• Теги
    • избранные теги
    • Люди8
      • Показать ещё
      Разное10
      • Показать ещё
      Компании3
      Страны / Регионы4
      Сферы2
      Формат1
21 апреля, 08:41

Судьба гуманизма в XXI столетии

Фелькише (или фелькиш) — это националистические объединения самого разного рода, бурно формировавшиеся в Германии конца XIX — начала ХХ века. В движение фелькише входили разного рода националистические объединения, политические партии, издательства, неформальные объединения частных лиц и так называемые ферейны. То есть закрытые общества, зачастую декларировавшие свой специфический культурный, а не собственно политический характер, свою ориентацию на пение, танцы, спорт и что угодно еще. Такие культурные общества (или ферейны) постепенно превращались, вопреки первоначальным декларациям их нейтральных спортивных, хоровых и театральных интересов, в политические клубы. Эти клубы не разрывали полностью связи со своей первоначальной деятельностью. Но постепенно эта деятельность приобретала специфически ритуальный характер. Участники ферейнов организовывали фестивали немецкого фольклора, насыщали ритуально-традиционалистским содержанием всё что угодно — от пивных фестивалей до занятий гимнастикой и альпинизмом. Ферейны брали на себя обязательства участвовать в общих мероприятиях по особому календарю. И видели в этом свой вклад в формирование специфической немецкой идентичности. А поскольку эта индентичность должна была организовываться еще и на основе пресловутого «против кого мы будем теперь дружить?», то дружить предлагалось против католицизма и иудаизма. Георг фон Шенерер (1842–1921) был одним из создателей идеологии, которая обосновывала, почему дружить надо именно против этих двух зол. Шенерер — идеолог пангерманизма и немецкого национализма. Он является одним из ярких борцов против еврейского капитализма в Австро-Венгерской империи. Будучи поклонником канцлера Бисмарка и сторонником объединения Германии и Австрии, Шенерер уже к началу 70-х годов XIX века становится видным представителем немецкой прогрессивной партии. От этой партии он избирается в Императорский совет. Он становится главным оратором этой партии в парламенте. Позже, сочтя партию недостаточно радикальной, Шенерер выходит из нее и становится лидером австрийского немецкого национального движения (оно же — пангерманизм). В конце 70-х годов XIX века Шенерер выступает с предвыборным воззванием «Моя программа», в котором заявляет: «Если не будет положен конец теперешнему положению честных ремесленников и крестьян, то обнищание не только захватит всё более широкие слои населения, но и наступит социальный переворот, по сравнению с которым пережитые до этого многие коммунистические путчи покажутся настоящей детской игрушкой». Выступая за высвобождение немецкого ядра Австрии и за воссоединение этого ядра с Германией, Шенерер одновременно требовал возрождения древнетевтонского мира. В его изданиях месяцы указывались не по современному, а по древнегерманскому календарю, в котором нулевым годом был 113 год до н. э., когда кимры и тевтоны одержали победу над римской армией. Шенерер пропагандировал культ языческих богов древних германцев. И — необходимость очищать национальное ядро от чуждой ему семитской крови. Он участвовал в погромах еврейских газет, привлекался за это к уголовной ответственности. Но это привлечение к уголовной ответственности лишь повышало популярность Шенерера. Именно Пангерманская партия, возглавляемая Шенерером и окончательно оформленная в 1885 году, создала в 1894 году пангерманистское объединение фелькише-клубов. Это объединение было создано под вывеской Союза немцев. К 1900 году в новой организации было более 160 ферейнов, а количество активистов Союза немцев приблизилось к 150 тысячам. Напоминаю читателю, что речь идет об австрийской организации. С поправкой на это обстоятельство и яростно германистский характер, а также на эпоху — следует признать, что созданная Шенерером за короткий срок организация являлась очень масштабной. В конце XIX — начале ХХ века партия Шенерера смогла получить большое влияние в австрийской части Австро-Венгерской империи. Правительство этой части империи пыталось умиротворить чехов, предоставив им определенные права по части языка, а также запрещая лицам, не знающим чешского языка, занимать административные должности на территориях с чешским населением. Партия Шенерера разгромила это правительство, организовала гонения на чешских и иных ненемецких учителей. К несчастью для Шенерера, он и его единомышленники, так сказать, опередили нацизм. Если бы всё то же самое Шенерер раскручивал в условиях краха Австро-Венгерской империи, популярность его начинаний была бы на порядок выше. Но он умер 14 августа 1921 года, то есть через три года после краха Австро-Венгерской империи. А при наличии Австро-Венгерской империи многие его идеи воспринимались как «раскачивание имперской лодки» с использованием для этой цели немецкого национализма, раздражающего другие народы империи. Антисемитизм Шенерера носил очень накаленный характер. Будучи врагом иудеев, заявлявшим: «Еврейская верность ненадежна, свинство в природе этой расы», Шенерер одновременно призывал к войне с Римом во всех его обличиях. Он заявлял: «Гибеллиния уйдет, Германия придет!» Гибеллиния — это царство гибеллинов, то есть тех сторонников Священной Римской империи, для которых император был выше папы. Именно наследники гибеллинов, они же — Габсбурги, занимали венский имперский престол в момент, когда Шенерер всё это заявлял. Главным лозунгом всех фелькише, собираемых и вдохновляемых Шенерером и его партией, была строка из стихотворения самого Шенерера: «Без Иуды, без Рима строим мы собор Германии». Сторонники Шенерера выступали с антисемитскими законодательными инициативами, предвосхищавшими гитлеровские. Вот фрагмент из подобного закона о запрете на еврейскую иммиграцию в Австро-Венгрию: «Мы, немцы-националисты, относимся к антисемитизму отнюдь не как к такому явлению, о котором надо сожалеть или которого следует стыдиться, а, напротив, как к главной опоре национальной идеи, главному средству прогресса истинно народного мировоззрения. И потому как к величайшему национальному достижению века. Мы считаем предателем народа, дезертиром нации любого сторонника как самого еврейства, так и его партнеров и агентов... Относительно решения социального вопроса мы требуем следующего: 1) запрещения иммиграции евреев в Австрию, 2) установления особых законов для евреев, уже проживающих в стране, 3) введения особого закона против евреев, обирающих народ». Понравившееся Гитлеру слово «фюрер» заимствовано им у Шенерера, который так называл себя. Приветствие «Хайль!» — это такое же заимствование. Впрочем, настоящим кумиром Гитлера являлся не сам Шенерер, а его самый талантливый ученик Карл Люэгер, который, в отличие от Шенерера, был сторонником Австро-Венгерской империи и поддерживал Габсбургов. Люэгер в 1890 году, выступая в парламенте Нижней Австрии, заявил, что всех венских евреев надо посадить на корабль, увезти в открытое море и утопить. Его за это выступление носили на руках. Созданная им Партия христианского социализма (католическая — вот еще одно отличие люэгеровского начинания от начинаний Шенерера) завоевывала всё больше голосов. Люэгер был избран мэром Вены. Какое-то время австрийский император пытался заблокировать приход Люэгера на этот пост, потом сдался. Люэгер провел реформы, получившие поддержку тех слоев, к которым он обращался. Он умер в 1910 году, на его похоронах было больше людей, чем на похоронах любой высокой популярной особы. Люэгер важен нам потому, что Адольф Гитлер выдал конкретную оценку данной фигуре в своей книге «Майн кампф». В этой книге он упрекает Шенерера за неспособность привлекать широкие массы в партию, Люэгера — за недостаточно последовательный антисемитизм и неспособность встать на расовую точку зрения. Но одновременно он заявляет: «Если бы доктор Карл Люэгер жил в Германии, его поставили бы в один ряд с самыми великими людьми нашего народа». Надеюсь, что сообщенных сведений достаточно для того, чтобы заявление неонацистского элитного «Братства» о том, что фелькишский образ жизни должен быть само собой разумеющимся, было оценено по достоинству. Это не проходное утверждение. Это часть очень мощной и далекоидущей концепции. Руководитель «Братства», начальник отдела личного состава РСХА, штандартенфюрер СС доктор Альфред Франке-Гирш получил от высшего руководства рейха задание собрать и обобщить все сведения о методах подпольной работы и выработать на этой основе реальную систему подпольной работы в случае поражения гитлеровской Германии. Франке-Гирш выполнил поручение. И концепция «Братства», полностью вобравшая в себя (внимание!) именно штрассеровский солидаризм, является основой ведения подпольной работы ушедшим в подполье рейхом. В послевоенной ситуации это стало называться Германским освободительным движением, объединением Германии по федералистскому принципу, созданием великого германского или даже всегерманского рейха, ориентированного на Европу. Уже в 1950 году Совет «Братства» заявляет о преобразовании своей организации в Германский орден, о создании орденского совета. И о создании внутреннего кольца этого ордена. С 1951 года этим орденом начинает управлять вынырнувший на поверхность Вернер Науман. Он вступил в НСДАП в 1928 году. К 1934 году стал очень высокой фигурой в том самом СА, которое разгромил Гиммлер, уничтожив, в том числе, и Грегора Штрассера. Особое покровительство Гиммлера спасло Наумана от уничтожения в «ночь длинных ножей». Но это не значит, что Науман был чужд штрассерианству, сделавшему его одной из высочайших фигур СА. К 1938 году Науман возглавляет Имперское министерство народного просвещения и пропаганды, входит в знаменитый кружок друзей рейхсфюрера СС Генриха Гиммлера. После тяжелого ранения на Восточном фронте Науман возвращается в Берлин в качестве очень высокого чина СС и становится управляющим делами Имперского министерства народного просвещения и пропаганды, то есть правой рукой Геббельса. Человек невероятно энергичный, наделенный огромными физическими возможностями, Науман завоевывает всё более мощные позиции в окружении Гитлера. Гитлер в своем завещании назначает Геббельса рейхсканцлером, а Наумана — министром пропаганды. Науман — последний человек из тех, кто разговаривал с Геббельсом и его женой перед тем, как они совершили самоубийство 1 мая 1945 года. 2 мая 1945 года Науман вместе с Мартином Борманом и лидером нацистской молодежи Артуром Аксманом бежит из бункера. Он попадает в советский плен, но те, кто берут его в плен, не понимают, с кем имеют дело. Весной 1946 года Науман бежит из Восточной Германии. В конце 1951 года Науман берет в свои руки управление подпольным рейхом. А когда в 1953 году его арестовывают, то Науман фактически выходит сухим из воды. Необходимо подчеркнуть, что создаваемые Науманом структуры («Кружок гауляйтеров», «Кружок Наумана»), проводившие в послевоенной Германии тайные встречи раз в неделю, включали в себя выдающихся деятелей рейха, втайне сохранявших ориентацию на штрассерианство. Да и сам Науман, как мы видим, тоже сохранял эту ориентацию. Как и Геббельс, к которому Науман был особенно близок. Что же касается самого Отто Штрассера, то он, объявив в конце войны о роспуске своего «Черного фронта», еще не переехав из Канады в Германию, уже стал создавать из членов «Черного фронта» новую неонацистскую структуру, назвав ее «Союзом обновления Германии». Программные положения этого союза поразительно совпадают с программными положениями «Братства». И тут мы наталкиваемся на федерализм (в смысле объединенной Европы), на солидаризм (в духе Шенерера–Люэгера–Штрассеров), на фелькише и на специфическую экологию. Далее началась сложная политическая игра. Уже в 1949 году неофашисты, сформировав союз «Немецкой правой партии», немецкой «Партии восстановления» и «Немецкой консервативной партии», провели в бундестаг пятерых делегатов. Тут же вступила в игру сугубо штрассеровская «Социалистическая имперская партия», она же — «Партия народного социализма», возглавляемая в числе прочих генерал-майором гитлеровского вермахта Отто Эрнстом Ремером. Это тот самый Ремер, который был командиром охранной части дивизии СС «Великая Германия». Охранные части этой дивизии подавили антигитлеровский заговор 20 июля 1944 года. Ремер в послевоенные годы неоднократно заявлял, что он гордится этим своим великим деянием. Штрассеровцы сплетали сеть из разного рода организаций. «Братство»... «Немецкий союз»... «Немецкое сообщество»... «Союз обновления Германии»... «Немецкий социальный союз»... «Сообщество дела»... «Общество воссоединения Германии»... Трудно даже перечислить все эти структуры, находившиеся под явным или неявным контролем штрассерианцев. В игру включается бывший боевой руководитель штрассеровского «Черного фронта», построенного в Южной Америке. Он же — руководитель штрассеровского свободно-германского движения Бруно Фрике. Мы уже обсудили включение в эту игру Вернера Наумана и его верного соратника со времен гитлеровского бункера Артура Аксмана. Но ничуть не менее активно действовали и другие. Например, доктор Вернер Бест, бывший заместитель самого Гейдриха по суперзловещей нацистской службе безопасности СД. Натягивались всё новые и новые нити. В 1951 году Науман становится политическим советником самого Гейнца Гудериана, одного из самых популярных в среде нацистских фронтовиков гитлеровский военачальников. Под Гудериана стягивают этих самых бывших фронтовиков с тем, чтобы превратить их в политическую силу. Создаются всё новые и новые издания. Конечно же, вскоре в игру оказывается включенным пресловутый Отто Скорцени. А также фон Овен, который покинул бункер фюрера в Имперской канцелярии на два дня раньше, чем Науман, получив задание вести работу по возрождению национал-социализма. Собравшийся штаб начинает создавать не только многочисленные печатные органы, но и некие общества — беженцев, налогоплательщиков, рыночных торговцев. Начинается адресная работа с учетом специфики каждой из немецких земель. Друзья Штрассеров и их враги начинают налаживать отношения в новых условиях. Все более активно заявляется о необходимости консолидации Европы на основаниях этого самого фелькишевского федерализма и солидаризма. Арест Наумана, который мы уже обсуждали, фактически ничего не меняет в динамике процесса. Сплочение и усиление оставшегося нацистского сообщества продолжается. Продолжается и концептуальное перевооружение этого сообщества на основе фелькишества, солидаризма, европеизма и так далее. А в марте 1955 года в ФРГ возвращается Отто Штрассер. И рассматриваемый нами процесс вступает в новую фазу. К формируемому штабу начинают подключаться представители фашистской элиты Италии, Испании и Португалии... Налаживаются связи с нацистской элитой, проживающей в Латинской Америке... Эти эмигранты налаживают связи с латиноамериканскими диктатурами... В общем, процесс начинает приобретать настолько глобальный характер, что диву даешься. И вот мы подходим к главному. В 1958 году некий Вернер Хавербек создает организацию под названием «Всемирный союз по защите жизни». Идеи этого союза должна пропагандировать другая организация — «Коллегиум гуманум». Вернер Хавербек — очень крупная нацистская фигура. В 1933 году сам Рудольф Гесс назначает его начальником Имперского ведомства по содействию укреплению германской народности. После знаменитого полета Гесса Хавербек уходит в тень и переходит на дипломатическую работу. Хавербеку в создании этого самого «Союза по защите жизни» помогают Отто фон Габсбург и принц Саксен-Кобургский и Готский Эрнст. Итак, защита жизни. Что она собой представляет? Защита жизни — это «единая идейная концепция». Это программа «сохранения и установления порядков, отвечающих законам природы». Это программа «возврата к определяемым законами жизни формам существования, при подчинении им с благоговением и самоотречением, независимо от мнимого прогресса и так называемого жизненного уровня». Это программа «обновления и осмысления жизни в духе... естественного жизненного порядка, без высокомерия, жажды прибыли, мании величия, вырождения, эксплуатации и гибели». Это программа действий «во имя приоритета духа, души и личности против бездуховности и пагубности». «Союз по защите жизни» именует себя «моральной силой будущего для политики, культуры и общества». При этом жизнь понимается этим союзом как некое целостное явление (вспомним Ницше с его «над жизнью нет судьи»). Поскольку жизнь столь целостна и всеобъемлюща, то она должна стоять над узко понимаемой политикой, которая должна обеспечить именно здоровое руководство людьми в интересах живущих, именно здоровое хозяйство, именно здоровый мир между всеми людьми, народами и расами. Тут главное слово — здоровый. Какой смысл в него вкладывается? Для рассматриваемой нами организации здоровье может быть обеспечено только построением некоей «жизненной всеобщности». То есть (внимание!) определенной окружающей среды. В эту среду включаются общественный и государственный строй, образ жизни народов, развивающийся по собственным законам жизни — во имя здоровья и защиты самой жизни. С помощью чего всё это можно обеспечить? В обсуждаемой концепции говорится о том, что это можно обеспечить только с помощью «биологического поворота» или же биополитики. Ну вот мы и выходим на классическое фелькишеское понятие жизни. Оно окончательно оформилось в 1968 году, а в 1964-м его попробовали применить на выборах в бундестаг, осуществив политическую разведку боем с использованием «Национал-демократической партии» Адольфа фон Таддена. Результаты оказались достаточно скромными. В 1969 году партия фон Таддена получает 4,3 % голосов. В ней разочаровываются, она не может переломить это разочарование. Что же касается тех, кто провел разведку боем с использованием фон Таддена, то они никоим образом не зацикливаются на данном проходном персонаже и продолжают строить радикальную международную сеть. Во имя оптимизации этой сети и ее соединения с наиболее актуальным содержанием Отто Штрассер то создает, то распускает разного рода «социальные союзы», «союзы социалистов». В целом он, конечно же, занимается фелькишеско-фашистской европейской деятельностью. Наиболее интересным для нас продуктом этой деятельности является некое «Социально-органическое движение за порядок в Европе», функционирующее совместно с Народной партией Швейцарии и имеющее в качестве печатного органа журнал «Призыв к Европе». Что тут особо интересно? То, что речь идет о некоем социально-органическом движении. Мы вновь сталкиваемся с фелькишско-фашистской деятельностью. Но на этот раз — общеевропейской. Штрассерианцы создают рабочие партии, солидаристские партии... Они создают молодежные организации — такие, как «Молодежь голубого орла». Эта организация заявляет о приверженности немецкому социализму независимо от марксизма и от крупного капитала. В 1969 году в «Независимую рабочую партию» штрассерианцев вступает некий Вольфганг Штраус, специальностью которого является использование национал-солидаризма против советизма. В 1969 году Штраус выпускает брошюру «Третья революция», где говорится о солидаристских восстаниях против социализма советского образца. А также об освободительном национализме. Фактически выпуск брошюры Штрауса знаменует собой перевод процесса, организуемого рассматриваемыми штабами, в русло так называемых «новых правых». В 1968 году к процессу подключается бывший руководитель штрассеровского «Черного фронта» в Южном Бадене Карл Йохайм-Армин. Мы видим, что штрассеровцы медленно и упорно завоевывают всё новые позиции. Армин вносит свою лепту в дело создания организаций социал-революционных националистов Европы. Эти организации создаются в Бельгии, в Италии и других странах. Штрассеровцы постоянно пропихивают идею некоего как бы противостоящего гитлеризму национально-революционного солидаризма. Идею третьего пути, нового национализма, чего-то, противостоящего и капитализму, и советскому социализму. В 1975 году выходит книга Гюнтера Барча, которая называется «Революция справа? Идеология и организация неофашистов». В этой книге есть глава «Мировоззрение новых правых». Барч утверждает, что это мировоззрение основано на шести столпах. И перечисляет мировоззренческие столпы. № 1. Биогуманизм. № 2. Европейская теория познания логического эмпиризма. № 3. Биологический тип человека. № 4. Этноплюрализм с янсенизмом и евгеникой. № 5. Освободительный национализм. № 6. Европейский социализм. Тут многое нуждается в расшифровке, в том числе и адресация исследователя к янсенизму. (Продолжение следует.) Сергей Кургинян Опубликовано в газете «Суть времени», №165 от 17 февраля 2016 г. http://gazeta.eot.su/article/sudba-gumanizma-v-xxi-stoletii-57

09 апреля, 07:30

Трясина «альтернативной истории» — 4

Ниже представлена часть выступления Клейна Л.С. на третьей публичной дискуссии по "норманнской проблеме" (первые две состоялись на 100 и 200 лет ранее). Именно эта дискуссия состоялась в конце 1965 года. Основные материалы дискуссии могут быть интересны тем, кто интересуется историей нашего государства. Им могу только порекомендовать прочитать книгу Клейна "Спор о варягах. История противостояния и аргументы сторон", где достаточно подробно изложены все три публичные дискуссии. Впрочем, я отвлекся.

25 февраля, 01:00

Первый украинизатор русской армии - генерал Лавр Корнилов

«Кавалергарда век недолог, и потому так сладок он». Увы, сочинивший эти строки Булат Окуджава, видимо, и не подозревал, что со времени образования «кавалергардии» в 1726 году из множества войн, в которых участвовали русские войска до 1914 года, она была задействована лишь в кампаниях против Наполеона в 1805-м и в 1812–1814 годах да еще в подавлении Польского восстания в 1831 году и Венгерского – в 1848-м.ВЕЛИКОЛЕПНАЯ ЧЕТВЕРКАЗато жизнь кавалергардов действительно была сладкой – парады, караулы в императорских дворцах, участие во всех мероприятиях царствующей династии, скачки, актрисы и, главное, полковые кутежи. А какие перспективы! Ведь немалое число генерал-губернаторов и министров России в XIX и первом десятилетии ХХ века начали карьеру именно в Кавалергардском полку.Надо ли говорить, что в семье богатого украинского помещика Петра Скоропадского не было особых споров, куда пристроить сына Павла после окончания Пажеского корпуса. Конечно, в кавалергарды. Оказавшись в их рядах, он быстро сдружился с офицерами-сослуживцами князем Александром Долгоруковым и двумя баронами – Карлом Густавом Маннергеймом и Петром Врангелем.Замечу, что родным языком Павла был немецкий. Он долго жил за границей и толком говорить по-русски выучился к 7 годам, а «рiдну мову» не знал вообще. Впрочем, родным языком выходца из Великого княжества Финляндского Карла Густава Маннергейма был шведский. Финским языком он не владел. Да и финнов барон в ту пору иначе как «чухонцами» не называл.Служба большинства офицеров-кавалергардов перемежалась с продолжительными отпусками, во время которых корнет Скоропадский много месяцев путешествовал по Германии, Англии, Голландии, Франции, Бельгии, Швейцарии, Италии, Греции и Турции. В 1898 году он выгодно женился на Александре Дурново, дочери главы департамента полиции, а с октября 1905 года – министра внутренних дел Петра Николаевича Дурново. Тещей Скоропадского стала графиня Кочубей – владелица огромного состояния. Замечу, что Петр Дурново был неформальным главой прогерманской партии в кругах сановной бюрократии.С началом Русско-японской войны в Маньчжурию «на ловлю счастья и чинов» немедленно рванулась вся «великолепная четверка» кавалергардов – Скоропадский, Маннергейм, Врангель и Долгоруков. Поскольку гвардейские полки участия в кампании не принимали, все четверо попросились в казачьи части. В Порт-Артур почему-то никто не поехал. Наоборот, из крепости наблюдался отток аристократии. Так, уже 31 марта 1904 года оттуда убыли великие князья Кирилл и Борис Владимировичи.В Маньчжурии наши герои особыми успехами не отличились, равно как и вся русская армия. Зато господа кавалергарды получили множество наград и повышения по службе. Так, Скоропадский в декабре 1905 года был произведен в полковники и пожалован званием флигель-адъютанта его императорского величества.СМУТНОЕ ВРЕМЯК январю 1917 года и Павел Петрович, и его друзья уже носили генеральские погоны. Но за январем, как известно, следует февраль. А в скором времени в славном граде Киеве воцарилось четырехвластие. Городом и губернией одновременно пытались управлять Исполнительный комитет Временного правительства, Киевский совет рабочих и солдатских депутатов, Центральная Рада и командование Киевского военного округа. Следует заметить, что если последнее было назначено еще государем-императором Николаем II, то три остальных органа назначили себя сами.Так, Центральная Рада была создана в апреле 1917 года на Украинском национальном конгрессе, в работе которого приняли участие делегаты от двух десятков партий и общественных организаций. Собравшиеся заявили, что уполномочены говорить от имени всей Украины и решать все ее проблемы. На самом же деле данные партии и организации состояли из нескольких десятков, в лучшем случае – из нескольких сотен активных членов. Ни левых (большевиков), ни правых (монархистов и государственников) на конгресс, разумеется, никто не приглашал. Отсутствовали там и представители многомиллионного русского населения, проживавшего на украинской территории.Центральная Рада выступала за отделение Украины от остальной России, принудительное введения галицийского диалекта украинского языка, создание особой украинской церкви и т.д. Понятно, что подобные задачи отнюдь не являлись главными для селянства, которое желало немедленного раздела помещичьих владений. На эти требования «социалистическая» Рада дала блестящий ответ: надо подождать, пока закон о земле будет принят Всероссийским учредительным собранием, и лишь тогда Центральная Рада будет думать, как применить его на Украине. Таким образом, обеспечивалась неприкосновенность помещичьей собственности, а гнев украинских крестьян направлялся в сторону злыдней-москалей, которые никак не хотят по справедливости наделять тружеников-хлеборобов земельными наделами.Между тем в русской армии с конца марта 1917 года началась кампания украинизации. Во главе оного движения стал... генерал от инфантерии Лавр Георгиевич Корнилов, назначенный Временным правительством Верховным главнокомандующим. Чуть ли не в первый день новый главковерх издал приказ о немедленной украинизации 34-го армейского корпуса. В этом корпусе, равно как и в ряде других соединений, оставляли только уроженцев малороссийских губерний, а взамен увольняемых записывали украинцев, переводимых из прочих частей русской армии. Зачем Корнилову потребовались «украинизированные» дивизии и полки, сейчас можно только гадать. Вероятно, генерал хотел их использовать в каких-то своих играх: то ли повести на Петроград для захвата власти, то ли Лавр Георгиевич сам примеривался к посту гетмана всея Украины.Командиром украинизированного 34-го корпуса назначили генерал-лейтенанта Павла Скоропадского, благо один из его предков, хоть и не по прямой линии, два столетия тому назад, при Петре Великом, был гетманом Малороссии.20 ноября 1917 года Центральная Рада издала универсал, в котором провозгласила создание Украинской Народной Республики. Увы, власть Рады ограничивалась Киевом и его окрестностями. В конце января 1918 года к столице Украины подошли большевистские войска. Не мудрствуя лукаво, Центральная Рада во главе с профессором Михаилом Грушевским ударилась в бега. Киев был взят красными, и туда 12 февраля переехало украинское советское правительство, созданное в Харькове еще в декабре 1917 года.Спасло самозванную Раду заключение 9 февраля 1918 года мирного договора с Германией и Австро-Венгрией. От имени Рады подпись поставил недоучившийся студент Александр Севрук. Согласно этому договору Центральная Рада обязалась поставить Германии и Австро-Венгрии до 31 июля 1918 года 60 млн. пудов хлеба, 3 млн. пудов живого веса рогатого скота, 400 млн. штук яиц, сотни тысяч пудов сала, масла, сахара и других продуктов.А 1 марта первый батальон саксонской пехоты появился на киевском вокзале. Давняя мечта австрийских и германских политиков осуществилась. Правда, некоторые острословы с берегов Днепра трактовали произошедшее совсем иначе:Од Кыева до БерлинаПростяглася Украина.ИЗБРАНИЕ «ТУЗЕМНОГО ВОЖДЯ»В Киеве обосновалась главная квартира германского командования во главе с генерал-фельдмаршалом Германом фон Эйхгорном. Вслед за немецкими солдатами объявились в «матери русских городов» и лидеры Центральной Рады.Однако министры и генералы кайзера Вильгельма II довольно быстро поняли, что опереточное правительство Рады не в состоянии помогать им в управлении Украиной. Поэтому немцы решили заменить Центральную Раду более эффективным «туземным вождем». Нашелся и повод.Руководство Рады организовало похищение с целью выкупа киевского миллионера, банкира Абрама Доброго. В ночь с 24 на 25 апреля он был захвачен двумя офицерами украинской армии и тремя молодчиками в штатском. Позже выяснилось, что «операцией» руководил некто Осипов – чиновник особых поручений украинского Министерства внутренних дел, личный секретарь начальника политического департамента Гаевского. Миллионера запихнули в автомобиль, привезли на вокзал и притащили к вагону, стоявшему на запасных путях под охраной воинства УНР – так называемых «сечевых стрельцов». Потом этот вагон прицепили к обычному пассажирскому поезду, шедшему в Харьков. Осипов, не скрывая, кто он, предложил Доброму «решить проблему» всего за 100 тысяч: «Есть одно лицо, которое за деньги может ликвидировать всю эту историю. Но придется после уплаты немедленно покинуть пределы Украины».Однако деятели из Рады оказались дилетантами в сложной науке рэкета. Они оставили на свободе жену банкира. Та немедленно обратилась в германскую комендатуру. Немцы среагировали мгновенно. Возможно, тут роль сыграло и сотрудничество Доброго в годы войны с кайзеровской разведкой, ведь Абрам через Персию сбывал украинский сахар в Германию.И вот 28 апреля в зал Киевского педагогического института, где заседала Центральная Рада, вошел взвод немецких солдат. Командовавший ими лейтенант без всяких предисловий гаркнул: «Руки вверх!» Все присутствующие немедленно и послушно выполнили приказ. Получилось что-то вроде финальной сцены из гоголевского «Ревизора» – все молчали┘ Несколько членов Рады были арестованы, остальных обыскали и выгнали на улицу.Взамен Центральной Рады генерал-фельдмаршал Эйхгорн решил дать Украине┘ гетмана. Кстати, это слово было вполне понятно германскому полководцу, поскольку происходило от немецкого слова «гауптман» (Hauptmann) – начальник. Причем вполне подходил на эту должность Павел Скоропадский.Немцы учли и «историческую» фамилию кандидата, и его членство в масонской ложе «Великий Восток», в котором, между прочим, состояли еще до 1917 года и Михаил Грушевский, и Симон Петлюра.Избрание гаупт... то есть, прошу прощения, гетмана состоялось 29 апреля 1918 года в цирке Крутикова на Николаевской улице в Киеве. Режиссером представления был тот же Эйхгорн. В цирке собрали «хлеборобов-собственников». Несколько «тружеников полей» выступили с речами, требуя спасти Украину от хаоса, а сделать это может только гаупт┘ Нет, извините, гетман. И тут в одной из лож цирка показался одетый казаком Скоропадский. «Хлеборобы» дружно «прокричали» его гетманом.Так Центральная Рада была без единого выстрела разогнана германскими оккупантами. Ни один человек на всей Украине не встал на ее защиту. Началась эпоха новой гетманщины или, как шутили киевляне, «гетманшафт». Сам Павел Скоропадский поселился в доме киевского генерал-губернатора. Любопытная деталь: под кабинетом гетмана на втором этаже находилось помещение немецкого караула. Так что Павел Петрович сидел на германских штыках не только в переносном, но и в прямом смысле слова.ВЕНСКИЙ КАНДИДАТСкоропадский немедленно «сменил вывеску на лавочке». Ему как-то неудобно было именоваться гетманом Украинской Народной Республики, и потому молодое «независимое» государство нарекли Украинской державой. Ее вооруженные силы осенью 1918 года обычно представляли собой украинизированные в 1917 году части армии России. За что отдельное спасибо «русскому патриоту» Лавру Корнилову!Хотя боеспособность гетманского воинства была близка к нулю. Упомяну лишь об их уставах, которые составлялись наполовину на мове, а наполовину из немецких слов, поскольку военные термины в «говоре малороссийских мужиков» отсутствовали. Поэтому «Смирно, равнение направо» звучало как «Хальт, струнно направо».Тогда же, замечу, на службу к гетману попросился один его приятель – генерал Петр Врангель. Однако для него не нашлось подходящей должности.Между тем оккупационные германо-австрийские войска приняли решительные меры для наведения порядка на Украине. Немедленно были возвращены помещикам захваченные крестьянами земли, скот и инвентарь. Карательные отряды проводили массовые расстрелы. Однако эти меры не успокоили население, а лишь только озлобили его. Именно при гетмане резко, по сравнению с временами Центральной Рады, возросла активность различных повстанческих формирований.Банда, а можно сказать – и армия батьки Махно действовала на огромном пространстве современной Украины – от Лозовой до Бердянска, Мариуполя и Таганрога и от Луганска и Гришина до Екатеринослава, Александровска и Мелитополя. Большую известность получили банды Зеленого, Струка, Соколовского и Тютюнина, атаманши Маруси и др.А ко всему прочему у славного гетмана Скоропадского появился конкурент – украинский цесарь Василь I. Еще до войны униатский митрополит Андрей Шептицкий подал императору Францу Иосифу I проект обустройства Украины, где говорилось: «Самый выдающийся военачальник мог бы после великой победы быть наречен нашим (то есть австрийским. – А.Ш.) кайзером «гетманом Украины»».Австрийское правительство прислушалось к совету митрополита и подыскало своего кандидата в гетманы. Им стал Вильгельм фон Габсбург фон Лотринген (Лотарингский). Вильгельм принадлежал к младшей линии дома Габсбургов, и ни его отец, ни он не имели династических прав на наследование австрийского престола. Вместе с тем батюшка Вильгельма, Карл-Стефан, приходился троюродным братом императору Францу-Иосифу.Вильгельма Габсбурга срочно переименовали в Василя Вышиваного, и тот даже стал писать стихи на ломаном галицийском наречии. Вильгельм-Василь любил надевать под австрийский мундир вышитую малоросским орнаментом сорочку, а с зимы 1917 года стал сниматься для газет и листовок исключительно в одной сорочке или жупане. 4 февраля 1917-го впервые «Вестник Союза освобождения Украины» напечатал фото Вильгельма Габсбурга в вышиванке.Весной 1918 года Василь Вышиваный объявляется в Херсоне, берет под свою опеку несколько местных атаманов и пытается создать свою армию. В мае 1918-го украинствующие социалисты из славного города Одессы предложили Вышиваному отнять гетманскую булаву у Скоропадского.Скоропадский, в свою очередь, трижды посылал жалобы в Берлин с просьбой отозвать с Украины эрцгерцога Вильгельма Габсбурга. Германское правительство, естественно, взяло под защиту своего гауптмана-гетмана и решительно потребовало от Вены убрать Василя куда подальше. Не желая конфликта с могучим союзником, преемник скончавшегося Франца-Иосифа император Карл I приказал перевести Василя с его «сечевыми стрельцами» с Херсонщины в Черновцы.ПЕТЛЮРОВЩИНАТем не менее судьба гетманшафта Скоропадского решилась не на полях Северной Таврии, а в Берлине. 9 ноября 1918 года в Германии была провозглашена республика, а на следующий день кайзер Вильгельм II бежал в Голландию. 11 ноября было подписано Компьенское перемирие между странами Антанты и Германией, завершившее Первую мировую войну.Павел Скоропадский оценил ситуацию и 14 ноября назначил новый кабинет министров, уже без самостийников, провозгласил Акт федерации, по которому обязался объединить Украину с будущей небольшевистской Россией. Принимая это решение, Скоропадский надеялся получить поддержку со стороны главнокомандующего Добровольческой армией генерала Антона Деникина и стоявшей за его спиной Антанты.Но тут на подмостки истории выпрыгивает, как черт из табакерки, Симон Петлюра, кардинально меняя военно-политическую ситуацию на Украине.Краткая справка – Петлюра Симон Васильевич, сын извозчика, учился в семинарии. Бросив семинарию, работал журналистом и бухгалтером в фирме, торговавшей чаем. Затем отправился в Австро-Венгрию, где окончил Львовский университет. По возвращении в Киев занял должность Великого магистра ложи Святого Андрея (Великой ложи Украины).В Центральной Раде Петлюра занимал пост «военного секретаря». В июле 1918 года он и его коллега – министр Владимир Винниченко (некогда социал-демократ-меньшевик, писатель) – были арестованы по обвинению в заговоре с целью отстранения от власти Скоропадского. Они просидели несколько недель под замком, а потом дали честное слово министру юстиции Вязлову не выступать против гетмана и с тем были отпущены на все четыре стороны.Петлюра сразу же отправляется в Белую Церковь. Там были размещены сечевые стрельцы – галичане. Легион украинских сечевых стрельцов был сформирован в Австро-Венгрии в августе 1914 года. Первоначально в его составе было 2500 человек. По прибытии на русский фронт он почти в полном составе попал в плен. Весной 1917 года Временное правительство освободило «стрельцов». Большинство из них (в том числе Евгений Коновалец – будущий лидер Организации украинских националистов) отправились в Киев, где к декабрю 1917-го был создан курень сечевых стрельцов. Разоруженные и распущенные в первые дни гетманства, стрельцы ходатайствовали о разрешении вновь создать свою часть, на что Павел Скоропадский дал свое согласие, назначив местом формирования Белую Церковь.14 ноября 1918 года в Белой Церкви появилось новое правительство Украины, так называемой Директории. (Этим опереточным персонажам очень льстило сравнение с Великой Французской революцией). Главой Директории стал Владимир Винниченко, а верховным главнокомандующим и кандидатом в Бонапарты – Симон Петлюра.Последний также сколотил и свою собственную партию – «Украинский национальный союз». «Селянство» активно поддержало Петлюру, получив возможность безнаказанно и на идейных основаниях грабить помещиков, русских сельских врачей и учителей, евреев и отступающие германские тыловые части. Об истинных же целях Петлюры украинские мужики имели крайне смутное представление. Любопытно, что население многих сел считало Симона Васильевича┘ женщиной. «Вона Петлюра усим кацапам, немцам и жидам покаже┘» Думаю, не надо доказывать, что 99,9% крестьян Украины не знали и не ведали, что, собственно, из себя представляет петлюровский «Украинский национальный союз».БЕГСТВОС появлением Директории гетманские войска разбежались или перешли на сторону Петлюры.Что же касается немцев, то они 17 ноября в Белой Церкви заключили с Директорией соглашение о нейтралитете. Германское командование обещало не мешать Петлюре свергать гетмана в обмен на условие не препятствовать эвакуации немецких и австрийских войск на родину. Замечу, что во всех местностях, куда вступали петлюровцы, немцы без сопротивления или попыток уничтожения передавали им свое оружие и военное имущество, которое не подлежало вывозу в Германию.Оставшись в изоляции, Скоропадский делает ставку на русских белогвардейцев. 14 ноября он выпустил грамоту о Федерации Украины с Россией. 19 ноября гетман назначает главнокомандующим вооруженными силами Украинской державы одного из героев мировой войны и самых убежденных сторонников российской монархии генерала от кавалерии графа Федора Келлера.Келлер немедленно попытался произвести мобилизацию находившихся в Киеве офицеров русской армии. Но, несмотря на угрозу применить «расстрел в случае неявки в течение 24 часов», из примерно 20 тыс. офицеров, зарегистрированных в городе, всего лишь около 6 тыс. оказались готовы встать на сторону гетмана. Они были распределены по двум «дружинам», которые возглавили генерал Кирпичев и полковник князь Святополк-Мирский. Кроме того, Келлеру подчинили гетманскую гвардию – «сердюцкую» дивизию (около 5 тыс. бойцов), а также различные части, только что начавшие формироваться как для гетманской, так и для Добровольческой армии (например, Ольвиопольский и Кинбурнский кавалерийские полки). Всего у Келлера было около 12–15 тыс. штыков и сабель.Однако подчиненные генерала допустили ряд антиукраинских выходок, в том числе срывали жовто-блокитные флаги и заменяли их русским триколором. Есть сведения, что в штабе Келлера готовилось свержение гетмана и объявление Киева территорией, подчиняющейся деникинцам.Скоропадский поспешно смещает Келлера с поста главнокомандующего, а на место графа назначает его заместителя генерал-лейтенанта князя Александра Долгорукова. Князь был глуповат, но у него имелись два важных достоинства. Во-первых, он являлся старым приятелем и собутыльником Скоропадского, а во-вторых, недолюбливал руководство Добрармии.12 декабря немцы договорились с Петлюрой об эвакуации Киева. Утром 14 декабря князь Долгоруков и ряд его офицеров драпанули в Германию. В полдень гетман подписал отречение, а еще через два дня удрал из своего дворца, переодевшись в мундир немецкого офицера. Весьма близко к действительности его бегство показано в пьесе Михаила Булгакова «Дни Турбиных». Скоропадского тайно вывезли в Берлин.У КАЖДОГО СВОЙ ФИНАЛВ Германии в начале 1920-х годов Скоропадский создал свою так называемую «гетманскую организации». Во главе ее стояла «управа», председателем которой был сам гетман. В эмиграции Павел Петрович пытался наладить связь с каждым, кто мог бы дать денег, – с великим князем и самопровозглашенным российским императором Кириллом Владимировичем, с японским военным атташе в Берлине полковником Банзаем и с офицерами японского генштаба Акацуни и Танака. По их просьбе Скоропадский отправил в Харбин несколько своих представителей для работы с местной украинской эмиграцией.Большие надежды экс-гетман возлагал на нацистов, но, увы, опять дал маху. Его приятельские отношения с главой штурмовиков Эрнстом Ромом закончились арестом после «ночи длинных ножей» 30 июня 1934 года.Правда, Скоропадского гестапо быстро отпустило, но доверие Гитлера к бывшему гетману было утеряно. Точку в карьере Скоропадского поставила американская бомба. 26 апреля 1945 года он погиб в баварском городе Меттене в ходе авианалета.Его «ниспровергатель» – Симон Петлюра – к тому времени давно покоился в могиле: он был убит в мае 1926 года в Париже неким Самуилом Шварцбардом – вроде бы знакомцем Нестора Махно и агентом Лубянки.Судьба другого конкурента Скоропадского – Василя Вышиваного (он же Вильгельм Габсбург) – также оказалась плачевной. В 1930-х годах Василь-Вильгельм был привлечен в Париже к суду за подделку ценных бумаг, но бежал от французского правосудия в Германию. В период Второй мировой войны ряд эмигрантских деятелей решили провозгласить Василя «царем соборной Украины».Разгром Третьего рейха застает Вильгельма Габсбурга в Вене, отсюда он в августе 1947 года, во время «чистки» города сотрудниками СМЕРШа, был вывезен в Киев. Поводом для ареста стала организованная им встреча французского капитана Полисье с бандеровским эмиссаром Мирославом Прокопом. Речь там шла о помощи правительства Шарля де Голля формированиям ОУН-УПА. 25 мая 1948 года МГБ УССР приговаривает Габсбурга к 25 годам в исправительных лагерях. Скончался Вильгельм от туберкулеза 18 августа того же года в тюрьме №1 Киева.28 декабря 1989 года Киевской военной прокуратурой Вильгельм Габсбург был реабилитирован как «жертва репрессий, что имели место в период 30–40-х и начала 50-х годов».В июне 2007 года на Украину пожаловал Отто фон Габсбург – сын последнего императора Австро-Венгрии Карла I, правившего в 1916–1918 годах после смерти Франца Иосифа I. Первым делом высокого гостя привезли в музей «советской оккупации» и подвели к отдельному стенду героя незалежной Украины Вильгельма Габсбурга, то бишь – Василя Вышиваного. Отто прослезился. Ряд «западенских» политиков еще до визита предлагали короноваться Отто «украинским царем». Увы, принц малость староват – 1912 года рождения, зато у него есть дети – гарные хлопцы Кари и Павел-Георг 1961 и 1964 годов рождения соответственно, а также не менее гарные дивчины Андреа и Вальбурга. Так что вопрос с «украинским царем» до сих пор открыт.А пока во Львове решили установить памятник императору Францу-Иосифу I. Тому самому, который только за два года – 1914–1916-й – сумел уничтожить свыше 60 тыс. русинов, которых сейчас в Киеве считают украинцами.Источник

21 октября 2015, 21:40

Константин Черемных. ПРОЕКТ «ВТОРАЯ ЕВРОПА»

Странный альянс ультралибералов и национал-радикалов в малых странах континента направлен против Германии и РоссииКОРОЛЕВСКАЯ МИЛОСТЬНельзя сказать, чтобы в странах Балтии не готовились к визиту королевы Великобритании. О ее планах впервые посетить три республики было известно еще летом. Тем не менее в день прибытия в одну из трех гостеприимных столиц, Таллин, не обошлось без суматохи. Потянув носом, официальные лица встречающей стороны обнаружили, что воздух нечист. Агентство «Дельфи» откровенно сообщило, что «Таллин встречал королеву крепкой вонью».Нельзя сказать, чтобы в странах Балтии не беспокоились об окружающей среде. В отличие от многих прочих экс-советских стран, в Эстонии существует и весьма популярна Зеленая партия. Что, впрочем, не препятствует бурному развитию химических, в том числе весьма опасных для окружающей среды производств. А недавно Эстония заключила договор с Швецией о поставках местных сланцев для нужд «альтернативной» электроэнергетики. «Швеции - электричество, Эстонии - отходы», - грустно иронизировала местная пресса.Впрочем, проблема не только в том, что отходы в любом крупном хозяйстве - в данном случае Евросоюзе - как правило, накапливаются на его задворках. И даже не в том, что в новоприбывших странах легче найти непритязательные и относительно недорогие рабочие руки. Дело в том, что незадолго до визита королевы местное Министерство экологии оказалось по уши в скандале вокруг земельных спекуляций. А в конце сентября последовал новый скандал: в порту Палдиски было задержано панамское судно с токсичным химическим грузом. «Козлом отпущения» оказался министр экологии Виллу Рейльян.В день прибытия королевы Елизаветы эстонское Министерство окружающей среды оказалось «без головы»: за десять дней до визита Виллу Рейльян был вынужден уйти в отставку. В которой трудно не уловить крепкий запах политической интриги.Опальный министр был еще и крупным политиком. Именно Рейльян был одним из основных инициаторов альянса двух левых партий - Народного союза, который он возглавлял, и Центристской партии Эдгара Сависаара. В декларации альянса, обнародованной в июле, излагались политические и экономические приоритеты левоцентристского блока, вызвавшие серьезную тревогу в том числе и далеко за пределами Эстонии. Так, «народники» и «центристы» настаивали на том, что эстонским военным следует участвовать в международных миротворческих операциях исключительно под эгидой ООН. «Они же по существу призывают Эстонию выйти из НАТО!» - заволновался премьер-министр Андрус Ансип.Премьера-консерватора встревожила также налоговая реформа, предложенная левоцентристским альянсом. Она представляла угрозу крупным компаниям - как местного, так и зарубежного происхождения. Виллу Рейльян был вполне откровенен в изложении своих взглядов. «Приоритетом государства, - говорил он, - должен быть человек, а не власть денег».Между тем соцопросы показывали, что пацифистская линия Рейльяна-Сависаара весьма популярна как среди эстонского, так и среди русского населения республики. Мало того, альянс выдвинул на пост президента Эстонии человека, прекрасно владеющего русским языком. В биографии Энне Эргма, первой в истории независимой Эстонии женщины, претендующей на высший государственный пост, весьма длительный период занимала научная деятельность в Москве, в Институте космических исследований.Не случайно последующая агитационная кампания консерваторов сводилась к противопоставлению «восточного кандидата» Энне Эргма «западному» - недавнему гражданину США Тоомасу Хендрику Ильвесу. Бросая кость социальным чаяниям населения, консерваторы подчеркивали, что Ильвес тоже «народный» кандидат. Пока Ильвес подчеркивал свою приверженность идеям социал-демократии, выдвинувшие его консерваторы собирали компрометирующий материал на народников и центристов.Эдгара Сависаара, как и Виллу Рейльяна, уличали в закулисных сделках с российским бизнесом. Занимая пост министра экономики, Сависаар в прошлом году принял решение о национализации эстонской железнодорожной компании Eesti Raudtee. Как политические оппоненты, так и американские владельцы контрольного пакета ER, не сумевшие найти «достойного» западного покупателя, усматривали в действиях Сависаара сговор с российским «Северстальтрансом».Действительно, российский концерн заметно укреплял свои позиции в Эстонии, в первую очередь благодаря своему многолетнему партнеру Ааду Луукасу. Российский бизнес имел сильные позиции практически на всех экспортных терминалах. Праздничную ленточку при торжественном открытии нового порта Силламяэ разрезали его российские владельцы - Андрей Катков и Евгений Малов, совладельцы петербургского «Кинэкс-Инвеста». Экс-премьер Эстонии Тийт Вяхи, глава холдинга «Силмет» и инициатор строительства порта, был не только «патроном» российских инвесторов, но и частым гостем Петербурга, равно как и политическим партнером Сависаара.При голосовании в парламенте Энне Эргма опережала Томаса Хендрика Ильвеса на один голос. Дальнейшая процедура была передана в распоряжение коллегии выборщиков. Американский метод выборов президента сопровождался массивной медиа-кампанией против «центристов» и «народников».Левоцентристы отступили, выдвинув кандидатуру действующего президента Арнольда Рюйтеля. Но было поздно. 21 сентября, в унисон со свежими данными ангажированных социологов, коллегия выборщиков объявила победителем Тоомаса Хендрика Ильвеса. 28 сентября компанию Тийта Вяхи уличили ни больше ни меньше как в незаконной торговле с диктаторским режимом государства Конго в обход международного эмбарго - по на редкость своевременному сигналу, поступившему от австрийского бизнесмена Михаэля Кралля. 7 октября в собственном доме умер Ааду Лукас; похороны состоялись почему-то только две недели спустя.После отделения от Советского Союза прибалтийские республики действительно пользовались недостаточным вниманием международного сообщества. На одном из мировых энциклопедических сайтов президента Эстонии даже перепутали с президентом соседнего по алфавиту Эквадора.ВИЗИТ НА ФОНЕ ПОЖАРАОтносительно сильные позиции российского бизнеса в Прибалтике также не в последнюю очередь объясняются пассивностью западных инвесторов. Американская компания, отказавшаяся от инвестиций в весьма запущенную эстонскую железную дорогу, была не единственным «беглецом» из региона. Ранее Ригу покинула американская нефтяная компания Williams, заработавшая в регионе не лучшую репутацию. С большим трудом удалось найти швейцарского покупателя на латвийский холдинг Ventspils Nafta, притом государство, по мнению ряда политиков и СМИ, сильно продешевило. Не спешат крупные международные корпорации и в литовский Мажейкяй - местный НПЗ бывшие владельцы ЮКОСа смогли продать только польскому концерну Orlen. Предпринятый после этого российской «Транснефтью» капремонт нефтепровода, ведущего в Литву, не укрепил, однако, энтузиазма польской стороны: сделка поныне не завершена. Мало того, переговоры о Mazeikiu Nafta осложнились политическим скандалом между Варшавой и Вильнюсом: власти Литвы поддерживали на пост генсека ООН главу соседней Латвии Вайру Вике-Фрейберга, в то время как у поляков был собственный кандидат - экс-президент Александр Квасьневский.В канун визита британской королевы на Мажейкяйском НПЗ случилось весьма зрелищное происшествие. Охваченная пожаром, на землю рухнула 50-метровая ректификационная колонна. Естественно, проправительственная пресса усматривает в происшедшем «руку Москвы». Оппоненты едко намекают на «поджог рейхстага».На реакцию Лондона явно был рассчитан и скандал вокруг панамского судна в порту Палдиски. Ведь королева прибыла в Прибалтику вместе с принцем-консортом Филиппом Маунтбаттеном, не без оснований считающимся всемирным покровителем борьбы за девственную чистоту природы. Именно принц Филипп был инициатором создания Всемирного фонда дикой природы (WWF). Большего ревнителя заповедной чистоты, равно как и сторонника сокращения численности мирового населения - можно найти лишь в лице его близкого друга Далай-ламы Четырнадцатого... А главными врагами эстонской природы, если присмотреться, являются именно бизнесмены с Востока - русско-эстонские владельцы Silmet, украинские акционеры комбината Nitrofert в Кохтла-Ярве, не говоря уже о пресловутом «Северстальтрансе» - при попустительстве преступно левого, а значит, пророссийского Виллу Рейльяна...Консерваторы не подвели англо-американский альянс, развязавший войну в Ираке без оглядки на Объединенные Нации. Королева была благосклонна. «Крепкая вонь» в таллинском аэропорту не испортила настроения коронованной особе, а новый президент Эстонии получил из ее рук престижный рыцарский Орден Бани, удостоившись не меньшей почести, чем Рональд Рейган.Впрочем, аналогичных наград от британской короны удостоились и лидеры двух соседних республик - бывший гражданин США Валдис Адамкус и бывшая гражданка Канады Вайра Вике-Фрайберга.Если чем и были расстроены консервативные прибалтийские СМИ, так это интонацией ведущих СМИ Евросоюза, в том числе Англии. Почести главам недавней советской провинции там были описаны с откровенной иронией, а порой с неполиткорректными ошибками: так, в первом сообщении на сайте The Times Литва вообще была названа «балканским государством».Впрочем, при более пристальном рассмотрении ошибку старейшей лондонской газеты следует признать оговоркой по великому венскому психологу Зигмунду Фрейду. Имеет свое объяснение, не лежащее на поверхности, и повышенное внимание местной прессы, принадлежащей скандинавским владельцам, к несвежести таллинского воздуха в ответственный момент. Отражение визита королевы в местной прессе достойно самого пристального внимания политических экспертов. Но лишь тех, кто не пренебрегает историческим знанием.НЕКОРРЕКТНЫЕ РЕМИНИСЦЕНЦИИПринимая королеву, глава Литвы не мог не подчеркнуть значения своего государства в Европе. Правда, способ он выбрал, на первый взгляд, не очень политкорректный, напомнив о том, что литовское государство в свои лучшие времена простиралось от моря до моря.Можно себе представить, какие эмоции это откровение встретило в Варшаве, где славную династию Ягеллонов, разумеется, считают польской. Еще меньше восторгов историческая аллюзия должна была вызвать в националистических кругах Украины, где в эту минуту словно ожили поросшие мхом стены древних литовских замков.Впрочем, заявление Адамкуса не затмило другого геополитического откровения, которым накануне отметился в Риге новоизбранный лидер Эстонии. Бывший американец Ильвес вдруг вспомнил здесь не о согревшем его солнце Вашингтона, покровителя всех борцов с империями, а о своих исконных корнях - притом во вполне европейском имперском контексте. Тот факт, что первой страной его посещения оказалась Латвия, он пояснил тем, что его семья происходит «не только из Эстонии, но и из северной Ливонии».Вряд ли случайно титульный социал-демократ, главным козырем которого на выборах было энциклопедическое образование, случайно употребил в официальном выступлении не недавнюю Лифляндию, а древнюю Ливонию. За этой аллюзией стоит еще более внушительный контекст истории, чем за упоминанием о литовских князьях. Над этими князьями несколько столетий властвовал Ливонский орден, учрежденный рыцарями-крестоносцами в конце XII века. По велению Святого Престола, по причине соперничества со скандинавскими завоевателями, ливонцы были подчинены, как известно, еще более могущественным тевтонам.Исторические аллюзии мелких даже в европейском масштабе политических фигур, над которыми в кругах Евросоюза иронизируют не меньше, чем над ревностными католиками Качинскими, могли бы вовсе не рассматриваться всерьез. Если бы историческая память о прошлом Европы интересовала только узких специалистов по средневековью. Если бы преемственность древних орденских структур, рожденных во времена крестовых походов, не дожило благополучно до сегодняшнего дня. Если бы само понятие «крестовый поход» не было востребовано в современной геополитике. Если бы недовольством «окраинной Европы» чванством и высокомерием брюссельской бюрократии не пользовались далекие потомки былых рыцарей, князей, эрцгерцогов, равно как и гроссмейстеров и командоров.ПРИВЕТ ОТ ГРАФА КУДЕНХОВЕ-КАЛЕРГИТоомас Хендрик Ильвес действительно не случайно посетил Ригу накануне визита королевы Елизаветы II. Город, построенный по указанию тевтонского князя Альберта, стал центральным пунктом высокого визита, что столь же знаменательно и не случайно, как выбор Дома черноголовых для приема коронованных особ.В числе этих особ - чего мировая пресса почти не заметила - оказались не только британские монархи. В день прибытия королевы в Риге очутился 92-летний, но отнюдь не лишенный дара речи и далеко уходящей памяти наследный принц австрийской короны Отто фон Габсбург. Награда, которой удостоилась из его рук Вайра Вике-Фрейберга - единственная из трех балтийских лидеров недавняя подданная британской короны, - учреждена венским фондом имени графа Рихарда фон Куденхове-Калерги.Граф Рихард знаменит в Европе как основатель консервативного Панъевропейского Союза (PEU), возникшего в бурные годы передела континента после Первой мировой войны. С сороковых годов консервативный альянс, финансируемый крупнейшими центрально-европейскими корпорациями, официально связан с именем Отто фон Габсбурга, с которым Куденхове-Калерги якобы познакомился только в эмиграции. Однако даже год основания PEU - 1923-й - совпадает с решением Габсбургов формально отказаться от руководства Тевтонским орденом, которым древнее королевское семейство руководило с 1589 года.Граф Рихард считается - хотя не вполне обоснованно - автором идеи Соединенных Штатов Европы, в последующие времена получившей наименование «Европы регионов». Отто фон Габсбург, полвека назад подвергавшийся насмешкам как «принц без королевства», ничего не забыл и ничего не простил. В особенности Германии, не нуждающейся в его монархических услугах - несмотря на то, что его далекий предок Рудольф в XIII веке не только возглавлял Священную Римскую Империю, но и руководил тевтонскими завоевательными походами.Проект «Европы регионов» возвращает континент к тем временам, когда ни нынешняя Германия, ни нынешняя Италия не были едиными государствами. Политические деятели крайне правого толка, официально или полуофициально принимаемые в Панъевропейском союзе, представляют сепаратистские партии, прямо или опосредованно связанные со старыми монархическими семействами - от генуэзских до каталонских. С семействами, правившими во времена почти безраздельного господства Габсбургов в Европе. С семействами, представленными в лондонской Монархической ассоциации, где гессенские и баварские «голубые крови» представляют кого угодно, только не Брюссель и не Берлин.Вторым многовековым конкурентом дома Габсбургов было, разумеется, государство Российское - от времен Александра Невского вплоть до Первой мировой войны, когда австро-венгерская корона даже назначила собственного наместника на Украине - покровителя и кумира греко-католиков епископа Андрея Шептицкого.Семейство Габсбургов неоднократно удостаивало Россию особого политического внимания. В год избрания Владимира Путина президентом России Карл Габсбург, сын кронпринца, со страниц благожелательной Die Welt призывал нашу страну «перейти к политике деколонизации». А именно, и в первую очередь - предоставить независимость Чечне.Взамен предлагалось всего-навсего - много или мало? - лояльность со стороны Габсбургов. По крайней мере, иначе трудно интерпретировать ссылку на отца-основателя PEU: «Рихард Куденхове-Калерги, создатель идеи Пан-Европы, не рассматривал Британию в качестве части объединенной Европы из-за ее ориентированной на колонии политики. После Второй мировой войны Великобритания, потерявшая или предоставившая независимость большей части своих колоний, смогла стать частью Европы».Говоря о Европе, в состав которой «панъевропейцы» соблаговолили принять Англию, сын кронпринца, разумеется, не имел в виду Европейский Союз. Речь шла, разумеется, о части того проекта лоскутного одеяла, управляемого из единого политико-экономического центра, который много десятилетий лелеет гость Риги - «монарх без королевства».Указания Москве не обошлись без намека на последствия в случае ослушания. «Россия - последняя империя в Европе - витийствовал наследник кровавых королей. - В России тенденции к независимости наблюдаются повсюду: от Тувы и Грозного до Йошкар-Олы...»Москва не проявила внимания к наставлениям наследника Габсбургов. После чего марийский народ - наследник общего с эстонцами финно-угорского этноса - «случайно» оказался предметом назойливой международной опеки. Подозревать в этом странном выборе брюссельских бюрократов было бы странно. Как хорошо известно нашим дипломатам, официальная евробюрократия ненамного лучше разбирается в европейской истории, чем Джордж Буш. Хотя, разумеется, не путает Словакию со Словенией.«ВЕНСКИЙ ВАЛЬС» БАЛКАНСКОЙ ГЕОПОЛИТИКИЗа полгода до смерти президент Хорватии Франьо Туджман огорошил местного журналиста неожиданным вопросом на вопрос: «Вы говорите о месте Хорватии в Европе? Хорошо, только какую Европу вы имеете в виду?» На лице юного репортера изобразилось удивление. «Вы думаете, что существует какая-то одна Европа? - продолжал бывший функционер Союза коммунистов Югославии. - Так вот, вы ошибаетесь. Есть Евросоюз, а есть Европа Габсбургов. Мало того, есть еще Европа Священной Римской империи...»Он знал, о чем говорил. Уже в 1991 году эрцгерцог Карл наезжал в Загреб, где даже познакомился со своей будущей супругой Франческой Тиссен, дочерью барона-коллекционера, фамилия которого вряд ли требует комментариев. В умильной светской хронике о чете, сочетавшейся браком уже после кровавого раздела Югославии, сообщается, что юная Франческа проживала то в Женеве, то в Лондоне, а в родовом поместье принимала Далай-ламу.Ее супруг в интервью «Ди Вельт» (Die Welt), прямо адресованном Владимиру Путину, упоминал и Балканы: «Выход из состава Югославии Словении, Хорватии и других стран тоже происходит в рамках процесса деколонизации, также как и стремление к независимости Косово»...Навязчивая симпатия состоятельнейшего мирового семейства к национальным меньшинствам может растрогать разве что младшее послевоенное поколение европейских бюргеров. В представления среднего европейца с мозгами, до стерильности промытыми стандартными либеральными благоглупостями, никак не вмещается то обстоятельство, что для наследников австро-венгерского владычества раздел Балкан - совсем не то же самое, что для Билла Клинтона или Хавьера Соланы. Для кого Албания - страна, освобожденная от коммунизма, а для кого - бывшая вассальная территория империи Габсбургов во главе с их родственниками баронами Видами.Что и говорить о хорватском племени - верных штыках австро-венгерской короны? Что говорить о Загребе, где память о владычестве Габсбургов дышит из каждой трещины древних готических зданий? Подруга Далай-ламы и дочь швейцарского коллекционера сегодня не жалеет благотворительных средств из собственного фонда для восстановления поврежденных войной католических храмов. А в Косово «стремление к независимости» выражается в снесении с лица земли остатков православной культуры. За толпой "мусульманских дураков", должно быть, снисходительно наблюдают в штаб-квартире никуда не исчезнувшего Тевтонского ордена, находящейся - где же ей еще быть? - в Вене.АРХИТЕКТОРЫ ХАОСА: КТО ОНИ?В ходе светской беседы в гостеприимном Доме черноголовых обсуждались, разумеется, и насущные политические вопросы. В частности, главы всех трех балтийских государств - сразу же после мероприятия с участием королевы и кронпринца - собирались на прием по случаю пятидесятилетия Венгерского восстания.Спустя два дня благовоспитанная европейская публика из младшего послевоенного поколения дружно ахала, пожимала плечами, нервно курила и изо всех сил напрягала промытые до стерильности мозги, пытаясь осознать, что же за странные беспорядки второй месяц подряд сотрясают Будапешт, и почему в молодых странах Европы хором подняли голову правонационалистические движения, не гнушающиеся самой непотребной лексикой и самым разнузданным поведением, вплоть до популистского разыгрывания темы еврейского происхождения премьер-министра Дюрчаня...Зато ничему не удивлялся Петер Кенде, глава совета попечителей будапештского Института 1956 года. По его словам, которые процитированы в свежем номере «Франкфуртер Рундшау» (Frankfurter Rundschau), в событиях венгерской «весны» было много течений. «Если бы восстание было успешным, то «Венгрия могла бы стать черно-красной страной, как, например, Австрия».Не такой ли «черно-красной» страной видит Болгарию выскочивший, как чертик из табакерки, ультраправый кандидат Велен Сидеров?Не та ли самая конъюнктура «второй Европы», антигерманской и антирусской одновременно, скрывается за общей - по форме антибрюссельской - риторикой венгерской ФИДЕС и болгарской «Атаки»?На это можно возразить: стилистика всех «Атак», ныне расплодившихся, подобно насекомым, на европейском пространстве, слишком явно построена по заокеанским лекалам. Да и Панъевропейский союз изначально представлял интересы континентальных промышленных олигархов, соперничавших с американскими корпоративными боссами...Едва задумавшись об этом, я открываю текст последнего интервью Отто фон Габсбурга, адресованное России. На редкость злобный текст, что ранее не было присуще кронпринцу, сосредоточен на единственном примере нового российского «тоталитаризма» - преследовании нефтяного магната Ходорковского.И никак не могу не вспомнить о радушном приеме предводителя антисемитской на словах ФИДЕС на мероприятии Американской венгерской федерации, где он заседал за одним столом с покровителем Российского еврейского конгресса, американским потомком придворной семьи Австро-венгерского королевства сенатором Томом Лантосом. Который формально входит в плеяду американских демократов, однако по существу принадлежит к официально никем не обозначенной, надпартийной, до мозга костей корпоративной «третьей Америке».А также о той роли, которую играл в подготовке российских демократов ельцинского призыва американский стратег Поль Вейрих - сколь яростный правый консерватор, столь и убежденный греко-католик. И о том, что в подобранной им реформаторской плеяде московский либерал Михаил Резников вполне сочетался с бесспорным физиологическим антисемитом Михаилом Полтораниным. И о том, что с 1999 года - ни раньше и не позже - господин Вейрих возобновил свою деятельность в Москве, еще до прихода к власти Джорджа Буша-младшего, которым был вновь мобилизован и призван к идеологическому обслуживанию «крестовых походов».А также о том, как один петербургский радикальный националист, именующий себя казаком, с восторгом рассказывал мне о семинарах для правых радикалов, которые периодически проводит в Восточной Европе американское учреждение под названием Western Goals. И о том, как его отец-основатель, родовитый французский аристократ Арно де Боршграв (в американском произношении - Боршгрейв) оказался источником скандальной компрометирующей информации, касающейся высших лиц российского «Газпрома»...Мне трудно судить о том, насколько к европейскому повороту вправо, означающем сметение с политической доски целого множества фигур первой величины, готово Европейское сообщество. Меня больше волнует вопрос о том, насколько компетентны в теневой геополитике, уходящей в средневековые времена, высшие кадры российского дипломатического ведомства. Это ведомство клянут во Львове окруженные вакуумом молчания активисты местной русской общины, оскорбленные «отсутствием всякого присутствия» российской дипломатии. Над этим ведомством откровенно смеется эстонская пресса, обыгрывая фамилию бывшего посла Провалова.Насколько хватит знаний, смелости и фантазии российской дипломатии, чтобы достойно играть на поле «другой Европы»? Я поверю в сохранную компетентность отечественных профессионалов в тот же день и в тот же момент, когда в ответ на создание благотворительного фонда Франчески Тиссен-Габсбург кто-нибудь - разумеется, не в Москве, а в Праге - догадается учредить фонд имени короля Пржемысла Оттокара Второго. А в российском Пскове было бы столь же уместно сугубо локальное, но влиятельное политическое движение, названное в память князя Довмонта...Чтобы играть по-крупному, на уровне, достойном богатого, славного и жестокого наследия веков русской истории, нефтегазовой и химической корпоративной политики недостаточно. Первое, что для этого требуется, - преодоление бюрократической косности со свойственной ему умственной ленью, выход геополитического интеллекта из московской кухни на мировой простор.Если этого не получится, мы проиграем не только Колывань. Прошу прощения - Таллин.26.10.2006

04 июля 2011, 22:40

Умер Отто фон Габсбург

В Германии в возрасте 98 лет скончался старший сын последнего императора Австро-Венгрии Отто фон Габсбург. Он умер в своем доме в Баварии на берегу Штарнбергского озера. ... http://ru.euronews.net/

21 октября 2015, 21:40

Константин Черемных. ПРОЕКТ «ВТОРАЯ ЕВРОПА»

Странный альянс ультралибералов и национал-радикалов в малых странах континента направлен против Германии и РоссииКОРОЛЕВСКАЯ МИЛОСТЬНельзя сказать, чтобы в странах Балтии не готовились к визиту королевы Великобритании. О ее планах впервые посетить три республики было известно еще летом. Тем не менее в день прибытия в одну из трех гостеприимных столиц, Таллин, не обошлось без суматохи. Потянув носом, официальные лица встречающей стороны обнаружили, что воздух нечист. Агентство «Дельфи» откровенно сообщило, что «Таллин встречал королеву крепкой вонью».Нельзя сказать, чтобы в странах Балтии не беспокоились об окружающей среде. В отличие от многих прочих экс-советских стран, в Эстонии существует и весьма популярна Зеленая партия. Что, впрочем, не препятствует бурному развитию химических, в том числе весьма опасных для окружающей среды производств. А недавно Эстония заключила договор с Швецией о поставках местных сланцев для нужд «альтернативной» электроэнергетики. «Швеции - электричество, Эстонии - отходы», - грустно иронизировала местная пресса.Впрочем, проблема не только в том, что отходы в любом крупном хозяйстве - в данном случае Евросоюзе - как правило, накапливаются на его задворках. И даже не в том, что в новоприбывших странах легче найти непритязательные и относительно недорогие рабочие руки. Дело в том, что незадолго до визита королевы местное Министерство экологии оказалось по уши в скандале вокруг земельных спекуляций. А в конце сентября последовал новый скандал: в порту Палдиски было задержано панамское судно с токсичным химическим грузом. «Козлом отпущения» оказался министр экологии Виллу Рейльян.В день прибытия королевы Елизаветы эстонское Министерство окружающей среды оказалось «без головы»: за десять дней до визита Виллу Рейльян был вынужден уйти в отставку. В которой трудно не уловить крепкий запах политической интриги.Опальный министр был еще и крупным политиком. Именно Рейльян был одним из основных инициаторов альянса двух левых партий - Народного союза, который он возглавлял, и Центристской партии Эдгара Сависаара. В декларации альянса, обнародованной в июле, излагались политические и экономические приоритеты левоцентристского блока, вызвавшие серьезную тревогу в том числе и далеко за пределами Эстонии. Так, «народники» и «центристы» настаивали на том, что эстонским военным следует участвовать в международных миротворческих операциях исключительно под эгидой ООН. «Они же по существу призывают Эстонию выйти из НАТО!» - заволновался премьер-министр Андрус Ансип.Премьера-консерватора встревожила также налоговая реформа, предложенная левоцентристским альянсом. Она представляла угрозу крупным компаниям - как местного, так и зарубежного происхождения. Виллу Рейльян был вполне откровенен в изложении своих взглядов. «Приоритетом государства, - говорил он, - должен быть человек, а не власть денег».Между тем соцопросы показывали, что пацифистская линия Рейльяна-Сависаара весьма популярна как среди эстонского, так и среди русского населения республики. Мало того, альянс выдвинул на пост президента Эстонии человека, прекрасно владеющего русским языком. В биографии Энне Эргма, первой в истории независимой Эстонии женщины, претендующей на высший государственный пост, весьма длительный период занимала научная деятельность в Москве, в Институте космических исследований.Не случайно последующая агитационная кампания консерваторов сводилась к противопоставлению «восточного кандидата» Энне Эргма «западному» - недавнему гражданину США Тоомасу Хендрику Ильвесу. Бросая кость социальным чаяниям населения, консерваторы подчеркивали, что Ильвес тоже «народный» кандидат. Пока Ильвес подчеркивал свою приверженность идеям социал-демократии, выдвинувшие его консерваторы собирали компрометирующий материал на народников и центристов.Эдгара Сависаара, как и Виллу Рейльяна, уличали в закулисных сделках с российским бизнесом. Занимая пост министра экономики, Сависаар в прошлом году принял решение о национализации эстонской железнодорожной компании Eesti Raudtee. Как политические оппоненты, так и американские владельцы контрольного пакета ER, не сумевшие найти «достойного» западного покупателя, усматривали в действиях Сависаара сговор с российским «Северстальтрансом».Действительно, российский концерн заметно укреплял свои позиции в Эстонии, в первую очередь благодаря своему многолетнему партнеру Ааду Луукасу. Российский бизнес имел сильные позиции практически на всех экспортных терминалах. Праздничную ленточку при торжественном открытии нового порта Силламяэ разрезали его российские владельцы - Андрей Катков и Евгений Малов, совладельцы петербургского «Кинэкс-Инвеста». Экс-премьер Эстонии Тийт Вяхи, глава холдинга «Силмет» и инициатор строительства порта, был не только «патроном» российских инвесторов, но и частым гостем Петербурга, равно как и политическим партнером Сависаара.При голосовании в парламенте Энне Эргма опережала Томаса Хендрика Ильвеса на один голос. Дальнейшая процедура была передана в распоряжение коллегии выборщиков. Американский метод выборов президента сопровождался массивной медиа-кампанией против «центристов» и «народников».Левоцентристы отступили, выдвинув кандидатуру действующего президента Арнольда Рюйтеля. Но было поздно. 21 сентября, в унисон со свежими данными ангажированных социологов, коллегия выборщиков объявила победителем Тоомаса Хендрика Ильвеса. 28 сентября компанию Тийта Вяхи уличили ни больше ни меньше как в незаконной торговле с диктаторским режимом государства Конго в обход международного эмбарго - по на редкость своевременному сигналу, поступившему от австрийского бизнесмена Михаэля Кралля. 7 октября в собственном доме умер Ааду Лукас; похороны состоялись почему-то только две недели спустя.После отделения от Советского Союза прибалтийские республики действительно пользовались недостаточным вниманием международного сообщества. На одном из мировых энциклопедических сайтов президента Эстонии даже перепутали с президентом соседнего по алфавиту Эквадора.ВИЗИТ НА ФОНЕ ПОЖАРАОтносительно сильные позиции российского бизнеса в Прибалтике также не в последнюю очередь объясняются пассивностью западных инвесторов. Американская компания, отказавшаяся от инвестиций в весьма запущенную эстонскую железную дорогу, была не единственным «беглецом» из региона. Ранее Ригу покинула американская нефтяная компания Williams, заработавшая в регионе не лучшую репутацию. С большим трудом удалось найти швейцарского покупателя на латвийский холдинг Ventspils Nafta, притом государство, по мнению ряда политиков и СМИ, сильно продешевило. Не спешат крупные международные корпорации и в литовский Мажейкяй - местный НПЗ бывшие владельцы ЮКОСа смогли продать только польскому концерну Orlen. Предпринятый после этого российской «Транснефтью» капремонт нефтепровода, ведущего в Литву, не укрепил, однако, энтузиазма польской стороны: сделка поныне не завершена. Мало того, переговоры о Mazeikiu Nafta осложнились политическим скандалом между Варшавой и Вильнюсом: власти Литвы поддерживали на пост генсека ООН главу соседней Латвии Вайру Вике-Фрейберга, в то время как у поляков был собственный кандидат - экс-президент Александр Квасьневский.В канун визита британской королевы на Мажейкяйском НПЗ случилось весьма зрелищное происшествие. Охваченная пожаром, на землю рухнула 50-метровая ректификационная колонна. Естественно, проправительственная пресса усматривает в происшедшем «руку Москвы». Оппоненты едко намекают на «поджог рейхстага».На реакцию Лондона явно был рассчитан и скандал вокруг панамского судна в порту Палдиски. Ведь королева прибыла в Прибалтику вместе с принцем-консортом Филиппом Маунтбаттеном, не без оснований считающимся всемирным покровителем борьбы за девственную чистоту природы. Именно принц Филипп был инициатором создания Всемирного фонда дикой природы (WWF). Большего ревнителя заповедной чистоты, равно как и сторонника сокращения численности мирового населения - можно найти лишь в лице его близкого друга Далай-ламы Четырнадцатого... А главными врагами эстонской природы, если присмотреться, являются именно бизнесмены с Востока - русско-эстонские владельцы Silmet, украинские акционеры комбината Nitrofert в Кохтла-Ярве, не говоря уже о пресловутом «Северстальтрансе» - при попустительстве преступно левого, а значит, пророссийского Виллу Рейльяна...Консерваторы не подвели англо-американский альянс, развязавший войну в Ираке без оглядки на Объединенные Нации. Королева была благосклонна. «Крепкая вонь» в таллинском аэропорту не испортила настроения коронованной особе, а новый президент Эстонии получил из ее рук престижный рыцарский Орден Бани, удостоившись не меньшей почести, чем Рональд Рейган.Впрочем, аналогичных наград от британской короны удостоились и лидеры двух соседних республик - бывший гражданин США Валдис Адамкус и бывшая гражданка Канады Вайра Вике-Фрайберга.Если чем и были расстроены консервативные прибалтийские СМИ, так это интонацией ведущих СМИ Евросоюза, в том числе Англии. Почести главам недавней советской провинции там были описаны с откровенной иронией, а порой с неполиткорректными ошибками: так, в первом сообщении на сайте The Times Литва вообще была названа «балканским государством».Впрочем, при более пристальном рассмотрении ошибку старейшей лондонской газеты следует признать оговоркой по великому венскому психологу Зигмунду Фрейду. Имеет свое объяснение, не лежащее на поверхности, и повышенное внимание местной прессы, принадлежащей скандинавским владельцам, к несвежести таллинского воздуха в ответственный момент. Отражение визита королевы в местной прессе достойно самого пристального внимания политических экспертов. Но лишь тех, кто не пренебрегает историческим знанием.НЕКОРРЕКТНЫЕ РЕМИНИСЦЕНЦИИПринимая королеву, глава Литвы не мог не подчеркнуть значения своего государства в Европе. Правда, способ он выбрал, на первый взгляд, не очень политкорректный, напомнив о том, что литовское государство в свои лучшие времена простиралось от моря до моря.Можно себе представить, какие эмоции это откровение встретило в Варшаве, где славную династию Ягеллонов, разумеется, считают польской. Еще меньше восторгов историческая аллюзия должна была вызвать в националистических кругах Украины, где в эту минуту словно ожили поросшие мхом стены древних литовских замков.Впрочем, заявление Адамкуса не затмило другого геополитического откровения, которым накануне отметился в Риге новоизбранный лидер Эстонии. Бывший американец Ильвес вдруг вспомнил здесь не о согревшем его солнце Вашингтона, покровителя всех борцов с империями, а о своих исконных корнях - притом во вполне европейском имперском контексте. Тот факт, что первой страной его посещения оказалась Латвия, он пояснил тем, что его семья происходит «не только из Эстонии, но и из северной Ливонии».Вряд ли случайно титульный социал-демократ, главным козырем которого на выборах было энциклопедическое образование, случайно употребил в официальном выступлении не недавнюю Лифляндию, а древнюю Ливонию. За этой аллюзией стоит еще более внушительный контекст истории, чем за упоминанием о литовских князьях. Над этими князьями несколько столетий властвовал Ливонский орден, учрежденный рыцарями-крестоносцами в конце XII века. По велению Святого Престола, по причине соперничества со скандинавскими завоевателями, ливонцы были подчинены, как известно, еще более могущественным тевтонам.Исторические аллюзии мелких даже в европейском масштабе политических фигур, над которыми в кругах Евросоюза иронизируют не меньше, чем над ревностными католиками Качинскими, могли бы вовсе не рассматриваться всерьез. Если бы историческая память о прошлом Европы интересовала только узких специалистов по средневековью. Если бы преемственность древних орденских структур, рожденных во времена крестовых походов, не дожило благополучно до сегодняшнего дня. Если бы само понятие «крестовый поход» не было востребовано в современной геополитике. Если бы недовольством «окраинной Европы» чванством и высокомерием брюссельской бюрократии не пользовались далекие потомки былых рыцарей, князей, эрцгерцогов, равно как и гроссмейстеров и командоров.ПРИВЕТ ОТ ГРАФА КУДЕНХОВЕ-КАЛЕРГИТоомас Хендрик Ильвес действительно не случайно посетил Ригу накануне визита королевы Елизаветы II. Город, построенный по указанию тевтонского князя Альберта, стал центральным пунктом высокого визита, что столь же знаменательно и не случайно, как выбор Дома черноголовых для приема коронованных особ.В числе этих особ - чего мировая пресса почти не заметила - оказались не только британские монархи. В день прибытия королевы в Риге очутился 92-летний, но отнюдь не лишенный дара речи и далеко уходящей памяти наследный принц австрийской короны Отто фон Габсбург. Награда, которой удостоилась из его рук Вайра Вике-Фрейберга - единственная из трех балтийских лидеров недавняя подданная британской короны, - учреждена венским фондом имени графа Рихарда фон Куденхове-Калерги.Граф Рихард знаменит в Европе как основатель консервативного Панъевропейского Союза (PEU), возникшего в бурные годы передела континента после Первой мировой войны. С сороковых годов консервативный альянс, финансируемый крупнейшими центрально-европейскими корпорациями, официально связан с именем Отто фон Габсбурга, с которым Куденхове-Калерги якобы познакомился только в эмиграции. Однако даже год основания PEU - 1923-й - совпадает с решением Габсбургов формально отказаться от руководства Тевтонским орденом, которым древнее королевское семейство руководило с 1589 года.Граф Рихард считается - хотя не вполне обоснованно - автором идеи Соединенных Штатов Европы, в последующие времена получившей наименование «Европы регионов». Отто фон Габсбург, полвека назад подвергавшийся насмешкам как «принц без королевства», ничего не забыл и ничего не простил. В особенности Германии, не нуждающейся в его монархических услугах - несмотря на то, что его далекий предок Рудольф в XIII веке не только возглавлял Священную Римскую Империю, но и руководил тевтонскими завоевательными походами.Проект «Европы регионов» возвращает континент к тем временам, когда ни нынешняя Германия, ни нынешняя Италия не были едиными государствами. Политические деятели крайне правого толка, официально или полуофициально принимаемые в Панъевропейском союзе, представляют сепаратистские партии, прямо или опосредованно связанные со старыми монархическими семействами - от генуэзских до каталонских. С семействами, правившими во времена почти безраздельного господства Габсбургов в Европе. С семействами, представленными в лондонской Монархической ассоциации, где гессенские и баварские «голубые крови» представляют кого угодно, только не Брюссель и не Берлин.Вторым многовековым конкурентом дома Габсбургов было, разумеется, государство Российское - от времен Александра Невского вплоть до Первой мировой войны, когда австро-венгерская корона даже назначила собственного наместника на Украине - покровителя и кумира греко-католиков епископа Андрея Шептицкого.Семейство Габсбургов неоднократно удостаивало Россию особого политического внимания. В год избрания Владимира Путина президентом России Карл Габсбург, сын кронпринца, со страниц благожелательной Die Welt призывал нашу страну «перейти к политике деколонизации». А именно, и в первую очередь - предоставить независимость Чечне.Взамен предлагалось всего-навсего - много или мало? - лояльность со стороны Габсбургов. По крайней мере, иначе трудно интерпретировать ссылку на отца-основателя PEU: «Рихард Куденхове-Калерги, создатель идеи Пан-Европы, не рассматривал Британию в качестве части объединенной Европы из-за ее ориентированной на колонии политики. После Второй мировой войны Великобритания, потерявшая или предоставившая независимость большей части своих колоний, смогла стать частью Европы».Говоря о Европе, в состав которой «панъевропейцы» соблаговолили принять Англию, сын кронпринца, разумеется, не имел в виду Европейский Союз. Речь шла, разумеется, о части того проекта лоскутного одеяла, управляемого из единого политико-экономического центра, который много десятилетий лелеет гость Риги - «монарх без королевства».Указания Москве не обошлись без намека на последствия в случае ослушания. «Россия - последняя империя в Европе - витийствовал наследник кровавых королей. - В России тенденции к независимости наблюдаются повсюду: от Тувы и Грозного до Йошкар-Олы...»Москва не проявила внимания к наставлениям наследника Габсбургов. После чего марийский народ - наследник общего с эстонцами финно-угорского этноса - «случайно» оказался предметом назойливой международной опеки. Подозревать в этом странном выборе брюссельских бюрократов было бы странно. Как хорошо известно нашим дипломатам, официальная евробюрократия ненамного лучше разбирается в европейской истории, чем Джордж Буш. Хотя, разумеется, не путает Словакию со Словенией.«ВЕНСКИЙ ВАЛЬС» БАЛКАНСКОЙ ГЕОПОЛИТИКИЗа полгода до смерти президент Хорватии Франьо Туджман огорошил местного журналиста неожиданным вопросом на вопрос: «Вы говорите о месте Хорватии в Европе? Хорошо, только какую Европу вы имеете в виду?» На лице юного репортера изобразилось удивление. «Вы думаете, что существует какая-то одна Европа? - продолжал бывший функционер Союза коммунистов Югославии. - Так вот, вы ошибаетесь. Есть Евросоюз, а есть Европа Габсбургов. Мало того, есть еще Европа Священной Римской империи...»Он знал, о чем говорил. Уже в 1991 году эрцгерцог Карл наезжал в Загреб, где даже познакомился со своей будущей супругой Франческой Тиссен, дочерью барона-коллекционера, фамилия которого вряд ли требует комментариев. В умильной светской хронике о чете, сочетавшейся браком уже после кровавого раздела Югославии, сообщается, что юная Франческа проживала то в Женеве, то в Лондоне, а в родовом поместье принимала Далай-ламу.Ее супруг в интервью «Ди Вельт» (Die Welt), прямо адресованном Владимиру Путину, упоминал и Балканы: «Выход из состава Югославии Словении, Хорватии и других стран тоже происходит в рамках процесса деколонизации, также как и стремление к независимости Косово»...Навязчивая симпатия состоятельнейшего мирового семейства к национальным меньшинствам может растрогать разве что младшее послевоенное поколение европейских бюргеров. В представления среднего европейца с мозгами, до стерильности промытыми стандартными либеральными благоглупостями, никак не вмещается то обстоятельство, что для наследников австро-венгерского владычества раздел Балкан - совсем не то же самое, что для Билла Клинтона или Хавьера Соланы. Для кого Албания - страна, освобожденная от коммунизма, а для кого - бывшая вассальная территория империи Габсбургов во главе с их родственниками баронами Видами.Что и говорить о хорватском племени - верных штыках австро-венгерской короны? Что говорить о Загребе, где память о владычестве Габсбургов дышит из каждой трещины древних готических зданий? Подруга Далай-ламы и дочь швейцарского коллекционера сегодня не жалеет благотворительных средств из собственного фонда для восстановления поврежденных войной католических храмов. А в Косово «стремление к независимости» выражается в снесении с лица земли остатков православной культуры. За толпой "мусульманских дураков", должно быть, снисходительно наблюдают в штаб-квартире никуда не исчезнувшего Тевтонского ордена, находящейся - где же ей еще быть? - в Вене.АРХИТЕКТОРЫ ХАОСА: КТО ОНИ?В ходе светской беседы в гостеприимном Доме черноголовых обсуждались, разумеется, и насущные политические вопросы. В частности, главы всех трех балтийских государств - сразу же после мероприятия с участием королевы и кронпринца - собирались на прием по случаю пятидесятилетия Венгерского восстания.Спустя два дня благовоспитанная европейская публика из младшего послевоенного поколения дружно ахала, пожимала плечами, нервно курила и изо всех сил напрягала промытые до стерильности мозги, пытаясь осознать, что же за странные беспорядки второй месяц подряд сотрясают Будапешт, и почему в молодых странах Европы хором подняли голову правонационалистические движения, не гнушающиеся самой непотребной лексикой и самым разнузданным поведением, вплоть до популистского разыгрывания темы еврейского происхождения премьер-министра Дюрчаня...Зато ничему не удивлялся Петер Кенде, глава совета попечителей будапештского Института 1956 года. По его словам, которые процитированы в свежем номере «Франкфуртер Рундшау» (Frankfurter Rundschau), в событиях венгерской «весны» было много течений. «Если бы восстание было успешным, то «Венгрия могла бы стать черно-красной страной, как, например, Австрия».Не такой ли «черно-красной» страной видит Болгарию выскочивший, как чертик из табакерки, ультраправый кандидат Велен Сидеров?Не та ли самая конъюнктура «второй Европы», антигерманской и антирусской одновременно, скрывается за общей - по форме антибрюссельской - риторикой венгерской ФИДЕС и болгарской «Атаки»?На это можно возразить: стилистика всех «Атак», ныне расплодившихся, подобно насекомым, на европейском пространстве, слишком явно построена по заокеанским лекалам. Да и Панъевропейский союз изначально представлял интересы континентальных промышленных олигархов, соперничавших с американскими корпоративными боссами...Едва задумавшись об этом, я открываю текст последнего интервью Отто фон Габсбурга, адресованное России. На редкость злобный текст, что ранее не было присуще кронпринцу, сосредоточен на единственном примере нового российского «тоталитаризма» - преследовании нефтяного магната Ходорковского.И никак не могу не вспомнить о радушном приеме предводителя антисемитской на словах ФИДЕС на мероприятии Американской венгерской федерации, где он заседал за одним столом с покровителем Российского еврейского конгресса, американским потомком придворной семьи Австро-венгерского королевства сенатором Томом Лантосом. Который формально входит в плеяду американских демократов, однако по существу принадлежит к официально никем не обозначенной, надпартийной, до мозга костей корпоративной «третьей Америке».А также о той роли, которую играл в подготовке российских демократов ельцинского призыва американский стратег Поль Вейрих - сколь яростный правый консерватор, столь и убежденный греко-католик. И о том, что в подобранной им реформаторской плеяде московский либерал Михаил Резников вполне сочетался с бесспорным физиологическим антисемитом Михаилом Полтораниным. И о том, что с 1999 года - ни раньше и не позже - господин Вейрих возобновил свою деятельность в Москве, еще до прихода к власти Джорджа Буша-младшего, которым был вновь мобилизован и призван к идеологическому обслуживанию «крестовых походов».А также о том, как один петербургский радикальный националист, именующий себя казаком, с восторгом рассказывал мне о семинарах для правых радикалов, которые периодически проводит в Восточной Европе американское учреждение под названием Western Goals. И о том, как его отец-основатель, родовитый французский аристократ Арно де Боршграв (в американском произношении - Боршгрейв) оказался источником скандальной компрометирующей информации, касающейся высших лиц российского «Газпрома»...Мне трудно судить о том, насколько к европейскому повороту вправо, означающем сметение с политической доски целого множества фигур первой величины, готово Европейское сообщество. Меня больше волнует вопрос о том, насколько компетентны в теневой геополитике, уходящей в средневековые времена, высшие кадры российского дипломатического ведомства. Это ведомство клянут во Львове окруженные вакуумом молчания активисты местной русской общины, оскорбленные «отсутствием всякого присутствия» российской дипломатии. Над этим ведомством откровенно смеется эстонская пресса, обыгрывая фамилию бывшего посла Провалова.Насколько хватит знаний, смелости и фантазии российской дипломатии, чтобы достойно играть на поле «другой Европы»? Я поверю в сохранную компетентность отечественных профессионалов в тот же день и в тот же момент, когда в ответ на создание благотворительного фонда Франчески Тиссен-Габсбург кто-нибудь - разумеется, не в Москве, а в Праге - догадается учредить фонд имени короля Пржемысла Оттокара Второго. А в российском Пскове было бы столь же уместно сугубо локальное, но влиятельное политическое движение, названное в память князя Довмонта...Чтобы играть по-крупному, на уровне, достойном богатого, славного и жестокого наследия веков русской истории, нефтегазовой и химической корпоративной политики недостаточно. Первое, что для этого требуется, - преодоление бюрократической косности со свойственной ему умственной ленью, выход геополитического интеллекта из московской кухни на мировой простор.Если этого не получится, мы проиграем не только Колывань. Прошу прощения - Таллин.26.10.2006

04 июля 2011, 22:40

Умер Отто фон Габсбург

В Германии в возрасте 98 лет скончался старший сын последнего императора Австро-Венгрии Отто фон Габсбург. Он умер в своем доме в Баварии на берегу Штарнбергского озера. ... http://ru.euronews.net/