• Теги
    • избранные теги
    • Компании16
      • Показать ещё
      Страны / Регионы11
      • Показать ещё
      Разное4
      Люди3
      Международные организации1
Славянский Кредит
17 октября 2013, 11:22

Услугами «Золотой короны» можно воспользоваться в банке «Славянский Кредит»

Сервис «Золотая корона - Денежные переводы» и банк «Славянский Кредит» подписали партнерский договор, в рамках которого клиенты кредитной организации получили возможность осуществлять мгновенные денежные переводы. Клиенты «Славянского Кредита» могут совершать денежные переводы «Золотая корона» с начала октября. Тарифы на переводы по России - 1% (но не более 1 тыс. рублей), в страны ближнего и дальнего зарубежья - всего от 0,5% в зависимости от направления.

Выбор редакции
23 мая 2013, 00:00

Банк «Славянский Кредит» автоматизирует внутрибанковскую бухгалтерию

Компании Кворум (ГК Компьюлинк ) и БОСС. Кадровые системы (ГК АйТи ) успешно завершили проект внедрения платформы управления внутрихозяйственной деятельностью БОСС-Банк в банке Славянский кредит . В рамках проекта внедрения БОСС-Банк, разработанный компанией БОСС. Кадровые системы , был интегрирован с автоматизированной банковской системой на базе банковской платформы Quorum. Банк .

13 марта 2013, 19:37

Фашистская украинизация Донбасса: по материалам оккупационной прессы

Иллюстрация - фото оккупированного ХарьковаВладимир КОРНИЛОВ [Spoiler (click to open)]В последнее время складывается устойчивое впечатление, что исторической наукой в нашей стране занимается исключительно Служба безопасности Украины. Все исторические «открытия» обнародуются только на «общественных слушаниях» при СБУ, новые исторические документы печатаются под грифом «рассекречено СБУ», даже немногочисленные исторические выставки устраиваются сотрудниками этой госструктуры, функции которой раньше трактовались несколько иначе. Причем выбор тем этой «исследовательской» работы сравнительно невелик – Голодомор да ОУН-УПА…Казалось бы, столько еще фактически неисследованных тем, «белых пятен» в новейшей истории Украины, что можно было бы как-то разнообразить деятельность «историков» в погонах. Ну, разве не обидно, что прошло столько лет с момента провозглашения независимости Украины – а единственная книга по истории советской украинизации вышла в Москве. [1] А ведь период-то был значительным по своей продолжительности и масштабности. Но если советскую украинизацию 20-30-х годов хотя бы вскользь упоминают, то уж совсем неисследованной темой (о которой даже до сих пор не принято говорить, не только писать научные работы) является тема фашистской украинизации – кампании по насильственному насаждению украинского языка и идеологии украинского национализма в годы германской оккупации в русскоязычных регионах Украины в 40-е годы. Богатый материал для исследователя этой тематики был рассекречен гораздо раньше нынешних «сенсационных изысканий» от СБУ – еще в начале 90-х, когда был снят гриф «секретно» с хранящихся в государственных архивах Украины газет, которые издавались нацистскими пропагандистами на оккупированной территории. Прошло столько лет – а ни одного мало-мальски серьезного исследования этих уникальных документов не было издано в нашей стране. А ведь это – ценнейший материал для того, чтобы изучить историю своего народа не только по ее официальным трактовкам сначала советских, а затем украинских органов госбезопасности. Автор этих строк, еще будучи молодым студентом-историком, в начале 90-х изучивший тысячи страниц рассекреченных пропагандистских материалов, давно собирался опубликовать некоторые выдержки из них. [2]Всем известна мощь геббельсовской пропаганды. Большую роль в пропагандистской деятельности оккупационной прессы отводилось русофобии, провокации национальной розни между русскими и украинцами, что напрямую вытекало из колонизаторской политики нацистов. Например, в «Замечаниях и предложениях по генеральному плану Ост» рейхсфюрера СС Генриха Гиммлера от 27 апреля 1942 года говорилось буквально следующее: «Целью немецкой политики по отношению к населению на русской территории будет являться доведение рождаемости русских до более низкого уровня, чем у немцев. То же самое относится, между прочим, к чрезвычайно плодовитым народам Кавказа, а в будущем частично и к Украине. Пока мы заинтересованы в том, чтобы увеличить численность украинского населения в противовес русским. Но это не должно привести к тому, что место русских займут со временем украинцы. Для того чтобы избежать в восточных областях нежелательного для нас увеличения численности населения, настоятельно необходимо избегать на Востоке всех мер, которые мы применяли для увеличения рождаемости в империи. В этих областях мы должны сознательно проводить политику на сокращение населения». [3] И все эти постулаты претворялись в жизнь, в том числе благодаря тщательно налаженной системе пропаганды. Всего, согласно сообщению в газете «Новое слово» (№ 59 от 26 июля 1942 года), в оккупированных восточных областях к этому времени возникло 140 газет на девяти языках. Издается 7 немецких газет, 15 эстонских, 21 латышская, 11 литовских, 1 польская, 6 белорусских, 18 русских, 60 украинских и 1 татарская. Еще 50 газет, как обещало «Новое слово», должны были открыться в ближайшее время. [4] Немалая часть фашистских газет из этого количества приходилась на оккупированный регион Донбасса, где, по имеющимся данным, выходили следующие периодические издания: «Бахмутский вестник» (г. Артемовск, начало 1942 г.), «Бахмутская газета» (г. Артемовск, 1942-1943), «Голос Донбасса» (г. Горловка, 1941-1944), «Дебальцевский вестник» (начало 1942 г.), «Донецкий вестник» (г. Сталино, 1941-1943), «Донецкая газета» (г. Славянск, 1941 г.), «Константиновские вести» (1941-1943), «Мариупольская газета» (1941-1943), «Новая жизнь» (г. Чистяково, начало 1942 г.), «Снежнянский вестник» (начало 1942 г.), «Украинский Донбасс» (г. Горловка, середина 1942 г.), «Хлебороб» (г. Волноваха, середина 1942 г.), «Шахтинский вестник» (г. Шахты, 1943 г.), «Эхо Приазовья» (г. Мариуполь, 1942-1943), на украинском языке – «Нове життя» (г. Ворошиловград, 1942-1943). [5]Следует не забывать, что основную редакционную работу в оккупационных СМИ, безусловно, выполняли носители украинского и русского языков – в зависимости от языка изданий. Иногда они приходили вместе с фашистами в составе различных «походных групп», иногда нацисты находили их уже на местах из числа украинских националистов, обиженных советской властью. Например, на должность главного редактора «Мариюпольской газеты» (именно так – «Мариюпольской») фашистами был назначен Николай Стасюк, бывший член Генерального секретариата Центральной Рады. При Сталине Стасюк подвергался репрессиям, отсидел символический срок, война застала его на должности сторожа Мариупольского городского сада.Приведу только несколько цитат из работ «жертв» то ли сталинского, то ли гитлеровского режимов. Вот что, к примеру, писал Стасюк в своей газете от 6 сентября 1942 (с вашего позволения, все цитаты я буду давать на языке оригиналов в той самой стилистике, в которой они составлялись пособниками фашистов): «Коли героїчна німецька армія визволила Україну від жидо-більшовиків, то українська культура буйно розцвіла… Українці! Ми завжди повинні пам’ятати, що волю Україні дала героїчна Німецька Армія, що на Україні полягло багато кращих синів Німеччини… Ми повинні пам’ятати, що, як у 1918 р., так і тепер німці були і є нашими найкращими друзями і без Німеччини не може бути і мови про відродження української нації». [6]. Правда, любопытные слова для «антифашиста-подпольщика»? Представляете эдакого мариупольского Олега Кошевого, который прилюдно прославляет фашистов, призывает к сотрудничеству с ними, вносит значительный вклад в пропаганду нацистских идей в массах, а в это время сам со товарищи плетет заговор против прославляемых им нацистов? Вот еще показательная цитатка из Стасюка: «Приходові німців раділи, крім комуністів, на Україні всі народи. Але найбільш раділи українці. В цьому нічого немає дивного. Повалення більшовицької влади в Москві ще не гарантує українцям національної волі. Нова влада в Москві добровільно не зречеться багатих хлібом і копальнями українських земель. Через це українці є не тимчасові союзники, а довговічної постійної прихильники німецької державної політики. Хайль Гітлер!» [7]. Почему-то эти цитаты сейчас не приводятся «историками» в погонах. Думаю, понятно, почему – уж больно не вписываются эти слова в светлый образ антифашистов, который пытаются придать сейчас «украинскому националистическому подполью».Газеты, издававшиеся нацистскими отделами пропаганды при активном пособничестве «украинского националистического подполья» (прошу отметить, не я этих людей так назвал), имели ряд характерных особенностей. Они отмечались яростным антисемитизмом, проповедовали радикальный украинский национализм (заметьте, эту идеологию насаждали у нас люди Геббельса!), превозносили до небес «европейский выбор Украины», под которым подразумевалась служба верой и правдой во благо «великой Германии» и «великого фюрера», и одной из главный задач этих газет была целенаправленная кампания с целью убедить население Украины в его кардинальном отличии от русского народа, насадить враждебность к Москве и России.Украинский интегральный национализм вообще представлял собой разновидность фашизма. К примеру, американский исследователь этого явления Джон Армстронг, изучивший его еще в 1950-е годы, подчеркивал: «Несовместимость таких доктрин с христианскими учениями нельзя было скрыть даже в атмосфере туманного романтизма, распространённого во многих националистических кругах». [8] И далее Армстронг так характеризовал идеологические «ценности» этого движения: «Националистическое кредо строилось на «чистоте» украинского народа. Согласно представлениям лидеров ОУН, эта «чистота» подвергалась угрозе в результате проникновения русского элемента – физической иммиграции русских, которых стало особенно много в киевских бюрократических и интеллектуальных кругах, и русского влияния на украинскую культуру и язык. …Националисты взялись за радикальную «чистку» чуждых аспектов жизни в городе. Некоторые местные украинцы восприняли эту кампанию с энтузиазмом, иногда заходя в её реализации дальше пришельцев. Другие же, хотя и были украинцами по происхождению, привыкли к русскому языку и свободно общались с лицами русского этнического происхождения. Следовательно, процесс «чистки» предполагал во многих случаях серьезное разрушение их привычного образа жизни и социальных отношений». [9]Для реализации этих целей на Украине, включая и ее Юго-Восток, была начата очередная (после советской) массированная кампания украинизации – заметьте, фашистской украинизации! Украинский национализм преподносился жителям оккупированных территорий как «младший брат» германского нацизма. Так, в теоретических материалах о гитлеровской идеологии украинцев призывали вступать в различные националистические организации. Издававшийся в оккупированной Юзовке (немцы именно так называли Сталино, будущий Донецк) «Донецкий вестник», к примеру, оканчивал статью под заголовком «Немецкий национал-социализм и европейские народы» так: «Среди украинского народа действует украинский национализм, который в борьбе за освобождение Украины понес уже столько тяжелых кровавых жертв и которого так панически боялись все враги Украины» [10]. Усилиями оккупационной прессы делались попытки насаждения ксенофобии и антисемитизма. В этом смысле украинская пресса ничем не отличалась от стандартов, принятых в нацистской Германии и хорошо изученных историками. Просто человеконенавистнические теории Гитлера переносились на украинскую почву. Устами «патриотического подполья» во всех бедах украинского народа обвинялись евреи. Отметим, что для доказательств своих антисемитских теорий нацистская пропаганда активно использовала творчество Тараса Шевченко. При этом, конечно же, антисемитизм тесно увязывался с другой насаждаемой линией – русофобией. Некоторые газеты убеждали читателей в том, что «коварная Москва» специально завозила сюда евреев с тем, чтобы «колонизовать украинскую землю» и «поработить украинский народ». А взамен «купцы-евреи на украинских землях вели русификаторскую политику» [11].Также заметим, что на Востоке Украины подобные активными пропагандистами выступили именно западно-украинские националисты (видно, местных «свидомых» коллаборационистов все-таки не хватало). В доказательство сошлемся на один из недавно «рассекреченных» документов, опубликованных, кстати говоря, в Москве. Ведь современные националисты столь истово требуют раскрытия пресловутых «московских архивов». В ориентировке 2-го Управления НКГБ СССР от 28 августа 1944 г. читаем: «В целях распространения своего влияния в восточных областях УССР оуновцы всячески пытались захватить руководящие посты в аппаратах местных самоуправлений, устранить из этих аппаратов лиц русской и других национальностей, а также украинцев, отрицательно относящихся к националистам… Как правило, все оуновские организации в восточных областях УССР возглавлялись оуновцами, прибывшими из западных областей Украины, и строились по структуре ОУН, действующей в этих областях». [12]Постоянно печатались произведения, претендующие на звание «литературных» и носящие откровенно антирусский характер. Вот, к примеру, какой стишок был опубликован в «Мариупольской газете».: «Москво!../В обличчя твоє хамське і зухвале/Ми кидаємо виклик нині:/Гниле твоє кубло розторощимо і спалим/За смерть і голод і руїну!!!…/І на холмах твоїх пустельних, зимних/Уткнем свої прапори переможні; /Вберем твій Кремль в пожарищ дими/А лоб твій втопчем в пил дорожний!!!» [13]. «Геть звідси, на Московщину!.. Ласки таких добрих сусідів мі не потребуємо – давно це кажемо. Знайдемо своє щастя у побратимстві з великим німецьким народом», – писала горловская газета «Український Донбасс» 29 декабря 1941 г., перепечатывая, кстати, воззвание Организации украинских националистов – это к слову о том, поддерживали ли ОУНовцы фашистов и, наоборот, фашисты оуновцев. Директор кожаного завода Константиновки А. Штанько написал в передовице газеты: «Серед нас ще немало осіб з українськими прізвищами, котрі, будучи насичені московським духом, вважають, що українці повинні прощати всі варварські атаки Москви уже тому, що російський народ дав значну кількість видатних людей… Але найкраща й найсвідоміша частина українського народу твердо усвідомила собі, що в вікових стражданнях та недолі нашого народу винуваті перш за все кремлівські володарі чужої нам Москви… Звідси цілком зрозумілі віковічні намагання українців звільнитися від московської азіатчини з тим, щоб Україна стала европейською країною, з европейською культурою та цивілізацією». [14]. Почти сразу после этой статьи Штанько был назначен заместителем бургомистра оккупированной Константиновки.Из газет начала-середины 1943 г., когда фронт уже непосредственно проходил по Донбассу, видно, что фашисты несколько смягчили антирусскую риторику своих пропагандистов, по сути признав провальность русофобской пропаганды на Востоке Украины. Это хорошо видно из «Мариюпольской газеты» от 19 августа 1943 г. Описывая митинг в Юзовке, на который нацисты согнали местных жителей, автор статьи приводит слова некоего пленного советского лейтенанта: «Вы ждете русских… Но не русские, а жиды и коммунисты придут к вам». Как видите, несмотря на два года сплошной русофобской пропаганды, жители Донбасса все равно ждали своих, русских. Именно поэтому значительная часть фашистских газет 1943 г. посвящалась тому, чтобы доказать жителям оккупированной Украины, что в наступающей Красной Армии «вообще не осталось украинцев и русских», а набрана она исключительно из евреев, среднеазиатов, «сибирских народностей» и даже… монголов.Но это было уже в середине 43-го, когда немцы отступали из Восточной Украины. С середины же 1941 г., когда они туда только пришли, вся пропагандистская машина оккупантов была направлена на насаждение украинской националистической идеологии. Любопытно, что для этого активно использовались и петлюровские кадры, и петлюровская символика, и сам Симон Петлюра, которого нацистская пропаганда активно превозносила как «национального героя Украины». Бывший петлюровский сотник Митрофанов (он же был главой константиновских полицаев) написал трогательные воспоминания о Петлюре, обвинил в его смерти, само собой, евреев и Москву, после чего призвал: «Аж ось – час настав! Дивись батьку!.. Знову, як при тобі, золотом сяє Тризуб Святого Володимира на прапорах жовтоблакитних… До зброї, козаки! Помсти! Помсти! – За кров Вождя!» [15]. Трезубцы и сине-желтые флаги активно использовались фактически во всех пропагандистских мероприятиях оккупантов (как это ни пытаются отрицать сейчас). Вот, например, краткое описание празднования «Дня урожая» в Красногоровке – ныне Марьинский район Донецкой обл.: всюду развешены портреты Гитлера, Шевченко и Франко, «флаги двух наций – немецкой и украинской», лозунги: «Слава Вождеві німецького народу Адольфу Гітлеру!», «Хай живе вільна Україна!». Тут же укреплены свастика и трезубец. Два раз пели «Ще не вмерла Україна!» [16]. Подобные же описания различных идеологических собраний можно найти во многих фашистских газетах. С начала 1942 г. оккупационная пресса стала печатать статьи о трезубце как о гербе Украины, чуть ли не символизирующим вассальную зависимость Украины от Германии. «Донецкий вестник» писал: «Герб Украины – трезубец. Знак трезубца первоначально был немецким родовым и дружинным знаком… Теперь Германия возвратила гербу его почетное звание, и он вновь стал главным украинским гербом» [17]. Уже с декабря 1941 г. немцами стали выпускаться стенные трезубцы [18]. В июле 1942 г. «Мариюпольская газета» опубликовала текст гимна «Ще не вмерла Україна!», снабдив его своим комментарием: «Коли могутній Німецький Орел… прогнав геть з України обскублену, задріпану московську гаву и вирвав з її хижих пазурів знедолену чайку Україну,… тоді знову полинули такі рідні, такі енергійно-завзяті звуки українського гімну» [19]. Вскоре в том же Мариуполе немецкое командование распорядилось издать текст этой песни тиражом 500 экземпляров и распространить его по учреждениям. В нескольких номерах «Мариупольской газеты» были опубликованы строгие объявления: «Увага! Всі школи, установи, підприємства повинні мати портрети українського національного поета Т.Г. Шевченка». Тогда же массовыми тиражами стали печататься портреты Шевченко и Гитлера… На центральной улице оккупированной Юзовки была устроена мастерская украинских вышиванок, образцы которых обязательно согласовывались с немецким командованием [20].Оккупационная пресса активным образом публиковала работы теоретиков украинского национализма. Так, печатались свежие работы Дмитрия Донцова антисемитского содержания. «Донецкий вестник», к примеру, перепечатал статью Донцова о «жидо-большевистской национальной политике на Украине». «Литературой, поэзией, кино и театром – всем этим руководили жиды для того, чтобы убить душу украинского народа и привить в нем сознание, что украинская нация, собственно, никогда и не существовала», – писал Донцов [21]. Активно публиковался в оккупационной прессе и другой идеолог украинского национализма, один из основателей ОУН Андрей Мельник. С момента старта кампании по набору «украинских добровольцев» (об этом ниже) фашистская пропаганда часто использует его статьи. Так, в июле 1943 г. ДВ опубликовал периодическую вкладку «Украинский доброволец», в которой помещалась статья Мельника довольно любопытного по современным меркам содержания: «Тільки той, хто правильно зрозумів силу національної єдности, може згуртувати свій нарід і повести на боротьбу за здійснення найкращих ідеалів людства. Такою людиною являється тепер в Німеччині Гітлер… Тепер, коли я дізнався про життя німецького народу, коли зрозумів справжню суть націонал-соціалізму, в мене корінним чином змінився світогляд; я побачив всю правдивість того шляху, яким іде вся Європа» [22]. По-моему, данная статья – наглядное опровержение тиражируемых ныне официальными «историками» мифов о том, что Мельник и его ОУН к 1943 г. уже никакого отношения к нацистам не имели. Как видите, и в 1943 г. Мельник активно работает над набором формирований для немецкой армии из числа «украинских добровольцев», вовсю прославляя национал-социализм и Гитлера.Одним из главных орудий политики фашистской украинизации были планомерно создававшиеся на оккупированных территориях общества «Просвита». Очень показательно в этом смысле сообщение о создании «Просвиты» в Волновахском районе Донецкой области: «Одержано з Волновахської міськкомендатури статут культурного об’єднання «Просвіта». Переведено з німецької мови на українську. Розіслано по всіх селах Волновахського району» [23]. Обращаю внимание на то, что устав «Просвиты» был спущен из комендатуры и переведен с немецкого на украинский! То есть даже писали эти уставы в «Пропаганда штаффель», а не в ОУН! Представители геббельсовских отделов лично посещали учредительные собрания «Просвит» [24].Не надо думать, что украинский народ ждал избавления только от одной составляющей оккупации – от германского национал-социализма. Украинский народ на фронтах и в тылу боролся одновременно и с другой составляющей этого страшного периода – украинским национализмом, насаждавшимся немецкими оккупантами. И победил! Оправдание и героизация проигравших автоматически делает преступниками тех, кто боролся с ними, – то есть украинских же воинов, сражавшихся на фронтах Великой Отечественной с носителями человеконенавистнических идей. Стоит, наверное, задуматься и над потрясающими совпадениями с современностью, на которые постоянно натыкаешься, читая о политике фашистской украинизации, читая материалы геббельсовской пропаганды о необходимости оторвать любой ценой Украину от России, читая украинские газеты 40-х и не видя особых отличий с некоторыми украинскими газетами 21-го века. Если мы уже имеем столько аналогий «европеизации» Украины по нацистскому образцу с нынешней «европеизацией», то, может быть, мы не ту «Европу» решили строить у себя сейчас.

20 ноября 2012, 10:37

Сборник статей о русской интеллигенции» (1909)

Сборник статей о русской интеллигенции» (1909), интеллигенция стала определяться в первую очередь через противопоставление официальной государственной власти.Это давнишний мой пост. Я его репостирую здесь по предложению banguerski_alex. Сначала думал подредактировать,... но потом решил оставить как есть. Так что, как говорится, enjoy, гыгы Интеллигент, интеллектуал – синонимы это, или нет? Что мы имеем в виду, говоря «интеллигентный человек», и что эти слова на самом деле значат? Ниже я попытаюсь развенчать некоторые популярные культурно-семантические мифы по поводу понятия «интеллигенция». Для начала, определимся, что обозначает слово «интеллигенция», и ОТКУДА ОНО ВЗЯЛОСЬ. Латинское слово «intelligentia (intellegentia)» буквально можно перевести как «понимание, познавательная сила, знание» и происходит оно от «intelligens (intellegens)» — «умный, понимающий, знающий, мыслящий».   Intellegere – иметь понятие о чем-либо, происходит от inter (intel) + legere (собирать, читать). История термина кратко описана в Википедии. «Слово интеллигенция появилось в русском и польском языках в первой половине XIX века и представляло собой своеобразную альтернативу слову «дворянство», «аристократия». Из русского оно перешло в другие языки. В современных развитых странах понятие «интеллигенция» употребляется довольно редко. На Западе более популярен термин «интеллектуалы (intellectuals)», которым обозначают людей, профессионально занимающихся интеллектуальной (умственной) деятельностью, не претендуя, как правило, на роль носителей «высших идеалов»». (Википедия) (Примечание. По всему тексту курсив и подчеркивания в цитатах – мои (don_doctor)) А вот что написано в реферате по статье Алана Полларда "Русская интеллигенция: душа России": «Слово "интеллигенция" происходит от латинского intelligentia, означающего "понимание, рассудок, познавательную силу, способность восприятия". Эти значения вовсе не относятся к какой-либо группе людей, а к свойству человеческого ума, и в этом смысле воспроизводятся французским словом intelligence и английским, с тем же написанием, а также немецким Intelligenz. Это русское слово, хотя и предполагающее некоторую образованность, подразумевает определенный тип мышления и чувствования… Такое значение русского слова перешло в другие языки; например, английское слово intelligentsia воспроизводит русское произношение» (эта же мысль, кстати, высказана Вересаевым, (Прим. don_doctor)), «но может относиться и к людям других национальностей с аналогичными нравственными установками. И все же, "интеллигенция" - в основном русское явление». Почему я заостряю внимание на вышеописанном русском генезисе понятия «интеллигенция»? В западных языках (как уже было сказано) давно существует слово «интеллектуал». Интеллектуал – это человек с высокоразвитым интеллектом и - как правило – профессионал умственного труда. Интеллект же – это 1) сама мыслительная способность (как метко сказано у Полларда – свойство ума), а так же 2) уровень умственного развития человека. Интеллектуал, как мы видим - простое, хорошо определенное, прозрачное понятие. Почему, как и, главное, зачем в языке возник еще один термин - интеллигент? Если эти два слова существуют и употребляются одновременно, значит, интеллектуал и интеллигент – уже не одно и то же. Реплику Наталии Латовой из статьи «Интеллигенция» (Энциклопедия «Кругосвет») о том, что «понятие «интеллигент» употреблял еще древнеримский мыслитель Цицерон» оставим на ее совести: употреблять-то он его, может, и употреблял, но В КАКОМ СМЫСЛЕ? Существует распространенное мнение, что слово «интеллигент» ввел в российский обиход журналист П.Д.Боборыкин, который с 1860-х стал употреблять его в массовой прессе. Сам Боборыкин объявил, что он заимствовал этот термин из немецкой культуры. Насчёт «заимствования из немецкой культуры» лично меня терзают сильные сомнения! Например, немец Фихте называет «интеллигенцией» не то, что мы привыкли, а наше представление о вещах (взгляд на вещи), являющееся основанием и обоснованием знания и/или опыта, то, что он называет "яйность" (Ichheit). К тому же Поллард утверждает (и доказывает), что первенство Боборыкина – это вообще обман! Из его статьи следует, что слово «интеллигент» «в литературу ввели в 1868 году, независимо, три выдающихся русских публициста: Николай Васильевич Шелгунов (1824-1891), Петр Никитич Ткачев (1844-1885) и Николай Константинович Михайловский (1842-1904)». По большому счету, не в том суть, когда и кто первым его употребил. Вопрос в самом этом употреблении. Слово «интеллигент», в отличие от «интеллектуал» («умник»), имеет существенно другую коннотацию, настолько другую, что эти два понятия со временем разошлись в совершенно разные стороны, и стали далекими по смыслу! Начнем с того, что слово «интеллигент» было введено в разговорное употребление определенной частью русского общества. По моему глубокому убеждению, это были люди не всегда интеллектуального труда и даже не всегда вообще достаточно интеллектуальные люди. Утверждаю: главное, что их объединяло (и объединяет до сих пор!) – это ПРЕСЛОВУТАЯ ТРЕВОГА О СУДЬБАХ РОССИИ И РУССКОГО НАРОДА. Я не случайно постоянно делаю упор на русском происхождении термина. Для его правильного понимания и употребления очень важно понять – это чисто русский термин, обозначающий чисто русское, ИСТОРИЧЕСКИ, КУЛЬТУРНО И ПОЛИТИЧЕСКИ ОБУСЛОВЛЕННОЕ ЯВЛЕНИЕ, существующее только В ОПРЕДЕЛЕННЫХ ВРЕМЕННЫХ (и прочих) РАМКАХ. Приведу несколько цитат из статьи в Википедии:  «…В странах, отставших в своем развитии, социальная группа лиц интеллектуального труда приобретает особые черты. Лучше других понимая отсталость своей страны, интеллектуалы становятся главными проповедниками ценностей модернизации. В результате у них развивается чувство собственной исключительности, претензии на «высшее знание», которого лишены все остальные. Подобные мессианские черты характерны для интеллектуалов всех стран догоняющего развития, но наиболее сильное развитие они получили в России. Именно этот особый вид интеллектуалов и называют интеллигенцией…» «…Главными признаками российского интеллигента стали выступать черты социального мессианства: озабоченность судьбами своего отечества (гражданская ответственность); стремление к социальной критике, к борьбе с тем, что мешает национальному развитию (роль носителя общественной совести); способность нравственно сопереживать «униженным и оскорбленным» (чувство моральной сопричастности). Благодаря группе русских философов «серебряного века», авторов нашумевшего сборника «Вехи. Сборник статей о русской интеллигенции» (1909), интеллигенция стала определяться в первую очередь через противопоставление официальной государственной власти. При этом понятия «образованный класс» и «интеллигенция» были частично разведены – не любой образованный человек мог быть отнесен к интеллигенции, а лишь тот, который критиковал «отсталое» правительство. Критическое отношение к царскому правительству предопределило симпатии российской интеллигенции к либеральным и социалистическим идеям…» «…Боборыкин настаивал на особом смысле, вложенном им в этот термин: он определял интеллигенцию как лиц «высокой умственной и этической культуры», а не как «работников умственного труда». По его мнению, интеллигенция в России – это чисто русский морально-этический феномен…» Я думаю, общая мысль ясна. Хотя в вышеприведенных цитатах проводится идея о происхождении интеллигентов от интеллектуалов (что, на мой взгляд, неверно), хорошо озвучена другая, главная идея: интеллигенцию от интеллектуалов в первую очередь отличает обязательное наличие мессианского чувства собственной исключительности. Но, обратите внимание, какого свойства эта исключительность: это не умственная (как можно было бы подумать), а морально-нравственная исключительность! Причем же тогда «понимание, познавательная сила, знание»? Ни при чем. Интеллектуальный уровень человека относительно легко проверяем. Зато такая эфемерная штука, как мораль и этика - пойди, измерь моральность и этичность. В свете вышесказанного очень показательна следующая цитата из «Энциклопедии Кругосвет» «Но есть и иной подход, наиболее популярный в русской социальной философии, согласно которому к интеллигенции причисляют тех, кого можно считать нравственным эталоном общества». Понимаете, на что я намекаю? Кто эти ТЕ, КОТОРЫЕ причисляют? Ясно, кто – сама интеллигенция и есть. Интеллигенция сама создала понятие о себе. Это как известная фенька в программировании – компилятор языка программирования пишется на этом языке программирования. Дело в том, что «интеллигенция» – это самоназвание определенной группы людей. Для возникновения и последующего существования этого самоназвания – как и должно быть в случае любого самоназвания - нет никаких объективных причин, оно не «дано свыше», как, например, в случае аксиоматического построения научной теории, а взято «изнутри», а точнее - ИЗ НИОТКУДА. Условно говоря, определенная группа людей, не спрашивая чьего-либо «разрешения», стала называть себя «интеллигенция». Интеллигенция сама определила себя в «нравственный эталон общества», ибо если это сделала не она, то кто? Интеллигент – это тот, кто осознает свою интеллигентность. Рекурсия. Порочный круг. Почему, например, индейцы ХОПИ называют себя «ХОПИ»? Этнологи говорят, что название племени переводится с языка хопи как «правильные люди». Во-первых, пойди, проверь, так ли это на самом деле, не зная этого самого языка хопи. Во-вторых, что такое ПРАВИЛЬНЫЕ? Кто сказал, что у нас, белых европейцев, и у хопи одинаковое представление о ПРАВИЛЬНОСТИ? Что мы вообще знаем о правильности как таковой, и о том, в частности, как её понимают хопи? И вообще, разве только потому, что хопи так себя называют - правильные люди - все хопи объективно являются правильными людьми с нашей точки зрения? К слову сказать, я очень хорошо отношусь к индейцам хопи, и взял их просто для примера :-) Интеллигенция создала миф об объективности понятия «интеллигенция». Ведь в чем штука – нас пытаются убедить, что «интеллигентность» существует САМА ПО СЕБЕ как некий платоновский эйдос, архетип, монада, что она может быть «имманентно присуща» кому-либо, что она чуть ли не «передается на уровне ДНК», и так далее. Качество, объективно обнаруживаемое и измеримое наравне, например, с цветом и запахом. Номен, а не феномен. При слове «интеллигент» я почему-то сразу вспоминаю персонажа из фильма «Неоконченная пьеса для механического пианино», блестяще сыгранного Богатырёвым. Помните про «косарей во фраках»? Очень точный образ. Чтобы точнее понять, что такое «интеллигент», вспомним типичного представителя этой группы людей, Владимира Ульянова, более известного под псевдонимом «Ленин». Избалованный ребенок, неблестящий студент, несостоявшийся юрист, плохой управляющий имением, отвратительный философ, ужасный политик: то, что он натворил в России, говорит само за себя. А ведь это всё – революция, террор, коммунисты - последствия всё той же самой «тревоги о судьбах России и русского народа». Почему бы интеллигенции не оставить в покое народ? Народ, о котором она, интеллигенция, как правило, не имеет ни малейшего понятия. Господа интеллигенты вообще любят рассуждать о том, о чем не знают, их хлебом не корми, дай порассуждать, да еще и поспорить (!) о вещах, в принципе им неведомых. Эти качества имманентно присущи интеллигенции. Вспомните также отвратительное ленинское критиканство, ту мелкую собачью злобу, с которой он набрасывался на Маха и других крупных философов в своей книге «Империализм и эмпириокритицизм». Поэтому вдвойне странно читать в его письмах сентенции типа «Интеллигенция – это говно». Возникновение интеллигенции было обусловлено определенным периодом в истории России. Только в жестких исторических контекстуальных рамках это понятие вообще имеет какой-либо смысл. Интеллигенция – это те русские люди (как правило, культурные, воспитанные и образованные), которые в силу некого «комплекса вины» воспылали противоестественной любовью и жалостью к «хаму грядущему». Восторженные барышни из хороших семей, обеспокоенные «страданиями рабочего класса», захотели «пожалеть бедного мужика». Между прочим, все эти ахи и вздохи не мешали интеллигенции лечиться заграницей, жить в нормальных условиях, нормально питаться и так далее. Однако, «за что боролись, на то и напоролись». Народ (который, кстати, не хотел и не просил, чтобы его благодетельствовали подобным образом) платил интеллигенции соответствующей монетой. «Энтилигент сраный» - вот истинно народная оценка «борцов за права народа». «Наступание на грабли» – любимая русская забава; но, игры в «друга народа» нехорошо пахнут, это уже было, проходили, Мараты-санкюлоты, и закончилось всё массовым применением одного известного технического изобретения месье Гильотэна. Итак, интеллигенция появилась в России как реакция группы людей с определенным складом психики, определенных взглядов, определенного менталитета, наконец, на некие экономические и политические реалии того периода. В этом аспекте я готов рассматривать термин «интеллигенция» как имеющий право на существование: такое понятие имеет хоть какую-то логику происхождения и употребления (этимологии и семантики). И намёк на когнитивную функцию, интеллект как «горе от ума», тут также становится уместным, так как становится понятным происхождение морально-этического аспекта – от разума, от размышлений. Любимое занятие интеллигента – размышлять! Хорошо. До революции всё как-то увязывается, Гегель с Бердяевым, Маркс с Фрейдом, и так далее. Но вот потом всё встает с ног на голову. Хам побеждает. Теперь уже хам не унижен и не оскорблён, он хозяин страны, он гегемон. Хам платит интеллигенции своей хамской монетой, своими оболами. На этом, по идее, «интеллигенция» должна кончиться. Некого жалеть, не о ком тревожиться, да и НЕКОМУ, потому что все жалеющие расстреляны. Но тут на сцену выходит новый филологический монстр - советская интеллигенция. Советская интеллигенция – это нонсенс by definition. Абсурдный термин, который обозначает совершенно непонятно что. Подумайте сами: для такой интеллигенции нет базы. Кому она-то сочувствует? Победившему хаму?   Тем не менее, понятие настолько укоренилось в языке, что выковырять его оттуда сейчас - непростая задача. Ведь, по сути, то, что мы называем «интеллигенция» сейчас – это скорее советская интеллигенция, чем та, дореволюционная. Это видно по характерной оторванности современного понгимания термина от корней, от этимологии, по его выхолощенности - под ним уже нет ни экономической, ни политической, ни культурологической основы, одни только смутные намёки на "блеск и нищету" и "скромное обаяние". Пардон муа, но уже слабо верится. Характерный признак любого нечёткого понятия (термина) –обилие значений, синонимов и эпитетов. Тут у «интеллигенции» всё в порядке: «рабочая», «творческая», «научная», «буржуазная»; «прогрессивная», «передовая», «гнилая», «мягкотелая», «продажная», «рафинированная»; «прослойка», «совесть нации», «узкий круг» и так далее! Это значит, что понятие постепенно было размыто до неузнаваемости. Наберите в поисковой системе слово «интеллигенция» и почитайте статьи – вы будете удивлены: оказывается, под определение «интеллигенция» - при желании - попадает почти всё что угодно. Также характерно придание этому слову негативной либо позитивной коннотации в зависимости он желаний и вкусов говорящего. Интеллигенцию могут клеймить и интеллигенцией могут восторгаться одновременно. И это при том, что интеллигенция дефинирована как «ум, честь и совесть эпохи».   Странно, не правда ли? Что это - главенствование двойной морали, или аморальность современной семантики? Вопросы, вопросы. Вопрос не в том, хороша или плоха интеллигенция: вопрос в том, что же такое - «интеллигенция»! Надеюсь, я убедил вас, что термин «интеллигенция» - это плохо определенный термин. Я бы посоветовал воздержаться от его употребления. Есть слово "интеллект", слово "культура" (хорошее слово, между прочим), есть в конце концов "аристократия духа" - странный термин, но даже он на мой взгляд БОЛЕЕ ПОНЯТЕН и оправдан. Лучше употреблять их, а не "интеллигенция". Бойтесь плохо поределенных терминов, они вносят сумятицу в голову, а это никогда хорошо не заканчивается. Это как та "разруха" из "Собачьего сердца", зараза, которая раз поселившись в головах людей уже не изгоняема из них никакими экзорцистами от лингвистики.   Знаем, плавали. Коннотации замучают.   http://fkinfore.ucoz.ru/news/sbornik_statej_o_russkoj_intelligencii_1909_intelligencija_stala_opredeljatsja/2010-12-29-129   а далее - собственно:   ВѢХИ Сборник статей о русской интеллигенции Москва.- 1909 Роковые особенности русского предреволюционного образованного слоя были основательно рассмотрены в "Вехах" - и возмущенно отвергнуты всею интеллигенцией, всеми партийными направлениями от кадетов до большевиков. Пророческая глубина "Вех" не нашла (и авторы знали, что не найдут) сочувствия читающей России, не повлияла на развитие русской ситуации, не предупредила гибельных событий. Вскоре и название книги, эксплуатированное другою группою авторов ("Смена вех") узко политических интересов и невысокого уровня, стало смешиваться, тускнеть и вовсе исчезать из памяти новых русских образованных поколений, тем более -  сама книга из казенных советских библиотек. Но и за 60 лет не померкли ее свидетельства: "Вехи" и сегодня кажутся нам как бы присланными из будущего. И только то радует, что через 60 лет кажется утолщается в России слой, способный эту книгу поддержать.      Сегодня мы читаем ее с двойственным ощущением: нам указываются язвы как будто не только минувшей исторической поры, но во многом - и сегодняшние наши. И потому всякий разговор об интеллигенции сегодняшней... ... почти нельзя провести, не сравнивая нынешних качеств с суждениями "Вех". Историческая оглядка всегда дает и понимание лучшее. Александр Солженицын [Из статьи "Образованщина", 1974] М.О.Гершензон ПРЕДИСЛОВИЕ Н.А.Бердяев   Философская истина и интеллигентская правда С.Н.Булгаков Героизм и подвижничество. М.О.Гершензон   Творческое самосознание. А.С.Изгоев   Об интеллигентной молодежи Б.А.Кистяковский   В защиту права П.Б.Струве Интеллигенция и революция С.Л.Франк Этика нигилизма. {PAGEBREAK}   М.О.Гершензон ПРЕДИСЛОВИЕ   Не для того, чтобы с высоты познанной истины доктринерски судить русскую интеллигенцию, и не с высокомерным презрением к ее прошлому писаны статьи, из которых составился настоящий сборник, а с болью за это прошлое и в жгучей тревоге за будущее родной страны. Революция 1905-6 гг. и последовавшие за нею события явились как бы всенародным испытанием тех ценностей, которые более полувека как высшую святыню блюла наша общественная мысль. Отдельные умы уже задолго до революции ясно видели ошибочность этих духовных начал, исходя из априорных соображений; с другой стороны, внешняя неудача общественного движения сама по себе, конечно, еще не свидетельствует о внутренней неверности идей, которыми оно было вызвано. Таким образом, по существу поражение интеллигенции не обнаружило ничего нового. Но оно имело громадное значение в другом смысле: оно, во-первых, глубоко потрясло всю массу интеллигенции и вызвало в ней потребность сознательно проверить самые основы ее традиционного мировоззрения, которые до сих пор принимались слепо на веру; во-вторых, подробности события, т. е. конкретные формы, в каких совершились революция и ее подавление, дали возможность тем, кто в общем сознавал ошибочность этого мировоззрения, яснее уразуметь грех прошлого и с большей доказательностью выразить свою мысль. Так возникла предлагаемая книга: ее участники не могли молчать о том, что стало для них осязательной истиной, и вместе с тем ими руководила уверенность, что своей критикой духовных основ интеллигенции они идут навстречу общесознанной потребности в такой проверке.   Люди, соединившиеся здесь для общего дела, частью далеко расходятся между собою как в основных вопросах „веры", так и в своих практических пожеланиях: но в этом общем деле между ними нет разногласий. Их общей платформой является признание теоретического и практического первенства духовной жизни над внешними формами общежития, в том смысле, что внутренняя жизнь личности есть единственная творческая сила человеческого бытия и что она, а не самодовлеющие начала политического порядка, является единственно прочным базисом для всякого общественного строительства. С этой точки зрения идеология русской интеллигенции, всецело покоящаяся на противоположном принципе - на признании безусловного примата общественных форм, - представляется участникам книги внутренно ошибочной, т. е. противоречащей естеству человеческого духа, и практически бесплодной, т. е. неспособной привести к той цели, которую ставила себе сама интеллигенция, - к освобождению народа. В пределах этой общей мысли между участниками нет разногласий. Исходя из нее, они с разных сторон исследуют мировоззрение интеллигенции, и если в некоторых случаях, как, например, в вопросе о ее „религиозной" природе, между ними обнаруживается кажущееся противоречие, то оно происходит не от разномыслия в указанных основных положениях, а оттого, что вопрос исследуется разными участниками в разных плоскостях.   Мы не судим прошлого, потому что нам ясна его историческая неизбежность, но мы указываем, что путь, которым до сих пор шло общество, привел его в безвыходный тупик. Наши предостережения не новы: то же самое неустанно твердили от Чаадаева до Соловьева и Толстого все наши глубочайшие мыслители. Их не слушали, интеллигенция шла мимо них. Может быть, теперь разбуженная великим потрясением, она услышит более слабые голоса.  М. Гершензон   Н.А.Бердяев ФИЛОСОФСКАЯ ИСТИНА И ИНТЕЛЛИГЕНТСКАЯ ПРАВДА   В эпоху кризиса интеллигенции и сознания свих ошибок, в эпоху переоценки старых идеологий необходимо остановиться и на нашем отношении к философии. Традиционное отношение русской интеллигенции к философии сложнее, чем это может показаться на первый взгляд, и анализ этого отношения может вскрыть основные духовные черты нашего интеллигентского мира. Говорю об интеллигенции в традиционно-русском смысле этого слова, о нашей кружковой интеллигенции, искусственно выделяемой из общенациональной жизни. Этот своеобразный мир, живший до сих пор замкнутой жизнью под двойным давлением, давлением казенщины внешней -- реакционной власти и казенщины внутренней - инертности мысли и консервативности чувств, не без основания называют "интеллигентщиной" в отличие от интеллигенции в широком, общенациональном, общеисторическом смысле этого слова. Те русские философы, которых не хочет знать русская интеллигенция, которых она относит к иному, враждебному миру, тоже ведь принадлежат к интеллигенции, но чужды "интеллигентщины". Каково же было традиционное отношение нашей специфической, кружковой интеллигенции к философии, отношение, оставшееся неизменным, несмотря на быструю смену философских мод? Консерватизм и косность в основном душевном укладе у нас соединялись с склонностью новинкам, к последним европейским течениям, которые никогда не усваивались глубоко. То же было и в отношении к философии.   Прежде всего бросается в глаза, что отношение к философии было так же малокультурно, как и к другим духовным ценностям: самостоятельное значение философии отрицалось, философия подчинялась утилитарно-общественным целям. Исключительное, деспотическое господство утилитарно-морального критерия, столь же исключительное, давящее .: господство народолюбия и пролетаролюбия, поклонение народу", его пользе, и интересам, духовная .подавленность политическим деспотизмом, - все это вело к тому, что уровень философской, культуры оказался у нас очень низким, философские знания и философское развитые были очень мало распространены в среде нашей интеллигенции. Высокую философскую культуру можно было встретить лишь у отдельных личностей, которые, тем самым уже выделялись из мира "интеллигентщины". Но у нас было не только мало философских знаний--это беда исправимая,--у нас господствовал такой душевный уклад и такой способ оценки всего, что подлинная философия должна была остаться закрытой и непонятной, а философское творчество должно было представляться явлением мира иного и таинственного. Быть может, некоторые и читали философские книги, внешне понимали про,: читанное, но внутренне так же мало соединялось с миром философского творчества, как и с миром красоты. Объясняется это не дефектами интеллекта, а направлением воли, которая создала традиционную, упорную интеллигентскую среду, принявшую в свою, плоть и кровь народническое миросозерцание и утилитарную оценку, не исчезнувшую и по сию пору. Долгое время у нас считалось почти безнравственным отдаваться философскому творчеству, в этом роде занятий видели измену народу и народному делу. Человек, слишком, погруженный в философские проблемы, подозревался в равнодушии к интересам крестьян и рабочих. К философскому творчеству интеллигенция относилась аскетически, требовала воздержания во имя своего бога--народа, во имя сохранения сил для борьбы с дьяволом -- абсолютизмом. Это народнически-утилитарно-аскетическое отношение к философии осталось и утех интеллигентских направлений, которые по видимости преодолели народничество и отказались от элементарного утилитаризма, так как отношение это коренилось в сфере подсознательной. Психологические первоосновы такого отношения к философии, да и вообще к созиданию духовных ценностей можно выразить так: интересы распределения и уравнения в сознании и чувствах русской интеллигенции всегда доминировали над интересами производства и творчества. Это одинаково верно и относительно сферы материальной, и относительно сферы духовной: к философскому творчеству русская интеллигенция относилась так же, Как и к экономическому производству. И интеллигенция всегда охотно принимала идеологию, в которой центральное место отводилось проблеме распределения и равенства, а все творчество было в загоне, тут ее доверие не имело границ. К идеологии же, которая в центре ставит творчество и ценности, она относилась подозрительно, с заранее составленным волевым решением отвергнуто и изобличить. Такое отношение загубило философский талант Н. К. Михайловского, равно как и большой художественный талант Гл. Успенского. Многие воздерживались от философского и художественного творчества, так как считали это делом безнравственным с точки зрения интересов распределения и равенства, видели в этом измену народному благу. В 70-е годы было у нас даже время, когда чтение книг и увеличение знаний считалось не особенно ценным занятием и когда морально осуждались жажда просвещения. Времена этого народнического мракобесия прошли уже давно, но бацилла осталась в крови. В революционные дни опять повторилось гонение на знание, на творчество, на высшую жизнь духа. Да и до наших дней остается в крови интеллигенции все та же закваска. Доминируют все те же моральные суждения, какие бы новые слова ни усваивались на поверхности. До сих пор еще наша интеллигентная молодежь не может признать самостоятельного значения наук, философии, просвещения, университетов, до сих пор еще подчиняет интересам политики, партий, направлений и кружков. Защитников безусловного и независимого знания, знания как начала, возвышающегося над общественной злобой дня, все еще подозревают в реакционности. И этому неуважению к святыне знания немало способствовала всегда деятельность министерства народного просвещения. Политический абсолютизм и тут настолько исказил душу передовой интеллигенции, что новый дух лишь с трудом пробивается в сознание молодежи[1].   Но нельзя сказать, чтобы философские темы и проблемы были чужды русской интеллигенции. Можно даже сказать, что наша интеллигенция всегда интересовалась вопросами философского порядка, хотя и не в философской их постановке: она умудрялась даже самым практическим общественным интересам придавать философский характер, конкретное и частное она превращала в отвлеченное и общее, вопросы аграрный или рабочий представлялись ей вопросами мирового спасения, а социологические учения окрашивались для нее почти что в богословский цвет. Черта эта отразилась в нашей публицистике, которая учила смыслу жизни и была не столько конкретной и практической, сколько отвлеченной и философской даже в рассмотрении проблем экономических. Западничество и славянофильство -- не только публицистические, но и философские направления. Белинский, один из отцов русской интеллигенции, плохо знал философию и не обладал философским методом мышления, но его всю жизнь мучили проклятые вопросы, вопросы порядка мирового и философского. Теми же философскими вопросами заняты герои Толстого и Достоевского. В 60-е годы философия была в загоне и упадке, презирался Юркевич, который, во всяком случае, был настоящим философом по сравнению с Чернышевским. Но характер тогдашнего увлечения материализмом, самой элементарной и низкой формой философствования, все же отражал интерес к вопросам порядка философского и мирового. Русская интеллигенция хотела жить и определять свое отношение к самым практическим и прозаическим сторонам общественной жизни на основании материалистического катехизиса и материалистической метафизики. В 70-е годы интеллигенция увлекалась позитивизмом, и ее властитель дум -- Н. К. Михайловский был философом по интересам мысли и по размаху мысли, хотя без настоящей школы и без настоящих знаний. К П. Л. Лаврову, человеку больших знаний и широты мысли, хотя и лишенному творческого таланта, интеллигенция обращалась за философским обоснованием ее революционных социальных стремлений. И Лавров давал философскую санкцию стремлениям молодежи, обычно начиная свое обоснование издалека, с образования туманных масс. У интеллигенции всегда были свои кружковые, интеллигентские философы и своя направленская философия, оторванная от мировых философских традиций. Эта доморощенная и почти сектантская философия удовлетворяла глубокой потребности нашей интеллигентской молодежи иметь "миросозерцание", отвечающее на все основные вопросы жизни и соединяющее теорию с общественной практикой. Потребность в целостном общественно-философском миросозерцании -- основная потребность нашей интеллигенции в годы юности, и властителями ее дум становились лишь те, которые из общей теории выводили санкцию ее освободительных общественных стремлений, ее демократических инстинктов, ее требований справедливости во что бы то ни стало. В этом отношении классическими "философами" интеллигенции были Чернышевский и Писарев в 60-е годы, Лавров и Михайловский в 70-е годы. Для философского творчества, для духовной культуры нации писатели эти почти ничего не давали, но они отвечали потребности интеллигентной молодежи в миросозерцании и обосновывали теоретически жизненные стремления интеллигенции; до сих пор еще они остаются интеллигентскими учителями и с любовью читаются в эпоху ранней молодости. В 90-е годы с возникновением марксизма очень повысились умственные интересы интеллигенции, молодежь начала европеизироваться, стала читать научные книги, исключительно эмоциональный народнический тип стал изменяться под влиянием интеллектуалистической струи. Потребность в философском обосновании своих социальных стремлений стала удовлетворяться диалектическим материализмом, а потом неокантианством, которое широкого распространения не получило ввиду своей философской сложности. "Философом" эпохи стал Бельтов-Плеханов, который вытеснил Михайловского из сердец молодежи. Потом на сцену появился Авенариус и Мах, которые провозглашены были философскими спасителями пролетариата, и гг. Богданов и Луначарский сделались "философами" социал-демократической интеллигенции. С другой стороны возникли течения идеалистические и мистические, но то была уж совсем другая струя в русской культуре. Марксистские победы над народничеством не привели к глубокому кризису природы русской интеллигенции, она осталась староверческой и народнической и в европейском одеянии марксизма. Она отрицала себя в социал-демократической теории, но сама эта теория была У нас лишь идеологией интеллигентской кружковщины. И отношение к философии осталось прежним, если "не считать того критического течения в марксизме, которое потом перешло в идеализм, но широкой популярности среди интеллигенции не имело.   Интерес широких кругов интеллигенции к философии исчерпывался потребностью в философской санкции ее общественных настроений и стремлений, которые от философской работы мысли не колеблются и не переоцениваются, остаются незыблемыми, как догматы. Интеллигенцию не интересует вопрос, истинна или ложна, например, теория знания Маха, ее интересует лишь то, благоприятна или нет эта теория идее социализма,: послужит ли она благу и интересам пролетариата; ее: интересует не то, возможна ли метафизика и существуют ли метафизические истины, а то лишь, не повредит. ли метафизика интересам народа, не отвлечет ли от борьбы с самодержавием и от служения пролетариату. Интеллигенция готова принять на веру всякую философию под тем условием, чтобы она санкционировала ее социальные идеалы, и без критики отвергнет всякую, самую глубокую и истинную философию, если она будет заподозрена в неблагоприятном или просто критическом отношении к этим традиционным настроениям, и идеалам. Вражда к идеалистическим и религиозно-мистическим течениям, игнорирование оригинальной и полной творческих задатков русской философии основаны на этой "католической" психологии. Общественный утилитаризм в оценках всего, поклонение "народу"--то крестьянству, то пролетариату,-- все это остается моральным догматом большей части интеллигенции. Она: начала даже Канта читать потому только, что критический марксизм обещал на Канте обосновать социалистический идеал. Потом принялась даже за с трудом перевариваемого Авенариуса, так как отвлеченнейшая, "чистейшая" философия Авенариуса без его ведома и без его вины представилась вдруг философией социал-демократов "большевиков".   В этом своеобразном отношении к философии сказалась, конечно, вся наша малокультурность, примитивная недифференцированность, слабое сознание безусловной ценности истины и ошибка морального суждения. Вея русская история обнаруживает слабость самостоятельных умозрительных интересов. Но сказались тут и задатки, черт положительных и ценных--жажда целостного миросозерцания, в котором теория слита с жизнью, жажда веры. Интеллигенция не без основания относится отрицательно и подозрительно к отвлеченному академизму, к рассечению живой истины, и в ее требовании целостного отношения к миру и жизни можно разглядеть черту бессознательной религиозности. И необходимо резко разделить "десницу" и "шуйцу" в традиционной психологии интеллигенции. Нельзя идеализировать эту слабость теоретических философских интересов, этот низкий уровень философской культуры, отсутствие серьезных философских знаний и неспособность к серьезному философскому мышлению. Нельзя идеализировать и эту почти маниакальную склонность оценивать философские учения и философские истины по критериям политическим и утилитарным, эту неспособность рассматривать явления философского и культурного творчества по существу, с точки зрения абсолютной их ценности. В данный час истории интеллигенция нуждается не в самовосхвалении, а в самокритике. К новому сознанию мы можем перейти лишь через покаяние и самообличение. В реакционные 80-е годы с самовосхвалением говорили о наших консервативных, истинно-русских добродетелях, и Вл. Соловьев совершил важное дело, обличая эту часть общества, призывая, к самокритике и покаянию, к раскрытию наших болезней. Потом наступили времена, когда заговорили о наших радикарльных, тоже истиннорусских добродетелях. В эти времена нужно призывать другую часть общества к самокритике, покаянию и обличению болезней. Нельзя совершенствоваться, если находишься в упоения от собственных великих свойств,--от этого упоения меркнут и подлинно большие достоинства.   С русской интеллигенцией в силу исторического ее положения случилось вот какого рода несчастье: любовь к уравнительной справедливости, к общественному добру, к народному благу парализовала любовь к истине, почти что уничтожила интерес к истине. А философия есть школа любви к истине, прежде всего к истине. Интеллигенция не могла бескорыстно отнестись к философии, потому что корыстно относилась к самой истине, требовала от истины, чтобы она стала орудием общественного переворота, народного благополучия, людского счастья. Она шла на соблазн великого инквизитора, который требовал отказа от истины во имя-счастья людей. Основное моральное суждение интеллигенции укладывается в формулу: да сгинет истина, если от гибели ее народу будет лучше житься, если люди будут счастливее; долой истину, если она стоит на пути заветного клича "долой самодержавие". Оказалось, что ложно направленное человеколюбие убивает боголюбие, так как любовь к истине, как и к красоте, как и ко всякой абсолютной ценности, есть выражение любви к Божеству. Человеколюбие это было ложным, так как не было основано на настоящем уважении к человеку, к равному и родному по Единому Отцу; оно было, с одной стороны, состраданием и жалостью к человеку из "народа", а с другой стороны, превращалось в человекопоклонство и народопоклонство. Подлинная же любовь к людям есть любовь не против истины и Бога, а в истине и в Боге, не жалость, отрицающая достоинство человека, а признание родного Божьего образа в каждом человеке. Во имя ложного человеколюбия и народолюбия у нас выработался в отношении к философским исканиям и течениям метод заподозривания и сыска. По существу в область философии никто и не входил; народникам запрещала входить ложная любовь к крестьянству, марксистам -- ложная любовь к пролетариату. Но подобное отношение к крестьянству и пролетариату было недостатком уважения к абсолютному значению человека, так как это абсолютное значение основано на божеском, а не на человеческом, на истине, а не на интересе. Авенариус оказался лучше Канта или Гегеля не потому, что в философии Авенариуса увидели истину, а потому, что вообразили, будто Авенариус более благоприятствует социализму. Это и значит, что интерес поставлен выше истины, человеческое выше божеского. Опровергать философские теории на том основании, что они не благоприятствуют народничеству иди социал-демократии, значит презирать истину. Философа, заподозренного в "реакционности" (а что только у нас не называется "реакционным"!), никто не станет слушать, так как сама по себе философия и истина мало кого интересуют. Кружковой отсебятине г. Богданова всегда отдадут предпочтение перед замечательным и оригинальным русским философом Лопатиным. Философия Лопатина требует серьезной умственной работы, и из нее не вытекает никаких программных лозунгов, а к философии Богданова можно отнестись исключительно эмоционально, и она вся укладывается в пятикопеечную брошюру. В русской интеллигенции рационализм сознания сочетался с исключительной эмоциональностью и с слабостью самоценной умственной жизни.   И к философии, как и к другим сферам жизни, у нас. преобладало демагогическое отношение: споры философских направлений в интеллигентских кружках носили демагогический характер и сопровождались недостойным поглядыванием по сторонам с целью узнать, кому что понравится и каким инстинктам что соответствует. Эта демагогия деморализует душу нашей интеллигенции и создает тяжелую атмосферу. Развивается моральная трусость, угасает любовь к истине и дерзновение мысли. Заложенная в душе русской интеллигенции жажда справедливости на земле, священная в своей основе жажда, искажается. Моральный пафос вырождается в мономанию. "Классовые" объяснения разных идеологий и философских учений превращаются у марксистов в какую-то болезненную навязчивую идею. И эта мономания заразила у нас большую часть "левых". Деление философии на "пролетарскую" и "буржуазную", на "левую" и "правую", утверждение двух истин, полезной и вредной,-- все это признаки умственного, нравственного и общекультурного декаданса. Путь этот ведет к разложению общеобязательного универсального сознания, с которым связано достоинство человечества и рост его культуры.   Русская история создала интеллигенцию с таким душевным укладом, которому противен был объективизм и универсализм, при котором не могло быть настоящей любви к объективной, вселенской истине и ценности. К объективным идеям, к универсальным нормам русская интеллигенция относилась недоверчиво, так как предполагала, что подобные идеи и нормы помешают бороться с самодержавием и служить "народу", благо которого ставилось выше вселенской истины и добра. Это роковое свойство русской интеллигенции, выработанное ее печальной историей, свойство, за которое должна ответить и наша историческая власть, калечившая русскую жизнь и роковым образом толкавшая интеллигенцию исключительно на борьбу против политического и экономического гнета, привело к тому, что в сознании русской интеллигенции европейские философские учения воспринимались в искаженном виде, приспособлялись к специфически интеллигентским интересам, а значительнейшие явления философской мысли совсем игнорировались. Искажен и к домашним условиям приспособлен был у нас и научный позитивизм, и экономический материализм, и эмпириокритицизм, и неокантианство, и ницшеанство.   Научный позитивизм был воспринят русской интеллигенцией совсем превратно, совсем ненаучно и играй совсем не ту роль, что в Западной Европе. К "науке" и "научности" наша интеллигенция относилась с почтением и даже с идолопоклонством, но под наукой понимала особый материалистический догмат, под научностью особую веру, и всегда догмат и веру, изобличающую зло самодержавия, ложь буржуазного мира, веру, спасающую народ или пролетариат. Научный позитивизм, как и все западное, был воспринят в самой крайней форме и превращен не только в примитивную метафизику, но и в особую религию, заменяющую все прежние религии. А сама наука и научный дух не привились у нас, были восприняты не широкими массами интеллигенции, а лишь немногими. Ученые никогда не пользовались у нас особенным уважением и популярностью, и если они были политическими индифферентистами, то сама наука их считалась не настоящей. Интеллигентная молодежь начинала обучаться науке по Писареву, по Михайловскому, по Бельтову, по своим домашним, кряковым "ученым" и "мыслителям". О настоящих же ученых многие даже не слыхали. Дух научного позитивизма сам по себе не прогрессивен и не реакционен, он просто заинтересован в исследовании истины. Мы же под научным духом всегда понимали политическую прогрессивность и социальный радикализм. Дух научного позитивизма сам по себе не исключает никакой метафизики и никакой религиозной веры, но также и не утверждает никакой метафизики и никакой веры[2]. Мы же под научным позитивизмом всегда понимали радикальное отрицание всякой метафизики и всякой религиозной веры, или, точнее, научный позитивизм был для нас тождествен с материалистической метафизикой и соцйально-революционной верой. Ни один мистик, ни один верующий не может отрицать научного позитивизма и науки. Между самой мистической религией и самой позитивной наукой не может существовать никакого антагонизма, так как сферы их компетенции совершенно разные. Религиозное и метафизическое сознание, действительно отрицает единственность науки и верховенство научного, познания в духовной жизни, но сама-то наука может лишь выиграть от такого ограничения ее области. Объективные и научные элементы позитивизма были нами плохо восприняты, но тем страстнее, были восприняты те элементы позитивизма, которые, превращали его в веру, в окончательное миропонимание. Привлекательной для русской интеллигенции была, не объективность позитивизма, а его субъективность обоготворявшая человечество. В 70-е годы позитивизм, был превращен Лавровым и Михайловским в "субъективную социологию", которая стала доморощенной кружковой философией русской интеллигенции. Вл. Соловьев очень остроумно сказал, что русская интеллигенция всегда мыслит странным силлогизмом: человек. произошел от обезьяны, следовательно, мы должны любить друг друга. И научный позитивизм был воспринято русской интеллигенцией исключительно в смысле этого силлогизма. Научный позитивизм был лишь орудием для утверждения царства социальной справедливости и для окончательного истребления тех метафизические и религиозных идей, на которых, по догматическому предположению интеллигенции, покоится царство зла. Чичерин был гораздо более ученым человеком и в научно-объективном смысле гораздо большим позитивистом, чем Михайловский, что не мешало ему быть метафизиком-идеалистом и даже верующим христианином. Но наука Чичерина была эмоционально далека и противна русской интеллигенции, а наука Михайловского была близка и мила. Нужно, наконец, признать, что "буржуазная" наука и есть именно настоящая, объективная наука, "субъективная" же наука наших народников и "классовая" наука наших марксистов имеют больше общего с особой формой веры, чем с наукой. Верность вышесказанного подтверждается всей историей наших интеллигентских идеологий: и материализмом 60-х годов, и субъективной социологией 70-х и экономическим материализмом на русской почве.   Экономический материализм был так же неверно воспринят и подвергся таким же искажениям на русской почве, как и научный позитивизм вообще. Экономический материализм есть учение по Преимуществу Объективное, оно ставите центре социальной жизни общества объективное начало производства, а не субъективное начало распределения. Учение это видит сущность человеческой истории в творческом процессе победы над природой, в экономическом созидании и организации производительных сил. Весь социальный строй с присущими ему формами распределительной справедливости, все субъективные настроения социальных групп подчинены этому объективному производственному началу. И нужно сказать, что в объективно-научной стороне марксизма было здоровое зерно, которое утверждал и развивал самый культурный и ученый из наших марксистов -- П. Б. Струве. Вообще же экономический материализм и марксизм был у нас понят превратно, был воспринят "субъективно" и приспособлен к традиционной психологии интеллигенции. Экономический материализм утратил свой объективный характер на русской почве, производственно-созидательный момент был отодвинут на второй план, и на первый план выступила субъективно-классовая сторона социал-демократизма. Марксизм подвергся у нас народническому перерождению, экономический материализм превратился в новую форму "субъективной социологии". Русскими марксистами овладела исключительная любовь к равенству и исключительная вера в близость социалистического конца и возможность достигнуть этого конца в России чуть ли не раньше, чем на Западе. Момент объективной истины окончательно потонул в моменте субъективном, в "классовой" точке зрения и классовой психологии. В России философия экономического материализма превратилась исключительно в "классовый субъективизме, даже в классовую пролетарскую мистику. В свете подобной философии сознание не могло быть обращено на объективные условия развития России, а необходимо было поглощено достижением отвлеченного максимума для пролетариата, максимума с точки зрения интеллигентской кружковщины, не желающей знать никаких объективных истин. Условия русской жизни делали невозможным процветание объективной общественной философии и науки. Философия и наука понимались субъективно-интеллигентски.   Неокантианство подверглось у нас меньшему искажению, так как пользовалось меньшей популярностью и распространением. Но все же был период, когда мы слишком исключительно хотели использовать неокантианство для критического реформирования марксизма и для нового обоснования социализма. Даже объективный и научный Струве в первой своей книге прегрешил слишком социологическим истолкованием теории познания Риля, дал гносеологизму Риля благоприятное для экономического материализма истолкование. А Зиммеля одно время у нас считали почти марксистом, хотя с марксизмом он имеет мало общего. Потом неокантианский и неофихтеанский дух стал для нас орудием освобождения от марксизма и позитивизма и способом выражения назревших идеалистических настроений. Творческих же неокантианских традиций в русской философии не было, настоящая русская философия шла иным путем, о котором речь будет ниже. Справедливость требует признать, что интерес к Канту, к Фихте, к германскому идеализму повысил наш философско-культурный уровень и послужил мостом к высшим формам философского сознания.   Несравненно большему искажению подвергся у нас эмпириокритицизм. Эта отвлеченнейшая и утонченнейшая форма позитивизма, выросшая на традициях немецкого критицизма, была воспринята чуть ли не как новая философия пролетариата, с которой гг. Богданов, Луначарский и др. признали возможным обращаться по-домашнему, как с своей собственностью. Гносеология Авенариуса настолько обща, формальна и отвлечен" на, что не предрешает никаких метафизических вопросов. Авенариус прибег даже к буквенной символике, чтобы не связаться ни с какими онтологическими положениями. Авенариус страшно боится всяких остатков материализма, спиритуализма и пр. Биологический материализм так же для него неприемлем, как и всякая форма онтологизма. Кажущийся биологизм системы Авенариуса не должен вводить в заблуждение, это чисто формальный и столь всеобщий биологизм, что его мог бы принять любой "мистик". Один из самых умных эмпириокритицистов, Корнелиус, признал даже возможным поместить в числе преднаходимого божество. Наша же марксистская интеллигенция восприняла и истолковала эмпириокритицизм Авенариуса исключительно в духе биологического материализма, так как "то оказалось выгодным для оправдания материалистического понимания истории. Эмпириокритицизм стал не только философией социал-демократов, но даже социал-демократов "большевиков". Бедный Авенариус и не подозревал, что в споры русских интеллигентов "болышевиков" и "меньшевиков" будет впутано его невинное и далекое от житейской борьбы имя. "Критика чистого опыта" вдруг оказалась чуть ли не "символической книгой" революционного социал-демократического вероисповедания. В широких кругах марксистской интеллигенции вряд ли читали Авенариуса, так как читать его не легко, и многие, вероятно, искренно думают, что Авенариус был умнейшим "большевиком". В действительности же Авенариус так же мало имел отношения к социал-демократии, как и любой другой немецкий философ, и его философией с не меньшим успехом могла бы воспользоваться, например, либеральная буржуазия и даже оправдывать Авенариусом свой уклон "вправо". Главное же нужно сказать, что если бы Авенариус был так прост, как это представляется гг. Богданову, Луначарскому и др., если бы его философия была биологическим материализмом с головным мозгом в центре, то ему не нужно было бы изобретать разных систем С, освобожденных от всяких предпосылок, и не был бы он признан умом сильным, железно-логическим, как это теперь приходится признать даже его противникам[3]. Правда, эмпириокритические марксисты не называют уже себя материалистами, уступая материализм таким отсталым "меньшевикам", как Плеханов и др., но сам эмпириокритицизм приобретает у них окраску материалистическую и метафизическую. Г. Богданов усердно проповедует примитивную метафизическую отсебятину, всуе поминая имена Авенариуса, Маха и др. авторитетов, а г. Луначарский выдумал даже новую религию пролетариата, основываясь на том же Авенариусе. Европейские философы, в большинстве случаев отвлеченные и слишком оторванные от жизни, и не подозревают, какую роль они играют в наших кружковых, интеллигентских спорах и ссорах, и были бы очень изумлены, если бы им рассказали, как их тяжеловесные думы превращаются в легковесные брошюры.   Но уж совсем печальная участь постигла у нас Ницше. Этот одинокий ненавистник всякой демократии подвергся у нас самой беззастенчивой демократизации. Ницше был растаскан по частям, всем пригодился, каждому для своих домашних целей. Оказалось вдруг, что Ницще, который так и умер, думая, что он никому не нужен и одиноким остается на высокой горе, что Ницше очень нужен даже для освежения и оживления марксизма. С одной стороны у нас зашевелились целые стада ницшеанцев-индивидуалистов, а с другой стороны Луначарский приготовил винегрет из Маркса, Авенариуса и Ницше, который многим пришелся по вкусу, показался пикантным. Бедный Ницше и бедная русская мысль! Каких, только блюд не подают голодной русской интеллигенции, и все она приемлет, всем питается, в надежде, что будет побеждено зло самодержавия и будет освобожден народ. Боюсь, что и самые метафизические и самые мистические учения будут у нас также приспособлены для. домашнего употребления. А зло русской жизни, зло деспотизма и рабства не будет этим побеждено, так как оно не побеждается искаженным усвоением разных крайних учений. И Авенариус, и Ницше, да и сам Маркс, очень мало нам помогут в борьбе с нашим вековечным злом, исказившим нашу природу и сделавшим нас столь невосприимчивыми к объективной истине. Интересы теоретической мысли у нас были принижены, но самая практическая борьба со злом всегда принимала характер исповедания отвлеченных теоретических учений. Истинной у нас называлась та философия, которая помогала бороться с самодержавием во имя социализма, а существенной стороной самой борьбы признавалось обязательное исповедание такой "истинной" философии.   Те же психологические особенности русской интеллигенции привели к тому, что она просмотрела оригинальную русскую философию, равно как и философское содержание великой русской литературы. Мыслитель такого калибра, как Чаадаев, совсем не был замечен и не был понят даже теми, которые о нем упоминали. Казалось, были все основания к тому, чтобы Вл. Соловьева признать нашим национальным философом, чтобы около него создать национальную философскую традицию[4]. Ведь не может же создаться эта традиция вокруг Когена, Виндельбанда или другого какого-нибудь немца, чуждого русской душе. Соловьевым могла бы гордиться философия любой европейской страны. Но русская интеллигенция Вл. Соловьева не читала и не знала, не признала его своим. Философия Соловьева глубока и оригинальна, но она не обосновывает .социализма, она чужда и народничеству и марксизму, не может быть удобно превращена в орудие борьбы с самодержавием и потому не давала интеллигенции подходящего "мировоззрения", оказалась чуждой, более далекой, чем "марксист" Авенариус, "народник" Oг. Конт и др. иностранцы. Величайшим русским метафизиком был, конечно, Достоевский, но его метафизика была совсем не по плечу широким слоям русской интеллигенции, он подозревался во всякого рода "реакционностях", да и действительно давал к тому повод. С грустью нужно сказать, что метафизический дух великих русских писателей и не почуяла себе родным русская интеллигенция, настроенная позитивно. И остается открытым, кто национальнее, писатели эти или интеллигентский мир в своем господствующем сознании. Интеллигенция и Л. Толстого не признала настоящим образом своим, но примирялась с ним за его народничество и одно время подверглась духовному влиянию толстовства. В толстовстве была все та же вражда к высшей философии, к творчеству, признание греховности этой роскоши.   Особенно печальным представляется мне упорное нежелание русской интеллигенции познакомиться с зачатками русской философии. А русская философия не исчерпывается таким блестящим явлением, как Вл. Соловьев. Зачатки новой философии, преодолевающие европейский рационализм на почве высшего сознания, можно найти уже у Хомякова. В стороне стоит довольно крупная фигура Чичерина, у которого многому можно было бы поучиться. Потом Козлов, кн. С. Трубецкой, Лопатин, Н. Лосский, наконец, мало известный В. Несмелов -- самое глубокое явление, порожденное оторванной и далекой интеллигентскому сердцу почвой духовных академий. В русской философии есть, конечно, много оттенков, но есть и что-то общее, что-то своеобразное, образование какой-то новой философской традиции, отличной от господствующих традиций современной европейской философии. Русская философия в основной своей тенденции продолжает великие философские традиции прошлого, греческие и германские, в ней жив еще дух Платона и дух классического германского идеализма. Но германский идеализм остановился на стадии крайней отвлеченности и крайнего рационализма, завершенного Гегелем. Русские философы, начиная с Хомякова, дали острую критику отвлеченного идеализма и рационализма Гегеля и переходили не к эмпиризму, не к неокритицизму, а к конкретному идеализму, к онтологическому реализму, к мистическому восполнению разума европейской философии, потерявшего живое бытие. И в этом нельзя не видеть творческих задатков нового пути для философии. Русская философия таит в себе религиозный интерес и примиряет знание и веру. Русская философия не давала до сих пор "мировоззрения" в том смысле, какой только и интересен для русской интеллигенции, в кружковом смысле. К социализму философия эта прямого отношения не имеет, хотя кн. С. Трубецкой и называет свое учение о соборности сознания метафизическим социализмом; политикой философия эта в прямом смысле слова не интересуется, хотя у лучших ее представителей и была скрыта религиозная жажда царства Божьего на земле. Но в русской философии есть черты, роднящие ее с русской интеллигенцией,-- жажда целостного миросозерцания, органического слияния истины и добра, знания и веры. Вражду к отвлеченному рационализму можно найти даже у академически-настроенных русских философов. И я думаю, что конкретный идеализм, связанный с реалистическим отношением к бытию, мог бы стать основой нашего национального философского творчества и мог бы создать национальную философскую традицию, в которой мы так нуждаемся. Быстросменному увлечению модными; европейскими учениями должна быть противопоставлена традиция, традиция же должна быть и универсальной, и национальной,--тогда лишь она плодотворна для культуры. В философии Вл. Соловьева и родственных ему по духу русских философов живет универсальная традиция, общеевропейская и общечеловеческая, но некоторые тенденции этой философии могли бы создать и традицию национальную. Это привело бы не к игнорированию и не к искажению всех значительных явлений европейской мысли, игнорируемых и искажаемых нашей космополитически-настроенной интеллигенцией, а к более глубокому и критическому проникновению в сущность этих явлений. Нам нужна не кружковая отсебятина, а серьезная философская культура, универсальная и вместе с тем национальная. Право же, Вл. Соловьев и кн. С. Трубецкой--лучшие европейцы, чем гг. Богданов и Луначарский; они были носителями мирового философского духа и вместе с тем национальными философами, так как заложили основы философии конкретного идеализма. Исторически выработанные предрассудки привели русскую интеллигенцию к тому настроению, при котором она не могла увидев в русской философий обоснования своего правдоискательства. Ведь интеллигенция наша дорожила свобод дои и исповедывала философию, в которой нет места, для свободы; дорожила личностью и исповедывала философию, в которой нет места для личности; дорожи Лаемы слом прогресса и исповедывала философию, в которой нет места для смысла прогресса; дорожила соборностью человечества и исповедывала философию, в которой нет места для соборности человечества; дорожила справедливостью и всякими высокими вещами и исповедывала философию, в которой нет места для справедливости и нет места для чего бы то ни было высокого. Это почти сплошная, выработанная всей нашей историей аберрация сознания. Интеллигенция, в лучшей своей части, фанатически была готова на самопожертвование и не менее фанатически исповедывала материализм, отрицающий всякое самопожертвование; атеистическая философия, которой всегда увлекалась революционная интеллигенция, не могла санкционировать никакой святы ни, между тем как интеллигенция самой этой философии придавала характер священный и дорожила .своим, материализмом и своим атеизмом фанатически, почти католически. Творческая философская мысль должна устранить эту аберрацию сознания и вывести его из тупика. Кто знает, какая философия станет у нас модной завтра,-- быть может, прагматическая философия. Джемса и Бергсона, которых используют подобно Авенариусу и др., быть может, еще какая-нибудь новинка. Но от этого мы не подвинемся ни на шаг вперед в нашем философском развитии.   Традиционная вражда русской интеллигенции к философской работе мысли сказалась и на характере новейшей русской мистики. "Новый путь", журнал религиозных исканий и мистических настроений, всего более страдал отсутствием ясного философского сознания, относился к философии почти с презрением. Замечательнейшие наши мистики "- Розанов, Мережковский, Вяч. Иванов хотя и дают богатый материал для новой постановки философских тем, но сами отличаются антифилософским духом, анархическим отрицанием философского разума. Еще Вл. Соловьев, соединявший в своей личности мистику с философией, заметил, что русским свойственно принижение разумного начала. Прибавлю, что нелюбовь к объективному разуму одинаково можно найти и в нашем "правом" лагере, и в нашем "левом" лагере. Между тем как русская мистика, по существу своему очень ценная, нуждается в философской объективации и нормировке в интересах русской культуры. Я бы сказал, что дионисическое начало мистики необходимо сочетать с аполлоническим началом философии. любовь к философскому исследованию истины необходимо привить и русским мистикам, и русским интеллигентам-атеистам. Философия есть один из путей объективирования мистики; высшей же и полный формой такого объективирования может быть лишь положительная религия. К русской мистике русская интеллигенция относилась подозрительно и враждебно, не в последнее время начинается поворот, и есть опасение, чтобы в повороте этом не обнаружилась родственная вражда к объективному разуму, равно как и склонность самой мистики утилизировать себя для традиционных общественных целей.   Интеллигентское сознание требует радикальной реформы, и очистительный огонь философии призван сыграть в этом важном деле не малую роль. Все историческое и психологические данные говорят за то, что русская интеллигенция может перейти к новому сознанию лишь на почве синтеза знания и веры, синтеза, удовлетворяющего положительно ценную потребность интеллигенции в органическом соединении теории и практики, "правды-истины" и "правды-справедливости". Но сейчас мы духовно нуждаемся в признании самоценности истины, в смирении перед истиной и готовности на отречение во имя ее[5]. Это внесло бы освежающую струю в наше культурное творчество. Ведь философия есть орган самосознания человеческого духа, и орган не индивидуальный, а сверхиндивидуальный и соборный. Но эта сверхиндивидуальность и соборность философского сознания осуществляется лишь на почве традиции универсальной И национальной. Укрепление такой традиции должно способствовать культурному возрождению Росcии. Это давно желанное и радостное возрождение, пробуждение дремлющих духов требует не только политического освобождения, но и освобождения от гнетущей власти политики, той эмансипации мысли, которую до сих пор трудно было встретить у наших политических освободителей[6]. Русская интеллигенция была такой, какой ее создала русская история, в ее психическом укладе отразились грехи нашей болезненной истории, нашей исторической власти и вечной нашей реакции. Застаревшее самовластие исказило душу интеллигенции, поработило ее не только внешне, но и внутренне, так как отрицательно определило все оценки интеллигентской души. Но недостойно свободных существ во всем всегда винить внешние силы и их виной себя оправдывать. Виновата и сама интеллигенция: атеистичность ее сознания есть вина ее воли, она сама избрала путь человеко-поклонства и этим исказила свою душу, умертвила в себе инстинкт истины. Только сознание виновности нашей умопостигаемой воли может привести нас к новой жизни. Мы освободимся от внешнего гнета лишь тогда, когда освободимся от внутреннего рабства, т.е. возложим на себя ответственность и перестанем во всем винить внешние силы. Тогда народится новая душа интеллигенции.   © 2000, Библиотека "ВЕХИ"     [1] Прим. ко 3-му изд. Верность моей характеристики интеллигентской психологии блестяще подтверждается характером полемики, возгоревшейся вокруг "Вех". Не оэидал я только, что неспособность критиковать  п о   с у щ е с т в у  духовно-реформаторскуб работу "Вех" оказалась столь всеобщей.   [2] Имею в виду не  ф и  л о с о ф с к и й  позитивизм, а  н а у ч н ы й  поизитивизм. Запад создал научный дух, который и там был превращен в орудие борьбы против религии и метафизики. Но Западу чужды славянские крайности; Запад создал  н а у к у  религиозно и метафизически нейтральную.   [3] Авенариусу не удалось освободиться от "предпосылок", его гносеологическая точка зрения очень сбивчива, пахнет и "материализмом", и "спиритуализмом", и чем угодно, но не проста.   [4] Истина не может быть национальною, истина всегда универсальна, но разные национальности могут быть призваны к раскрытие отдельных сторон истины. Свойства русского национального духа указуют на то, что мы приваны творить в области религиозной философии.   [5] Смитрение перед истиной имеет большое морпальное значение, но не должно вести к культу мертвой, отравленной истины. [6] Примеч. ко 2-му изд. Политическое освобождение возможно лишь в связи с духовным и культурным возрождением и на его основе. {PAGEBREAK}   С.Н.Булгаков ГЕРОИЗМ И ПОДВИЖНИЧЕСТВО (Из размышлений о религиозной природе русской интеллигенции)   I   Россия пережила революцию. Эта революция не дала того, чего от нее ожидали. Положительные приобретения освободительного движения все еще остаются, по мнению многих, и по сие время по меньшей мере проблематичными. Русское общество, истощенное предыдущим напряжением и неудачами, находится в каком-то оцепенении, апатии, духовном разброде, унынии. Русская государственность не обнаруживает пока признаков обновления и укрепления, которые для нее так необходимы, и, как будто в сонном царстве, все опять в ней застыло, скованное неодолимой дремой. Русская гражданственность, омрачаемая многочисленными смертными казнями, необычайным ростом преступности и общим огрубением нравов, пошла положительно назад. Русская литература залита мутной волной порнографии и сенсационных изделий. Есть от чего прийти в уныние и впасть в глубокое сомнение относительно дальнейшего будущего России. И во всяком случае, теперь, после всего пережитого, невозможны уже как наивная, несколько прекраснодушная славянофильская вера, так и розовые утопии старого западничества. Революция поставила под вопрос самую жизнеспособность русской гражданственности и государственности; не посчитавшись с этим историческим опытом, с историческими уроками революции, нельзя делать никакого утверждения о России, нельзя повторять задов ни славянофильских, ни западнических.   После кризиса политического наступил и кризис духовный, требующий глубокого, сосредоточенного раздумья, самоуглубления, самопроверки, самокритики. Если русское общество действительно еще живо и жизнеспособно, если оно таит в себе семена будущего, то эта жизнеспособность должна проявиться прежде всего и больше всего в готовности и способности учиться у истории. Ибо история не есть лишь хронология, отсчитывающая чередование событий, она есть жизненный опыт, опыт добра и зла, составляющий условие духовного роста, и ничто так не опасно, как мертвенная неподвижность умов и сердец, косный консерватизм, при котором довольствуются повторением задов или просто отмахиваются oт уроков жизни, в тайной надежде на новый "подъем настроения", стихийный, случайный, неосмысленный.   Вдумываясь в пережитое нами за последние годы, нельзя видеть во всем этом историческую случайность или одну лишь игру стихийных сил. Здесь произнесен был исторический суд, была сделана оценка различным участникам исторической драмы, подведен итог целой исторической эпохи. "Освободительное движение" не привело к тем результатам, к которым должно было. привести, не внесло примирения, обновления, не привело пока к укреплению государственности (хотя и оставило росток для будущего -- Государственную Думу) и к подъему народного хозяйства не потому только, что оно оказалось слишком слабо для борьбы с темными силами истории, -- нет, оно и потому еще не могло победить, что и само оказалось не на высоте своей задачи, само оно страдало слабостью от внутренних противоречий. Русская революция развила огромную разрушительную энергию, уподобилась гигантскому землетрясению, но ее созидательные силы оказались далеко слабее разрушительных. У многих в душе отложилось это горькое сознание как самый общий итог пережитого. Следует ли замалчивать это сознание, и не лучше ли его высказать, чтобы задаться вопросом, отчего это так?..   Мне приходилось уже печатно выражать мнение, что русская революция была интеллигентской[1]. Духовное руководительство в ней принадлежало нашей интеллигенции, с ее мировоззрением, навыками, вкусами, социальными замашками. Сами интеллигенты этого, конечно, не признают -- на то они и интеллигенты -- и будут, каждый в соответствии своему катехизису, называть тот или другой общественный класс в качестве единственного двигателя революции. Не оспаривая того, что без целой совокупности исторических обстоятельств (в ряду которых первое место занимает, конечно, несчастная война) и без наличности весьма серьезных жизненных интересов разных общественных классов и групп не удалось бы их сдвинуть с места и вовлечь в состояние брожения, мы все-таки настаиваем, что весь идейный багаж, все духовное оборудование, вместе с передовыми бойцами, застрельщиками, агитаторами, пропагандистами, был дан революции интеллигенцией. Она духовно оформляла инстинктивные стремления масс, зажигала их своим энтузиазмом, -- словом, была нервами и мозгом гигантского тела революции. В этом смысле революция есть духовное детище интеллигенции, а, следовательно, ее история есть исторический суд над этой интеллигенцией.   Душа интеллигенции, этого создания Петрова, есть вместе с тем ключ и к грядущим судьбам русской государственности и общественности. Худо ли это или хорошо, но судьбы Петровой России находятся в руках интеллигенции, как бы ни была гонима и преследуема, как бы ни казалась в данный момент слаба и даже бессильна эта интеллигенция. Она есть то прорубленное Петром окно в Европу, через которое входит к нам западный воздух, одновременно и живительный, и ядовитый. Ей, этой горсти, принадлежит монополия европейской образованности и просвещения в России, она есть главный его проводник в толщу стомиллионного народа, и если Россия не может обойтись без этого просвещения под угрозой политической и национальной смерти, то как высоко и значительно это историческое призвание интеллигенции, сколь устрашающе огромна ее историческая ответственность перед будущим нашей страны, как ближайшим, так и отдаленным! Вот почему для патриота, любящего свой народ и болеющего нуждами русской государственности, нет сейчас более захватывающей темы для размышлений, как о природе русской интеллигенции, и вместе с тем нет заботы более томительной и тревожной, как о том, поднимется ли на высоту своей задачи русская интеллигенция, получит ли Россия столь нужный ей образованный класс с русской душой, просвещенным разумом, твердой волею, ибо, в противном случае, интеллигенция в союзе с татарщиной, которой еще так много в нашей государственности и общественности, погубит Россию. Многие в России после революции, в качестве результата ее опыта, испытали острое разочарование в интеллигенции и ее исторической годности, в ее своеобразных неудачах увидали вместе с тем и несостоятельность интеллигенции. Революция обнажила, подчеркнула, усилила такие стороны ее духовного облика, которые ранее во всем их действительном значении угадывались лишь немногими (и прежде всего Достоевским), она оказалась как бы духовным зеркалом для всей России и особенно для ее интеллигенции. Замалчивать эти черты теперь было бы не только непозволительно, но и прямо преступно. Ибо на чем же и может основываться теперь вся наша надежда, как не на том, что годы общественного упадка окажутся вместе с тем и годами спасительного покаяния, в котором возродятся силы духовные и воспитаются новые люди, новые работники на русской ниве. Обновиться же Россия не может, не обновив (вместе с многим другим) прежде всего и свою интеллигенцию. И говорить об этом громко и открыто есть долг убеждения и патриотизма. Критическое отношение к некоторым сторонам духовного облика русской интеллигенции отнюдь не связано даже с каким-либо одним определенным мировоззрением, ей наиболее чуждым. Люди разных мировоззрений, далеких между собою, могут объединиться на таком отношении, и это лучше всего показывает, что для подобной самокритики пришло, действительно, время и она отвечает жизненной потребности хотя бы некоторой части самой же интеллигенции.   Характер русской интеллигенции вообще складывался под влиянием двух основных факторов, внешнего и внутреннего. Первым было непрерывное и беспощадное давление полицейского пресса, способное расплющить, совершенно уничтожить более слабую духом группу, и то, что она сохранила жизнь и энергию и под этим прессом, свидетельствует, во всяком случае, о совершенно исключительном ее мужестве и жизнеспособности. Изолированность от жизни, в которую ставила интеллигенцию вся атмосфера старого режима, усиливала черты "подпольной" психологии, и без того свойственные ее духовному облику, замораживало ее духовно, поддерживай и до известной степени оправдывая ее политический моноидеизм ("Гайнибалову клятву" борьбы с самодержавием) и затрудняя для нее возможность нормального духовного развития. Более благоприятная, внешняя обстановка для этого развития создается только теперь, и в этом, во всяком случае, нельзя не видеть духовного приобретения освободительного движения. Вторым, внутренним фактором, определяющим характер нашей интеллигенции, является ее особое мировоззрение и связанный с ним ее духовный склад. Характеристике, и критике этого мировоззрения всецело и будет посвящен этот очерк.   Я не могу не видеть самой основной особенности .интеллигенции в ее отношении к религии. Нельзя понять также и основных особенностей русской революции, если не держать в центре внимания этого отношения интеллигенции к религии. Но и историческое будущее России также стягивается в решении вопроса, как самоопределится интеллигенция в отношении к религии, останется ли она в прежнем, мертвенном, состоянии или же в этой области нас ждет еще переворот, подлинная революция в умах и сердцах.   II   Многократно указывалось (вслед за Достоевским), что в духовном облике русской интеллигенции имеются черты религиозности, иногда приближающиеся даже к христианской. Свойства эти воспитывались, прежде всего, ее внешними историческими судьбами: с одной стороны -- правительственными преследованиями, создававшими в ней самочувствие мученичества и исповедничества, с другой -- насильственной оторванностью от жизни, развивавшей мечтательность, иногда прекраснодушие, утопизм, вообще недостаточное чувство действительности. В связи с этим находится та ее черта, что ей остается психологически чуждым -- хотя, впрочем, может быть, только пока -- прочно сложившийся "мещанский" уклад жизни 3ападной Европы, сего повседневными добродетелями, с его трудовым интенсивным хозяйством, но и с его бескрылостью, ограниченностью. Классическое выражение духовного столкновения русского интеллигента с европейским мещанством мы имеем в сочинениях Герцена[2]. Сродные настроения не раз выражались и в новейшей русской литературе. Законченность, прикрепленность к земле, духовная ползучесть этого "быта претит русскому интеллигенту, хотя мы все знаем, насколько ему надо учиться, по крайней мере технике жизни и труда, у западного человека. В свою очередь, и западной буржуазии отвратительна и непонятна эта бродячая Русь, эмигрантская вольница, питающаяся еще вдохновениями Стеньки Разина и Емельки Пугачева, хотя бы и переведенными на современный революционный жаргон, и в последние годы этот духовный антагонизм достиг, по-видимому, наибольшего напряжения.   Если мы попробуем разложить эту "антибуржуазность" русской интеллигенции, то она окажется mixtumcompositum составленным из очень различных элемент тов. Есть здесь и доля наследственного барства, свободного в ряде поколений от забот о хлебе насущном и вообще от будничной, "мещанской" стороны жизни. Есть значительная доза просто некультурности, непривычки к упорному, дисциплинированному труду и размеренному укладу жизни. Но есть, несомненно, и некоторая, впрочем, может быть, и не столь большая, доза бессознательно-религиозного отвращения к духовному мещанству, к "царству от мира сего", с его успокоенным самодовольством.   Известная неотмирность, эсхатологическая мечта о Граде Божием, о грядущем царстве правды (под разными социалистическими псевдонимами) и затем стремление к опасению человечества -- если не от греха, то от страданий -- составляют, как известно, неизменные и отличительные особенности русской интеллигенции. Боль от дисгармонии жизни и стремление к ее преодолению отличают и наиболее крупных писателей-интеллигентов (Гл. Успенский, Гаршин). В этом стремлении к Грядущему Граду, в сравнении с которым бледнеет земная действительность, интеллигенция сохранила, быть может, в наиболее распознаваемой форме черты утраченной церковности. Сколько раз во второй Государственной Думе в бурных речах атеистического левого "блока мне слышались -- странно сказать! -- отзвуки психологии православия, вдруг обнаруживалось влияние его духовной прививки.   Вообще, духовными навыками, воспитанными Церковью, объясняется и не одна из лучших черт русской интеллигенции, которые она утрачивает по мере своего удаления от Церкви, например, некоторый пуританизм, ригористические нравы, своеобразный аскетизм, вообще строгость личной жизни; такие, например, вожди русской интеллигенции, как Добролюбов и Чернышевский (оба семинаристы, воспитанные в религиозных семьях духовных лиц), сохраняют почти нетронутым свой прежний нравственный облик, который, однако же, постепенно утрачивают их исторические дети и внуки. Христианские черты, воспринятые иногда помимо ведома и желания, чрез посредство окружающей среды, из семьи, от няни, из духовной атмосферы, пропитанной церковностью, просвечивают в духовном облике лучших и крупнейших деятелей русской революции. Ввиду того, однако, что благодаря этому лишь затушевывается вся действительная противоположность христианского и интеллигентского душевного уклада, важно установить, что черты эти имеют наносный, заимствованный, в известном смысле атавистический характер и исчезают по мере ослабления прежних христианских навыков, при более полном обнаружении интеллигентского типа, проявившегося с наибольшею силою в дни революции и стряхнувшего с себя тогда и последние пережитки христианства.   Русской интеллигенции, особенно в прежних поколениях, свойственно также чувство виновности пред народом, это своего рода "социальное покаяние", конечно, не перед Богом, но перед "народом" или "пролетариатом". Хотя эти чувства "кающегося дворянина" или "внеклассового интеллигента" по своему историческому происхождению тоже имеют некоторый социальный привкус барства, но и они накладывают отпечаток особой углубленности и страдания на. лицо интеллигенции. К этому надо еще присоединить ее жертвенность, эту неизменную готовность на всякие жертвы у лучших ее представителей и даже искание их. Какова бы ни была психология этой жертвенности, но и она укрепляет настроение неотмирности интеллигенции, которое делает ее облик столь чуждым, мещанству и придает ему черты особой религиозности.   И тем не менее, несмотря, на всЁ это; извecтнo, чтo нет интеллигенции более атеистической, чем русская. Атеизм есть общая вера, в которую крещаются вступающие в лоно церкви интеллигентски-гуманистической, и не только из образованного класса, но и из народа. И. так повелось изначала, еще с духовного отца русской интеллигенции Белинского. И как всякая общественная среда вырабатывает свои привычки, свои особые верования, так и традиционный атеизм русской интеллигенции сделался само собою разумеющеюся ее особенностью, о которой даже не говорят, как бы признаком хорошего тона. Известная образованность, просвещенность есть в глазах нашей интеллигенции синоним религиозного индифферентизма и отрицания. О6 этом нет споров среди разных фракций, партий, "направлений", это все их объединяет. Этим пропитана насквозь, до дна, скудная интеллигентская культура, с ее газетами, журналами, направлениями, программами, нравами, предрассудками, подобно тому как дыханием окисляется кровь, распространяющаяся потом по всему организму. Нет более важного факта в истории русского просвещения, чем этот. И вместе с тем приходится признать, что русский атеизм отнюдь не является сознательным отрицанием, плодом сложной, мучительной и продолжительной работы ума, сердца и воли, итогом личной жизни. Нет, он берется чаще всего на веру и сохраняет эти черты наивной религиозной веры, только наизнанку, и это не изменяется вследствие того, что он принимает воинствующие, догматические, наукообразные формы. Эта вера берет в основу ряд некритических, непроверенных и в своей догматической форме, конечно, неправильных утверждений, именно, что наука компетентна окончательно разрешить и вопросы религии, и притом разрешает их в отрицательном смысле; к этому присоединяется еще подозрительное отношение к философии, особенно метафизике, тоже заранее отвергнутой и осужденной.   Веру эту разделяют и ученые, и неученые, и старые, и молодые. Она усвояется в отроческом возрасте, который биографически наступает, конечно, для одних ранее, для других позже. В этом возрасте обыкновенно легкой даже естественно воспринимается отрицание религии, тотчас же заменяемой верою в науку, в прогресс. Наша интеллигенция, раз став на эту почву, в большинстве случаев всю жизнь так и остается при этой вере, считая эти вопросы уже достаточно разъясненными и окончательно порешенными, загипнотизированная всеобщим единодушием в этом мнении. Отроки становятся зрелыми мужами, иные из них приобретают серьезные научные знания, делаются видными специалистами, и в таком случае они бросают на чашку весов в пользу отрочески уверованного, догматически воспринятого на школьной скамье атеизма свой авторитет ученых специалистов, хотя бы в области этих вопросов они были нисколько не более авторитетны, нежели каждый мыслящий и чувствующий человек. Таким образом создается духовная атмосфера и в нашей высшей школе, где формируется подрастающая интеллигенция. И поразительно, сколь мало впечатления производили на русскую интеллигенцию люди глубокой образованности, ума, гения, когда они звали ее к религиозному углублению, к пробуждению от догматической спячки, как мало замечены были наши религиозные мыслители и писатели-славянофилы, Вл. Соловьев, Бухарев, кн. С. Трубецкой и др., как глуха оставалась наша интеллигенция к религиозной проповеди Достоевского и даже Л. Н. Толстого, несмотря на внешний культ его имени.   В русском атеизме больше всего поражает его догматизм, то, можно сказать, религиозное легкомыслие, с которым он принимается. Ведь до последнего времени религиозной проблемы, во всей ее огромной и исключительной важности и жгучести, русское "образованное" общество просто не замечало и не понимало, религией же интересовалось вообще лишь постольку, поскольку это связывалось с политикой или же с проповедью атеизма. Поразительно невежество нашей интеллигенции в вопросах религии. Я говорю это не для обвинения, ибо это имеет, может быть, и достаточное историческое оправдание, но для диагноза ее духовного состояния. Наша интеллигенция по отношению к религии просто еще Не вышла из отроческого возраста, она еще не думала серьезно о религии и не дала себе сознательного религиозного самоопределения, она не жила еще религиозной мыслью и остается поэтому, строго говоря, Не выше религии, как думает о себе сама, но вне религии. Лучшим доказательством всему этому служит историческое происхождение русского атеизма. Он усвоен нами с Запада (недаром он и стал первым членом символа веры нашего "западничества"). Его мы приняли как последнее слово западной цивилизации, сначала в форме вольтерьянства и материализма французских энциклопедистов, затем атеистического социализма (Белинский), позднее материализма 60-х годов, позитивизма, фейербаховского гуманизма, в новейшее время экономического материализма и -- самые последние годы -- критицизма. На многоветвистом дереве западной цивилизации, своими корнями идущем глубоко в историю, мы облюбовали только одну ветвь, не зная, не желая знать всех остальных, в полной уверенности, что мы прививаем себе самую "подлинную европейскую цивилизацию. Но европейская цивилизация имеет не только разнообразные плоды и многочисленные ветви, но и корни, питающие дерево и, до известной степени, обезвреживающие своими здоровыми соками многие ядовитые плоды. Поэтому даже и отрицательные учения на своей родине, в ряду других могучих духовных течений, им: противоборствующих, имеют совершенно другое психологическое и историческое значение, нежели когда они появляются в культурной пустыне и притязают стать единственным фундаментом русского просвещения и цивилизации. Si duo idem dicunt, non est idem. На таком фундаменте не была построена еще ни одна культура.   В настоящее время нередко забывают, что западноевропейская культура имеет религиозные корни, по крайней мере наполовину построена на религиозном фундаменте, заложенном средневековьем и реформацией. Каково бы ни было наше отношение к реформационной догматике и вообще к протестантизму, но нельзя отрицать, что реформация вызвала огромный религиозный подъем во всем Западном мире, не исключая и той его части, которая осталась верна католицизму, но тоже: была принуждена обновиться для борьбы с врагами. Новая личность европейского человека, в этом смысле, родилась в реформации (и это происхождение ее наложило на нее свой отпечаток), политическая свобода, свобода совести, права человека и гражданина были провозглашены также реформацией (в Англии); новейшими исследованиями выясняется также значение протестантизма, особенно в реформатстве, кальвинизме и пуританизме, и для хозяйственного развития, при выработке индивидуальностей, пригодных стать руководителями развивавшегося народного хозяйства. В протестантизме же преимущественно развивалась и новейшая наука, и особенно философия. И .все это развитие шло со строгой исторической преемственностью и постепенностью, без; трещин и обвалов. Культурная история западноевропейского мира представляет собою одно связное целое, в котором еще живы и свое необходимое место занимают и средние века, и реформационная эпоха, наряду, с веяниями нового времени.   Уже в эпоху реформации обозначается и то духовное русло, которое оказалось определяющим для русской интеллигенции. Наряду с реформацией в гуманистическом ренессансе, возрождении классической древности возрождались и некоторые черты язычества. Параллельно с религиозным индивидуализмом реформации усиливался и неоязыческий индивидуализм, возвеличивавший натурального, невозрожденного человека. По этому воззрению, человек добр и прекрасен по своей природе, которая искажается лишь внешними условиями; достаточно восстановить естественное состояние человека, и этим будет все достигнуто. Здесь -- Корень разных естественноправовых теорий, а также и новейших учений о прогрессе и о всемогуществе одних внешних реформ для разрешения человеческой трагедии, а следовательно, и всего новейшего гуманизма и социализма. Внешняя, кажущаяся близость индивидуализма религиозного и языческого не устраняет их глубокого внутреннего различия, и поэтому мы наблюдаем в новейшей истории не только параллельное развитие, но и борьбу обоих этих течений. Усиление мотивов гуманистического индивидуализма в истории мысли знаменует эпоху так называемого "просветительства" ("Aufklarung") в XVII, XVIII, отчасти XIX веках. Просветительство делает наиболее радикальные отрицательные выводы из посылок гуманизма: в области религии, через посредство деизма, оно приходит к скептицизму и атеизму; в области философии, через рационализм и эмпиризм, -- к позитивизму и материализму; в области морали, чрез "естественную" мораль, -- к утилитаризму и гедонизму. Материалистический социализм тоже можно рассматривать как самый поздний и зрелый плод просветительства. Это направление, которое представляет собою отчасти продукт разложения реформации, но и само есть одно из разлагающих начал в духовной жизни Запада, весьма влиятельно в новейшей истории. Им вдохновлялась великая французская революция и большинство революций XIX века, и оно же, с другой стороны, дает духовную основу и для европейского мещанства, господство которого сменило пока собой героическую эпоху просветительства. Однако очень важно не забывать, что хотя лицо европейской земли все более искажается благодаря широко разливающейся в массах популярной философии просветительства и застывает в холоде мещанства, но в истории культуры просветительство никогда не играло и не играет исключительной или даже господствующей роли; Дерево европейской культуры и до сих пор, даже незримо для глаз, питается духовными соками старых религиозных корней. Этими корнями, этим здоровым историческим консерватизмом и поддерживается прочность этого дерева, хотя в той мере, в какой просветительство проникает в корни и ствол, и оно тоже начинает чахнуть и загнивать. Поэтому нельзя считать западноевропейскую цивилизацию безрелигиозной в ее исторической основе, хотя она, действительно, и становится все более таковой в сознании последних поколений. Наша интеллигенция в своем западничестве не пошла дальше внешнего усвоения новейших политических и социальных идей Запада, причем приняла их в связи с наиболее крайними и резкими формами философии просветительства. В этом отборе, который произвела сама интеллигенция, в сущности, даже и не повинная западная цивилизация в ее органическом целом. В перспективе ее истории для русского интеллигента исчезает совершенно роль "мрачной" эпохи средневековья, всей реформационной эпохи с ее огромными духовными приобретениями, все развитие научной и философской мысли помимо крайнего просветительства. Вначале было варварство, а затем воссияла цивилизация, т. е. просветительство, материализм, атеизм, социализм, -- вот несложная философия истории среднего русского интеллигентства. Поэтому в борьбе за русскую культуру надо бороться, между прочим, даже и За более углубленное, исторически сознательное западничество.   Отчего же так случилось, что наша интеллигенция усвоила себе с такою легкостью именно догматы просветительства? Для этого может быть указано много исторических причин, но в известной степени отбор этот был и свободным делом самой интеллигенции, за которое она постольку и ответственна перед родиной и историей.   Во всяком случае, благодаря этому разрывается связь времен в русском просвещении, и этим разрывом Духовно больна наша родина.   III   Отбрасывая христианство и установляемые им нормы жизни, вместе с атеизмом или, лучше оказать, вместо атеизма наша интеллигенция воспринимает догматы религии человекобожества, в каком-либо из вариантов, выработанных западно-европейским просветительством, переходит в идолопоклонство этой религии. Основным догматом, свойственным всем ее вариантам, является вера в естественное совершенство человека, в бесконечный прогресс, осуществляемый силами человека, но, вместе с тем, механическое его понимание. Так как все зло объясняется внешним неустройством человеческого общежития и потому нет ни личной вины, ни личной ответственности, то вся задача общественного устроения заключается в преодолении этих внешних неустройств, конечно, внешними же реформами. Отрицая Провидение и какой-либо изначальный план, осуществляющийся в истории, человек ставит себя здесь на место Провидения и в себе видит своего спасителя. Этой самооценке не препятствует и явно противоречащее ей механическое, иногда грубо материалистическое понимание исторического процесса, которое сводит его к деятельности стихийных сил (как в экономическом материализме); человек остается все-таки единственным разумным, сознательным агентом, своим собственным провидением. Такое настроение на Западе, где оно явилось уже в эпоху культурного расцвета, почувствованной мощи человека, психологически окрашено чувством культурного самодовольства разбогатевшего буржуа. Хотя для религиозной оценки это самообожествление европейского мещанства -- одинаково как в социализме, так и индивидуализме -- представляется отвратительным самодовольством и духовным хищением, временным притуплением сознания, но на Западе это человекобожество, имевшее свой SturmundDrang, давно уже стало (никто, впрочем, не скажет, надолго ли) ручным и спокойным, как и европейский социализм. Во всяком случае, оно бессильно пока расшатать (хотя с медленной неуклонностью и делает это) трудовые устои европейской культуры, духовное здоровье европейских народов. Вековая традиция и историческая дисциплина труда практически еще побеждают разлагающее влияние самообожения. Иначе в России, при происшедшем здесь разрыве связи исторических времен. Религия человекобожества и ее сущность -- самообожение в России были приняты не только с юношеским пылом, но и с отроческим неведением жизни и своих сил, получили почти горячечные формы. Вдохновляясь ею, интеллигенция наша почувствовала себя призванной сыграть роль Провидения относительно своей родины. Она сознавала себя единственной носительницей света и европейской образованности в этой стране, где все, казалось ей, было охвачено непроглядной тьмой, все было столь варварским и ей чуждым. Она признала себя духовным ее опекуном и решила ее спасти, как понимала и как умела.   Интеллигенция стала по отношению к русской истории и современности в позицию героического вызова и героической борьбы, опираясь при этом на свою самооценку. Героизм -- вот то слово, которое выражает, по моему мнению, основную сущность интеллигентского мировоззрения и идеала, притом героизм самообожения. Вся экономия ее душевных сил основана на этом самочувствии.   Изолированное положение интеллигента в стране, его оторванность от почвы, суровая историческая среда, отсутствие серьезных знаний и исторического опыта, все это взвинчивало психологию этого героизма. Интеллигент, особенно временами, впадал в состояние героического экстаза, с явно истерическим оттенком. Россия должна быть спасена, и спасителем ее может и должна явиться интеллигенция вообще и даже имярек в частности, и помимо его нет спасителя и нет опасения. Ничто так не утверждает психологии героизма, как внешние преследования, гонения, борьба с ее перипетиями, опасность и даже погибель. И -- мы знаем -- русская история не скупилась на это, русская интеллигенция развивалась и росла в атмосфере непрерывного мученичества, и нельзя не преклониться перед святыней страданий русской интеллигенции. Но и преклонение перед этими, страданиями в их необъятном прошлом и тяжелом настоящем, перед этим "крестом" вольным или невольным, не заставит молчать о том, что все-таки остается истиной, о чем нельзя молчать хотя бы во имя пиетета перед мартирологом интеллигенции.   Итак, страдания и гонения больше всего канонизируют героя и в его собственных глазах, и для окружающих. И так как, вследствие печальных особенностей русской жизни, такая участь постигает его нередко уже в юном возрасте, то и самосознание это: тоже появляется рано, и дальнейшая жизнь тогда является лишь последовательным развитием в принятом направлении. В литературе и из собственных наблюдений каждый без труда найдет много примеров тому, как, с одной стороны полицейский режим калечит людей, лишая их возможности полезного труда, и как, с другой стороны, он содействует выработке особого духовного аристократизма, так сказать, патентованного героизма, у его жертв. Горько думать, как много отраженного влияния полицейского режима в психологии русского интеллигентского героизма, как велико было это влияние не на внешние только судьбы людей, но и на их души, на их мировоззрение. Во всяком случае, влияние западного просветительства, религии человекобожества и самообожения нашли в русских условиях жизни неожиданного, но могучего союзника. Если юный интеллигент -- скажем, студент или курсистка -- еще имеет сомнение в том, что он созрел уже для исторической миссии спасителя отечества, то признание этой зрелости со стороны министерства внутренних дел обычно устраняет и эти сомнения. Превращение русского юноши или вчерашнего обывателя в тип героический по внутренней работе, требующейся для этого, есть несложный, большею частью кратковременный процесс усвоения некоторых догматов религии человекобожества и quasi-научной "программы" какой-либо партии и затем соответствующая перемена собственного самочувствия, после которой сами собой вырастают героические котурны. В дальнейшем развитии страдания, озлобление вследствие жестокости властей, тяжелые жертвы, потери довершают выработку этого типа, которому тогда может быть свойственно что угодно, только уже не сомнения в своей миссии.   Героический интеллигент не довольствуется поэтому ролью скромного работника (даже если он и вынужден ею ограничиваться), его мечта -- быть спасителем человечества или по крайней мере русского народа. Для него необходим (конечно, в мечтаниях) не обеспеченный минимум, но героический максимум. Максимализм есть неотъемлемая черта интеллигентского героизма, с такой поразительной ясностью обнаружившаяся в годину русской революции. Это -- не принадлежность какой-либо одной партии, нет -- это самая душа героизма, ибо герой вообще не мирится на малом. Даже если он и не видит возможности сейчас осуществить этот максимум и никогда ее не увидит, в мыслях он занят только им. Он делает исторический прыжок в своем воображении и, мало интересуясь перепрыгнутым путем, вперяет свой взор лишь в светлую точку на самом краю исторического горизонта. Такой максимализм имеет признали идейной одержимости, самогипноза, он сковывает мысль и вырабатывает фанатизм, глухой к голосу жизни. Этим дается ответ и на тот исторический вопрос, почему в революции торжествовали самые крайние направления, причем непосредственные, задачи момента определялись   все максимальнее и максимальнее (вплоть до осуществления социальной республики или анархии). От чего эти более крайние и явно безумные направления становились все сильнее и сильнее и, при общем полевении нашего трусливого и пассивного общества, легко подчиняющегося силе, оттесняло собою все более умеренное (достаточно вспомнить ненависть к "кадетам" со стороны "левого блока").   Каждый герой имеет свой способ спасения человечества, должен выработать свою для него программу. Обычно за таковую принимается одна из программ существующих политических партий или фракций, которые, не различаясь в своих целях (обычно они основаны на идеалах материалистического социализма или, в последнее время, еще и анархизма), разнятся в своих путях и средствах. Ошибочно было бы думать, чтобы эти программы политических партий психологически соответствовали тому, что они представляют собой у большинства парламентских партий западно-европейского мира; это есть нечто гораздо большее, это -- религиозное credo, самовернейший способ спасения человечества, идейный монолит, который можно только или принять, или отвергнуть. Во имя веры в программу лучшими представителями интеллигенции приносятся жертвы жизнью, здоровьем, свободой, счастьем. Хотя программы эти обыкновенно объявляются еще и "научными", чем увеличивается их обаяние, но о степени действительной "научности" их лучше и не говорить, да и, во всяком случае, наиболее горячие их адепты могут быть, по степени своего развития и образованности, плохими судьями в этом вопросе.   Хотя все чувствуют себя героями, одинаково призванными быть провидением и спасителями, но они не .сходятся в способах и путях этого спасения. И так как при программных разногласиях в действительности затрагиваются самые центральные струны души, то партийные раздоры становятся совершенно неустранимыми. Интеллигенция, страдающая "якобинизмом", стремящаяся к "захвату власти", к "диктатуре", во имя опасения народа, неизбежно разбивается и распыляется на враждующие между собою фракции, и это чувствуется тем острее, чем выше поднимается температура героизма. Нетерпимость и взаимные распри суть настолько известные черты нашей партийной интеллигенции, что об этом достаточно лишь упомянуть. С интеллигентским движением происходит нечто вроде самоотравления. Из самого существа героизма вытекает, что он предполагает пассивный объект воздействия -- спасаемый народ или человечество, между тем герой -- личный или коллективный -- мыслится всегда лишь в единственном числе. Если же героев и героических средств оказывается несколько, то соперничество и рознь неизбежны, ибо невозможно несколько "диктатур" зараз. Героизм, как общераспространенное мироотношение, есть начало не собирающее, но разъединяющее, он создает не сотрудников, но соперников[3].   Наша интеллигенция, поголовно почти стремящаяся к коллективизму, к возможной соборности человеческого существования, по своему укладу представляет собою нечто антисоборное, антиколлективистическое, ибо несет в себе разъединяющее начало героического самоутверждения. Герой есть до некоторой степени сверхчеловек, становящийся по отношению к ближним своим в горделивую и вызывающую позу спасителя, и при всем своем стремлении к демократизму интеллигенция есть лишь особая разновидность сословного аристократизма, надменно противопоставляющая себя "обывателям". Кто жил в интеллигентских кругах, хорошо знает это высокомерие и самомнение, сознание своей непогрешимости, и пренебрежение к инакомыслящим, и этот отвлеченный догматизм, в который отливается здесь всякое учение.   Вследствие своего максимализма интеллигенция остается малодоступна и доводам исторического реализма и научного знания. Самый социализм остается для нее не собирательным понятием, обозначающим постепенное социально-экономическое преобразование, которое слагается из ряда частных и вполне конкретных реформ, не "историческим движением", но над-исторической "конечною целью" (по терминологии известного спора с Бернштейном), до которой надо совершить исторический прыжок актом интеллигентского героизма. Отсюда недостаток чувства исторической действительности и геометрическая прямолинейность суждений и оценок, пресловутая их "принципиальность". Кажется, ни одно слово не вылетает так часто из уст интеллигента, как это, он обо всем судит прежде всего "принципиально", т. е. на самом деле отвлеченно, не вникая в сложность действительности и тем самым нередко освобождая себя от трудности надлежащей оценки положения. Кому приходилось иметь дело с интеллигентами на работе, том

15 октября 2012, 18:14

Появится ли в Таджикистане международная железная дорога?

Иран подготовил документ о строительстве в Таджикистане участка международной железной дороги, которая должна соединить Пекин с Тегераном. Эксперты считают, что новая железная дорога позволит Таджикистану выйти из транспортного тупика. С подробностями - корреспондент "Голоса России" из ТаджикистанаМагистраль должна пройти через территории Китая, Киргизии, Таджикистана, Афганистана и Ирана. Депутаты уже задумались, где найти средства на реализацию проекта. Сейчас таджикские транспортники изучают технические документы, представленные иранской стороной. По оценкам специалистов, таджикский участок железной дороги протяженностью 392 километра обойдется Душанбе в 3,5 миллиарда долларов. Если учесть, что весь годовой бюджет Таджикистана составляет не более полутора миллиардов долларов, то становится очевидно, что денег на амбициозный проект у республики нет. Поэтому аналитики сейчас обдумывают различные варианты привлечения средств.Часть экспертов настаивает на финансировании из-за рубежа. При этом объект иностранцы могут использовать только на условиях аренды. Такой метод применяется при строительстве Сангтудинской ГЭС-2. Такую же схему надо использовать и при строительстве международной железнодорожной трассы, считает профессор Российско-таджикского славянского университета, экономист Зубайдулло Султанов: “Скажем, занять миллиарды долларов – это нам совсем невыгодно и не по карману. Кредит взять легко, а вот отдавать ведь нужно с процентами. Потом, где найти такие большие суммы, чтобы потом вернуть кредит? Это ставит страну в большую зависимость. Отдавать месторождения – это тоже невыгодно. Надо всегда беречь свои ресурсы, они всегда пригодятся. Самый лучший вариант – отдать железную дорогу инвестору в эксплуатацию на время, и, когда он погасит свои затраты и получит доход, получить объект уже в вечное пользование”.Другие специалисты предлагают взять кредит. Эксперт Центра стратегических исследований при президенте Таджикистана Вафо Ниятбеков видит именно этот вариант самым оптимальным для республики: “Таджикистану важно помнить, что железная дорога должна находиться в монополии государства. Потому для политической безопасности лучше взять льготный кредит. Грузоперевозки по этой дороге быстро окупят расходы”.В Таджикистане надеются, что строительство новой железной дороги поможет вывести страну из транспортной изоляции. Вот уже почти два года из-за спорных вопросов с транзитом через Узбекистан в страну с задержками поступают грузы, в том числе и для строительства промышленных предприятий и энергообъектов. По словам политолога Рашида Гани Абдулло, новая железнодорожная магистраль поможет отчасти решить и другую проблему - энергетическую независимость:“До последнего времени для Таджикистана главной задачей оставалась реализация гидроэнергетических проектов. Но ситуация этого года показала, что их строительство ГЭС зависит от бесперебойных поставок грузов. Теперь, по всей видимости, на первый план должны выйти транспортные проекты”.В настоящее время Министерство транспорта Таджикистана изучает документы от иранской компании, известной по строительству тегеранского метрополитена. Иранцы для нового проекта уже выделили на экспертизу миллион долларов. Но аналитики сомневается, что Иран захочет вложить в таджикскую ветку железнодорожной магистрали 3,5 миллиарда долларов.По мнению экспертов, строительство трассы Кашгар – Герат, скорее всего, профинансирует Китай, который стремится получить короткий путь для транспортировки товаров как в страны Центральной Азии, так и в Иран. Они также не исключают, что к реализации проекта присоединится и Россия.Таджики такие смешные... им либо за чужой счёт, либо кредит, но обязательно льготный. Интересно, кто им даст кредит 3,5 миллиарда долларов ? :)

11 октября 2012, 23:36

Местным уже нет места

Оригинал взят у oper_v_zakone в Местным уже нет местаотсюда: http://www.aif.ru/money/article/55411Кому выгодно обвинять русских в том, что они не хотят работать?Минтруд собрал заявки из регионов: в 2013 г. России якобы понадобятся 1,7 млн гастарбайтеров. Притом что в стране своих безработных 4 млн.В министерстве с удовлетворением добавляют: потребность в иностранцах - на уровне прошлых лет, зато растёт количе­ство заявок на квалифицированную рабсилу. В прошлом году таких было 76%, в этом - уже 79%... Цифры, впрочем, лишь подтверждают догадки экспертов: мимо статистики проходят миллионы гастарбайтеров-нелегалов, не имеющих ни квалификации, ни даже среднего образования. По оценкам, их уже 7-10 млн человек.Ну а кого нанимать, ворчат некоторые экономисты и чиновники, если местные спиваются или воротят нос от «непрес­тижной» работы? «Я сначала нанимал наших, - рассказал «АиФ» Алексей Воложанин, фермер из Свердловской области, владелец птицеводческого хозяй­ства. - Но те, кто ещё не перебрался в поисках работы в област­ной центр, быстро скатывались до пьянства и воровства, поэтому уже 10 лет у меня работают мигранты из Таджикистана».Уральскому фермеру вторит осевший в Курске выходец из Средней Азии Айгар Хайбулин: «Вакансий много - работай не хочу, а такие, как я, всегда в цене: не пью, надбавки не требую». «Я нашёл в помощники таджика, - рассказывал «АиФ» Степан Порошин, житель нижегородского посёлка Берёзовый Клин. - Руки - золотые, в свободное от работы время не пьёт - Богу молится».Однако жители другого нижегородского посёлка, Зелёный Город, с некоторых пор возмущённо пишут во все инстанции и опасливо обходят стороной заводские профилактории: несколько лет там живут трудовые мигранты. В прошлом году узбек попытался изнасиловать местную девушку - дошло до акций протеста у здания мэрии. На днях в Челябинске задержали банду из нескольких узбеков и таджиков, которые поджидали возле ресторанов и грабили подвыпивших гуляк. Подобные случаи, по словам Константина Крылова, президента Русского общественного движения, типичны. Просто многие из них не гремят на всю страну, как недавние выступления в посёлке Победа Ленинградской обл., где мигрантов гуртом завезли работать на местную птицефабрику. Кстати, недавно цех по пошиву контрафактной одежды вместе с двумя десятками запертых там нелегалов-вьетнамцев сгорел в подмосковном Егорьевске.Раньше суровой доле рабов-гастарбайтеров, говорит Константин Крылов, многие сочувствовали, но теперь сострадания всё меньше: «Когда на улицах городов их становится слишком много, это вызывает дискомфорт. Не говоря уже о криминале и о том, что приезжие чувствуют себя всё увереннее». Очередной звоночек на этот счёт прозвучал на прошлой неделе в Москве: собравшиеся у мечети мигранты повздорили с полицией. И что б вы думали? Толпа разъярённых азиатов, как говорится, «ссаными тряпками» гнала сотню метров полицейский «пазик».Миф о ленивом ИванеВ больших городах посредники из среднеазиатских диаспор стабильно поставляют своих соотечественников на стройки и загородных коттеджей, и городских многоэтажек. Гастарбайтеры трудятся на фермах и в супермаркетах, в ЖЭКах и ресторанах. Мало-помалу устраиваются даже в поликлиники и детские сады... А где же граждане России? «В нашем коттеджном посёлке отбоя нет от азиатских строителей, - рассказывает Владимир Волошин, менеджер одной из московских фирм. - Да и Интернет пестрит объявлениями «таджикских бригадиров». Но я подумал - на фиг. Тем более и цены заламывают безбожно, и работают часто как попало. Найти нормальных костромских мужиков тоже оказалось несложно. Хороший мастер на таких заказах может заработать и 100 тыс. в месяц. Неплохо же для костромской деревни?»Вообще-то для жителей глубинки за счастье и в разы меньшие заработки. Но даже готовые что-то изменить в своей жизни люди часто не могут пробить стену. Это в бывших советских среднеазиатских республиках банки даже дают кредит - на билет в Россию. Россиянам выехать из своего депрессивного посёлка, где закрылся последний завод, просто не на что. В других городах их никто не ждёт, общежитий нет.«Несколько лет назад ввели систему патентов, - добавляет Константин Полторанин, бывший замначальника управления ФМС. - Хотели вывести из тени максимальное число приезжих из среднеазиатских стран, с которыми у нас действует безвизовый режим. Но вышло так: европейцу с высокой квалификацией нужны виза и ворох других бумаг, а таджику или узбеку, кроме патента за 1 тыс. рублей в месяц, никакие другие документы, по сути, не нужны». Бог с ними, европейцами, но у «патентованных» гастарбайтеров есть преимущества даже по сравнению с местными работягами. Россиянин, даже если будет шабашить на стройке какого-нибудь коттеджа, обязан по закону отчитаться о доходах и заплатить 13% налога. Мигрант, заплативший тысячу за патент, свободен от прочих обязательств.Кому выгодно?«Система по использованию мигрантов давно налажена и имеет серьёзный коррупционный мотив, - говорит политолог Виктор Милитарёв. - Владельцы частных компаний, которых периодически всё же ловят на использовании иностранных рук, ноют: нормальных местных не найти. На самом деле они просто не хотят платить налоги - те же отчисления на социалку с фонда оплаты труда. Местная рабсила в этой системе никому не нужна». «Это отлаженный теневой бизнес, в котором крутятся огромные деньги, - подтверждает Константин Полторанин.  - «Бугры» из числа давно перебравшихся в Россию таджиков, узбеков, киргизов и т. д. имеют наработанные «каналы» оформления документов. На мигрантах кормятся и этническая преступность, и официальные представители диаспор, и продажные чиновники с правоохранителями, и корыстные работодатели. С чиновниками, кстати, те расплачиваются и деньгами, и живой силой». В Челябинске сейчас идёт суд над бывшим начальником местного УФМС А. Дамертом. Кроме взяток в деле есть и такая история: за разрешение на наём иностранцев одна из местных стройфирм взялась бесплатно построить для родни офицера два коттеджа.«Многое объясняющий пример - московские дворники, - говорит публицист Юлия Латынина. - Уборка одного двора здесь стоит уже до 500 долл. в месяц, убирать можно несколько дворов. Но среди дворников - одни мигранты, ведь таджик большую часть зарплаты отдаёт обратно чиновнику». И речь уже не только о Москве. В Туле местные якобы не идут убирать улицы за 17 тыс. руб. в месяц. Крупнейшая управляющая компания города, увольняя туляков, набирала приезжих и вовсе на зарплату... в 24 тыс. руб. Но выяснилось, что бесправные дворники на руки получали гораздо меньше. Зато жирели «менеджеры-рабовладельцы»…Ничего удивительного, что в «рабовладельческой» экономике рабочих мест для граждан страны остаётся всё меньше - они не могут выдержать конкуренции с «рабами». Некоторые действительно превращаются в пьяниц и бездельников. Каким-то чиновникам с бизнесменами на это плевать. Но здесь их интересы явно расходятся с интересами страны и большинства её граждан.p.s. От себя хочу добавить следующее. Я давно уже говорил, что для решения иммиграционного кризиса - сначала необходимо срочно вводить визовый режим с Узбекистаном, Таджикистаном и Киргизией. Необходимо просто упорядочить и поставить под полный контроль государства законность въезда-пребывания-работы-выезда каждого иммигранта с данных стран. То, что государство этого делать не собирается - это очевидно. Давно понятно, что разбавляют коренное население России азиатами наши власти специально и кто стоит за всем этим - (масоны, мировое правительство, запад и т.п.) - тоже давно известно. "Разделяй и властвуй" - никто не отменял и это наглядно подтверждают провокационные попытки столкнуть лбами христианский и мусульманский миры - все эти "невинности мусульман", "пусси райты" и наши мигранты - звенья одной цепи, грандиозной мировой провокации. Но ведь долбить то массово в итоге будут именно гастарбайтеров (а они уже долбят нас, наших жён и детей, пока не массово - отлавливая нас/их поодиночке), а не масонов, не Путина и не Медведева. А ведь именно такую развязку и предусматривает в итоге эта масонская провокация. И это печально.Так же хочу сразу ответить тем, кто упорно придерживается версии: "русские пьют и не хотят работать, если выгнать мигрантов - встанет экономика без рабочих рук". Так вот, если даже с этим не спорить, то предлагаю: раз так - то вместо азиатов пригласите украинцев и представителей других братских нам славянских народов. Например - сербов. Ведь помнится - недавно все косовские сербы вообще просили российское гражданство. Так что при желании можно без проблем найти азиатам более подходящиую замену, а если учесть, что мы вымираем как этнос - уж пусть тогда лучше территорию России заселяют люди, близкие нам по славянскому геному и нашей вере...

15 сентября 2012, 00:00

Сергей «Паук» Троицкий: эталонный политик

Сергей «Паук» Троицкий: эталонный политик  The New Times Больше ада. Сергей Троицкий по прозвищу Паук — художественныйруководитель группы «Коррозия металла» и зарегистрированный кандидат на постглавы городского округа Химки — попытался объяснить The New Times, зачем онидет на выборы, которым сам факт его участия придает привкус буффонады «Мне только что привезли золото Колчака» — с этого началосьтелефонное знакомство с Пауком. «Девочка! Приготовь два баттла красногопортвейна «Массандра» — так были оговорены условия интервью в редакции, гдеСергей Троицкий появился со своей новой, только что отпечатанной книгой«ОбрАДно в СССР». Ее обложку украшает набранное стилизованнымцерковно-славянским шрифтом кредо автора: «Девки, музыка, бухло, угар, говорю вамя, Паук, например». Разговор начал с рассказа о недавних гастролях:«Предположим, только что на выходных мы летали в Новосибирск и Томск.Соответственно, я забыл сдать в багаж контрабандный коньяк, вискарь, ножи,травматический пистолет, и все это осталось в рюкзаке. Но когда ты практическимэр Химок, на досмотре уже по-другому себя ведут: там на конвейере все этоедет, они видят все, но в сторону отворачиваются, как будто не видят. И уженачальник аэропорта Домодедово подходит и говорит: «Сергей, мы знаем, что выпостоянно курите, а у нас сейчас, сами понимаете, запрещено курить. Вот вампластмассовая бутылка». Я сначала подумал, что он мне хочет предложить покуритьгашиш. А он просто сказал так: «Вот у вас нож есть, отрезаете верх, в дабл(туалет. — The New Times) заходите, бутылку суете в раковину, она сразу даетмощнейшую тягу, и вы можете сколько хотите курить, весь дым втянется в этураковину». Практически мэр «Практически мэр Химок» — вы так уверены, что васизберут? Кстати, какое вы вообще имеете отношение к Химкам? Я там рядом живу. Если ночью ехать, примерно 10 минут намашине, а в пробке — 30 минут. Они же из Химок на нашу деревню Пауковка-1нападение делали, травили всех кур. Кто? Прежде всего вот лисы — они представляли угрозу для дворов нашегоолигархического поселка. Понятно. Поэтому в 2010 году вы высказывались за вырубкуХимкинского леса — говорили, что там живут бешеные лисы и так далее. Вашапозиция не изменилась? Нет. Ну, Чирикова истерически хочет спасать лес, но в то жевремя из-за пробок дорогие автомобили сжигают дикое количество бензина, иполучается то на то — смысла никакого экологического в этом лесу нет.Представьте на секунду камеру сверху и посмотрите на трафик вокруг Химок. Еслибы автомобили проносились сквозь лес, было бы лучше. Когда стоят 50 тыс. машинв пробке, они просто сразу по 10 литров сжигают. 50 тыс. умножить на 10 литров,получается, что бензиновым королям ежесекундно прилипает десятки миллионоврублей. Получается так, что, может быть, даже Чирикова в сговоре с бензиновоймафией, например. Я же тоже садоводством занимаюсь 7–8 лет уже, я знаю, каксделать так, чтобы на участке посадить массу плодовых деревьев, которые будутприносить пользу. А алкоголическому человеку даже можно посадить клен,скамеечку ему поставить, он будет Есенина читать: «Клен ты мой опавший» игрустить, например. А Чирикова ничего такого не предлагает. Хотя мне говорят,что она хороший человек, но не слышал ни про клены, ни про ягоды. Слабого — в ад Это правда, что вы хотите из Химок сделать такойгород-казино? Да. Но жители Химок и москвичи, у кого доход до 50 тыс.рублей, — их в это казино не пустят даже на порог, например. Да, они могутходить в развлекательные клубы, например, на дискотеки — это пожалуйста. Апочему именно казино? В Америке, как вы знаете, вымирающим народам — индейцам —разрешено открывать на своих землях казино. Так как русский народ вымирающий,то ему тоже будет разрешено ловить сетями рыбу, глушить ее динамитом, открыватьказино и делать другие угарные вещи. И марихуану там разрешите? У нас можно будет любые лекарства покупать без рецептов ваптеках. Потому что тут уже до маразма дошло. А представьте себе, завтракакой-нибудь умелец придумает дурацкие наркотики из бензина, и что, тогда набензоколонках будут по рецептам торговать? Пусть кто хочет колется, курит —слабого подтолкни в ад. Надо избавиться от лишнего балласта. И потом у насбудет самый моднейший платный реабилитационный центр для наркоманов. Он будетназываться «Православные трудовые лагеря». Соответственно, там же сироты будутнаходиться, потому что сироты — это нахлебники нашего общества, американскимпедофилам их не хотят продавать, и получается, они порожняком едят еду изачастую преступниками вырастают. Человек, например, творческий, но сирота, будетпринят в художественный детский дом, где усвоит, что лабуду просто так рисоватьне нужно. Если картину реально кто-нибудь может купить, вот такую картину нужнорисовать. Я в свое время, когда нам нужны были средства, нарисовал картину, какПутин зловеще скачет на коне, например, и сказал своей секретарше: «Отправь,там, телеги Грызлову, например». Ну, всем этим модным единоросским чиновникам.Пусть они себе мою картину прикупят, и она у них будет висеть в офисе,например. Всем будет польза. Так как Путин зловещий, то сотрудники будут лучшеработать, потому что будут бояться. Когда мы продали копию за 30 тыс. рублейодному единоросскому чиновнику, он повесил ее над собой, и вскоре онаобрушилась, упала на него, он подумал, что это Путин приходит арестовывать его,чтобы расстрелять, у него сразу случился инфаркт, и он умер.  Детали Кстати, о деньгах. Какой бюджет у Химок на 2012 год? Я думаю, что бюджет Химок в 2013 году будет не меньше чем$40–50 млрд. А сейчас-то какой? Сейчас я понятия не имею, там же другие люди этимзанимаются. Если вас выберут, вам придется иногда на заседанияправительства Московской области ходить. Вы представляете себя на заседанииправительства? А что тут не представлять-то? Вот Шойгу будет сидеть… Онпоставлен Путиным туда, чтобы не было чрезвычайных ситуаций. Соответственно, яему буду докладывать, например: «Начали рыть громадный котлован для казино,например, на берегу Москвы-реки. Как вы думаете, сколько бетона туда нужнозалить, чтобы не было обрушения? И есть ли у нас в наличии стоэтажный кран?» То есть работать мэром Химок вы всерьез не собираетесь? Почему? Я был в мэрии, там собрались все секретарши, я импрочитал лекцию, сказал, что я сразу всех увольнять не буду, посмотрим, ктобудет хорошо работать. Соответственно, неуставные отношения нежелательны. Аесли, допустим, начальник отпорет секретаршу и она забеременеет, то человексможет получить бонус — 15-ю зарплату, 16-ю зарплату. Тогда все тетки-секретаршиобрадовались, сразу стали мужиков хватать, такая тусовка пошла… А работать заменя немцы будут. Я буду руководить.„ Китай платит своим рабочим$2. Мы будем у Китая их по $3 покупать и продавать простымлюдям по $100, например”Кнопка Бога Кто за вас будет работать? Немцы. А немцев где возьмете? В Германии в аренду, человек 300–500. Им же удобно: вШереметьево прилетел, 5 минут, и ты уже на работе. Нам выгодно, чтобы немцызанимались управлением, техническими вопросами, как при Петре Первом. У нас сними партнерские отношения будут. Вообще у нас не будет никаких гастарбайтеров,которые просто так взяли и приехали. Будет трудармия. Как Троцкий, помните,трудовые армии создавал? Рабочая сила, которую город будет у Таджикистана иКитая покупать и сдавать в аренду. Китай платит своим рабочим $2. Мы будем уКитая их по $3 покупать и продавать простым людям по $100, например.  А кто у вас будет заместителями, министрами? Мавроди будет министром лотерей. Это же его тема. Мавроди,он, конечно, мечтатель. Он вам помогает деньгами, Мавроди? В данный момент у него их нет, но если я стану, допустим,мэром, то соответственно изыщется возможность из черномырдинских складовполучить наличман, чтобы по крайней мере расплатиться с обманутыми вкладчикамиХимок, а потом соответственно начнется Беспроигрышная Химкинская Лотерея. Кто сейчас вам наличман дает? Бог нажал кнопку, допустим, и пошли транши. От кого? Раскройте. Ну, от Бога, например. Кадырову дает же Аллах. Так как япрактически православный человек, у меня в роду было 13 попов, то Бог такженажал на кнопку, чтобы Сергей не испытывал недостатка в бензине, допустим, вкартриджах для печатания листовок… Говорят, что вы кремлевский проект. Вам не обидно, чтовас в одноразовом варианте хотят использовать? Подумайте сами. Я коренной москвич. Папаша — профессор,мамаша — зубной врач Министерства обороны, я — рок-звезда. Я всех людей вМоскве знаю, начиная от дворников и кончая генералами ФСБ, которые приходили,когда мы были молодыми парнями, на наши концерты, дико угорая. Ну, тогда у них,может быть, другие должности были в 1988 году, но люди же растут. Я по жизни ихзнаю, мы вместе пороли телок, бухали и рубились. Вы хотите сказать, что за вами стоят генералы ФСБ? Скажу так: народ. Нет, подождите. Народ или кагэбэшники? Ну, там все были. Металлист, когда на концерт в 16 летприходил, он был просто металлист. Но он поступил в институт, поднялся по жизни.Это люди, которые находятся в разных слоях общества. А в администрации президента вы с кем-то встречались впоследнее время? Они же приходят к нам на концерты, выпивают, например… Это кто? Разные люди…(Смеется.) Не скажете? Ну, я этих людей знаю.  

08 сентября 2012, 12:00

Реальная Европа. Записки НЕ путешественника. Часть первая

Оригинал взят у matveychev_oleg в Реальная Европа. Записки НЕ путешественника. Часть перваяЗаписки 2006 года об Австрии, которые писал – сам не понял, зачем…Предисловие: телереальностьВ бедных районах северо-запада Парижа (от туристического Монмартра пешком минут двадцать) по улицам текут зловонные потоки, а люди спят на матрацах, прямо на улице посреди отбросов. Но этого никогда не покажут по телевизору – если речь идёт о Париже, мы будем в стотысячный раз видеть на экране Эйфелеву башню.Кто ездил в туристическую поездку в какую-нибудь европейскую столицу, не говорите, что вы были в Европе. То, что вы видели – это «потёмкинские деревни» (выражение, хорошо известное на Западе). В любом европейском городе выделены определённые кварталы специально для туристов. Там чисто и красиво. Есть и другие места, куда туристы не попадают. Там нет шлагбаума – просто экскурсовод туда не поведёт, да и сам турист не захочет. Ведь он приехал фотографировать красоты, а на помойки он и дома насмотрелся. Вот и фотографируют туристы одни и те же дворцы, потом вешают лапшу окружающим как там всё прекрасно и замечательно.Кстати, о потёмкинских деревнях. А ведь на самом деле этого не было! Подумайте сами, неужели императрица, одна из выдающихся личностей того времени, не смогла бы отличить собственными глазами настоящие деревни от нарисованных? Эта очевидная глупость была выдумана позднее завистниками и конкурентами князя Потёмкина.О любвиНемцы уверены, что круче их никого на свете нет, швейцарцев никто не переубедит, что есть на свете нация умнее, а места лучше их Женевы и Монтрё. У американцев вопрос о самой прекрасной стране и самой развитой нации тоже не стоит.А вот, например, Украину не любит никто. Даже «первосортные» украинцы из тех западных областей, которые Сталин зачем-то отобрал у Польши, любят ту же Германию, Швейцарию и Америку. Любой камень на дороге, если эта дорога на Западе, вызывает у них благоговение. Запад для них – земной рай, идеал, где всё прекрасно. А самые яркие патриоты – что раньше, что теперь, среди иммигрантов, которых вернуть на их горячо любимую родину можно разве только силой. Люди отчаянно защищают образ жизни на Западе, часто не замечая, как они противоречат здравому смыслу. Так, один знакомый на мой рассказ о том, какой холод зимой в домах в Европе (экономят дорогой газ) сказал буквально следующее:«Как хорошо и полезно для здоровья! Не то, что у нас – такая жара в квартире, что деваться некуда». А отключи у него батареи, так будет вопить, как резаный: «Безобразие! Куда это власти смотрят! Вот на Западе…!»Практически все украинские чиновники, когда едут в командировку за границу, стремятся взять билет на самолёт не украинских, а западных авиалиний. Казалось бы, какая разница? Самолёт такой же, время в пути то же. Ан нет, подавай только KLM, потому что престижнее.Такое отношение к себе и к Западу не случайно. Оно целенаправленно формируетсязападной пропагандой, которая вольготно себя чувствует в медиапространстве почти всех постсоветских держав. Это основа того магического влияния, которое оно имеет на славянские государства после идеологического, а потом политического и экономического разгрома СССР в Холодной войне.А как там на самом деле? Знаем ли мы сами, к чему стремимся? Европейский Союз совсем рядом, поэтому разобраться, как там живут люди, совсем несложно. Для этого нужно только желание, честность перед самим собой и изрядная смелость, чтобы не бояться развеять такие приятные иллюзии.О чистоте улицНаши СМИ любят повторять, что тротуары на Западе моют с шампунем. Не пересказывайте эту глупость другим. Мусора на улицах не то чтобы совсем нет, но действительно меньше. А шампунем если где и моют, то разве что, на телекамеры один раз. Так что чистота улиц – это достижение скорее пиарщиков, чем дворников. А ещё у нас все верят в какую-то немецкую аккуратность. Якобы человек на Западе окурок в жизни на тротуар не бросит. Помню, в самые первые дни на Западе смотрю – докуривает парень сигарету и окурок прямо на тротуар, да так ещё демонстративно отстреливает на пару метров.Я в шоке. Говорю коллеге – как же так? Я свято верил, что все немцы такие аккуратисты, а тут такое. Да это югослав наверное, успокоил меня коллега. А через неделю мероприятие в особняке с фасадом прямо на улицу. В перерыве вышли уже все «чистые арийцы» покурить, и таким же манером: щелчком на несколько метров окурки прямо на дорогу. Урну они даже глазами не искали. Не бомжи, все сплошь представители интеллигенции, деятели искусства. Так я понял, что на Западе чисто не там где не мусорят, а там где негры с пяти утра всё вычищают.Но первым и самым сильным впечатлением от Запада было всё-таки собачье дерьмо. Улицы в городах узкие, без газонов. От стены дома – узкий тротуар и сразу проезжая часть. Детей заводить особо не принято, поэтому довольствуются домашними животными. Собак много, породистых – единицы. В основном выгуливают обычных дворняжек, часто сразу по несколько. Сказки о том, что на Западе хозяева собирают собачьи подарки в специальные пакетики, остаются либо сказками, либо историей.В парках и сейчас можно увидеть автоматы, в которых за 20 центов можно купить специальный пакет с двумя картонками для удобства собирания. Но популярностью они почему-то не пользуются – то ли денег жалко, то ли заниматься этим процессом не хочется. Периодически городские власти проводят рекламные акции: развешивают плакаты с изображением какающей собачки в финальной стадии процесса и соответствующей надписью. Помогает это слабо: когда идёшь по улице, бдительность нельзя терять ни на секунду.О деньгахВот она – заветная тема. Мы говорим Запад, подразумеваем деньги, мы говорим деньги, подразумеваем Запад! Да ради денег мы бы любое дерьмо стерпели, подумает иной наш постсовковый житель. Ну что-ж, посчитаем чужие деньги.Начнём с верхнего среднего класса: врач. Врач в больнице зарабатывает 80 тысяч евро в год. Эту сумму можно найти в некоторых наших изданиях как подтверждение западного благополучия. Но давайте присмотримся повнимательнее. 80 тысяч в год или приблизительно 6,5 тысяч в месяц – это без вычета налогов, которые в ЕС составляют ровно половину дохода. Итак, на руки наш врач получит чуть больше 3 тысяч. Скромная трёхкомнатная квартира стоит в Вене около 100 тысяч евро, если этих денег нет, нужно снимать. Аренда обойдётся приблизительно в 1000.Итак, если наш врач снимает квартиру, то из своих трёх тысяч, одну он заплатит за аренду квартиры. От родителей детям квартиры тут не остаются – почувствовав немощь, старики продают квартиры и на эти деньги переезжают в дом престарелых.Из двух оставшихся тысяч нужно около 200 евро заплатить за обслуживание квартиры (типа нашего ЖЕКа), плюс около 100 евро за коммунальные платежи. Особенно дорогой газ, который и отапливает помещение и греет воду. Затем идут медицинская страховка (бесплатно тут лечить никого не будут), бензин и парковка (если есть машина) или месячный проездной на метро и трамвае (65 евро), другие мелочи, которые неизбежны но все вместе забирают ещё добрые 200 евриков. Ещё 500 нужно выделить на питание – не в дорогих ресторанах (там один обед в сотню влетит), а так: когда по забегаловкам, когда дома перекусить.И всё-таки на всё про всё у него остаётся целая 1000! Её он может потратить туда, куда захочет. Он может поехать на горнолыжный курорт зимой или на Майями на неделю (не больше!) летом. А может взять в рассрочку машину или квартиру и отдавать эту тысячу за кредит.Но это – врач, одна из самых высокооплачиваемых профессий. А как быть медсестре или какому-нибудь капралу Бундесвера, которые на руки получают не больше 900 евро в месяц, а все вышеописанные обязательные траты – такие же? Вот и стоят в магазинах красивые плазменные телевизоры, только очереди за ними что-то не видно.Как-то я слышал, что об уровне благополучия нации можно косвенно судить по количеству кондиционеров на жилых домах. Так вот, в Европе кондиционеров в жилых домахвообще нет. Их даже в магазинах не продают. Отчасти это объясняется особенностями климата – сильной жары, равно как и морозов, тут не бывает. Конечно, при желании и больших деньгах без проблем можно заказать, но этого практически никто не делает. Дело тут даже не в цене самого кондиционера – при цене в 400-500 евро худо-бедно многие городские семьи могли бы его себе позволить – что они не в состоянии (или не считают это разумным), это тратить по 100 евро в месяц за электричество, которое он потребляет.Где живут европейцыКак где живут? Понятно где, в шикарных особняках, не раз это по телевизору видели, скажут наши неискушённые соотечественники. А если им сказать, что до сих пор в довольно приличных районах европейских столиц можно найти коммуналки с одним туалетом и душем на коридор, ведь не поверят! Настолько это не укладывается в их представление о богатом Западе. Что делать, приходится признать: таки есть. Но это, конечно, редкость. А большинство работяг живёт в многоэтажках, часто соединённых в громадные жилые комплексы с бесконечными коридорами как в наших общагах.Маленькие ухоженные европейские деревеньки – просто прелесть. Всё так чистенько и аккуратно, что создаётся впечатление игрушечности. Перед окнами всегда цветы, перед порогом чистота идеальная. Правда, в гости обитатели этих домиков приглашать не любят: внутри бывает, как и везде, по-всякому. Поскольку денег на всё нужно много, нужно изыскивать резервы экономии. Самая естественная экономия на еде и отоплении. Последи зимы можно часто заметить в домах открытые окна. Хоть зимы в Европе не холодные, морозы всего несколько дней в году, но всё равно, при плюс десяти у нас вряд ли кто-то будет окно настежь открывать. Оказывается – тут в квартире теплее и не бывает, поэтому от открытого окна холоднее не становится. Вот как это описывает одна бывшая наша соотечественница:«…градусник застрял на отметке “18”, а когда я попросила стакан горячего чаю, мне было сказано, что чай в Германии пьют только на завтрак. На ужин – несколько бутербродов и бутылка минеральной воды. Сын ластился к бабушке, но та не отвечала на его ласки. Ах бабушка, бабушка, да разве так мы принимали тебя, когда ты навещала нас в Москве! Ночью в квартире стало ещё холоднее, тонкое, колючее одеяло моего свёкра, привезённое им ещё с войны, совсем не грело, через каждые полчаса меня будил оглушительный бой часов.Полгода спустя могилы дедушки не стало: живые его потомки отказались продлить договор на аренду места, и дедушкины кости были отнесены на склад, где оказываются останки выселенных из их «домов» покойников. Я не знала, что могилу можно просто так уничтожить, что даже этот крошечный клочок земли не принадлежит тебе навечно. Хоронят здесь в два, а то и в три этажа, так что, сбежав от ужаса коммунальных квартир, закончить мне предстоит ужасом коммунальной могилы.Известно, что в немецких домах температура стремится к нулю, немцы спят с грелкой или калёными кирпичами под пуховыми перинами. Но одно дело читать об этом, и другое – когда сказка, так сказать, становится былью. Как я уже писала, в квартире моей свекрови было так холодно, что у меня отмерзал нос; время от времени мы с сыном бежали к машине и, включив мотор, с жадностью вдыхали душный горячий воздух. «Боже, зачем я здесь, что я наделала со своей жизнью!» – думалось мне.На четырнадцатом этаже в Бабушкино батареи были раскалённые, отключить их было невозможно и мы держали окно открытым. А тут с первых дней пришлось познакомиться с другой крайностью. «Давай дадим маме денег на отопление!» – упрашивала я мужа. – «Бесполезно, она положит на книжку, и всё останется, как есть».Через две недели мы перебрались, наконец, в свою собственную квартиру. Но стоило мне включить батарею, как через несколько минут вентиль снова оказывался закрученным. Включала отопление воровато, когда мужа не было дома, украдкой принимала душ: вода тоже стоит денег. Нет, мы не были бедны, но, бывает, бедность живёт не в кармане, а в сером мозговом веществе…»А в магазинах почему-то топят отчаянно. Может, чтобы людей, намёрзшихся в собственных квартирах, тянуло туда погреться…О магазинахКак бы там ни было, но изобилие в западных магазинах ни у кого не вызывает сомнения. Все помнят слова М. Жванецкого о том, что в западном супермаркете половина товаров – это все товары, какие мы только знаем, а другая половина – такое, что мы себе даже представить не можем. Может быть, его слова были актуальны лет десять назад, но не сейчас.На самом деле всё с точностью до наоборот: в наших магазинах сейчас выбор намного больше. То, что у нас называется жутким словом «изоляционизм», у них называется красивым термином «политика защиты национального производителя и создания новых рабочих мест». Такая политика приводит к существенному сокращению ассортимента товаров. По любой товарной группе в европейских странах картина следующая: пара местных производителей, три-четыре общеевропейских – всё. Даже американским фирмам пробиться на европейский рынок архисложно, что уж там говорить о других.Один из распространённых у нас мифов – будто в Европу техника идёт какого-то особого качества. Какой в этом смысл для производителя – непонятно. А учитывая то, что выбор, а, следовательно, и конкуренция у нас выше, то и вовсе глупо. Вот и стоят очереди в гарантийных мастерских на Западе не меньше, чем на нашем совковом Востоке.«Когда у вас появляется первая клубника? В шесть утра!» – униженный хохот, занавес. А ведь это недалеко от правды. Ну, пусть не в шесть, это Жванецкий загнул, а в семь, когда открываются супермаркеты, в них действительно можно купить клубнику. Большую, красивую, по вкусу неотличимую от таких же красивых и таких же безвкусных груш и яблок.Самая последняя примета времени – если раньше вся электроника была Made in China, то теперь все чаще попадаются «Панасоники» и «Брауны», сделанные в странах Центральной и Восточной Европы. Для западных концернов расширение ЕС было действительно выгодным: это заметно даже по тому, как сразу снизилась цена на бытовую технику. Правда, работает народ в новых «равноправных» странах ЕС по принципу: пока работаешь – платят, заболел – твои проблемы. Никто тебе больничный не будет оплачивать, а про декретный отпуск вообще как-то несерьёзно говорить. Народ иногда бунтует по этому поводу, но владельцы восстанавливают порядок старым проверенным способом – увольняют зачинщиков, а остальным обещают, что если те не успокоятся, вообще перенесут производство в другое место.И неправда, что в Европе продают только искусственные ёлки – они в магазине, конечно, есть, но их никто не берёт. За две-три недели до их Рождества открываются ёлочные базары где за полтора десятка евро можно купить самую обычную живую ёлку высотой в полтора метра.Европейский сервисСломал я как-то ноутбук. Экран погас – и всё! Делать нечего, нашёл я сервисный центр, поехал, показываю технику, так мол, и так… Меня сразу предупредили, что осмотр стоит 60 евро. Ладно, согласился я, делать всё равно больше нечего. На следующий день приезжаю, мне и говорят, что необходимо менять материнскую плату и это дело мне обойдётся в 600 евро. Поскольку цена ноутбука была немного дешевле этой суммы я заплатил только 60 за «диагноз» и ушёл домой с тяжёлым сердцем. При первой возможности я передал ноутбук в Киев, где мастер его отремонтировал за двадцать минут взяв за это 150 гривен – в два раза меньше, чем в европах взяли только за «посмотреть». Потом я узнал, что тут вообще ничего не ремонтируют. Всю дефектную технику отправляют на завод, а оттуда получают замену. Если по гарантии, то без проблем, всё будет бесплатно, правда долго. А если гарантии нет, лучше сразу выбросить.Средства малой механизацииКогда я в первый раз увидел экскаватор размером с велосипед, то ходил потом в приподнятом настроении целый день: как вспомню этот агрегат, так улыбка возникает невольно. Но ещё больше меня поразил агрегат для сбора опавших листьев. Этакий пылесос на базе среднего грузовика. Работник водит огромным гофрированным шлангом, который засасывает листья внутрь. Агрегат этот издаёт чудовищный шум, а по визуальной оценке эффективности – граблями быстрее (и заметно тише).Продолжение следует...Автор - http://nikolino.livejournal.com/5020263.html

08 сентября 2012, 01:25

Реальная Европа. Записки НЕ путешественника. Часть первая

Записки 2006 года об Австрии, которые писал – сам не понял, зачем… Предисловие: телереальность В бедных районах северо-запада Парижа (от туристического Монмартра пешком минут двадцать) по улицам текут зловонные потоки, а люди спят на матрацах, прямо на улице посреди отбросов. Но этого никогда не покажут по телевизору – если речь идёт о Париже, мы будем в стотысячный раз видеть на экране Эйфелеву башню. Кто ездил в туристическую поездку в какую-нибудь европейскую столицу, не говорите, что вы были в Европе. То, что вы видели – это «потёмкинские деревни» (выражение, хорошо известное на Западе). В любом европейском городе выделены определённые кварталы специально для туристов. Там чисто и красиво. Есть и другие места, куда туристы не попадают. Там нет шлагбаума – просто экскурсовод туда не поведёт, да и сам турист не захочет. Ведь он приехал фотографировать красоты, а на помойки он и дома насмотрелся. Вот и фотографируют туристы одни и те же дворцы, потом вешают лапшу окружающим как там всё прекрасно и замечательно. Кстати, о потёмкинских деревнях. А ведь на самом деле этого не было! Подумайте сами, неужели императрица, одна из выдающихся личностей того времени, не смогла бы отличить собственными глазами настоящие деревни от нарисованных? Эта очевидная глупость была выдумана позднее завистниками и конкурентами князя Потёмкина. О любви Немцы уверены, что круче их никого на свете нет, швейцарцев никто не переубедит, что есть на свете нация умнее, а места лучше их Женевы и Монтрё. У американцев вопрос о самой прекрасной стране и самой развитой нации тоже не стоит. А вот, например, Украину не любит никто. Даже «первосортные» украинцы из тех западных областей, которые Сталин зачем-то отобрал у Польши, любят ту же Германию, Швейцарию и Америку. Любой камень на дороге, если эта дорога на Западе, вызывает у них благоговение. Запад для них – земной рай, идеал, где всё прекрасно. А самые яркие патриоты – что раньше, что теперь, среди иммигрантов, которых вернуть на их горячо любимую родину можно разве только силой. Люди отчаянно защищают образ жизни на Западе, часто не замечая, как они противоречат здравому смыслу. Так, один знакомый на мой рассказ о том, какой холод зимой в домах в Европе (экономят дорогой газ) сказал буквально следующее: «Как хорошо и полезно для здоровья! Не то, что у нас – такая жара в квартире, что деваться некуда». А отключи у него батареи, так будет вопить, как резаный: «Безобразие! Куда это власти смотрят! Вот на Западе…!» Практически все украинские чиновники, когда едут в командировку за границу, стремятся взять билет на самолёт не украинских, а западных авиалиний. Казалось бы, какая разница? Самолёт такой же, время в пути то же. Ан нет, подавай только KLM, потому что престижнее. Такое отношение к себе и к Западу не случайно. Оно целенаправленно формируетсязападной пропагандой, которая вольготно себя чувствует в медиапространстве почти всех постсоветских держав. Это основа того магического влияния, которое оно имеет на славянские государства после идеологического, а потом политического и экономического разгрома СССР в Холодной войне. А как там на самом деле? Знаем ли мы сами, к чему стремимся? Европейский Союз совсем рядом, поэтому разобраться, как там живут люди, совсем несложно. Для этого нужно только желание, честность перед самим собой и изрядная смелость, чтобы не бояться развеять такие приятные иллюзии. О чистоте улиц Наши СМИ любят повторять, что тротуары на Западе моют с шампунем. Не пересказывайте эту глупость другим. Мусора на улицах не то чтобы совсем нет, но действительно меньше. А шампунем если где и моют, то разве что, на телекамеры один раз. Так что чистота улиц – это достижение скорее пиарщиков, чем дворников. А ещё у нас все верят в какую-то немецкую аккуратность. Якобы человек на Западе окурок в жизни на тротуар не бросит. Помню, в самые первые дни на Западе смотрю – докуривает парень сигарету и окурок прямо на тротуар, да так ещё демонстративно отстреливает на пару метров. Я в шоке. Говорю коллеге – как же так? Я свято верил, что все немцы такие аккуратисты, а тут такое. Да это югослав наверное, успокоил меня коллега. А через неделю мероприятие в особняке с фасадом прямо на улицу. В перерыве вышли уже все «чистые арийцы» покурить, и таким же манером: щелчком на несколько метров окурки прямо на дорогу. Урну они даже глазами не искали. Не бомжи, все сплошь представители интеллигенции, деятели искусства. Так я понял, что на Западе чисто не там где не мусорят, а там где негры с пяти утра всё вычищают. Но первым и самым сильным впечатлением от Запада было всё-таки собачье дерьмо. Улицы в городах узкие, без газонов. От стены дома – узкий тротуар и сразу проезжая часть. Детей заводить особо не принято, поэтому довольствуются домашними животными. Собак много, породистых – единицы. В основном выгуливают обычных дворняжек, часто сразу по несколько. Сказки о том, что на Западе хозяева собирают собачьи подарки в специальные пакетики, остаются либо сказками, либо историей. В парках и сейчас можно увидеть автоматы, в которых за 20 центов можно купить специальный пакет с двумя картонками для удобства собирания. Но популярностью они почему-то не пользуются – то ли денег жалко, то ли заниматься этим процессом не хочется. Периодически городские власти проводят рекламные акции: развешивают плакаты с изображением какающей собачки в финальной стадии процесса и соответствующей надписью. Помогает это слабо: когда идёшь по улице, бдительность нельзя терять ни на секунду. О деньгах Вот она – заветная тема. Мы говорим Запад, подразумеваем деньги, мы говорим деньги, подразумеваем Запад! Да ради денег мы бы любое дерьмо стерпели, подумает иной наш постсовковый житель. Ну что-ж, посчитаем чужие деньги. Начнём с верхнего среднего класса: врач. Врач в больнице зарабатывает 80 тысяч евро в год. Эту сумму можно найти в некоторых наших изданиях как подтверждение западного благополучия. Но давайте присмотримся повнимательнее. 80 тысяч в год или приблизительно 6,5 тысяч в месяц – это без вычета налогов, которые в ЕС составляют ровно половину дохода. Итак, на руки наш врач получит чуть больше 3 тысяч. Скромная трёхкомнатная квартира стоит в Вене около 100 тысяч евро, если этих денег нет, нужно снимать. Аренда обойдётся приблизительно в 1000. Итак, если наш врач снимает квартиру, то из своих трёх тысяч, одну он заплатит за аренду квартиры. От родителей детям квартиры тут не остаются – почувствовав немощь, старики продают квартиры и на эти деньги переезжают в дом престарелых. Из двух оставшихся тысяч нужно около 200 евро заплатить за обслуживание квартиры (типа нашего ЖЕКа), плюс около 100 евро за коммунальные платежи. Особенно дорогой газ, который и отапливает помещение и греет воду. Затем идут медицинская страховка (бесплатно тут лечить никого не будут), бензин и парковка (если есть машина) или месячный проездной на метро и трамвае (65 евро), другие мелочи, которые неизбежны но все вместе забирают ещё добрые 200 евриков. Ещё 500 нужно выделить на питание – не в дорогих ресторанах (там один обед в сотню влетит), а так: когда по забегаловкам, когда дома перекусить. И всё-таки на всё про всё у него остаётся целая 1000! Её он может потратить туда, куда захочет. Он может поехать на горнолыжный курорт зимой или на Майями на неделю (не больше!) летом. А может взять в рассрочку машину или квартиру и отдавать эту тысячу за кредит. Но это – врач, одна из самых высокооплачиваемых профессий. А как быть медсестре или какому-нибудь капралу Бундесвера, которые на руки получают не больше 900 евро в месяц, а все вышеописанные обязательные траты – такие же? Вот и стоят в магазинах красивые плазменные телевизоры, только очереди за ними что-то не видно. Как-то я слышал, что об уровне благополучия нации можно косвенно судить по количеству кондиционеров на жилых домах. Так вот, в Европе кондиционеров в жилых домахвообще нет. Их даже в магазинах не продают. Отчасти это объясняется особенностями климата – сильной жары, равно как и морозов, тут не бывает. Конечно, при желании и больших деньгах без проблем можно заказать, но этого практически никто не делает. Дело тут даже не в цене самого кондиционера – при цене в 400-500 евро худо-бедно многие городские семьи могли бы его себе позволить – что они не в состоянии (или не считают это разумным), это тратить по 100 евро в месяц за электричество, которое он потребляет. Где живут европейцы Как где живут? Понятно где, в шикарных особняках, не раз это по телевизору видели, скажут наши неискушённые соотечественники. А если им сказать, что до сих пор в довольно приличных районах европейских столиц можно найти коммуналки с одним туалетом и душем на коридор, ведь не поверят! Настолько это не укладывается в их представление о богатом Западе. Что делать, приходится признать: таки есть. Но это, конечно, редкость. А большинство работяг живёт в многоэтажках, часто соединённых в громадные жилые комплексы с бесконечными коридорами как в наших общагах. Маленькие ухоженные европейские деревеньки – просто прелесть. Всё так чистенько и аккуратно, что создаётся впечатление игрушечности. Перед окнами всегда цветы, перед порогом чистота идеальная. Правда, в гости обитатели этих домиков приглашать не любят: внутри бывает, как и везде, по-всякому. Поскольку денег на всё нужно много, нужно изыскивать резервы экономии. Самая естественная экономия на еде и отоплении. Последи зимы можно часто заметить в домах открытые окна. Хоть зимы в Европе не холодные, морозы всего несколько дней в году, но всё равно, при плюс десяти у нас вряд ли кто-то будет окно настежь открывать. Оказывается – тут в квартире теплее и не бывает, поэтому от открытого окна холоднее не становится. Вот как это описывает одна бывшая наша соотечественница: «…градусник застрял на отметке “18”, а когда я попросила стакан горячего чаю, мне было сказано, что чай в Германии пьют только на завтрак. На ужин – несколько бутербродов и бутылка минеральной воды. Сын ластился к бабушке, но та не отвечала на его ласки. Ах бабушка, бабушка, да разве так мы принимали тебя, когда ты навещала нас в Москве! Ночью в квартире стало ещё холоднее, тонкое, колючее одеяло моего свёкра, привезённое им ещё с войны, совсем не грело, через каждые полчаса меня будил оглушительный бой часов. Полгода спустя могилы дедушки не стало: живые его потомки отказались продлить договор на аренду места, и дедушкины кости были отнесены на склад, где оказываются останки выселенных из их «домов» покойников. Я не знала, что могилу можно просто так уничтожить, что даже этот крошечный клочок земли не принадлежит тебе навечно. Хоронят здесь в два, а то и в три этажа, так что, сбежав от ужаса коммунальных квартир, закончить мне предстоит ужасом коммунальной могилы. Известно, что в немецких домах температура стремится к нулю, немцы спят с грелкой или калёными кирпичами под пуховыми перинами. Но одно дело читать об этом, и другое – когда сказка, так сказать, становится былью. Как я уже писала, в квартире моей свекрови было так холодно, что у меня отмерзал нос; время от времени мы с сыном бежали к машине и, включив мотор, с жадностью вдыхали душный горячий воздух. «Боже, зачем я здесь, что я наделала со своей жизнью!» – думалось мне. На четырнадцатом этаже в Бабушкино батареи были раскалённые, отключить их было невозможно и мы держали окно открытым. А тут с первых дней пришлось познакомиться с другой крайностью. «Давай дадим маме денег на отопление!» – упрашивала я мужа. – «Бесполезно, она положит на книжку, и всё останется, как есть». Через две недели мы перебрались, наконец, в свою собственную квартиру. Но стоило мне включить батарею, как через несколько минут вентиль снова оказывался закрученным. Включала отопление воровато, когда мужа не было дома, украдкой принимала душ: вода тоже стоит денег. Нет, мы не были бедны, но, бывает, бедность живёт не в кармане, а в сером мозговом веществе…» А в магазинах почему-то топят отчаянно. Может, чтобы людей, намёрзшихся в собственных квартирах, тянуло туда погреться… О магазинах Как бы там ни было, но изобилие в западных магазинах ни у кого не вызывает сомнения. Все помнят слова М. Жванецкого о том, что в западном супермаркете половина товаров – это все товары, какие мы только знаем, а другая половина – такое, что мы себе даже представить не можем. Может быть, его слова были актуальны лет десять назад, но не сейчас. На самом деле всё с точностью до наоборот: в наших магазинах сейчас выбор намного больше. То, что у нас называется жутким словом «изоляционизм», у них называется красивым термином «политика защиты национального производителя и создания новых рабочих мест». Такая политика приводит к существенному сокращению ассортимента товаров. По любой товарной группе в европейских странах картина следующая: пара местных производителей, три-четыре общеевропейских – всё. Даже американским фирмам пробиться на европейский рынок архисложно, что уж там говорить о других. Один из распространённых у нас мифов – будто в Европу техника идёт какого-то особого качества. Какой в этом смысл для производителя – непонятно. А учитывая то, что выбор, а, следовательно, и конкуренция у нас выше, то и вовсе глупо. Вот и стоят очереди в гарантийных мастерских на Западе не меньше, чем на нашем совковом Востоке. «Когда у вас появляется первая клубника? В шесть утра!» – униженный хохот, занавес. А ведь это недалеко от правды. Ну, пусть не в шесть, это Жванецкий загнул, а в семь, когда открываются супермаркеты, в них действительно можно купить клубнику. Большую, красивую, по вкусу неотличимую от таких же красивых и таких же безвкусных груш и яблок. Самая последняя примета времени – если раньше вся электроника была Made in China, то теперь все чаще попадаются «Панасоники» и «Брауны», сделанные в странах Центральной и Восточной Европы. Для западных концернов расширение ЕС было действительно выгодным: это заметно даже по тому, как сразу снизилась цена на бытовую технику. Правда, работает народ в новых «равноправных» странах ЕС по принципу: пока работаешь – платят, заболел – твои проблемы. Никто тебе больничный не будет оплачивать, а про декретный отпуск вообще как-то несерьёзно говорить. Народ иногда бунтует по этому поводу, но владельцы восстанавливают порядок старым проверенным способом – увольняют зачинщиков, а остальным обещают, что если те не успокоятся, вообще перенесут производство в другое место. И неправда, что в Европе продают только искусственные ёлки – они в магазине, конечно, есть, но их никто не берёт. За две-три недели до их Рождества открываются ёлочные базары где за полтора десятка евро можно купить самую обычную живую ёлку высотой в полтора метра. Европейский сервис Сломал я как-то ноутбук. Экран погас – и всё! Делать нечего, нашёл я сервисный центр, поехал, показываю технику, так мол, и так… Меня сразу предупредили, что осмотр стоит 60 евро. Ладно, согласился я, делать всё равно больше нечего. На следующий день приезжаю, мне и говорят, что необходимо менять материнскую плату и это дело мне обойдётся в 600 евро. Поскольку цена ноутбука была немного дешевле этой суммы я заплатил только 60 за «диагноз» и ушёл домой с тяжёлым сердцем. При первой возможности я передал ноутбук в Киев, где мастер его отремонтировал за двадцать минут взяв за это 150 гривен – в два раза меньше, чем в европах взяли только за «посмотреть». Потом я узнал, что тут вообще ничего не ремонтируют. Всю дефектную технику отправляют на завод, а оттуда получают замену. Если по гарантии, то без проблем, всё будет бесплатно, правда долго. А если гарантии нет, лучше сразу выбросить. Средства малой механизации Когда я в первый раз увидел экскаватор размером с велосипед, то ходил потом в приподнятом настроении целый день: как вспомню этот агрегат, так улыбка возникает невольно. Но ещё больше меня поразил агрегат для сбора опавших листьев. Этакий пылесос на базе среднего грузовика. Работник водит огромным гофрированным шлангом, который засасывает листья внутрь. Агрегат этот издаёт чудовищный шум, а по визуальной оценке эффективности – граблями быстрее (и заметно тише). Продолжение следует... Автор - http://nikolino.livejournal.com/5020263.html

03 сентября 2012, 21:49

Дмитрий Трунов, На Антона Мыц завели уголовное дело и это только начало

Сегодня старший помощник руководителя регионального управления Следственного комитета Марианна Андрюшина сообщила местным СМИ о том, что в отношении главы Тургеневского сельского поселения Антона Мыц возбуждено уголовное дело. Дело не о простой халатности или маленьком нарушении, а по части 2 статьи 285 УК РФ «Злоупотребление должностными полномочиями главой органа местного самоуправления». Уголовное дело завели по факту проверки УМВД по Калининградской области. В течение 2012 года я не раз писал о том, что в Тургеневском сельском поселении происходят разные чудеса, и часто чудесам способствует местный 27-летний волшебник, и по совместительству глава поселения, Антон Мыц. Многочисленные запросы и длительная переписка депутатов областной и государственной Думы с прокуратурой, УМВД и СК РФ ни к чему не приводила на протяжении полугода, до тех пор, пока жители поселения не вышли на митинг к администрации Тургеневского сельского поселения. Сделали они это не раз, а дважды. После этого дело сдвинулось с мертвой точки. После публикации мною фоторепортажа с несанкционированного митинга, ко мне было множество вопросов. Почти все комментаторы утверждали, что толку от митинга, на который вышло около 200-та человек (в поселке), не будет. На некоторые комментарии я отвечал и пытался убедить людей, что митингом дело не закончится, т.к. на митингах присутствовали депутаты Областной Думы от КПРФ, которые обещали жителям помочь, обещали, глядя им в глаза. В день, когда прошел митинг, я дал небольшой комментарий журналистам «Нового Калининграда»: По словам помощника депутата Облдумы от КПРФ Дмитрия Трунова, акция была организована компартией, ее поддержали представители «Справедливой России». Жители, в частности, жаловались на то, что Мыц, якобы, закрыл баню, отремонтировал за счет бюджета свой кабинет и купил новую машину. Те же журналисты спросили мнение у самого виновника торжества, у Антона Мыца и он им сообщил, что «организаторы акции — группа людей, которые хотят получить пост главы». Он заверил, что баню в ноябре 2011 года он сдал в аренду на 5 лет, а машину купил в кредит, который взял на свое имя. Приведу пример лишь одного комментария с вопросами по поводу последнего проведенного митинга в поселке Славянское: Олег Ган [advokat-039], 08.06.2012 00:02:25 [цитировать] [имя] «Народ собрать то собрали.. И что дальше? В чем помощь обл. депутатов? Ну по пиарились они.. А людям то, в чем помощь? Странная позиция, Трунов уже писал, но внятно о хоть каких нибудь Полезных действиях для Жителей он мне ответить не смог. Приехали-по пиарились, там где жить никогда не будут, и уехали к себе, жить в хороших квартирах, без поселковых проблем.. Факт?» Тогда я не посчитал нужным отвечать на этот и подобные комментарии, а решил дождаться реальных результатов проверок и различного рода запросов. Сейчас всё встает на свои места: Антону Мыц грозит до 7 лет лишения свободы, правда это лишь по одному из многочисленных нарушений, совершенных им и его командой. Сегодня «Новый Калининград» пишет: Сам Антон Мыц считает это дело политическим. «Уголовное дело было возбуждено по настойчивым обращениям от коммунистов. В течение 3 месяцев в возбуждении уголовного дела отказывалось. А потом приехала проверка из Москвы, и Следственный комитет это дело возбудил, не обращая внимания на мнение прокуратуры», — заявил он в разговоре с корреспондентом «Нового Калининграда.Ru». По словам Мыца, он не знал о том, что квартира приватизирована. Глава поселения подтвердил, что его бабушка купила квартиру, однако назвать сумму сделки отказался, сославшись на то, что не знает подробностей. Политическим Антон считает не только дела против него, но и, например, поджог своей машины. Тогда глава Тургеневского поселения не постеснялся связать поджог своей машины со своей же политической деятельностью. Сейчас хочу сказать, что это не последняя новость с Полесского района и Полесска. Впереди еще много новостей, которые по своей интересности не уступят данной. Также будут новости с других районов области. Так что не рубите с плеча раньше времени, товарищи комментаторы.

25 августа 2012, 10:23

"Я хотел бы жить и умереть в Париже..."

Отсюда: Сестренка Edit немножко пожыла в Цывилизованной Странеи делится впечатленьями, нажытыми на Том Самом Западе, где только и могут Нормально Жыть нормальные культурные белые люди.А я вот после 9 лет во Франции подтверждаю, что всё так и есть. Переезжаю обратно, кстати.Мелкие детальки. Из зарплаты действительно уходило почти половина на налоги, остальное на жильё. На еду оставалось даже не 500 евро а иногда и 100. Как то три месяца с бывшим мужем жили на 50 евро. Вдвоём. С расходами на бензин. Я стала плохо питаться самым дешёвым из самого дешёвого супермаркета. Хлеб растягивали на неделю, он стал основной едой. Я была в ужасе. если ты работаешь и даже прилично получаешь – всё равно живёшь от зарплаты до зарплаты. Я России я каждый месяц откладывала деньги в баночку. Во Франции – даже думать об этом забыла. Наоборот, муж был весь в долгах. Долги доходили до 90 % его зарплаты ДО оплаты за квартиру и прочее, так что он делал новые долги под высокие проценты типа 18% и всё это росло как снежный ком. В конце концов невероятными усилиями и с массой огромных скандалов мне удалось оплатить часть его долгов, заставить его оплатить заранее некоторые и свести их хотя бы к каким то разумным рамкам.Ещё интересно про т. н. прекрасные дома престарелых, где телевизоры и прочий бред. Короче стоит это от 1800 лет шесть назад до 2500 сейчас, а может и выше. Это платит сам пенсионер (средняя пенсия может быть 1000 евро или даже ниже). Разницу должны оплачивать дети или другие родственники. И только если нет совсем никого и пенсия не покрывает оплату в доме престарелых, а старичок совсем не может жить сам один – то его направляют за счет государства в самый дешёвый и он может быть далеко от дома. Комнаты часто не на одного а на 2 старичков. Короче выбирать не приходится. Родителей знакомой год не принимали, мест не было. А когда приняли то на разных этажах. Они бедные друг к другу ползли по лестницам – а до этого всю жизнь не расставались. Оба умерли в течение года. Ужас. Им НЕ НАШЛИ общую комнату! Уход за ними может быть очень разный. Подруга работает в таком – говорит, при ней как то медсестра колола старушку. несколько раз не попадала в вену, сломала иглу. Моя подруга говорит – ну дай я сделаю, что мучаешь – так та наехала – да ты кто такая вообще мол. Потому что она не смогла подтвердить свой диплом медсестры (а она была старшая медсестра) и работает санитаркой.Поэтому, сравнивая ДОХОДЫ всегда узнайте сначала РАСХОДЫ. Они могут быть равными доходам или даже превышать их. А как вам квартплата 350 евро в месяц? И это БЕЗ электричества, телефона и интернета. А с ним почти 450. Вынь да положь. А налог на ПЯТЬ БЕСПЛАТНЫХ якобы каналов ТВ. 120 евро кажется в год. Я как узнала – ну думаю, совсем с дуба рухнули. И ведь нельзя не платить. Говорят – раз в квартиру есть антенна – плати и всё.В Париже говняшки на тротуарах везде, и не только в Париже. Привыкла следить и всё. Очень редко кто подбирает, хотя пакеты везде стоят. За 9 лет видела подбирание раза два. А вот НЕподбирание намного больше. Очень мусорят. если неделю уборщиков не будет – всё покроется слоем окурков и мусора.Ну а вот зомбированность – это что-то. У них отключен в мозгу такой прибор как АНАЛИЗАТОР. Они вообще не фильтруют информацию, никогда не говорят – а ПОЧЕМУ так, и ЗАЧЕМ вот так. Просто – им сказали – они впитали. И всё. Это называется биороботы.Женщины страшные. Часто вроде хорошая фигура, повернется лицом – ну я это называю Антисекс. ЗЛОЕ лицо старой грымзы. Да черепа сплющены с боков, точно. И ещё часто подбородок узкий и выдаётся вперёд. Зубы внутри не заходят друг за друга. Я это вычислила, а теперь поняла почему. Их почти никого не кормили грудью. Неправильный прикус. Дети с сосками лет в пять бывают. С рождения многих не кормят – только бутылочка и соска. От этого недоразвивается вся нижняя часть лица, подбородок, челюсть. Половина лица, в общем. Так как грудь сосут активно, а соску нет – просто льётся и всё. Кстати по ходу – если ребёнка кормить и в 2 и 3 года грудью – нет НИКАКИХ проблем роста зубов, болей при этом. Просто зубы растут позже и медленнее – так и заложено природой. А их стимулируют – давая молочные смеси на коровьем молоке, они прут рано и быстро – разрывают десна, адская боль. Через это проходит много малышей, здесь все говорят – это нормально – зубки растут. У нас этого не было и в помине. Все зубки выросли, подбородок развит – славянский ребёнок.Ну что ещё – про метро вы ошибись про мышек – я тут только КРЫС видела. Огромных и наглых. Прямо днём по путям шастают. В Москве даже представить такое не могу. В метро внутри запах специфичный, неприятный. Как грязные носки. Много бомжей, особенно в метро, переходах – это просто бич. Иногда приходилось менять вагон, поезд другой ждать – лишь бы подальше от этих скотов. И Их как-то пропускают всех. Или они пролезают.Часто живут очень напиханно. В Москве 60 м. это двухкомнатная – там трёх. Кухни 6 метров у нас были ужасом- там жила в студии кухня ДВА метра. Была в квартире в центре Парижа – там нет ни душа ни ванны. Совсем. А кухня метр наверное, закуток. Моются в тазике и варежкой. Или просто варежкой. Или не моются. Хорошо ещё туалет воткнули. Это бывшие комнаты прислуги, им туалеты ванны были не положены, один на этаж.А как вам спальня новорожденного размером ДВА метра квадратных, кровать воткнута рядом с вешалкой, а всё это вообще-то типа кладовка? И окошко крохотное, как для технического помещения? И малыш стал – тупой. Очень быстро. А что вы хотите – кислородное голодание. Его было не спасти – меня же никто не слушал. Ты там как тень, никому не интересна, никому не нужна. Вежливо – и всё. А своё мнение засунь дорогая куда-нить подальше... И вот так доооолго – пока не дошло – я жертва западной пропаганды! Меня развели как лошару. И всё.У меня розовые очки упали не так давно, года четыре как. Сначала просто удивлялась. Теперь уже понимаю, куда вляпалась. Теперь уползаю. Кредит – убит! Можете меня поздравить! Сама уже в Москве. Живая :)Вот так как-то...

24 августа 2012, 21:03

Девушка пожила во Франции и сбежала домой. Рассказ как там стремно и дорого. Валим обратно в Рашку!

Оригинал взят у mashina_s в Девушка пожила во Франции и сбежала домой. Рассказ как там стремно и дорого. Валим обратно в Рашку!Сестренка Edit немножко пожыла в Цывилизованной Стране24 Август 2012и делится впечатленьями, нажытыми на Том Самом Западе, где только и могут Нормально Жыть нормальные культурные белые люди.А я вот после 9 лет во Франции подтверждаю, что всё так и есть. Переезжаю обратно, кстати.Мелкие детальки. Из зарплаты действительно уходило почти половина на налоги, остальное на жильё. На еду оставалось даже не 500 евро а иногда и 100. Как то три месяца с бывшим мужем жили на 50 евро. Вдвоём. С расходами на бензин. Я стала плохо питаться самым дешёвым из самого дешёвого супермаркета. Хлеб растягивали на неделю, он стал основной едой. Я была в ужасе. если ты работаешь и даже прилично получаешь – всё равно живёшь от зарплаты до зарплаты. Я России я каждый месяц откладывала деньги в баночку. Во Франции – даже думать об этом забыла. Наоборот, муж был весь в долгах. Долги доходили до 90 % его зарплаты ДО оплаты за квартиру и прочее, так что он делал новые долги под высокие проценты типа 18% и всё это росло как снежный ком. В конце концов невероятными усилиями и с массой огромных скандалов мне удалось оплатить часть его долгов, заставить его оплатить заранее некоторые и свести их хотя бы к каким то разумным рамкам.Ещё интересно про т. н. прекрасные дома престарелых, где телевизоры и прочий бред. Короче стоит это от 1800 лет шесть назад до 2500 сейчас , а может и выше. Это платит сам пенсионер (средняя пенсия может быть 1000 евро или даже ниже). Разницу должны оплачивать дети или другие родственники. И только если нет совсем никого и пенсия не покрывает оплату в доме престарелых, а старичок совсем не может жить сам один – то его направляют за счет государства в самый дешёвый и он может быть далеко от дома. Комнаты часто не на одного а на 2 старичков. Короче выбирать не приходится. Родителей знакомой год не принимали, мест не было. А когда приняли то на разных этажах. Они бедные друг к другу ползли по лестницам – а до этого всю жизнь не расставались. Оба умерли в течение года. Ужас. Им НЕ НАШЛИ общую комнату! Уход за ними может быть очень разный. Подруга работает в таком – говорит, при ней как то медсестра колола старушку. несколько раз не попадала в вену, сломала иглу. Моя подруга говорит – ну дай я сделаю, что мучаешь – так та наехала – да ты кто такая вообще мол. Потому что она не смогла подтвердить свой диплом медсестры (а она была старшая медсестра) и работает санитаркой.Поэтому, сравнивая ДОХОДЫ всегда узнайте сначала РАСХОДЫ. Они могут быть равными доходам или даже превышать их. А как вам квартплата 350 евро в месяц? И это БЕЗ электричества, телефона и интернета. А с ним почти 450. Вынь да положь. А налог на ПЯТЬ БЕСПЛАТНЫХ якобы каналов ТВ. 120 евро кажется в год. Я как узнала – ну думаю, совсем с дуба рухнули. И ведь нельзя не платить. Говорят – раз в квартиру есть антенна – плати и всё.В Париже говняшки на тротуарах везде, и не только в Париже. Привыкла следить и всё. Очень редко кто подбирает, хотя пакеты везде стоят. За 9 лет видела подбирание раза два. А вот НЕподбирание намного больше. Очень мусорят. если неделю уборщиков не будет – всё покроется слоем окурков и мусора.Ну а вот зомбированность – это что-то. У них отключен в мозгу такой прибор как АНАЛИЗАТОР. Они вообще не фильтруют информацию, никогда не говорят – а ПОЧЕМУ так, и ЗАЧЕМ вот так. Просто – им сказали – они впитали. И всё. Это называется биороботы.Женщины страшные. Часто вроде хорошая фигура, повернется лицом – ну я это называю Антисекс. ЗЛОЕ лицо старой грымзы. Да черепа сплющены с боков, точно. И ещё часто подбородок узкий и выдаётся вперёд. Зубы внутри не заходят друг за друга. Я это вычислила, а теперь поняла почему. Их почти никого не кормили грудью. Неправильный прикус. Дети с сосками лет в пять бывают. С рождения многих не кормят – только бутылочка и соска. От этого недоразвивается вся нижняя часть лица, подбородок, челюсть. Половина лица, в общем. Так как грудь сосут активно, а соску нет – просто льётся и всё. Кстати по ходу – если ребёнка кормить и в 2 и 3 года грудью – нет НИКАКИХ проблем роста зубов, болей при этом. Просто зубы растут позже и медленнее – так и заложено природой. А их стимулируют – давая молочные смеси на коровьем молоке, они прут рано и быстро – разрывают десна, адская боль. Через это проходит много малышей, здесь все говорят – это нормально – зубки растут. У нас этого не было и в помине. Все зубки выросли, подбородок развит – славянский ребёнок.Ну что ещё – про метро вы ошибись про мышек – я тут только КРЫС видела. Огромных и наглых. Прямо днём по путям шастают. В Москве даже представить такое не могу. В метро внутри запах специфичный, неприятный. Как грязные носки. Много бомжей, особенно в метро, переходах – это просто бич. Иногда приходилось менять вагон, поезд другой ждать – лишь бы подальше от этих скотов. И Их как-то пропускают всех. Или они пролезают.Часто живут очень напиханно. В Москве 60 м. это двухкомнатная – там трёх. Кухни 6 метров у нас были ужасом- там жила в студии кухня ДВА метра. Была в квартире в центре Парижа – там нет ни душа ни ванны. Совсем. А кухня метр наверное, закуток. Моются в тазике и варежкой. Или просто варежкой. Или не моются. Хорошо ещё туалет воткнули. Это бывшие комнаты прислуги, им туалеты ванны были не положены, один на этаж.А как вам спальня новорожденного размером ДВА метра квадратных, кровать воткнута рядом с вешалкой, а всё это вообще-то типа кладовка? И окошко крохотное, как для технического помещения? И малыш стал – тупой. Очень быстро. А что вы хотите – кислородное голодание. Его было не спасти – меня же никто не слушал. Ты там как тень, никому не интересна, никому не нужна. Вежливо – и всё. А своё мнение засунь дорогая куда-нить подальше... И вот так доооолго – пока не дошло – я жертва западной пропаганды! Меня развели как лошару. И всё.У меня розовые очки упали не так давно, года четыре как. Сначала просто удивлялась. Теперь уже понимаю, куда вляпалась. Теперь уползаю. Кредит – убит! Можете меня поздравить! Сама уже в Москве. Живая :)Вот так как-то...http://worldcrisis.ru/crisis/1011386