• Теги
    • избранные теги
    • Компании2019
      • Показать ещё
      Страны / Регионы1001
      • Показать ещё
      Разное1288
      • Показать ещё
      Люди181
      • Показать ещё
      Международные организации65
      • Показать ещё
      Формат36
      Издания67
      • Показать ещё
      Показатели32
      • Показать ещё
      Сферы8
Raytheon
Raytheon (NYSE: RTN, Рейтеон) — американская компания, крупный поставщик военного ведомства США. Более 90 % доходов компании — от оборонных заказов. Разработчик ЗРК «Пэтриот», производитель КР «Томагавк». Расположение: Уолтем, Массачусетс. Томас Ке ...

Raytheon (NYSE: RTN, Рейтеон) — американская компания, крупный поставщик военного ведомства США. Более 90 % доходов компании — от оборонных заказов. Разработчик ЗРК «Пэтриот», производитель КР «Томагавк».

Расположение: Уолтем, Массачусетс. Томас Кеннеди (генеральный директор),
Уильям Свэнсон (председатель совета директоров) Основатели: Вэнивар Буш, Лоуренс К. Маршалл, Чарльз Дж. Смит

Капитал = 9,5 млрд. долл., Выручка = 22млрд.долл., Чистая прибыль = 2,25 млрд.долл. (2014)

Корпорация Raytheon – ведущий американский производитель систем противовоздушной обороны

Корпорация Raytheon является одним из крупнейших военно-промышленных объединений мира, с объемом годовых продаж 25 млрд. долл. (из них 16 млрд. долл. – на американском оборонном рынке) Raytheon входит в пятерку крупнейших подрядчиков министерства обороны США и выступает в качестве ведущего американского разработчика и производителя ракетного оружия и радиотехнических систем, включая комплексы ПВО, и считая себя крупнейшим в мире производителем управляемых ракет.

 

История компании

История корпорации началась в 1922 г., когда несколько молодых инженеров создали в штате Массачусетс фирму American Appliance Company для разработки и производства радиоборудования. Первой разработкой компании в 1925 г. стала лампа, позволяющая создавать сетевые блоки питания для радиоприемников и получившая название «газовый выпрямитель «Raytheon» (само слово было выдуманной комбинацией греческого со старофранцузским и означало «луч божественного света»). Лампа нашла широкий спрос в быстро растущей радиопромышленности, и в 1925 г. компания в соответствии со своим новым брендом была переименована в Raytheon Manufacturing Company. Продажам компании способствовал быстрый успех, и с конца 1920-х гг. Raytheon превратилась в одного из главных американских производителей радиоламп.

Радиолампы Raytheon | NOS Tube Store

В начале Второй мировой войны Великобритания обратилась к американскому рынку для размещения на нем заказов на магнетроны – ключевые компоненты конструкции РЛС. Первый контракт на производство магнетронов получила Raytheon, оперативно предложившая англичанам также весьма результативные улучшения его конструкции. Raytheon стала главным производителем магнетронов для РЛС всех типов для союзников в годы войны, изготовив до 80% мирового выпуска магнетронов до конца 1945 г. Одновременно Raytheon занялась собственной разработкой корабельных РЛС, создав целый ряд локаторов, ставших к концу войны основными на американском флоте. Побочным результатом работ в области радиолокации стало изобретение Raytheon микроволновой печи, серийный выпуск которых для коммерческого применения был начат компанией в 1947 г.

В 1945 г. Raytheon начала разработку систем наведения для ЗУР, в частности, для первой опытной американской системы Lark. А вскоре компания получила контракты на создание ракет для двух ставших впоследствии эпохальными для вооруженных сил США ракетных комплексов – Sparrow класса «воздух-воздух» и ЗРК HAWK. С пятидесятых годов и до начала нового тысячелетия Raytheon изготовила 74 тысячи ракет Sparrow (в том числе 12 тысяч в варианте ЗУР) и более 40 тысяч ракет HAWK. Компанией были созданы также системы наведения для первой американской серийной ракеты класса «воздух-воздух» Falcon (разработки Hughes) и первой противорадиолокационной ракеты Shrike (разработки Texas Instruments).

Raytheon осуществляла также производство военного и коммерческого радиооборудования, в пятидесятые годы была крупным производителем телевизоров. В 1948 г. компания первой в мире начала производство транзисторов. Raytheon усилила свои позиции в сфере радиоэлектроники приобретением в 1957 г., профильной компании Apelco Applied Electronics, а в 1961 г. – ведущей британской радиотехнической и электронной компании A.C. Cossor.

В шестидесятые годы Raytheon Company (такое название она носила с 1959 г.) была активно вовлечена в американскую космическую программу, поставив, в частности, БЦВМ для лунных космических кораблей Apollo. C 1967 г. Raytheon стала головным подрядчиком по разработке перспективного ЗРК средней и большой дальности Patriot, поныне являющегося одим из «столпов» производственной деятельности компании.

В 1980 г. Raytheon вторглась в авиационную сферу, приобретя известную компанию по производству легких самолетов Beech Aircraft, а в 1993 г. дополнила ее приобретением прав на выпуск «бизнес-джетов» Hawker у британской корпорации ВАЕ. Авиационное подразделение получило название Raytheon Aircraft Company, но в 2007 г. Raytheon продала его, и оно сейчас является самостоятельной компанией Hawker Beechcraft.

Девяностые годы стали временем крупномасштабных структурных трансформаций и слияний в американской оборонной индустрии, кардинально изменивших ландшафт американского ВПК. Значительное количество именитых американских оборонных фирм было поглощено  рядом крупных корпораций, окончательно трансформировавшихся в гигантские военно-промышленные объединения. Raytheon выступила одним из полюсов этой консолидации. В 1995 г. она приобрела электронную компанию E-Systems, а в 1996 г. – военное электронное подразделение корпорации Chrysler. Пиком поглощений стал 1997 г., когда Raytheon приобрела военные бизнесы таких известных фирм, как Texas Instruments и Hughes Electronic (к тому времени контролировавшейся General Motors), причем к Raytheon отошли ракетные производства не только Hughes, но и купленные последней в 1992 г. у General Dynamics. Кроме того, Raytheon приобрела военные подразделения корпораций Delco и Magnavox.

Таким образом Raytheon консолидировала в своих руках значительную часть разработки и производства управляемого вооружения в США. С приобретенными компаниями к корпорации перешли выпуск и развитие целого ряда ключевых ракетных систем американских вооруженных сил: от Hughes – ракет AMRAAM класса «воздух-воздух» и Maverick класса «воздух-поверхность», ПТРК TOW и Javelin (последнего в рамках совместного предприятия с Lockheed Martin), перехватчика ПРО EKV, от General Dynamics – крылатых ракет Tomahawk, корабельных ЗРК Standard и RAM, переносного ЗРК Stinger, от Texas Instruments – ракет JSOW класса «воздух-поверхность», противорадиолокационных ракет HARM и управляемых авиационных бомб Paveway. От Hughes корпорация унаследовала также производство ряда типов наземных и авиационных РЛС и мощное спутниковое подразделение.

 

Современное состояние компании

В настоящее время Raytheon Company представляет собой мощную американскую научно-производственную корпорацию с 72 тысячами занятых и объемом продаж в 2010 г. в 25,2 млрд. долл. С 1928 г. Raytheon является публичной компанией, акции которой свободно обращаются на Нью-Йорской фондовой бирже (сейчас 426 млн. акций). Штаб-квартира корпорации находится в Уолтхеме, штат Массачусетс. Председателем и главным исполнительным директором Raytheon с января 2004 г. является Уильям Свэнсон, работающий в корпорации с 1972 г. и прошедший в ней все ступени производственной и должностной карьеры.

За последние пять лет годовой объем продаж Raytheon вырос более чем на 25% — с19,7 до 25,2 млрд. долл., и на 2011 г. корпорация планирует рост продаж до величины 25,5-26,3 млрд. долл. Этот рост связан прежде всего с увеличением военных расходов США в последнее десятилетие, ростом заказов Пентагона, а также устойчиво растущими экспортными продажами (в, частности, заключением контрактов на поставку ЗРК РАС-3 Тайваню, Кувейту и ОАЭ). Компания получает устойчивую прибыль (1,8 млрд. долл. в 2010 г., рост с 1,1 млрд. долл прибыли в 2006 г.), а  доходность на акцию выросла с 2006 г. почти на 80%. Портфель заказов последнее пятилетие остается на стабильно высоком уровне, составляя на начало 2011 г. около 33,5 млрд. долл. (в 2010 г. было получено новых заказов на сумму 24,449 млрд. долл.).

Raytheon является практически исключительно оборонной фирмой – военные и связанные с ними продажи составили 93% от общего объема продаж корпорации в 2009 г. (23,139 млрд. долл. из 24,881 млрд. долл.). Основным для корпорации остается внутренний рынок США – в 2009 г. 79% объема продаж пришлись на США (в подавляющей части на министерство обороны и другие правительственные агентства), и лишь 21% — на продажи из-за рубежа (хотя объем полученных Raytheon в 2009 г. заказов из-за рубежа составил 30% от общего). В топе крупнейших подрядчиков федерального правительства США Raytheon числится пятой – после корпораций Lockheed Martin, Boeing, Northrop Grumman и General Dynamics.

 

 

raytheon.com

Развернуть описание Свернуть описание
Выбор редакции
26 июня, 03:42

Why America’s Mighty Military Doesn't Always Dominate the Battlefield

Dave Majumdar Security, A truth in modern warfare: Weapons do not always work as advertised. The United States Navy’s recent shoot down of a Syrian Arab Air Force Sukhoi Su-22 Fitter near the town of Tabqah over Syria is illustrative of a truth in modern warfare: Weapons do not always work as advertised. During the engagement between a pair of Boeing F/A-18E Super Hornets—flying off the aircraft carrier USS George H.W. Bush (CVN-77)—and the Fitter, advanced U.S. air-to-air missiles were decoyed at short-range. Indeed, as was reported by CNN, the Super Hornets first attacked the antiquated early-1970s vintage Su-22 strike aircraft with an infrared-guided Raytheon AIM-9 Sidewinder. Though the Pentagon has not released any details, the Sidewinder was likely an AIM-9X, the latest iteration of the long-serving weapon that features high off-boresight capability. Though the F/A-18E pilot fired the Sidewinder from about half a mile away—very short range even for an AIM-9 shot—the weapon was decoyed by the Russian-built Su-22’s flares. The Navy pilot reengaged with a Raytheon AIM-120C AMRAAM—a considerably more expensive and much longer-ranged active radar guided weapon—to dispatch the antiquated Fitter. The question one might ask is: How did the Su-22 pilot decoy the AIM-9 with flares given the modern Sidewinder’s advanced imaging focal plane array infrared seeker? Indeed, the AIM-9X is specifically designed to avoid being spoofed by decoys. All Sidewinders have had such features since the early 1980s—but the 9X variant is exponentially more capable than its predecessors. The problem is that technology is never perfect, and often, the enemy will have their own tricks up their sleeves. In any case, American-made air-to-air missiles have historically demonstrated excellent Probability of Kill (Pk) during testing and at live-fire Weapon System Evaluation Program exercises like Combat Archer. However, those same air-to-air weapons often fail to meet those performance levels during actual combat. Read full article

23 июня, 17:29

Defense Stock Roundup: LMT-Tata Group Tie Up for F-16, HII, GD, RTN Get Big Deals from Pentagon

The Pentagon allocated ample funds to the U.S. defense stocks last week. As a result, the S&P 500 Aerospace & Defense (Industry) Index gained 1.3% in the trailing five trading sessions.

23 июня, 11:43

"Если Москва узнает, то разнесет наш остров к чертовой матери"  

Недалеко от северной российской границы Норвегия строит секретную базу вместе с Пентагоном

22 июня, 22:32

Could America Really Stop a North Korean ICBM?

Kris Osborn Security, Asia What happens after launch?  While the initial development of MOKV is aimed at configuring the “kill vehicle” for a GBI, there is early thinking about integrating the technology onto a Standard Missile-3, or SM-3, an interceptor missile also able to knock incoming ICBMs out of space. The SM-3 is also an exo-atmopheric "kill vehicle," meaning it can destroy short and intermediate range incoming targets; its "kill vehilce" has no explosives but rather uses kinetic energy to collide with and obliterate its target. The resulting impact is the equivalent to a 10-ton truck traveling at 600 mph, Raytheon statements said. Secretary of State Rex Tillerson, Defense Secretary Jim Mattis, Director of National Intelligence Dan Coats and Marine Corps Gen. Joe Dunford, the chairman of the Joint Chiefs of Staff, briefed members of Congress at the White House on the review President Donald J. Trump ordered of U.S. policy toward North Korea, Pentagon statements said. After the briefing, Tillerson, Mattis and Coats released a joint statement: North Korea’s pursuit of nuclear weapons is an urgent national security threat and a top foreign policy priority, the statement said. “Past efforts have failed to halt North Korea’s unlawful weapons programs and nuclear and ballistic missile tests,” the statement said. “With each provocation, North Korea jeopardizes stability in Northeast Asia and poses a growing threat to our allies and the U.S. homeland.” The United States seeks stability and the peaceful denuclearization of the Korean Peninsula, the leaders said. “We remain open to negotiations towards that goal. However, we remain prepared to defend ourselves and our allies,” they added. (This first appeared back in April.) North Korean Threat Read full article

Выбор редакции
22 июня, 17:52

Raytheon: 'There's a broad range of threats'

John Harris, CEO of missile-maker Raytheon International, says they now also focus heavily on cyber security.

22 июня, 16:52

Raytheon (RTN) Wins $20M Air Force Deal to Build MTS Sensors

Raytheon's (RTN) MTS family of sensor solutions provides superior detecting, ranging and tracking for military forces worldwide

22 июня, 16:30

The Zacks Analyst Blog Highlights: Caterpillar, Intel, Monsanto, General Motors and Raytheon

The Zacks Analyst Blog Highlights: Caterpillar, Intel, Monsanto, General Motors and Raytheon

Выбор редакции
22 июня, 16:20

Американская ракета-перехватчик промазала

В США испытания новой модификации ракеты-перехватчика SM-3 Block IIA закончились неудачей, пишет издание Defense News.

Выбор редакции
22 июня, 13:51

The U.S. Navy Has a New Way to Protect Its Aircraft Carriers from Enemy Missiles

Kris Osborn Security, Could a new radar make a difference?  The new radar, called the Enterprise Air Surveillance Radar is slated to go on the now-under-construction USS Kennedy (CVN 79), as well as several of the services’ amphibs. The Navy plans to test and operate a new, highly-sensitive ship-defense radar technology on its 2nd Ford-Class aircraft carrier -- to detect incoming enemy fire, anti-ship cruise missiles and airborne threats such as attacking drones, fixed-wing aircraft or helicopters. The new radar, called the Enterprise Air Surveillance Radar, or EASR, is slated to go on the now-under-construction USS Kennedy (CVN 79), as well as several of the services’ amphibs such as the LX(R) and its third big-deck America-class amphib, LHA 8. Testing is slated for next year and technical development of EASR is now underway, Navy officials said. "Enterprise Air Surveillance Radar successfully conducted Preliminary Design Review in March 2017 and is working towards Critical Design Review in August 2017,” Naval Sea Systems Command spokeswoman Christianne Witten told Scout Warrior in a written statement. “Developmental testing is scheduled to start in 2018 for EASR, and is expected to conclude in late 2019.” EASR uses gallium nitride (GaN) semi-conductor technology and builds upon common hardware, software and processing elements of the Navy’s next-generation AN/SPY-6(V) Air and Missile Defense Radar slated for the service’s Flight III DDG 51 destroyers. “EASR is a SPY-6 variant, using identical hardware, signal processing and data processing. EASR will have the additional capability of air-traffic control radar, which ADMR does not have,” a senior Navy official told reporters. Much like SPY-6, EASR is engineered to be cyber-hardened and reliable, according to Raytheon statements. “EASR has cost and reliability benefits of gallium nitride. It uses digital beam forming and advanced algorithms for operations in high-clutter, near-land electromagnetic interference environments,” a Raytheon statement said. The AN/SPY-6 is described by radar engineers as being 35-times more powerful than most-current ship-based radar systems; developers say it enables detection of objects twice as far away and half the size compared with existing radars. In radar terminology, a 15-decibel increase with AMDR translates into roughly 35 times more power and sensitivity compared to the existing AN/SPY-1D radar. Read full article

19 июня, 21:26

Ужас с неба: начиненные взрывчаткой дроны ИГИЛ могут нести смерть по всему миру

ИГИЛ является одной из опаснейших террористических организаций в мире, поскольку его тактика использования дешевых, но эффективных технологий может быть использована в любой стране, а борьба с ним стоит миллионы долларов.

Выбор редакции
19 июня, 18:21

Американцы разрабатывают тактическую ракету большой дальности

Вооружённые силы США отдали компании Raytheon контракт на продолжение разработки новой тактической ракетной системы дальнего действия. Ракета DeepStrike должна будет заменить стоящую сейчас на вооружении тактическую ракетную систему ATACMS, сообщает Popular Mechanics. Разработанная в рамках программы Long Precision Fires по замене системы ATACMS, она должна будет наносить удар на расстоянии 499 километров как по наземным мишеням, так и по кораблям. Такая цифра основана на договоре между Россией и США 1987 года об ограничении дальности тактических ракет. Предполагается, что DeepStrike будет базироваться на носителях M270 Multiple Launch Rocket System и HIMARS. M270 Multiple Launch Rocket System сможет нести четыре ракеты, а HIMARS — две. Контракт Raytheon стоит 116,4 миллиона долларов. Согласно условиям контракта, первые образцы должны быть показаны в 2019 году. Стоит отметить, что до сих пор ATACMS справлялась со своей работой, и ожидалось, что в 2018 году она получит противокорабельный вариант, однако армейское руководство посчитало её морально устаревшей и решило заменить.

19 июня, 16:22

Raytheon (RTN) Secures $618M FMS Contract from Navy for SM-2

Raytheon Company's (RTN) business unit, Missile Systems, has won a contract from the U.S. Navy to procure full-rate production requirements and spares for fiscal 2017 SM-2.

Выбор редакции
18 июня, 23:31

Raytheon возобновит выпуск Standard Missile 2

Компания Raytheon (США) намерена возобновить выпуск зенитных ракет Standard Missile 2 после оформления сделки на $650 млн.

18 июня, 22:51

Raytheon to restart SM-2 missile line after $650 million sale: executive

U.S. missile maker Raytheon (RTN.N) plans to announce it will restart its Standard Missile 2 (SM-2) production line after a $650 million dollar order from four U.S. allies, the president of Raytheon's Missile Systems, Taylor Lawrence, said on Sunday. Raytheon is attending the June 19-25 Paris Airshow where it plans to make the announcement that it will restart the line that has been shut for about two years. On Friday, the U.S. Department of Defense awarded Raytheon four contracts to sell a total of 280 SM-2 Block IIIA and IIIB missiles to the Netherlands, South Korea, Japan and Australia.

18 июня, 22:49

Raytheon to restart SM-2 missile line after $650m sale-executive

U.S. missile maker Raytheon plans to announce it will restart its Standard Missile 2 (SM-2) production line after a $650 million dollar order from four U.S. allies, the president of Raytheon's Missile Systems, Taylor Lawrence, said on Sunday. Raytheon is attending the June 19-25 Paris Airshow where it plans to make the announcement that it will restart the line that has been shut for about two years. On Friday, the U.S. Department of Defense awarded Raytheon four contracts to sell a total of 280 SM-2 Block IIIA and IIIB missiles to the Netherlands, South Korea, Japan and Australia.

17 июня, 07:32

DeepStrike: американский ответ российскому «Искандеру»

Армия США заключила с компанией Raytheon контракт на технологическую доработку и снижение безотказности ракетной системы DeepStrike.

16 июня, 17:43

DeepStrike: американский ответ российскому «Искандеру»

Если проект DeepStrike окажется успешным, армия США будет обладать мощным оружием, которое в определённом смысле является американским ответом российскому комплексу «Искандер-М»The post DeepStrike: американский ответ российскому «Искандеру» appeared first on MixedNews.

16 июня, 17:43

DeepStrike: американский ответ российскому «Искандеру»

Если проект DeepStrike окажется успешным, армия США будет обладать мощным оружием, которое в определённом смысле является американским ответом российскому комплексу «Искандер-М»The post DeepStrike: американский ответ российскому «Искандеру» appeared first on MixedNews.

16 июня, 17:43

DeepStrike: американский ответ российскому «Искандеру»

Если проект DeepStrike окажется успешным, армия США будет обладать мощным оружием, которое в определённом смысле является американским ответом российскому комплексу «Искандер-М»The post DeepStrike: американский ответ российскому «Искандеру» appeared first on MixedNews.

15 июня, 14:41

Raytheon Wins $83M Navy Contract for AIM-9X Block II Missile

Raytheon Company's (RTN) business unit, Missile Systems has won a modification contract to procure 180 AIM-9X Block II all-up-round tactical missiles of the 17th Lot.

19 мая 2016, 18:43

В США испытали мобильный боевой лазер

На военной базе «Форт-Силл» в Оклахоме (США) проведено испытаниебоевого лазера HELMTT (High Energy Laser Mobile Test Truck ),предназначенного для обнаружения и уничтожения малых беспилотников, артиллерийских снарядов и мин.Эти испытания проводились с 11 по 19 апреля, но сообщили о них только сейчас, после анализа результатов. Мощность лазера была довольно небольшой - 10 киловатт. В следующем году будет проведено испытание лазера HEL-MD мощностью 50 киловатт. К 2020 году мощность мобильной установки будет увеличена в случае успеха до ста киловатт. Разработчик мобильной лазерной установки - корпорация Boeing.Испытания лазера HELMTT были проведены в ходе учений, что свидетельствует о практически полной готовности разрабатываемой мобильной установки. 10-киловаттный лазер достаточно мощен, чтобы сбивать беспилотники и уничтожать мины. В 2013 году был испытан боевой лазер (High Energy Laser Mobile Demonstrator, HEL MD) мощностью 10 киловатт, который  «уничтожил более 90 минометных снарядов и несколько беспилотников».У корпорации Boeing есть также проект лазерной пушки, с помощью которой самолеты смогут поражать цели на расстоянии 35 километров и более.Американские разработчики (Textron и Northrop Grumman) боевых лазеров сегодня делают ставку на твердотельные (т/т) лазерные системы с полупроводниковой накачкой, которые заменить громоздкие и экологически небезопасные химические лазеры. У химических лазеров есть определенное преимущество - не нужна мощная энергетическая установка, так как энергию дает химическая реакция. Но т/т лазеры гораздо надежнее, легче и компактней. Они проще в обслуживании и безопаснее в эксплуатации. Лазерные диоды, используемые для накачки лазера, легко совместимы с низковольтной энергетической установкой и не требуют трансформации напряжения.Сегодня в разработке находятся лазеры с мощностью до 500 киловатт. Дальнейшее увеличение мощности вряд ли возможно, так как все эти лазеры представляют из себя многомодульные конструкции - чем больше модулей, тем больше мощность. Для мобильных лазеров это неприемлемо.Кроме того, при повышении мощности лазерного луча на поверхности объекта-цели возникает слой плазмы, который затрудняет дальнейшее проникновение луча. Все нынешние американские лазеры работают в доплазменном режиме. Чтобы успешно работать в плазменном режиме, нужно использовать так называемый импульсно- периодический режим, при котором каждая следующая «порция» изучения успевает проскочить в тот момент, когда плазменный слой от предыдущей растаял.Во всех этих проектах речь идет о силовых лазерах, которые пробивают отверстия в бензобаках цели, отрезают крылья летательных аппаратах и т.д.Такие лазеры могут применяться только на небольших расстояниях, не более десятков километров. Для того, чтобы сбивать баллистические ракеты, как это, например, предполагалось в рамках проекта «Стратегической оборонной инициативы», нужны мощности на уровне 25 мегаватт, что недостижимо по крайней мере в ближайшие 10 лет, как считают российские эксперты.Другой класс лазеров - так называемые «умные» лазеры. Они не разрушают объект, а выводят из строя электронику или ослепляют операторов и пилотов. Тут не требуется большой мощности, что резко увеличивает дальность воздействия.Иным путем идет американская компания «Raytheon», сделавшая ставку на волоконные лазерные системы. В них используется кварцевые волокна с редкоземельными металлами: неодимом, эрбием, иттербием, туллием, празеодимом. Испытан 100-киловаттный волоконный лазер, интегрированный с зенитным артиллерийским комплексом. Он эффективно сбивает беспилотники на расстоянии 1,5–2 км (В порядке военно-полевого юмора можно вспомнить, как командир эскадрильи беспилотников Новороссии ополченец Гудвин сбивал вражеские БПЛА из охотничьего ружья, летая на мотодельтаплане).В США созданы химические лазеры для применения в космическом пространстве, где экологические последствия не имеют значения.Компания «Northrop Grumman» создала боевой комплекс YAL-1на базе кислородно-йодного лазера. Этот комплекс установлен на самолете Боинг 747 и занимает практически весь объем этого громадного лайнера.Существуют и другие типы лазеров, которые периодически демонстрируются журналистам, причем подчас устраиваются инсценировки с использованием, например, динамита для создания большего эффекта.Поэтому не всем сообщениям об успешных испытаниях новых лазерных систем в США можно верить. Например, комплекс YAL-1 первоначально задумывался как стратегический для дальности в 600 километров, а на деле смог обеспечить эффективную «работу» на расстоянии не более 130 км.Однако, в прошлогоднем докладе агентства ДАРПА говорится о том, что у боевых лазеров огромные перспективы и что в скором времени оружие направленной энергии «превратит традиционные символы военной мощи в устаревший хлам на уровне пушечных ядер и кавалерии».Для России разработка боевых лазеров является самым эффективным ассиметричным ответом на высокоточное оружие НАТО. Лазер легко сожжет дорогостоящую высокоточную боеголовку, причем соотношение цена/качество  будет в пользу обороняющейся стороны. Лазерные системы могут защитить страну и от приближающихся к нашим границам ракетных комплексов потенциального противника.+Лазерные комплексы, способные бороться с ракетным нападением создают и другие страны, например, Франция, Германия, Англия, Израиль, Япония, Южная Корея, Китай.Первопроходцами в разработке боевых лазеров были советские ученые, но эти исследования были «зарезаны» в 90-е годы. О сегодняшнем состоянии подобных разработок в РФ судить довольно трудно из-за вполне понятного режима секретности. Некоторым утешением может служить тот факт, что эффективность любого лазера падает практически до нуля в пасмурную погоду или во время дождя и тумана. Именно поэтому испытания лазеров проводятся в таких регионах, как солнечная Калифорния или Персидский залив. Впрочем, у любого оружия есть свои достоинства и недостатки. Кроме того, главной ареной будущих противоборств ведущих военных держав станет космос, где не бывает, как известно, ни туманов, ни дождей.Автор: Владимир Прохватилов, Президент Фонда реальной политики (Realpolitik), эксперт Академии военных наукhttp://argumentiru.com/society/2016/05/429214

14 февраля 2013, 14:42

Новая программа Riot - Google для шпионов

Известная американская компания Raytheon разработала новую компьютерную программу Riot, позволяющую следить за перемещением людей и прогнозировать их дальнейшие действия с помощью информации, которую они публикуют в социальных сетях. Подробности в репортаже корреспондента RT Гаяне Чичакян. Подписывайтесь на RT Russian - http://www.youtube.com/subscription_center?add_user=rtrussian RT на русском - http://russian.rt.com/ Vkontakte - http://vk.com/rt_russian Facebook - http://www.facebook.com/RTRussian Twitter - http://twitter.com/RT_russian Livejournal - http://rt-russian.livejournal.com/

28 июня 2012, 21:08

Парадокс превосходства

От редакции. Terra America продолжает расследовать тему концепции стратегической неуязвимости Соединенных Штатов. Готовится ли эта страна принять бремя неоспоримого мирового превосходства посредством снятия всех тех оговорок уже имеющейся гегемонии, которые представляет ядерный потенциал России и других государств-членов атомного клуба? Специалист в области оборонных технологий Илья Клабуков рассказывает о тех ресурсах, которые используют США для достижения задачи обретения неуязвимости и о тех проблемах, которые неминуемо возникнут у них на пути. Редакция сайта обещает вернуться к данной теме в ближайшем будущем. * * * В одной древней легенде говорится о неуязвимом воине, чья сила поражала воображение. Будучи представителем могущественного народа, он никогда не встречал равного себе в силе и ловкости. Подданный великого царя, он вел за собой армию, олицетворяя дух великой империи. Все знали, что у выставленного против него в поединке несчастного юноши не может быть никаких шансов. * * * Мир все более усложняется. В гораздо большей степени это применимо для технологического мира – области науки и техники множатся каждый год. Если раньше достаточно было прочитать несколько лучших журналов для того, чтобы представлять себе, что происходит в конкретной области науки, то сейчас многие направления стали необъятными дисциплинами. И тот, кто ставит своей целью быть первым везде либо должен изменить парадигму, либо упереться в естественные пределы роста. Технологическая неуязвимость обороны и безопасности США в ближайшем будущем – один из актуальных вопросов политики. Но помимо содержательного наполнения, он во многом опирается на эмоции, страхи и неосознанные мысли людей. Попробуем разобраться в происходящем. Взгляд снизу вверх Сейчас в лице США мы можем увидеть сверхсовременную сверхдержаву с необычайными военными и научно-технологическими возможностями и мощью, с которой не сравнится ни одна другая страна в мире. Научное сообщество, создающее передовые идеи, на которые ориентируются от Нобелевского комитета до инновационных центров. Крупнейшие вооруженные силы, способные за несколько недель смести с лица земли целые государства. Огромная промышленная индустрия, способная за короткое время серийно наладить производство новой техники. Бюджет Министерства обороны США на 2012 год составил 662,5 миллиарда долларов. Хотя это на 5,2 миллиарда меньше, чем в 2011 году, он все равно в два раза превосходит оборонный бюджет Европейского союза, в 6 раз – Китая, в 8 раз – России. Эти гигантские суммы являются материальным обеспечением доктрины стратегической неуязвимости, которая лежит в основе военной стратегии США[1]. Может показаться, что идеал стратегической неуязвимости всегда определял военную стратегию США, но это не так. Господствовавшая во времена Холодной войны доктрина гарантированного взаимного уничтожения (mutually assured destruction), была основана на признании взаимной уязвимости СССР и США и невозможности избавиться от нее. По мнению профессора политологии Университета Манитобы Джорджа МакЛина, «прежняя доктрина гарантированного взаимного уничтожения была на самом деле ориентирована на уязвимость». Новая доктрина стала закономерным следствием драматического изменения геополитического баланса в последнем десятилетии прошлого века. Распад Советского Союза, победа США в Холодной войне и связанное с этим снижение силовой конкурентности со стороны международной среды способствовали тому, что Вашингтон уверился в своем превосходстве в области конвенциональных и ядерных вооружений. Это, в свою очередь, обусловило переход к комплексу стратегий, ориентированных на неуязвимость, в частности, к стратегии Н-ПРО. Доктрина стратегической неуязвимости опирается на неоспоримое интеллектуальное превосходство США, прежде всего в сфере науки и техники. Передовые разработки, достижения в области гиперзвуковых средств, беспилотных аппаратов, самолетостроения, астронавтики, робототехники, информационных систем – в конечном счете, способности вести сетецентрические военные действия. Если сложить это с современными и многочисленными разведывательными службами и подрядчиками, по разным оценкам насчитывающими до 600 тысяч человек, – мы увидим самую мощную армию мира, которой обеспечивается технологическое превосходство. Военная мощь поддерживается научными программами американских университетов, интеллектуальным превосходством национальной разведки, аналитической и идейной работой «фабрик мысли»: в 2012 году исследовательская программа Пентагона составила 71 миллиард долларов и была разделена между 23 ведомствами – от крупных (заказывающих управлений Армии, ВВС, ВМС, а также DARPA), до совсем крошечных (Центр технической информации министерства обороны, Агентство военного сотрудничества и другие). Помимо ведомственных НИОКР – бюджет содержал 5 национальных секретных программ на общую сумму 16,3 миллиардов долларов. В этом году Пентагон продолжил увеличение расходов на «фундаментальные оборонные исследования». Под этим понятием подразумеваются поисковые исследования в области инфокоммуникационных технологий, нанотехнологий и материалов, биомедицины, когнитивных технологий, универсальных систем связи, кибербезопасности и новой электроники – работы, которые позволят апробировать новые физические принципы, успехи в которых являются стратегически важными для государства. Прикладные работы выполняются в национальных лабораториях, подконтрольных Министерству обороны и Минэнерго. В этих организациях проводятся работы по созданию прикладных средств, являющихся ключевыми для непосредственного использования в военной области – создание ядерного оружия, лазерные технологии, суперкомпьютерные системы, энергетика. Помимо них, в прикладных исследованиях и разработках по заказу Пентагона заняты сотни подрядчиков и десятки тысяч субподрядчиков. Среди основных контракторов – Lockheed Martin – крупнейшая оборонная компания в мире, Boeing, Raytheon и другие. Военную поддержку американской армии оказывают десятки тысяч наемников частных военных компаний (ЧВК), сохраняющих лицо военному командованию. Созданная в 1997 году Эриком Принсом компания BlackWater стала своего рода инновацией в военном деле и положила началу целой индустрии «сервисов на поле боя» – от охраны и разминирования до анализа данных и подготовки кадров. Отдельного упоминания заслуживает разведывательное сообщество США, обеспечивающее интеллектуальное превосходство в международных отношениях и планировании операций. Более полумиллиона американцев под эгидой АНБ и ЦРУ ежедневно собирают, анализируют и думают над разнотипной информацией, готовя информационный продукт высокого качества для высшего руководства. Вне всякого сомнения, представленный монстр – огромный механизм обеспечения национальной безопасности и обороны. Вопрос только в том, в какой степени он обеспечивает неуязвимость для США. Взгляд изнутри В среде американских экспертов по военным стратегиям нет единой точки зрения относительно возможности обеспечения реальной стратегической неуязвимости страны. По мнению специалиста по советской внешней политике, профессора Университета Талсы (Оклахома) Роберта Доналдсона, последним президентом США, который считал возможным достижение стратегической неуязвимости США, был Рональд Рейган. В своем интервью Terra America Доналдсон заявил: «Я общаюсь со многими видными военными аналитиками, а также с людьми в правительстве, но я ни разу не слышал, чтобы кто-то из них рассуждал о стратегической неуязвимости США». По мнению эксперта, ни один из Бушей, ни Клинтон, ни Обама не стремились воздвигнуть какой-либо щит, который бы полностью лишал Россию или даже Китай их стратегических наступательных возможностей. «Угроза для США исходит от таких стран, как Северная Корея и Иран. Ограниченная противоракетная оборона как раз и призвана противостоять их угрозам, а вовсе не обнулить наступательный потенциал России», – считает Доналдсон. Иную точку зрения отстаивает Джордж МакЛин: Он признает, что «как в США, так и в Канаде, и в Европе есть теоретики военного дела, которые, проанализировав концепцию Н-ПРО и доктрину неуязвимости, пришли к выводу, что минимально здравая и беспристрастная оценка доктрины неуязвимости указывает на ее несостоятельность». Однако неоспоримое стратегическое превосходство США над Россией, по мнению МакЛина, вытекает не столько даже из самой концепции Н-ПРО, сколько из общей научной, технической и финансовой гегемонии США в этой области: «Сегодня трудно усомниться в том, что США твердо стоят на позиции единственной мировой военной державы» В целом научно-техническую политику США в области обороны и безопасности можно выразить словами миссии Управления передовых оборонных исследований Пентагона (DARPA) – «предотвращение внезапного для США появления новых средств вооруженной борьбы». По мнению руководства Штатов, никто во всем мире не должен думать так же хорошо, как это происходит в национальных лабораториях, корпорациях и университетах. Никто не должен превосходить «фабрики мысли» – в области интеллекта, ученых – в инженерных решениях, американскую науку – в новых идеях. Соединенные Штаты как государство обладают тремя крайне важными особенностями, которые сделали возможным превосходство национальной науки и техники. Однако сейчас в научных кругах США признается угроза потери интеллектуального доминирования в науке и технике, что представляет собой серьезную угрозу для национальной безопасности и экономического превосходства США. Первое. Плюрализм в формах организации и поддержки научных исследований – государственные фонды, агентства, огромное число проектов и инициатив – сделал возможным передовое развитие практически по всем направлениям науки и техники. Поддержка может быть оказана с самых разных, порой даже неожиданных сторон. Общеизвестно, что DARPA  сыграла огромную роль в создании прообраза Интернета, но эта ситуация не уникальна. Например, проект «Геном человека» финансировался Министерством энергетики, создание приложения Siri для «айфона» – венчурным фондом ЦРУ, передовые работы в изучении нервных клеток – компанией Lockheed Martin, а в синтетической биологии – Raytheon. Однако недавно Научный совет Министерства обороны США (Defense Science Board – DSB) признал недостаточными усилия военного ведомства в обеспечении превосходства в фундаментальных исследованиях для национальной безопасности. Советом были выявлены причины, которые в будущем могут поставить под сомнение господство Вооруженных сил США в области науки и технологий. Дело в том, что большая часть научных работ, реализуемых в США, лежит вне поля зрения Министерства обороны, военное ведомство имеет ограниченный доступ для привлечения к своим задачам ведущих ученых и талантливых специалистов. Появляются предложения создать постоянно действующий резерв ученых, занимающихся разработкой теоретических основ различных наук, которые будут потенциально способны выполнять исследования военной направленности, либо предложения сотрудникам военного ведомства осуществлять непосредственные контакты с ведущими учеными, как в США, так и за рубежом, для знакомства с последними достижениями в соответствующей области. Один из футуристичных подходов к решению этой проблемы был сформулирован в программе Unconventional Warfighters управления DARPA. В настоящее время только 1% населения США работает на оборону страны. Необходимо понять, создание каких инструментов позволило бы вовлечь в оборонную сферу остальные 99% граждан. Прежде всего, DARPA ищет «футуристов, изобретателей, любителей (даже поверхностных) военной тематики, которые могут взглянуть на войну с нетрадиционной точки зрения». Хотя у этой инициативы DARPA есть серьезная основа – сотни тысяч, а может быть и миллионы людей в США готовы предложить свои навыки и время для помощи государственным структурам в случаях стихийных бедствий вроде землетрясения на Гаити или политического кризиса, такого как волнения на Ближнем Востоке. Вероятнее всего, есть еще большее количество людей, готовых внести свой вклад в национальную безопасность. В настоящее время американская государственная система не может предложить простой способ принять участие в этой работе, кроме как вступить в ряды армии или быть подрядчиком государственных структур. Unconventional Warfighters должна стать прототипом такого способа привлечения огромного потенциала гражданского общества к решению насущных задач обороны страны. По общему мнению, только обеспечение гарантированного привлечения к сотрудничеству передовых представителей научного сообщества позволит предотвратить возможное отставание от других государств в этой области. Второе. Политика привлечения в страну лучших умов для обучения и проведения исследований в американских университетах, работы в корпорациях (Microsoft, Boeing, Intel и других). Привлечение талантливых исследователей со всего мира было и остается как ключевым преимуществом США, так и непосредственной необходимостью, условием устойчивого развития. Исторически сложилось так, что ни на одном историческом интервале США не обладали всем спектром носителей технологических и научных знаний. В частности, более половины участников Манхэттенского проекта родились за пределами США. Из них двое ученых, которые внесли наибольший вклад в создание водородной бомбы, родились и получили образование за границей (Венгрия и Украина). Аналогичным образом, когда началась «космическая гонка» с Советским Союзом, Вернер фон Браун, родившийся в Польше, стал известен как «отец американской космической программы». Эти примеры показывают, что на протяжении всей американской истории в момент наибольшей опасности Соединенные Штаты искали таланты везде, где только было возможно. Это был чисто американский подход, который содействовал разнообразию и успехам в самых разных областях наук. Количественным показателем интеллектуального развития в США принято считать число выпускников и обладателей ученых степеней в областях науки, техники, инженерии и математики (STEM). Сейчас Соединенные Штаты по-прежнему являются мировым лидером в привлечении иностранных студентов, но имеет место тенденция потери этого преимущества. Если в 2000 году каждый четвертый студент был иностранцем, то в 2006 – только уже каждый пятый. Университеты Великобритании, Германии и Франции сейчас могут предложить студентам сравнимые или даже лучшие условия для учебы и жизни. Сохраняя и преумножая свое интеллектуальное превосходство, Соединенные Штаты просто обязаны продолжать искать, привлекать и создавать условия для жизни иностранных мигрантов в науке и технике. Третье. Мощная индустриальная база, позволяющая реализовать «в металле» любые достаточно точно сформулированные идеи. В этой области присутствуют как сложившиеся крупные компании оборонно-промышленного комплекса – Lockheed Martin, BAE Systems, Boeing, Northrop Grumman, General Dynamics, Raytheon Company, L-3 Communications и другие, так и «новое поколение» компаний – Boston Dynamics, United Defense Industries, Southwest Marine Holdings и другие. Но и здесь не все так безоблачно. Норма Августин, бывший президент компании Lockheed Martin, не так давно сделала прогноз, что «если современные тенденции в военном авиастроении сохранятся, то к 2054 году годового бюджета Пентагона хватит лишь на приобретение одного самолета. Очевидно, что эта тенденция не может долго продолжаться. Вопрос в том, каким образом можно вдохнуть новую жизнь в американскую производственную базу». У Нормы были серьезные причины для таких слов – за последнее десятилетие реализации программы F-35 ее стоимость неконтролируемо выросла втрое, сроки поставок постоянно менялись и в результате, сейчас можно услышать мнения о нецелесообразности продолжения программы нового истребителя. Определенную роль в трансформации американского военно-промышленного комплекса времен «холодной войны» в современный оборонно-промышленный комплекс, капитализацией более 3,6 триллионов долларов, в 1990-х годах сыграли инвестиционные компании и фонды под руководством бывших топ-менеджеров и госслужащих. Под их руководством в течение десятилетия была проведена тотальная реструктуризация производственных активов, выстроены новые производственные цепочки, прошло перепрофилирование предприятий под новые рыночные ниши. Сейчас в США время для идей, которые бы дали новую жизнь американской оборонной индустрии, сделав ее более мобильной, открытой трансферу технологий и разработок и гораздо более конкурентной, особенно в критически значимых направлениях. Политическая воля Ключевым фактором в развитии той или иной военной доктрины является политическая воля. Политика «перезагрузки» и сокращения военного потенциала США, проводимая администрацией Обамы, дала основание некоторым экспертам заявить о том, что новая «политика сдерживания» направлена исключительно против таких режимов, как Иран или Северная Корея, но не против России или Китая. «Есть причины для беспокойства ростом военных расходов Китая и его спорами с соседями, помимо давнего вопроса о статусе Тайваня. Однако, как мы видели во время недавней поездки Хилари Клинтон, США намерены не доводить свои отношения с Китаем до кипения и состояния вражды», – считает Доналдсон. Однако при этом он не скрывает, что если курс Обамы будет продолжен, параллельно будет всемерно развиваться и усиливаться технологическая база американских вооруженных сил. Так, «будет больше внимания уделено ВВС, в частности беспилотным управляемым летательным аппаратам. Будет также уделено много внимания флоту. Эти меры будут направлены на предотвращение возможных угроз со стороны террористических организаций, а также на оказание отпора тем государствам, которые могут поддерживать эти организации и стремящихся заполучить оружие массового поражения». В условиях безусловного превосходства США в научно-технической сфере это означает, что задача радикального пересмотра системы стратегической стабильности, сложившейся на базе советско-американских договоренностей 60-70-х годов прошлого века, по-прежнему стоит в повестке дня в Вашингтоне. По мнению Джорджа МакЛина, если Обама победит на президентских выборах 2012 года, содержание политики «перезагрузки» будет сформулировано заново, с учетом усилившихся позиций США и их лидера. В целом МакЛин настроен довольно пессимистично: по его мнению, наблюдается явный откат на позиции двадцатилетней давности, когда США воспринимали Россию как геополитического врага. «С какой стороны к этому не подойти – политика сдерживания или региональное ужесточение внешней политики России – все идет к усилению антагонистического настроя в отношениях между США и Россией», – констатирует эксперт. Дилеммы Никакое превосходство не может длиться стабильно вечно. Превосходства можно на какое-то время достичь, но чтобы достигать его постоянно – необходимо регулярно менять парадигму. В 1957 году советский Спутник стал катализатором для целой серии высокотехнологичных инициатив США – DARPA, «Аполлон», первые контракты в микроэлектронике, заложившие основу Кремниевой долины, наконец, реформа образования. В 1990-е годы развитый американский фондовый рынок спас идущий в глубокий кризис и теряющий военные заказы ОПК. Одновременно индустрия информационных технологий открыла второе дыхание развитию Вооруженных сил, открыв старт концепции сетецентрической вооруженной борьбы. 11 сентября 2001 года вывело спецслужбы США из сонного состояния и дало старт быстро разросшемуся разведывательному сообществу и компаниям индустрии национальной безопасности. Вопрос в том, существует ли сейчас нечто, что могло бы вывести важнейшее направление целой страны с тупикового пути. Какие неиспользованные внутренние резервы способны изменить парадигму США в наше время? Существуют ли новые идеи, которые могут изменить порядок вещей? Аналитиками «фабрик мысли» и научным сообществом рассматриваются несколько вариантов: Использовать интеллектуальные ресурсы союзников – Германии, Франции, Израиля, Италии и так далее, объединив усилия над совместными программами. Это позволит решить проблему технологического превосходства, но одновременно лишит США политической инициативы, превратив страну в великую, но не сверх-державу. Однако развитию такой инициативы глубокого научно-технического сотрудничества может помешать экспортное законодательство США, не позволяющее в таком объеме делиться современными технологиями. Сменить парадигму собственной внутренней политики – открытым текстом поставив новые задачи, как уже не раз было в XX веке. Столь радикальная мера потребует реформы науки, контрактной системы, принятия новых законодательных актов. Такая позиция позволит сохранить на некоторое время превосходство, но может оттолкнуть союзников и усилить противоречия в коалиции. Поскольку этот вариант невозможен без существенного увеличения бюджета, в настоящее время его реализация невозможна. Сохранить «статус кво», обнаружив себя через несколько лет страной с хорошими достижениями по всем направлениям, но ни в одном из них не являющейся лидером. Американская армия все также останется могущественной в мире, но не всесильной. Однажды они могут проснуться в мире с большим числом новых игроков – Франция, Израиль, Южная Корея, Тайвань, Индия, – каждый из которых на равных сможет конкурировать с США в своей области. В таком сложном мире придется учитывать интересы и договариваться со слишком многими. * * * Итог легенды о Голиафе общеизвестен. Молодой Давид, будущий царь Иудеи и Израиля, побеждает Голиафа в поединке с помощью пращи, а затем отрубает его голову. Победой Давида над Голиафом началось наступление израильских и иудейских войск, которые изгнали со своей земли филистимлян. Преимущество было на стороне физической силы, но победоносная история, самоуверенность и самолюбование противника не позволили им воспользоваться. [1] Важно не путать военную доктрину и стратегическую концепцию. Военная доктрина в целом представляет собой систему официальных взглядов и установок, определяющих направление военного строительства, подготовки страны и ее вооруженных сил к войне, способы и формы ее ведения. В ее рамках могут существовать и взаимодействовать различные стратегические концепции.  Илья Клабуков