Питер Тиль
Питер Тиль
Петер Андреас Тиль (нем. Peter Andreas Thiel; род. в 1967 г.) — американский бизнесмен немецкого происхождения, инвестор и управляющий хедж-фондами. Вместе с Максом Левчиным основал PayPal и был его генеральным директором. Сейчас президент Clarium Capital, хедж-фонда, занимающег ...

Петер Андреас Тиль (нем. Peter Andreas Thiel; род. в 1967 г.) — американский бизнесмен немецкого происхождения, инвестор и управляющий хедж-фондами. Вместе с Максом Левчиным основал PayPal и был его генеральным директором. Сейчас президент Clarium Capital, хедж-фонда, занимающегося макроинвестированием и имеющий активы стоимостью около $700 млн; управляющий партнер в Founders Fund, венчурного фонда с капиталом $250 млн, который он основал вместе с Кеном Хоури и Люком Нозеком в 2005 году; сооснователь и председатель инвестиционного комитета Mithril Capital Management. Тиль был первым внешним инвестором Facebook, купив в 2004 году 10,2 % его акций за $500 000; сейчас входит в совет директоров Фейсбука. В 2011 он был 293-м в списке Форбс 400 с состоянием $1.5 млрд в марте 2012. Живёт в Калифорнии в городе Сан-Франциско.

Питер Тиль — открытый гей, он поддерживает такие организации, как Американская ассоциация за равные права (англ. American Foundation for Equal Rights) и GOProud.

 

Биография

Детство

Петер Тиль родился 11 октября 1967 г. в немецкой семье в городе Франкфурт-на-Майне в ФРГ. Тиль был малышом, когда его родители вместе с ним переехали в США в Фостер Сити в Калифорнии. Он был мастером по шахматам и одним из лучших игроков в стране в возрасте до 21 года.

Университет и юридическое образование

Тиль изучал философию XX века в Стэнфордском университете. Там в 1989 году он получил степень бакалавра искусств по философии, а в 1992 стал доктором права на юридическом отделении Стэнфорда.

Общепризнанный либертарианец, он основал газету The Stanford Review, который стал известным в студенческом городке с его сложными нравами, такими как политкорректность и законы против ненависти. Сейчас The Stanford Review основная консервативная/либертарианская газета университета. У Тиля сложились дружественные отношения с другими студентами Стэнфорда. Многие из них внесли свой вклад в дело газеты The Stanford Review. Среди них Кейф Рабойз, Дэвид Сакс и Рид Хоффман. Позже некоторые из них были взяты на работу в PayPal (одним из основателей которого является Тиль) и стали частью сообщества PayPal Mafia.

Во время обучения в Стэнфорде Тиль также столкнулся с Рене Жирар, теория «миметического желания» которого повлияла на него.

Начало карьеры

Тиль был помощником судьи Апелляционного суда одиннадцатого округа США Дж. Л. Эдмондсона. С 1993 до 1996 он торговал производными финансовыми инструментами в Credit Suisse. В 1996 он основал фонд Thiel Capital Management.

PayPal

В 1998 вместе с Максом Левчиным основал PayPal, систему онлайн платежей. Потом она слилась с X.com, которую тогда возглавлял Илон Маск. 15 февраля 2002 PayPal стала публичной компанией, потом в том же году была продана eBay за $1.5 млрд. На момент продажи PayPal у Тиля была доля 3,7 %, которая тогда стоила примерно $55 млн.

Согласно книге Эрика Джексона The PayPal Wars Тиль рассматривал миссию PayPal в освобождении людей по всему миру от уменьшения стоимости валюты в результате инфляции. Джексон вспоминает вдохновляющие речи Тиля в 1999 году:

«Мы определенно что-то большее. Необходимость PayPal огромна. Каждый человек в мире нуждается в деньгах — чтобы получать зарплату, чтобы покупать и продавать, чтобы жить. Бумажные деньги — древняя технология и неудобное средство платежа. Деньги, которые с вами, могут закончиться. Деньги изнашиваются. Они могут быть потеряны или украдены. В XXI веке людям нужны деньги, которые более удобны и безопасны, к которым можно получить доступ с любого места с помощью КПК или подключения к Интернету. Конечно, то, что мы называем удобным для американских пользователей, будет революционным для развивающихся стран. Многие правительства этих стран быстро и свободно меняют свои валюты. Они используют инфляцию, а иногда и полную девальвацию своих валют, как мы видели в России и ряде стран Юго-Восточной Азии за последний год (имеется в виду финансовый кризис в России в 1998 и Азиатский финансовый кризис в 1997), чтобы отобрать состояние своих граждан. Большинство обычных людей никогда не имеют возможности открыть офшорный счет или получить в свои руки больше, чем несколько счетов стабильной валюты, такой как доллар США. В конечном счете PayPal сможет это изменить. В будущем, когда мы сделаем наши услуги доступными за пределами США и, так как проникновение интернета продолжает расширяться во всех экономических слоях общества, PayPal даст людям по всему миру более прямой контроль над своей валютой, чем они когда-либо прежде имели. Для коррумпированных правительств станет почти невозможным украсть состояние своих граждан через старые методы, потому что если они попытаются это сделать, люди перейдут на доллары, фунты или йены, по сути выбрасывая бесполезную местную валюту и заменяя её на что-то более безопасное.»

Clarium Capital

Сразу же после продажи PayPal, Тиль запустил глобальный макро-хедж-фонд Clarium Capital, проводя глобальную макростратегию. В 2005 Clarium был отмечен как глобальный макрофонд года двумя торговыми журналами — MarHedge и Absolute Return. Подход Тиля к инвестированию стали предметом главы в книге Стива Дробны (англ. Steve Drobny) Inside the House of Money. Тиль успешно сделал ставку на то, что доллар будет слабеть в 2003, и получил значительную прибыль, поставив на то, что доллар и энергоносители восстановятся в 2005. После значительных потерь, начиная с 2009 года, Clarium упала с $7 млрд в активах в 2008 до около $350 млн в 2011.

В 2004 году, задолго до кризиса 2007—2010 годов, Тиль говорил о нём в общих чертах. Он утверждал, что по сути пузырь доткомов 2000 года мигрировал в финансовый сектор. Конкретно, он говорил про уязвимость General Electric и Wal-Mart. В то же время он говорил о пузыре на рынке недвижимости. К примеру, в 2004 он сообщил об отказе от покупки за $7 млн коттеджа Марты Стюарт на Манхэттене зимой 2003—2004

Facebook

В августе 2004 Тиль стал бизнес-ангелом Фейсбука, вложив в него $500 000. Взамен он получил 10,2 % компании и членство в совете директоров. Это была первая внешняя инвестиция в Фейсбук.

В своей книге The Facebook Effect Дэвид Киркпатрик описывает историю о том, как Тиль стал инвестором Фейсбука: бывший сотрудник Napster и Plaxo Шон Паркер, у которого в то время был титул президента Фейсбука, искал для Фейсбука инвесторов. Паркер подошел к Риду Хоффману, исполнительному директору LinkedIn, социальной сети для установления деловых контактов. Хоффману понравился Фейсбук, но он отказался стать ведущим инвестором из-за потенциального конфликта интересов Facebook и LinkedIn. Он отправил Паркера к Тилю, которого знал с PayPal (и Тиль, и Хоффман считаются членами PayPal Mafia). Тиль встретился с Паркером и Марком Цукербергом, студентом Гарварда, который основал Фейсбук и руководил им. Тиль и Цукерберг хорошо поладили, и Тиль согласился возглавить начальный раунд ивестирований в обмен на акции. Хоффман и Марк Пинкус также приняли участие в этом раунде. Изначально инвестиции должны были перейти в капитал Фейсбука, если количество его пользователей к концу 2004 года достигнет 1,5 млн. Хотя Фейсбук немного не достиг этой цели, Тиль разрешил вложенным деньгам перейти в капитал. Так он вспоминает о своих инвестициях:

«Мне было комфортно следовать их первоначальному видению. И это была разумная оценка. Я считал, что это довольно безопасные инвестиции.»

Как член правления Тиль не был вовлечен в каждодневные принятия решений. По словам Сары Лейси, главным советом Тиля Цукербергу в первые годы был «Только не напортачь.» Однако он помогал в выборе времени для различных раундов финансирования.

В сентябре 2010 года Тиль, выражая скептицизм по поводу потенциала для роста в потребительском секторе Интернета, утверждал, что по отношению к другим интернет-компаниям, Facebook (которая тогда оценивалась в $30 млрд.) была сравнительно недооценена. В мае 2012 года Фейсбук вышел на IPO с рыночной капитализацией около $100 млрд. ($38 за акцию), на котором Тиль продал 16.8 млн своих акций за $638 млн. В августе 2012 года, сразу же после завершения срока блокировки, Тиль продал почти всю свою оставшуюся долю по цене от $19.27 до $20.69 за акцию на $395.8 млн. Итого, он продал акции Фейсбука на сумму свыше $1 млрд. Сейчас у него 5 млн акций и место в совете директоров.

 

Бизнес-ангел и венчурный инвестор

В 2005 Тиль создал Founders Fund, фонд ангельских и венчурных инвестиций. Партнерами в фонде были Шон Паркер, Кен Хоури и Люк Нозек. Кроме Фейсбука, Тиль инвестировал в многие другие стартапы на ранней стадии (лично или через Founders Fund). Среди них Booktrack, Slide, LinkedIn, Friendster, Rapleaf, Geni.com, Yammer, Yelp Inc, Powerset, Practice Fusion, Vator, Palantir Technologies, IronPort, Votizen, Asana, Big Think, Caplinked, Quora, Rypple, Stripe и Legendary Entertainment. Несколько проектов были основаны бывшими коллегами Тиля по PayPal: Slide создан Левчиным, Linkedin — Хоффманом, Yelp — Джереми Стоппельманом, Geni.com и Yammer — Дэвидом Саксом и Xero — Родом Друри. Журнал Fortune сообщает, что сотрудники PayPal (бывшие и текущие) вместе создали или вложили в десятки стартапов на общую сумму около 30 миллиардов долларов. Как отмечается в статье журнала Fortune, в кругах Кремниевой долины Тиля называют доном мафии PayPal. Подходы Тиля к управлению высоко ценятся, особенно его известное наблюдение, что успех стартапа тесно связан с низкой заработной платой генерального директора.

Тиль основал компанию Palantir Technologies, профинансированную венчурным фондом ЦРУ In-Q-Tel.

Mithril: фонд для инвестиций на поздней стадии

В июне 2012 года Тиль запустил фонд Mithril, предназначенный для инвестиций на поздней стадии. На момент запуска этот фонд имел капитал в $402 млн. Mithril предназначен для компаний в стадии между частной и готовящейся стать публичной. Джим О’Нил (Jim O’Neill), один из основателей Thiel Fellowship, и Аджай Роян (Ajay Royan), бывший управляющий директор Clarium Capital, являются партнерами Тиля в этом фонде.

Библиография

  • Питер Тиль, Блейк Мастерс. От нуля к единице: Как создать стартап, который изменит будущее = Zero To One Notes on Startups, or How to Build the future. — М.: Альпина Паблишер, 2015. — 192 с. — ISBN 978-5-9614-4839-9.

 

Вики

 

книга «От нуля к единице» (Zero to One) основана на курсе лекций

«Стартап». Питер Тиль. Стенфорд 2012 Занятие 1: Вызов будущего

 

Питер Тиль: Время — самый ценный ваш ресурс, и глупо тратить его на работу с людьми, которые не видят для себя хоть сколько-нибудь долгосрочного общего будущего. Если результатом времени, проведенного на работе, не стали устойчивые дружеские отношения с коллегами, значит, вы неграмотно инвестировали свое время — даже с чисто финансовой точки зрения.

С самого начала я стремился к тому, чтобы отношения между сотрудниками в PayPal не были формальными, чтобы мы стали тесно спаянной командой. Я считал, что товарищеские отношения не только принесут нам удовлетворение и будут способствовать эффективной работе, но и помогут впоследствии построить более успешные карьеры вне PayPal. Поэтому мы старались нанимать людей, которые будут с искренним удовольствием работать вместе. Мы, конечно, ждали, что они будут талантливы, но еще важнее было то, чтобы они искренне стремились работать именно у нас. Так формировалась «мафия» PayPal.

 

Интервью Питер Тиль: жизнь после PayPal

Развернуть описание Свернуть описание
03 апреля, 09:11

Нефть и песок. Зачем наследному принцу Саудовской Аравии американские деньги

За последние 50 лет Саудовская Аравия стала синонимом несметного богатства. Но многое изменилось. После резкого обвала цен на нефть в 2014 году Саудовской Аравии пришлось потратить $200 млрд из $700 млрд валютных резервов, чтобы свести концы с концами

02 апреля, 18:00

Как Фейсбук следит за тобой

Как Фейсбук следит за тобой? - Интерфейс Facebook сделан так, что пользователь в какой-то момент обязательно случайно нажмет лишний раз на «ОК.» и даст разрешение копаться в своей личной жизни. Facebook побуждает чтоб вы сами запрыгнули в западню, всеми способами призывая ввести пароль электронной почты или Skype. Обожаю рассказы о мелких жульничествах. Особенно когда человеческое […] Сообщение Как Фейсбук следит за тобой появились сначала на ВОПРОСИК.

02 апреля, 08:06

В мире: Миллионеры США подготовились к ядерной войне с Россией

На фоне резкого охлаждения отношений между РФ и США активизировались т.н. выживальщики: они строят убежища, бронируют места в бункерах и запасаются продуктами на случай ядерной войны. Но американцы побогаче были готовы к концу света заранее: для тех, кто планирует пережить ядерный апокалипсис, в США созданы все условия. В статусных англосаксонских СМИ эта тема до сих пор проходит по разряду табу, и только «желтая пресса» периодически пишет о чудаках-миллионерах, покупающих себе угодья на случай «апокалипсиса». Меж тем рядовые граждане США всерьез раздумывают о том, как будут спасаться в случае ядерной или гражданской войны. Застройщики идут им навстречу и предлагают широкий выбор убежищ «судного дня» – от спартанских общаг в заброшенных газопроводах до бункеров класса «люкс» по заоблачным ценам. Тренд на бункеры миллиардеры создали еще в начале нулевых. Моду подхватили звезды Голливуда и богачи калибром помельче. Все они вдохновлялись книжкой «Суверенный индивид: Осваивая переход к информационному веку», которую в 1997 году написали два англичанина – финансист Джеймс Дейл Дэвидсон и журналист лорд Уильям Рис-Могг. Подзаголовок этого футуристического трактата гласил: «Как выжить и преуспеть при крахе государства всеобщего благосостояния». Стратегии Дэвидсона и Рис-Могга нашли спрос у «выживальщиков» по всему миру, благо многие прогнозы авторов сбылись с поразительной точностью. Например, они предсказали появление криптовалют, которые заместят обычные деньги. И при этом указали на Австралию и Новую Зеландию как идеальные убежища для тех, кто хочет спастись от ядерных конфликтов, гражданских войн и краха экономики США (последняя тема – излюбленный «конек» Дэвидсона). Но главное очарование книги было в том, что она предписывала богатым людям в случае всемирной катастрофы не отвлекаться на моральные предрассудки. Понятие «суверенный индивид» Дэвидсон и Рис-Могг позаимствовали у французского философа Жоржа Батая. Для него идеальными «суверенными индивидами» являются, например, герои маркиза де Сада, получавшие удовольствие только от нарушения всех законов и правил. Основной посыл этой Библии богатых выживальщиков был в том, чтобы окончательно освободить миллионеров от «химеры, именуемой совестью». Все равно традиционная мораль погибнет вместе с традиционными государствами.  С момента выхода книги цены на недвижимость в Австралии и Новой Зеландии увеличились на порядок – из-за высокого спроса. При этом подавляющее большинство инвесторов составили американцы. Один из магнатов Кремниевой долины, большой поклонник Толкиена Питер Тиль купил огромное поместье в Новой Зеландии на берегу озера Ванака. Огромные запасы пресной воды, чистый воздух и значительное расстояние от возможной траектории ядерных ракет – все это вывело Новую Зеландию в топ возможных убежищ на случай войны. После Тиля дома с огромными участками там же купили себе режиссер Джордж Кэмерон и миллиардер Джулиан Робертсон. Кстати, граждане Новой Зеландии не в восторге от наплыва богатых инвесторов. Их раздражают цены на недвижимость, выросшие настолько, что местным жителям теперь не под силу купить себе новый дом. Возмущает их и то, что Тиль получил гражданство их страны, не выполнив ни одного из требований, которые предъявляются к рядовым иммигрантам. Некоторые опасаются могущества Тиля, который в случае какой-либо катастрофы может попытаться захватить всю Новую Зеландию в личное управление. В конце концов, «суверенный индивид» просто обязан игнорировать нормы морали и права. Убежища класса «люкс» обустраиваются и в других райских уголках планеты. Марк Цукерберг предпочел купить поместье в 750 акров на Гавайях. А основатель Oracle Ларри Эллисон мелочиться не стал и приобрел сразу 98% шестого по величине гавайского острова Ланаи, а заодно и личную авиакомпанию. Владение островом предполагает, что у тебя должен быть свой аэродром, на котором личный самолет будет прогревать двигатель сутки напролет. Для тех американских выживальщиков, которым подобное не по карману, в Канзасе предлагается шикарный кондоминиум «Выживание» в бывшей ракетной шахте. В 15-этажном жилом комплексе есть бассейн, спортзал, кинотеатр, классная комната, больница и даже тюрьма. Все это окружено по периметру оградой, по которой пропущен электрический ток, а также вышками, на которых должны сидеть снайперы. Стандартная квартира в «Выживании» площадью 170 кв. м стоит 3 миллиона долларов. Более бюджетный вариант – бункеры эконом-класса, которые компания Vivos («Живой») создала на территории бывшей военной базы в Южной Дакоте. Под строительство занято 18 квадратных миль. В сети подземных бункеров смогут спрятаться от ядерного удара около 10 тысяч человек. Никаких бассейнов и спортзалов там, конечно, нет. Каждое помещение – это несколько крохотных спален и кухня-столовая. Мебель обтянута кожзаменителем, на стенах висят картины. В общем, скромно, но уютно. Застройщик просит за каждое убежище по 25 тысяч долларов. Еще дальше пошли создатели сети убежищ «Ранчо "Мужество"». Расположены они в таких экзотических местах, как, например, заброшенный газопровод. Условия содержания спартанские: деревянные двухэтажные нары, солдатские одеяла, голые цементные стены, страшная теснота. Зато застройщики обещают защиту от радиации, вирусов, химического и биологического оружия, а также непременную ограду с электротоком и снайперов для защиты от тех, кто попытается попасть в убежище, не заплатив за это. Аренда одной койки стоит всего тысячу долларов в год. А пока война не началась, застройщики позиционируют свое жилье как вариант для бюджетных каникул. Внутри кондоминиума «Выживание» (фото: Whitehotpix/Zuma/Global Look Press) Повышенным спросом пользуются бункеры «Ранчо "Мужество"», выстроенные недалеко от Вашингтона. Создатель сети полковник разведки в отставке Дрю Миллер уверен, что в этом году «существует 21-процентная вероятность глобальной катастрофы». «Надо быть идиотом, чтобы не думать о таком варианте развития событий», – заявил он в интервью британской газете «Экспресс». Значительная часть клиентов Миллера – это «профессионалы из Вашингтона», в том числе рядовые сотрудники ЦРУ и ФБР. В планах отставного полковника строительство еще 12 убежищ по всей стране, в каждом из которых смогут спрятаться от 50 до 500 человек. Во всем этом есть элемент некой игры. Богатые и бедные «выживальщики» обмениваются опытом в закрытых группах в социальных сетях, устраивают слеты и даже нечто вроде учений на случай конца света. Венчурный капиталист Марвин Ляо не любит огнестрельное оружие, и чтобы защитить свою семью, выучился стрелять из лука. А гендиректор сайта Reddit Стив Хафман с удовольствием рассказывает журналистам о том, что припас на случай глобальной катастрофы пару мотоциклов, оружие, патроны, консервы. И специально сделал лазерную коррекцию зрения: «Если наступит конец света, у меня будет чертова куча проблем с тем, чтобы достать очки или линзы». Конспиролог-выживальщик давно уже стал комическим типажом голливудского фильма. Но чем дальше, тем меньше в этом смешного. Американцы действительно живут в предощущении глобальной катастрофы. Это может быть и ядерный конфликт, и экономический крах, и межрасовая война. В любом случае, бункер из объекта роскоши превращается в предмет первой необходимости. Теги:  США, ядерное оружие, недвижимость, Австралия, Новая Зеландия, третья мировая война, конспирология

Выбор редакции
28 марта, 16:34

Peter Thiel's Palantir is investigating employee's links to Cambridge Analytica

A data crunching firm co-founded by Facebook board member Peter Thiel is investigating links between one of its employees and Cambridge Analytica.

25 марта, 14:33

Особенности E-Commerce в Германии

Москва, 24 марта - "Вести.Экономика". Цифровизация существенно влияет на сферу торговли товарами и услугами. Интернет-торговля стала неотъемлемой частью мировой экономики, в том числе Германии. Об особенностях E-Commerce в этой стране рассказывает Наталья Маурер.

25 марта, 01:00

GAY COUPLE FACES DEATH THREATS FOR BACKING TRUMP: To unpack this, let’s start with Cody Moore and…

GAY COUPLE FACES DEATH THREATS FOR BACKING TRUMP: To unpack this, let’s start with Cody Moore and Dewey Lainhart. On. Oct. 21, Jason Bellini, a reporter for the Wall Street Journal, posted a video interview he conducted with the gay couple at a Trump for President rally in the swing state of Ohio. Recently engaged, […]

24 марта, 10:20

Особенности E-Commerce в Германии

Цифровизация существенно влияет на сферу торговли товарами и услугами. Интернет-торговля стала неотъемлемой частью мировой экономики, в том числе Германии. Об особенностях E-Commerce в этой стране - репортаж "Вести.Экономика".

24 марта, 10:20

Особенности e-commerce в Германии

Цифровизация существенно влияет на сферу торговли товарами и услугами. Интернет-торговля стала неотъемлемой частью мировой экономики, в том числе Германии. Об особенностях E-Commerce в этой стране - репортаж Вести.Экономика.

24 марта, 03:45

The Digital-Military-Industrial Complex Exposed

Authored by Tamsin Shaw via NYBooks.com, The New Military-Industrial Complex of Big Data Psy-Ops Apparently, the age of the old-fashioned spook is in decline. What is emerging instead is an obscure world of mysterious boutique companies specializing in data analysis and online influence that contract with government agencies. As they say about hedge funds, if the general public has heard their names that’s probably not a good sign. But there is now one data analysis company that anyone who pays attention to the US and UK press has heard of: Cambridge Analytica. Representatives have boasted that their list of past and current clients includes the British Ministry of Defense, the US Department of Defense, the US Department of State, the CIA, the Defense Intelligence Agency, and NATO. Nevertheless, they became recognized for just one influence campaign: the one that helped Donald Trump get elected president of the United States. The kind of help the company offered has since been the subject of much unwelcome legal and journalistic scrutiny. Carole Cadwalladr’s recent exposé of the inner workings of Cambridge Analytica shows that the company, along with its partner, SCL Group, should rightly be as a cautionary tale about the part private companies play in developing and deploying government-funded behavioral technologies. Her source, former employee Christopher Wylie, has described the development of influence techniques for psychological warfare by SCL Defense, the refinement of similar techniques by SCL Elections through its use across the developing world (for example, a “rumor campaign” deployed to spread fear during the 2007 election in Nigeria), and the purchase of this cyber-arsenal by Robert Mercer, the American billionaire who funded Cambridge Analytica, and who, with the help of Wylie, Trump campaign manager Steve Bannon, and the company’s chief executive Alexander Nix, deployed it on the American electorate in 2016. But the revelations should also prompt us to ask deeper questions about the kind of behavioral science research that enables both governments and private companies to assume these powers. Two young psychologists are central to the Cambridge Analytica story. One is Michal Kosinski, who devised an app with a Cambridge University colleague, David Stillwell, that measures personality traits by analyzing Facebook “likes.” It was then used in collaboration with the World Well-Being Project, a group at the University of Pennsylvania’s Positive Psychology Center that specializes in the use of big data to measure health and happiness in order to improve well-being. The other is Aleksandr Kogan, who also works in the field of positive psychology and has written papers on happiness, kindness, and love (according to his résumé, an early paper was called “Down the Rabbit Hole: A Unified Theory of Love”). He ran the Prosociality and Well-being Laboratory, under the auspices of Cambridge University’s Well-Being Institute. Despite its prominence in research on well-being, Kosinski’s work, Cadwalladr points out, drew a great deal of interest from British and American intelligence agencies and defense contractors, including overtures from the private company running an intelligence project nicknamed “Operation KitKat” because a correlation had been found between anti-Israeli sentiments and liking Nikes and KitKats. Several of Kosinski’s co-authored papers list the US government’s Defense Advanced Research Projects Agency, or DARPA, as a funding source. His résumé boasts of meetings with senior figures at two of the world’s largest defense contractors, Boeing and Microsoft, both companies that have sponsored his research. He ran a workshop on digital footprints and psychological assessment for the Singaporean Ministry of Defense. For his part, Aleksandr Kogan established a company, Global Science Research, that contracted with SCL, using Facebook data to map personality traits for its work in elections (Kosinski claims that Kogan essentially reverse-engineered the app that he and Stillwell had developed). Kogan’s app harvested data on Facebook users who agreed to take a personality test for the purposes of academic research (though it was, in fact, to be used by SCL for non-academic ends). But according to Wylie, the app also collected data on their entire—and nonconsenting—network of friends. Once Cambridge Analytica and SCL had won contracts with the State Department and were pitching to the Pentagon, Wylie became alarmed that this illegally-obtained data had ended up at the heart of government, along with the contractors who might abuse it. This apparently bizarre intersection of research on topics like love and kindness with defense and intelligence interests is not, in fact, particularly unusual. It is typical of the kind of dual-use research that has shaped the field of social psychology in the US since World War II. Much of the classic, foundational research on personality, conformity, obedience, group polarization, and other such determinants of social dynamics—while ostensibly civilian—was funded during the cold war by the military and the CIA. The cold war was an ideological battle, so, naturally, research on techniques for controlling belief was considered a national security priority. This psychological research laid the groundwork for propaganda wars and for experiments in individual “mind control.” The pioneering figures from this era—for example, Gordon Allport on personality and Solomon Asch on belief conformity—are still cited in NATO psy-ops literature to this day. The recent revival of this cold war approach has taken place in the setting of the war on terror, which began in 1998 with Bill Clinton’s Presidential Decision Directive 62, making terrorism America’s national security priority. Martin Seligman, the psychologist who has bridged the military and civilian worlds more successfully than any other with his work on helplessness and resilience, was at the forefront of the new dual-use initiative. His research began as a part of a cold war program of electroshock experiments in the 1960s. He subjected dogs to electric shocks, rendering them passive to the point that they no longer even tried to avoid the pain, a state he called “learned helplessness.” This concept then became the basis of a theory of depression, along with associated ideas about how to foster psychological resilience. In 1998, Seligman founded the positive psychology movement, dedicated to the study of psychological traits and habits that foster authentic happiness and well-being, spawning an enormous industry of popular self-help books. At the same time, his work attracted interest and funding from the military as a central part of its soldier-resilience initiative. Seligman had previously worked with the CIA and even before September 11, 2001, his new movement was in tune with America’s shifting national security priorities, hosting in its inaugural year a conference in Northern Ireland on “ethno-political conflict.” But it was after the September 11 attacks that terrorism became Seligman’s absolute priority. In 2003, he said that the war with jihadis must take precedence over all other academic research, saying of his colleagues: “If we lose the war, the laudable, but pet projects they endorse, will not be issues… If we win this war, we can go on to pursue the normal goals of science.” Money poured into the discipline for these purposes. The Department of Homeland Security established Centers of Excellence in universities for interdisciplinary research into the social and psychological roots of terrorism. Elsewhere, scholars worked more obliquely on relevant behavioral technologies. Some of the psychological projects cultivated under the banner of the war on terror will be familiar to many readers. Psychologists such as Jonathan Haidt and Steven Pinker, and their colleagues in other disciplines (most prominently, the Harvard Law professor Cass Sunstein) rehabilitated the cold war research on “group polarization” as a way of understanding not, this time, the radicalism that feeds “totalitarianism,” but the equally amorphous notion of “extremism.” They sought to combat extremism domestically by promoting “viewpoint diversity” both on campus (through organizations such as the Heterodox Academy, run by Haidt and funded by libertarian billionaire Paul Singer) and online, suggesting ways in which websites might employ techniques from social psychology to combat phenomena such as “confirmation bias.” Their notion of “appropriate heterogeneity” (Sunstein) in moral and political views remains controversial. Seligman himself saw the potential for using the Internet to bring his research on personality together with new ways of gathering data. This project began shortly after the September 11 attacks, with a paper on “Character Strengths Before and After September 11,” which focused on variations in traits such as trust, love, teamwork, and leadership. It ultimately evolved into the innovative World Well-Being Project at Penn. Seligman also fostered links with Cambridge University, where he is on the board of the Well-Being Institute that employs the same kind of psychometric techniques. The aim of these programs is not simply to analyze our subjective states of mind but to discover means by which we can be “nudged” in the direction of our true well-being as positive psychologists understand it, which includes attributes like resilience and optimism. Seligman’s projects are almost all funded by the Templeton Foundation and may have been employed for entirely civilian purposes. But in bringing together the personality research and the behavioral technologies that social psychologists had for decades been refining with the new tool of big data (via the astonishing resources provided by social media), it has created an important template for what is now the cutting-edge work of America’s intelligence community. In 2008, then Secretary of Defense Robert Gates commissioned the Minerva Initiative, funded by the DoD, which brought researchers in the social sciences together to study culture and terrorism, and specifically supported initiatives involving the analysis of social media. One of the Cornell scientists involved also participated in the famous and controversial Facebook study of emotional contagion. Less well known is the Open Source Indicators program at the Intelligence Advanced Research Projects Activity, or IARPA (a body under the Director of National Intelligence), which has aimed to analyze social media in order to predict social unrest and political crises. In a 2014 interview, Lt. Gen. Michael Flynn, speaking then as head of the Defense Intelligence Agency, said that such open-source data initiatives, and in particular the study of social media such as Facebook, had entirely transformed intelligence-gathering. He reported that traditional signals intelligence and human intelligence were increasingly being replaced by this open-source work and that the way in which intelligence agents are trained had been modified to accommodate the shift. A growing portion of the military’s $50 billion budget would be spent on this data analytics work, he claimed, creating a “gold rush” for contractors. A few weeks after this interview, Flynn left the DIA to establish the Flynn Intel Group Inc. He later acted as a consultantto the SCL Group. Carole Cadwalladr reported in The Observer last year that it was Sophie Schmidt, daughter of Alphabet founder Eric Schmidt, who made SCL aware of this gold rush, telling Alexander Nix, then head of SCL Elections, that the company should emulate Palantir, the company set up by Peter Thiel and funded with CIA venture capital that has now won important national security contracts. Schmidt threatened to sue Cadwalladr for reporting this information. But Nix recently admitted before a parliamentary select committee in London that Schmidt had interned for Cambridge Analytica, though he denied that she had introduced him to Peter Thiel. Aleksandr Kogan and Christopher Wylie allowed Cambridge Analytica to evolve into an extremely competitive operator in this arena. It was by no means inevitable that dual-use research at the intersection of psychology and data science would be employed along with illegally-obtained caches of data to manipulate elections. But dual-use research in psychology does seem to present a specific set of dangers. Many areas of scientific research have benefited from dual-use initiatives. The National Cancer Institute began its life in the early 1970s as part of a coordinated program examining the effects of tumor agents developed as bio-weapons at Fort Detrick. The National Institute of Allergy and Infectious Diseases, similarly, researched the effects of militarily manufactured hazardous viruses. This was the foundation of a biotechnology industry that has become a paradigm case of dual use and has led, in spite of its more sinister side, to invaluable medical breakthroughs. But the development of behavioral technologies intended for military-grade persuasion in cyber-operations is rooted in a specific perspective on human beings, one that is at odds with the way they should be viewed in democratic societies. I’ve written previously about the way in which a great deal of contemporary behavioral science aims to exploit our irrationalities rather than overcome them. A science that is oriented toward the development of behavioral technologies is bound to view us narrowly as manipulable subjects rather than rational agents. If these technologies are becoming the core of America’s military and intelligence cyber-operations, it looks as though we will have to work harder to keep these trends from affecting the everyday life of our democratic society. That will mean paying closer attention to the military and civilian boundaries being crossed by the private companies that undertake such cyber-operations.           In the academic world, it should entail a refusal to apply the perspective of propaganda research more generally to social problems. From social media we should demand, at a minimum, much greater protection of our data. Over time, we might also see a lower tolerance for platforms whose business model relies on the collection and commercial exploitation of that data. As for politics, rather than elected officials’ perfecting technologies that give them access to personal information about the electorate, their focus should be on informing voters about their policies and actions, and making themselves accountable.

Выбор редакции
23 марта, 21:45

Ryan Holiday Launches 'Conspiracy' In NYC - Behind-The-Scences

Ryan Holiday stopped by the rare book room at Strand in NYC to discuss his new book, 'Conspiracy: Peter Thiel, Hulk Hogan, Gawker, and the Anatomy of Intrigue.' On the way to the event we spoke with Holiday about his writing process.

23 марта, 03:00

Facebook employees fear ‘golden’ years are over

Even some staffers who respect Mark Zuckerberg as an inspirational figure are discouraged at how he has navigated the company's crises since the 2016 election.

22 марта, 19:47

Peter Thiel's Firm Backed A Biotech. Big Pharma Bought It. It Blew Up

Among the things everybody knows, but that everyone frequently forgets: don't trust messiahs who think they can improve your odds in drug discovery. Today's lesson? Rova-T, being developed by AbbVie.

19 марта, 14:20

Сооснователь PayPal: биткоин может стать единственным эквивалентом золота

Член совета директоров Facebook, а также сооснователь платежной системы PayPal и основатель хедж-фонда Clarium Capital Питер Тиль рассказал в интервью CNBC, что верит в рост стоимости BTC в долгосрочной перспективе, несмотря на сравнение с финансовым пузырем.

18 марта, 04:00

This Is What The CIA's Venture Capital Fund Is Investing In Now

Submitted by Nicholas Colas of DataTrek Research Today we highlight the most interesting investment firm on Earth: In-Q-Tel, the US Central Intelligence Agency’s venture capital arm. The “Q” in the name is an homage to James Bond’s quartermaster. The rest of the story is even cooler than that, and what they own is a useful signpost for the direction of many disruptive technologies. The US Central Intelligence Agency runs a venture capital fund called In-Q-Tel, based in Arlington, Virginia. A few quick facts, courtesy of LinkedIn and the company’s website: IQT has 186 active employees, with operations in the Bay Area as well as DC. Its mission is “To identify and partner with startup companies developing innovative technologies that protect and preserve our nation’s security.” The current CEO and President is Chris Darby, an Intel Corp alum. The lead partner is Steve Bowsher, who is based in San Francisco and has the usual Harvard/Stanford educational credentials common in the VC community. Why you should care: IQT knows how to pick winners and isn’t afraid to go it alone. It was, for example, the only outside firm that would invest in Palantir’s first round. That company, founded by Peter Thiel, uses advanced software and big data analysis to solve cyber espionage and other 21st century problems. The rest of the VC community passed, with some outright telling Thiel the idea would never work. IQT plunked in $2 million back in 2004 and got Palantir the connections to work with the US government on several serious cyber security problems. Which they solved. Fast forward to now, and Palantir’s value may be as high as $20 billion and there is talk of an IPO. Even if IQT’s original $2 million investment only gave them 1% of the company, they have a 100-bagger on this trade. So what is IQT invested in now? The juiciest ideas are secret, but here are some of the public ones: SnapDNA. Portable chip-based DNA analysis. Identify anyone on Earth in real time by their genetic fingerprint. Magnet Forensics. Digital forensic analysis of evidence from computers, phones and tablets to fight crime and guard national security. Sonitus Technologies. In-mouth microphones and speakers to allow for secure and high fidelity communication in any environment. And one notable prior investment: Keyhole, a satellite imagery company. Sold to Google in 2005, where it became Google Earth. You can see more (including video of the in-mouth mike) here, and IQT’s website is here: https://www.iqt.org. Separately, a list of unpublicized In-Q-Tel portfolio companies is shown below, courtesy of The Intercept. Bottom line: this is one of those companies to add to your “Smart money” list. When you see them make an investment, understand they have a real edge. And on a final note, Israel’s Mossad is following in IQT’s footsteps with a VC firm named Libertad Ventures. Their initial focus will be on robotics, energy, encryption, web intelligence, and natural language processing. They do not, however, intend to take equity. Or call out what they own.

17 марта, 00:01

Конец света класса люкс. Как богачи готовятся к ядерному апокалипсису

Пока напуганные перспективой Армагеддона простые люди уходят в леса или оборудуют убежища в подвалах своих домов, миллиардеры переселяются на отдаленные острова или покупают места в роскошных подземных убежищах с парками, бассейнами и кинотеатрами.

16 марта, 16:41

Crypto Suddenly Spikes Higher As Bitcoin 'Death Cross' Looms

With a 'death cross' looming in the cryptocurrency... The 50-day moving average is heading precipitously lower to cross the 200-day moving average, which would trigger a so-called 'death cross'...   But Bitcoin has continued to find support above $8,000 (and the mystery dip-buyer's territory), suddenly spiking over $300 in the last few minutes... \   And as goes Bitcoin, so the rest of the crypto space jumped too...   This follows comments last night by Peter Thiel who compared Bitcoin to gold... "...but the one use-case of cryptocurrency as a store of value may actually have quite a bit of a ways to go. I would be long bitcoin and neutral to skeptical of just about everything else at this point, with a few possible exceptions. The question with something like bitcoin is whether it can become a store of value. And the thing it would replace is something like gold. The analogy is it's like bars of gold in a vault that never move and you get it and it's a hedge of sorts against the whole world falling apart." Perhaps fear of falling apart is sparking a bid?

16 марта, 01:05

Thiel: Bullish On Bitcoin, Trump, & Musk; Bearish On AI, EU & Political Correctness

Fresh off his move to Los Angeles, and a profile in the New York Times where he defended President Donald Trump and lashed out at the pervasive groupthink that drove him out of Silicon Valley, billionaire venture capitalist and PayPal co-founder Peter Thiel sat for an interview with Maria Bartiromo at the Economic Club of New York. Early in the discussion, Bartiromo asked Thiel - who famously opened for Trump at the Republican National Convention - what he thought about Trump's performance. In response, he explained that he's extremely happy with the president's performance during his first year in office. While the media has been hyperfixated on the latest leak from the Russia probe, Trump has quietly been slashing regulations and questioning orthodoxies like the economic benefits of free trade. "That's why, if he runs again, he will be reelected," Thiel said. Though "it's probably the case that Democrats will do quite well in the midterms." He also pointed out the irony that people in the Bay Area describe him as a "contrarian" for supporting Trump... "Supporting Trump was the least contrarian thing I ever did...nearly half the country voted for him. But within the context of Silicon Valley it was viewed as extremely contrarian." "The one thing that I liked about Trump and still very much like about him is a willingness to ask questions and to reframe the debate and not be bound by these strictures. "There are any of a number of issues where it's good to rethink things." Later in the conversation, Bartiromo asked Thiel about the "Gawker situation." Thiel, who sounded uncharacteristically willing to discuss an episode about which he has been famously reticent, explained that Gawker's argument in its own defense was, in reality, an insult to journalism. Thiel said that just because Gawker billed itself as a news site doesn't automatically extend first amendment protections to everything it publishes. "I'm very proud to have supported Hulk Hogan in a successful lawsuit... The claim that a pornographer pays someone for sex tapes, and a journalist gets to publish sex tapes without paying people... that's what in effect what Gawker was arguing." "We have a first amendment, we believe in free speech, but that doesn't mean you get to steal a sex tape made in the privacy of a bedroom and post it on the Internet for everybody to see. We have a first amendment...but we also have a fourth amendment that protects us from unreasonable search and seizure...so that's the legal framing." The Gawker lawsuit demonstrated to America why defining the scope of privacy protections in the digital age is so important. Today, the conventional wisdom is that Americans have tacitly surrendered their right to privacy by participating in the digital world. But Thiel says this notion is anathema to the preservation of a free society. There was a brief discussion of trade, in which Thiel briefly pointed out that US is in a much stronger position to bargain with China and EU than vice versa... "Quite unclear where China can reciprocate with tariffs on US. We're exporting so little. US no longer is a monopoly exporter in any single area." "With Germany, it's a very similar thing, hard to know how you retaliate in a way that hurts them more than it hurts US." The Silicon Valley billionaire then added that Peter Navarro has sold 1 million copies of his book "Zero To One" in China vs. 40,000 in India, which Thiel says is one way to show how one country is thinking about entrepreneurship versus the other. When Bartiromo raising the European Union's decision to introduce the "first ever" regulations of Google, Facebook and other giant tech platforms. Thiel sees good reasons and bad reasons for this threat of regulation: “The good reasons are these privacy concerns and the bad reasons are there are no successful tech companies in Europe and they are jealous of the US so they are punishing us." Additionally, Thiel acknowledged that “privacy in a digital era deserves to be rethought” but said that "as a libertarian I always dislike regulation." Intriguingly, amid all the hype and anxiety surrounding investment, Thiel explained why, as an investor, he wasn't particularly interested in artificial intelligence: because of its bad reputation. “The thing that struck me is how uncharismatic AI is at the point. Basically, it’s going to take our jobs and, once it takes our jobs, at the singularity [the theoretical point at which superhuman artificial intelligence is created, triggering an unprecedented cascade of technological change] it’s just going to kill everybody." "I’m not sure that dystopian view is necessarily correct but that’s actually what most people believe,” he said, adding that when considering investments he tends to ask whether technologies are good and how they are going to make the world better... “The answers for things like AI are quite weak,” he said. Bartiromo then steered the conversation toward bitcoin, and mentioned that, the last time she had spoken to Thiel, that he had expressed reservations about a lot of cryptocurrencies, but was optimistic about the long-term prospects of bitcoin. Thiel explained that he's owned bitcoin for a long time, and has been consistently bullish. Though he doubts it'll ever be successful as a medium for payments, Thiel believes bitcoin could endure as a store of value that, much like gold, could serve as a hedge against inflation. "The technology that people like to talk about is the blockchain technology, and I'm somewhat skeptical about how that translates into good investments, but the one use-case of cryptocurrency as a store of value may actually have quite a bit of a ways to go. I would be long bitcoin and neutral to skeptical of just about everything else at this point, with a few possible exceptions. "The question with something like bitcoin is whether it can become a store of value. And the thing it would replace is something like gold. The analogy is it's like bars of gold in a vault that never move and you get it and it's a hedge of sorts against the whole world falling apart." "The objections that people have to bitcoin are also objections to gold. It's this weird currency that's not backed by any government. Same thing is true of gold. It's not clear what the intrinsic value of bitcoin is. Same thing is true of gold. It may well be a bubble, but - and most bubbles are unstable and end - one of my friends has this line that 'money is the bubble that never pops', so if it is a bubble, then it is money." "If everybody decided that a $100 bill was worthless then you wouldn't want to have a $100 bill." There are a lot of crazy dynamics in the crypto world, but one thing that's different from the dot-com bubble of the late 90s is there aren't any Wall Street bankers involved... yet - one reason why bitcoin strikes Thiel as "deeply contrarian." At the very least, both Wall Street and Silicon Valley were both late to the bitcoin party. While this isn't a reason to be bullish in and of itself, it's definitely a factor worth considering. And while there are risks surrounding the influence that miners exert, as well as the unraveling of privacy protections. But, Thiel says, there will likely be only one online equivalent to gold...and right now, bitcoin is the only crypto product that fits that bill. Thiel offers some parting advice: "Never bet against Elon." and "don't compete with Amazon." When Thiel first invested in Musk’s rocket company, SpaceX, he was sceptical that it would be able to build a reusable rocket. “I have known Elon for 18 years and you should never bet against Elon,” he said. “I thought it was inconceivable that it could be done … and they have actually pulled it off,” he said. The company to watch, he said, was Amazon, which has expanded into a broad range of industries, from infrastructure and logistics to retail and healthcare. “Amazon is the most ferocious company in the US at this point. It’s probably the company you don’t want to be competing against,” he said. “I can’t think of any other company even close to Amazon.” Finally, Thiel circled back to Silicon Valley and the politically-correct folly of it all... “It’s striking how what had always been a very liberal place has become almost a one-party state,” he said. “When you have complete unanimity that tells you that political correctness may have gone a little bit too far.”

15 марта, 21:17

PETER THIEL: If Trump runs again, he will be re-elected

Billionaire venture capitalist and entrepreneur Peter Thiel predicts that Donald Trump will get a second term in 2020. “I think that if he runs again, he will get re-elected,” Thiel said at an event hosted by the Economic Club of New York on Thursday. Thiel also expects that it’s “probably the case” that the Democrats will do “quite well” in the midterm elections this fall.

15 марта, 03:05

"He's Trying To Silence Me" - Stormy Daniels Is Crowdfunding Her Lawsuit Against Trump

Stephanie Clifford, the former adult-film star better known as Stormy Daniels, is proving to be a much more durable antagonist to President Trump than anybody would’ve guessed when the Wall Street Journal first introduced us to her. Since first appearing on scene, Daniels has appeared on Jimmy Kimmel, taped a “60 Minutes” interview with CNN’s Anderson Cooper and greenlighted the publication of an interview with a supermarket tabloid where she discussed her affair with President Trump in explicit details (describing the sex as textbook generic). Somewhere along the way, she became embroiled in a heated legal battle with President Trump, who has yet to acknowledge her. However, he has hired a lawyer specifically to handle the ongoing arbitration and court battles. Most recently, Daniels - through her lawyer, Michael Avenatti - is offering to return the $130,000 in “hush money” that Trump lawyer Michael Cohen paid her (purportedly on his own initiative) back in October 2016, when she was toying with the idea of going public by sharing her story with “Good Morning America” and Slate.com. And according to the latest update on the ongoing saga, Daniels will likely remain in the headlines at least through the spring. As AFP reports, Daniels will go to court on July 12 to try and officially have the gag (no pun intended) order thrown out. Avenatti filed a lawsuit on behalf of Daniels last week seeking to toss out the confidential settlement she signed just days before the November 2016 election. This action came after Daniels lost an arbitration hearing forcing her to adhere to the agreement after Cohen filed a restraining order against her. The lawsuit alleges that Daniels began an "intimate relationship" with Trump during the summer of 2006. It continued into the following year, ending after - as Daniels tells it - Trump failed to secure a spot for her on his TV show “The Apprentice”. But what once appeared to be a nuisance suit is getting serious now that Daniels is also asking to be allowed to publish text messages, photos and videos relating to the president. At least, that’s what Avenatti said in a letter to Cohen. "I think it's time for her to tell her story and for the public to decide who's telling the truth," Avenatti said last week. Daniels has also argued that she shouldn’t be bound by the agreement because Trump never signed it.  Daniels and Trump were to sign the agreement using the pseudonyms Peggy Peterson and David Dennison. Daniels’ arch so far has featured more than its fair share of “stunt journalism” pieces as reporters have trepidatiously (not really) ventured out to strip clubs where Daniels has been performing to support herself. Unfortunately, the crowds she had probably been banking on failed to materialize. In the latest example of the media undermining its own credibility, CNN - in a piece that’s sure to win a Peabody - ventured to Fort Lauderdale, Florida, where Daniels was performing at the Solid Gold gentleman’s club. During an interview after her set, Daniels said that, while the crowds haven’t been as large, she has been getting far more bookings. But apparently the money hasn’t been good enough, because Daniels recently started a crowd-funding venture on CrowdJustice.com to raise money to fund her lawsuit (as it turns out, Avenatti isn’t working pro bono). She is already well on her way to her goal of $100,000.... In a blurb accompanying the post, Daniels outlines the circumstances behind her lawsuit, and accused Trump and Cohen of trying to “silence her.” I am attempting to speak honestly and openly to the American people about my relationship with now President Donald Trump, as well as the intimidation and tactics that he, together with his attorney Michael Cohen, have used to silence me. In order to tell my story, I have had to file a public lawsuit in Los Angeles, California in an effort to void a non-disclosure agreement (NDA) that Mr. Trump never signed and yet is trying to use to intimidate me. Rather than agree that the NDA is invalid, thus allowing me to talk, Mr. Trump and Mr. Cohen have instead attempted to hide the facts from the public using a bogus arbitration proceeding and have threatened me with millions of dollars in damages ($1M each time I speak out) if I tell the truth about what happened. I recently made an offer to return the $130,000 I was previously paid if it was agreed that I could simply tell the truth publicly.  Mr. Trump and Mr. Cohen did not even bother to respond. I need funds to pay for:  attorneys' fees; out-of-pocket costs associated with the lawsuit, arbitration, and my right to speak openly; security expenses; and damages that may be awarded against me if I speak out and ultimately lose to Mr. Trump and Mr. Cohen. I am more fortunate than many, many people in this country.  And for that I am grateful.  But unfortunately, I do not have the vast resources to fight Mr. Trump and Mr. Cohen alone.  Thank you for supporting me. Don’t worry, Stormy. If all else fails, maybe some enlightened liberal billionaire intent on antagonizing the president - maybe a Tom Steyer or a George Soros - will finance her lawsuit, Peter Thiel-style, and eventually succeed in getting Trump to acknowledge something everybody already knows is true - but doesn’t care.  

14 марта, 20:44

Billionaire Investor Alan Howard Makes "Sizable Investment" In Cryptocurrencies

Investors - such as Warren Buffett and anyone else who believes that "value investing" still exists in a time of centrally planned markets - may hate "irrational", "intrinsically worthless" cryptocurrencies, but traders - those who thrive on volatility and actually making money - are increasingly warming up to bitcoin et al. Case in point: hedge fund billionaire Alan Howard made "a sizeable personal investments in cryptocurrencies last year and plans to put more of his own money into digital assets and the blockchain technology behind them" Bloomberg reports. He is not alone as other partners at the macro hedge fund firm he co-founded - one of the world's biggest - Brevan Howard Asset Management, have independently made similar investments, Bloomberg's sources revealed although the investments are separate from the $9.1 billion hedge fund firm, as Brevan Howard does not trade cryptocurrencies for its clients. Bloomberg adds that Howard has already hired at least one person to work for him on initiatives in digital assets and plans to hire more. He could make private-equity style investments in blockchain companies and may participate in initial coin offerings. And judging by the recent slump in crypto prices he will have an attractive entry point. To be sure, Howard’s interest in cryptocurrencies contrasts with the outright hostility of many luminaries of finance, from Jamie Dimon to Warren Buffett. On the other hand, some "newer generation" advocates of cryptocurrencies have emerged, including former Fortress manager Mike Novogratz and billionaire investors Mark Cuban and Peter Thiel While Brevan Howard’s flagship hedge fund recorded its worst ever annual performance last year, largely as a result of a lack of volatility amid years of central-bank stimulus which have made it difficult for traders to make money - 2018 has been good for the fund which according to media reports is up in the double digits YTD now that volatility has finally returned if only to the stock market.

27 июля 2015, 12:51

Стартап Palantir Technologies оценили в $20 млрд

Компания, созданная в 2004 году, стала четвертым по капитализации стартапом в мире, ее обгоняют лишь Snapchat, Uber и Airbnb

16 июля 2015, 20:27

Palantir, мафия PayPal, спецслужбы, мировое правительство

«Лучший способ избавиться от дракона — это иметь своего собственного» На Хабре нет ни одного упоминания о Palantir`е, в русской Википедии об этом проекте нет статьи, Mithgol молчит — что-то идет не так. Или так. А между тем Palantir стала второй крупнейшей частной компанией Кремниевой Долины с оценкой в 20 000 000 000$ (уступив Uber). Среди прочих заслуг Palantir`а — раскрытие крупных китайских разведывательных операций Ghostnet и Shadow Network. Журналист: — В «Википедии» говорится, что вы входите в управляющий комитет Бильдербергского клуба. Правда ли это, и если да, чем вы там занимаетесь? Организуете тайное мировое господство? Питер Тиль: — Это правда, хотя все не до такой степени тайно или секретно, чтобы я не мог вам рассказать. Суть в том, что ведется хороший диалог между разными политическими, финансовыми, медиа- и бизнес-лидерами Америки и Западной Европы. Никакого заговора нет. И это проблема нашего общества. Нет секретного плана. У наших лидеров нет секретного плана, как решить все наши проблемы. Возможно, секретные планы – это и плохо, но гораздо возмутительнее, по-моему, отсутствие плана в принципе. Приходится собирать информацию о Palantir`е по крохам. И такая жирная кроха прячется в книге Питера Тиля «От нуля к единице» (хотя в этой книге множество намеков и информации между строк, так же как в легендарном курсе и его переводе на Хабре, спасибо zag2art). Питер Тиль: Цель, которую я ставил перед собой, читая стэнфордский курс о стартапах и предпринимательстве, заключалась в том, чтобы донести все те знания о бизнесе, которые я приобрел за последние 15 лет в Кремниевой долине как инвестор и предприниматель, собрать их воедино. С книгой то же самое. Надеюсь, благодаря этой статье и комментам хабрачитателей, положение дел относительно Palantir`а станет чуточку яснее. (Есть многомиллиардный рынок, связанный с аналитикой и ИБ, а мы ничего про него не знаем.) Читать дальше →

03 июня 2015, 18:48

Питер Тиль: жизнь после PayPal

Предприниматель и сооснователь PayPal Питер Тиль собственный успех связывает не с удачей, а с мастерством. В интервью Кэрол Кэдуолладр он рассуждает о высшем образовании, инвестировании в людей и смертности. В1998 году Питер Тиль с партнером основал PayPal, а четыре года спустя продал компанию за 1,5 млрд долларов. Купив 10% Facebook, он стал первым инвестором соцсети (его совет Марку Цукербергу был обманчиво прост: «Только не про*** – и все»). Кроме того, на средства венчурной структуры ЦРУ Тиль основал Palantir Technologies, и компания, как утверждают, помогла найти Усаму бен Ладена. Сегодня Питер – один из самых успешных и влиятельных инвесторов Кремниевой долины, откровенный сторонник либертарианской политики и крупный спонсор различных проектов: от президентской кампании Рона Пола до Seasteading – организации, которая хочет создать в открытом море плавучее национальное государство.Ваша книга «От нуля к единице» (Zero to One) основана на курсе лекций, который вы читали в Стэнфордском университете. При этом вы настаиваете в ней на том, что вузы – это пустая трата денег, что они делают из студентов рабов, не способных мыслить независимо. Нет ли здесь некоего противоречия?Не думаю, что вузы – это категорически плохо. Я думаю, что есть некоторый образовательный пузырь. Учиться все еще важно. Цель, которую я ставил перед собой, читая стэнфордский курс о стартапах и предпринимательстве, заключалась в том, чтобы донести все те знания о бизнесе, которые я приобрел за последние 15 лет в Кремниевой долине как инвестор и предприниматель, собрать их воедино. С книгой то же самое.В декларации вашего Founders Fund напи­сано: «Мы хотели летающих машин, а получили 140 символов». Не кажется ли вам, что это и есть проблема, то, что мы мыслим слишком узко?Мне кажется, две тысячи нынешних сотрудников Twitter и через 10–20 лет будут иметь высокооплачиваемую работу. Это хороший бизнес, но не думаю, что его хватит на то, чтобы привести цивилизацию в будущее. Вовсе не обязательно, что в ближайшие несколько десятилетий будет невероятный технологический прогресс. Я не согласен с Рэймондом Курцвейлом, который говорит, что сингулярность рядом и нужно лишь сидеть и есть попкорн. Для прогресса надо работать, и мы должны его добиться.Корректно ли назвать вас техноутопистом? Л­етающую машину еще хотите?Я не считаю, что наука и технологии – это автоматически хорошо. Мы же придумали ядерное оружие в XX веке. Но я действительно верю, что без технологического прогресса хорошего будущего быть не может. У нас на планете 7 миллиардов человек. В следующем веке будет 10 миллиардов. Чтобы эти люди жили как в странах первого мира, нужны громадные инновации. Простое копирование не сработает. Если каждый китаец, как каждый американец, будет водить машину, мы получим масштабное загрязнение, нефть кончится. Модели нужно менять.Но вы не думаете, что смерть неизбежна?Мы слишком долго с ней мирились. Мы не должны так кротко погружаться в этот сон. По-моему, этот вопрос – вопрос старения, долголетия и смертности – с самого начала был глубоко в основе всего процесса вдохновения творцов научно-технологической эпохи. И при этом мы все равно знаем о т­еоретической физике больше, чем, скажем, о питании.Есть ли у нас в таком случае шансы победить смерть?Люди постоянно твердят, что хотят проживать каждый день как последний. У меня же всегда была контрастная позиция. Я бы хотел проживать каждый день, как будто жизнь никогда не закончится. Если бы жизненный цикл был неограничен, мы бы продолжали работать и начинали бы новые большие проекты. Мы бы очень аккуратно относились к окружающим, зная, что столкнемся с ними снова.В вашей книге есть фраза о том, что Кремниевая долина помешалась на «прорывах», как модно сейчас говорить. А три года назад The New Yorker опубликовал о вас справку, где вы называете это слово одним из любимых. Что изменилось? Прорыв надорвался?Мы слишком увязли в напряженной конкуренции. Великие предприятия фокусируются не на том, чтобы делать что-то, чего не делают другие, а на том, чтобы делать то, что ценно само по себе. Точно так же успешная карьера строится не на гонке с остальными – она строится на работе, которая имеет самостоятельную ценность.По-вашему, один из самых спорных вопросов в бизнесе – это вопрос о том, что приносит успех: мастерство или удача. Вы утверждаете, что мастерство. А может, вам просто очень повезло в жизни?Мне действительно повезло, и тяжело точно определить, воспользовался ли я умело возможностями или все это было чистой удачей, ведь эксперимент уже не повторить. Но я полагаю, что как общество мы слишком многое относим на счет удачи. Удача – это как атеистический синоним бога. Мы объясняем ею то, что не понимаем или не хотим понимать. Как венчурный капиталист я считаю, что одна из самых вредных вещей – это воспринимать как лотерейные билеты людей, в которых инвестируешь, и говорить: «Ну, не знаю, заработает ли твой бизнес. Может, да. Может, нет». По-моему, это ужасно – так смотреть на людей. Антилотерейный подход – в том, чтобы постараться обрести высокую уверенность, задать себе вопрос: «Уверен ли я в этом бизнесе настолько, что мог бы к нему присоединиться?»Вы учредили стипендии в 100 тысяч долларов, чтобы молодые люди не шли в вузы, а становились предпринимателями. Но вы сами учились в элитном вузе и добились довольно многого. Не так ли?Жизнь не прожить дважды. Правда в том, что элитные заведения – это хорошая строчка в резюме, но они еще и удивительно сужают фокус, и внимание людей концентрируется на определенных высокопопулярных областях: праве, финансах, немного на медицине, немного на политике. Мне тревожно, потому что те, кто туда идет, наверное, могли бы делать гораздо больше для общества. Если посмотреть на школьных выпускников – они увлеченно мечтают о том, как будут жить дальше. Мне кажется, в системе высшего образования есть нечто, что заставляет очень активно конкурировать, и это выбивает из большинства их м­ечты.Вы жертвовали огромные деньги политикам, и большинство из них, как Рон Пол, в итоге проиграли. Мне, как неспециалисту, это ужасно напоминает выбрасывание денег на ветер.В финансах я скорее консерватор, а вот социальные взгляды у меня больше либеральные. И я всегда колеблюсь во мнении о том, как далеко нужно заходить в политике. Не бесконечно ли обескураживающее это занятие. Что действительно нужно, как мне кажется, так это продвигать идеи, и Рон Пол таки продвинул ряд либертарианских идей. Он поставил вопросы о различных войнах, где участвуют США, и это было важно.В «Википедии» говорится, что вы входите в управляющий комитет Бильдербергского клуба. Правда ли это, и если да, чем вы там занимаетесь? Организуете тайное мировое гос­подство?Это правда, хотя все не до такой степени тайно или секретно, чтобы я не мог вам рассказать. Суть в том, что ведется хороший диалог между разными политическими, финансовыми, медиа- и бизнес-лидерами Америки и Западной Европы. Никакого заговора нет. И это проблема нашего общества. Нет секретного плана. У наших лидеров нет секретного плана, как решить все наши проблемы. Возможно, секретные планы – это и плохо, но гораздо возмутительнее, по-моему, отсутствие плана в принципе.   Источник: Getty Images / Bloomberg / David Paul Morris