Рон Пол
Рон Пол
Рональд Эрнест «Рон» Пол (Ronald Ernest "Ron" Paul, 20 августа 1935) — американский политик. Член палаты представителей. Участник «Движения чаепития». Участвовал в президентских выборах в 1988 году в качестве кандидата от Либертарианской партии. Пере ...

Рональд Эрнест «Рон» Пол (Ronald Ernest "Ron" Paul, 20 августа 1935) — американский политик. Член палаты представителей. Участник «Движения чаепития». Участвовал в президентских выборах в 1988 году в качестве кандидата от Либертарианской партии. Перед выборами 2008 года до 12 июня являлся претендентом на выдвижение в кандидаты на пост президента США от Республиканской партии. 13 мая 2011 года официально объявил, что он будет бороться за выдвижение в кандидаты от Республиканской партии США на выборах Президента США в 2012 году. Однако, кандидатом от Республиканской партии тогда стал Митт Ромни. Подробнее

Развернуть описание Свернуть описание
Выбор редакции
06 января, 09:21

«Америку ждёт внезапный коллапс»: экс-конгрессмен Рон Пол об экономике США

Дональд Трамп утверждает, что экономика США в последнее время переживает значительный подъём. Однако по словам бывшего члена палаты представителей Рона Пола, ситуация в стране похожа на огромный пузырь, который вот-вот лопнет. Источник: RT...

Выбор редакции
29 декабря 2017, 21:46

Ron Paul Warns America's "On The Verge Of Something Like 1989's Soviet System Collapse"

Ron Paul Warns America's "On The Verge Of Something Like 1989's Soviet System Collapse" Tyler Durden Fri, 12/29/2017 - 13:46

29 декабря 2017, 21:46

Ron Paul Warns America's "On The Verge Of Something Like 1989's Soviet System Collapse"

Authored by Damir Mujezinovic via Inquisitr.com, Ron Paul does not believe the U.S. will break into separate countries, like the Soviet Union did, but expects changes in the U.S. monetary policy, as well as the crumbling of the country's "overseas empire." The godfather of the Tea Party movement and perhaps the most prominent right-leaning libertarian in America, Ron Paul, believes the economic boom the United States experienced under President Trump could be a “bit of an illusion.” Mr. Paul sees inequality, inflation, and debt as real threats that could potentially cause a turmoil. “the country’s feeling a lot better, but it’s all on borrowed money” and that “the whole system’s an illusion” built on corporate, personal, and governmental debt. “It’s a bubble economy in many many different ways and it’s going to come unglued,” In a recent interview with the Washington Examiner, Paul said, “We’re on the verge of something like what happened in ’89 when the Soviet system just collapsed. I’m just hoping our system comes apart as gracefully as the Soviet system.   We have ownership of these countries, but it’s not quite like the Soviets did. I think our stature in the world and our empire will end, and that’s when, hopefully, the doors will be open.” The crumbling of America’s “overseas empire,” as Mr. Paul calls it, could be a chance for the libertarian movement to captivate the country’s imagination by 2020. The fact that the system is coming apart could be a big opening for the libertarians, Paul claims. However, it is not just Trump administration’s foreign policy that could play a part in this. “I think the foreign policy is a total disaster. Trump’s approach sounds good one day but the next day he’s antagonizing everyone in the world and thinks we should start a war here and there," he said. The former politician and host of the popular Ron Paul Liberty Report podcast has been a vocal critic of the NSA’s surveillance program, the USA PATRIOT Act, the War on Drugs, and the government’s fiscal policies as a whole. Interestingly, the topic of one of Mr. Paul’s recent podcasts was bitcoin. “The government, for its own reasons, monopolized the creation of money. Money originated in the marketplace. Let people sort it out,” he says. Apart from criticizing Donald Trump, the “Tea Party’s Brain,” as some journalists have called him, criticized Attorney General Jeff Sessions. Mr. Paul considers Sessions to be a threat to civil liberties. According to Paul, Trump’s foreign policy is a “total disaster,” as well as the war on terrorism and the “war on immigrants,” as Mr. Paul puts it. He went as far as calling these policies authoritarian-fascism.  The former U.S. Representative, author, and physician is cautiously optimistic about the future of the libertarian movement. Although he sees Trump’s policies and what he predicts to be the imminent crumbling of the American economy and the country’s overseas empire as an opening for the libertarians, he admits that the movement has a lot of work to do before American voters accept a true libertarian. Still, Paul thinks having a popular candidate in 2020 is very possible. “We as libertarians have some work to do before [voters] are going to accept a true-blue libertarian,” he said, “but I think moving in that direction and having a popular candidate [in 2020] is very possible.” "If they only hear our message, I know they would choose liberty and sound money and freedom and peace over the mess we have today," In the 2016 election, third parties faded to the background. The Libertarian Party nominee for President of the United States, Gary Johnson, won 3 percent of the vote, outperforming the 2012 results when he won 0.9 percent.    

Выбор редакции
26 декабря 2017, 00:50

Ron Paul Blasts Congress' Political And Personal Immorality

Authored by Ron Paul via The Ron Paul Institute for Peace & Prosperity, Many Americans have been shocked by recent revelations of the extent of sexual harassment in Congress. However, no one should be too surprised that those who spend their lives defending and expanding the welfare-warfare state engage in immoral personal conduct. It is only natural that an immoral system, like the welfare-warfare state, tends to attract individuals likely to practice personal immorality. The welfare-warfare state is built on a foundation of taxation and fiat currency controlled by a secretive central bank. While some type of taxation may be necessary to fund the few legitimate functions of government, taking people’s money to fund a redistributive welfare state at home and a global empire abroad is nothing more than theft. The Federal Reserve’s erosion of purchasing power is also a form of theft. The welfare-warfare state relies on violence. Every law preventing us from living our lives as we choose — whether forbidding us from working for below minimum wage, preventing us from smoking marijuana or drinking raw milk, telling private business owners who can and cannot use what restroom, or requiring us to purchase government-approved health insurance — rests on the threat of force being used against those who refuse to obey. The warfare side of the welfare-warfare state is obviously rooted in violence. War inevitably leads to deaths, including the deaths of innocents. A permanent warfare state is also the quickest way to lose our liberties. This is why the Founding Fathers counseled against standing armies and foreign entanglements. The neocons and “humanitarian interventionists” who control our foreign policy have disregarded the wisdom of the Founders. They actually promote endless wars not to protect our security but to promote “democracy” and “universal human rights.” They are impervious to evidence of the failure of military interventions to achieve these goals and indifferent to the human and fiscal costs of endless war. They dismiss the loss of innocent lives — including the deaths of children — as unavoidable “collateral damage,” while using their influence in the media to spread pro-war propaganda. They also smear their opponents as aiding America’s enemies and sympathizing with terrorists. No one holding political power wants to admit the system he supports is immoral and a failure. Therefore, defenders of the welfare-warfare state rely on lies and deceptions. They ignore all evidence of the failure of big government to accomplish its ends, instead pretending they can fix the system with a few reforms. They also work with allies in the media to promulgate the lie that without the welfare state the masses would remain poor and uneducated, and without the warfare state we would be overwhelmed by those who hate us for our freedoms. They never mention that many foreigners hate America because of the suffering caused by our hyper-interventionist foreign policy. The welfare-warfare state is built on violence and deceit. It is thus inevitable that many of those participating in this immoral system will combine their immoral politics with immoral personal conduct. Hopefully the revelations of sexual misconduct among the welfare-warfare state’s Capitol Hill and media defenders will lead more Americans to question the morality and the wisdom of allowing the federal government to run the world, run the economy, and run our lives.

23 декабря 2017, 19:57

Dave Collum's 2017 Year In Review: "The Bubble In Everything Grew"

Authored by Dave Collum via PeakProsperity.com, A downloadable pdf of the full article is available here, for those who prefer to do their power-reading offline. Introduction “He is funnier than you are.” ~David Einhorn, Greenlight Capital, on Dave Barry’s Year in Review Every December, I write a survey trying to capture the year’s prevailing themes. I appear to have stiff competition - the likes of Dave Barry on one extreme and on the other, Pornhub’s marvelous annual climax that probes deeply personal preferences in the world’s favorite pastime. (I know when I’m licked.) My efforts began as a few paragraphs discussing the markets on Doug Noland’s bear chat board and monotonically expanded to a tome covering the orb we call Earth. It posts at Peak Prosperity, reposts at ZeroHedge, and then fans out from there. Bearishness and right-leaning libertarianism shine through as I spelunk the Internet for human folly to couch in snarky prose while trying to avoid the “expensive laugh” (too much setup). I rely on quotes to let others do the intellectual heavy lifting. “Consider adding more of your own thinking and judgment to the mix . . . most folks are familiar with general facts but are unable to process them into a coherent and actionable framework.” ~Tony Deden, founder of Edelweiss Holdings, on his second read through my 2016 Year in Review “Just the facts, ma’am.” ~Joe Friday By October, I have usually accrued 500 single-spaced pages of notes, quotes, and anecdotes. Fresh ideas occasionally emerge, but most of my distillation is an intellectual recycling program relying heavily on fair use laws.4 I often suffer from pareidolia—random images or sounds perceived as significant. Regarding the extent that self-serving men and women of wealth do sneaky crap, I am an out-of-the-closet conspiracy theorist. If you think conspiracies do not exist, then you are a card-carrying idiot. Currently, locating the increasingly fuzzy fact–fiction interfaces is nearly impossible thanks to the post-election bewitching of 50 percent of the populace. “The best ideas come as jokes. Make your thinking as funny as possible.” ~David Ogilvy, marketing expert You might be asking, “What’s with the title, Dave? My 401K is doing great, and I own a few Bitcoin!” Yes, indeed: your 401K fiddled its way to new highs day after day, but this too shall pass—it always does—and not without some turbulence. This year was indeed a tough one to survey. As many peer through beer goggles at intoxicatingly rising markets, I kept seeing dead people (Figure 1). “We seem to be living in the riskiest moment of our lives, and yet the stock market seems to be napping: I admit to not understanding it.” ~Richard Thaler, winner of the 2017 Nobel Prize in Economics Figure 1. An original by CNBC's Jeff Macke, chartist and artist extraordinaire. A poem for Dave's Year In Review The bubble in everything grew This nut from Cornell Say's we're heading for hell As I look at the data…#MeToo [email protected] Some will notice that in decidedly political sections, the term “progressives” is used pejoratively. Their behavior has become nearly incomprehensible to me. My almost complete neglect of the right wing loonies may reflect some bias, but politically, they have taken a knee. They have become irrelevant. Free speech is a recurring theme, introducing interesting paradoxes for employee–employer relationships. Some say I have no filter. They obviously have no clue what I want to say. In case my hints are too subtle, I offer the following: Sources I sit in front of a computer 16 hours a day, at least three of which are dedicated to non-chemistry pursuits. I’m a huge fan of Adam Taggart and Chris Martenson (Peak Prosperity), Tony Greer (TG Macro), Doug Noland (Credit Bubble Bulletin), Grant Williams (Real Vision and TTMYGH), Raoul Pal (Real Vision), Bill Fleckenstein (Fleckenstein Capital), James Grant (Grant’s Interest Rate Observer), and Campus Reform—but there are so many more. ZeroHedge is by far my preferred consolidator of news. Twitter is a window to the world if managed correctly. Good luck with that. And don’t forget it’s public! Everything needs an open mind, discerning eye, and a coarse-frit filter. “You are given a ticket to the freak show. When you’re born in America, you are given a front row seat, and some of us get to sit there with notebooks.” ~George Carlin, comedian Contents Footnotes appear as superscripts with hyperlinks in the “Links” section. The whole beast can be downloaded as a single PDF xxhere or viewed in parts—the sections are reasonably self-contained—via the linked contents as follows: Part 1 Introduction Sources Contents My Personal Year in Review Investing Economy Broken Markets Market Valuations Market Sentiment Volatility Stock Buybacks Indexing and Exchange-Traded Funds Miscellaneous Market Absurdities Long-Term Real Returns and Risk Premia Gold Bitcoin Housing and Real Estate Pensions Inflation versus Deflation Bonds Banks Corporate Scandals The Fed Europe Venezuela North Korea China Middle East Links in Part 1  Part 2 Natural Disasters Price Gouging The Biosphere and Price Gouging Sports Civil Liberties Antifa Harvey Weinstein and Hollywood Political Correctness–Adult Division Political Correctness–Youth Division Campus Politics Unionization: Collum versus the American Federation of Teachers Political Scandals Clintons Russiagate Media Trump Las Vegas Conclusion Books Acknowledgements Links in Part 2 My Personal Year in Review Who cares what an academic organic chemist thinks? I’m still groping for that narrative. In the meantime, let me offer a few personal milestones that serve as a résumé while feeding my inner narcissist. I remain linked into the podcast circuit, having had chats with Max Keiser and Stacy Herbert (Russia Today aka RT),5 Chris Martenson,6 Jim Kunstler (The KunstlerCast),7 Lior Gantz (Wealth Research Group),8 Anthony Crudele (Futures Radio Show),9 Susan Lustick (News-Talk 870 WHCU),10 Jason Burack (Wall St. for Main St.),11 Dale Pinkert (FXStreet),12 Lance Roberts (Lance Roberts Show),13 and Jason Hartman (Hartman Media Company).14 I also spoke at Lance Roberts’s Economic and Investment Summit discussing campus politics15 and the Stansberry Conference (Figure 2) arguing the merits of price gouging.16 I got into a big spat with the American Federation of Teachers and some local social justice warriors that made it to the national press (see “Unions”) and dropped 30 pounds unaided by disease. “And, before anyone should doubt what a chemistry professor would know about unions and what effect they would have, it should be noted that Collum has amassed a following for his annual 100-page papers on the state of business and politics. Turns out, he knows a thing or two about economics and politics as well.” ~Joe Cunningham, RedState Figure 2. The lovely Grant Williams, brainy Danielle DiMartino Booth, and one of the Paddock brothers in Las Vegas. On the professional side, I had a great year: I finished my stint as department chair; started a sabbatical leave; broke my single-year total publication record; and broke my single-year record for papers in the elite Journal of the American Chemical Society. I attempted to extend a contiguous string of 20 federal grants without a rejection by submitting two NIH grants and subsequently got totally blown out of the water. (OK. I’m still walking that one off. I think the panel finally noticed that I am deranged.) I was accepted into an organization called the Heterodoxy Academy, whose membership includes hundreds of tenured professors standing up for free speech on college campuses.17 “My job is to write the exact same thing between 50 and 100 times a year in such a way that neither my editors nor my readers will ever think I am repeating myself.” ~Jason Zweig, Wall Street Journal columnist Investing “I dig your indefatigable bearishness, my friend.” ~Paul Kedrosky, one of the earliest bloggers I’m sensing a tinge of Paul's sarcasm. My net worth from January 1, 2000, has compounded at a ballpark annualized rate of 7 percent. That’s not so bad, but the path has been rather screwy. From mid ’99 through early ’03, I carried cash, gold, silver, and a small short position. I kept buying gold through about 2005 (up to $700 an ounce), resumed in 2015, and bought several multiples of my annual salary’s worth in 2016. I’m done now. Gold is up 8 percent, and silver is down –2 percent in 2017 thanks to a minor end-of-year sell off. The spanking from ’11 to ’15 seems to have subsided. Precious metals, etc.: 29% Energy: 0% Cash equivalent (short term): 62% Standard equities: 9% “Most people invest and then sit around worrying what the next blowup will be. I do the opposite. I wait for the blowup, then invest.” ~Richard Rainwater I was totally blindsided by the downturn in gold starting in ’11 and energy in ’13. (Energy peaked in ’08 but was on the mend until ’13.) I bought energy steadily starting in ’01 with broadly based energy funds and a special emphasis on natural gas. The timing of entry was impeccable and all was going swimmingly—I was a genius!—until the Saudi oil minister attempted to talk oil down from $110 to $80 per barrel18 in '13. He thought he could blow the frackers out of the game fast, but it was a hold-my-beer moment for our credit system. The frackers kept fracking, the oil price overshot the Sheik's target by $50 per barrel, and I got whacked for 30–45% losses over four years starting in '14.19 It is impossible to know when you’re being a highly disciplined buy-and-hold investor—a Microsoft and Apple gazillionaire refusing to sell—or just an idiot. I sensed that the rotten debt had been purged and we were through the worst of the energy downturn. I worried that a recession could do a number on me, but it took years to get to my position through incremental buying. I’m holding on, goddammit! We seem to be running out of downside. Unbeknownst to me until October, however, my employer had liquidated my energy funds—every last one of them—and put me in a life-cycle fund in April. Sell ’em after they plummet? Thanks guys. A rational investor, if committed to hold them, would undo the general equity fund restrictions—I did—and buy the energy funds right back—I didn’t. Friends in high places all said to wait. About a week later, the Middle East erupted in what looked like a sand-to-glass phase transition (see “Middle East”), and energy started to move in sympathy. Peachy. Fidelity actually saved me a little money, but I am still white-knuckling the cash, growing a long wishlist, waiting for a generalized sell-off/recession to offer some serious sub-historical-mean bargains (see “Broken Markets”). The correction in ’09 at the very bottom brought us to the historical mean, but not through it. For this reason, I have largely skipped this equity cycle. The current expansion is long in the tooth and founded on poor fundamentals. I hope that the wait won’t be too long. Until then . . . “Remember, when Mr. Market shows up at your door, you don’t have to answer.” ~Meb Faber, co-founder and CIO of Cambria Investment Management Economy “A decade after the biggest crisis since the Depression, a broad synchronized recovery is under way.” ~The Economist, March 2016 Whoa! Fantastic! Goldilocks survived another bear. There is just one hitch: that was a total load of crap in 2016, and it’s a colossal load now. Let’s take a peek at a few gray rhinos—“large and visible problems in the economy that are ignored until they start moving fast.” GDP growth rates from 1930–39 and 2007–16 were as follows:20 GDP growth in the 1930’s 1930: –8.5%     1935: 8.9%1931: –6.4%     1936: 12.9%1932: –12.9%   1937: 5.1%1933: –1.3%     1938: –3.3%1934: 10.8%     1939: 8.0% GDP growth in the new millennium 2007: 1.8%       2012: 2.2%2008: –0.3%     2013: 1.7%2009: –2.8%     2014: 2.4%2010: 2.5%       2015: 2.6%2011: 1.6%       2016: 1.6% Whether you use the arithmetic or geometric mean, both gave us 1.3 percent annualized growth. Let’s spell this out: during the recent era in which markets soared, the economy tracked the Great Depression. It is instructive to look at the economy with a little more granularity than the writers at The Economist-Lite. According to John Mauldin, total domestic corporate profits have grown at an annualized rate of just 0.1 percent over the last five years.21,22 Goldman’s Abby Joseph Cohen says R&D spending is down to 2.5 percent of GDP from 4.5 percent and is a drag on the economy.23 Economic bellwether General Electric saw revenue drop 12 percent and earnings fall 50 percent year-over-year,24 and these numbers are aided by the company’s legendary creative accounting schemes.25 Meanwhile, corporate America witnessed a 71 percent rise in business debt since 2008. According to economist Lacy Hunt, “It’s the investment, the real investment, which grows the economy,” prompting the legendary market maven @RudyHavenstein to state dryly, “I like Hunt.” Where are they spending all that borrowed money? Hold that thought. Long-term demographic problems—“quantitative aging” (Figure 3)—exacerbated by dropping sperm counts26 suggests the economy will continue to shoot blanks. Figure 3. Demographics looking sketchy. Putative job gains affiliated with this low growth are fragile if not dubious as hell and are being boosted by the “Dusenberry effect”—consumers’ reluctance to stop spending even after their income drops—which will cause the next recession to be a real Dusey. (Sorry.) Eventually, common sense prevails as companies run out of credit and savings-deficient consumers reassume the fetal position. According to extensive work by Ned Davis Research, cash levels among households are near their lowest levels of all time; consumer resiliency is always temporary. “When it is all said and done, there are approximately 94 million full-time workers in private industry paying taxes to support 102 million non-workers and 21 million government workers. In what world does this represent a strong job market?” ~Jim Quinn, The Burning Platform blog The Bureau of Labor Statistics has turned to Common Core math. How can we have 100 million working-age adults—40 percent of the working-age population—not working, 4 percent unemployment, and employers claiming the labor market is tight? Are 90 percent of those without jobs professional couch potatoes? Let’s first look at employment in some detail and then address that whole “tight” part. Googles of pixels have been dedicated to the obligatory labor force participation rate (Figure 4), a critical component of any economic debunking. Of those employed, 26 million people are in low-wage, part-time jobs (Figure 5), 8 million hold multiple jobs, and 10 million are “self-employed.”27 Another 21 million work for the government, which means they are a tax on the free market. In 2016, 40 percent of new jobs were fabricated through the specious “birth and death model.”28 2017 will presumably post similar numbers. Occasional reports of large job growth are deceptive. July, for example, witnessed 393,000 benefit-free, part-time, low-skill jobs offset by a drop of 54,000 full-time workers. Payroll numbers keep coming in lower than expected, which economists invariably blame on some big, yet unseen effect they are paid to notice. Nine out of 10 millennials living on their parents’ couches a year ago are still clutching TV remotes.29 There are now 45–50 million Americans on food stamps, up from 14 million in December 2007,30 when the last recession was already underway. Figure 4. Labor force participation. I am going to let Jeff Snyder take a crack at explaining the tight labor market:31 “The economy is tight, not favourably tight as in no slack in the labour market, but more so tight in that there is little margin for addition. . . . The reality in the markets is this: executives are reluctant to pay wages at a market-clearing rate.” ~Jeff Snyder, Alhambra Investments Figure 5. Low-paying service jobs versus manufacturing jobs. Poor economic numbers are pervasive. Auto sales are canaries in the coal mine and getting crushed despite aggressive incentives.32 Ford is already suffering and predicting a multi-year slowdown.33 A car industry crunch analogous to that in ’09 may appear in ’18 as expiring leases leave consumers underwater owing to dropping used car prices, and decreasing profits in the auto industry may “then turn from secular to structural problems.”34 Morgan Stanley predicts a 50 percent drop in used car prices over the next 4–5 years,35 which will gut the new car business. The auto downturn has already begun. Wells Fargo is reporting large drops in auto loans after a long stretch during which subprime car loans flourished yet again.36 That should put a fork in the new car market. Yield-starved investors are chasing cash- and income-starved car buyers. Subprime auto-asset-backed securities will take yet another beating. Chrysler is teaming up with Santander Consumer USA to push out “unverified income” subprime auto loans using “automated decision making.” Santander seems to have nine lives, and they’ll need all of them. The hyperdeveloped loan market for used cars, however, is already faltering (Figure 6); delinquency rates are rising. Goldman expects “challenging consumer affordability” and has downgraded General Motors to “sell.”37 Those cars y’all bought on cheap credit yesterday will not be bought tomorrow. Claims that the hurricanes cleared out auto inventory38 are grotesquely underestimating the magnitude of the overhang and will be paid for by reduced consumption in other sectors. Any consumption pulled forward with debt has a deferred cost. Figure 6. Some key auto industry stats (a) loans and leases, (b) loan delinquencies. We’ll take a crack at the housing market in its own section and simply note here that the cost of renting or buying normalized to income has never been higher. Approximately half of tenants spend more than 30 percent of their income on rent, doubling from a decade ago.39 A survey of 20 cities showed that housing costs are growing at a 6 percent annualized pace. Our paychecks are not. Housing is a bubblette and likely to offer fire-sale bargains again. What many fail to grasp is that the reduced cost of borrowing owing to low rates is offset by higher prices. When interest rates were 15 percent, houses were cheap. Austrian business cycle theory says easy money policies generate overdevelopment and other malinvestment. The day of reckoning appears to be here. (I say that every year…channeling Gail Dudek.) Familiar brands like Toys “R” Us (my keyboard has no backwards R), JCPenny, Abercrombie & Fitch, Sears, Bon-Ton, and Nordstrom are gasping their last gasps before drowning in debt with no customers to save them. Total retail revenues and sales (including online) are up only 28 percent from the 2007 high.40 The management of Ascena Retail referred to an “unprecedented secular change.”41 More than 100,000 retail jobs have vaporized since October 2016.42 Credit Suisse estimates that more than 8,000 retail outlets closed this year.43 Consumer goods companies have held up better because consumers generally put off starving or freezing to death until all options are exhausted. Restaurants are extending the longest stretch of year-over-year declines for 16 consecutive months (last I looked).44 Business Insider blames millennials because they are “more attracted than their elders to cooking at home” (particularly when it’s their parents’ home.) Manhattan retail bankruptcies are called “horrifying.”45 Chapter 11s and company reorganizations in foreign courts increased sevenfold.46 Mall owners are using jingle mail—a term from the ’08–’09 crisis referring to leaving keys to creditors. Commercial retail will be coming into its own refinancing wave in 2018. Bears are sniffing around commercial-mortgage-backed securities as malls around the country begin to die.47 The next downturn will finish many of them off. Exchange-traded funds (ETFs) are positioning to short the brick-and-mortar retail. (Quick: somebody grab the ticker symbol “MAUL.”) Some suggest the Rout in Retail is merely a secular shift to online. Sounds logical except online sales represent only 8.5 percent of total retail sales.48 This argument might be masking a huge downturn in retail corresponding to the bursting of yet another Fed-sponsored bubble. As Amazon encroaches on every nook and cranny of retail sales, what began as a murmur has turned into a chorus: “This isn’t fair; somebody must do something!” Walmart knows this plotline. Market dominance does not connote “monopoly,” but Amazon has an image problem. Amazon gets a $1.46 subsidy (discount) per box from the USPS, well below its cost.49 Seems cheesy. Congress is showing concern out of self-interest. A monopoly is when a company uses its power to blow its competitors out of the water garishly. Who decides what is garish and when enough is enough? A judge under political pressure. A detailed summary of the breadth of Amazon’s market share and its anti-competitive pricing suggests that we are getting close.50 There’s nothing like a protracted anti-trust suit to mute the growth of a large conglomerate. Just ask the Microsoft high command. If our problems are not Amazon, what are they? Austrian business cycle theory says that our debt-driven, consumer-based economy endorsed by sell-side economists and analysts worldwide is unsustainable. Wealth is made, mined, grown, or coded, only then do you get to consume it. Wealth is extinguished by consumption, depreciation, and destruction. Central bankers seem to believe you can will wealth into existence by generating animal spirits. The next recession will start unnoticeably. Economists seem to miss every single one, often declaring telltale indicators irrelevant. Then you will hear phrases like “technical recession,” “growth recession,” or “earnings recession,” all eventually giving way to somebody opening the Lost Arc. If the next recession flushes the waste products (malinvestment) left behind by the central-bank-truncated ’08-’09 recession, it will reveal the central bankers to be charlatans. Even a typical recession witnesses near 40 percent losses in equity portfolios, which will leave already immunocompromised consumers vegetative. Banks will constrict lending to preserve capital, further slowing the economy. Weak businesses living off easy credit will become pink mist. An accelerating vicious cycle downward will take with it formerly viable businesses that could have survived a less arrogant monetary policy. This collateral damage was avoidable at least in its magnitude, but it can’t be avoided now. Are we on the cusp of the next recession? Citigroup “clients” say not even close (Figure 7). I think we are staring into the abyss. Figure 7. June 2017 Citigroup client survey of recession odds. Will this expansion continue because it has been pathetic or die because it is old? I cast my vote for the latter. The Fed and its central bank brethren, whether to retrieve residual credibility—they have precious little—or out of the deep-seated, albeit misguided belief that they are in charge of the economy, have decided it is time to “normalize rates” and undo quantitative easing. (We are now forced to accept the equally silly term “quantitative tightening.”) You can blame the ensuing problems on the tightening if you wish, but the huge mistakes were made long before this tightening cycle commenced. Every postwar recession until now was been preceded by a tightening cycle (although not all tightening cycles lead to recessions). Why not simply refuse to tighten? It won’t work, but the Fed governors are probably entertaining this possibility. “The central banks did their job. Unfortunately, almost nobody else has done theirs.” ~Martin Wolf, Financial Times “As has come to be commonplace, almost everything Mr. Wolf suggests is incorrect.” ~Tim F. Price, Cerberus Capital and author of Investing Through the Looking Glass (see “Books”) I’ll close this discussion with a brief mention of “creative destruction,” the process by which the new (and improved) ushers out the decrepit and out-of-date. It is a central tenet of capitalism—survival of the fittest—but has a disruptive dark side. McDonald’s (and every other service industry) is turning to kiosks to replace more costly human labor. Driverless cars will be awesome but also force car-based workers—potentially millions of them—to find new work. The financialization of the economy by central bankers has tipped the capital–labor balance profoundly toward capital. We will produce goods better and more efficiently, but the Darwinian adjustments will rock the system. Accelerated product cycles facilitated by excess capital can also be highly inefficient. The Erie Canal was completed in 1825 and faced its own black swan—railroads—that same year. Blockbuster was offed by Netflix as fast as it appeared. Can creative destruction happen too fast? Have product cycles become too short? Bulldoze your house every five years to build a better one and tell me how that works. Loose credit accelerates creative destruction, but not without a price. “A high initial saving rate has been associated with subsequently stronger economic growth, while a low saving rate produces a lower growth pattern.” ~Lacy Hunt, economist, noting soaring consumer debt Broken Markets “I think we have fake markets. . . . Everything is so tight, it is hard to pick a winner from a group that is fake.” ~Bill Gross, Janus "One word characterizes why the bull market can go on for years…'Goldilocks'" ~Sam Ro, Yahoo Finance “I’m not worried about the economy so much; what I’m concerned about is valuation.” ~David Swensen, Yale University’s longtime CIO "I think the bull market could continue forever." ~Jim Paulsen, Wells Fargo Regression to the mean is a force of nature. It is also a mathematical truism that markets reside below the mean for half of their price-weighted existence. The failure to go through the mean in ’09 is an anomaly caused by global central bankers that remains as an IOU on investors’ balance sheets and foreshadows trouble to come. Our system is constantly being overtly displaced from equilibrium by central bankers who view displacement as their mandate. Physical scientists know that any system displaced from equilibrium tends to return to equilibrium. The French physicist Carnot, often called the father of modern thermodynamics, showed that the round trip necessarily comes at a cost no matter how efficient the process: it’s a law of physics. Any chemist will tell you that a system massively displaced often returns with a considerable cost: you blow up your laboratory. Geologists? Volcanoes and earthquakes. Ski bums? Avalanches. How far are asset markets from equilibrium? The pros have some opinions: “Asset valuations historically aren’t way out of line, but elevated I would say, relative to historical averages.” ~Lael Brainard, Federal Reserve governor “Measured against interest rates, stocks actually are on the cheap side compared to historic valuations.” ~Warren Buffett, Berkshire Hathaway, channeling the Fed model “Compared to the Dutch Tulip Mania of 1637, stocks still look undervalued.” ~Rudy Havenstein (@RudyHavenstein), Funniest Tweeter of the Millennium Case closed. Let’s get a six-pack and watch football. The problem is that Brainard is a Fed governor, Havenstein is nuts, and Buffett is known for spewing some serious bullshit. Buffett’s favorite indicator—market cap to GDP—is double the historical mean (vide infra)—what market analyst John Hussman calls “historically offensive valuations.” Buffett also wrote an article in 1999 stating without qualification that returns are not about the economy at all.51 Secular bull markets are powered by falling interest rates and secular bear markets by rising rates. With interest rates at multi-century lows, it seems likely the old codger knows that his implicit reliance on the Fed’s valuation model is lunacy. As an aside, Berkshire has the largest cash hoard in its history—$100 billion—and it’s not being used to buy stocks that are “on the cheap side.” Others, only partially impeded by cognitive dissonance and the task of selling assets at any cost, seem to have neurons firing spasmotically (sense something): “We think the market still has the potential to move higher as investors capitulate into equities.” ~Merrill Lynch “Folks, I have been in this business for over 46 years, and observing markets with my father for 54 years, and I have never experienced anything like what is currently happening. . . . There are years left to run in this one.” ~Jeff Saut, Raymond James “It seems like uncertainty is the new norm, so you just learn to live with it.” ~Ethan Harris, global economist at Bank of America Merrill Lynch The fear of missing out (FOMO) is driving the markets way out over their skis. Markets could get much crazier, of course, but as any serious blackjack card counter will tell you, when the deck is stacked against you, size your bets accordingly. "If you pay well above the historical mean for assets, you will get returns well below the historical mean." ~Paraphrased John Hussman This Hussman quote is a recycle from last year but well worth repeating to make sure you understand it. He goes on to channel Ben Graham by noting that the devastating losses come from purchasing low-quality securities when times are good. The Hussman quote also pairs well with ideas about valuation I cobbled together from a well-known maxim about savings: “Overvaluation is appreciation pulled forward.” “Undervaluation is deferred appreciation.” ~David Collum This one passed the Google test for originality. I don’t know about you, but I want my appreciation in the future, or as James Grant (channeling Joe Robillard) likes to say, “I want everybody to agree with me . . . only later.” Valuations are meaningless as long as market participants are determined to buy stocks, but that mood will change at some point. Once markets are overvalued, however, you will give back those and any further gains during the next irrepressible regression to the mean, more so as you linger below the mean. I hasten to add that slight overvaluation is not a problem: the regression will be embedded within the noise. If, however, markets are way overvalued, an unknowable but inevitable combination of price drop and time—a retrenchment that could last decades—will usher invested boomers to the Gates of Hell. What do current valuations tell us about future returns assuming the laws of thermodynamics have not been repealed? Market Valuations “The median stock in the S&P has never been valued higher than it is today.” ~Jesse Felder, The Felder Report “There’s just no other way to say it: the market is insanely overvalued right now. It’s the longest recovery in history. It’s also the weakest. But you’d never know it from the stock market.” ~ David Stockman, former Reagan economic advisor and former Blackstone group partner “We are observing an episode that will make future investors wince. Just like the two closest analogs, the 1929 high and the tech bubble, I expect that future investors will shake their heads in wonder at the stark raving madness of it all, and ask what Wall Street could possibly have been thinking.” ~John Hussman, Hussman Funds “The gap between the S&P 500 and economic fundamentals can now be measured in light years.” ~Eric Pomboy, president of Meridian Macro Research "I believe fragilities today are much more systemic on a global basis than back in 2007. Where’s the Bubble? Virtually everywhere… The scope of today’s global Bubble goes so far beyond 2007." ~Doug Noland, McAlvaney Wealth Management It took a few years to blow up yet another equity bubble—referred to fondly by Jesse Felder and others as the “everything bubble”—but determined central bankers are not in short supply. A host of metrics point to a very mean regression cited below. As I rattle off a few stats, bear in mind the serious yet unknowable losses possible if regression rips through the mean. “Russell 2000 with a 75 p/e is just astronomical.” ~Jesse Felder Starting simple: McDonald’s saw zero revenue growth between 2008 and 2016 but had a 154 percent growth in debt. Its share price is up more than 200 percent. This is not an outlier. Additional examples assembled by Mike Lebowitz of 720Global are shown in Figure 8. I know it’s a table, but look at the contrasting revenue growth versus share price gains! Figure 8. Revenue growth versus price change. “And please don’t claim corporate profits are soaring, so the valuations are justified. . . . Corporate profits are unchanged since 2014—no growth at all.” ~Charles Hugh Smith, Of Two Minds blog The S&P 500 resides 70 percent above its ’07 high even though nominal GDP and total sales rose 10 percent during the same period. Price-to-revenue ratios are sharing the nosebleed seats with 1929 and 2000 (Figure 9).52 Buffett’s market cap–to-GDP indicator is no better, prompting Felder to guesstimate prospective 10-year returns—returns going to somebody else, apparently—at -2.6% annualized.53 In case you suck at math, you will be 10 years older, 33 percent poorer, and in need of a 50 percent gain to stumble your way back to even. Ever the optimist, John Hussman and his relatively complex valuation model, which shows high correlations when back-tested, predicts 60–70 percent losses over the next 10 years.54 To help the value-driven bottom-feeders, Hussman broke down the markets by valuation “deciles” and found that even the deep-value guys are looking at a >50 percent haircut—“haircut” sounds better than “castration” or “blood eagle”—at the end of the current market cycle.55 “Given the performance of certain stocks, we wonder if the market has adopted an alternative paradigm for calculating equity value. . . . What if equity value has nothing to do with current or future profits and instead is derived from a company’s ability to be disruptive, to provide social change, or to advance new beneficial technologies, even when doing so results in current and future economic loss? . . . After years of running into the wind, we are left with no sense stronger than, ‘it will turn when it turns.’ . . . Just because AMZN can disrupt somebody else’s profit stream, it doesn’t mean that AMZN earns that profit stream. For the moment, the market doesn’t agree. Perhaps, simply being disruptive is enough.” ~David Einhorn with tongue in cheek The legendary Howard Marks, using non-GAAP earnings (with a 25 percent fictional fudge factor)56 to calculate trailing P/E ratios, sees a 40 percent regression to the mean. The Case-Shiller weighted P/E ratio—far superior to the non-GAAP alternatives—is in the top 3 percent of historical readings,57 prompting Bob Shiller to dryly note that the markets are “at unusual highs.” (By the way, it was Shiller who slipped Greenspan the phrase “irrational exuberance.”) Dividend yields have flopped around over the centuries. A 56 percent equity decline is required to attain the 150-year historical average of 4.4 percent—assuming reduced cash flows owing to the price collapse don’t lead to dividend cuts.58 Tobin’s Q—essentially price-to-book value ratio and the favorite of Mark Spitznagle—is at all-time highs. The Economist sounds dismissive by suggesting that “a high Tobin’s Q signals that an industry is earning a lot from its assets,"59 which suggests that The Economist is underutilizing its intellectual assets. Figure 9. Valuation metrics from Grant Williams’s World of Pure Imagination.60 Consistency aside, how can these predictions possibly be correct? The reported P/Es are not that bad. The high-growth QQQ index, for instance, is sporting a P/E of only 22, and the Russell 2000—the small-cap engine of economic growth—is in the same neighborhood. Alas, Steve Bregman of Horizon Kinetics notes that the P/E of the QQQ is calculated by rounding all P/Es above 40 down to 40 and assigning a P/E of 40 to all negative P/Es—companies losing money, aka Money Pits.61 For some of the largest companies in the QQQ—think Amazon—with almost no GAAP earnings, these little fudge factors are not just rounding errors. In the scientific community, we call such adjustments “fraud.” Bregman pools the market caps and earnings to give a more honest analysis, which gently nudges the QQQ P/E to 87. In short, Wall Street is “making shit up.” Mark Hulbert, noting that more than 30 percent of the Russell 2000 companies are losing money, concurs with Bregman and suggests that the rascals at the parent company would get a P/E of 80 if they weren’t fibbing like teenagers.62 Market Sentiment Which FANG Stock Will Be The First To Break Out? ~Headline, Investor’s Business Daily (September) I couldn’t care less about market sentiment except to understand how we got to such lofty valuations and how investors have become drooling idiots babbling incoherently about their riches. Nothing scares these markets. Previous bubbles always had a great story, something that investors could legitimately hang their enthusiasm on. The 1929 and 2000 bubbles were floated by dreams of truly fabulous technological revolutions. The current bubble is based on a combination of religious faith in central bankers and, as always, investors’ deluded confidence in their own omnipotence as market timers. Oh gag me with a spoon, really? Unfortunately, some group of prospective toe-tagged investors with silver dollars on their eyes are going to own these investments to the bottom. For now, though, we have nothing to fear but fear itself. Veni vidi vici. “This is not an earnings-driven market; it is a momentum, liquidity, and multiple-driven market, pure and simple.” ~David “Rosie” Rosenberg, economist at Gluskin Sheff The FOMO model is not restricted to Joe and Jane Six-pack. Norway’s parliament ordered the $970 billion sovereign wealth fund to crank up its stock holdings from 60 percent to 70 percent.63 Queuing off an analysis I did last year, a collective (market-wide) allocation shift of such magnitude would cause a 55 percent gain in equities.64 The percentage of U.S. household wealth in equities is in its 94th percentile and above the 2007 numbers.65 A survey of wealthy folks shows they expect an annualized 8.5 percent return after inflation.66 Good luck with that if you wish to stay wealthy. At current bond yields, a 60:40 portfolio would need more than 12 percent each year on the equities. Venture capitalists think they can get 20 percent returns (despite data showing this to be nuts.)67 Maybe they can set up an ETF to track the 29-year-old high school dropout and avid video gamer who professed to love volatility and got himself a 295 percent gain in one year trading some crazy asset (probably Tesla or “vol”).68 He actually ordered a Tesla and proclaimed, “I will soon get my license!” Better get that Tesla ordered soon, young Jedi Knight, given the company’s annualized $2+ billion burn rate and stumbling production numbers. Meanwhile, the legendary Paul Tudor Jones' fund saw 50 percent redemptions.69 (Boomers: Insert Tudor Turtle joke here.) Prudence disappoints investors in the final stages of a market cycle. Unsurprisingly, the complacency index is at an all-time high.70 The oft-cited Fear and Greed Index (explained here71) is pegging the needle on extreme greed (Figure 10). A survey by the National Association of Active Investment Managers found investment managers to be more than 90 percent long the market.72 An American Association of Individual Investors survey showed that retail portfolios were at their lowest cash levels in almost two decades.71 High “delta,” which supposedly reflects investors’ willingness to use levered calls to catch this rally,72 suggests that investors perceive that risk has been eradicated in these central-bank-supervised markets. The few investors retaining a modicum of circumspection are “suffering extreme mental exhaustion” (PTSD) watching the consequences of the “deadweight of [the] US$400 trillion ‘cloud’ of financial instruments . . . supported by ongoing financialization” levitate anything with a price tag on it.73 Booyah Skidaddy. Let’s not forget, however, that traders make tops and investors make bottoms. In the next bloodletting, we may see bonds and stocks compete in synchronized diving. While traders run with the Pamplona bulls, investors sit in the shadows waiting for their day in the sun. Figure 10. Fear and Greed Index. Volatility Market pundits hurl around several definitions of volatility, and both have gotten huge press this year. A narrow dispersion of prices has arisen from the collusion of sentiment, $3 trillion of quantitative easing this year alone,74 trading algos, and programmed contributions to index investments that have created markets that seem very tame (not volatile). Headlines reported all sorts of records such as days without a 1 percent drop,75 consecutive S&P 500 closes within 0.5 percent of previous closing price,76 longest streak of green closes on the S&P, consecutive months without a loss,77 index advances accompanied by new 52-week lows,78 and days without a 3 percent draw down.79 Often the records were kept intact thanks to late-day panic-buying by the FOMO crowd. For the short sellers, it has been the Bataan Death March, particularly in February, when a leveraged fund was forced to liquidate billions of dollars of short positions.80 Even the treasury market shows an “implied volatility” at its lowest level in more than 30 years,81 which highlights historic investor complacency. Some say it is a new era; others see a calm before the storm. A second definition of volatility is explained in Investopedia:82 Volatility: A variable in option pricing formulas showing the extent to which the return of the underlying asset will fluctuate between now and the option’s expiration. Volatility, as expressed as a percentage coefficient within option-pricing formulas, arises from daily trading activities. How volatility is measured will affect the value of the coefficient used. Glad to have cleared that up. It’s no surprise the market players found a way to turn an arcane market indicator into a trading device: you can buy and sell vol through various indices such as the “VIX,” XIV, and “SVXY.” What’s more, the buying and selling of vol influences the markets (10× leveraged according to Peter Tchir). As the vol indices go down, the markets go up, and if I have this right, there is causality in both directions. Vol has been plumbing record lows. Indeed, those shorting vol (driving it down) are making fortunes—a one-decision trade—at least until buying vol becomes the new-and-improved one-decision trade. Billions have flooded into vol short funds each week.83 It is estimated to be a $2 trillion market. Barron’s called shorting the VIX “the nearest thing to free money.”84 References to exceptionally high “risk-adjusted returns” leave me wondering: How do you adjust for risk on the vol trade? Maybe we should consult the logistics manager at a Target store who made a cool $12 million in five years by shorting the VIX.85 He reminds me of those Icelandic fishermen-turned-bankers. They did quite well for a while, but they returned to fishing the hard way. In an incisive analysis of the risks of the vol trade,86 Eric Peters notes that “to sell implied volatility at current levels, investors must imagine tomorrow will be virtually identical to today.” Seems like a reach given that such an assumption has no precedent in the recorded history of anything. The fact that 97 percent of VIX shares are sold short also seems a wee bit lopsided (Figure 11).87 The VIX even had a flash crash88: how ironic is that? JPM’s Marko Kolanovic—reputed to be one of the best technical traders in the known universe—says that a regression of the VIX to the historical norm could cause “catastrophic losses” because of all the shorts.89 Given that volatility begets volatility, forcing an epic short squeeze on $2 trillion of vol shorts at some point, one wonders what comes after “catastrophic”? Figure 11. Volatility (VIX) short positions. Stock Buybacks “Companies might have to start rotating out of the debt that they incurred to buy back their stock and start issuing stock.” ~Chris Whalen, The Institutional Risk Analyst In 2016, I referred to Whalen’s vision of stock buybacks as “buying high–selling low.”90 Peter Lynch’s original enthusiasm for buybacks was that clever management sneakily buys back undervalued shares, not overvalued shares. This buyback ploy began to turn into a scam in 1982, when buybacks were excluded from rules prohibiting price manipulation.91 Buybacks are so large now that they correlate with and quite likely cause large market moves (Figure 12). Since 2009, U.S. companies have bought back 18 percent of the market cap, often using debt—lots of debt.92 The 30 Dow companies have 12.7 billion fewer shares today than in ’08: “the biggest debt-funded buyback spree in history.” An estimated 70 percent of the per-share earnings—24 percent versus only a 7 percent earnings gain since 2012—is traced to a share count reduction from buybacks.93 Pumping the share prices at the cost of rotting the balance sheet (which gullible investors ignore) achieves two imperatives: it prolongs executive employment and optimizes executive compensation. Contrast this with paying dividends to enrich shareholders to the detriment of option holders. The rank-and-file employees might be comforted if companies plugged the yawning pension gaps instead (vide infra), but such contributions would have to be expensed, lowering earnings and, stay with me here, reducing executive compensation. Figure 12. (a) S&P real returns versus margin debt. (b) S&P nominal returns versus share buybacks, and (c) buybacks versus corporate debt. In one hilarious case, Restoration Hardware, a loser by any standard except maybe Wall Street’s, used all available cash and even accumulated debt to buy back 50 percent of its outstanding shares to trigger a greater than 40 percent squeezing of the short sellers who, mysteriously, think the company is poorly run.94 In the “eating the seed corn” meme, the 18 biggest pharmaceutical companies’ buybacks and dividends exceed their R&D budgets.95 Market narrowing—the scenario in which a decreasing number of stocks are lifting the indices—is acute and ominous to those paying attention.96 The so-called FAANGs + M (Facebook, Apple, Amazon, Netflix, Google, and Microsoft) have witnessed a 50 percent spike in their P/E ratios in less than 3 years.97 The FAANGs compose 42 percent of the Nasdaq and 13 percent of the S&P. An astonishing 0.2 percent of the companies in the Nasdaq have accounted for 45 percent of the gains.98 This is a wilding. The average stock, by contrast, is still more than 20 percent off its all-time high. What is going on? Indexing and Exchange-Traded Funds “When a measure becomes an outcome, it ceases to be a good measure.” ~Goodhart’s Law Charles Goodhart focused on measuring money supply,99 but his law loosely applies to any cute idea that becomes widely adopted (such as share buybacks). This is total blasphemy, but market indexing may be a colossal illustration of Goodhart’s Law. John Bogle was the first to articulate the merits of indexing in his undergraduate thesis at Princeton.100 Columbia University professor Burt Malkiel provided a theoretical framework for the notion that you cannot beat the market, which was translated into the best-selling book A Random Walk Down Wall Street. Even Warren Buffett endorses the merits of indexing, although once again, his words belie his actions. Bogle’s seminal S&P tracking fund now contains 10% of the market cap of the S&P 500 after quadrupling its share since ’08. (Behaviorist Peter Atwater attributes the recent enthusiasm to investors who are PO’d at active managers.)101 “When the world decides that there is no need for fundamental research and investors can just blindly purchase index funds and ETFs without any regard to valuation, we say the time to be fearful is now.” ~FPA Capital Then there are the massively popular ETFs that allow you to index while picking your favorite basket of stocks (have your cake and eat it too). Is there anybody who disagrees with the merits of indexing? Didn’t think so. Do ya see the problem here? Goodhart might. Maybe I was oblivious, but acute concerns about indexing seem to have emerged only in the last year or so. Let’s ponder some of them, but only after a brief digression. “There is no such thing as price discovery in index investing.” ~Eric Peters, CIO of One River Asset Management In his must-read book The Wisdom of Crowds, James Surowiecki posits that a large sample size of non-experts, when asked to wager a guess about something—the number of jelly beans in a jar, for example—will generate a distribution centered on the correct answer. Compared with experts, a crowd of clueless people offers more wisdom. I submit that this collective wisdom extends to democracies and markets alike. A critical requirement, however, is that the voting must be uncorrelated. Each player must vote or guess independently. As correlation appears, the wisdom is lost, and the outcome is ruled by a single-minded mob. Thus, when everybody is buying baskets of stocks using the same, wholly thoughtless protocol (indexing), the correlation is quite high. Investors are no longer even taking their own best guesses. The influence of correlation is amplified by a flow of money (votes) putting natural bids under any stock in an index, even such treasures as Restoration Hardware. What percentage of your life’s savings should you invest without a clue? Cluelessness has been paying handsome rewards. A big problem is that index funds and ETFs allocate resources weighted according to market cap and are float-adjusted, reflecting the market cap only of available shares not held by insiders. You certainly want more money in Intel and Apple than in Blue Apron, but indexing imposes a non-linearity that drives the most overpriced stocks to become even more overpriced. That is precisely why the lofty valuations on the FAANGs just keep getting loftier. The virtuous cycle is the antithesis of value investing. The float adjustment drives money away from shares with high insider ownership. Curiously, an emerging strategy that is not yet broadly based (recall Goodhart’s Law) is to find investments that are not represented in popular indices or ETFs on the notion that they have not been bid up by indexers. “With $160-odd trillion global equity market capitalization, we have much more opportunities for ETFs to grow, not just on equities, but in fixed income. And I believe this is just the beginning.” ~Larry Fink, CEO of Blackrock, the largest provider of ETFs The indexed subset of the investing world could be at the heart of the next liquidity crisis. In managed accounts, redemptions can be met with a stash of cash at least for the first portion of a sell-off. This is why air pockets (big drops) often don’t appear early in the downdraft. By contrast, ETFs trade shares robotically—quite literally by formulas and algos (the robots)—with zero cash buffer. The first hint of trouble causes cash inflows to dry up and buying to stop. Redemptions by nervous investors cause instantaneous selling. Passive buying will give way to active selling. The unwind should also be the mirror image of the ramp: FAANGs will lead the way down owing to their high market caps. Once again, selling begets selling, and the virtuous cycle quickly turns vicious. Investors will get ETF’d right up the...well, you get the idea. “You’re better off knowing which ETFs hold this stock than what this company even does. . . . That’s scary to me. . . . The market needs to have a major crash.” ~Danny Moses, co-worker of Steve Eisman “Throw them out the window.” ~Jeff Gundlach, CIO of DoubleLine Capital, on index funds I would be remiss if I failed to note that there are also some really wretched ETFs. What are the odds, eh? I’m not sure I even believe this, but it has been claimed that a 3×-levered long gold mining ETF lost –86 percent while a 3×-levered short gold mining ETF lost –98 percent, both over the same time frame that the GDX returned zero percent. You wouldn’t want to pair-trade those bad boys. It is also rumored that the SEC has approved 4×-levered equity ETFs. Investors are going to be seeing the inside of a wood chipper at some point. A 3×-levered Brazilian ETF (BRZU) lost 50 percent in a single day. Apparently none of these investors ever saw The Deer Hunter. We might as well set up ETFs in which investors choose the leverage multiple. One quick click, and it's gone. “ETFs are the new Investment Trusts (similar vehicles in 1920’s) that led to the Great Crash and will lead to the next crash.” ~Mark Yusko, CEO and CIO of Morgan Creek Capital Management “Passive investing is in danger of devouring capitalism. . . . What may have been a clever idea in its infancy has grown into a blob which is destructive to the growth-creating and consensus-building prospects of free market capitalism.” ~Paul Singer, founder and president of Elliott Management Corporation Miscellaneous Market Absurdities “Last time this mood took over, it ended very badly. Look at your investments with 2009 eyes. Did you tail hedge then? Should you risk up now?” ~Jeff Gundlach Recent initial public offerings (IPOs) get routinely flogged. SNAP’s 33 percent drop has become onomatopoetic. What would you expect for a company whose customer demographic is 12- to 18-year-olds with no income? GoPro (GPRO) has lost 95 percent in two years. A few more show precipitous drops from post-IPO highs: FIT, TWLO, FUEL, TWTR, ZNGA, and LC. Blue Apron (APRN) dropped 45 percent from its highs in the 36 days after its IPO. The company also cut 1,200 of a total of 5,000 jobs, prompting one veteran to ponder: “Seriously, how is that not illegal?” This is a new era, dude. The froth creeps into the screwiest places. The hard asset purchase of the year was the da Vinci painting of Salvatore Mundi that sold for $450 million. It was the only known da Vinci in private hands. A Modigliani nude sold for $170 million. A Basquiat painting purchased in 1984 for $19,000 moved across the auction block at a snot-bubble-blowing $111 million (23% compounded annualized return). The fabulously creative modern artwork, The Unmade Bed (Figure 13), sold for a cool $4 million.102 (I have one of those in my bedroom that I got for a lot less.) According to CBS News, a Harambe-shaped Cheeto sold for almost $100K on eBay.103 An obscure Danish penny stock company (Victoria Properties) surged nearly 1,000 percent in a few days, prompting management to remind investors that “there has been no change in Victoria Properties’ economic conditions. . . . The company’s equity is therefore still equal to about zero kroner.”104 Ford is valued at around $7,000 per car produced. Tesla is valued at $800,000 per car produced—they are literally making one model by hand on a Potemkin assembly line.105 A company called Switch has a “chief awesomeness officer.106 Ding! Ding! Ding! Figure 13. A $4 million masterpiece of modern art. Long-Term Real Returns and Risk Premia “Maybe it’s time to quietly exit. Take the cash, hide it in the mattress, and wait for the next/coming storm to pass.” ~Bill Blain, Mint Partners “People have just gotten so immune to any pain and anguish in any of these markets that when it happens it is going be very psychologically painful.” ~Marilyn Cohen, Envision Capital Management If the next correction is only 20–30 percent, I was simply wrong. Mete out a 50 percent or larger thwacking, and I am declaring victory (in a twisted sort of way). When the pain finally arrives, the precious few positioned to take advantage of the closeout sales will include idiots sitting in cash through the current equity binge buying (me). In theory, the short sellers would be in great shape too, but they all reside in shallow graves behind the Eccles Building. Some wise folks, like Paul Singer, have had the capacity and foresight to be raising billions of dollars for the day when monkey-chucking darts can find a target.107 "We think that there has never been a larger (and more undeserved) spirit of financial market complacency in our experience.” ~Paul Singer after raising $5 billion to buy distressed assets in the future There will be few victory laps, however, because boomers will be living on Kibbles ’n Bits. How painful will it be? Figure 14 from James Stack shows the fractions of the last 100 years’ bull markets that were given back.108 On only one occasion were investors lucky enough to hang onto three-fourths of their bull market gains. One-third of the bulls were given back entirely. Two-thirds of the bulls gave half back. The results are oddly quantized. How much will the next bear take back? It depends on how much the reasoning above is out of whack. Do ya feel lucky? Figure 14. Fraction of the bull taken by the bear.108 “The vanquished cry, but the victor doesn’t laugh.” ~Roman proverb Ethereal gains bring up an interesting point, more so than I first thought. In a brief exchange with Barry Ritholtz, I asserted that the “risk premia” on equities—the higher returns because of underlying risk—will be arbitraged away in the long run because occasionally risk turns into reality, and you get your ass kicked. I’m not talking inefficient high-frequency noise but rather the long term—call it a century if you will. With his characteristically delicate touch, Barry noted that I was full of hooey. Refusing to take any of his guff, I dug in. Certainly a free market would price equities much the way junk bonds are priced relative to treasuries to account for mishaps. Look back at Figure 14 in case it didn’t sink in. There is also the problem with interpreting index gains owing to survivor bias. Economist David Rosenberg claims that if the eight companies who left the Dow in April 2004 had remained, the Dow would still be below 13,000.109 Of course, presumably investors swapped them out as well if they were indexing (although somebody ate those losses). “I will get back to you next week with the answer to your singular investment question. Should you have further easy questions such as: is there a God and what gender he/she may be, that will necessarily be part of a separate email chain.” ~Brian Murdoch, former CEO of TD Asset Management on bonds versus stocks Start with the inflation-adjusted principle gains on the Dow (Figure 15), which returns less than 2 percent annualized. Think that’s too low? Take a look at my all-time favorite chart—the Dow in the first half of the 20th century, when inflation corrections weren’t needed (Figure 16). Now throw in some dividends (4 percent on average) and some wild-ass guesses on fees and taxes (including those on the inflated part of the gains). I get a real return on the Dow in the 20th century—a pretty credible century to boot—of only 4–5 percent annualized. Let’s adjust recent returns using the Big Mac inflation metric.110 Big Macs have appreciated sixfold since 1972 (4–5 percent compounded) with little change in quality. Over the same period, the capital gains on the Dow rose twentyfold. Adjusted for Big Mac–measured inflation, the Dow averaged less than 3 percent compounded (ex-dividends). An eightfold rise in the price of extra-large pizzas since 1970 (cited in my now-extinct blog for Elizabeth Warren) paints an even bleaker picture of inflation-adjusted S&P returns. Figure 15. Inflation-adjusted DOW. Figure 16. Non-inflation-adjusted Dow: 1900–1940. Those 4–5 percent inflation-adjusted equity gains do not account for the fourfold increase in the U.S. population, which should be included because the wealth of the nation was shared by four times as many carbon-based life-forms. The returns are also not in the same zip code as the 7–8 percent assumed by many pensioners. Back to the debate, the 4–5 percent inflation-adjusted equity gains contrast with 30-year treasuries returning about 4–5 percent nominally. Hmm...Seems like equities still won, and that Ritholtz appears to have been right. I consulted both digital and human sources (Brian Murdoch, Benn Steil, and Mark Gilbert), and everybody agreed: that punk Ritholtz was right. Even more disturbing, is it possible that Jeremy Siegel is not being a total meathead by asserting that you should buy equities at all times (BTFD)? The explanations for why markets fail to arbitrage the risk premia are said to be rather “mysterious.” According to Brian Murdoch, “academics have been remarkably unsuccessful in modeling it. . . . Despite three decades of attempts, the puzzle remains essentially intact.” Benn Steil concurred. Academic studies (warning!) claim that bonds do not keep up with stocks even over profoundly long periods, and no amount of fudging (fees, taxes, disasters, or survivor bias) accounts for the failure to arbitrage the marginal advantage of stocks to zero. Schlomo Benartzi and Richard Thaler suggest that short-term losses obscuring long-term gains—“myopic loss aversion”—is the culprit.111 (Ironically, I read this paper a week before the Nobel committee told me to read this paper.) Elroy Dimson et al. dismiss all the possible errors that could be root causes and put the sustainable risk premium on stocks at 3–5 percent.112 Let’s flip the argument: Why would you ever own a bond? There are rational answers. To the extent that you do not buy and hold equities for 100 years (unless you are Jack Bogle), you also pay a premium for the liquidity—the ability to liquidate without a huge loss because you were forced to sell into a swoon. You also forfeit the ability to sell into a rally, however, and certainly wouldn't want to sell into a bond bear market either. Of course, the role of financial repression—sovereign states’ ability to force bond yields well below prices set by free markets—could explain it all. Governments like cheap money and have the wherewithal to demand it. Maybe the message is to never lend to governments. I remain in an enlightened state of confusion. Gold “Gold is no more of an investment than Beanie Babies.” ~Gary Smith, economist “If you don’t have 5–10% of your assets in gold as a hedge, we’d suggest you relook at this. . . . [I]f you do have an excellent analysis of why you shouldn’t have such an allocation to gold, we’d appreciate you [sic] sharing it with us. ~Ray Dalio, Bridgewater Associates Ray is rumored to have ramped Bridgewater’s gold position fivefold this fall. He cites geopolitical risk as a reason to own the barbecued relic. “If we actually see missiles in the air, gold could go higher.” ~CNBC trader on thermonuclear war Since the early 1970s, gold has had an annual return of 8 percent (nominal). Gold bears are quick to point out it doesn’t pay interest. Nor does my bank, and by the way, what part of 8 percent don’t they understand? By that standard, the 8 percent gain in 2017 was good but not statistically unusual. Coin sales are down,113 which suggests that either retail buyers are not in the game or the bug-out plans of hedge fund managers—I’m told they all have them—are complete. Sprott Asset Management made a hostile move on the Central Fund of Canada, a gold–silver holding company, in a move that might portend promising future returns.114 “Significant increases in inflation will ultimately increase the price of gold. . . . [I]nvestment in gold now is insurance. It’s not for short-term gain, but for long-term protection. . . . We would never have reached this position of extreme indebtedness were we on the gold standard. . . . It wasn’t the gold standard that failed; it was politics. . . . Today, going back on to the gold standard would be perceived as an act of desperation.” ~Alan Greenspan, 2017, still babbling On the global geopolitical front, Deutsche Bundesbank completed repatriation of 700 tons of gold earlier than originally planned.115 The urgency may be bullish, but a possible source of demand is now gone. Chinese gold companies have been actively searching for domestic deposits and international acquisitions as they push to quadruple their reserves to 14,000 tons by 2020.116 (The U.S. sovereign stash is less than 9,000 tons.) The gold acquisitions of China (Figure 17) show a curious abrupt and sustained increase in activity in 2011. When did gold begin its major correction? Right: 2011. Makes you wonder if geopolitics somehow preempted the supply–demand curve. Because gold can leave Shanghai but not China, it’s a one-way trip. The Shanghai Gold Exchange must get its bullion from other sources. Russia continues to push its reserves up too. Rumors swirl that China and Russia are colluding for something grand, possibly a new global reserve currency based on the petro-yuan and gold. This would change the global landscape way beyond generic goldbuggery. Figure 17. Abrupt changes in Chinese gold acquisitions through Hong Kong in 2011. “Bringing back the gold standard would be very hard to do, but boy would it be wonderful. We’d have a standard on which to base our money.” ~Donald Trump, 2016 The gold market continues to be dominated by gold futures rather than physical gold. The bugs think this will end. I can only hope. In this paper market, gaming is the norm. On a seemingly monthly basis, gold takes swan dives as somebody decides to sell several billion-dollar equivalents (20,000–30,000 futures contracts) when the market is least liquid (thinly traded). Stories of fat-fingered trades abound, but I suspect these are just traders molesting the market for fun and profit, unconcerned that a regulator would ever call them on it. The silver market looked even creepier for 17 days in a row (Figure 18). I never trust that kind of linearity. Figure 18. Silver acting odd over 5 minutes and 17 days. Price changes often appear proximate to geopolitical events, but everything is proximate to a geopolitical event somewhere. India’s success at destroying its cash economy—the only economy it had—via the fiat removal of high-denomination bills117 was akin to announcing that only electric cars are legal starting next week. Some suggested that the move was also an attempt to flush gold out of households and into the banking system.118 Gold inched toward currency status at a more local level as Idaho, Arizona, and Louisiana voted to remove state capital gains taxes on gold—baby steps toward an emergent gold standard.119 The Brits are going the other way by banning salary payments in gold.120 Finishing with some fun anecdotes, a massive gold coin worth millions was stolen from a German museum.121 Some guy restoring a World War II tank found $2.5 million in gold bullion tucked in a fake fuel tank.122 A piano repairman discovered 13 pounds of gold in an old piano.123 According to British law, the repairman gets half, and the folks who donated the piano get squat. Beyond that, the gold market has been quiet for almost five years (Figure 19). Some wonder whether Bitcoin is sucking oxygen away from gold. Which way is gold gonna break if Bitcoin or the dollar tanks? Inquiring minds want to know. Figure 19. Five years of gold price discovery. Bitcoin “Worse than tulip bulbs. It won't end. Someone is going to get killed. . . . [A]ny [JPM] trader trading Bitcoin will be fired for being stupid. . . . [T]he currency isn’t going to work. You can’t have a business where people can invent a currency out of thin air and think the people buying it are really smart. It’s worse than tulip bulbs." ~Jamie Dimon, CEO of JPM Unbeknownst to Dimon, his daughter was trading Bitcoin: “It went up and she thinks she is a genius.” More to the point, traders at JPM were already firing up crypto exchanges (while Goldman and the CFTC seemed to be positioning to enter the game). Dimon decided it was a prudent time to STFU (shut up) by declaring, “I'm not going to talk about Bitcoin anymore.” The joke was on us, however; nobody seemed to notice that Dimon slipped in an earnings warning the same day his Bitcoin quotes hit the media.124 Well played, Jamie. “Bitcoin owners should appeal to the IRS for tax-exempt status as a faith-based organization.” ~Andy Kessler, former hedge fund manager I wish I had a Bitcoin for every time somebody asked me about it. Cryptos and goldbugs share a common interest in escaping the gaze of the authorities. My ignorance of blockchain technology is profound, but I suspect that is true for many who talk the talk. I wonder if somehow blockchain might play a role in bypassing the SWIFT check-clearing system used by Western powers to shake down opposition (Russia).125 I also wonder, however, if the miracles of blockchain should not be confused with those of Bitcoin. Any mention of price or gains below should be followed with an implicit "last time I checked" or even “as of two minutes ago.” My failure to jump on Bitcoin leaves no remorse: (a) I never take a position that risks a you-knew-better moment, and (b) I would have been flushed out, and then I really would have kicked myself. Recall the legendary founding shares in Apple that were sold for $800 and are now estimated to be worth maybe $100 billion?126 There’s rumor of a guy who lost his Bitcoin “codes” that are now estimated at more than $100 million. That’s real pain. I offer my current view of cryptos from a position of total technical ignorance guided by an only slightly more refined understanding of history and markets. Please forgive me, crypto friends. I know you are tired of hearing the counter arguments and the cat calling. I am restrained by the words of a famous philosopher: “Only God is an expert. We’re just guys paid to give our opinion.” ~Charles Barkley, former NBA star What would have flushed me out of a Bitcoin long position? Let’s take it to the hoop: The price action. Exponential gains, even wildly bent on a semi-log plot, have few analogs in history, all of which led to legendary busts (Figure 20). The South Sea bubble, Tulipmania, Beanie Baby, and Mentos-in-a-Coke analogies are legion. They all had a story that convinced many. Figure 20. One-year price chart of Bitcoin (as of 2 minutes ago). The participants. I have a friend—a very smart former Wall Street guy—who swears by it and is up 100,000 percent. You do not need to size your position correctly with that kind of gain. But then there is the clutch of camp followers emblematic of all manias. We have grad students speculating in Bitcoin. A 12-year-old bought his first Bitcoin in May 2011 with a gift from his grandmother.126a At more than $17,000 per coin, his stash is more than $5 million. On MarketWatch, he declared he had a price target of $1 million. “I’m obviously very bullish, but I expect to make a couple million dollars off very little money. This is the opportunity of a lifetime. Finance is getting its Internet.” ~Bitcoin investor Competitors. A Bitcoin competitor issued by Stratis soared to more than 100,000 percent since its initial coin offering (ICO) this past summer. As of December 1, there were 1,326 cryptocurrencies with a total market cap of >$400 billion.127 Paris Hilton has a cryptocurrency.128 The market is saturated more than the dot-com market ever was. It is a certainty that more than 99 percent will die much like most of the 270 auto companies in the ’20s and dot-coms in the ’90s. A site called Deadcoins shows that some already have.129 The debate is whether 100 percent is the final number. Volatility. Massive corrections followed by ferocious rallies akin to a teenager on driving on black ice would have convinced me it was too crazy for my style. Corrections last seconds to hours, with wildly enthusiastic buyers poised to BTFD. Isaac Newton got into the South Sea bubble, was smart enough to get out, and then reentered in time to go bankrupt. I am decidedly dumber than Isaac. Figure 21. Bitcoin photo bomber (acquiring $15K of Bitcoin via crowdsourcing). For Bitcoin to become a currency in its current form, out of reach of sovereigns, seems to require a society-upheaving revolution, which is a rare event that usually gives way to new, equally ham-fisted regimes. The chances seem slim to none for several reasons. “No government will ever support a virtual currency that goes around borders and doesn’t have the same controls. It’s not going to happen.” ~Jamie Dimon (again) The competition. I am doubtless that central banks and sovereign states will never endorse Bitcoin in its current form. They have their own digital currencies and a monopoly on the power to create more, and they commandeer our assets through taxation. Existential risk will bring on the power of the State. When sovereigns decide to do battle, the cryptos will be brought to heel or forced underground. Instabilities. Digital currencies are showing digital instabilities that could just be growing pains or evidence of more systemic problems. How software buffs who know that software is duct tape and bailing wire could think that a software-dependent currency is invincible is beyond me. Ethereum dropped 20 percent in a heartbeat when a hacker theft was reported.130 It dropped 96 percent after the Status ICO clogged the network.131 One user put a stop-loss on Ethereum at $316 on GDAX, which executed at $0.10 during a flash crash.132 So-called “wallets” have been freezing up, although there is some debate as to whether the owners lost the Bitcoins.133 This stuff happens with all risk assets now but not with usable currencies. Volatility. Nobody will use a currency to pay for groceries if prices move 10 percent a day or even 5 percent as you move from the frozen food to the vegetable aisle. This, by the way, is the same explanation for why I don’t consider gold “money” or a “currency.” As long as there exists a Bitcoin–dollar conversion, a sovereign wishing to keep Bitcoin in the realm of a speculative plaything could use its unlimited liquidity to trigger price swings with a little day trading. Legality. If up against the wall, sovereigns will use arguments about fighting crime, stemming ransomware, or controlling monetary policy and declare a War on Cryptos akin to the potential War on Cash. China has already blown shots across the Bitcoin bow by shutting down exchanges as well as ICOs as they struggle with excessive sovereign debt and capital outflows.134 Britain has also done some sabre rattling.135 The IRS has declared gains taxable (akin to gold) and is paying companies to locate digital wallets.136 The fans of BTC declare invincibility—freedom! The average blokes may smoke pot and drive too fast, but they seem less likely to risk a spat with the State on this stuff. “Right now the trust is good—with Bitcoin people are buying and selling it, they think it’s a reasonable market—but there will come a day when government crackdowns come in and you begin to see the currency come down.” ~Mark Mobius, executive director at Franklin Templeton Investments Others have unshakeable faith even in the more obscure cryptocurrencies. I’m unsure what I’m hoping for on this bet (Figure 22): Figure 22. John McAfee, technology pioneer, chief of cybersecurity, visionary of MGT Capital Investments, going all in on cryptocurrencies. Housing and Real Estate “We bailed out the financial system so that financiers with access to cheap credit can buy up all of America’s real estate so that they can then rent it back to you later.” ~Mike Krieger, Liberty Blitzkrieg blog Greenspan claimed those who predicted the housing bubble were “statistical illusions” (as were those who saw Greenspan as a charlatan). There are, once again, housing bubbles littered across the globe at various stages of expansion and contraction owing to central banks providing in excess of $3 trillion dollars of QE this year. Credit is fungible, so the flood of capital can come from anywhere and migrate to anywhere it finds an inflating asset. Hong Kong’s spiking prices are rising by dozens of basis points per day. Attempts by authorities to cool the market only fanned the flames, resulting in “a sea of madness.”137 Australian authorities tried to cap the dreaded interest-only loans at 30% of the total pool, prompting one hedge fund to return money to investors and declare that “Mortgage fraud is endemic; it’s systemic; it’s just terrible what’s going on. When you’ve got 30-year-olds, who have never seen a property downturn before, borrowing up to 80% to buy three and four apartments, it’s a bubble.”138 Prices in London are now collapsing.139 Why would anything collapse with so much global credit? Simple: top-heavy structures tend to collapse from even small shocks. I will focus, however, on only two countries—the U.S. because it is my home turf and Canada because it is the most interesting of the markets. The U.S. appears to be in a bubblette, an overvalued market that does not approach the insanity of 2007 (detected by statistical illusions as early as 2002).140 Twenty percent down payments have become passé again. A survey of 20 cities reveals 5.9 percent annualized price rises.141 The median sale price of an existing home has set an all-time high and is up 40 percent since the start of 2014141 despite what seems to be muted demand (Figure 23). Thus, home ownership has dropped by 8 percent since ’09 because soaring prices have rendered them unaffordable. More than 40 percent of 25-34 year olds, a group historically en route to home ownership, have nothing set aside for a down payment.141 Those who scream about the need for affordable housing don’t notice that we have plenty of low-quality houses. We lack low-cost houses. And the Fed says inflation is good. Figure 23. Median new home sales price in the U.S. versus number sold and versus home ownership rate. In 1960, California had a median home price of $15,000—three times the salary of an elementary school teacher.142 The median home price in San Francisco is now $1.5 million,143 which is unlikely to be three times a teacher’s salary. A couple earning $138,000 will soon qualify for subsidized housing in San Francisco. California housing seems to be interminably overvalued, possibly owing to the draw of droughts, mudslides, crowds, and, fires. Despite modest 6 percent population growth since 2010, housing units have shown an only 2.9 percent increase. There could be a supply–demand problem, especially when the fires subside. Florida is rumored to have eager post-hurricane sellers—those with something left to sell, that is.144 Condo flippers drove prices skyward in Miami, but they are heading earthward with a glut of units scheduled to come online in 2018. It’s not just the sand states starting to see softness. In New York City, rising rates seem to be nudging commercial and residential real estate down and foreclosures up to levels not seen since the 2009 crisis (79 percent year-over-year in Q3).145 Sam Zell is, once again, a seller and claims "it is getting hard."146 Recall that Zell nailed the real estate top by selling $38 billion in real estate in ’07.147 “The condo market at the high-end [in Manhattan] . . . is a catastrophe and will get worse.” ~Barry Sternlicht, Starwood Property Trust Those who already own houses can once again “extract equity” from their homes using home equity lines of credit (HELOCs).148 They then wake up with more debt on the same house. Pundits claim consumers’ willingness to mortgage their future is “a healthy confidence in the economy.” Fannie Mae and Freddie Mac have also entered phase II of the catch-and-release program. Their regulators have authorized them to once again engage in unchecked, reckless lending, prompting some to begin estimating the cost of the next bailout.149 What happened to all that inventory from the colossal boom leading to the Great Recession? Some fell into the foundations, but a lot found its way into private equity firms. Mind you, single-family rentals are a low- or no-profit-margin business under normal circumstances. As long as rates stay low—Where have I heard that one before?—inherently thin profits can be amplified to a significant transitory revenue stream through leverage. A proposed merger of Invitation Homes (owned by Blackstone Group) and Starwood Waypoint Homes (owned by Starwood Capital) would spawn the largest owner of single-family homes in the United States with a portfolio worth over $20 billion.150 Of course, rates will rise again, and these sliced-and-diced tranches of mortgage-backed securities must be offloaded to greater fools. Private equity guys are already frantically boxing and shipping.151 To avoid costly and time-consuming appraisals, market players are using “broker price opinions,” which can be had by simply driving by the house and taking a guess (or just taking a guess). In ’09, the legendary “Linda Green” signed off on thousands using dozens of different signatures.152 U.S. securities regulators are investigating whether bonds backed by single-family rental homes and sold by Wall Street’s biggest residential landlords used overvalued property assessments.153 Let me help you guys out: yes. “The main risk on the domestic side is a sharp correction in the housing market that impairs bank balance sheets, triggers negative feedback loops in the economy, and increases contingent claims on the government.” ~IMF, on the Canadian housing market Heading north, we find that Canada’s real estate market never collapsed in ’09 (Figure 24), an outcome often ascribed to the virtues of the country’s banking system. An estimated 7 percent of Canadians work in housing construction,154 and Canadians are using HELOCs like crazy.155 After Vancouver tried to burst a huge bubble in 2016 with a 15 percent buyers’ tax,156 Chinese buyers chased Toronto houses instead. Annualized gains of 33 percent with average prices of $1.5 million are pushing even the one-percentile crowd to remote ’burbs.157 Toronto authorities have now imposed the Vancouver-like 15 percent foreign buyers tax,158 causing a single-month 26 percent drop in sales and ultimately chasing the hot money to Montreal,159 Guelph, and even Barrie.160 “Make no mistake, the Toronto real estate market is in a bubble of historic proportions.” ~David Rosenberg   Figure 24. Canadian versus U.S. median home prices and what they buy ($700,000 for that little gem). The most interesting plotline and a smoking gun in Canada’s bursting bubble was failing subprime lender Home Capital Group (HCG). Marc Cahodes, referred to as a “free-range short seller” and “the scourge of Wall Street,” spotted criminality and shorted HCG for a handsome profit.161 HCG was so bad it was vilified by its auditor, KPMG.162 Imagine that. HCG dropped 60 percent in one day when news hit of an emergency $2 billion credit line at 22.5 percent interest by the Healthcare of Ontario Pension Plan.163 (The CEO of the pension plan sits on Home Capital’s board and is also a shareholder.) Cahodes was printing money and ranting about jail sentences when, without warning, the legendary stockjobber Warren Buffett took a highly visible 20 percent stake in HCG at “mob rates” (38 percent discount).164 The short squeeze was vicious, and Cahodes was PO’d. As Paul Harvey would say, “now for the rest of the story.” HCG is, by all reckoning, the piece of crap Cahodes claims it is. Buffett couldn’t care less about HCG’s assets—Berkshire can swallow the losses for eternity. Warren may have bought this loser as a legal entry to the Canadian banking system, which is loaded with hundreds of billions of “self-securitized” mortgages. The plot thickened as a story leaked that Buffett met with Justin Trudeau (on a tarmac).165 When the Canadian real estate bust begins in earnest, Buffett will have the machinery of HCG and the political capital to feed on the carcasses of the big-five Canadian banks. Pensions “This massive financial bubble is a ticking time bomb, and when it finally goes off, it is going to wipe out virtually every pension fund in the United States.” ~Michael Snyder, DollarCollapse.com blog The impending pension crisis is global and monumental with no obvious way out. The World Economic Forum estimates the pension gap—unfunded pension liabilities—at $70 trillion and headed for $250 trillion by 2050.166 Conservative but still conventional assumptions about prospective investment returns and spending patterns in old age suggest that retiring into the American dream in your mid 60s requires you bank 20–25 multiples of your annual salary (or a defined benefit plan that is the functional equivalent) to avoid the risk of running out of money. A friend—a corporate executive no less—retired with 10 multiples; he could be broke within a decade (much sooner if markets regress to historical means). Of course, you can defiantly declare you will work ’till you drop, but then there are those unexpected aneurysms, bypass surgeries, layoffs, and ailing spouses needing care. I’ve seen claims that more than 50 percent of retirees do not fully control their retirement age. “Companies are doing everything they can to get rid of pension plans, and they will succeed.” ~Ben Stein, political commentator The problem began as worker compensation became reliant on future promises—IOUs planted in pension plans—often assuming the future was far, far away. However, a small cadre of demographers in the ’70s smelled the risk of the boomer retirements and began swapping defined-benefit plans for defined-contribution plans.167 (A hybrid of the two traces back to 18th century Scottish clergy.168) The process was enabled by the corporate-friendly Tax Reform Act of ’86.169 Employees were unknowingly handed all the risk and became their own human resource specialists. Retirement risk depends on the source of your retirement funds. Federal employees are backstopped by the printing press, although defaults cannot be ruled out if you read the fine print.170 States and municipalities could get bailed out, but there are no guarantees. Defined-benefit corporate plans can be topped off by digging into cash flows provided that the cash flows and even the corporation exist. The depletion of corporate earnings to top off the deficits, however, will erode equity performance, which will wash back on all pension funds. The multitude of defined-contribution plans such as 401(k)s and IRAs managed by individuals are totally on their own and suffer from a profound lack of savings. Corporate and municipal defined-benefit plans assumed added risks by falling behind in pension contributions motivated by efforts to balance the books and, in the corporate world, create the illusion of profits. The moment organizations began reducing the requisite payments by applying flawed assumptions about prospective returns, pensions shifted to Ponzi finance. My uncanny ability to oversimplify anything is illustrated by the imitation semi-log plot in Figure 25. The red line reflects the assumed average compounded balance sheet from both contributions and market gains. The blue squiggle reflects the vicissitudes of the market wobbling above and below the projection. If the projections are too optimistic—the commonly reported 7–8 percent market returns certainly are—the slope is too high, and the plan will fall short. If the projected returns are reasonable but management stops contributing during good times—embezzling the returns above the norm to boost profits—the plan will fall below projection again. Of course, once the plan falls behind, nobody wants to dump precious capital into making up the difference when you can simply goose projected returns with new and improved assumptions. In a rational world, pensions would be overfunded during booms and underfunded during busts. Assuming we can agree that we are deep into both equity and bond bull markets and possibly near their ends, pensions should be bloated with excess reserves (near a maximum on the blue curve), and bean counters should keep their dirty little paws off those assets and keep contributing because we won’t stay there. Figure 25. Childish construct of pension assets. That’s a good segue to drill down into the contemporaneous details. Public pensions are more than 30 percent underfunded ($2 trillion).171 A buzzkiller at the Hoover Institution says that the government disclosures are wrong and puts the deficit at $3.8 trillion.172 Bloomberg says that “if honest math was being used . . . the real number would actually be closer to 6 trillion dollars.”173 What is honest math? Using prevailing treasury yields for starters. Bill Gross—the former Bond King—says that if we get only 4.0 percent total nominal return rather than the presumed 7.5 percent, pensions are $5 trillion underfunded.174 Assuming 100 million taxpayers, that’s $50,000 we all have to pony up. California’s CalPERS fund dropped its assumption to a 6.2 percent return—still seriously optimistic in my opinion—leaving a $170 billion shortfall.175 The Illinois retirement system is towing a liability of $208 billion with $78 billion in assets ($130 billion unfunded).176 Connecticut is heading for a “Greece-style debt crisis” with $6,500 in debt per capita (every man, woman, and child?).177 The capital, Hartford, is heading for bankruptcy.178 South Carolina’s government pension plan is $24 billion in the hole. Kentucky’s attempt to fill a gigantic hole in its pension fund (31 percent funded) was felled by politics.179 A detailed survey of municipal pension obligations shows funding ranging from 23 percent (Chicago) to 98 percent (Suffolk).180 My eyeball average says about 70 percent overall. Notice that despite being at the peak of an investment cycle, none are overfunded (Figure 26.) Large and quite unpopular 30 percent hikes in employee contributions are suggested. The alternative of taking on more municipal debt to top off pension funds is a common stop-gap measure of little merit long term; somebody still has to pay. Figure 26. State pension deficits. The 100 largest U.S. corporate defined-benefit plans have dropped to 85 percent funded from almost 110 percent in 2007. During the recent market cycle that burned bright on just fumes, the companies gained only 6 percent above the 80 percent funding at the end of 2008. Of the top 200 corporate pensions in the S&P, 186 are underfunded to the tune of $382 billion (Figure 27). General Electric, for example, is $31 billion in the hole while using $45 billion for share buybacks. Figure 27. Underfunding of 20 S&P pension funds. When are serious problems supposed to start, and what will they look like? Jim Bianco says “slowly and then suddenly.” Some would argue “now.” The Dallas Police and Firemen Pension Fund is experiencing a run on the bank.181 They are suing a real estate fund who slimed them out of more than $300 million182 and are said to be looking at $1 billion in “clawbacks” from those who got out early trying to avoid the pain.183 The Teamsters Central States and the United Mineworkers of America plans are failing.184 The New York Teamsters have spent their last penny of pension reserves.185 The Pension Benefit Guaranty Corporation has paid out nearly $6 billion in benefits to participants of failed pension plans (albeit at less than 50 cents on the dollar), increasing its deficit to $76 billion. CalPERS intends to cut payouts owing to low returns and inadequate contributions (during a boom, I remind you). “The middle 40% [of 50- to 64-year olds] earn $97,000 and have saved $121,000, while the top 10% make $251,000 and have $450,000 socked away.” ~Wall Street Journal Looks like those self-directed IRAs aren’t working out so well either. Two-thirds of Americans don’t contribute anything to retirement. Only 4 percent of those earning below $50,000 a year maxes out their 401(k)s at the current limits.186 They are so screwed, but I get it: they are struggling to pay their bills. However, only 32 percent of the $100,000+ crowd maxes out the contribution. When the top 10 percent of the younger boomers have two multiples of their annual salary stashed away, you’ve got a problem.186 If they retired today, how long would their money last? That’s not a trick question: two years according to my math. Half the boomers have no money set aside for retirement. A survey shows that a significant majority of boomers are finding their adult children to be a financial hardship.187 Indeed, the young punks aren’t doing well in all financial categories; retirement planning is no exception. Almost half of Gen Xers agreed with this statement: “I prefer not to think about or concern myself with retirement investing until I get closer to my retirement date.” Moody’s actuarial math concluded that a modest draw down would cause pension fund liabilities to soar owing to a depletion of reserves.188 There is a bill going through Congress to allow public pensions to borrow from the treasury; they are bracing for something.189 This is a tacit bailout being structured. The Fed cowers at the thought of a recession with good reason: Can the system endure 50% equity and bond corrections—regressions to the historical mean valuation? What happens when monumental claims to wealth—$200 trillion in unfunded liabilities—far exceed our wealth? Laurence Kotlikoff warned us; we are about to find out.190 Beware of any thinly veiled claim that the redivision of an existing pie will create more pie. My sense is that we are on the cusp of a phase change. Stresses are too large to ignore and are beginning to cause failures and welched promises. Runs on pension funds akin to runs on banks would be deadly: people would quit working to get their pensions. At this late stage in the cycle, you simply cannot make it up with higher returns. Enormous appreciation has been pulled forward; somebody is going to get hosed. It’s only fourth grade math. Bankruptcy laws exist to bring order to the division of limited assets. We got into this mess one flawed assumption at a time. On a final note, there is a move afoot to massively reduce contributions to sheltered retirement accounts. This seems precisely wrong. (I have routinely sheltered 25–30 percent of my gross income as a point of reference.) Congress is also pondering new contributions be forced into Roth-like accounts rather than regular IRAs. I have put a bat to the Roth IRA both in print191 and in a half-hour talk.192 Here is the bumper sticker version: Roth IRAs pull revenue forward, leaving future generations to fend for themselves; Fourth grade math shows that Roth and regular IRAs, if compounded at the same rate and taxed at the same rate, provide the same cash for retirement. Roth IRAs are taxed at the highest tax bracket—the marginal rate—whereas regular IRAs are taxed integrated over all brackets—the effective tax rate. If you read a comparison of Roth versus regular IRAs without reference to the “effective” versus “marginal” rate, the author is either ignorant or trying to scam you. Phrases like “it depends on your personal circumstances” are double-talk. This synopsis of a Harvard study has two fundamental errors: Can you find them? “If a worker saves $5,000 a year in a 401(k) for 40 years and earns 5% return a year, the final balance will be more than $600,000. If the 401(k) is a Roth, the full balance is available for retirement spending. If the 401(k) is a traditional one, taxes are due on the balance. Let’s say the person’s tax rate is 20% in retirement. That makes for a difference of $120,000 in spending power, which a life annuity will translate into about $700 a month in extra spending.” ~John Beshears, lead author of a Harvard study Inflation versus Deflation “Deflation does not destroy these resources physically. It merely diminishes their monetary value, which is why their present owners go bankrupt. Thus, deflation by and large boils down to a redistribution of productive assets from old owners to new owners. The net impact on production is likely to be zero.” ~Guido Hülsmann. Mises Institute “My own view is that we should be cautious about tightening policy further until we are confident inflation is on track to achieve our target.” ~Lael Brainard “Inflation is a tax and those least able to afford it generally suffer the most.” ~Esther George, president and CEO of the Federal Reserve Bank of Kansas City “Barring major swings in value of the dollar, inflation is likely to move up to 2 percent over the next couple of years.” ~Janet Yellen, Federal Open Market Committee chair Barring major swings in the value of the dollar? What kind of circular reasoning is that? The Fed tells us inflation is too low relative to their arbitrary 2 percent target. I say they are lying—through their teeth—and I have company. John Williams of ShadowStats has been ringing the alarm for decades, currently putting inflation at 6 percent compared with official numbers of less than 2 percent (Figure 28).193 A study by the Devonshire Group concurs with Williams.194 The most notable support for the official consumer price index (CPI) inflation numbers comes from MIT’s Billion Prices Project (BPP).

Выбор редакции
23 декабря 2017, 19:21

Gold, Yuan, Or Crypto? Ron Paul Asks 'What Will Replace Dollar Hegemony?'

All Empires have collaborators and accomplices. Creditors, vassals, and partners will play ball with the Empire if they see it in their interest to do so. But once the Empire over-stretches militarily or financially (or both) the search for the exit door begins. Ron Paul discusses the race to get away from the dollar on today’s Liberty Report...

23 декабря 2017, 08:39

Крестный отец Чайной Партии США: Крипто-пузыри - следствие перекосов финсистемы, созданных печатным станком ФРС (alexsword)

Мы неоднократно говорили, что QE (печатный станок) обесценил понятие инвестиций, что породило и сланцевую аферу, и Маска, и новый пузырь на бирже, и, конечно же, криптодвиж.  Просто свежеотпечатанной макулатуры в финансовом мире настолько много, что НЕ надуть пузыри невозможно.  Конечно, в итоге это закончится полноценной гиперинфляцией, но пока так - фактически это уже гиперок, но пока локализованный в финсекторе. Официальный истеблишмент СЩА замалчивает эти достаточно простые вопросы, но не все. Слово Рону Полу, бывшему кандидату в президенты США, крестному отцу Чайной Партии: 72 комментария

Выбор редакции
22 декабря 2017, 21:50

Ron Paul On Bitcoin: "Our Problems Are Gigantic, People Are Desperate And Looking Everywhere"

  • 0

Ahead of last night's collapse in cryptocurrencies, Ron Paul warned CNBC viewers that they had become an asset thatrivals the bubble he sees in stocks... "I think it's going to continue to do exactly what it's doing. It's going higher and it's going lower," he said Tuesday on CNBC's 'Futures Now'.   "We can look at what's happening now, which to me is a climactic end of QEs." As CNBC details, Paul, who has done commercials touting currency competition for a company that benefits from bitcoin's rise, views the crypto craze as a side effect of central banks doing several rounds of quantitative easing to cope with the last financial crisis. "I look at the problems we face. I think they're gigantic and people are desperate and looking everywhere. Why would they buy bonds that pay negative interest rates? Why would they buy stocks, and say well this time it's different? " asked Paul.   "Cryptocurrency is a reflection of the disaster of the monetary dollar system." The former Republican presidential candidate, argues that cryptocurrencies are in an "exponential bubble" where trying to calculate its real value is extremely difficult. Bitcoin, the largest of the cryptocurrencies, had traded to almost $20,000 before crashing into the $12,000s overnight... He hasn't been able to pinpoint when a plunge could happen in cryptocurrencies or the stock market. But Paul says the danger is real. "They're both big bubbles in the sense that it occurred because there was excessive credit. But if you look at the curves, I think that the cryptocurrency curve looks more threatening," Paul said.

Выбор редакции
22 декабря 2017, 20:17

Gold, Yuan or Crypto: What Will Replace Dollar Hegemony?

All Empires have collaborators and accomplices. Creditors, vassals, and partners will play ball with the Empire if they see it in their interest to do so. But once the Empire over-stretches militarily or financially (or both) the search for the exit door begins. Ron Paul discusses the race to... [[ This is a content summary only. Visit http://FinanceArmageddon.blogspot.com or http://lindseywilliams101.blogspot.com for full links, other content, and more! ]]

22 декабря 2017, 01:55

Ron Paul Praises Trump-Putin Rapprochement: "No Need For Sanctions"

On Sunday, Russian President Vladimir Putin made a called his American counterpart, Donald Trump, to thank him and CIA director Mike Pompeo for providing intelligence that helped thwart a major terrorist attack in St Petersburg. The Asia Times'  MK Bhadrakumar remarked that in the annals of Russian-American relations, it is difficult to recall a precedent for the Kremlin leader calling his White House counterpart to convey his personal gratitude and appreciation for the profound contribution made by the US’ Central Intelligence Agency and its director to Russian national security. And now Ron Paul, who has consistently pushed for constructive relations between the United States and Russia, has told RT that he was excited by the news. “I really like this, I think this is good, and I think this is what we should work on. So both of them should be complimented on this, that they’re willing to [talk], I think it’d be a good idea if they talked every week,” he said. Unfortunately, the call also highlights a dichotomy in which the US and Russia cooperate on some matters, like counterterrorism, but remain bitter rivals in others. “At the same time, if we can be civil and talk to each other, why do we, and I speak for our country, have to spend so much money pretending we’re gonna be invaded and we’re threatened by Russian aggression?” the former lawmaker pondered. “That makes no sense whatsoever.” Ron Paul has always been somewhat of a loose cannon in American politics for his opposition to all sorts of warmongering, from the war on drugs to the conflicts in the Middle East. He told RT that the current political establishment in the US is too eager to jump to deploy the military or impose penalties on countries they have disagreements with. “Unfortunately, it’s a bipartisan thing in this country,” he explained, referring to both the Republicans and the Democrats.   “When I was in Congress and I would speak this way, and when I ran for president, I literally could get booed for saying things like ‘we ought to talk to people, you know.’ At that point it was dealing with Cuba and other countries, and of course the Middle East. Why don’t we talk to people before we decide that we have to use sanctions and blockades and bombs.” This attitude is reflected in the new National Security Strategy, announcing which Trump called China and Russia “revisionist” and “rival powers” that “challenge American influence, values and wealth,” but said that he was planning to work with them while putting American interests first. “They start with the wrong premise. They start with the idea that we have an empire, that we have a responsibility, they believe it’s a moral responsibility and we are the deciders and we can influence people because we are exceptional. They all start with the wrong thing so it’s just a matter of degree.   All countries are imperfect and we should do our best to get along. The best thing you can do is trade with people, and talk with people and travel with people.” Paul, who supports lifting the sanctions against Russia, said that economic pressure is a poor way of dealing even with such small states as North Korea, since they are unlikely to make an impact on decision making. “Even as weird and disruptive as North Korea is, there’s no need for sanctions. All they do is hurt the poor people…   There’s much better ways to solve problems in the world without using force, power, intimidation, bombs and boycotts.”

Выбор редакции
20 декабря 2017, 16:42

Человек, рекламировавший пенсионный биткоин-фонд, ...

На фото: Американский политик, бывший конгрессмен Рон Пол Рон Пол, американский политик, бывший член палаты представителей от Республиканской партии США, примкнул к рядам критиков биткоина и неоригинально сравнил его с пузырем на рынке акций. Однак… читать далее…

19 декабря 2017, 21:41

The Tea Party, Ten Years Later

Authored by Dale Steinreich via The Mises Institute, December 16, 2017 is the tenth anniversary of the modern Tea Party. That fact will surprise many laypersons who uncritically accept the mainstream narrative that the Tea Party began on February 19, 2009 when Rick Santelli, live on CNBC from the Chicago Mercantile Exchange (CME), declared a rebellion against "socialism" one month into the Obama administration. But wait a minute: Rick Santelli on establishment NBC lighting the spark of an anti-establishment rebellion? An uprising over mere proposed Obama bailouts of mortgage holders coming four months after silence over (if not a defense of) George W. Bush's $700 billion TARP bailout of Wall Street? If the mainstream narrative seems fishy, that is because it is. What really happened ten years ago and how was the Tea Party transformed from a libertarian grass-roots movement to today's controlled (and just-about dead) establishment version? What are some of the lessons that can be learned? The Ron Paul Revolution (October 2007) The ground-zero event in the formation of the Tea Party occurred when supporters of Ron Paul's first presidential campaign registered the Web address TeaParty07.com on October 24, 2007 (below is Archive.org's snapshot of the site on November 13, 2007). Twelve days later, on November 5, Guy Fawkes Night, Paul supporters held the first "money bomb" fundraiser, which (for Internet fundraising) raked in a record $4.3 million. Days after this came the anniversary of the Boston Tea Party. Paul supporters in Boston re-enacted the dumping of tea into Boston Harbor and a newcomer to politics, ophthalmologist Rand Paul, spoke at Faneuil Hall. A second money bomb held on this commemoration of the Tea Party raised over $6 million, shattering the previous record set eleven days before. What was this schism on the American right about? It was a rebellion against the Bush Republican party's wars (in particular, the twin disasters of Afghanistan and Iraq), drunken-sailor federal spending (e.g., a $500 billion unfunded expansion of Medicare for a new prescription drug program), and a burgeoning post-9/11 federal spy and police state (e.g., the Patriot Act of 2001, etc.). From Grass Roots Activism to Big-Money Corporatism (February 2009) By February 2009, the GOP lay in complete tatters. In addition to its endless wars and domestic spending spree, it had added a $700 billion bailout of Wall Street after the financial crisis of 2008. (Never mind a series of smaller outrages such as a ban on incandescent light bulbs and the TSA, which should have been a private effort, if anything, from the beginning).  On top of all that, instead of nominating Ron Paul in 2008, the GOP had nominated conservative "war hero" John McCain and Alaska governor Sarah Palin. A war-weary public completely rejected the ticket in favor of a younger, articulate Barack Obama who promised peace and a revived economy.  The Santelli rant sparked the conservative and GOP establishments to transform a marketing vehicle that would serve to not only distract the public from their recent colossal policy failures, but also serve as a gold mine of self-enrichment: t-shirts, coffee mugs, bumper stickers, Taxed Enough Already (TEA) yard signs, fluff books from the conservative pundit class, Glenn Beck rallies promoted by the Fox News Channel, Rush Limbaugh iced tea, and children's books. As Sarah Palin replaced Ron Paul as the face of the movement, a surreal change in advocacy followed. The anti-interventionist Tea Party, once outraged about the endless occupations of Afghanistan and Iraq, was now wanting the U.S. to attack and invade Iran. Rally chants of "End the Fed" eventually disappeared. A Tea Party in February? By 2014, the faux Tea Party's fifth anniversary, it was clear that the mainstream media were firmly devoted to advancing the new establishment narrative, as 2014 headlines such as "Tea Party Marks Fifth Anniversary" make clear. Still, glaring inconsistencies remained. The grass-roots Paulist Tea Party began on December 16, 2007, the 234th anniversary of the original Sons of Liberty protest of 1773. The conservative and GOP forgery of February 19, 2009 was not connected to anything but the advancement of the corporatist interests of Conservatism Inc. and the GOP. Even its supposed founder, Rick Santelli, was quickly pushed offstage while the Fox News Channel, Glenn Beck, Sean Hannity, and others took center stage. Epilogue: Decentralization vs. National Politics While the Ron-Paul Revolution, from the spread of homeschools to Austrian economics, continues on in educating people around the world, the Tea Party is all but completely dead. In the age of Donald Trump its lessons are more vivid than ever. The two-party U.S. duopoly, which insulates itself from competition and outsiders through regulatory barriers such as ballot-access laws, front-loaded primaries, and super delegates, presents obstacles even to billionaires who wish to challenge it. Trump was an outsider who promised a less interventionist foreign policy, full repeal of Obamacare, and a wall on the U.S.-Mexico border. The two-party cartel not only sunk these promises that Trump supporters wanted, but installed a special prosecutor to investigate wild allegations of Russian hacking to help elect Trump. Make America Great Again has yielded to bizarre rabbit holes such as bombing Syria and moving the U.S. embassy in Israel from Tel Aviv to Jerusalem. On the opposite side of the aisle, the Democratic Party's sinking of Bernie Sanders holds the same lessons. Had progressives pursued decentralization instead of Obama's empty promises and the mirage of a Sanders presidency, California, Vermont, and Oregon could be much better prepared to separate from the rest of the U.S. and pursue their preferred policies from collectivist health care to sanctuary cities unhindered by the Trump administration. Decentralization and autonomy is what the U.S., going back to the Articles of Confederation, was originally about. Those paths, instead of trying to wrest control of leviathan, would be far more effective in getting all sides much of what they want. As Brexit has shown, postponing the process only makes it more difficult to implement later on.  

19 декабря 2017, 05:13

‘Why don’t we talk to people before we use sanctions & bombs?’ – Ron Paul

Russia and China are the main challengers to U.S. global hegemony, according to the new National Security Strategy unveiled by President Trump. The document also presents the White House view on everything from the economy to nuclear defence. Read more: https://on.rt.com/8v3x RT LIVE http://rt.com/on-air Subscribe to RT! http://www.youtube.com/subscription_center?add_user=RussiaToday Like us on Facebook http://www.facebook.com/RTnews Follow us on VK https://vk.com/rt_international Follow us on Twitter http://twitter.com/RT_com Follow us on Instagram http://instagram.com/rt Follow us on Google+ http://plus.google.com/+RT Listen to us on Soundcloud: https://soundcloud.com/rttv RT (Russia Today) is a global news network broadcasting from Moscow and Washington studios. RT is the first news channel to break the 1 billion YouTube views benchmark.

19 декабря 2017, 01:15

Who To Believe On Washington's Korea Policy, Tillerson Or Trump?

Authored by Ron Paul via The Ron Paul Institute for Peace & Prosperity, President Trump has often said that his foreign policy objective was to keep his enemies guessing. If that’s the goal, you could say that he’s doing a good job. The problem is who does he think his enemies are, because the American people are often left guessing as well. US policy toward North Korea last week is a good example of how the Trump Administration is wittingly or unwittingly sowing confusion among friend and foe alike. In what looked like a breakthrough, Secretary of State Rex Tillerson announced last Tuesday that the US would be willing to sit down and talk with North Korea “without preconditions.” Previously the US had demanded that North Korea agree to end its nuclear weapons and missile programs before Washington was willing to sit down to formal talks. The State Department shift toward actual diplomacy with North Korea was quickly quashed, however, when the White House announced that its position on North Korea had not changed. It seemed that the State Department and White House were each pursuing different foreign policies on the Korea issue. The White House even appeared to belittle Tillerson’s attempt at diplomacy, releasing a statement on Wednesday that talks with North Korea would be “pointless.” No wonder speculation persists that Tillerson is on his way out as Secretary of State. Then on Friday Secretary Tillerson seemed to do a u-turn on his own policy, announcing at a UN Security Council meeting that a “sustained cessation of North Korea’s threatening behavior” must precede any negotiations with the US. “North Korea must earn its way back to the table,” he said. So, after just three days the offer of unconditional talks with North Korea had been put on and then removed from the table. There is more than a little hypocrisy in US demands that North Korea cease its “threatening behavior.” Just this month the US and South Korea launched yet another joint military exercise targeting North Korea. Some 12,000 military personnel and 230 aircraft – including stealth fighters – participated in the massive war games. Does anyone think this is not meant to be threatening to North Korea? It is a shame that the hawks in the Administration continue to dominate. It seems pretty reasonable to open talks with North Korea after a period of “good faith” gestures between Washington and Pyongyang. Why not agree on no US/South Korean joint military exercises for six months in exchange for no North Korean missile launches for the same period and then agree to a meeting on neutral ground? How could it possibly hurt, particularly considering the alternative? The hawks continue to talk up a US strike against North Korea. Senator Lindsey Graham seemed pleased when he announced that there was a 70 percent chance that the US would attack North Korea if it detonated another nuclear weapon. Does he realize how many people will die? Does he care? Defense Secretary James Mattis seems skeptical about neocon hysteria, declaring that the North Korean missile program does not pose a “capable threat” to the United States. With that in mind, we can only hope that President Trump will encourage Tillerson to do another about-face and return to the idea of talks without pre-condition. Strategic ambiguity is one thing, sending constantly mixed signals when nuclear war looms is something else.

18 декабря 2017, 20:25

Watch Live: President Trump Unveils Anti-New-World-Order National Security Strategy

Live Feed: *  *  * Update: The White House has released the Full National Security Strategy document: President Trump is due to speak at 1430ET. *  *  * As we detailed earlier, President Trump is expected to release the new National Security Strategy for the United States this afternoon. We discussed the potential drivers behing his reportedly aggressive stance yesterday, but the bigger questions remain... Will it rein in some of the global adventurism of the Bush and Obama presidencies?   Will it correct the gaping disconnect between what the White House says about places like North Korea and what the Secretary of State says?   Will the neocons successfully parlay the document into a road-map for more wars? While initial reports showed Trump attacking China...taking a much tougher stance on China than previous administrations. “The national security strategy is likely to define China as a competitor in every realm. Not just a competitor but a threat, and therefore, in the view of many in this administration, an adversary,” said one person.   “This is not something that they just cooked up. Mar-a-Lago interrupted the campaign rhetoric, and Xi Jinping took a little gamble and came here and embraced Trump. Trump said ‘fine, do something on North Korea and on trade’, but that didn’t work out so well.” It appears that Russia is also in the crosshairs - merely serving to confirm our perspective that this is a pro-unipolar-world-order-defending national security strategy - as opposed to trade-related nonsense. As for Russia’s ambitions, The Wall Street Journal reports that the strategy says the Kremlin is developing new military systems, cyber capabilities and subversive tactics, including the use of paid social-media actors, to interfere in the internal political affairs of other nations. American intelligence officials have concluded that Russia interfered in the 2016 U.S. presidential election. Russia’s broader calculation is that it can engage in such activities without risk of a military confrontation.   The Kremlin assumes that “the United States often views the world in binary terms, with states being either ‘at peace’ or ‘at war,’ when it is actually an arena of continuous competition.”   But Russia’s actions have led to an increased risk of a military conflict as a result of Russian miscalculation, according to the strategy. As Reuters reports, the singling out of China and Russia as “revisionist powers” in the document reflects the Trump administration’s wariness of them despite Trump’s own attempts to build strong relations with Chinese President Xi Jinping and Russian President Vladimir Putin. “They are determined to make economies less free and less fair, to grow their militaries, and to control information and data to repress their societies and expand their influence,” according to excerpts of Trump’s strategy released by the White House.   A senior administration official who briefed reporters said Russia and China were attempting to revise the global status quo - Russia in Europe with its military incursions into Ukraine and Georgia, and China in Asia by its aggression in the South China Sea. And while 'trade' is the cover, perhaps it was comments from HR McMaster, US national security adviser who oversaw the strategy, this week that confirm the threat to dollar hegemony as he said China - along with Russia - was a “revisionist power” that was “undermining the international order." And that would be the unipolar world order with Washington on top. The Daily Caller has seen a copy of the document and Peter Hasson notes the stark contrast between President Trump’s America First National Security Strategy and former President Barack Obama’s most recent national security strategy in 2015. Renewed Focus On Islamist Terrorism Trump’s new national security strategy places an emphasis on stopping Islamist terrorism and calls it out by name. Obama’s 2015 national security strategy referred to Islam just twice: once because it’s part of ISIS’ name and once to say the administration rejected “the lie that America and its allies are at war with Islam.” The new national security strategy explicitly links Islamist ideology to jihadist terrorism. “The United States continues to wage a long war against jihadist terrorist groups such as ISIS and Al Qaeda. These groups are linked by a common radical Islamist ideology that encourages violence against the United States and our partners and produces misery for those under their control,” the new strategy states. Trump’s strategy also notes, “jihadist terrorists such as ISIS and al-Qaida continue to spread a barbaric ideology that calls for the violent destruction of governments and innocents they consider to be apostates. These Islamist terrorists attempt to force those under their influence to submit to Sharia law.” A source familiar with the strategy’s drafting process described the reference to Sharia law as a “huge” inclusion by the Trump administration. Dumping Climate Change As A ‘National Security Threat’ Obama’s 2015 national security strategy prioritized climate change as a national security threat. Obama’s strategy devoted more space to the threat posed by climate change than to the threat posed by North Korea. “Climate change is an urgent and growing threat to our national security, contributing to increased natural disasters, refugee flows, and conflicts over basic resources like food and water,” Obama’s national security strategy said. Trump’s national security strategy reverses that approach and does not identify climate change as a national security threat. In fact, it goes one step further. “U.S. leadership is indispensable to countering an antigrowth energy agenda that is detrimental to U.S. economic and energy security interests,” the new strategy states. “Given future global energy demand, much of the developing world will require fossil fuels, as well as other forms of energy, to power their economies and lift their people out of poverty.” The 2015 strategy noted that the administration was “working toward an ambitious new global climate change agreement,” which became the Paris Climate Accords. Trump withdrew the United States from the climate deal last summer, denouncing it as a threat to American sovereignty. In what appears to be a reference to the Paris deal, Trump’s new strategy states that “it should be clear that the United States will not cede sovereignty to those that claim authority over American citizens and are in conflict with our constitutional framework.” Iran — Not Israel — Is The Threat To Peace In The Middle East In perhaps the sharpest contrast to Obama’s national security strategy, Trump’s new strategy takes a hardline stance on Iran, which it describes as “the world’s most significant state sponsor of terrorism.” Obama’s strategy emphasized the need to protect the Iran nuclear deal — a pillar of his legacy as president. Trump’s strategy notes that Iran “has taken advantage of instability to expand its influence through partners and proxies, weapon proliferation, and funding. It continues to develop more capable ballistic missiles, intelligence capabilities, and it undertakes malicious cyber activities.” Trump’s strategy states that — despite Obama officials’ claims to the contrary — the Iran nuclear deal has done nothing to stop any of the above activities. “These activities have continued unabated since the 2015 nuclear deal,” the document states. “Iran continues to perpetuate the cycle of violence in the region, causing grievous harm to civilian populations. Rival states are filling vacuums created by state collapse and prolonged regional conflict.” Trump’s national security strategy explicitly blames Iran, rather than Israel, for conflicts in the Middle East. “For generations the conflict between Israel and the Palestinians has been understood as the prime irritant preventing peace and prosperity in the region,” the strategy states. “Today, the threats from radical jihadist terrorist organizations and the threat from Iran are creating the realization that Israel is not the cause of the region’s problems. States have increasingly found common interests with Israel in confronting common threats.” The strategy notes that the U.S. will work “with allies and partners to deter and disrupt other foreign terrorist groups that threaten the homeland—including Iranian-backed groups such as Lebanese Hizballah.” The Obama administration, in contrast, torpedoed a DEA operation against Hezbollah for money laundering and narcotics trafficking in order to preserve the Iran nuclear deal, according to a bombshell report in Politico Sunday night. The report said that the Obama administration’s reluctance to confront Hezbollah allowed the group to grow rapidly in size and expand its influence across Lebanon in particular and the Middle East as a whole. Immigration: Ending Chain Migration, Increasing Vetting, Tougher Border Security    Obama’s 2015 national security strategy placed an emphasis on giving amnesty to illegal immigrants by giving them a “pathway to citizenship,” while paying lip service to the need for border security. The 2015 strategy framed the flood of illegal immigrants to the US-Mexico border as a “major consequence of weak institutions and violence” and emphasized the need for America to help those countries. “American leadership, in partnership with these countries and with the support of their neighbors, remains essential to arresting the slide backwards and to creating steady improvements in economic growth and democratic governance,” the Obama strategy stated. Trump’s strategy frames the immigration issue in terms of sovereignty, saying the U.S. “affirms its sovereign right to determine who should enter our country and under what circumstances.” The document emphasizes the importance of knowing and controlling who enters the country through tactics like increased vetting, ending chain-migration, end the Diversity Visa Lottery program and increase border security. “The United States affirms its sovereign right to determine who should enter our country and under what circumstances. The United States understands the contributions immigrants have made to our Nation throughout its history. Illegal immigration, however, burdens the economy, hurts American workers, presents public safety risks, and enriches smugglers and other criminals,” the Trump strategy states. The document continues: The United States will continue to welcome lawful immigrants who do not pose a security threat and whose entry is consistent with the national interest, while at the same time enhancing the screening and vetting of travelers, closing dangerous loopholes, revising outdated laws, and eliminating easily exploited vulnerabilities. We will also reform our current immigration system, which, contrary to our national interest and national security, allows for randomized entry and extended-family chain migration. Residency and citizenship determinations should be based on individuals’ merit and their ability to positively contribute to U.S. society, rather than chance or extended family connections. Two recent terrorist attacks, the October truck attack in New York City and last week’s attempted bombing, were committed by individuals who entered the country through either chain migration or the Diversity Visa Lottery program. (RELATED: Trump’s Desired Immigration Reforms Could Have Stopped Last Two Terror Attacks) Economically Competing With China President Obama’s national security strategy emphasized its “scope of cooperation with China” on economic issues, which the administration touted as “unprecedented.” Trump’s national security strategy rejects this approach as a failure and embraces a more competitive view of global economics. “For decades, U.S. policy was rooted in the belief that support for China’s rise and for its integration into the post-war international order would liberalize China,” the document states. “Contrary to our hopes, China expanded its power at the expense of the sovereignty of others in the region. China gathers and exploits data on an unrivaled scale and spreads features of its authoritarian system, including corruption and the use of surveillance.” Under the subhed “A Competitive World,” the strategy reads: “China and Russia challenge American power, influence, and interests, attempting to erode American security and prosperity. They are determined to make economies less free and less fair, to grow their militaries, and to control information and data to repress their societies and expand their influence.” “These competitions require the United States to rethink the policies of the past two decades—policies based on the assumption that engagement with rivals and their inclusion in international institutions and global commerce would turn them into benign actors and trustworthy partners. For the most part, this premise turned out to be false,” the section concludes. Elsewhere in the document, the Trump administration notes that “China is gaining a strategic foothold in Europe by expanding its unfair trade practices and investing in key industries, sensitive technologies, and infrastructure.” The Trump strategy also calls out China by name for stealing American intellectual property — something Obama’s strategy did not do. *  *  * Finally, here is Ron Paul, joined by veteran foreign affairs analyst and former US diplomat Jim Jatras, to discuss the hopes and fears for Trump's critical strategy outline...

16 декабря 2017, 12:00

Россия в новой оси зла

В четверг во время интервью на ток-шоу «Утро с Майкельсоном» радиостанции «WHO»* кандидат от Республиканской партии Мишель Бахман в ответе на вопрос слушателя о том, как согласуются между собой лицемерно разные позиции Соединённых Штатов в отношении Ирана и исторически более враждебной КНДР перечислила ряд стран «оси зла», – так же, как когда-то это сделал Джордж Буш […]

15 декабря 2017, 21:13

Google нанимает 10 000 цензоров для контроля YouTube

Американские IT-корпорации льют в один флакон антитеррор и суицид

Выбор редакции
14 декабря 2017, 13:29

«Неизвестные» души: где «затерялись» 44 тысячи военнослужащих Пентагона

Подписывая военный бюджет США на 2018 год, Дональд Трамп обещал впервые за семь лет увеличить...

14 декабря 2017, 04:50

Gold Will Soar... As China Kneecaps The Dollar

Authored by Nick Giambruno via InternationalMan.com,  I recently spoke with my friend and colleague Chris Lowe about China’s new alternative financial system - and how it could mortally wound the US dollar. It was such an important discussion that I had to pass it along. Chris is the editor of Bonner & Partners’ Inner Circle. His publication shares insights from Bill Bonner’s personal global network of analysts and investment experts. Using force to compel people to accept money without real value can only work in the short run. It ultimately leads to economic dislocation, both domestic and international, and always ends with a price to be paid. – Former U.S. Congressman Ron Paul   He who holds the gold makes the rules. – Old saying Chris Lowe: Why did you start researching the petrodollar system and its potential unraveling? Nick Giambruno: This has been on my radar since 2006. That’s when Ron Paul, then a Republican congressman, spoke to Congress about the collapse of the dollar-based global monetary system. As I recently told my Crisis Investing readers, I think it’s his most important speech ever. It’s called “The End of Dollar Hegemony.” During the speech, Dr. Paul lays out why a global monetary order built around a fiat currency is doomed to fail. Crucially, he pointed out the one thing that would precipitate the US dollar’s collapse—the end of the petrodollar system. I recommend reading the speech in full... But this is the most important part: The economic law that honest exchange demands only things of real value as currency cannot be repealed. The chaos that one day will ensue from our 35-year experiment with worldwide fiat money will require a return to money of real value. We will know that day is approaching when oil-producing countries demand gold, or its equivalent, for their oil rather than dollars or Euros. I discussed this with Dr. Paul at a past Casey Research conference. He told me he stood by his assessment. In a nutshell, he’s saying we’ll know the dollar-centric monetary system is on its way out when countries start trading oil for gold instead of dollars. That’s already starting to happen. Chris Lowe: To catch up real quick, why is the petrodollar at risk? Nick Giambruno: Under the current petrodollar system, all global oil sales are made in dollars. However, the Chinese government recently announced a new mechanism that will allow oil producers anywhere in the world to trade oil for gold. China’s new mechanism will totally bypass the US dollar and the US financial system… along with any restrictions, regulations, or sanctions from Washington. So for many oil producers, it will be much more attractive than the petrodollar system. I call it China’s “golden alternative” to the petrodollar. Whatever you call it, though, it will allow for the large-scale trade of oil for gold, instead of dollars. Here’s how it will work. The Shanghai International Energy Exchange is launching a crude-oil futures contract denominated in yuan, China’s currency. This will allow oil producers around the world to sell their oil for yuan. Of course, the yuan is a fiat currency, just like the dollar. And most oil producers don’t want large stashes of yuan. The Chinese government knows this. That’s why it’s linked the crude-oil futures contract with the option to efficiently convert yuan into physical gold through gold exchanges in Shanghai and Hong Kong. Chris Lowe: How soon will this new system be up and running? Nick Giambruno: I spoke with officials at the Shanghai International Energy Exchange. They told me they plan to go live with it before the end of the year, or shortly thereafter. Chris Lowe: But isn’t that a good thing? Isn’t gold, as a currency, more reliable than the dollar? Nick Giambruno: I think it’s high time gold played a more central role in the global monetary system. The problem is ditching the petrodollar would negatively affect the US economy. Think about it. If Italy wants to buy oil from Kuwait… or Argentina wants to buy oil from Brazil… they have to buy dollars on the foreign exchange market first. This creates a huge artificial market for dollars. It means the US can simply print dollars and exchange them for real things like French wine, Italian cars, Korean electronics, or Chinese manufactured goods. It also helps create a deeper, more liquid market for US Treasury bonds. This pushes up prices… and pushes down yields… which allows the US federal government to finance enormous and permanent deficits. The petrodollar has allowed Washington to spend astronomical amounts of money on welfare and other benefits for over half the population. This gives Americans a much higher standard of living than they would have otherwise. Most of them don’t know this or understand how it affects their everyday lives. Thanks to the petrodollar, Washington can also sanction or exclude virtually any country from the dollar-based global financial system at the flip of a switch. By extension, it can also cut off any country from the vast majority of international trade. Chris Lowe: Others have argued that this has led the US Deep State into military actions against anyone who threatens the petrodollar system. Is the Deep State that scared about the effects this could have on the economy and on its position as the world’s top power? Nick Giambruno: Let’s put it this way, world leaders who have challenged the petrodollar system have ended up dead. Saddam Hussein and Muammar Gaddafi are prime examples. In October 2000, Saddam started to sell Iraqi oil in euro only. He said Iraq would no longer accept dollars for oil because it did not want to deal in the “currency of the enemy.” A little over two years later, the US invaded Iraq. After Baghdad fell to US forces, all Iraqi oil sales were switched back to dollars. And thanks to WikiLeaks’ release of Hillary Clinton’s emails, we know that protecting the petrodollar—not humanitarian concerns—was the main reason for America’s involvement in the ousting and killing of Libyan leader Muammar Gaddafi. According to the leaked emails, the US—along with France—feared Gaddafi would use Libya’s vast gold reserves to back a pan-African currency. This gold-backed currency would have been used to buy and sell oil in global markets. It would have likely displaced the CFA franc—a version of the euro used in 14 central and west African nations. As I’m sure you recall, the US and France backed a rebellion that overthrew Gaddafi in 2011. After his death, plans for the gold-backed currency—along with Libya’s 4.6 million ounces of gold—vanished. Chris Lowe: What’s Russia’s role in all of this? Nick Giambruno: The dollar is not just a currency. It’s a political weapon… and Washington is not shy about using it. Most recently, it tried to punish Russia for its actions in Ukraine by imposing economic sanctions. This made it harder for Russia to access the dollar-based financial system. So it’s no surprise that Russia struck a deal to sell oil and gas to China for yuan afterward. Chris Lowe: How big a deal is it that Russia is working with China on bypassing the dollar? Nick Giambruno: Russia is one of the world’s largest energy producers. And China is the world’s largest energy importer. Historically, they would trade with each other exclusively in US dollars. But the Shanghai International Energy Exchange futures contract will streamline and solidify the process of selling oil to China for yuan—or effectively for gold. When two of the biggest players in the global energy market totally bypass the petrodollar system, it’s a very big deal. And it’s not just Russia and China. Other countries want to sidestep the US financial system and US economic sanctions, too. China’s “golden alternative” will give them the option to do just that. This will make the US dollar a much less effective political weapon. Take Iran, for example. It’s the world’s fifth-largest oil producer. And it’s now accepting yuan as payment for its oil. So is Venezuela, which has the world’s largest proven oil reserves. I think others will soon follow. This all makes perfect economic sense. Oil-producing nations can continue with the petrodollar system and sell their oil for dollars. But there’s not much financial incentive to do that anymore. The Fed has deliberately pushed down US Treasury yields to “stimulate” economic growth. Plus, the system exposes US rivals to the whims of Washington. Now oil producers have a second option. Through China’s “golden alternative,” they can sell their oil for yuan, then quickly and easily convert it to gold. Unlike the dollar, gold is an international form of money with no political risk. From the perspective of an overseas oil producer—especially one with a poor relationship with the US—this is a no-brainer. Chris Lowe: Russia may be one of the world’s largest oil producers. But Saudi Arabia is still the world’s largest oil exporter. And a lot of that oil goes to China, the world’s largest oil importer. The Saudis were also America’s partner in the petrodollar agreement back in 1974. Can’t the House of Saud use this influence to protect the petrodollar system? Nick Giambruno: For now, the Saudis are refusing to participate in China’s “golden alternative.” That’s because selling oil for anything but dollars would break the petrodollar deal they made with the US back in 1974. Remember, the Saudis agreed to sell their oil exclusively in dollars in return for US arms and military protection. Last year, on the campaign trail, Donald Trump said, “If Saudi Arabia was without the cloak of American protection, I don’t think it would be around.” He’s absolutely correct. If the Saudis started selling oil for yuan, they would immediately lose American diplomatic and military protection. But Saudi Arabia is already looking for alternatives to American protection. Chris Lowe: Who is it turning to? Nick Giambruno: This is where the story gets really interesting. Russia and Saudi Arabia have been enemies for decades. The Saudis, along with the US, supported the Afghan mujahideen that drove the Soviet Army out of Afghanistan. The Saudis also supported a number of Chechen rebellions against Russia. And more recently, the Saudis and Russians have been on opposite sides of the Syrian Civil War. But recently, the Saudi king—along with 1,500 members of his royal entourage—visited Moscow. It was the first official visit by a Saudi king to Russia. The trip coincided with a $10 billion Saudi investment in Russian energy projects and a $3 billion arms deal. As part of that deal, the Saudis will buy Russia’s S-400 missile system. It’s arguably the most capable air defense system in the world. It’s a powerful deterrent to even US fighter jets. Chris Lowe: I didn’t know the Saudis bought Russian weapons systems. Nick Giambruno: They didn’t… up until now. Ever since the birth of the petrodollar, the Saudis have depended on American military protection. After all, it’s what they get in return for pricing their oil in dollars. Chris Lowe: So why would the Saudis enter into an arms deal with Russia? Nick Giambruno: The Saudis are hedging their bets. First, they’re not buying an American-made air-defense system. Second, they’re buying a Russian air-defense system that’s capable of deterring an American attack. The House of Saud is making significant moves, in other words, to give itself alternatives to American protection. Chris Lowe: Is there any other evidence that Saudi Arabia is moving away from the US? Nick Giambruno: Last August, Saudi Arabia announced it was willing to issue “Panda bonds” to finance its government spending deficit. These are yuan-denominated bonds from non-Chinese issuers that are sold in China. This is remarkable. The Saudi currency, the riyal, is pegged to the dollar. Up until this point, Saudi Arabia has exclusively used US dollars for all of its major financial initiatives. Issuing debt in yuan is a significant move. It means that financially, Saudi Arabia is drifting closer to China. Chris Lowe: Why does Saudi Arabia need to hedge its bets like this? Nick Giambruno: A few years ago, Saudi oil made up over 25% of Chinese oil imports. They were Beijing’s No. 1 supplier. Today, the Saudis’ market share has dropped below 15%. The Saudis are losing massive market share and getting pushed out of the biggest oil market in the world—mainly because they refuse to sell oil to China in yuan. China has made itself clear. It’s willing to expand business with anyone who will accept yuan as payment. Chris Lowe: If the Saudis bow to Chinese pressure, where does all that leave the petrodollar system? Nick Giambruno: The Saudis haven’t made a clean break with the US and the petrodollar—yet. But they are drifting toward China financially and Russia militarily. These moves are already sidelining the petrodollar. The Saudis are clearly setting up the option to dump the petrodollar. If the Saudis start to sell oil to China in yuan, it would kill the petrodollar overnight. Short of that, things still look very dire for the petrodollar. What is baked into the cake—thanks, in large part, to China’s “golden alternative”—is the petrodollar’s significant erosion. Chris Lowe: What specific advice do you have based on this prognosis? Nick Giambruno: The increased demand for gold from China’s “golden alternative” to the petrodollar is going to shock the gold market. And this demand shock clearly hasn’t been priced into the gold market yet. As many of your readers will be aware, gold is still down significantly from its 2011 peak. That’s why I am so bullish on gold right now. As the petrodollar dies, gold is going to replace it as the go-to currency for the oil trade. That makes the yellow metal the single best way to profit from this major shift in our monetary order. I started warning about the end of the petrodollar late last year. That’s when I told Crisis Investing readers that the death of the petrodollar would be the No. 1 black swan event of 2017. Eventually, people will look back and see China’s “golden alternative” as the catalyst that made it happen. *  * * Few people appreciate how unstable America’s monetary system is. Our colleague and financial world legend Bill Bonner has an unparalleled track record for making spot-on political and economic predictions... and he says we’re teetering on the edge of a full-fledged economic shutdown. Click here for more straight from Bill.

14 декабря 2017, 01:06

«Неизвестные» души: где «затерялись» 44 тысячи военнослужащих Пентагона

Подписывая военный бюджет США на 2018 год, Дональд Трамп обещал впервые за семь лет увеличить численность армии, а также обеспечить её новейшим вооружением и всеми необходимыми ресурсами. Однако президент «забыл» упомянуть, что сам Пентагон не может объяснить, где сейчас находятся более 44 тысяч американских военнослужащих. По мнению ветерана конгресса Рона Пола, проблема существует уже несколько лет, а при новой администрации Белого дома количество секретных манипуляций с численностью солдат только выросло. В беседе с RT он в качестве решения предложил отправить всех американских военных домой. Читать далее

13 октября 2015, 20:13

Госдеп США сам отправил в Сирию Toyota, которые оказались в руках ИГИЛ

Пока от России требовали перестать наносить удары по умеренным сирийским террористам,  разрешив только избирательно бомбить НЕ-умеренных, вскрылось, что Госдеп США сам отправил в Сирию Toyota, которые как раз и оказались в руках неумеренных ИГИЛ через умеренных любимых "сукиных сынов" США.Ранее американские власти потребовали от Toyota объяснить наличие у боевиков ИГИЛ большого количества японских внедорожниковфото: REUTERS/StringerАмериканский Институт мира и процветания Рона Пола раскрыл загадку о том, откуда у боевиков ИГИЛ оказались в распоряжении сотни автомобилей марки Toyota. Оказалось, что в 2013–2014 годах Госдеп США и британское правительство поставляли эти джипы «Свободной сирийской армии», которая борется против режима Башара Асада. Политолог Тони Карталуччи ссылается на данные американского радио — Public Radio International и английской газеты The Independent. Ранее власти США потребовали объяснений у компании Toyota.Телеканал ABC News на прошлой неделе сообщил, что антитеррористический департамент минфина США обратился с запросом в компанию Toyota, желая выяснить, как у террористической группировки ИГИЛ оказалось большое количество новых пикапов и внедорожников японской марки — Toyota Land Cruiser, Hilux и др. На видеороликах, снятых в Сирии, Ливии и Ираке, боевики регулярно появляются на оснащенных оружием японских автомобилях.Однако в Toyota отрицают любую причастность к поставкам автомобилей террористам. В ответ на запрос властей США автоконцерн заявил, что не знает, каким образом террористическая организация получила в распоряжение их автомобили.Как пишет Институт мира и процветания Рона Пола, министерство финансов США должно было направить запрос не в Toyota, а в Государственный департамент США. Дело в том, что именно Госдеп отправил джипы марки Toyota в Сирию, как утверждалось, для «Свободной сирийской армии». Международное общественное радио (Public Radio International) в 2014 году опубликовало интервью с советником Национальной коалиции сирийских революционных и оппозиционных сил Оубаи Шахбандаром, где говорится, что Госдепартамент США возобновил отправку помощи сирийским повстанцам, включая 43 пикапа Toyota.«Hiluxes были в списке пожеланий «Свободной сирийской армии», — сообщает PRI.Правительство Великобритании также поставляло транспортные средства сирийским террористам. В 2013 году британская газета The Independent опубликовала материал под названием «Разоблачение: что Запад дал мятежникам Сирии», где говорится, что Великобритания направила оборудования на сумму около £8 млн, в соответствии с официальными бумагами, с которыми ознакомилась The Independent. Так, «помощь» состояла из пяти транспортных средств с баллистической защитой; 20 комплектов бронежилетов; четырех грузовиков (три 25-тонных и один 20-тонный); шести внедорожников; пяти небронированных пикапов; одной эвакуационной машины и пр.Институт мира и процветания Рона Пола заключил, что тайна того, как сотни одинаковых, новеньких автомобилей Toyota попали в Сирию, раскрыта — правительства США и Великобритании фактически собственными руками снабдили боевиков ИГИЛ новеньким автопарком. «Возможно, в Вашингтоне считают, что если правительство США задает вопрос о том, как террористам удалось получить автомобили, никто не будет подозревать, что они сыграли в этом определенную роль», — говорится в сообщении института.

03 июня 2015, 18:48

Питер Тиль: жизнь после PayPal

Предприниматель и сооснователь PayPal Питер Тиль собственный успех связывает не с удачей, а с мастерством. В интервью Кэрол Кэдуолладр он рассуждает о высшем образовании, инвестировании в людей и смертности. В1998 году Питер Тиль с партнером основал PayPal, а четыре года спустя продал компанию за 1,5 млрд долларов. Купив 10% Facebook, он стал первым инвестором соцсети (его совет Марку Цукербергу был обманчиво прост: «Только не про*** – и все»). Кроме того, на средства венчурной структуры ЦРУ Тиль основал Palantir Technologies, и компания, как утверждают, помогла найти Усаму бен Ладена. Сегодня Питер – один из самых успешных и влиятельных инвесторов Кремниевой долины, откровенный сторонник либертарианской политики и крупный спонсор различных проектов: от президентской кампании Рона Пола до Seasteading – организации, которая хочет создать в открытом море плавучее национальное государство.Ваша книга «От нуля к единице» (Zero to One) основана на курсе лекций, который вы читали в Стэнфордском университете. При этом вы настаиваете в ней на том, что вузы – это пустая трата денег, что они делают из студентов рабов, не способных мыслить независимо. Нет ли здесь некоего противоречия?Не думаю, что вузы – это категорически плохо. Я думаю, что есть некоторый образовательный пузырь. Учиться все еще важно. Цель, которую я ставил перед собой, читая стэнфордский курс о стартапах и предпринимательстве, заключалась в том, чтобы донести все те знания о бизнесе, которые я приобрел за последние 15 лет в Кремниевой долине как инвестор и предприниматель, собрать их воедино. С книгой то же самое.В декларации вашего Founders Fund напи­сано: «Мы хотели летающих машин, а получили 140 символов». Не кажется ли вам, что это и есть проблема, то, что мы мыслим слишком узко?Мне кажется, две тысячи нынешних сотрудников Twitter и через 10–20 лет будут иметь высокооплачиваемую работу. Это хороший бизнес, но не думаю, что его хватит на то, чтобы привести цивилизацию в будущее. Вовсе не обязательно, что в ближайшие несколько десятилетий будет невероятный технологический прогресс. Я не согласен с Рэймондом Курцвейлом, который говорит, что сингулярность рядом и нужно лишь сидеть и есть попкорн. Для прогресса надо работать, и мы должны его добиться.Корректно ли назвать вас техноутопистом? Л­етающую машину еще хотите?Я не считаю, что наука и технологии – это автоматически хорошо. Мы же придумали ядерное оружие в XX веке. Но я действительно верю, что без технологического прогресса хорошего будущего быть не может. У нас на планете 7 миллиардов человек. В следующем веке будет 10 миллиардов. Чтобы эти люди жили как в странах первого мира, нужны громадные инновации. Простое копирование не сработает. Если каждый китаец, как каждый американец, будет водить машину, мы получим масштабное загрязнение, нефть кончится. Модели нужно менять.Но вы не думаете, что смерть неизбежна?Мы слишком долго с ней мирились. Мы не должны так кротко погружаться в этот сон. По-моему, этот вопрос – вопрос старения, долголетия и смертности – с самого начала был глубоко в основе всего процесса вдохновения творцов научно-технологической эпохи. И при этом мы все равно знаем о т­еоретической физике больше, чем, скажем, о питании.Есть ли у нас в таком случае шансы победить смерть?Люди постоянно твердят, что хотят проживать каждый день как последний. У меня же всегда была контрастная позиция. Я бы хотел проживать каждый день, как будто жизнь никогда не закончится. Если бы жизненный цикл был неограничен, мы бы продолжали работать и начинали бы новые большие проекты. Мы бы очень аккуратно относились к окружающим, зная, что столкнемся с ними снова.В вашей книге есть фраза о том, что Кремниевая долина помешалась на «прорывах», как модно сейчас говорить. А три года назад The New Yorker опубликовал о вас справку, где вы называете это слово одним из любимых. Что изменилось? Прорыв надорвался?Мы слишком увязли в напряженной конкуренции. Великие предприятия фокусируются не на том, чтобы делать что-то, чего не делают другие, а на том, чтобы делать то, что ценно само по себе. Точно так же успешная карьера строится не на гонке с остальными – она строится на работе, которая имеет самостоятельную ценность.По-вашему, один из самых спорных вопросов в бизнесе – это вопрос о том, что приносит успех: мастерство или удача. Вы утверждаете, что мастерство. А может, вам просто очень повезло в жизни?Мне действительно повезло, и тяжело точно определить, воспользовался ли я умело возможностями или все это было чистой удачей, ведь эксперимент уже не повторить. Но я полагаю, что как общество мы слишком многое относим на счет удачи. Удача – это как атеистический синоним бога. Мы объясняем ею то, что не понимаем или не хотим понимать. Как венчурный капиталист я считаю, что одна из самых вредных вещей – это воспринимать как лотерейные билеты людей, в которых инвестируешь, и говорить: «Ну, не знаю, заработает ли твой бизнес. Может, да. Может, нет». По-моему, это ужасно – так смотреть на людей. Антилотерейный подход – в том, чтобы постараться обрести высокую уверенность, задать себе вопрос: «Уверен ли я в этом бизнесе настолько, что мог бы к нему присоединиться?»Вы учредили стипендии в 100 тысяч долларов, чтобы молодые люди не шли в вузы, а становились предпринимателями. Но вы сами учились в элитном вузе и добились довольно многого. Не так ли?Жизнь не прожить дважды. Правда в том, что элитные заведения – это хорошая строчка в резюме, но они еще и удивительно сужают фокус, и внимание людей концентрируется на определенных высокопопулярных областях: праве, финансах, немного на медицине, немного на политике. Мне тревожно, потому что те, кто туда идет, наверное, могли бы делать гораздо больше для общества. Если посмотреть на школьных выпускников – они увлеченно мечтают о том, как будут жить дальше. Мне кажется, в системе высшего образования есть нечто, что заставляет очень активно конкурировать, и это выбивает из большинства их м­ечты.Вы жертвовали огромные деньги политикам, и большинство из них, как Рон Пол, в итоге проиграли. Мне, как неспециалисту, это ужасно напоминает выбрасывание денег на ветер.В финансах я скорее консерватор, а вот социальные взгляды у меня больше либеральные. И я всегда колеблюсь во мнении о том, как далеко нужно заходить в политике. Не бесконечно ли обескураживающее это занятие. Что действительно нужно, как мне кажется, так это продвигать идеи, и Рон Пол таки продвинул ряд либертарианских идей. Он поставил вопросы о различных войнах, где участвуют США, и это было важно.В «Википедии» говорится, что вы входите в управляющий комитет Бильдербергского клуба. Правда ли это, и если да, чем вы там занимаетесь? Организуете тайное мировое гос­подство?Это правда, хотя все не до такой степени тайно или секретно, чтобы я не мог вам рассказать. Суть в том, что ведется хороший диалог между разными политическими, финансовыми, медиа- и бизнес-лидерами Америки и Западной Европы. Никакого заговора нет. И это проблема нашего общества. Нет секретного плана. У наших лидеров нет секретного плана, как решить все наши проблемы. Возможно, секретные планы – это и плохо, но гораздо возмутительнее, по-моему, отсутствие плана в принципе.   Источник: Getty Images / Bloomberg / David Paul Morris

31 марта 2015, 15:36

Рон Пол: настало время положить конец МВФ, никаких реформ!

Repeal, Don’t Reform the IMF!МОСКВА, 31 мар – РИА Новости. Настало время положить конец работе Международного валютного фонда, равно как и остальных инструментов американской политики экономического экспансионизма,  уверен американский политик Рон Пол.МВФ, отмечает он, использует деньги американских налогоплательщиков, чтобы поддерживать экономически слабые, "нежизнеспособные", часто значительно коррумпированные правительства. Это, в свою очередь, искажает рынок и не только не приносит пользы самим американцам, но и вредит жителям тех регионов, которым МВФ оказывает свою помощь.Поскольку фонд большую долю финансирования получает из США, совершенно логично, что он адаптирует свои действия к продвижению внешнеполитических целей Вашингтона, пишет политик.Рон Пол подчеркивает, что ни один ответственный финансовый институт не предоставил бы 17- или 40-миллиардный кредит в долларовом эквиваленте заемщику, который с трудом пытается погасить уже существующий многомиллиардный кредит. Однако именно это в прошлом месяце сделал МВФ, выделив новый кредит Украине. С экономической точки зрения эти деньги не помогут Украине выбраться из кризиса, но с политической — они обеспечат продвижение внешнеполитической стратегии США.Политик убежден, что МВФ невозможно реформировать за счет изменения формы распределения капитала, потому что его источники финансирования – это частные компании, поэтому эту структуру нужно просто ликвидировать, как и все остальные международные институты, продвигающие американскую политику экономического экспансионизма и управляющие мировой экономикой.Как это водится у РИА, переведена только часть, поэтому некоторые моменты , упущенные РИА, переведу.Будет странно, если,читая Рона Пола, вы не увидите про ФРС и его аудит.МВФ не является единственной организацией, которая управляет мировой экономикой.Нам всем известно, в последние годы появился таинственный покупатель американских трежерис , который именуется "Бельгией", названный так потому,что операции идут через Бельгию. Особенность покупателя, именуемого "Бельгией" заключается в том,что через него осуществляются большие объемы продаж трежерис, если вдруг иностранное государство предпочитает их продать. Крупные объемы покупателя "Бельгия" появились в течении нескольких месяцев после введения ФРС программы количественного смягчения. Основные подозрения на фиктивность этих операций связаны с тем,что , несмотря на то,что продажи трежерис не согласованы с Правительством, они легко находят свой сбыт и , единственное, чем это можно объяснить , так это тем,что именно ФРС занимается скупкой гособлигаций. Проводимый ограниченный аудит ФРС в период финансового кризиса привел к тому,что ФРС активно вмешивается глобальные рынки.Для чего федеральное Правительство заключает соглашения с иностранными правительствами? Оно работает,чтобы выручить Грецию и ЕС? Или оно предпочитает действовать тайно, помогая американской внешней политике,финансируя нынешних союзников , по примеру американского союзника 80-х Саддама Хуссейна? Отсутствие прозрачности деловых отношений федерального правительства с зарубежными центральными банками и иностранными правительствами является еще одной причиной,почему Конгресс должен утвердить законопроект об аудите.Собирая деньги от американских налогоплательщиков,чтобы поддержать экономически слабые и коррумпированные правительства, МВФ, (аналогично ФРС), искажает рынок, обогащает коррумпированные правительства , тем самым неся вред как американским налогоплательщикам, так и жителям государств, которым МВФ оказывает "помощь".Настало время положить конец МВФ вместе с остальными инструментами американской интервенционистской  внешней политики.

19 декабря 2014, 09:36

Валовая лицевая стоимость деривативов в мире более 700 триллионов

Оригинал взят у barskaya в Финансы и кредит, долги, нефтедоллар, золото... - Часть 1СТИВ МАЙЕРС: Меня зовут Стив Майерс. И я хочу поблагодарить вас за внимание к этому эксклюзивному интервью в программе Денежное Утро с Джимом Рикардсом (Jim Rickards), аналитиком по вопросам финансовых угроз и асимметричных военных действий, работающим на Пентагон и ЦРУ. Недавно был выпущен шокирующий доклад с участием всех 16 отделов нашего Разведсообщества.  Среди этих агентств – ЦРУ, ФБР, Армия и Военно-морской флот, они уже начали оценивать влияние падения доллара как мировой резервной валюты. И наше господство как глобальной сверхдержавы уничтожается подобно тому, как приходил конец Британской империи после Второй мировой войны. Финальная игра может проходить по кошмарному сценарию, когда весь мир погрузится в длительный период анархии. Джим Рикардс опасается, что предостережения, высказываемые им и его коллегами, игнорируются нашими политическими лидерами и Федеральным Резервом, и мы находимся на грани вступления в самый мрачный экономический период в истории нашей страны. Начнётся Великая Депрессия, которая продлится четверть века. Сегодня мы изучим всё, что он обнаружил, потому что хаос может начаться в ближайшие 6 месяцев. Вот почему каждый американец должен услышать его предостережения, пока не стало слишком поздно. Джим Рикардс, спасибо, что вы с нами. ДЖИМ РИКАРДС: Очень приятно, Стив. Рад быть с вами. СТИВ МАЙЕРС: В начале восьмидесятых вы были членом команды переговорщиков, которая помогла окончить иранский кризис с заложниками. В конце девяностых, когда стало ясно, что Long-Term Capital Management, фирма с Уолл-Стрит, может вызвать полный обвал финансовых рынков, Федеральный Резерв должен был обратиться к вам с целью не дать Америке погрузиться в рецессию. И до 9/11 вы выполняли задание ЦРУ по выявлению инсайдерских сделок, которые могли быть проведены до террористических атак. ДЖИМ РИКАРДС: Совершенно верно. Дело в том, что у ЦРУ нет никакого опыта по работе на рыке капитала. И с чего бы он у них был? До начала глобализации рынки капитала не были частью поля боя. Поэтому ЦРУ запустили какую-то программу, наняли каких-то людей, меня в их числе, чтобы у агентства появились какой-то опыт, связанный с Уолл Стрит. Так начался проект «Пророчество». Итак – ЦРУ интересовало, не будет ли где-нибудь ещё какой-то сильно зрелищной атаки? Можно ли каким-то образом по действиям участников рынка определить, террористы ли это, или какие-то стратегические противники Соединённых Штатов? Можно ли это увидеть? Можно ли получить информацию и разрушить заговор, спасти жизни американцев? СТИВ МАЙЕРС: Эта система, которую вы построили в рамках проекта «Пророчество», действительно предсказала террористическую атаку, которая была предотвращена в 2006. ДЖИМ РИКАРДС: 7 августа 2006 года я получил емейл от своего партнёра. Он писал: «Джим, у нас есть совершенно чёткий сигнал по Американским Авиалиниям. Выглядит как возможная террористическая атака». Мы всё записали. Я проснулся в 2 часа ночи в своём кабинете, включил СNN и увидел, как МИ-5 и Новый Скотланд Ярд предотвратили террористическую атаку. Они арестовывали подозреваемых и изымали файлы. Итак, система работала. Она хороша не только для предсказания атак террористов, но и для предсказания террористических атак противников и соперников Соединённых Штатов. СТИВ МАЙЕРС: Вот уже многие годы вы помогаете Пентагону и ЦРУ быть готовыми к противостоянию асимметричным военным действиям и финансовым угрозам, потому что сегодня есть чрезвычайные опасения, что по нам нанесут удар, и это будет, как вы описывали ранее, финансовый Перл Харбор. ДЖИМ РИКАРДС: Есть озабоченность в разных частях американского правительства. Исторически, о долларе заботились Вашингтон, Фед и Казначейство. Пентагон и Разведсообщество занимались остальными угрозами, но что делать, если доллар и есть угроза?  Американцы знают, что:         Фед увеличил денежную массу на 3.1 триллиона.       У нас 17.5 триллиона долга.        У нас 127 триллионов нефинансируемых обязательств.  Что это значит?  Медикер, Медикейд, Социальное страхование, студенческие займы, Фанни Май, Фредди Мак, FHA. Вы спускаетесь по списку, а он всё не кончается. И нет способов это всё оплатить. Долг не может больше использоваться для того, чтобы наращивать нашу экономику. Во время бума 50-х и 60-х на каждый доллар долга мы получали 2.41 доллара экономического роста. Доллар получил такой неплохой толчок. Но к концу семидесятых это соотношение на самом деле разрушилось. На доллар долга в конце семидесятых мы получали только 41 цент роста, очевидно, огромное падение. И вы знаете, какое это число сегодня? Сегодня на каждый доллар долга мы получаем 3 цента роста.  То есть мы наращиваем долг, но получаем всё меньше и меньше роста. Вот такой тренд – 2.41, потом 41, потом 3. Скоро пойдут отрицательные числа. Это признак того, что сложная система скоро рухнет. СТИВ МАЙЕРС: Об этом как раз идёт речь в вашей новой книге, Смерть Денег, с таким красноречивым заголовком, который как бы говорит нам – источник опустел. Вы предупреждаете, что мы вот-вот упадём в четвертьвековую Великую депрессию. Что фондовый рынок может просесть на день на 70%. ДЖИМ РИКАРДС: (прерывает) Знаете, когда я использую термин «25-летняя депрессия», это звучит немного чересчур, но исторически тут ничего экстраординарного. У нас была 30-летняя депрессия в США с 1870 года по 1900. Экономисты называют её «Длинной Депрессией». Это было до Великой депрессии. Великая депрессия продолжалась с 1929 по 1940, тоже довольно долго. В США уже началась депрессия. СТИВ МАЙЕРС: Ну, наверное многие бы с вами не согласились насчёт того, что у нас уже депрессия. Слово «депрессия» вызывает в памяти образы тридцатых годов и бесплатные столовые. ДЖИМ РИКАРДС: Так у нас уже есть сегодня бесплатные кухни… Они прямо в Whole foods и ваших местных супермаркетах, потому что 50 миллионов американцев сидят на фудстемпах. Дело не в том, есть ли у нас проблемы. У нас огромные проблемы, но они спрятаны различными способами. Уровень безработицы сегодня 23 процента, если считать её правильно.  СТИВ МАЙЕРС: И вы показываете прямо на Фед, Конгресс и Белый Дом. ДЖИМ РИКАРДС: Я был на встрече в Казначействе и там сказал: «Главными угрозами национальной безопасности являются Фед и Казначейство, а не Аль Каида». Прямо там, в этом здании, перед этими людьми… «Это вы разрушаете доллар и вопрос времени, когда он разрушится». По этому поводу я свидетельствовал перед Сенатом Соединённых Штатов.  Я предупреждал Сенат, может быть мы не можем прекратить землетрясения по разлому Сан Андреас… Но никто не думает, что послать армейских инженеров сделать этот разлом больше – хорошая идея. Но печатая деньги, раздавая кредиты и проводя беспечную монетарную политику Феда, мы ежедневно делаем разлом Сан Андреас больше. А когда вы делаете сложную систему большой, риск растёт не постепенно, а экспоненциально. И сейчас риск стал уже неуправляемым. Коллапс ещё не наступил, но силы накапливаются, и вот-вот выстрелит. СТИВ МАЙЕРС: Джим, ваш подход, и многих из Разведсообщества… Очень отличается от того, что мы слышим с Капитолийского холма. Вот почему обвинения, которые вы делаете в этой книге, вызывают такое отторжение в Вашингтоне. ДЖИМ РИКАРДС: Недавно я был на закрытом собрании в Скалистых Горах с парой главных банкиров, один из Федерального Резерва и один из Банка Англии. В частной беседе они могут сказать то, что не скажут официально. И мне передали сборник Джанет Йеллен. То, что делает Фед – это какие-то пропагандистские попытки… Врать нам по поводу экономических перспектив, говорить о «признаках роста», вселять ложный оптимизм, чтобы заставить нас потратить деньги. Фед не знает, что он делает. И не думайте, что они знают, что делают. Вы можете напечатать сколько угодно денег, но если люди не хотят их брать в долг, если они не тратят эти деньги, тогда ваша экономика коллапсирует, хоть вы и печатаете деньги. Вот так оно примерно происходит… Предположим, что я иду на обед и даю чаевые официанту. Официант берёт мои чаевые и берёт такси, чтобы доехать домой. Водитель такси берёт плату и заливает в бак бензин. В этом примере у моего доллара есть скорость «три». 1 доллар поддерживает три доллара товаров и услуг: чаевые, поездку на такси и топливо. Ну а что если я себя плохо чувствую? Я остаюсь дома и смотрю телевизор. Я не трачу деньги. И у денег скорость ноль. Я оставляю деньги в банке, но не трачу ничего. Посмотрите на то, что происходит со скоростью денег. Она тонет. Она падает очень быстро.  Сравните это падение скорости сегодня с тем, что, как мы видели, привело к Великой депрессии. Во дни Великой депрессии скорость была ещё меньше… Но… Если сравнить то, что происходит сегодня, с тем, что было в конце двадцатых, как раз перед Великой депрессией, можно увидеть поразительное сходство.  Так что не имеет никакого значения, сколько денег печатает Фед. Представьте себе пикирующий самолёт. Он падает… падает… приближается к земле. Фед пытается схватить штурвал и вывести самолёт из пике, вернуть его опять в воздух… Но это, к сожалению, не работает, катастрофа всё ближе. СТИВ МАЙЕРС: Мы сейчас обсудили много всех этих поразительных чисел, эти признаки приближающейся Великой Депрессии. Давайте посмотрим, удастся ли мне всё это собрать вместе. Никто не отрицает, что у нас в стране долговой кризис, но вы говорите, что мы не можем больше наращивать долг без существенного замедления экономики. Мы сейчас едва над водой. Это сигнал номер 1. Сигнал номер 2 – опасное замедление в скорости денег. Скорость уже замедлилась до уровней, не наблюдаемых со времени Великой Депрессии тридцатых годов. Есть ли какие-то другие сигналы, наблюдаемые Разведсообществом, которые бы говорили, что катастрофа прямо за углом? ДЖИМ РИКАРДС: Да, есть, Стив. Сигналов много, и они очень, очень беспокоящие. За одним из них я наблюдаю очень пристально, и я знаю людей из Разведсообщества, которые тоже этим занимаются. Называется «индекс Горя». Индекс Горя = Реальный уровень инфляции + Реальный уровень безработицы. Если посмотреть на индекс Горя сегодня, и сравнить его с периодом стагфляции поздних семидесятых и ранних восьмидесятых, которые американцы помнят очень хорошо, что сегодня всё на самом деле хуже. Это может привести к социальной нестабильности…  Посмотрите, что было во времена Великой Депрессии. Индекс Горя был 27. Сейчас он 32,89.  Верите или нет, сегодня хуже, чем было во времена Великой Депрессии. Что происходит, когда депрессия усиливается? Бизнесы не могут платить свои долги. Банки несут потери. Банки в конце концов падают. Такое случалось раньше. Феду приходилось спасать банки. Но что случится, когда Фед, в свою очередь, оказывается в опасности? СТИВ МАЙЕРС: Судя по тем сигналам, за которыми вы наблюдаете, Федеральный Резерв должен упасть? ДЖИМ РИКАРДС: Федеральный Резерв, на самом деле, в некотором смысле уже упал. Я говорил с членом Совета Управляющих Федерального Резерва и я сказал, что думаю, что Фед неплатёжеспособен. Управляющий сначала отнекивался и возражал. Но потом я надавил немного сильнее и он сказал: «Да, может быть». А потом я просто посмотрел на неё и она сказала: «Ну, да. Но это не имеет никакого значения». Другими словами, тут Управляющий Федерального Резерва признаётся мне, в частной беседе, что Федеральный Резерв неплатёжеспособен, но, продолжает он, это не имеет значения, потому что центральным банкам не требуется капитал. А я думаю, что центральным банкам очень нужен капитал. Посмотрите на эту диаграмму.  Она показывает, что Фед увеличил капитал на 56 миллиардов. Звучит неплохо. Можно сказать – 56 миллиардов большие деньги, неплохая база.   Но это не всё Надо сравнить капитал с балансовым листом. Как это соотносится с активами и обязательствами?  Смотрим и видим, что картина гораздо более пугающая, потому что действительные обязательства, или долги, если хотите, по книгам Феда – 4.3 триллиона. То есть у вас 4.3 триллиона долгов сидит на тощей основе капитала в 56 миллиардов… Очень нестабильная ситуация. До 2008 года левередж Феда был 22 к 1. Это значит, что у них было 22 доллара долга на 1 доллар капитала. Сегодня левередж 77 к 1.  Да, капитал вырос, но долг и обязательства выросли гораздо больше. СТИВ МАЙЕРС: Ваши предостережения не прошли полностью незамеченными. В бюджете, который он представлял в этом году, сенатор Рон Пол цитировал вашу работу, говоря о том, каким образом наша экономика подведена к краю, за которым может последовать коллапс в стиле Римской Империи.  У нас даже есть отрывок, где сенатор Пол инструктирует американцев прислушиваться к вашим предостережениям. СЕНАТОР РОН ПОЛ: Джим Рикардс указывает на неплатёжеспособность Феда. Фед лишается своего капитала. Конечно, Фед ведёт записи в своём реестре. Но если сделать правильную переоценку, то Фед окажется разорённым. ДЖИМ РИКАРДС: Сначала, я хотел бы отдать должное cенатору Рону Полу. Он один из немногих людей, которые понимают, какие здесь скрыты опасности. Но проблема не ограничивается Федом. Она также заражает частную банковскую систему.  На балансовых счетах нашей банковской системы 60 триллионов долга. Достаточно долго банки и долги росли примерно вдвое быстрее, чем росла экономика. Но в конце концов это взорвалось. Сегодня соотношение 30 к 1.  Другими словами, на каждый доллар экономического роста есть 30 долларов кредита, созданного банковской системой. Всё это очень нестабильно Вот очень хороший пример, из физики. Представьте 35-фунтовый кусок урана в форме куба. Он будет довольно безопасным. Такое поведение называется подкритическим. Радиоактивность будет, но довольно спокойная. А теперь представьте, что вы осуществляете с этим куском манипуляции. Вы берёте один кусок и придаёте ему форму, скажем, грейпфрута. Берёте другой кусок и придаёте ему форму, похожую на бейсбольную биту. Потом укладываете вместе в трубу и свариваете вместе с помощью взрывчатки. Это вызывает ядерный врыв. Так можно разрушить город. Форма и компоновка – вот что переводит систему из подкритической в надкритическую. СТИВ МАЙЕРС: Джим, вы видите какие-то признаки того, что наш фондовый рынок достиг надкритического состояния? ДЖИМ РИКАРДС: Да, к сожалению да. Мы видим много признаков. Один из них, и он действительно фундаментальный, и на самом деле важный, это отношение капитализации фондового рынка к ВВП. Потому что, вспомните, сумма всех акций на фондовом рынке должна как-то отражать реальную экономику. Эта сумма не должна вести свою собственную жизнь. Но стоит посмотреть на то, что происходит с этим соотношением в последнее время: оно устремилось в небеса. Сейчас оно 203 процента.  Как раз перед рецессией… Это число было 183%  Вернёмся к известному пузырю хайтека, схлопыванию доткомов 2000 года. Тогда величина составляла 204%.  Ну а если вы хотите услышать самые страшные новости… Как раз перед Великой Депрессией это число было 87%.  Другими словами… Капитализация фондового рынка в процентах ВВП сейчас вдвое выше, чем было как раз перед Великой Депрессией. Так что это действительно хороший параметр для того, чтобы задаться вопросом, а не собирается ли фондовый рынок упасть. И данные говорят – да, собирается. Но есть ещё один параметр, ещё один знак опасности, если хотите, и он ещё более пугающий. Это валовая лицевая стоимость деривативов. Есть какая-то часть акций IBM, про которые мы знаем, что они не обеспечены, но мы точно знаем, какая. А деривативам нет предела. Я могу выписывать опционы и контракты на акции IBM с утра до вечера, и на акции других компаний на фондовом рынке. И это то, что происходит в действительности. И сейчас валовая лицевая стоимость деривативов в мире более 700 триллионов. Не миллиардов. 700 триллионов. Это в десять раз выше мирового ВВП.  Коллапс неизбежен. Пора задаться вопросом – насколько всё плохо может быть? Ну, это уже случалось в 2007, 2008, когда рынки коллапсировали… Мы все помним, как падала цена акций. Падали цены на недвижимость… Суммарное падение стоимости составило 60 триллионов. Проблема в том, что система стала больше, и я ожидаю, что падение стоимости в этот раз будет 100 триллионов... возможно, намного больше. Мы сейчас в этом критическом состоянии, подходим к надкритическому, когда система схлопывается. Но системе требуется искра, требуется катализатор. Я исследовал некоторое количество потенциальных точек воспламенения. СТИВ МАЙЕРС: Джим, через какое-то время я хотел бы обсудить, какие шаги надо предпринять американцам со своими инвестициями и личными финансами для того, чтобы быть готовым к тому, что предсказываете вы и ваши коллеги. Но сейчас давайте ненадолго сфокусируемся на этих главных точках воспламенения. ДЖИМ РИКАРДС: Одина из ключевых точек – это иностранное владение государственным долгом США. Это очень важная для понимания вещь. Мы все знаем, что Казначейство выпустило более 17 триллионов долговых обязательств. Вопрос – кто их покупает? Многие долговые обязательства США находятся в руках иностранцев. Кто владеет ими? Китай, Россия, другие страны… Страны, которые не обязательно наши друзья. И они могут захотеть избавиться от этих бумаг. И вообще-то такое уже происходит. С недавнего времени иностранная доля во владении госдолгом США падает.  Но есть и более интересные вещи. Мы недавно говорили о проекте, которым я занимался для ЦРУ… Проект «Пророчество» Как мы говорили, вы можете видеть не только действия на рынке, но и то, стоят ли за ними противники, враги или террористы, работающие на финансовых рынках. Итак, мы знаем, что Россия напала на Крым весной 2014 года. Представьте себе, что вы Путин. Вы собираетесь напасть на Крым. Вы можете ожидать финансовых санкций со стороны США. Что бы вы стали делать? Вы просто начинаете смягчать влияние санкций, начинаете сбрасывать долговые обязательства заранее, чтобы когда вы сделали свой ход, и Казначейство начнёт играть против вас, вы бы были подготовлены. Вернёмся назад, в октябрь 2013 года, вот Россия сбрасывает трежериз месяц за месяцем.  Это был ясный сигнал, что они что-то замышляют… Чтобы вступить в финансовую войну с США. Но всё ещё хуже.  Мы знаем, что Россия и Китай работают вместе. Поэтому стоит ли удивляться, что когда русские стали сбрасывать обязательства… Китайцы стали сбрасывать их тоже? СТИВ МАЙЕРС: Есть ли у Разведсообщества возможность защитить нашу страну в случае, если такие события будут развиваться и дальше? ДЖИМ РИКАРДС: Верите или нет, в Казначействе есть подразделение разведки. И у них есть там штаб. Это значит, что финансовая война уже ведётся, она реальна. Так что если русские сбрасывают обязательства… Если китайцы сбрасывают… Кто собирается выкупать весь этот долг? И вот появляется таинственный покупатель.  Недавно Бельгия купила невероятное количество долговых обязательств… Это сотни миллиардов долларов за долговые бумаги правительства США. СТИВ МАЙЕРС: То есть Бельгия стала скупать трежериз, случайно в то же самое время, когда Россия и Китай стали их сбрасывать? ДЖИМ РИКАРДС: (прерывает) Это не Бельгия. Эти количества больше, чем есть денег у Бельгии. Такие вещи покупают не бельгийские стоматологи. Бельгия это фасад Знаете, может быть это сам Фед? Вот в чём дело. Может быть общественность не знает, кто этот таинственный покупатель, но спецслужбы знают. Итак, Казначейство, ведя операции через штаб, Фед… таинственный покупатель в Бельгии… Сейчас им удалось удержать рынок трежериз. Он пока не развалился. Но они не смогут постоянно вытаскивать кроликов из шляпы, есть предел. Это должно быть очень страшно, потому что если Фед упадёт… а мы недавно говорили про то, что левередж Феда 77 к 1. То есть Фед находится на пределе того, что он может сделать. Иностранцы избавляются от трежериз, и если их никто не будет покупать… представьте, процентные ставки пойдут вверх. Это утопит фондовый рынок, утопит рынок недвижимости. Более высокие процентные ставки означают, что долг растёт, поэтому процентные ставки растут ещё выше. Вы попадаете в воронку, и из неё нет выхода. СТИВ МАЙЕРС: Атака на наш рынок долговых обязательств – достаточно серьёзная точка воспламенения, которая и может вызвать Великую Депрессию, о которой вы написали в своей книге. Давайте поговорим о другой точке воспламенения. ДЖИМ РИКАРДС: То, что я называю точкой воспламенения номер 2, имеет отношение к нефтедоллару. СТИВ МАЙЕРС: Вы можете объяснить, что такое нефтедоллар? продолжение 

08 сентября 2014, 17:03

20 миллиардеров, которые управляют политикой США

Они добились успеха в бизнесе и инвестициях, и теперь пытаются протолкнуть свои и чужие политические идеи в политической системе США. В нашем списке самые влиятельные миллиардеры-политики Америки.  20.Элис Уолтон Элис Уолтон - наследница богатства крупнейшей в мире розничной сети Wal-Mart, пусть и не единственная. Уолтон вполне открыто поддерживает Хиллари Клинтон и вложилась в так называемый "PAC" (Комитет политических действий) под названием "Ready for Hillary".  19.Дональд Трамп Владелец конгломерата The Trump Organization и король американского сектора недвижимости Дональд Трамп, как и многие представители большого бизнеса, придерживается республиканских взглядов. Напомним, что Республиканская партия поддерживает наиболее мягкую налоговую политику в отношении богачей.  18.Марк Андрессен Инвестор-миллиардер Марк Андрессен уверен, что будущее за Республиканской партией США. Он поддерживал кандидата от республиканцев Митта Ромни на президентских выборах 2012г. В данный момент Андрессен инвестриует в широкий спектр активов, многие из которых будут влиять и на политический фон. Стоит вспомнить хотя бы о криптовалюте bitcoin.  17.Питер Дж. Питерсон Питерсон был министром торговли при Ричарде Никсоне, а теперь управляет мощным фондом. Миллиардер ратует за уменьшение государственного долга, и с помощью Peter G. Peterson Foundation основал такие организации, направленные на борьбу с долгами США как Fix the Debt и Committee for a Responsible Federal Budget.  16.Поль Зингер Поль Зингер - бизнесмен с партийным билетом. Он консервативный республиканец, но выступает за однополые браки. Именно эта идея стала для него центральной в политической деятельности. С помощью организации American Unity он вложил $2 млн в поддержку республиканцев, которые также выступают за однополые браки. Главный актив Зингера - Elliott Management Corporation.  15.Арт Поуп Бывший председатель бюджетного комитета Северной Каролины и преуспевающий бизнесмен Арт Поуп вложил миллионы долларов в продвижение своих политических идей. В первую очередь, речь идет о свободном рынке, который Поуп считает основной составляющей успешной экономики. Арт Поуп также республиканец.  14.Пьер и Памела Омидьяр Семья иранского происхождения, которая добилась успеха в США, вкладывает существенные средства в продвижение идеи прозрачности и открытости. Пьер и Памела интересуются также вопросами прав на собственность и экономического развития.  13.Джефф и Макинзи Безос Кто бы мог подумать, что руководство Amazon.com может интересоваться политикой. Однако Джефф Безос недавно приобрел издание Washington Post и вложил $2,5 млн в поддержку однополых браков. Напомним, что этот вопрос в США остается одним из наиболее острых в области внутренней политики.  12.Марк Цукерберг И снова миллиардер из высокотехнологического сектора, который интересуется политикой. Марк Цукерберг совместно с организацией FWD.us работает над иммиграционной реформой, а в Нью-Джерси проталкивает реформу начального образования. Напомним, что самому владельцу Facebook в настоящий момент всего 30 лет.  11.Питер Тиль Питерь Тиль, известный инвестор, владелец хэдж-фондов и сооснователь PayPal, вложил $2,6 млн в предвыборную кампанию в 2012г., деньги получил Рон Пол, который вылетел из гонки во время праймериз. В последнее время Тиль активно выступает в пользу увеличения минимального размера оплаты труда.  10.Уоррен Баффет Миллиардер Баффет, владелец знаменитого Berkshire Hathaway, сыграл важную роль в политике США после избрания Барака Обамы на пост президента. Уоррен Баффет выступает за ограничение власти богачей, увеличение налогов для них, и собирается расстаться с большей частью своего богатства в рамках The Giving Pledge ("Клятва дарения").  9.Пенни Прицкер Пенни Прицкер была министром торговли и одним из главных лоббистов идей Барака Обамы. Кроме того, Прицкер является сооснователем PSP Capital Partners, Pritzker Realty Group и еще ряда крупных фирм, что придает ее голосу значимость, когда речь заходит о внутренней политике.  8.Джон и Лора Арнольд Джон Арнольд управлял крупным хэдж-фондом, и фокусировался на инвестициях в газовые активы а потом стал филантропом. Правда, не каждый найдет желание помочь людям в его стремлении добиться сокращения пенсий и добиться роста финансовой нагрузки для работников предприятий.  7.Билл и Мелинда Гейтс The Bill & Melinda Gates Foundation - один из самых авторитетных благотворительных фондов, инвестирующих в борьбу с болезнями и бедностью в развивающихся странах, в частности, в Африканских. Также основатель Microsoft и его супруга сражаются за реформирование американской системы образования и легализацию однополых браков.  6.Руперт Мердок Руперт Мердок контролирует Wall Street Journal и Fox News - это важнейшие поставщики политических и экономических новостей. Таким образом, Мердок сосредоточил в своих руках активы, способные задавать новостной тон и влиять на настроения в обществе. Кроме того, Руперт Мердок сотрудничает с Bloomberg по вопросу иммиграционной реформы.  5.Джордж Сорос Джордж Сорос открыто лоббирует идеи демократов. Он потратил $1 млн в 2012г. на поддержку Барака Обамы на выборах. Кроме того, Сорос в данный момент является сопредседателем комитета политических действий "Ready for Hillary".  4.Шелдон Эделсон Наша жизнь - игра, и один из королей игорного бизнеса Шелдон Эделсон активно вкладывает средства в политику. Он потратил $93 млн, чтобы "победить Барака Обаму". Речь, конечно, не о том, что бизнесмен надеялся участвовать в выборах, а о поддержке республиканцев, которые "выполняют свои обещания". На следующих выборах Эделсон инвестирует в кампанию вдвое больше.  3.Том Стейер Стейер - сооснователь и один из руководителей фонда Farallon Capital Management. Он также основал несколько банков. Помимо бизнеса Тома Стейера интересуют вопросы охраны окружающей среды, и он активно лоббирует соответствующие идеи в политической среде.  2.Майкл Блумберг Бывший мэр Нью-Йорка и основатель агентства Bloomberg Майкл Блумберг активно борется с бесконтрольным распространением оружия. Он инвестировал $50 млн в противодействие организации NRA, которая как раз пытается добиться свободной торговли оружием на всей территории США, делая отсылку ко Второй поправке к Конституции.  1.Чарльз и Дэвид Кох Братья Кох инвестировали $30 млн в программу, которая выявляет слабые стороны демократов. Это специальная рекламная кампания, навредившая тем политикам, которым есть что скрывать. К следующим выборам общий объем инвестиций в эту программу семья Кох собирается довести до $290 млн. Еще одной жертвой стала программа здравоохранения "Obamacare".

23 июля 2014, 09:36

Как элите остановить Рэнда Пола?

От редакции: Портал Terra America не первый раз обращает внимание читателей на фигуру сенатора Рэнда Пола. Месяц за месяцем этот республиканец отвоевывает у своих политических соперников пункты рейтингов. Он ярый критик «Большого государства», придерживается крайне правых взглядов в экономических вопросах и демонстрирует крайне взвешенный подход к внешней политике (иногда его недоброжелатели называют его изоляционистом). Отчасти, во всяком случае, поначалу, он стал популярен благодаря своему отцу Рону Полу, члену Палаты Представителей (ныне в отставке), но таких рейтингов, как сын, знаменитый борец с ФРС никогда не собирал. Рэнд Пол не только с большим отрывом стал самым популярным спикером консервативного съезда CPAC, но недавно опередил саму Хиллари по популярности среди всех американцев. В чем причина столь стремительно растущего рейтинга сенатора от штата Кентукки? Почему такой «несистемный консерватор» сегодня всерьез рассматривается как вполне вероятный следующий президент Америки? Что это говорит о политической элите США, которая в большинстве своем его на дух не переносит? На эти вопросы постарался найти ответы наш новый автор Константин Черемных. * * * Сенатор Джон Маккейн называет Барака Обаму «дезертиром», а бывшая напарница Маккейна на выборах 2008 года, Сара Пэйлин, призывает к импичменту. Спикер Палаты представителей Джон Бейнер подает иск в суд против Обамы. Поводы у всех разные, вердикт один: президент, шесть лет назад заткнувший за пояс Хиллари Клинтон на праймериз и снискавший успех даже у белых фермеров в глухой глубинке, «не оправдал доверия». Отваливающееся дно Известно, что в США очередная предвыборная кампания начинается в тот день, когда закончилась предыдущая. Но такого еще не бывало, чтобы к середине кампании две трети населения считало, что страна «идет куда-то не туда», и больше половины считала действующего лидера «негодным». И это негодование с конкретного Обамы распространяется и на правящую партию вообще. Хиллари, общепризнанный фаворит Демократической партии, вынуждена на презентациях своей книги «Трудный выбор» отвечать на неудобные вопросы о своем госсекретарстве. В самом деле, разве внешнеполитические провалы Белого Дома не берут своего начала именно в том периоде? И разве ее мемуары, как и их заглавие, – не попытка самооправдания? Вот что пишет Дженнифер Рубин, ведущая колонки «Взгляд справа» в The Washington Post: «Есть только три причины, которые могут побудить Хиллари отказаться от участия в гонке – это ее собственное здоровье, это здоровье Билла, и наконец, это такая ситуация, когда от политики Барака Обамы отваливается дно. Похоже, мы приближаемся к третьей ситуации. Недавно казалось, что выборы 2016 года не будут касаться внешней политики, но сегодня ясно, что этого не избежать. Хиллари это знает, но не выходит из игры. В самом деле, откажись она сейчас, резко упадет такса на ее публичные выступления, и она опять окажется “совсем разорена”». Рубин «подкалывает» Хиллари ее же неосторожной фразой. «Мы с Биллом были совсем разорены после ухода из Белого Дома», – прибеднялась Хиллари в интервью CNN. В интерьерах роскошного особняка это звучало лицемерно, и сотни блоггеров занялись ее источниками дохода. Венцом «троллинга» стало открытое письмо ассоциации студентов Калифорнийского университета, где Хиллари рассчитывала получить 22 000 долларов за презентацию мемуаров. Студенты потребовали от ректората расторгнуть пиар-сделку. Мадам Рубин не скрывает своих электоральных предпочтений и подводит под них теоретическое обоснование: «Среди республиканских кандидатов внешнеполитическая ситуация также произведет жесткий отбор. Тед Круз правильно сделал, что примкнул к ястребам, а не к изоляционистам. В том же направлении движется Марко Рубио. Что можно сказать о Джебе Буше? С одной стороны, таяние (влияния) США в мире может быть отчасти поставлено в вину его брату. Но с другой стороны, он более опытный и надежный для избирателей кандидат в то время, когда одних громких речей будет недостаточно. Его, по крайней мере, можно представить себе главнокомандующим». И далее она указывает пальцем на «неправильного» республиканца, которого «сама жизнь» должна отсеять из гонки, которому выносит следующий вердикт: «Рэнд Пол с его критикой АНБ, позицией по Ирану, Ираку, по использованию дронов и тому подобным, сегодня просто неадекватен». Следующую свою колонку она специально посвящает «разносу» Рэнда Пола по всем пунктам внешней политики. Маргинал в мэйнстриме Стороннему наблюдателю может показаться странным сам факт того, что Джеб Буш и Рэнд Пол уживаются под одной партийной крышей. Сын техасского потомственного миллиардера, снискавшего славу победителя СССР в «холодной войне», и потомственный медик, который никого не хочет побеждать. За этим парадоксом стоят десятилетия истории с того времени, как Америка была ведущей индустриальной державой до 2014 года, когда Бюро экономической статистики было вынуждено признать однозначный факт рецессии, как и столь же однозначное отставание США от Китая по объему торговли и производству электроэнергии. Рон Пол, отец Рэнда Пола, говорил о том, что страна идет «не туда» аж с 1971 года, когда Федеральный резерв отделил курс национальной валюты от золотого эквивалента. Больше тридцати лет он шел наперекор мэйнстриму. Его оценку рисков нового мирового порядка для Америки разделял в политической среде только изгнанный в маргиналы Линдон Ларуш. Оба сходились в неприятии идеи «пределов роста», дополненной теорией глобального потепления. И оба считали современную экофилософию идеологической страшилкой, наносящей прямой ущерб американской реальной экономике. Оба пытались создавать проекты третьих партий. Но мэйнстрим их не слушал, а политическая машина – от фондов до медиа-аппарата выборов – вытесняла все проекты третьих партий на обочину. Глобализация с аутсорсингом индустрии, во многом в результате немилосердной экологической зарегулированности, давала фору в Америке не только финансовому сектору, утратившему связь с производством, но и джентльменскому набору «постиндустрии» – IT, «зеленой энергетике», поп-культуре. С подменой приоритетов пропаганда «нового мирового порядка» принесла и подмену понятий. Квазиэкономика причислялась к экономике, производные финансовые инструменты – к капиталу, гражданские права заместились правами меньшинств, человеческая жизнь уравнялась с животной – и все это вместе стало называться «прогрессизмом», став идеологией Демпартии. В свою очередь, консервативные ценности – семья, частная собственность, личная тайна, – отделившись от труда, уступили место в идеологии Республиканской партии другой триаде (словами Уильяма Кристола): американская исключительность, непобедимые вооруженные силы и поддержка Израиля. Это стало именоваться «неоконсерватизмом». С деградационным упрощением повестки дня изменилось и качество спонсорства конкурирующих экспансионистских концептов. Еще при Билле Клинтоне ведущим «мотором» кампаний Демпартии стал фонд Джорджа Сороса в разных обличьях, а неоконсерваторам «давал старт» игорный магнат Шелдон Адельсон (также основной благодетель израильского «Ликуд»). На этом фоне Рон Пол оказался в конце 80-х в Палате представителей, но сохранил репутацию маргинала, поскольку бросал вызов мэйнстриму почти по всем вопросам политической повестки дня. «Прогрессистов» он шокировал предложением сократить на 30% бюджет Агентства по защите окружающей среды (EPA), неоконсерваторов – отказом поддерживать вторжение в Ирак и санкции против Ирана, поскольку санкции «не соответствуют принципам рыночной экономики». Эта третья, изоляционистская позиция была маргинальной при Джордже Буше-младшем, когда неоконы были «на коне». Она была задвинута в другой политический угол на первом сроке Обамы, когда IT-корпорации победно разносили по арабскому миру «арабскую весну» под прогрессистскими лозунгами дерадикализации ислама. Тем не менее, уже с 2003 года, когда братья-нефтехимики Чарльз и Эдвард Кох проспонсировали прообраз «Чайной партии», третья позиция республиканцев-изоляционистов нащупала свою социальную базу. Финансовый кризис, а вслед за ним пресловутое «таяние влияния США» вынесли прежних маргиналов в мэйнстрим. Рэнд Пол в период учебы в консервативном Baylor Institute был членом студенческого тайного общества Noze Brotherhood, которое практиковало шуточный обряд «взятия в плен озонового слоя». Когда он стал политиком, экоскепсис уже не был пощечиной общественному вкусу. В 2013 году Барак Обама назначил Эдмунда Мониса, специалиста по сланцевому газу, главой Департамента энергетики. В это же время была озвучена идея Трансатлантического партнерства (TTIP) – торгового союза, в котором Америке была отведена роль производителя, а Европе – потребителя американских товаров. А для этого требовалась реиндустриализация. Барак Обама дважды извлек выгоду из раскола в Республиканской партии, когда шел спор о бюджете и потолке госдолга. Сейчас Рэнд Пол помогает Обаме через голову экоактивистов протолкнуть проект нефтепровода Keystone XL, который очень важен для взаимопонимания США и Канады. Страна, которой не жалко 9 июля социолог Джон Зогби, на которого ссылалась Дженнифер Рубин, очень сильно расстроил неоконсерваторов. По его новому подсчету, Рэнд Пол опередил Джеба Буша на целых семь процентных пунктов. Опросы CNN и Quinnipiac University давали преимущество только в 1%. Нельзя исключить, что Зогби (как представитель ливанского лобби) подыграл Джону Керри. Именно в это время Керри согласовал в Кабуле пересчет голосов на президентских выборах – в то время как казалось, что Ахмад Гани Амадзай, надежда «ястребов», уже одолел «продемократического» (и проиранского) Абдуллу Абдуллу. А накануне вел дипломатию с Ираном в связи с путчем салафитов в Ираке. Незадолго до этого Рэнд Пол нанес личную обиду экс-вице-президенту Дику Чейни, апостолу неоконсервативного сообщества, весьма неудобным предположением о том, что вторжение в Ирак мотивируется частным интересом компании Halliburton. Не менее звучно Рэнд «отделал» техасского губернатора Рика Перри, и также по поводу Ирака. Чем опять же оказал услугу Обаме, которого Перри как раз накануне гвоздил за мягкотелость к иммигрантам. Истэблишмент уже догадался, что в отличие от отца, Рэнд – не только выразитель все более популярных взглядов, но еще и ловкий политический игрок. Как рассказала The New York Times, Рэнда Пола уже начало мягко обхаживать израильское лобби. Замеры в Айове и Нью-Хэмпшире – штатах, где как правило, определяются результаты праймериз – показали, что Рэнд Пол догнал Хиллари Клинтон по рейтингу, а в штате Колорадо перегнал на 3%. Обозреватели флоридской Sunshine News подвели итог: Республиканской партии следует выставить на выборы именно Рэнда Пола. В полемике с Перри Рэнд Пол сослался на опрос Public Policy Polling, согласно которому новую интервенцию США в Ирак не поддерживают 74% американцев, и ехидно поинтересовался: «Не будете же вы обвинять всю американскую нацию в том, что она является изоляционистской?» В ответ он немедленно подвергся очередной порции разоблачений в предательстве со стороны команды Джеба Буша. Количество переходит в качество, что становится проблемой уже не только лично для Джеба Буша и команды, видящей его главнокомандующим. Очередные корректировки бюджета неизбежны, а взгляды Пола и его единомышленников на этот счет известны: налоги сократить, а выпадающий доход компенсировать за счет не только ЕРА, но и институтов внешней помощи (foreign assistance). Эта угроза затрагивает личные интересы весьма внушительных сословий, привыкших «кормиться» на внешней политике. Она касается и NDI, и IRI, и Freedom House, не говоря об уже урезанной на 40% номенклатуре USAID. Она касается множества окологосударственных структур, паразитирующих на Госдепе. Она касается финансирования спецслужб, особенно АНБ (в команде Пола фигурировал, в частности, Брюс Фейн, общественный защитник Эдварда Сноудена) и Пентагона с подрядчиками – не только ВПК, но и ЧВК. Проблема истеблишмента Америки сегодня не в самом Рэнде Поле, а в мышлении консервативного большинства. За год, по данным The Wall Street Journal, доля республиканского электората, считающего афганскую войну «бессмысленной», возросла с 37 до 58%. В такой ситуации средством отчаяния остается «ломка менталитета» с использованием интересов колониальных режимов, для которых foreign assistance – вопрос жизни и смерти. Майкл Уитни из Counterpunch 9 июля предупреждал: «Нам следует ожидать на Украине новой “операции под чужим флагом”, только большего масштаба, чем в Одессе. Вашингтон собирается устроить что-то очень большое и выдать это за дело рук Москвы». А 13 июля блоггер continentalist получил «инфу» о том, что украинский олигарх Игорь Коломойский готовит сюрприз для своего президента, и «это касается самолетов»… Rasool Nafisi

13 марта 2014, 21:13

Зое Шлангер (Newsweek, США): "Американец, осмелившийся обосновать действия Путина "

Оригинал взят у gazeta1plus1 в Зое Шлангер (Newsweek, США): "Американец, осмелившийся обосновать действия Путина " Стивен Коэн из Принстона говорит, что это он истинный американский патриот, а не его критики.  Почетный профессор Принстонского и Нью-Йоркского университетов Стивен Коэн (Stephen Cohen) оказался недавно в довольно странной компании. Этот ученый с прогрессивными в целом взглядами женат на Катрине Ванден Хувел (Katrina vanden Heuvel), работающей главным редактором левого издания Nation. Его взгляды на украинские события заставляют американцев понять точку зрения Путина. В своей статье «Ложь о России» (Distorting Russia) Коэн написал, что «демонизация» Путина в новостях равноценна «ядовитой» и недобросовестной практике СМИ, граничащей с паникерскими заявлениями времен холодной войны. Другие идут еще дальше. Они хвалят Путина за его активные и жесткие действия и за яростное отстаивание национальных интересов России. Икона консерваторов Пэт Бьюкенен (Pat Buchanan) недавно задал вопрос о том, не слишком ли это — сравнивать Путина с Гитлером, и вполне естественно выступил на защиту путинской политики против геев. Автор из American Conservative Род Дреер (Rod Dreher) соглашается с Бьюкененом, а бывший мэр Нью-Йорка Руди Джулиани (Rudy Giuliani) хвалит российского президента, заявляя, что это «тот человек, каких зовут лидерами». Даже Сара Пэйлин (Sarah Palin), как известно, смотрящая на Россию из окна своей кухни на Аляске, и та в 2008 году посчитала путинское вторжение на Украину неизбежным. Но хотя мнения этих людей остаются в основном без комментариев, Коэна подвергли всеобщему осмеянию, назвав апологетом Путина. А вот бывший спикер палаты представителей Ньют Гингрич (Newt Gingrich) его поддержал (кто бы мог подумать!). Коэн говорит, что он - истинный американский патриот, а те, кто призывает президента Барака Обаму и Евросоюз выступить против русских в Крыму, являются угрозой для нашей национальной безопасности. Коэн — это один из главных в США ученых специалистов по России. Он был советником президента Джорджа Буша-старшего по СССР, вел курс по России в Принстонском и Нью-Йоркском университетах, написал восемь книг по современной российской истории, а также он публикует свои статьи в Washington Post,Reuters и других средствах массовой информации. — Что вы думаете о тех, кто называет вас апологетом Путина? — Для тех, кто меня охаивает, у меня двоякий ответ. Реальность такова, что я единственный американский патриот среди тех людей, которые нападают на меня. Я патриот американской национальной безопасности. Пока все это не началось, Путин был нашим лучшим потенциальным партнером в мире в делах национальной безопасности США. Процитирую строку из статьи, которую я написал много лет назад: «Американская национальная безопасность по-прежнему проходит через Москву». Обескураживает то, что мы увидели это в Сирии в августе, когда Путин буквально спас Обаму на посту президента. Когда Обама оказался в западне и не захотел нападать на Дамаск, он не мог заручиться поддержкой своей собственной партии и конгресса. Путин предоставил ему Асада и химическое оружие. Путин и [министр иностранных дел России] Лавров, находясь в тени, подталкивали Иран к диалогу с Соединенными Штатами, потому что от Обамы требовали напасть и на Иран тоже. И это - не говоря о том, что Россия обеспечивает перевозку 60 процентов материально-технических средств для нужд НАТО и американских войск, воюющих в Афганистане. Но проблема в том, что если кто-то скажет о России то, что думает, ему надо готовиться к оскорблениям со стороны других людей. В почте я обычно получаю сообщения следующего рода: «Сколько вам платит Кремль?» Поверьте мне, недостаточно. — А раньше вас называли апологетом Путина? — Я уже проходил через это, потому что стар, и это было во времена холодной войны. Тогда спор шел о том, каковы оптимальные подходы к Советскому Союзу. Надо ли нам работать над «разрядкой», как это тогда называлось, то есть, создавать области сотрудничества, которые смягчают конфликты, чтобы никто не применял ядерное оружие. Страсти в те дни разгорались нешуточные, и по сути дела, в стране шла травля прогрессивных элементов. Нас называли прокоммунистическими силами или просоветскими, или прокремлевскими, а еще апологетами. Но разница заключалась в том, что на нашей стороне была организация под названием Американский комитет за согласие между Востоком и Западом. Это была своего рода лоббистская группа, члены которой говорили с конгрессменами, с президентами и с редакторами различных изданий. Был Дональд Кендалл (Donald Kendall) из компании Pepsi Co., был Том Уотсон (Tom Watson), возглавлявший в то время IBM, и был Джордж Кеннан (George Kennan) [автор американской послевоенной политики сдерживания Советского Союза], который действовал очень живо и активно. Так что в этом участвовало множество очень известных консервативных людей. В этой группе не было четкого разделения на левых/правых/консерваторов/либералов. Так что если кто-то хотел назвать меня антиамериканцем, то в этом случае и руководителя IBM тоже следовало так назвать? В 90-х годах, когда Клинтон начал продвигать НАТО в сторону России, я начал предупреждать всех, что это приведет к тому, к чему привело. Я писал об этом не только в Nation, но и в Washington Post, и в своих книгах. Я писал, что если мы будем поступать таким образом, то уподобимся Пакману из одноименной компьютерной игры, который идет с запада на восток и пожирает все на своем пути, пока не упрется в границу России. Мы уперлись в границу России при Буше, потому что прибалтийские республики вступили в НАТО. Затем у нас был тот эпизод в Грузии в 2008 году, потому что там мы перешли красную черту. И мы перешли ее на Украине. Я не понимаю, почему люди этого не видят. Если ты в течение 20 лет придвигаешь военный альянс, имеющий политические компоненты, включающий систему противоракетной обороны, включающий неправительственные организации, получающие государственные деньги и глубоко вовлеченные в российскую политику, а также вынашивающий идею революций на границах России, то со временем ты обязательно упрешься в красную линию. И она, в отличие от Обамы, начнет этому противодействовать. Украина для этих людей всегда была вожделенным призом. Они хотели ее заполучить и зашли там слишком далеко. Любой российский лидер, обладающий у себя в стране легитимностью, был бы вынужден сделать то же самое, что сейчас делает Путин. Они бы начали противодействовать. Я говорю об этом, и за это меня называют путинским апологетом. Эти люди не понимают. И им наплевать на национальную безопасность. Поэтому я патриот. Мне небезразлична национальная безопасность. А все, что мы делаем, это старая тактика маккартизма по преследованию прогрессивных сил. — Вы сказали, что Обаме надо было продемонстрировать свою «благодарность Путину», поехав на Олимпиаду. Почему? — Не в этом моя главная мысль, но это то, чему меня учила мать: когда кто-то делает для тебя что-то хорошее, не плюй ему в лицо. Неужели все забыли 11 сентября и Бостон? Я написал, что Обаме следовало поехать на один день в Сочи, встать рядом с Путиным, когда террористы грозили взорвать Олимпиаду, показать, что в борьбе с международным терроризмом они стоят плечом к плечу. Это был бы фантастический пример лидерства, однако он [Обама] просто ужом извивался в этом вопросе с геями и не смог так поступить. А теперь меня обвиняют в том, что я против геев. Я говорю, что нам нужен единый фронт борьбы с международным терроризмом, который яростно нападает на Россию и дважды наносил удар по нам, в последний раз в Бостоне, а они твердят одно: «Он против геев». Ну что это за разговор? Это безответственные люди. Они ведут себя непатриотично, потому что вешать на людей такие ярлыки - это не по-американски. Такого рода разговоры не принесут пользы американской национальной безопасности. Если они действительно не согласны со мной, пусть опубликуют какой-то материал, где говорится, что Коэн неправ в том и в этом, и что смотреть на это надо так и так. Это было бы здорово. Может, я действительно неправ. Но мне хотелось бы узнать, почему. А если они считают мудрой политикой действия по продвижению НАТО в восточном направлении от Берлина, если они нарушают обещание, данное Горбачеву — что НАТО ни на дюйм не продвинется на восток, а тем более - вплоть до российской границы, то пусть объяснят, почему это такая мудрая политика. Но правду они вам не скажут, потому что правда заключается в том, что они хотят лишить Россию всех сил и средств по обеспечению своей национальной безопасности. Украина — это трофей, но они зашли слишком далеко, и сейчас мы оказались в исключительно опасной ситуации. Исключительно опасной. Это худшая ситуация за всю вашу жизнь. А если у вас есть дети и внуки, то им придется пережить последствия того, что мы наблюдаем сегодня. И в этом - вина Белого дома, конгресса и Евросоюза. Не Путин это начал. Он этого не хотел. Он очень этого не хотел. И сейчас он действует в ответ. Я не одинок в своем убеждении, просто я говорю от себя. Я предупреждал, что это случится, но меня не слушали. У них есть идеологи на должностях во внешнеполитическом ведомстве типа Майкла Макфола [бывший посол США в России]. Он - идеолог, а не дипломат. Если вы будете назначать таких людей на основные политические посты, и будете давать такие рекомендации президенту... Знаете, что сегодня сказала Хиллари Клинтон? Она приравняла Путина к Гитлеру. И эта женщина хочет быть президентом США. Прекрасные же у них будут беседы, если ее выберут. Но как можно вести переговоры с Гитлером? А потом она заявила, что конечно, надо снизить напряженность и приступить к переговорам. Если так, не называй его Гитлером. Если не можешь расставить все по местам, не надо стремиться в президенты. Даже Обама сказал, что Путин ведет себя как некий испорченный ребенок, слоняющийся по классу. Недостойно президенту США говорить такие вещи. Не могу припомнить, чтобы хоть кто-то говорил так о советских руководителях. Мы не любили Брежнева, потому что нам не нравилась его политическая система, но в этом не было ничего личного. Никсон с Брежневым ладил просто чудесно. Они испытывали симпатии друг к другу. Путин, между прочим, самый последовательный руководитель 21-го века (последовательный не значит хороший или плохой). Он находится у власти 14 лет. Он возвышается над всеми остальными. Единственный, кто может составить ему компанию, это Меркель. Три последних американских президента были неудачниками во внешней политике, были поджигателями войны. Можно подумать, что здесь присутствует некий элемент зависти: Путин очень успешно представляет интересы своей страны, а наши президенты все портят. Одна провальная война за другой. Именно так думают русские, между прочим. Я был в России в декабре, и меня спросили: почему, почему они так нападают на Путина? Они что, завидуют? Мне пришлось сделать паузу и задуматься. Я не знаю. Может, так оно и есть. Но здесь есть один важный момент. В демократии из кризисов выбираются посредством диалога. А в нашей стране нет никакого диалога. Есть лишь эти люди, твердящие, что Путин бредит. И что в этом нового? Он что, действительно бредит? Нет. Бредят те, кто называет его Гитлером. Если он Гитлер, то сегодня у нас Мюнхен. А если сегодня Мюнхен, то завтра нам придется начинать войну, ведь так? Они думают хотя бы на шаг вперед? Нет. Они оказались в тисках этого безумного синдрома и заявляют, что более злобного человека, чем Путин, мы в жизни не видели. Но все, что он сделал для них оскорбительного, это поднял Россию с колен. Мы любили Ельцина, потому что он был вечно пьян и со всем соглашался. И вот в России появился трезвый человек, защищающий ее интересы — правильно он их видит или нет. Именно так должны поступать наши национальные лидеры. А дипломаты должны сидеть и со всем этим разбираться. — Вы говорите, что Путин защищает национальные интересы — правильные они или нет. Но исключает ли это действия со стороны США, если США определят, что они неправильные? — Об этом мы ведем дебаты. Но я по этому поводу сказал бы следующее. Имеет ли Россия вообще какие-то легитимные национальные интересы на своих границах? Дело в том, что существует неявное допущение, будто таких интересов у нее нет, даже в Крыму. Но если начинать с такой позиции, это изначально ни к чему не приведет, ибо у каждого государства, даже у маленького - и в особенности у великого государства - есть такие интересы. Поэтому я использую следующую аналогию, хотя она не идеальна. Скажем, завтра Россия внезапно начнет демонстрировать свою мощь — политическую, экономическую — в Канаде, прямо на нашей границе, а также в Мексике. Мы что, в этом случае просто скажем: «Ладно, у каждого народа есть право решать свою будущую судьбу?» Неужели так и скажем? Но если мы заявляем, что Россия должна убраться из Крыма, что само по себе нелепо, то как насчет Гуантанамо? Это возведенный в абсолют двойной стандарт. Я не знаю, почему они так думают: потому что глупы, потому что лживы, или потому что просто запутались. Мой главный тезис заключается в том, что не Путин, а мы умудрились передвинуть рубеж новой холодной войны прочь от Берлина, где было небезопасно. Это мы придвинули его прямо к границам России. Может, это и не железный занавес, но Берлин был разделен 45 лет. А сейчас мы перемещаем этот рубеж прямо на территорию расколотой Украины. А Украину раскололи Бог и история, но не Путин. — Вы считаете, что нет абсолютно никаких оснований говорить о том, что это неправильно, когда Россия осуществляет военное вмешательство на Украине? — Мы не знаем, вошел Путин в Крым или нет. Мы фактически не знаем этого. Мы говорим о «фактах», исходящих из Киева, а в них масса дезинформации. — Вы думаете, что это не Путин? — Нет, нет, я не это имею в виду. Мы не знаем. Мне кажется, что я знаю, однако я не располагаю фактами. А как ученый, я придерживаюсь того, что знаю. Похоже, что в Крыму сосредоточилось около 9000 российских военнослужащих. Они патрулируют улицы, охраняют здания. У них там есть военно-морская база. Так что по закону, по контракту Россия имеет полное право находиться там. У них там есть пехота, защищающая стратегические объекты. Я думаю, что по Крыму перемещаются войска, взятые с крымской военно-морской базы. Я не знаю, направили ли они войска через российско-крымскую границу. Поэтому, если мы хотим использовать слово «вторжение», надо иметь точную информацию. Да, Путин что-то сделал. Он мобилизовал находящиеся там войска. В этом нет сомнений. Возможно, он и нарушил условия контракта с Украиной по вопросу перемещения войск на военно-морской базе. Такое может быть. Но слышали ли вы эту историю про снайперов? — Да, слышала. — Все обвиняли Януковича, что он использовал снайперов, которые убивали людей на киевском Майдане. Я тогда сказал: откуда вы знаете, кто кого убивает? Откуда мы можем об этом знать? Я сказал, надо подождать. А теперь стало очевидно, что сказал эстонский министр иностранных дел министру иностранных дел Евросоюза. Он сказал, что это были не снайперы Януковича, а снайперы из правого движения, действующего на улицах, что это была провокация. Но я не знаю, правда ли это. Если окажется, что правда, сможем ли мы развернуть события вспять? Сможем ли мы сказать, что Янукович легитимен и прав? Сможем ли мы вернуть его в Киев? Нет, поезд уже ушел. Когда такие люди, как я, предлагают сначала рассмотреть факты, а уже потом принимать решения, нам говорят: «Вы апологеты Путина!» — Но протесты на Украине все равно имели место, независимо от того, действовали эти снайперы по указанию Януковича или нет. — В ноябре и в декабре это были очень мирные протесты. А Джон Маккейн поехал туда и встал рядом с одним из фашистских лидеров, и даже обнял его. Он не знал, кто это такой. А Виктория Нуланд [заместитель госсекретаря по европейским и евразийским делам], как мы теперь знаем, планировала заговор по свержению правительства. У нас теперь есть пленка, на которой она говорит американскому послу, как американцы будут формировать новое правительство. Это называется государственный переворот. Януковича избрали законно. Все заявили, что выборы были честные. — Видите ли вы какие-то плюсы в протестах? — Конечно. Но позвольте развернуть все это другой стороной. Скажем, партия чаепития говорит, что Обама со своей программой Obamacare нарушил американский закон и конституцию. Она окружает Белый дом. Чайные партийцы бросают бутылки с бензином в охрану Белого дома. Обама бежит, и партия чаепития ставит во главе Белого дома Теда Круза (Ted Cruz). Вы назовете это демократией? А на Украине какая демократия? Кстати, почему они не могли подождать? До очередных президентских выборов оставался один год. Почему Вашингтон и ЕС не сказали "нет"? Мы же демократические страны, мы так не поступаем. Мирные протесты - это все, что нам нужно. Но коктейли Молотова мы в полицейских не бросаем, потому что, если бы начали бросать в какой-нибудь демократической столице, полиция открыла бы огонь. Посмотрите, что они сделали в Лондоне. Посмотрите, что они сделали в Греции. Посмотрите, что мы сделали на Уолл-стрит с движением Occupy. Они даже не проявляли никакого насилия, а мы их избивали и поливали перцовым газом. Вот как мы поступали. Мы считаем, что люди имеют полное право на мирный протест. Они получают разрешение, идут на улицу и могут стоять там, пока не пойдет снег. Это их право — если они не препятствуют дорожному движению. Но они не могут швырять бутылки с зажигательной смесью в полицейских. Это правило действует в любой стране, в любой демократии. Но мы вдруг начинаем считать, что в Киеве можно так поступать. Они же борцы за свободу. Итак, демократически избранный президент Янукович бежит, а в Киеве появляется правительство, не обладающее юридической легитимностью ни по нормам украинского, ни по нормам международного права. А нам говорят, что это правительство — образец добродетели. А еще есть парламент, где они распугали большинство депутатов, представляющих правящую партию. И этот парламент начинает принимать бредовые законы. Туда отправился [госсекретарь Джон] Керри и попытался урезонить их, и как мне кажется, он сделал это, потому что эти люди отреклись от своих обещаний. Потому что сейчас хвост виляет собакой. — Вы говорили о том, что американские средства массовой информации неверно представляют некоторые аспекты России, включая ситуацию с гомосексуалистами в этой стране. Каким образом СМИ неверно представили наступление на права геев? — Что ж, СМИ не знают истории. В советской России гомосексуализм считался преступлением. Когда я жил в России в 70-е и 80-е годы, наши друзья-геи жили в страхе, опасаясь арестов. Они находились даже не в чулане, их опустили до уровня подвала. В 1993 году Россия вывела гомосексуализм из разряда уголовно наказуемых деяний. После этого геи стали появляться на публике. Не так, как здесь — ну, вы понимаете. Затем они стали обращаться за разрешениями на проведение гей-парадов, и городские власти отреагировали на это очень негативно. Почему? Россия - это страна традиций. Все данные опросов показывают, что примерно 85 процентов россиян считают гомосексуализм либо болезнью, либо сознательным выбором. Вы и я — мы скажем, что это ужасно. Как можно быть такими примитивными? А я скажу вам, как. Именно так думали люди и в США в моем детстве, когда я жил в Кентукки и в Индиане. И даже когда я приехал в Нью-Йорк в 1960-х годах. Что изменило такое отношение? Просвещение. Геи боролись за свои права. Это была длительная борьба. Но даже сегодня у нас есть восемь или девять штатов, где законы в отношении геев более репрессивные, чем в России. Российский закон был глупым законом, потому что прежде всего он неосуществим. Во-вторых, этот закон провоцирует гомофобию. Но факт остается фактом. В России отсутствует широкое общественное мнение в поддержку прав геев. Отсутствует абсолютно. Его не было там ни 30, ни 40 лет назад. Я не припомню ни одного русского, кто приехал бы к нам в США и начал рассказывать американским геям, как надо бороться за свои права. Я вырос на юге, где была сегрегация. Я не припомню ни одного русского, кто приехал бы туда и начал учить чернокожих, как надо бороться за свои права. Это всеобщее правило. Либо ты борешься за свои права у себя в стране и получаешь их, либо не получаешь. А мы просто усугубили положение [геев в России]. Как говорят мои друзья-геи из России, «вчера я был просто гомосеком, а сейчас я американский гомосек». Мы ухудшили ситуацию для геев. Это вам скажут многие разумные и политически сознательные российские гомосексуалисты. — Вы думаете, что американское вмешательство ухудшило положение геев в России? — Не думаю, а знаю. Я могу назвать вам фамилии российских законодателей, которые говорили мне, что хотят избавиться от этого закона, хотят побеседовать об этом с Путиным. Но это невозможно сделать, если превращать данный вопрос в очередную баррикаду, разделяющую Америку и Россию. Вы думаете, ситуация на Украине пойдет на пользу российским геям? — Но положение гомосексуалистов в России - просто отчаянное. Мы видели немало сообщений на эту тему. — А я и не говорил, что у них все прекрасно. Но почему это нас должно волновать? Мы что, сформируем бригаду и отправим ее туда освобождать российских геев? Будь ты чернокожим, евреем, геем или мусульманином, в нашей стране ты обретаешь права, когда борешься за них. Именно так работает демократия. И почему это Америка должна отправляться туда и разбираться с проблемой геев, если 85 процентов россиян считают, что у них не должно быть никаких прав? Они должны бороться у себя дома, и большинство разумных геев понимают это. В нашей стране такое случалось неоднократно. Кстати, пока мы не скатились в лицемерие, я напомню данные из New York Times о том, что насильственные действия против геев в Нью-Йорке в 2013 году выросли вдвое по сравнению с 2012 годом. Может, нам надо сначала навести порядок на своих улицах? — Как вы считаете, какова цель тех людей, которые вас критикуют? — Это своеобразная форма цензуры. Я знаю людей из американских университетов, которые думают так же, как и я. Но они боятся высказываться, и я стыжу их за это. В нашей стране нечего бояться. Бояться надо в России. Но здесь, что они могут с нами сделать? Хотя могут. Ты не получишь хорошую работу, о которой мечтал, ты можешь не получить повышение. Тебя начинают очернять, на тебя вешают ярлыки. Они хотят заткнуть мне рот. Мне звонят и угрожают. Я бы не стал придавать им особого значения, списав это на глупость людей, однако я слишком одинок. Мне нужны другие люди, вышедшие из политического чулана. Мы оказались на грани войны с Россией. Сейчас многие понимают, что все зашло слишком далеко. Даже [лидер сенатского большинства] Гарри Рид (Harry Reid) - и тот сказал позавчера, что нам надо немного остыть и подумать. Молодец, Гарри Рид. Сенатор Рэнд Пол (Rand Paul) заявил, что нам надо задать себе вопрос, а не способствовали ли мы сами всему этому. Я едва со стула не упал позавчера вечером на передаче CNN. Я говорил им то же самое, что сейчас говорю вам, что это мы давили на русских, что это мы несем тяжкое бремя ответственности. Путина нельзя назвать невиновным, но мы из всего этого не выберемся, если не возьмем на себя часть вины. Сказав это, я подумал, что сейчас меня отстегают кнутом. И знаете, что сказал [бывший член палаты представителей] Ньют Гингрич? «Я согласен с профессором Коэном». [Примечание редактора: в расшифровке передачи Гингрич говорит, что в словах профессора Коэна «есть много правды».] Он сказал, что мы переоценили себя, что мы ведем себя неразумно с Россией. Нам надо думать о том, что мы собираемся делать. Я едва не заплакал, и удержался лишь потому, что был на телевидении. Для меня это стало спасательным кругом. — А вы не думаете, что он сказал это, дабы получить какие-то доводы против Обамы? — Да, вы правы. Они часто нападают на Обаму, говорят, что это он все создал — из-за Сирии и всего прочего. Но это полная ерунда. Знаете, почему Гингрич сказал это? Потому что он - образованный человек. Он историк. Он мыслит историческими категориями. Он умен. И у него сейчас нет президентских амбиций. Так что в этот раз он говорил от сердца. — А что вы думаете о Pussy Riot? — Кто-то провел исследование. В 82 странах их бы казнили за то, что они сделали. Не знаю, что бы произошло, выступи они в соборе Святого Патрика [в Нью-Йорке]. 15 лет назад одна молодая пара пришла в собор Святого Патрика, сняла одежду и занялась там сексом. Их арестовали. Не знаю точно, что было с ними потом. Одна из проблем России состоит в том, что у них мало административной юстиции, которая может дать условный срок, оштрафовать нарушителя или заставить его смывать граффити в метро. Она существует, но ее надо развивать, потому что многих людей вообще не следует сажать в тюрьму, им надо давать условный или испытательный срок. России надо реформировать свою правовую систему. Когда это произошло, вся страна выступила против Pussy Riot. Когда их отправили в тюрьму, люди смягчились и сказали: «Бедные девчонки. Они вроде бы и неплохие». Знаете, чем они занимались до тюрьмы? Они приходили в супермаркет, раздевались, ложились на спину, разводили ноги в стороны и засовывали себе во влагалище замороженных цыплят. А ведь в магазине были люди с детьми. Но российские власти ничего не делали. Они их не арестовывали. Pussy Riot сделали нечто очень забавное. Не помню где - в Москве или в Санкт-Петербурге - есть разводной мост. Так они нарисовали на нем пенис, и когда мост развели, это пенис поднялся. Довольно забавно и смешно. Это была умная идея. Но потом они пошли в самый святой храм в России, который в 30-е годы был взорван по приказу Сталина (а потом восстановлен). И они пели не просто о том, что Путин плохой. Они потом почистили свою песню, прежде чем запускать ее в интернет. Там были элементы грязной порнографии и копрологии. Это плохая оппозиционная политика. Первоисточник: newsweek.com Перевод: inosmi.ru  

01 ноября 2013, 16:09

Валютные свопы навсегда!

Шесть основных центральных банков мира заявили, что сделают соглашения о валютных свопах постоянными как "разумную поддержку ликвидности" на случай будущих глобальных финансовых трудностей. Банк Японии, Федеральная резервная система США, Европейский центральный Банк, Банк Англии и Центральные банки Канады и Швейцарии конвертируют "временные двусторонние своп соглашения" в постоянные договорённости, которые "будет оставаться в силе до дальнейшего уведомления". ... "Мы решили сделать их постоянными, чтобы избежать неопределённости, так как они истекали в феврале следующего года" - заявил Курода на пресс-конференции. "Мы не планируем расширить число своп-соглашений за пределы шести центральных банков". (Рейтер*) До 2011 г. неограниченные свопы между центробанками открывались на срок 7 дней. В декабре 2011 появились трёхмесячные свопы. Тогда ФРС поддержала LTRO-1 - первую эмиссию ЕЦБ в полтриллиона евро (Согласованная эмиссия: бомба!) трёхмесячными свопами на общую сумму в 100 млрд долл. Сложно представить, как упал бы курс, если бы избыточное евро вышло на валютный рынок при неизменном предложении долларовых объёмов. Спасибо ФРС... Поэтому декабрь 2011 года я считаю началом согласованной эмиссии. Смысл неограниченных своп-операций в том, что любые астрономические суммы могут проходить между центробанками, минуя валютный рынок. Поэтому эпоха независимых игроков, способных повлиять на курс одной из резервных валют ЦБ-6, завершена. Более того, завершена эпоха свободно-конвертируемых валют, потому что главным свойством СКВ есть свободное рыночное формирование курса. По сути, эта шестёрка резервных валют являет собой неофициальную глобальную валюту (подробнее: Согласованная эмиссия = глобальная валюта), колебания между составными которой ограничены коридором, о котором центробанки не хотят и не могут сообщить, ибо придётся признать существование сговора в обход правительств и парламентов. Разумеется, негласный коридор не может быть вечным, он подлежит коррекции время от времени - вероятно, с периодичностью полгода-год. Если бы внутри ЦБ-6 не было установленных коридоров, то начался бы хаос... Но произошло прогнозируемое - волатильность валют с 2011 года снизилась в разы.  Странам БРИКС следовало бы взять пример с ЦБ-6, отбросив бюрократически-непродуктивную идею собственной единой валюты - см. Оперативная программа обороны БРИКС в валютной войне - материал был републикован новостным агрегатором официального сайта МИД РФ. Фраза Куроды, что постоянные неограниченные свопы не выйдут за рамки ЦБ-6, говорит очень много: Китай, несмотря на многочисленные своп-соглашения (все они лимитированы) с другими центробанками, уже не войдёт в согласованную эмиссию с резервными валютами. Хотя некоторые подозрительные предпосылки для этого были. Фракция глобалистов (в том числе МВФ), выступающая за глобальную валюту (ГВ) на базе стран G-20, уступила ещё одну позицию фракции, продвигающей ГВ на базе валют ЦБ-6. В общем, если бы центробанки могли говорить прямо, то сказали бы так: "Печатаем вместе. Обесцениваемся вместе. Понадобится, тонуть будем тоже вместе. Если только нам не помешают маргиналы навроде венгерского Виктора Орбана, американского Рона Пола или французской Мари Ле Пен. _______________ * getlost - спасибо за сообщение.  

01 ноября 2013, 16:09

Валютные свопы навсегда!

Шесть основных центральных банков мира заявили, что сделают соглашения о валютных свопах постоянными как "разумную поддержку ликвидности" на случай будущих глобальных финансовых трудностей. Банк Японии, Федеральная резервная система США, Европейский центральный Банк, Банк Англии и Центральные банки Канады и Швейцарии конвертируют "временные двусторонние своп соглашения" в постоянные договорённости, которые "будет оставаться в силе до дальнейшего уведомления". ... "Мы решили сделать их постоянными, чтобы избежать неопределённости, так как они истекали в феврале следующего года" - заявил Курода на пресс-конференции. "Мы не планируем расширить число своп-соглашений за пределы шести центральных банков". (Рейтер*) До 2011 г. неограниченные свопы между центробанками открывались на срок 7 дней. В декабре 2011 появились трёхмесячные свопы. Тогда ФРС поддержала LTRO-1 - первую эмиссию ЕЦБ в полтриллиона евро (Согласованная эмиссия: бомба!) трёхмесячными свопами на общую сумму в 100 млрд долл. Сложно представить, как упал бы курс, если бы избыточное евро вышло на валютный рынок при неизменном предложении долларовых объёмов. Спасибо ФРС... Поэтому декабрь 2011 года я считаю началом согласованной эмиссии. Смысл неограниченных своп-операций в том, что любые астрономические суммы могут проходить между центробанками, минуя валютный рынок. Поэтому эпоха независимых игроков, способных повлиять на курс одной из резервных валют ЦБ-6, завершена. Более того, завершена эпоха свободно-конвертируемых валют, потому что главным свойством СКВ есть свободное рыночное формирование курса. По сути, эта шестёрка резервных валют являет собой неофициальную глобальную валюту (подробнее: Согласованная эмиссия = глобальная валюта), колебания между составными которой ограничены коридором, о котором центробанки не хотят и не могут сообщить, ибо придётся признать существование сговора в обход правительств и парламентов. Разумеется, негласный коридор не может быть вечным, он подлежит коррекции время от времени - вероятно, с периодичностью полгода-год. Если бы внутри ЦБ-6 не было установленных коридоров, то начался бы хаос... Но произошло прогнозируемое - волатильность валют с 2011 года снизилась в разы.  Странам БРИКС следовало бы взять пример с ЦБ-6, отбросив бюрократически-непродуктивную идею собственной единой валюты - см. Оперативная программа обороны БРИКС в валютной войне - материал был републикован новостным агрегатором официального сайта МИД РФ. Фраза Куроды, что постоянные неограниченные свопы не выйдут за рамки ЦБ-6, говорит очень много: Китай, несмотря на многочисленные своп-соглашения (все они лимитированы) с другими центробанками, уже не войдёт в согласованную эмиссию с резервными валютами. Хотя некоторые подозрительные предпосылки для этого были. Фракция глобалистов (в том числе МВФ), выступающая за глобальную валюту (ГВ) на базе стран G-20, уступила ещё одну позицию фракции, продвигающей ГВ на базе валют ЦБ-6. В общем, если бы центробанки могли говорить прямо, то сказали бы так: "Печатаем вместе. Обесцениваемся вместе. Понадобится, тонуть будем тоже вместе. Если только нам не помешают маргиналы навроде венгерского Виктора Орбана, американского Рона Пола или французской Мари Ле Пен. _______________ * getlost - спасибо за сообщение.