Мартин Демпси
Мартин Демпси
Мартин Демпси (Martin E. Dempsey) родился 14 марта 1952 года. Председатель Объединенного комитета начальников штабов США.   30 сентября 2011 года генерал Мартин Демпси принял дела и должность Председателя ОК НШ США, сменив на этом посту адмирала Майка Маллена. Дэмпси является 18-м по счету п ...

Мартин Демпси (Martin E. Dempsey) родился 14 марта 1952 года. Председатель Объединенного комитета начальников штабов США.

 

30 сентября 2011 года генерал Мартин Демпси принял дела и должность Председателя ОК НШ США, сменив на этом посту адмирала Майка Маллена. Дэмпси является 18-м по счету председателем Объединённого комитета.

Начальник штаба сухопутных войск США: Генерал Демпси являлся 37-м по счету НШ СВ США. На данном посту его сменил генерал Рэймонд Одиерно

Гражданское образование: Католическая средняя школа, г. Гошен, шт. Нью-Йорк; 1984 — присвоена степень магистра гуманитарных наук (английский язык), Университет Дьюка, г. Дарем, шт. Сев. Каролина;

 

Военное образование

1974 — присвоена степень бакалавра наук, Военное училище СВ США, Вест-Пойнт, шт. Нью-Йорк;

1988 — присвоена степень магистра наук в области военного дела, Командно-штабной колледж СВ США;

1995 — присвоена степень магистра наук в области национальной безопасности и стратегических исследований, Национальный военный колледж;

 

Карьера

1974 г. — Командир взвода обеспечения, адъютант дивизиона — Второй бронекавалерийский (разведывательный) полк;

1979 г. — по окончании продвинутого курса для офицеров бронетанковых войск назначен на должность офицера по автомобильной технике в 1 эскадроне 10 разведывательного полка, ВБ Форт-Карсон, шт. Колорадо. Позднее командовал штабным подразделением и отделением «Альфа» 1 эскадрона 10 разведывательного полка, начальником оперативного отдела.

1984—1987 гг. — доцент, кафедра английского языка, Университет Дьюка;

1988 г. — начальник штаба 4 батальона 67 бронетанкового полка 3 бронетанковой дивизии, Фридебург, Германия, впоследствии стал начальником оперативного отделения 3 бригады, 3 бронетанковой дивизии, в составе которой участвовал в операциях «Щит пустыни» и «Буря в Пустыне»;

Июль 1991 г. — принял командование 4 батальоном 67 бронетанкового полка 1 бронетанковой дивизии;

1993 г. — начальник управления бронетанковых войск, Командование ЛС всех компонентов СВ США.

1996 г. — командир 3 разведывательного (бронекавалерийского) полка, ВБ Форт Карсон, шт. Колорадо;

1998—2001 гг. — помощник заместителя начальника отдела военно-политических дел по Европе и Африке. Специальный помощник председателя Комитета начальников штабов;

Сентябрь 2001 г. — июнь 2003 г. — руководитель проекта «Программа модернизации Национальной гвардии Саудовской Аравии». Генерал Демпси покинул Саудовскую Аравию, чтобы принять командование 1 бронетанковой дивизией, и был переброшен в Ирак для участия в операции «Свободный Ирак». Проведя в Ираке 14 месяцев, генерал Демпси передислоцировал дивизию в Германию и завершил период службы на командной должности в июле 2005 г.

2005—2007 гг. — командующий, Многонациональное переходное командование обеспечения безопасности в Ираке;

2007 г. — заместитель командующего, Центральное командование США;

Март-октябрь 2008 г. — ИО командующего, Центральное командование США;

13 марта 2008 г. — назначен на должность главы Командования по разработке доктрины и боевой подготовке СВ США

11 апреля 2011 г. — 7 сентября 2011 г. — Начальник штаба СВ США.

30 сентября 2011 г. — назначен на должность председателя Объединённого комитета начальников штабов ВС США.

 

Награды

— две медали «За отличие в военной службе»;

— три медали"За показательную службу в СВ";

— медаль «За превосходную службу в обороне»;

— два ордена Почетного легиона;

— бронзовая звезда со знаком-литерой V;

— медаль «За безупречную службу»;

— медаль «За совместную службу»;

— Благодарственная медаль за службу в СВ;

— медаль СВ «За достижения»;

— медали за участие в военных кампаниях в Кувейте, Ираке, Юго-Восточной Азии.

— знак отличия за боевые действия, знак отличия парашютиста и знак «За безупречную службу в аппарате КНШ».

 

Присвоение воинских званий

  • Второй лейтенант — 5 июня 1974 г.
  • Первый лейтенант — 5 июня 1976 г.
  • Капитан — 8 августа 1978 г.
  • Майор — 1 сентября 1985 г.
  • Подполковник — 1 апреля 1991 г.
  • Полковник — 1 сентября 1995 г.
  • Бригадный генерал — 1 августа 2001 г.
  • Генерал-майор — 1 сентября 2004 г.
  • Генерал-лейтенант — 8 сентября 2005 г.
  • Генерал — 8 декабря 2008 г.

 

Семейное положение

Женат, супруга — Диана (девичья фамилия Салливан). Трое детей: Крис, Меган и Кэйтлин. Все дети прошли службу в рядах ВС, а двое служат в армии США в настоящее время.

 

 

4 авг 2013 г.

Развернуть описание Свернуть описание
11 марта, 20:48

CIA Director: US Will Make No Concessions Before North Korea Talks

In the aftermath of Trump's unexpected announcement that at the invitation of Kim Jong Un, he would meet with the North Korean leader in what is set to be a historic meeting, the first of its kind between the leaders of the two nations at a still unknown location, it emerged that not even Trump's top diplomats were aware of the impromptu decision. According to press reports, Secretary of State Rex Tillerson said during his ongoing Africa trip that he spoke with President Trump on his decision to meet with North Korean dictator Kim Jong-un only after it was announced by South Korean officials and the administration. Speaking in Djibouti, Tillerson was asked about his months-long public position that the time was not right for sitting down with North Korea. "With respect to talks with North Korea versus negotiations -- and I think this seems to be something that people continue to struggle with the difference," Tillerson replied. "My comments have been that we're -- the conditions are not right for negotiations, but we've been saying for some time we are open to talks. President Trump has said for some time that he was open to talks and he would willingly meet with Kim Jong-un when conditions were right and the time was right. And I think in the president's judgment, that time has arrived now." Tillerson then admitted that it was all Trump: "In terms of the decision to engage between President Trump and Kim Jong-un, that's a decision the president took himself," he added. "I spoke to him very early this morning about that decision and we had a good conversation. This is something that he's had on his mind for quite some time, so it was not a surprise in any way, because I think this has long been something. He's expressed it openly before about his willingness to meet with Kim Jong-un." To be sure, the U-Turn by the president surprised many: prior to announcing the meeting, Trump and Kim traded sharp barbs and threats on the global stage, with Trump calling the North Korean “short and fat” and a “madman.” Kim responded by calling the president a “mentally deranged U.S. dotard.” Trump also threatened to use military force if necessary to stop North Korea’s nuclear threat, saying the country would be met with “fire and fury.” Meanwhile, further confusion emerged after the White House said on Friday that the meeting between the two nations would in fact face pre-conditions, contrary to the initial narrative, and that the US expects North Korea to take "verifiable and concrete actions" before the Trump-Kim meeting is greenlit. White House press secretary Sarah Sanders says President Trump won’t meet with Kim Jong Un “until we see concrete actions that match the words and the rhetoric of North Korea” https://t.co/qTID7SRySB pic.twitter.com/bJrQz4kvPQ — CNN (@CNN) March 9, 2018 So in an attempt to clarify and summarize the current status of the proposed Trump-Kim talks, which as the president said would take place before May, CIA Director Mike Pompeo appeared on TV today to vouch that the U.S. "will make no concessions to North Korean leader Kim Jong Un" in discussions leading to potential talks between the reclusive leader and President Donald Trump, or during any subsequent negotiations. Kim, on the other hand, must stand by the concessions he’s offered, including ceasing nuclear and missile testing, continuing to allow U.S.-South Korean military exercises, and leaving denuclearization “on the table,” Pompeo said on “Fox News Sunday.” CIA Director Mike Pompeo tells @johnrobertsFox the U.S. will make "no concessions" during negotiations with North Korea. Watch the full interview at 2P/7P ET on @FoxNews Channel. pic.twitter.com/SP7xLqBMmu — FoxNewsSunday (@FoxNewsSunday) March 11, 2018 In an attempt to spin the narrative, Pompeo justified Trump's decision by suggesting that the US leverage over North Korea has never been greater: "Never before have we had the North Koreans in a position where their economy was at such risk, and where their leadership was under such pressure that they would begin conversations on the terms that Kim Jong Un has conceded to" and added that the discussions with North Korea, should they occur, “will play out over time." Pompeo also said that sanctions on North Korea will continue, especially as they are having an impact on North Korea’s economy and have brought Kim to the negotiating table, according to Treasury Secretary Steven Mnuchin. “Now we have a situation where the president is using diplomacy but we’re not removing the maximum pressure campaign,” Mnuchin said on NBC’s “Meet the Press.” “The president is going to sit down and see if he can cut a deal.” Separately, Pompeo said that it’s still the CIA’s assessment that North Korea is “a few months” away from being able to reach the U.S. with a nuclear-armed intercontinental ballistic missile, Pompeo said on CBS’s “Face the Nation” on Sunday. From Bloomberg: General Paul Selva, vice chairman of the Joint Chiefs of Staff, told reporters Jan. 30 that while the regime has “made some strides,” it hasn’t yet demonstrated having all the components for a strike with nuclear ICBM. “It’s possible he has them and so we have to place the bet that he might have them, but he hasn’t demonstrated them,” said Selva. Martin Dempsey, former chairman of the Joint Chiefs of Staff, said Kim has shown he’s mostly interested in preserving his own regime. Speaking on CNN's "Fareed Zakaria GPS", Dempsey said that “we’ve seen he’s willing to do nearly anything to do that... And this is why this negotiation will be so challenging.” A key question is whether any U.S.-North Korean talks include reducing the conventional military threat that Kim poses to South Korea as well as denuclearization, with its “thousands of artillery pieces and rockets arrayed along the Demilitarized Zone,” Dempsey said. “Our negotiators will have to decide, how compartmentalized do we want it to be?” Dempsey said. “Are we trying to bring stability to the Korean Peninsula, which takes you on one path, or are we trying, simply, to denuclearize?” he said. “That will be an important decision.” Additionally, Pompeo also repeated his agency’s conclusion about Kim’s personality that in spite of the bombast, “we know a fair amount about him. We know that he is rational in the sense that he responds to stimulus. We’ve seen this.” The CIA director's explanation came at a time when some have suggested the unprecedented meeting between the presidents - which upends decades of American foreign policy - could become a stalling tactic by Kim to avoid additional economic sanctions while continuing to develop weaponry. As Bloomberg adds, when asked on ABC whether the meeting may not happen, Deputy Press Secretary Raj Shah said, “There’s the possibility. If it does, it’s the North Koreans’ fault. They have not lived up to the promises that they made.” Holding the meeting in Pyongyang is not highly likely, but nothing has been ruled out for a location, he said. Deputy Press Sec. Raj Shah tells @jonkarl on North Korean leader Kim Jong Un and Pres. Trump's possible summit: "He has stated a commitment to denuclearization to South Korea, they've relayed that to us, so we're open to this invitation." pic.twitter.com/Rsb5IABo2I — ABC News (@ABC) March 11, 2018 Meanwhile, traditional Trump foes have expressed strong skepticism that Trump has the diplomatic skills to achieve the breakthrough: Ben Rhodes, a former deputy national security adviser for President Barack Obama, said that it’s right to pursue a diplomatic approach, but the question is whether Trump is equipped to succeed with a complex and volatile situation that needs seasoned diplomats. Translation: Trump better not succeed where Obama did not even try. “This is not a real estate deal or a reality show,” Rhodes said on ABC; then again decades of conventional diplomacy achieved absolutely nothing and allowed Kim to developed advanced ICBMs, so perhaps a diplomatic realty show is precisely what is needed to actually achieve results.

24 февраля, 12:00

Чем опасно для России ПРО США в Европе

19 июля 2013 года директор агентства по вопросам противоракетной обороны вице-адмирал Джеймс Сыринг представил в Конгресс США план размещения наземной части системы противоракетной обороны на территории Польши и Румынии. При этом адмирал также сообщил, что последние испытания ракет-перехватчиков выявили ряд технических недостатков, не позволяющих их использовать в полном объёме. Поэтому Сыринг обратился к конгрессменам с […]

18 февраля, 19:50

The Democrats Keep Capitulating on Defense Spending

On domestic policy, the party is moving left. On foreign and defense policy, the party barely exists.

18 февраля, 19:50

The Democrats Keep Capitulating on Defense Spending

On domestic policy, the party is moving left. On foreign and defense policy, the party barely exists.

08 февраля, 00:22

Trump Wants a Military Parade—So What?

Displays of weaponry in Washington are rare, unlike in other capitals.

14 января, 14:00

Исламофобские курсы в армии США

Курсы для офицеров армии США учат, что врагом Америки является ислам сам по себе, а не только террористы, и предполагает, что США в итоге могут уничтожить исламские священные города Мекку и Медину не считаясь с количеством жертв, повторив прецедент Второй мировой, когда Хиросима была атакована ядерным оружием или разбомблен Дрезден. Пентагон в конце апреля приостановил […]

11 ноября 2017, 12:02

[笑裡藏刀*] Китай против Америки. Как справиться с очередным столкновением цивилизаций

Многие американцы, осознавая, насколько усилился Китай, соперничающий сегодня с США во всех областях, тешат себя мыслью о том, что, когда Китай станет еще богаче и сильнее, он пойдет по стопам Германии, Японии и других стран, претерпевших глубокие преобразования и ставших передовыми либеральными демократиями. По выражению бывшего заместителя госсекретаря Роберта Зеллика, волшебный коктейль из глобализации, рыночного потребления и интеграции в мировой порядок, основанный на определенных правилах, в конце концов приведет Китай к демократизации внутри страны и превращению в "ответственного акционера мировой политики". Сэмюэль Хантингтон не согласен с этими выводами. В очерке "Столкновение цивилизаций?", опубликованном в журнале Foreign Affairs в 1993 году, он доказывал, что культурный водораздел не только не растворится в мировом либеральном порядке, но и станет определяющей чертой мира после окончания холодной войны. Аргумент Хантингтона сегодня вспоминают в первую очередь, поскольку он прозорливо предсказал раскол между "западной и мусульманской цивилизациями", который наиболее ярко проявился в терактах 11 сентября и их последствиях. Но Хантингтон также предвидел, что пропасть между Западом под руководством Соединенных Штатов и китайской цивилизацией будет такой же глубокой, долговечной и имеющей важные последствия. Как он выразился, "само представление о существовании „всеобщей цивилизации" - западная идея, которая прямо противоречит партикуляризму большинства азиатских обществ с их акцентом на отличиях одного народа от другого". Прошедшие годы подкрепили выводы Хантингтона, а грядущие десятилетия еще более убедительно докажут его правоту. США олицетворяют собой то, что Хантингтон считает западной цивилизацией. Противоречия между американскими и китайскими ценностями, традициями и философиями усугубят фундаментальную структурную напряженность, возникающую всякий раз, когда поднимающаяся держава, такая как Китай, угрожает потеснить устоявшуюся, такую как Соединенные Штаты. Причина, по которой такие изменения часто приводят к конфликту - ловушка Фукидида, названная по имени древнегреческого историка, наблюдавшего опасное противостояние между поднимавшимися Афинами и правившей Спартой. Согласно Фукидиду, "именно усиление Афин, вызывавшее страх в Спарте, сделало войну неизбежной". Понятно, что укрепляющиеся державы чувствуют себя вправе требовать большего влияния и уважения. Устоявшиеся державы, сталкиваясь с бросающими им вызов новыми силами, испытывают страх, опасения, неуверенность, что заставляет их принимать оборонительную позу. В таких условиях недоразумения раздуваются, сочувствие становится несбыточной мечтой; события и действия третьих сторон, которые в противном случае считались бы незначительными или находящимися под контролем, могут подтолкнуть к военным действиям, нежелательным для ведущих игроков. В случае с США и Китаем риски Фукидида осложняются цивилизационной несовместимостью, усугубляющей конкуренцию и еще больше затрудняющей сближение. Это несоответствие легче всего наблюдать в глубоких разногласиях американцев и китайцев в оценке роли государства, экономики, личности, отношений между странами и природы времени. Американцы относятся к государству как к необходимому злу и считают, что стоит опасаться склонности государства к тирании и злоупотреблению властью, сдерживая его. Для китайцев государство - необходимое благо, фундаментальная основа, обеспечивающая порядок и предотвращающая хаос. В капитализме свободного рынка по-американски государство устанавливает правила и обеспечивает их соблюдение; госсобственность и вмешательство государства в экономику иногда имеет место, но это нежелательные исключения. В Китае построена государственная рыночная экономика, где правительство определяет цели, выбирает и субсидирует отрасли, нуждающиеся в развитии, поддерживает национальных чемпионов и осуществляет важные долгосрочные экономические проекты во благо страны. В китайской культуре не приветствуется американский индивидуализм, который оценивает государство по тому, как хорошо оно защищает права и свободу граждан. Китайское слово гэжэньчжуи, которым описывается "индивидуализм", предполагает эгоистичное противопоставление личных интересов общественным. Китайский эквивалент крылатой фразы "свобода или смерть" звучит примерно так: "гармоничное общество или смерть". Для Китая высшая ценность - порядок, а гармония обеспечивается иерархией, участники которой соблюдают первое требование Конфуция: знай свое место. Это применимо не только к китайскому обществу, но и к мировой политике, где официальная точка зрения заключается в том, что правильное место Китая - на вершине пирамиды; другие же государства должны быть подчиненными данниками. Американцы придерживаются иного взгляда. По крайней мере со времени окончания Второй мировой войны Вашингтон стремится не допустить появления "равного конкурента", способного бросить вызов военному превосходству США. Но послевоенные представления Америки о мировом порядке также ставят во главу угла потребность в основанной на четких правилах мировой системе, которая сдерживает в том числе и Соединенные Штаты. Наконец, у американцев и китайцев различные представления о времени и его измерении. Американцы склонны сосредотачиваться на сегодняшнем дне и часто считают часы и дни. А китайцы больше обращены к истории и часто мыслят десятилетиями и даже столетиями. Конечно, это всё широкие обобщения, не отражающие всего широкого многообразия американского и китайского общества. Но они также служат важным напоминанием, которое не должны упускать из виду американские и китайские политики, если хотят управлять обостряющейся конкуренцией, не скатываясь к войне. Мы номер один Культурные различия между США и Китаем усугубляются примечательной особенностью, свойственной обоим государствам: комплексом превосходства в его крайнем выражении. Каждая страна считает себя исключительной, не имеющей равных. Но лишь одна может быть номером один в мире. Бывший премьер-министр Сингапура Ли Куан Ю высказывал сомнения по поводу способности Соединенных Штатов приспособиться к растущему Китаю. "В эмоциональном плане Америке очень трудно согласиться с тем, что ее потеснит (пусть даже не в мире, а только в западной акватории Тихого океана) презренный азиатский народ. Американцы ведь раньше относились пренебрежительно к Китаю, считая его отсталой, слабой, коррумпированной и недееспособной страной, - сказал он в интервью 1999 года. - Чувство культурного превосходства американцев чрезвычайно затруднит адаптацию". В каком-то смысле китайская исключительность более ярко выражена, чем американская. "Китайская империя видела себя центром цивилизованной вселенной, - писал историк Гарри Гельбер в своей книге 2001 года Nations Out of Empires ("Эволюция империй в нации"). В империалистическую эпоху "китайский ученый бюрократ не представлял себе „Китай" или „китайскую цивилизацию" в современном смысле этого слова. Для него существовал народ „Хань", а за пределами его территории жили только варвары. Все, что не относилось к цивилизации, по определению числилось варварством". По сей день китайцы гордятся своими цивилизационными достижениями. "Наша нация - великая нация, - заявил китайский президент Си Цзиньпин в речи, произнесенной в 2012 году. - За время существования и развития своей цивилизации, то есть за более чем пять тысяч лет истории, китайская нация внесла неизгладимый вклад в цивилизацию и развитие человечества". В своей книге "Правление Китая", изданной в 2014 году, Си утверждал, что "непрерывность цивилизации в Китае - уникальное явление на земле и уникальное достижение в мировой истории". Американцы тоже видят себя авангардом цивилизации, особенно когда речь заходит о политике. Страсть к свободе закреплена в главном документе американского политического кредо, Декларации Независимости, которая провозглашает, что "все люди созданы равными" и "наделены Творцом определенными неотторжимыми правами". В Декларации уточняется, что права включают "жизнь, свободу и стремление к счастью", и утверждается, что это вопросы, не подлежащие обсуждению, поскольку "само собой разумеющиеся" истины. Как писал американский историк Ричард Хофштадтер, "судьба нашей страны - не иметь идеологии, а быть идеологией". В отличие от Америки, главная политическая ценность для китайцев - порядок, который является следствием иерархии. Свобода личности, как ее понимают американцы, подрывает иерархию, что, с точки зрения китайцев, ведет к хаосу. Делайте как я говорю... и как я делаю? Эти философские различия находят выражение в концепции правительства, разработанной каждой из двух стран. Хотя отцами-основателями Соединенных Штатов двигало глубокое недоверие к власти, они признавали, что правительство нужно обществу. А иначе кто бы защищал граждан от угроз из-за рубежа или от нарушения их прав преступниками на родине? Однако они отчаянно пытались разрешить дилемму: правительство, достаточно сильное, чтобы выполнять необходимые функции, будет склонно к тирании. Чтобы справиться с этим вызовом, они задумали правительство с "разграниченными институтами, между которыми поделена власть", как это описал историк Ричард Нойштадт. Тем самым они осознанно допускали постоянную борьбу между исполнительной, законодательной и судебной ветвями, что приводило к задержкам, заводило в тупик и даже вызывало функциональные нарушения. Но это также создавало систему сдержек и противовесов, препятствующую злоупотреблениям. У китайцев диаметрально противоположное представление о правительстве и его роли в обществе. Как заметил Ли, "История и культурная летопись страны свидетельствуют о том, что, когда имеется сильный центр (Пекин или Нанкин), в стране царит мир и благоденствие. Когда центр слаб, провинции и их округа управляются местными военно-феодальными князьками". Соответственно, разновидность сильного центрального правительства, неприемлемого для американцев, представляется китайцам главным проводником порядка и общественного блага на родине и за рубежом. С точки зрения американцев, демократия - единственная справедливая форма правления: власти получают легитимность через согласие управляемых. Эта точка зрения не популярна в Китае, где принято считать, что правительство приобретает или утрачивает политическую легитимность в зависимости от достигнутых успехов. В провокационном выступлении на конференции TED в 2013 году венчурный капиталист из Шанхая Эрик Ли усомнился в предполагаемом превосходстве демократии. "Однажды мне задали вопрос: „За КПК не голосовали на открытых выборах. Где же источник ее легитимности?" - рассказывал он. - Я ответил: а как насчет компетентности?" Он далее напомнил аудитории, что в 1949 году, когда Компартия Китая захватила власть, "Китай увяз в трясине гражданской войны, был расчленен иностранной агрессией, а средняя продолжительность жизни составляла 41 год. Сегодня Китай - вторая по величине экономика мира, промышленная сверхдержава, а китайский народ богатеет".У Вашингтона и Пекина также совершенно разные подходы к продвижению фундаментальных политических ценностей в мире. Американцы считают, что права человека и демократия - всеобщие устремления; чтобы они восторжествовали во всех странах, требуется лишь пример США и иногда легкое подталкивание в духе неоимпериализма. Как писал Хантингтон в книге "Столкновение цивилизаций", Соединенные Штаты - "миссионерская страна", движимая верой в то, что даже "народы, не принадлежащие к западной цивилизации, должны будут рано или поздно заявить о своей приверженности западным ценностям... и воплотить эти ценности в своих государственных институтах". Большинство американцев верят, что демократические права выгодны любому человеку, где бы он ни жил. На протяжении нескольких десятилетий Вашингтон проводил внешнюю политику насаждения демократии. Иногда он даже пытается навязать ее тем, кто по собственной воле отказывался ее принимать. Китайцы же, хотя и верят в то, что другие могут смотреть на них как на образец для подражания, восхищаться их добродетелями и даже пытаться копировать их поведение, никогда не занимались прозелитизмом. Как заметил американский дипломат Генри Киссинджер, империалистический Китай "не экспортировал свои идеи, но давал возможность другим осознать их ценность и стремиться к ним". Неудивительно, что китайские лидеры с глубоким подозрением относятся к попыткам США обратить их в свою веру. В конце 1980-х годов Дэн Сяопин, руководивший Китаем с 1978 по 1989 год и начавший процесс экономической либерализации, посетовал в беседе с высокопоставленным иностранцем, что разговоры Запада о "правах человека, свободе и демократии призваны лишь защищать интересы сильных, богатых стран, использующих свою мощь, чтобы запугивать слабые страны; в действительности же они стремятся к гегемонии и проводят политику с позиции силы". Быстрое и медленное мышление У американцев и китайцев совершенно разные представления о прошлом, настоящем и будущем. Американцы гордо отпраздновали 241-летнюю годовщину своей страны; китайцы любят напомнить, что их государственная история охватывает пять тысячелетий. Лидеры США часто говорят об "американском эксперименте", а их подчас бессистемная и плохо продуманная политика отражает такой настрой. Китай, напротив, видит себя завсегдатаем этой планеты: он был и будет всегда. В силу расширительного понимания времени китайские лидеры четко разграничивают обострение и хроническое состояние, отделяют безотлагательные вещи от просто важных дел. Трудно себе представить, чтобы американский политический лидер предложил отложить решение серьезной внешнеполитической проблемы на целое поколение. Но именно так поступил Дэн в 1979 году, когда возглавлял китайскую делегацию на переговорах с Японией по поводу спорных островов Сенкаку или Дяоюйдао, согласившись на длительное разрешение этого спора вместо поиска немедленного решения. Все более чутко реагируя на новостной поток и общественное мнение, политики США обращаются к Твиттеру или импульсивно объявляют срочный план действий, обещая быстрые решения. Китайские лидеры, напротив, проявляют стратегическое терпение: коль скоро общие тенденции благоприятны, они не видят ничего страшного в том, чтобы переждать и добиться решения в отдаленной перспективе. Американцы считают себя специалистами по решению проблем. Проводя политику извлечения краткосрочных выгод, они стараются решить ту или иную задачу как можно скорее, чтобы затем перейти к следующим вопросам. Американский романист и историк Гор Видал однажды назвал свою страну "Соединенные Штаты Амнезии" - то есть место, где каждая идея - новшество, и каждый кризис беспрецедентен. Это нечто совершенно противоположное глубоко исторической и институциональной памяти китайцев, полагающих, что нет ничего нового под солнцем. На самом деле китайские лидеры склонны верить, что многие задачи невозможно решить, и вместо этого ими надо управлять. Они видят вызовы в долгосрочной перспективе как нечто цикличное; проблемы, с которыми они сегодня сталкиваются - следствие процессов, развивавшихся на протяжении последнего года, десятилетия или столетия. Политические шаги, предпринимаемые сегодня, будут способствовать дальнейшей эволюции. Например, с 1949 года Тайвань находится под властью людей, которых Пекин считает китайскими националистами-изгоями. Будучи уверены, что Тайвань остается неотъемлемой частью Китая, китайские лидеры придерживаются долгосрочной стратегии, включая все более тесные социально-экономические связи с Тайванем, чтобы постепенно вернуть этот "блудный остров" в свой "загон". Кто здесь главный? Столкновение цивилизаций, из-за которого Вашингтону и Пекину будет трудно избежать ловушки Фукидида, проистекает из их конкурирующих представлений о миропорядке. Обращение Китая со своими гражданами демонстрирует план построения отношений с более слабыми соседними странами. Китайская Компартия поддерживает порядок за счет принудительной авторитарной иерархии, требующей от граждан почтения и лояльности. Поведение Китая на международной арене отражает аналогичные ожидания установления иерархического порядка. Во время совещания стран Юго-Восточной Азии в 2010 году тогдашний министр иностранных дел Китая Ян Цзечи ответил на жалобы по поводу дерзкого поведения Китая в Южно-Китайском море, заявив своим региональным коллегам и Государственному секретарю Хиллари Клинтон, что "Китай - большая страна, а другие страны маленькие; это просто факт". В отличие от китайских, американские лидеры стремятся к установлению главенства международного права, то есть, по сути, к переносу внутренней власти закона на отношения между странами. В то же время они признают реальность силы в мировых джунглях по Гоббсу, где лучше быть львом, чем ягненком. Вашингтон часто пытается примирить это противоречие, рисуя мир, в котором Соединенные Штаты - благожелательный гегемон, играющий роль законодателя, полицейского, судьи и коллегии присяжных. Вашингтон призывает другие державы принять основанный на правилах мировой порядок, который он установил и за которым он надзирает. Но в глазах китайцев это выглядит так, будто Вашингтон устанавливает правила, а другие выполняют его команды и предписания. Генерал Мартин Демпси, бывший председатель Объединенного комитета начальников штабов, лично столкнулся с возмущением китайцев по этому поводу. "Всякий раз, когда я заводил с китайцами разговор о международных нормах или правилах поведения на международной арене, они неизменно указывали на то, что эти правила установлены, когда они не были участниками мировой политики, и эта последовательность - одна из тех вещей, которые очаровывают меня в китайцах", - отметил Демпси в прошлогоднем интервью Foreign Affairs. Можете идти своим путем Почти три десятилетия США оставались самой могущественной страной мира. За это время влияние Вашингтона на мировую политику было важным фактором, позволившим элитам и лидерам других стран понять американскую культуру и американский подход к стратегии. С другой стороны, американцы часто считали, что могут позволить себе не слишком задумываться о мировоззрении людей в других странах мира. Подобное отсутствие интереса подстегивалось верой в то, что остальной мир в любом случае медленно, но верно будет становиться похож на Соединенные Штаты. Однако в последние годы рост Китая бросил вызов этому равнодушию. Американские политики начинают признавать, что им надо лучше понимать Китай - особенно его стратегическое мышление. В частности, американские политики начали вникать в отличительные особенности мышления своих китайских коллег относительно применения военной силы. Принимая решения о том, стоит ли атаковать вражеские силы, когда и как это делать, китайские лидеры по большей части были рациональны и прагматичны. Однако помимо этого американские политики и аналитики обнаружили пять допущений и ориентиров, позволяющих лучше понять вероятное стратегическое поведение Китая в случае конфронтации. Во-первых, и в военное, и в мирное время движущая сила китайской стратегии - политический прагматизм; при этом китайцы не обременены серьезной необходимостью оправдывать свое поведение с точки зрения международного права или этических норм. Это позволяет правительству быть беспощадно гибким, поскольку оно не чувствует себя обязанным считаться с ранее данными объяснениями и по большому счету неуязвимо для критики в непоследовательности. Например, когда Киссинджер прибыл в Китай в 1971 году, чтобы начать тайные переговоры об американо-китайском сближении, он обнаружил, что его партнеры по переговорам давно избавились от идеологических шор и предельно откровенны по поводу национальных интересов Китая. В то время как Киссинджер и президент Ричард Никсон считали необходимым оправдывать достигнутый в итоге компромисс необходимостью завершить войну во Вьетнаме "достойным миром", китайский лидер Мао Цзэдун не испытывал никакой потребности делать вид, будто, устанавливая отношения с капиталистическими Соединенными Штатами для усиления позиций коммунистического Китая по отношению к СССР, он каким-то образом укрепляет более широкий международный социалистический фронт. Но не только практический подход к мировой политике дает КНР преимущество над США, то же самое можно сказать и об одержимости Китая целостным стратегическим мировоззрением. Китайские стратеги видят взаимосвязь всего со всем. Развивающийся контекст, в котором возникает определенная стратегическая ситуация - это и есть то, что китайцы называют словом "ши". Данный термин не поддается прямому переводу на английский, но может быть передан как "потенциальная энергия" или "динамика", присущая любому обстоятельству в данный момент времени. Это понятие включает в себя географические особенности местности, погодные условия, баланс сил, фактор неожиданности, боевой дух и многие другие элементы. "Каждый фактор влияет на другие, - как писал Киссинджер в своей книге „О Китае" (2011), - порождая едва заметные сдвиги в динамике и обеспечивая относительное преимущество". Таким образом, опытный китайский стратег тратит большую часть времени на "терпеливое наблюдение за переменами и поддержку выгодных изменений в стратегическом ландшафте"; он начинает действовать лишь тогда, когда все факторы оптимальны. Тогда он наносит быстрый удар. Для наблюдателя итог представляется неизбежным. Война для китайских стратегов - преимущественно психологическое и политическое противостояние. Согласно мышлению китайцев, восприятие противником фактов может быть не менее важным, чем реальные факты. Императорский Китай, создавая и поддерживая образ цивилизации, настолько превосходящей все остальные, что она представляет собой "центр вселенной", тем самым сдерживал врагов, чтобы они даже не помышляли бросить вызов китайскому господству. Сегодня аналогичную роль играет мантра о неизбежном восходе Китая и необратимом закате США. Традиционно китайцы стремились добиваться победы не в решающем сражении, а через ряд последовательных шагов, призванных постепенно улучшать их положение. Дэвид Лай, специалист по военной политике стран Азии, проиллюстрировал такой подход с помощью сравнения западной игры в шахматы с ее китайским эквивалентом вейци (или го). В шахматах игроки стремятся занять центр доски и победить противника. В вейци игроки стремятся окружить противника. Если гроссмейстер просчитывает все на пять-шесть ходов вперед, то мастер вейци видит возможное развитие событий через 20-30 ходов. Отслеживая все составляющие в широком контексте отношений с неприятелем, китайский стратег сопротивляется искушению преждевременно устремиться к победе, вместо этого нацеливаясь на постепенное наращивание преимущества. "В западной традиции основной акцент делается на применение силы; искусство войны во многом ограничено полями сражений, а способ сражения - это сила против силы", - писал Лай в своем анализе 2004 года для Института стратегических исследований при Военном колледже Армии США. В противовес такому подходу, "философия, лежащая в основе го... - конкурировать за относительную выгоду вместо стремления к полному уничтожению войск противника". Лай предусмотрительно напоминает, что "опасно играть в го, имея менталитет шахматиста". Давайте заключим сделку Вашингтону стоит прислушаться к этому предупреждению. В предстоящие годы любые горячие точки могут стать причиной кризиса в американо-китайских отношениях, в том числе продолжение территориальных споров вокруг Южно-Китайского моря и напряженность в связи с расширяющейся программой ядерных вооружений Северной Кореи. Поскольку пройдет еще одно-два десятилетия, прежде чем военные возможности Китая сравняются с США, китайцы продолжат вести себя благоразумно и осмотрительно, остерегаясь применять летальное оружие против американцев. Пекин будет относиться к военной силе как подчиненному инструменту в своей внешней политике, цель которой - не победа в сражении, а достижение национальных целей. Он будет укреплять дипломатические и экономические связи с соседними странами, углубляя их зависимость от КНР, и использовать экономические рычаги, чтобы поощрять их (или принуждать) к сотрудничеству по другим вопросам. Хотя Китай традиционно считает войну крайней мерой, если он решит, что долгосрочные тенденции движутся в неблагоприятном направлении и он теряет возможность диктовать условия, возможен ограниченный военный конфликт, с помощью которого Пекин попытается повернуть эти тенденции в нужное для себя русло. Последний раз США сталкивались с чрезвычайно высоким рис-ком попасть в ловушку Фукидида во время холодной войны, и особенно во время Кубинского ракетного кризиса. Размышляя об этом кризисе через несколько месяцев после его разрешения, президент США Джон Кеннеди извлек урок на будущее: "Прежде всего, защищая свои жизненно важные интересы, ядерные державы должны избегать такой конфронтации, которая ставит противника перед выбором: унизительное отступление или ядерная война". Несмотря на жесткую риторику Москвы, советский премьер Никита Хрущев в конце концов пришел к выводу, что может пойти на компромисс в вопросе размещения ядерного оружия на Кубе. Точно так же Киссинджер и Никсон впоследствии обнаружили, что китайский идеолог Мао вполне склонен к уступкам, если это отвечает интересам Китая. Си и Дональд Трамп оба выступают с максималистскими заявлениями, особенно когда речь заходит о ситуации в Южно-Китайском море. Но оба также мастера заключения сделок. Чем лучше администрация Трампа будет понимать, как Пекин оценивает роль Китая в мире, а также ключевые интересы своей страны, тем лучше она подготовится к будущим переговорам. Проблема в психологическом проецировании: даже ветераны Госдепартамента слишком часто исходят из ошибочного предположения, будто жизненные интересы Китая - зеркальное отражение интересов США. Официальные лица в администрации Трампа, разрабатывающие политику в отношении Китая, мудро поступят, обратив внимание на изречение древнего китайского философа Сунь Цзы: "Если ты знаешь врага и знаешь себя, тебе не стоит бояться исхода сотен сражений. Если ты знаешь себя, но не знаешь врага, то на каждую одержанную победу ты также потерпишь одно поражение. Если ты не знаешь ни врага, ни себя, то проиграешь все битвы".2.22. Стратагемы равных сил (конфликта) (敵戰計)*10. Скрывать за улыбкой кинжал (笑裡藏刀 пиньинь: xiào lǐ cáng dāo)Добивайся доверия противника и внушай ему спокойствие; Тогда осуществляй свои скрытые планы. Подготовив всё, как подобает, нападай без колебаний И не давай врагу опомнитьсяАльтернативное название стратагемы - 口蜜腹劍 (пиньинь kǒu mì fù jiàn) "Мёд во рту, меч в животе (то есть на душе)".Важно: Артистизм, убедительность.Необходимо: Отличное чувство меры, знание реального положения дел и психологии объекта.Русские аналоги: "Камень за пазухой", "Задушить в объятиях"(http://inosmi.ru/politic/...)

11 ноября 2017, 07:25

Китай против Америки

Многие американцы, осознавая, насколько усилился Китай, соперничающий сегодня с США во всех областях, тешат себя мыслью о том, что, когда Китай станет еще богаче и сильнее, он пойдет по стопам Германии, Японии и других стран, претерпевших глубокие преобразования и ставших передовыми либеральными демократиями. По выражению бывшего заместителя госсекретаря Роберта Зеллика, волшебный коктейль из глобализации, рыночного потребления и интеграции в мировой порядок, основанный на определенных правилах, в конце концов приведет Китай к демократизации внутри страны и превращению в «ответственного акционера мировой политики».  

31 октября 2017, 21:28

Ash Carter: Behind the Plan to Defeat ISIS

To its credit, the Trump administration followed the path we set in the Obama administration.

26 октября 2017, 00:00

Are Trump's Generals in Over Their Heads?

Mark Perry, PoliticoFor many of America’s senior military officers, retired Gen. John Allen’s speech endorsing Hillary Clinton at the Democratic National Convention back in July 2016 was a kind of tipping point. Allen’s rousing address, coupled with one given by retired Lt. Gen. Michael Flynn for Donald Trump at the Republican convention, spread waves of discomfort through the U.S. officer corps, many of whose members thought Allen and Flynn had gone too far. “The military is not a political prize,” former Chairman of the Joint Chiefs Gen. Martin Dempsey wrote in a high-profile...

25 октября 2017, 12:12

Are Trump’s Generals in Over Their Heads?

For many in Washington, they’re the only thing standing between the president and chaos. But their growing clout is starting to worry military experts.

22 октября 2017, 01:06

Одинокий «Ясень» против стаи «Вирджиний»

ВМС США спустили на воду новую многоцелевую атомную подводную лодку USS South Dakota (SSN-790). Она относится к семейству лодок четвертого поколения «Вирджиния». Церемония состоялась на верфи города Гротона (штат Коннектикут). Дэнни Демпси, супруга бывшего председателя Объединенного комитета начальников штабов США Мартина Демпси, разбила о субмарину бутылку шампанского.По этому поводу The National Interest написал, что подводный флот США обогатился самой современной лодкой, при строительстве которой были применены новейшие технологии. И что «Южная Дакота» является «самой незаметной среди американских подводных лодок». Никакие технические подробности при этом не сообщаются.дальше

25 сентября 2017, 23:35

Press Briefing by Press Secretary Sarah Sanders, 9/25/2017, #16

James S. Brady Press Briefing Room 2:14 P.M. EDT MS. SANDERS: It’s another busy day here at the White House. On the economic front, this week, the President will continue his push to secure tax relief for hardworking American families. We are pleased to announce that the President will be traveling to Indianapolis, Indiana on Wednesday. While there, he will deliver remarks on the historic tax cuts and reforms that he has been working on with members of Congress. During his remarks, the President will discuss new details on the framework for these cuts and reforms. These details will include specific proposed rates for individuals, small businesses, and corporations, and he will also discuss the elimination of loopholes that have rigged the current tax code in favor of the wealthy and well-connected. As the President has said before, we will give our workers the level playing field they deserve and they will win -- because if the fight is fair, no one on Earth can beat the American worker. These cuts and reforms will deliver massive job creation and economic growth, and we are confident the American people will be very excited about what we are proposing. While working to grow the economy of today, the President will also sign a presidential memorandum to ensure that American children are empowered to succeed in the workforce of tomorrow. Technology is playing a growing role in our economy, and this means that technical knowledge and skills are more important than ever. But more than half of our schools do not currently offer courses in computer programming, and nearly 40 percent do not offer physics. The memo the President will sign today directs Secretary of Education Betsy DeVos to take several steps to address this issue for our students. First, it directs the Secretary to establish high-quality STEM education with a particular focus on computer science as one of the Department of Education’s priorities. Second, it directs her to establish a goal of devoting at least $200 million per year in grant funds toward this priority. Finally, the memo directs Secretary DeVos to explore administrative actions that increase the focus on computer science in existing K-12 and post-secondary programs. This memorandum comes on the heels of the executive order the President signed in June to expand apprenticeships giving more Americans the opportunity to earn while they learn, and to receive skills training that will put them on the path to fulfilling work. The President believes it’s our responsibility to give our students -- especially underrepresented groups, minorities, and women, and those from rural communities -- every opportunity to succeed. By signing this memorandum, he is taking action to ensure that they have access to the high-quality STEM education they deserve. The timing of this memo, which will be so important to America's underserved communities, is particularly fitting today. September 25th is the 60th anniversary of the Little Rock Nine's first day of class at Central High School. A few weeks prior to their first day, Governor Orval Faubus called in the Arkansas National Guard to stand by as segregationists blocked the nine black students from entering the all-white school. One of the nine students, Elizabeth Eckford, recalled -- and I quote: "They moved closer and closer…Somebody started yelling…I tried to see a friendly face somewhere in the crowd -- someone who could maybe help. I looked into the face of an old woman and it seemed like a kind face, but when I looked at her again, she spat on me.” Twenty years ago today, as a new student at Central High myself, I watched President Bill Clinton and my dad, Governor Mike Huckabee, open the doors for the Little Rock Nine -- the same doors that had been closed to them because they were black. The Little Rock Nine -- Melba Beals, Minnijean Brown, Elizabeth Eckford, Ernest Green, Gloria Ray Karlmark, Carlotta Walls LaNier, Thelma Mothershed, Terrence Roberts, and the late Jefferson Thomas -- are American heroes who courageously advanced racial equality. As President Trump has said, racism is evil. It has no place in our country. Today, Central High is one of the most racially diverse and high-achieving schools in Arkansas. This is a testimony to how far we've come in the last 60 years. It's not lost on the President or his administration that there is more work to do. We need better schools and we need better jobs to provide a safer, stronger, more prosperous future for every American. President Trump is working to make America great again for all of our citizens, and his actions continue to show just how committed he is. And with that, I'll take your questions. John. Q Sarah, clearly the President has strong views on whether or not players in professional sports teams should stand for the National Anthem. Given the response that the President has gotten over the last 48 hours, even from Tom Brady of the New England Patriots, who believes that what the President said on Friday night was very divisive, does the President regret at all describing these players who take a knee for the national anthem as SOBs who should be fired? MS. SANDERS: Look, this isn't about the President being against anyone. This is about the President and millions of Americans being for something; being for honoring our flag, honoring our national anthem, and honoring the men and women who fought to defend it. I think General Martin Dempsey, the former Chairman of the Joint Chiefs of Staff, said it best when he said this, this morning: “It’s important to remember that our military is composed entirely of volunteers. It obviously takes a special kind of patriotism for people to volunteer to risk their life for their country. Theirs is not blind patriotism that pretends there is nothing wrong with the country. Every man and woman in uniform knows we still have work to do to achieve the equality, opportunity, and justice for all to which we aspire. But every member of the military also knows that what is right about America is worth defending. And if it’s worth defending, it’s worth honoring.” He continued: “I just hope that the athletes who are using the anthem as a protest understand why people like me intend to keep standing during the national anthem. We do so not because we agree with everything America has done or everything that has been done in America’s name, but because, despite all of that, the world is a better place because America exists. That seems to me to be worth the honor of respect during the national anthem.” Q I understand all that. I understand General Dempsey’s position. I think people would thank him for his service to this great nation. But did the President go too far in referring to these players as SOBs who should be fired? MS. SANDERS: I think that it’s always appropriate for the President of the United States to defend our flag, to defend the national anthem, and to defend the men and women who fought and died to defend it. Peter. Q Sarah, let me ask you -- you've often talked about how the President uses Twitter as a platform to sort of emphasize those things that are most important. Over the course of the last 72 hours, the President has tweeted more than a dozen times about sports, about kneeling, about NASCAR, and this topic. He tweeted zero times about Puerto Rico. So I guess the bottom-line question is: What message is the President sending by emphasizing sports right now and not a big crisis that's affecting so many people? MS. SANDERS: He’s not emphasizing sports. You're missing the entire purpose of the message. He’s emphasizing something that should be unifying. Celebrating and promoting patriotism in our country is something that should bring everybody together. When it comes to Puerto Rico, the President has sent both Administrator Long and Senior Advisor to the Department of Homeland Security, Tom Bossert, to Puerto Rico today. They're on the ground to assess the damage. We've done unprecedented movement in terms of federal funding to provide for the people of Puerto Rico and others that have been impacted [by] these storms. We’ll continue to do so and continue to do everything that we possibly can under the federal government to provide assistance. Q So to be very clear, you say the President is instead emphasizing something that brings Americans together. Then what message does it send for the President to stand behind the presidential seal at a rally in Alabama and call an American citizen who is expressing his First Amendment rights a “son of a bitch”? MS. SANDERS: Again, I think it’s always appropriate for the President to defend our flag, to defend the national anthem -- Q Is it appropriate to use that language about an American citizen? MS. SANDERS: Hold on, I’m not finished. It’s always appropriate for the President of this country to promote our flag, to promote our national anthem, and ask people to respect it. Q How about to promote the First Amendment? MS. SANDERS: Jeff. Peter, I answered your question. Jeff. Q Switching topics, Sarah. North Korea’s foreign minister said that President Trump had declared war on North Korea and that it reserves the right to take countermeasures, including shooting down U.S. aircraft. Does the White House view President Trump’s comments at the U.N. as a declaration of war? MS. SANDERS: Not at all. We've not declared war on North Korea. And frankly, the suggestion of that is absurd. Q What is the White House’s reaction to North Korea’s threat to shoot down U.S. aircraft even if it’s not in their airspace? MS. SANDERS: It’s never appropriate for a country to shoot down another country’s aircraft when it’s over international waters. Our goal is still the same: We continue to seek the peaceful denuclearization of the Korean Peninsula -- that's our focus -- doing that through both the most maximum economic and diplomatic pressures as possible at this point. Q Thanks, Sarah. Does the President believe that there are very fine people who kneeled yesterday watching those games? Or are they all SOBs? MS. SANDERS: I think you're trying to conflate different things here. Look, we certainly respect the rights that people have, but I think we also need to focus -- again, this isn’t about the President being against something, which is what everybody wants to draw. This is about the President being for something. This is about the President being for respecting our country through symbols like the American flag, like the national anthem, and the hundreds of thousands of people that actually stand versus the few hundred that may have knelt. Q A quick follow-up, if I can. The President said that kneeling has nothing to do with race. Colin Kaepernick took a kneel -- took to his knees in these games -- many of these games -- specifically because he said black people in this country were not being treated fairly by police. How is that not an issue of race? MS. SANDERS: I think that the focus has long since changed and certainly the message and what a lot has been communicated over these last several weeks through this process -- through this protest by these players. Margaret. Q Sarah, from this podium you've often expressed some frustration about the media not focusing on the agenda that the President has -- substantive issues, things he wants to get done, tax reform, healthcare, etc. When did the President decide at this rally that he was going to spend so much time talking about the flag itself? And doesn't that distract from the things that you are trying to accomplish this week, whether it's tax reform or healthcare or the efforts in Puerto Rico or the showdown with North Korea? MS. SANDERS: Look, I certainly don't think that talking about the American flag is a distraction for the President of United States. Again, this should be something that every American can get behind and support and celebrate is national pride in our country, and supporting those that have fought and died to defend it from all different backgrounds. And so I think, again, that that certainly should be a priority of the President. But you act like that's all he did over the weekend. We also did a lot of other things that are continuing to push forward on tax reform, continuing to push forward on healthcare, continuing to push forward on the safety and security of the border and our country. Q So he changed the rally with that in mind though? That was a point he said, I want to put this in the headlines? MS. SANDERS: I'm not sure when that decision was made; I wasn't there. But I know it's a priority for the President to always defend our flag, always defend the national anthem, and certainly to support the men and women in the uniform. Q A couple of questions if you don't mind, Sarah. On the German election, has the President called Merkel yet to congratulate her on her win? MS. SANDERS: I know they spoke on Friday and they're working on timing for a second call of congratulations. But I don't believe that's taken place yet today. Q Why not yet? I mean, she won on Sunday. Is there a particular reason why he hasn't called? MS. SANDERS: No, I think they're just working on the logistics piece of both leaders coordinating. So -- Q And then on tax reform, can you say when the President was briefed on the Big Six's plan? Has he signed off on that? Does the President have a final plan now for tax reform? MS. SANDERS: I know he's had quite a few conversations with members of his team, both Secretary Mnuchin and Gary Cohn. Those will continue and he'll make those announcements on specifics on Wednesday in Indiana. Mike. Q Can you address the LA Times report over the weekend that the President was warned by top aides, including McMaster, not to provoke Kim, particularly in the United Nations speech, because it could potentially backfire? MS. SANDERS: I'm sorry -- I missed the first part of your question, what you said. Q The LA Times report that the President was warned not to provoke Kim Jong-un in his United Nations speech because of -- that it would potentially backfire, and now we see that they've taken this as a declaration of war. If you could tell us a little bit about this -- MS. SANDERS: As I've said many times before, I wouldn't use another news source as your source, and I pushed back on that story at the time. But that's a false narrative. The national security team was involved and engaged throughout the speechwriting process and was very happy with the President's speech at the U.N. Go ahead. Q Sarah, when Colin Kaepernick says that his protest is about fighting police brutality, fighting racial disparity, racial injustice, you're not taking him at his word. You're saying the focus has long since moved on. But when white supremacists say that their protest is about heritage and not hate, the President does take them at their word. So why is there this disparity about who gets to decide what protest is about? MS. SANDERS: I think if the debate is really, for them, about police brutality, they should probably protest the officers on the field that are protecting them instead of the American flag. Q So I wanted to ask on the interview the President gave this morning, on the radio, he seemed pretty pessimistic about healthcare and I wondered what his interactions were today. Is he calling individual senators? Is the Vice President calling? I know they -- I know the Vice President has been doing that. What is his thought today? And do you think there will be a vote this week? MS. SANDERS: Whether or not there is a vote, we sure hope so. We've been calling Congress to do what they were elected to do and certainly what most of them campaigned on, and that's to repeal and replace Obamacare. We're continuing to push forward. We know we can't live with the Obamacare status quo. It's a complete disaster. And so we're hoping that this moves forward and goes through. Q Is he making any calls though? Is he doing something specific? MS. SANDERS: He's continuing to be engaged both directly and through his team -- legislative affairs team and the Vice President. Q Tomorrow he's going to New York. Can you tell us what that dinner is? It looks like some kind of fundraising dinner, as we've seen from some emails. Can you tell us what he's doing tomorrow? MS. SANDERS: There is a fundraising dinner, and I'll have to get back to you with specifics. Jon Decker. Q This is a significant week, a pivotal week for the President, for Republicans. It's an opportunity -- some are saying the last best chance for repealing and replacing Obamacare, and yet much of yesterday and the beginning part of today was focused, as far as the President is concerned, on the NFL, on players who take a knee. Can you explain how that's helpful to that effort of repealing and replacing Obamacare, when the President spent so much time on that other issue -- the issue involving sports? MS. SANDERS: It really doesn’t take that long to type out 140 characters. And this President is very capable of doing more than one thing at a time and more than one thing in a day. John Gizzi. Q But you see, Sarah, how it's taken up so much oxygen, right? When the President speaks about that particular issue, you see how the majority of questions that have been asked of you so far today have been about this particular issue. MS. SANDERS: But that's determined by you guys. Q He has a tremendous amount of power when he tweets, and we report on it. And so when he tweets something, it does take away from his legislative agenda, would you not agree? MS. SANDERS: No, I don’t, because I think that it's important for a President to show patriotism, to be a leader on this issue -- and he has. John Gizzi. Q Thank you, Sarah. Two questions. One, Secretary Carson recently voiced his disagreement with the President and the Vice President on the runoff in Alabama tomorrow. My question is not about the runoff but about personnel. Are members of the Cabinet and the President's official family free to disagree with him on matters such as a political contest? MS. SANDERS: The President has a lot of people with a variety of backgrounds and certainly with a variety of opinions. He always welcomes them voicing those. On that specific issue, I couldn’t speak to that because I haven’t talked to the President about it. Matthew. Q My second question -- MS. SANDERS: Oh, second question. Q Yes. On September 15th, Heather Nauert, the spokeswoman for the State Department, spoke at the National Press Club, and I think this is important because Prime Minister Rajoy is meeting with the President tomorrow. Ms. Nauert said that the U.S. took no position on the plebiscite that is scheduled in Catalonia October 1st about separating and becoming a separate country, and -- and I quote -- "we will work with any government or entity that comes out of it." Now, does that mean that if Catalonia votes to secede from Spain, that the U.S. is going to recognize it as an independent country? MS. SANDERS: I don’t have anything further than what Heather has already said on that issue. If it changes after that takes place, we'll let you know. Dave Boyer. Q Sarah, thanks. Is the White House reviewing Jared Kushner's use of a private email account for official government business? And how widespread is the use of private email accounts within this White House? MS. SANDERS: To my knowledge, very limited. White House Counsel has instructed all White House staff to use their government email for official business, and only use that email. Q Has he instructed them since this came up? MS. SANDERS: I think we get instructed on this one pretty regularly. Matthew. Q Thank you, Sarah. Politico has reported that Secretary Price has been taking private jets for months, and White House Counselor, Kellyanne Conway, traveled with him to six states. So given that Conway was on some of these trips, one, was the White House aware of Price's travel? And given that he spent more than $400,000 in taxpayer money on private jets just since May, is there any standard for what is and isn’t tolerated by this White House when it comes to this kind of conduct? MS. SANDERS: Yeah, this wasn’t White House-approved travel. This was done through the general budget of the Department of Homeland -- sorry, the Department of HHS. And I think Secretary Price addressed this over the weekend. They're conducting both an internal and an IG review, and all travels on private charter has been suspended until that's completed. Q So if I can just follow up on that, if I can get the White House’s take now on that travel, since you said it wasn’t approved ahead of time. And is it ever appropriate for a Cabinet official to spend taxpayer money on private planes? And note I said private planes to differentiate from, say, a military flight for national security purposes. MS. SANDERS: I think there are certain instances where it probably is, but again, I think that has to be done at a case-by-case basis. I’m not going to give a blanket statement on hypothetical situations that I couldn’t possibly be aware of. Q (Inaudible) whether or not the White House, now looking back on that, do you approve of that travel? MS. SANDERS: The White House -- again, that travel wouldn’t have gone through the White House for approval, and so I couldn’t speak to that. Mike. Q Two immigration-related questions. One, do you anticipate a refugee announcement in the next couple of days on both the cap on refugees from the President, which has to happen I guess before the end of the fiscal year, the end of this week? And if so, can you give us some sense of what that's going to be and what that's going to look like? Are there going to be restrictions built in? And then second, on DACA, there’s been word now for a while of a set of principles that the President and the White House wants to put out to sort of describe the way forward towards a legislative deal. Is that something that you can give us some guidance on? MS. SANDERS: On the first question, I expect that something will happen on that relatively soon. And when we have those details and it's appropriate, we’ll be happy to share them. Q This week? MS. SANDERS: Again, I think it will be soon, and we’ll let you know when that's been finalized. In terms of your second question -- Q DACA principles. MS. SANDERS: Yes, on responsible immigration reform, we will be putting out specific principles that the White House supports and would like to see done legislatively. Q And when will that happen? MS. SANDERS: Probably in the coming days. Q Sarah, can you just clarify, were you saying that -- are you encouraging NFL players to protest police? MS. SANDERS: No, no, that's not what I’m saying. I was kind of pointing out the hypocrisy of the fact that if the goal is and the message is that of police brutality, which they've stated, that that doesn't seem very appropriate to protest the American flag. I’m not sure how those two things would be combined. Q Today, Iraqi Kurds are voting on a plebiscite. And I was just wondering -- you’ve already expressed your, kind of, dissatisfaction with that vote taking place, but I was wondering if the White House has a message for the Turks, the Iranians, and the Iraqis as they weigh their response to this vote. And then I have a second question. MS. SANDERS: We hope for a unified Iraq to annihilate ISIS and certainly a unified Iraq to push back on Iran. Q Okay, second question: Why is Saudi Arabia not included in the list of countries under the travel ban? MS. SANDERS: Because the way that the travel order has been placed is that countries have to meet a minimum baseline requirement and also be part of sharing information. Over this last period of time, they've stepped up and met those baseline requirements that the United States has laid out. Zeke. Q Thanks, Sarah. Back to the situation in Puerto Rico, can you address some of the criticism from the island’s -- the territory’s delegates, representatives, other lawmakers about the slow pace of federal assistance? What next steps is the administration taking presently and in the coming days to sort of increase the pace of relief and aid flowing to the island? And more broadly, the sense that the administration sort of caught flatfooted here after two other massive storms, that the third one sort of (inaudible) that bridge too far? MS. SANDERS: Not at all. The federal response has been anything but slow. In fact, there has been an unprecedented push-through of billions of dollars in federal assistance that the administration has fought for. Both, as I mentioned earlier, Tom Bossert and Brock Long are on the ground today to do a more thorough and deeper assessment of what needs there are. Our focus is still continuing to be on the lifesaving efforts and the immediate disaster-response efforts, which are still currently underway. And those funds have been secured and are available. And once we have greater insight into the full assessment of damage, then we’ll be able to determine what additional funds are needed. But we're still in kind of that fact-finding process on that piece of it. Q One follow-up on Jen’s question earlier about tax reform. You didn't answer her question whether the plan that the President will be announcing Wednesday is finalized. We've heard a number of different statements from the President over the last several days and other administration officials about it, including where the corporate tax rate will be set. So is the tax plan finalized right now -- what the President will be rolling out in 48 hours? MS. SANDERS: There are certain details that are finalized, and the President will be announcing those on Wednesday. Jordan. Q Thanks, Sarah. To follow up on Zeke’s question on Puerto Rico, what would the administration say to people on the island who are saying there’s not enough time to do this big fact-finding mission? There’s isolated areas on the island that don't have any water, electricity, gas. There’s buildings that don't even have roofs, and there’s water coming into houses. And this has all been reported out there in the media. What would you say to people on the island who say that there’s just not enough time and that aid needs to be rushed there immediately? MS. SANDERS: Again, the response has been at an unprecedented level, and we're supplying federal assistance as quickly as possible. We're going to continue to do that. The President asked both Tom Bossert and Brock Long to go, be on the ground, and help come back and give us a list of what is needed and that we can turn around quickly. I’m talking about longer-term assessment, which simply can't be done today. We want to make sure that the funding is provided, but we also want to make sure that we're actually funding the correct things. Deb. Q Steve Bannon and another former White House official are supporting Roy Moore in the Alabama primary tomorrow. We also know that Bannon met with Danny Tarkanian, who is challenging Dean Heller. Does the President believe -- he talked about loyalty Friday night -- does he believe that he owes it to Republican senators who voted for a Senate healthcare bill to support that? How does he feel about his own people basically supporting a challenger? And has he spoken to them about it? MS. SANDERS: As I've said many times before, due to the political nature of the question, I'm not going to weigh in on a specific race or involvement in a race. Q I'm not asking about specific races. I'm asking about a principle here. I mean, the President talked about loyalty Friday night. Does he feel, on principle, that if Republicans vote the way he pushes them to or wants them to, or asks them to, does he owe them something in return? And does he feel that the people who have worked in this White House should go along with his thoughts on these races? MS. SANDERS: I think that the President feels that he owes it to the American people who elected him, which means they supported the agenda that he was trying to promote. And the more that we have like-minded officials helping promote and push that agenda and pass that legislation, I think the better off we are. And that's certainly the reason that the President was elected. And so I think the more that we can have people help make that successful, that's certainly, I think, a positive thing and the right step forward. Hallie. Q Sarah, two questions for you. I want to follow up here. Will the White House commit to releasing Jared Kushner's private emails related to government business? MS. SANDERS: I'd have to ask. I'm not aware of that conversation. Q Would it seem like something you would do, I mean, given your commitment to transparency? MS. SANDERS: Again, I'm not going to get ahead of a conversation that hasn't taken place. Q Okay. Will you let us know? MS. SANDERS: Sure. Q Great. And then my other question, too. I just want to suss out, I think, a question that has been going around here today, because you talk about the President wanting to defend the flag. You know the oath of office was to defend the Constitution. So does the President have a problem with the First Amendment? MS. SANDERS: Not at all. The President is simply stating that pride in our country is a good thing. It's something that we should all celebrate. It's something that should, frankly, bring us together, not divide us. Standing up for the national anthem, he feels, is a symbol of that. Jim. Q Can I follow up on what Hallie was asking? Why is it that the President, over the weekend, is going after or seeming to go after African American athletes, and then this morning he's putting out a tweet praising NASCAR, which obviously is geared towards a different demographic, and the way they stand in respect and honor of the flag? Is he trying to wage something of a culture war? MS. SANDERS: Not at all. The President is not talking about race. The President is talking about pride in our country. What you saw yesterday were players and fans of all races joining together as Americans to honor our servicemembers. That's what the President is talking about; that's what his focus is on. As you guys know, the President has got an event here in a few minutes, so we're going to close there. Thanks so much. END 2:41

26 июля 2017, 03:55

Trump Ends the CIA Syria Pipeline: An Admission of Failure

Daniel R. DePetris Security, Middle East And Russia is willing to expend far more men, money and military assets to keep the government in Damascus going. Last month, after meeting with CIA Director Mike Pompeo and National Security Adviser H. R. McMaster in the Oval Office, President Donald Trump decided to phase out the covert, CIA-run program that funneled small weapons and ammunition to moderate Syrian opposition elements trying to overthrow the Assad regime. An administration official speaking to the Washington Post on condition of anonymity called the cut off “a momentous decision,” before bluntly concluding that “Putin won in Syria.” The order will presumably be opposed by congressional hawks like Sen. John McCain, Sen. Lindsey Graham and House Speaker Rep. Paul Ryan, all of whom have been vocal proponents of Bashar al-Assad’s forceful overthrow ever since Assad unleashed his army and intelligence service to quash an anti-government uprising in March 2011. Indeed, at one point in time, the official U.S. policy in Syria was to not only call for Assad’s resignation in multiple multilateral forums, but to actually provide the military assistance that Assad’s opponents would need to achieve that objective. The strategy was straightforward: push back government forces, carve out territory in Syria outside of the regime’s control, and thereby create an alternative for a significant segment of the Syrian people who were clamoring for a new political reality. Former CIA Director David Petraeus, former Defense Secretary Leon Panetta, former Secretary of State Hillary Clinton, and former Chairman of the Joint Chiefs of Staff Gen. Martin Dempsey lobbied for this program as far back as the summer of 2012, which is when Syrian troops were literally deserting the security forces in droves. Read full article

08 мая 2017, 06:33

В Израиль летит председатель комитета начальников штабов США

Израиль посетит самый высокопоставленный военный офицер вооруженных сил США и главный военный советник президента - генерал Джозеф Данфорд

05 мая 2017, 00:35

Пентагон подавлен российской боеготовностью и переписывает доктрину

© AP Photo / David Goldman   Александр Хроленко, обозреватель МИА "Россия сегодня" Пентагон разрабатывает новую боевую операционную доктрину, которая должна быть представлена в октябре. Существующая военная доктрина США утверждена на период до 2020 года, однако возросший оборонный потенциал России и Китая вынуждает американцев корректировать стратегические документы.   О разработке новой операционной доктрины FM 3.0 Operations американское издание The Nаtional Interest сообщило 1 мая. Цель обновления — обеспечить "лучшие позиции в перспективе крупномасштабной войны с технически продвинутыми соперниками". Ранее американский генерал Дэвид Голдфейн заявил, что США могут пересмотреть и доктрину применения ядерного оружия. Вероятно, обсуждаются снижение порога применения и возможности упреждающего ядерного удара. Военная доктрина США образца 2012 года ставит целью "остаться сильнейшей военной державой в мире". Основные принципы Стратегии национальной безопасности США 2015 года: использование военной силы в одностороннем порядке и по широкому спектру угроз, подготовка и оснащение вооруженных сил государств — союзников США, модернизация НАТО, воспитание будущей политической (экономической) элиты по всему миру. Заметим, документы вполне актуальны и созданы отнюдь не добрыми самаритянами. В чем же тогда проблема?   Главнокомандующий НАТО в Европе американский генерал Кертис Скапарротти считает, что Россия превращается из партнера в антагониста США по мере того, как возвращает себе позиции на мировой арене. То есть сильная Россия — априори угроза. И в целом стратегия ясна: организовать эшелонированную военно-экономическую блокаду нашей страны для истощения ее оборонных ресурсов — с тем чтобы если не ликвидировать, то ограничить ее суверенитет. В последнее время "военные" аргументы превалируют. Похоже, у наших партнеров нет полной уверенности в успехе. Они начинают нервничать, экспериментировать и ошибаться. Что происходит? Многодоменные операции Вероятно, для повышения эффективности армии американцы намерены синхронизировать, привести в единую систему несколько прикладных — операционных — стратегий, созданных для реагирования на существующие региональные угрозы и перспективные вызовы. На новом витке развития войскам придется действовать согласованно и одновременно во всех сферах боевого применения. Этому необходимо учиться.   Принятая в 2006 году "Упреждающая стратегия" предполагает устранение прежде всего потенциальных угроз, включая ослабление или демонтаж государств, отрицающих американскую исключительность. Исключительность требует всемирного осознания: США морально превосходят все сущее и следуют по особенному историческому пути, вне законов или норм, регулирующих другие страны. Для сомневающихся имеются авианосные корабельные ударные группы, крылатые "Томагавки" и другие силовые аргументы, которые необходимо связать одним узлом — на суше, на море, в воздухе, в космосе и в киберпространстве.   Однако армия США больше не является единственной силой, обладающей высокоточным оружием дальнего действия. Россия и Китай "ограничивают доступ" во многие районы планеты, разрабатывают истребители-невидимки пятого поколения, создают развитые системы противовоздушной обороны огромного радиуса действия и противокорабельные ракеты, способные атаковать американские корабли на дальности свыше 1500 км. Под вопросом само военно-техническое превосходство США.    За годы локальных операций на Ближнем Востоке американцы отучились воевать на равных, и Пентагон по-прежнему видит перспективу в готовности к боевым действиям на основе превосходства собственных высоких технологий, "быстрых, дальнобойных, живучих сетевых систем", "комбинированного маневра" в формате "многодоменных операций". Речь идет о развитии и продвижении оперативной концепции Multi-Domain Battle, суть которой — гибкое реагирование на комплекс быстро меняющихся угроз (ударов) во всех сферах. Кто быстрее Кстати, о скорости. Многих в Пентагоне поразила быстрота развертывания в октябре 2015 года российской оперативной базы в Сирии. Впечатление дополнили успехи российских Воздушно-космических сил.     Издание Пентагона Military Times отметило, что Россия "развивает ключевые технологии, новые тактики боя и дерзкую геополитическую стратегию, настойчиво подрывающую 25 лет американских претензий на статус единственной подлинно глобальной сверхдержавы". Председатель комитета начальников штабов Вооруженных сил США генерал Мартин Демпси заявил, что "порядок в мире значительно ослабел, и наши военные преимущества начали уменьшаться", в связи с чем необходимо приспосабливаться к новым угрозам, повышать оперативность, развивать инновации и интеграцию, "уделять больше внимания вызовам, которые бросают государственные игроки".Сегодня американцы разворачивают систему глобальной ПРО и космическую ударную группировку, чтобы нейтрализовать российские и китайские баллистические ракеты — носители стратегического ядерного потенциала. И российская Военная доктрина 2014 года видит одной из главных целей противодействие попыткам других государств добиться военного превосходства путем развертывания систем стратегической противоракетной обороны, размещения оружия в космическом пространстве, развертывания стратегических неядерных систем высокоточного оружия.   В отличие от США, готовых нанести глобальный удар по любой стране, Россия допускает применение военной силы (использование ядерного оружия) только в ответ на агрессию против себя или своих союзников. И лишь когда исчерпаны мирные средства разрешения конфликта.    Американцы рассматривают Россию как военную угрозу в связке с Китаем, и это объективно повышает наши шансы на победу. Против войны на два фронта одновременно предостерегал стратегов еще канцлер Бисмарк, и с той поры никому не удалось победить в "многодоменной" ситуации. А медитации на тему американской исключительности на поле боя не помогут. Очевидно, Соединенные Штаты начинают проигрывать в геополитическом противостоянии с Россией и Китаем, однако не могут сменить тактику враждебности, для которой нет объективных оснований. Просто пытаются усовершенствовать "большую дубину".   Россия никому не угрожает не потому, что слаба, а потому, что осознает себя частью многополярного мира. Стоит ли американцам сочинять новые военные стратегии, изобретать "жесткую военную реальность", искать поводы для конфликта? Даже газета The Washington Post видит, насколько скромны желания Москвы: "Большая стратегия России ориентирована на решение трех задач: создание нового, более благоприятного баланса сил в международной системе, расширение доступа к новым рынкам финансирования и экспорта и оказание активного влияния на постсоветском пространстве".

08 апреля 2017, 11:50

Reactions to the Syria Strike: A Brief Guide

Washington's foreign policy blob is in lockstep behind Trump.

27 марта 2017, 17:32

The Marine Photo Scandal and the Cost of Indifference

Americans may finally be ready to confront the dehumanizing horrors facing women service members.

20 марта 2017, 19:00

К какой войне готовятся США

13 марта в Хантсвилле в штате Алабама начал свою работу ежегодный симпозиум и выставка AUSA ILW Global Force. Данное мероприятие, проходящее сегодня в центре фон Брауна под эгидой Ассоциации армии США, в этот раз посвящено в первую очередь обсуждению концепции Multi-Domain Battle, т. е. ведению боевых действий в различных сферах, а именно на суше, на море, […]

17 марта 2017, 12:15

The General Who Went to War On Suicide

A commander with a history of depression created a unique way to keep his soldiers from killing themselves. The Army had other ideas.

07 июля 2015, 10:22

Стратегия Пентагона на 2015 год: глобальное управление на основе военной силы

В среду Пентагон опубликовал свою Национальную военную стратегию на 2015 год, 24-страничный документ, представляющий собой проект управления миром с помощью военной силы. Война, война и еще раз война. Таково видение будущего с позиций Пентагона, полагает американский журналист Майк УитниThe post Стратегия Пентагона на 2015 год: глобальное управление на основе военной силы appeared first on MixedNews.

01 июля 2015, 22:03

Пентагон назвал основные угрозы безопасности США

В ведомстве отметили, что новая национальная военная стратегия разработана, чтобы противодействовать "ревизионистски настроенным странам" и экстремистам

01 октября 2014, 00:30

«Исламское государство» — проект американского происхождения

Подняв флаг борьбы с «Исламским государством» (ИГ), США наносят теперь авиаудары по позициям ИГ не только в Ираке, но и в Сирии. Делается это без согласия правительства Сирии и без принятия соответствующего решения Советом Безопасности ООН. Начинают оправдываться опасения Москвы и Тегерана на тот счёт, что целью ракетно-бомбовых ударов является окончательное уничтожение сирийской инфраструктуры. По заявлению представителя Пентагона Джона Кирби, США нанесли авиаудары по 12 нефтеперерабатывающим заводам в Сирии. Якобы их контролировали боевики-экстремисты. Таких атак по позициям ИГ, говорит Джон Кирби, «будет больше». Здесь следует напомнить, что мятеж в Сирии, продолжающийся четвёртый год, стал разрастаться практически синхронно с подписанием 25 июня 2011 г. в Бушере меморандума о строительстве нового газопровода Иран – Ирак – Сирия. Борьбу американцев с правительством Башара Асада справедливо называют войной за нефть и газ. Дамаск попал в число врагов Америки в 2009 году, когда Асад отказался принять американский план строительства газопровода из Катара в Европу. Вместо этого Сирия предпочла сделку с Ираном, дав согласие на участие в строительстве газопровода через Ирак к своим портам на Средиземном море. Именно тогда всемирную известность приобрели слова бывшего госсекретаря США Генри Киссинджера: «Нефть слишком важна, чтобы оставлять ее арабам». Создание халифата на обширной территории Ирака и Сирии ведет к потере Соединенными Штатами (ExxonMobil Corporation) и Великобританией (BP и Royal Dutch Shell) позиций в нефтегазовом секторе Ирака и возможности доступа (после приближаемой американцами смены режима в Дамаске) к сирийским запасам углеводородов. Пока террористы ИГ воевали с сирийскими правительственными войсками, они американцев устраивали, но как только они вторглись в Ирак и объявили о создании собственного государства, Америка объявила им войну. Никаких двойных стандартов у США здесь нет. Налицо неизменное стремление американской элиты к мировому господству, и война с «Исламским государством» – всего лишь локальная операция. В позиции США много нестыковок и противоречий, а объясняются они тем, что Вашингтону всё труднее диктовать свои условия остальному миру. Нет сомнения в том, что Сирия остается для США главной мишенью на Ближнем Востоке, в том числе с точки зрения реализации планов по ослаблению России. «Исламское государство» — это проект американского происхождения, его цель — создание мощной дестабилизирующей волны, которая распространится вглубь Евразии. На первом этапе, переключая внимание международного сообщества на борьбу с ИГ, американцы подготавливают под шумок свержение президента Башара Асада. Именно так оценивают односторонние действия Вашингтона против «Исламского государства» многие страны мира. Поэтому не получилось у Обамы и формирование «широкой» коалиции. Американцам удалось добиться возмещения своих расходов монархиями Персидского залива (Бахрейн, Катар, Саудовская Аравия и ОАЭ), удалось склонить Иорданию предоставить свою инфраструктуру, привлечь к нанесению авиаударов некоторых союзников по НАТО - Великобританию, Францию, Бельгию и Данию. По данным Госдепартамента, 54 страны и три международные организации - ЕС, НАТО и Лига арабских государств – тоже обещали внести в эту кампанию свой вклад. Однако анонсированное Джоном Керри «всемирное» участие в коалиции не состоялось. Доверие к Америке осталось лишь у немногих. Мир еще не забыл, как в 2003 году США вторглись в Ирак без санкции ООН. Вашингтон тогда заявлял, что Ирак ведёт разработки оружия массового поражения и разоружить его нужно силой. Голосование в СБ ООН по этому вопросу так и не состоялось, поскольку Россия, Китай и Франция дали понять, что наложат вето на любой проект резолюции, подразумевающий применение военной силы против Ирака. Тогда, как и сейчас, США вызывающе пренебрегли международным общественным мнением, агрессия против Ирака началась, страна была разрушена, и последствия этого мы наблюдаем по сей день. Сегодня история повторяется. Джеймс Клеппер, глава Национальной разведки США, во время своего ежегодного выступления перед сенатской комиссией по разведке (29 января 2014) отчитался в угрозах, нависших над Америкой. Коснулся он и Сирии, сообщив ничему не соответствующие данные о составе «повстанцев». Его главный тезис состоял в том, что на 80% это «умеренные» противники режима, которые вполне могут принимать финансовую помощь США, за предоставление которой американский сенат в свое время тайно проголосовал. Теперь эти «умеренные» в одночасье превратились в непримиримых террористов, и против одной из их организаций американцы начали войну. Заметим: не против террористов вообще, а лишь против «Исламского государства». Интересно, а что думают руководители американской разведки об «умеренности» группировки «Джебхат ан-Нусра», этого сирийского отделения «Аль-Каиды»? В ответ на авиаудары по территории Сирии лидеры «Джебхат ан-Нусра» уже заявили о готовности противостоять Америке совместно с ИГ. Своими действиями американцы консолидируют терроризм. В эфире телеканала CBS Обама заявил, что в свое время американским военным удалось нанести поражение «Аль-Каиде» в Ираке, после чего организация «ушла в подполье», но «за последние два года, воспользовавшись хаосом во время гражданской войны в Сирии, боевики смогли восстановить свои силы». О том, что хаос и гражданская война в Сирии - прямое следствие действий США на Ближнем Востоке, американский президент не сказал. Председатель Объединенного комитета начальников штабов США генерал Мартин Демпси считает, что для успешной борьбы с группировкой «Исламское государство» в Ираке и Сирии необходимо провести наземную операцию. По мнению Демпси, нужно принять политическое решение и ввести войска в эти страны. Если это произойдёт, дестабилизирующая волна начнёт распространяться за пределы Сирии и Ирака, ряды террористов пополнятся новыми непримиримыми бойцами, а перед военно-промышленным комплексом США откроются захватывающие дух перспективы.