятая общая черта – Чавчавадзе, совсем элитный представитель белой эмиграции, напрямую связанный с Малофеевым и другими элитариями, рассматриваемыми нами в контексте Стрелкова и Бородая. Зураб Чавчавадзе прямо заявляет, что Стрелков работал в «наших структурах», т.е. на Малофеева, Чавчавадзе и др.  Рассмотрение крупной фигуры белоэмигранта Зураба Чавчавадзе потребует работы, несоизмеримо большего объема, чем скромная связка Бородай-Стрелков, поэтому мы ограничимся лишь несколько яркими фактами (яркими мазками). Зураб Чавчавадзе стал одним из подписантов «Открытого письма» на имя Путина, Медведева, Пивоварова, Лаврова, Сванидзе, Собянина, Патриарха Кирилла, Каспарова и т.д. Подробнее об этом написано здесь – «66, или Ультиматум Путину», суть письма в 2-х цитатах: «освободить Красную площадь от кладбища, на котором находятся Сталин и другие соучастники Ленина. Урны с прахом боевых генералов захоронить на мемориальном кладбище под Мытищами... По нашему мнению, необходимо сжечь тело Ленина в Крематории, пепел запаковать в стальной цилиндр и опустить его в глубокую впадину Тихого океана. Если захоронить его на Волковском кладбище в Санкт-Петербурге, то недовольные граждане могут взорвать могилу Ленина, повредив близлежащие могилы... 26–28 октября 2012 года в Санкт-Петербурге состоялся Всемирный Конгресс соотечественников. С приветственным письмом к Конгрессу обратился Президент РФ В. В. Путин и призвал зарубежных соотечественников принять участие в развитии экономики России путем внедрения новых технологий и инвестиций. Но такие просьбы не будут выполнены без вынесения Ленина из Мавзолея и ликвидации кладбища на Красной площади» Более грубый и зарвавшийся шантаж президента России представить себе трудно, желание же вытереть ноги о Победу (даже прах боевых генералов хотели с Красной площади выкинуть) мы не станем комментировать подробно, ибо все предельно очевидно. Стрелков на форуме forum-antikvariat.ru (где он известен по ником Котыч) 24 февраля 2011 года следующим образом высказывался по этому вопросу: «Мумию надо сжечь в крематории. Пеплом зарядить пушку и выстрелить на запад». Родственник Зураба Чавчавадзе – Чавчавадзе Георгий Николаевич был офицером РОА (Вермахта), т.е. власовцем.  «Фонд Василия Великого» был одним из ключевых создателей (спонсоров) «Национальной родительской ассоциации» (НРА), которая в 2013 году с позиций якобы ортодоксального православия лоббировала введение в России ювенальной юстиции, подробнее об этом здесь. «Фонд Василия Великого» тесно сотрудничает с американской организацией «World Congress of Families» («Всемирный конгресс семей»), замыкаясь через него на совсем правые американские круги. Весьма символично, что во «Всемирном конгрессе семей» куратором по России является открытая и очень известная экуменистка Дженис Крауз. В этом же сюжете засвечивается связь рассматриваемого нами субъекта с «American Enterprise Institute» (а это уже совсем-совсем серьезно), подробнее об этом – здесь. Исполнительный директор НРА Комов заявлял, что «Национальная родительская ассоциация» опирается на поддержку «Фонда Василия Великого» и таких крупных бизнес-игроков, как Евгений Юрьев. Шестая общая черта – Юрьев, о близком знакомстве с которым писал Стрелков, Бородая, как пиарщик «Фонда Василия Великого», с высокой вероятностью не совсем чужой человек для финансирующего этот фонд Юрьева. Не говоря уже о достаточно тесной связи между Юрьевым и Малофеевым. Давний знакомый и бизнес-партнер Малофеева Евгений Юрьев – это создатель бизнес-структуры «Атон», которая вместе с международной крупнейшей структурой Franklin Templetone Investment создала структуру «Темплтон». Это тот самый Юрьев, о личном знакомстве с которым пишет Стрелков, называя основателя «Темплтон»: «вероятным спонсорам «патриотического проекта».  Franklin Templetone Investment — огромная инвестиционная корпорация, одна из крупнейших в мире. Специализируется она прежде всего на инвестициях в развивающиеся страны. Причем она осуществляет эти инвестиции так, что они дают до 600 процентов в год [т.е. речь идет о грабеже]. По официальным сообщениям: «На 31 мая 2012 года под управлением «Франклин Тэмплтон инвестмент» находятся активы на сумму 683 миллиарда долларов». Действиями Franklin Templetone Investment на восточно-европейском направлении (и прежде всего, в России) руководит Марк Мобиус.  Инвест стратегию, позволяющую зарабатывать 600% годовых, Марк Мобиус описывается следующим образом: «Акции нужно покупать, когда на улицах льётся кровь... Даже если эта кровь - ваша». Franklin Templetone на сегодня является одним из самых активных инвесторов на украинском рынке, активно приобретая различные активы, в частности, Franklin Templetone скупила 40% госдолга Украины, который должен быть погашен до 2017 года. Т.е. Franklin Templetone Investment никак не заинтересован в развале объекта инвестиций, в то время как очень сильная, но временная дестабилизация ему только на руку (активы можно скупить за бесценок). Приход к формальной власти в ДНР связки Стрелков-Бородай вряд ли мог произойти без плотных контактов с Кремлем, надо отдать должное Бородаю, который говорит об этой связи более чем откровенно: «Без преувеличения, Сурков - наш человек в Кремле».  О том, что именно Суков курирует в Кремле Украину уже сообщают даже СМИ. Еще раз цитируем Бородая: «Сурков - наш человек в Кремле» - де-факто это прямо признание в том, что в Кремле команду руководителей ДНР курирует Сурков.Таким образом складывается следующая картина: 1) Стрелков и Бородай являются давними друзьями со схожими взглядами, в рамках которых они готовы расписываться в уважении к власовцам и называть их патриотами России; 2) Не имея никакого отношения к Донбассу, старые друзья Бородай и Стрелков оказываются во главе ДНР; 3) Они замыкаются на Малофеева и других людей с радикально-белыми, де-факто власовскими взглядами, чьи родители воевали в составе РОА-Вермахта против СССР; 4) Эти люди последовательно выступали не просто за «вынос Ленина» (что не чуждо и нормальным, невласовским белым), но и за отказ от Победы (символом чего является требования выноса праха генералов Победы с Красной Площади). Т.е. де-факто речь шла о тотальной десоветизации, которой настойчиво требует Запад. 5) А за тем они же с православных позиций лоббировали введение ювенальной юстиции (ЮЮ), что опять-таки является требованием Запада (и такое сочетание требований демонтировать Победу и ввести ЮЮ неслучайны). Линия лоббирования ЮЮ засвечивает совсем серьезные связи рассматрваемого нами субъекта с крайне правыми и крайне элитными американским кругами из «American Enterprise Institute»; 6) Все тот же Малофеев является организатором международного съезда «Черного интернационала»; 7) Со слов Бородая, в Кремле куратором руководства ДНР является Сурков; 8) Откровенно провокационный и 100% власовский «Спутник и погром», называющий ополчение «реинкарнацией власовцев», является главным застрельщиком пиара Стрелкова, получая от него благодарности и, по информации сотрудничавшего с Просвирниным Кашина, финансирование от Малофеева; 9) Связка Стрелков-Бородай буквально через одну ступень выходит на крупнейшую международную структуру Franklin Templetone Investment, занимающуюся грабежом развивающихся рынков и владеющей 40% госдолга Украины, которая совершенно не заинтересована в развале Украины (в случае которого погорят их многомиллиардные инвестиции). P.S. Борис Йордан в интервью «Эксперту» (№1, 29.01.2001) очень точно и откровенно описал игру, которую власовский враг ведет в Новороссии: «то, что мой дед не сумел сделать с оружием в руках в рядах Белого движения [Вермахта], я сделал через приватизацию» В качестве вывода мы хотим сказать только одно: власовцы не могут по-настоящему воевать с бандеровцами, они с ними одной крови.

07 марта 2014, 15:07

Мобиус полагает, что эскалация напряженности на Украине маловероятна

Эскалация напряженности на Украине маловероятна в свете стратегической роли этой страны как для России, так и для Евросоюза, написал в своем блоге известный инвестор Марк Мобиус, отвечающий за направление emerging markets в рамках Franklin Templeton Investments. Эта стратегическая значимость обеспечит не только выживание Украины, но и ее стабильность, и потенциальный успех в долгосрочной перспективе, добавил он. Хотя политическая напряженность будет наблюдаться "еще какое-то время", все стороны заинтересованы в "единой и стабильной" Украине, отметил М.Мобиус. Templeton по-прежнему находит привлекательным украинский рынок акций, "видя возможности на уровне отдельных компаний", говорится в блоге. "Считаем, что в связи с большим интересом со стороны России и Запада, Украина, скорее всего, не будет испытывать недостатка финансирования", - написал М.Мобиус. Ни Россия, ни Европейский союз не заинтересованы в нестабильном правительстве на Украине, "принимая во внимание огромные объемы поставок российского газа в Европу через Украину", написал М.Мобиус. По его мнению, финансовая помощь Международного валютного фонда (МВФ) Украине является "единственным реалистичным сценарием". МВФ может упростить условия предоставления нового транша, и "этот вариант также мог бы устроить Россию", добавил М.Мобиус. Среди прочих фондов Templeton М.Мобиус управляет Templeton Russia and East European Fund.

05 марта 2014, 12:30

Зачем PIMCO понадобились "токсичные" активы?

Pacific Investment Management Co. привлек средства клиентов, для того чтобы вложиться в "токсичные" активы, пишут западные СМИ со ссылкой на свои источники. Сейчас самое время для покупки "токсичных" активовТаким образом, Билл Гросс, глава PIMCO, одной из крупнейших в мире компаний по управлению активами, наконец сдался. Он стал, наверно, последним управляющим, который признал, что при доходности десятилетних трежерис в 2,5% покупать нужно акции, а не облигации. Многие коллеги по цеху уже давно сместили свои аппетиты в пользу более высокодоходных активов. Об этом свидетельствуют и последние данные по доходности, согласно которым самый большой фонд PIMCO уступает 70% своих конкурентов. Мало того, что Гросс изменил самому себе, так еще и активы для инвестиций, если верить источникам, выбраны самые что ни на есть "токсичные". Но обо всем по порядку. Речь идет о фонде Bravo II, в который было привлечено ни много ни мало $5,5 млрд. На данный момент он уже закрыт для новых клиентов. Так вот, эти деньги планируется вложить в банковский сектор США и Европы, но это будут не акции или облигации, это будут на самом деле "токсичные" активы, то есть те, от которых банкам в срочном порядке нужно избавиться. Иными словами, списать их со своих балансов. Commerzbank уже успел продать часть просроченных кредитовПо сути, это просроченные кредиты, выданные банками как на покупку жилья, так и на другие цели. Такого "добра" у европейских кредиторов, что называется, выше крыши. Недаром МВФ еще в 2012 г. обязал банкиров избавиться от этих "плохих" кредитов до 2014 г. По подсчетам валютного фонда, тогда объем "мусора" составлял порядка $4,5 млрд. Если взглянуть на календарь, то становится ясно - банки уже выбиваются из графика. Конечно, глупо полагать, что они еще не притрагивались к расчистке балансов, но найти достаточно покупателей на эти активы задача не из легких. Поскольку время на исходе, диктовать цену теперь будут исключительно покупатели. Банки же в свою очередь будут молить о покупке. И все же, это же "токсичный" долг, то есть кредиты, просроченные уже по нескольку раз. Как такой актив может стать хорошей инвестицией? Вероятно, может. Расчет делается на то, что цена, уплаченная за такие активы, ничтожно мала относительно ее номинала, а на фоне восстановления экономики есть шанс, что те безработные, которые и являются должниками, наконец найдут себе новое место на рынке труда и тогда "мертвый" кредит оживет. Платежи по нему быстро сделают такой долг прибыльным для держателя. Среди хедж-фондов есть даже специальная классификация для тех, кто занимается подобными инвестициями. Можно вспомнить, например, как фонд Марка Мобиуса вложился в бонды Греции практически на минимальных отметках. Заработок в итоге превысил 200%. Билл Гросс открывает новые идеиС поиском продавцов у PIMCO проблем возникнуть не должно. Предложение достаточно велико. Так, по информации The Wall Street Journal, Commerzbank в феврале продал свой портфель ипотечных кредитов, выданных в Испании за 710 млн евро. Британский RBS продал портфель кредитов под постройку коммерческой недвижимости хедж-фонду Varde Partners. А частная инвестиционная компания KKR из США совсем недавно завершила переговоры о покупки "токсических" активов у итальянских банков Intesa Sanpaolo и UniCredit. Остается вопрос, зачем PIMCO занимается несвойственной для себя работой? Ответ лежит на поверхности: из-за низкой доходности уже несколько месяцев подряд из фондов компании наблюдается отток средств. Для того чтобы наверстать упущенное, Билл Гросс и решился на этот поступок.

01 августа 2012, 14:00

CNBC: бумажные валюты обречены?

Источник перевод для mixednews – molten27.07.2012Пока инвестиционный мир с нетерпением ожидает продолжения стимулов, на фоне этого начинают появляться доселе немыслимые темы для обсуждения – сможет ли необеспеченная валюта выжить, когда раз за разом происходит её обесценивание?Многие считают, что нет.Необеспеченная валюта получает свою стоимость исходя из государственной эмиссии – эта стоимость нигде не зафиксирована в качестве объективного стандарта. Это значит, что центробанки могут печатать столько валюты, сколько захотят. Если экономика переживает трудности, впрыск дополнительных банкнот в систему подпитывает экономическую активность, но снижает стоимость данной валюты.Когда главные центробанки отчаянно стремятся простимулировать свои экономики, кое-кто начинает поговаривать о том, что валюты входят в новую опасную фазу, которую некоторые называют гонки на выживание.Председатель Templeton Emerging Markets Group Марк Мобиус говорит, что инвесторы скоро начнут требовать, чтобы валюты обеспечивались золотом или другими твёрдыми активами.«Это уже происходит, можно заметить тренд накапливания центробанками золотых запасов. По некоторым оценкам, половина всех закупок золота осуществляется центробанками. Они ждут дня, когда смогут сказать – вот, смотрите, наша валюта обеспечена золотом, значит, мы сильная страна», рассказывает каналу CNBC Asia Мобиус.Сам Мобиус через фонд, где он председательствует, управляет $50 миллиардами.Главный советник в ACE Investment Strategists Ю Ди Чен говорит, что повторять стимулирование недальновидно. «Если вы будете продолжать печатать деньги, рано или поздно, но проблемы начнутся. Стимулирование хорошо для экономики и рынков, но долговременные последствия весьма сомнительны», говорит Чен.Но не все считают, что необеспеченные валюты приближаются к своей кончине. Ведущий валютный стратег в Westpac Bank Шон Кэллоу говорит, что если бы обрушение должно было произойти, оно происходило бы сейчас.«Активисты рынка облигаций имели все шансы наказать США за их огромные бюджетные дефициты. Рынки уверены в этих валютах – в американском долларе, йене и фунте. Расширение баланса произошло, однако эти валюты последние пару лет чувствуют себя вполне хорошо», говорит Кэллоу.Пессимисты в отношении бумажных денег признают, что невозможно предугадать, когда в нынешней системе начнут появляться трещины. Кто-то говорит, что это может произойти в пределах 5 лет. Мобиус же считает, что всё может произойти гораздо раньше.«Трудно сказать. Это может произойти завтра. И всё может происходить очень быстро. Многое зависит от действий реформаторов – не только в Европе, но и в США и в Японии. Здесь вопрос в уверенности. Если уверенность пропадёт, ни один кусок бумаги не будет стоить ничего», говорит он.Пока дебаты о необеспеченной валюте набирают обороты и актуальность, один лондонский руководитель фонда в миллиард долларов сказал, что ответ на то, что ждёт в будущем, можно найти в прошлом.«Каждая необеспеченная валюта в истории потерпела коллапс. Этот раз не станет исключением».Ссылка